Евгений Ренгач

Наследник Тёмного Клана 2

Глава 1

Новость была шокирующей.

За время, что я провёл в этом мире, я привык воспринимать разговоры про Тьму, которой веками поклонялся Род Оскуритовых, как метафору или легенду, не имеющую к реальности никакого отношения. К тому, что эта самая Тьма окажется вполне себе реальной, я был совсем не готов.

Но я не был бы собой, если бы сразу ей поверил.

— Тьма, значит… А чем докажешь?!

В ответ голос рассмеялся. Он гремел и как утробное буханье пушек, и как мелодичный перезвон колокольчиков одновременно. Звучало это весьма пугающе.

— Ты хочешь доказательств?! Узнаю знаменитый характер… Если тебе нужны доказательства, то ты их получишь!!!

Голову разорвала боль, перед глазами возникли картинки, настолько реалистичные, как будто кто-то включил в моём мозгу слайд-шоу.

Передо мной расстилался древний город, неказистый, преимущественно деревянный. И этот город пылал. Со всех сторон к нему стекались тёмные вооружённые фигуры. Их было столько, и они были настолько близко, что сомневаться не приходилось — город должен был пасть в ближайшие часы.

Зажатые в городских стенах жители кричали от страха и бессилия. Уже ничто не могло их спасти…

И лишь один человек сохранял спокойствие. Высокий, черноволосый, с гордым бледным лицом, он, опустившись на колени, собственной кровью чертил на пыльной мостовой древние знаки. На его пальце горело кольцо с белой змеёй, распахнувшей зубастую пасть.

Этот человек был Оскуритовым, одним из далёких предков Марка.

— Приди ко мне! Приди и помоги!!! — прокричал он.

Казалось, что никто его не услышал, но затем вокруг него закружился ветер, ударила молния, и улица погрузилась во тьму.

Абсолютная темнота, темнее, чем ночью, властвовала несколько минут, а затем схлынула, уступив место яркому Солнцу.

Но только Оскуритов уже был другим.

В его глазах плясали чёрные огоньки, а в каждом движении сквозила невероятная, неописуемая сила. Перехватив меч, в котором я узнал Людоеда, он уверенно зашагал навстречу ворвавшимся в город врагам.

— Следуйте за мной! — прокричал он, и жители города, переглянувшись, схватились за оружие. В них что-то изменилось. Тьма, сошедшая на зов Оскуритова, сделала сильнее и их тоже.

Во главе вооружённой толпы Оскуритов напал на вторженцев. Он дрался так, как не способен драться ни один человек, даже наделённый сильным Даром. Его движения были неуловимы, удары крушили несколько противников одновременно. Вокруг него плясали тёмные тени, сжирающие противников, а трупы падших врагов оживали, переходя на сторону обороняющихся.

Тьма играла на его стороне, щедро делясь со своим протеже своей страшной силой.

— Так Род Оскуритовых впервые воззвал к моей помощи. Им была нужна сила, и я им её предоставила. Дала столько могущества, сколько мог вынести смертный, — зашептала мне на ухо Тьма. — И они достойно им распорядились. Войны, сражения, битвы… И кровь. Много крови! Никто и никогда не воспевал моё имя с таким рвением и удовольствием!

Перед моими глазами возникли новые картинки, на этот раз изображавшие кровавые битвы с участием Оскуритовых, растянувшиеся на многие столетия.

Сотни и тысячи фигур, мужских и женских, вооружённых и безоружных, сильных и слабых, наделённых Даром и лишённых его, проходили передо мной. И все они, все без исключения пали от рук Оскуритовых.

Поток изображений прекратился, и я сжал голову, пытаясь унять мигрень. Только что Тьма (а в том, что это именно она, я больше не сомневался) провела самый странный урок истории в моей жизни.

Теперь я знал, как началась древняя история взаимоотношений Оскуритовых со своей мрачной госпожой. Страшная и кровавая история, которая привела их к вершине аристократической иерархии.

— Теперь ты убедился, кто я? — промурлыкал на ухо голос, и я вздрогнул, так неожиданно близко он прозвучал. — Или остались сомнения?

— Убедился! Такое количество крови. Уж какие тут сомнения! Зато есть вопросы.

— Так спрашивай, дорогой. Не стесняйся! И не спеши. У нас с тобой всё время мира. Здесь, в этой комнате, нас никто не потревожит…

Я догадался, что она имела в виду чёрный дым, что едва не убил меня несколько минут назад. Но здесь, в этой комнате, я и в самом деле не чувствовал никакой угрозы. Дым остался где-то там, в доме. Здесь же были только я и Тьма.

Но что это за "здесь"? Вокруг меня была только абсолютная, кромешная темнота. Ни единого блика света, ни даже тихого звука. Да я даже собственное дыхание не слышал! Только тихий и вкрадчивый голос Тьмы.

Вопрос возник сам собой.

— Что ты такое?

Тьма мягко рассмеялась.

— Что я такое? О, объяснить это не так просто! Если быть с тобой откровенной, то даже лучшие учёные этого мира не смогли бы до конца понять, кто я. Никто, включая твою гениальную Алину, и близко не приблизился к осознанию моей истинной сущности!

Я сохранил невозмутимость только благодаря своей хвалёной выдержке. Оговорка про Алину не была случайной. Тьма хотела, чтобы я понимал, как много она знает обо мне и моей жизни. Так она пыталась внушить мне ужас перед своим могуществом.

И надо признать, у неё это отлично получалось! Теперь я чувствовал себя как какой-то подопытный кролик, за которым наблюдает хитрый и внимательный экспериментатор. Неприятное чувство… Но знать ей об этом совсем не обязательно.

— А ты попробуй объяснить попроще. Эйнштейн говорил, что если вы не способны что-то объяснить пятилетнему ребёнку, то вы и сами не понимаете, о чём говорите. А я всё-таки давно не пятилетка…

Тьма снова рассмеялась.

— А ты дерзкий! Не лезешь за словом в карман. Мне это нравится. И если тебе нужно объяснение… Существует огромное множество миров, мультивселенная, которую принято называть Бесконечным. Эти миры соединены между собой Межмировым пространством. Обладающие силой могут путешествовать по нему, переходя из мира в мир с такой же лёгкостью, как обычные люди пересаживаются с дивана на стул. Помимо них в Бесконечной существуют и другие силы. Древние, возникшие одновременно с первыми из миров. Эти силы могущественнее любого смертного в любом измерении…

— И ты — одна из таких сил?

— О да! Я появилась так давно, что со мной могут сравниться разве только Время, Пространство и Судьба. Бесконечному был нужен порядок, и я стала одним из его столпов. Моя частичка есть в каждом из миров. В каждой душе можно найти мой след…

Она говорила медленно, с придыханием. Наслаждалась собой и собственной историей. А Тьма у нас, оказывается, дама горделивая! Учту на будущее…

Но в целом её история мне, как любителю фантастики, казалась знакомой. Мультивселенная, древние межмировые силы, не имеющие физического воплощения, но незримо присутствующие в каждом из миров и обеспечивающие упорядоченность в этом бесконечном механизме. Ничего такого, что я не сумел бы понять! Читал и посложнее.

— А говорила, что не пойму… — хмыкнул я. — Кто ты, мне ясно. Но что ты хочешь?

— Что я хочу? О, в данном случае совсем немного! — Тьма рассмеялась мне на ухо. — Мне нужен проводник. Тот, кто понесёт моё знамя в мир. И лучшего кандидата, чем наследник Оскуритовых, нельзя и представить!

Мне стало не по себе.

— Почему именно я?

— Ты же умный мальчик, и уже всё понял, — нежно прошептала она. — Как сказала Алина, ты особенный. Твои гены — не такие, как у обыкновенных людей. За годы контакта со мной Оскуритовы изменились, и теперь ты восприимчив ко мне и моей силе. Никого не может быть лучше тебя…

В этот раз совладать со своими эмоциями было куда сложнее. Осознавать, что на тебя положил глаз кто-то настолько могущественный — странное чувство. Она пыталась показать, что я особенный. И именно это меня и смущало. Слишком уж хитро она пыталась мне льстить…

— То есть ты что, предлагаешь мне сделку? Я соглашаюсь с тобой сотрудничать, что-то для тебя делаю, а ты взамен наделяешь меня такой же силой, как в том ролике, что ты мне показала?

— Как же приятно иметь дело с умным человеком. Среди твоего вида это большая редкость! — удовлетворённо согласилась со мной она.

— И что, все в роде Оскуритовых проходили через подобное? Насколько я знаю семейную историю, ты помогала им без всяких дополнительных договорённостей!

— Это не имеет значения, — недовольно прогудела она в ответ, и темнота вокруг меня пришла в движение. Я чувствовал это по холоду, пробежавшему по моей коже.

Что-то здесь было не так. Как бы сладко она ни пела, как бы нежно ни шептала, доверия к ней никакого не было. К тому же у меня было чёткое ощущение того, что она не договаривает мне что-то важное. Это же Тьма! Глупо ожидать от неё откровенности.

Наверное, последнее, что следовало делать — это ей дерзить. Но я руководствовался инстинктами и чувствовал, что ни в коем случае нельзя уступать. Она что-то скрывает. И это что-то можно использовать в свою пользу!

— Ты знаешь, я никогда не заключаю сделок с теми, кто со мной не до конца честен! А ты говоришь мне не всё.

Как и ожидалось, мои слова привели Тьму в ярость.

— Да что ты себе позволяешь, мальчишка?! Я могу растереть тебя в порошок! — с яростью прогремела она, и я почувствовал нестерпимый жар.

Она угрожала мне, но делала это мягко, стараясь не навредить. Я был ей зачем-то нужен. И меньше всего она хотела хоть как-то мне навредить.

— Я лишь хочу знать то, что имею право знать. Люблю, когда со мной откровенны!

— Откровенны? О, мальчик, а разве ты откровенен со мной? — прошептала она в ответ.

— Что ты имеешь в виду?

— Ты ведь никому не сказал, кто ты такой на самом деле. Ты не Марк Оскурит, а попаданец из другого мира!

Того, что разговор свернёт в эту сторону, я ожидал меньше всего…

Глава 2

— Ты знаешь!..

В этот раз сдержаться не получилось, и я буквально выкрикнул эти слова.

Тьма вокруг меня самодовольно зашумела, кожу окатило морозом. Она радовалась, что наконец-то сумела пробиться через мою непробиваемую эмоциональную защиту.

— Ну конечно же я знаю, нелепый смертный несмышлёныш! Или ты думал скрыть от меня свой маленький секретик? Ничего не выйдет. Я же говорила, что я везде и всюду. Моя частичка есть в каждом. И я знаю куда больше, чем ты можешь представить…

Она торжествующе шептала мне в ухо, но с каждым звуком её слова волновали меня всё меньше и меньше. Окей, она выяснила, что я не Марк Оскурит. На что это влияет? Что она получила? Может ли это как-то мне навредить?

Ответ получался однозначным. Ничего. Это не меняло ровным счётом ничего.

— И что дальше? — равнодушно спросил я. — Ну, я выходец из другого мира. Точнее, моя душа. Ну или как её назвать… Тело всё равно принадлежит Марку Оскуриту. Я и есть Марк Оскурит! И вся та уникальная генетика, о которой ты так много сказала, принадлежит мне. Так что хочешь, не хочешь, но тебе всё равно придётся со мной договариваться.

Непроницаемая темнота вокруг меня пришла в движении. Протяжно завыла и застонала, раздалось клацание множества челюстей, вой миллиона глоток. Кожу обожгло жаром и холодом, в нос ударила нестерпимая вонь.

Тьма злилась. Злилась, и пыталась запугать меня всеми доступными ей средствами.

Но на меня это не действовало. Ну в самом деле, человека, который уже умирал, совсем не просто запугать такими дешёвыми спецэффектами!

Это же поняла и она.

— И что же ты хочешь, маленький Оскурит? — прошептала она мне на ухо прежним спокойным тоном. От ярости не осталось ни единого следа.

— Я уже сказал. Я не против заключить с тобой сделку. Сила ещё никому не повредила. Но мне нужно понимать, на каких условиях я это делаю…

— Условия простые. Такие же я предложила первому Оскуритову, — с готовностью ответила Тьма. — Я даю тебе моё покровительство и наделяю тебя огромной силой. А ты прославляешь моё имя, совершаю подвиги во славу меня…

— Прославляю как? Можно отойти от общих фраз и перейти к конкретике?

— Убиваешь. Кромсаешь врагов. Начинаешь войны. Делаешь то же, что и поколения Оскуритовых до тебя, — пояснила мне она.

По её тону было понятно, что она удивляется, как я самостоятельно не додумался до таких простых вещей.

Дело же было в том, что я и сам прекрасно это понял. Она на это прозрачно намекала. Да и как ещё можно прославить Тьму? Только кровавой жертвой! И чем более кровавой и жестокой она будет, тем для неё лучше. А уж если я начну настоящую войну… Тогда она будет плясать от счастья!

Проблема была в том, что меня подобный расклад совсем не устраивал.

— Знаешь, мне это не нравится. Становиться марионеткой у тебя на службе и послушно махать мечом, вырубая всех, кого ты пожелаешь, я не желаю.

Тьма молчала. Я чувствовал её движения вокруг себя. Она размышляла.

— Тыхочешь предложить мне свои условия? — наконец произнесла она.

— Да. Но для начала ты ответишь на все мои вопросы. И наконец-то объяснишь мне, что ты, могущественная Тьма, сущность, обитающая во всех мирах Бесконечного, делаешь здесь, в комнате самого заурядного Чёрного дома!

— Я нахожусь там, где хочу, и не обязана отчитываться перед каждым смертным человечишкой! — снова зашумела она.

Но в этот раз её спецэффекты произвели на меня ещё меньшее впечатление, чем раньше.

— А мне кажется, что ты делаешь это не по доброй воле. Если бы ты могла, ты бы давно нашла способ со мной связаться и переманить меня на свою сторону. Но ты молчала…

— Я тебе помогала! — оборвала она меня. — Или ты думаешь, что смог бы без моей помощи победить Нестерова на экзамене или уклониться от атаки подосланных убийц?!

Я понимал, о чём она говорит. Тогда, на экзамене, я в первый раз услышал её голос. Она показала мне, как нужно действовать, чтобы одержать победу, и позволила мне применить сильную тёмную технику, сокрушившую защиту Нестерова. И, конечно же, она предупредила меня об атаке той вооружённой дротиками парочки. Без её помощи меня превратили бы в решето, и я бы ничего не успел понять!

— Помогала, — легко признал я. — И за это тебе большое спасибо! Но мы же оба понимаем, что это всего лишь мелочь. Ты оберегала нужное тебе тело. Только и всего. Пара советов, один эффективный, но простенький приём, — маловато для кого-то твоего масштаба! Поэтому я делаю вывод, что на большее ты была неспособна. Ты заперта здесь и ограничена в силе. Я ведь прав?

Тьма снова взяла пузу и не спешила отвечать. То ли проверяла мои нервы на прочность, то ли размышляла.

Но долго молчание не продлилось. Она заговорила, и в этот раз она решила ничего от меня не скрывать.

— Ты прав, маленький Оскуритов. Теперь я вижу, что ты другой, и видишь то, что другие не сумели бы осознать… Пять лет назад, когда Аристарх Оскуритов, пытаясь избежать смертной казни, призвал меня на помощь, он использовал особый ритуал. Он не просто брал у меня силу, обещая отплатить мне пролитой крови. Погрузившись в отчаяние, Аристарх обратился к самым тёмным и страшным глубинам своей души и зачерпнул больше, чем имел право…

— Кроме тебя он призвал Черноту, — закончил я за неё.

— Именно так! Чернота — это часть меня. Маленькая мятежная частичка, отделившаяся многие тысячелетия назад. Если я разумна, то Чернота — это хаос в чистом виде. Бесконтрольная неразумная сила, жаждущая только уничтожать, постоянно наполнять своё безграничное брюхо новыми кровавыми жертвами… И тогда она впервые сумела вырваться из-под моего контроля…

В голове, как и раньше, вспыхнули яркие картинки. Закованный в цепи высокий и статный Аристарх Оскуритов, стоящий на помосте. Занёсший над его головой топор палач. Ликующая толпа. Губы Аристарха, шепчущие древнюю формулу призыва. И расползающийся по площади чёрный дым, пожирающий всех, кто оказался у него на пути, и оставляющий только кучки пепла…

— Чернота вырвалась на свободу. И если я всегда понимала, где находятся пределы моей жестокости, и как много крови я имею право пролить, то она этого не знала. Ей были безразличны последствия её действий. Она жаждала крови… В тот день погибло более пяти тысяч человек. Город был частично разрушен, а когда Императорская гвардия при помощи Аристарха наконец-то поняла, что нужно делать, Чернота нашла способ остаться. Она выбрала несколько домов и захватила их, перестроив так, как она хотела. Она превратила их в своё надёжное убежище, в которое никто не может войти без её ведома и разрешения…

Я кивнул. Эта часть истории была мне известна со слов Альфреда. Во всяком случае, в общих чертах. Но в этом изложении получалось, что главной жертвой были не люди, а сама Тьма…

— А что насчёт тебя? Почему ты оказалась здесь?

— Призыв Аристарха ослабил меня. На какое-то время я оказалась неспособна сопротивляться, и Чернота этим воспользовалась. Конечно, в мире было великое множество моих подопечных, но Оскуритовы были самыми сильными из них. И она нашла способ отрезать меня от вашей семьи. Она разорвала ту связь, что нас связывала. Это ослабило меня ещё сильнее, и тогда она попыталась меня убить…

Тьма на мгновение замолчала, а затем разразилась хохотом.

— Несчастная глупая Чернота! Она считала, что сможет меня убить. Меня! Но даже в миг моей величайшей слабости она не сумела это сделать. Всё, на что ей хватило сил — это заточить меня в своих Чёрных домах…

— То есть ты здесь, в этом Чёрном доме, фактически пленница…

— Не пленница! А временно заточённая! — гордо фыркнула Тьма. — И не в этом доме, а в каждом Чёрном доме, что существует в этом мире. Везде есть частичка меня. Крохотная часть. Но вместе они составляют моё величайшее могущество…

Теперь многое стало мне понятно.

С самого моего появления здесь все вокруг говорили о падении силы Рода Оскуритовых. О том, что потомки оказались неспособны повторить величайшие деяния предков. Это списывали на генетику и вырождение, но теперь я знал правду.

Причина была в том, что Род был лишён поддержки своего покровителя. Оскуритовых покинула Тьма, и они были вынуждены справляться своими силами.

— Почему ты используешь именно меня? Почему не связалась с Марком раньше или, например, не обратилась к его отцу, Максимиллиану?

— Потому что они были нечувствительны к моему зову. Ваш Род обладает генетической склонностью ко мне, но Чернота отрезала вас от меня. И только ты сумел обойти это барьер…

— Потому что я — не Оскуритов. Я другой человек, просто попавший в тело Марка. На меня это ограничение не распространяется! — догадался я.

— Именно так! — благосклонно произнесла Тьма. — Ты — единственное исключение и мой шанс получить проводника и вырваться отсюда…

— То есть ты хочешь уничтожить Черноту?

— Увы, маленький Оскуритов, но сделать это непросто даже для меня, — с тяжестью в голосе произнесла Тьма. — Я знаю, как сделать это, но она слишком сильна. На это потребуется время… Всё, что я хочу — это соединиться с тобой и вырваться из своей темницы!

История наконец-то сложилась. Я понимал, зачем понадобился Тьме. У неё просто не было другого выхода, кроме как обратиться ко мне. С моей помощью она пыталась вернуться в игру.

И в целом я не возражал. Поддержка такого мощного союзника в той игре, которую я затеял, мне совсем не повредит. Даже больше, вполне возможно, что без её помощи мне не победить!

— Я согласен тебе помочь и заключить договор, — произнёс я, чувствуя, как ликует Тьма. — Но с условием. Ты не будешь мне приказывать. Я отказываюсь быть послушной марионеткой и буду действовать так, как пожелаю. Ты дашь мне силу, а как ей распорядиться, решу я сам.

— Не сам, маленький Оскуритов! Не сам. Мы вместе! — прошептала Тьма, и я почувствовал в её словах угрозу. Даже не смотря на то, что у неё не было выбора, она не собиралась полностью отдавать мне инициативу.

— Пусть будет так! Мы решим это вместе. Но в использовании силы я не ограничен. И никакой кровавой жертвы! — жёстко произнёс я.

— Так и быть! — прошелестела в ответ Тьма.

— Ну тогда давай оформим наше соглашение!

Темнота вокруг меня зашевелилась, и я скорее не увидел, а почувствовал, как она обретает форму протянутой мне руки.

Я осторожно её пожал, почувствовав, как по коже бежит холодок. Соглашение между нами было заключено.

— А теперь давай отсюда выбираться!

Глава 3

— Предупрежу сразу — мы в центре владений Черноты, и просто не будет, — прошептала Тьма мне на ухо. — Она будет сопротивляться и сделает всё, чтобы не дать тебе вырваться…

— Нашла чем напугать! Я уже второй раз в Чёрном доме, и она пока что не смогла до меня добраться… — пренебрежительно фыркнул я.

Тьма мой энтузиазм не разделяла. Она была спокойно, но оценивала угрозу куда более реалистично, чем я.

— В первом Чёрном доме ты сумел уцелеть только потому, что Чернота не сразу поняла, кто ты такой. Твой генетический код слишком похож на её собственный, и ей понадобилось время, чтобы опознать в тебе врага. Но во второй раз это тебе уже не помогло. Ты и сам это заметил…

Она была права — в этом Чёрном доме всё было не так, как в предыдущем. В первом я успел пройти до третьего этажа, прежде чем появился чёрный дым и по-настоящему серьёзные монстры. Здесь же они атаковали меня буквально от самых дверей. Да и чёрный дым был куда агрессивнее и опаснее. Если бы не подсказки Тьмы и не крепко запертые двери в этой комнате, то, вероятно, от меня к текущему моменту осталось бы совсем немного.

— И что ты предлагаешь делать?

— Сразу же вступать в бой. Использовать все силы, что есть. Но самое главное — слушать меня во всём! В отличие от тебя, я знаю, что делать.

— Так и быть! В этот раз послушаюсь, — милостиво махнул я рукой. — Но просто для протокола отмечу, что мы с Жижиком прекрасно выбирались из кучи передряг и без твоей помощи… Кстати, а где Жижик?!

Увлёкшись разговором с Тьмой я совсем позабыл про своего маленького помощника. А ведь я не слышал и не чувствовал его с самого попадания в эту комнату!

— Ты про эту мерзкую часть Черноты? — презрительно выдохнула Тьма. — Только не говори, что ты привязался к этой уродливой твари!

— Жижик — не уродливая тварь! Он — мой верный помощник! И если ты что-то с ним сделала…

— Да ничего я с ним не сделала! — фыркнула Тьма. — Твоя уродливая клякса жива. Только погружена в состояние, в котором не может мне навредить…

Темнота вокруг снова зашевелилась, и я почувствовал рядом присутствие Жижика. Только ощущалось оно не так, как всегда. Было похоже, что Тьма окружила его непроницаемым барьером, подавив его волю и силу. Он был жив, но сильно оглушён.

