Непутёвый Демон-2

Глава 1

— Ага, старые знакомые! Ну, кто бы сомневался!

Вломившийся в допросную комнату гранд-магистр Иолай широко улыбнулся, продемонстрировав свою фирменную улыбку в пятьдесят четыре зуба. Жутковатое зрелище, похожее больше на оскал хищника, пусть и не особо голодного. Сейчас тучный начальник службы безопасности академии напоминал довольную жабу, которая уже успела схарчить половину мошкары на болоте и теперь забавлялась с оставшимися жертвами.

В комнате разом напряглись все присутствующие, даже невозмутимые доселе стражники, замершие истуканами по углам. Как будто мы могли отсюда куда-то сбежать.

Одна лишь заместительница ректора Авилина Фалнот, мучившая нас вопросами уже битый час, с неудовольствием поморщилась:

— А ты бы не мог…

— Нет, — бесцеремонно перебил её толстяк, плюхнувшись в услужливо подставленное одним из помощников кресло.

В отличие от работников академии наша потрёпанная пятёрка продолжала стоять, опираясь друг на друга из последних сил. Меня так и вовсе поддерживали с двух сторон Криста и Сатания, иначе я давно бы распластался на полу.

— Мы ещё не закончили, Иолай, — строго произнесла женщина.

Сидевший рядом с ней неприятный лысый тип в очках молча кивнул. Он вообще старался не произносить лишних звуков, зато активно строчил что-то в небольшом блокноте. Оказывается, это наш непосредственный куратор в звании магистра, которого я прежде в глаза не видел. Звали его Таций Ангарет, и фамилия настораживала больше всего, потому что выходцы из этой аристократической семьи составляют основу клана «Мантикоры».

Того самого, кто начал травлю «Фениксов». И вполне возможно, хотел выкосить его под корень.

— Простите мою неучтивость, — особист развёл пухлыми руками. — Но у вас тут так вкусно пахнет свеженьким пропечённым мясом, что я просто не мог пройти мимо!

Что ж, в этой шутке не так уж и много выдумки.

Чёртова молния едва не поджарила меня до состояния сочного стейка, и только невероятными усилиями Ивы и подоспевших к месту схватки целителей я не отправился обратно на тот свет. Хотя на мой опытный в этом вопросе взгляд спасать уже особо нечего. У нас на Земле с такими повреждениями даже инвалидность не присваивают, а сразу кладут в гроб, чтоб не мучился. Хотя целители во время работы обмолвились, что мне ещё крупно повезло стать громоотводом прямо в воздухе. А вот те, кто стоял на земле, вполне могли скончаться на месте.

Паренёк с выбитым глазом вложил в заклинание всю свою душу и силы, высушив себя досуха. Даже не знаю, смогли его в итоге откачать или нет.

Хуже всего то, что магический разряд в отдельных местах спалил нервную систему дотла, отчего кое-где напрочь пропала чувствительность. Вместе с этим утратился и контроль над нижними конечностями, как при травме позвоночника. А вот всё остальное наоборот — выкручивало от нестерпимой боли. Так сразу и не скажешь, что хуже.

На этом фоне частично обгоревшие волосы на голове и прочие ожоги смотрелись сущим пустяком.

Судя по всему, я медленно и неотвратимо умирал. И пока никто не торопился укладывать меня в целительный саркофаг. Если они тут вообще есть с местным наплевательским отношением к молодёжи.

Криста не осталась в стороне во время моего так называемого «спасения», обложив особо пострадавшие места льдом, а Сатания сделала носилки из преобразованных подручных средств, которые так и не пригодились. Зато теперь им тоже грозило скорое выдворение с острова. За компанию со всеми, кто применил в той злополучной потасовке магические способности.

Поэтому нами и занялась Авилина, отвечавшая за дисциплину в академии. А её, похоже, интересовало только одно — как много нарушителей можно отправить домой ближайшим рейсом. Куратор соискателей из клана «Мантикоры» был с ней целиком и полностью солидарен.

Само собой, список на отчисление включал и меня. Увы, без ускорения я бы не добрался до спятившего паренька вовремя. Только конкретно в моём случае есть большие сомнения, что меня вообще успеют доставить на материк живым. Если только парочку целителей за компанию не отправят, что вряд ли. Им трупы привозить на Берег далеко не впервой.

А может, оно и к лучшему? Ничего хорошего меня по возвращению в родовое гнездо точно не ждёт…

— Что ж, молодые люди, вот вы снова и отличились! — с непонятной гордостью поздравил нас усевшийся Иолай, окинув каждого цепким взглядом. — Не сидится вам спокойно, как я посмотрю. И что же мне с вами делать?

Я бы хотел высказаться в духе: «понять и простить», но мой речевой аппарат тоже вышел из строя. Получалось только сипеть, что не очень-то подходило для важных переговоров. Ладно, чего жаловаться, дышать могу — уже неплохо. Возможно, у здешних медиков завалялось в загашнике какое-нибудь чудо-средство, которое сможет поставить меня на ноги. Всё-таки медицина здесь граничит с чудом.

Этот мир полон сюрпризов, а сдаваться я не собираюсь. И в отличие от остальных ребят появление старшего безопасника я воспринял как хороший знак. Хуже точно не будет, потому что просто некуда, а вот сам Иолай уже не раз продемонстрировал, что не любит простые и очевидные решения.

— Тут нечего обдумывать, — решительно высказалась гранд-магистр Авилина. — Всех виновных нужно выслать прочь с острова, не взирая на их родословную. Точка.

— Таций?

— Согласен, — тихо проронил куратор. — Пусть на этот раз обошлось без жертв, но проступок слишком значительный, и мы не можем такое проигнорировать.

— Вот как... А кто-то из этих пятерых пользовался Дарами, чтобы получить преимущество в бою? — вкрадчиво спросил особист.

— Хм, только Дутвайн, — нахмурилась женщина. — А к чему…

— Полагаю, он это сделал чтобы спасти остальных, — снова перебил её толстяк. — Авери ведь использовал мерцание, а не огонь, верно? Да ещё и сам вдобавок пострадал. Он очень отзывчивый молодой человек, который никогда не задумывается о собственной безопасности.

— Раз ты уже в курсе, то к чему все эти вопросы? — с явным раздражением спросила его Авилина.

— Не совсем, — толстяк сцепил пухлые пальцы рук в замок и задумчиво подпёр им тройной подбородок. — У меня пока что разнится количество участников. Странно это, не находишь? Одну сторону я вижу поголовно, а что на счёт других? Сколько их было точно?

— Пятнадцать, — не моргнув глазом соврала заместительница ректора.

Куратор снова молча кивнул, а вот мы заскрипели зубами от злости, потому что в той толпе было явно больше уродов. Похоже, кого-то вымарали из списка. Только нам слово пока что никто не давал, а говорить без разрешения воспрещалось.

— Неплохо, неплохо… — снова оскалился гранд-магистр. — Получается трёхкратное превосходство. Пожалуй, испытание поединком им можно зачесть. Не возражаете, коллеги?

Мне на секунду показалось, что заместительница ректора попросту задохнётся от возмущения. Даже когда ей удалось вернуть контроль над собственным дыханием, весь её вид выражал категорическое несогласие. Куратор и вовсе выглядел, как поражённый инсультом, но беззаботный толстяк предпочёл это проглядеть.

— Это был не учебный поединок! — прошипела женщина.

— Вот именно! — не стал спорить Иолай. — Они находились в условиях, максимально приближенных к боевым, и тем не менее смогли дать достойный отпор. Так что настоятельно рекомендую перевести их на следующий круг. Они это заслужили. А вот ко всем остальным я бы на вашем месте присмотрелся повнимательнее. Всё-таки нападать с преимуществом в девятнадцать к одному не очень достойный поступок для будущих офицеров. Так можно и до Трибунала докатиться…

Соотношение он нарочно выделил голосом, снова растянув тонкие губы в нечеловеческом оскале. У заместительницы ректора легонько дёрнулось веко, заставив её невольно прищурится. А вот куратор неожиданно обрёл дар речи, возмущённо прохрипев:

— И что же ты предлагаешь? Простить их, чтобы назавтра кого-нибудь покалечили уже насмерть? Это будет слишком плохой прецедент.

— Нет, ну чего так сразу! — Иолай картинно всплеснул руками. — Не хватало ещё, чтобы меня упрекнули в протекции. Они всё-таки нарушили режим, и должны понести наказание. А так как это уже моя прерогатива, то назначаю им дополнительное испытание.

— Это какое? — с кислой миной поинтересовалась Авилина.

— Пусть прогуляются на первый уровень и приведут оттуда гранд-мастера Феста. А то он что-то долго там пропадает, я уже соскучиться по его брюзжанию успел. Как видите, коллеги, ничего слож…

— В подземелья?! — вскричала женщина, треснув кулаком по столу. — Может, проще сразу их убить?!

От удара толстая столешница треснула, брызнув в стороны щепками, но никто не обратил на поломку никакого внимания. Даже у безмолвных стражей округлились глаза, не говоря уже о бедном кураторе. Выглядели все, как будто им пригрозили лишить премии за полгода.

Я мало чего понимал в происходящем, но ребята тоже не выглядели особо обрадованными шансу остаться на Двипахе.

— Лина, ты как всегда излишне драматизируешь, — укорил её Иолай. — Ничего страшного там нет, я же их не на самую глубину отправляю. Таким боевитым ребятам это как в столовую лишний раз смотаться...

— Ещё скажи: «Одна нога здесь, другая — там»! — прорычала женщина. — Так ведь и будет! Ты же понимаешь, что они не вернутся оттуда? Хочешь, чтобы на нас ополчился сам император?!

— Энди понимающий мальчик. А вот чего он точно не оценит, так это высылку его сестры под надуманным предлогом.

— Она применила Дар!

— Уже дважды, — жёстко напомнил ей особист, разом перестав улыбаться. — И оба раза речь шла о смертельной опасности, которую организовали не мы.

— Вот и разбирайся с этим!

— Поверь мне, я разберусь, — холодно произнёс толстяк. — Не люблю, когда мою службу не воспринимают всерьёз, прямо кушать не могу. Но вопрос не в этом. В прошлый раз вы с Коно правильно сделали, что зачли ей испытание, пройденное альтернативным способом. В чём проблема сейчас?

— В том, что теперь ты решил угробить её наверняка! А вина ляжет на всю академию!

— Они могут спокойно отказаться и оставить свою судьбу на ваше усмотрение, — пожал он покатыми плечами. — В любом случае, выбор за ними. Я никого не заставляю.

Ребята даже совещаться не стали, наперебой выразив согласие. Криста с Сатанией и вовсе сделали это практически в один голос. Мне категорически не понравилась реакция работников академии, но деваться некуда, так что я тоже изобразил кивок. Рисковать нам не впервой, жаль только от меня сейчас никакого толку. Алонсо тоже присоединился к нам, хотя к нему единственному так и не смогли подкопаться. Он не применял способностей, однако и откалываться от группы не стал.

— Вот и славно! — Иолай в предвкушении потёр пухлые ладошки. — Тогда не будем затягивать. Отправляетесь немедленно!

— В таком состоянии? — мрачно уточнила Авилина. — Даже если они каким-то чудом доберутся... Может, их всё-таки лучше выслать?

— Это будет милосерднее, — поддакнул куратор.

— Они должны доказать, что достойны остаться здесь. Иначе зачем я трачу своё драгоценное время?

Особист снова вернул фирменную улыбку на положенное место и встал с кресла.

— Да помогут им боги, — покачав головой, произнесла женщина.

— Поверь, эти сорванцы тебя ещё удивят!

Глава службы безопасности задорно подмигнул нам, после чего направился к выходу из допросной комнаты, насвистывая какой-то весёлый мотив. Лишь у самого порога он притормозил, будто спохватился, и бросил через плечо:

— Ах, да! Не забудьте перед отправкой выдать им личное оружие. А то и вправду неловко будет перед императором…

Глава 2

Погода на улице так и шептала: «Убейся!».

В такую холодрыгу хорошая собака из дома воров не выгонит, вот только нас жалеть никто не собирался. И это меня совсем не удивляло. Привык, можно сказать. Здесь наплевательски относятся ко многим вещам, включая собственную молодёжь, а потом ещё удивляются, почему их последний материк неотвратимо вымирает.

Правда, официально этого никто и никогда не подтвердит. Кроме нынешнего императора-правдоруба, разве что, отчего ненависть к нему среди правящей верхушки только укрепляется. Хотя даже наивный Авери, находящийся на домашнем обучении, смог сложить факты и сделать соответствующие выводы. Империя проигрывает, но признавать этого не желает.

А вот что всё-таки вызвало у меня недоумение, так это наш маршрут к тем самым загадочным подземельям. Я думал, что мы спустимся куда-то в подвалы академии, а нас вместо этого повели наружу. Не прогуляться же напоследок?

Стоило только покинуть основное здание, где проходил допрос, как по лицу наотмашь хлестнул колючий ветер. Над нами зависло угрюмо-свинцовое небо, готовое вот-вот обрушиться на наши головы то ли ледяным дождём, то ли сразу снегом. Местная весна, что поделать. Это не субтропики, где располагалась резиденция «Фениксов».

Однако мне собачий холод пошёл только на пользу. Идти я по-прежнему не мог, но хотя бы взбодрился и не терял сознание каждые несколько минут. Так что мою транспортировку взвалили на свои плечи Криста с Сатанией. Причём, буквально.

Четверо помощников, что приставили к нам в качестве почётного эскорта, помогать отказались. Так ещё и подгоняли всю дорогу, как будто на собственную казнь можно опоздать. В итоге они проводили нас к одному из дальних островков на южной стороне архипелага.

По сути это была одинокая скала, связанная с остальной грядой при помощи висячего моста с единственной опорой посередине. Дальше простиралось одно лишь тёмное море, до самого горизонта. Ничем особым скала не выделялась — всё тот же чёрный ребристый камень, явно вулканического происхождения. Никакой растительности, не считая налипших водорослей чуть выше уровня прибоя.

Ветер раскачивал шаткую конструкцию моста, как будто хотел нас оттуда сбросить, а далеко внизу тёмные волны бились о выступающие из воды камни гряды. Если сорвёшься, собирать будет уже нечего. Следов какого-то освоения на самой скале не наблюдалось — её даже не стали усекать, подобно некоторым полигонам. Из сооружений помимо крепления моста имелся лишь небольшой маяк на узкой вершине. Конструкцией он напоминал телевизионную вышку, собранную из металлических брусьев. Здесь частенько случаются туманы, так что риск напороться на рифы есть даже днём. Весь архипелаг окружён подобными светильниками, и каждый шпиль с кристаллом наверху сияет своим собственным цветом, облегчая навигацию.

Не успел в моей пульсирующей от боли голове сформироваться вопрос, какие тут к дьяволу могут быть подземелья, как впереди показался тёмный зев пещеры. Её свод имел слишком ровные края, так что она вряд ли имела естественное происхождение. А вот прорубить к ней нормальную дорогу от моста явно поленились. Пришлось нам подобно горным козлам скакать по каменистым выступам, благо те и так были довольно ровными, хоть и небольшими. Некоторые и вовсе будто по линейке отрезали. Но это природа постаралась, а не человек.

Эскорт проводил нашу пятёрку лишь до входа, не став соваться внутрь. Старший группы отдал нам оружие и с невозмутимым лицом пожелал удачи. Остальные же старательно отводили глаза. Ну, хотя бы им стыдно, уже хорошо.

Впереди нас ждала пещера, оказавшаяся на самом деле наклонным тоннелем, который уходил куда-то вниз. Низкий свод поддерживали подпорки из каменных блоков, а стены и пол явно обрабатывали, срезав всё лишнее. Для полноты картины хватало только узкоколейных рельсов, по которым бы катались вагонетки. Внутри царила кромешная тьма, поэтому нам с собой выдали целых три светильника с магическими камнями внутри. Вдобавок вручили что-то вроде компаса в жестяной коробке. На этом акция невиданной щедрости закончилась — никакой экипировки и тем более еды.

Спасибо хоть оружие вернули.

Правда, теперь я стал сродни своей катане — такой же бессмысленный огрызок себя прежнего. А хуже всего то, что Авери не отзывался, хотя прошло уже порядочно времени. С энергией проблем нет, она отчётливо бурлила в груди, согревая озябшее на ветру тело. Значит, здесь что-то другое. Обычно мне удавалось вытащить соседа из спячки, а сейчас будто в пустоту зову. Это напрягало не меньше, чем моё общее состояние.

Мрачные мысли одолевали не только одного меня. Ребят тоже порядком потрепало, и набраться сил нам никто не дал. Хорошо хоть по времени нас не ограничили, иначе вообще труба. Так что сразу переть напролом мы не стали, остановившись неподалёку от входа.

Главное, что нам позволялось колдовать вплоть до самого возвращения. Авилина это специально уточнила, пусть и с явным скепсисом на лице. Видимо, в мыслях она уже поставила на нас жирный крест. Это мне категорически не нравилось, и я бы вряд ли стал рисковать жизнями остальных, поинтересуйся кто-нибудь моим мнением.

Первым делом все скинулись энергией для Ивы, использовав один из кристаллов, чтобы та смогла подлечить самые серьёзные травмы. Это надо мной целители ещё старались, а вот остальных они лишь привели в чувство. У Алонсо треснула лучевая кость в руке, а Криста сильно хромала на правую ногу. Да и сама зеленоволосая выглядела как манекен для отработки ударов, ей даже левое ухо умудрились сломать. Слух у полукровок гораздо острее человеческого, а вот ушные раковины хлипковаты.

Пострадала и наша форма, превратившись в изорванные и грязные лохмотья. Здесь на выручку пришла Сатания, срастившая благодаря своей способности самые крупные прорехи. А то ещё немного, и нам пришлось бы бегать полуобнажёнными. Больше всех досталось моей одежде, опалённой магической молнией. В итоге китель стал донором, разойдясь на заплатки, а я остался в одной обгорелой рубашке. Галстук с меня сняли ещё у Чёрной скалы.

Заодно ребята смогли свободно пообщаться, без посторонних ушей. Жаль только я участия в обсуждении принять не мог.

— Кто-нибудь в курсе, что там вообще такое? — спросила Сатания, закончив с портными делами.

— Катакомбы, — мрачно ответила Криста. — Брат рассказывал, что они простираются вглубь очень далеко.

— Зачем? Здесь что-то добывали?

— Спроси у Древних, это их рук дело.

Я напряг голову и принялся вспоминать, что мне про них рассказывал начитанный Авери. Информации оказалось не так уж много. Вроде бы, это цивилизация далёкого прошлого, которая успела настроить всякого разного, а потом бесследно сгинула. Вроде нашей империи майя. Существовали целые города, ныне разграбленные до основания, в лучших традициях конкистадоров. Но даже в нынешнее время авантюристы продолжают обшаривать отдалённые постройки, а так же ищут новые.

Меня эта тема особо не интересовала, вот и не расспрашивал наследника подробно. Никак не ожидал, что придётся заниматься экстремальной археологией.

— Древние? — удивилась фурия. — Это разве не выдумки?

— Конечно же нет! Чему вас там учат? Хотя да, действительно…

Рогатая обитательница островов глухо зарычала, но в назревающий конфликт поспешил вмешаться Алонсо:

— Для нас куда важнее, кто обитает в этих катакомбах сейчас. Вряд ли заместительница ректора переживала бы, будь там одни лишь пыльные руины.

— Монстры, кто ж ещё, — пожала плечами Криста. — А вот какие именно, я без понятия. Знаю только, что курсантов периодически отправляют сюда охотиться, хоть это и опасно. Некоторые не возращаются.

— Неважно, истребим их всех! — воинственно воскликнула Сатания, погрозив родным топором. — Растопчем гнёзда и наведём ужас!

С таким воодушевляющим запалом мы двинулись вглубь. Пол шёл под сильным уклоном, уходя всё больше вниз, а сам тоннель изобиловал постоянными поворотами. Судя по всему, мы спускались по ломанной спирали. И к сожалению, я лишь тормозил наше продвижение. Ноги меня не слушались совершенно, хотя Ива снова попыталась привести их в порядок. Даже израсходовала всю оставшуюся энергию одного из кристаллов, но безрезультатно.

Оставшиеся два светильника ребята решили не трогать, и потащили меня на закорках, периодически меняясь. Я попытался было объясниться жестами, чтобы они прекратили заниматься ерундой, но моя команда и слушать не стала.

— Нет, мы тебя не оставим! — категорически заявила Криста.

— Идём впятером, и выходим тоже впятером, — впервые согласилась с ней Сатания.

Фурия заметно приободрилась, узнав о монстрах. Для неё сражения — почти родная стихия. Сейчас с девушки можно писать картину о суровых воительницах холодного юга — энергичная, решительная, с сияющим топором в руке. Даже исполосованная рубашка с оторванным рукавом не портила этот образ. А уж сквозь оставшиеся прорехи проглядывало такое, что помирать мне как-то перехотелось.

И всё бы хорошо, не пытайся они с Кристой постоянно выяснять, кто из них главнее. Их словесные перепалки вспыхивали едва ли не на каждом витке. Снегурочка категорически не желала отдавать пальму первенства, и в конце концов не без помощи тактичного Алонсо они договорились, что одна тащит меня в качестве живого знамени, а другая возглавляет отряд с оружием в руках. Дело сразу пошло на лад.

Тоннель оказался полностью необитаем, лишь кое-где на подпорках росло что-то вроде плесени, слабо светящейся в темноте. И всё равно ребята были постоянно настороже, осматривая каждый закоулок. К счастью, прятаться здесь было особо негде. Примерно через час проход внезапно перегородила стена из плотно подогнанных блоков. Цвет камня резко отличался от тёмной местной породы, которая имела характерную сплошную текстуру и угловатое строение. Этот же материал хоть и не был особо светлым, но отдавал насыщенной краснотой. А ещё в нём имелось множество тёмных вкраплений и жилок, отчего мне сразу вспомнились кладбищенские надгробия.

Скорее всего, это гранит. Мы бы со своими мечами долбились об него до следующей зимы, но к счастью тут уже поработали до нас. В стене зиял крупный пролом в рост взрослого человека. Тёсаные глыбы вокруг него покрывала густая сеть трещин, так что стоять в проёме я бы не рекомендовал.

Первой туда сунулась Сатания, воспользовавшись тем, что заклятая соперница занята моей транспортировкой. Зверолюдка пробыла на той стороне где-то с минуту, после чего позвала нас за собой. Мы тихонько перебрались по одному, включая меня, и оказались в просторном зале, размером с теннисный корт. Если не считать полного отсутствия окон, создавалось полное впечатление, что это обычная наземная постройка. Пока не вдохнёшь затхлый воздух, насыщенный влагой. Судя по времени спуска, уровень моря мы давно преодолели. А может, и дно прошли.

В целом постройка внушала уважение. Высокий сводчатый потолок поддерживали громадные колонны, стены сложены сплошь из одинаковых блоков, прерываясь лишь на крупные барельефы. Изображалось там нечто абстрактное, типа орнамента или сложных переплетений фигур. Ничего узнаваемого. И в целом здешняя архитектура разительно отличалась от всего того, что я успел увидеть в этом мире.

Во-первых, это крайняя простота форм, граничащая с примитивизмом. Даже над элементами украшения зодчие особо не парились. Барельефы будто топором вырубили, не размениваясь на более точные инструменты, а колонны выглядели именно обтёсанными. Ни одной похожей друг на друга. В итоге получалось грубовато, но своеобразно. Чувствовался свой стиль, пусть и странноватый.

Во-вторых, размеры. Здесь я невольно почувствовал себя если не муравьём, то пигмеем точно. Строили с размахом. Все элементы архитектуры, вплоть до последней арки, оказались воистину гигантских размеров, как в каком-нибудь храме земной древности. Высота колонн составляла навскидку метров двенадцать.

Наконец, это материалы. Суровый камень без всяких излишеств. В основном тот же самый кроваво-красный гранит, но встречался и светлый мрамор, особенно у барельефов. Никаких инкрустаций и прочих финтифлюшек. Пол представлял собой грубо шлифованные шестигранные плиты, метра три в поперечнике. Хотя в зазор между ними не получилось бы и лезвие ножа вогнать.

При всём при этом помещение не выглядело, как после реставрации. Тут и там виднелись различные сколы, в нескольких места камни почернели и даже частично оплавились, а одна из колонн оказалась перерубленной наискосок. Ну и пыль, поднимавшаяся от каждого шага.

Что касается здешних обитателей, то у самого пролома нас встретил человеческий скелет. Кто-то тщательно обглодал останки, оставив лишь бесформенную груду костей. Следов одежды и оружия не осталось, зато рядышком валялся наполовину разряженный магический кристалл, являвшийся единственным источником света.

— Что ж, мы на месте, — кивнула Криста. — Глядите в оба.

Наша целительница тут же сграбастала магическую батарейку и бегло осмотрела скелет. К сожалению, других гостинцев мертвец нам не оставил. У зала имелось два выхода, обрамлённых такими же циклопическими арками. Здесь на грузовой фуре можно спокойно разъезжать, не то что пешком.

Ребята сориентировались по компасу, который на самом деле показывал направление, в котором находилась наша цель, после чего выбрали левый коридор. Тот шёл прямо несколько десятков метров, пока не привёл в почти такой же зал, только немного иной конфигурации. Он имел уже три выхода, считая тот, через который мы только что пришли. Ещё здесь в своё время что-то складировали то ли в ящиках, то ли в огромных бочках, оббитых металлом, но всё это давно сгнило. Остались лишь здоровенные кучи трухи, присыпанные ржавчиной. Копаться в них бесполезно, только заразу какую-нибудь подхватишь.

Мы не стали здесь останавливаться и направились дальше. Третье помещение напоминало типичные руины, так что пришлось перебираться сквозь завалы. Во многих местах сквозь обрушившуюся «облицовку» проглядывала материнская порода из чёрного камня. Хорошо что хоть она не обрушилась внутрь целиком, иначе здесь бы всё затопило к чёртовой бабушке. И так некоторые стены были мокрые от влаги, а кое-где струились настоящие ручейки, утекая куда-то вниз сквозь трещины и щели.

В целом подземный комплекс оказался чем-то вроде простенького лабиринта с ячеистым строением. Мне сразу же припомнились зарисовки Алии, но там всё было куда более запутано. Сворачивать с направления нам приходилось только в тех случаях, когда коридоры оказывались разрушенным до основания. И то, почти всегда имелся обходной путь. Оставалось только надеяться, что заслуженный педагог не будет бегать от нас по всему подземелью, а любезно посидит на одном месте.

Правда, я бы не назвал это увлекательной исторической экскурсией.. Нам то и дело попадались чьи-то останки, а в одном из залов мы наткнулись на целую кучу костей, сваленных вместе. Тут не нужно быть заслуженным монстроведом, чтобы опознать в этой жутковатой инсталляции чьё-то логово.

— Нужно обойти, — забеспокоилась Криста.

— Не трясись, бесполезная, — хмыкнула Сатания. — Мы уже давно на их территории. Нас в любом случае решат попробовать на зубок, так что идём напролом!

Снегурочка едва не запустила в неё ледышкой, но тогда бы пришлось выпустить меня из рук. Я тоже цеплялся за девушку, как мог, и успокаивающе покачал головой. Она это почувствовала и не стала раздувать конфликт. Нам сейчас только свары не хватало.

Фурия пошла первой, а Ива с Алонсо тщательно освещали ей дорогу. Возле могильника мы разжились ещё парочкой полудохлых камней, едва мерцавших в темноте. Нашлось и кое-какое оружие, но металл там использовался самый дешёвый, и почти всё успела разъесть вездесущая ржавчина. Либо здесь успел побывать кто-то другой, забрав с собой самое ценное.

В любом случае, задерживаться в чужой берлоге не стоило.

Мы крадучись преодолели зал и коридор, но вокруг по-прежнему стояла тишина. Вплоть до того момента, когда посреди следующего помещения на рогатую голову Сатании не свалилась какая-то шустрая тень. Я толком не рассмотрел, что именно, потому что девушка резко стряхнула с себя прыгуна и припечатала его сапогом, вызвав влажный хруст.

— Сверху!

Лучи светильников тут же метнулись на потолок, и Криста без всякой подготовки скинула меня, схватившись за рукоять меча. Я грузно шмякнулся об пол, едва смягчив падение руками, но и не подумал обижаться. Дело в том, что под сводами зала сновало несколько десятков силуэтов, отдалённо похожих на пауков за счёт длинных суставчатых лап. Только каждый из них размерами превосходил самую крупную тарелку, на которой местные дворяне подают дичь.

Паучки шарахнулись от яркого света, после чего посыпались на нас, будто перезревшие яблоки. Девчонки коротко взвизгнули от неожиданности, но убегать не стали, встретив членистоногих магией и клинками. Всё же они не кисейные барышни, а воительницы, хотя на миг даже у меня сердце ёкнуло от такого зрелища. Было в этом что-то жуткое, вызывающее холодок в груди.

Но паучий десант стал лишь предвестником настоящих проблем, потому что со всех сторон послышался дробный топот множества лап. И шумели они куда громче тех, кто спустился с потолка. Ребята шинковали их, как могли, но одному всё же удалось до меня добраться. Я понял это не сразу, а лишь в тот момент, когда ногу неожиданно пронзила острая боль. Прострелило аж до самого позвоночника, зато вместе с резью вернулась и возможность двигаться.

Я дёрнул ногой и невольно пнул укусившее меня существо. Боль поутихла, зато чувствительность никуда не пропала. Конечность горела изнутри, распространяя жар по всему телу. Это не было похоже на действие Атмы, но магический источник тоже стал понемногу распаляться в груди. А меня неожиданно стало «отпускать», возвращая сожжённые нервные окончания в строй.

Ну ничего себе укус!

Вскоре я смог самостоятельно перевернуться и рассмотреть вернувшегося хищника. Вблизи он походил уже больше на краба, чем на паука, только без клешней. Жёсткий чешуйчатый панцирь, три пары суставчатых лапок, а в районе рта вместо хелицер торчала парочка острых жал, похожих на загнутые когти. Даже выдвигались они схожим образом, как у кошачьих.

Надо полагать, этими «зубками» он меня и цапнул.

Я подождал, пока осмелевшая тварь подберётся поближе, после чего схватил её за лапы. В ответ оно застрекотало и ткнуло иглами в предплечье, без труда пробив ткань рубашки, но мне только это и требовалось. Руку тоже свело от боли, однако я так и не выпустил ядовитую гадину. Вместо этого поскорее приложил трепыхающуюся гадину к другой ноге, словно лечебную пиявку. Та немедленно атаковала конечность, возвращая и её в строй.

Жар уже не тёк — он уже вовсю бурлил во мне, заставляя сердце истошно колотиться о рёбра. Следующий укус я почти не почувствовал, но сильно тому не расстроился. Левая рука и так уже слушалась вполне неплохо. Похоже, я «выдоил» кусаку досуха.

— Вот спасибо, удружил…

Голос у меня стал, будто у заядлого курильщика с двадцатилетним стажем, но главное — я снова мог говорить. Организм стремительно оттаял, как после заморозки, но не размяк. Так что я со всей силы шмякнул членистоногого об пол. Каменная плита оказалась крепче внешнего скелета, и хитиновый панцирь лопнул, брызнув на руку какой-то внутренней гадостью. Бедолага задёргал лапками и вскоре затих. Увидев такую беспощадную расправу над сородичем, другой паучок, который тоже хотел понаделать в моей одежде новых дырок, замер в нерешительности.

И правильно, допинга мне пока хватает.

Я выхватил обломанную катану и рубанул прямо из положения лёжа. Клинок снёс весь ряд лапок и оставил глубокую борозду на панцире, отшвырнув хищника в сторону. Всё, этот тоже не противник. Добивать нет смысла, потому что вокруг имелись цели куда приоритетнее.

Ребята уже не обращали внимания на мелких обитателей потолка, что ещё прыгали сверху, схватившись с их более крупными сородичами, прискакавшими на шум драки. Таким здоровякам наверху уже не удержаться, поэтому они предпочитали перемещаться по полу, набегая со всех сторон. Эти уже ни в какую кастрюлю бы не поместились, а их жала по длине вполне соперничали с кинжалами. Крепость отростков тоже оказалась на высоте, и с первого раза перерубить их получалось лишь у зачарованного топора Сатании. Часть её рунических татуировок на руке перетекла в оружие, заставив его сиять не хуже ксеноновой лампы. А сама фурия не останавливалась ни на секунду, выкашивая тварей одну за другой.

Моё возвращение в строй пришлось очень кстати. Ребята и так дрались на пределе, а противники всё наседали. Алонсо едва успевал отбрасывать новоприбывших, чтобы девчонки успели покромсать остальных. В принципе, они могли так обороняться ещё несколько минут, если бы откуда-то из глубин подземелья к нам не прискакал явный предводитель этой стаи, размером с целый микроавтобус. По пути он сшиб нескольких крупных сородичей, не особо беспокоясь об их сохранности, а одного и вовсе наколол на лапу, пробив панцирь насквозь.

Резкий порыв ветра, организованный Алонсо, тварь напрочь проигнорировала. Затормозила она лишь перед Сатанией, замахнувшейся для сокрушительного удара. Однако ударить девушка не успела — чудище резко скрестило передние лапы, породив грандиозный хлопок. Примерно с таким звуком взрывается на пожаре газовый баллон. Взрывная волна оказалась в наличии, разойдясь кольцом от гиганта, только безо всякого огня. Просто разметало всё в радиусе пятнадцати метров.

Обычный стук лапок такого точно вызвать не мог, а всё что невозможно объяснить логикой, автоматически попадает под юрисдикцию магии. Лично мне так проще сохранять рассудок. Значит, эта тварь ещё и колдовать может, чудесно.

Зверолюдку отбросило в сторону, будто тряпичную куклу, вместе с несколькими паучками поменьше. Остальные устояли на ногах и лапах. Криста тут же переключилась на новую цель, но её ледышки бессильно разбивались о толстый панцирь, оставляя на нём лишь неглубокие вмятины. Чудищу град не мешал, и оно потопало вперёд, прямо на Снегурочку.

Я помотал головой, прогоняя назойливый звон в ушах после хлопка, и выставил вперёд руку. Следующий взрыв может вполне стать для группы последним. Даже если никто сильно не пострадает, остальные паучки мигом это исправят.

— Ложись!

В моём распоряжении осталась только магия огня, так что сильно ломать голову не пришлось. Я сформировал шар огня и запустил его под набегающую тварь. Нарочно не стал стрелять прямо по корпусу, вспомнив рассказ одного знакомого с Дальнего Востока — большого любителя камчатских крабов. Он как раз упоминал, что тех начинают разделывать именно с брюшной части, более мягкой и податливой. Крепость остального панциря я уже оценил, и не хотел тратить энергию впустую.

Огненный сгусток разорвался точно под ним, ненадолго подбросив тушу вверх. Эта взрывная волна оказалась послабее предыдущей, ударив в основном по ушам. Зато гиганту досталось куда серьёзнее — пару лап оторвало с корнем, а из проломленной брюшины вывалились дымящиеся внутренности. Помирать чудище пока не собиралось, но особой угрозы уже не представляло, позволив мне сосредоточиться на остальных.

Второй фаербол полетел в скопление паучков на противоположной стороне зала. Они явно собирались с силами, чтобы навалиться всем вместе, но вместо этого стали лёгкой мишенью. Тех, кого не изжарило на месте, накрыло взрывом. С потолка посыпалась мелкая каменная крошка в качестве предупреждения, что надо бы поумерить пыл.

Руку как всегда опалило до волдырей, но на общем фоне я этого даже не почувствовал. Куда больше беспокоило состояние Сатании, что улеглась возле одной из колонн. А ещё перед глазами всё поплыло, как бывает обычно от магического истощения. Или это последствия укусов? Личный счётчик у меня отсутствовал, а подсказать некому, так что приходилось ориентироваться исключительно на собственные ощущения.

К счастью паучки не знали, что мы едва держимся на ногах. Потеряв лидера и значительную часть «крупняка» они решили не убиваться в едином порыве и стали массово отступать. Некоторые прихватили с собой раненных и даже дохлых сородичей. Сомнительно, что ради оказания помощи, но препятствовать спешной эвакуации мы не стали.

Как говорится, счастливого пути, попутного ветра вам под панцирь.

Соваться к дёргающемуся гиганту с моим коротеньким огрызком не самая лучшая идея, так что я сосредоточился на недобитках помельче. В итоге вожаком занялась Криста, а Ива с Алонсо помогли Сатании отбиться от желающих её уволочь вслед за остальными. Выносливая фурия успела прийти в себя, но двигалась с заметным трудом, а руны на её руке и оружии потускнели. К счастью, ей заинтересовались не самые опасные твари, и слаженными действиями ребят их быстро перебили.

Я давно уже приметил, что молодой мещанин и целительница стараются в бою держаться поблизости. И у них неплохо выходит взаимодействовать. Остроухая напирает на грубые взмахи палашом, тогда как парень предпочитает колдовать и по минимуму использует рапиру.

Вскоре они закончили с зачисткой и привели хромающую Сатанию, у которой ещё и кровоточил бок. А вот Криста разошлась не на шутку, продолжая кромсать полуторником бедного вожака. Тот уже явно издох и дёргался исключительно из-за садизма девушки. Наконец она разделала его настолько, что смогла нырнуть внутрь едва ли не по пояс. Я от увиденного опешил, но к счастью этим воспользоваться было некому — живые монстры кончились. Назад маньячка выбралась чумазая, но довольная, держа в руках ярко сияющий камень.

Так это же магическая батарейка!

Не считая отсутствия какой-либо огранки, этот минерал особо не отличался от тех, что горели в наших светильниках. Такой же чуть продолговатый и светящийся изнутри. С другой стороны, а с чего я вообще взял, что их добывают шахтёры? Те же кристаллы смерти оставались после развоплотившейся нежити. Только в обычных паучках не было ничего подобного, уж на их внутренности я уже успел насмотреться.

— А подождать не судьба? — скривилась Ива, приводя в порядок зверолюдку. — Сам бы выпал.

— Лучше здесь не задерживаться, — покачала грязной головой Снегурочка, после чего повернулась ко мне. — Спасибо тебе, Авери, ты очень вовремя пришёл в себя.

— А раньше не мог? — буркнула Сатания, вырвав из ноги застрявшее жало.

— Нет, — ответил я, подходя ближе.

Стоило мне вступить в круг света, как ребята дружно охнули.

— Что с тобой?! — вскинулась Ива, позабыв об открытом кровотечении у рогатой пациентки.

— В себя пришёл, как видишь, — пожал я плечами.

Но моих соратников такой ответ не устроил, а целительница опрометью бросилась ко мне и задрала располосованный рукав рубашки. Место укуса на руке немного вздулось, но испугало её не это, а тёмная сетка вен, проступивших через бледную кожу. Тоже самое творилось почти по всему телу, насколько я смог разглядеть в отсутствии зеркала. На мне теперь можно легко изучать кровеносную систему человека.

— Сколько раз тебя укусил панцирник?!

— Сколько смог, а что?

— Ты отравлен! Нужно срочно убрать яд, пока у тебя сердце не встало!

Зеленоволосая девушка вцепилась мне в руку, но стоило ей поработать с укусом, выдавив оттуда немного мутноватой жидкости, как моя конечность снова начала становиться ватной. И притухшие вены никак не радовали.

— Так стоп, — я вырвал руку и отстранил целительницу. — Займись остальными, а мне и так неплохо.

— Ты же умираешь!

— Зато я делаю это на своих двоих, а не лежу беспомощным куском мяса, — отрезал я. — Давай не спорь.

Ива чуть ли не со слезами на глазах попыталась найти поддержку среди остальных членов отряда, но Сатания неожиданно встала на мою сторону.

— Воин не должен бояться смерти. Хотя видок у него и впрямь, как у покойника…

— Странно это, ведь от их яда всё наоборот должно онеметь, — включилась в разговор посмурневшая Криста. — Панцирники обездвиживают свои жертвы, чтобы потом спокойно их сожрать.

— Да! — кивнула фурия. — У меня вот нога до сих пор еле слушается. Спасибо ушастой, иначе скакать бы на одной пришлось скакать… Эй, ты что, обиделась?

Но целительница даже не повернулась в сторону невоспитанной островной принцессы, а стремительно бледнела, уже не сильно отличаясь от меня.

— Я вспомнила! Они ведь не просто жрут, а сначала впрыскивают в организм жертвы пищеварительный сок…

Глава 3

Женщинам свойственно сгущать краски и наводить суету по любому поводу, даже пустяковому. Поэтому на всём протяжении пути я больше отбивался от паникующих спутниц, чем от подземных монстров. Даже Сатания присоединилась к остальным, услышав про внешнее пищеварение панцирников.

Подумаешь, ну перепутали меня с парализованным и впрыснули сразу кислоту. Зато она бодрила она лучше всякого эликсира. А уж об их токсичности Авери мне в своё время все уши прожужжал. Я не собирался возвращаться в состояние тушёного овоща, поэтому всячески отбрыкивался от «лечения». Тем более жертвы перевариваются далеко не моментально, а в течении нескольких часов.

В итоге сошлись на том, что пока я не превратился в питательный бульон на ножках, лучше бы нам поспешить.

Чувствовал я себя пусть и паршиво, но хотя бы мог при этом самостоятельно двигаться и даже колдовать. Периодически накатывала тошнота и начинала кружиться голова, как будто с перепоя. Атма вовсю пекла в груди, борясь с пищеварительным экстрактом, и тем самым держала организм в тонусе. А что до скорой смерти, то она меня и так окружает повсюду. Я с самого начала иду по тончайшему льду, постоянно слыша хруст под ногами. Единственная возможность не уйти под воду окончательно, это успешно выполнить задание сумасбродного начальника службы безопасности.

Однако это лишь с виду он беззаботный весельчак. За маской балагура прячется расчётливая и прагматичная личность, которая ведёт свою малопонятную игру. Я практически уверен, что Иолай сослал нас сюда не просто так, забавы ради. Нет, у меня и до этого имелись на этот счёт некоторые подозрения, а сейчас они окончательно окрепли. Каков был шанс того, что монстры поднимут меня на ноги, вместо того, чтобы добить? Что это, счастливая случайность? Да я, скорее, в Деда Мороза поверю.

Только бы тот загадочный преподаватель нашёлся...

С ним тоже не всё понятно. Кто будет здесь безвылазно сидеть? На этом этаже давно вынесли всё мало-мальски ценное. Археологией лучше заниматься чуть поглубже. Нам по пути как раз повстречалось несколько спусков на нижние этажи в виде гигантских лестниц с метровыми ступеньками. Снизу так и веяло неприятностями, заставляя кожу покрываться мурашками. Эти места мы обходили стороной.

Помимо ядовитых панцирников здесь обитали не менее кошмарные твари. Что-то вроде комаров, размером с кулак, что питались кровью, а так же шестилапые ящерицы-невидимки, мимикрирующие под окружающие предметы лучше хамелеона. К счастью, все они боялись огня, и после первого же взрыва предпочитали убраться прочь. Если оставались в живых. Я особо не берёг местную фауну, а ребята помогали с её поисками. Ива чутко прислушивалась к подозрительным звукам, а Сатания полагалась на острый нюх. Застать нас врасплох больше ни у кого не вышло.

Сами панцирники устроили ещё парочку засад по пути, но у этих стай не нашлось достойных вожаков, так что сбежали они ещё быстрее предыдущих. С другой стороны, пополнить магический запас не вышло. Магические кристаллы встречаются лишь в серьёзных тварях, которые могут использовать свой Источник для колдовства. Так что этот минерал вовсе не горная порода, а что-то вроде камней в почках.

Ива израсходовала все найденные кристаллы, и даже пожертвовала ещё одним светильником, чтобы привести нас в порядок после очередной заварушки. С каждой последующей стычкой мы всё больше слабели, и любая рана могла стать фатальной. Нам срочно требовался отдых, но останавливаться здесь лагерем я даже самоубийцам не советовал бы. Ещё хуже дело обстояло с голодом — мы ведь уже почти сутки ничего не ели. От постоянных мыслей о еде отвлекались тем, что обсуждали вслух, можно ли сожрать кого-нибудь из местных обитателей без серьёзных последствий.

Наверное, поэтому нас уже старались не трогать.

Сложно сказать, сколько длилось наше путешествие по гигантским катакомбам. Меня раздирало изнутри от циркулирующего по венам пищеварительного фермента, так что каждая минута растягивалась в вечность. Мало того, что мышцы горели, так ещё и воздуха стало не хватать. Я старался дышать полной грудью, но всё равно как будто задыхался. А проклятое подземелье всё не кончалось. Строили Древние с размахом, только смысл таких обширных коммуникаций ускользал от моего воспалённого сознания. Понятное дело, что здесь не предполагалось устраивать многоуровневые полигоны для бедных курсантов, но тогда что?

Никто же не строится просто так, от избытка ресурсов, кроме наших чиновников.

Окружающая архитектура не особо менялась, а вот сами помещения заметно сократились по площади. Зато повреждений и завалов становилось всё больше. Кто-то здесь в своё время знатно порезвился, прямо на все деньги. Кое-где проломы в стенах вели из одного помещения в соседнее, как альтернативные переходы. Благо такая плотная застройка не предполагала толстых перегородок. Отсюда и колонны через каждые пару десятков метров, чтобы лишний раз поддержать потолок.

Иной раз слышалось слабое потрескивание не пойми откуда, но в целом монументальная постройка рассыпаться вроде бы не собиралась.

Я настолько погрузился в выискивание возможной опасности, что проворонил момент, когда мы наконец-то добрались до пункта назначения. Волшебный навигатор привёл нас в довольно тесное помещение, квадратов на сто площадью. Практически каморка в сравнении с типичным размахом древних Церетели. Вместо привычных барельефов стены украшал угловатый орнамент, переходя частично на потолок. Да и сами блоки немного отличались более насыщенным красным цветом. Мы уже встречали несколько подобных помещений, но прежде они пустовали.

Здесь же прямо посреди зала располагался массивный постамент, на котором зодчие установили чей-то памятник из кроваво-красного камня с чёрными прожилками. При этом абсолютно гладкого, будто его лаком вскрыли. Яшма, наверное. Изображала скульптура человеческую фигуру, скрестившую руки на груди. А вот непропорционально большая голова точно к людскому роду не относилась. И дело даже не в многочисленных рогах — у нас тоже есть их обладательница, весьма симпатичная со всех сторон.

Эта же голова подходила какому-нибудь местному животному, отсутствующему на моей Земле. То ли лошадь, то ли птица, то ли чёрт его дери. Однако мне это всё равно что-то смутно напоминало. Может, в книгах Алонсо такая страхолюдина попадалось?

Внизу на постаменте были выбиты поясняющие надписи, но на незнакомом мне угловатом языке, напоминавшем россыпь разнокалиберных треугольников. Начитанная Ива тут же полезла их рассматривать, пока Алонсо подсвечивал ей последним фонарём. Всё равно здесь не было ни следа педагога, а там вполне могла оказаться подсказка.

— А ты уверена, что нам сюда? — уточнила Сатания.

— На, смотри сама, — Криста с раздражением ткнула ей навигатор едва ли не в лицо. — Стрелка больше не движется, мы пришли.

— Не люблю я эти ваши штуки, — проворчала фурия. — Лучше нормальная карта, которую в руках подержать можно. Пергамент или ещё лучше — на крепкой дублёной шкуре. У отца в хоромах как раз одна такая висела. С какого-то короля соседнего содрал, когда его корабль потопил. Правда, клада так и не нашли, сколько ни искали. Повело рисунок при выделке, наверное…

От дальнейших воспоминаний о семейных реликвиях её отвлекло свечение, внезапно растёкшееся по всему постаменту в виде ломаных линий. Это чем-то напоминало рунную магию Сатании, только эта штука сияла тревожно красным светом. Ива резво отпрянула от изваяния, как кошка от распахнутого холодильника в три часа ночи.

— Ты что наделала, ушастая?!

— Н-ничего, — замотала та головой.

— Она просто надписи протёрла от пыли, — встал на её защиту Алонсо. — Их не видно было.

— Ну что, прочитала? — язвительно поинтересовалась зверолюдка, вливая энергию в топор. — Я тебе без всяких заумных талмудов скажу, что нам крышка. На твоей руке наша кровь была!

Целительница виновато уставилась на свою ладонь, испачканную в чём только можно. Воды у нас нет, а естественные ручейки давненько не попадались. Попробуй, приведи себя в порядок, когда повсюду тысячелетняя пыль, а соратники то и дело получают серьёзные травмы. Тут уж не до гигиены, лишь бы не съели.

Тем временем красное сияние перекинулось на саму статую, подсветив густую сеть жил, окутавших антропоморфную фигуру со всех сторон. Это больше напоминало кровеносные сосуды, чем каменные вкрапления. Ничем хорошим это явно закончиться не могло, здесь Сатания права.

— Рассредоточились полукругом!

Едва я успел закончить приказ, как от изваяния пошёл громкий треск. Жилы напоследок вспыхнули ещё ярче, после чего превратились в трещины. Через мгновение каменная корка стала осыпаться, будто скорлупа, от которой сразу потянуло зловещим холодком. Под камнем имелась обширная полость, в которой разместился бледнокожий человек всё в той же позе со скрещенными на груди руками. Голова у него оказалась вполне нормальная, без рогов и прочей экзотики, в виде заострённых ушей.

Теперь до меня наконец-то дошло, что мне напоминала статуя — древнеегипетский саркофаг, поставленный на торец! Только здесь вместо разодетого фараона покоился молодой худощавый мужчина с длинной шевелюрой едва ли не до плеч. Волосы в свете фонаря отливали серебром, а по всему обнажённому телу, бледному как молочный мрамор, были набиты угловатые штрихи. В сравнении с ним даже белокожая Сатания выглядела загорелой смуглянкой. Татуировки же напоминали те, что были выбиты на постаменте. Из всей одежды на нём болталось одно лишь ожерелье из красноватых камушков, похожих на крупные рубины.

Однако все наши девушки с расширенными глазами уставились вовсе не на украшение.

Я редко обращаюсь к богам, тем более к местным, однако сейчас мысленно взмолился к покровителям, чтобы потерявшее опору тело упало вниз, как и полагается нормальному мертвецу. Но вместо этого мужик открыл бледно-голубые глаза. Холодные, будто две льдинки в глазницах.

— Это некромансер! — выкрикнула Криста, запулив в него целый рой градин.

Тот лишь небрежно отмахнулся рукой, и ледышки со свистом полетели обратно в нас. Одна едва не ударила меня в грудь, но я успел перерубить её клинком. Наверняка Хивея осталась бы довольна, а вот мне радоваться чего-то не тянуло. Слишком уж опасным выглядел бледнокожий мужик, хотя он был гол и безоружен.

Поэтому я без раздумий стал накачивать руку энергией. Огонь прекрасно зарекомендовал себя против мертвецов, так что стоило начать именно с него. Только вот загадочный некромансер не стал дальше позировать на постаменте, и резко исчез. Мои глаза едва успели разглядеть смазанный след, ведущий вниз. Наверное, потому что они привыкли к Мерцанию и работе на запредельных скоростях.

Жаль я сам воспользоваться ускорением не мог, и даже предупредить ребят не успел. Мужик внезапно вынырнул рядом с Сатанией, посчитав фурию главной угрозой. Та не успела должным образом среагировать на того, кто движется быстрее взгляда, и её топор оставил лишь неглубокую царапину на его плече. Зато он сам одним неуловимым движением свернул зверолюдке шею.

Громкий хруст позвонков заставил меня самого сжать зубы так, что во рту стало солоно от крови.

Не успело её тело завалиться на пол, как он занялся остальными. Алонсо вызвал настоящий вихрь перед собой, но освободившийся из каменного заточения мужчина запросто пробил воздушный щит вместе с грудью паренька. Ива с криком бросилась на противника, выставив перед собой палаш, но белокожий небрежным взмахом второй руки отшвырнул её аж до противоположной стены. В которую она врезалась так сильно, будто сама находилась под ускорением. На каменных блоках остался кровавый отпечаток, а изломанное тело девушки шмякнулось на пол. Мне сразу вспомнились все те разбившиеся люди, что прыгали их окон высоток от подступающего огня.

— Задержи, — коротко бросил я последней соратнице.

Криста не стала терять времени на кивок и резко присела, возложив обе ладони на пол. Мою правую руку просто раздирало от жара, заставив дымиться укреплённую рукоять катаны, но оставалась ещё и левая. Ещё пара секунд…

Однако проклятый убийца не собирался нам их давать. От ледяного ковра, сковавшего каменный плиты, он просто отпрыгнул, взвившись в воздух. После чего обрушился на меня. Только одного он не рассчитал — я видел все его перемещения. И когда бледнокожий сблизился со мной, намереваясь увернуться от простенького удара саблей, его ожидал сюрприз. Весьма горячий, градусов эдак на пару тысяч. Мои ладони уже разжались, отпустив рукоять бесполезного оружия, а между ними родилось даже не пламя, а нечто близкое к плазме. Прямо крохотное солнышко, испепеляющее плоть до самых костей.

Я давно уже понял, что дело не в размере огненного шара, а в количестве влитой в него энергии. Осталось только уплотнить структуру, и это получилось у меня в первый раз. Вот что значит, припекло. В заряд я вложил всю свою злость, боль и прочие эмоции, клокотавшие во мне. Пусть мы с ребятами были знакомы всего ничего, это не помешало нам стать настоящими друзьями. Их потеря резала мою душу похлеще любого зачарованного кинжала.

В голове пульсировало только одно слово: «месть!»

Некромансер бил голыми руками, так что расстояние между нами в эту долю момента оказалось минимальным. Увернуться с линии он попросту не мог — уж я постарался провести нужную траекторию. При этом прекрасно понимал, что мне самому тоже не жить. В любом случае.

Ну хоть Криста останется, чтобы нас похоронить…

Однако моему грандиозному плану не суждено было сбыться. Клокочущая плазма, покинувшая мои прожжённые ладони, без следа впиталась в то самое ожерелье на шее ублюдка. Поглотив заряд, оно треснуло и рассыпалось красной пылью. А вот его обладателя даже не обожгло толком, да ещё и бескровная царапина от топора уже затянулась бледным рубцом.

Вот и всё. У меня не осталось сил, даже чтобы просто стоять, а ладони превратились в две обугленные головёшки. Однако боли я не испытывал, только горькое сожаление. Получается, нас действительно обрекли на неминуемую смерть…

— А ты хорош, — задумчиво протянул мужчина, потирая шею. — Амулет мне разрушил...

Голос у него оказался бархатистым и приятным, совсем не подходящим его заупокойной внешности. С таким выговором новости хорошо зачитывать, а не людей убивать. Он склонился надо моим распростёртым телом, с интересом его разглядывая.

— Так-так… Принял сок панцирников, чтобы дополнительно разогнаться? Неплохо, учитывая твоё состояние. Но такой выплеск тебя бы угробил ещё быстрее, чем… Хм, а это что такое? Любопытно... Да подожди ты!

Он нырнул в сторону и тут же вновь возникнул с вяло трепыхающейся Кристой в руке, крепко держа её за горло. Однако ломать ей шею почему-то не стал.

— Достаточно!

Снегурочка упала рядом со мной, отчаянно кашляя. На её шее остались тёмные пятна от безжалостных пальцев, но главное, что она продолжала дышать, хоть и с трудом.

— Я слушаю, — требовательно произнёс белокожий, обращаясь к ней. — Говори быстрей, от этого зависит жизнь остальных. Будешь мямлить, они умрут.

Такое предложение оказалось куда действеннее любых пыток. Девушка прокашлялась и выдавила из себя:

— Мы соискатели…

— Это я и так вижу. Зачем вы здесь околачиваетесь?

— Гранд-магистр Иолай отправил нас…

— Можешь не продолжать, — оборвал он её. — Значит, этот выродок болотный до сих пор жив, надо же! Хотя кому бы ещё пришло в голову избавиться от кучки неучей таким дурацким способом? Это в его стиле, создать всем максимум проблем. Даже здесь меня достал...

Бурча себе под нос, мужик снова исчез в очередном рывке, вернувшись с телом Сатании. Небрежно уронив её на пол, он с хрустом вправил ей шею и отправился за Алонсо. С парнем он возился дольше, но я не мог толком повернуть голову, чтобы рассмотреть его манипуляции. Однако в какой-то момент парень стал подавать признаки жизни, захлёбываясь булькающим кашлем. Да и фурия внезапно застонала к моей огромной радости. Хотя ещё недавно её рогатая голова смотрела себе же за спину.

— Но некромансеры не могут лечить живых! — удивлённо прокашляла Криста.

— А ты, я смотрю, большой специалист по Проклятым, — проворчал белокожий, возникнув с изломанным телом Ивы на руках. — Вместо болтовни лучше охлади своего дружка, пока он не истлел окончательно.

— Так вы…

— Гранд-мастер Фестис, можно просто Фест. Займись работой уже.

Вот уж кого я никак не ожидал найти в каменном саркофаге, так это заслуженного педагога. С другой стороны, у дворян есть технология выращивания тела едва ли не заново в хрустальных гробах. Возможно, это он так релаксировал в тишине, пока мы не потревожили его покой.

В любом случае, теперь гранд-мастер вёл себя вполне миролюбиво. Даже изломанную целительницу ронять не стал, а почти бережно пристроил с краю, после чего принялся в ней копошиться, будто заправский механик в недрах отечественного корыта. Руки у него к тому времени были уже по локоть в нашей крови. Что он там конкретно делал я рассмотреть не мог, но уши иной раз улавливали знакомый хруст костей.

Криста заморозила мои обугленные культяпки, которые уже всё равно потеряли чувствительность, после чего стала обкладывать остальных свежим льдом по указке некромансера. Лично я о таких одарённых даже не слышал, хотя это явно были обладатели какого-то могущественного Проклятия. Очень странно, что один из них дослужился до высокого звания в стенах имперской академии, а не загремел прямиком в Орден Серой Стражи.

Судя по созвучному с некроидами названию напрашивалась версия, что они должны поднимать нежить из могил и повелевать ею во славу Смерти. Но те твари из Прорыва и сами прекрасно справлялись с истреблением всего живого. А уж четырёхрукие скелеты и вовсе обладали собственным разумом. Никакой армией мертвецов Фест не командовал, что не помешало ему едва не отправить нас на тот свет голыми руками. Он сам, скорее, напоминал восставшего мертвеца.

А вот ребята, насколько я мог рассмотреть, всё ещё были живы. Мёртвые точно не стонут, когда трещат их собственные кости. Что там делал с ними проклятый маг, оставалось только гадать, однако звуки доносились жутковатые. Относительно легко отделалась лишь Сатания, держащаяся обеими руками за рогатую голову, будто та вот-вот треснет. Чтобы фурия не дёргала ей слишком ретиво, Криста с мстительной улыбкой соорудила ей ледяной воротник на шее.

Заклятые подруги, что с них возьмёшь.

Я же понемногу «уплывал», куда-то далеко и вроде как надолго. Тело снова перестало ощущаться, перешагнув через рубеж возможного. Магическое ядро исчерпалось до дна, спустив все резервы организма, и больше не пекло грудь. А может, это наконец-то пищеварительный фермент монстров подействовал. Даже глазами шевелить стало тяжело, а вскоре их и вовсе придавило потяжелевшими веками.

— Так, не сметь мне тут умирать! — затормошил меня гранд-мастер. — Я запрещаю!

— Ему нужно к целителю, — поторопила его Криста.

— Нет, они здесь не помогут, — возразил преподаватель. — А вот этим троим нужно как можно скорее выбираться. Я перенастроил проводник, он выведет их к ближайшему подъёму. Тут недалеко. Они обязаны дойти, иначе я зря потратил на них время. С этим же экземпляром всё гораздо сложнее. Придётся повозиться...