— Жижик, ты в порядке?!

Я почувствовал слабый ответный импульс. Он был в порядке, но окружён силой Тьмы со всех сторон. Это было неприятно, даже болезненно, но в целом не смертельно.

— А ну немедленно его отпусти! — потребовал я от Тьмы.

— Отпустить эту тварь в моих собственных владениях, чтобы он здесь всё запоганил своей уродской сущностью? Ну уж нет! — презрительно прошипела она в ответ. — Ты хоть понимаешь, что он такое?!

Вопрос был, как говорится, не в бровь, а в глаз. Об истинной природе моего помощника я мог только догадываться. Если верить результатам исследования Алины, он был как-то связан с Чернотой. Во всяком случае, те следы, что она обнаружила на моём теле, очень напоминали её по составу. Но как именно он был с ней связан, я не знал.

— Это не имеет никакого значения!

— Не имеет значения?! Ещё как имеет! — прогрохотала Тьма. — В той комнате в первом Чёрном доме, в которой твой Жижик к тебе прицепился, ты же видел шевелящуюся чёрную массу?

— Ну видел! И что с того?

— Это была воплотившаяся часть Черноты…

— Но Чернота — это же чёрный дым! — попытался я спорить с ней.

— В своей обычной форме — да. Но когда она проводит долгое время в обычном мире, она начинает обретать обычную материальную форму. Она становится чёрной бесплотной массой. Это по-прежнему часть Черноты. Со своим собственным разумом, но по-прежнему находящаяся в её подчинении…

Часть Черноты, значит… Я полагал, что в Жижике определённо есть её частичка, но то, что он, по сути, полностью состоит из неё, пусть и в другой форме, всё равно было неожиданно.

Сконцентрировавшись, я послал ему мысленный вопрос. В то же мгновение пришёл приглушённый ответный импульс. Он не отрицал своей природы, но говорил, что его происхождение не имеет значения. Для основной части Черноты он всегда был чужим, и мечтал сбежать. К тому же мы с ним были соединены, и он не видел оснований ему не доверять.

Не видел этих оснований и я.

— Мне не важно, откуда он произошёл. Я ему доверяю. Поэтому я требую его отпустить!

Темнота недовольно заворочалась. Тьме не понравился мой ответ, но сделать с ним она ничего не могла.

— Так и быть! Но только за пределами комнаты. Не позволю ему отравить это место своим присутствием!

— Да как угодно, — кивнул я. — Но есть ещё одно условие. Когда мы выйдем отсюда, я должен взять с собой как можно больше камней, обломков, каменной стружки, вообще всего, что сумею здесь найти.

— Зачем?! — искренне удивилась Тьма.

Пусть она за мной и наблюдала, мой разговор с Богатырёвыми она, судя по всему, упустила.

— Да потому что эти предметы можно продать за хорошую цену. А мне нужны деньги…

— Деньги — бессмысленные бумажки! Тупое изобретение недалёких людей… — тоном профессионала в финансовом деле произнесла Тьма.

— Может и так, — пожал я плечами. — Но без них мне не на что будет купить покушать. Тебе, конечно, еда не нужна, но я без неё сдохну. И сильно я тебе мёртвый помогу?

— Ты будешь бесполезен, — холодно ответила Тьма. — Я тебя поняла. Найду способ отвлечь Черноту, чтобы ты мог собрать свои камешки.

— Вот и договорились! — улыбнулся я и рывком распахнул дверь.

Стоило мне это сделать, как чёрный дым, клубясь и занимая всё пространство, что я только мог видеть, бросился на меня. Его было гораздо больше, чем раньше. Всё это время он не просто караулил меня у дверей, но собирался с силами.

И теперь все эти силы были направлены против меня.

Если бы я был один, без поддержки Тьмы, то я не продержался бы и нескольких секунд. Чернота поглотила бы меня, точно также, как она поглотила пять тысяч человек в тот день, когда ответила на призыв Аристарха и пришла в этот мир. Особая генетика Оскуритова ничем бы мне не помогла!

Но сегодня со мной была Тьма. И, в отличие от меня, она знала, как с ней бороться.

Громыхнул взрыв. Не было ни огня, ни дыма, — только оглушительный звук, от которого у меня не лопнули барабанные перепонки. Что именно Тьма сделала, было непонятно, но Чернота отпрянула, освободив мне часть коридора. Проход был узкий, но достаточный для того, чтобы протиснуться.

Это я и сделал, бегом устремившись как можно дальше от приходящего в себя чёрного дыма.

— Что ты сделала?!

— Чернота боится звука. Она безмолвна, и громкие звуки её пугают, — ответила Тьма. Её голос звучал прямо в моей голове, и был почти таким же чётким, как в её комнате. — Но надолго её это не задержит. Только оглушит на пару минут.

— Не забывай, ты должна дать мне время для того, чтобы я успел собрать предметы! — крикнул я, не переставая бежать.

Жижик снова был рядом со мной, сидел у меня на плече. Я чувствовал исходящую от него эйфорию — он был счастлив наконец-то избавиться от плена Тьмы.

— Не нужно напоминать мне об этом каждую минуту! Я помню. Но мне нужно время, — недовольно прозвучала Тьма. — А ты продолжай бежать. Твоя цель — лестница. Как только её достигнешь, попытайся подняться как можно выше.

— Понял!

Я как раз проскочил последнюю часть коридора и оказался у лестницы. Всё, что мне оставалось — побежать вверх, перескакивая со ступени на ступень. Плёвое дело!

Но я недооценил все опасности Чёрного дома.

Совсем рядом со мной пронеслось чудовищно мощное щупальце. Оно с треском вошло в соседнюю стену, оставив в ней внушительную дыру. А ведь на её месте могла быть моя голова!

Я обернулся и увидел существ, про которых уже успел забыть. По лестнице стремительно поднимались прямоходящие осьминоги. При этом они не забывали прямо на ходу стрелять в меня своими длинными и крайне сильными щупальцами.

За первым щупальцем последовало второе, третье, десятое… То, что я пока умудрялся уклоняться, было настоящим чудом!

Не растерявшись, я выхватил Людоеда и одним ударом срубил пару соседних щупальцев. Монстры взвыли, а во все стороны брызнула чёрная кровь. Пара капель попала мне на ладонь, и кожа тут же задымилась. Это была кислота, и очень едкая!

— Твою ж мать! — простонал я.

Жижик растёкся по ладони, и боль отступила. На него можно было положиться — он и без меня прекрасно знает, как справляться с ядами и кислотой.

Поняв, что их тактика не сработает, осьминоги как один застыли, а затем вздрогнули, выпуская плотное облако какой-то синей жижи, мгновенно распространившейся в воздухе.

Знаменитые чернила осьминогов! О них я читал ещё в родном мире. Их они обычно использовали для маскировки. И сейчас я понимал, чего эти твари пытаются добиться — чернила были настолько плотными, что я ничего сквозь них не видел. Они могли спокойно расстреливать меня своими щупальцами, и я, действуя наощупь, не сумел бы увернуться, даже если доверху наполнил себя Даром.

Но на этот случай у меня было отличное проверенное средство.

Я бросил в осьминогов россыпь взрывающих артефактов. Судя по тому, какой вой раздался снизу, они все попали точно в цель.

Тратить время я не стал, и бросился вверх по лестнице.

Но далеко убежать я не успел. Стоило мне преодолеть два пролёта, как откуда-то из коридора, громко топая крошечными ножками, высыпала целая армия ежей.

Я не шучу, больше всего эти создания были похожи на ежей-переростков! Достаточно милых, но крайне крупных, размером с небольшую собачку.

Но от их милого облика не осталось и следа, когда они, дружно выстроившись в линию, повернулись ко мне спиной и дружно выстрелили в меня своими иглами.

И что это были за иглы! Каждая — длиной в половину человеческой иглы. Острые, толстые, с капельками яда на конце. Ни одному обыкновенному земному дикобразу такое и не снилось!

Весь воздух наполнился тысячами игл. И все они летели прямо в меня. Чертовски меткий выстрел!

Хуже всего было то, что я не успевал ничего сделать…

Глава 4

В этот раз меня спас Жижик.

Он только-только закончил обрабатывать ожоги, оставшиеся после крови осьминогов, и резко скользнул вниз, с силой дёрнув меня за ноги.

Сохранить равновесие у меня не получилось, и я эпично грохнулся, умудрившись приложиться носом об пол.

Честно говоря, это того стоило — иглы пролетели над моей головой. Во всяком случае, большая их часть. Но пара десятков особо острых игл летела прямо на меня. Время как будто замедлилось, и я успевал разглядеть их во всех подробностях.

Всё, что я успел сделать — это перекатиться вбок, уклоняясь от нескольких штук, и ударить силой, отбрасывая остальные в сторону.

Но шесть игл всё равно достигли своей цели. И если я правильно рассчитал, то такое количество яда должно было прикончить меня на месте. И никакой Жижик не успеет мне помочь!

Прощаться с жизнью я начал слишком рано.

Полыхнула энергия, и иглы растаяли в воздухе без остатка. При этом энергия была чуждой и не имела никакого отношения ко мне или моему Дару. Ага, понятно, значит, в игру вступила сама Тьма…

Я ощупал себя. Повреждений не было. Лишь одна игла торчала в полу прямо посреди моих разведённых ног. Ещё пара сантиметров — и она могла попасть туда, где мне бы хотелось видеть её меньше всего…

— Тебя нельзя оставить ни на секунду! — самодовольно проворчала Тьма. — Если бы я не пришла тебе на помощь, ты бы сейчас напоминал подушку для булавок!

— И я крайне признателен тебе за помощь. Но где ты была?! У нас вообще-то соглашение, и ты должна обеспечивать меня силой. Но я помощи пока что не заметил! — буркнул я в ответ.

Обычно я более вежливый и благодарный, но сейчас ни сил, ни настроения быть благодарным не было. Всё-таки уж слишком неприятная ситуация получилась!

— Поворчи мне ещё тут! Я обеспечивала тебе маскировку от Черноты. И кое-что придумала. Кстати, тебе лучше пошевеливаться.

Она была права. Из-за угла появился чёрный дым. Я бросил в неё несколько взрывающихся артефактов. Чернота ненавидит громкие звуки, значит, звук взрыва должен её остановить.

Артефакты рванули как надо — с искрами, дымом и оглушительным БАБАХ. Но Чернота застыла на несколько секунд, словно размышляя, что делать дальше, а затем продолжила своё движение.

Вот же блин! Стандартные методы решения проблем в духе «взорвать всё к чертям собачьим» на неё не действовали.

— Идея хорошая. Но не сработает. Если её оглушать слишком часто, то у неё вырабатывается иммунитет. Требуется время, прежде чем это снова сработает, — пояснила Тьма. — Так что выбора у тебя нет. Беги, Марк, беги! Постарайся достигнуть хотя бы шестого этажа. Там находится выход, и я сумею выиграть тебе пару минут, чтобы ты успел пособирать твои драгоценные предметы…

Повторять мне не требовалось, и я со всей дури припустил по лестнице, стараясь обогнать стремительно стелящуюся за мной Черноту.

То и дело на меня выскакивали уже знакомые мне носороги, ящерицы, летучие змеи, осьминоги и медузы. Я был доверху накачен Даром, направо и налево махал Людоедом и что есть сил фигачил энергией каждого, кто ко мне совался.

Теперь я сполна чувствовал поддержку Тьмы. Она как будто стояла за моей спиной, делая каждое движение немного быстрее и сильнее. Монстры падали к моим ногам неподвижными тушами. Но даже с её помощью меня пару раз задело рогом, один раз отбили левую руку щупальцем и обожгли ядом медузы.

Но я не останавливался, и пулей влетел на шестой этаж.

И именно здесь меня и настигла Чернота.

Она вальяжно вырулила из-за угла. Пусть это и был всего лишь чёрный туман, я каким-то образом чувствовал его эмоции. И сейчас он торжествовал. Он наконец-то загнал меня в угол и готовился мною поживиться.

— Как всегда самодовольна… — вздохнула Тьма. — Думает, что полностью контролирует ситуацию. И как всегда ошибается!

— Если ты и в самом деле что-то придумала, то сейчас самое время это использовать, потому что бежать мне некуда, а эта тварь собирается меня прикончить! — прокричал я.

— Ох, какой нервный, — вздохнула Тьма.

Чернота жадно набросилась на меня, но в то же мгновение Тьма что-то сделала. Я почувствовал резкий прорыв энергии, и чёрный дым просто растёкся вокруг меня. Да-да, как самый обыкновенный дым!

Чернота заклубилась, поворачиваясь из стороны в сторону, как будто она пыталась меня разглядеть, но у неё никак это не получалось.

— Что ты сделала? — спросил я Тьму.

— Вспомнила, что мы с ней имеем общую природу. Она — часть меня. А значит, и вот есть часть её, — вздохнула она. — И я использовала часть её природы, чтобы замаскировать свою сущность. Теперь, пока ты окружён моей маскировкой, она думает, что ты — часть и её самой, и ничего не может тебе сделать.

— Это… впечатляет! — честно произнёс я.

— Благодарю, — хмыкнула Тьма. — Но торопиться всё равно придётся. Хватай что тебе нужно, и быстро дуй к самой дальней двери. Там выход.

Тратить время понапрасну я не стал, и, стащив со спины рюкзак, принялся наполнять его всеми предметами, до которых только мог дотянуться.

Обломки механизмов, камни и стружка здесь были, но совсем не так много, как хотелось бы. Гораздо больше здесь было других предметов, встречаться с которыми на более низких этажах мне не доводилось. И выглядели они куда внушительнее!

Несколько небольших каменных изваяний, изображавших неизвестных мне чудовищ. С десяток металлических колец без какой-либо гравировки. Целые стопки наполовину истлевшей жёлтой бумаги. Всего этого богатства было много, и я не стал себе ни в чём отказывать. Набрал всего, что только мог, доверху наполнив прочные пакеты.

Мой багаж выглядел внушительно, и задача запихать его в рюкзак казалась невозможной. Слишком много всего! Но я не напрасно ходил в магазин артефактов. Мой рюкзачок был зачарованным и вмещал в себя гораздо больше, чем могло показаться на первый взгляд. Только благодаря этому я сумел разместить в нём все пакеты. Удивительно, но даже осталось свободное место!

Я уже собирался двигаться к двери, когда заметил кое-что очень интересное.

Немного в стороне лежали несколько мелких камней. Совсем крошечные, они, однако, привлекали меня куда больше булыжников, которые я находил раньше. Разноцветные, гладкие, с красивыми ветвящимися прожилками, они выглядели как предметы из другого мира или с другой планеты. Булыжники, которые я собирал раньше, с такими и рядом не стояли!

И, конечно же, я не мог пройти мимо.

Я достал из рюкзака ещё один пакет и двинулся к ним.

— Ты что делаешь?! Я не смогу держать маскировку вечно! Чернота скоро очнётся и сожрёт тебя, — прошелестела Тьма на ухо.

— Я в курсе. Но интуиция подсказывает, что эти камешки совсем не из простых. Быстро их схвачу, и сразу рвану в дверь…

Схватив ближайший камень, я попытался положить его в заготовленный пакет. Не тут-то было! Он, кажется, прирос к полу и категорически отказывался от него отрываться. Более того, от одного прикосновения к нему меня прошибла такая боль, что я отдёрнул руку. Пальцы стремительно краснели и покрывались красными воспалёнными волдырями.

— Твою ж мать! Больно!

— Так тебе и надо, — злорадно шепнула Тьма. — Ты не сумеешь унести всё. Бросай всё и беги!

— Ну уж нет. Если они так хорошо защищены, значит, точно представляют какую-то ценность…

На мои обожжённые пальцы скользнул Жижик. Повреждённую кожу тут же охватил успокаивающий холодок. В голове возник мыслеобраз. Жижик предлагал мне план.

— Уверен? — спросил я его. — Тебе может быть больно.

И только получив утвердительный ответ, я приступил к воплощению его предложения.

Оно было элементарным. Мой кляксообразный товарищ растёкся по моей ладони как будто чёрная блестящая перчатка. Теперь он полностью скрывал мою плоть.

Я мысленно приготовился к боли и снова коснулся камня. Боль была, но очень слабая, звучащая буквально на отзвуке сознания. Больно было и Жижику, но совсем не так, как мне в первый раз. Всё-таки он был плоть от плоти Черноты, и прикосновение к порождённому ей камню причиняло ему гораздо меньше вреда, чем мне.

Даже теперь камень не желал отрываться. Я до отказа наполнил мышцы Даром, и только тогда сумел оторвать камень от пола. Осторожно положил его в пакет и приступил к остальным.

— Последние секунды. Мои силы на исходе, — ровным тоном сообщила мне Тьма.

Кричать и убеждать она не собиралась, лишь сообщала о приближении опасности.

— Сейчас, ещё пару секунд! — крикнул я в ответ, отдирая от пола очередной камень.

— У тебя их нет.

И в ту же секунду Чернота пришла в движение. Чёрный дым, всё это время рыскавший в стороне от меня и напрочь забывший о моём существовании, ожил и бросился на меня всей своей мощью.

Я сунул камень в пакет и бросился прочь. В том, что успею добежать до двери, нисколько не сомневался. Всё-таки к ней я был гораздо ближе, чем Чернота, к тому же Дар и поддержка Тьмы давали мне огромные преимущества в скорости.

Но я недооценил Черноту. Она оказалась быстрее.

Не успела моя рука коснуться ручки заветной двери, когда меня охватил чёрный дым.

Тело пронзила нестерпимая боль. Я оказался во власти Черноты.

Глава 5

Я горел. Невидимый огонь обжигал меня, жёг снаружи и изнутри. Тело выворачивало наизнанку. Кожу колол миллион острых раскалённых иголок.

Все мысли, все эмоции — всё тут же вылетело прочь, стало глупым и неважным. Всё, что у меня осталось — это боль. Нестерпимая боль и крик, рвущийся из самой моей души.

Я кричал во всю глотку так, как не кричал никогда. И это было единственным способом хотя бы немного уменьшить боль.

— Терпи. Я попробую тебя отбить, — прошелестела Тьма.

Тут же стало немного легче. Краем воспалённого сознания я уловил происходящее вокруг меня движение. Тьма, воплощённая темнота ночи, и клубящийся чёрный дым сцепились друг с другом.

Это были две силы, две неконтролируемые древние стихии, ненавидящие друг друга. И сейчас они сошлись в самой странной битве, что я когда-либо видел.

Бесформенные чёрные очертания сталкивались и расходились. Это казалось каким-то ненастоящим театром теней, но я понимал, что на самом деле это было сражение сил, истинная мощь которых недоступна для человеческого понимания.

И, кажется, в этот раз Тьма оказалась немного сильнее.

— Беги к двери. Быстро!!!

К телу вернулись ощущения, я снова мог двигаться. И стоять на месте я не собирался. Кое-как переставляя ноги, бросился к двери.

При этом об отброшенном в сторону рюкзаке с добычей тоже не забыл. Боль, конечно, страшная, но и совсем с пустыми руками уходить обидно…

За спиной раздался истошный рёв. Обернувшись, я увидел, что Тьма отступила, и Чернота снова рвётся ко мне. Долго сдерживать её не удалось, и сейчас она готовилась отыграться на мне с новой силой.

Но в этот раз я успел нажать на ручку двери и шагнуть в дверь.

— Прости, дорогая, но полакомиться мной тебе сегодня не удастся!

Мир вокруг меня закружился. Поток ветра подхватил моё тело, и я оказался на первом этаже, у самых дверей. Казалось, только сделай шаг и будешь свободен.

Но и здесь всё оказалось совсем не так просто.

Всё пространство вокруг меня кишело монстрами. Носороги, летучие мыши, ящерицы, осьминоги… Все монстры, с которыми я уже сталкивался, и новые неведомые твари окружили меня.

Чернота оказалась гораздо умнее, чем я думал. Не желая давать мне ни единого шанса вырваться, она перекрыла единственный выход своими верными вассалами.

При моём появлении монстры утробно взревели и всей толпой бросились на меня.

По венам побежал Дар, и я закружился, снося одну голову за другой. А я молодец, даже захваченный Чернотой, не выронил меч! Без него сейчас пришлось бы совсем худо…

Впрочем, мне и так было нехорошо. Я дрался на пределе своих возможностей, сила так и струилась по моим венам. Но чувствовал я себя при этом совершенно ужасно. Движения были не такими быстрыми и сильными, какими они должны были быть, а в глазах плясали кровавые пятна.

Чернота сильно меня потрепала. Гораздо сильнее, чем сначала казалось. И очень похоже, что отбиться я не сумею.

Как назло, запас взрывающихся артефактов я уже давно израсходовал. Да и Тьма не спешила приходить мне на помощь.

— Ты вообще собираешься мне помогать?! — прорычал я.

Никакого ответа. Более того, я даже не чувствовал её присутствия.

Понятия не имею, где она пропадает, но очень похоже на то, что со всеми проблемами придётся справляться самостоятельно. Но вот как это сделать — большой вопрос…

Какая-то тварь цапнула меня за руку, по ногам ударило щупальце, и я свалился на пол. Надо мной тут же нависла сотня перекошенных от ненависти и жажды крови морд.

Ну всё, у меня оставались последние секунды. Живым меня отпускать никто не собирается.

— А вот хренушки вам! Буду драться до последнего!!! — проревел я и, вдобавок к мечу, принялся размахивать ещё и рюкзаком.

И вот это неожиданно подействовало.

От очередного взмаха монстры отшатнулись. Некоторые и вовсе бросились прочь. Странно. Чего они так испугались?…

Не отрывая от тварей пристального взгляда и не забывая грозно потряхивать мечом, я открыл рюкзак.

Причина их паники стала понятна практически сразу. Один из камней, который я буквально увёл из-под носа Черноты, светился ярким фиолетовым светом. Раньше я за ним такого не замечал.

Я осторожно извлёк пакет с камнями и встряхнул им перед носом чудовищ.

Эффект был моментальным. Они дружно вздрогнули. Кто-то завыл.

— Так, ребятки… Значит, этот камушек так на вас действует? Ну что ж, тогда давайте разойдёмся. Вы дадите мне выйти, а я обещаю не лупить вас этим камнем по вашим клыкастым мордам!

На то, что они меня поймут, я особо не рассчитывал, но они оказались умнее, чем я полагал.

Толпа чудовищ расступилась, давая мне спокойно, как по бульвару, прошествовать к выходу.

Что, так просто?!

Ну разумеется нет.

По лестнице быстро стекал чёрным дым. Чернота была намерена не позволить мне вырваться из её обители.

Медлить я не стал. Бросился к двери, потянул её на себя и наконец-то оказался на улице. Ноги подкосились, и я обессилено упал на асфальт.

— Господин, вы в порядке? Что… что с вами случилось?!!! — мгновенно закудахтал надо мной верный Альфред, всё это время ожидавший меня у дверей дома.

— О, я лучше всех… — прошептал я и потерял сознание.

Следующим, что я помню, был мой камердинер, пихающий мне в руки стакан крепкого и сладкого чая.

— Держите, господин! После того, что с вами произошло, вы просто обязаны подкрепиться!

Я кое-как сделал пару глотков. В голове понемногу прояснялось, я снова начинал соображать. Судя по тому, что я сидел на лавочке недалеко от Чёрного дома, надёжно укутанный в пиджак Альфреда, с моего возвращения успело пройти какое-то время.

Странно. Зачем ему понадобилось укутывать меня в свой пиджак?

И только сейчас я понял, что всё это время, со столкновения с Чернотой, я был совершенно голым. Вся моя одежда исчезла, сгорела в чёрном дыме. Но я был так увлечён спасением собственной жизни, что не обратил на это никакого внимания. Так и отбивался от монстров голышом. Ни их, ни меня это, кажется, нисколько не смущало.

Бросилась в глаза и ещё одна деталь. Всё моё тело было буквально исполосовано. Раны, укусы, царапки, ожоги, запёкшаяся кровь, как моя, так и убитых мной чудовищ… Я сегодня славно повеселился, ничего не скажешь!

— Господин, что с вами случилось? — обеспокоенно повторил камердинер.

— О, Альфред, совершенно ничего особенного! Я всего лишь познакомился с двумя сущностями, что бьются друг с другом тысячелетиями. С одной из них я, кстати, заключил что-то вроде партнёрского соглашения. А ещё я набрал полный рюкзак добычи и, кажется, нашёл способ управлять монстрами.

Язык меня не до конца слушался, так что звучал я сбивчиво. Неудивительно, что Альфред посмотрел на меня сочувствующе.

— Вы пострадали куда сильнее, чем я думал. Вам необходимо принять ванну и как следует отдохнуть. Поедемте скорее домой!

— Отличная идея! Ты просто читаешь мои мысли…

До дома мы добрались не без приключений. Первый приехавший таксист отказался везти меня, перемазанного кровью и к тому же в явном неадеквате. Второй тоже. Третий же оказался совершенно отмороженным и, дав нам забраться в салон, всю дорогу болтал про то, что Император — идиот, и Благородные просто обязаны скинуть его с престола.

Я его не слушал. Просто не было сил. Всё, о чём я мог мечтать, — это горячий душ и мягкая постель…

Оказавшись в нашем крохотном обиталище, я так и сделал. Смыл с себя кровь, не без помощи Жижика обработал раны и бухнулся в постель. Чистый кайф!

Единственное, что меня смущало, — это отсутствие Тьмы. После того, как она вытащила меня из лап Черноты, я не видел её и не слышал. На мои призывы она тоже не отвечала. Может, так и должно быть, и постоянно мы общались только в Чёрном доме?

Всё возможно. Но думать об этом сейчас не хотелось.

— Если попробуешь меня разбудить — убью! — пообещал я Альфреду и отрубился.

Глава 6

Сначала я думал, что просплю по меньшей мере сутки. Но когда открыл глаза, то по слабому утреннему свету, проникавшему сквозь занавески, понял, что прошло в лучшем случае часов пять или шесть.

Как ни странно, но я был в порядке. Раны и ожоги продолжали зудеть, и каждое движение давалось с болью. Но при этом я был свеж и энергичен. Необычно для человека, всю ночь пролазавшего по захваченному монстрами дому, несколько раз укушенного и фактически заживо горевшего!

— Господин, вы ведь уже проснулись? — осторожно сунулся ко мне Альфред.

— Проснулся! — милостиво кивнул я.

— Тогда, может быть, соизволите рассказать, что с вами приключилось? Я к своему стыду изнываю от любопытства и опасений за ваше здоровье…

Скрыть улыбки не удалось. Мой камердинер — совершенно особенный человек. Одна манера изъясняться чего стоит!

— Расскажу, конечно. Но сначала завтрак. Я голодный как волк!

— Будет исполнено! В лучшем виде! — отрапортовал Альфред и бросился выполнять приказ.

Я же подошёл к зеркалу. Хотелось увидеть, как сильно на мне сказалась вылазка в Чёрный дом.

Изменений оказалось больше, чем я ожидал.

Моё тело выглядело так, как будто меня вытащили из пасти крокодила. Шрамы, укусы, ожоги покрывали его плотным ковром. Но при этом они стремительно, едва ли не на глазах заживали. То ли дело было в целительских артефактах, которыми обложил меня Альфред, то ли в воздействии Жижика, но у меня были все основания считать, что не останется даже шрамов.

Само по себе это уже отличная новость!

Но больше всего удивляли другие изменения.

Мои глаза (освоившись, я теперь считал это тело именно своим, а не Марка) потемнели ещё больше. Теперь они были практическими чёрными. Что интереснее всего, в них появился едва заметный отблеск, напоминающий языки пламени.

Аналогичные изменения произошли и с волосами. И без того чёрные, теперь они могли сравниться с темнотой из комнаты, в которой обитала Тьма. Кроме того, они теперь едва заметно отливали красным.

Гадать, почему со мной произошли такие изменения, не приходилось. Находясь во власти Черноты, я буквально горел заживо. Очень похоже на то, что охвативший меня огонь оставил на мне свой след.

Расстраиваться я и не думал. Учитывая, что я мог умереть, красные волосы и огоньки в глазах — меньшая цена, что я мог заплатить. К тому же смотрелось это весьма экзотически. Не сомневаюсь, девчонкам понравится!

Альфред закончил готовить завтрак, и мы с Жижиком налетели на еду. И он и я так измотались за прошедшую ночь, что не отрывались от стола, пока всё съестное окончательно не исчезло в наших бездонных животах. Ну или что там у Жижика…

И только после этого я сумел говорить и рассказал Альфреду обо всём, что со мной произошло в Чёрном доме.

— Значит, Тьма вернулась в Род Оскуритовых… — произнёс камердинер и вдруг просиял. — Праздник-то какой! Господин, не желаете по этому случаю выпить моей фирменной малиновой настойки? Вкусная, пальчики оближешь!

Я помотал головой, а вот Альфред извлёк из шкафа пузатую бутылку и, наполнив до краёв стакан, залпом его осушил. Для него эта новость и в самом деле была праздничной.

Но я его оптимизма не разделял.

— Ты думаешь, что это хорошо? Я разговаривал с Тьмой и скажу тебе, что дама она своевольная и себе на уме. Мы договорились, что я не обязан приносить ей кровавые жертвы. Но я совсем не уверен, что она не кинет меня в чём-то другом…

— Тьма — давний союзник Оскуритовых. Конечно, она опасна. Но ваш Род она ещё никогда не предавала! — уверенно произнёс Альфред. — Зато теперь у вас есть невероятное преимущество. Все техники ваших предков наконец-то станут вам доступны. Ух ты, как разгуляемся! Больше ни один Род не посмеет вам возражать!

Я покачал головой. Лично по мне, так он был чересчур оптимистичен. Уверен, что всё будет совсем не так просто.

— Больше всего меня смущает то, что она не отвечает на мой зов. В Чёрном доме она откликалась на каждый зов. А сейчас её как будто и нет вовсе…

— Тьма — не собачка и не должна бросаться к ноге, стоит вам посвистеть, — разумно возразил Альфред. — Да и разве вы хотите, чтобы она всегда была рядом с вами, слушала каждый разговор? Я уважаю Тьму и чту то, что она сделала для Рода Оскуритовых. Но как только представлю, что она на меня смотрит, мне становится не по себе…

Он передёрнул плечами и внимательно на меня посмотрел.

— Господин, в вас что-то изменилось. Разрешите провести небольшой тест?

Я насторожился, ожидая сложных манипуляций, которые проводила надо мной Алина. Но вместо каких-то мудрёных приборов он вытащил из сундука метку Дара.

— Что, думаешь, я за пару дней умудрился превратиться в могущественного мага? — Я хмыкнул. — Поверь мне, это не так. Я ещё долго буду куковать на своём 12 Ранге!

— И всё-таки я считаю, что вы должны попробовать, — настойчиво повторил камердинер.

— Да как хочешь! Мне не сложно.

Я схватил метку и сжал её в кулаке.

К моему удивлению, цифры на ней были совсем не теми, что я ожидал.

10.

Раздери меня все монстры Чёрного дома, но я каким-то образом умудрился за пару дней вырасти на два Ранга! Ситуация, как я понимаю, весьма необычная…

— Как такое возможно?!

— Господин, я не большой знаток магии, но полагаю, что всё дело во влиянии Тьмы и воздействии на вас Чёрного дома, — поклонившись, пояснил Альфред. — Вы сами говорили, что с Тьмой за спиной вы чувствовали себя намного сильнее и быстрее. Вполне возможно, что её влияние отразилось и на ваших магических способностях. Кроме того, вы убили множество монстров…

— И что с того? Это просто чудовища!

— Не просто. Каждое порождено Чернотой и содержит в себе толику её силы. Забрав их жизни, вы могли поглотить и часть их энергии. А она, в свою очередь, увеличила ваш Ранг…

Я задумался. Звучало логично. Вполне возможно, что Альфред прав!

— Выходит, что если я хочу стать сильнее, то мне нужно регулярно устраивать охоту на монстров в Чёрных домах?

— Полагаю, что так, мой господин, — согласился со мной камердинер.

Я посмотрел на часы. Стрелка неумолимо подползала к полудню. Только сейчас я сообразил, что сегодня был обыкновенный учебный день, и я должен был находиться в Академии!

— Альфред, почему ты не разбудил меня раньше? Я же опоздал!

— Господин, вы что, собираетесь на занятия?! — уставился на меня он. — Но вы же были ранены и истощены! Вам требуются отдых и длительное восстановление. Я полагал, что вы пропустите хотя бы неделю…

В чём-то он был прав. Учитывая, как сильно мне перепало, по обычным человеческим меркам я и в самом деле должен был неделю проваляться в постели, не вставая.

Но это по обычным человеческим.

Может, дело было в поддержке Тьмы, а может и в значительном количестве потреблённой энергии монстров, но чувствовал я себя отлично.

Да что там отлично! Великолепно. Прямо сейчас готов к новым победам и свершениям!

— Нет, отсиживаться я точно не собираюсь. Амалия Людвиговна и без того точит на меня зуб, мечтая выпереть, так что прогулов мне только не хватало. Да и на вечер есть планы — нужно снова наведаться к Богатырёвым и продать им весь тот скарб, что я нашёл в Чёрном доме.

Времени на дальнейшие разговоры я тратить не стал. Игнорируя возражения Альфреда, быстро собрался и двинулся в Академию.

Как назло, у входа я буквально нос к носу столкнулся с Амалией Людвиговной.

— Надо же, господин Оскуритов! Неужели вы соблаговолили пожаловать на занятия? — расплылась она в ехидной улыбке. — Интересно знать, по какой причине вы пропускаете лекции? Удивите меня!

— Обращался к великой Тьме с просьбой призвать армию мертвецов, способную разрушить город и убить всех его жителей, — с невинным видом ответил я. — Обряд долгий, я увлёкся и забыл про занятия…

Проходившая мимо группа студентов шарахнулась от меня в сторону. Мне же потребовалась вся моя сдержанность для того, чтобы не засмеяться.

— Шутить изволите, господин Оскуритов?! — прошипела мне в лицо Амалия, грозя тонким наманикюренным пальчиком. — Эти шутки вас до добра не доведут! У вас остались последние дни на оплату вашей задолженности. Надеюсь, что вы об этом помните. Так что наслаждайтесь нахождением в этих стенах. Совсем скоро вы перестанете быть студентом!

Опустив меня таким образом, она гордо зашагала прочь.

Вот бесит она меня, и всё! Красивая женщина, но зачем же вести себя как последняя сволочь…

Но кое в чём она действительно была права. Времени на оплату моей задолженности по учёбе практически не оставалось. Или я сегодня получу оплату от Богатырёвых, или вылечу из Академии без права на восстановление.

Так как теоретические занятия я уже пропустил, то отправился сразу на стадион для практических тренировок. Дорохова с его физической подготовкой в расписании сегодня не было. Зато было запланировано расширенное занятие по развитию Дара. И это куда лучше — занятия с Морозовой мне по-настоящему нравились!

Когда я появился на тренировочной площадке, занятие уже началось. Разнообразия ради сегодня занимались не на открытом воздухе, а в просторном ангаре.

— Думала, что вы, Марк, не придёте, — встретила меня обезоруживающей улыбкой Татьяна Анатольевна Морозова.

Как и всегда, она была подтянута и строга. Но на меня она смотрела не так, как остальные. В её взгляде не было ненависти. Скорее любопытство. А, возможно, даже и симпатия!

— Прошу прощения. Были срочные дела!

— А, ну это всё объясняет! — ухмыльнулась Морозова и повернулась к остальным студентам. — Так, сосредоточьтесь, как я вам объясняла, и попытайтесь обратиться к внутренним резервам своего организма. При этом не забывайте сжимать в ладони стимулирующий браслет — так вы будете действовать намного быстрее!

Только сейчас я обратил внимание, что остальные студенты сидят в линейку прямо на земле и сосредоточенно пялятся в пустоту. В руке у каждого было зажато по круглому стимулирующему артефакту. Над площадкой повисло густое, давящее на плечи ощущение призванной силы.

Всё понятно, очередное упражнение по стимуляции Дара.

Все были заняты сохранением концентрации, и на меня смотрел только Максим Богатырёв. Он был единственным, кто знал, где я был прошлой ночью. Именно поэтому он выглядел встревоженным — в отличие от остальных он понимал, что моё опоздание могло быть не просто прогулом. Судя по облегчению на его напряжённой физиономии, он уже не ждал увидеть меня живым.

Я сдержанно кивнул, и он заулыбался. Понял, что у меня всё получилось, и его семья получит все необходимые составляющие для новых артефактов.

— Марк, подойди ко мне! — позвала меня Морозова и, когда я подошёл, на ухо прошептала задание. — Мы учимся расширять запас внутренней энергии. Эта тренировочная площадка оснащена специальными артефактами, стимулирующими Дар. Твоя задача — сконцентрироваться и попытаться нащупать их вибрации.

— И что делать дальше?

— Следуй за вибрацией и не теряй концентрации. Тогда твой Дар может стать сильнее!

— Понял! Звучит несложно.

Это было просто только на словах. Я уселся рядом с остальными, но быстро понял, что не могу даже сосредоточиться. То поза была неудобной, то хотелось пить, то Жижик начинал скучать и пускался в странствия по моему телу…

Ну же, сосредоточься! Благодаря этому упражнению ты можешь стать сильнее!

Внезапно я почувствовал, что ко мне тянется непривычная энергия. Наверное, это и есть та самая вибрация. Я не стал ей мешать, расслабился и просто позволил ей проникнуть внутрь меня.

Это было даже приятно. Энергия растекалась, наполняя уставшие от постоянных тренировок и сражений мышцы. На душе было легко и спокойно.

Я чувствовал, как меня переполняет сила. А Морозова права, это просто отличное упражнение!

И тут наполняющая меня энергия зашла слишком далеко. Она коснулась той части моей сущности, которой нельзя было касаться ни в коем случае.

Тьма, до которой я пытался достучаться весь день, подняла голову. Над головой хлопнули электрические лампочки, ангар наполнился холодом и неразборчивым шёпотом.

Кажется, я сделал что-то очень плохое…

Глава 7

Я открыл глаза и огляделся.

Разбившиеся лампы хрустели под ногами. Окон здесь не было, и поэтому в ангаре было непривычно темно. И дело не только в отсутствии света. Я чувствовал, что здесь было что-то ещё. Темнота была более густой, чем должна быть. Совсем другой оттенок чёрного, зловещий и опасный.

Может остальные и не ощущали это так чётко, как я, но их реакция не заставила долго ждать.

— Эй, что происходит?! — прокричал Апраксин.

— Ненавижу темноту! Ненавижу!!! — прорвался голос Нестерова.

— Мы все умрём!!! — подхватила его крик Алина, и в ангаре началась настоящая паника.

Оказывается, сбить спесь со всех этих пафосных аристократиков было так просто…

— Отставить панику! — прогремел голос Морозовой, и в ангаре мгновенно наступила практически полная тишина. — Ничего страшного не происходит, просто перегорели лампы. Направьте Дар в глаза, так вы сможете видеть в темноте. После этого медленно двигайтесь к выходу…

— Легко сказать! — фыркнула Баратынская. — Я уже битую минуту пытаюсь это сделать. И всё равно ничего не вижу! Темнота слишком густая…

— И у меня не получается! И у меня тоже! — загалдели все вокруг.

Кто-то попытался включить фонарик на телефоне. Мелькнула яркая вспышка, которая тут же погасла. Темнота была такой густой, что её ничто не могло пробить.

Что бы здесь ни происходило, мне это не нравилось. А ещё я не сомневался, что происходящее связано со мной.

Но вот что именно я сделал?

— Скучал по мне, маленький Оскурит?! — прошептал в ухо знакомый голос.

Это была Тьма.

— Вернулась, значит… — мысленно произнёс я. До этого я обращался к ней обычными словами, как будто она была рядом. Но теперь, когда я был окружён людьми, внимание которых привлекать не хотелось, я попытался общаться с ней силой мысли.

Это сработало, и Тьма меня услышала.

— Ещё бы я не вернулась! — усмехнулась она. — Ты ведь влил в меня столько энергии!

Я вспомнил, как во время медитации меня охватила неведомая сила. А ведь и вправду, все эти силы ушли на пробуждение Тьмы…

— Где ты была? Ты мне не отвечала.

— А ты что, думал, что мы всегда будем вместе? Ну уж нет, малыш, мне иногда тоже нужно отдыхать! — иронично фыркнула она.

— Не уклоняйся от ответа! — поторопил её я. — Можешь прямо ответить, что сражение с Чернотой сильно тебя вымотало, и у тебя не было сил даже на то, чтобы сказать хоть слово!

Тьма не торопилась с ответом и замолчала на несколько секунд.

— На твоём месте, Оскурит, я бы не стала тратить время на глупые разговоры. Твои дела куда серьёзнее, чем ты думаешь. Если, конечно, ты не хочешь, чтобы все эти люди умерли…

Я огляделся по сторонам и быстро понял, что она имеет в виду.

В отличие от остальных, темнота не была для меня непроницаемой. Да, она серьёзно ограничивала видимость, но я всё равно видел очертания предметов, мечущиеся фигурки однокурсников и едва заметно подсвеченный прямоугольник двери вдалеке.

А ещё я видел, что мы здесь были не одни.

Среди человеческих фигур перемещались чёрные тени. Их очертания были размыты и ничем не напоминали людские.

Намерения у теней были совсем не добрые…

Только я успел об этом подумать, как одна из теней взмахнула длинной тонкой лапой, и человеческая фигура, покачнувшись, упала на пол. Раздался истошный крик.

— Больно! Так больно!!!

Голос был мне знаком. Это был Денис Воронов.

— Что происходит?! — шепнул я Тьме.

— Твои упражнения с энергией привели к логичному результату. Мы с тобой заключили договор, и когда ты призвал дополнительные силы, откликнулась одна из древних техник Оскуритовых…

— Древняя техника?! Говори подробнее!

— Не смей повышать на меня голос! — рявкнула Тьма, и по спине пробежал холодок.

Закружилась голова, в глазах вспыхнули красные звёздочки. Я совсем забыл, насколько древней и могущественной была Тьма. С ней стоило обращаться очень осторожно…

Тут совсем рядом раздался ещё один крик, а за ним ещё и ещё. Тени подкрадывались к моим однокурсникам, подло нанося всё новые удары.

Аристократы пытались сопротивляться, махали мечами, топали ногами, призывая фамильные техники. Кому-то это помогало, и тени обходили их стороной.

Самым эффективным оказался Солнцев. Его тело охватило пламя. Оно было не таким яркими и сильным, как во время боя с Анастасией Петровой. Но всё-таки этого хватило, чтобы немного разбавить темноту в паре метров вокруг него.

Перепуганные тени бросились врассыпную, а аристократы напротив спешили занять место в безопасной зоне рядом с Солнцевым. Но этого места хватило всего человек на десять.

Остальные же оказались беззащитны.

Кажется, никто ещё не умер. Но если так пойдёт и дальше, то за их жизни я не дам и ломаного гроша!

— Я не хочу, чтобы они умерли…

— Да? А любой из древних Оскуритовых отдал бы их теням без сомнения! — усмехнулась Тьма. — Отличная кровавая жертва, между прочим!

Мне понадобилось всё моё самообладание.

— По нашему договору я не обязан приносить тебе жертвы. А эти люди нужны мне для моих планов! Если они умрут, то меня обвинят в их смерти, и я никогда не смогу заработать Императорское прощение и занять прежнее место в иерархии. А я знаю, ты хочешь, чтобы я вернул Роду всё его влияние…

В чём Тьма была заинтересована, так это в моём успехе.

— Сильный аргумент! Если хочешь спасти аристократиков, то отзови Теней!

— Ты думаешь, я бы стал чесать языком, если бы знал, как это сделать?! — вспыхнул я.

Одна из теней внезапно бросилась на меня. Я успел заметить её в последнее мгновение и поймал в полёте. Пальцы погрузились в её чёрное тельце. Я чувствовал какую-то липкую вязкую жижу. А тени, оказывается, совсем не так бесплотны, как могло показаться!

— Вели им уйти! — прошептала Тьма на ухо.

— Идите прочь! — рявкнул я, но мой голос утонул в криках однокурсников.

Ничего не произошло.

— Думал, что всё так просто?! — откровенно издевалась надо мной Тьма. — Ты забыл, на чём основано любое Тёмное искусство…

На чём основано любое тёмное искусство? Ну разумеется!

Оно основано на крови.

Я выхватил меч, полоснул по коже и прижал окровавленную ладонь к вязкому тельцу тени.

— Я приказываю вам уйти!

В этот раз у меня получилось.

Тени замерли, закачавшись в каком-то странном трансе. А затем они вздрогнули и исчезли.

В то же мгновение темнота рассеялась, и фонари в мобильных телефонах разрезали лежащий вокруг мрак. Теперь был чётко виден горящий в дальнем конце прямоугольник двери.

Туда мы всей дружной толпой и ломанулись.

Солнечный свет больно резанул по глазам, и я зажмурился. Но эта боль казалась приятной. Я уже начал думать, что больше никогда не увижу солнца…

Однокурсники, радостно вопя, один за другим выбегали из ангара и обессиленно падали на траву.

Между ними с силой и скоростью ледокола скользила Морозова. Она внимательно осматривала раны, оказывая первую помощь. Выяснилось, что нанесённые аристократам ранения были совсем не такими серьёзными, как показалось в темноте. Неприятные, но совсем не смертельные царапины. Пара часов с хорошим исцеляющим артефактом — и от них не останется и следа!

Как только Благородные поняли, что их драгоценным жизням ничего не угрожает, они прекратили стонать и занялись любимым делом — поиском виноватых.

И, конечно же, все дружно указали на меня.