— Что с ним?

— Его прокляли, — ответил ей некромансер, взвалив меня на плечо. — И я пока не понимаю, почему он жив до сих пор. В любом случае, нужно торопиться. Ты пойдёшь со мной, мне понадобятся лишние руки.

Снегурочка почему-то ему не ответила, но тут внезапно подала охрипший голос Сатания:

— Ты что творишь, выродок?!

— Смотрю, уже полегчало? — без всякого участия поинтересовался преподаватель. — Тогда помоги остальным. Как увидите Иолая, скажите ему, чтобы он катился прямиком в Пекло. Ему снова удалось меня заинтересовать…

Глава 4

Из болезненного забытья меня вывело прикосновение холодных пальцев к вискам. И не просто холодных, а практически ледяных. У живого существа таких не может быть по определению. Кожа некромансера оказалось не просто комнатной температуры, как у остывших мертвецов, а гораздо ниже. Наверняка его каменный саркофаг являлся чем-то вроде крио-камеры или проще говоря — морозильника. Даже сквозь одежду я чувствовал неестественный холод плеча, пока окончательно не отрубился.

Куда меня тащил не совсем живой преподаватель так и осталось тайной. Хорошо хоть, что он не только опознал какой-то подвох, но и взялся помочь, пусть и с точки зрения исследователя. Для меня это не принципиально. Остальные работники академии либо не заметили неладного, либо предпочли сделать вид.

Понять бы ещё, что со мной вообще творится...

Авери в качестве толкователя редких выражений очень не хватало. Самостоятельно я перевёл фразу некромансера как: «он про́клят», но слово там было совершенно другое. Речь шла вовсе не про обладателя антипода Дара богов — Проклятого, а о чём-то вроде недуга. Скорее всего, магического. Оставалось лишь надеяться, что я правильно уловил общий смысл. Если так, то плохо мне вовсе не от разряда, а от другого заклинания, которое повесили на меня в суматохе.

Но теперь хотя бы понятно, почему целители так и не смогли привести моё тело в порядок. Они лечили внешние проявления, а не причину.

Чтобы там не делал сейчас Фест, мне стало немного лучше. Перед глазами потихоньку прояснилось и я обнаружил себя в полусидячем положении под каменной стеной. Ноги по-прежнему не ощущались, а вот обожжёнными руками получилось немного шевельнуть. Хотя толку от них в таком состоянии…

Даже хорошо, что чувствительность пропала напрочь, иначе болело бы адски. Уж я-то знаю.

Рядышком точно в точной такой же позе привалилась к стене Криста. Бело-голубые волосы рассыпались в беспорядке, глаза закрыты, но вроде бы дышит. Уже хорошо — с таким бесчеловечным проводником никогда не знаешь, чего ожидать. Зачем она ему вообще понадобилась, с его возможностями? У меня на этот счёт были самые серьёзные опасения, но я их старался гнать прочь из головы.

Мы остановились на привал посреди широкого коридора, освещаемого за счёт мерцания множества мелких кристаллов, вмонтированных в потолок. По высоте он значительно уступал прошлым катакомбам, да и в целом отделка вокруг выглядела совершенно другой. Стены вымощены чем-то вроде плиточной мозаики, с точно такой же инкрустацией как и на потолке, только здесь большую часть камней кто-то бессовестно выковырял. Пол тоже отличался, больше напоминая кафель, чем шлифованный камень.

А ещё здесь был совершенно другой воздух. Более сухой и горячий, без всякой затхлости. С одной стороны наш коридор оканчивался расписным арочным входом в какое-то тёмное помещение, а с другой он уходил до Т-образного перекрёстка. Надо полагать, оттуда мы и пришли сюда, а точнее — Фест принёс нас, как кулька из магазина.

Сам преподаватель уже успел где-то приодеться, облачившись в белоснежные брюки и рубашку имперского кроя, но без знаков различий. Я не заметил на одежде ни единого грязного пятнышка, отчего она больше напоминала погребальный наряд. А вот обувью он почему-то пренебрёг, оставшись босиком.

Наверняка у него где-то поблизости от саркофага имелся собственный схрон на случай пробуждения. Вряд ли в подземелье такие вещи можно найти в столь хорошем состоянии, будто только из портной лавки.

Тем временем Фест точно так же коснулся пальцами головы Кристы, отчего та издала протяжный стон. Ну спасибо хоть шею ей не свернул, как Сатании. Не уверен, что обычный человек сможет подобное пережить без последствий. Вскоре девушка распахнула глаза, ещё более фиолетовые от множества лопнувших капиляров, и тут же подобралась, увидев над собой некромансера. А потом уж и меня. Всё что я смог в этой ситуации, это успокаивающе ей улыбнуться.

— Где мы?

— Под землёй, — лаконично ответил преподаватель. — Ещё глупые вопросы есть?

Девушка отрицательно мотнула головой.

— Тогда слушай, что нужно сделать. Занесёшь его внутрь, — Фест коротко кивнул в мою сторону. — Разденешь полностью и окунёшь в купель, что по центру. С головой, это важно!

Криста испуганно вытаращилась на него, будто он действительно захотел отдать её в жертву ради моего спасения, как я и опасался. Даже рот приоткрыла от переизбытка эмоций, но гранд-мастер как ни в чём ни бывало продолжил инструктаж:

— Затем раздеваешься сама и окунаешься следом. Тоже с головой. На тебе кое-что осталось, так что сглаз будет постепенно подтачивать твоё здоровье. Не повредит, в общем.

— Нет, я не смо…

— Это приказ, — жёстко пресёк возражения некромансер. — Можешь считать это искуплением, если тебе так будет легче. У тебя серьёзные недочёты в структуре плетения, я это чётко вижу. Тот, кто поставил тебе защиту, либо халтурщик, либо не заботится о последствиях. Что почти одно и то же. В любом случае, она отражает проклятие в ближайшего человека вместо того, чтобы его рассеивать. Или хотя бы возвращать отправителю. Видимо, в тот момент паренёк находился рядом с тобой и принял твою смерть на себя. А вот почему его душа всё ещё не сгинула — отдельный вопрос. Своей защиты у него нет, по крайней мере, искусственной. Возможно, это что-то врождённое. Случай крайне интересный…

Преподаватель продолжил что-то неразборчиво бормотать, но уже больше для для себя самого, погрузившись в собственные мысли. Видать, прикидывал, как такое произошло.

Я тоже округлил глаза, подобно бедной Снегурочке, но уже по другому поводу. Получается, что это самое проклятье бьёт именно по душе, только их в этом теле обитало сразу две. И удар принял на себя вовсе не я, а бедолага Авери. Так вот куда он пропал…

— Но почему вы сами этого не сделаете? — взмолилась Криста, готовая провалиться куда-то к центру планеты.

— Мне туда ходу нет, — спокойно пояснил Фест, оторвавшись от размышлений. — Поторопись, иначе останешься здесь навсегда. Если он умрёт, возиться с тобой не будет никакого смысла. Ты всё поняла?

Девушка затравленно кивнула и тут же подступилась ко мне. Некромансер в своей отстранённости был очень убедителен. Лично я не сомневался, что он без всяких терзаний исполнит угрозу. Не придумав ничего лучше, Снегурочка подхватила меня под мышки и потащила спиной вперёд. Сил у неё тоже осталось мало, так что винить её не стоило. Тем более, мои волочившиеся по полу ноги уже ничего не ощущали, даже когда стукнулись о порог.

Больше всего меня сейчас волновала судьба Авери. Неужели с ним всё? Другой на моём месте испытал бы облегчение, пусть и невольное, а вот у меня на чудом уцелевшей душе скребли кошки. Я ведь обещал вернуть ему тело, которое отобрали его ублюдки-родители...

А своё слово я держу. Всегда.

За расписной аркой оказалась самая настоящая природная пещера, которую сильно облагородили древние дизайнеры. Они слегка выровняли стены подземной полости, украсив их самоцветами и росписью, а так же установили множество магических светильников. Те сразу среагировали на появление гостей и разом вспыхнули, прогнав темноту. Только упомянутую купель я так и не увидел, не в силах обернуться. Снова стала накатывать дикая слабость, не сулящая ничего хорошего.

— Прости, если сможешь… — прошептала Криста, бережно уложив меня на пол.

Я так и не понял, за что именно. То ли за прицепившееся ко мне проклятие, которым её уже в который раз хотели прикончить, то ли за то, что она не смогла нормально меня нести. Когда мы путешествовали группой, с перекладыванием с одних плеч на другие помогали ребята. Да и мои руки тогда были в относительном порядке, а сейчас я окончательно превратился в безвольный куль. Даже шевелиться было трудно.

Поэтому я нисколько не смущался, когда пунцовая Снегурочка принялась неловко меня раздеть. Не до того сейчас, вот серьёзно. Всё, на что меня хватало, так это бороться с подступающим беспамятством.

Но вот вся моя одежда оказалась на каменном полу, а меня снова поволокли дрожащие руки. К счастью, недолго — почти сразу я бултыхнулся в горячую воду. Криста настолько распереживалась, что забыла меня предупредить, что неплохо бы задержать дыхание. Едва успел вздохнуть побольше, прежде чем погрузился с головой.

Так уж получилось, что я никогда не бывал на геотермальных источниках. Санаториев в наших краях отродясь не водилось, а путешествовать финансы не позволяли, особенно после ухода из пожарной службы. Даже в простой ванне не плескался чёрт знает сколько, ограничиваясь простым душем. В этом мире тоже как-то не довелось спокойно поплескаться. И я уже порядком забыл то восхитительное чувство, когда после тяжелого дня погружаешься в воду, смывая с себя скопившееся напряжение и усталость.

Меня обволокло теплом и покоем со всех сторон и я едва не растворился в нём, как кусочек рафинада в горячем чае. Исчезла не только ломота, но и вся боль разом, включая зудящие укусы панцирников, где чувствительность ещё немного сохранилась. А ведь там даже кожа успела омертветь вокруг каждого прокола и выглядели они очень скверно. Если не обращать внимания на сожжённые кисти рук.

Но теперь это всё наконец-то перестало меня беспокоить. Прямо как после… Смерти.

Внезапная догадка молнией пронзила мой умиротворённый разум и заставила забарахтаться. Ногами я тут же почувствовал неровное дно, усеянное камнями, и оттолкнулся от него. Глубина оказалась смешная, вот только нормально всплыть у меня не вышло — проклятая вода стала как будто резиновая, выгибаясь под напором моей головы. Такое бывает, если резко выныриваешь, но лишь на доли секунды. С поверхностным натяжением здесь точно творилась какая-то нездоровая фигня, но мне было не до рассуждений. Кислород в лёгких давно закончился, и организму требовалось срочно вздохнуть.

Я тянулся наверх изо всех сил, отчаянно работая руками и ногами, пока чёртова водяная плёнка не лопнула, брызнув во все стороны. Мой судорожный вздох обжёг грудь изнутри, но главное, что внутрь попал воздух, а не вода. Кашляя и фыркая, будто неопытный ныряльщик, я вытер лицо и проморгался. Заодно понял, что руки полностью восстановились, вплоть до кончиков пальцев. Никаких обгорелых культяпок. Укусы вместе с ожогами полностью исчезли, а на мокрой голове отросли волосы, даже как-то слишком сильно.

Похоже, придётся опять обращаться к цирюльникам.

Это уже не магия, а какое-то сущее чудо. Живая вода, не иначе. Такой мощной регенерации не удавалось добиться даже опытным целителям, коих я повидал уже немало. Тем более их манипуляции редко проходили безболезненно, а новая кожа потом ещё долго чесалась и была слишком чувствительна к любому прикосновению. Не говоря уже о повреждениях посерьёзнее, вроде срощенных костей. Эти же новые ткани были мне как родные, во всех смыслах. Будто меня никто и не калечил, включая собственные выкрутасы.

Пока я с удивлением осматривал обновлённого себя, позади отчётливо послышался всплеск. Обернувшись вокруг оси, я нос к носу столкнулся с раскрасневшейся Кристой в купальном костюме Евы. И не мудрено, ведь диаметр всей каменной купели не превышал пары метров. По сути это была просто небольшая полость с отвесными стенами, заполненная водой. Её слегка подровняли по периметру, но на дне по-прежнему ощущались рёбра горной породы.

Моя соседка по купели уже успела окунуться, и теперь её мокрые волосы ещё больше поголубели. Как и на мне, на ней не осталось ни царапины, включая рассечённую в массовой драке скулу. А на её изящной шее исчезли отметины от ледяных пальцев Феста. Лишь клановая татуировка в виде головы единорога поблескивала на блестящем от воды плече.

В отличие от меня она не доставала ногами до дна, но гребла лишь одной рукой, а второй изо всех сил пыталась прикрыть грудь. Правда, получалось у неё так себе. Я не специалист по размерам, но до первого ей точно далеко. Целебная вода была почти полностью прозрачна, не считая мелких пузырьков, пробивающихся откуда-то со дна, так что моим глазам открылось очень многое, если не всё.

— Отвернись! — взвизгнула Криста, брызнув на меня водой.

— Да чего я там не видел…

— Я сейчас тебя утоплю!

Она попыталась оттолкнуть меня, но вместо этого сама погрузилась с головой. Всё-таки плавание не её конёк, и одних ног ей не хватало, чтобы держаться на плаву. Я инстинктивно её приобнял, вспомнив про коварство «живой воды», и только потом понял, насколько этот жест получился двусмысленным. Всплывшая Снегурочка забарахталась ещё сильнее, а потом внезапно подалась ко мне и укусила за плечо, прямо до крови. Правда, отметина тот час же затянулась к нашему обоюдному удивлению.

А затем я понял, что Криста смотрит гораздо ниже моего зажившего плеча. Ведь на мне тоже ничегошеньки не было, а тёплая вода и близость обнажённой сверстницы сделали своё подлое дело. Вот блин!

— Пожалуй, топить здесь меня придётся очень долго, — заметил я, неохотно отпуская девушку.

Та тут же отплыла подальше, вцепившись рукой в край ямы. Заодно продемонстрировала мне и крепкие бёдра.

— Ты точно похотливый демон!

— Эх, и ты туда же?

Я со вздохом отвернулся, но тут же забыл про смущённую девушку. Потому что с противоположной стороны прямо над купелью на нас с укором уставилось каменное изваяние в форме птицы. С гордым клювом, когтистыми лапами и пылающим оперением. Почти такое же, что хранится под фамильным замком моего «родного» клана, за одним существенным исключением.

Эта фигура из оранжево-красного минерала, похожего на янтарь, была гораздо больше.

Глава 5

«У «Фениксов» издавна тяга к этому месту…»

Голос дядюшки Альбина прозвучал в моей голове столь отчётливо, как будто это он плескался со мной в подземной купели, а не родная сестра императора. Да ещё и без купальника. Но больше это вынужденное соседство меня не беспокоило.

Судя по удивлённому возгласу Кристы, она тоже наконец-то заметила каменного феникса. Прямо как в анекдоте про индейского вождя Зоркого Глаза. Хотя я догадывался, куда был всё это время направлен её взгляд и почему она проглядела такой важный элемент архитектуры.

Что ни говори, но каменная птица моментально вернула мне мозги на положенное место. А то расслабился от совместного купания и позабыл, что мне-то стало лучше, а вот моему соседу — нет. Нехорошо это, ведь по заверениям Феста проклятье должно было развеяться.

Но Авери по-прежнему никак не давал о себе знать, и это меня категорически не устраивало.

Я ухватился за кромку купели, переходящую в пол пещеры, и одним рывком выбрался из упругой воды. Поплескались и хватит. У меня остался ещё один вариант, и его стоило как можно быстрее попробовать. Ведь чем славятся фениксы, так это тем, что могут возрождаться даже из горстки пепла.

Статуя на ощупь оказалась тёплой, едва ли не горячей. Но это жар не обжигал, а скорее согревал, ибо после тёпленькой водицы в самой пещере было холодновато. Не зная, как правильно поступить, я просто обнял изваяние и приник лицом к янтарному оперению на груди феникса.

Давай, родной, не подведи! Ведь это тело твоего верного последователя, а в нём должен находиться настоящий хозяин, а не самозванец из другого мира…

Татуировка на плече заныла, засияв почти так же, как в подземном храме во время Инициации. Вот только статуи богов здесь отсутствовали, а стены покрывали малопонятные письмена, состоящие из треугольных значков. Почти такие же были на основании саркофага, где отдыхал от мирской суеты Фест.

Голова закружилась, будто от выпитой всухомятку бутылки водки, а свет перед глазами померк. Единственным, что не давало тьме поглотить меня окончательно, оставался сам феникс. Он больше не был заключён в каменную оболочку, а предстал передо мной в истинном обличье. Птица, сотканная из пламени, уставилась на меня глазами цвета горящего натрия. Даже на фоне остального огня они выделялись яркостью, прожигая меня насквозь. И я был уверен, что взгляд этот совсем не добрый. Примерно так смотрят на звеневшую над ухом надоедливую букашку, прежде чем её прихлопнуть.

Только страха божественная сущность во мне так и не разглядела. Сложно напугать человека, который отдал свою жизнь ради спасения других. Если нужно рискнуть собой, меня два раза просить не надо — в этом весь я. Героем себя никогда не считал, просто так мне кажется правильнее.

Внезапно изображение птицы размылось, и передо мной появился слегка покосившийся дом, который я моментально узнал. Уж это строение навсегда отпечаталось в моей памяти. Старая трёхэтажная халупа из кирпича и дерева, построенная ещё до революции. В те времена там обитала крупная зажиточная семья, однако после раскулачивания жильё перестроили, расселив там кучу неприкаянного народа. Получилось очередное временное общежитие, просуществовавшее в итоге кучу лет. Уже снова успел смениться строй в стране, а та хибара с потемневшими стенами всё ещё стояла.

Мы тогда жили напротив, в панельной пятиэтажке, и я каждый раз пробегал рядом с этой развалюхой по дороге в школу. Однако в тот злополучный день пройти мимо не смог, привлечённый множеством линий, опутавших ветхое строение. Я уже точно знал, что это такое, и успел не раз получить по шапке за свои «выдумки».

Тогда передо мной встала дилемма, определившая всю мою дальнейшую жизнь — идти дальше, чтобы по возвращению из школы обнаружить на этом месте свежее пепелище, или попытаться всех предупредить. Помнится, навстречу мне вышли жильцы, что-то мирно обсуждающие меж собой, и я решился. Конечно же, мне никто не поверил, а вот после пожара многие про меня вспомнили.

Это оказался мой первый привод в детскую комнату милиции, но далеко не последний…

Я стал угрюмым и замкнутым подростком, стараясь всё держать в себе. К счастью, обида от несправедливости окружающего мира не сделала меня социопатом. Моя врождённая упрямость не позволила сломаться, да и зрелище сгоревших людей произвело на меня неизгладимое впечатление. Кто увидит подобное своими глазами, никогда не захочет, чтобы такое случилось с другими.

В том пожаре погибло двое жильцов с третьего этажа — бабушка и её малолетний внук, оставленный родителями на попечение старушке. Что там случилось доподлинно не известно, но все склонялись к версии, что они просто не смогли выбраться. И только я знал, что где-то там и произошло возгорание. По крайней мере, нити расходились сверху вниз.

Видение прошлого оказалось настолько реалистичным, что я невольно протянул к нему руку. Пальцы против ожиданий ощутили потрескавшийся от времени кирпичи цокольного этажа, которые раз в пару лет пытались покрасить, но всё это неизбежно отваливалось. Нос уловил запах пыли и чего-то неуловимого, что ещё больше всколыхнуло мои детские воспоминания.

Я дёрнулся к самому крыльцу и ощупал его, не веря своим глазам. Деревянные перила казались самыми настоящими, а ступеньки под ногами скрипели в точь-точь, как в детстве. Но предаваться ностальгии было некогда — вместе с домом передо мной предстали и линии огня, которые всё сильнее насыщались цветом.

«СТОЙ И СМОТРИ!» — прогрохотало прямо в моей голове.

По крайней мере, никто на этот звук из концертной колонки не обернулся. Редкие прохожие спешили по своим делам, не обращая внимания на ошарашенного ребёнка. Мне же сразу вспомнилось своё появление в новом мире, хоть и этот голос был явно другой. Более нечеловеческий.

— Да иди ты, сам знаешь куда…

Ни думая уже ни о чём другом, я вбежал внутрь дома и быстро поднялся на третий этаж по общей лестнице. Нужную дверь оказалось найти не так уж и просто, но прикинув расположение нитей огня, мне удалось сузить варианты всего до двух штук по соседству друг с другом. Я забарабанил в обе, и вскоре мне открыл заспанный небритый мужик в семейных трусах и майке:

— Чё надо, пацан?

— Туда пройти, — ткнул я пальцем во вторую дверь. — Оттуда дымом тянет.

— Серьёзно? — мужик принюхался и пожал плечами. — Не чую. Слушай, пацан, я тут со смены…

— Пожалуйста! — взмолился я. — Это очень важно, там что-то горит!

— А сам ты откуда?

Тем временем нити всё больше набухали, уходя в красноту. Теперь уже с одного взгляда было ясно, что очаг именно там.

— Да снизу, пятая комната, — затараторил я, напрягая память изо всех сил. — Мы только въехали недавно. Решил пройтись, а тут горит что-то. И жильцы не открывают. Тут же бабушка должна жить, верно?

— Может, в магазин с малым пошла, — предположил сосед и сам постучался в дверь. — Эй, Акимовна! Ты там жаришь что-то?

Ответом ему была тишина, но мужик и сам уже уловил лёгкую гарь, что пробивалась из-за неплотно пригнанной створки. Двери были старые, деревянные, так что ни о какой изоляции речи не шло. Сосед ещё несколько раз позвал старушку, без особого результата, после чего сбегал в свою комнату за небольшим ломиком-фомкой.

— Смотри, пацан, если чё — одними ушами не отделаешься…

Предупредив меня, он всем телом навалился на инструмент. Я бы открыл двери куда проще и без разрушений, но не голыми руками. Так что осталось лишь наблюдать. Вскоре раздался громкий треск, и замочная защёлка оказалась отжата от косяка. Мужик распахнул дверь, впустив в общий коридор клубы едкого дыма.

— Ну итить-колотить, Акимовна! — выругался он, бросившись вперёд.

Я последовал за ним. Здешняя семья обитала сразу в двух комнатах, но второе помещение раньше было чем-то вроде небольшой кладовой и не имело своего выхода в общий коридор. Здесь устроили кухню, вкорячив сюда ещё и стиральную машину до кучи.

Поначалу мы наткнулись на старушку, а точнее — на её тело. Она скрючилась прямо на полу, держась рукой за левый бок. Скорее всего — сердечный приступ. И прихватило её во время готовки завтрака малышу — подгоревшая каша на старенькой электроплитке уже давно превратилась в угли, но это было не самым страшным. От перенапряжения прибора обуглился шнур питания, готовясь вот-вот вспыхнуть. Вот и причина пожара.

Внук же обнаружился у себя в кроватке с соской во рту. Он не проснулся даже когда я подхватил его на руки, но хотя бы дышал. Ещё немного, и он угорел бы прямо во сне. Вот что бывает при закрытых окнах. Я поскорее вынес его наружу и передал другим соседям, что прибежали на шум. Что там произошло дальше — оставалось лишь гадать. Перед глазами снова поплыло и напротив меня возник уже знакомый образ пылающей птицы. Только на этот раз она прибавила в размерах, уделывая даже земного страуса.

Вот блин горелый, я и забыл даже, что это был всего лишь морок. Вряд ли мои действия что-то изменили в реальности…

«ТЫ СДЕЛАЛ ВЫБОР», — снова прогремел голос.

Я в ответ лишь криво усмехнулся по старой привычке. Тут и выбирать было не из чего. Постоять в стороне, чтобы за мной не закрепилась дурная слава поджигателя? Благодарю покорно. Годик в воспитательной колонии для несовершеннолетних пошёл мне только на пользу, показав жизнь с обратной стороны, и окончательно сформировал меня как личность. А вот без двух ножевых ранений можно было вполне обойтись. Но чего уж теперь…

Трудности меня всегда лишь закаляли.

Тем временем феникс распростёр пылающие крылья и обнял меня, будто неоперившегося птенца. Только на мне, к сожалению, не было огнеупорного костюма. Я загорелся заживо, но в отличие от прошлого раза, всё не закончилось за считанные мгновения. Это была настоящая затяжная пытка, сводящая с ума. И всё же я старался терпеть дикую боль и стоять на ногах до последнего, пока они ещё не превратились в угли.

Хочешь, чтобы я кричал?! Не дождёшься!

Сложно сказать, сколько это продолжалось, только в какой-то момент огонь резко стих, а я почувствовал себя висящим на статуе, будто на более выносливом собутыльнике под утро после пьянки.

«Что случилось?»

Поначалу я даже не понял, что этот слабенький голос прозвучал в моей голове. Меня мутило и хотелось снова окунуться в живительную водицу. А ещё татуировка на плече пекла так, будто её заново выжгли раскалённым железом. Но потом до меня всё же дошло, что это произнесла не Криста.

«С возвращением, сосед!»

Я устало улыбнулся и сполз обратно в купель. Пришлось окунуться с головой, снова поборовшись с водяной плёнкой, зато тошнота и прочие негативные ощущения тут же прошли. Однако оставлять меня в покое никто не собирался.

«Что здесь происходит? — пристал ко мне встрепенувшийся Авери. – Где мы?»

— Ты же только высох! — доставала меня вслух Криста. — Зачем обратно залез?

Когда я повернулся, чтобы ей ответить, снова получил брызги в лицо и новую порцию возмущений. А вот вернувшийся наследник клана «Фениксов» едва не ушёл обратно в небытие от подобного зрелища. Для него такое, мягко говоря, в новинку. Ещё и с девушкой, которая ему нравится.

«Долго объяснять, — вздохнул я. — Если очень кратко, то нас с тобой едва не поджарили, а потом ещё навесили какое-то проклятие. Мы сейчас в древних подземельях на реабилитации. Эта ванна излечила тело, а вон та статуя — твою душу. Не узнаёшь?»

«Это же…»

Возглас парня был ещё более изумлённый, чем когда он увидел плескающуюся рядышком Кристу в костюме из ничего. Всё верно — есть вещи поважнее девушек. Например, родовой артефакт клана, который невесть что забыл в катакомбах под академией.

«Представь себе, я тоже в шоке. Но зато теперь мы с тобой точно знаем, что ищут здесь твоя горячо любимая родня. Причём, как я понял, на протяжении не одного поколения».

«Но… Как?»

«А вот это уже не ко мне вопрос».

— Ты вообще слышишь меня? — прошипела Снегурочка, вцепившись мне в плечо. — Нас гранд-мастер звал, а ты снова мокрый!

— Это проблема?

Она уже в который раз начала заливаться краской, но смогла из себя выдавить:

— Эта вода ткань разъедает. Полностью.

— Да? — удивился я, спокойно выбираясь наружу. — Откуда знаешь?

— Моя одежда, того…

— Да ты шутишь! — простонал я. — Сказано же было, раздеваться догола!

Я зашарил глазами по полу и без труда обнаружил её брюки с рубашкой, неподалёку от моих. Пунктуальная Криста всё аккуратно сложила и пристроила рядышком нашу обувь. И в чём тогда проблема?

— Не та одежда… — пропищала смущённая девушка.

Но её стенания прервал резкий окрик Феста из коридора:

— Чего вы там застряли? Пошевеливайтесь, один оборот и я ухожу!

А я про него и забыть успел. Но некромансер не стал бы торопить нас без веской причины, так что нужно было убираться отсюда как можно быстрее. Похоже, что Снегурочка хотела немного схитрить, но лишилась нижнего белья и теперь вообще отказывалась покидать купель. Полотенец у нас не было, но торчать в воде тоже не выход. Уверен на все сто, что без преподавателя нам отсюда в жизни не выбраться.

«Так вы здесь не вдвоём?» — с явным облегчением поинтересовался Авери.

«А ты думал у нас тут свидание? Там целый гранд-мастер ждёт нашего возвращения. Но может и не дождаться такими темпами».

Я решительно подхватил свою рубашку с пола и разодрал её на куски. Ничего сложного — она и так держалась на честном слове. Большую часть оставил Кристе, а остальным принялся спешно обтираться. Ткань действительно расползалась прямо на глазах, едва впитав в себя влагу. Будто это не живая вода, а какая-то кислота. Ещё немного, и вместо лоскутов у меня в руках остались лишь жидкие сопли чуть гуще киселя. Пришлось пожертвовать и собственным нижним бельём, но в отличие от девушки я из этого трагедии делать не стал.

Пока есть брюки, ничего страшного, да и лучше остаться живым, чем без них.

Младшая сестра императора последовала моему примеру, встав у меня за спиной. Так и подмывало обернуться, прямо до ломоты в шее. Но я держался изо всех сил, повторяя себе без конца, что и так уже увидел всё что можно и нельзя. Наверное, тут добавилось желание ещё и от самого Авери, взволнованного такой близостью. Вот уж для кого сбылись самые сокровенные сны. Однако в его голосе отчётливо проскальзывала ревность.

Хотя юношу сложно в этом винить. Он заперт в своём же теле, и всё что ему остаётся — просто наблюдать за чужими успехами. Тут любой начнёт завидовать.

Но всё равно с его возвращением у меня будто гора с плеч упала. Наверное, потому что в нём я как будто вижу самого себя — обиженного на весь мир изгоя, лишенного нормального детства и поддержки семьи. Мне правда хотелось ему помочь, раз уж никто другой на это не сподобился. В моём случае я смог выплыть и приспособиться, а вот непутёвому наследнику не дали и шанса. У него отобрали саму жизнь, фактически убили, лишь за то что он — не такой…

От этого меня накрывала злость и желание во что бы то ни стало вытащить из этой трясины. Ведь это его законное место — в магической академии, рядом со смущённой голубоволосой девушкой, что сейчас обжигала мне дыханием затылок.

— Спасибо.

— Да без проблем, — ответил я ей, натягивая штаны.

Полку видевших меня без одежды сегодня прибыло. Им с Сатанией явно будет, что обсудить.

Другой одежды у меня, увы, не осталось. Ноги обсохли, а что касается верхней половины тела — сойдёт и так, лишь бы не капало на ткань, а то на штанинах и так дырок предостаточно. Криста явно поторопилась с обтиранием и теперь её оставшуюся одежду будто голодная моль погрызла. Но всяко лучше, чем голышом. Авери аж задохнулся от восхищения, когда её увидел в таком откровенном наряде.

Мы всё-таки уложились в отведённое время и через минуту с небольшим выскочили из пещеры в коридор. Преподаватель хотел было отвесить какой-то едкий комментарий по этому поводу, но тут он заметил клановую татуировку на моём обнажённом плече. Та уже потухла, снова став обычным рисунком, но само изображение выдавало меня с головой.

— Феникс, значит… — протянул Фест задумчиво. — Это всё усложняет.

Глава 6

Рассуждения преподавателя прервало громкое металлическое щёлканье, донёсшееся со стороны перекрёстка. Как будто там вдруг решили завести башенные часы. Некромансер выругался и безо всякого предупреждения «отключил» Кристу уже знакомы касанием, а вот я благодаря восставшему из пепла Авери смог увернуться от его ледяных пальцев.

— Неплохо, — проронил Фест. — Но мне некогда с тобой возиться. Не искушай оставить тебя. Ты не продержишься здесь и оборота.

— А можно один вопрос?

— Нет.

Некромансер тоже ускорился, куда быстрее чем раньше, и смог-таки коснуться моей головы. Сознание тут же отлетело, и в себя я пришёл далеко не сразу, а лишь когда меня кто-то требовательно затеребил за плечо. Судя по обрывкам ускользающих грёз, что никак не хотели вспоминаться, мой обморок плавно перетёк в глубокий сон.

Голова после пробуждения соображала туговато и немного побаливала. Так бывает, если прикорнёшь душным днём после ночной смены, но в целом я был в полном порядке, не считая окончательно расползшихся брюк. Спасибо покрывалу, в которое меня заботливо завернули во сне.

Я отдыхал в собственной кровати посреди общей комнаты барака, непривычно пустой и гулкой. В роли будильника выступал Алонсо. Паренёк всё-таки подровнял свои непослушные каштановые вихры, а сквозь расстёгнутую на груди рубашку проглядывали многочисленные бинты. Видимо они ему и мешали, чтобы застегнуться как следует, да и галстук он надевать не стал.

Такой неуставной вид в дневное время означал, что его всё ещё лечат.

— Как ты? — спросили мы практически в один голос и рассмеялись.

— Когда вы ушли, отовсюду начали подтягиваться монстры, — принялся рассказывать мещанин. — Наверное, раньше их что-то отпугивало. Сатания едва успела дотащить нас до выхода, прямо на себе. Мы сами едва могли ходить, а наверху нас встретили и быстро подлатали. Дышать всё ещё тяжеловато, но в целом сойдёт. Ива тоже идёт на поправку и уже ходит сама, без трости. А вот вас не было больше трёх суток, мы уже не знали что и думать, но Иолай настрого приказал нам держать язык за зубами. Сам знаешь, он умеет убеждать.

— Всё обошлось, — успокоил я его. — Проклятье успешно сняли. Оказывается, оно на нас обоих висело, только в разной степени.

— Уму не постижимо, — покачал он головой. — Сначала работающие Врата, теперь это… Наверняка нас потому и собирают. Давай одевайся, нам нужно идти.

— Как всегда, полежать нормально не дают…

Возле кровати меня поджидал свеженький комплект формы, включая обувь и нижнее бельё. Стоит отдать должное — работают здесь безукоризненно, учитывая индивидуальный пошив.

— Все остальные уже там?

— Либо плывут на Берег, — не удержался от колкости Алонсо. — Испытание вот только недавно закончилось. Было как-то странно в нём не участвовать.

— Тебе драк что ли не хватило?

— Да нет, просто отношение к нам теперь… Особенное.

— Плевать, — отмахнулся я, принявшись одеваться. — Нас всё равно никто не любил, ещё со времён той вылазки к Вратам.

— Кстати об этом… — пробормотал парень тихонько себе под нос. — О любви.

— А?!

Я обернулся, разом позабыв об одежде.

— Что у тебя с Иветтой? — продолжил Алонсо, сделав над собой заметное усилие.

— Вы меня когда-нибудь доконаете… — простонал я, закатив глаза. — У нас с ней ничего нет, расслабься. Никаких поцелуев и прочей ерунды. Мы только занимались вместе, исключительно единоборствами. То есть я её бил, чаще всего. Такой ответ тебя устроит?

— Не сказал бы что да, но ты меня успокоил, — честно признался мой приятель. — Просто вы столько времени проводили вместе… Мне даже показалось, что это назло Кристе с Сатанией.

— Да делать мне больше нечего!

— Вот они так не считают.

— С ними у меня всё сложно, — не стал я отрицать. — А вот с Ивой точно нет. Иди смело вперёд до победного конца. Я видел, с каким лицом она бросилась на некромансера, когда он до тебя добрался.

— За тебя она тоже переживала, вообще-то, — припомнил он.

— Как за непослушного пациента, который не хочет лечиться. Ей это, как плевок в душу, поверь. А за тебя она летела мстить с шашкой наголо. Если добежала бы, то зарубила его к чёртовой бабушке.

— Увы, я этого уже не видел, — развёл руками Алонсо. — Даже то ледяное копьё было не так болезненно. До сих пор не могу поверить, что жив.

— А ты сходи к Иве и проверь, — предложил я с ухмылкой. — Она тебе точно скажет, как специалист.

— Обязательно попробую, — пообещал он. — Но сначала у нас собрание. Насколько я знаю, отменили все занятия.

— С чего бы это…

— Недавно пришёл корабль с Берега, — припомнил парень. — Но не тот, что увозит отсеянных неудачников. В любом случае, если поторопимся, скоро всё узнаем.

Я к тому времени практически оделся, и ничто не мешало мне поспешить вслед за Алонсо, застёгиваясь на ходу. Он тоже накинул на себя китель, чтобы не замёрзнуть на улице. По пути нам никто не попался, даже во дворе. Вокруг было непривычно безлюдно, хотя стоял разгар очередного хмурого дня. Мы же направились мимо основного корпуса к одному из ближайших островов, связанному с центром капитальным каменным мостом. Хоть на самоходке здесь рассекай, настолько широкое полотно.

Следом за мной проснулся и Авери, так что по дороге я вкратце поведал ему о наших злоключениях. Конечно же, больше всего наследника волновало совместное купание с Кристой. Мои объяснения его немного успокоили, но он всё равно на что-то дулся.

«Слушай, давай начистоту, — не выдержал я в конце концов. — Нам сейчас не до амурных приключений, вот вообще. Я помню, что у тебя в списке желаний было поцеловать девушку, но давай отложим этот пункт до нашего разъезда».

«Ты всё ещё веришь, что это возможно?»

«Поверь, мы к этому близки, как никогда».

Успокоив соседа, я смог сосредоточиться на окружающей обстановке. Почти всю территорию немаленького острова, куда привёл меня Алонсо, занимало гигантское многоярусное сооружение, похожее на крытый стадион. В принципе, это он и был, только здесь проходили не спортивные матчи, а магические зарубы. Дабы в зрителей на трибунах ничего не прилетело, их прикрывало специальное магическое поле, похожее на мыленую плёнку. Под определённым углом оно пускало радужные всполохи от солнечных лучей, а так в целом видимость была отличная. Даже лучше, чем у здешних стёкол.

В центре сооружения располагалась круглая арена, вымощенная разноцветными плитами. Никакого песочка, только суровый камень. Помимо самого покрытия плиты ещё обозначали разметку в виде концентрических колец — рубежей. Сейчас в самом центре сгрудилось около двух десятков человек в расшитых серебром мундирах, что носят высокопоставленные военные. Получается, сюда слетелось всё руководство академии. Если не в полном составе, то очень близко к этому.

На глаза мне сразу же попался Иолай, как всегда в приподнятом настроении. По крайней мере, фирменный оскал не покидал его лунообразного лица.

Благодаря специфической вышивке на чёрно-белой форме я быстро отыскал глазами трёх других заместителей ректора. Прежде всего — Авилину, которая даже в строгом военном обмундировании выглядела весьма эффектно. Пожалуй, даже лучше матушки Авери. Заплетённую косу она небрежно перебросила через плечо, а рукой поглаживала эфес богато украшенной рапиры.

Компанию ей составляла ещё одна представительница прекрасного пола среди заместителей — более тонкая и стройная. Переодень её в нашу форму — и от курсантки не отличишь. Жёлтые волосы она заплела в сложную конструкцию, поддерживаемую диадемой, что позволило разглядеть её заострённые уши. А вот лицо я рассмотреть не смог, потому что она повернулась в сторону Авилины, что-то с ней тихонько обсуждая.

Последним «замом» оказался здоровенный верзила с характерными завитыми рогами на голове. Толщиной, наверное, с моё запястье. В отличие от остальных военных он единственный был вооружён боевым молотом, а не клинковым оружием. Да и носил зверолюд его за спиной в специальной перевязи. С другой стороны, в набедренных ножнах это орудие волочилось бы за ним по полу.

А вот самого ректора я нигде не заметил. У остальных была вышивка попроще, как у нашего куратора Тация, чья лысина изредка мелькала за спинами собравшихся. Больше никого из знакомых там не наблюдалось.

На самих трибунах яблоку негде было упасть. Здесь, кажется, собралась вся остальная академия — от воспитанников до преподавательского состава. Навскидку — около двух с лишним тысяч человек. Не так уж и много, учитывая роль этого заведения в государстве. Но здешняя империя может похвастаться чем угодно кроме демографии.

Соискатели расположились отдельно, на двух последних ярусах. Их стало заметно меньше, и теперь все они вполне могли втиснуться в наш барак. Хотя это ещё не конец, и впереди нас ждет ещё один отбор. Но вроде бы сейчас намечался не последний экзамен, а нечто другое. Более значимое.

Мы с Алонсо рванули по винтовой лестнице наверх, и я с удивлением отметил, что отстаю от шустрого приятеля. Обновлённое в купели тело всё равно чувствовалось каким-то деревянным и неотзывчивым. Или это потому, что я слишком долго провалялся без сознания?

— Давай быстрей, — поторопил меня мещанин. — Девушки должны были занять нам места.

— Ничего страшного, подождут, — неожиданно раздался за нашими спинами холодный голос Феста.

Преподаватель находился на несколько ступеней ниже, хотя мгновение назад мы были на лестнице одни, не считая редких стражников, которые заодно приглядывали за порядком.

Некромансер по-прежнему ходил в одной лишь лёгонькой рубашке, да ещё и босиком. Из нового в его гардеробе добавилась только очки, похожие на сварочные, только чуть изящнее. Такие же круглые тёмные стёкла в окружении толстой оправы, плотно прилегающей к лицу, и резинка вместо дужек, которая заодно стягивала его волосы цвета свежеструганного алюминия. Вряд ли он испытывал проблемы со зрением, скорее, прятал неживые глаза.

— Оставь нас.

Алонсо ободряюще хлопнул меня по плечу и был таков. Фест немного подождал, замерев словно безжизненный манекен, после чего продолжил:

— Полагаю, тебя раздирает от вопросов, юный феникс. Оставь их при себе. Я тебе запрещаю обсуждать случившееся с кем-либо. Не заставляй меня жалеть о своём поступке ещё больше. Для тебя будет лучше забыть про этот случай и не искать свою смерть в столь юном возрасте. Оно того не стоит. У тебя неплохой потенциал, и будет обидно, если он сгинет ради амбиций твоего клана. Вопросы есть?

— Нет.

— Молодец, — он удовлетворённо кивнул. — Ступай, там уже всё началось.

Я в смешанных чувствах последовал вслед за Алонсо, а некромансер напротив — принялся спускаться, на обычной скорости. Видимо, он уже никуда не спешил.

«Плохо дело», — вздохнул Авери у меня в голове.

«Ничего подобного», — ответил я про себя. — «Во-первых, он нас не бросил в катакомбах, а ведь ему ничего не мешало это сделать. А во-вторых, он запретил лишь рассказывать про это место. А вот от его поисков просто порекомендовал воздержаться, потому что они сопряжены с огромным риском. Проще говоря — мы пока не готовы туда добраться».

«И что будем делать?»

«Ну тут всё очевидно — нам нужно стать гораздо сильнее».

«Всего-то…»

Молодой наследник наших перспектив не оценил, а вот у меня настроение однозначно пошло в гору. В конце концов, мы в том самом месте, где из вчерашних юнцов делают крутых магов. Нужно всего лишь не вылететь отсюда и не отлынивать на занятиях.

Кто сказал, что будет легко?

Я быстро поднялся на верхний ярус, а вот чтобы найти ребят у меня ушло гораздо больше времени. По пути наткнулся на несколько полузнакомых абитуриентов, проводивших меня угрюмыми взглядами. Вроде бы даже кто-то из них мелькал в той злополучной драке, но я не стал обращать на них внимания. Много чести. Мы себя уже показали в деле, и теперь каждый десять раз подумает, прежде чем к нам лезть.

А полезет — получит снова по сопатке.

Наконец-то среди голов зрителей мелькнули изогнутые рога. Не знаю, как она с ними спит, а вот в толпе они выдают её моментально. Я поспешил туда и вскоре уже сидел на узкой скамье, стиснутый с двух сторон Кристой и Сатанией. Выглядели они обе хорошо, а вот Ива была бледновата. У неё ещё не сняли все повязки, но кости уже срослись, и передвигалась целительница без посторонней помощи. Рядом с ней пристроился сообразительный Алонсо.

Девчонок так и подмывало расспросить меня, но место и время не располагало к задушевным разговорам. Внизу уже началось то, из-за чего нас всех сюда согнали. И больше всего это мероприятие смахивало на суд.

Работники академии встали полукругом, плечом к плечу, а напротив них водрузили огромное зеркало в вычурной оправе. В такое можно смотреться в полный рост, правда отражение внутри как-то странно искажалось. На весу его поддерживали кольцевые опоры, не скреплённые меж собой ничем. Просто разнокалиберные обручи, висящие прямо в воздухе.

Если провести мысленную линию через шеренгу руководителей академии и эту конструкцию, то получался замкнутый круг, в котором на коленях склонилось трое человек в кандалах — двое мужчин и одна женщина. Судя по их облачению, это тоже были работники академии, только рангом помладше. Хотя отсутствие кителей не давало точно идентифицировать их звание. Я присмотрелся к лицам заключённых и не смог сдержать удивлённого возгласа. Одним из них оказался Хедрок — наш инструктор по физподготовке.

— Узнал? — усмехнулась Сатания, прижавшись ко мне ещё сильнее. — А вон та стерва нас лечила после драчки. Кто третий не знаю.

— Скорее всего, кто-то из наблюдателей, — предположила Криста.

Мы с ней обменялись понимающими взглядами, что совсем не понравилось фурии. Но своё недовольство ей пришлось оставить при себе, потому что внизу наконец-то решили нарушить тишину, разом перекрыв многоголосый гул стадиона. Не иначе как магические громкоговорители постарались.

— Внимание всем! — по-командирски рявкнул тот самый зверолюд с боевым молотом. — Недавно в стенах нашей академии произошло тяжкое преступление. Нескольких соискателей хотели намеренно убить. Виновные сейчас — перед вами. Иолай, тебе слово.

Наступила тревожная тишина. На лицах всех зрителей, насколько я мог разглядеть, застыло крайнее изумление. Видимо, случай действительно экстраординарный. Хотя учитывая наплевательское отношение к нам — было бы из-за чего переживать.

Если честно, то я тоже удивился словам зверолюда, ведь покушались-то исключительно на Снегурочку. Меня зацепило чисто случайно, можно сказать — рикошетом.

Тем временем тучный гранд-магистр поблагодарил коллегу и принялся отчитываться, глядя прямо в зеркало:

— Всё так и есть. С прискорбием я вынужден признать, что расследование выявило преступный умысел. Нашу статистику по убыли хотели намеренно испортить. Но одно дело, когда соискатель не справляется с отведённой ему задачей, а другое — когда его намеренно отправляют на убой. В нашем случае это произошло трижды! И если отравленную еду мои подчинённые успели обнаружить, то две попытки злоумышленникам почти удалось реализовать. Сперва они испортили Тропу Мужества во время испытания, но переборщили с заклятием и всплеск почувствовали экзаменаторы. А напоследок решили действовать наверняка, использовав Проклятый предмет. На этот раз жертв удалось избежать лишь благодаря самоотверженным действиям гранд-мастера Фестиса.

Я чуть со скамейки не навернулся от такой интерпретации событий, хорошо девчонки поддержали. Да он сам нас едва не прикончил, отправив в подземелье безо всякой подготовки! Не говоря уже о том, какую нам встречу устроил спящий вечным сном преподаватель. Тем не менее, появившийся на арене Фест подтвердил слова начальника службы безопасности. После чего скромно пристроился с краю шеренги.

Никто и не поморщился, что он одет не по форме.

— Верну-у-улся, значит...

Дребезжащий, и какой-то надтреснутый голос не принадлежал никому из собравшихся. Однако стоило ему проскрипеть на весь стадион, как по трибунам загулял восхищённый шёпот.

— Это ректор, — уверенно заявила Криста. — Мне брат рассказывал, что ему очень много лет, и он никогда не появляется на людях.

— Такое говорили ещё при моих родителях, — добавила Ива. — И при их тоже. Никто не знает, как он выглядит, а на всех мероприятиях присутствуют только заместители.

— То есть он там сидит, в зеркале? — озадаченно уточнила Сатания.

— Не совсем. Это артефакт, он передаёт изображение в обе стороны. А сам ректор может быть вообще не на острове. У него такое же зеркало, и он видит через него, как сквозь окно.

— Так они и у нас в ванной комнате висят! — всполошилась рогатая извращенка.

— Ты совсем дикая, — вздохнула Криста. — Это обычные зеркала, а не магические. Они такое не умеют.

Я же не удержался от злорадной ухмылки, видя напрягшуюся фурию. Теперь не у одного меня будет фобия, связанная с душевыми. Может, в следующий раз задумается, прежде чем ещё что-нибудь подобное отчебучить.

Тем временем Фест пожал плечами, не став комментировать сказанное вслух.

— Надеюсь, ты не собираешься обратно? — проскрипел невидимый старец.

— Задержусь немного, а там посмотрим, — неопределённо ответил некромансер.

— Что ж, это будет интересный учебный год, — довольно прокашлял ректор. — Можешь продолжать, Иолай.

— Благодарю, командор, — начальник службы безопасности изобразил лёгкий поклон. — Итак, нам удалось выявить непосредственных участников всех трёх преступлений. Они полностью признали свою вину и ждут вашего приговора.

Вся троица заключённых понуро склонила головы.

— Для начала меня интересует первопричина, — проскрипел ректор. — Зачем им это было нужно? Да ещё так грубо…

Меня и самого терзали подобные вопросы. Неужели Хедрок не понимал, что подозрения после гибели соискательницы падут в первую очередь на него? Или действительно хотел подстроить несчастный случай, но перестарался? Риск остальных заговорщиков оценить было сложнее, но там тоже конспирацией и близко не пахло. Тот же Иолай отлично чувствовал запрещённые предметы, а к отравленной еде имело доступ не так уж много народа.

Пока что ясно было только одно — нас использовали как наживку. И дальнейшее только подтвердило мои догадки.

— Причина банальна, — с весёлым оскалом продолжил гранд-магистр. — Они все из простолюдин. Их семьи взяли в заложники и тем самым шантажировали, чтобы они избавились от неугодных соискателей. Думаю, их самих потом хотели ликвидировать, но не успели.

Стадион ахнул, и даже прочие работники академии в крайнем смятении уставились на Иолая.

— Невозможно! — взъярился зверолюд. — Никто не мог знать про их семьи, это закрытая информация!

— Верно. Никто, кроме нас.

— Что-о-о?!

— Спокойнее, Грасс, — певучим голосом утихомирила его остроухая коллега. — Другого объяснения быть не может. Кто-то из причастных выдал тайну и тем самым организовал покушение. И судя по довольной физиономии Иолая, он знает кто это.

— Ты как всегда сама проницательность, Каэлина, — притворно вздохнул особист. — Всё верно. Злоумышленник воспользовался доступом в наш архив по другому поводу и разыскал там нужные данные. Мне осталось только сопоставить посещения… А впрочем, пусть он сам продолжит, а то у меня уже в горле першит. Таций, ты ничего не хочешь нам рассказать?

Под неодобрительное улюлюканье и свист стадиона куратор соискателей бухнулся на каменное покрытие, разом потеряв всю былую напыщенность. Его лысина заблестела от пота, а лицо почти приблизилось по цвету к некромансеру.

— Смилуйтесь, я не виноват! — завопил он, ползя на коленях в сторону зеркала. — Меня заставили, клянусь!

Остальные руководители с презрительными минами схватились за оружие, но препятствовать падшему во всех смыслах коллеге не стали. Хотя рогатый зверолюд весьма неохотно отпустил рукоять молота.

— Я разочарован, Таций… — донеслось из зеркала, чья поверхность заколыхалась, будто рябь на воде. — Ты же помнишь, зачем мы оставляем свои семьи за порогом академии. Наши фамилии — это просто пустой звук, у нас остаются лишь имена… Аристократы, простолюдины, иноземцы — мы здесь все равны и служим на благо империи. Ты забыл это?

— Командор, мне очень жаль, пощадите! — взвыл куратор, протянув руку к зарябившему стеклу, будто пытаясь его разгладить.

— Мне тоже жаль, — проскрипел ректор. — Сгинь с глаз моих.

Внезапно протянутая рука выходца из «Мантикор» стала осыпаться серым песком вместе с одеждой. Мужчина в ужасе отдёрнул её, но резкое движение ещё больше усугубило жуткий процесс, оставив его вовсе без руки. Следом за культей песок посыпался уже с него самого, будто фигуру магистра вылепили на морском пляже. Он издал короткий вопль, полный отчаянья, но тут же закашлялся и начал исторгать из себя всё тот же серый песок. Через полминуты его останки вполне могли поместиться в ведро.

Хоть бери и в детскую песочницу высыпай.

Расправа произвела на всех впечатление, заставив зрителей притихнуть, а уж остальные заключённые вполне могли сойти за восковые статуи. И бедолаг можно понять, потому что они были следующими на очереди.

— Что касается вас, оступившиеся, — прокряхтел ректор. — Печально, что вы тоже предпочли кровные узы верности империи…

— Прошу меня простить, командор, — внезапно вклинился Иолай. — Но Хедрок с самого начала был со мной откровенен. Благодаря ему удалось вычислить намерение предателя и пресечь заговор.

— Ну хоть кому-то хватило ума… Что с их семьями?

— Освобождены. Все виновные понесли самое серьёзное наказание, в том числе подельники Тация.

— Не сомневаюсь, — чуть оттаял голос старца. — Хорошая работа, Иолай. Тогда этих двоих — разжаловать. Пусть возвращаются к своим родичам, раз они им так дороги. Хедрок может остаться.

— С вашего позволения, командор, — подал голос оправданный инструктор. — Я бы попросил о переводе в действующие войска. Император как раз собирает новый экспедиционный корпус…

— Да будет так, — донеслось из зеркала, чья поверхность окончательно разгладилась.

Ребята сидели под впечатлением, переваривая увиденное. Мне тоже было о чём подумать, но меня привлекло выражение лица Кристы. Такой встревоженной я видел её лишь раз, перед самым прибытием императора в поместье. А ведь ей радоваться надо — вряд ли теперь кто-то в здравом уме решится организовать новое покушение.

— Что случилось?

Она повернулась и я увидел, что её фиолетовые глаза блестят от слёз.

— Брат… Он всё-таки решился…

Тут дошло и до меня. Экспедиционный корпус, о котором упомянул Хэдрок, мог ознаменовать только одно — новый поход на Тёмный континент. Тот самый, где в своё время сгинул старший брат Авери вместе с кучей военных, а так же большинство главнокомандующих империи.

Вполне возможно, что высшему совету кланов скоро придётся выбирать нового императора…

Глава 7

Следующие три дня нас никто не беспокоил.

Даже тренировки свелись к минимуму, чтобы избежать серьёзных травм. После прошлых издевательств это был почти что отдых. К тому времени страсти по поводу недавних покушений поутихли, и академия вернулась к своей привычной жизни. Разве что наблюдателей вокруг стало уж как-то неприлично много к неудовольствию парочек, желающих где-нибудь уединиться. Чтобы соискатели как можно чаще попадались на глаза, нас всех расселили по двум соседним баракам, а остальные закрыли до следующего года.

Сошли на нет и драки, особенно массовые. Максимум кому-нибудь слегка разбивали нос на почве личной неприязни. К нам же никто открыто не лез, хотя некоторые не особо умные соискатели иногда старались спровоцировать нас на агрессию. Я предпочитал игнорировать задир и призывал остальных делать так же.

Всё равно большая часть пустозвонов скоро отправится домой. Опасаться стоило тех, кто предпочитал молчать и ждать удобного момента.

Я окончательно восстановился после подземных приключений, но наши вечерние занятия с Ивой пришлось прекратить. Всё свободное время она теперь проводила с Алонсо, а этап поединков мы благополучно преодолели. Оставался последний экзамен, который не давал покоя абитуриентам. О нём ничего не было известно, поэтому мы не знали к чему готовиться.

Правда, на этот счёт у меня имелись некоторые догадки. Нас успели проверить много на что, но одного важного аспекта никак не коснулись. А именно — божьих Даров. Так что я особо не удивился, когда очередное утро началось не с разминки, а с посещения целой группы видящих. Нас в одном исподнем отправили сразу к трём специалистам, что заседали в отдельном помещении на цокольном этаже, так что лично мне эта процедура напомнила приёмную комиссию военкомата.

Не знаю, какой был смысл в раздевании, но Авери в родовом замке осматривали точно так же. И что работников академии заботило меньше всего, так это наш психологический комфорт. Потому что на проверку погнали всех скопом — и юношей, и девушек. Переживали все, хоть и пытались не показывать виду, и даже мне из-за разволновавшегося Авери с трудом удавалось сохранять спокойствие.

Глаза натурально разъезжались. У нас ведь подобрался тот ещё цветник — все спортивные, подтянутые и молодые. Для девушек не делали исключений, вынуждая их щеголять в одном нижнем белье, как и нас. Благо, оно было уставное, а потому довольно строгое — никаких кружев и прочих интимных украшений. До полноценных лифов здесь ещё не додумались, а их роль выполняло нечто вроде спортивного топа из очень плотной и эластичной ткани. Но она скорее подчёркивала, чем что-либо скрывала. К пляжным развлечением здесь мало кто привык, поэтому большинство молодых людей ходили пунцовые и старались не падать в обморок.

Лишь единицы не поддались общему смущению, а наоборот наслаждались повышенным вниманием к своей персоне. Например, как припозднившаяся Сатания, которая неспешно продефилировала вдоль рядов ожидающих своей очереди, ловя на себе восхищённые и осуждающие взгляды. Последние, в основном, принадлежали другим девушкам.

— Что это, неужели корова решила сверкнуть своим выменем? — ехидно поинтересовались откуда-то из толпы.

Фурия с рычанием крутнулась на месте, выискивая обидчицу, но та и сама шагнула вперёд с едкой улыбочкой. Это оказалась та самая аристократка с волосами цвета переспелой вишни, которая являлась одной из зачинщиц западни для Кристы. И что самое неприятное, в той заварушке ей почти не досталось.

Теперь я смог рассмотреть её в более спокойной обстановке и отметить, что в целом она даже ничего. Очень стройная, даже худощавая и вместе с этим грациозная в каждом движении. Лицо вытянутое, с довольно резкими чертами, и даже её улыбка выглядела острой. На обнажённом плече красовалась татуировка в виде оскалившейся летучей мыши. Не сказать, что прямо красавица, но чем-то эта девица притягивала взгляд.

Я прекрасно помню, как лихо она дралась в той заварушке, так что это не просто очередная избалованная девчонка. С ней нужно вести себя максимально осторожно.

Однако Сатания не утруждала себя подобными умозаключениями. Она уже сжала кулаки до побелевших костяшек, поэтому мы в едином порыве обступили подругу, не давая ей натворить глупостей. Благо стояли все вместе. Это почти превратилось в привычку.

— Завидуй молча, палка сучковатая! — практически выплюнула зверолюдка, гордо выпятив внушительный бюст.

Судя по сузившимся глазам красноволосой, удар оппонентки пришёлся в болевую точку. Сухощавая девушка не могла похвастаться внушительной грудью — второй размер максимум. Даже её рельефный пресс смотрелся блекло на фоне мощных кубиков Сатании. Что уж говорить — я и сам почувствовал укол стыда, взглянув на раздевшуюся фурию. С неё хоть скульптуры лепи, а вот тело Авери даже после нескольких месяцев жесточайших тренировок тянуло разве что на легкоатлета, который может ненароком грудь о финишную ленточку сломать.

Хотя в этом есть и положительные стороны — глядя на целую кучу спортивных парней, накачанных и симпатичных, наши девчонки должны ко мне охладеть. С одной стороны это огорчало, но умом я понимал, что так будет лучше.

Мне амурные приключения точно противопоказаны.

Разгорающийся конфликт между девушками погас, потому что вместе с очередной партией соискателей мы зашли внутрь. Приёмная комиссия скучающе рассмотрела каждого, после чего нас поделили на три неравные группы по принципу будущей роли в бою. Если обобщить, то это атака, поддержка и лечение. И если с последней категорией всё обстояло более чем очевидно, то попавшие во вторую группу не все остались довольны. Особенно громко возмущалась Сатания, ещё не отошедшая от недавней перепалки.