— Что, Оскурит, решил нас всех разом сгубить?! — тыча мне пальцем в грудь, завыл Нестеров. — Не вышло! Силёнок нас убить не хватит!!!

Его крики подхватили и остальные. Толпа жаждала кровавой расправы.

— Здрасьте-приехали! А с чего ты вообще решил, что это я?! — вспыхнул я, как бы случайно касаясь Нестерова плечом и одновременно используя Прикосновение боли.

Дворянчик взвыл от боли.

Пусть нападение теней и произошло по моей вине, признаваться я не собирался. Всё-таки это вышло случайно, да и никто не пострадал. А если позволю хоть на секунду усомниться в моей невиновности, то "добрые" аристократы сжуют меня заживо и даже не подавятся!

— Если не ты, то тогда кто?! — тупо уставился на меня Нестеров. — Это же явное использование Тёмного искусства!

— И что? Разве им могут пользоваться только Оскуритовы? Да его применяют все кому не лень. Например, ты! — хмыкнул я. — Действовать исподтишка — вполне в твоём духе. К тому же отличный способ свалить всё на меня!

Это была слепленная на коленке версия, но дворянчикам она зашла. Вокруг Нестерова мгновенно освободилась пара метров. Кажется, поверили…

— Оскуритов и Нестеров ни в чём не виноваты! — прогремела Морозова, вырастая рядом с нами. — Эти тени — естественное явление, возникающее при перегрузке энергиии…

— В смысле?! Вы что, хотите сказать, что это совпадение?! — наморщила носик Баратынская.

— Именно так! Вы так усердно занимались, что освобождённая вами энергия под воздействием артефактов обрела собственную волю… Явление редкое, но возможное!

О подобном мне слышать не доводилось. Остальным, кажется, тоже. Аристократики пару минут подумали, а затем решили, что Морозова знает лучше и наверняка права. Всё-таки доказательств моей вины и в самом деле не было.

Лишь Алина пыталась что-то возражать, но её по привычке никто не слушал. Аристократы продолжали шуметь и громко возмущаться.

Морозова попыталась мне что-то сказать, но её отрезало от меня толпой.

О том, чтобы продолжать занятие, не шло и речи. Студенты, переговариваясь, двинулись к выходу.

По пути я поймал Алину и отвёл её в сторону.

— Нужна твоя помощь…

— Вот все вы мужчины одинаковые — сначала зовёте на танцы другую, а потом прибегаете и просите о помощи! — скривила она недовольную мордашку, но, заметив, как я на неё смотрю, рассмеялась. — Да шучу я, шучу! Хочешь танцевать на Вечере с Петровой — пожалуйста! Меня это совсем не волнует… Так что ты хотел?

— У меня с собой несколько образцов. Я бы хотел, чтобы ты их исследовала…

Глаза Алины заблестели.

— Ты хочешь сказать, что у тебя есть ещё образцы?!

— Именно так! И я очень надеюсь, что ты поможешь мне понять, что они из себя представляют…

Я протянул ей плотную кожаную сумку, которую прихватил из дома. Туда я положил по образцу всех предметов, что нашёл в Чёрном доме. В прошлый раз она сильно мне помогла, рассказав об их особых свойствах. Сейчас времени на исследование не было, но составить хотя бы примерное мнение не помешает.

— Марк, это настоящий подарок… — прошептала Алина. В её глазах стояли слёзы. — Если я напишу об этих предметах диссертацию, то мне точно дадут Нобелевскую премию!

— Эй, полегче! Ничего писать не нужно. Мне хотелось бы сохранить эти предметы в тайне…

— Как тебе будет угодно! — милостиво кивнула она. — Да я готова простить тебе что угодно, если ты и дальше будешь приносить такие штуки!

На этом разговор закончился, и она умчалась в Научный корпус проводить свои исследования.

А ко мне мгновенно подскочил Богатырёв.

— Ты сумел достать?! — выпалил он мне в лицо.

Я ухмыльнулся. Кто про что, но его семья про артефакты!

— А ты что, сомневался? Конечно достал!

— Много? — с надеждой спросил он.

— Прилично. Вам с дедом хватит!

Глаза Максима засияли.

— Тогда чего ты ждёшь?! Давай их скорее! Они у тебя с собой?!

— Ты думал, что я попру их в этот улей, полный желающих напакостить мне аристократов? Ну уж нет! Всё спрятано в тайнике в доме, где я живу.

Максим сразу погрустнел, но быстро взял себя в руки.

— Давай заберём их и как можно быстрее передадим деду!

Возражать я не стал. Не имело смысла держать добытые в Чёрном доме предметы. Нужно сбыть их, получить деньги и с чистой совестью наслаждаться жизнью.

Мы с Максимом двинулись из Академии. Его компания меня не напрягала. Не сказать, что я сильно ему доверял. Но всё-таки и поводов сомневаться в его честности у меня тоже не было.

Возможность испытать Максима в деле представилась мне совсем скоро.

Когда мы вышли из метро и зашагали по району, я сразу почувствовал неладное. Весь район стоял на ушах, несло дымом. Здесь что-то произошло…

Глава 8

Приблизившись, я понял, что соседний с нашим дом охвачен огнём.

Не раздумывая, бросился вперёд и почти сразу заметил в толпе Альфреда. Он возвышался над остальными и деловито раздавал приказания.

— Так, вы двое — принесите воды! Ты и ты, расчистите улицу — не хватало, чтобы кто-то пострадал!

То ли ему помогал мрачный авторитет слуги Оскурита, то ли на жителей района произвело впечатление что-то другое, но они покорно исполняли его поручения. Пожарные ещё не успели прибыть, а огонь был локализован и уже догорал.

— Альфред, то здесь произошло?

— Господин, вы вернулись! — просиял мой камердинер. — Кто-то поджёг соседний дом. Мы вовремя приняли меры, и никто не пострадал. Не стоит переживать!

— Я и не думал. Рад, что ты сумел всё решить. Пойдём в дом. Мне нужно передать Максиму предметы.

Альфред окинул Богатырёва изучающим взглядом.

— Пусть подождёт здесь! Не хочу, чтобы он знал, где находится мой тайник!

Любой аристократ на его месте возмутился бы наглым поведением слуги, но Богатырёв промолчал. Этим он заработал от меня пару очков. Не сноб и не считает себя выше остальных. Уже хорошо!

Мы с ним остались на улице. Но уже спустя минуту из дома выскочил бледный Альфред.

— Господин, рюкзак с предметами… Он пропал!

Оттолкнув его в сторону, я бросился внутрь. Альфред и Максим поспешили за мной.

Внутри царил настоящий беспорядок — кто-то рылся в вещах. Выпотрошен был и тайник — отлично замаскированная выемка в полу. Сейчас она была пуста, но по чистому пятну, окружённому пылью, было понятно, что рюкзак был здесь совсем недавно.

— Как это могло произойти?!

— Не знаю, господин. Наверное, вор отвлёк меня, устроив пожар. Дождался, когда я выйду из дома и проник внутрь… — прошептал Альфред, обессилено опускаясь на кровать.

Я повернулся к окну. Так и есть! Оно было разбито, а на подоконнике виднелся отпечаток подошвы. Значит, так вор попал внутрь. Мог бы и сразу догадаться — окно выходит на задний двор, с улицы его не видно. Преступник мог сделать свою тёмную работу, не рискуя быть замеченным…

— Господин, мне нет прощения!!! — заламывая руки, провыл Альфред.

Я его не слушал.

— Нет времени на извинения! Вор не мог уйти далеко. Мы ещё можем его поймать!

Как это сделать, я не имел ни малейшего представления. Зато идеи были у Максима.

Не растерявшись, он вытащил из своей студенческой сумки небольшое устройство вроде электронного планшета.

— Ты что, надеешься найти его в Интернете? — хмыкнул я.

— Нет! После встречи с тобой дед начал изучать принесённые тобой предметы. Он сумел установить особую частоту их излучения, — не отрываясь от экрана и быстро нажимая на кнопки, ответил Максим. — А это устройство получает информацию о всех источниках излучения. Если не считать Чёрных домов, то такой источник совсем рядом!

На экране появилась карта. На соседней улице мигала жирная красная точка. Ага, значит, это и есть наш воришка!

— Твой дед — гений! А теперь по коням. Возьмём ублюдка тёпленьким, пока он не успел ничего понять!

Мы выскользнули из дома, смешавшись с толпой, и втроём бросились к тому месту, где находился вор. Точка на экране не двигалась. Значит, он никуда не спешит. Нам это только на руку…

Я заметил вора издалека. Худощавый паренёк стоял на крыше и внимательно следил за тем, что происходит у нашего дома. У его ног был мой рюкзак.

Значит, он решил не просто скрыться с похищенным, но и проследить за тем, что я буду делать. Умный гадёныш! Не просто крадёт, но и собирает информацию.

Лица его не было видно из-за накинутого на голову капюшона, но меня его личность и не волновала. Кем бы он ни был, он ответит за то, что спёр то, что я добывал с таким трудом собственной кровью!

Мы с Максимом и Альфредом перекинулись быстрыми взглядами.

— Покажем ему, что происходит с теми, кто поднял руку на имущество Оскуритовых! — прошипел камердинер.

Я двинулся вперёд. Тратить время на ненужные сомнения было глупо. Он нас не видит, так что сможем напасть на него незаметно. С тремя бойцами он не справится…

— Не торопись. Смотри внимательнее, — прошелестела на ухо Тьма.

Я остановился и снова посмотрел на воришку. Но в этот раз мне помогла Тьма. Изображение передо мной как будто вздрогнуло, глаза застилал тёмный туман. Это Тьма дала мне часть своей силы, позволив увидеть мир своими глазами.

И она очень вовремя это сделала!

Теперь мне было очевидно, что вор был на крыше не один. Рядом с ним, чуть позади, стояли ещё двое. Крепкие парни в закрывающих лица капюшонах. В руках они ловко крутили усиленные Даром кинжалы.

Почему мы не увидели их сразу? Элементарный ответ! Они использовали маскирующие артефакты. Увидеть их без использования специальных техник или мощных артефактов было невозможно.

— Твою ж мать… — прошипел я сквозь сжатые зубы.

Они же специально так сделали на случай, если за ними попытаются проследить! Преследователи увидят одного беззащитного вора и нападут на него. Ну а дальше их будет ждать неприятный сюрприз…

Что самое обидное, мы почти попались в ловушку!

— Господин, что случилось? — повернулся ко мне Альфред.

— Там ещё двое. Их скрывает артефакт.

Максим быстро запустил руку в свою сумку и извлёк оттуда два тонких браслета. Один нацепил сам, второй отдал Альфреду. Судя по тому, как изменились их лица, эти браслеты были артефактами, и теперь они могли видеть то же, что и я.

— Вот же гады… — прошипел он, понимая, в какие неприятности мы могли влипнуть. — Что будем теперь делать?

— В целом, план остаётся тем же. Я нападаю на того, что справа, Альфред берёт среднего, ну а левый достаётся тебе, — прошептал я.

Спорить со мной никто не решился. Мы быстро взбежали по лестнице и втроём ворвались на крышу.

Детального плана у нас не было. Да он нам и не требовался. Мы и так знали, что нужно делать.

Я наполнил себя силой и рванул вперёд. Парень, на которого я набросился, успел понять, что происходит, лишь в последнее мгновение. Он вскинул руку с зажатым мечом и активировал щитовой артефакт.

Но это его не спасло.

Силы я не экономил и с самого начала вложил в Людоеда заметную часть своего Дара. Переполненный энергией Людоед с одного удара прорубился через щит и звякнул, столкнувшись с выставленным в попытке защититься мечом.

Не давая противнику опомниться, я пустил через Людоеда энергию, применив Прикосновение боли. Парень вздрогнул и выпустил меч из рук.

— Твою мать, больно! — лелея обожжённую руку, воскликнул он.

— Ну конечно больно, идиот, — почти нежно произнёс я. — И это, поверь мне, только начало!

В то же мгновение я сделал лоукик, лишая его равновесия, и, пока он падал, метко прописал ему в нос. Разумеется, не просто голой рукой, а усиленной Прикосновением боли. Облегчать ему жизнь я не собирался.

Парень потерял сознание ещё в полёте и рухнул на площадку у моих ног. Из его носа брызнула кровь.

— Так тебе, воришке, и нужно!

Я опустился на колени, расстегнул рюкзак, заглянул внутрь. Там были все принесённые мной из Черного дома образцы. Я это не просто чувствовал. Я это знал.

Значит, избавиться от предметов они не догадались. Вот же идиоты! Но их тупость мне только на руку. Не придётся разыскивать пропажу по всему городу.

Я огляделся, пытаясь оценить общую обстановку боя.

У Альфреда всё складывалось отлично. Он ловко увернулся от хитрого выпада своего противника и одним стремительным движением накинул ему на шею тонкую металлическую петлю. Она с тихим шипением преодолела сопротивление энергетического щита и намертво впечаталась в его кожу. Всё, что теперь оставалось Альфреду — это довести дело до конца.

С этим он справился идеально. Его взгляд оставался холодным, а руки были как будто сделаны из стали. Он продолжал давить до тех пор, пока ноги второй вор медленно не осел на землю.

Иногда скромный камердинер меня пугает. И откуда у него только взялись такие навыки?

— Не убивай его! Он пригодится нам живым, — предупредил его я.

— Как вам будет угодно, господин! — отозвался Альфред и одним движением скинул с его шеи удавку.

Тогда я повернулся к Максиму. А вот у него всё было совсем нехорошо…

Глава 9

Я видел Максима на тренировках и во время экзамена и оценивал его уровень подготовки как неплохой. До самых сильных аристократов курса он, конечно же, не дотягивал. Но и в отстающих не был. Мой противник и удушенный Альфредом паренёк не проявили особых навыков, и у меня были все основания полагать, что Максим справится со своим воришкой на раз-два.

Но, к несчастью для него, ему достался самый подготовленный противник.

От первого удара Богатырёва он уклонился, ускорив себя Даром, а затем вскинул руку и выстрелил в артефактора концентрированным зарядом энергии. Максима протащило несколько метров, но на ногах он всё-таки устоял.

Не успел он очухаться, как вор уже был рядом с ним. Два из трёх его ударов достигли цели, и теперь Максим истекал кровью. Раны были не смертельные, но весьма неприятные, заставляющие терять кровь и силы.

А сам вор тем временем готовился нанести последний удар, в этот раз смертельный.

Сделать это я ему не позволил.

Я ударил ногой, и вора отбросило в сторону потоком энергии.

— Позаботься о Богатырёве! — крикнул я Альфреду и бросился в бой.

Третий вор меня уже ждал. Я ощутил исходящий от него жар применяемой силы. Он усиливал себя, выводя на новый уровень. Более того, он ловко крутил в руках меч.

Значит, время кулачной драки прошло. Он хочет сражаться по-взрослому!

Кто я такой, чтобы ему отказать?

Наши мечи соприкоснулись. Во все стороны брызнули искры. Сдаваться без боя парень не собирался.

Он закрутился в боевом танце, выбрасывая свой меч так быстро и под такими замысловатыми углами, что я едва успевал реагировать. Его уровень намного превосходил уровень почти всех, с кем я когда-либо сражался. Сильнее его были только Нестеров и Апраксин. Одно это многое говорило об умении бойца, к тому же не Благородного и не получившего их особой боевой подготовки.

Ещё совсем недавно в сражении против такого противника мне бы пришлось несладко. Пара ошибок — и я бы уже истекал кровью рядом с Богатырёвым.

Но сегодня… Сегодня со мной что-то происходило.

Я использовал столько же сил, сколько и раньше. Сила текла по моим венам, но движения были быстрее и сильнее, чем обычно. А самое главное — мои навыки как будто бы выросли.

Ладонь крепко сжимала рукоять меча, а выпады и блоки как будто получались сами собой. В голове проносились воспоминания о десятках кровавых битв. Это были не мои воспоминания, а картины из прошлого древних Оскуритов. Теперь мне были доступны их память и навыки.

— Даже не благодари… — прошептала Тьма.

Значит, опять её рук дело. Заключив с ней договор, я получил её поддержку. Помощью Тьмы пользовались десятки поколений Оскуритовых. Каждый был связан с ней невидимыми узами и оставил в ней частичку себя. И теперь вся их сила была передо мной.

Это было очень вовремя. Обычно я предпочитаю всего добиваться сам, но если жизнь подкидывает халяву, то отказываться от неё будет глупо!

Я закрутился в боевом танце, и острие меча чиркнуло по руке вора.

Его глаза округлились, по телу прошла судорога. Меч выпал из его ослабевших рук.

Наполненный моей силой, Людоед, как и во время битвы с Дылдой, освободил скрытый в нём яд, парализовав противника.

Ух, а я опасный. Ни за что не хотел бы столкнуться с собой в бою!

— Все в порядке? — спросил я, поворачиваясь к товарищам.

— Всё хорошо, господин! Раны глубокие, но не смертельные, — отозвался Альфред, заканчивая обрабатывать ранения Богатырёва.

Артефактор был бледен, но его жизни ничто не угрожало.

— Ну и хорошо. А теперь пришло время узнать, с кем мы имеем дело!

Первое, что я сделал, — это забрался к каждому из поверженных противников в рот, проверяя зубы на предмет пломбы с ядом. Опыт тех ребят, что напали на меня пару дней назад, был ещё слишком свеж. Последнее, что мне здесь нужно — это три трупака!

Как и ожидалось, эти парни были оснащены ничуть не хуже. Даже наоборот — капсул с ядом у каждого было по две. И это не считая тех, что были спрятаны по всему телу и которые сумел найти Жижик!

За моими манипуляции Альфред и Максим следили с широко раскрытыми глазами.

— Марк, ты меня пугаешь… Откуда ты знал, где нужно искать эти капсулы?! — подозрительно спросил меня Богатырёв. — Ты что, уже сталкивался с ними раньше?

— Думаешь, я какое-то чудовище и только и делаю, что кромсаю одного противника за другим? — Я беспечно фыркнул. Не хватало ещё, чтобы артефактор узнал, какой насыщенной боевой жизнью я живу. — Ничего подобного! Просто внимательно слушаю уроки Дорохова. А он всегда говорит, что противника нужно обыскивать, если есть такая возможность. Мало ли что он прячет…

Не уверен, что Дорохов говорил что-то подобное, но Максим сделал вид, что поверил.

— И что ты хочешь делать теперь?

— Ничего особенного. Просто как следует их допросить. Всё-таки слишком профессионально они сработали. Явно профессионалы и действовали по наводке! Сначала они, чтобы отвлечь Альфреда, подожгли соседний дом, а затем через окно проникли внутрь и вытащили из тайника самую ценную в нём вещь…

Тут мой взгляд остановился на Богатырёве. В голову пришла свежая мысль.

— А ведь про сумку никто не знал!.. Никто, кроме тебя и твоего деда.

Мой тон мгновенно изменился. Стал холодным и напряжённым. В самом деле, а почему это я сразу не подумал, что Максим и его дед могут быть в этом замешаны?! А что, спёрли сумку с такими необходимыми им материалами и не заплатили ни копейки. Отличный бизнес получается!

К чему я клоню, Альфред понял мгновенно. Быстро отодвинулся от Богатырёва. В его руках возникла верная удавка. По его взгляду было понятно, что, если понадобится, то он пустит её в ход и не поморщится.

— Ты что, думаешь, это мы?! — Максим на глазах побледнел. — Марк, ты ошибаешься! Моя семья никогда так не поступает!

— Точно никогда? Я бы на твоём месте не зарекался! Мало ли что дедушка делает за твоей спиной…

— Он не врёт, — шепнула мне Тьма. — Я это чувствую…

— Может, это его дед! — мысленно возразил ей я.

— Сомневаюсь. Я сталкивалась с семьёй Богатырёвых много лет назад. Это не в их стиле…

Её мнению я доверял. Тьма обладала способностями, намного выходящими за пределы моего понимания. Нисколько не сомневаюсь, что она в состоянии отличить правду от лжи.

— Верю, — хмыкнул я, наблюдая за тем, как расслабляется лицо Богатырёва. — Это не ты. Но кто за этим стоит, нам поведают эти ребята… И пожалуйста, следите за ними! Они могут попытаться расшибить голову об асфальт или, например, откусить язык…

— Ты серьёзно?! Никто в своём уме не будет так делать! — уверенно возразил мне Максим.

Мы с Альфред с иронией на него посмотрели. Наивный мальчик. Ему столько предстоит узнать!

— Просто делай, что я сказал, и всё…

Я присел на корточки, положил ладонь на щёку ближайшего ко мне парня и использовал Поцелуй боли. Он вздрогнул и открыл глаза.

— Добрый день! Руки и ноги у тебя связаны, а ампулы с ядом я удалил. Так что надеюсь, что ты будешь сотрудничать со мной на добровольной основе…

Не успел я договорить, как он сделал ровно то, что я от него и ожидал — раскачался и попытался удариться головой о крышу.

— Ну уж нет! Не в этот раз!

Я был настороже и успел вовремя его поймать. Моя рука легла ему на лоб, откидывая назад.

Тогда он, забавно прыгая, бросился к краю крыши. Здесь его поймал Альфред — просто сшиб метким ударом по ногам.

— Нет, Оскурит… Я тебе ничего не скажу!

Вор раскрыл рот и попытался сомкнуть челюсти. Этот идиот и в самом деле собирался откусить свой язык!

У него бы это обязательно получилось, если бы я мысленно не послал Жижику просьбу о помощи.

Моя верная клякса стремительно бросилась к нему и в последнее мгновение успела остановить движение челюстей. Он так и застыл, пуча глаза и забавно скаля зубы.

— Марк, ты как это сделал?! — уставился на меня Максим. — Это что, какая-то секретная техника?!

— Ага. Фамильная техника Оскуритовых. Триста лет передаётся от отца к сыну, — хмыкнул я. Жижика он не заметил. Это было мне только на руку. — Тебе её повторить не удастся, даже не надейся!

Я разговаривал с Богатырёвым всего несколько мгновений, но за это время несостоявшийся воришка успел сделать то, чего я от него никак не ожидал.

Воздух задрожал от освобождённой силы. Я обернулся и увидел, как на его руке мелькнул сложный рисунок. Руна! Всё это время у него на Руке была набита Руна, могущественный знак, затрагивающий тайные силы мира, а я даже не догадался её проверить!

И сейчас я пожинал плоды своих ошибок.

Сила рванула. Затряслись барабанные перепонки, крыша под ногами заходила ходуном, а воздухе внезапно наполнился огнём…

Глава 10

— Господин, спасайтесь! — бросился ко мне Альфред.

Но я уже и сам понимал, что нужно сделать.

— Все бегом отсюда!

Я наполнил тело силой, подхватил рюкзак и бросился к выходу. Максим и Альфред неслись передо мной.

Нас спасли какие-то мгновения. Воздух вздрогнул в последний раз, в спину толкнул порыв ветра, и мы втроём дружно покатились по лестнице вниз.

Кое-как остановив падение, я вскочил на ноги, ощупал себя. Вроде всё в порядке, только пара новых синяков и порезов. Если бы не вовремя использованный Дар, ни за что бы не отделался так просто!

С Альфредом всё тоже было в порядке. Только Максим, и без того не успевший прийти в себя после недавней драки, умудрился вывихнуть ногу. Но, учитывая, что с нами могло произойти, это казалось настоящей мелочью.

Я осторожно поднялся наверх и выглянул на крышу.

На месте того, что всего пару мгновений назад было незадачливым воришкой, осталась только кучка пепла. Этот идиот взорвал сам себя!

В отличие от нас, его товарищи были без сознания и не сумели себя защитить. Их разодранные тела не позволяли сомневаться в очевидном факте — они были мертвы.

Я снова умудрился потерять всех свидетелей. Уже во второй раз!

Но даже это было не единственной моей проблемой.

В крыше зияли многочисленные дыры, а как минимум её четверть обвалилась. С улицы доносились громкие крики и шум сирен машин специальных служб.

Если мы не хотели привлечь ненужное внимание, нужно было уходить. И срочно!

— Пошли отсюда!

Мы быстро сбежали вниз по лестнице (при этом хромающего Максима приходилось поддерживать) и оказались во дворе. Буквально на несколько секунд разминулись с прибывшими на место происшествия жандармами и, смешавшись с толпой, покинули место происшествия.

Люди вокруг были взбудоражены, и до меня долетали обрывки разговоров.

— Как рвануло! Меня едва не унесло!

— Да, трясло знатно! Странно это всё. Сначала пожар, потом взрыв… Неспроста это! Попомни мои слова, это работает Чёрный Предел!

— Да быть не может! — ужаснулся первый голос. — Что этим фанатикам здесь делать?! Район у нас тихий, спокойный… Незачем им сюда лезть!

— Ну, это тебе кажется, что незачем. А у них свои мысли могут быть на этот счёт. Хотя бы ради Оскурита этого проклятого! Живёт в паре домов отсюда. Может, это они его грохнуть пытаются?

— Ой, ну если так, то хорошо бы было! Без него земля только чище станет…

Подобные разговоры меня уже не удивляли. Я привык к тому, что Оскуритовых ненавидят все, независимо от пола, возраста и социального статуса. Не удивлюсь, если дети в детских садах играют в «плохого Оскурита» и сжигают моё чучело.

Но вот что было любопытно, так это Чёрный Предел. Что-то я о них уже слышал. Кажется, их упоминали жандармы, с которыми я столкнулся у квартиры Михаила Емельянова. Но кто они, я не знал.

— Альфред, что такое Чёрный Предел? — спросил я камердинера, когда мы зашагали по улице, пытаясь как можно скорее уйти от эпицентра взрыва.

— Организация фанатиков. Объявились пару месяцев назад. Действуют по всей стране. Взрывы, поджоги, убийства… Настоящие отморозки! — отозвался он.

— Взрывы и поджоги, значит? Очень похоже на ребят, с которыми мы столкнулись…

— Нет, господин, ничего общего! — Альфред помотал головой. — Переделовцы — фанатики. Они считают, что аристократы отравляют землю и пытаются уничтожить их всеми возможными способами. Вас же они убить даже не попытались! Уже не в их стиле. И, к тому же, все Переделовцы носят у основания правой ладони татуировку, чёрный прямоугольник. Перед взрывом я осмотрел всех троих и ничего не заметил…

— Осмотрел, значит? И проворонил Руну?!

— Простите, господин… Мне нет прощения! — Альфред остановился посреди улицы и поклонился мне почти до земли. — Что хотите со мной делайте! Я подверг вашу жизнь опасности, и теперь достоин смерти… Вот кинжал. Убейте меня прямо здесь!

Он и в самом деле ловким движением фокусника извлёк откуда-то из внутреннего кармана кинжал и протянул его мне, как будто ожидая, что я его возьму и прямо здесь решу его судьбу.

— В который раз повторяю, не собираюсь я тебя убивать! К тому же ты ничего не сделал…

— В том-то и дело! А должен был!

— Да раздери тебя Тьма, я сейчас вообще не об этом!

— У вас всегда так… интересно? — с округлёнными от удивления глазами спросил меня Богатырёв.

— Нет, что ты! Только по выходным и большим праздникам! А теперь пойдёмте отсюда поскорее. А то люди оборачиваются…

Я был прав — на нашу шумную компашку смотрели. Привлекать сейчас внимание не хотелось. Нас могли узнать и связать с прогремевшим взрывом. Как я буду в таком случае отмазываться перед жандармами, я даже не представлял.

Мы помчались дальше.

Я же продолжал размышлять. Своему камердинеру я доверял, и если он говорит, что это не Чёрный Предел, значит это не они. Но кто тогда?

— Альфред, ты знаешь, что там произошло? Что это была за Руна?

— Руна самоуничтожения, — со знанием дела ответил он. — Срабатывает автоматически. Используется для того, чтобы секретные сведения не попадали не в те руки…

Я кивнул. Так я и подумал. Руна сработала, как только вор понял, что у него нет пути к спасению, и я так или иначе найду способ его разговорить.

— Марк, кто эти люди? Во что ты ввязался? — спросил меня Богатырёв. Он выглядел взволнованным. — Тебя что, хотят убить?!

— Меня? Убить? Нет, ты что! Разве кто-то может желать такому обаяшке, как я, смерти? Они просто хотели вручить мне букет цветов, но всё перепутали! — попытался отшутиться я, но поймал его серьёзный и убрал из голоса шутливые нотки. — Хочешь честный ответ? Я понятия не имею, кто они и откуда узнали про рюкзак. А о том, что такие Руны вообще существуют, я не знал ещё десять минут назад…

Это было правдой. Во всяком случае, на девяносто процентов.

Интуиция подсказывала, что вся эта катавасия связана с моими старыми знакомыми — Вороном и Пересмешником. Кто эти двое и что они задумали, я не имел ни малейшего представления. Но в том, что они про меня не забыли и продолжают за мной наблюдать, сомневаться не приходилось. Попытаться выкрасть добычу, избавиться ото всех свидетелей, а затем под шумок попытаться ликвидировать и меня, — пакость в их духе!

Тут я почувствовал направленный на меня взгляд. Заозирался по сторонам, пытаясь понять, откуда на меня смотрят, но не сумел ничего разглядеть.

Паранойя у меня, что ли, разыгралась? Хотя нет, вряд ли. Наверняка за мной сейчас следят…

— Можешь понять, следят за мной или нет? — обратился я к Тьме.

— Однозначно следят, — тут же отозвалась она. — Но кто именно, не могу разглядеть. Кто бы ни был, его защищают сильные артефакты…

Значит, точно они! Больше некому. Следят, наблюдают, а потом строят козни. Пока не разберусь, кто они и что хотят, даже спать придётся с оружием в руках!

— Что мы там хотели делать, пойти в дом Богатырёвых? Тогда давайте не будем стоять столбом! А то мало ли что может случиться…

Медлить мы не стали. Поймали на улице такси и, погрузившись в машину, помчались по адресу. Район из-за пожара и взрыва стоял на ушах, нас несколько раз досматривали, но до резиденции Богатырёвых всё равно добрались без проблем.

Навстречу нам вышел лично Степан Аркадьевич. Он улыбался, но, заметив хромающего и потрёпанного внука, а также наш с Альфредом после драки не самый благонадёжный вид, на глазах посуровел.

— Максим, что случилось?! — обратился он к внуку.

Я почувствовал в воздухе напряжение — это активировались многочисленные боевые артефакты, спрятанные во всех укромных местах дома. Если бы сейчас Максим сказал, что это я попытался нарушить условия сделки и напал на него, то все эти артефакты обратились бы против меня и Альфреда. И почти наверняка выбраться из такой западни нам бы не удалось…

— Кто-то выкрал из дома Марка рюкзак с предметами из Чёрного дома. Мы погнались за похитителями. Нам удалось их обезвредить, но один из них активировал Руну самоуничтожения, — Максим быстро ввёл деда в курс дела.

На анализ информации главе семьи Богатырёвых понадобились какие-то мгновения.

— Выкрали, значит… Надеюсь, вы, Марк, не думаете, что это сделали мы? — спросил он меня.

Вот ведь старый хрыч! Мгновенно понял все мои мысли. Вот что значит большой опыт…

— Нет, Степан Аркадьевич. Никаких подозрений. Я верю, что вы и ваша семья непричастны.

— Очень рад вашему благоразумию, — совершенно искренне произнёс он. — Тогда кто, по вашему мнению, мог это сделать?

Я замялся, но всё же решил ответить. Всё-таки мы вместе ведём дела и он заслуживает знать.

— У меня есть проблемы по, скажем так, другим направлениям деятельности. Я работаю над их решением…

— Надеюсь, что наших дел они не коснутся? — спросил он мягко, но глаза были суровыми. Он оценивал риски.

— Даже не сомневайтесь! Все наши договорённости остаются в силе. А сейчас я предлагаю вам взглянуть на то, что я раздобыл.

Этим предложением я сумел развеять все его сомнения. Глаза Богатырёва-старшего загорелись огнём любопытства.

— Ну разумеется! Прошу вас, следуйте за мной… Уверен, что вы сумеете меня удивить!

— Полагаю, и вы меня тоже…

Глава 11

В этот раз встречу он проводил не в столовой на первом этаже, а в своём кабинете на втором. Это было большим шагом в наших отношениях. Так он как будто давал понять, что, пуская в святая святых, полностью мне доверяет.

Кабинет был далёк от шикарного. Просторный, с дорогой деревянной мебелью, множеством ценных артефактов, но всё же достаточно классический и несовременный. Видал я кабинеты и похлеще.

Главным же его отличием было оборудованное рабочее место артефактора. Лобзики, молоточки, таблицы с Рунами, множество ещё не готовых образцов, — было видно, что хозяин кабинета любит свою работу и пытается заниматься ей каждую минуту.

— Прошу вас, Марк, не томите. Показывайте…

Мучить уважаемого человека ожиданием я не стал и выложил на стол перед ним по одному образцу каждого вида.

Только сейчас я сам посмотрел на свою добычу в обычной обстановке. Кроме уже знакомых обломков, камней и стружки здесь были каменная фигурка, изображающая неизвестное мне чудовище с шестью головами, металлическое кольцо, лист жёлтой бумаги…

Всё это выглядело настолько обыкновенно. Ни намёка на наличие энергии Черноты или особые свойства. Также подумал и Максим, бросивший на меня подозрительный взгляд. Уж не пытаюсь ли я его обмануть?

Но его дед в этих вопросах был куда более опытным. Одного взгляда ему хватило, чтобы понять потенциал принесённых мною фигур. Бусина на его Анализаторе горела ровным фиолетовым светом.

— Надеюсь, у вас нет сомнений в подлинности представленных мной образцов?

— Нет, Марк, что вы. Я вижу, что в этот раз вы поработали на славу, — сдерживая дрожь в голосе, произнёс Степан Аркадьевич. — Даже более того, вы превзошли мои ожидания…

— Вот и отлично! Рад слышать. А теперь давайте отставим все эти вежливости и перейдём к материальному, — вырвал я его из влажных фантазий. — Сколько вы готовы мне заплатить?

Следующие полчаса мы провели с ним в обсуждении справедливой цены. Сложность была в том, что строгих критериев определения стоимости предметов из Чёрного дома по-прежнему не было. Так что устоявшейся цены тоже не было. Только наши со Степаном Аркадьевичем прикидки и предположения.

Он пытался делать вид, что мои товары его не слишком-то интересуют. Но меня было непросто обмануть. Я продолжал продавливать его по цене, пока не добился той суммы, которая бы меня устроила.

Двадцать одна тысяча. По мне, так цена неплохая. Да что я говорю! Для меня, привыкшего в этом мире считать буквально каждую копейку, это огромный прорыв!

При этом я отдавал Богатырёву не все товары, что у меня были. Часть, совсем немного, я оставлял для себя. Я собирался использовать их для собственных исследований и изучения. Вполне возможно, что Алине удастся установить что-то новое, и эти предметы окажутся ещё более ценными.

Не поделился я с ним и разноцветными камнями с прожилками, которые почти стоили мне жизни. Я кожей чувствовал, что в них было что-то особенное и что отдавать их, даже за хорошие деньги, — большая ошибка. Поэтому решил временно оставить для себя. Не сомневаюсь, что найду им достойное применение…

— Знаете, Марк, я очень доволен нашим с вами общением, — произнёс Степан Аркадьевич, когда переговоры были завершены и мы раскинулись в креслах друг напротив друга. — Современные молодые люди совсем не умеют вести дела. Вечно куда-то спешат, пытаются получить как можно больше в более короткие сроки и совсем не хотят работать. Но вы — другое дело! Такое чувство, что вы гораздо старше и мудрее, чем кажетесь…

Я едва сдержал усмешку. А ведь он сам не понял, что попал в точку! Настоящий я пусть ненамного, но старше Марка. И опыта у меня больше. Удивительно, как он это почувствовал?…

— Рад слышать! Могу подтвердить, что мне с вами тоже приятно работать, — ответил я любезностью на любезность. — И уж если нам так замечательно работается вместе, могу я задать вам один вопрос?

Степан Аркадьевич тут же подобрался, как будто готовился к неудобному вопросу.

— Прошу вас, Марк. Что вы хотите знать?

— Я хочу увидеть артефакты, которые вы изготовили на основе предметов, что я вам принёс.

По лицу старшего Богатырёва пробежала тень.

— Марк, но вы же понимаете, что все артефакты пока находятся в стадии разработки…

— Понимаю. Но всё равно хочу увидеть! Вы же сами сказали, что работать со мной вам приятно. Так давайте не будем портить эти приятные отношения и создавать тайны на пустом месте…

Причина, по которой я продолжал на него давить, была простой. Пока я не знал, как и для чего он использует полученные от меня предметы, я не до конца понимал их ценность. А это в свою очередь влияло и на стоимость. Да, я неплохо зарабатывал даже сейчас. Но «неплохо» не означает «хорошо». Всегда можно зарабатывать немного больше…

Степан Аркадьевич мои мотивы прекрасно понимал. Но ему также было понятно, что ситуацию я поставил таким образом, что отказ может быть расценен как недоверие. Откажет мне сейчас — и следующая партия товаров уйдёт к другому, более открытому покупателю.

А допустить этого он не хотел.

— Прошу вас, Марк, следуйте за мной…

Мы втроём вышли из кабинета и спустились по массивной лестнице в подвал. Там оказалась занимавшая всё пространство мастерская.

В первое мгновение у меня разбежались глаза. Множество каких-то верстаков, странного вида инструментов, сваленного грудами необработанного материала и целые полчища свежеизготовленных артефактов.

Глаза разбегались как у ребёнка, впервые оказавшегося в магазине игрушек.

— Впечатляет! Прямо как настоящее производство…

— Так и есть. Оборудование здесь позволяет изготавливать товары высшего качества, — гордо произнёс Богатырёв-старший. — Конечно, у нас есть и другие мастерские. Но эта, домашняя, почти ни в чём им не уступает…

Я его уже не слушал. Моё внимание привлёк лежащий на столе неприметный брусок.

Ничего особенного в нём не было. Просто прямоугольник с идеально отшлифованными гранями. Но он меня чем-то неуловимо привлекал…

— Как вы безошибочно определили… — улыбнулся Степан Аркадьевич. — Всё верно! Это первый артефакт, что мы разработали из вашего материала…

— Что он может? — спросил я, беря его в руки.

В ту же секунду по артефакту пробежали искры, и все лампы в мастерской погасли. Наступила темнота.

— Вам по-прежнему нужен ответ? — из темноты донёсся насмешливый голос Богатырёва.

— О нет, благодарю! Я уже понял.

Ну конечно! Какой естественный эффект может быть у предмета, принесённого из здания, захваченного Чернотой? Поглощение света и создание темноты!

Как говорится, дёшево и сердито.

Я активировал дар и направил его в глаза. Темнота рассеялась, но полностью не отступила. Ага, значит, эффект сильнее, чем я сначала подумал. Это не просто темнота, а особая, подавляющая возможности Дара. На меня, как на избранника Тьмы, она действует не так сильно, но остальные, даже сильные Одарённые превращаются в слепых котят.

Неплохо! Конечно, не идёт ни в какое сравнение с той темнотой, что несколько часов назад создал я, но тоже хорошо.

— И кому вы планируете продать этот артефакт? По моему опыту люди гораздо чаще пытаются зажечь свет, а не выключить его…

— Вы удивитесь, Марк, но мы уже нашли нескольких покупателей. И совсем непростых… — с полуулыбкой отозвался Богатырёв.

Я понял его намёк.

— Значит, военные. Возможно, жандармы. То есть все те, кому по долгу службы положено проводить свои операции в полной темноте.

— Вы на удивление сообразительный молодой человек! К тому же мы уже разработали специальные очки, благодаря которым всё видно как при свете дня… Ещё один товар и ещё одна статья доходов! Кстати, не могли бы вы вернуть свет обратно? У меня ещё есть что вам показать.

Я сжал артефакт в руке. Пробежали искры, мастерскую осветил яркий свет.

— Чем ещё удивите?

— Да много чем! — вступил в разговор Максим. Ему не терпелось похвастаться. — Вот смотри, это обыкновенные артефакты для домашнего использования. Но с твоими предметами они стали намного сильнее! Мы теперь опережаем всех конкурентов!

Он провёл меня вдоль длинного ряда артефактов, демонстрируя каждый. Эффект и вправду был сильный — сила от них так и пёрла!

За моей спиной сопел Степан Аркадьевич. В отличие от внука, он не собирался показывать мне всё, чего они успели добиться. Хитрый дед понимал, что теперь, увидев всё своими глазами, я уже никогда не соглашусь на снижение цены…

— А это что? — спросил я, останавливаясь около металлического кругляша сантиметров десять в диаметре.

Я взял его в руки, покрутил. Ошибки не было. От него исходила сильная энергия Черноты.

— Это наша гордость! Особый защитный артефакт. Создаёт сильный энергетический щит. Можешь проверить сам!

Я ничего не успел понять, когда Максим схватил со стола боевой артефакт, направил на меня и выстрелил.

Мне в лицо полетел плотный энергетический сгусток.

Вот идиот! Он же не знает, что я не способен использовать щиты!

Глава 12

Кожу обожгло огнём. Сгусток энергии, который на меня направил Максим, был настолько концентрированным, что сомневаться не приходилось — царапками и шишками мне не обойтись.

Я ощутил, как вокруг меня развёртывает защиту Тьма. Но сгусток был быстрее. Увернуться или защититься я не успевал…

В последнее мгновение артефакт в моей руке вспыхнул, и вокруг сформировался защитный купол. Энергия ударилась в него и развеялась без остатка.

— Вот видишь, работает! — радостно прокричал Максим и только тогда удосужился посмотреть на меня. — Марк, а ты чего такой напряжённый? Артефакт бы сработал в любом случае, не переживай!

Я сделал несколько быстрых вдохов. Максим ни в чём не виноват. Он же не знал, что я не способен использовать энергетические доспехи и пользоваться защитными артефактами. Он просто хотел продемонстрировать в действии их с дедом изобретение.

— Всё в порядке. Но больше на меня оружие без моего разрешения не направляй!

— Ладно, без проблем. Прости! — извинился Максим. Он и в самом деле выглядел пристыженным.

Я же только сейчас начинал осознавать произошедшее. Получается, что этот кругляш был единственным защитным артефактом, который я сумел активировать. Причём созданный вокруг меня купол не просто появился вокруг меня мгновенно. Он ещё и оказался очень прочным!

А Богатырёвы и в самом деле неплохо потрудились. Из принесённых мной материалов они сумели создать по-настоящему мощные артефакты. Вся заложенная в них энергия Черноты работала на максимуме своих возможностей.

— Вы не против, если я прихвачу его с собой? — спросил я.

— Это же образец. Его ещё можно доработать… — начал Максим.

Его оборвал Степан Аркадьевич.

— Конечно, Марк. Мы будем рады, если вы будете его использовать.

— Благодарю! — кивнул я и пихнул кругляш в карман.

Чувствую, что эта штука мне точно пригодится…

Пока мы разговаривали, часть оплаты, пятнадцать тысяч, поступила на мой счёт, а оставшуюся сумму Степан Аркадьевич передал мне наличными.

На этом моё посещение дома Богатырёвых подошло к концу.

— Точно не хотите передать мне всё, что у вас осталось? — спросил меня Степан Аркадьевич, когда мы уже стояли в дверях и он крепко сжимал мою ладонь в своей крепкой лапе.

— Позже — возможно. Но не сейчас, — покачал я головой. — Как скоро вам понадобится новая поставка?

— А вам что, не терпится вернуться в Чёрный дом? — хохотнул он, но поймал мой взгляд и замолчал. — Прошу прощения. На самом деле то, как легко вы умудряетесь заходить и выходить из Чёрного дома — это настоящее чудо…

— Легко? — я приподнял брови. — О, вы просто не представляете, о чём говорите! Каждое такое путешествие может закончиться моей гибелью. Причём болезненной и кровавой.

— Как я понимаю, что именно там происходит, вы не расскажите?

Спросил он как бы между делом, но я почувствовал в его голосе искренний интерес. Оно и понятно. В Чёрных домах содержится уникальный ресурс, необходимый для его артефактов. Если он найдёт способ проникать в дом без моего участия, то заработает намного больше.

Именно поэтому я решил немного приукрасить действительность.

— Почему не расскажу? С удовольствием поведаю! У дверей вас встречает здоровенное шестиголовое чудовище с восемью лапами, за ним — полчища прямоходящих осьминогов и летающих ядовитых собак. Кстати, все они швыряются огненными шарами и плюются кислотой. Если удастся их преодолеть, то на вас нападёт живой чёрный дым — сама Чернота, так и ждущая, чтобы напасть на каждого, кто переступит порог. И это не считая взрывающихся пыльных пирамид, отравленного воздуха, живых лестниц и стен… А, ещё там повсюду живая плесень и свисающие с потолка лианы, которые так и норовят ухватить вас за ноги при каждом шаге!

Произнёс это, и сам ужаснулся. А ведь я не сказал ни слова неправды. Всё так и есть. Я лишь совсем чуть-чуть сгустил краски…

— Это всё? — севшим голосом спросил Степан Аркадьевич. Судя по всему, мой короткий рассказ произвёл на его впечатление.

— Точно! Едва не забыл самое главное. Если внутрь зайдёт кто-то, не принадлежащий к Роду Оскуритовых, его ждёт страшная и неминуемая гибель!

Это уже было ложью. Хотя могло оказаться и правдой. Всё-таки других примеров, когда кому-то удавалось выйти из Чёрного дома живым и здоровым, больше не было!

По взглядам Богатырёвых было невозможно понять, поверили они мне или нет. Но если попытаются прорваться внутрь, то я не возражаю. Пусть на своей шкуре поймут, каково мне там приходится!

На этом мы попрощались, и я зашагал к выходу. Там меня уже ожидал верный Альфред. Всё это время он провёл на кухне, в окружении слуг Богатырёвых. Зная своего камердинера, я был уверен, что он не просто пил чай с пирожными, но собирал информацию.