Но работники академии были непреклонны, ведь её рунная магия не наносила вреда противникам напрямую. В итоге в чисто «атакующую» группу попали лишь мы с Кристой. Это был её маленький триумф, но к чести сестры императора она не стала злорадствовать над заклятой подругой.

Во время самого осмотра один из видящих не только возложил руки мне на грудную клетку, как поступал с остальными, но и прогладил ладонями всю мою спину. При этом постоянно бормотал, что случай интересный. Но я это и без него прекрасно знал, как и то, что раскрыть мою тайну обычному одарённому не под силу. Если уж некромансер, способный видеть магическую защиту, не разглядел затаившегося во мне Авери, то другие и подавно.

Пока что его смогла запеленговать лишь родная сестра, что весьма странно.

Я бы на месте имперских управленцев поставил бы в каждую комиссию специалиста по магии Души, и проблема с демонами отпала бы сама собой. Хотя с другой стороны ещё непонятно, могут ли они отличать настоящих наследников от самозванцев, полностью обжившихся в новом теле? Это в моём случае всё проще некуда. Две души у человека никак не может быть. Не положено.

Писарь, закреплённый за каждым специалистом, тщательно записал все мои данные на пергамент. После чего мне позволили одеться и вместе с остальными адептами атакующей магии проводили на один из полигонов. Он тоже представлял собой закрытый стадион, только поскромнее в размерах, чем главный, и с открытым куполом. Нас заперли в подтрибунных помещениях, выпуская на арену строго по одному с большими интервалами.

Подробностей нам не рассказали, но тут уже самому последнему тупице стало ясно, что последнее испытание будет строго магическим. Всё как я и думал. Только настроиться перед экзаменом у меня не получилось — в комнате ожидания мы снова столкнулись с рыжей ехидиной, которая не стала держать острый язык за зубами.

— А я думала, что видящие никогда не ошибаются, — наигранно удивилась она. — Как же ты сюда попала с бесполезным Даром?

— Пообещала им тебя не обижать, — огрызнулась Криста.

— О, простите меня, великая повелительница льда! — изобразила поклон аристократка. –Ваше место не здесь, рядом с простыми магами, а где-нибудь в продуктовой лавке…

К счастью Снегурочка гораздо лучше владела собой, иначе мне бы пришлось их разнимать. Но ни о какой сосредоточенности в такой накалённой обстановке не могло быть и речи.

— Слушай, как тебя там, — не выдержал я. — Некуда яд сцеживать?

— Меня зовут Рина Кавано, — снисходительно представилась она. — А ты, получается, тот недожаренный заморыш из «Фениксов»?

— Не стоит благодарности. Я спасал не твою тощую задницу, а своих друзей. И поверь, тебе бы не понравилось, доберись та молния и до тебя. Не говоря уже про само проклятье. Ты хоть понимаешь, что тебя тупо использовали?

— Я здесь совершенно не при чём, — развела она руками.

— Чего ж ты тогда такая заведённая до сих пор? — не стал я отставать в свою очередь. — Кого там у тебя убил Энди, признавайся?

Про семью Кавано матушка Авери предупреждала меня особо. Их клан А-класса «Нетопырь» славился особой жестокостью и коварством. С «Фениксами» у них давние счёты, и пусть они нам не заклятые враги, как «Мантикоры» или «Гидры», ухо с ними нужно держать востро.

— Я не хочу с тобой это обсуждать! — отрезала девушка.

— Тогда будь добра, создай нам тишину.

Язва насупилась, но развивать перепалку не стала, не найдя поддержки среди прочих соискателей. Всем было не до этого — они пытались настроиться на частоту Атмы. Говоря по-простому — медитировали. Я за последнее время настолько сроднился со своим внутренним Источником, что воспринимал его уже как неотъемлемую часть своего организма, но далеко не все достигли подобной синергии.

«Напомни, сколько у нас там единиц в запасе?» — спросил я Авери, воспользовавшись долгожданным затишьем.

«Уже пятьдесят шесть, — с гордостью ответил парень. — Они очень быстро растут».

«Это не они, а мы».

Я давно уже понял, что магические силы напрямую завязаны на ресурсы самого организма, поэтому здешние волшебники сплошь атлеты да качки. Исключением, разве что, являлся тучный Иолай, но он насквозь неправильный. Своих способностей особист ни разу не продемонстрировал и даже вроде как обязательным личным оружием пренебрегал. Я даже какого-нибудь кинжала у него на поясе не заметил. Думаю, будь его воля, он и военную форму не носил бы, предпочтя что-нибудь более удобное.

При этом его авторитет среди работников академии воистину непоколебим, и недавнее судилище над заговорщиками тому прямое подтверждение. Очень показательное шоу получилось. Никто даже не усомнился в его словах, хотя он и доказательств толком не привёл. Тот же Таций не стал отпираться и строить из себя несправедливо обвинённого, а сразу же во всём сознался.

Хотя Иолай как-то упоминал, что способен чувствовать ложь…

В любом случае, ориентиры для магического роста мне предельно ясны. В здоровом теле здоровая Атма, как выразился бы Суворов, окажись он в этом мире. Интересно, а из земных исторических личностей кто-нибудь переродился в новом теле? Из некоторых вышли бы идеальные демоны…

Пока я размышлял, стараясь унять волнение, подошла моя очередь. Двое помощников проводили меня наверх, где поджидал одинокий экзаменатор из обычных инструкторов. Однако я спиной ощущал на себе множество взглядов с трибун, укрытых магическим полем, что подпитывали крупные кристаллы по периметру. Изнутри размытие оказалось куда сильнее, чем снаружи, так что разглядеть что-либо конкретное не получалось. Это уже не мыльная плёнка, а настоящее матированное стекло, которое используется у нас на Земле для душевых комнат и много чего другого.

Здешняя арена была поскромнее, включая в себя всего три круга. Меня оставили точно в центре, под прицелом множества взглядов. От такого пристального внимания стало немного не по себе.

В последний раз я чувствовал нечто подобное на дне рождения Авери, которые по факту являлись смотринами нового наследника клана. Хотя здесь вряд ли собралось столько народа.

— Слушай меня внимательно, заготовка воина, — без всяких расшаркиваний начал инструктор. — Твоя задача как можно быстрее поразить все мишени, что пересекут внешнюю границу. Малый круг покидать запрещено, по нему перемещайся как хочешь. Всего будет три раунда, обозначенных ударами в гонг. Чем быстрее справишься, тем лучше. Береги каждую крупицу времени!

Напутствовав меня, экзаминатор шустро покинул арену, заняв место наблюдателя прямо за бортиком. Что ж, пока задание выглядело предельно понятным. Однако, зная страсть здешних работников к неожиданностям, стоило ждать подвоха в любой момент.

Первый раунд вышел точно таким, как и рассказывал инструктор. После громкого металлического звона из подтрибунных помещений на арену одновременно выкатилось пять деревянных манекенов. Они и близко не напоминали людей — просто размалёванные бочки на колёсах, изображавшие условного противника. Отмеряя силу по чуть-чуть, я поразил всех болванчиков до того, как они пересекли границу второго круга. Им хватало самого крохотного заряда, чтобы развалиться, главное — попасть. Когда вспыхнул последний, снова прозвучал гонг, ознаменовав конец первого этапа.

На передышку мне выделили всего полминуты, после чего начался второй раунд. На этот раз меня ожидал неприятный сюрприз — мишени оказались вполне живые! Стоило зазвенеть гонгу, как на каменные плиты с рычанием выскочила троица лохматых существ с шестью лапами. Вытянутые зубастые пасти, похожие на крокодильи, не оставляли никаких сомнений об их вкусовых предпочтениях. С такой хлеборезкой травку жуют лишь в качестве приправы к мясу.

Увидев меня, они дружно бросились вперёд, будто им всем хвосты прищемили. Двигались зверюги очень быстро благодаря дополнительной паре лап. Это не самоходные болванчики на пинковой тяге.

Оружия мне никто не дал, так что пришлось обходиться исключительно магией. И экономить на силе снаряда явно не стоило. Первый зверь едва не увернулся от моего фаербола, пострадав только от самой взрывной волны, которая отфутболила его в сторону. Остальные тут же принялись ломать траекторию бега, метаясь из стороны в сторону. Прицел они сбивали неплохо, но мне всё равно удалось подловить второго хищника, попав точно в него. А вот от последнего пришлось уворачиваться на ускорении, и только потом стрелять, когда он пролетел мимо. Но на этом раунд не закончился, ибо первая тварь уже успела оклематься и тащилась ко мне, волоча задние лапы. Лишь после того, как я отправил её к остальным, наконец-то прозвучал гонг.

Наверное, моя жажда сэкономить энергию сыграла со мной злую шутку. Можно было пару раз жахнуть на опережение петляющим зверюгам, номне хотелось действовать наверняка. Впереди маячил ещё один раунд, а по времени я не так уж и долго провозился.

«Осталось двадцать два», — коротко предупредил меня Авери, как мы и договаривались.

Неплохо, учитывая резвость противников «второй волны». А вот хватит ли этого на финишный этап — большой вопрос. Уж очень нехорошая тенденция намечалась.

В своих опасениях я оказался прав, хоть и частично. На третий раз мишень появилась всего одна, зато какая! На самодвижущейся деревянной тележке во внешний круг вкатился связанный человек. И к моему огромному удивлению им оказалась… Сатания. Рогатую зверолюдку крепко привязали к поручням, так что она даже дёрнуться толком не могла, а её рот закрывал кляп из тряпок.

Что за бред тут творится?!

Прозвеневший гонг ознаменовал начало раунда, так что ошибки быть не могло. Да и телега не сама по себе здесь очутилась. Однако наблюдатели никак не спешили вмешиваться в экзекуцию. Неужели мне и правда необходимо её сжечь?

Терзаемый сомнениями, я принялся распалять магические жилы в руке, но тут в ухо истошно завопил Авери:

«Стой, не надо! Там же Крис…»

Не успел он договорить, как огненный шар вырвался на свободу. Пыхнуло на совесть, разметав один борт повозки начисто. Всё остальное, включая фигуру связанной девушки, тут же ярко вспыхнуло, будто окроплённое бензином. Наследник сорвался на крик и от его эмоций меня самого едва не распалило. Но даже сквозь его отчаянный вопль я услышал последний удар в гонг.

Только радости от пройденного экзамена не было никакой. Во рту пересохло, опалённые руки сжались в кулаки. Я смотрел на корчащееся в огне тело, не отводя взгляд, пока меня не окликнул вернувшийся инструктор.

— Пробрало, да? Ладно, не тушуйся, малец! Кого бы ты там не увидел, это не настоящий человек.

— А кто? — спросил я, с трудом оторвавшись от погребального костра.

Экзаменатор коротко ответил, но слово я так и не разобрал. Благо, ко мне вернулся внутренний переводчик, который не сорвал себе горло лишь по причине своей бестелесности.

«Морок?» — всхлипнул он радостно. — «Димон, это был морок!»

Я снова взглянул на догорающее тело в повозке и пожал плечами.

«По мне так эта штука вполне реальна».

«Опять ты меня плохо понимаешь», – вздохнул наследник. — «Морок насылает видения, прикидываясь дорогим тебе человеком, которому ты никогда не причинишь зла, а потом внезапно нападает. Опасный монстр, особенно для одиночек».

«Ну да, он же не может прикинуться одним и тем же…»

Собственно, я так и догадался, что это какой-то фокус. Авери увидел в мороке свою ненаглядную Кристу, что совсем не удивительно. А вот мне внезапно привиделась Сатания. Признаваться себе в таком не очень-то и приятно, но куда тяжелее было палить в неё огнём, даже подозревая подвох. А когда я окончательно убедился, что это не она, с души не то что камень, а целый скальный массив упал.

После отбоя на арену выскочила целая бригада помощников, которая принялась быстро подчищать последствия моего испытания, а меня поскорее выпроводили прочь, подлечив обожжённую руку. Видимо, о зачислении речь пойдёт лишь когда экзамен пройдут все, чтобы сравнить результаты.

Послонявшись без дела по территории, я направился в столовую и столкнулся там с Ивой и Алонсо. Повелитель ветра тоже прошёл испытание и теперь развлекал нервничающую пассию. Немногочисленных целителей не стали запирать в отдельном помещении, оставив их маяться ожиданием вместе с прочими соискателями.

Ребята тут же засыпали меня вопросами, и я вкратце рассказал им про своё выступление на малой арене. Умолчал лишь о том, кого увидел в мираже. А уточнять это они тактично не стали.

Следом уже Алонсо поведал об испытании бойцов поддержки. Задача у них оказалась диаметрально противоположной — уберечь живое существо от нескольких волн нападавших за отведённое время. А уж как именно — зависит от способностей. В качестве объекта охраны выступало какое-нибудь животное. Мещанину достался местный аналог горного барана — упрямого и крайне уязвимого для любого серьёзного хищника.

— Хорошо, что я помогал пастухам в своё время, — признался парень. — Труднее всего было его успокоить. Он так и норовил всё время куда-то убежать и сдохнуть в чей-нибудь пасти. Пару раз его чуть не задрали, но всё кончилось хорошо.

— Ну а что ты хотел, — пожал я плечами. — Человека нам для таких дел никто не доверит.

— А ведь это даже романтично… — протянула Ива мечтательно. — Вроде бы в древности у зверолюдей был похожий обычай. Нужно было защитить невесту от родственников, чтобы показать свою состоятельность.

— Не знаю, как там у них, а мне бы с человеком было бы гораздо легче, — вздохнул Алонсо. — Хотя ты прав, это слишком опасно.

— И непрактично, — кивнул я, придвигая тарелки к себе поближе. — Такую даму сердца в случае провала на кухню не отправишь.

— Да ну тебя!

— Весь аппетит испортил!

— Отлично, мне больше достанется, — рассмеялся я.

Как всегда после длительного использования Даров меня терзал острый голод, поэтому я принялся расправляться с едой, как будто это очередные противники. Ива тоже продолжила трапезу, несмотря на возмущение моей чёрствостью, а вот Алонсо заметно побледнел. Неужели настолько впечатлился?

— Я, пожалуй, пойду — тихо произнёс парень, помассировав виски. — Что-то мне нехорошо.

— Давай посмотрю? — встрепенулась Ива.

— Нет. Не хватало тебе ещё перед последним испытанием…

Договорить мещанин не успел, потому что при попытке встать его вдруг повело в сторону, и он рухнул на пол. Мы тут же подскочили к дезориентированному парню, но стоило нам поднять его на ноги, как нас оттеснили подбежавшие работники академии. Они сноровисто закинули Алонсо на переносные носилки и потащили его к выходу.

— Что происходит?

Помощники никак не отреагировали на вопрос, занимаясь своим делом, но следом показался один из наставников. И вот он уже был чуть поразговорчивей.

— Иветта Ховак? — уточнил работник имя у взволнованной девушки.

— Да, — быстро кивнула она. — Что с ним?

— Твоё испытание начинается, следуй за нами. Немедленно.

Растерянную целительницу быстро увели едва ли не под руки, столкнувшись на пороге с Сатанией в заляпанной кровью одежде. Зверолюдка проводила удивлённым взглядом процессию, но стоило ей открыть рот, как спешащий наставник тут же в ультимативной форме предложил ей идти своей дорогой. Фурия в расстроенных чувствах подсела ко мне, но доесть за ребятами я ей не дал, забрав их тарелки.

Само собой, она ещё больше огорчилась.

— Еда скорее всего отравлена, — пояснил я. — Так что успокойся.

— Да что за день сегодня такой! — возмутилась рогатая, треснув кулаком по столу. — Опять заговорщики?

— Нет, это такое испытание для целителей. Похоже, Иве придётся лечить их обоих в экстремальных условиях.

— Вечно какую-нибудь ерунду придумают…

Я на всякий случай избавился и от своей тарелки тоже, после чего взял для нас новые порции из того, что осталось. Кухари тут же утащили всю грязную посуду и даже не возмутились, что никто не доел. А раздатчица настоятельно посоветовала выпить душистый отвар на травах, которого раньше в меню не наблюдалось. Я взял себе и Сатании, старательно отгоняя от себя мысль, что по моему организму может циркулировать яд.

Хотелось Иве романтики, чтобы её защищал рыцарь в сияющих доспехах — пожалуйста. Мечты сбываются. Только работники академии поменяли их ролями, и теперь ей самой нужно спасать Алонсо. За друга я почти не переживал — уж она вытаскивала его и не из таких передряг. Лишь бы сама оказалась в состоянии лечить.

Мотивация вполне очевидная, но всё равно получалось слишком жестоко — могли в качестве спасаемого предложить тех же животных, чтобы не подвергать людей лишнему риску. А чтобы разбавить гнетущее молчание за столом, я поинтересовался у Сатании подробностями испытания.

Как выяснилось, зря.

— Знаешь, я ту мелкую скотину чуть сама не прибила! — пожаловалась мне фурия. — Тварь безмозглая! Пришлось ей ноги переломать, чтоб не сбегала.

Я чуть не поперхнулся отваром.

— Да я только передние, — отмахнулась жительница южных островов, видя мою реакцию. — Она ж в итоге-то жива осталась, ни царапинки на ней! Зато дело сразу на лад пошло. Без оружия сложновато было поначалу, но как только я первого укокошила, то тут же выдернула из него несколько костей побольше. Ими и отбивалась до конца…

Хотел бы я посмотреть на лица экзаменаторов, что наблюдали это побоище вживую. Однако испытание её всё-таки зачли, потому что ни один хищник даже зубами не щёлкнул рядом с бедным животным. Тут не поспоришь.

Теперь понятно, почему она изгваздана с ног до самых рогов в крови. Нормальный человек сначала сходил бы в душ и переоделся, а вот ей это совершенно не мешало. Мы не спеша поели, ожидая Кристу, но Снегурочка так и не появилась. Испытание грозило затянуться на целый день, поэтому я отправился к себе, проигнорировав неуклюжие намёки Сатании, предлагавшей провести время вместе.

Ага, только этого не хватало для полного счастья.

У меня до сих пор перед глазами стояла та пылающая повозка вместе с ней, так что хотелось просто побыть одному. Привести мысли в порядок. Да и после травяного отвара резко потянуло на боковую. Я направился к себе в комнату и благополучно там заснул, аж до самого утра. Проснулся вместе с остальными соседями, среди которых оказался и Алонсо, здоровый и весёлый. Испытание Ива прошла блестяще, хоть и сильно переживала в процессе. Её даже похвалила одна из целительниц, что наблюдала за ходом лечения.

Оказывается, всех ребят с таким даром ожидало нечто подобное. Расчёт оказался простой — соискатели не делят трапезу со всеми подряд. Мы давно уже разбились на группы и парочки, а одиночек осталось не так уж и много. Так что спасать юным целитялям пришлось как минимум своих хороших знакомых, а то и больше. В нашем случае речь шла о почти сформировавшейся паре молодых людей, которые пока что не сделали лишь последний шаг. А именно — не признались друг другу в своих чувствах.

Но я не сомневался, что время у обоих ещё будет.

После утренней побудки всех соискателей погнали на площадь перед основным корпусом, выполнявшей роль плаца. Мы едва успели поздороваться с девчонками, после чего все разговоры пришлось отложить. Несколько инструкторов торопливо построили нас перед трибуной, с которой вещали руководители академии. По сути это был обычный деревянный помост, даже без тумбы.

Туда уже поднялась гранд-магистр Каэлина, которая вроде как отвечала за учебный процесс и всё что с ним связано. Хрупкая женщина с заострёнными ушками, которая сама выглядела как вчерашняя студентка, поздравила нас с окончанием экзаменов и поблагодарила за участие. Не дежурно, для галочки, а даже как-то искренне, от души.

— Сейчас я оглашу список зачисленных соискателей, — певуче произнесла она, взяв в руки толстый пергамент. — Остальных же прошу не расстраиваться. Вам всем будут выданы рекомендации для поступления в другие заведения. Итак, начинаем! Первая группа — Линар Стокад, Арриан Вайкутто, Нирата из рода Ясанти…

Заместительница ректора продолжила зачитывать имена, а их обладатели загорались от счастья, словно лампочки. Кто-то из девчонок даже сдавленно пискнул, хотя был приказ соблюдать тишину.

Каждая группа комплектовалась из десяти человек, а всего на курсе их было двенадцать. Это мне ещё Алонсо поведал, когда мы только добирались до Последнего Берега. Сколько же воды с тех пор утекло…

Чем дальше Каэлина продвигалась по списку, тем сильнее колотилось сердце у меня в груди. Казалось вот-вот прозвучит моя новая фамилия, но каждый раз это оказывался кто-то другой. Даже Лисандру назвали, будь она неладна, а меня всё никак. Впрочем, никто из нашей пятёрки так и не прозвучал до самого конца.

Однако и двенадцатая группа полностью сформировалась без нашего участия. Мы стояли, словно на нас вылили ушат воды, и не знали, куда себя девать. Справа послышался сдавленный всхлип, но мне не нужно было поворачивать голову, чтобы опознать в нём Кристу.

«Как же так…» — сокрушённо выдохнул Авери. — «Мы же столько сделали…»

И я впервые за всё время не знал, что ему ответить. Это было странно, нелогично и никак не укладывалось в голове. Неужели мы все настолько плохи? Или нас просто решили сбагрить с Двипаха? В это верилось чуть больше, но всё равно меня разъедала обида.

Тем временем гранд-магистр свернула список, однако спускаться не спешила, снова продолжив вдохновлённую речь:

— Как вы уже знаете, в этом году у нас произошло знаменательное событие. И нет, это не покушение. К нам вернулся гранд-мастер Фестис, и по давнему обычаю он сам набрал себе дополнительную, тринадцатую группу.

Стоило мне неосторожно моргнуть, как на помосте радом с золотоволосой женщиной возник хмурый некромансер собственной персоной. Всё так же в тоненькой рубашке, пижонских сварочных очках и босиком. По толпе собравшихся прошёл удивлённый гул, а я невольно улыбнулся.

«Не кисни, Авери! Похоже, вот наш будущий преподаватель…»

Глава 8

— Отвратительно!

Фест ещё раз прошёлся вдоль нашего ряда с такой миной, будто его обманули на рынке, и теперь он не может вернуть порченый товар обратно. Причём свинью ему подложили не одну, а целых десять штук…

— Что бы вы понимали, избранные, — он с издёвкой сделал акцент на последнем слове. — Мне действительно позволяют набирать свою группу самому, но уже после того, как остальные сформированы. Я каждый раз копаюсь в отбраковке чтобы найти хоть сколько-нибудь годных кандидатов. Не будь тут меня, вас бы отправили на Берег и забыли, как дурацкий сон. Это понятно?

Мы молча кивнули. Издавать какие-либо посторонние звуки гранд-мастер нам запретил, пригрозив пересмотреть своё решение. Отвергнутые соискатели — та самая «отбраковка» — сейчас как раз готовились к отплытию с острова, и присоединяться к ним никто не хотел.

— Хорошо, если осознаёте свою никчёмность, — продолжил наш наставник с кислой миной на лице. — Поводов гордиться собой у вас ровно ноль, а скоро вы поймёте, что вам не так уж и повезло. Уж я об этом позабочусь. Вы будете меня ненавидеть, но только мне под силу сделать из отбракованных заготовок что-то приличное. Но я не буду тратить своё время на спесивых глупцов, которые не способны расти над собой. Зарубите себе это на носу!

Фест песочил нас ещё минут десять, ровняя с землёй, а то и с чем похуже, после чего милостиво позволил передислоцироваться на новое место жительства. Бараки соискателей окончательно и бесповоротно закрыли, а будущих курсантов должны были расселить прямо в центральном корпусе. Под это дело выделялся один из верхних этажей. Вид из крохотных окон открывался очень неплохой — соседние острова, включая купол главного полигона, были как на ладони. Хоть карту рисуй. И даже ледяное море казалось отсюда не таким уж угрюмым.

Нам здесь предстояло не только жить, но и учиться. Каждая группа располагалась отдельно, с выходом в центральный коридор. Помимо общих жилых комнат без всякого разделения по половому признаку там имелись ещё и просторные аудитории, где проходили занятия с наставником. Каждую группу возглавлял свой мастер, помимо общих преподавателей дисциплин. Он не только следил за порядком, но и контролировал учебный процесс в зависимости от наклонностей курсанта. Понятное дело, что невозможно учить одинаково того же целителя и адепта стихийной магии. У них, мягко говоря, разные задачи на поле боя, да и в мирное время им надлежит заниматься совершенно разными вещами.

Однако все группы оказались именно что смешанными, включая в себя представителей совершенно разных направлений. Этакий срез армии в миниатюре. Видимо, чтобы мы с самого начала приучились взаимодействовать меж собой.

Наша «тринадцатая» группа не стала исключением, хотя некоторые её участники вызывали лично у меня немало вопросов. Фесту вполне удалось погасить всю ту эйфорию, которая возникла у нас после оглашения дополнительного списка. А стоило нам узреть собственными глазами нашу новую обитель, располагавшуюся в самом дальнем закутке этажа, как последний энтузиазм нас окончательно покинул и пришло осознание, что не всё так радужно.

Но для начала туда нужно было ещё попасть. Массивная деревянная дверь, стоявшая на входе, открываться категорически не желала. И дело тут не в заевшем замке — его Фест смог в конце концов открыть, едва не переломив тубулярный ключ.

— Похоже, петли заело, — робко предположил сопровождавший нас помощник.

— Да неужели! — желчно изумился некромансер. — Эту дверь должны были смазывать не реже раза в год.

Младший работник смутился ещё больше и постарался слиться со стеной. Гранд-мастер несколько долгих секунд разглядывал его сквозь дымчатые стёкла очков, после чего неожиданно отпустил восвояси. Бедолага не владел мерцанием, но испарился буквально на глазах.

— Нужно будет обязательно заглянуть к коменданту, — проворчал наставник, отступив от двери. — Ладно, делать нечего, ломайте. Только без магии, иначе сами будете объясняться с Иолаем.

Задача резко усложнилось, но благо среди нашей «тринадцатой» группы имелись крепкие ребята. Как-никак мы были чем-то вроде коррекционного класса. Прямо моя прошлая молодость вспомнилась, и наш девятый «Д» с физруком в качестве классного руководителя. Мы тогда наводили ужас на всю остальную школу…

Пока я предавался ностальгии, вперёд вышел высоченный детина с сероватой кожей и короткой стрижкой пепельных волос, который макушкой почти что доставал до верхнего края дверного проёма. Со спины его вообще можно было принять за одного из сотрудников академии, но худощавая физиономия всё-таки выдавала в нём юношу. Черты лица были грубыми, будто их из камня высекали, усугубляясь квадратным подбородком и заострёнными ушами, зато их с лихвой компенсировали большие глаза с ярко-оранжевой радужкой. При плохом освещении казалось, что они слабо светятся, словно почти разряженные магические камни.

Звали его Калган, без всякой фамилии и прочих титулов. Необычная внешность с головой выдавала в нём зверолюда, правда всезнайка Авери затруднялся опознать, к какому именно подвиду он принадлежит. Явно что-то редкое, не то что рогатые фурии или народ травы, чьим дальним потомком являлась Иветта.

Длинные руки у него были воистину загребущие, с ковшеобразной кистью, а размер стопы колебался в районе пятидесятого размера. Не будь здесь в почёте индивидуальный пошив, найти гусеницу для такого трактора не получилось бы. Да и с одеждой швеям пришлось изрядно потрудиться, чтобы он не выглядел нескладной вешалкой. Если его откормить хорошенько, то выйдет супертяжеловес, против которого на ринг лучше не выходить. Даже за большие деньги.

Я до этого видел его лишь мельком — парень был из тех редких одиночек, что держались сами по себе. На занятиях он как-то не выделялся, а этап поединков прошёл мимо меня. Но сейчас у него появился шанс себя показать.

Калган навалился всем телом на створку, которая издала отчётливый треск, однако устояла. Пришлось остальным парням, включая меня с Алонсо, прийти к нему на помощь. Треск стал громче, да и только. Створку для крепости обили металлическими полосами, так что так просто так сдаваться она не собиралась, а петли сцепились ржавчиной не хуже иной сварки.

— Нужно с разбега ударить, — предложил я. — Всем вместе.

— Ещё чего! — донеслось со стороны девушек. — Здесь нужна грубая сила, так что долбитесь сами.

Вот уж кого видеть в качестве своей одногруппницы я был точно не рад. Это ложка даже не дёгтя, а чистой нефти. Почему ей не нашлось место где-нибудь ещё, ума не приложу. Ладно наши уже почти родные Криста, Ива и Сатания — мы явно шли оптом, всей пятёркой. Возможно ради этого нас и отправили в подземелья, чтобы пробудить не совсем живого наставника.

— Я смотрю тут у нас адепты умной силы выискались, — неодобрительно проронил Фест. — Парни, отдохните пока.

Следующие пять минут мы наслаждались воистину прекрасным зрелищем. Рина Кавано, патологически не умеющая держать свой острый язык за зубами, сражалась с неподатливой дверью. Худощавая девушка разбила руки в кровь, но створка даже не скрипнула. А инструментов у неё не было. И лишь когда аристократка начала выдыхаться, ей на помощь были отправлены все остальные. Совместными усилиями нам удалось выбить сначала верхнюю пару петель, а потом и вовсе опрокинуть створку, подняв целое облако пыли.

— Слабаки, — покачал головой некромансер, заходя внутрь.

Покажи мне кто-нибудь подобное место в отрыве от академии, я бы никогда не догадался, что — аудитория. Больше всего помещение смахивало на покинутое логово злодея, которого давным-давно победили и успели забыть. Под толстым слоем пыли на полу проступали очертания странных пентаграмм, внутри которых валялись чьи-то пожелтевшие кости. Стены украшали полустёртые письмена, а под ними валялось ещё больше чьих-то останков. Из всей мебели имелась лишь парочка книжных шкафов, забитых под завязку свитками и фолиантами, а так же массивный письменный стол, заваленный черепами и порядком истлевшими рукописями.

Ещё из интересного здесь имелся отлично сохранившийся набор тяжёлых доспехов, что в полный рост стояли у входа. Я нечто подобное видел в родовом замке, только там были гораздо более вычурные модели, с богатым орнаментом и украшениями. Эти же латы вполне могли использоваться на поле боя — грубые, массивные, с многочисленными вмятинами и щербинками. Хотя я смутно себе представляю, как в этой груде металла, похожей на старинный скафандр, вообще можно передвигаться, не то что — воевать.

Стоило преподавателю переступить порог, как доспехи внезапно вздрогнули и повернулись к нему, как будто в них кто-то находился помимо деревянных распорок. Однако в прорезях шлема и прочих технических отверстиях царила сплошная пустота.

— Успокойся, — некромансер гулко постучал указательным пальцем по латам, после чего указал на нас. — Это свои. Не атаковать.

Доспех снова замер, превратившись обратно в экспонат.

Маг прошёл дальше, пнул какую кость, что ненароком попалась ему под ногу и сделал очевидный вывод:

— Тут нужно прибраться. Но так как сюда никто не войдёт, даже под страхом смерти, займётесь этим сами. Заодно приведёте в порядок свои покои. А я, пожалуй, навещу коменданта.

После чего он оставил нас одних в полном непонимании, с чего же начать. По-хорошему здесь требовался целый взвод уборщиков, а не наше жалкое отделение. Тем более у нас даже элементарных тряпок при себе не было, не говоря уже о чём-то посложнее.

— Давайте хоть на покои взглянем? — предложила пятая девушка по имени Анкоретта.

Своё имя она просила сокращать до коротенькой «Анки». В принципе, никто и не возражал — почти все обладатели древних имён пользовались укороченными современными вариантами, включая меня. Та же Рина была по паспорту Рианной, а вот зверолюды наоборот — предпочитали полные имена ввиду полного отсутствия фамилий.

Эта девушка была стопроцентным человеком и на фоне остальных наших одногруппниц откровенно не блистала. Таких в народе обычно называют «серыми мышками». Невысокая, тихая, на лицо явная простолюдинка, с тёмно-русыми волосами, собранными в простенький хвост на затылке. Её легко представить официанткой или горничной, а вот в форме она смотрелась несколько инородно.

Идея взглянуть на собственное будущее жильё всем понравилась, и мы гурьбой пошли на поиски. Помимо уже выломанной входной двери в здесь имелось ещё две — одна стальная, при одном виде которой у меня заныло отбитое плечо, а вторая вполне обычная, деревянная. Тут не нужно быть гением дедукции, чтобы понять, за которой скрывается жилая комната курсантов. Хотя меня бы умилило, закрывай Фест своих воспитанников на бронеплиту от банковского хранилища.

Деревянная створка оказалась порядочно изъеденной древоточцами, поэтому продержалась всего пару ударов. Да и мы уже приноровились вламываться. Хотя я бы предпочёл бы набор отмычек и маслёнку для замка.

Внутри нас встретил бардак почище того, что царил в аудитории. Заколоченные наглухо окна, вместо кроватей с личными тумбочками — кучи малопонятного хлама, а посреди этой мусорки свернулось клубочком вытянутое многолапое существо с длинными усами, заставившее нас вздрогнуть от неожиданности. Анка и вовсе закрыла ладошками рот, чтобы не взвизгнуть.

Монстр, который был никак не меньше метра в длину, угрожающе поднялся на дыбы и громко защёлкал ротовыми хелицерами. А может и жвалами — я не особо разбираюсь в строении челюстного аппарата местных членистоногих. Напоминали придатки зазубренные острые серпы, совать руку в которые я бы поостерегся.

Видимо, существо до глубины души возмутило наше бесцеремонное вторжение на его территорию, и оно хотело продемонстрировать, кто здесь босс. Но сегодня был не его день.

— Я тебе сейчас мандибулы пообломаю! — грозно пообещал я, шагнув вперёд.

За мной дружно последовали остальные. Отдавать нашу законную жилплощадь какой-то отожравшейся многоножке никто не хотел. Поняв, что её сейчас будут бить, возможно даже ногами, тварь обиженно щёлкнула и опрометью бросилась в угол. Там в стене зияла щель, размером с мой кулак, куда она и юркнула на всей скорости. Такую живность тапком не прихлопнешь, если только ботинком Калдана.

Нужно будет непременно заколотить все лишние отверстия, иначе спокойной жизни нам тут не будет. Я подошёл к ближайшей куче и легонько пнул её. Даже уцелевшие на первый взгляд доски кроватей тут же рассыпались в труху, не говоря уже про перины и прочее. Одни жучки такое сделать точно не могли, а значит тут постарался ещё какой-то любитель древесины. Скорее всего, тот самый, которого мы спугнули.

— Здесь очень давно никто не жил, — сделал очевидный вывод Алонсо.

— Зашибись, подстава! — злобно процедил ещё один наш одногруппник.

Крепко сложенный, с чёрными короткими волосами и бронзовой от загара кожей, какой у меня никогда не будет. Звали его Эхарт безродный, что намекало на низшее сословие. Этот тип не понравился мне с первого взгляда — насмотрелся на таких в своё время. Специфический сленг напополам с бранью, которую даже Авери не всегда разбирал, колючий взгляд исподлобья и агрессия по любому поводу. Типичный представитель гопоты, вскормленный улицей.

В крупных городах таких неприкаяных хлопцев полным полно, и академия для них — единственный билет в люди. Остальные одарённые предпочитают либо криминал, либо уходят в вольные наёмники. По сути те же бандиты, но работают по лицензии. На малую резиденцию «Фениксов» как раз такие и напали, хотя в массе своей они редко достигают высоких рангов. Обычное пушечное мясо.

Мне уже встречался один такой представитель низов, ещё когда мы жили на Берегу, но тот взломщик старался вести себя тихо и не нарывался. Жаль, что он погиб так глупо. Этот же хмырь прямо просил начистить ему морду. В принципе, они с язвительной Риной составили бы отличную пару, только аристократка с пренебрежением относилась к простолюдинам. Так что безродному Эхарту здесь ничего не светило.

Чуть больше шансов было у последнего участника нашей группы, являвшегося представителем мелкого дворянства У-класса. Я нарёк этот клан «Химерой», ибо ничего более приличного при взгляде на их уродливый герб мне на ум не пришло. У магического зверя даже глаза были разные, не говоря уже про остальные части тела. Полностью парень именовался как Иторин Брокс, но все его называли просто Тори. Он обладал довольно приятной внешностью и длинными волосами цвета червонного золота, которым позавидовала бы любая девушка.

Всё, что я про него пока знал, что он тоже целитель, как наша Ива. В принципе, впечатление он производил хорошее — спокойный, воспитанный юноша. Наверняка пользуется популярностью у противоположного пола.

— Нам нужна новая мебель, — констатировал я, оглядев царивший в покоях разгром.

— Да неужели! — злобно сплюнул Эхарт. — Может, наколдуешь?

— А может, заткнёшься? — предложила Сатания.

— Чего-о?!

Перепалку, которая вот-вот грозила перерасти в драку, прервало возвращение Феста. Некромансер как всегда внезапно появился перед нами с ещё большим неудовольствием на лице.

— Будете цапаться друг с другом, станете последними не номинально, а фактически. Запомните одну простую вещь — мне не нужны неудачники.

Мы дружно заверили раздражённого преподавателя, что всё поняли, после чего он продолжил:

— Комендант сбежал на Берег вместе с отбраковкой, а нам оставил своего бестолкового заместителя. Он сейчас ждёт снаружи. Делайте что хотите, но чтобы к вечеру здесь была чистота и полный порядок. Мне без разницы, каким образом вы этого добьётесь, кроме применения Даров. На этом всё, не разочаруйте меня.

С этими словами он снова исчез, подняв небольшие вихри из пыли. Мы гурьбой высунулись в коридор, где стоял побледневший работник академии в звании суб-мастера. Он сразу предупредил, что ни один из его подчинённых внутрь не зайдёт, но он готов помочь нам со всем прочим.

Мне в его нежелание переступать порог охотно верилось. Это же государственное учреждение, в конце концов. Если бы Фест не позаботился бы об охране, эти помещения за много лет непременно приспособили бы для чего-нибудь ещё. Тем более, в основном корпусе, а не на отшибе, где стояли бараки для соискателей.

Большинство моих одногруппников имели об уборке лишь теоретические знания, так что пришлось мне взять инициативу в свои руки. Прикинув фронт предстоящих работ, я выкатил обширный список необходимых нам вещей. В первую очередь — спецодежда, ибо мы и так уже порядочно испачкались. Ну, и всякие тряпки, вёдра, лопаты и мешки для мусора.

— А пока мы будем драить покои, неплохо бы принести новую мебель, — закончил я. — Старая в полной негодности.

И вот тут неожиданно случился облом.

— Прошу меня простить, но лишних коек нет, — заявил заместитель. — В этом году случилось очень много поломок. Мы сделали заказ плотникам на Берегу, и они должны прислать их на следующей неделе.

— Что значит, нет? — опешила Рина.

— Никто не рассчитывал на дополнительную группу, — пожал плечами суб-мастер. — У вас там по описи должен храниться полный комплект мебели. Если нет, то мы здесь не при чём, обращайтесь к своему наставнику.

— По-вашему мы должны на полу спать?!

— Мне очень жаль, но ничем вам помочь не могу.

— У вас есть примерно полтысячи неиспользованных коек, — с трудом сдерживаясь, напомнил ему я. — Те, на которых мы совсем недавно спали. Их можно притащить сюда на время, пока не привезут замену.

— Сожалею, но все общежития в данный момент закрыты и запечатаны. Ключи есть только у коменданта, а вскрывать замки без санкции руководства запрещено.

Так вежливо меня здесь ещё никто не посылал. Заместитель воплощал саму любезность, но по факту саботировал нашу работу. И что делать в таком случае? Напрашивался вариант постучаться к какому-нибудь начальнику, но что-то мне подсказывало — так делать не стоит. За нами и так закрепилась недобрая слава протеже, которых взяли чисто по знакомству. Та же история с зачётом экзамена «автоматом» до сих пор многим не даёт покоя.

Вряд ли к нам прибавится уважения, если мы сразу начнём бегать к гранд-магистрам с жалобами. Уверен, что Иолаю ничего не стоит раздобыть спальные места, но это примерно как стрелять по воробьям из гранатомёта. А другие начальники вполне могут точно так же нас отфутболить из неприязни к Фесту. Я уже догадался, что он вовсе не общий любимчик, что с его тяжёлым характером совсем не удивительно.

Пока я предавался раздумьям, нам притащили необходимые для уборки вещи и одежду в виде длинополых халатов, в которых щеголяют местные работяги. Добро пожаловать в низший класс, как говорится.

Пришлось всем засучить рукава, чтобы выполнить задание наставника. Работала даже надменная Рина, прекрасно понимая, что Фест не оценит отлынивание от работы. Хоть здесь у неё мозги немного включились. Другое дело, что уборщица из неё вышла откровенно так себе, я бы такую не нанял даже для красоты. Больше вреда, чем пользы.

Следующие несколько часов мы пахали как проклятые, выгребая мусор откуда только можно. Поначалу не трогали только рабочий стол гранд-мастера, но потом вошли в раж и сгребли всю ветхую макулатуру к чёртовой бабушке. Всё равно листы рассыпались от малейшего движения. А вот внутренние ящики стола оказались заперты, и залезть туда не получилось.

Я подключил Авери к расшифровке уцелевших бумаг, но наследник ничего интересного там не нашёл. Одна часть документов оказалась обрывками учётных ведомостей, другая слабо поддавалась чтению. С другой стороны, вряд ли Фест стал бы бросать здесь что-то действительно ценное. У меня прямо руки чесались при одном только взгляде на металлическую дверь, так что пришлось силой заставлять себя не отвлекаться. Ничего, подходящее время ещё настанет, а для затравки можно будет проинспектировать книжные шкафы, благо их содержимое худо-бедно пережило консервацию. Странно, но древоточцы их не тронули, как и сам рабочий стол.

Не иначе как магия виновата, вряд ли там сорт древесины невкусный.

Прогрызенную дверь в наши покои мы тоже выбросили, а вот входную подняли и пристроили рядом с проёмом. Она неплохо сохранилась, и весь вопрос упирался в искорёженные петли. А вот все кровати до последней осталось только сгрести лопатами и ссыпать в холщёвые мешки грубой вязки, заменявшие мусорные пакеты. Ни одной целой доски, включая те, которыми были заколочены окна. С другой стороны их проще было демонтировать, впустив внутрь свежий воздух.

Набитые мешки мы таскали к довольным уборщикам через весь этаж. Разумеется, над нами потешались все остальные курсанты, что получили в своё распоряжение выдраенные до блеска помещения. Сейчас участники основных двенадцати групп потихоньку вселялись, бродили по корпусу и от нечего делать угорали над «неудачниками». Но я относился к издёвкам стоически, потому что в голове понемногу зрел план, как нам можно разжиться дефицитной мебелью.

Когда работа стала подходить к логическому концу, этот вопрос встал острее некуда, едва не приведя к очередной драке. Как всегда зачинщиками выступали Рина и Эхарт, обозлённые уборкой до крайности. Забавно, что в их диаметрально противоположных сословиях подобным предпочитали не заниматься. Аристократка в едкой форме предлагала остальным одногруппницам отдаться помощникам за лишнюю постель, а молодой бандит просто ругался, на чём свет стоит, грозя физической расправой заместителю коменданта.

— Тишину, пожалуйста! — призвал я скандалистов, постучав шваброй по доспехам.

Шлем со скрипом повернулся в мою сторону, а латная перчатка резко дёрнулась ко мне, схватившись за древко. Скорость движения впечатляла, особенно для такой металлической махины. Миг, и у меня в руках остался лишь измочаленный огрызок, а в прибранной аудитории воцарилась мёртвая тишина.

— Ты бы это… Поосторожнее, что ли… — шумно сглотнул Тори, отступив на шаг.

Остальные тоже выглядели впечатлёнными, да я и сам понял, что дал маху. В процессе уборки мы как-то привыкли к латному истукану, и девчонки даже протёрли латы от пыли. Доспехи стали выглядеть чуть лучше, но всё равно нуждались в капитальной реставрации. Одними тряпками ржавчину не выведешь.

Но главное, что теперь всё внимание сконцентрировалось на мне. Я отшвырнул измочаленное древко швабры и выпалил:

— Мы добудем себе койки. Сами.

— Интересно, как? — скептически нахмурилась Рина.

— Возьмём их у остальных групп.

— Ага, они нам прям вот так и отдадут, — хмыкнул Калган. — Держи карман шире.

— Мы не будем никого просить, — успокоил я серокожего зверолюда. — Все видели, что мы пашем как простые уборщики. Скорее всего они сейчас думают, что нас за что-то наказали. Не будем их разубеждать. Приходим и забираем кровати, якобы на обмен. Главное, это действовать без суеты и не вызывать подозрений…

— Не учи папу детишек делать! — оборвал меня Эхарт. — Вынесем всё в лучшем виде!

— Нам нужно работать всем вместе, — продолжил я, не обращая внимания на хвастуна. — Чем быстрее всё провернём, тем больше шансов, что они не успеют спохватиться.

— Ты предлагаешь воровать, — презрительно выдала Рина. — Это недостойный поступок и вообще запрещено.

— Можешь вместе со своим достоинством улечься на полу, мы его как раз помыли, — пожал я плечами. — Наставник сказал, что ему всё равно, как мы себя обеспечим. Магия нам не понадобится, так что формально у нас есть его прямое разрешение.

— Тебе с такими задатками в суде нужно работать, — улыбнулся Алонсо. — Я в деле.

— Я тоже! — выпала Сатания. — Стоим тут, языками впустую чешем, а могли бы уже первую партию притащить!

Криста с Ивой тоже не стали возражать, и вскоре к авантюре нехотя присоединилась вся остальная группа. Всё-таки поход за вином в злополучный сарай меня многому научил. Никто не хочет отрываться от коллектива и чувствовать себя дураком.

Мы разбились по парам для пущей эффективности, после чего разошлись по разным группам. Я не стал давать поводов для раздора между Кристой и Сатанией, поэтому «на дело» отправился вместе с нервничающим Тори. Целитель честно признался, что ему трудно наступать на собственное воспитание, и он может наломать дров. Так что переговоры я взял на себя.

Мы направились к одним из самых дальних апартаментов, оставив тех кто поближе девушкам. Так далеко отправилась только ещё одна двойка, состоявшая из Эхарта и Калгана. Уж эти двое могут кровать хоть с другого этажа принести. Вместе со спящим хозяином.

Придав лицу скучающе-усталый вид, я постучался во входную дверь, почти такую же мощную, как была у нас. Вскоре мне открыла троица курсантов — парень и две девушки.

— Чё надо?

— Проверка спальной мебели, — со вздохом выдал я. — Там кровати привезли новые, вам никому поменять не нужно? Нет? Ну и прекрасно.

— Эй, стой!

Я даже толком развернуться не успел, как наивные курсанты наперебой принялись жаловаться:

— Моя кровать скрипит!

— И моя!

— Это не причина их менять, — покачал я головой. — Нам велено брать только те, что действительно нуждаются в замене.

— У моей ножка рассохлась, — заявила одна из девушек. — Она сильно шатается, того и гляди упадёт.

— Ну разве что так… — нехотя согласился я, заходя вместе с Тори внутрь.

Здешняя группа устроилась куда более комфортно, чем мы. Просторные помещения, никакой пыли и монстров-вредителей, а в аудитории для личных занятий стояли специальные столы для курсантов. Что-то вроде ученических парт образца середины прошлого века — с массивным основанием и откидными столешницами, под которыми скрывались ящики для всякого разного барахла. Спальня же больше походила на общий гостиничный номер, даже занавески на окнах имелись. Максимум, что им пришлось кровати застилать самим. Какой ужас…

Остальные курсанты уже закончили устраиваться и куда-то убежали, лишь один парень в самом углу продолжал копошиться в личном рундучке. Этакая помесь сундука и вещевой тумбочки, об которую очень больно ударяться мизинцем.

Девушка провела меня к своей кровати и продемонстрировала качку. На мой взгляд решалась эта проблема элементарно — подложить что-нибудь плоское под одну из ножек, однако я с явным неудовольствием согласился на обмен.

— А что с бельём? — поинтересовалась её подруга.

— Снимайте, — пожал я плечами. — Нам сказали брать только койки, потом перестелите.

— Вы пока тащите эту, а мы пока посмотрим, что ещё нужно поменять, — решил воодушевившийся парень.

Ещё бы — он тут в положении придирчивого хозяина, когда другие однокурсники батрачат. Соблазн распушить хвост перед девицами был слишком велик, и курсант с умным видом пошёл проверять остальные спальные места, пока его подружки возились с бельём. Я не стал жадничать, чтобы не плодить лишних подозрений, преспокойно подхватив освобождённую кровать за ножки вместе с проглотившим язык Тори. Девушки ещё придержали нам двери, чтобы мы спокойно её вынесли и попросили поскорее возвращаться.

Угрызений совести у меня не было никаких, и даже совестливый Авери был со мной полностью солидарен. Ещё недавно эти оболтусы потешались над нами, и ни один человек из двенадцати групп не предложил свою помощь. Хотя бы ту же дверь придержать. В лучшем случае им не было до нас никакого дела.

Что ж, тут у нас обоюдное чувство.

Мы в быстром темпе дотащили кровать до нашего закутка, после чего отправились за следующей. Идти пришлось в новую группу, ибо у прошлых разведённых мог возникнуть справедливый вопрос, а где же новая мебель. В Икее, блин! Прямо сейчас её два суровых шведских плотника на пару выстругивают. Нужно лишь немного подождать…

Навстречу нам попались Ива с Алонсо и Рина с Анкореттой, тащившие трофейные койки. У всех лица светились от восторга, и даже высокомерная аристократка показала, что может вполне искренне улыбаться. Я кивнул им и вместе с золотоволосым напарником поспешил дальше. С самой дальней группой всё прошло ровно так же, как и с предыдущей, разве что девушек там не оказалось, и нам всучили «неисправную» мебель исключительно парни. Хотели отдать сразу две штуки, но я честно пообещал, что скоро вернусь за второй. Чем чёрт не шутит, вдруг ещё рейс успеем?

Мы чуть ли не вприпрыжку утащили добычу, потому что с каждой минутой в коридоре становилось всё больше народа. Многие провожали нашу беготню недоумёнными взглядами, и вполголоса переговаривались друг с другом. Видимо, интересовались, а что тут происходит. Я собирался наплевать на конспирацию и со всех ног нестись к тем простакам, что уже приготовили вторую кровать, но было уже слишком поздно.

Когда мы с Тори выскочили в коридор, едва разминувшись с Кристой и Сатанией, неподалёку уже кипела потасовка. Несколько парней притормозили Эхарта с Колданом, которые мало того что утащили чью-то кровать прямо с постельным бельём, так ещё и взгромоздили на неё платяной шкаф. Воистину, жадность губит всех!

У меня прямо руки свело, как сильно захотелось надавать им подзатыльников.

Пока мы с девчонками бежали на выручку, толкание и ругань перетекли в обычную драку. Выходец из неблагополучных районов за словом в карман не лез, но разрулить ситуацию не смог. А так как за нападавшими было подавляющее численное преимущество, ершистого парня быстро опрокинули на пол и принялись азартно пинать. Я был совершенно не против такой воспитательной терапии, но сейчас били МОЕГО одногруппника, и это не могло остаться безнаказанным.

Самым тяжёлым было не сорваться в ускорение, но и так в моих ушах едва не засвистело. Или это было от ярости, накопившейся за этот дурацкий день? На всей скорости я подпрыгнул, оттолкнувшись от лежащего на кровати шкафа, и с двух ног влетел в грудь одному из пинающих. Того будто ветром сдуло, и только набегающее подкрепление не дало ему улететь до самой стены. Все дружно попадали, как сбитые кегли. А пока я сам поднимался, успел засадить другому под колено и прикрыться его скрюченным телом от ответных тумаков. А там уже девчонки подлетели, уже привычно включившись в драку. Тори тоже не стал отсиживаться в стороне, хотя дрался он не особо толково.

Я не мог разглядеть подробностей, но в какой-то момент отвлечённые мной противники стали падать под аккомпанемент жёстких ударов. Это Калдан подключился, со своими кулаками-молотами. До этого его оттеснили к самой стене и он не мог даже толком размахнуться. Не зря я про ринг вспомнил — разошедшийся зверолюд стоил как минимум троих.

Только против нас было никак не меньше двадцати человек, хотя большинство лишь бестолково толкались в коридоре, мешаясь друг другу. Я окончательно встал и тут же отработал по ближайшему, что насел на Кристу. Попал хорошо, прямо в челюсть, ненадолго выключив его из побоища. Противники все время прибывали, так что счёт шёл буквально на секунды. Но главное, что возле кровати стало чуть посвободней. Я вцепился в упавшего Эхарта двумя руками и рывком поднял его на ноги. У него оказалось разбито лицо просто всмятку, а левый почти полностью заплыл.

— Что, папаша, уже сложился?

— Да пошёл ты!

Разьярённый парень рванул вперёд, оставив в моих пальцах клочок рубашки. В него словно бес вселился, а вот мне внезапно прилетело откуда-то сбоку по голове, да так, что перед глазами расцвёл разноцветный салют. Следом попало уже по рёбрам, но гораздо слабее, даже дыхание не сбило. Я чуть отступил, замотав головой, и почти вслепую принял на блок насколько новых ударов, отступив к стене. Потом меня обдало порывом воздуха и противник исчез.

Я кое-как проморгался и понял, что к нам тоже прибыло подкрепление. Ива с Алонсо влетели в толпу с противоположной стороны прямо с кроватью в руках, использовав её в качестве тарана. Устоять на ногах смогли не многие. Рядом с ними дралась Анка, а вот её рыжая напарница оказалась рядом со мной, в ярости колотя одну из девушек лицом об стену.

— Я тебе покажу, кто тут отбраковка!

На выручку бедняжке рванул один из парней с заострёнными ушами, но стерва изогнулась, будто настоящая змеюка, и ушла от размашистого удара. А когда противника потянула вперёд инерция, она ловкой подсечкой уронила его на пол. Горе-спаситель докатился чуть ли не до самой кровати, но собирался тут же встать и продолжить бой, так что мне пришлось немного притопнуть его по голове. Пол здесь из камня, так что их встреча породила гулкий стук.

— Лежи, тебе ко второй.

Курсанты оказались не готовы к драке с грязными и обозлёнными «тринадцатыми», но постепенно количество участников становилось критическим. Многие вообще не понимали, что происходит, и пытались разнять дерущихся. Мы пока держались, но долго такая благодать продолжаться не могла.

— Калдан! — крикнул я что есть сил, привлекая внимание зверолюда. — Тащи её дальше, мы прикроем!

— Понял!

Серокожий гигант стряхнул с себя двух курсантов, столкнув их лбами, и прильнул к кровати, схватив её ручищами за обе спинки разом. Потом поднатужился и приподнял конструкцию, вместе со шкафом. Вот же упрямый! Из-за неудобного положения он не мог толком разогнуться, но помочь ему было некому. Мы стояли плечом к плечу, изо всех сил сдерживая натиск толпы. Тори уже прилёг отдохнуть, а Рину облепили со всех сторон взбешённые девушки. Ребят с противоположной стороны попросту смяли, но мы с девчонками и Эхартом, возомнившим себя берсерком, ещё как-то держались, постоянно отступая.

Я бил особо не разбираясь прямо перед собой, как отбойный молоток. Кулак сам находил цель в такой дикой давке. В ответ тоже прилетало, но мне было уже всё равно. Глаза заливала кровь, во рту стоял солёный привкус, а голова звенела, словно колокол на праздник. Но эти секунды я находился в своей стихии, чувствуя себя самим собой, а не липовым аристократом. Мне было хорошо.

В конце концов нас опрокинули обшей массой, но не успели как следует покатать по полу, как всё резко закончилось. Мышцы разом свело судорогой, будто меня приласкали электрошокером, и я понял, что не могу пошевелиться. Но не только со мной приключилось подобное — вокруг послышался характерный звук падающих вповалку тел. На меня тоже кто-то рухнул, отчего я едва мог дышать.

— Прекратить! — рявкнул чей-то рассерженный голос с командными нотками.

— По-моему, они уже не в состоянии продолжать, — заметил другой голос, принадлежащий женщине.

— И правда, Боил, ты перестарался, — укорил его третий участник разговора.

Вскоре контроль над телом вернулся ко мне, и я с удовольствием спихнул с себя навалившихся. Как оказалось, потасовку прекратили наставники, которые с крайне недовольным видом прогуливались вдоль стонущих курсантов. Все понемногу приходили в себя, а кое-кто уже начал первым делом жаловаться на нас. Плохо дело, а ведь у меня уже мелькнула мысль под шумок затащить ещё и кровать-таран с разбитой спинкой. Но не судьба.

Переводя дух, я привалился к холодной стене, которая чуть остужала отбитую спину, и вскоре ко мне присоединилась уставшая, но довольная Сатания.

— Тебя бы у нас точно признали, как своего, — сообщила зверолюдка, слизывая кровь с разбитых кулаков.

— А ничего, что у меня рогов нет?

— Это ничего, у нас многие и без них правят. Главное, это боевой дух! А рога это…

— …Дело наживное?

Я улыбнулся, но как оказалось — зря. Рассечённые губы этого не оценили, снова напомнив о себе острой болью. Вскоре подоспели целители, однако к нам никто не спешил приближаться. Следом появился куратор первого курса — магистр Коно. Тот самый старичок с густыми бровями и седой бородой, что принимал у нас экзамен на Тропе Мужества. Опираясь на резной посох он прошёлся вдоль всего коридора, не забыв заглянуть одним глазком и в нашу обитель, переступив через растянувшегося у порога Калгана.

Те, кто не участвовал в драке, по указке наставников потихоньку растащили пострадавших, прихватив с собой недонесённую кровать. Нас же, потрёпанных и побитых, построили перед недовольным магистром.

— Так-так, — сварливо протянул он. — Первый же день начали с проступка, какой позор! Пожалуй, стоит пересмотреть состав этой группы.

— Позвольте мне самому решать такие вопросы, — холодно произнёс Фест, в своей излюбленной манере возникнув у того за спиной.

— Твои подопечные уличены в воровстве у других групп, — отрезал Коно, не поворачиваясь. — А когда им хотели помешать, они устроили погром и массовую драку. Ты знаешь правила.

— Для начала мне хотелось бы выслушать их собственную версию.

Некромансер встал рядом со старцем, недобро блеснув дымчатым стеклом очков. Ребята молчали, так что пришлось снова взять инициативу в свои руки. Тем более, тяжёлое бремя зачинщика к тому обязывало.

— Курсанты сами отдали нам неликвидную мебель, что могут подтвердить, — осторожно начал я, тщательно подбирая каждое слово. — Мы брали только ту, что подлежит замене.

— Вот, значит, как… А с чего тогда возникла потасовка?

— Они узнали, что новую партию изготовят и привезут только на следующей неделе.

Стоявшая возле магистра наставница с короткой стрижкой прыснула в кулак, а её коллега, что вырубил нас какой-то массовой способностью, издал сдавленный смешок. Сам старец чуть нервно огладил бороду и пробормотал себе под нос:

— Узнаю твоих паршивцев…

— Остальная мебель находится под замком и в данный момент доступа к ней нет, — как ни в чём не бывало продолжил я. — Так нам сказал заместитель коменданта.

— Ясно, — кивнул Фест. — Значит, вы просто выполняли моё задание. Уважаемый Коно, магические всплески отсутствовали, не так ли?

— За драку с Авилина снимет с вас баллы, — недовольно проворчал старик. — А кровати нужно вернуть.

— Идите и возьмите, — хмуро предложил некромант. — Я не буду лишать их трофеев.

Никто из наставников даже не пошевелился. Не стал дёргаться и сам магистр, а просто развернулся и устало зашаркал прочь, бросив через плечо:

— Через половину большого оборота встречаемся у меня. Быть всем.

Остальные тоже направились по своим делам, оставив нас наедине с наставником. Мы продолжали стоять в тесном строю, едва не облокачиваюсь друг на друга, под прицелом дымчатых стёкол. И пусть мёртвые глаза Феста были не видны, под его взглядом всё равно становилось не по себе.

— Полагаю, вы уже ощутили особое отношение к вам, — наконец нарушил тишину некромансер. — Не ждите снисхождения, надейтесь всегда только на самих себя. Курсант Авери, сколько посадочных мест удалось добыть?

— Семь, — ответил я, посчитав и ту, что застряла поперёк входа в аудиторию.

Калган затолкал её внутрь из последних сил, едва не своротив охранные доспехи. Но фактически она была уже не в коридоре, и никто трогать её не стал.

— Сойдёт, — проронил Фест. — Обустраивайтесь дальше, но запомните ещё кое-что — мои курсанты ВСЕГДА должны выглядеть достойно. Отныне разрешаю вам применение способностей в небоевых целях, но исключительно в пределах наших покоев. И да, не поубивайте там друг друга, а то сделаете другим большое одолжение.

На этом он снова исчез. Я машинально проследил его размытый путь взглядом и понял, что он зачем-то заглянул в некоторые группы, перед тем как окончательно покинуть этаж. Вряд ли кто-то ещё его заметил, если только другие наставники. Но они сейчас были заняты другим — учиняли разнос своим доверчивым подопечным.

Мы оттащили последнюю кровать со шкафом в жилую комнату, после чего целители в четыре руки занялись нашими ранами. В основном все легко отделались, лишь Анке в толкучке поломали руку. Хорошо хоть вовсе не затоптали — видал я такие случаи на пожаре, и ничем хорошим они не заканчивались. Ребята на пару срастили девушке кости, заставив её мычать от боли, а я соорудил ей тугую повязку через плечо. До завтра походит так, а к утру всё должно зажить окончательно.

У меня оказались выбитыми два пальца вдобавок к треснувшим рёбрам, что отдавали резью при каждом глубоком вздохе. Но я давно уже перестал воспринимать такие повреждения как серьёзные, поэтому спокойно дождался своей очереди, и даже поделился частью энергии с Ивой, чтобы та не словила магическое истощение. Хорошо, что у нас целых два целителя, которые могли ассистировать друг другу.

Примерно через полчаса мы были относительно в порядке, не считая пострадавшую одежду. Нужно было обязательно разжиться запасными комплектами, но перво-наперво встал главный вопрос с разделением кроватей. Ибо тех не хватало на всю группу.

— А всё из-за тебя, хомяк подземный! — выпалил Эхарт, обвиняюще ткнув пальцем в смущённого зверолюда. — Говорил же придурку, чтоб оставил шкаф в покое! Тебе там на рудниках обвалы на голову слишком часто падали?

— Простите, — со всем раскаяньем вздохнул долговязый гигант. — Это и правда моя вина. Просто у меня младшая сестра есть, и ей постоянно некуда свои вещи девать. Вот я и решил, что пригодиться…

— Спасибо тебе, что подумал о нас, — участливо произнесла Криста. — Но шкафы нам, скорее всего, и так бы выдали.

— Теперь уже не дадут, — съязвила Рина.

— Значит, будем ценить тот, что есть, — отрезал я. — Отныне это наше святилище, будем туда парадную форму складывать. Всё остальное считается святотатством и будет выкидываться на хрен.

Калган перестал грустно сопеть и тут же выдвинул предложение:

— Я могу на полу спокойно ночевать, привык в штольнях.

— Хорошо, — не стал я его отговаривать.

Судя по всему, его вид был чем-то вроде местных рудокопов, живущих преимущественно под землёй. Отсюда и такой странный цвет кожи с глазами. Нужно будет подробнее его расспросить, но в более спокойной обстановке.

— Осталось ещё два места, — зло произнёс Эхарт. — Давайте смотреть, кто меньше всех принёс.

Эта мысль не нашла поддержки среди остальных, и на парня посыпались обвинения со всех сторон.

— Знаешь ли, вторую кровать не ты тащил!

— Да! Если бы вы не застряли посреди коридора, то успели бы все.

— Мы можем ночевать на одной, — внезапно выдал Алонсо.

Все разом стихли, а покрасневшая до острых кончиков ушей Ива издала сдавленный возглас, будто её кто-то придушил. Но всё-таки под нашими изумлёнными взглядами она собралась с духом и кивнула.

— А тебя мезальянс не беспокоит? — вытаращилась на неё Рина. — Он же безродный!

— Ты совсем дура? — поинтересовалась у неё пришедшая в себя целительница.

До того, как красноволосая язва успела что-то возмущённо ответить, я напомнил ей:

— Нам с порога сказали забыть про родословные. Сейчас большинство аристократов плывут домой с позором. Не хочешь отправиться следом — привыкай относиться ко всем одинаково. Или хотя бы не обращать внимание на чьё-то происхождение.

— Какая чушь! — вспыхнула девушка, указав в сторону спальни. — Вон та кровать с краю моя, и пусть хоть кто-то попробует это оспорить! Я вам покажу, чего стоит слово аристократа.

— А давай! — ощерился в ответ Эхарт. — Кто проиграет, тот будет спать на полу с Калганом в обнимку.

— У вас память, как у рыбок, — укорил я сцепившуюся парочку. — Нам нельзя грызться друг с другом, забыли?

— Может, тогда сам уступишь место? — ухмыльнулся юный уголовник.

— Или приляжешь с кем-нибудь? — поддержала его ехидина.

— Да легко! — махнула татуированной рукой Сатания.

Уж в ком я не сомневался, так это в ней. Это согласие Ивы стало полной неожиданностью. Но следом в меня прилетел ещё один сюрприз — тяжелый, как удар ногой в солнечное сплетение. И как всегда, откуда я не ждал.

— Нет! Мы лучше сдвинем наши кровати, — гордо выпрямилась Криста, с вызовом взглянув на фурию. — Будем спать втроём, так больше места получится.

Жительница южных островов тоже порозовела лицом, но отказываться не стала.

— Идёт.

Я с трудом подавил желание перекреститься, а остальные застыли, словно их снова пришибли магическим электрошокером. У Эхарта дёрнулась украшенная ссадиной щека, но наиболее жалко выглядела Рина. Она непонимающе хлопала глазами, переводя растерянный взгляд то на меня, то обратно на раздухарившихся девчонок. Уже ради этого стоило согласиться на их предложение.

Прав был ректор — это будет весёлый учебный год…

Глава 9

Через три дня настала наша очередь посетить прибрежный город Татан. Но не потому, что мы в очередной раз накосячили, и нас решили выслать с глаз долой. Намечался большой праздник в честь поступления в академию, который по старой доброй традиции должен был посетить сам император или хотя бы его приближённые. Явка курсантов была обязательной, поэтому нас повезли заранее, в несколько рейсов. Этот день считается в городе выходным, так что местный народ собирался гулять не хуже, чем на пресловутый приход Весны.

Если честно, я её не ощущал совсем — на улице стояла всё та же холодрыга, разве что дожди лили теперь пореже. Но это смотря с чем сравнивать — зимой тут не застывает только солёное море, а вот простирающийся за ней океан ближе к полюсу изобилует льдами. Часть из этого панциря не тает никогда — максимум айсберги откалываются.

Местная растительность давно привыкла к суровому климату — трава здесь пробивается прямо сквозь подтаявший снег, а карликовые деревья способны выдержать даже сильные морозы. Каких-то чащ на побережье и близко нет, а в горах можно встретить разве что низенький кустарник. Одним словом — Исландия.

Говорят, лето здесь жаркое, но до этого счастливого времени нужно ещё дожить и не проспать его ненароком.

Само собой, сельское хозяйство в регионе не особо процветает, в отличие от морского промысла. Мы с ребятами как раз разгружали очередную рыболовецкую шхуну в порту. Улов рыбаки помещают в бочки с колотым льдом для лучшей сохранности, а уже на берегу их содержимое подвергается ручной сортировке. Кого на рынок, кого на стол местным аристократам, а кого — на корм скоту. Поэтому здесь даже птичьи яйца отчётливо отдают рыбой. Вместо привычных куриц местные держат что-то вроде мелких страусов или очень крупных индеек. Зато благодаря пушистому оперению те неплохо чувствуют себя в холодное время года. То есть, практически всегда.

Каждая бочка вместе с содержимым весила примерно полцентнера. На подгибающихся ногах мы тащили их через всю пристань в приземистое здание, где располагался сортировочный центр. Там трудились наши девчонки, которые не могли работать грузчиками чисто физически. Даже кандидатуру крепкой Сатании отвергли, хотя ей таскать добычу с кораблей далеко не в новинку.

Хорошо, что я предложил прихватить с собой рабочую одежду из крепкой непромокаемой ткани, иначе вся наша группа провонялась бы рыбой на неделю вперёд. Мы многое теперь делаем сами, так что у каждого помимо повседневной и тренировочной формы есть парочка длинополых халатов с перчатками и сапогами в комплекте.

После прибытия на Последний Берег нас предоставили самим себе на целых два дня. Можно сказать — последние выходные перед учебным годом. Из-за того, что будущих первокурсников оказалось больше обычно, нашу десятку поселили отдельно, а не в имении с перекрашенной крышей и воронкой на заднем дворе. После всего случившегося возвращаться туда особо не тянуло.

И пусть нам достались тесноватые двухместные номера в самой дешёвой гостинице, это воспринималось воистину царскими апартаментами. После нашей-то конуры, где каждую ночь кто-то скребётся за стеной. Хотя почему «кто-то»? Это чёртов многолапый монстр, который никак не может смириться с отжатой жилплощадью, и пытается пробиться обратно. Мы забиваем щели всем, чем можно, и пока успешно держим оборону.

Теперь я даже свою общагу из прошлой жизни вспоминаю с теплотой. Мебель нам так и не выделили, так что пришлось обходиться чем есть. В том числе, и с заделыванием дыр. Благо хоть выдали постельные принадлежности и рундуки на каждого. Да и то с таким видом, будто нам сделали высочайшее одолжение.

В гостинице даже матрасы были нормальные — из спрессованного пуха, а не из соломы. Ещё и кормили прилично, а вот для курсантов кухари уже особо не заморачивались. Мы как-то привыкли наедаться от пуза в столовой, но теперь, если хочешь что-то помимо жидкой каши со вкусом ничего — плати. Да, именно так. Весь дополнительный сервис в академии — платный. Учитывая то, что нас лишили карманных денег, это даже не смешно.

Но я понимаю, зачем сделано такое извращение. Почти все представители кланов, что составляют большую часть курсантов, категорически не привыкли считать деньги. Достаток воспринимается ими, как нечто само собой разумеющееся. Даже те, кто не является потомственным аристократом, а просто состоит на родовой службе, обеспечены по высшему разряду. Взять ту же Хивею — вся её семья ни в чём не нуждается, будучи полностью на балансе у «Фениксов». Так уж здесь заведено.

Если её дети в будущем получат Дары, им придётся поступать хоть куда-нибудь, чтобы получить воинскую должность. Если не в академию, то какое-нибудь училище — точно. Лишь бы не числиться рядовым ополченцем. Хотя посвятить себя служению нашей семье обязан лишь один из отпрысков — остальные могут сами выбирать свою судьбу. Вплоть до перехода в другой клан. Но это касается лишь одарённых — все остальные дёргаться не могут. Да и вряд ли хотят.

Будущий офицер должен не только уметь воевать, но и успешно распоряжаться финансами. Как говорил начальник нашего доблестного ЧОПа: «Не зная цену копейки, нельзя ворочать миллионами». В истории обоих миров полным-полно примеров, когда не знавшие нужды потомки с лёгкой руки разваливали семейные предприятия. Так что нас не просто приучали к труду, а мотивировали быть в плюсе и считать свои деньги. Хочешь вкусно кушать, сладко спать и спокойно учиться — заработай. Не всем подобная наука идёт впрок, но хоть какое-то понимание у молодых людей все-таки появляется.

Второй и третий курс, которым тоже позволили оттянуться на празднике, должен был устраиваться самостоятельно. Благодаря их периодическим набегам здешний город если не процветает, то определённо держится на плаву. Нам же лишь сняли третьесортное жильё, а вот на развлечения и всё остальное нужно было заработать самим.

Поэтому мы с утра пораньше пошли в местный центр занятости, где нас быстро опросили и отправили в порт. Я бы даже сказал — послали. Платили тут относительно неплохо, но лишь потому, что сюда никто не рвался. И я вскоре понял, почему. Это Калдан преспокойно носил свою ношу, а вот мы едва перебирали ногами под смешки профессиональных грузчиков, просоленных и проспиртованных в ближайшем кабаке. Уже после первого же рейса у меня заныла поясница и закололо в боку.

«Может, найдём что попроще?» — предложил Авери.

«Увы, не сегодня», — вздохнул я.

Нынче рынок труда натурально слёг от передоза рабочей силы. Даже в преддверии скорого праздника, который часть местных работяг решила отмечать сильно заранее, спрос намного превышал предложение. Так что приходилось скрипеть зубами, вдыхая неповторимый аромат морского промысла. Пожалуй, если сегодня в меню будут рыба, меня точно стошнит.

Примерно через полтора часа трюм шхуны опустел, а мы без сил привалились к деревянным столбикам-кнехтам, к которым швартуются корабли. Нормальные поручни на пирсе отсутствовали, а до лавочек на берегу нужно было ещё как-то доползти.

Сегодня многие суда стояли на приколе, а в море отправились лишь самые упрямые и жадные до денег. Вот прямо как мы. Остальные грузчики вместе с освободившимися рыбаками преспокойно потопали обратно в кабак, посмеиваясь над чем-то своим.

— В Пекло такую работу… — простонал Эхарт, разминая натруженные ноги. — Надо было не слушать этого тупого распорядителя!

— Без него мы бы вообще ничего не нашли, — возразил я. — Слонялись бы впустую.

— Говорил вам, нужно было на рынок идти!

— Удачи. Там таких умников без тебя целая толпа бродит.

— Это для тебя, белоручки, а я бы там быстро монет наколотил.

— Так иди, кто тебя держит?

Я прекрасно понимал юного уголовника, но вряд ли местная стража оценила бы его методы заработка. Потому он и отдувался вместе с нами, хоть и ворчал. Больше всего меня сейчас беспокоило состояние Алонсо. На мещанине с утра лица не было, и даже тяжеленные бочки он таскал с таким отсутствующим видом, будто мыслями находился где-то очень далеко.

Отдыхать он устроился чуть поодаль, на другой стороне вытянутого пирса, что на него тоже не очень похоже.

— Что случилось? — тихонько спросил я друга, присев рядом.

— А? — он встрепенулся и перевёл взгляд на меня. — Да ничего.

— С Ивой, что ли, поругались?

— Нет, ты что! — замотал парень головой. — Просто…

— Слушай, мне за клещами сгонять, чтобы из тебя слова было проще вытаскивать?

— Я письмо от родителей получил, — с горестным вздохом признался он. — Пишут, что… В общем, возвращаться мне некуда. Хорошо, что я поступил.

Странное заявление на счёт дома. Одно дело, когда «враги сожгли родную хату», но ведь его родители явно живы. Как-то не так я себе представлял семейную поддержку свежеиспечённого курсанта. На него молиться должны, а не посылать куда подальше.

— Чего они так на тебя ополчились?

— Я… Позволил себе некоторую вольность. Мой меч, помнишь? Мне его никто не давал, это семейная реликвия, которая передаётся из поколения в поколение. Просто мне показалось, что он мне пригодится при поступлении. Вот и прихватил его с собой. Тайком.

— Ты оказался совершенно прав, — успокоил я его. — Вспомни нашу вылазку против нежити. Обычные клинки против них не работают. Даже вон моя ка… Тьфу, пустынная сабля сломалась. Хотя её на заказ ковали.

— Помню. Но родня такого шага не оценила. Вот совсем.

— Так верни… — я запнулся, вспомнив о том, где осталось наше оружие.

Сатания просто физически не могла захватить его с собой. Чтобы дотащить ребят до выхода наперегонки с монстрами, ей пришлось бросить даже свой ненаглядный топор.

— Мы постараемся его найти, — пообещал я. — А пока напиши им, что ты одной ногой в клановой дружине. Если им что-то нужно, то моя семья с радостью поможет. У нас в хранилище этих фамильных мечей, как грязи.

— Ты серьёзно? — удивился Алонсо.

— Более чем. Мне действующая глава и по совместительству моя мама прямо так и велела, чтобы я присматривал побольше внеклановых людей. Будут рады всем. А вы к тому же ещё и живёте под нашим протекторатом.

— Вообще-то мы под «Огнегривами».

— Не важно. Ты к ним, что ли, захотел?

— Нет, упаси боги!

— Ну, вот и договорились. Успокой родителей, а потом займёмся поисками твоей семейной реликвии. Уверен, что в те подземелья нас ещё не раз отправят. Монстрам меч без надобности, так что ничего с ним не случится. Поваляется немного в пыли, и всё.

Парень прекратил пялиться в одну точку и немного расслабился. Мне бы его проблемы…

— Спасибо. Ты не представляешь, насколько это для меня важно.

— Не парься. Я сам давно хотел тебе это предложить.

— Кстати, раз ты спросил за Иву…

— Только не говори, что вы хотите съехаться!

Алонсо многозначительно промолчал. Хоть они и спали вместе в нашей жилой комнате, это всё равно не то. Слишком много посторонних ушей вокруг, не считая настырной многоножки, что скреблась каждую ночь.

В гостинице нас поселили по двое, причём одна пара в силу математики должна была получиться смешанная. На счастье мещанина он снова попал в одну комнату со мной. Так что обмен был неизбежен.

— С кем она? — со вздохом уточнил я.

— Криста. А Сатания с Эхартом.

— Да помогут ему боги.

— Знаешь… Тебя иногда невозможно понять. Они твои или не твои? Ты бы хоть поревновал их для приличия.

— Сразу двух? И не подумаю. Даже тут от них покоя нет.

— Другие с тобой не согласятся, им о таком только мечтать…

Я в ответ возмущённо фыркнул. Ох уж эти юношеские фантазии! На словах звучит прекрасно, а вот по факту спать втроём — та ещё морока. Пусть и на двух кроватях, но всё равно слишком тесно, приходится лежать чуть ли не притирку друг к другу, как ни отстраняйся. В первую ночь я просто не мог успокоить своё колотящееся сердце. В голову лезло всякое дурное, в том числе благодаря впечатлительному соседу по телу, который привносил ещё больше хаоса в мои мысли.

Но на этом сложности только начались.

Оказалось, что Сатания всё время ворочается, хоть динамо-машину к ней подключай. При этом ещё и руки раскидывает так, что иногда даже Кристу задевает. Снегурочка тоже беспокойная соседка — стонет во сне, а ещё кусается. Вряд ли от того, что сильно хочет есть. Как-то раз она так сильно хватанула меня за шею, что след пришлось сводить хихикающей Иве. Судя по расположению укуса я в тот момент спал на боку в сторону соперницы.

Похожи они только в одном — обе обожают закидывать на меня ноги во сне. Если в первую ночь они ещё пытались вести себя прилично и жались по краям, закутываясь в покрывало до самого подбородка, то сейчас приходится их с себя периодически скидывать. Не стой по ночам холодрыга, я просто расплавился бы от этих двух раскалённых печек по бокам. Как будто это не у меня, а у них огненная магия в теле бурлит. Утром они краснеют и смущаются, но мне от этого не легче.

Даже Авери такое издевательство достало, хотя он поначалу нарадоваться не мог. Наивный…

Завистливые взгляды остальных поутру всё это компенсировать никак не могли. От хронического недосыпа у меня мешки под глазами уже появились. Так что я точно знал, на что потрачу честно заработанные деньги, если местные плотники из Икеи не закончат заказ до нашего отплытия. Хотя наивно полагать, что они вообще вспомнят о работе в такое время.

А теперь впереди маячила ночёвка с одной из девушек, но благо что на разных кроватях. Я настолько запутался, что не знал — радоваться тут или огорчаться, что не та. Противоречивые чувства разрывали меня, как пресловутого хомячка от капли никотина. А ведь мне вовсе не об этом думать надо.

Всего-то осталось найти подходящий трактат по магии Души, который бы объяснял принцип переноса своего сознания в новое вместилище, а так же отыскать подходящее тело в ближайшей лечебнице. Я особо не привередлив — согласен и на простолюдина без обеспеченной родни, лишь бы мужского пола. К женскому, увы, пока морально не готов, можно смело записывать меня в сексисты.

Пока мы с Алонсо общались, на горизонте показалась вторая рыболовецкая шхуна, будь она неладна. Такая же слегка обитая металлом деревянная лохань угловатой формы, чем-то напоминавшая утюг. На палубе возвышалась небольшая мачта, но паруса были приспущены. Двигаются здешние корабли благодаря гребным винтам, так что попутный ветер используется лишь для экономии энергии. Некоторые суда и вовсе лишены архаичных элементов, особенно военные.

Я с неудовольствием взглянул на приближающееся судно. Рановато что-то, обещали ближе к обеду. Или уже? Тело не отошло ещё после прошлого раза, а следующий забег становился всё ближе. Если там улова окажется не меньше, то мне в принципе уже всё равно, с кем именно ночевать. Лишь бы завтра суметь подняться.

Хуже всего то, что мы нанялись значительно дешевле, чем стандартная ставка грузчика. Вдобавок часть от нашего скудного заработка пойдёт в карман трудовому распорядителю, который нас сюда и подрядил. Беспощадный оскал раннего капитализма, ничего не поделаешь. С другой стороны, нас вполне могли припахать и бесплатно, как бесправных новичков.

Как назло, вторая шхуна двигалась гораздо быстрее предыдущей, не оставляя нам лишней минуты. Видимо, экипажу не терпелось возвратиться на берег и придаться безудержному отдыху. Не снижая скорости, она двигалась по заводи прямо к нашему пирсу, оставляя за собой расходящиеся волны.

— Кирхан опять в море выпивал? — удивился вслух кто-то из вернувшихся грузчиков.

Нужно отдать мужикам должное — как только показалась рыболовецкое судно, они всей гурьбой потянулись из кабака обратно. Некоторые даже успели дойти до самого пирса, обмениваясь сальными шуточками, и теперь в недоумении смотрели на разогнавшийся кораблик.

— Заклинило у них там, что ли?

— Чушь не неси! Просто кое-кто залил свои глаза раньше времени. Вон, сбавляют уже.

— Всё равно поздновато. Эй, молодёжь! Давайте живо отсюда!

Под аккомпанемент специфических матюков мы поспешили вслед за грузчиками, позабыв про боль в ногах. Шхуна приближалась к пирсу под острым углом, и на мой неопытный взгляд она особо не притормаживала. В итоге кораблик с треском чиркнул правой стороной носовой части по деревянным опорам, и пошёл тереться уже всем бортом. Часть деревянного покрытия треснула, да и самому корпусу шхуны досталось.

— Да чтоб их всех червь гальюнный побрал! — возмутился кто-то из мужиков. — Что вытворяют, а!

Запаса скорости шхуне хватило до самого берега, в который она бесстрашно воткнулась носом. Не будь там амортизаторов в виде толстых пробковых рулонов, обвязанных канатами, разрушения вышли бы гораздо серьёзнее. Но и так без серьёзного ремонта обратно в море на этом судне уже вряд ли выйдешь. А не будь на бортах металлической обивки, ремонт вполне мог стать капитальным.

На берегу набирала обороты суета. Прямо к нам бежала пятёрка охранников, что сидели в караулке, да и помимо них хватало любопытствующих, что подтягивались со всех сторон. Даже со стороны портового кабака показались люди.

— Эй, недоумки! — проорал тот самый грузчик, что советовал нам всем убраться, сложив мозолистые ладони рупором. — Глуши мотор, пока не…

Его речь прервал длинный гарпун, вонзившийся ему в грудь под аккомпанемент громкого хлопка. Снаряд пробил тело насквозь, выглянув зазубренным наконечником со спины. Мужик удивлённо уставился на торчащее из груди древко, после чего неуклюже повалился на брусчатку. С борта рыболовецкого судна снова хлопнуло, и я ускорившимся зрением увидел новый гарпун, который летел уже в нас.

Алонсо попытался сформировать воздушный щит, но он безнадёжно опаздывал. Да и гигантская стрела летела вовсе не в него, а в Калдана, что стоял чуть впереди. Тот успел лишь выставить руки перед собой, но этого внезапно оказалось достаточно. Штырь резко изменил направление полёта и вонзился в пробковую скрутку на краю берега. При этом я не почувствовал даже дуновения ветерка.

— Бежим!

Чей-то отчаянный вопль тут же подхватили другие, бросившись в разные стороны, словно тараканы из-под тапка. Только этим они ни сколько не затруднили работу гарпунёров, что продолжили обстрел. Я же наоборот рванул поближе к борту, в мёртвую зону, запустив чуть выше палубы сразу два огненных шара с обоих рук. Особых разрушений они не нанесли, зато им удалось ненадолго отвлечь сошедших с ума моряков на шхуне. Иначе счёт погибших вскоре перевалил бы за десяток. А так большей части портовиков удалось удрать на безопасную дистанцию.

Вряд ли на борту все упились до чёртиков, перепутав людей с рыбой. Скорее всего, это очередной теракт. Вот только что нам делать дальше? Остальные ребята последовали моему примеру и теперь отсиживались на пирсе в тени невысокого судна, с опаской поглядывая наверх.

— Нас точно накажут, — внезапно посетовал Калдан.

— Нашёл о чём переживать!

Хлопки бортовых баллист возобновились, но теперь под раздачу попали не улепётывающие работяги, а портовая охрана. Укрыться им было негде, но они тоже являлись одарёнными, и поэтому могли за себя постоять. Один из служивых сформировал перед ними нечто вроде водяной взвеси, в которой вязли гарпуны, а остальные при помощи магических жезлов и массивного ружья принялись отстреливаться.

С огнестрелом тут отдельная песня. Он вроде бы и есть, но особого развития это оружие не получило. Вместо порохового заряда там используются всё те же кристаллы, а точнее — их крошечные осколки. Но даже так местные пули размером никак не меньше грецкого ореха, а мощность у этой ручной мортиры такая, что она запросто прошьёт деревянный борт. Но в этом кроются и существенные минусы — после нескольких выстрелов необходимо менять ствол, что не очень практично в бою. Да и отдача у пушки такая, что неподготовленному человеку может выбить прикладом плечо.

С другой стороны, жезлы тоже не всегда эффективны. Они бьют сфокусированными энергетическими лучами на очень короткое расстояние и быстро разряжаются. А в руках бездарного это всего лишь бесполезные палки.

Мы находились в гораздо более выгодной позиции, но оружия при себе не имели. И пока я прикидывал, как лучше поступить, экипаж стал выпрыгивать за борт. Только не в воду, а на уцелевшие остатки пирса и каменный берег. Один грузно шлёпнулся рядом с нами, будто пьяный ныряльщик, не рассчитавший траекторию прыжка.

Ещё недавно это был обычный матрос, о чём свидетельствовали остатки изорванной формы, что чудом держались на раздувшемся теле. Сейчас он больше всего напоминал утопленника, который пробыл в воде порядочное время. Морские татуировки исказились до неузнаваемости, а под бледной кожей пульсировала сеть тёмно-синих жил, расходясь откуда-то из центра груди. Это точно не была бывшая кровеносная система — слишком ровное расположение, напоминавшее паучью сеть с характерным гнездовым переплетением.

Бывший рыбак начисто потерял волосяной покров на голове, вместе с человеческим обликом. Как будто кто-то неосторожно взялся руками за мягкий восковой слепок лица, смяв привычные черты в жутковатую маску. Глаза у него полностью покрывали светлые бельма, как у слепого.

Всё это я успел рассмотреть до того, как он подобрался и прыгнул на нас, оттолкнувшись от досок всеми четырьмя конечностями. Тут уже Алонсо не сплоховал и отшвырнул его в сторону резким вихрем. А я послал вдогонку небольшой огненный шар, чтоб не больно было падать на брусчатку. Однако моряк лишь окутался густым паром, заметно схуднув.

Следом в него полетел уже гостинец от Эхарта. Не так целеустремлённо, как мой фаербол, а с неторопливой грацией воздушного шарика. Да и внешне его творение очень сильно напоминало безобидный мыльный пузырь. Однако когда выходец из неблагополучных районов залёг, я без всяких вопросов последовал его примеру. И не пожалел.

Переливающийся прозрачный шар наконец-то достиг пришедшего в себя морячка, и тот просто отмахнулся от него раздувшейся рукой, более похожей на лапу. Очень зря, потому что тот лопнул с характерным звуком взорвавшегося артиллерийского снаряда. Как-то раз в прошлой жизни довелось мне тушить небольшой склад боеприпасов, и тот случай я запомнил надолго. Когда вроде бы уже отгремело, но как выяснилось — ещё не всё. Мы тогда чудом убереглись, не без помощи моего зрения.

В воздух от взрыва взметнулся даже камень, брызнув шрапнелью по сторонам. А на том месте, где ещё недавно находился превратившийся чёрт знает в кого человек, осталась лишь неглубокая воронка. Рядом со мной шмякнулась оторванная стопа, срикошетив от застывшего Калдана. Он единственный не стал принимать упор лёжа, но с его способностью этого и не требовалось. От него всё отлетало, как горох от стенки.

Всё бы хорошо, только тот морячок был далеко не единственным, кто покинул судно. Трое точно таких же уродцев догоняли улепётывавших работяг, а остальные схватились с охраной. Ещё один маячил неподалёку от загарпуненных людей. Опять же враскорячку, словно пародировал лягушку.

«Димон, скорее убей его!» — подал голос встревоженный Авери.

«Узнал, кто это?» — обрадовался я.

«Гнилевики, – поделился со мной начитанный парень. – Это заражённые люди, которые контролируются паразитом. Если он заразит остальных, быть большой беде».

«Они тоже станут такими же некрасивыми?»

«Да, а ещё голодными!»

Ну вот, опять нашествие нежити, а нам это разгребать. Со скелетами мы уже воевали, а теперь настала очередь пресловутых зомби, которые разучились ходить по-человечески.

С этим городом явно что-то не так…

Глава 10

— Слыхал я про гнилевиков, — поморщился Эхарт в ответ на мой рассказ. — Нужно срочно отсюда делать ноги.

— И далеко бежать собрался?

Я запустил в некрофила очередной огненный шар. Прихлопнуть на таком порядочном расстоянии даже не рассчитывал, тут хотя бы отпугнуть его от тел.

— Если на борту гнездовье, то нам всем крышка, — продолжил настаивать мой оппонент. — Пусть вояки сами это дерьмо разгребают.

— Им ещё нужно сюда добраться и успеть организовать оцепление, — прикинул я. — Как минимум порт твари точно выкосят, а то и весь припортовый район. Хочешь валить — скатертью дорога.

— Хочу, но в одиночку вряд ли доберусь, — буркнул он. — Слышь, Калдан, не хочешь прошвырнуться?

— Нет, — мотнул головой серокожий зверолюд. — Бежать не мы должны, а от нас.

— Хорошо сказал! — похвалил я его. — Тогда выдвигаемся. Сперва займёмся тем, кто возле подстреленных носится.

— А если в нас самих засадят сверху?

— Вряд ли у них остались ещё гарпуны, — успокоил его Алонсо. — Иначе они продолжили бы стрелять.

— Я на всякий случай первым пойду, — предложил Калдан.

— Тогда вперёд!

Мы выскочили из тени буксующего корабля и побежали обратно на пристань. У меня мелькнула мысль устроить на борту пожар, но древесина там была явно обработана чем-то хитрым. Выстрелы жезлов, что всё-таки достигли палубы, лишь обуглили доски, но те даже не тлели. Никаких линий там и близко не прослеживалось. Тут либо выпускать весь мой остаток в одну точку и падать без сил, либо предоставить разбираться с этой проблемой более компетентным людям.

Я выбрал второй вариант. Хуже места, чтобы прилечь без сознания, сейчас во всём городе не сыщешь. Даже местный бордель на втором месте идёт.

На палубе вроде бы царила тишина. Никто в нас не стрелял, а вот заражённому не понравились наши перемещения, и он по-лягушачьи поскакал к нам навстречу. Смотрелось бы смешно, не покрывай он одним махом несколько метров. Мы не стали подпускать его слишком близко, отправив впереди себя очередной мыльный шар. Эхарт даже призывал его похожим образом, складывая пальцы рук колечком. Разве что не дул туда. Алонсо же при помощи лёгкого ветерка придал взрывоопасному пузырю нужное ускорение. Своим ходом он бы долетел не скоро.

Пришлось снова залечь, использовав в качестве укрытия неуязвимого Калдана. Представитель потомственных рудокопов не протестовал, но взрывная волна всё же смогла его покачнуть. А вот нам даже волосы на голове не припорошило.

Горе-лягушонка разметало по сторонам, а я призадумался, стоит ли поджарить останки на всякий пожарный.

«Слушай, а ты случайно не знаешь, как именно происходит заражение?»

«Вроде бы гнилевик должен ужалить свою жертву», — не совсем уверенно произнёс Авери.

«Извиняюсь, а чем именно?»

«Спроси что полегче!»

Лежать как-то сразу расхотелось и я вскочил на ноги. К тому времени схватка между охраной и несколькими тварями почти закончилась. И судя по ярким вспышкам, в пользу людей. Но тут один подстреленных портовиков внезапно стал ворочаться на брусчатке, пытаясь подняться.

— Тут есть выжившие! — радостно воскликнул Тори и ринулся на обгон основной группы.

— Стой, идиота кусок! — попытался предупредить его Эхарт.

Однако целитель и слушать его не стал, на всей скорости помчавшись на выручку «уцелевшему». По мне так здешние гарпуны как раз для того и придумывали, чтобы после удачного попадания морской житель склеивал ласты. Или хотя бы находился к этому максимально близко. Сам полуметровый штырь ещё не так опасен, как широкий четырёхгранный наконечник с зазубренными краями. Такой от внутренних органов один фарш оставит.

Тому бедолаге попали промеж лопаток когда он пытался убежать, и острие до сих пор торчало у него из развороченной груди. С такими ранами не то что не встают, а даже не пытаются.

Я без всяких раздумий врубил ускорение и смог подскочить к очухавшемуся грузчику чуть раньше, чем золотоволосый простофиля. На мой непрофессиональный взгляд помочь тут могла только живая вода у родового Основания «Фениксов». Мужик сильно побледнел, что не мудрено от натёкшей под ним лужи крови, а его и так не особо красивое лицо стало совсем уж гротескным. Я затормозил прямо об него двумя ногами, полностью передав набранный импульс, отчего новенький заражённый укатился метра на три.

— Ты чего творишь?! — оторопел Тори, выпучив на меня глаза.

— Тебя, дурака, спасаю.

Несмотря на новые травмы, чувствовал пострадавший себя прекрасно. Но когда он вскочил на четвереньки, ему в съехавшую набекрень харю прилетел огненный шар. На таком близком расстоянии у него не было шансов — это как в костёр сунуться на добрую минуту. Обычное пламя можно пережить без особого ущерба несколько секунд, только мои шары были куда горячей и гораздо плотнее.

Заражённому прожгло деформированное лицо до самой кости, а последующий взрыв опрокинул его на спину, отчего гарпун встал практически вертикально. Как будто мужик на него сверху упал. Однако несмотря на это упрямец всё равно завозился, бестолково дрыгая конечностями.

— А знаешь что, давай лечи его, — махнув рукой, предложил я ошалевшему Тори. — Когда пациент так сильно хочет жить, современная медицина бессильна.

— К-как же это… — стуча зубами, замотал головой парень.

— Ты чем слушал, когда он объяснял? — укорил его подоспевший Эхарт. — Это ж гнилевики. Если не поторопимся, остальные тоже встанут, а мы ляжем! Нужно им бошки снести.

Идея мне понравилась, но у нас не было при себе оружия, а моя огненная магия сегодня как будто не с той ноги встала. Вот мертвяков и прочую нежить фаерболы брали отлично. Пришлось обшарить ближайшие трупы в поисках подходящих инструментов. Работяги не обременяли себя лишним грузом, и всё что мне удалось найти — это небольшой узкий нож, меньше ладони в длину. Таким в зубах удобно ковыряться, а вот пилить голову им можно хоть до вечера.

Но я всё равно пристроил его к себе на ремень, благо у него имелась специальная петелька на ножнах.

Калдан не стал заморачиваться и просто выдернул один из гарпунов, который застрял меж камнями брусчатки. Им зверолюд и принялся крушить черепа, не особо заботясь об эстетической составляющей. Тори от такого зрелища поплохело прямо на мостовую, а вот Алонсо сдержался, хоть и сильно побледнел. Эхарту же было не до того — он крохотными шариками взрывал тех, кто начинал шевелиться.

Кровь у перерождённых оказалась какой-то ненастоящей — бледной и водянистой. Даже не красного, а какого-то голубоватого оттенка. Будто у них вместо обычного «железного» гемоглобина в жилах плескался гемоцианин на основе меди в качестве главного металла. Прямо как у осьминогов, кальмаров и у некоторых ракообразных.

В итоге мы успели пройтись по всем пострадавшим, пока охрана окончательно не одержала верх над своими противниками. Причём нам удалось найти одного нормального выжившего, которому гарпун всего лишь разворотил плечо. Пришедший в себя Тори над ним поработал, стабилизировав состояние. Руку мужик скорее всего потеряет, но шанс выжить у него неплохой.

Охранников на ногах осталось только трое, да и те выглядели откровенно так себе. Всё-таки здесь собрались не выпускники элитных заведений, а обычные сторожа. Что странно, учитывая скорый визит главы государства. Хотя само мероприятие лишь послезавтра, а сегодня по-видимому режим решили не усиливать.

За это наверняка кто-то получит по шапке.

Из уцелевшей троицы главным оказался, как ни странно, владелец огнестрельного штуцера. Судя по испачканному в крови прикладу, оружием пришлось воспользоваться и в рукопашном бою.

— Курсанты? — коротко уточнил старший. — Молодцы, хорошо сработали.

Мы кивнули, воздержавшись от ответной похвалы.

— Пока что переходите под моё командование, — продолжил он. — Задача такая — предупредить как можно больше народу в порту. Пусть запрутся где смогут и ждут зачистки. Мы подали сигнал, так что скоро периметр должны закрыть. На рожон не лезьте, эти твари опасные, когда их много. Мы будем караулить корабль до прихода подмоги, целитель остаётся с нами.

Спорить с ними было бесполезно — это ж действующие военные, в отличие от кое-кого. По сути они отправляли нас с глаз долой не просто так, чтобы мы не мешались под ногами, а ради спасения людей. Меня такой расклад полностью устраивал, чем впустую торчать возле заражённой шхуны. Всё что оттуда могло выпрыгнуть и так это сделало. С другой стороны охрана поступала мудро, не став соваться на борт. Их дело сторожить, а не строить из себя героев.

Тори занялся ранами служивых, а мы направились прочь от пристани. Как назло другие суда в порту оказались точно такими же промысловиками. В лучшем случае их экипажи могли держать оборону и отстреливаться из карабельных баллист. Военные же суда отсутствовали. Корабли академии должны были вернуться из нового рейса примерно через час, а небольшой флот местных аристократов пропадал незнамо где. Будет особенно забавно, если они охраняют где-то там условные морские границы.

Но тут у нас возник очередной спор, куда сначала направиться.

— Нужно в сортировочную! — безапелляционно заявил Алонсо.

Ну да, там ведь наши одногруппницы, а ещё куча народу. С другой стороны, девчонки могут о себе позаботиться, а те гнилевики, которых я видел, направились в противоположную сторону.

Портовая зона представляет из себя разностороннюю подкову вдоль естественной лагуны, которую подровняли во время строительства, срезав часть прибрежных скал. Ближе всех к нам находились приземистые склады, провинившиеся рыбой на веки вечные, а вот на дальней стороне по правую руку располагались условно «административные» здания. В том числе и портовый кабак.

— Тогда разделимся, — предложил я. — Нужно и по дальней части тоже пробежаться.

— Мальчики налево, девочки направо, — хмыкнул Эхарт. — Передавай привет выродкам.

— А я пойду с тобой, — решительно высказался Калдан, который по-прежнему сжимал в руке гарпун. — Как раз поровну получится.

На том и разошлись. Моя душа тоже желала разделиться, потому что часть меня хотела совсем в другую сторону. Авери тоже беспокоился за свою ненаглядную, и не рвался геройствовать. Хотя он в целом согласился, что людей нужно спасать в первую очередь, как и полагается истинному аристократу.

Порадовал и Калдан. Пусть он и не благородных кровей, а понятия у него правильные.

По пути я наскоро расспросил серокожего напарника о его необычном Даре. Назывался он Излом и менял траекторию движения различных предметов в непосредственной близости от носителя. Причём тому не обязательно замечать приближающийся к нему объект, он отразится сам. Идеальная способность для защитника, но со своими оговорками. На расстоянии пары метров это искажение ослабевало настолько, что не могло сместить и пылинку. Даже если очень захотеть.

Помимо ограниченного радиуса, существовал ещё целый ряд минусов. Например, существенный расход энергии. Постоянно ходить с активированным Даром Калдан попросту не мог. Ну и в целом это не панацея от всего. Подземника можно легко поразить отравляющими газами, психической атакой или иным негативным воздействием, не использующим кинетику. В конце концов, в него можно просто поплёвывать через трубочку бумажными шариками, пока он не рухнет без сил.

Дар у парня открылся относительно недавно, когда их с сестрой едва не завалило в обрушившейся штольне. Он успел обнять младшую, и тем самым спас обоих. Дальше ему почти не приходилось брать в руки кирку, разве что на раскопках других пострадавших от обвалов и других напастей. Немногочисленных одарённых посылали на самые опасные участки, где уже случилась трагедия или вот-вот должна была произойти. А когда Калдан достиг совершеннолетия, его община решила, что грешно такому таланту пропадать под землёй, и юношу спровадили на учёбу. Тем более служба в империи предполагала хорошие преференции.

Уже на распределительном пункте его способности оценили по достоинству и отправили на Двипах вместе с другими перспективными соискателями. Так сюда и попадали простолюдины и бесклановые. В принципе не поступи он сюда, его наверняка бы приняли в другую академию прямо в этом году.

Я невольно проникся уважением к немногословному парню, что привык рисковать собой в отличие от большинства других молодых людей. Получается, он у себя работал кем-то вроде горноспасателя. Коллега, можно сказать.

Мы быстро добрались до кабака, который представлял собой угловатое двухэтажное здание из тёсаного камня. В качестве вывески на широкой доске была намалёвана пойманная в сети русалка, весьма похабного вида. Здоровенные входные двери оказались испачканы в свежей крови и накрепко заперты.

Я бы со спокойной совестью направился дальше, кабы не настойчивый стук, что донесся откуда-то сверху. Мы задрали головы и увидели в окнах второго этажа перекошенные от ужаса лица портовиков. Они умоляюще ломали руки, указывая куда-то вниз. Кованые решётки не позволяли им выбраться, лишний раз подтверждая, что это грубое нарушение техники безопасности.

Получается, первый этаж оккупировали заражённые. Но как они пробрались внутрь?

«Чёрный ход», — догадался Авери. — «Для работников и прислуги».

— Точно! — хлопнул я себя по лбу. — Пошли в обход.

Мы двинулись вдоль обшарпанной каменной стены, пока возле вместительного короба с бытовыми отходами не обнаружили распахнутую дверь куда более скромных габаритов. За ней располагалось что-то вроде полутёмной подсобки, плавно перетекающей в кухню. Или всё-таки камбуз? В общем, здесь готовили нехитрую еду для посетителей. Встречал нас с распростёртыми руками лично сам повар, судя по остаткам одежды. То ли он и раньше был довольно тучным, толи его раздуло до такой степени, что он попросту застрял в узком проходе между кухонными шкафами. Всё что ему оставалось, это с рассерженным шипением сучить толстыми ногами, пытаясь протиснуться ещё дальше и впустую тянуть к нам руки.

В полумраке коридора синеватые жилы на его бледном теле испускали слабое неоновое сияние, словно палочки химсвета, что любила таскать с собой на танцы наша земная молодёжь. Глядя на них у меня почему-то возникла ассоциация с глубоководным хищником, приманивающим своих жертв при помощи такой вот хитрой подсветки.

Мы на такую уловку вестись не собирались, только нам всё равно нужно было на ту сторону. Калдан хотел отоварить повара по облысевшей голове, но тот неожиданно резво перехватил гарпун и стал подтягивать зверолюда к себе. Заодно гнилевик широко распахнул обезображенный рот, откуда вывалился длинный язык, весь в какой-то слизи. Напарник был категорически против такой интимной близости, но тот успел сцапать его за руку толстыми пальцами-сардельками.

Пока они боролись друг с другом, я подобрал со стола здоровенный тесак с ухватистой наборной рукоятью. Не знаю, каких китов им разделывали, но весу в нём было никак не меньше полутора килограммов. Практически топор с широким односторонним лезвием. То, что доктор прописал.

Заодно я отыскал альтернативный путь на кухню через сквозной складик, уставленный ящиками едва ли не до потолка. Вторую дверь явно прорубили потом, устав каждый раз наворачивать лишний крюк через основной коридор чтобы взять продуктов. Через несколько секунд я уже оказался за широкой поварской спиной.

— Однако, здравствуйте.

Из-за тесноты размахнуться током не получалось, поэтому я подрубил ускорение. Голову разом смахнуло с покатых плеч, будто её и не было никогда, а из обрубка шеи брызнул голубоватый фантан. Но даже потеряв туловище гнилевик продолжил беззвучно разевать рот и тянуться ко мне ороговевшим языком в попытках напоследок облизать. Острый конец бывшей мышцы чем-то напоминал шип и наверняка являлся тем самым источником размножения паразита. По крайней мере я не видел, чтобы заражённые моряки спускали штаны.

Калдан кое-как смог вырваться, а вот гарпун пришлось оставить в лапах обезглавленного гнилевика. Пошарив по разорённой кухне, мы нашли крупный молоток для отбивки мяса из серии: «один удар — один стейк». Не бог весть что, но зверолюда такой инструмент полностью устроил. Не удивлюсь, что в качестве личного оружия он предпочёл тоже что-нибудь ударно-дробящего типа, а не клинковое. В принципе с такой силищей это не его проблема, а оппонента.

Больше ничего интересного здесь не наблюдалось. Судя по булькающей на печи кастрюле работников совсем недавно застали врасплох. Вокруг хватало потёков крови, ещё не успевшей свернуться, а вот тела отсутствовали, не считая чьей-то отгрызенной руки. В основном здесь предпочитали естественные источники света, зато под одним из столов обнаружился переносной фонарь, внутри которого тлел магический камень. Калдан предложил мне восполнить остаток энергии, а сам в несколько укусов заточил копчёную рульку со склада. Зверолюды не столь щепетильны во многих вещах, так что я отнёсся к внезапной трапезе с пониманием. Сам с утра ничего не ел, а энергия не берётся из воздуха.

Камешек же я высосал досуха, оставив в руке мелкодисперсный песок от рассыпавшегося кристалла. Горячая волна разлилась по телу, заставив засиять магические жилы в руках.

«Димон, это перебор!» — тут же запротестовал Авери.

Ну что поделать — не вижу я, сколько надо черпать из магической батарейки. В висках застучало, но в целом мой внутренний Источник пока что справлялся с перегрузкой. Зато усталость полностью растворилась, как будто кофе запил энергетиком после ночной смены.

Дальше мы продвигались со всей осторожностью, ожидая засады в любой момент. Гнилевики отнюдь не тупорылые зомби — они даже простенькие гарпунные орудия смогли освоить. В их действиях чувствовалась логика, пусть и не совсем понятная. Чёрт его знает, чего от них ждать. Может, они хотят не просто размножиться, как принято у паразитов, а ещё и отжать заодно весь порт, провозгласив его своей колонией.

Я уже подустал удивляться в этом мире от очередной дичи.

Наконец за следующей приоткрытой дверью обнаружилось основное помещение припортовой харчевни. Внутри царил густой полумрак — люди успели закрыть ставни, а вот зажечь свечи и светильники — уже нет. Сейчас здесь было полным полно заражённых, передвигавшихся в привычной манере — на четырёх конечностях, словно лягушки-переростки. Потомственный рудокоп, который отлично видел в темноте, насчитал свыше десятка особей. Они доедали остатки еды, а так же парочку посетителей, которые почему-то не стали превращаться.

Можно было их тут благополучно запереть, да только не все вели себя прилично. Несколько выродков осаждали наспех забаррикадированную лестницу на второй этаж, где укрылись люди. Вряд ли они там долго продержатся, когда на них навалятся все разом.

— Многовато… — поморщился Калдан, притворив обратно створку двери.

— Тогда будем валить их быстро, — улыбнулся я, сконцентрировав бурлящую в теле энергию в правую руку. — Но сначала нужно вежливо постучаться, а то подумают, что мы невоспитанные. Зажмурься-ка покрепче.

Меня давно интересовало, что там у гнилевиков со зрением, и теперь представилась отличная возможность проверить свои догадки. Если это действительно глубоководный паразит, то скудное освещение — его родная стихия. Я тихонько приоткрыл дверь и просунул зудящую руку в проём. Жилы под кожей раскалились так сильно, что она практически светилась, как у заправского девственника.

— Вам привет от Эхарта!

Гнилевики ответили раздражённым шипением, но затем в зале грохнул оглушительный взрыв, на мгновение рассеяв тьму. Всё, можно сказать что вежливость соблюдена. Я рванул створку на себя и бросился вперёд. На противоположной стене, куда прилетел огненный шар, горели какие-то тряпки и тлела деревянная обивка. Но главное, что почти все гнилевики пребывали в полном замешательстве, тряся головами, словно мокрые собаки.

Сработало!

Сам зал представлял из себя три неравнозначные секции. Первая от входа отводилась под барную стойку вполне классического вида. Пришёл, выпил и уполз — всё просто. Дальше же шли столы для тех, кому нужно ещё и закусить. Мебель здесь была простая и крепкая — такую так просто друг об друга не расколотишь. Кое-что и вовсе было накрепко приколочено к полу. Ещё из интересного здесь имелся внушительный камин, внутри которого тлели свежие угли. И тепло, и атмосферно, и еду можно подогреть, если остыла.

В самом дальнем конце, где мы и выскочили, остался небольшой пятачок чистого пространства. Чёрт его знает для чего. Вряд ли тут танцевали — публика не та.

Стены заведения украшала всякая морская атрибутика, включая парочку чучел и чей-то пустой панцирь, размером с колесо от грузовика. Всё это пришлось рассматривать буквально на бегу, пока я не достиг крайнего стола. Вскочив на него, я оттолкнулся с ускорением и полетел дальше, поджав под себя ноги, чтобы ни за что не зацепиться ненароком. Миг, и половина зала осталась за спиной, а тесак с хрустом вонзился в бледную шею гнилевика, выступившего в качестве моей подушкой безопасности. Врезался я в него со всей дури, едва не отбив себе колени. Но пришлось начать именно с дальнего, потому что он выглядел наименее пострадавшим от вспышки. Тесак напрочь перерубил ему кости с гортанью, и голова повисла на жалком клочке кожи.

Остальные лягушата слепо тыкались в мебель и стены, пытаясь отыскать нас на ощупь. Одним из таких занялся Калдан с молотком, быстро забрызгавшись новыми потёками голубой крови. Хорошо что мы в непромокаемых рабочих халатах, но даже их скорее всего придётся выбросить.

— Десять лягушат решили праздник сделать, — придумал я на ходу. — Один из них упал, и вот их уже девять…

Следом я подкинул огоньку тем, что топтались на лестнице, чтобы они там не скучали, а сам занялся следующим прыгуном, что шлёпнулся неподалёку. Этот экземпляр выглядел наиболее мерзко, окончательно потеряв сходство с человеком. Возможно, это один из экипажа той злосчастной шхуны. Можно сказать — нулевой пациент. Двигался он пусть и слепо, но очень резво. Подвернувшийся ему под лапу массивный табурет оказался разбит в щепки, будто дешёвая поделка из фанеры.

С таким противником шутки плохи, так что я сначала слегка прижарил его, а уж потом применил холодное оружие. Удар вышел что надо — прямо в голову, но тут случилась неприятность — тесак намертво застрял в расколотом черепе. Пока я дергал его в бесплотных попытках вытащить, ко мне устремились сразу двое. Ослепление продлилось не так уж и долго, но мы с Калданом всё равно успели воспользоваться заминкой на полную катушку. Зверолюд выколачивал дух из очередного гнилевика, сократив численность стаи ещё на одну особь

Трое на лестнице, двое у меня, ещё трое слепо крушат зал. Итого восемь, а с учётом погибших тут их тусовалась целая дюжина.

— Всю считалочку мне портите, — посетовал я, отпрыгивая от преследователей.

Те вывалили острые языки, не хуже чем у Рины Кавано, и вовсю пытались меня сцапать. Один за это тут же поплатился — в его распахнутый рот со свистом влетел металлический диск подноса для еды. Края у него были закруглёнными, но дикая скорость вращения позволила ему без труда рассечь сухожилия и мягкие ткани, глубоко увязнув в шейных позвонках. Урод закашлял собственной кровью от такого острого угощения, схватившись за края руками, а я следом со всей дури пнул поднос ногой, окончательно отделив верхнюю часть головы от нижней.

— Восьмой лягушонок поперхнулся, и их осталось семь…

Всё бы хорошо, но большая часть энергии уже исчерпалась — ускорение сжирало её ничуть не меньше магии огня. Поэтому я не стал ничего швырять во второго, тем более на столах и полу осталась валяться лишь одна бесполезная мелочёвка. Вместо этого отбежал к самой стене и сорвал оттуда рыболовную сеть, увешанную металлическими грузилами. Прыгнувший следом гнилевик угодил прямо в неё и принялся отчаянно дёргаться, ещё больше запутываясь. Не так эротично, как делала это русалка на вывеске, но зато надёжно.

Добивать его я пока что не стал — просто некогда. Остальные заражённые окончательно очухались и вприпрыжку скакали ко мне. Я снова потянулся к настенным украшениям и позаимствовал оттуда что-то вроде двузубой рогатины. Тоже разновидность гарпуна, только ручного. Жаль только, что он был рассчитан на рыбку поменьше, и сломался после первого же удара. Зато металлические зубцы наконечника вошли глубоко в глазницы ближайшего гнилевика, лишив того зрения всерьёз и надолго. От такой вспышки он уже вряд ли проморгается.

– Седьмой лягушонок выбрал вилку, и их осталось шесть…

Обломанный деревянный черенок годился лишь на то, чтобы от местных комаров отмахиваться, так что я со всех ног припустил к барной стойке. На стене больше ничего приличного не осталось, а у бармена наверняка что-то было припрятано против буйных посетителей. Да и само это сооружение выглядело основательно — там можно вполне обороняться.

Очередной прыгун промахнулся мимо меня и покатился дальше, снося по пути табуреты и скамьи. Я же благополучно перемахнул через стойку, едва не поскользнувшись на луже, что натекла под ней. Чего-то приличного за ту секунду, что оставалась у меня в запасе, найти не удалось. Поэтому сунувшемуся следом упырю я засадил по сусалам самой крупной из бутылок.

Стеклотару здесь использовали исключительно многоразовую, так что толщина у пузыря оказалась на приличном уровне. С громким хлопком голова гнилевика мотнулась в сторону, а в моей руке осталась хулиганская «розочка». Однако эффект от удара превзошёл самые смелые ожидания — орошённая дешёвой выпивкой кожа выродка начала сползать пластами, будто там хранилась кислота. Монстр зашипел, и принялся кататься по полу, полосуя себя руками.

Я невольно принюхался к разбитому горлышку, но уловил лишь нотки типичной «сивухи», от которой защипало глаза. Видимо, всему виной реакция на спирт. Я быстренько реквизировал всё доступное пойло и залил бедолагу с ног до головы, отчего тот перешёл с шипения на вой. Жаль, что тут не как в нормальных заведениях — шкаф с бутылками до потолка, чтоб хватило на всех. Весь доступный ассортимент исчерпывался тремя позициями — ядрёная самогонка в крайне ограниченном количестве, какая-то кислятина вместо вина и, как не странно, обычная вода.

— Шестой хлебнул «незамерзайку», и их осталось пять, — продекламировал я, продолжая шарить под стойкой.

У местного бармена действительно оказался аргумент для тех, кто требует жалобную книгу — простая дубинка, даже не окантованная железом. Уж лучше взять очередную бутыль, толку с неё куда больше. Так я и поступил, поприветствовав вернувшегося горе-прыгуна, у которого оказалась сломана рука. Тому тоже поплохело, и он временно забыл об размножении.

Жаль, что больше крепкого алкоголя в наличии не осталось. Знал бы что его здесь так не любят — прихватил бы со склада. А вот местный аналог игристого лишь тихонько шипел и пузырился белёсой пеной на коже заражённого, будто уксус, вылитый на горстку соды. Забавно, но бесполезно.

Калдан в это время пытался уработать очередного урода, но противники навалились на него вдвоём, так что поединок грозил затянуться. У меня же имелась куча недобитков и ещё один полностью целый лягушонок, который только что спустился с лестницы. Хоть и правда дубинку в руки бери. Но ей колотить можно очень долго, а время поджимало.

Я снова пошёл реквизировать рыболовецкий инвентарь уже с другой стены, выбрав небольшую, но увесистую железяку на цепи, напоминавшую миниатюрную версию плуга. Видимо, это якорь такой, для мелкой лодки. А вот на судне академии использовалась несколько другая конструкция — в виде конусообразной воронки со штырём посередине. Этакий металлический зонтик, правда весил тот центнера полтора, не меньше.

Я раскрутил цепь и заарканил скакавшего на выручку сородичам зараженного. Лучше бы он и дальше запершихся моряков караулил. Обмотавшаяся цепь заставила его шлёпнуться на бледное пузо, а встать я ему уже не дал.

— Пятый молвил: «Якорь мне в бухту!», и четверо их стало.

Но торжествовать мне толком не дали — на меня со спины напал не до конца проспиртованный гнилевик. Полуслепой, с одной рукой, но по-прежнему опасный Я едва увернулся от подлого удара, который оставил бы меня без позвоночника, но заражённый всё равно смог схватить мою ногу и перейти в партер. Мы покатились по полу до ближайшего приколоченного стола, в который урод стукнулся спиной Моя согнутая рука оказалась у него под подбородком, не давая ему толком распахнуть рот, а второй я лихорадочно нашарил нож на поясе. Недобиток же единственной уцелевшей лапой вцепился мне плечо, всё больше вываливая язык. Ещё немного, и тот достанет до моего бицепса, где как раз имелась свежая прореха в ткани.

Я несколько раз пырнул ножом его в бок, но он этого даже не заметил. Видимо, печень ему больше не нужна. Как и почки. Из ран обильно плеснуло чем-то прохладным, как будто я бил водяной мешок, да и только. Но это сравнение натолкнуло меня на другую отчаянную мысль. В иной ситуации я бы десять раз подумал, прежде чем так делать, но у меня оставались считанные секунды. Мы становились всё ближе, и мой нос уже не ощущал ничего, кроме мерзкого запаха тухлятины.

Не зря их прозвали гнилевиками.

Бросив бесполезный нож, я просунул пальцы в самую широкую из ран на боку и сотворил внутри огненный шар. По крайней мере, попытался. На таком близком расстоянии делать подобные вещи категорически запрещалось — ещё Хива об этом меня строго-настрого предупреждала. Но сейчас особый случай.