— Рассказывай!

— Увы, господин, но никаких ужасающих секретов узнать не удалось, — печально вздохнул он. — Слуги отзываются о Богатырёвых положительно. Вежливые, в извращениях не замечены …

— Не извращенцы, значит? Уже неплохо! — Я ухмыльнулся. — А с деньгами как?

— Платят исправно. Но в последние годы наблюдается падение продаж, — с готовностью ответил Альфред. — Их поджимают компании аристократов. Богатырёвы, конечно, превосходят их в мастерстве. Но у Благородных есть преимущество…

— Дай догадаюсь! У них всё схвачено. Чиновники их проверяют спустя рукава, им достаются лучшие места для магазинов, а сырьё им продают со скидками. Верно?

— Господин, вы продолжаете поражать меня своим интеллектом, — согласился камердинер. — Со слугами они, конечно, не делились. Но, говорят, им сильно могло бы помочь появление нового прорывного товара. Какого-нибудь мощного хита…

— Ага. Как я и думал! И лучшей основы для создания такого артефакта, чем использование уникальной энергии Чёрных домов, даже не придумаешь! — кивнул я. — Кстати, всё хотел спросить. Из всех Богатырёвых я общался только с дедом и внуком. Где остальные?

— Никого больше не осталось, — развёл он руками. — Есть родственники по другой линии. Они помогают в работе, но семейным бизнесом не управляют.

— Да? Как так вышло?

— Упоминают какую-то трагедию. Но причин никто не знает.

— Молодец! — кивнул я, принимая ответ. — Отличная работа!

Служу Роду Оскуритовых! — поклонился Альфред.

Результат разведки я считал удовлетворительным. Теперь я был окончательно уверен в том, что Богатырёвы — надёжные союзники и подставы от них ожидать не следует.

История с исчезновением большей части семьи меня, конечно, заинтересовала, но возможности получить ответы на все вопросы пока не было. Оставим поиск истины до лучших времён…

Сейчас же у меня были неотложные дела.

У меня на руках были деньги. Не миллионы, но вполне приличная сумма, которой достаточно для того, чтобы существенно изменить жизнь. Этим я и собирался заняться.

Мы заглянули в наш дом всего на пару минут. Быстро собрали вещи и, путая следы, скрылись.

И дело было не в том, что меня внезапно одолел приступ паранойи. Просто теперь, после поджога и попытки похищения, мне было совершенно понятно, что враги пробрались в мою жизнь куда глубже, чем я мог предположить.

За мной следили и знали обо мне те тайны, которые я изо всех сил пытался скрыть. Чувствовать себя в безопасности я больше не мог. Злобные взгляды соседей, идиоты, пытающиеся меня ограбить или обогатиться за мой счёт, — со всем этим было пора заканчивать.

Именно поэтому мы с Альфредом взяли с собой всё необходимое и двинули в приличную гостиницу в центре города.

Конечно, Альфред убеждал меня снять дом или квартиру, но я остался непреклонен. Квартира была слишком мала для моих целей. А дом, пусть и отвечал моим представлениям об идеальном жилье, всё-таки был для меня дороговат. К тому же подходящие для меня дома, даже на городских выселках, стоили совсем неприличных денег.

Вот заработаю миллионы, и выстрою собственный дом, со спортзалом и библиотекой. А пока гостиница казалась лучшим вариантом.

Мой выбор остановился на «Императорской» — одной из лучших не только в Питере, но и во всей Империи.

— Девушка, добрый вечер! Я хотел бы снять номерок, — обворожительно улыбнулся я девушке на стойке регистрации.

Девушка окинула меня мрачным взглядом. И понятно почему! Выглядел я так себе. Одежда после погони и взрыва грязная и кое-где даже порванная, волосы растрёпаны. Выгляжу совсем непредставительно!

— Знаете, у нас нет мест…

— Нет мест? А если так? — произнёс я и ткнул ей пальцем с надетым на него фамильным кольцом Оскуритовых.

Поняв, что перед ней Благородный, девушка рассыпалась в извинениях. Вокруг меня закружился рой из сотрудников отеля, и уже скоро я входил в свой номер.

Брать люкс или что-то вопиюще шикарное (и дорогое) я не стал. Обычный добротный номер с двумя комнатами и двумя же кроватями. А самое главное — с целой кучей защитных артефактов. Защита от прослушки и маскирующих чар, система подавления огнестрельного оружия и взрывающихся артефактов. А самое главное — если кто-то попробует пробраться в номер без моего ведома, его тут же изжарит на месте.

Кого как, но последнее обстоятельство особенно меня радовало. Наверное, я начинаю становиться жестоким…

Первое, что я сделал, закончив осмотр, — это принял душ и забрался под одеяло. День был сложный, мне требовался отдых.

И последнее, чего я ожидал, так это что проснусь я от мягкого, но настойчивого женского голоса.

— Вставайте, господин Оскурит! Вас ждут великие дела!

Я рывком сел на кровати и уставился на нежданную гостью.

— Ты?!!!

Глава 13

— Фу, Марк, как грубо! — сморщила изящный носик Анастасия Петрова. — С девушкой, тем более с той, что находится у тебя в гостях, следует обращаться намного вежливее!

Я уставился на внезапную гостью. Это была именно она, та самая симпатичная брюнетка, которая героически сражалась с Нестеровым. Одна из немногих в Академии, кто меня не ненавидел и не пытался убить.

Вот только её не могло здесь быть. Мы с ней не друзья, да и адреса я ей не давал. У неё нет ни единой причины здесь быть!

Логическое объяснение было только одно — это всё сон, и я всё ещё сплю…

Каким-то образом она поняла, о чём я думаю, и быстрым движением влепила мне звонкую пощёчину. Голова затрещала, щёку обожгло огнём. Зато теперь я не сомневался в том, что всё это происходит на самом деле.

— Ты что здесь делаешь?!

— Нет, ты точно не знаешь, как нужно обращаться с девушками, — покачала она головой. — С ними нужно говорить мягко, делать комплименты…

— Исправляюсь. Прошу прощения за всё, что наговорил, ты шикарно выглядишь… И какого хрена ты здесь делаешь? И как ты сюда попала?!

— Тяжёлый случай. Хотя что ещё ждать от Оскуритова… — вздохнула она. — И если тебя так интересует, как я сюда попала, так всё очень просто — приехала на такси.

— Я спрашивал не об этом. Как ты узнала, где меня найти?

— Ты думаешь, что место жительства единственного в Империи Оскурита — большая тайна? — Она усмехнулась. — Сначала я пришла в тот ужасный дом в Босяцком районе, где ты жил раньше, но тебя там не застала. После этого позвонила знакомому в гостиничной сфере, и он миг мне всё рассказал. Даже в таком большом городе как Питер всегда найдётся кто-нибудь, кто узнает Марка Оскуритова… И вот я здесь. Всё элементарно! Самым сложным было прорваться в номер. Твой камердинер наотрез отказывался меня пускать!

В комнате появился грустный Альфред.

— Господин, эта девушка утверждала, что она является вашей пассией из Академии, и вы очень расстроитесь, если я её не пущу…

Я застонал.

— Пассией?! И ты что, так просто ей поверил?

— Нет. Но она была очень убедительна, — потупил глаза камердинер. — К тому же в её жилах течёт благородная кровь. Такие девушки всегда нравились Оскуритовым. Я не усомнился, что и вам она тоже нравится…

Я перевёл взгляд на Анастасию. Она ухмылялась. Ну конечно, наслаждается моим неловким положением!

— Если хотите, я могу её выгнать! — предложил Альфред и угрожающе хрустнул костяшками пальцем.

Анастасия посмотрела на меня и сложила ладошки в умоляющем жесте. Лицо у неё при этом было такое жалобное, что я не сумел устоять.

— Нет. Пусть остаётся!

Альфред понимающе кивнул и мгновенно покинул комнату. Я же, замотавшись в одеяло, выскользнул из кровати и попытался нацепить хоть какую-то одежду.

Анастасия взмахнула рукой, и порыв ветра сорвал с меня одеяло, оставив в нижнем белье.

Наверное, она рассчитывала, что я засмущаюсь. Но вместо этого я наоборот повернулся к ней, постаравшись принять максимально выгодную позу.

— Тебя же не смутит, если я буду в таком виде?

— Меня? Поверь мне, смутить меня не так просто! — улыбнулась она, скользя взглядом по моей фигуре.

— Так и о чём ты хотела поговорить?

— Вот уж не думала, что ты такой недогадливый… Ты что, забыл, что сегодня Вечер Первокурсников?!

Я едва не застонал. Точно, сегодня же суббота, выходной день. Учёбы нет, но зато вечером состоится праздник, который все (особенно девчонки) ждали с таким нетерпением. Все, кроме меня. Я умудрился напрочь о нём забыть. А ведь я договорился пойти туда с Анастасией!

— И ты здесь поэтому? Хочешь проследить, что я не сбегу?

— От таких, как я, не убегают! — хищно улыбнулась Петрова. — Скорее я пришла проследить за твоей подготовкой…

— За подготовкой?! Это же обычные танцульки! Чего к ним готовиться?!

— Мужики… — страдальчески вздохнула она. — Танцульки — это где-нибудь в школе. А это Вечер Первокурсников в Академии! Там собирается весь бомонд. Могут приехать высокопоставленные чиновники, близкие к самому Императору, а также звёзды шоу-бизнеса. И я не собираюсь плохо выглядеть на фотографиях!

Вот теперь всё и прояснилось. Она пришла, чтобы проследить за тем, что её партнёр на празднике не будет выглядеть как нелепый идиот. Очень по-женски!

И я не мог не признать, что она поступила весьма мудро. Если бы не она, я не то что бы даже не подумал как-то по-особенному готовиться. Я бы вообще не вспомнил про этот дурацкий праздник!

Мелькнула мысль вообще отказаться куда-то с ней идти, но я быстро её отогнал. Я зачем пришёл в Академию? Заводить связи! Если буду держаться в стороне от мероприятий, то вряд ли смогу в этом хоть как-то преуспеть.

Да и такой девушке, как Анастасия, отказывать как-то глупо. Всё-таки как ни крути, а она настоящая красотка. К тому же очень загадочная…

— Ну и какой план?

— Да всё просто. У тебя хороший костюм есть?

— Только тот, в котором я хожу в Академию.

— Этот обтрёпыш?! — Анастасия поморщилась. — Купим тебе новый!

— Да мне не нужно… — попытался протестовать я, но она была непреклонна.

— Ещё чего! Либо на праздник в новом и хорошем, либо сиди дома… Но сначала — завтрак. А то я страсть какая голодная!

То, что это была умелая манипуляция, я понял. Но сопротивляться не стал. Ну а смысл? Решение идти я всё равно уже принял. К тому же очень уж хочется кушать. Сложно вспомнить, когда я ел в последний раз…

Сборы заняли всего ничего, и уже спустя пару минут мы с ней сидели в ресторане отеля, мило беседуя и попивая крепкий (и очень вкусный!) кофе. Альфред решил нам не мешать и восседал за соседним столиком, не сводя с нас пристального взгляда.

Анастасия же меня по-настоящему удивила. О семье или жизни до Академии она почти не говорила. В основном шутила и рассуждала об учёбе. Пафоса, которого я ожидал, почти не оказалось. Умная девчонка с юмором и весьма свободными взглядами. Ничего общего с её лучшей подругой Баратынской!

— И как вы только с Баратынской нашли общий язык… — не сдержался и брякнул я.

— Что ты имеешь в виду? — бросила она на меня пристальный взгляд.

— Ну как… — Я замялся. Давай, Марк, выкручивайся теперь из той дыры, в которую сам себя запихнул! — Ты такая, ну, настоящая. Даже простая. А она — совсем другая! Такая…

— Стерва? — улыбнулась она.

— Заметь, не я это сказал! — выдохнул я. — Нет, ну честно. Она же бросается на каждого! И всё для того, чтобы продемонстрировать своё превосходство…

— Это так! — хмыкнула Анастасия и сделала большой глоток из бокала с шампанским. Ага, пить во время завтрака она считала в порядке вещей! — Последствия воспитания. Её семья считает себя лучше всех остальных. Другие аристократы, и тем более простолюдины, для них не существуют…

— И зачем ты её такую терпишь?

— Ко мне она относится по-другому. Мы выросли вместе. Да и, признаться, я во многом ей не уступаю, а в чём-то и превосхожу. Со мной вести себя по-стервозному не так-то просто!

Она не хвалилась и не пыталась набить себе цену. Просто констатировала то, что и так было очевидно. А ещё так мило улыбалась, что у меня каждый раз сжималось сердце…

А ведь в этом мире у меня ещё не было ни с одной девчонкой. Анастасия кажется отличным выбором…

Но спросил я её совсем не об этом.

— Ты говоришь, что вы выросли вместе? Значит, ты из знатной семьи, раз вам позволили общаться…

Я уже давно подозревал, что её имя, или, как минимум фамилия, были ненастоящими. Слишком уж сильна в ней была кровь Благородных. А ни о каких аристократах Петровых во всей Империи даже не слышали. Вывод получался очевидный — она использовала псевдоним, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания.

Вот только какой в этом был смысл?…

Стоило мне задать вопрос, как лицо Анастасии мгновенно стало холодным и непроницаемым.

— Эй, Марк, хватит жрать! Если съешь ещё один тост, то никакой костюм на тебе не сойдётся. Пойдём уже возьмём тебе что-нибудь приличное!

Значит, не хочет говорить. Принуждать её я не мог. Всё, что мне оставалось — это быстро проглотить недожёванный тост, запить его кофе и броситься за ней следом.

Как ни странно, но подходящий, по мнению Анастасии, костюм мы нашли почти сразу, уже во втором магазине. Элегантная классическая тройка, почти такая же, как на земле, но из других, более благородных тканей, и необычного покроя. Довольно симпатично даже на мой дилетантский взгляд!

Причём цена оказалась совсем не такой астрономической, как я ожидал. Да, конечно, удовольствие не из дешёвых, и полторы тысячи были для кого-то месячным доходом. Но я после удачной сделки с Богатырёвыми в финансовом плане чувствовал себя куда свободнее, чем раньше. Сорить деньгами не собирался, но и жмотничать тоже не видел смысла.

Не удержавшись, я прихватил с витрины лёгкий шарфик, который, как мне казалось, отлично подходил к её глазам. Анастасия подарок приняла с благодарностью и осталась довольна — тут же повязала его вокруг шеи.

Как я и ожидал, смотрелась она потрясающе…

— А во что будешь одета ты? — спросил я её, когда мы покидали магазин. Я хотел взять пакеты с покупками, но из неоткуда вырос Альфред и буквально выхватил их у меня из рук.

Возражать я не стал — нужно же как-то пользоваться наличием собственного камердинера…

— Пусть это будет секретом! — ослепительно улыбнулась Анастасия и уверенно зашагала к выходу. — Всё, Марк, до вечера! Заезжать за мной не нужно. Увидимся в Академии!

— Хорошая девушка, — озвучил Альфред мои мысли, вставая рядом со мной. — Смею вас заверить, что вы прекрасно смотритесь вместе!

— Да ну тебя… — буркнул я, но почему-то мне это было приятно.

Время до вечера я убил самым приятным образом — жёсткой тренировкой в спортивном зале. Местные тренеры оказались не просто покрытыми автозагаром грудами мышц, а вполне функциональными бойцами и согласились сойтись со мной в дружеском спарринге.

Меня как следует отмутузили, но я всё-таки сумел победить. Поддержка Тьма сильно меня изменила. Я и без того не был слабаком, но теперь чувствовал себя сильнее. И это я ещё только начинаю свой путь! Что же будет дальше…

Тренировка тренировкой, но когда наступил вечер, я был готов. Костюм идеально на мне сидел, в руке зажата роза для Анастасии. Мне казалось, что я точно знаю, как пройдёт сегодняшнее мероприятие, и меня ничто не сможет удивить.

Как же сильно я ошибался. Этот вечер преподнёс мне много кровавых сюрпризов…

Глава 14

В положенное время я в сопровождении Альфреда прибыл в Академию. По сравнению с буднями, изменения бросались в глаза ещё у входа.

Вся обширная парковка была заполнена машинами. Они и в обычные дни были такими, что, продав одну, можно было десять лет жить, ничего не делая. Но сегодня были побиты все рекорды. Чего уж там, я насчитал целых три белых лимузина! Нисколько не сомневаюсь, что это не компания студентов наняла тачки пошикарнее, чтобы погарцевать перед девушками. Это их собственные машины, которые они используют для воскресных выездов…

— Когда-то и у Аристарха был такой… — тяжко вздохнул Альфред, глядя на лимузин.

— Прямо такой же? — скептически поднял я бровь. — Как-то с трудом я представляю главу Рода Оскуритовых за рулём такой машинки!

— Ну что вы, господин… — камердинер осуждающе на меня посмотрел. — Его лимузин был чёрного цвета, с боками, украшенными изображениями горящих черепов!

— А вот это я уже легко могу представить…

Раздвигая толпу из разряженных студентов, мы двинулись к Административному корпусу.

Главный зал выглядел так, как будто здесь проводили не танцульки богатых детишек, а как минимум премию "Оскар". Стены оплетены живыми цветами, у входа оборудована пафосная фотозона, а между шикарно накрытыми столами мелькали официанты. Выглядели они немного странно — какие-то чересчур мрачные и сосредоточенные, но я не обратил на внимания. Что было на самом деле интересно, так это готовящиеся к выступлению на просторной сцене музыканты. Судя по тому, что даже мне их рожи казались знакомыми, — это были какие-то местные поп-звёзды.

А нехилый, однако, размах получается!

Не подкачали и сами студенты. В обычные дни их дизайнерские наряды не отличались скромностью, но сегодня от блеска бриллиантов и бирок элитных брендов, выставленных напоказ, у меня рябило в глазах.

У входа каждого прибывшего встречала лично Амалия Людвиговна в сопровождении избранных преподавателей Академии. И если тем студентам, что прошли в зал передо мной, она улыбалась как родным детям, то при виде меня скривилась, словно проглотила лимон.

— А, господин Оскуритов… Вам всё-таки хватило наглости прийти?

— И я рад вас видеть, Амалия Людвиговна! Шикарно выглядите. И при чём тут наглость? Могу ошибаться, но я — студент Академии. Такой же, как и остальные. Быть здесь — моё право.

Амалия на мгновение заткнулась и захлопала глазами. Наверное, не ожидала, что я отвечу на её выпад.

За её спиной Дорохов сверкнул на меня глазами. Он явно считал, что поганый Оскурит не имеет права не то что присутствовать на празднике, но и вообще раскрывать рот и высказывать мнение.

Зато Морозова показала мне большой палец. Я улыбнулся. Выглядела она, к слову, потрясающе. Конечно, я и раньше знал, что она красива, но теперь, в открытом платье, подчёркивающем спортивную фигуру, она была неотразима. Эх, если бы не Анастасия, обязательно бы попытался к ней подкатить…

— Право? Господин Оскуритов, рискну напомнить, что вы до сих пор не оплатили своё обучение! — взвизгнула Амалия, выходя из ступора. — Так что формально у вас нет права здесь быть!

— Формально? Срок платежа ещё не наступил. Так что я имею все права быть здесь и делать всё, что захочу…

— Что захочешь?! — фыркнул Дорохов. — Много на себя берёшь, Оскурит!

— Прошу прощения, но что я делаю вне занятий, вас не касается, — вежливо поклонился я. При этом голос звучал как сталь. — Оплата будет в срок. Не сомневайтесь! И вообще, меня ждёт девушка. Так что, увы, вынужден закончить нашу приятнейшую беседу…

Я прошёл в зал, буквально ощущая, как их взгляды сверлят мой затылок. Наверное, не надо быть с ними таким дерзким. Всё-таки влиятельные люди, так или иначе определяющие мою судьбу. Но опыт подсказывал, что если сыграю в поддавки один раз, они сядут на шею и будут измываться как захотят.

А позволять им это я, конечно же, не собирался.

— Господин, вы достойный сын своего Рода! — шепнул мне шагающий рядом Альфред. Он так и светился от переполнявшей его гордости.

— И как ты это понял? — усмехнулся я.

— Настоящий Оскурит всегда держит удар и не позволяет противникам себя задеть, — словно по учебнику отрапортовал он. — И сейчас вы поступили именно так!

— Тебе виднее…

Рассуждения Альфреда о Роде и достоинстве меня не слишком волновали. Мои мысли занимал совсем другой человек.

Мне навстречу двигалась Анастасия. И она была прекрасна.

Когда она вышла в ослепительно белом платье, у меня перехватило дыхание. Платье сидело на ней идеально, а минимум косметики подчёркивал изящные черты лица. Сложно было поверить, что с этой девушкой я провёл всё утро…

— Выглядишь… обалденно, — разом забыв все слова, едва сумел сказать я.

— На изысканный комплимент это, конечно, не тянет. Но восхищение в твоих глазах это компенсирует, — улыбнулась она и подхватила меня под руку.

Только сейчас до меня дошла вся глубина её идеи. Мой тёмный костюм и её белое платье были совершенно разными, как день и ночь. Но именно это и привлекало внимание.

На нас смотрели. Жадно провожали глазами. Я разглядел в толпе знакомые лица Нестерова, Апраксина и Баратынской. Все они смотрели на нас.

Обычно я равнодушен к вниманию, но, чёрт побери, сегодня мне это нравилось!

Особенно меня радовал взгляд стоящего в угу зала Апраксина. Кажется, что так сильно он меня ещё никогда не ненавидел…

— Не ожидала от тебя такого, подруга… — прошипела Баратынская, подходя к нам в компании Апраксина. — Ты и Оскурит… Я понимаю, между вами особая связь и всё такое. Но тебе самой не мерзко от того, что ты держишь за руку это грязное чудовище?!

— Эй, мадам, я бы попросил… — начал я, но Анастасия не дала мне договорить.

— Милая подруга, я живу как хочу. И имею право общаться с тем, кто мне нравится!

Это было очень похоже на то, что я только что сказал Амалии. Мы с Альфредом посмотрели на неё с уважением. А девчонка своевольная!

Мне такое нравится. Очень нравится…

— Как хочу?! А ты подумала о своём Роде?! — прошипел Апраксин, вставая к ней очень близко, и фактически рыча ей в лицо.

В этот раз ответить не успела Анастасия. Я вырос между ней и Апраксиным и как бы случайно положил руку на рукоять меча. Праздник праздником, но с оружием я не расставался даже здесь. Также, как и остальные Благородные.

— Ты угрожаешь женщине, с которой я пришёл. А значит, ты угрожаешь и мне тоже. За такое можно заработать и вызов на дуэль!

Я прекрасно понимал, что вызов Апраксина на дуэль — рискованный шаг. Если он согласится, то шансов уцелеть у меня будет немного. Лично я бы сказал, что процентов 12. И это ещё оптимистичный вариант! Хотя помощь Тьмы могла заметно изменить шансы, но она дама своевольная, и на неё не всегда удаётся положиться…

Ставка была сделана на то, что Апраксин, как и раньше, не захочет со мной биться. Уж не знаю почему, но каждый раз, когда дело доходило до открытого противостояния, он шёл на попятную.