По ощущениям вышло, как будто я сунул руку в крутой кипяток. А спустя мгновение нижняя половина туловища гнилевика громко лопнула, словно тот самый водяной пузырь. Сцепив зубы от боли, я отшвырнул от себя всё то немногое, что от него осталось. Взрыв вышел солидным — ошмётки долетели даже до потолка, а пол вокруг нас был залит горячей жидкостью, словно у кого-то прорвало радиатор.

Что ж, очередной эксперимент можно считать удачным. Если обычный человек состоит из воды примерно на шестьдесят-семьдесят процентов, то у заражённых эта цифра где-то под девяносто.

Помимо обваренной руки меня ещё ошпарило в нескольких местах, но больших травм удалось избежать благодаря незаменимому рабочему плащу, чья ткань отталкивала разогретую влагу. Руку бы пожал тому, кто их придумал!

— Четвёртый испарился, и их осталось три… — прокряхтел я, с трудом поднимаясь на ноги.

«Энергии мало, Димон!» — предупредил меня Авери.

— А точнее?

«Двенадцать единиц».

— Живём…

Я понял, что всё это время разговаривал вслух по-русски, но бедному Калдану было явно не до того, чтобы меня подслушивать. Он смог проломить голову одному из выродков, а вот последний — самый крупный из всех — сейчас обнимался с ним на полу неподалёку от камина. Того и гляди, зацелует до смерти.

Знакомая тактика…

Остальные мои противники пребывали далеко не в лучшей форме, так что никто не мешал мне оказать посильную помощь. Я быстро заковылял на выручку, только как всегда передо мной в полный рост встала проблема с оружием. Вот клянусь, без меча больше никуда не пойду, даже в туалет!

Пришлось схватиться за здоровенную заслонку от камина, что стояла рядом, и уронить её на лысую голову, благо гнилевик находился сверху. Удар вышел смазанным, но Калдану и этого хватило, чтобы освободиться. Он не стал долго рассусоливать и затрамбовал урода прямо в жерло раскалённой печи, а я подпёр его заслонкой, чтоб не выбрался. Раздутый мужик истошно зашипел, но вскоре этот звук сменился шкворчанием. Через полчаса, глядишь, приготовится на медленном огне.

В общем, второй лягушонок сгорел совсем не в рифму, а последний до сих пор барахтался в сети, как незадачливая русалка. Можно сказать, что считалочка благополучно завершилась.

— Ты как? — спросил я у тяжело дышащего зверолюда, чья одежда не слишком отличалась от лохмотьев заражённых.

— Пойдёт, — мотнул он головой. — У меня крепкая кожа, не смогли пробить.

Я подобной особенностью похвастаться не мог, поэтому пока рудокоп методично добивал тех, кто ещё подавал признаки жизни, мне пришлось прижечь самому себе раны. Помимо исполосованного плеча у меня ещё и кровоточил левый бок. Даже не припомню, где это меня зацепили.

— Эй, вы там живые? — донеслось внезапно со стороны лестницы.

— Вроде как, — уклончиво ответил я. — Но выходить пока не советуем.

— Солью тела обязательно посыпьте! — посоветовал другой голос, более хриплый и басовитый. — Там за стойкой мешок стоит и ещё один на кухне, под столом.

Я немедленно воспользовался советом и с удивлением обнаружил, что бледная плоть заражённых сдувается прямо на глазах, превращаясь в самую обычную гниль. Не понравилось древнейшая человеческая приправа и недобиткам, которые быстро испустили дух. Мы израсходовали почти весь запас, замариновав даже обглоданных покойников на всякий случай, а я вдобавок затушил водой тлеющие доски, чтобы не случилось пожара.

На этом наша миссия здесь подошла к концу, но оставались ещё и другие здания. Попрощавшись с выжившими через баррикаду и прихватив второй мешочек соли, мы покинули кабак. Так себе сервис, если честно. Девушку в такое заведение не поведёшь.

Если только Сатанию, которую хлебом не корми — дай кому-нибудь вломить.

На всякий случай дверь чёрного хода мы подпёрли тяжёлым ящиком для отходов. Укрывшиеся на втором этаже заверили нас, что у них есть ключи, так что в случае чего они смогут быстро выбраться.

Уже во дворе я услышал звук бьющегося стекла, а рядом со мной что-то громко звякнуло о камни. Я задрал голову и увидел дородную тётку в простом платье, что махала мне окровавленной рукой через разбитое окно.

— Удачи, сынки!

На мостовой лежал изрядно покорёженный светильник, с трудом переживший падение. Я вынул оттуда небольшой магический камень и отсалютовал женщине тесаком. Мы его еле вырвали в четыре руки, так что у меня снова появилось вменяемое оружие.

— Эх, пожрать бы чего… — посетовал Калдан, когда я протянул ему полуразряженный кристалл.

— Согласен, но у нас ещё много работы.

Подзарядившись, мы скорым шагом добрались до целой группы трёхэтажных зданий, стоявших впритирку друг к другу. Здесь трудились адепты умственного труда — таможенные инспекторы, писари, счетоводы, и прочие бумагомаратели. Большинство чиновников успели запереться, а некоторые даже пытались отстреливать снующих под окнами гнилевиков. Те в свою очередь искали альтернативные способы, чтобы добраться до выживших. Предупреждать здесь уже некого — все так или иначе уже были в курсе.

Мы по пути прикончили одного лысого альпиниста, что только что навернулся со стены, и вошли в ближайшую конторку. Заражённые успели порезвиться здесь вволю, и спастись отсюда никому не удалось. Однако эта жертва дала остальным немного времени, чтобы осознать угрозу и что-то предпринять.

Внутри всё выглядело, как на импровизированной скотобойне. Иногда ступить было некуда, чтобы не вляпаться в чью-нибудь кровь. Нам удалось застать врасплох парочку жрунов, что не могли оторваться от растерзанных тел, а вот остальные к сожалению успели разбежаться по округе. Странно, но заражались далеко не все, а примерно три четверти жертв, остальных гнилевики использовали в качестве прокорма для свежего поколения.

Я даже думать не хотел, что произойдёт, если эта зараза выйдет из-под контроля. Особенно в условиях местной городской застройки. Там тот ещё Шанхай.

В процессе обхода здания и поиска спрятавшихся уродов я периодически поглядывал на улицу. И вот в очередной раз моему взгляду предстала сюрреалистичная картина — по мостовой преспокойно хромала женщина в длиннополом плаще и накинутом на голову капюшоне, опираясь на трость. Наверное, зарулила сюда по какой-то надобности, ибо все работники в такой час находились на местах.

Неужели до сих пор не успели организовать оцепление?

Я отчаянно заколотил рукой по оконной раме, в которой даже нормальных форточек не было, но посетительница не обратила на стук ни малейшего внимания. А тем временем за ней увязалось сразу два лысых извращенца откуда-то из дальнего закоулка. Шлёпают они довольно громко, однако тётка продолжила ковылять по своим делам. Глухая, что ли?

Не раздумывая больше, я отступил чуть назад и с разбега влетел в окно вперёд ногами. На нормальный спуск уже не оставалось времени, а высота была плёвая — второй этаж. Шмякнулся на мостовую я практически как заправский гнилевик, и тут же вскочил, не обращая внимания на боль. Только биться было уже не с кем — оба прыгуна оказались изрубленными в капусту, а ещё чуть поодаль валялись остальные, в столь же плачевном состоянии. Их из окна просто не было видно.

И самое странное — той странной хромоногой и тугоухой женщины нигде не наблюдалось. Зато со стороны пристани раздался раскатистый врыв, взметнувший в воздух высокий гриб из огня и дыма. Прямо загляденье, особенно когда не тебе это всё тушить. Вскоре на крыльцо выскочил взъерошенный Калдан со своим излюбленным молотком для отбивки мяса и гнилых мозгов.

— Что случилось?!

— Похоже, наши полномочия на этом всё, — пожал я плечами. — Давай прочешем третий этаж и можно будет закругляться.

Глава 11

Чем больше нас песочил Фест, тем больше я убеждался, что денег мы не увидим. Не за спасение гражданских, а просто за честную работу в качестве грузчиков. Ну подумаешь, смена закончилась чуть пораньше. Порт ведь закрыли не по нашей вине.

Но стоило только об этом заикнуться, как раздражённый наставник разошёлся пуще прежнего:

— Оплату хотите?! Разгрузили одну несчастную шхуну и считаете, что этого достаточно? Скажите спасибо, если здешние жулики не выкатят вам счёт за разрушения. Вы едва не спалили таверну, разнесли несколько рабочих зданий и складов. Сортировочная так и вовсе восстановлению не подлежит, её проще отстроить заново.

При упоминании последнего пункта пытавшиеся было возмутиться ребята виновато потупили взгляд. Но даже с учётом всего этого мы были не так уж и виноваты. Благодаря нашим действиям спаслось множество людей, а заражённые не успели толком разбежаться даже по территории порта, не говоря уже про весь прилегающий район. Я особо на благодарность и не рассчитывал, но подобный наезд меня покоробил своей несправедливостью.

— Курсант Авери, вы считаете я что-то не так сказал? — язвительно поинтересовался гранд-мастер.

— Часть разрушений причинили сами гнилевики, — выдал я вслух, едва не присовокупив чего покрепче.

— Разумеется, — усмехнулся некромансер. — Только вот им уже ничего не предъявишь, увы. А зато вы как на блюдечке, только руку протяни, да ещё и смеете что-то требовать. После допроса вам нужно было тихо исчезнуть, чтобы не позорить моё имя. Вы же продолжали зачем-то околачиваться здесь.

С этим я не мог не согласиться. Лучше бы мы и правда пошли к себе в гостиницу, чтобы не попадаться на глаза наставнику. А теперь приходилось выслушивать, насколько мы бездарно действовали, и всё в таком духе.

— В первую очередь, кому в голову пришла идиотская идея разделиться? — спросил Фест, хотя ответ ему был прекрасно известен. — Авери, неужели ты? Поздравляю, из тебя выйдет никудышный командир. Прежде всего ты должен был позаботиться о безопасности и боеспособности всей группы. Хотят забрать вашего целителя? Посылайте в Пекло всех, кто ниже меня рангом. Вы военнообязанные лишь условно, а приказ о мобилизации никто не подписывал. И уж тем более вами не могут командовать тупорылые стражники, которые являются отсевом среди отсева. Они военные лишь на бумаге, а по факту не слишком отличаются от тех же вышибал в таверне. Командовать курсантами, и тем более вчерашними соискателями, их никто не уполномочивал, даже в чрезвычайной ситуации. Запомните, вы подчиняетесь только служащим Академии, от вышестоящего к нижестоящему. На этом всё.

Что ж, мне оставалось только впитывать ценную информацию, хотя неплохо было её подать нам заранее. Скажем, ещё во время испытаний, в качестве подготовительно материала. Хоть наставник и называл нас курсантами, мы по факту ещё являлись гражданскими, вплоть до завтрашнего дня. А по документам — вообще грузчиками. Благо работникам порта разрешалось защищаться от внезапных угроз вплоть до применения Даров. Я первым делом этот момент уточнил, когда нас допрашивали.

Сами дознаватели пусть и относились к нашему участию с изрядной долей неодобрения, но сильно не напирали. Мне вообще показалось, что делали они это лишь для галочки, а не с целью повесить на кого-то всех собак. Зато гранд-мастер с лихвой отработал за каждого, всё больше меня уничтожая:

— Но тебе этой потери показалось недостаточно. И ты вдобавок сам разделил остальных, чтобы вас было как можно проще уничтожить поодиночке. Зачем? У вас не стояла задача предупредить ВСЕХ. Это невозможно. А вот погибнуть вы могли очень легко. И ради кого ты всё это затеял, ради нескольких бездарных, которые вполне возможно сами завтра помрут? Это даже не глупость, а преступление.

Я стиснул кулаки, едва сдерживаясь.

В каком-то смысле Фест прав, но мне очень тяжело переключить мозги на сугубо «военные» рельсы. Особенно с извращённой местной спецификой всеобщего неравенства. Для меня было вполне естественным порывом попытаться успеть повсюду, чтобы спасти как можно больше людей. Но здесь в словах некромансера всё же имелось рациональное зерно — такой широкий фронт мог сыграть с нами злую шутку. Нам всем без поддержки друг друга пришлось очень тяжело, и большая удача, что никто из отряда не пострадал.

Как пояснили нам уже после окончания зачистки, одарённые куда меньше подвержены заражению. Но это далеко не стопроцентный иммунитет, а натуральная игра в русскую рулетку. Просто в револьвере, который приставлен к твоему виску, чуть меньше боевых патронов. А вот обычные люди крутят почти полный барабан.

Всё остальное про гнилевиков я и так уже выяснил, можно сказать — опытным путём. И даже тот факт, что их отродясь тут не водилось, не стал для меня каким-то большим сюрпризом.

— Остальные, к сожалению, оказались не особо умнее Авери, — продолжил недовольный наставник. — Оказавшись всемером группа зачем-то снова разделилась. Дурной пример заразителен, да? Если у вас до сих пор остались какие-то разногласия между собой, то вы — конченые идиоты! Знаете, как вне военных компаний погибают Высшие?

— На дуэлях? — неуверенно предположила Криста.

— Не угадала! Их чаще всего просто берут числом, закидывая простым «мясом», чтобы улучить удобный момент для удара. Не особо благородно, зато действенно. Ни один одарённый не может справиться со всеми сразу, для этого задолго до вашего ненужного рождения придумали концепцию групп, которые превосходят по эффективности даже нескольких одиночек. Я вот не пойму никак, вы же все тупые, как тренировочные мечи, так почему у вас не срабатывает хотя бы стадный инстинкт?! Даже гнилевики стараются действовать сообща, но вы у меня — особенные! Правда, пока что отличаетесь только своими скудными умственными способностями… Или я не прав, и кто-то тут считает себя умным?

Всё предпочли промолчать, лишь злобно пыхтели сквозь стиснутые зубы.

— Хорошо, тогда идём дальше. Кому показалась удачной идея частично обрушить здание, в котором вы оборонялись? Эхарт, Сатания? Что-то не вижу среди вас дипломированных строителей. Самоуверенных придурков — вижу, а специалистов нет. То, что вас всех там не завалило к дьяволовой матери — божественное проведение и никак иначе. Можете отмечать это, как второй день рождения. Я на месте ваших покровителей забрал бы у вас Дары обратно, чтобы их не позорили столь никчёмные последователи. Заметьте, вас даже не привлекли к разбору завалов. Как думаете, почему?

Виновники торжества понуро разглядывали свою грязную обувь, не спеша высказывать вслух свои предположения. Мы все пребывали далеко не в лучшем виде — изгвазданные в пыли, крови и чужой требухе. Даже чистюля Тори, благополучно пересидевший большую часть потасовки, оказался основательно прокопчён. Его растрёпанные волосы теперь напоминали не благородное золото, а грязную бронзу.

Нам бы себя привести в порядок и отдохнуть, желательно до утра, но вместо этого приходилось стоять навытяжку в строю и выслушивать всё, что о нас думает наставник. Тот для приватной беседы реквизировал одну из контор, почти не пострадавшую от набега, и теперь оттягивался на полную катушку, тыча нас в каждую промашку носом. Он с удовольствием продолжил бы разбор «залётов» и дальше, но тут к нам заявился очередной посетитель.

И если обычных дознавателей Фест прогонял одним лишь командным рыком, то эта особа оказалась далеко не робкого десятка.

— Кого я вижу! — изумилась она, едва переступив порог. — Кажется, у кого-то начались серьёзные проблемы с памятью…

К моему удивлению это оказалась та самая хромоногая женщина с тростью, закутанная в пыльный балахонистый плащ. Даже оказавшись в помещении, она не спешила снимать просторный капюшон с головы, скрывавший большую часть её лица. У меня от одного только взгляда на неё с новой силой заныли отбитые ноги. Многочисленные порезы от разбитого стекла уже затянулись, а вот с ушибами дело обстояло куда сложнее.

Голос у гостьи оказался низким и хриплым, выдавая её немалый возраст. Либо не совсем правильный образ жизни.

— Мне позволили ступить на Берег в порядке исключения, — спокойно ответил некромансер. — На три дня.

— Кто этот безумец?

— Ректор.

— Да ну! И за какие это заслуги, позволь поинтересоваться?

— Ты уже знаешь, — безразлично пожал плечами наш наставник. — Если нет, то даром просиживаешь своё место.

— Ты такой грубый! — укорила его незнакомка, потихоньку доковыляв до него. — Я не знала про твоё участие в той заварушке. Отчёты Иолая невозможно читать на трезвую голову.

— Потому что он просто издевается над вами.

— Скорее всего. Но я всё равно рада увидеть тебя, мой любимый… Враг. Не думала, что мы ещё встретимся.

Фест лишь поморщился, как от парочки лимонов натощак, однако подобная реакция ничуть не смутила женщину. Она встала рядом с ним, по-прежнему пряча лицо под низко надвинутым капюшоном. Однако я сомневался, что он ей чем-то мешает. В том числе разглядывать нас.

— Твои?

— К сожалению, — вынужден был признать наставник.

— Что-то ты прямо зачастил в последнее время. Иной раз тебя успевали забыть и приравнять к легендам академии.

— Да, были времена… — с ноткой ностальгии согласился некромансер. — Это всё Иолай, будь он проклят! Не будь его, я бы в этом столетии больше не появлялся.

— Ну хоть что-то от него бывает хорошее…

— То, что я трачу своё время на очередных бесполезных юнцов, не есть хорошо.

— У тебя его много, — отмахнулась женщина. — Значит, эти малыши были здесь с самого начала?

— Хотели подработать, — кивнул Фест. — Всё что они пока умеют, это влипать в неприятности,

— Ничего, ещё надрессируешь. Пока они у тебя совсем дикие, даже не проявляют никакого уважения.

— Так и ты тоже не представилась, — усмехнулся некромансер.

— Я и не должна! НА КОЛЕНИ!

Последняя фраза прогрохотала так громко, что мне показалось, что на нас сейчас посыплется штукатурка с потолка. Однако сам приказ стал той каплей, что переполнила чащу моего терпения.

— А вы, собственно, кто будете?

Спрашивал я прекрасно понимая, что ничем хорошим это не кончится, но промолчать уже попросту не мог. Тем более, такого приказа не поступало — мы могли открывать рты и даже издавать ими посторонние звуки, а не как обычно. Специально для улучшения воспитательного процесса.

Просто вся эта катавасия так достала, что меня прорвало. Сначала мы прошли несколько не особо нужных перекрёстных допросов, потом о нас битый час вытирал ноги наставник, а теперь эта особа со странными желаниями. Отдать воинское приветствие — пожалуйста, но преклонять колено мы обязаны лишь на официальных церемониях или перед верховным главнокомандующим, к примеру. Странных тёток в балахонах среди этого списка точно нет.

Женщина ничего не ответила, но следом меня будто бетонной плитой придавило. Ноги подогнулись, и лишь огромным усилием воли я смог выпрямиться обратно. Из носа закапало что-то тёплое, а во рту появился отчётливый привкус крови, будто мне заехали по губам. О пропущенном ударе сигнализировала и резко загудевшая голова. Между тем незримое давление стало расти, отчего перед глазами заплясали цветные круги.

Однако страдал не только я — остальным ребятам тоже пришлось несладко. Некоторым настолько, что они едва не согнулись пополам. Один лишь Фест продолжал стоять с недовольной миной на лице. Вмешиваться он явно не собирался. Меня плющило всё сильнее, но тут я почувствовал чьё-то прикосновение к руке. Это оказалась стоявшая справа Сатания, которая крепко сжала своею ладонью мою. Наверное, боялась упасть и стала искать опору.

Как ни странно, после прикосновения зверолюдки мне немного полегчало, и я на голой интуиции нашарил левой рукой худое запястье Рины Кавано, что стояла от меня по другую сторону. Рыжая язва сначала хотела отдёрнуть ладонь, но моя хватка оказалась крепче, а потом она и сама ощутила положительный эффект. После чего впилась в меня ногтями, едва не до крови.

Не знаю, чем именно на нас воздействовала высокомерная незнакомка, но вместе оказалось сопротивляться гораздо легче. Мне стало настолько хорошо, что я смог выдавить из себя:

— Взялись... Все…

Девушки по обеим сторонам от меня запустили цепную реакцию, и вскоре мы вдесятером стояли, крепко взявшись за руки, будто детишки в новогоднем хороводе. Только напротив нас сияла не зелёная ёлочка, а взбешённая женщина. По её облачению затрещали небольшие искорки, будто от статического электричества. Нажим снова стал нестерпимым, но мы никак не опускались, держась друг за друга, словно за спасительную соломинку. Как говорится, один прутик сломать гораздо проще, чем получить целым веником по лицу.

Не знаю, сколько так продолжалось. В какой-то момент хватка Рины стала ослабевать, а она сама привалилась ко мне. Я уже и сам чувствовал, что вот-вот потеряю сознание, но тут терпению нашей мучительницы настал конец. Она рывком скинула с себя балахон, представ перед нами в истинном обличье. Под тканью скрывалась пластинчатая броня серого цвета, с белым орнаментом в роли погон. Перед глазами у меня всё плыло, так что детали от меня ускользали. Однако и так понятно, что перед нами стоит представительница высшего офицерского состава.

А подобный дизайн я видел лишь у одних людей, что представляли орден Серой Стражи.

— Что ж, раз вы так настаиваете… — грозно произнесла она. — Я командор Дариана Бриатос, Второй Меч империи!

Меч, к слову, тут же появился в её руке, перестав маскироваться под деревянную трость. Правда, угольно-чёрное лезвие не особо походило на металл. Скорее уж, на какой-нибудь высокотехнологичный карбон. Оно совсем не отражало свет, а наоборот — активно его поглощало, не давая ни единого блика. Даже на расстоянии пары метров от чёрного клинка исходила нехорошая аура, будто стоишь на краю бездонной пропасти.

Мы с облегчением бухнулись на колени, расцепив непослушные руки. Когда перед тобой стоит высший офицер с обнажённым мечом, тебя либо будут награждать, либо казнить. И что-то мне подсказывало, что у женщины с собой нет ни медалей, ни почётных грамот.

Давление тут же прекратилось, но перед глазами ещё роились чёрные точки, а с носа продолжала сочиться кровь. Однако это уже не могло помешать мне рассмотреть женщину. Ей действительно оказалось немало лет, хотя до полноценной пенсионерки она немного не дотягивала. Её короткие волосы почти полностью покрывала седина, и лишь отдельные пряди сохраняли бледно-персиковый цвет. Правую сторону лица почти до самого подбородка покрывала уродливая чёрная клякса, вроде той, что имелась у матери Авери, а вот глаз уцелел, хоть и выцвел. Радужка полностью утратила свой цвет, оставив лишь тёмную точку зрачка.

«Второй Меч! — ахнул наследник «Фениксов». — Это же глава ордена!»

«А первый, получается, сам император?»

«Ну да, они подчиняются лишь ему. Третий Меч — начальник имперской гвардии».

«Теперь понятно, почему твой дядюшка такой дёрганный. У него та ещё начальница…»

«Ты не понимаешь, Димон! Это живая легенда, гроза демонов!»

«Верю, но мы-то здесь при чём? Пусть дальше своих чертей гоняет, где-нибудь у себя».

«Тебе что, совсем не страшно?»

«Если только за нашего наставника. Она ведь его убить должна по идее, а вместо этого называла любимым. Даже не знаю, что для него хуже».

— Ты удовлетворена? — холодно поинтересовался Фест.

— Неплохо, — улыбнулась глава ордена здоровой половиной лица, уставившись прямо на меня. — Значит, ты и есть тот шустрый племянничек Альбина? Занятный случай… Зачем прыгнул в окно?

— Увидел, что какую-то дурную тётку на улице вот-вот сожрут, — ответил я чистую правду, пытаясь не сильно пыхтеть от сбившегося дыхания.

— Какие они у тебя злые и зубастенькие! — восхитилась командор. — Того и гляди, укусят. Неудивительно, что гниль их не взяла.

— Кстати, на счёт заражения. Ты же понимаешь, что это очередная провокация?

— Учитывая то, что эти твари водятся только в тёплых водах… Бесспорно, это демонстративный плевок в лицо Иолаю, — вздохнула женщина. — Вряд ли он просто так утрётся, это не в его духе. Я немедленно посещу все Твердыни и выскажу всё, что думаю об их владельцах.

— Даже своим?

— У меня уже давно нет никаких родственников, только долг перед государством, — отрезала командор. — Раз они позволяют себе подобное хамство, пусть не надеются на мою милость. Когда Иолай пригласил меня сюда, я даже предположить не могла, что всё настолько плохо.

— Их стоило поставить на место ещё после истории с Вратами, — заметил Фест.

— Я надеялась, что они сделают выводы, ведь никому не нужна новая война кланов, особенно накануне новой экспедиции, — сокрушённо покачала она головой. — Что ж, я увидела достаточно. До встречи на церемонии. Ты же там будешь?

— Куда я денусь… — вздохнул наставник.

Такой ответ полностью удовлетворил женщину, и она покинула нашу каморку, вновь накинув на себя маскировочный балахон. Некромансер взял небольшую паузу, после того как за ней закрылась дверь, после чего веско сказал:

— Вам повезло, что у неё хорошее настроение. Но больше пересекаться с ней никому не советую. Она убила больше моих воспитанников, чем кто-либо другой. На месте членов Совета я бы позаботился о последнем волеизъявлении... Ладно, на сегодня достаточно, проваливайте с глаз моих.

Мы гурьбой покинули душное помещение, оставив гранд-мастера наедине со своими воспоминаниями. На улице к нам тут же подскочил шустрый человек в камзоле с лицом профессионального афериста. Не иначе кто-то из местных чиновников.

— Примите нашу искреннюю благодарность, — быстро протараторил он, всунув мне в руки увесистый мешок. — Сегодня в «Счастливой русалке» будут пить в вашу честь. Всего наилучшего!

Я не успел и рта раскрыть, как он уже был таков. Следом мимо нас прошагал один из усиленных патрулей, недовольно покосившись в нашу сторону. Ещё бы — у многих ребят до сих пор капала с лица свежая кровь. Но мешок был уже у меня за пазухой, и служивые зашагали дальше.

— Что там? — нетерпеливо поинтересовался Тори.

— Сухарики, — закатил я глаза, от подобного вопроса. — Пойдём, с пивом погрызём.

— Действительно, — поддержал меня Алонсо. — Ни на что не намекаю, но мы тут слишком задержались.

— Ага, — поддакнул Эхарт. — Того и гляди, припашут.

Работать ни у кого желания не возникло, поэтому мы все быстрым шагом покинули портовую зону. Уже в относительной безопасности и вдали от лишних глаз я достал мешок, который оказался доверху добит мелкими монетами. Видимо, туда скидывались все, включая начальство, не пожалевшее даже несколько дорогих серебрушек. С таким обильным разменом поделить презент поровну не составило никакого труда. Ива и Криста быстро пересчитали наличку и выдали каждому по полтора серебряного империала, что равняется пятнадцати золотым. Учитывая то, что за полный рабочий день нам полагалось в десять раз меньше за вычетом «налогов», наварились мы очень неплохо. За три дня столько и близко не заработать.

Но для избалованных клановых отпрысков это даже карманными расходами не назовёшь, так что некоторые не удержали разочарованных вздохов. Особенно возмущалась Рина, назвав портовиков скупердяями. Но от своей доли всё-таки не отказалась.

Я же прекрасно понимал, как люто нам повезло. На эти деньги можно снять номер в средненькой гостинице недели на три, ни в чём себе не отказывая. А уж в нашем клоповнике так и вовсе можно остаться на пару месяцев, если не больше. У меня тут же в голове возникли планы по вложению средств, но сначала следовало вернуть себе приличный вид и как следует отдохнуть. В принципе, это касалось всех.

— Завтра у нас выходной! — обрадованно запищала Анка.

— Надеюсь, в этой дыре найдутся приличные места, — скептически отозвалась Рина.

— Спроси у своих расфуфыренных дружков, они тебя проведут, — предложила Сатания.

— Да ну тебя, даже ругаться не охота…

Мы кое-как дошли до гостиницы и разбрелись по номерам. К сожалению, собственные ванные комнаты там отсутствовали, так что я прихватил чистую одежду и отправился отмываться. Наше заведение имело небольшую деревянную пристройку, где располагалось нечто вроде бани с общей парной, но тащиться туда у меня не было ни сил, ни желания. Вместо этого я воспользовался простенькой душевой прямо у нас на этаже. Вода там давно остыла, так что омовение вышло весьма бодрящим. Особенно, когда дело доходило до отбитых мест.

Нас подлечили, но лишь самые серьёзные раны, а всё остальное должно было зарасти само. Ох уж эта местная медицина…

В душевой висело зеркало, возле которого я немного задержался. По ту сторону на меня внимательно смотрел долговязый парень с короткой стрижкой медных волос. Не особо красивый, совсем не накачанный, так ещё и весь побитый. С другой стороны, узнать в нём неженку Авери было ещё сложнее.

Надо же, я почти полгода здесь варюсь. Тело чувствовалось как родное, а сам я стал гораздо импульсивнее и резче. Однако прежнего себя не утратил и не позабыл, зачем сюда попал. Нужно активнее искать выход из нашей с Авери ситуации. Неплохо бы сгонять на почту и проверить, не прислала ли мне родня какое-нибудь «письмо счастья», как сделали родители Алонсо.

После холодной воды сразу стала куда лучше соображать голова, и вместе с этим усилился голод. Организм уже не просил калорий, а откровенно требовал, угрожая переварить сам себя. Время обеда давно прошло, но теперь мне ничего не мешало забуриться в ближайшую забегаловку и набить там пузо. А потом поспать, желательно — до утра.

В приподнятом настроении я вернулся в номер и к своему удивлению застал там смущённую Кристу, уже успевшую привести себя в порядок и переодеться. Что для девушки отдельное достижение. Единственно, что Снегурочка не успела толком высушить поголубевшие от воды волосы, но это здесь извечная проблема из-за отсутствия фенов.

А вот мой шустрый сосед испарился, вместе со своими вещами.

— Оперативно, — похвалил я обоих, шагнув за порог.

Однако это оказались далеко не все гости. На моей кровати разлёгся Иолай, прямо в верхней одежде, и с аппетитом хрумкал какие-то сизые ягоды, похожие на голубику. В другой руке у него была початая бутылка, к которой начальник службы безопасности академии периодически прикладывался.

— Ну наконец-то! — воскликнул он, не меняя положения, как истинный гедонист. — Я уж думал, тебя до вечера ждать придётся.

— А вы разве не должны быть сейчас в порту? — хмуро спросил я, понимая, что об отдыхе можно забыть.

— Наверное, — пожал толстяк покатыми плечами. — Но там всё и так уже понятно. А вот с вами двумя, красивыми и молодыми, пока что ясности нет…

Глава 12

— А почему нас тогда сразу не поселили вместе?

— Мне нужно было, чтобы сами сошлись, — выдал свой фирменный оскал гранд-магистр. — Так будет меньше подозрений.

— На счёт чего?

— Куда вы вдруг вдвоём пропали, мои дорогие нарушители. Дело в том, что у нас с вами осталось одно незаконченное дело…

Криста виновато потупила взгляд, и до меня наконец-то дошло.

— Кольцо?

— Молодец, быстро соображаешь, — похвалил меня Иолай, снова приложившись к бутылке. — В такие дела нельзя посвящать посторонних, но раз ты и так оказался втянут по самые уши, быть посему. Поможешь этой легкомысленной девице, и я окончательно забуду о ваших посиделках в шкафу и прочих шалостях.

— Но оно ведь…

— В канализации, да, — активно закивал толстяк. — Где-то там, где стекаются все сточные воды нашего замечательного города. Дело в том, что я снова его засёк, чего быть в принципе не должно. Вряд ли оно там плавает туда-сюда, вместе с прочими отходами. Скорее всего, им кто-то завладел из тамошних обитателей. Скажу по секрету — это плохая новость. Городу и так досталось в последнее время, а ещё одно происшествие в этом сезоне может натолкнуть многих на мысль о скором переезде. Мне бы очень не хотелось до такого доводить. Тем более, если Серая Стража сможет выяснить, кто в этом непотребстве виноват. Вы ведь уже познакомились с очаровательной Дарочкой, не так ли? Госпожа Вечно Вторая, но не дай вам боги её так назвать прилюдно. Поверьте, это не тот человек, которого стоит злить. Странно, что в Совете об этом забыли, но она им быстренько напомнит…

Примерно то же самое про неё нам говорил Фест. А сама женщина обмолвилась, что её пригласил сюда некто иной, как Иолай. Неужели…

— Вы знали, что в порту что-то случится? — в лоб спросил я.

— Догадывался, — не стал он отрицать. — Но это не единственное уязвимое место в городе. Усиливать охрану повсеместно я не мог, чтобы не вызвать лишних подозрений, поэтому пришлось обходиться, чем есть. К слову, на счёт перестраховки я оказался полностью прав. Кто-то очень внимательно отслеживал все наши перемещения и докладывал о них своим хозяевам. Вас же никто не воспринял всерьёз. Подумаешь, десяток юнцов на подработке... А вот с гнилевиком случился откровенный перебор, но вы и тут не сплоховали, молодцы! Впрочем, Фест абы кого не берёт.

— То есть вы могли это всё предотвратить?! — воскликнули мы с Кристой чуть ли не в один голос.

— Может быть. Но тогда что-нибудь случилось бы в другом месте. Всенепременно. И не факт, что на этот раз всё обошлось бы малой кровью. Эти упрямцы никак не хотели успокаиваться, особенно после того, как им прилюдно прищемили хвост. Один раз они уже обрекли весь наш город, так зачем его жалеть? Даже у меня не хватает фантазии предсказать, что ещё бы им взбрело в их дурные головы. Распространение глубоководной гнили — штука неприятная, спору нет, но повсеместного вымирания города всё равно бы не случилось. Слишком плохие условия, да и народ у нас боевой. Так что относитесь к произошедшему с пониманием. Могло быть гораздо хуже.

Принимать такое циничное отношение к мирным жителям я не собирался, но сейчас уже ничего не исправишь. Всё что смогли, мы сделали. И даже чуть больше, получив за это нагоняй от наставника. А то, что Иолай решил рискнуть горожанами ради того, чтобы подловить заговорщиков, пусть останется на его совести. В подобном я точно участвовать не буду.

«Здесь я тебя полностью поддерживаю, — прошептал мне в ухо Авери. — «Меня всегда не нравилось такое циничное отношение к подданным».

«Приятно слышать, но давай-ка взглянем на это с другой стороны. Что, если тебя можно будет вернуть лишь с помощью чужой жертвы?» — задал я провокационный вопрос.

«В пекло! Лучше окончательно раствориться, чем жить подобно паразиту».

Что ж, растёт парень, и это не может не радовать.

«И вообще, это всё из-за меня случилось, — продолжил он изливать душу. — А тебе как всегда разгребать пришлось».

«Все мы хороши, на самом деле, а твоя Криста — больше всех».

«Она не моя», — вздохнул он.

«Хватит рефлексировать. Посмотри, сколько всего мы уже успели сделать! Вернём тебе тело — и вперёд, на штурм. Видел, как Алонсо всё провернул? Причём, Ива в тот момент была не прочь и со мной остаться».

«Как?! Ты же сказал, что она по нему сохнет!»

«Я просто решил его приободрить, – признался я. – Поверь, девушки многое готовы простить, кроме нерешительности. Так что сильно на этот счёт не переживай. Мне же нужно позаботиться, чтобы нас всех не выгнали до этого времени. И не сойти при этом с ума тоже бы неплохо…»

Сказать легче, чем сделать, но пока у меня получалось балансировать над пропастью. Главное, это не бояться сделать новый шаг, а вот остановка точно ни к чему хорошему не приведёт. Канатоходец должен двигаться, чтобы не упасть, иначе рискует потерять милость инерции.

Если честно, ввязываться в очередную авантюру не хотелось категорически, но собственные косяки нужно исправлять. Кто ж знал, что всё так нехорошо повернётся? В тот момент, после сидения в душном шкафу, идея отправить кольцо в унитаз показалась мне удачной. Его же в любой момент могли засечь…

— Кстати, а что с Серой Стражей? — встрепенулся я. — Они не почувствуют проклятый предмет?

— Скажем так, им пока не до того, — туманно ответил особист, закинув в свой широченный рот новую порцию ягод. — Но лучше бы вам поторопиться с поисками, угум-м...

— В канализации?! — ахнула Криста.

— А где ж ещё, — пожал он плечами. — Молитесь своим небесным покровителям, чтобы оно не успело покинуть его пределы. Поэтому вам нужно отправляться немедленно, обо всём остальном я позабочусь. И да, держите рот на замке, потому что последствия для вас будут самыми печальными. Никто не должен знать, куда и зачем вы уходите. Пусть додумывают сами, хе-хе…

— Сколько у нас времени?

— А вот это дельный вопрос, — похвалил девушку гранд-магистр. — Через сутки сюда прибудет сам главнокомандующий, который непременно заглянет к своей ненаглядной сестрёнке. К тому моменту вы должны вернуться и отдать ему эту безделушку. Остальное уже не ваша проблема. Как видите, всё достаточно просто.

Иолай махнул рукой в сторону прикроватной тумбы, где лежала небольшая металлическая шкатулка с цепочкой, после чего снова приложился к бутылке.

— А как мы вообще его там найдём? — задал я самый напрашивающийся из всех вопросов, что кружились у меня в голове.

— Жаль, что вы оба типичные воины, — посетовал начальник службы безопасности. — Отправить с вами кого-нибудь чувствительного я не могу, но выход есть. Вместилище настроено на проклятый предмет, оно будет подрагивать по мере приближения к нему. Ничего точнее для вас у меня нет, не доросли вы ещё до взрослых игрушек. Ах да, чуть не забыл!

Он облизнул пальцы и выудил из внутреннего кармана кителя свёрнутый лист пергамента.

— Канализация у нас довольно древняя, но её периодически чистят, так что почти везде можно пройти без проблем. Судя по моим прикидкам, ваше обручальное колечко где-то далеко внизу, уровне этак на третьем. Советую начать сразу оттуда. Вход на северной окраине, возле трактира «Сивый мерин». Публика там своеобразная, зато к вам приглядываться никто не будет. Но для начала загляните к часовщику, что работает на пересечении Артельной и Второй Радиальной. Скажете, что от меня, это наш человек. Пусть подберёт вам недорогое оружие, из того, что не жалко выбросить. Всё запомнили?

— А что там со входом? — решил я уточнить на всякий случай. — Как его искать?

— Поверь, вы не пройдёте мимо, — оскалился Иолай, снова запустив руку за пазуху. — Он должен быть заперт, но ведь для тебя это не проблема, да?

В мою сторону полетел до боли знакомый, увесистый свёрток из тёмной кожи, разворачивать который не имело смысла. Я и так знал, что там отмычки покойного взломщика, которые вместе с прочими моими вещами должны сейчас лежать на дне залива. Но судя по состоянию кожи, эта скрутка даже в воде не побывала.

— Лучше бы ключ, — на всякий случай попросил я.

— Ещё чего, лентяй этакий! — весело укорил меня особист. — И впредь не теряй столь полезный инструмент.

— Постараюсь.

— Что ж, засим благословляю вас, дети мои! Ещё какие-нибудь вопросы напоследок есть?

Уточнять, что с нами будет в случае провала, не имело никакого смысла. Я уже знал примерный ответ — лучше бы нам тогда из канализации и не выходить вовсе. Но промолчать просто не мог:

— А что у вас в бутылке, если не секрет?

Гранд-мастер едва не поперхнулся, но всё же смог в ответ прокашлять:

— Лекарство, кхе… Валите уже!

Мы с Кристой, искусавшей себе все губы чуть ли не до крови, прихватили по запасному комплекту одежды, после чего откланялись. Гранд-магистр так и остался валяться в моей заправленной кровати, добивая своё лекарство от мигрени до дна. В принципе, с его работой удивительно, как он ещё не спился.

Чтобы ни у кого не возникло лишних вопросов, я закинул нашу форму в заплечную сумку, являвшуюся предком современного рюкзака. И не зря, потому что по пути нам как назло встретилась Рина Кавано, не такая бледная, как обычно. Никак в баньке распарилась. Пусть язва и сделала вид, что мы её нисколько не интересуем, но я отчётливо почувствовал на себе её заинтересованный взгляд, когда мы прошли мимо.

Да и чёрт с ней. Мало ли, куда мы отправились? До ночного отбоя ещё куча времени, которое можно потратить с пользой. Хотя я бы предпочёл отдохнуть, чем наворачивать круги по городу. Но кто ж это позволит? Покой мне даже не снится…

Это Авери может нырнуть в забытьё, чтобы вернуться с новыми силами, мне же о таком остаётся лишь мечтать. Как белка в колесе, которое кто-то вдобавок ещё и поджёг смеху ради. Поэтому первым делом я направился в ближайшую харчевню. Ибо терпеть это издевательство над собой уже не было сил.

Неприметное заведение, разместившееся неподалёку от гостиницы, вряд ли имело высокий статус, но пахло возле него довольно вкусно. Мой желудок сразу же сделал стойку, забурчав едва ли не на всю улицу.

— А как же задание?! — всполошилась Криста, когда поняла, куда мы пришли.

— Ты что-то жевала сегодня? — я пропустил парочку работяг и придержал за ними входную дверь. — Кроме своих губ, разумеется.

Девушка спохватилась и пулей влетела внутрь. Но даже в полутёмном освещении зала я прекрасно видел, как пылают её щёки. Мы устроились в уголке, подальше от шумных компашек и принялись ждать официанта. Спустя несколько минут к нам никто так и не подошёл, и я понял, что мы при всём своём аристократическом воспитании рискуем остаться голодными. Пришлось прогуляться до стойки, выполненной в форме полукруга.

Помимо аналога бармена, что подливал пойло в протянутые стаканы, там скучал ещё один мужик в рабочем фартуке. Бородатый, с мощными руками и внушительным пузом.

— Уважаемый, нам бы поесть.

Мужик смерил меня беглым взглядом, после чего поинтересовался:

— А деньги есть?

Уставная форма выдавала меня с головой, так что вопрос был вполне очевидный. Здесь давно привыкли к голодным курсантам. А моя помятая физиономия никак не располагала к доверию.

— Найдутся, — уверил я его.

— Яйца, каша с поджаркой, рыба? — продолжил допрос мужик.

— Только не рыба, — невольно вздрогнул я. — Мясо есть?

— Найдётся, — кивнул работник харчевни. — Но тогда нужно подождать пол-оборота. Не меньше.

— Оно у вас там что, ещё живое бегает?

— Заказов много, — развёл он руками. — Праздник на носу, все гуляют.

Если честно, особого ажиотажа в заведении я не наблюдал. Половина столиков пустовала, ожидая вечернего наплыва посетителей. Народ только раскачивался, не считая явных пропойц.

— Понимаю, — кивнул я. — А поблизости ещё что-нибудь есть, где готовят быстро и не из рыбы?

— Довольно специфические у вас вкусы, юный господин, — хмыкнул мужик. — Привыкли, что перед вами все должны носиться?

— Да нет, просто тороплюсь, а от рыбы воротит.

— С чего это?

— Нанюхался за сегодня. Если не на всю жизнь, то на ближайшее время точно.

Новый изучающий взгляд вышел чуть дольше первого. Мужик даже подался чуть вперёд, что с его объёмным животом было не так уж и просто.

— Случайно не в порту?

— А где ж ещё. До сих пор в носу запах стоит.

— Что-то не особо в это верится, юный господин, уж простите…

— А вот скажи мне такую вещь, уважаемый, — не выдержал я, тоже подавшись навстречу, к самой стойке. — У тебя там внизу на полочке такая же сучковатая палка хранится, как в «Весёлой Русалке», или чего посерьёзнее?

— Для здешних забулдыг самое то, — хмуро ответил мне бородач. — А от клинков один вред и лишнее членовредительство.

— Тогда советую мешочек соли поблизости держать, вместе с бутылками, чьё содержимое хорошо горит. Посетители ведь разные бывают…

— Ну надо же! — удивлённо крякнул мужик, отстраняясь. — Значит, вы и есть те юнцы, что разнесли таверну и половину порта?

— Да нормально всё с «Русалкой», её всего-навсего подремонтировать немного нужно, — отмахнулся я от обвинений. — А судя по тому, что там собрались сегодня в нашу честь пить, там даже выпивка осталась.

— Да нет, вы с утырками всё напрочь побили, — с ухмылкой пояснил мужик. — Мы им пару бочонков вот недавно прикатили от себя. Я управляющего много лет знаю, грех не помочь в такой ситуёвине... Ладно, иди к своей красавице, сейчас вам всё принесут. Пить что будете?

— Воду.

— Ты издеваешься, что ли?

— Нам не гнилевиков поливать, — покачал я головой. — Мы есть хотим, а не нажраться.

— Да уж понимаю! Вино есть хорошее, сидр яблочный, настойка на жесть-траве. Хотя тебе, молодому, она конечно без надобности…

— Давай сидр, — не стал я рисковать. — Сколько с меня?

— За наш счёт, — не терпящим возражений тоном отмахнулся мужик.

Я поблагодарил его за щедрость и поспешил обратно к нашему столику, где уже отиралась троица нагловатых парней. Ни один из местных в своём уме вряд ли бы стал цепляться к девушке в форме, но эти ребята сами носили точно такую же. Старшие курсы, будь они неладны…

Не зря бородач меня обратно отправил.

— И вот этот рыжий сморчок твой кавалер? — хохотнул самый высокий из троицы, явный заводила. — Даже не верится!

Остальные весело поддакнули приятелю, и никто из беспечных балбесов даже не заметил, что я по дороге прихватил двузубую вилку с одного из столиков. Не нож, конечно, но при должном усердии таким прибором можно очень быстро испортить настроение. Однако не успел я приблизиться к старшекурсникам, как между нами встал один из разносчиков, что пробегал мимо. Назвать его простым официантом язык не поворачивался. Дюжий парень, который собой заслонил сразу всю троицу. Он перебросился с ребятами несколькими словами, после чего те нехотя потянулись на выход.

— Подрастайте скорее, мальцы, — бросил заводила напоследок.

— Непременно, — пообещал ему я, положив вилку к нам на стол.

Заждавшаяся меня Криста снова прикусила губу, но уже по другой причине. Представляю, как тяжело ей пришлось, чтобы не сорваться на этих троих балбесов. Нам только потасовки сейчас не хватало для полного счастья.

— Перестань себя жевать, нам скоро поесть принесут, — успокоил я девушку.

— Да ну тебя! Ты слышал, что эти уроды говорили?

— Догадываюсь. Но участвовать в дуэлях нам пока запрещено. Скорее всего, они просто хотели поставить нас «на счётчик».

— Чего-чего? Какие ещё счёты?

Я чуть не прикусил себе болтливый язык. На местном языке выражение прозвучало очень странно, так что пришлось выкручиваться:

— Нас специально провоцировали на конфликт, чтобы мы полезли в драку. А там уж нам непременно выставили бы счёт. Мол, так и так, вы теперь наши должники, иначе мы идём на вас жаловаться. Свидетелей полно, место людное. Дальше всё зависит от их фантазии и нашей сговорчивости.

— Как низко!

— Согласен. За такое бить мало.

— А зачем ты тогда вилку взял?

— Кушать хочу, аж зубы сводит, — буркнул я в ответ.

Тем временем тот самый плечистый работник харчевни вернулся к нам с полным подносом еды. Вот это я понимаю — оперативность! Тут были и яйца, обжаренные с овощами, и жирная каша с кусками свежеиспечённой лепёшки, и конечно же — мясо, только с жаровни. Я чуть слюной не подавился при одном только взгляде на этот оживший натюрморт. Следом детина бухнул на стол глиняный кувшин с двумя стаканами и так же шустро убежал прочь.

— Ты серьёзно собрался пить? — напряглась Криста при виде пузатой ёмкости.

— Не люблю давиться всухомятку.

Я разлил сидр и отсалютовал ей стаканом. Девушка принюхалась, после чего растянула прокушенные губы в виноватой улыбке:

— Прости, я просто сама не своя.

— Возвращайся скорей и приятного тебе аппетита!

Последнее можно было и не желать, потому что всю еду мы смели за считанные минуты, особо не заботясь об этикете. Пища оказалась просто божественной, но после того, как проклятый голод отступил, меня настойчиво потянуло в сон. Криста тоже выглядела слегка осовелой, пока из её горла внезапно не вырвалась сытая отрыжка. Да так громко, что нарочно и не получится. Выпучив глаза, она испуганно закрыла ладошками рот, и тут уж мне самому пришлось прикусить себе губу, чтобы не расхохотаться.

Девушка такого точно бы не оценила.

— А вот теперь можно и заданием заняться, — предложил я, еле справившись с приступом.

Пунцовая Снегурочка кивнула, и мы покинули гостеприимное заведение. В животе воцарилась приятная тяжесть, но свежий воздух быстро прочистил мне голову. Вторая Радиальная улица оказалась неподалёку, а вот до нужного пересечения нужно было хорошо так пройтись. Однако прогулка пошла нам обоим на пользу. Криста тоже пришла в себя и тихонько поведала обо всём, что знала про кольцо. Для этого мне пришлось взять её под руку, но так мы не отличались от обычной парочки, поэтому по дороге никто не обращал на нас внимания.

Информации оказалось не так уж и много. Проклятую бижутерию привёз брат ещё с прошлой экспедиции на Тёмный материк, окончившейся относительно неплохо. По крайней мере, часть войск смогла оттуда вернуться. Тогда Эндин являлся простым командиром кланового отряда, пусть и подающим надежды. Сейчас же он должен был возглавить весь поход, согласно традициям. В его отсутствие за безопасность страны отвечал заместитель — Третий Меч — глава имперской гвардии. В случае гибели главнокомандующего и до выбора нового кандидата он будет у руля.

Странная схема, но так уж тут заведено.

В любом случае империя не оставляет попыток закрепиться на соседнем материке в течение нескольких столетий. Наверняка у такого лютого упорства есть практический смысл, а не абстрактное желание вернуть территории, на которых давно не осталось ничего живого. Возможно, всё дело как раз в артефактах, чьё производство до сих пор здесь так и не наладили, а продолжают понемногу таскать из заграницы. Максимум, чего добились местные — это наложение чар на металл. Почти то же самое, что делает Сатания, только на постоянной основе.

Но сначала все добытые в походе трофеи сдаются в орден. Серая Стража тщательно проверяет каждый предмет, после чего выносит вердикт, безопасно ли его использование или ну его к чёрту. Подобные усилители попадают во вторую категорию, потому что постепенно сводят своего обладателя с ума. Не зря мне показалось, что в имении Криста была слишком уж агрессивной.

То колечко было совсем слабым, и Эндин решил его оставить, чисто себе на память. Но на свою беду он рассказал о нём своей сестре-перестраховщице. А та прихватила его с собой, рассчитывая избавиться от допинга перед отплытием на остров.

— Ну и о чём ты только думала?

— Я боялась, — тихонько вздохнула девушка прямо мне в ухо. — Все вокруг считали меня бесполезной…

— Ты уже не раз показала, что это не так. Вот безрассудство — это как раз про тебя.

— Ну, спасибо!

Пусть обсуждение тайн закончилось, Криста не отпускала мою руку до самой Гильдейской улицы. Я не стал заострять на этом внимание, а просто насладился скоротечной прогулкой. Жаль, что окончательно расслабиться не вышло.

Часовщик обитал в небольшом, но приличном домике на самом перекрёстке, установив над входной дверью вместо вывески большое зубчатое колесо. Просто и наглядно. Мы постучались в дверь, и вскоре нам открыл недовольный плюгавый мужичок в промасленном фартуке. Внешность самая заурядная, если не считать круглого окуляра вместо левого глаза. Я сначала принял его за сложный моноколь, но потом понял, что металлический кожух вживлён прямо в глазницу.

— Чего надо? — без всяких приветствий хрипло поинтересовался он.

— Мы от Иолая, — пояснил я. — Он послал нас сюда за оружием.

Мужичок смерил нас недоверчивым взглядом, после чего пробурчал:

— Совсем он на старости лет с ума сошёл, вчерашних детей уже отправляет… Ладно, что вам конкретно нужно, стилеты, кинжалы?

— Мечи. Лучшие их тех, что у вас имеются.

— Серьёзно? — встрепенулся часовщик. — Этот скупердяй, скорее, удавится...

— Сейчас не время экономить. Вы же слышали, что сегодня произошло в порту?

— Превеликие боги! — всплеснул он руками. — Конечно же я в курсе, пойдёмте! Меня зовут Синклер, а вы можете не представляться. Служба, всё понимаю…

Я поскорее толкнул локтем попытавшуюся было возмутиться Кристу, после чего схватил её за руку и шагнул вместе с ней внутрь. Гулять так гулять, а с дешёвыми зубочистками пусть другие дураки бегают. Думаю, сильно Иолай не разорится, если мы затаримся здесь «на всю котлету», как поговаривали у меня на родине.

Правда, деньги здесь преимущественно металлические, так что ближе по смыслу будет стопка. Ну да не суть.

Сразу же за порогом начиналась мастерская, поэтому стоило внимательно смотреть себе под ноги. Повсюду были приткнуты разнокалиберные ящики, а все ровные поверхности загромождали простенькие инструменты и детали. В основном — всякие валики и шестерёнки. Пару раз я наступил на что-то мелкое, вроде гайки.

Ошарашенную напарницу приходилось тащить за собой прицепом. Ну спасибо, что она не стала выдавать меня. Брать с собой запрещённый предмет ей совесть почему-то позволяла, а вот обеспечить себя нормальной экипировкой — уже нет.

— Прошу прощения за беспорядок, — смущённо пробормотал мужичок, лавируя между ящиками и верстаками. — Ко мне редко кто-то вот так заглядывает. Обычно сунут своё барахло на пороге или к себе зовут. Вы ж понимаете, это всё для виду, а вот для души… Сюда, прошу!

Он подвёл нас к относительно чистому углу, где вместо половых досок покоилась толстая металлическая пластина. Стоило нам всем на неё ступить, как она с громким лязганьем вздрогнула и стала опускаться вниз. Ну надо же, нормальный лифт!

Криста тоже удивилась и вроде бы забыла про свои переживания. Вскоре уровень пола промелькнул мимо глаз, оставив нас в небольшой тёмной шахте. Опускались мы секунд тридцать, пока не достигли каменного подвала. Рядом тихо лязгнул подъёмный механизм, посверкивая магическим кристаллом где-то в глубине конструкции, даже не укрытой кожухом.

Мы оказались в очередной мастерской, освещаемой несколькими лампами под сводом потолка.

— Добро пожаловать! — часовщик изобразил гостеприимный жест рукой. — Слыхал я, что сегодня в порту какие-то шустрые курсанты орудовали…

— Случайно мы, да, — ответил я на невысказанный вопрос. — Но подробностей рассказать не могу, уж простите.

— Да-да, понимаю, — часто закивал он. — Каждый раз удивляюсь людям Иолая, но оно ведь так и должно быть. Чем меньше подозрений, тем лучше для дела… Итак, какие именно мечи вас интересуют?

— Сабля, желательно пустынная.

— Необычный выбор, — озадаченно почесал в затылке часовщик. — Хотя... Есть у меня одна подходящая штука на примете. А для вас, юная госпожа?

— Что-нибудь из лёгких полуторников.

— Бастарды? Ну, с этим проще.

Мужичок шустро убежал в соседнее помещение, а я приблизился к напарнице и прошептал ей на ухо:

— Бери покороче. Вдруг там тесно будет…

— Поняла, — ответила она, поёжившись.

Пока Синклер занимался подбором наших заказов, мы могли спокойно осмотреться. Одно только это помещение оказалось куда больше, чем весь домик, оставшийся наверху. Кладка стен не выглядела свежей, так что это вполне мог быть чей-то старый погреб, который мастер откопал и переделал под собственные нужды.

Если наверху я заметил одни лишь примитивные механизмы, то тут попадались штуки посложнее — как будто в техническом музее к стенду с другой эпохой перешёл. Куда не брось взгляд, обязательно уткнёшься в причудливо выглядящие запчасти или даже целые узлы непонятного назначения. Что-то выглядело как ржавый хлам прямиком из помойки, другие же агрегаты поблескивали начищенным металлом. А на одном из столов и вовсе покоилось нечто огромное, напоминающее полуразобранный турбореактивный двигатель. Туда уже с одной крестовой отвёрткой не полезешь.

— Это я в свободное время изучаю, — признался вернувшийся хозяин, неся под мышкой сразу несколько мечей в ножнах. — Очень интересные иной раз штуки приносят. Особенно от вашего начальника…

Увы, почти все принесённые экземпляры предназначались Кристе. Обычные полуторники, различающиеся лишь в мелочах. У меня же выбора не имелось, однако мастер с явной гордостью протянул мне вполне узнаваемые ножны с кожаной оплёткой. Правда их цвет был не чёрный, а светло-коричневый, с вплетением золотых нитей. Смотрелось, откровенно говоря, по-пижонски.

— Особый заказ! Жаль, так и не забрали… Уже много лет без дела лежит, уже собирался перековать, да жалко было такую сложную работу портить.

Я взялся за рукоять и вытащил клинок, заметно отливавший синевой. Он оказался немного короче того, что изготовил мне клановый кузнец, и вдобавок практически не имел изгиба лезвия. Гарда почти квадратная, с закруглёнными краями. Пожалуй, этот экземпляр ближе не к классической японской катане, а к оружию ниндзя-синоби. По крайней мере, так их изображали в кино.

Если бы не односторонняя заточка, его можно было смело отнести к мечам, а не к саблям. Но всё равно достойная вещь, особенно для блужданий по всяким катакомбам. Точно ни за что не зацепишься.

Порадовала и балансировка. Даже в одной руке я держал прямую катану безо всяких лишних усилий, а уж двуручный хват и вовсе делал её невесомым пёрышком. Жаль, что опробовать оружие было особо негде — любой неосторожный взмах мог зацепить какую-нибудь штуковину на полках или стеллажах.

— Клинок из звёздного металла, с дополнительным зачарованием на прочность, — принялся нахваливать мастер своё творение, будто заправский дилер в автоцентре. — При его изготовлении я использовал особый метод ковки, который описывался в древних трактатах. Получилось не с первого раза, но это был интересный опыт. Отделка из кожи пустынного аспида, она не боится высоких и низких температур, а ещё…

— Беру, — оборвал я его тираду.

— Правда? — не смог он скрыть свою радость. — Он мне очень дорого обошёлся…

— Иолай вам всё компенсирует.

— Да-да, конечно!

Я вернул саблю в ножны, но их цвет мне категорически не нравился. Слишком вычурно смотрится. Как у какого-то богатенького аристократа, а не исследователя городских канализаций. Непорядок.

— А перекрасить нельзя?

Мужичок на пару мгновений подвис, отчего его живой глаз тоже стал напоминать стекляшку, после чего неуверенно произнёс:

— Ну… в принципе, можно.

— В чёрный, пожалуйста. И рукоять тоже. Много времени займёт?

— До утра, не раньше.

— Тогда обойдусь.

— Вечно вам нужно побыстрей, — со вздохом посетовал пришедший в себя мастер. — Я могу использовать затемнитель. Он схватывается гораздо быстрее, но эффект у него не такой насыщенный.

Это меня вполне устраивало, и через десять минут мужичок вынул из сушильной печи тёмно-коричневые ножны с таким же потемневшим эфесом, по которым он предварительно прошёлся кисточкой. Кожаная оплётка даже не нагрелась толком, хотя температура внутри короба стояла высокая. Для меня это особый плюс, ибо с моими руками я постоянно рискую спалить рукоять.

Золотое тиснение сошло на нет, став похожим на окислившуюся медь, что меня вполне устраивало.

Тем временем Криста определилась с выбором, остановившись на самом коротком из всех мечей. Можно сказать — бастард среди бастардов, почти одноручник. Но нам предстояло лазить по непонятным катакомбам, а там чёрт его знает, сколько будет свободного пространства. Поэтому на всякий случай я выпросил ещё и парочку кинжалов, раз уж часовщик сам о них заикнулся.

А вот с экипировкой у него всё обстояло куда хуже. Всё что он мог нам предложить — это что-то вроде кожаных косух, прошитых специальной «неразрываемой» нитью. Практически кевлар, только ещё и выглядит стильно. Хотя это даже не броня, а простая спецодежда, которую используют в местах повышенной опасности. А ещё в ней любят тренироваться мечники, которые не хотят тратиться лишний раз на целителей.

Я примерил одну из курток, и сразу почувствовал себя металлистом, пусть нашлёпок там было не так уж и много. Хоть на концерт Летова в таком иди. Куда хуже вышло с женскими экземплярами, которых почти не осталось в наличии. Пришлось для Кристы взять что есть, куда больше по размеру. Ну ничего, для лучшего прилегания там имелось несколько утягивающих ремешков, а рукава всегда можно подкатать. Сойдёт.

Вдобавок я прихватил для нас пару фонарей на специальных лямках, что крепились на груди. Очень удобно — и светят, и рукам не мешают. К ним расщедрившийся мастер дал по запасному кристаллу. А вот нормальных касок не нашлось — тренировочные вёдра нам категорически не подходили. Обзора никакого, зато голову в нём толком не повернёшь.

В итоге все остались очень довольны. Мастер сбагрил нам немного залежавшегося барахла и рассчитывал на преференции от службы безопасности академии, а у нас в кои-то веки появилось вменяемое оружие. А не всякие подручные предметы, не особо предназначенные для боя. Спасибо, мне такого уже сполна хватило.

Мы упаковали обновки в сумку, после чего взошли на платформу и поднялись обратно на первый этаж мастерской. Синклер проводил нас на улицу и с трогательной серьёзностью пожелал нам удачи.

— Мне жутко неудобно перед ним, — пожаловалась Криста, когда его мастерская скрылась за поворотом.

— Да ладно тебе, Иолай всё ему оплатит. Лишь бы у него лекарство под рукой было, когда он увидит счёт…

В приподнятом настроении мы добрались до противоположной окраины города, где располагалось нужное нам заведение. И судя по снующей неподалёку публике и характерной вывеске «Сивый мерин» являлся типичным борделем. Некоторые предприимчивые дамочки отлавливали клиентов прямо на улице, и утаскивали их куда-то к себе, предлагая скидку. Благо к нам никто не приставал, лишь провожали понятливыми взглядами.

Бедная Криста не знала, куда себя деть, и только моя рука не давала ей провалиться сквозь землю. Так что мы отлично вписались в окружающую обстановку и не вызывали никаких подозрений. Обычная парочка студентов, желающих уединиться. Однако в сам вертеп мы не пошли, а углубились в ближайшие подворотни, по пути вспугнув каких-то неприхотливых искателей плотской любви. Нас обложили трёхэтажным матом, но разврата не прекратили. Пришлось заложить небольшой крюк.

Иолай не обманул — вход в подземные коммуникации довольно легко определялся. По запаху.

Сначала мы наткнулись на мутный ручей, что тёк по каменному желобу меж домов, стоявших чуть ли не впритирку друг к другу. А уж водоток в свою очередь привёл нас к кованой решётке, за которой виднелся наклонный коллектор, уходя куда-то в темноту. Смердело оттуда так резко, что на глаза наворачивались слёзы. Благо я ожидал нечто подобное и прихватил с собой несколько платков для будущих масок. Сильно это не спасёт, но хоть сразу не задохнёмся.

— Зря мы поели… — пробормотала Криста, страдальчески зажав себе нос.

— Ну уж нет! На голодный желудок я уже навоевался. Просто подумай о чём-нибудь хорошем.

— Попробую.

Пока напарница мастерила нам защиту и прятала запасную одежду, я склонился над простеньким навесным замком, что запирал решётку. Работа не выглядела сложной, но стоило мне достать набор отмычек, как неподалёку раздалось подозрительное шуршание.

— Попались!

Я обернулся и едва не швырнул с досады инструменты прямо в грязный ручей. Позади нас стояла запыхавшаяся, но весьма довольная собой Сатания, уперев руки в бока. Во всей своей рогатой красе.

Глава 13

— Как ты нас нашла?

— Просто от тебя несёт шелудивым кобелём! — выпалила зверолюдка. — Это было не трудно.

— Ты что, следила за нами?! — возмутилась Криста.

— Слишком подозрительно вы двое себя вели. Ушли вместе, никого не предупредили…

— Рина подсказала, — кивнул я, сложив окончательно картину у себя в голове.

— Прибью эту рыжую сплетницу! — в сердцах пообещала Снегурочка.

— Ага, меня ты тоже как-то грозилась, — напомнила ей Сатания.

— Никогда не поздно!

— Так, прекращайте, — оборвал я перепалку двух заклятых подруг. — Тань, посмотри на нас внимательно, что ты сейчас видишь?

— Как ты меня назвал? — озадаченно переспросила фурия.

Я уже и сам понял, что в сердцах сморозил глупость, но отступать было уже поздно.

— Сократил до Тани.

— Ты же знаешь, мы не любим все эти…

— А я терпеть не могу, когда мне кто-то мешает! Скажи, пожалуйста, мы похожи на парочку, что желает покувыркаться в необычном месте?!

— Не особо, — нехотя проронила Сатания, бросив красноречивый взгляд на наше облачение.

— Тогда возвращайся в гостиницу и забудь, что ты нас здесь видела.

— Ну уж нет, я с вами!

Я скрипнул многострадальной эмалью зубов, а Криста со стоном схватилась за голову.

— А у тебя с собой есть что-нибудь, кроме голого упрямства? Мы ведь не на прогулку собираемся.

— Да уж вижу, не тупая, — мотнула она рогатой головой. — Во имя Ортана-прародителя, я буду драться чем угодно, хоть голыми руками!

Вот что с ней такой делать? Наша и без того непростая авантюра стремительно накрывалась медным тазом.

— Чёрт с тобой, — вздохнул я, решившись. — Но мы тебя возьмём с одним условием — ты не задаёшь ни единого вопроса и беспрекословно делаешь всё, что я скажу.

— Да легко, — улыбнулась довольная зверолюдка.

— Тогда раздевайся.

— Что?!

— Похоже, нам проще от неё избавиться, — вздохнул я, повернувшись к напарнице.

— Её бесполезно связывать, — напомнила мне Криста. — Придётся глушить и сдавать под охрану. Например, в то самое заведение…

— Вы что, серьёзно?! — вытаращилась на нас Сатания.

— Думаешь, мы вдвоём с тобой не справимся? — начал я заводиться. — Ещё один вопрос, и клянусь — ты останешься здесь, даже если ради этого реально придётся запереть тебя в борделе! Я своё слово держу, а ты?

— Ладно-ладно, я всё поняла.

— Раздевайся.

— Да что ты себе…

Но тут рогатая девушка увидела мой взбешённый взгляд и осеклась. Она пожала плечами и с вызовом на лице принялась расстёгивать китель. Я бы с удовольствием посмотрел на это зрелище, но есть дела поважнее.

— Крис, подбери ей что-нибудь из моих вещей.

— Ты уверен?

— Деваться некуда, а я не обязан возвращаться чистеньким. Скажу, что мне намяли бока местные и бросили в канаву. В отместку за моё хамское поведение, например. Или к тебе приревновали.

— Но это же неправда! — расстроилась Снегурочка. — Зачем ты так с собой?

— У меня к вам двоим аналогичный вопрос, — проворчал я, возвращаясь к замку. — За что вы так со мной…

На взлом ушло не больше минуты. Справился бы и быстрее, но взять себя в руки получилось далеко не сразу. Да и пыхтящая где-то позади Сатания здорово отвлекала. Благо у меня имелся запасной китель, потому что укреплённую куртку пришлось оставить ей. Да, в районе груди та еле сходилась, но фигуристая девушка смогла-таки в неё втиснуться. Мои брюки тоже сидели на ней странновато, но главное что не спадали. Оставался открытым вопрос с обувью, но тут уже ничего не поделаешь.

Окончательно переоблачившись, мы спрятали сумку с запасными вещами и принялись спускаться. Коллектор представлял собой широкую каменную трубу, в которой можно было идти не особо пригибаясь. Сточные воды текли по специальному жёлобу на дне, по обеим сторонам которого располагались небольшие бортики. Что-то вроде узких тропинок, во время дождей полностью уходящих под воду. Выступающие камни покрывала густая слизь, так что ступать по ним приходилось очень осторожно, чтобы не навернуться. А уж запах…

Сатания помимо тряпичной маски плотно заткнула себе нос клочками перевязочных бинтов. Вонь здесь стояла настолько густая, что с её острым обонянием каждый вдох был натуральной пыткой. Ну ничего, сама напросилась. Пока мы ей ничего не рассказываем, приказ Иолая не сильно нарушен.

Скоро свет остался далеко позади, так что компактные фонари пришлись очень кстати. Мы пошли гуськом, оставив недовольную зверолюдку в качестве замыкающей. Она хотела выломать парочку прутьев, но портить решётку я не позволил и бережно затворил её за нами. Даже замок подвесил на место, дабы ни у кого и мысли не возникло, что здесь кто-то прошёл. Теперь наше проникновение можно обнаружить только в том случае, если кому-то взбредёт в голову подёргать всю конструкцию. Надеюсь, ассенизаторы сегодня найдут себе занятие получше. Если что, готов им проставиться.

В итоге я отдал недовольной фурии один из кинжалов. Всяко лучше, чем идти с голыми руками.

Стоило нам продвинуться вглубь на полусотню шагов, как перед нами внезапно возникла первая развилка, заставившая меня лишний раз уткнуться в карту. Скорее, даже схему, начерченную от руки. Тоннели обозначались сплошными линиями, а всё остальное — различными чёрточками. И так по каждому уровню, коих насчитывалось целых три штуки. И чем больше я всматривался в хаотичное переплетение линий, тем больше понимал, что с ориентированием будут серьёзные проблемы.

Масштаб здесь отсутствовал полностью, но благодаря помеченному отдельно входу наш коллектор нашёлся без труда. Только дальше он должен был вроде как пересечься с другим, проецируя над собой перекрёсток городского квартала. Никаких развилок там не имелось.

Жёлоб тоже раздваивался, хотя большая часть мутного потока предпочитала течь направо. Я немного подумал и решил всё же держаться ближе к воде. Криста шла второй, прицепив шкатулку на пояс. Пока та вела себя тихо, ровно как и на поверхности. У меня мелькнула мысль отдать детектор Сатании, но мы и так уже заработали Иолаю лишнюю головную боль. Пока что фурия лишь следовала за нами, не вникая в цели вылазки. Зверолюдку так и распирало от вопросов, но она изо всех сил держалась. Лишь изредка страдальчески фыркала, пытаясь прочистить отёкшую носоглотку.

От перекрёстка я согласно схеме повёл группу направо, к ближайшему переходу на нижние уровени. Понятное дело, что нам тут ловить нечего — кольцо где-то на глубине, согласно словам Иолая. А я не вижу причин не доверять его чутью.

Надеюсь, нырять в нечистоты нам не придётся…

Спуск оказался винтовой лестницей, расположенной в вертикальной шахте, что уходила далеко вниз. На скользких ступеньках навернуться было легче лёгкого, поэтому мы все придерживались внутренней стены. Там, по крайней мере, грязь давно засохла. Я шагал и попутно поражался — зачем городить такие мощные коммуникации для простого водоотвода? Неужели здесь такие мощные дожди? Просто если поднимется сам уровень моря, это всё не особо поможет.

Но стоило нам достичь дна шахты на третьем уровне, как все вопросы к здешним строителям тут же отпали. Пройдя небольшой предбанник на выходе мы оказались посреди до боли знакомого зала, разве что габаритами поскромнее. Не футбольное поле, а всего лишь баскетбольная площадка.

— И здесь тоже? — удивилась Сатания.

— Угадала, — похвалил я её, осветив ближайший барельеф с рублеными гранями.

Колонн здесь стояло всего четыре пары по центру, да и сам потолок оказался не столь высок. Но сомнений никаких — это постройка Древних, даже материалы были теми же, словно из одного карьера. Хотя скорее всего, так и есть, учитывая расстояние. А вот лестницу приделали гораздо позже, вместе со всей дренажной системой. Где-то пробурили, где-то разломали… Молодцы местные, нечего сказать. Хотя теперь понятно, почему местные коммуникации расположены так странно.

Пол оказался полностью затоплен, но глубина едва доставала до щиколотки. Нужно было всего лишь подсвечивать себе под ноги, чтобы не наступить в какую-нибудь яму. Я за одежду сильно не переживал, только сама вода оказалась совсем не тёплая. А уж о её чистоте лучше было даже не думать. Далеко не слеза младенца.

— Если тут такой же размах… — вздохнула Криста.

— То нам нужно спешить, — закончил я за неё, сворачивая карту.

Толку от неё больше не было никакого — коммунальщиков интересовали прежде всего свои угодья. Засориться здесь попросту нечему, а вот найти себе неприятности можно легко. Иолай не зря предупредил, чтобы мы обзавелись оружием, так что вряд ли тут обитают обычные канализационные крысы. Самое поганое, что металлическая шкатулка по-прежнему строила из себя обычную побрякушку на цепочке.

Как у любой уважающей себя постройки Древних, зал имел сразу несколько выходов. В нашем случае — три. Я прикинул направление и повёл нас к условному центру города. Не получится там, пойдём к противоположной окраине, где стоит усадьба академии. У нас вся ночь впереди…

Двигаться приходилось по уже знакомому ячеистому лабиринту, переходя из одного зала в другой. Со временем уровень студёной воды поднялся, став примерно по колено, а то и выше. От низкой температуры ноги стали неметь, раскочегарив Атму у меня в груди. Источник принялся согревать озябшие конечности, понемногу расходуя энергию. Но лучше уж так, чем совсем окоченеть. Запасные «батарейки» у нас есть, спасибо Синклеру.

Вонь как будто поубавилась, либо я просто уже принюхался. Хотя даже Сатания куда реже шмыгала носом.

По моим подсчётам мы должны были находиться где-то под ратушей, когда где-то сбоку послышался отчётливый всплеск. Я немедленно посветил туда, но не увидел ничего, кроме мутной воды. По которой расходились отчётливые круги наперекор тем, что шли от нас.

— Там кто-то есть! — предупредил я спутниц, вскинув саблю над собой.

Верхняя стойка, которой обучала меня Хивея, со стороны смотрится немного нелепо, но она отлично подходит для отражения внезапных атак снизу. И стоило чему-то скользкому коснуться моей ноги, как я обрушил клинок вниз. Синеватое лезвие без всяких брызг ушло под воду, которая мгновением позже будто вскипела. Значит, попал.

Я рубанул ещё несколько раз в самый центр бурления, и на этот раз отчётливо почувствовал сопротивление. Но так и не черта не разобрал, что это такое было. Как будто резиновая шина. Зато волнение стало сходить на нет и появилась возможность на пару секунд обернуться. Сатания билась неподалёку в полусидячем положении, яростно шинкуя кого-то под водой мерцающим кинжалом. А вот Криста пропала, будто сквозь землю провалилась. Точнее, сквозь воду.

Первым порывом было бежать с шашкой наголо, но только куда? Я мотнул головой, прогоняя оттуда паникующего Авери, после чего погасил фонарь на груди. Сатания и так лупит на ощупь, ей это сильно не помешает. Стоило лишить себя подсветки, как тут же стало видно отчётливое мерцание под водой в стороне от нас. Ага, вот где она!

Только порадоваться мне толком не дали. Моих ног снова коснулось что-то скользкое, только на этот раз я успел ударить лишь раз, а вот вторую ногу оплело толстым канатом, и рывком дернуло меня в воду. По ощущениям, словно к стартовавшему катеру привязали. Никогда не думал, что придётся почувствовать себя в роли блесны, которую сматывают обратно, но во второй жизни чего только не случается. Глубина была небольшая, только тащило меня по самому дну. Как назло, напольные плиты были сплошь гладкие, так что зацепиться хоть за что-то не удавалось.

Только спустя несколько секунд я наконец-то сгруппировался и смог дотянуться мечом до схваченной ноги. Перерубить «канат» на ходу оказалось не так уж и просто, так что пришлось его почти что пилить. Лезвие сработало выше всяких похвал, только меня тут же схватили и за руку. Это уже не лезло ни в какие ворота, поэтому не дожидаясь рывка я сам подался вперёд на ускорении, выставив перед собой катану. Вода здорово меня тормозила, но рывок вышел всё равно приличным.

Не может быть он слишком далеко…

Мой расчёт полностью подтвердился — клинок уколол что-то неподатливое, почти как в прошлый раз. Я поднажал и полностью погрузил катану в чьё-то трепыхающееся тело. Вода вокруг уже знакомо забурлила, но это оказались лишь предсмертные судороги. Уж я постарался, чтобы так и было, раз за разом шинкуя противника. Вскоре тот перестал дёргаться, и его хватка ослабла.

В свете включенного фонаря у меня получилось разглядеть моего частично всплывшего противника. Рядом болтались частично порубленные щупальца, толщиной с руку взрослого человека. Сплошная мышца, разве что без характерных для осьминога присосок, зато с несколькими крючками, изорвавшими одежду в клочья. Ими он меня и тащил, причём весьма резво.

— Столько пива мне не выпить… — пробормотал я, отрывая прилипший к ноге обрубок.

Само туловище представляло собой обтекаемую безглазую торпеду около метра в длину, полностью лишённую скелетного каркаса. В зияющих ранах блестели только многочисленные хрящи в окружении плотной мышечной ткани и каких-то малопонятных органов. Кровь у существа оказалась очень светлая, но спасибо, что не голубая. Рот, как и положено, располагался у основания щупалец, представляя собой усеянную мелкими зубами воронку, размером с кулак. Много такой шелушильней не откусишь, но если жертва надёжно зафиксирована под водой, то это уже её проблемы.

Непонятно, сколько таких головоногих красавцев плавало сейчас неподалёку, но искать их не было времени. Девушки нуждались в помощи прямо сейчас. Кристу теперь можно было найти без проблем — по острой глыбе грязного льда, торчащей из воды, с которой свисала чья-то требуха. А вот от моего огня в данной ситуации не было никакого проку. И кто тут ещё бесполезный?

Сатания продолжала поднимать целые фонтаны брызг в центре зала, так что я сорвал с лица промокшую тряпку и поспешил к Снегурочке. Не так уж здесь и плохо пахнет, оказывается.

По пути краем глаза уловил бурление сбоку от себя, и наугад ткнул туда катаной. Разумеется, не попал, но хотя бы спугнул канализационного хищника. Тот шустро ринулся прочь, оставляя за собой отчётливый бурун. Достать его у меня не вышло бы при всём желании, но внезапно в воду с всплеском полетели крупные градины, заставив кальмара-переростка заметаться на месте. Я снова включил ускорение, нагружая мышцы, и вскоре почувствовал ногами касание слизких щупалец.

— Вот ты где!

Несколько ударов, и грязная вода возле меня вспенилась от бьющегося в агонии тела. Увы, против острого металла у него шансов не было никаких. Прямая катана мне всё больше нравилась, а главное — она не тупилась от ударов по каменному полу. Пока я рубил хищника в морской салат, чуть поодаль послышатся ещё один подозрительный всплеск. Я обернулся, но это оказалась Криста, мокрая с головы до ног. Снегурочка брела на выручку фурии с высоко занесённым мечом. Там до сих пор бурлила отчаянная битва.

Я тоже не стал задерживаться, однако девчонки справились без меня. Когда я вернулся, их окружало несколько искромсанных тел. Даже так вот и не посчитаешь, сколько их было при жизни. Сатания тоже вымокла до нитки, порвала мои брюки и была зла, как тысяча чертей.

— Живучие, уроды! Этой ковырялкой их слишком долго тыкать приходится.

Она сдёрнула с рожек ошмётки щупалец и зашвырнула их далеко в воду. Что ж, с кинжалом ей действительно пришлось попотеть, но другого оружия у нас всё равно не было. Я просветил воду вокруг нас, но никаких подозрительных волнений не заметил.

— Похоже, закончились, — сделала вывод Криста. — Кто это вообще такие?

— Выводок спрутов, — пояснила Сатания с видом знатока. — Мелочёвка, они после вылупления прячутся по всяким пещерам и гротам, пока массу не наберут. Потом выплывают в море и возвращаются, только чтобы кладку сделать. У нас один такой папин корабль чуть не потопил. Хотя обычно с глубины они редко поднимаются, после сильных штормов.

— Да уж, явно не русалочка…

Я оттолкнул проплывавшую мимо тушку и продолжил осматриваться, водя лучом фонаря по сторонам. Вроде тихо. Тем временем Криста направилась к своей подтаявшей глыбе, с помощью которой ей удалось победить своего первого противника, утащившего заклинательницу льда под воду.

Вслух она ничего не сказала, но по сосредоточенному лицу напарницы я сразу понял, что она что-то почувствовала. Контейнер по-прежнему висел у неё на поясе, так что мне оставалось только последовать за девушкой. Сатания, чуть помедлив, тоже пошла за нами. Снегурочка обошла рукотворный айсберг и двинулась дальше — к ближайшему выходу, но не дойдя до арки несколько шагов, озадаченно встала.

— Не понимаю…

Мы всё-таки сунулись с ней в коридор, но Криста почти сразу повернула обратно. Сатанию так и подмывало что-нибудь съехидничать, но нарвавшись на мой красноречивый взгляд она демонстративно отвернулась и даже чуть отстала от нас. Сестра императора, не обращая внимания на фурию, заложила крюк и снова вернулась к грязному льду.

— Вот!

Девушка взяла мою руку и потянула её к своему поясу. Я прикоснулся к нему ладонью и тут же почувствовал лёгкую вибрацию, исходившую от шкатулки. Наверное, реакция прекращалась, стоило удалиться от этого места. Поэтому Снегурочка и нарезала круги, словно гончая, взявшая след. Но дальше прохода не было — сплошная стена, даже без барельефов.

— Может, нужно обойти? — тихонько спросила Криста, проследив мой взгляд.

— Нет. Кажется, всё гораздо проще. И хуже.

Я осторожно, чуть ли не приставным шагом, направился к стене, светя себе прямо под ноги. Только эта предосторожность не позволила мне уйти под воду с головой, когда напольные плиты вдруг резко закончились. Дальше, насколько добивал луч фонаря, шёл тёмный провал.

— Что там?

— Большая проблема.

Я принялся смещаться вдоль кромки, пока не обнаружил гигантские ступеньки, полностью подтвердившие мою догадку. Вот только лестница оказалась полностью затопленной. Как говорится, приплыли. Накаркал, на свою голову…

— Нам туда? — уточнила Сатания, встав рядом.

— К сожалению.

— Тогда придётся плыть.

— Туда?! — ахнула Криста, поёжившись.

— Ну вам же надо? Но лучше я сначала сама нырну. Посмотрю, что да как.

— Ты с ума сошла! Утонуть хочешь?

— Я вообще-то могу задерживать дыхание на шесть оборотов, — усмехнулась жительница южных островов. — Если лестница тут такая же, как и под академией, спокойно успею туда и обратно.

— Ладно, давай, — согласился я, ни видя другого выхода. — Только осторожно.

Пока Сатания вовсю вентилировала лёгкие, я закрепил у ней на груди фонарь под неодобрительным взглядом Кристы. Ещё бы — у зверолюдки едва не трещала куртка на полном вдохе. И мои руки при всём желании не могли не коснуться всех достоинств фурии.

Я предложил взять с собой ещё и меч, но наша разведчица предпочла оставить руки свободными. Всё, что мне удалось ей вручить, это второй кинжал на пояс. Сильно это её не утяжелит, зато потеря одного клинка станет не такой фатальной. Меня не отпускала тревожная мысль, что спруты хотели утащить нас именно туда, на глубину. Вдруг там у них гнездо?

Наконец, Сатания закончила глубоко дышать, и сиганула в лестничный пролёт, желая одним махом погрузиться как можно глубже. Нам же оставалось считать минуты-обороты, да молиться всем богам, чтобы её вылазка окончилась благополучно.

— Если что-то случится, я себе не прощу, — сокрушённо покачала мокрой головой Криста, готовая снова кусать губы.

Я уже подустал её успокаивать, так что на этот раз решил многозначительно промолчать. Немного самобичевания ей не повредит — в следующий раз лишний раз задумается, прежде чем вытворить очередную дичь. Куда больше меня беспокоило, что стало с кольцом. Лежит ли оно где-нибудь в тёмном уголке или им завладела какая-то местная живность? Иолай прямо сказал, что это очень плохой вариант.

«Потому что в таком случае животное может овладеть способностями или усилить их, если они уже были», — пояснил Авери, прочитав мои мысли.

«Вот интересно — монстров тоже благословляют ваши боги, получается? Или их магия сама по себе?».

«Никогда об этом не думал, – признался сбитый с толку парень. — Нужно спросить у жрецов, они точно должны знать».

«Спорю, что ответ будет стандартный — божественные пути неисповедимы. С другой стороны, эти зверушки дают вам многоразовые накопители. Боюсь, что без них ваша цивилизация быстро загнётся».

«Пожалуй…»

Я сам ещё не до конца понял, как устроен этот мир, но основные взаимосвязи уже уяснил. Кристаллы намертво вмонтированы в здешнюю экономику, как и любой источник энергии. Тот же уголь, нефть или уран… Убери волшебные камешки, и сразу встанет производство и транспортная система, да и в целом обороноспособность будет под большим вопросом. Возможно поэтому монстров не зачищают поголовно, а лишь регулируют их популяцию.

Кристаллы, что выпадают с нежити, годятся лишь для оружия и прочих разрушительных штук. А вот «подзаряжаться» с них не выйдет — тип энергии не тот, насколько мне удалось понять.

В размышлениях время текло не так мучительно медленно, но даже с поправкой на отсутствие у нас хронометра прошло уже больше десяти минут, а Сатания всё не возвращалась. Криста светила своим фонарём в проём, подсказывая направление, и нервно переминалась с ноги на ногу. Похоже, что-то случилось.

Я не стал ждать, пока станет слишком поздно, и решил забрать у напарницы светильник, чтобы плыть самому. Но не успел отстегнуть крепление, как Снегурочка радостно выкрикнула:

— Вижу!

После чего отважно бросилась в омут, где блеснул отсвет другого фонаря. Через минуту они обе всплыли, причём фурии пришлось ещё и тащить свою «спасительницу». Пока девушки отфыркивались, я смог облегчённо выдохнуть.

— Ты плаваешь, как кирпич! — возмущённо выдала Сатания первым делом.

— Да я об ступеньки стукнулась…

— Ну да, как же!

— Почему так долго? — прервал я их очередную перепалку.

— В общем, там затоплено не всё, — призналась рогатая девушка, тяжело дыша. — Воздух есть, но я бы туда не совалась. Даже если очень надо.

— Спруты?

— И они тоже. Все плавают кверху брюхом или чего у них там…

Глава 14

На четвёртом уровне, затопленном куда сильнее предыдущего, и в самом деле будто дикие браконьеры поработали. Вся живность оказалась выпотрошенной, и даже частично успела всплыть. Что творилось на дне получившихся бассейнов, даже представить страшно.

Воздух, скопившийся под сводом потолка, был насыщен смрадом разложения, но других альтернатив здесь не имелось. После затопленной лестницы, показавшейся бесконечной, я готов был дышать хоть ядом, лишь бы не водой.

Рисковали мы не зря — шкатулка дрожала всё явственней, так что пришлось нам плыть дальше по этой мёртвой клоаке. К счастью, большая часть тел скопилась неподалёку от перехода и вскоре воздух с водой стали гораздо чище. Местные обитатели явно от кого-то спасались, но не успели. Последние выжившие спруты плавали на мелководье, пока не пришли мы.

Вывод напрашивался неутешительный. Раз эту падаль никто не подъедает, опасность никуда не делась.

В следующих помещениях трупов оказалось поменьше, а вот воздушных карманов — больше. Ведомые детектором Проклятого предмета, мы двигались прочь от побережья, и вода постепенно отступала. Труднее всего было проплывать из зала в зал по залитым под потолок переходам. Которые, вдобавок, иногда оказывались завалены. Пару раз Криста чуть не захлебнулась на особо тяжёлых участках, и нам с Сатанией приходилось тащить её до поверхности.

Хорошо что до вентиляции лёгких не дошло — Снегурочка откашливалась сама.

Чем дальше мы продвигались, тем хуже выглядели катакомбы Древних. То ли тектоника виновата, то ли здесь произошло нечто нехорошее — не поймёшь. Некоторые залы были так сильно разрушены, что приходилось искать обходные пути. Зато дохлятины почти не попадалось, да и уровень воды сильно снизился. Помещения располагались не в одной плоскости, как под академией, а постепенно поднимались к поверхности. Поэтому соседние помещения порой связывали короткие лестницы. Правда, ступеньки в них оставались по-прежнему гигантскими.

Шкатулка вибрировала уже так сильно, что оставляла отчётливую рябь на воде. Вскоре мы перестали плыть и принялись брести, преодолевая сопротивление чужой стихии. Сначала по горло, потом по грудь, пока снова не оказались на мелководье. Девчонок била крупная дрожь, да я и сам согревался лишь благодаря Источнику, что раскочегарился на полную катушку. Вскоре пришлось использовать запасной кристалл для подзарядки, иначе мы бы рухнули посреди очередного зала.

Растерзанные тела встречались теперь очень редко, зато выглядели они гораздо хуже. Помимо чисто морских обитателей попадалось что-то вроде чешуйчатых ящеров, достигавших приблизительно трёх метров в длину. Мне почему-то сразу вспомнилась старая байка про крокодила в нашей городской канализации. И никого тогда не волновало, что бедный тропический хищник не пережил бы у нас даже осень, не говоря уж про зиму.

Погибшие рептилии были сплошь покрыты костяными гребнями, а ещё у них имелось три пары конечностей. Не первый раз уже подобное наблюдаю, и эта особенность местной фауны озадачивает больше всего. Одни животные здесь сильно напоминают земных, некоторым ещё можно подобрать какие-то аналоги, а вот остальные выглядят очень фантастично. Опять же эта непонятная шестилапость у некоторых видов…

Пока я предавался размышлениям о зоологии, чтобы отвлечься от холода, мы поднялись до относительно сухой части подземелья. Здесь царила жуткая сырость, но вода попадалась лишь отдельными лужицами на полу. Вполне возможно, что это снова был третий уровень, о чём напоминали трубы коллекторов, изредка попадающиеся по пути. Я даже смог прикинуть по намокшей схеме, наше примерное местоположение.

Вскоре мы и вовсе наткнулись на полузаваленный подъём наверх. Не новодел, а ровесник прочих построек. Возможно, на обратном пути не придётся мучиться с экстремальными заплывами. Мелочь, а приятно. Только для начала нам нужно разобраться с источником здешнего истребления, и что-то после увиденного энтузиазма у меня поубавилось.

— Уже близко, — прошептала посиневшими губами Криста.

Я оглядел спутниц и понял, что так дело не пойдёт. Судя по останкам, впереди нас ждёт местный альфа-хищник, отожравшийся на своих бывших соседях, а мы сейчас не похожи на охотников. Скорее, на продрогших кораблекрушенцев. В таком состоянии не повоюешь, особенно если нападение будет внезапным.

— Всё, привал, — скомандовал я, вскарабкавшись на рухнувшую колону.

Здесь и сухо, и всё окружающее пространство видно, как на ладони. Незаметно к нам подобраться будет трудновато.

— Сейчас? — удивились девушки, стуча зубами.

— Именно. Скидывайте вещи.

Я активировал магические жилы в руках и принялся сушить нашу одежду, начав со своей. Утюги из ладоней вышли так себе, но ничего лучше у нас не было. Стоило прогладить мокрую ткань несколько раз, как от неё начинал валить пар. А вот кожаные куртки меня порадовали — они почти не впитывали влагу, так что высохли сами по себе, просто полежав на камне.

Следом пришла очередь самих девушек, смущённых донельзя, как будто я впервые видел их без верхней одежды. Наглаживать однокурсниц, к огорчению Авери, я не стал, ограничившись тесными объятьями. Сатания поначалу с фырканьем заявила, что согреется сама, но стоило ей увидеть млеющую в моих разгорячённых руках Кристу, как рогатая фурия резко изменила своё мнение. В итоге через полчаса мы были относительно сухими, отдохнувшими и слегка перевозбуждёнными.

Никто нас так и не побеспокоил, а в соседнем зале обнаружилось сразу три «канализационных крокодила», успевших изрядно протухнуть. А мы и не заметили такого соседства, окончательно привыкнув к царящей здесь вони. Хотя рядом с ними дышать я старался исключительно ртом.

Спустя ещё несколько переходов шкатулка начала издавать отчётливое дребезжание. Криста уже приноровилась ориентироваться на её сигналы, поэтому кружить не стала, сразу определившись с направлением.

— Туда.

Очередной коридор привёл нас в большой по здешним меркам зал, который явно успели обжить уже в нынешнее время. Самодельная, вся из себя кривая мебель вдоль стен, масляные светильники по углам, а в центре — собранная из досок площадка, забитая всевозможным хламом. Скорее всего, здесь обитали бездомные, стаскивая сюда всё, до чего смогли дотянуться. Странно, что их не смущало соседство с другими обитателями канализации. Хотя наверху им явно не было место, разве что за стенами.

Попахивало здесь не только вонью разложения, но и обострившейся клептоманией. Чего тут только не было — от черепков до целых сервизов; от тряпок до ковров и вполне приличной одежды. Кое-кто из местных обитателей не был чужд изобразительному искусству, собрав из гранитных обломков четыре угловатых обелиска метра по три в высоту, отдалённо напоминавших человеческие фигуры.

Однако истуканов возвели отнюдь не для красоты — судя по многочисленным следам застарелой крови на камне, они вполне могли играть религиозную роль. Только бомжей-культистов нам ещё не хватало…

Однако хозяев этой свалки нигде не было видно. По крайней мере — живых. В одном из углов луч моего фонаря выхватил чью-то оторванную руку, да и только. Я поджёг пальцем парочку светильников и принялся за вдумчивый осмотр. Так или иначе, кольцо где-то рядом. Вскоре под мусором нашлись новые останки, но картины они не прояснили. Кроме того, что им уже немало времени.

А вот у девушек дела шли гораздо лучше. Они полезли на платформу и вскоре до меня донесся удивлённый возглас Сатании:

— О, здесь живая!

Я обернулся и сам увидел выжившую — чумазую девчонку-подростка, худую до изнеможения. Вынырнув из груды хлама, она непонимающе хлопала глазами, как будто спросонья.

— Эй, ты как? Есть хочешь?

— Отойди!

Предупредительный окрик Снегурочки заглушил громкий каменный треск. Ближайший ко мне идол покачнулся, словно собираясь рассыпаться, но вместо этого выбросил одну из конечностей в мою сторону. Гранитный валун со всего маху треснул по напольной плите, где я только что стоял. Увернуться получилось лишь благодаря ускорению, но меня всё равно окатило мелким крошевом, брызнувшим в стороны.

Зато теперь понятно, что им не приносили жертв — они сами испачкались в крови.

А ещё захотелось хлопнуть себя по голове — уж больно подозрительно выглядели истуканы, но я всецело был сосредоточен на поиске неведомого хищника. И даже не посмотрел, чем именно сцементированы меж собой каменюки. Ведь колечком завладело вовсе не животное…

Девчонка взмахнула тощими руками, и вокруг неё тут же вырос каменный частокол, запросто пробивший деревянный настил. Сатания едва успела отшатнуться, иначе и её заодно пронзило бы шипами. Криста же схватилась с одним из каменных исполинов, кружась вокруг него с мечом наперевес. Однако лупить по граниту мечом она не спешила — так можно и без клинка остаться. Её противник запоздало отмахнулся рукой и оставил крупную вмятину на колонне, за которой девушка успела спрятаться. Хотя его «рука» тоже пострадала, частично рассыпавшись, но его это совсем не смутило.

Я вообще сомневался, что эти штуки способны чувствовать боль.

«Это големы», — просветил меня Авери.

«Представь себе, я уже понял! Как их убивать?»

«Они не живые в обычном понимании. Их нужно очень сильно повредить, но лучше нейтрализовать заклинателя».

Отскочив от своего оппонента на безопасное расстояние, я взглянул на высокий частокол и понял, что с этим возникнут некоторые проблемы. Девчонку отсюда было даже не разглядеть, а на самих шипах в свою очередь выступили острые иглы, не дававшие приблизиться к защитному сооружению. Ладно, придётся сначала разобраться с охраной.

Сами големы оказались сильны, но не слишком поворотливы. Зато их было больше, чем нас, а забитое хламом помещение не позволяло по нему свободно бегать. Вскоре мне под ноги попалась какая-то тряпка, отчего я едва не растянулся на полу. Ожившая глыба, что топала за мной по пятам, едва не оставила от меня мокрое место. Пришлось скакать вперёд, под неё, и задействовать клинок. Ничего другого у меня в арсенале не осталось — огонь мог разве что пощекотать голема.

Я перекатился и рубанул по одной из толстых опор-ног, мысленно готовясь остаться без очередной сабли. Вечно убегать не получится, особенно в этой тесной помойке. Нужно попытаться сделать хоть что-то…

Удар знатно «отсушил» мне ладони, однако клинок выдержал встречу с камнем. Разумеется, бил я не по самой глыбе, а в место соединения её с соседней. Подобно сочленениям доспеха, благодаря им вся эта составная махина могла худо-бедно двигаться. Там блестело что-то вроде жидкого раствора, который почему-то не растекался по сторонам. Лезвие рассекло странную субстанцию и заодно отхватило выступающий край самого нижнего камня, отчего подломилась вся опора. Я едва успел убраться подальше, прежде чем каменный противник грузно рухнул на пол, разломив попутно один из самодельных стеллажей с «трофеями».

В лежачем положении голем уже не казался таким грозным, даже когда принялся ползти ко мне, отталкиваясь передними конечностями. Без особых проблем я вскочил ему на широкую спину, намереваясь продолжить демонтаж, но тут из обрубка выстрелили серые нити, которые намертво прилипли к отсечённой каменюке и стали понемногу подтягивать её на прежнее место.

Вот же гадство!

Новый взмах катаной перерубил эту непрочную связь, однако нити вполне ожидаемо появились снова. Этак я до утра буду одну ногу пилить, при условии, что каменный монстр не будет пытаться меня скинуть и растоптать. Однако тот и не думал лежать смирно, так что со спины пришлось спрыгнуть. Тем более, что неподалёку по полу закувыркалась Сатания, снося по пути наслоения хлама. Остановилась она лишь в груде грязных тряпок, окончательно погасив инерцию. Ну, это куда лучше, чем врезаться в стену или в одну из колонн.

Я подбежал к фурии, попутно осмотрев поле боя. Что тут скажешь — пока что мы проигрывали. Криста смогла уронить ещё одного, наморозив льда ему под ноги, но он тоже вставал, следом за моим бывшим инвалидом. Двое других неспешно топали к нам с Сатанией, беря в клещи. У нас в запасе было секунд двадцать, не больше.

— Ты как? — потормошил я дезориентированную зверолюдку.

На первый взгляд переломов не было видно, тем более её кости гораздо крепче человеческих.

— Жить буду, вот только зачем… — скривилась она, привстав. — Эти штуки пронизаны магией, я ничего не могу с ними сделать!

Так вот почему она покатилась, как колобок на энергетиках. Для того, чтобы задействовать свой Дар, ей нужен непосредственный контакт с объектом. Обниматься с этими машинами для убийства я бы никому не советовал. Но это признание объясняет, почему не сработал и мой способ с физическим воздействием. Чёртов раствор всё зацементирует обратно…

Если успеет.

Я в задумчивости обернулся на своего противника, который только-только поднялся на ноги. Пожалуй, на нём и попробуем задумку, лишь бы сабля выдержала такое издевательство.

— Мне нужна твоя помощь.

— Нужно его отвлечь?

— Попалась! — улыбнулся я. — Кто обещал не задавать вопросов? Ладно, постой рядом и будь готова.

— К чему?

— Нет, ты точно нарываешься на связывание…

Я сорвался с места, рванув прямо на голема. Тот вскинул обе руки, будто шёл сдаваться, но меня таким миролюбивым жестом не проведёшь. И когда изломанные глыбы рухнули вниз, под ними никого уже не было. Я реактивным ужом проскользнул между кривых ног и повторил фокус с приземлением каменной морды об пол. На этот раз успел подсечь обе опоры, чтобы наверняка. Ходячий истукан в попытках развернуться завалился на бок, но это не имело особого значения.

— Попробуй вот на этих! — крикнул я Сатании, указав саблей на отвалившиеся части.

Рогатая девушка ловко разминулась с одной из рук, которой голем собирался её прихлопнуть, и обхватила обломок до того, как к нему дотянулись серые нити. По поверхности камня тут же заструились изломанные дорожки рун, после чего он рассыпался, будто был из пенопласта. Просто, но эффективно. Та же учесть постигла и вторую «ступню», имевшую плоский край ещё с тех времён, когда она была частью строительного блока. Жадные нити «раствора» облизали кучки свежего песка, но лишь покрылись бесполезными крупинками.

Ничего путного собрать у субстанции не получилось. Такую конструкцию даже ребёнок запросто растопчет.

Воодушевившись этой маленькой победой, мы занялись остальными конечностями. Вдвоём дело пошло на лад, и к тому моменту, когда до нас дотопали остальные, мы превратили бедолагу в недееспособный обрубок, едва способный дёргаться. Угрожать он уже ничем не мог.

А вот его собратья вместе представляли существенную угрозу. Сражаться сразу с двумя противниками оказалось куда сложнее. Не успел увернуться от одного, как тебя уже пытается прихлопнуть другой. Будь они чуть проворней, нам оставалось бы только спасаться бегством, выманивая их по одному. Пару раз меня едва не зацепили, и лишь благодаря Мерцанию я смог увернуться. Но тут мои рискованные манёвры наконец-то принесли плоды — каменные болваны столкнулись друг с другом и вместе рухнули на пол. Входить в клинч им строго противопоказано.

Тут уж стало не до жалости к клинку — я рубил так, что сыпались искры. При этом не забывая мысленно благодарность его создателя. Надеюсь, Синклера там наверху не разберёт икота от такой бомбардировки. Катана исправно рассекала «раствор» и оставляла в камне глубокие зазубрины, но не ломалась. С каждым новым взмахом я чувствовал себя всё уверенней.

Эта сабля определённо стоила своих денег. Тем более, платить придётся не мне.

Сатания едва успевала расщеплять отсечённые обломки, оставляя серую субстанцию без строительного материала. Та все явственнее скапливалась на туловищах големов, но ничего поделать не могла. Стоило ей потерять связь с основной массой, как магическая защита слабела. Не полностью, но рунная заклинательница уже могла с этим работать.

Краем глаза я приглядывал ещё и за Кристой. Та продолжала кружиться подобно снежинке вокруг своего оппонента, постепенно подводя его к нам. Всё правильно, как закончим с этими, займёмся последним. А там надо будет что-то решать с защитным ограждением, чтобы добраться до девчонки, при этом не сильно ей навредив. Вряд ли она сейчас что-то соображает и добровольно отдаст свою прелесть…

Теперь понятно, почему Иолаю стало так плохо, когда он увидел кольцо. И это ещё слабенький экземпляр, судя по словам Энди. На что тогда способен сильный?

Во время демонтажа Сатания так увлеклась, что её едва не пришибло последней уцелевшей лапой, увенчанной острым обломком. Попади он в фурию, и на одну головную боль у меня бы стало меньше. Но я всё-таки успел дёрнуть её в сторону. Каменная кромка лишь чиркнула скользь по куртке, оставив на ней отчётливую борозду. Фурия зашипела от боли и с превеликим удовольствием превратила в песок всю конечность разом, стоило мне её отсечь от туловища.

— Всё, закончили, — выдохнул я, вытерев пот со лба.

Рука окрасилась в грязно-серый цвет с отчётливой примесью красного. Но это оказалась всего лишь небольшая царапина на виске. Наверное, шальным камешком зацепило, а я и не заметил. Ладно, глаза не заливает, и чёрт с ней. Куда больше меня беспокоил расход сил. Осталось двадцать с лишним единиц, притом что я не сотворил ни одного огненного шара. Хватит ли на последнего голема или лучше сразу использовать «запаску»? Резво скакать на последних крохах энергии я вряд ли смогу…

— Ты меня… Опять спас… — тяжело дыша произнесла Сатания.

Не успел я ответить, что ей стоит всё-таки научиться смотреть по сторонам, как она прильнула ко мне с очередными телячьими нежностями. Давно уже заметил, что её заводят драки, особенно совместные. Однако до поцелуя на этот раз не дошло. Я со всей дури оттолкнул девушку двумя руками и сам отшатнулся в противоположную сторону. Но не потому что хотел угодить Кристе, что без всякого сомнения подглядывала за нами. Просто моя наблюдательность в который раз сослужила мне добрую службу.

Базальтовый пол под нашими ногами как-то странно пошёл мелкой рябью, будто горячий чай в чашке, на который подули. И не успели мы плюхнуться на нормальные участки плит, как между нами резко поднялась стена из чёрных шипов. Шла она чуть ли не до кольцевого заграждения, где пряталась спятившая заклинательница камня. Чего-чего, а материала у неё вокруг в избытке. Можно сказать — родная стихия.

Как нельзя кстати мне припомнились выпотрошенные морские жители. Неуклюжие големы тут точно не при чём — от них в воде не уплыл бы только ленивый. Шипы же достигли метра в высоту, после чего их рост так же резко прекратился. Я невольно прикоснулся к ближайшей колючке, что торчала от меня на расстоянии вытянутой руки. Камень оказался твёрдым и очень горячим, будто из печки.

Главный вопрос заключается том, сможет ли девчонка покрыть подобными заграждениями весь зал. Сколько у неё осталось сил и есть ли запас? Не просто же так она истребляла всю окрестную живность… Вдруг среди них были носители кристаллов?

Сатания по ту сторону забора выдала парочку крепких эпитетов, не совсем подходящих наследной принцессе, пусть и всего лишь парочки южных островов. Значит — живая, а всё остальное зарастёт, включая уязвлённое самолюбие.

Я вскочил на ноги и увидел неподалёку Кристу, что продолжала отступать под напором последнего голема. Нужно с ним поскорее покончить, пока тут всё не превратилось в сплошной колючий лес.

Однако опасаться стоило не этого. Не успел я добежать до каменной марионетки, как одна из колонн пошла крупными трещинами, а потом и вовсе рассыпалась на куски. Свод почти не просел, но мне всё меньше хотелось здесь задерживаться. Особенно после того, как обломки колонны стала стремительно покрывать уже знакомая мне серая субстанция. Материала там хватало сразу на несколько болванчиков, а в запасе имелось ещё три целых аналогичных опоры.

На этом плохие новости не исчерпывались. Выход из зала оказался перекрыт наглухо — коридор ощетинился уже знакомыми шипами, торчащими изо всех поверхностей, включая потолок. Надо полагать, что со вторым и последним проходом случилось то же самое. Просто отсюда противоположную часть зала мне было практически не видно.

Что ж, зато теперь больше не нужно отвлекаться на крамольные мысли об отступлении.

В этот момент я отчётливо понял, что все наши текущие действия целиком и полностью бесполезны. Если не придумать что-то серьёзное, то мы обречены. По одним только скупым движениям Кристы видно, что она уже на грани истощения. Лёд она больше не морозит, экономя каждую крупинку сил. Да и мы с Сатанией тоже далеко не в лучшей форме.

Придётся иссушать кристаллы светильников, чтобы пойти на последний и решительный штурм. Пусть и в полутьме. Я вынул из кармашка последнюю «запаску» — совсем небольшой камешек, согревший ладонь. Никакой огранки — обычная продолговатая форма со сглаженными краями. Интересно, кому он принадлежал? Так сказать, при жизни…

В любом случае конец у них всех ровно один — рассыпаться в пыль, отдав весь свой запас. Можно и сберечь его, оставив крупицы энергии для сохранения структуры. В империи так и поступают, хотя ёмкость кристаллов после многочисленных перезарядок постепенно падает. Этот камушек явно был не первой свежести, и даже не второй. Авери тут же определил, что в нём содержится всего двадцать семь единиц. Не очень много, зато не нужно беспокоиться, что я перенасыщу свой опустошённый Источник.

Так, стоп! Перенасыщение, говорите…

— Уходи к стене! — крикнул я Кристе. — Как можно дальше, поняла?

Снегурочка ограничилась коротким кивком, тут же изменив траекторию движения. Я же поспешил к недовольной Сатании, что успела перебраться через колючки. Фурия была раздосадована, и зла на весь мир, включая меня.

— Не стоит благодарностей, — не дал я ей разразиться гневной тирадой. — Лучше скажи, у тебя получится его укрепить, чтобы он выдержал перегрузку?

Зверолюдка уставилась на протянутый мной кристалл, и раздражение на её лице сменило место крайнему удивлению.

— Ты что, совсем…

— Никаких вопросов! — напомнил я ей. — Сможешь или нет?

— Заряженный точно не получится, в нём слишком много магии… — задумалась девушка. — Нужно его высушить, но так, чтобы он окончательно не развалился. Я попробую, но ты же понимаешь…

— Просто сделай это.

Я вручил ей минерал и поспешил к голему, что тупым упорством гнался за Кристой. Его новые собратья уже заканчивали собираться, оказавшись даже больше предыдущих. А следом стала трескаться следующая колонна, намекая, что энергии у девочки ещё вагон и маленькая тележка. Скорее мы все выдохнемся, чем ей надоест нас убивать.

Уронить каменного преследователя у меня получилось с первого раза. Можно сказать — руку набил, до боли в каждом суставе. Как ещё катана не сломалась от таких издевательств…

Подарив Снегурочке несколько секунд передышки, я предупредил её, чтобы та спряталась как можно лучше. Она переменилась в лице, моментально разгадав мой замысел.

— Не смей, это слишком опасно!

— Нам всё равно конец через несколько оборотов, — бросил я, разворачиваясь обратно. — А так хоть побарахтаемся!

Новая обладательница Проклятого кольца успокаиваться не желала, отправив в нашу сторону новую волну шипов. Может она и не в себе, но голова у неё точно соображает. Таким относительно неспешным заклинанием нас не подловишь, зато перемещаться по залу становится всё сложнее.

Я бегом вернулся к Сатании, которая уже заканчивала приготовления. Кристалл теперь светил больше в синеву, как галогенная лампочка, а по его поверхности извивались зигзагообразные линии рун. Значит, всё-таки получилось.

— Не знаю, на сколько его хватит, — призналась фурия, заметно нервничая. — Обычно они почти сразу взрываются. Много не вливай, он полон под завязку. И постарайся как можно быстрее от него избавиться.

— Спасибо, ты умница!

— Поблагодаришь, если останешься в живых, — буркнула она.

— Вот и посмотрим.

Девушка явно хотела добавить что-то ещё, но время поджимало. Я забрал у неё модифицированный минерал, ставший ощутимо горячее, и поспешил к шипастому укрытию. Оно представляло из себя сплошное непроходимое кольцо, без единого просвета, хотя девчонка всё равно как-то наблюдала за нами. Возможно, для неё камень любезно становился полупрозрачным. Прямо как для одной рогатой извращенки…

В любом случае, сверху оставалось пустое пространство между зубцами. Ведь ей в отличие от каменных марионеток нужно было чем-то дышать. Я влил капельку энергии прямо на бегу, и кристалл принялся в ответ обжигать мне руку. Ничего страшного — могло быть и хуже.

Не добежав совсем немного до крайних шипов я взвился в воздух, на зависть любому баскетболисту. Бросок предстоял очень сложный, а попасть нужно с первой попытки. К счастью, щели наверху были куда больше баскетбольного кольца. Здесь заклинательница явно недоработала. А за халтуру иногда приходится расплачиваться собственной головой.

Жаль, что до такого дошло, но тут уж либо она, либо мы. Прав был Иолай — если эта жертва «кольца всевластья» доберётся до поверхности — жителям несдобровать. Обычные люди магу не соперники, а выводок големов может в считанные минуты навести шороху в тесном городском квартале. Конечно, безумицу быстро остановят, но потери к тому времени могут исчисляться трёхзначной цифрой…

Так что при всех моих внутренних терзаниях рука у меня не дрогнула. Самокопанием буду заниматься как-нибудь потом, если выживу. Потрескивающая «батарейка» пролетела между зубцов, едва не чиркнув по одному из них, а я приземлился неподалёку с парашютистским перекатом, чтобы не переломать себе ноги об твёрдый пол. После чего с низкого старта рванул дальше, стараясь не споткнуться о разбросанный повсюду мусор. Позади вдруг стало так светло, будто там врубили прожектор, а то и не один.

С каждым новым ударом сердца свечение набирало мощность, выжигая тьму по углам подземного зала. Туда я не успевал даже при помощи Мерцания, так что мой путь закончился за одной из ближайших колонн. Хоть какое-то укрытие.

Не успел я толком устроиться, укрыв руками голову, как всё вокруг утонуло в ярчайшей вспышке. Она больно резанула по глазам даже сквозь плотно зажмуренные веки. Меня впечатало в пол, практически раскатав в лепёшку, а сама колонна задрожала, как молоденькая осинка на ветру. Однако всё прекратилось так же быстро, как и началось. Я лежал раздавленный и ослепший, не понимая до конца, на каком свете нахожусь.

Постепенно чувства вернулись, а вместе с ними и боль, окончательно возвратив меня с небес под землю. Я завозился, едва сдерживаясь от стонов, и тут выяснилось, что на мне что-то лежит. Нижнюю половину тела вместе с ногами придавило, и только по болевым ощущениям стало ясно, что она всё ещё со мной. Освободиться самостоятельно у меня не получилось, поэтому пришлось смиренно ждать помощи.

Заодно я проморгался и смог разглядеть, что надо мной торчит огрызок колонны, а всё остальное разметало по сторонам. К счастью, меня накрыло некрупными обломками вперемешку с мусором, который перемололо в малопонятную труху.

Идея с магической гранатой уже не казалась столь удачной. С другой стороны — а чем бы мы ещё справились? И справились ли вообще?

Но вскоре подоспела помощь в лице Сатании, развеяв мои опасения. Мне редко доводилось видеть отважную зверолюдку испуганной, но сейчас был как раз один из таких моментов.

— Ты как?!

— Помирать уже хотел, — поморщился я. — Да вот понимаю, что рано. Нужно одну непонятливую особу утащить в бордель…

— Ты сначала себя от пола отскреби, — с облегчением улыбнулась фурия, принявшись растаскивать завал.

Мелкие камни фурия просто отбрасывала в сторону, а над крупными колдовала, чтобы те проще было сдвинуть. Те, что сложились своеобразным домиком надо мной, она и вовсе превратила в песок. Мне крупно повезло — обошлось без переломов, хотя ноги выглядели скверно. А уж болели так, будто по ним слоны протоптались. Ходить я мог лишь при помощи парочки обломанных палок, найденных среди прочего мусора. Но главное, что мог.

Опираясь на эти импровизированные костыли, я кое-как дохромал до центра зала, где раньше располагался деревянный постамент, а позже — каменные укрепления. От всего этого осталась лишь оплавленная воронка, возле которой суетилась Криста. При виде её от сердца отлегло окончательно.

Однако нам нужно срочно делать отсюда ноги. И не потому что заметно просевший потолок вот-вот рухнет. Не удивлюсь, что такой мощный выплеск энергии почувствовали наверху. Того и гляди нагрянут военные с проверкой, а то и отряд самой Серой Стражи.

Лучше бы нам быть к тому времени как можно дальше отсюда.

Но как назло, всё не могло окончиться вот так просто. Снегурочка хлопотала над телом той самой измождённой девчонки, что чуть нас не прикончило. Одежда на ней большей частью обгорела, но это никак не объясняло, как она не изжарилась во время выплеска энергии.

— Жива? — хмуро уточнил я прямо на ходу.

Увы, моя скорость сейчас оставляла желать лучшего. Приходилось ковылять, скрипя зубами от боли. Как же не хватает Ивы с её чудесными руками…

— Мы не можем её тут бросить! — выпалила сестра императора, обернувшись ко мне.

На её грязном лице были видны отчётливые дорожки слёз. Ну, вот и приплыли.

— Придётся добить, — пожала плечами Сатания.

— Ты в своём уме?! — вскинулась Криста. — Она не виновата!

— Хватит, — оборвал я возмущённую аристократку, пока та не выдала нас с головой.

Побеждённая девчонка выглядела так, будто уже находилась одной ногой в могиле. Измученная и вся какая-то высохшая, будто ползла через раскалённую пустыню. Её руки почернели по локоть, и были частично обложены свежим льдом. Но самое плохое, что на одном из скрюченных пальцев блестело знакомое колечко с матово-белым камушком. Только радости от этой долгожданной находки у меня не возникло никакой.

Я молча указал на артефакт взглядом, и Снегурочка в ответ отрицательно покачала головой.

— Да вы издеваетесь! — прошипел я и повернулся к Сатании, что деликатно переминалась с ноги на ногу позади нас. — Дай-ка мне кинжал…

Глава 15

В этом городе со мной случалось всякое, но в местный госпиталь я попал только сейчас. И то не в качестве пациента. Меня мимоходом осмотрели, срастив треснувшие кости за пригоршню медяков, после чего отпустили восвояси. По-хорошему нужно было убираться отсюда как можно скорее, но на свою беду я присел на скамью в местном зале ожидания, чтобы привести в порядок изгвазданную одежду.

И благополучно заснул.

Слишком много всего навалилось на меня за последние сутки. Разгрузка кораблей, нападение гнилевиков и ночные забеги по катакомбам. Организм решил, что с него достаточно издевательств, и просто потушил свет перед глазами. Наверное, так отключается Авери, когда у него подходят к концу душевные силы.

Очнулся я так же резко, как и провалился в сон, можно сказать — рывком. На меня резко накатило такое мощное чувство опасности, какого не случалось за всю мою вторую жизнь. Даже в шаге от смерти. Никогда не считал себя провидцем, но сейчас буквально каждая клеточка тела отчаянно сигнализировала о том, что её вот-вот не станет. Я инстинктивно дёрнулся, покрывшись мурашками с ног до головы, и едва не рухнул со скамьи.

Руки сами собой налились жаром, готовые исторгнуть из себя огонь в любую секунду. Однако удушающее чувство угрозы так же быстро отпустило.

— Добренького утречка!

Передо мной сидел Иолай, недобро оскалившись. Примерно с таким выражением лица он смотрел на рассыпающегося заживо Тация.

— И вам, — кивнул я, принимая более удобное положение. — А сколько времени?

— Ну, технически уже день. Выспался?

— Почти.

Я помотал головой, прогоняя оттуда сонную муть. Тело затекло от неудобной позы, да ещё и ломило практически везде, что неудивительно. Ещё недавно на нём не было живого места.

Мне срочно нужен выходной, а лучше — маленький отпуск, дня на три.

— Устал? — участливо поинтересовался начальник службы безопасности.

— Да нет, всё в порядке.

Я подобрался, прекрасно понимая, что разговор предстоит серьёзный. От обычного благодушия гранд-магистра не осталось и следа. Да и зал выглядел подозрительно пустым в разгар дня. Вряд ли у всех посетителей разом появились срочные дела.

— Знаешь, почему ты до сих пор жив?

Такое начало беседы едва не заставила меня снова поёжиться. С другой стороны, гранд-магистр имел полное право на подобные вопросы.