Также случилось и в этот раз.

Апраксин побледнел и захлопал глазами. Удивлённо смотрела на меня и Баратынская. Зато Анастасия улыбалась, и я почувствовал, как её рука мягко ложится на моё плечо.

— Он что, ничего не знает?! — взвизгнула Баратынская.

— Не знаю что? — подозрительно посмотрел на неё я.

— Того, что тебя не касается! — жёстко произнесла Анастасия и повернулась к Баратынской. — И я бы предпочла, чтобы ты следовала плану…

— Так и быть! Только из уважения к тебе, — скривила губки Баратынская. — Надеюсь, что ты одумаешься, и не позволишь этому кровавому монстру то, о чём потом будешь жалеть…

На этом конфликт оказался исчерпан. Баратынская с Апраксиным гордо удалились, а я только сейчас заметил, что всё это время мы были центром всеобщего внимания. Вокруг нас успела собраться небольшая толпа. Даже музыканты, и те, кажется, стали играть немного тише…

Вот везёт мне на такие ситуации!

— Всё, ребятки, спектакль окончен! — провозгласила Анастасия, и толпа стремительно рассосалась.

Было в ней что-то такое, что заставляло остальных повиноваться…

— И что у вас с Баратынской и Апраксиным за секреты? — спросил я, когда мы с ней отошли в ту часть зала, где было меньше людей и можно было относительно нормально поговорить. — Если у тебя какие-то проблемы, то я могу помочь…

Она вздрогнула, но быстро с собой справилась.

— Да так, старые вопросы… — усмехнулась она. — Они тебя не касаются… А теперь давай потанцуем. Я так давно об этом мечтала!

Чувство было такое, что она уходит от ответа. Но давить на неё я не стал. Не было никакого смысла. Если будет что-то по-настоящему важное — она наверняка всё скажет сама.

Вместо этого я просто взял её за руку, и мы начали танцевать. Ну то есть как танцевать… Всю жизнь я учился драться и к такой деятельности был неприспособлен. Поэтому то и дело топтался по ногам Анастасии. Но её это не расстраивало. Она поправляла мои неловкие движения, и мы кое-как смогли продержаться два танца.

— Всё, больше не выдержу! Пойдём подышим! — предложила Анастасия, и мы покинули зал.

Мы взяли по прохладительному напитку и удобно устроились в креслах у входа.

Отсюда были видны прибывающие в зал гости. Студенты были в Академии почти в полном составе, и теперь настала очередь гостей, представителей высшей знати Империи. Каждого встречала Амалия лично.

— Прошу вас, Ваше Высочество, чувствуйте себя как дома! — пропела она вдруг особенно громко. Таким тоном говорят только с кем-то очень влиятельным.

— Ох, Амалия, дорогуша, ты же знаешь, мне весь мир как дом родной! — хохотнул ей в ответ очень молодой развязный голос. — А ты, проказница, всё хорошеешь! Если у тебя сегодня найдётся время, я буду готов сделать твой вечер немного ярче…

— Прошу простить моего брата. Вы знаете, он никогда не отличался хорошими манерами, — произнёс второй голос, строгий и сдержанный.

Я обернулся. В зал как раз входили двое. Один — среднего роста, плотный и коренастый, с закрученными густыми усами, выглядел как типичный гусар из какого-нибудь фильма. В дополнение образа он пыхтел толстой сигарой, а в руке сжимал практически пустую бутылку из-под вина.

Второй же выглядел как типичный аристократ — со вкусом одетый франт, высокий и флегматичный.

Странная парочка. И, судя по обрывку фразы и отдалённому сходству, близкие родственники. При этом оба были весьма молоды. "Гусару" было лет двадцать пять, а худому самое большее тридцать.

Их появление тут же приковало всеобщее внимание. Даже Баратынская и Апраксин подошли к ним поздороваться. Явно ребята птицы очень высокого полёта…

— Кто это? — спросил я Анастасию.

— Ты что, не знаешь?! — уставилась она на меня. — Это Светлейшие князья Борзовы! Старший — Пётр, а младший — Николай. Уж про Колю ты точно должен был слышать!

Выходит, я угадал. Борзовы были одним из пяти Родов Светлейших князей, наравне с Оскуритовыми, Баратынскими и Апраксиными. Ребята очень влиятельные. Но вот только слышать о них мне не доводилось.

— Николай — самый известный дуэлянт Питера, — продолжала шептать Анастасия. — Он победил в сотне дуэлей! Причём большинство — на кулаках. Забивает до смерти.

— На кулаках? Нетипично для аристократа…

— А Коля вообще странный аристократ. Отец его не любил, за воспитанием сына не следил. Он рос на улице. Много дрался, пристрастился к азартным играм, вину и продажным женщинам. Бывал в таких передрягах, о которых потом говорил весь город! Так бы и умер на улице, но одумался, пошёл в гусарский полк. Там отметился на поле боя. Стал героем. Отец его заметил и снова вернул в Род. Но старых привычек он не потерял…

Я посмотрел на него новыми глазами. Оказывается, бывают и такие аристократы…

И если я до сегодняшнего вечера ничего о Николае не знал, то он явно был обо мне наслышан.

Он сыпал какими-то пошлыми шутками, когда увидел меня. Его лицо мгновенно исказилось от ярости. Я ничего не успел понять, а он уже стоял около меня.

Стремительное движение — и он отвесил мне пощёчину, от которой у меня затрещала голова.

— Оскурит, ублюдок… Вот и свиделись!.. Вызываю тебя на дуэль!!!

Глава 15

Какие у меня там были планы? Спокойный вечер в компании красивой девушки?

Ну уж нет, на такую щедрость мог даже не рассчитывать!

Я резко вскочил на ноги, застыв напротив него. За последние дни я так привык к немотированной агрессии незнакомцев, что совсем не удивился.

— Дай угадаю, придурок, твои предки тоже погибли от рук Аристарха, и теперь ты хочешь мне отомстить?!

Толпа вокруг дружно ахнула. Даже для бывалых аристократов назвать Николая Борзова «придурком» было явным перебором.

Но его это только раззадорило.

— Дерзкий, значит… Прямо как тогда! Рад, что ты, кусок конского навоза, не дал заднюю. Я убью тебя с превеликим удовольствием! — распушив усы, пробасил Борзов.

Слова с делом у него не расходились, и он запустил своим тяжёлым кулаком мне в нос.

По тому, как он бил, плавно и уверенно, без замаха, я понял, что его слава была основана не на пустом месте. Он умел драться. И делал это великолепно!

Но и я, как говорится, не пальцем делан.

Он буквально нависал надо мной, вдавливая в стену. Пространства для манёвра практически не было. Уклониться не получалось, и поэтому я выставил перед собой согнутую в локте руку, усиленную Даром, принимая на неё удар, а затем использовал Поцелуй боли и Толчок одновременно.

С силой у меня после контакта с Тьмой всё было в порядке, и я её не жалел. Энергии, которую я сейчас использовал, с избытком хватило бы, чтобы на месте вырубить слона.

Но Николай Борзов оказался сильнее.

Его отбросило назад и протащило по полу. Сбив могучими плечами нескольких зазевавшихся аристократов, Борзов встряхнулся, разминая мышцы. О том, чтобы потерять сознание или хотя бы растерять немного боевого энтузиазма, не шло и речи.

При этом он с какой-то невероятной скоростью успел выбросить вторую руку и всё-таки поставил мне приличных размеров фингал.

Моя атака его только завела.

— Ух, Оскуритик, а ведь неплохо! Добрый удар! Подлый, с подковыркой, но крепкий. Прямо мужской! — пробасил он, ухмыляясь. — А ведь мне говорили, что ты слабачок. Брешут, собаки! Ты интереснее, чем я думал. Тем приятнее будет тебя убивать!

Со всех сторон донеслись одобрительные возгласы. Борзов, несмотря на скандальную репутацию, пользовался здесь поддержкой. В толпе я разглядел светящиеся от счастья лица Амалии и Дорохова.

— Господа, вы так и будете смотреть на это бесчинство?! — выступил вперёд Альфред. Он говорил уверенно и даже вежливо, но я видел, что он едва сдерживается. — Нападение на моего господина совершено с нарушением всех правил дуэлей между аристократами! Не были выбраны секунданты, проведены необходимые подготовительные мероприятия… Не озвучена даже причина вызова!

— Ну и душный у тебя слуга, Оскуритов! Причины ему подавай… — хмыкнул Борзов. — Да мне плевать на правила Благородных! Я живу по другим законам. Если какая-то сволочь нанесла мне оскорбление, то она будет отвечать. И неважно, по каким правилам!

— В самом деле, господин Борзов не нарушает ни одно из предписаний Закона, — мягко пропела Амалия Людвиговна. — Нападение произведено после официального объявления, противник не лишён возможности защищаться… Пока всё честно!

Всё происходило именно так, как я и предполагал. Останавливать бой никто и не думал.

Ну конечно, дуэли среди Благородных в этом мире в порядке вещей! К тому же меня с моей репутацией большая часть присутствующих, мягко говоря, немного недолюбливает. Да они только рады будут, если мы с Борзовым порубим друг друга в капусту на потеху публике. Лишь бы кровь не попала на их чистенькие костюмчики.

Это же поняла и Анастасия. Она крепко сжала мою руку. Поддержка мне, конечно, не требовалась. Но признаю, это было приятно…

— Видишь, Оскуритик, всё честно! — осклабился Борзов, фирменной походкой а-ля «Коннор МакГрэгор» нарезая вокруг меня круги. — Поднимай кулачки. Сейчас убивать тебя буду!

— Да что ты заладил! Убивать, убивать… Ты по-человечески объяснить можешь, что тебе от меня надо?!

— Чего? Ты ещё спрашиваешь меня, щенок?! — рявкнул Борзов. — После того, что ты мне в «Змее» наговорил?! Или думал, что я пьяный был и всё забыл? Я, конечно, тогда и вправду с крепкой перестарался, но всё помню…

В «Змее», значит. Я помнил этот бар. То самое место, в котором Марк встречался с таинственным Воробьём и получил задание, после которого его попытались убить.

Вспомнил я и имя Борзова. Бармен в самом деле его упоминал. Борзов заходил в тот бар, и они с Марком вполне могли пересечься. Значит, разгадку стоит искать в прошлом Марка. И, кажется, я начинал понимать, что происходит.

— Мы столкнулись с тобой в «Змее», верно? И Марк, точнее, я тебя чем-то задел…

— Чем-то?! Да ты, паскудник, назвал меня ублюдком и харкнул мне в пиво!!!

В толпе засмеялись, а Нестеров провёл ладонью по шее. Ну ясно, считает, что из этого переплёта мне уже не выбраться.

Я же пытался понять, не врёт ли Борзов. Судя по всему, нет, не врёт. Вот только почему Марк так поступил? У него что, окончательно отбило инстинкт самосохранения? Хотя, бармен упоминал, что в тот день он неплохо налегал на спиртное. Наверняка оно и придало ему храбрости.

Но даже туповатому Марку нужен был повод.

— А ты случайно ничем это не заслужил?

Борзов аж на глазах покраснел.

— Заслужил?! Ты чё, Оскурит… Ну да, с девчонками потанцевал, позажимал их как следует… Ну так то ж обычное дело!

Теперь ситуация была ясна. Марк и Борзов случайно пересеклись в баре, и перепивший Марк сцепился языками с пристававшим к девчонкам Николаем.

Вот нашёл он к кому и когда применить внезапно проснувшееся благородство! Только это нисколько не оправдывало поступок Борзова. Приставать к девушкам, особенно против их воли, считалось поведением, недостойным аристократа. Так что Марк даже начинал казаться на его фоне настоящим героем…

То, что правда не на стороне Николая, начали понимать и остальные.

— Брат, ты позоришь сам себя, — произнёс Пётр Борзов, выступая вперёд. Его худая ладонь легла на плечо Николая. — Дракой ты ничего не добьёшься…

— А что, мне проблемы решать как ты? Чужими ручками?! — хмыкнул Николай, движением плеч сбрасывая руку брата. — Ну нет, дорогой братец! Меня этот паскудник обидел. И я отсюда не уйду, пока всю дурь из него не выбью!

Пусть он и был Благородным, тратить время на аристократические манеры он не любил. Не было никаких расшаркиваний или обсуждения правил дуэли.

Он просто рванул вперёд, словно потерявший управление поезд. Причём поезд, доверху гружёный ядерным оружием.

И пусть я был переполнен Даром и ждал нападения, я всё равно не успел.

Он начал с самой простой и банальной атаки. Несколько ударов в корпус, а затем красивый хук в лицо. В обычной ситуации я бы подобные удары парировал одной рукой. С Борзовым же это сделать почему-то не получалось.

Его движения были быстрыми, даже очень. Что хуже — они были техничными. Изяществом аристократического боя тут и не пахло. Но в каждом взмахе чувствовалась выстраданная уличная техника. Минимальные замахи, экономные движения, неожиданные углы.

Обычно я противников не хвалю, но сейчас это стоило признать — Николай Борзов был настоящим гением от драки. Грёбаным Леонардо ДаВинчи уличной потасовки!

Все мои попытки увернуться не привели ни к чему. И если навыков мне хватало, то вот со скоростью были очевидные проблемы. Я был ощутимо медленнее даже с накачкой Даром.

— Ты же понимаешь, что он делает? — шепнула в ухо Тьма. Как и всегда, она появилась не тогда, когда была нужна, а когда захотела.

— Пытается надрать мне зад! — прошипел я себе под нос, но вовремя сообразил, что меня услышат, и закончил фразу мысленно.

— Ты видишь лишь то, что на поверхности, и совсем не смотришь в суть! — тоном мудрого учителя из старых восточных фильмов произнесла Тьма. — Приглядись к тому, как он использует силу…

Борзов как раз перешёл в новое наступление, засыпав меня целым градом ударов. Все мои силы ушли на то, чтобы не нахватать критическое количество ударов. Ни Толчок, ни Прикосновение боли на него не действовали так, как должны. От Толчка он отступал максимум на шаг, а от Прикосновения он только морщился…

Тьма права. Тут явно происходит что-то необычное!

Закружившись в боевом танце, я поменял тактику. Подпрыгнул, сгруппировался в воздухе и ногами толкнул Борзова в полёте.

На самом деле, приём был глупый, позаимствованный прямо из Голливудских боевиков. Там ему и было самое место. Сложно и травмоопасно, да и эффект весьма сомнительный. Гораздо больше шансов, что что-нибудь себе потянешь или отшибёшь задницу, но не нанесёшь противнику хоть какой-то вред!

Но с Борзовым приём сработал. Всю свою жизнь он провёл в простых и понятных драках. Там использовали кулаки, Дар и холодное оружие, гораздо реже — ноги и какие-то хитрые приёмы. И именно поэтому у меня всё получилось.

От резкого и сильного толчка в грудь он отлетел назад, запутался в ногах и растянулся на полу.

Неопытный боец тут же попытался бы развить успех и добить его. Но я понимал, что он сильнее меня и почти наверняка сумеет не только отбиться, но и прикончить меня.

Именно поэтому я сделал то, что сказала мне Тьма — использовал заминку для того, чтобы разобраться в его тактике.

Глядя на то, как он вскакивает на ноги, я подумал о том, что двигается он, в сущности, совсем не быстро. Как обычный хорошо тренированный человек. Если он и применяет Дар, то самый минимум.

Почему же мне тогда так тяжело отбивать его удары? Ведь я использую Дар, и должен быть намного сильнее!

— Давай помогу тебе, малыш, — прошептала Тьма. — Посмотри на него моими глазами…

Мир вокруг изменился. Передо мной был всё тот же зал, но только все краски как будто стали тусклыми. Лишь силуэты стоящих вокруг людей были цветными. К каждому тянулся цветной поток, распадающийся на множество ручейков, текущих по их венам.

Я быстро сообразил, что Тьма пыталась мне показать. Это же энергетические потоки! У каждого человека он обладает своей яркостью и цветом. У использующих Дар потоки наиболее яркие, состоящие из множества цветов.

Но энергетический рисунок Борзова отличался от всех остальных. Энергия как будто не текла по его венам, как у всех остальных, а напротив, исчезала, растворяясь без следа.

— Понял… — прошептал я. — Он не использует Дар в обычном понимании! Он поглощает мои силы и не даёт мне применять Дар! Именно поэтому я двигаюсь так медленно, а мои техники не работают!

— Ну наконец-то… Уже начала думать, что ты не поймёшь! — с превосходством фыркнула Тьма. — Ты так увлёкся боем, что не заметил очевидного!

Теперь было понятно, как он побеждал во всех драках. Его противники, привыкшие полагаться на Дар, теряли своё преимущество, и он при помощи своих мощных физических данных разделывал их под орех.

И понимание его техники не сильно меняло ситуацию. Если ты не обладаешь невероятной техникой и силой на уровне Борзова, то и надеяться не на что. Он всё равно тебя победит, независимо от того, осознаёшь ли ты, что происходит, или нет.

Я был силён, это факт. Но всё-таки Николаю я уступал, и заметно. А значит, для победы над ним мне нужно было найти какой-то альтернативный источник энергии, который бы выровнял наши силы.

К счастью, он у меня был.

— Я могу рассчитывать на твою поддержку?

— Ну конечно, маленький Оскурит. Я давно жду возможности размяться… — хищно усмехнулась Тьма.

Глава 16

Сила Тьмы хлынула в меня стремительным потоком. Настолько неожиданно сильным, что я даже зажмурился. А когда открыл глаза, то понял, что Борзов давно вскочил на ноги и уже находится в считанных сантиметрах от меня, вскинув кулак для решающего удара.

Он был так близко, и бил так сильно, что увернуться было просто невозможно…

Я даже не стал пытаться это делать.

Вместо этого поймал его кулак раскрытой ладонью. Неожиданно это далось легко. Оно и понятно!

Техника Борзова заключалась не в использовании Дара и доведения своего тела до сверхчеловеческих показателей, а в высасывании силы противника. Его собственные показатели оставались при этом в рамках нормальных.

У меня же теперь высасывать было нечего. Меня усиливал не Дар, а Тьма. Её силы отличались по своей природе, и способности Борзова на них не распространялись. А главное — Тьма усиливала меня не хуже Дара. Сила, скорость, реакция — всё было на высшем уровне!

— И почему ты всегда так не делаешь? — спросил я Тьму.

— А ты думаешь, это что, так просто?! — фыркнула она. — Вливать в тебя свою силу долго и тяжело… И мог бы быть благодарным, маленький Оскурит! Без моей поддержки ты бы уже был мёртв…

— Ну не факт, что обязательно мёртв… Но приятного бы было немного, это точно!

За мысленной перебранкой с Тьмой я как-то совсем забыл, что нахожусь в середине довольно опасного боя с непредсказуемым противником.

В отличие от меня, Борзов даже и не думал расслабляться.

— Что… Что за, гром тебя порази, ты творишь?! — вскрикнул он. — Как ты это делаешь?!

— Бью в ответ, — пожал я плечами. — А уж как именно, то это не твоего ума дело!

Борзов попытался контратаковать. Пара его ударов прилетело точно мне в лицо, но я их даже не почувствовал — Тьма не просто наделяла меня силой, но и притупляла болевой порог.

Терпеть я не стал. Три метких удара — и непобедимый Борзов зашатался. Чтобы устоять, ему пришлось ухватиться за барную стойку.

— Что?! Не может быть!!! — услышал я голос Нестерова. — Борзов никогда не проигрывает!

— Оскуритов мухлюет! — прокричала Баратынская. — Вы должны его проверить!

— Уже, девочка. Ни запрещённых артефактов, ни стимулирующих зельев, — буркнул в ответ Дорохов. Вокруг него мерцало слабое сияние — он использовал сканирующую технику. — Всё в рамках разрешённого.

Я ухмыльнулся. Ну конечно же в рамках разрешённого! Зелья и артефакты я и в самом деле не использовал. А вот что касается помощи Тьмы… Если бы я применял тёмную технику, то её могли бы заметить и считать. Но я же получал помощь и поддержку напрямую от Тьмы. А засечь это было куда сложнее. Возможно, это сумели бы сделать Богатырёвы с их хитрыми артефактами. Но они на моей стороне, и даже если Максим что-то понял, то наверняка никому не скажет.

— Марк, покажи ему! Надери этому придурку зад! — прокричала Анастасия.

— Пусть он харкает собственной кровью! — раздался кровожадный голосок Алины.

— Господин, отрубите этому зазнайке голову. Я сделаю из неё прекрасную чарку. Мы с вами будем пить из неё вино! — вежливо добавил свой комментарий Альфред. Несколько студентов поспешили отойти от него как можно дальше — к такому уровню жестокости аристократики были не готовы.

В целом предложенный план был весьма неплох. К тому же я чувствовал, что сейчас способен его воплотить. Я и в самом деле могу его победить!

Я подлетел к Борзову. К этому моменту он уже успел немного оклематься и неуверенно стоял, едва заметно покачиваясь.

— Значит, альтернативный источник энергии, да, малыш? А ведь неплохо, чёрт побери! — рассмеялся он, ударяя себя по щекам, чтобы взбодриться. — До этого этапа доходили немногие! Мне очень приятно, что ты сумел это сделать… Тем приятнее будет тебя убить!

— До какого этапа?! — уставился я на него. Я что, так сильно его приложил, что он совсем не осознаёт, что на самом деле происходит? — Ты не можешь высосать мою силу. Твой собственный Дар довольно слабенький и ты не можешь усилить себя. Ты уже проиграл…

— И чему вас только в школе учат? — хмыкнул Борзов в растрёпанные усы. — Дар и магия — это не только про усиление тела, а ещё и про применение энергии. Например, такое!

Я ничего не успел понять, как он вскинул руку. Это выглядело как самый обыкновенный жест, без всякого подвоха. И я очень сильно удивился, когда мне в лицо полетел посвёркивающий молниями огненный шар.

Вот же я идиот… Ведь прекрасно знал, что представители старых Родов обладают особыми силами фирменными техниками. Мог бы предположить, что способности Борзова не ограничиваются поглощением чужой силы!

Увернуться от его энергетической атаки удалось только благодаря усиленным рефлексам. Да и то довольно неловко — я присел, нырнул вправо, запутался в ногах и под улюлюканье толпы растянулся на полу.

— Так его, Коля! Так с Оскуритом и надо! — кровожадно (и не очень трезво) провопил Нестеров.

Разлёживаться я не собирался, рывком встал на ноги… и тут же упал обратно на пол.

Борзов не на шутку разошёлся. Вокруг него сверкали белые молнии, волосы развевались на ветру. Выглядел он одновременно забавно и очень странно.

Я не мог поверить в то, что происходит. И он прятал такую силу?! Да он же несколько раз крепко получил от меня по морде! А ведь он мог закончить бой в любую минуту, как только бы этого захотел…

— Ну же, Оскуритов, хватит лежать! Мужчина должен принимать смерть стоя! — пробасил он, устремляясь ко мне.