— Вам больше не с кем будет поговорить по душам? — предположил я.

— Неплохо, но мимо.

— Хм… Мне просто повезло?

— Уже ближе, — тяжело вздохнул Иолай. — Видят боги, Зинц совершил главную ошибку в жизни совсем не в тот момент, когда отправился с инспекцией к разбившемуся кораблю. А чуть раньше, устранив одного наёмного убийцу. Кто ж знал, что тот хотел оказать нам всем большую услугу… Теперь приходится об этом жалеть каждый божий день. Я всё больше убеждаюсь в том, что тебя послали мне в наказание. Не знаю только, за какие грехи… Ты с блеском решаешь одну проблему, но при этом создаёшь несколько новых. Редкий талант, скажу я тебе. В древности таких как ты предпочитали засылать к врагам. Желательно — навсегда. К несчастью, Некросферу подобными шалостями не проймёшь. Её вообще мало что берёт.

Мне оставалось лишь молча внимать разоткровенничавшемуся ментору. С ним никогда не понятно, чего ждать в следующий момент. И даже благоприятный с его точки зрения исход может означать для меня новую порцию неприятностей. Одна его «протекция» с испытаниями чего стоила.

— Ладно, ничего уже не поправишь, — закончил жаловаться на судьбу гранд-магистр. –Начнём, пожалуй, с главного вопроса. Вы отправились на задание вдвоём, а вернулись вчетвером. Ты помнишь, что я говорил про последствия?

— Сатания сама увязалась за нами, — твёрдо заявил я, не отводя взгляда от его водянистых глаз. — Из-за того, что наше внезапное исчезновение все восприняли как свидание.

— Ещё меня в этом обвини, как же! — крякнул Иолай. — Сам виноват, что морочишь им обеим головы. Многожёнство даже у зверолюдов не в почёте, так что тебя рано или поздно припрут к стенке. Уже ради этого тебе можно оставить жизнь. Но я ещё подумаю…

— Я не посвящал её в детали нашего задания, если вы об этом. Сатания лишь сопровождала нас по собственной инициативе, не зная истинной цели вылазки. Можете её допросить и убедиться.

— Не учи меня работать, — поморщился особист. — Дальше.

— Ну, а девочка… После взрыва кристалла осталась жива. Она успела сформировать вокруг себя дополнительный кокон из камня, который принял на себя основной удар. Мы избавили её от артефакта, но добивать не стали. Она ведь тоже в каком-то смысле жертва кольца. Оно оказалось у нас, а убивать детей приказа не было. Тем более, Криста припомнила, что дикое помутнение разума не остаётся в памяти, если носитель остался в живых. И мы решили ей помочь. Или хотя бы попытаться…

Особист прищурился, будто взял меня в прицел.

— Скажи мне, пожалуйста, почему ты постоянно рвёшься всех спасти? Даже когда тебя об этом не просят.

Я чуть не ляпнул по привычке, что это моя работа, но вовремя прикусил себе язык.

— Так… правильно.

— Знаешь, я иногда забываю, что ты воспитывался в замковой библиотеке, — признался Иолай. — Спасибо, что периодически мне об этом напоминаешь. Твоё благородство достойно восхищения, но надеюсь, что это всего лишь мальчишеская дурость. Да будет тебе известно, что амнезия у спасённых от Проклятого предмета случается далеко не всегда. Чаще всего носитель просто гибнет вскоре после потери артефакта или окончательно теряет рассудок. Что почти одно и то же. Задокументированных случаев полного выздоровления крайне мало, и твоя авантюрная подружка уж точно не эксперт в подобных делах. В общем, о вашей спасённой малютке я уже позаботился.

— Как?! — вскинулся я, забыв о ломоте.

— Успокойся, горячая голова, — усмехнулся гранд-магистр, жестом усадив меня обратно. — Ей оказали всю посильную помощь, только не здесь. Вы б её ещё в орден отнесли, олухи! Как ни странно, она жива, и прогноз целителей весьма оптимистичный. Я предпочитаю не разбрасываться талантами, а у неё крайне высокий потенциал, особенно для бездомной бродяжки. Хорошо, что тебе пришла в голову мысль воспользоваться кристаллом не по назначению, иначе она вас наверняка бы прикончила. Сам догадался, кстати?

— Да.

— Значит, мозги из-за девушек ещё не атрофировались окончательно. Это радует. Но впредь постарайся не испытывать благосклонность твоих небесных покровителей. Я знаю очень много случаев, когда подобные эксперименты доводили до беды. Даже в самом крайнем случае ищи другой вариант. А так вы молодцы, что успели сделать оттуда ноги. Схвати вас кто-нибудь, и возникло бы множество неудобных вопросов. А я их очень не люблю. Теперь же это просто несчастный случай из-за неисправного кристалла, который стащили бездомные. Они давно уже нарывались своими набегами, так что официальная версия всех устроила.

— А неофициальная?

— Неудавшийся теракт. Ваша подопечная так хорошо поработала, что пару лет про канализацию можно будет не вспоминать. А главное, что на эту милую малышку никто и не подумает. На ваше счастье Вечно Вторая спешно покинула город, а её подчинённые не столь ретивы. После гнилевика они готовы поверить во что угодно, если их подтолкнуть в нужном направлении.

— Значит, задание мы всё-таки выполнили?

— Я бы на твоём месте сильно этому не радовался, — хмуро проронил Иолай. — Кстати, как оружие?

— Очень хорошее, спасибо.

— Одной благодарностью тут не отделаешься, паршивец этакий, — погрозил он мне пухлым пальцем. — Каждый грамм этой железки отработаешь своим потом и кровью! Ты в курсе, что её несостоявшийся владелец был демоном?

Я уставился на ещё больше потемневшие в канализации ножны, как будто видел их впервые. Значит, мне не показалось, что дизайн уж больно какой-то земной. Тогда я всё списал на авторский стиль Синклера, но ведь он тогда сам сказал, что это был заказ, который так и не забрали…

Получается, не только одного меня прельстила романтика восточных боевиков. Вот это попался, так попался!

— Нет, не знал, — осторожно произнёс я вслух. — Ваш человек её очень нахваливал, как одно из лучших своих творений.

— Не сомневаюсь, — поморщился особист. — А что скажешь сейчас?

— Это отличная сабля, я хотел бы оставить её себе.

— Смело. Особенно в твоём положении.

— Меня что, до сих пор подозревают?

— Это навсегда, привыкай. Избавиться от дурной славы можно только заработав ещё более худшую. И чем больше ты будешь выделяться, тем сильнее все будут тебя ненавидеть.

— И чем я таким выделяюсь?

— Да хотя бы тем, что не трясёшься от ужаса передо мной, — пожал плечами Иолай. — Для домашнего мальчика это большое достижение, знаешь ли. Если прибавить туда ещё тот факт, что Дары у тебя открылись совсем недавно, да такие сильные…

— А как считаете вы сами? — пошёл я в наступление, прекрасно понимая, что терять мне уже нечего.

— Ты не демон, — уверенно заявил гранд-магистр. — Ты дурак. Это, кстати, прекрасно объясняет твою везучесть. Ну что, стало легче?

— Да как-то не особо…

— С правдой оно всегда так. Не даром она многим глаза режет. К тебе теперь будут постоянно приглядываться и пробовать на прочность. В том числе и те, кто желает твоему клану поскорее оказаться на самом дне. Уж больно мало нынче гордых «Фениксов» осталось. И вообще, твоя кандидатура очень удобная со всех сторон. В этом году на демонов неурожай, а ты так и напрашиваешься на арест. Радуйся, что я люблю свою работу и никогда не спешу. Иначе ты давно бы оказался в руках Серой Стражи.

— Что значит, «неурожай»? — зацепился я за непонятное выражение.

— Мы не выявили ни одного засранца, — нехотя пояснил особист. — Хотя обычно их прячется двое-трое среди соискателей. То ли они все оказались слабаками, то ли слишком умными. В любом случае, орден будет меня доставать, пока я кого-нибудь им не сбагрю. Может даже тебя, если продолжишь умножать мои проблемы.

— Двое-трое?!

— Только не распространяйся об этом печальном факте, — предупредил меня Иолай. — Просто хочу, чтобы ты понимал всю серьёзность твоего положения. О подобном не принято говорить вслух, ибо это прямая угроза нашей государственности. Поэтому обычно устранение проходит без лишнего шума. Такое устраивает всех. В первую очередь — Совет.

— Но как такое вообще может быть?

— Хороший вопрос. Серая Стража задаётся им все время своего существования. Ладно бы демоны появлялись исключительно в среде аристократии, это вполне объяснимо. Но они могут захватить абсолютно любое тело. В своё время я наивно полагал, что данная гипотеза существует лишь для того, чтобы оправдать высокородные семьи. Отчего страдают невинные самородки и прочая талантливая молодёжь. Но столкнувшись с несколькими демонами среди простолюдинов я понял, что не всё так просто. Они и правда были ДРУГИМИ. Это сложно объяснить простыми словами, пока не столкнёшься с ними лично… Жестокость, граничащая с безумием, беспринципность и садизм, а уж их амбициям позавидовали бы урождённые аристократы. Само по себе стремление наверх — это неплохо, но каждая такая возвысившаяся нелюдь обходится империи очень дорого. В том числе и в людях…

— Тогда те, кто хотел разрушить Татан, точно демоны.

Начальник службы безопасности заливисто рассмеялся.

— Ты чертовски прав! Даже если это не так, Дарочке всё равно. Знаешь, почему её прозвали Вечно Второй? Она никогда не была лучшей, и вечно находилась в тени других легенд. Но их всех давно уж нет с нами, а Дариана всё так же эффективно истребляет демонов и прочую нечисть. Надеюсь, у неё получится раздобыть доказательства причастности Совета, а то все эти нападки меня порядком утомили. Что касается тебя, юный спаситель обездоленных, будь готов.

— К чему?

— Для начала, к скорой церемонии! Сейчас ты похож на типичного обитателя помойки, а не на будущего курсанта. Если Фест увидит тебя таким красивым и благоухающим, то лучше бы тобой и вправду орден занялся…

Глава 16

— …Уверен, что империя будет вами гордиться! — закончил свою речь Эндин.

Народ, собравшийся на площади, разразился бурными овациями. Многие уже успели хорошо принять на грудь и были рады любому поводу выразить свои эмоции вслух. Мы же стояли навытяжку в плотном строю и внимали каждому произнесённому слову. Сто тридцать юношей и девушек, прошедших огонь и воду и добравшихся наконец-то до медных труб.

Оркестра нам не полагалось, но собравшаяся толпа местных и так создавала неплохое акустическое сопровождение. Наверняка их было слышно даже на окраинах. После императора от лица академии нас поздравила гранд-магистр Каэлина, на чём торжественная часть мероприятия благополучно закончилась. Теперь до завтрашнего утра новоиспечённые курсанты могли отрываться, у кого на что хватает финансов.

Все радостно рванули кто куда, постепенно растворившись в редеющей толпе, и только наша группа задержалась на площади. Фест решил лишний раз напомнить нам о подобающем поведении и заодно предупредил, что если застанет кого-то мертвецки пьяным, обратно на Двипах тот уже не попадёт.

— Воин империи должен быть всегда готовым вступить в бой, — заявил гранд-мастер. — В противном случае вы уже покойники, просто ещё не знаете об этом. А мертвецы мне не нужны.

Из бледных уст некромансера это прозвучало несколько странно. Но пусть он и не являлся живым в привычном понимании, я охотно верил тому, что гранд-мастер готов ко всему, как пионер. Скорее всего, он даже не спит вне своего саркофага. По ночам наш холодный во всех смыслах наставник запирался у себя, и оставалось лишь гадать, чем он там занят. Разумеется, нам категорически воспрещалось заходить в его покои, что ещё больше меня раззадоривало.

Наверняка там у него спрятано нечто ценное. И кто знает, не пригодится ли это мне. Особенно в свете новой информации, которой любезно поделился Иолай…

Мрачные напутствия грандмастера прервало появление небольшой группы военных, во главе с самим императором. Эндин выступал перед подданными всё в той же белоснежной броне, двигаясь в ней так же легко, словно это обычный мундир. Да и вся его свита в количестве пяти человек была упакована аналогично, разве что шлемов не хватало.

— Приветствую, наставник!

Главнокомандующий низко поклонился, а вслед за ним — остальные, хотя там не было никого ниже магистра, судя по характерным орнаментам брони. Я уже научился худо-бедно различать местные «погоны», но ручаться с гарантией всё ещё не мог. Слишком много у них было откровенно лишних финтифлюшек.

Несмотря на высокие чины великовозрастные служаки среди сопровождающих отсутствовали. Две женщины и вовсе выглядели так, что хоть сейчас их под венец веди. Если не смотреть им в глаза, способные гнуть гвозди одним взглядом. Вряд ли кому-нибудь из этой компании стукнуло хотя бы тридцать пять. Всем своим видом они выражали почтение, только Феста подобные расшаркивания совсем не впечатлили, и он поприветствовал высокопоставленную делегацию своим фирменным небрежным кивком. А затем уставился прямо на императора сквозь дымчатые стёкла очков.

Как мне показалось, с неодобрением.

— Ну надо же, явился всё-таки…

— Я попросту не мог упустить такой шанс, — развёл руками Эндин. — Когда вы в последний раз ступали на Берег?

— Давно. Очень давно… Хотя здесь мало что изменилось, к сожалению. Пришёл попрощаться?

— Нет, ведь мы обязательно вернёмся! — заявил молодой император. — На этот раз победа будет за нами.

— Знаешь, сколько раз я уже слышал подобное? — скептически скривился некромансер.

— У нас нет выбора. Вам это известно лучше всех.

— И всё равно ты слишком спешишь. Империя толком не оправилась от последствий прошлой экспедиции, а вы уже собираете новую. Это может привести к полному краху.

— Рубеж давно пересечён, — сокрушённо покачал головой правитель. — Промедление сейчас лишь усугубит ситуацию. Но мы не бездумно бросаемся в пропасть ради почётной кончины. У меня есть план.

— У тебя всегда есть план, — фыркнул Фест. — И, разумеется, остальные его поддерживают?

— Да наставник, — прогудел один из сопровождающих.

Это был крупный зверолюд с чешуйчатой кожей зеленоватого оттенка, вооружённый двуручной секирой. У Сатании при одном только взгляде на эту бандуру отчётливо загорелись глаза, а вот моё внимание привлекла темноволосая воительница с коротким копьём. Древковое оружие мне пока что попадалось лишь на стендах и у редких стражников. Не особо высоко котирующихся даже среди своих.

Трое остальных высших офицеров предпочли более привычные мечи. Хотя один и тут смог отличиться, выбрав в качестве личного оружия парные клинки.

— Надеюсь, прочие бездельники оказались умнее и не стали ввязываться в эту авантюру? — поинтересовался Фест.

— Они уже не с нами, наставник, — вздохнула обладательница копья. — Здесь все, кто ещё жив.

— Ничего, вы совсем скоро к ним присоединитесь, — буркнул некромансер. — Отговаривать вас нет смысла, благословлять — тем более. Просто докажите, что вы хоть чего-то стоите, кроме моего потраченного времени! Разочарований мне и так хватает.

Офицеры расцвели, будто им отвесили лестный комплимент.

— Благодарю, — улыбнулся Эндин вслед за остальными. — В том числе и за то, что взялись обучать мою сестру.

Криста с самого появления на параде выглядела непривычно тихой и задумчивой, но сейчас встрепенулась. Гранд-мастер же состроил недовольную гримасу.

— Не стоит. Она ещё более бесполезная, чем ты в своё время. Мне просто не из чего было выбирать. Сплошное разочарование… Пожалуй, вы не самая худшая группа, что у меня когда-либо была.

— Криста вас не подведёт, обещаю.

— Очень на это надеюсь, — сухо проронил Фест. — Иначе ей придётся ждать тебя в родовом поместье, а не в академии. У меня нет времени нянькаться.

— Кстати, как ваши изыскания?

— Всё так же, раз я до сих пор вожусь с очередными юными недоразумениями…

Фест сокрушённо махнул на нас рукой, как на комаров, которые не давали спать всю ночь. Бывшие воспитанники со смехом обступили его, наперебой что-то рассказывая, а вот Эндин направился к нашей группе. Но не к сестре, которая снова начала кусать губу, а ко мне.

Всё правильно, они ведь уже успели пообщаться до церемонии.

— Привет, Авери. Я очень рад, что не стал тебя тогда убивать.

— А уж как я этому рад, не передать словами…

— Полно тебе! — рассмеялся молодой император, хлопнув меня по плечу. — Хорошо, что у сестры появились такие верные друзья. Я отлично знаю, каково быть изгоем. Спасибо наставнику, что показал мне верный путь.

— Получается, что вы тоже обучались у гранд-мастера? — спросил я, не придумав, как ещё поддержать эту странную беседу.

— Да, было дело, — весело кивнул главнокомандующий. — Без него меня просто бы отсеяли, как и остальных, кто сейчас здесь. Забавно, да?

— Я до сих пор считаю свой выбор огромной ошибкой, — высказался некромансер, прекрасно слышавший весь наш разговор. — Особенно в твоём случае. Ты всегда был бестолковым, недисциплинированным и склонным ко всяким сомнительным авантюрам. И даже с возрастом ни капли не поумнел.

— Вы как всегда беспощадны, наставник, — вновь поклонился Эндин. — Спасибо, что продолжаете верить в меня.

— Этим я и отличаюсь от нежити. Она никогда ни о чём не жалеет…

Тем временем следом за высшими офицерами подтянулись военные рангом пониже. В том числе имперские гвардейцы, закованные сплошь в белое, за исключением стильных чёрных плащей. Если обычные военные носили броню в цвет своих кланов, то здесь наблюдалось то же обезличивание, что и в ордене Серой Стражи. Зато сразу отличишь госслужащих от представителей аристократии и далее по списку. Цветовая дифференциация штанов, как ни крути.

До камуфляжа и полной унификации военных этому миру ещё очень и очень далеко. И не факт, что из-за здешней магической специфики до такого вообще дойдёт.

Приватная беседа закончилась, и Фест наконец-то отпустил нас восвояси. А вот предыдущий выпуск вцепился в него мёртвой хваткой, совместными усилиями утащив недовольного наставника куда-то к себе в расположение. Даже сам император не стал задерживаться, перебросившись с сестрой всего парой слов. После чего он лукаво нам подмигнул и пожелал напоследок хорошенько отдохнуть.

Последние задержавшиеся на площади зеваки проводили его восторженными взглядами. Несмотря на высокий статус местного учебного заведения, город главнокомандующие посещали нечасто, предпочитая отправлять сюда заместителей. Телевидения здесь нет, так что это единственный способ взглянуть на первый меч государства собственными глазами.

— Ну что, оторвёмся? — в предвкушении потёр ладони Тори.

— Смотри не порвись, — бросила через плечо Рина, уходя прочь.

Следом за ней откололся Эхарт, умчавшись куда-то в сторону неблагополучных районов, а за ними разбрелись остальные, так и не договорившись, куда идти. Вскоре мы остались впятером. Что ж, стоит признать, что в нашей группе слаженностью пока и близко не пахнет. Чего не скажешь о выпускниках — те пусть и достигли высших должностей, но продолжали держаться вместе. Ну хотя бы наша компашка уже довольно прочно сбилась и могла стать ядром будущей команды.

Но это всё ждало нас потом, а сейчас мы могли наконец-то расслабиться. В честь праздника курсантам практически везде полагалась скидка, так что держать наличность при себе в такой день было грешно. Город гулял на полную катушку, и даже в простых бакалейных лавках выставляли столы для многочисленных посетителей, превращая их в маленькие, но уютные кафе. Улицы были украшены что-то вроде растяжных гирлянд с разноцветными флажками, а крупные полотнища хлопали от порывистого ветра на шпилях зданий.

В основном там изображался герб академии и прочая геральдика. На одном из флагштоков развевался стяг с серебряным единорогом, гордо вскинувшем голову. А вот фениксов никто вывесить не удосужился.

Горожане приоделись, кто во что горазд — пёстро, ярко и местами бестолково. Многие уже были навеселе и доброжелательно приветствовали курсантов, где бы они им не повстречались. За наше здоровье поднимали кружки и просто провожали одобрительными возгласами. Мы немного потолкались на улицах, и вскоре осели в том самом заведении, где накануне нас с Кристой обслужили бесплатно. Не столько ради очердной халявы, а просто чтобы сытно и вкусно поесть. Лично у меня с того раза во рту не было ни крошки, и желудок давал о себе знать всё требовательнее. Всё что я успел до церемонии — это напиться воды, пока приводил себя в порядок.

Из-за нехватки калорий не успели зарасти даже мелкие ссадины, так что пришлось воспользоваться услугами Ивы, чтобы моё лицо выглядело не как коврик, о который вытирают ноги. Всё остальное скрыла белоснежная форма с серебряной перевязью. Смотрелись мы в ней изумительно, будто нахимовцы на параде. Хотя белоснежная обувь с брюками не слишком подходила для здешних улиц.

Хорошо что всё мероприятие ограничилось лишь построением. Никто не заставлял нас маршировать и выполнять прочие не особо полезные трюки. После всех злоключений мне даже стойка навытяжку давалась с трудом.

На этот раз я решил не злоупотреблять гостеприимством управляющего, и честно расплатился за еду и выпивку, поделив траты поровну. Сегодня мы могли себя особо не сдерживать, но всё равно ограничились слабеньким вином. Слишком уж убедительно выглядел Фест, когда предупреждал нас на счёт вечной готовности. С него станется пройтись ночью по городу в поисках подвыпивших курсантов.

Если только нам не снять отдельный номер поближе к окраине, где не задают лишних вопросов…

Хотя нет, это плохая идея. Мне ли не знать, чем такая весёлая попойка может окончиться. Помимо того, что найти нас при должном усердии не составит большого труда.

Мы натрескались от пуза и до самого вечера просто болтали о всяких пустяках. Сатания травила байки разной степени абсурдности, а мы в ответ рассказывали ей о нашей «континентальной» жизни. Когда на улице стало смеркаться, Алонсо с покрасневшей Ивой нас внезапно покинули. Девушки хихикнули им вслед и практически синхронно уставились на меня.

— Раз уж мы все тут собрались, чего бы нам не поговорить начистоту? — предложил я, хлопнув ещё одну кружку для храбрости.

Когда рисковал собой, сердце так не колотилось. Вот что значит — молодость и нервный сосед в голове.

— Нам запрещено обсуждать случившееся, — напряглась Криста.

— А я не про это, а про нас с вами.

Они озадаченно переглянулись.

— Хочу вам кое в чём признаться, — продолжил я, стараясь, чтобы голос звучал как можно ровнее. — Вы обе мне нравитесь, правда. Но…

— Можешь не продолжать, — прервала меня нахмурившаяся Сатания.

— Что значит, обе?! — вспыхнула Криста. — Хочешь сказать…

— Да, — кивнул я. — Если вы ждёте от меня решения в чью-то пользу, то знайте — я не буду выбирать между вами. Вы мне обе очень дороги, и я не хочу делать кому-то из вас больно. Мы можем остаться хорошими друзьями, или…

— Дурак!

— Да пошёл ты!

Вот и поговорили. Спустя пару секунд я остался в гордом одиночестве, не считая опешившего Авери. Сосед по телу при всём желании не мог меня покинуть, не считая вынужденных погружений в забытье. Однако сейчас энергии в организме было предостаточно, а паренёк горел желанием высказаться.

«Зачем ты так с ними, Димон?»

«Помнишь, что я тебе говорил про превентивный удар?» — ответил я вопросом на вопрос, долив себе в кружку остаток из бутылки.

Не пропадать же добру.

«Если драка неизбежна, то лучше врезать первым. Помню, да».

«Ну вот, здесь практически то же самое. Рано или поздно этот вопрос встал бы ребром. И скорее всего, в самый неподходящий момент. Как вчера вечером, например».

«Вообще-то без Сатании вам бы пришлось туго».

«Не спорю, но вместе с этим она едва не подвела нас всех под монастырь. В этот раз пронесло, а что на счёт следующего? Я вот лично не хочу это проверять. Спасибо, мне уже хватило непослушания. Мы не в игры тут играем, если что. Из нас делают воинов, а на войне критически важно, чтобы приказы исполнялись беспрекословно. Правильные они или нет — это уже проблема командира, за что он несёт прямую ответственность. Лучше разобраться в наших взаимоотношениях заранее, в спокойной обстановке, а не когда вокруг всё будет полыхать».

«Но они ведь тебя теперь ненавидят!»

«Всё несколько сложнее», — возразил я, освобождая столик.

Таверна была переполнена, вынуждая многих стоять даже во время трапезы, и лишь к нам никто не подсаживался. Занимать столько места в одиночку больше не было никакого смысла. Я наелся, а от выпитого в голове стоял приятный шум.

«Понимаешь, Авери, женская натура — очень сложная штука, но в одном можно не сомневаться. Они все жуткие собственницы, если их не воспитали иначе. Обида на меня, скорее всего, пройдёт со временем. Зато не будет никаких иллюзий. Если же наша группа развалится — опять же, лучше уж сейчас».

«Мне кажется, или ты просто боишься отношений?»

«Подловил!» – Я с улыбкой подставил лицо свежему ветру, что сквозил по улице. — «Да, есть такое... Если честно, то не представляю, как это всё будет выглядеть в нашем случае. В голове и так кавардак, когда эти две девицы рядом. Сближение может выдать нас, рано или поздно. Так что пусть они найдут себе нормальных парней, уж извини за такие слова. Мне самому неприятно от этой мысли, но так будет лучше для всех».

«Ничего, я всё понимаю», — уверил меня наследник. — «Ты и так сделал для меня больше, чем все остальные. В том числе, и то, что казалось мне абсолютно невозможным. Требовать от тебя ещё что-то — уже за гранью».

«Приятно слышать. Ты наконец-то вырос. Но не волнуйся, невозможное — это наш профиль, так что мы справимся».

«Даже если нет… Было весело».

«Опять начинаешь?»

«Просто мне кажется, что мы не успеем, до того как я… Исчезну».

«Значит, мне всё-таки не показалось, что ты стал меньше появляться?» – нахмурился я.

«Да. Мне всё тяжелее это делать».

«И чего молчал?! Когда это началось, после проклятия?»

«Не совсем, но с тех пор всё стало гораздо хуже».

«Странно, — призадумался я. — Родовой артефакт должен был снять все негативные эффекты. Фест так и сказал».

«Возможно дело не в этом. Слишком долго мы существуем бок о бок. Это тело всё больше становится твоим».

— Не «это» тело, а «моё»! — поправил я его вслух. — И очень скоро ты его себе вернёшь, обещаю. Мы всё ближе к этому.

Город уже окутали сумерки, так что не считая нескольких мертвецки пьяных горожан на улице никого не наблюдалось. Можно было распевать хоть гимн России без опасений загреметь в орден. Но всё равно окончательно расслабляться не стоило. Я припомнил карту города (спасибо первому экзамену), и направился в сторону местной почты.

Связь здесь осуществляется в основном при помощи магического аналога телеграфа, но для деликатных сообщений до сих пор используют старые добрые бумажные письма. А вот магические зеркала — очень дорогая игрушка. Как и с большинством артефактов, технология их производства была утрачена в смутные времена наступления Некросферы.

Почтовое отделение представляло собой небольшое здание, приткнувшееся к дороге, что вела прямо к аэропорту. Вряд ли сюда свозили ещё и посылки — хранить их было попросту негде. Даже в столь поздний час там дежурил грустный сотрудник, вынужденный коротать время на рабочем месте. Станции связи помимо городов стояли в каждом родовом поместье, поэтому мне ничего не мешало отправить весточку домой. Однако делать я этого не стал.

Во-первых, обойдутся. Академия и так уведомит родню о моём успешном поступлении, и попусту тратить деньги на это не стоит. А во-вторых, обещанного письма-инструкции мне прислать так и не удосужились. Служащий заверил, что на моё имя ничего нет. Кто-то другой забрать его попросту не мог — письмо зачаровывается на конкретного адресата и моментально сгорает в чужих руках, стоит его только открыть. Опять же, в книге регистрации моя фамилия отсутствовала.

А ведь госпожа Анура предупреждала, что в городе меня должен ждать какой-то связной, который будет мне всячески помогать, в том числе и финансово. Значит, что-то изменилось. Вряд ли про единственного соискателя просто забыли. Предположения на этот счёт у меня имелись — одна хуже другой, но без дополнительных сведений можно гадать хоть до бесконечности. Жаль, здесь нет газет и журналов, как таковых, а всё информационное поле сводится до куцего имперского вестника, что вывешивают в общественных местах.

Я не поленился заглянуть в подшивку, благо та имелась прямо на почте, но единственным упоминанием клана «Феникс» за последние два месяца стал взрыв во время празднования совершеннолетия одного из наследников. Авери, то есть. Спасибо, про это происшествие я в курсе.

С другой стороны, отсутствие информации тоже показатель, пусть и не такой явный. Дутвайнов никто не вырезал, по крайней мере — прилюдно. Уже хоть что-то…

Я вернул подшивку служащему и поблагодарил его мелкой монетой, немного подняв тому настроение. На улице окончательно стемнело, вынудив горожан зажечь многочисленную иллюминацию, чуть более яркую, чем обычно. Праздник всё ж таки. Желания возвращаться в гостиницу не было никакого, и я побрёл куда глаза глядят, не разбирая дороги. Давно уже за собой заметил, что лучше всего мне думается во время ходьбы, путь даже и по комнате. А здесь такой простор и свежий воздух в придачу. Грех не воспользоваться.

А поразмышлять было о чём. И если молчание «родственников» не сильно меня волновало, то вот про разговор с Иолаем так не скажешь. Безопасник в который раз меня удивил, поделившись ценнейшей информацией. Вряд ли он отвёл от меня все подозрения, но ясно дал понять, что пока я остаюсь самим собой, ко мне не будет вопросов. К счастью, мои принципы идут вразрез с поведением типичного демона, и только это меня пока спасает.

Но блин, три штуки каждый поток?! И это только те, которых вычисляют. Реальная цифра должна быть гораздо выше. Не все же попаданцы — кровавые маньяки, в конце концов. Или засасывает сюда только подобных личностей за мелким исключением, вроде меня? Даже если так, поголовно тупыми они быть всё равно не могут.

У них есть доступ к воспоминаниям предыдущего владельца тела, а про демонов здесь в курсе даже дремучие крестьяне. Это не просто страшилка для непослушных детей, а объективная реальность — как нежить, гнилевики и прочая монстрятина. С ними необязательно сталкиваться, чтобы иметь о них представление. Все точно знают, зачем вокруг городов строят высокие стены, и зачем существует орден Серой Стражи.

Нужно быть очень недальновидным, чтобы обладая данной информацией вести себя беспечно. Однако некоторые всё равно умудряются нарваться, вопреки всему. Либо я чего-то пока не знаю. Есть ли те, кто не горит желанием никуда поступать и хочет провести тихую жизнь? Вполне возможно, ведь некоторые способности вполне годятся и для мирных отраслей. Хотя одарённые в массе всё равно мечтают попасть в армию, являющуюся единственным социальным лифтом.

Наверняка у некоторых попаданцев нет иного выбора, кроме как стать офицером. Особенно, если их призвали именно с этой целью, как меня. Инструменты для такого принуждения есть — проверено на собственной сердечной мышце. Очень эффективный аргумент. Но такое огромное количество переселенцев, а главное — разброс по сословиям ломает всю первоначальную картину.

Вряд ли незарегистрированных адептов магии Души так много, что их услугами пользуются все, кому не лень. Ну не может орден с их возможностями настолько не ловить мышей! Взять тех же видящих, которые в штате быть просто обязаны. Мне и раньше такое казалось маловероятным, ведь тёмный маг в случае поимки может выдать всех своих клиентов, включая самых высокопоставленных. Смотря как допрашивать. В прикормленных специалистов, работающих на конкретную семью, я ещё могу как-то поверить, а вот в вольнонаёмных художников — уже нет.

Ещё и со скидками некредитоспособному населению, ага.

Есть вариант, что это всё делается как раз для отвода глаз. Выгода очевидна для всех — и простолюдины получают шанс выбиться в люди, и аристократы избавляются от лишних подозрений. Звучит логично, только опять всё упирается в количество призывателей. Они что, стучатся по домам в поисках подходящих людей или пользуются услугами посредников? Потому что я очень сомневаюсь, что для такой процедуры подходит прямо любой человек. Не говоря уже о возрасте. С малышами слишком много мороки, а взрослые не годятся вовсе, потому что Дар открывается до совершеннолетия. И даже с подростками наверняка не всё так просто.

Так и представляю, что Проклятые маги ходят по городам и весям, развешивая объявления. Мол, у вас есть лишний спиногрыз подходящего возраста? Тогда мы идём к вам!

Да нет, бред какой-то. Скорее всего, процесс происходит без участия адептов. Хотя бы в некоторых случаях. Тут опять же есть два варианта — либо чужую душу действительно можно подхватить случайно, как насморк, либо нет. Во втором случае нужен ещё какой-то дополнительный фактор. И больше всего для этой роли подходит магический артефакт.

Например, ритуальный нож, который я разбил. Авери не помнит начало церемонии, но паренька явно готовили к процедуре — одна кровавая пентаграмма на груди чего стоит. И тот финальный удар, который должен был покончить с его душой… Пока всё сходится. Заодно это объясняет, почему в момент моего пробуждения рядом находился только глава семейства и его верная телохранительница.

Пока не совсем понятно, как такие штуки попадают в народ, хотя отследить их гораздо сложнее, чем мага конкретной специальности. Спасибо продемонстрированному хранилищу для Проклятого кольца. И уж простые жители империи вряд ли смогут всё правильно нарисовать. Значит, им всё-таки кто-то помогает, одалживая инвентарь с инструкцией.

Если приплюсовать сюда дядюшкин рассказ, то ситуация не так уж и плоха. Нам нужно искать не опального мага, скрывающегося чёрт знает где, а всего лишь один из артефактов, циркулирующих по империи. Учитывая близость главной академии государства руку ставлю на отсечение, что один экземплярчик есть прямо здесь, в городе. Уж больно велик соблазн у местных при виде подтянутых курсантов, чья жизнь почти сложилась.

А ещё нужно пошарить в академии. Например, у нашего горячо нелюбимого наставника.

Плохо то, что времени у нас в обрез. Тенденция с ослаблением Авери мне категорически не нравится. Если так пойдёт и дальше, то его душа отлетит на тот свет без всяких проклятий и кинжалов…

От тяжёлых размышлений меня отвлёк белый силуэт, мелькнувший в переулке напротив. Освещение там было скудноватым, так что толком разглядеть ничего не получилось, но это точно кто-то из сегодняшних виновников торжества. Чёрный гвардейский плащ заслонил бы часть фигуры, да и что делать личной охране императора в такой глуши?

Кстати, а в какой именно?

Я огляделся по сторонам и первым делом увидел неподалёку морской маяк, расположенный на крайней оконечности мыса вокруг лагуны. В отличие от сияющего шпиля на городской ратуше, этот ориентир видно лишь с припортового района. Значит, побережье где-то рядом. Однако вопрос, какого чёрта здесь забыл кто-то из курсантов, остаётся открытым. Из уцелевших заведений в округе — одна лишь «Весёлая Русалка». Публика там пусть и благодарна курсантам, но не слишком подходит для увлекательного времяпровождения. Всё остальное закрыто до лучших времён или хотя бы до начала рабочей недели.

Я чертыхнулся про себя и поспешил следом. Уж больно подозрительно выглядела такая встреча. Мне тут по-хорошему тоже делать нечего, но мои ноги сами меня привели в наиболее тихую и безлюдную часть города. Оставалась надежда на то, что я просто не рассмотрел вторую фигуру и это просто парочка романтиков, решивших полюбоваться ночным морем. В таком случае просто извинюсь и свалю.

Однако силуэт, снова появившийся впереди, двигался в полном одиночестве. Я всё ещё колебался, пока тот не попал в свет одного из придорожных фонарей. Ночным гулякой оказалась Рина Кавано, собственной персоной. Перепутать её тёмно-вишнёвые волосы было практически не с кем, да и характерная пружинистая походка выдавала язву с головой. Наверняка она там у себя многокилометровые кроссы наяривала постоянно, потому что ноги у неё очень рельефные.

Теперь поворачивать восвояси окончательно расхотелось. Из всех знакомых курсантов встретить здесь представительницу «Нетопырей» я ожидал меньше всего. Она сейчас должна отрываться в каком-нибудь пафосном заведении, куда не брезгуют заглянуть даже местные аристократы, а не шляться по тёмным подворотням.

Чем дальше мы шли, тем сильнее становился запах моря, пока впереди не показался сам порт. Сейчас он был закрыт, и вся эта немалая территория контролировалась всего несколькими стражниками. Да и те сейчас, скорее всего, нарезают круги вокруг кабака. Есть ещё дежурные на кораблях, но им видно не дальше пристани.

Пожалуй, сейчас самое удобное время, чтобы совершить очередную пакость. Я старался ступать как можно тише, держа дистанцию, но пару раз едва не упустил одногруппницу из виду. Наконец та остановилась у каменного парапета, что окружал непосредственно сам порт. За ним рельеф резко обрывался вниз, превращая низенький заборчик в настоящую стену с внутренней стороны. Света здесь категорически не хватало, но я отчётливо разглядел какой-то увесистый предмет у неё в руках.

Дальше медлить нельзя — перемахнёт она сейчас через преграду, и потом ищи-свищи её там, в лабиринте припортовых построек, где царит тьма, хоть глаз выколи. Я ускорился, но аристократка против моего ожидания устроилась прямо на каменной облицовке, постелив на неё белоснежный китель. Никакого уважения к парадной форме.

Моё появление заставило её вздрогнуть от неожиданности, и она едва не уронила свою ношу, оказавшуюся на самом деле пузатой бутылкой с конусообразным горлышком.

— Твою мать, Дутвайн! Что ты тут делаешь?!

— У меня к тебе аналогичный вопрос, — пожал я плечами, подходя ближе.

Глаза понемногу привыкали к сумраку, разбавляемому светом маяка и дальних фонарей, и подмечали всё больше деталей. Девушка осталась в одной рубашке с галстуком и белоснежных брюках, и прятать ей при себе было решительно нечего. На крутобоких бёдрах была закреплена кожаная перевязь для меча, но нам сегодня благоразумно не позволили расхаживать с оружием. Однако в её руке тускло блеснуло что-то вроде шипа, не толще вязальной спицы.

— Ты что, следил за мной?!

— Только последние пару сотен метров, — не стал я отрицать. — Уж больно подозрительно тебя здесь видеть.

— А сам чего здесь забыл?

— Гуляю, свежим воздухом дышу.

— Вот и я, представь себе.

— Прости, но верится с трудом.

— А ты попытайся, — хмуро предложила она, вонзившись зубами бутылочную пробку.

Рывок головой и деревянная затычка с хлопком вылетела наружу. Девушка выплюнула её куда-то вниз, в кромешную темноту, и жадно присосалась к горлышку. В воздухе помимо йода и соли запахло переспелыми ягодами.

— Что-то ты не похожа на счастливую курсантку, — сделал я очевидный вывод. — Случилось чего?

— Да! Один придурок посидеть спокойно не даёт, а так всё в порядке! — огрызнулась она. — Вали уже к своим ненаглядным дурочкам, а то заревнуют.

— Перед кем ты сейчас выделываешься? Мне твои колкости до одного места, а зрителей здесь нет.

— Значит, если я тебя грохну, меня никто не обвинит!

— Я бы не советовал.

— Да-да, ты ж у нас великий герой… — она снова приложилась к бутылке, демонстративно растерев спицу пальцами, отчего та рассыпалась на мелкие крупинки. — Видела я, как ты дрался с Кортом. Без твоего вонючего Дара он бы тебя уложил.

— Корт, это твой бывший приятель? — уточнил я.

Сероглазый крепыш, разумеется, никакого наказания не понёс и благополучно прошёл все испытания. Я видел его в сообществе Лисандры, которая попала с ним в одну группу. Третья, кажется. Их наставник вырубил нас в коридоре при попытке экспроприировать мебель.

— Катись в Пекло!

— Сегодня куда меня только не посылали, — признался я, усевшись напротив. — Ладно, обещаю не злорадствовать. Вы всё равно были так себе парой… Только уж прости, но оставить тебя одну здесь не могу. Мало ли, что ты тут замышляешь.

Рина едва не поперхнулась от возмущения, и на мгновенье я приготовился уже ловить запущенную в меня бутылку, но аристократка всё-таки смогла взять себя в руки. Да и магазинов с выпивкой поблизости не наблюдалось, так что за новой порцией ей пришлось бы идти обратно в город.

— Думаешь, я причастна к этому?! — прошипела она, указав рукой темнеющее вдалеке море.

— Ну, твоя родня точно под подозрением, так как у них есть зуб на императора. А там орден разберётся, кто за этим стоял.

— Надеюсь, что не смогут.

— Переживаешь за свой клан?

— Нет. Когда я выпущусь отсюда, то сама найду виновного и выпущу ему кишки, — мрачно пообещала девушка. — И будь что будет.

— Даже своим родственникам?

— Особенно им. Такое… — она порывисто вздохнула и продолжила. — Прощать нельзя.

— Вот как, — я удивлённо цокнул языком. — Не думал, что тебя это так сильно впечатлит.

— А тебя, значит, нет?

— После некроидов уже как-то не особо, — пожал я плечами. — Они ведь тоже из тел погибших стругали свежее подкрепление. А ещё владели магией.

— Здесь другое…

Рина снова выпила, после чего неожиданно протянула бутылку мне. Сейчас она мало походила на привычную рыжую язву, и дело было вовсе не в полумраке. Отказываться я не стал и терпкая жидкость обожгла мне пищевод. Там оказалось вовсе не вино, а крепкая настойка на ягодах.

— У тебя что-то личное к заговорщикам? — предположил я, восстановив дыхание.

— О да! — кивнула она, принявшись расстёгивать левый рукав рубашки. — Видишь?

На её коже чуть выше узкого запястья темнело какое-то подозрительное пятно. Я быстро зажёг крохотный огонёк на пальце, чтобы тот не успел обжечься, и рассмотрел отметину подробнее. Больше всего это походило на застарелую колотую рану, вокруг которой набух кольцевой валик некроза. Осознание пришло ко мне раньше, чем погасло пламя.

Потому что я уже видел нечто подобное, и даже не раз.

— Гнилевик?!

— Ага, он самый…

Я прикинул время, прошедшее с инцидента, и усилием воли заставил себя успокоиться. Она бы успела уже несколько раз переродиться, укуси её кто-нибудь даже сегодня утром. Значит, зараза не прошла. Но всё равно это очень странно. Нас ведь всех осматривали после зачистки.

— Где это тебя?

— Ещё там, — Рина кивнула в сторону порта. — Вытаскивала человека из-под завалов, что организовала твоя рогатая дура, а рядом одного из недобитков присыпало. Если бы я отдёрнула руку, тот бы его цапнул.

— Неодарённого простолюдина? — удивился я. — Ты ведь даже людей, классом ниже себя, мусором считаешь. Неужели про долг аристократа внезапно вспомнила?

— Смейся-смейся, давай…

— Да нет, мне действительно интересно, почему? Такого я от тебя никак не ожидал.

— Ну да, это же не диверсия с кучей жертв, — она закатала рукав обратно и взяла протянутую мной бутылку. — Хотя в чём-то ты, может быть, и прав. Раньше мне на всю эту чернь было плевать. Просто…

Девушка прихлебнула настойку и продолжила:

— У меня была сестра… Нет не так. У всех нас чаще всего есть кто-то единоутробный. Братья, сёстры… Мы же с ней были нечто большим. Родились с разницей в пару минут — я всегда её догоняла, но никогда не могла. Рика была красивее, сильнее, умнее. Она обходила меня во всём, даже не сильно напрягаясь. При этом она была невероятно доброй и отзывчивой. Искренней, всегда говорила в лицо, что думает. Отец в шутку называл её белым соколом в нашей тёмной семейке или проще — Подкидышем. Она бы тебе точно понравилась… Я уверена, что окажись тогда Рика с вами, она бы пошла хоть к Вратам, хоть на зачистку этого сраного порта, чтоб он провалился! Так и вижу её в вашей сумасшедшей компашке. Храбрости ей было не занимать — впишется в любую авантюру, только помани. Всем вокруг хотела помочь, а в первую очередь — своей непутёвой сестрёнке. Меня это жутко бесило, если честно. Насколько я её любила, настолько и ненавидела. Больше только саму себя…

Я взял бутылку себе, ибо моя невольная собеседница прикладывалась к ней слишком часто. Того и гляди — напьётся. Алкоголь развязал ей язык, но он же мог следом его и завязать, вместе со всем остальным. Пришлось помогать в меру сил.

— В общем, на этом месте должна сейчас сидеть она, — вздохнула Рина, запустив пальцы глубоко в волосы, будто собираясь их вырвать. — И ты, герой-любовник, сразу забыл бы про своих истеричек. И Корт за ней бегал бы с высунутым языком, и вообще… Но случился тот проклятый шторм. Рика очень любила море, у нас одна из резиденций стоит прямо на северном побережье. Прямая противоположность этой холодной дыры. Вода там никогда не остывает, не то что здесь. У нас была собственная яхта — одна на двоих, но я на ней плавала редко. В тот день Рика тоже отправилась сама. Приближался штормовой сезон, и ей хотелось напоследок прокатиться. Она уговаривала меня поехать с ней, но на носу были выпускные экзамены. Рика никогда толком не готовилась, но сдавала всё легко. Я тогда психанула, наговорила ей много лишнего, и мы поругались. А потом случился шторм…

Моя собеседница замолкла, погрузившись в собственные воспоминания.

— Яхта затонула? — предположил я, когда пауза затянулась.

— Ха! — горько усмехнулась девушка, забрав у меня бутылку обратно. — Сразу видно, что ты не видел наших кораблей. Мы хоть и не морской клан, но флот у нас надёжный. Яхта спокойно пережила бурю и уже направлялась в гавань, когда экипаж заметил неподалёку тонущее судно. Какое-то старое корыто с соседнего протектората. Капитан не хотел рисковать, но Рика настояла на том, чтобы помочь. Конечно же… Они изменили курс и подошли к тем ублюдкам, что терпели бедствие. Это оказались залётные браконьеры без лицензии, так ещё вдобавок они умолчали о том, что выловили гнилевика. Те часто поднимаются к самой поверхности после шторма. Заражённых кое-как заперли внизу, только они вырвались до того, как яхта успела отшвартоваться. Нашим удалось в конце концов отбиться, но с потерями. Всё-таки в тесноте у этих тварей преимущество, сам видел. Некоторые нападали прямо из воды. Когда всё закончилось, выжившие осмотрели друг друга, как и полагается. Ужаленных оказалось двое — старпом и Рика. Она сражалась вместе со всеми, хотя могла запереться в каюте. Чаще всего одарённые не заражаются, но ей не повезло… В первый и последний раз в жизни.

— Соболезную.

— Катись в Пекло со своим сочувствием, Дутвайн! — фыркнула она. — Мне её никогда не заменить, я буду вечным разочарованием для родителей. Мне всегда подсовывают грязную работу, не интересуясь моим мнением… Знаешь, вчера я даже обрадовалась, когда меня ужалили. Правда. Думала, хоть уйду точно так же… Но нет, чёртов иммунитет сработал как надо. Ну почему я, а не она?!

Последнюю фразу девушка едва не прокричала, треснув со злости кулаком по камню. Хорошо, что место безлюдное, а то на нас точно бы обратили внимание.

— Так почему ты не стала сводить рану? — спросил я, кивнув на её руку.

— Она жутко болит и чешется, и мне от этого чуточку легче. Потом залечат, когда вернёмся в академию.

— Это не ответ.

— Я тайком мечтала, чтобы её не стало в моей жизни! Так лучше?! — огрызнулась Рина дрогнувшим голосом. — Даже в тот день, когда мне сообщили… Самым первым чувством у меня было облегчение, почти что радость. Так что я — та ещё мразь. Советую протирать бутылку, а то можешь отравиться.

Она вернула мне ёмкость, но следовать её совету я не стал. От настойки всё сильнее кружилась голова, так что правильно сформулировать мысль у меня получилось с трудом:

— Ты зря себя истязаешь. Твоей вины в гибели сестры нет, даже косвенной.

— Угу, как же.

— Поверь, тебе не стоит продолжать эту гонку, она не имеет никакого смысла. Просто ты — другая.

— В этом-то и проблема…

— Здесь нет ничего плохого, пойми, — продолжил я вправлять ей мозги. — Тебе кажется, что ты живёшь чужой жизнью, будто взаймы, но на самом деле эта жизнь — твоя собственная. Будь собой, а не пытайся заменить сестру. Не делай того, что тебе не по душе. Поступай, как считаешь нужным, а не как тебе велят. Когда ты угрожала расправиться с виновными и выбить из них всё дерьмо, это была Рина, а не Рика. Скажем так, не лучший образец для подражания, но человек, который не побоялся рискнуть своей жизнью.

— Я делала это для себя, — неуверенно мотнула она головой.

— Неважно. Всё равно твой поступок достоин уважения. Ты меня приятно удивила.

— Радость-то какая…

— Ещё ты жива и поступила в академию.

— Едва-едва смогла. И то, в самую отстойную группу. Рику бы взяли в числе лучших.

— Ты правда так считаешь? — со смехом уточнил я. — А как тебе тот факт, что в прошлой «отстойной» группе все сплошь высшие офицеры?

— Все выпускники рано или поздно ими становятся. Тоже мне, открытие! Для строевых болванов есть другие заведения, попроще.

— Вот именно, рано или поздно. Вспомни, сколько им всем лет, включая главнокомандующего.

Девушка замерла с приоткрытым ртом, после чего выругалась:

— Твою ж мать, а ты прав!

— Вот только не надо её поминать, — поморщился я, невольно представив госпожу Ануру. — Особенно на ночь глядя…

Глава 17

На Двипах мы вернулись только на следующий вечер — слишком много оказалось пассажиров, а второй корабль поутру отбыл в неизвестном направлении. Зато я смог в кои-то веки нормально отоспаться. Учитывая то, что мы с Риной завалились в гостиницу едва ли не под утро, такое вынужденое ожидание оказалось весьма кстати.

Разговор по душам благоприятно повлиял на девушку, и та сходила к целителям ещё до отплытия. Омертвение вокруг укуса распространялось всё дальше, и к вечеру могло добраться до запястья. Всех тараканов я из её головы не вывел, но хотя бы научил с ними мириться.

Ночные посиделки получили и другие последствия — девчонки теперь демонстративно не смотрели в мою сторону. И даже Ива бросала на меня осуждающие взгляды. Рина ещё больше подливала масло в огонь, загадочно улыбаясь на все вопросы. Со мной она вела себя подчёркнуто вежливо, что ещё больше бесило Кристу с Сатанией. Очень хорошо, что у меня появилась своё собственное спальное место, ибо больше коротать со мной ночи никто не хотел.

Как всегда эта вроде бы хорошая новость одновременно и огорчала. Сплошная неоднозначность…

Мебель нашей группе выдавали с таким скрипом, будто это была личная собственность интенданта академии. Тот практически от сердца отрывал каждую вещь, постоянно пытаясь всучить нам какое-нибудь неликвидное старьё. Фест не вмешивался, так что пришлось проявить настойчивость, не раз довводя сотрудника до белого каления. В итоге к концу дня у нас имелось пять вещевых шкафов, а так же полный комплект рундуков и коек. С этим уже можно было жить.

В качестве маленькой мести нам всучили ту самую недонесённую кровать, что треснула в результате тарана. Я забрал её себе и как смог подремонтировал подручными средствами. Заниматься на ней чем-то активным было опасно, а вот спать — вполне реально, если не сильно ворочаться. Своё койко-место появилась и у остальных ребят, однако Алонсо просто придвинулся к Иве, расширив их совместное ложе. Пара окончательно сложилась, и даже Рина перестала зубоскалить по этому поводу.

Омрачала нашу радость только чёртова многоножка, что прогрызла новую щель прямо в стене, пока нас не было. Благо бывшая обитательница жилой комнаты не успела вдоволь порезвиться, испортив лишь пару комплектов белья и притащив сюда какую-то дохлую мохнатую тварь. Местный аналог крысы, как я понял, только без хвоста и с шестью лапами. Ну и размером с хорошую такую ондатру. Девушки категорически отказались прикасаться к ней, так что утилизацией трупика пришлось заниматься нам с Алонсо.

Наверное, многоножка решила устроить здесь пищевой склад, либо просто издевалась над нами. Мы заколотили и зацементировали при помощи Сатании все отверстия, вплоть до самых крошечных, а Тори предварительно напихал туда прикупленную в городе отраву. Его кровать находилась ближе всех к дальней стене, и целитель каждую ночь страдал от бесконечного шороха и скрежета. Да и не только он.

Однако жаловаться наставнику было бесполезно. Фест с самого начала заявил, что со всеми проблемами курсанты должны справляться самостоятельно. И вообще, к концу обучения мы должны стать настоящими машинами смерти, купающимися в крови врагов. Если у тех нет крови, это уже их собственные проблемы. Топчите кости, как говорится.

Что ж, учитывая нынешнее положение государства, мирное просиживание штанов в каком-нибудь штабе нам и правда не светило. Пусть у империи не осталось достойных конкурентов, воевать ей всё равно требовалось постоянно. И не только с нежитью. Государства-сателлиты то и дело поднимали голову, не говоря уже о разбойничьих набегах различных группировок. Больше всех доставляли проблем сородичи Сатании, а так же пираты северных морей. И это не считая межклановых стычек, что проходили с завидной регулярностью.

Всё-таки иметь раздробленную вассальную армию — не самая лучшая идея. Мало того, что различные части и формирования не спешат приходить друг другу на помощь, так они ещё и систематически грызутся между собой. Поэтому от империи пытаются отщипнуть кусок все, кому не лень. И у некоторых это даже получается. Единственными представителями эффективной «сборной солянки» можно считать экспедиционные корпуса, но они чаще всего всмятку разбиваются об Тёмный континент.

А ведь это наиболее боеспособная часть войск…

Я до сих пор не проникся важностью таких жертв, однако нам во всём этом бардаке предстояло участвовать ещё не скоро. Годика через три.

После того, как мы окончательно обжились, наступило время долгожданного Посвящения. Нас отправили причащаться в местный храм, расположенный на крупном острове центральной гряды архипелага, где даже присутствовала кое-какая растительность, вплоть до карликовых деревьев. Само здание заметно отличалось от всего остального архитектурного ансамбля — более плавные формы, множество шпилей на крыше, а так же странные выступы на стенах, как будто продавленные изнутри. Лично у меня сложилось впечатление, что здесь постарались другие мастера, не прикасавшиеся к остальным зданиям академии.

Вход внутрь и вовсе представлял собой настоящие ворота, к которым вела широкая лестница, истёртая миллионами подошв. Некогда гладкий камень был натурально продавлен в местах, где чаще всего ступали люди. Мы же пошли широким фронтом, ибо на Посвящение отправили сразу весь поток. Благо сооружение позволяло не сильно толкаться локтями.

Стоило подняться на порог местного Шаолиня, как створки ворот распахнулись, и к нам торжественно вышел настоятель храма — шкафообразный верзила с тяжёлым лицом, напомнившим мне почему-то неандертальцев. Наверное, из-за крупных надбровных дуг и квадратного подбородка. Даже улыбка, с которой он нас приветствовал, выглядела как-то хмуро. Если бы не просторная жреческая тога, расшитая серебром, я бы ни за что не признал в нём священнослужителя. Переодеть его — и будет типичный вышибала в кабаке. Даже простые стражники, не выглядящие особо образованными, и то смотрелись бы на его фоне титанами мысли.

Здоровяк с высоты порога оглядел всю нашу толпу, после чего гаркнул хорошо поставленным голосом, похожим на рык:

— Возрадуйтесь, ибо вы достойны здесь находиться!

Курсанты, ещё недавно переговаривающиеся между собой, разом стихли.

— Вам осталось сделать последний шаг, — торжественно продолжил жрец. — Многие из вас уже предстали пред богами, но верность империи должна стоять выше, чем верность своей семье, запомните это раз и навсегда!

Слова хорошие, и даже правильные, но вот у меня почему-то сразу возник скепсис по этому поводу. Взять хотя бы самую верхушку аристократии, включая Высший Совет. Там о нуждах отчизны не особо задумываются, решая сугубо личные задачи. Пропихнуть своего ставленника в самодержцы, расширить сферы влияния и прижать конкурентов — вот и вся основная программа. Если для этого нужно снести немаленький прибрежный город — не беда. И плевать, что там рядом важнейшее учебное заведение, где вполне могут учиться наследники кланов-заговорщиков.

Это даже не преступление против совести, а против самого здравого смысла. Здесь к собственным детям относятся как к расходному материалу, не говоря уже про чужих. Нет ничего удивительного в том, что эта цивилизация зашла в тупик. Скорее, не совсем понятно, как она до сих пор ещё существует с таким подходом.

Человек, который хочет что-то поменять в этой прогнившей системе, сразу же становится врагом номер один. Не сильно удивлюсь, что спешка, с которой Эндин отправился в самоубийственную экспедицию, заключается не только в его желании прославиться. Как сказал Иолай, слишком много тот успел натворить. Не знаю, что именно, однако хвост высшей аристократии брат Кристы прижал очень болезненно.

Да и прочие кланы не лучше, включая мою так называемую «родню». Одного поля ягодки. Им только дай волю, и они будут творить ту же самую дичь, если не хуже. Божественная клятва — тоже мне, стоп-кран нашли…

Закончив с вводной частью, настоятель пригласил нас в храм. Внутри оказалось не так уж и темно, благодаря множеству светильников, в том числе и обычных, на масле. Стены украшала сложная мозаика, в основном изображавшая всякие батальные сцены. Как на суше, так и в море, и даже в воздухе. Помимо боевых кораблей там угадывались силуэты всадников на уже знакомых мне летающих ящерах. А вот бились они против крылатых людей — почти что ангелов, только без нимбов. Зато с мечами и прочим оружием. Любопытные создания, я о таких даже не слышал.

Как и в наших земных храмах, большую часть внутренней площади занимал центральный зал. Разве что здесь вместо купола был высокий потолок, расписанный до самого свода. Всю эту конструкцию поддерживали различные колонны, изображавшие местных божеств в полный рост. Вместе они образовывали круг, в центре которого мы и встали. Настоятель же взошёл на возвышение рядом с гигантским кристаллом около полутора метров в поперечнике, частично закованным в металл. По всему выходило, что это и есть местный алтарь.

Кому бы магический камешек не принадлежал раньше, размером это существо было немногим меньше самого храма. Жрец возложил на кристалл руки, засиявший не хуже прожектора, после чего начал пространную проповедь. Я старался ловить каждое слово, формируя из вычурных речей простую и более-менее понятную картину.

Итак, на Заре Времён богам наскучило повелевать одними неразумными существами, и они сотворили мыслящих тварей по своему образу и подобию. Знаем, проходили. Те оказались теми ещё божьими тварями, и попытались свергнуть своих создателей. Завязалась война, в которой кануло множество народов, да и самих богов тоже. Так продолжалось довольно продолжительное время, пока на помощь небесным сущностям не подоспели… Люди.

Человеческая раса оказалась крайне живучей и смышлёной, за что была особо награждена богами. Каждый из уцелевших небожителей наделил своих избранников способностями, чтобы те и дальше им всячески помогали. Чем конкретно занимаются небесные покровители, жрец внятно так и не смог объяснить. Сами божества в людскую жизнь вмешиваются крайне редко, но если уж такое произошло, нужно во чтобы-то ни стало исполнить их волю. Обычно толкованием приказов «сверху» и занимаются священнослужители. Как удобно!

В общем, типичное: «копай вот тут от забора до обеда, а я пока уточню, где надо». В большинстве же случаев небожителям вполне достаточно того, чтобы подопечные использовали и развивали их Дары. Так что обучение в императорской академии со всех сторон — богоугодное дело.

Закончив с рассказом-проповедью, жрец принялся перечислять покровителей, предлагая адептам занять место возле их изображений для принесения клятвы.

Единства в местном пантеоне и близко не наблюдалось, а у многих помимо полезных Даров имелись ещё и Проклятия. Тут уж как повезёт. Рекордсменом по данной части без всякого сомнения являлся Незримый, которого чаще всего изображали никак. Я и в храме ожидал увидеть пустое основание, но видимо конструкция не позволяла обойтись без колонны, так что архитекторам пришлось выкручиваться. В итоге они соорудили гладкий столб из прозрачного материала, похожего на стекло, но гораздо крепче.

Незримый, согласно своему имени, ведал всяким неосязаемым и непознанным, вроде души. Чаще всего одарённых этим божеством забирали в орден, либо помещали под надзор с полным запретом развития, и лишь в редких случаях им позволялось стать полноценными гражданами империи. На весь наш курс нашёлся лишь один единственный представитель Безликого — тихоня-Анка. Девушка, поёжившись от многочисленных взглядов, подошла к прозрачной колонне и осторожно прикоснулась к ней ладошками.

Следующей в колонном ряду шла змееподобная женщина, именуемая Юкавой — повелительница пси-способностей и всего, что связано с разумом. Соорудили её из странного ячеистого минерала, похожего на соты. Из нашей группы никто к ней не принадлежал, как и к Видящему — единственному обладателю глаза среди безликих божеств. Лица остальных представляли собой гладкие полусферы без единой морщинки. Даже у тех, кто совсем не походил на человека.

К таким относился прежде всего Ар-Карра, напоминавший утыканного шипами китайского дракона с множеством лап. Он повелевал магическим метаморфозом и трансмутациями. К нему отправилась Сатания вместе с другими одарёнными из прочих групп, среди которых оказалась Лисандра. Фурия наградила её испепеляющим взглядом, после чего вслед за остальными прикоснулась к своему покровителю, сделанному из красного камня.

Вторым среди откровенных нелюдей среди божеств был местный аналог щупальцеголового Ктулху, который даже назывался созвучно — Тхорис. Его стезя — всевозможная мистика, вплоть до телепортации, что является одним из страшнейших Проклятий. Таким «счастливчикам» спокойной жизни не видать никогда. К счастью, Калдану и прочим адептам бога с тентаклями достались более безобидные способности.

За природную магию отвечал обладатель единственной деревянной колонны — Анхель. Его фигура напоминала антропоморфное растение, с корнями в качестве конечностей, древоподобным торсом и цветущей головой. Этакая мандрагора на максималках. Он одаривал не только всяких друидов с анимагами, но и покровительствовал целителям. Так что наша группа лишилась ещё и Тори с Ивой.

Следом за ними ушла пара из Эхарта и Алонсо к металлическому мужику с тремя головами. Триединый, он же Ортан-прародитель — эксперт по боевой магии и заклятьям. Я совсем не удивился, увидев подле него и Корта. Бывший приятель Рины являлся представителем клана «Дракон», славящимся на всю империю своими воинами. Дариана Бриатос, она же — Вечно Вторая — являлась ему какой-то там бабушкой.

Моя недавняя собутыльница отравилась к Асуре — той самой женщине, завёрнутой в крылья летучей мыши. Спектр полезных способностей у этого божества был довольно узок, в основном вращаясь вокруг магии Крови. А вот всяких Проклятий, включая некромантию, у неё имелось предостаточно.

И, наконец, Первостихия и Таннум, он же — Хранитель Тела. И если Криста сразу направилась к завёрнутой в балахон фигуре, то я оказался в роли красивой и умной обезьянки, которая не могла разорваться. С одной стороны огненная магия обязывала меня последовать за одногруппницей, а с другой — окружённый черепами культурист будто бы смотрел на меня со справедливым укором. В отличие от родового святилища здесь его фигуру вырезали из костей, скрепив их между собой каким-то прозрачным раствором.

Вскоре я остался в одиночестве, чем обратил на себя внимание настоятеля:

–Что же ты медлишь?

— Не могу определиться между покровителями, — честно ответил я.

— Ступай к тому, чьими дарами пользуешься чаще. Не бойся, они договорятся меж собою.

Я прислушался к совету жреца и ушёл к Первостихии. Всё-таки это моё родное божество, а Таннуму пусть молится Авери после нашего разъезда.

Стоило мне прикоснуться к колонне, как перед глазами всё резко закружилось, вынуждая их инстинктивно закрыть. Однако темнота так и не наступила — перед глазами снова встали образы божеств, почти неотличимые от своих изображений. Возможно, их рисовало моё воображение, но за этой картинкой точно скрывалось что-то древнее и могущественное. В отличие от Инициации, на этот раз фигура, закутанная в плотный балахон, оказалась далеко впереди остальных.

— ПРОДОЛЖАЙ… ЗАЩИЩАТЬ… ЛЮДЕЙ…

Голос у божества оказался специфическим — в нём каким-то непостижимым образом чувствовался и рёв огня, и журчание воды, и даже треск льда. Выдавив из себя пожелание, Первостихия намеревалась вернуться обратно к коллегам, но у меня уже был опыт общения с потусторонним, поэтому я мысленно обратился к фигуре:

«Прошу, дай совета! Мне нужно спасти душу, место которой я занимаю».

— ДОСТОЙНЫЙ… СМОЖЕТ!

С этими воодушевляющими словами меня выплюнуло обратно, да так стремительно, что лишь колонна не дала мне упасть. А когда я немного пришёл в себя и перестал её обнимать, как родную, то увидел вокруг удивлённых адептов. Ближе всех оказалась Криста, с тревогой смотревшая на меня.

— Ты прям как тогда…

Девушка осеклась, но никто не обратил на её слова внимания. Мало ли, что она имела в виду. Я вытер сочащуюся из носа кровь и поинтересовался:

— Долго меня не было?

— Почти полный оборот…

Надо же, как быстро летит время в местном астрале. Минута прошла совершенно незаметно. Хотя это я понял ещё после общения с огненной птицей, спасшей Авери. Клановые символы не просто красивая геральдика, а нечто большее — не зря же их статуи расположены прямо в храмах. Я на всякий случай позвал соседа, но тот как назло молчал. Хорошо хоть в душе не чувствовалось той пустоты, когда в меня прилетел рикошет проклятия.

Тем временем к нам приблизился сам настоятель, тяжело переступая с ноги на ногу. Курсанты почтительно расступались перед ним, перешёптываясь о чём-то своём. Наверное, делились впечатлениями.

— Смотрю, боги не зря отметили тебя своим вниманием, — произнёс задумчиво жрец, встав передо мной. — Что тебе было сказано?

— Защищать людей.

— Вот как…

Верзила ещё больше нахмурился. Кажется, мой чистосердечный ответ его разочаровал. А вот я мог только порадоваться, ведь спасение получается у меня лучше всего.

— Что ж, им виднее, — произнёс наконец настоятель, после чего продолжил уже во весь голос. — Слушайте все! Вы можете посещать это место когда захотите, двери для вас всегда открыты. Но помните, что покровители наблюдают за вами не только здесь.

— А наша клятва? — поинтересовался кто-то из однокурсников.

— Принята, — лаконично ответил жрец. — Иначе вы были бы уже мертвы. Храните верность богам, чтобы ни случилось!

С этим напутствием он отпустил нас восвояси. Курсанты гурьбой потянулись на улицу и вскоре храм вновь опустел. Чтобы избежать новых вопросов я поплёлся следом, но уходить далеко не стал, усевшись на нижних ступеньках. Голова всё ещё кружилась, а целебный источник поблизости отсутствовал. Приходилось восстанавливаться по старинке — через отдых.

Странно, что никто не остался рядом, но так даже лучше. Хотелось немного тишины.

Когда мне стало чуть получше, вернулся Авери. Оказывается, у меня энергия просела едва ли не до дна, вот его и отрубило. Сосед сообщил, что видел самого Хранителя Тела, но тот ничего ему не сказал. В принципе, как и подавляющему большинству курсантов.

Чем больше я думал про здешнюю религию, тем меньше её понимал. Если с Дарами всё понятно, то как быть с Проклятиями? Ведь их, как выяснилось, раздаёт большая часть пантеона, а не какое-то конкретное божество-злыдень. Какой в этом смысл? Первым делом напрашивается наказание по типу кары небесной, но вряд ли несовершеннолетние успели так сильно нагрешить. Значит, вся проблема в трактовке, что тоже ни разу не удивительно.

Что-то тут явно не так…

Хорошо хоть от меня не потребовали чего-то такого, что можно толковать двояко. Даже Авери — человек, и сберечь его моя святая обязанность, получается.

«Короче, у нас теперь есть божественное благословление», — обрадовал я соседа.

Парень воодушевился, а вот меня что-то разобрала меланхолия. По себе знаю, что иногда накатывает такое чувство после важного этапа в жизни. Я смотрел на удаляющихся однокурсников и гадал, кто из этой толпы может быть демоном. Переселиться в такое тело и выдворить захватчика было бы идеально. Вот только это будет слишком опасно, а главное — совершенно не стоит потраченных усилий.

Меня вполне устроит «обычная» жизнь с поправкой на этот чокнутый мир. В академию я рвался лишь бы выиграть себе время и убраться подальше от собственного клана. Не без огрехов, но в целом это у меня получилось. Конечно, неплохо будет занять место повыше, но я не настолько честолюбив, чтобы рисковать нами только ради социального статуса.

В конце концов, даже если каким-то чудом всё получится, Дар предыдущего владельца уйдёт вместе с ним. А моя родная огненная магия моментально меня же и выдаст. Поменяться именно с пиромантом? Таких вроде бы есть парочка на курсе, но это уже будет чистая сказка.

Значит, пойдёт любое тело не прекрасной половины человечества, простившееся с душой, и плевать на возраст. Живут здесь долго, так что время у меня будет. Пенсионером я в прошлой жизни так и не стал, и даже до кризиса среднего возраста не дотянул, так что всё равно не страшно. Молодость это прекрасно, спору нет, но проклятые гормоны сведут меня с ума. Скоро шею себе сверну каждую девушку голодным взглядом провожать.

Силы вроде бы понемногу вернулись, и я с кряхтением поднялся на ноги. Нет, про старость, пожалуй, погорячился. Сойдёт только на самый крайний случай. А пока нужно возвращаться на центральный остров, а то ужин пропущу. Он у нас не то что бы сытный и вкусный, но уж какой есть. Тем более, деньги на добавку ещё остались.

С этими мыслями я доковылял до моста, где меня уже поджидали. Только это были не мои ребята, а совсем наоборот. Поначалу я вообще не узнал троицу в форме учащихся, и лишь когда меня окликнул один из них, в памяти всплыли наши с Кристой посиделки в таверне. Слишком много с того времени случилось всякого.

— Эй, сморчок рыжий! Вот мы и встретились…

Точно, это тот самый заводила вместе со своими приятелями-второкурсниками. Все трое крепкие, резкие и самоуверенные. Впрочем, других здесь не обучают.

— Соскучился? — вздохнул я, разминая плечи.

Моё состояние не особо располагало к драке, но вряд ли это кого-то волнует. Старшие кадеты обступали меня полукругом с гадкими улыбочками. Ну да, для них это развлечение. Отступать с моста некуда — только в воду, плескавшуюся в паре десятков метров под нами. Кстати, неплохой способ избавиться от тела в случае чего…

Вряд ли парни решили покушаться на мою жизнь, хотя возможно всё.

— Представь себе! — хохотнул заводила, полностью уверенный в собственных силах.

— Польщён. А вот по вам никто скучать не будет.

Я сжал кулаки, приготовившись, к лютой драке, и сам не удержался от кривой ухмылки. Противники не обратили на это никакого внимания, а зря.

Ведь с противоположной стороны моста ко мне спешила рогатая девушка, у которой феноменальный нюх на всякие потасовки…

Глава 18

Как известно, победа в соревновании между белкой, рыбой и птицей будет заключаться лишь в месте его проведения. Даже в обычных академиях нет тотальной уравниловки для обучающихся, а уж в магической — тем более. У каждого курсанта есть свой собственный потенциал, который нужно раскрыть и обточить до бритвенной остроты. Даже среди одного класса — атаки или поддержки — не может быть единого стандарта развития. Хотя бы из-за различий в Дарах.

В академии это прекрасно понимали, поэтому лишь часть занятий у нас были общими, а всё дальнейшее уже зависело от личных возможностей и предпочтений. Я записался куда только мог, и наутро, после отсидки в карцере, отправился на курсы по углублённому фехтованию. А почему бы и нет?

Личное оружие для офицера не только статусная вещь, но и зачастую — весомое подспорье в бою. Особенно для тех, кто не предрасположен к активной боевой магии. В моём случае можно было вполне ограничиться общей программой подготовки, но я помнил про своё обещание Хивее. Да и в целом, после столкновения с гнилевиками огненная магия уже не казалась мне столь универсальной.

А порой и вовсе нужно каким-то образом обходиться без Даров. Вот как вчера, например.

Ночь после потасовки прошла на редкость скверно — в здешнем карцере, который представлял собой одноместную камеру без всякой мебели и с дырой в качестве туалета. Ибо удобства проштрафившемуся кадету ни к чему. Спать пришлось прямо на каменном полу, так что не будь подогрева от Источника, визит к урологу мне был бы гарантирован. А так я размялся спозаранку, наскоро перекусил в столовой после отсидки и более-менее пришёл в норму. Не считая многочисленных синяков и ссадин, а так же одного выбитого зуба.

Ничего страшного — до ста лет они, считай, молочные, и со временем отрастают. Нужно просто больше налегать на богатую кальцием пищу. А до того не улыбаться слишком широко. Хотя Сатания заявила, что с прорехой мой оскал стал выглядеть даже брутальней. Веры ей, конечно, никакой — она та ещё извращенка.

Куда печальней то, что за вчерашнюю драку с нас сняли по двадцать единиц успеваемости, которые я для собственного удобства переименовал в баллы.

В академии даже система оценок похожа на соревнование. У каждого курсанта есть личный счёт, который пополняется в зависимости от его успехов в обучении. Ну, а всяческие «залёты» его наоборот, сокращают. Само собой, чем больше у тебя баллов, тем лучше не только для тебя, но и для всей группы, потому что для них результаты учащихся суммируются, образуя общий рейтинг. Те, кто окажется внизу по итогам полугодия — лишатся по одному кадету. Естественно, не из отличников.

Сейчас на отчисление претендовали мы с Сатанией. С другой стороны, было весело, а для второкурсников ещё и поучительно. Они рассчитывали на весёлое развлечение, а в итоге получили побоище на ровном месте. Победа, как ни крути, осталась за нами, пусть нас и разняли слишком быстро. Причём сделал это сам настоятель, с проворством бывалого вышибалы. Не зря мне показалось, что у него в этом большой опыт.

Я ожидал, что с утра по нашу душу явится Фест с ведром скипидара, однако у нашего наставника были какие-то свои дела. Так что нас отпустил один из надзирателей, без всяких нравоучений. Можно сказать — легко отделались.

В итоге собирающихся плотно заниматься фехтованием набралось человек сорок с лишним. В основном это были представители поддержки с редкими вкраплениями атакующих. Из нашей компании отправились все, кроме Ивы, потому что у целителей своя программа. Так что её место занял Калдан. Больше всех рвалась туда Сатания, решившая доказать всем и каждому, что её распределили неправильно. Но даже я прекрасно понимал, что все её успехи в ближнем бою нивелируются дистанцией. Здесь расчёт простой — чем дальше ты можешь поразить врага, тем выше твоя эффективность.

Для меня все эти роли и условности не имеют существенного значения. Поддержка, атака — какая разница? Главное — быть полезным в бою, а не обузой, что бабахает лишь по великим праздникам.

Все занятия с холодным оружием проходили в отдельном здании, до которого пришлось добираться добрых двадцать минут, с острова на остров. Считай, что утренняя пробежка получилась. Ребята уже позанимались с утра пораньше, а вот мы с фурией едва поспели к завтраку, переодеваясь в тренировочные костюмы уже на бегу. Особого восторга от нашей выходки никто не испытывал — над группой нависла нешуточная угроза стать аутсайдером. Стартовые баллы, начисленные всем поступившим в качестве приветственного бонуса, с нас благополучно списали после злополучной истории с мебелью, так что «тринадцатая» в итоговом зачёте ушла в минус.

Пока что мы полностью оправдывали свою дурную славу.

Исправлять это предстояло прилежной учёбой, в том числе и фехтованием. Лучшие ученики получают больше всего баллов, так что я надеялся не ударить в грязь лицом. База у меня скудновата, зато боевой практики было куда больше, чем у остальных.

Встречали нашу маленькую толпу сразу трое работников оружейного полигона, которые проводили нас в просторное помещение, уставленное многочисленными стойками с тренировочным инвентарём. Спасибо, хоть не деревянным, просто без заточки. Обычные тупые болванки. До занятий с боевым оружием ещё нужно было дорасти, поэтому все без дополнительных понуканий принялись искать себе подходящие клинки и прочие орудия умерщвления.

Для моих одногруппников такой подход оказался весьма кстати. Свои личные игрушки они так и не вернули, и даже Калдана отправили на учёбу с пустыми руками. Щедрость подземной общины не знала границ. Один я имел приличный клинок, но ещё не понятно, чего от него в итоге будет больше — проблем или пользы. Несостоявшийся владелец подложил мне ту ещё свинью, сгинув от рук Серой Стражи.

Интересно, на чём он всё-таки прогорел? И ведь не спросишь…

Я прогулялся вдоль оружейных стеллажей, внимательно осматривая ассортимент, и вскоре остановился на простенькой сабле. Даже не пустынной, а вполне обычной. Не совсем то, что мне нужно, но с подходящими лезвиями здесь имелись только мечи. Судя по состоянию рукояти, этим оружием давненько никто не пользовался, но клинок был в полном порядке, как и все прочие. Учитывая количество инвентаря, местные работники заслуживали отдельной похвалы.

— Одобряю, — хмыкнул один из однокурсников, мимоходом взглянув на моё оружие. — У нас бродяг с такими сабельками обычно сразу вешают.

Судя по его светло-оранжевым волосам это был очередной юный аристократ. К сожалению, непонятно из какого клана, потому что в облегающем тренировочном костюме татуировку на плече не разглядишь. Сам он выбрал классический двуручник и держал его достаточно уверенно. Явно тренировался с подобными штуками у себя в замке.

— У нас предпочитают судить человека по его делам, — спокойно ответил я, примеряясь к новому оружию. — А ещё мы никогда не компенсируем свои комплексы длиной меча.

— Чего?!

Взревевшего парня остановили свои же дружки, потому что за драку на занятии он одним бы карцером точно не отделался. Да ещё и учитывая то, что мы все здесь повально вооружены. Я на месте здешних работников не сводил бы глаз с горячих на голову первогодок. Но вместо этого сопровождающие удалились, оставив лишь одного наблюдателя.

Возможно, им просто было не до нас. В здании вовсю кипела жизнь — дымила и лязгала металлом кузня, располагавшаяся в большой пристройке, а пока мы шли в оружейную, нам по пути попалось ещё несколько помощников, занятых своими делами. Кто-то чинил амуницию, а кто-то наводил порядок после очередных занятий. Даже в этом зале прямо сейчас трудился дедушка с жиденькой седой бородкой, тщательно подметая пол черенковой метлой.

Как всегда при виде уборщика за работой меня невольно кольнула совесть, что мы так бессовестно тут натоптали. Что поделать — накануне прошёл очередной ливень, и даже передвигаясь исключительно по камням невозможно сохранить обувь в чистоте.

Тем временем последний наблюдатель тоже нас покинул, напоследок посоветовав поспешить с выбором. Сатания с Алонсо уже давно вооружились, а вот Калдан продолжал хмуро бродить туда-сюда, скользя расфокусированным взглядом по грудам не заточенных железок.

— Смотри сюда, — позвал я его. — Кажется, здесь кое-что как раз для тебя.

Подземник со скептическим выражением на лице подошёл ко мне и тут же просиял. Среди коротких копий, явно предназначенных для метания, затесалось странное орудие, похожее на адскую смесь кирки и молотка. Этакий утяжелённый гвоздодёр, только без прорези под шляпку. Я поднатужился и припомнил, что подобный инструмент у нас на земле вроде бы назывался клевцом. Настоящий боевой молот, а не те громоздкие штуки, какие обычно рисуют в фэнтези. Его главное предназначение — пролом брони и щитов противника. Ну и гвоздик им при желании тоже можно забить — двухсотый, например.

Калдан обрадованно выудил оружие и закрутил его в руках, словно тростинку, хотя весу в нём было немало. Ударную часть «клюва» специально закруглили, как и отбойник на обухе, но даже так под эту дуру категорически не хотелось подставляться. Переломает кости запросто.

Пока мы подбирали игрушку для долговязого зверолюда, остальные уже успели заскучать. Одни сунулись к дверям в надежде позвать работников, которые про нас явно забыли, другие же окликнули пожилого уборщика, куда нам идти дальше. Но тот оказался слишком увлечён своей монотонной работой, и не обращал ни на кого внимания. Его голова была плотно замотана длинной тряпкой в несколько слоёв по типу тюрбана, полностью закрывая уши, так что вполне возможно он попросту никого не слышал.

— Эй, старый хрыч! — не выдержал аристократ с двуручником, подойдя к нему вплотную. — Ты глухой?!

Я уже было хотел отдёрнуть невоспитанного курсанта, вместе с приятелями обступившего дедушку, но тут со стороны двери до меня донеслись озадаченные голоса:

— Может, не в ту сторону?

— Да говорю тебе, закрыто!

Я бросил туда быстрый взгляд и увидел, что парочка однокурсников безрезультатно дёргает ручку двери. Похоже, нас заперли. Ох, не к добру это…

Но не успел я толком встать в оборонительную стойку, как мимо меня прокувыркался тот самый парень с оранжевыми волосами. Правда, уже без длинного меча и с разбитым в кровь лбом. Учитывая недавнюю дистанцию между нами, ускорение ему придали солидное. Благо, он не затормозил об какую-нибудь оружейную стойку, иначе его пришлось бы собирать по частям.

Его приятели отлетели следом, так и не среагировав на действия безобидного с виду уборщика. Тот лихо раскидал их одной метлой, после чего куда-то испарился. Искать его глазами долго не пришлось, но увиденное меня озадачило. Дедок возник одновременно в нескольких местах, разом атаковав чуть меньше десятка человек. В том числе, и меня. Вот только я к тому времени был уже полностью готов.

Деревянный черенок метлы со свистом рассёк воздух в том месте, где только что находилась моя голова. Я прямо в ускорении атаковал в ответ, но старик снова исчез. Причём буквально. У меня не получилось отследить взглядом даже остаточного движения, как в случае с Фестом, двигавшемся на запредельной скорости. Очень странно.

Следом за мной принялись применять дары и оставшиеся на ногах курсанты. До каждого уже дошло, что это не обычный бой, и сдерживаться смысла нет. Только активно атаковать размножившегося уборщика могли от силы несколько человек. Криста вхолостую выпустила в него несколько сосулек вслед за остальными стрелками, а я не стал даже тратить сил на огненный шар. И так понятно, что таким его не проймёшь.

Точнее — их, учитывая количество противников. Вроде не пил, а в глазах рябит…

Всё, чего удалось добиться ребятам, это зацепить чалму одного из дедушек, что продолжали методично сокращать численность стоящих на ногах курсантов. Бил он беспощадно, ломая кости и выбивая дух из тех бедолаг, кто не успел защититься. И это — простой деревяшкой, без всяких окантовок! Что интересно, прореха в головном уборе тут же появилась и у остальных копий, что вселило в меня некоторую надежду.

Значит, он один, просто в нескольких местах одновременно. Как бы это дико не звучало.

К сожалению, мы все оказались разобщены, и старички могли преспокойно атаковать нас поодиночке. И лишь Сатании удалось не только отбиться, но и атаковать в ответ. Фурия сделала топорище тренировочного оружия подобно эластичной резине, раскрутив его над головой. В итоге получилась странная пародия на кистень, которая едва не снесла одной из копий голову. Однако и тут пострадала лишь чалма, окончательно развалившись на лоскуты.

Многочисленные копии дедушки блеснули потной лысиной, из которой торчала пара загнутых рожек. Не таких красивых, как у Сатании, а более тонких и кривых. Фурию такое открытие настолько удивило, что она пропустила момент, когда её оружие снова стало нормальным. Рукоять топора растрескалась, и девушка получила черенком от метлы прямо промеж своих рогов. Стук получился такой, что его наверняка было слышно на соседнем острове.

Криста подхватила завалившуюся подругу, и едва сама к ней не присоединилась. Лишь усилиями Алонсо, создавшего воздушный щит над девчонками, одна из копий не добралась до Снегурочки. Другие защищались как могли, но число обороняющихся курсантов неуклонно сокращалось. Ко мне дед сунулся всего раз, и я снова не смог его подловить.

Престарелый зверолюд был воистину неуловим и при этом вездесущ, как голодный комар ночью. Он резко возник за спиной Алонсо, отправив его в нокаут ударом по затылку, и запросто увернулся от яростного выпада Кристы, перебив ответным выпадом ей руку. Я подскочил к ней на помощь, но проклятый уборщик снова исчез. Девушка с гримасой боли на лице перехватила клинок другой рукой и заняла оборонительную стойку, прекрасно понимая, что следующая атака станет для неё последней.

Меня захлестнули эмоции Авери, вскипятив кровь в венах. Но я не дал ярости затмить свой разум. Гнев должен помогать, а не мешаться. За эти несколько бесконечно долгих секунд боя мне удалось сделать несколько важных наблюдений — количество копий постоянно, и если где-то одна исчезает, то в другом месте обязательно появляется. Оставалось лишь скрипеть зубами и ждать.

Вот упал неплохой мечник, стоявший бок о бок с учащейся из другой группы. Явная пара судя по реакции девушки, которая отвлеклась на парня и упала рядом. Следом на пол отправился Калдан вместе со своей боевой мотыгой. Он отмахивался до последнего, но хитрый дедок полностью разрядил его Источник, резко сыпанув на подземника пригоршню песка, что до этого подметал по углам. Дар искажения траектории отразил каждую песчинку, после чего Атма у бедолаги оказалась высушена до самого дна. Уборщику даже не пришлось толкать нашего одногруппника метлой — тот рухнул сам, как подкошенный.

Затем очередь на выбывание настигла шустрого паренька с боевым серпом — неуклюжим с виду, но весьма опасным на деле. Он отмахивался вполне уверенно, но дед не пойми как достал и его, а потом играючи уложил Кристу, вызвав у меня новый приступ гнева. Но теперь мне было, куда направить бурлящие эмоции. Ведь количество уцелевших курсантов и копий наконец-то сравнялось. А значит, напротив каждого из нас должен был возникнуть свой собственный дед.

Попался!

Я вскинул саблю и со свистом в ушах рванул вперёд, будто меня запустили из катапульты. Мышцы тут же принялись трещать от перегрузки, грозя разорваться, так что рассчитывать на второй шанс не стоило. Или попаду, или нет. Я выбрал наиболее удобную траекторию рядом с тремя уцелевшими курсантами, что стояли неподалёку друг от друга. Пробегать возле всех разом не было никакого смысла — траектория поломалась бы к чёртовой бабушке, а мне хватит всего одной копии.

Потому что бить я буду по всем сразу.

Уборщик не подвёл и возник ровно там, где я и рассчитывал. Чуть поодаль появился второй, атакуя следующего оппонента. Я же практически летел вперёд с наклонённой горизонтально саблей, что увеличивало площадь возможного поражения. От острия легко увернуться, а вот от широкого взмаха — гораздо сложнее. И пускай затупленная кромка клинка не могла даже оставить внятного следа на коже, на такой скорости это уже не имело большого значения. Кто хоть раз совал палец в вентилятор знает, что даже гладкий пластик способен доставить неприятности.

Первый противник успел исчезнуть перед самым моим носом, но вот второй был слишком занят избиением девушки с тренировочным эстоком. Небольшая фора позволила мне до него дотянуться, но он в последнюю долю момента успел поставить черенок метлы в блок. В итоге тренировочная сабля перерубила деревяшку, а инерция потащила меня дальше. Тормозил я до самой противоположной стены, чтобы не остаться на ней трафаретом подобно мошкаре на лобовом стекле автомобиля.

Получилось это у меня с огромным трудом, и не без травм. Больше всех досталось многострадальным ногам, но стоило мне окончательно погасить скорость, как рядом возникла одна из копий с явным намерением отбить мне всё остальное. Энергии уже не хватало, и ускориться я мог лишь частично, кое-как отбив хитрый выпад укороченной метлы, но дедок одновременно врезал и второй рукой, что продолжала держать верхний обломок черенка. Вроде бы обычная палка, а по ощущениям как будто толстой арматуриной приложило.

Перед глазами всё завертелось в цветном калейдоскопе, пока свет перед глазами окончательно не померк.

Очнулся я, как ни странно, на чём-то мягком и упругом. Голова трещала нещадно, однако боль потихоньку сходила на нет. Видимо, потому что на ней лежала чья-то тёплая ладошка. Когда мне перестало казаться, что мои глаза вот-вот вывалятся наружу, я с трудом распахнул веки и уставился мутным взором на окружающий мир. Как оказалось, надо мной колдовала полузнакомая курносая девушка с волосами персикового цвета, повязанными с одной стороны в несколько косичек. Мою голову она пристроила у себя на коленях и методично приводила её в порядок.

— Как самочувствие?

— Спасибо, уже лучше.

Я скосил взгляд и смог разглядеть, что над остальными тоже вовсю хлопочут целители. Большинство — из нашего курса, так что и Тори с Ивой тоже здесь присутствовали. Естественно, остроухая сейчас приводила в чувство Алонсо. Хорошо иметь девушку с даром лечения…

— Перед глазами не двоится? — продолжила опрашивать меня целительница, положив зачем-то руку мне на грудь. — Слышишь как, чётко?

— Да вроде всё в порядке.

— Это хорошо…

Она повела рукой ниже, по моим рёбрам и прессу. И не успел я удивиться такому поведению, как живот резко свело от режущей боли, будто там воспалилось сразу несколько аппендицитов. Или туда вонзили раскалённый кол и намотали на него весь ливер. В общем, ощущения были ещё те, а девушка с милой улыбкой наклонилась к самому моему лицу, щекоча его волосами, и тихонько поинтересовалась:

— Ну, как тебе спится на моей кровати?

И тут я наконец-то вспомнил, где мог раньше её видеть, только это открытие меня совсем не порадовало.

— Скрипит, зараза… — едва выдавил я из себя.

— Какая жалость, — притворно вздохнула она, продолжая выкручивать мои внутренности, словно половую тряпку. — Ты уж потерпи как-нибудь, ладно? Раз тебя совесть не мучает, то хоть так…

Ответить я уже не мог. Мне казалось, что из меня вот-вот вылупиться детёныш Чужого, или ещё чего похуже, но целительница с явным сожалением наконец-то отдёрнула руку, прекратив симулировать схватки. А пока я приходил в себя, хватая ртом воздух, она поправила слипшиеся от крови волосы у меня на лице и высвободила ноги из-под моей головы, бережно придержав за затылок, чтоб я ненароком не стукнулся им об пол. После чего окинула меня с головы до ног критическим взглядом, каким художницы смотрят на дописанную картину, и удовлетворённо кивнула.

— Не болей!

— Да уж постараюсь…

Девица снова выдала милую улыбочку в ответ и как ни в чём не бывало направилась к следующему пациенту. Мигрень у меня, к слову, полностью прошла, хотя на стыке лобной и височной костей наливалась крупная шишка. Когда рези в нижней половине туловища окончательно утихли, я поднялся на ноги и первым делом подобрал валяющуюся неподалёку саблю. Однако уборщик преспокойно наблюдал за работой целителей в единственном экземпляре и никого не бил. Уже хорошо.

Те, кто успел прийти в себя, стояли в строю под его пристальным взором. Я тоже к ним присоединился чисто на автомате, без дополнительных понуканий — вот что значит проникнуться службой. Когда починили последних, старичок наконец-то нарушил молчание вполне бодрым, пусть и хрипловатым голосом:

— Беспечность приводит к смерти. Вы, как будущие воины империи, должны быть готовы её встретить в любой момент. Это ясно?

Мы кивнули, после чего он продолжил:

— Меня зовут Широ. Можете обращаться ко мне просто мастер. Сейчас я назову тех, кто будет заниматься у меня, а остальные пройдут общую подготовку.

Значит, мои подозрения оказались верны — это было очередное испытание, и прошли его далеко не все. Среди отсеянных оказались те ребята, кого замаскировавшийся под уборщика мастер уложил в первую очередь, в том числе и любить друручников. Из наших отсеялись Калдан и Криста, которая до сих пор с трудом ворочала восстановленной рукой. Однако в отличие от подземника, покорно покинувшего зал вместе с остальными отчисленными, Снегурочка осталась.

— У тебя проблемы с исполнительностью? — нахмурился пожилой зверолюд.

— Позвольте мне обучаться у вас, мастер! — выпалила девушка.

— Хм, вот как... Почему ты так рвёшься стать мечником? Ты и так владеешь атакующей магией.

— Мой лёд бесполезен против нежити, — призналась Криста. — Я хочу быть готовой к новой встрече с ней.

— С чего ты взяла, что она вообще состоится? — покачал старик рогатой головой. — Тебя вряд ли возьмут в поход.

— Как вы и говорили, я должна быть готовой ко всему.

— Ну что ж, тогда для начала приберись тут, — рогатый старец указал на залитый кровью пол и прочий бардак, царивший в зале. — А там посмотрим.

Снегурочка без раздумий согласилась, готовая всё вытереть хоть собственной формой. Мастер Широ хмыкнул и отпустил остальных приводить себя в порядок. Сегодня у нас было ещё одно общеобразовательное занятие, а многие несмотря на все усилия целителей едва стояли на ногах. Тренировочное оружие нам разрешалось взять с собой, чтобы потом не искать его в общей куче, и лишь троим курсантам пришлось его оставить.

Это была золотоволосая девушка с эстоком, паренёк с боевым серпом и я.

— Оно вам не нужно, — пояснил Широ. — Возьмёте своё личное. Нечего время тратить.

— А я? — поинтересовалась безоружная Сатания, которая тоже задержалась.

— Тебе вообще не положено что-то в руки брать, — хмуро промолвил её пожилой сородич.

— Это почему?!

— За порчу имущества, — он указал на остатки рассыпавшегося топорища. — Если бы ты ещё и промахнулась, я бы выгнал тебя с позором… Ладно, так и быть, бери родовое.

Рогатая девушка потупилась, отчего стала непривычно милой.

— Я его это… Потеряла.

На миг мне показалось, что почтенного наставника сейчас хватит удар. Несколько секунд он не мигая буравил смущённую фурию взглядом, после чего подхватил с пола сломанную метлу. Но вместо того, чтобы снова отлупить курсантку, он вручил ей инвентарь.

— Поздравляю, отныне это твоё личное оружие! Появишься без него где-нибудь, и можешь ко мне больше не возвращаться.

— Поняла, мастер.

— Тогда начинай тренировку прямо сейчас, — проворчал старец. — Заодно поможешь подруге.

Мы оставили девушек наводить марафет в зале и покинули тренировочный полигон. До следующего занятия ещё оставалось время, и решено было провести его с максимальной пользой. То есть — в столовой. Я не был уверен, что после мстительной целительницы смогу что-нибудь съесть без риска для здоровья, так что ограничился одним лишь травяным отваром. На всякий случай.

А вот ребята нагребли еды вдоволь. Помимо базовой каши с хлебом многие взяли ещё мясную подливку и прочие вкусности за дополнительную плату. Деньги у всех понемногу заканчивались, но мы уже разузнали основные способы заработка и даже записались на парочку работ. В основном это было всяческое содействие помощникам, чей ограниченный штат при всём желании не мог обслужить всю академию. А вот если приплюсовать к нему несколько сот молодых разгильдяев, то вполне.

Труд облагораживает человека, так что я не видел в этом ничего предосудительного. А вот некоторые аристократы морщили носы и ждали разрешения на более рискованные мероприятия. Те же вылазки в подземелья, например. Кому-то из них явно помогала родня, иначе непонятно, как у всех хватало денег на добавку.

Не успели ребята натрескаться, как перед нашим столиком внезапно возник Фест с недовольной миной на лице. Поначалу эта гримаса заставляла покрываться мурашками, но сейчас я уже к ней привык. Что поделаешь, если гранд-мастера бесит каждый день, проведённый в качестве нашего наставника. Иногда он и вовсе в открытую жалеет, что не отправился в орден на сожжение.

— Курсант Авери! — прорычал некромансер, нависнув над нами. — Ничего не хочешь мне сказать?

Я вскочил с места и отчеканил:

— Никак нет. Если что, это всё гнусный наговор.

— Ну да, ты у нас прямо образец дисциплины, — проворчал он. — А отрицательный счёт, это досадное недоразумение, да?

— Так получилось, виноват.

— Знаю я, как у тебя всё получается… Следуй за мной.

Наставник отвернулся и зашагал прочь, с обычной скоростью. Нет, я мог его теоретически догнать и на ускорении, но только до первого поворота. Как некромансер умудрялся гасить инерцию на крутых виражах — загадка.

Мы покинули столовую и в гробовом молчании добрались до жилого корпуса. Я уже не сомневался, что разговор предстоит у нас, подальше от посторонних ушей, но Фест и тут смог меня удивить. Войдя внутрь аудитории, он отправился к своей металлической двери, отперев её простым касанием ладони. Впервые это произошло на моих глазах — до этого он всегда дожидался отбоя, а уж потом шёл к себе. Пожалуй, я немного погорячился, надеясь вскрыть такую штуку обычными отмычками.

За бронеплитой обнаружился короткий коридорчик, который привёл нас в обитель некромансера. Из-за обилия причудливых инструментов и аппаратов она напоминала лабораторию спятившего алхимика, в которую ради смеха притащили наследие разных эпох — от микроскопов до деревянных ступок для измельчения трав. Что-то вроде змеевиков и реторт угадывалось сразу, но помимо них вокруг хватало и других приспособлений весьма смутного назначения. Что у меня не вызвало сомнений, так это стол для вскрытий, что приткнулся у дальней стены. Рядом стоял ящик с набором юного патологоанатома, да и сама столешница давно забурела от многочисленных потёков крови. Окон здесь не имелось, и весь свет шёл от странных магических кристаллов, точно таких же, как и возле целебного источника.

Некромансер тем временем захлопнул дверь, отрезав нас от внешнего мира. По спине у меня невольно пробежал холодок, да и в целом температура здесь оказалась удивительно низкая. Зато сразу стало видно, кто тут живой — у меня в отличие от наставника вырывался пар изо рта.

А ещё моё внимание привлёк здоровенный шкаф со множеством ящиков, находящийся у Феста за спиной. Что там лежит рассмотреть не удавалось, но из нескольких секций наружу отчётливо пробивался свет.

— Интересно, зачем ты здесь? — замогильным голосом спросил некромансер.

— Что-то случилось, — сделал я очевидный вывод. — Вряд ли вы меня хотите отчитать за вчерашнюю драку.

— На самом деле хочу, — признался гранд-мастер. — Но раз мне на вас пожаловались, то показали вы себя неплохо. Однако, если ты будешь частить с посещением карцера и подводить всю группу, мне придётся умерить твой юношеский пыл. В том числе, медикаментозно. А то, смотрю, девушки на тебя слишком плохо влияют.

— Спасибо, не надо! — замотал я головой.

— Вот и я так думаю. Пока что… Но у нас тут возникла новая проблема. Тебя хотят срочно видеть. Настолько, что воспользовались правом командующего.

У меня моментально пересохло во рту. Термин знакомый, ибо он касался одного из самых важных аспектов жизни курсанта, а именно — увольнительной. Внеплановый выходной здесь можно получить всего тремя способами — купить за крупную сумму из личных сбережений, получить в качестве поощрения от руководства академии, а так же по требованию правителя родного клана, который вносит что-то вроде залога. Причём, последний вариант строго одноразовый.

— Смотрю, эта новость тебя не обрадовала, — хмыкнул некромансер. — Можешь отказаться. Ты прежде всего — курсант императорской академии. Пусть и не особо толковый, но уж какой есть…

— Зачем мне отказываться от встречи? — осторожно произнёс я вслух.

— Потому что ты вполне можешь и не вернуться, — пожал плечами Фест, протянув мне свиток, что валялся на одном из рабочих столов. — Не знаю, что у вас там стряслось, но просто так командующие не приезжают. Даже к собственным детям.

«Димон, не нужно туда плыть!» — следом заволновался Авери. — «Давай просто останемся».

«Ты что, по маме не соскучился?» — укорил я его мысленно, разворачивая бумагу.

Красивый документ, ничего не скажешь — с финтифлюшками и гербовой печатью в форме феникса. Хоть бери да в рамочку вешай.

«Если бы только по ней… – вздохнул наследник. – Но это почерк отца».

Продолжение следует...

До встречи в следующий понедельник!

Глава 19

По моим подсчётам у нас в запасе оставалось ещё около месяца, но видать глава семейства Дутвайн шёл на поправку гораздо быстрее, чем предполагали семейные врачи. Хотя он вполне мог примчаться сюда и недоделанным, когда узнал о нашей афере. Хотел бы я видеть в тот момент его лицо…

В любом случае, разговор обещал быть очень серьёзным. И чёрт его знает, чего от него ждать и чем всё закончится.

Уже сидя на занятии я понял, что вообще не слушаю, что нам с трибуны вещает лектор. И вообще, по какому поводу нас сегодня собрали. Общее образование хоть и не стоит на первом месте в академии, но без него будущему офицеру не обойтись. Даже пресловутая география с историей здесь поданы именно с военной точки зрения. Только сейчас в моей голове крутились мысли максимально далёкие от учёбы. Благо, весь наш курс разместился в одной просторной аудитории, так что на меня никто не обращал внимания.

Единственно, над чем не пришлось ломать голову — ехать ли вообще. Как бы меня не отговаривали наставник с соседом, я чётко понимал, что просто так отсидеться не получится. Да и в целом, моё уклонение от встречи будет выглядеть слишком уж подозрительно. Одно дело игнорировать надоедливого папашу, который хочет устроить очередную головомойку, и совсем другое, когда он — глава твоего клана. Здесь такого не поймут.

Можно, конечно, обратиться к Иолаю, но это будет равносильно чистосердечному признанию в том, что я — демон. И поди угадай, что в нём тогда возобладает — долг начальника службы безопасности или хорошее ко мне отношение? Которое он не раз демонстрировал, между прочим. Однако мотивов идти на должностное преступление я особо не вижу, так что лучше не испытывать гранд-магистра на лояльность академии. Можно сделать только хуже.

Главе «Фениксов» у меня хотя бы есть, что предложить…

Из всех работников академии наиболее предпочтительно выглядит Фест, которому откровенно плевать, кого он обучает. Лишь бы тот со всем справлялся и при этом не сильно залетал. Вот только некромансеру строжайше запрещено покидать архипелаг, а здесь он мне мало чем поможет. Даст с собой рекомендательное письмо, как лучшему курсанту? Ну да, то-то «отец» обрадуется…

Ну вот почему он не мог помереть, как подобает приличному человеку? За то, что Гастор сделал с собственным сыном это была бы вполне справедливая кара. А теперь гадай, чего ему от нас нужно. Замести следы или убедиться, что всё идёт пусть и неровно, но по плану?

В таких мучительных раздумьях прошёл остаток дня. Когда занятия завершились, я сразу же отправился в нашу комнату и до вечера валялся на трофейной кровати, пялясь в потолок. Аппетита не было, а сон не шёл. Теперь прекрасно понимаю состояние Алонсо, которому тоже пришло «письмо счастья» от родни. Я настолько погрузился в себя, что не заметил, как в комнату вошла Сатания, пока она не возмутилась вслух:

— Я вообще-то тут переодеваюсь!

— Так я и не смотрю.

— Вот именно!

Я перевёл взгляд на фигуристую девушку, которая как раз заканчивала облачаться в чистую форму. Укороченную мной метлу она пристроила возле своей кровати. Видимо, приказ мастера по фехтованию Сатания восприняла со всей серьёзностью.

— Скажи, чем я сейчас пахну?

— Ты очень сильно переживаешь, — заявила чуткая на нос зверолюдка. — Никогда от тебя такого не слышала, даже когда ты на верную смерть шёл. Неужели влюбился?

— Эх, если бы…

— Кто это? Та дура с косичками, что тебя лечила?!

Что меня в фурии всегда удивляло, так это её способность вспыхивать практически мгновенно. Вот она милая девушка с рожками — и вот уже спустя мгновение это чистый демон во плоти. Только у меня сейчас было не то настроение, чтобы выслушивать сцены ревности на пустом месте.

— Нет! И прекращай истерить, — резко осадил я её. — Тебя это не красит.

Но с тем же успехом можно было погасить водой вскипевшее масло. Сатания выдала в мой адрес экспрессивную тираду без единого приличного слова, после чего пулей выскочила прочь. Пожалуй, лавры знатока женской души нужно с себя снимать. Слишком давно у меня не было отношений, да и вряд ли сами боги ведают, что творится в её рогатой голове.

А может, оно и к лучшему. Если сюда я не вернусь, что весьма вероятно, ей будет проще с этим смириться. Ясно одно — нужно поскорее передислоцироваться, пока остальные не вернулись и не засыпали меня неудобными вопросами. Здесь мне спокойно дождаться отплытия точно не дадут.

Разумеется, гнать корабль ради одного курсанта никто не стал бы, а ближайший рейс на Берег отправлялся поздним вечером. И хотя это судно грузовое, на нём вполне можно добраться до города. Зато с утра пораньше я буду уже на месте.

Лучше не заставлять главу семейства ждать у моря погоды и покончить с этим вопросом раз и навсегда. Да и мне самому так проще будет. Как любил говорить дядя Боря: «Раньше сядешь — моложе выйдешь».

Не дожидаясь ребят, я собрался в дорогу и с тяжёлым сердцем покинул наши скромные покои. Нечто похожее мне довелось испытать ещё в прошлой жизни на пороге своей комнаты, которая должна была сгинуть в огне вместе со всем общежитием. Что поделать — за прошедшие дни эта старая конура с ветхой мебелью стала для меня практически родной. Не то что роскошные апартаменты в родовом замке Дутвайнов.

Остаток времени я решил провести прямо на пристани. Там как раз заканчивала погрузку бригада работяг вместе со старшекурсниками, что решили подзаработать на ночь глядя. Нам к ним ещё не скоро получится попасть — физические требования уж больно высокие. Из всей группы разве что Калдан потянет, да и то не факт.

Однако тихо посидеть на лавочке, наблюдая за чужой работой, у меня не получилось. Вскоре из окружавшей пристань темноты вынырнула худощавая девичья фигура и уверенной походкой направилась прямо ко мне. Вот у кого нюх не хуже, чем у зверолюдов, так это у неё…

— Следишь за мной? — с невольной улыбкой спросил я, когда она подошла ближе.

— Больно надо! — фыркнула Рина Кавано. — Просто ты сегодня слишком хмурый, а потом ещё и свалил куда-то перед отбоем. Думаю, вдруг топиться пошёл? Постою хоть рядом, позлорадствую…

— Не дождёшься. Да и с чего бы?

— Ну, не знаю, — пожала она худыми плечами, элегантно присев рядом. — Твои вон подружки с другими парнями время проводят, а ты тут один…

— Твоя жажда скандалов до добра тебя не доведёт, — предостерёг я рыжую сплетницу. — Пусть гуляют с кем хотят, у них сегодня был сложный день.

— Да-да, я в курсе, как они драили полигон. А у тебя что случилось?

— На Берег уплываю.

— Я уже догадалась, представь себе. Куда собрался?

— В турне по борделям и прочим злачным местам. Составить мне компанию не предлагаю, уж извини.

Однако девушку такой ответ не впечатлил. Она насупилась и толкнула меня острым локтем в бок.

— Только не говори, что хочешь отсюда сбежать.

— Не надейся, — успокоил я её. — А то некоторые, боюсь, от счастья помрут раньше времени. Просто мне от отца вызов поступил.

— Серьёзно?! — Рина с недоверием уставилась мне прямо в глаза. — Он же вроде бы погиб?

— Как видишь, не всем слухам можно верить. И вообще, ты слишком осведомлена для простой курсантки.

— Приходится соответствовать ожиданиям нашей семейки, — лукаво улыбнулась она. — Это у нас кое-то геральдику до сих пор не может выучить.

— Мне она без надобности. Здесь все равны, а дальше будет видно.

— Ну да, ты у нас никем не брезгуешь!

— И тебе неплохо бы этому научиться, если не хочешь отсюда вылететь со свистом.

— Да я про твои предпочтения вообще-то. Любовные.

— Что поделать, — развёл я руками. — Меня в человеке интересует в первую очередь душа.

— Демонов, кстати, тоже… — многозначительно проронила девушка.

— Тогда они действительно знают толк в женщинах.

— Да иди ты! У меня двоюродную тётю настоящий демон сгубил, если что. Даже когда его прикончили Стражи, она продолжала по нему сохнуть, пока не умерла.

— Соболезную.

— Да не стоит, она была той ещё сукой…

Пока мы общались с одногруппницей, работы в трюме наконец-то подошли к концу, и последние грузчики принялись спускаться на берег по шатким сходням. Если не поспешить, того и гляди, судно отчалит без меня.

— Не скучай, Рина, — попрощался я с представительницей «Нетопырей». — И не забывай, пожалуйста, как тебя зовут.

Та лишь кивнула в ответ, но когда я уже встал со скамьи она встрепенулась, будто что-то забыла.

— Дутвайн!

— Что?

— До скорого…

— Ага, увидимся.

Я зашагал быстрее, пока не убрали сходни. Ещё не хватало запрыгивать на палубу в последний момент. Грузчики удивлённо косились в мою сторону, но никто меня так и не окликнул. Всё правильно, потому что на судне был экипаж, который перегородил мне дорогу у самого борта.

— Куда прёшься? — грубо рыкнул кто-то из мичманов, судя по форме. — Мы отчаливаем!

— Отлично, я с вами.

Моряк с недоверием уставился на протянутую мной грамоту, но тут к нам подошёл кто-то из старших офицеров, привлечённый непонятным столпотворением у сходней. Он бегло осмотрел прошение с положительной резолюцией Феста, после чего разрешил мне плыть вместе с ними. Свободных кают в наличии не было, так что пришлось мне остаться прямо на палубе. Альтернативой являлся трюм, но болтаться несколько часов в душной темноте меня не прельщало.

— Только под ногами не мешайся, — строго предупредил меня офицер. — Стой вон там, на юте, и не приведи тебя боги испачкать что-нибудь. Будешь потом языком вылизывать!

Многие курсанты с непривычки страдали от морской болезни, включая меня самого, так что я отнесся к предупреждению со всей серьёзностью. Встал возле фальшборта и заодно порадовался, что ничего толком не ел. Качало сегодня куда меньше обычного — студёное море было на удивление спокойным. На южное побережье в отпуск с семьёй лучше не ехать, если только за менингитом.

Зато звёзды здесь очень яркие и сияют на ночном небосклоне, подобно драгоценным камням. Жаль только, тепла от них ноль. Китель с надетым под него свитером едва справлялись с пронизывающим ветром, а руки вскоре пришлось сунуть в карманы, чтобы пальцы перестало пощипывать. Чтобы согреться, я осторожно расхаживал вдоль фальшборта и даже помог парочке матросов перетащить бухту пенькового троса. За что мне в благодарность вручили отрез шерстяной ткани, применявшейся в качестве одеяла. Завернувшись в него, словно в кокон, я благополучно задремал на каком-то ящике, приколоченном прямо к палубе. Катану, которая отныне стала неотъемлемой частью моего гардероба, пристроил рядышком. На всякий случай.

Растолкали меня уже в порту, озарённом лучами восходящего светила. Я вскочил, как ужаленный — весь сон как рукой сняло. Следом очнулся и Авери.

«Готов?»

«Нет и никогда не буду. Пошли».

Как ни странно, несколько грузчиков на пристани меня узнали и поприветствовали одобрительными возгласами, изрядно озадачив экипаж. Я сошёл на пирс, поздоровался со здешними работягами и направился дальше, через весь портовый район. Глава «Фениксов», судя по адресу, остановился буквально в нескольких шагах от ратуши, так что прогулка окончательно выбила сонную дурь из головы.

Заведение, к которому я вскоре подошёл, внушало уважение едва ли не с порога. В отличие от большинства других зданий, здесь даже фасад оказался богато украшен лепниной и декоративными вставками из дерева, а на входе дежурила охрана прямо в боевом облачении. Меня бы сюда в жизни не пустили, но снова помогла грамота. Правда, со мной отправился один из охранников, проведя нас мимо ресторана на первом этаже сразу в гостевые апартаменты, размером с полноценную квартиру. У входа в отцовские покои дежурила еще одна пара хмурых верзил, но на этот раз — в нашей канареечной форме. Меня передали, словно эстафетную палочку, а мои соклановцы в свою очередь сопроводили наследника внутрь апартаментов, где ожидал командующий.

Гастор Дутвайн-старший нынче выглядел далеко не так респектабельно, как во время нашей первой встречи. Мужчина заметно осунулся и побледнел, а его в медовых волосах заметно прибавилось седины. Зато при нём снова имелась нижняя половина тела, включая обе ноги. Слушались они его плоховато, так что он передвигался с помощью сразу двух тростей, используя их на манер костылей.

Аристократ принял меня в роскошной гостиной, где за одним столом уместилась бы вся наша тринадцатая группа. Хотя накрыто там было всего на две персоны.

— Ну здравствуй, моя главная ошибка, — холодно поприветствовал меня командор, после того, как телохранители удалились. — Присаживайся.

Сам он тоже поспешил усесться в кресло, оставив трости у подлокотника. Я изобразил уставной поклон и последовал его примеру. Пусть моё сердце и колотилось, как сумасшедшее, живот тоже давал о себе знать. У меня ведь со вчерашнего утра ни крошки во рту не было. И если аристократ сначала хочет позавтракать — я только «за».

Заодно тем самым он даёт понять, что настроен на разговор, а не на немедленную кару. Это радует.

В меню оказалась яичница с беконом, хлебные лепёшки и тонизирующий глинтвейн с пряностями. Я бы и от кофе не отказался, но его здесь не пьют. Так что пришлось довольствоваться чем есть.

— У тебя хороший аппетит, — заметил Гастор, когда моя посуда стремительно опустела.

— Что поделать, молодой растущий организм, — пожал я плечами. — Вы в его возрасте наверняка тоже уплетали всё за обе щёки.

Как раз после моего упоминания эта часть лица у мужчины отчётливо дёрнулась. Он гневно сверкнул глазами, однако смог удержать себя в руках.

— Не нужно меня провоцировать. Это не в твоих интересах.

— Откуда вам знать, чего я хочу? — криво ухмыльнулся я.

— Хороший вопрос… Ты действительно отличаешься от прочих отродий, — признал аристократ. — Что же тебе нужно на самом деле?

— Справедливость.

Глава семейства нахмурился.

— Он по-прежнему в тебе?

— Да, и слышит каждое ваше слово. Хотите ему что-то сказать?

— Мне жаль, что так вышло, но я это сделал во имя нашей семьи.

«Катись в Пекло вместе со своими сожалениями!» — выкрикнул в сердцах Авери.

Я с удовольствием передал сообщение его отцу, присовокупив от себя ещё парочку эпитетов покрепче. Однако тот нисколько не расстроился. Скорее, восхитился.

— Поразительно, к чему иногда приводят ошибки…

— Вы обрекли на смерть собственного сына, — напомнил я ему. — И дело даже не в том, что он на самом деле не был проклят богами. В любом случае это не ошибка, а преступление.

— Я знал, что он Мерцающий, — спокойно ответил Гастор без тени сожаления. — Но его душа была слаба. Авери не справился бы с поставленной задачей, а для нас это жизненно необходимо.

— Найти настоящее Основание? — предположил я. — А у вас под родовым замком, получается, подделка?

— Воистину, ты не перестаёшь удивлять! — признался глава «Фениксов», подавшись вперёд. — Никто из нас проболтаться не мог, но ты и это как-то вынюхал. Хорошо, что я не стал медлить… И да, можешь сразу забыть о том, чтобы мне навредить. Ты этого не переживёшь.

Я убрал руку, которую инстинктивно положил на рукоять катаны. Возможно, на всей скорости у меня получится добраться до него, но это действительно станет для нас концом. А он, как специально, усадил меня на противоположный край стола.

— А разве заклятье не развеется с вашей смертью?

— Нет, оно наследуемое, вместе с титулом командующего, — охотно просветил меня мужчина. — Ты поклялся в верности нашей семьи, так что выхода у тебя нет, кроме как подчиняться. Встань!

Я сам не понял, как оказался на ногах. С одной стороны, нам вдалбливали послушание на уровне инстинктов, но выполнять команду зарвавшегося аристократа у меня и в мыслях не было.

— Неплохо, а теперь сядь.

Тут уж я сопротивлялся изо всех сил, но тело в какой-то момент вышло из-под контроля, приземлившись обратно в кресло. Неприятное ощущение, когда ты не принадлежишь самому себе. Как это Авери терпит — непонятно. Его отца демонстрация полностью удовлетворила, и он с торжествующей улыбкой пригубил бокал с вином. Этот тест был не только для меня, но и для него самого. Он боится возмездия, что бы там из себя не строил.

— А теперь будь добр, ответь мне честно — ты кому-нибудь рассказывал о наших поисках?

— Нет.

Я сказал чистую правду, потому что Фест и без меня был прекрасно в курсе того, зачем юные фениксы шляются по подземельям. Плохо, что он просил меня никому не рассказывать про Основание, но выхода у меня нет.

— Очень хорошо, — выдохнул командующий. — Жаль терять такого толкового исполнителя, но тебя уже подозревают, а мы не можем рисковать. Только не сейчас…

— Вам никогда не найти его, — бросил я ему в лицо, подобравшись. — Вы можете пожертвовать всеми детьми до единого, но к святилищу они не пробьются. А если уж вам так охота отмокнуть в целебном источнике, нужно отправляться туда самим. Или слабо?

— Откуда ты про него знаешь?! — с удивлением вытаращился на меня аристократ.

А мне только это и было нужно. Секундное замешательство, чтобы допрыгнуть до этого морального урода. Раз он хочет от нас избавиться, другого выхода нет. Так хоть с собой его заберём.

«Прости, Авери…»

«Плевать, давай!»

Однако не успел я ринуться вперёд с саблей наголо, как дверь в гостиную распахнулась, впуская нового гостя в серой броне. Меня тут же приморозило к креслу, будто парализованного, а применивший заклятие маг с осуждением покачал головой:

— А я вовремя… Ты слишком беспечен, брат. Еще немного, и этот щенок снёс бы тебе голову. Говорил я тебе, он слишком опасен!

— Уже нет, — оскалился в ответ Гастор Дутвайн-старший. — Пришло время исправлять наши ошибки...

Конец второй книги

Nota bene

Опубликовано Telegram-каналом «Цокольный этаж», на котором есть книги. Ищущий да обрящет!

Понравилась книга?

Не забудьте наградить автора донатом. Копейка рубль бережет:

Непутевый Демон-2

Content

Непутёвый Демон-2

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Nota bene