— Скажи, что мы с ним справимся! — шепнул я Тьме.

— Этого я гарантировать не могу, — с заминкой ответила она.

— Что значит не можешь гарантировать?! Ты же могучая Тьма, сущность, обитающая во всех мирах сразу! Ты что, не можешь справиться с каким-то усатым хулиганом?!

— Если бы я была в полной силе, то я бы разделала его за долю секунды. Но после пришествия Черноты и заточения мои силы в этом мире ослабли. Я совсем не так сильна, как раньше…

Ну здорово-приехали! Я так надеялся на её помощь, что уже совсем расслабился. Теперь же выяснилось, что я напрасно положился на её силу. Придётся что-то изобретать самостоятельно.

Благо, идеи у меня были.

Развернувшись, я схватил с ближайшего стола две забытые кем-то налитые до краёв кружки с пивом и выплеснул их Борзову в лицо.

Само по себе это не было хитрым приёмом или продуманным тактическим ходом. Сделал я это по двум простым причинам.

Во-первых, понадеялся, что при контакте с жидкостью охватившие его молнии закоротят и сработают против него самого.

А, во-вторых, выплеснутое в лицо пиво само по себе неплохой отвлекающий фактор! Кого угодно может сбить с толку.

Мой план сработал. Но лишь отчасти.

На молниях моя атака никак не отразилась, они сверкали всё также ярко и опасно. Но зато Борзов на несколько мгновений застыл, как будто пытаясь переварить нанесённое ему оскорбление.

— Ну всё, Оскуритик, допрыгался! Сейчас получишь по полной!!!

— Жижик, задержи его! — шепнул я, и верная клякса скользнула под подошву его ботинка, пригвоздив Николая к полу.

Я же воспользовался заминкой и, собрав в кулак всю силу, что давала мне Тьма, атаковал.

Ну же, Тьма, родненькая, не подведи! Второго шанса на удар у меня может и не быть!

Сила Тьмы и белые молнии столкнулись. Воздух затрещал, заскрипели стены и пол. По залу пронёсся ветер, обрушивший несколько столов и подчистую снеся украшавшие зал цветы.

Громыхнул взрыв, и нас с Борзовым разбросало в разные стороны.

Я пролетел несколько метров в воздухе, а затем проехался по полу спиной. Приземление было жёстким. Спина так и гудела, от кожи шёл пар. Чувство было такое, как будто из меня разом выпили всю энергию.

Попытался встать или хотя бы пошевелиться — безрезультатно. Тело сработало на пределе своих возможностей, и сейчас нуждалось в отдыхе.

Борзову тоже перепало. Краем глаза я видел, как он с трудом встаёт на ноги в другом конце зала и медленно идёт ко мне. Его пошатывало, но он упорно пёр вперёд.

— Коля, оставь его! — из притихшей толпы вынырнула Морозова и встала у него на пути. — Разве ты не видишь, что он полностью истратил все силы. Ему нужен отдых. Победа над ним не принесёт тебе славы!

— О, Танька… Совсем забыл, что и ты тоже в Академии… — пробурчал Борзов, глядя на неё покрасневшими, воспалёнными глазами. — Ты, это, отошла бы в сторону. Не хочу тебя случайно задеть…

— И не подумаю!

Морозова преградила ему дорогу, но он топнул ногой. Снова засверкали белые молнии, и её мягко снесло в сторону порывом ветра.

Он же продолжил свой путь ко мне.

Я понимал, что если он до меня доберётся, то сделать я ничего не сумею. Сил драться не было.

— Господин, вставайте! — прокричал Альфред.

Легко, блин, сказать!

Я мысленно обратился к Тьме, но она не отвечала. Как и тогда, после сражения с Чернотой, она снова исчезла, оставив меня без своей поддержки.

Жижик попытался зацепиться за ботинок Борзова, но удержать его не получилось. Даже моя верная клякса была измождена. Её сил сейчас хватило бы максимум на то, чтобы удержать голубя…

Борзов навис надо мной. Кажется, всё. Как говорят в пошлых комедиях, моя песенка спета…

Глава 17

— Давай руку, Оскурит, чего разлёгся! — прорычал Борзов и рывком поставил меня на ноги.

Он ухватил меня за руку и поставил рядом с собой. Его ладонь сжимала мою, а между ними плясали белые искры. Я чувствовал, как его энергия перетекает в меня. Ноги больше не были ватными, и я вполне мог стоять. Да и вообще, самочувствие становилось всё лучше буквально с каждой секундой.

Я оглядел зал. Все смотрели на нас с такими лицами, как будто только что увидели танцующих в балетных пачках бегемотов. Это была крайняя степень удивления.

Да и я, наверное, сейчас выглядел примерно также.

Мы все ожидали, что Борзов закончит начатое и разорвёт меня в клочья. Но он же вёл себя как совершенно нормальный человек. Даже пытался мне помочь!

Ни тени той ярости, что горела на его лице пару минут назад.

— Ты… Ты зачем это делаешь?!

— А что, я хорошего человека не могу поддержать энергией?! Что хочу, то и делаю! — усмехнулся он, но по искоркам в глазах я догадался, что он меня прекрасно понял.

— Можешь. Но ты только что хотел меня убить!

— Ну хотел. Теперь не хочу. Дальше что? — буркнул он, и его усы при этом забавно зашевелились. Они выражали эмоции своего хозяина лучше, чем голос и лицо вместе взятые.

Логика в его словах, конечно, была железная. Но я решительно ничего не понимал!

— То есть всё, набили друг другу морды, и расходимся? Так, что ли?

— Марк, тебя что-то не устраивает?! — прокричал Богатырёв. — Вали, пока он не передумал!

Ну конечно, Максиму сейчас больше всего было нужно, чтобы я убрался отсюда, пока мог. У него в этом был собственный шкурный интерес — без меня его семья окажется без поставок предметов из Чёрного дома. И тогда плакали их новые продвинутые артефакты и блестящие бизнес-перспективы!

У меня же было своё мнение. Я не привык бежать. Тем более, бежать, во всём как следует не разобравшись. Вот и сейчас мне нужно было понять.

— И всё-таки, почему ты это сделал? — снова спросил я Борзова.

— Слушай, а ты пьёшь? — неожиданно спросил он меня.

— Смотря что…

— Водку, пиво, шампанское, вино, коньяк, виски, настойки, ликёры, текилу, мескаль, абсент… — перечислил он весь ассортимент винно-водочного магазина. — Да что угодно, лишь бы горело!

— Нет, ну если вопрос поставить таким образом, то тогда да…

— Ну вот и отлично! Наш человек! — прогудел он и приобнял меня своей массивной сильной рукой. — Пойдём-ка выпьем и хорошо закусим! Заодно и поговорим как люди, а не у всех на глазах…

Он был прав — на нас и в самом деле пялились, впитывая каждое слово. Ну разумеется, мы устроили такое шоу! Приглашённой для выступления поп-группе придётся постараться, чтобы хотя бы с нами сравняться.

— Господа, прошу прощения, но должна испортить ваши планы! — на нашем пути выросла Амалия. — Вы что, собираетесь уйти просто так? Господин Оскуритов, вы обязаны заплатить за то, что здесь устроили!

— В смысле? Что я опять натворил?!

— А вы оглядитесь по сторонам. Вы испортили дорогостоящее оборудование, сорвали праздник. К вашему и без того немаленькому долгу добавилась приличная сумма! Боюсь, что долговой тюрьмы вам теперь не избежать…

Каждое её слово так и сочилось ядом. Радости она и не скрывала. За её спиной заулюлюкали, я узнал голос Нестерова. Радуется, сволочь. Ему без разницы — умру я или по уши увязну в долгах. Лишь бы страдал!

Я огляделся. Стоило признать — Амалия была права. В пылу сражения мы с Борзовым умудрились неслабо расколошматить зал. Столы были перевёрнуты, бутылки с дорогим алкоголем хрустели осколками под ногами, на стенах виднелись подпалины, большая часть цветов была сорвана со стен и сожжена. Досталось и музыкантам — прямо посреди одной из музыкальных колонок торчала пивная кружка, одна из тех, что я запустил в Борзова. Кажется, с силой я и в самом деле перестарался…

Итог был неутешительный. Не сказать, что праздник бесповоротно испорчен, но уж точно от былого лоска не осталось и следа. Демонстрировать такое большим гостям, которые продолжали прибывать на праздник, было нельзя.

— Так, и сколько это, по-вашему стоит?

— По меньшей мере десять тысяч! — оскалилась Амалия.

Я едва совладал с собой. Десять тысяч! Сумма была приличной. Нет, такие деньги у меня были. Но, учитывая задолженность за учёбу, я и в самом деле оказывался в глубокой финансовой заднице…

— Охрана! Студент отказывается платить за нанесённый им ущерб! Сопроводите его в ближайшее отделение жандармерии! — распорядилась госпожа директор, сияя от счастья.

— А почему это Марк должен платить?! — выскочила передо мной Анастасия. — Вообще-то не он начал эту драку! Он — пострадавшая сторона. Да вы сами позволили ему сражаться!

— Как я могла запретить Его Высочеству защищать собственную честь? Это было бы вмешательством в его частную жизнь. Мы в Академии не позволяем себе подобного! — обезоруживающе улыбнулась Амалия. — А платить он должен по простой причине. В отличие от господина Борзова он — студент Академии и несёт ответственность за свои действия в её стенах…

Ну конечно, у этой стервы всё было продумано! Никто и не сомневался.

В зал вошли пять охранников. Один из них был тем ненавистником Оскуритовых, которого я уже встречал у входа в Научный центр. Своей радости он, как и Амалия, не скрывал. Ненависть к Оскуритовым объединяет людей.

Я прикинул возможные варианты.

Можно оказать сопротивление. Я сейчас не в лучшей форме, но с охраной наверняка справляюсь. Но тогда в драку наверняка вступят Амалия и остальные преподаватели, да и аристократики не останутся в стороне. Так что шансов отбиться у меня, в принципе, нет.

Есть и второй вариант. Заплатить прямо здесь, на месте. У меня приличная сумма на карте, если нужно — добавлю наличкой. Погашу долг и поставлю Амалию на место.

Отличное решение проблемы! Вот только на оплату учёбы не останется. Конечно, никто не мешает мне снова смотаться в Чёрный дом и принести ещё артефактов, которые Богатырёвы с радостью оторвут вместе с руками. Но, учитывая, какое у меня сейчас состояние, а также то, что Тьма перестала отвечать на мои призывы, шансов выбраться живым у меня почти не было…

Можно было продать артефакторам и оставшиеся у меня с прошлой вылазки предметы. Но они были припасены совсем для других целей. Я планировал как следует их исследовать, а редкие камни, доставшиеся мне таким трудом, использовать для собственных целей. Тратить их вот так, просто для того, чтобы исправить последствия чужой глупости, совсем не хотелось…

— Ох и любите вы, дорогая Амалия, разводить драму на пустом месте! — хмыкнул Борзов. — А нужно только было спросить меня. Плачу за всё!

Он запустил руку в карман и, изрядно там пошерудив, вытащил мятую кучку тысячных банкнот. В том, что здесь было десять тысяч, сомневаться не приходилось. На первый взгляд здесь было гораздо больше…

— Но, Николай, вы не должны… — смутилась Амалия. — Более того, вы не имеете права! За ущерб должен заплатить лично причинивший вред студент Академии…

— Вообще не проблема. Марк, держи! Считай это моим извинением за то, что испортил праздник…

Я покосился на Борзова. В обычной ситуации я ни за что бы не принял деньги. Для меня это казалось какой-то подачкой, как будто кто-то более богатый и влиятельный сжалился над убогим и щедро отсыпал ему на пропитание. Это было унизительно.

Но Николай говорил вполне искренне. К тому же он и в самом деле атаковал меня грубо, не соблюдая формальности дуэли, и не проявив никакого уважения к равному ему по статусу аристократу.

А значит, я имел все права на извинения.

— Госпожа Амалия, это вам. На устранение ущерба и компенсацию морального вреда, — произнёс я, принимая от Борзова деньги и тут же передавая их директрисе.

Она нехотя их приняла с таким видом, как будто я протягивал ей живого скорпиона. Но причины отказаться у неё не было.

Потом я повернулся к Борзову и громко объявил:

— Уважаемый Николай, я расцениваю эти денежные средства не как дар, а как временное предоставление. Проще говоря, как долг. Обязуюсь вам вернуть сумму при первой же возможности и в ближайшее время!

В толпе я заметил Альфреда. Он кивнул, соглашаясь с моими действиями. Ну конечно, именно так в его представлении и должны поступать гордые и независимые Оскуритовы!

— Гордый, значит? Понимаю. Сам такой! — хохотнул Борзов, хлопая меня по плечу. — Пойдём уже отсюда, Оскуритов. Скучно с этими людишками! Да и выпить страсть как хочется…

Мы с ним направились к неприметной лестнице, ведущей на второй этаж. Я обернулся и кивнул Альфреду, взглядом извинился перед Анастасией. Девушка улыбнулась мне в ответ. Значит, не злится, что я покидаю её посреди вечера для разговора с каким-то мутным типом. Понимает, насколько это сейчас необходимо.

Одним словом, идеальная девушка!

— Эй, рабочие, официанты! А ну немедленно приведите зал в нормальное состояние. Мы хотим праздновать и веселиться! У вас на всё про всё полчаса! — распорядилась тем временем Амалия.

Краем глаза я заметил, как официанты и рабочие выползают из углов и принимаются за работу. Делали они всё при этом очень медленно и постоянно смотрели на часы, как будто чего-то ждали. Странные они всё-таки ребята…

Мы с Борзовым поднялись на второй этаж. Тут обнаружился просторный второй зал с кучей мягких кресел и отдельными вип-кабинками.

— Официанты, а ну быстро несите нам выпить чего покрепче! И закусить побольше!!! — прокричал Николай и затрусил к уютному диванчику.

Место оказалось удачное — сидеть было комфортно, а зал внизу был как на ладони. Не дожидаясь, пока официанты и рабочие приведут зал в порядок, аристократы продолжили веселиться. Звучала музыка, доносились пьяные тосты. О том, что несколько минут назад на их глазах развернулась кровавая драка, ничто не напоминало.

— Так почему ты меня спас? — спросил я Борзова.

В эту минуту официант как раз принёс графин водки и несколько бутылок с крепкими напитками, а также целую гору закуски. Он зыркнул по нам быстрым взглядом, в котором сверкнула неприкрытая ненависть.

Это не укрылось и от Борзова.

— Эй, ты чего так смотришь! — рыкнул он. — Я тебе ничего не сделал!

— Конечно-конечно, Ваше Высочество… — забормотал официант и поспешил как можно быстрее ретироваться.

— Так уже лучше! — милостиво кивнул Николай.

Я усмехнулся. Борзов — сильный и опасный боец, но в людях ничего не понимает. Официант и не думал перед ним извиняться. Лишь сказал то, что Борзов хотел услышать.

Всё-таки странные здесь официанты…

Борзов тем временем плеснул нам водки из графина и залпом опустошил свою стопку.

Только после этого он начал говорить.

— Так а ты что, не понял что ли? Да я же постоянно в драках, с самого детства! Папашка меня выбросил на улицу, вот я и крутился как мог… А потом армия. В тылу скучно, так я на фронт попросился. Вот помню, зажали нас один раз, устроили, стало быть, засаду…

— Можно ближе к теме? — оборвал я его.

— Дерзишь? Это я люблю! — усмехнулся Борзов, в одно движение обгладывая внушительную куриную ножку. — О чём я? А, война! Там одна задача — убивать. Я и убивал. Приноровился в этом так, что со мной никто сравниться не мог! Плюс фамильный Дар управлять энергией. Могу и силу высосать, врага в тряпку превратить, а если нужно, то и сам кого угодно вырублю! Так что скоро достойных противников не осталось. Нет, высшие аристократы, особенно кто на самом верху сидит, главы Родов да их советники и заместители — ребята сильные, мне рога на раз два обломают. Но с ними не посражаешься — служба охраны и рядом встать не позволит. А вот среди тех, кто попроще, никого интересного не осталось… Зато ты удивил!

— То есть ты оставил меня в живых потому, что увидел во мне достойного соперника?

— Верно говоришь! — взмахнул графином Борзов, наливая себе очередную стопку. — Ты парень сильный. Молодой совсем, но потенциал есть, точно тебе говорю! Если потренируешься ещё — всем фору дашь.

Звучали его слова, конечно, приятно. Ещё бы, похвала такого сильного бойца — не то, что достаётся просто так и каждому! Но расслабляться я себе не позволял. Борзов — настоящий динамит. Никогда не знаешь, что он выкинет в следующую минуту…

— Все наши обиды забыты?

— Это ты про то, что ты мне в пиво плюнул? — хмыкнул Борзов. — Так, честно говоря, ты и не попал даже, промахнулся. Зато я в твоё попал! А ещё вломился в закрытую зону, где ты с тем чуваком трепался. Так что у меня с самого начала претензий не было. Просто я сегодня, это, подраться хотел. Давно кулаки чесались! А ты просто к месту пришёлся…

Его признания я пропустил мимо ушей. Зато услышал главное.

— Ты видел того, с кем я разговаривал в «Змее»?!

— Ну да! А что такого? — пожал Борзов плечами.

Я ухмыльнулся.

Кажется, я наконец-то встретил того, кто видел таинственного Воробья в лицо, и мог об этом рассказать!

Глава 18

Тот вечер в «Змее» имел для меня ключевое значение. Тогда Марк впервые за несколько месяцев вышел из дома для того, чтобы встретиться с неизвестным. Тот дал ему задание, после выполнения которого у Марка появились деньги. А потом его якобы случайно переехал на своей машине Михаил Емельянов.

И, судя по тому, что мне удалось узнать от бармена "Змея", этим неизвестным был некий Воробей. Я не знал о нём ничего, но, учитывая «птичьи» прозвища Ворона и Пересмешника, у меня были все основания считать, что они входили в одну группу, замыслившую заговор против Императора.

Сейчас у меня появился шанс наконец-то приблизиться к разгадке тайны…

— Говоришь, видел того, с кем я разговаривал? Ты его запомнил? — напустив небрежный вид, поинтересовался я.

Но Борзова, даже изрядно выпившего, обмануть не удалось.

— А чего ты спрашиваешь, а, Марк? Сам-то не запомнил, что ли? Или так перепил, что и вовсе всё из головы повылетало?! — хохотнул он.

— Ага, так и есть. Много выпил в тот вечер… — подхватил я.

— Врёшь! Вижу же, что брешешь! — бухнул кулаком по столу Борзов. — Неужели думаешь, что я не понял, что ты сквозь тот Образ тоже не видел?!

Разговор приобретал неожиданный поворот.

— Через какой Образ?!

— Ну Образ, особую иллюзорную технику. Её используют, чтобы скрыть истинное лицо. Всё, что ты видишь — набор помех да неясный силуэт. И никак сквозь эту паскуду не пробьёшься, сколько ни качай силу в глаза! — пояснил он. — А ты что, не в курсе, как это называется? Ну, образование у аристократов нынче совсем не то… Хочешь, дам тебе телефон хорошего учителя? Сам к нему ходил. Только эта паскуда мне так хорошие манеры и не привила, сожри его сердце дикий кабан…

О многих вещах в этом мире я ещё не знал. И об Образе я слышал в первый раз. Хотя Алина уже использовала при мне похожую технику. Только её иллюзии были намного сложнее.

— То есть Воробей использовал маскирующую технику… — размышляя, произнёс я вслух.

— Воробей?! Ну и прозвище, однако. Никогда такого не встречал, — задумчиво произнёс Борзов. — Выходит, ты через Образ тоже не видел… Я-то думал, на тебя он не действует. А эта сволота, оказывается, и от тебя скрылась…

Я кивнул. Получается, Воробей, кем бы он ни был, принял максимальные меры предосторожности. Он пришёл в «Змей», спрятав своё истинное лицо ото всех, включая Марка.

— Ты ещё что-нибудь увидел или услышал?

— Ну и любопытный ты, конечно, Оскурит! — хмыкнул Борзов, закидывая в себя очередную куриную ножку. — Нет, ничего больше не знаю. Я к вам залетел, попытался прижать тебя к стенке. Но этот твой Воробей так на меня зыркнул, что я тут же ретировался. Взгляд у него был нехороший. Знаю я такой. От таких как он можно ожидать чего угодно! Ну а дальше я ничего не помню, как отрубило. Наверное, он шарахнул по мне какой-то ментальной техникой…

Ментальной техникой, значит. Не исключено! Я уже понял, что Пересмешник, Ворон и Воробей, кем бы они ни были, обладали силой и влиянием. И если этой силы хватило на то, чтобы одним взглядом отправить могучего Борзова в бессознанку, эта сила на самом деле была велика!

Ещё одна возможная зацепка сорвалась. Борзов видел Воробья лицом к лицу, но ничего не сумел запомнить. Всё, что я выяснил, это то, что он использует Образ и обладает ментальными навыками.

Не сказать, что особая важная и ценная информация!

— Ты это, Оскурит, не грузись! Воробей там не Воробей, понятия не имею, что у тебя в жизни происходит, но ты это в голову не бери. Давай лучше выпьем!

Я его возлияния поддерживать не собирался. Сделал вид, что поднимаю стопку вместе с ним, но незаметно вылил её в стоящий рядом горшок с цветами. Зато от души повеселился с закусками. Румяная курочка, хрустящий картофель, солёная капустка… Эх, как же давно я не ел!

Борзов продолжал о чём-то говорить, но я его не слушал. Мне было понятно, что он лихой и независимый человек с громким именем, бездонным карманом и собственным мнением по любому вопросу. Мнением, которое я совсем не обязан слушать.

Мой взгляд бесцельно блуждал по первому этажу. Студенты вовсю танцевали, а Амалия и Дорохов внимательно за ними наблюдали. Альфред верно ждал меня у лестницы. Анастасия же сидела в углу в компании Баратынской и Апраксина. Судя по жестикуляции, они о чём-то горячо спорили. При этом Анастасия выглядела недовольной и, кажется, была готова вот-вот кинуться на Апраксина с кулаками.

Я уже был готов броситься вниз и вступиться за честь дамы, но вовремя сообразил, что Анастасия моему вмешательству не обрадуется. Она смелая и независимая девушка, которая привыкла решать свои проблемы сама.

Но покоя эта ситуация мне всё равно не давала. Вот бы узнать, о чём они говорят!

Хотя… Разве кто-то сказал, что это невозможно?

Я обратился к Жижику с мысленным призывом и попросил его пробраться к говорившим и сообщить мне всё, что он сумеет узнать.

Моя клякса неуловимой чёрной тенью заскользила вниз и скоро остановилась около говорящих. Увы, но расслышать я ничего не мог. Если все остальные звуки вечеринки он передавал исправно, как будто я сам стоял в паре метров, то вот передать хотя бы слово из их разговора он не мог.

Наверняка Апраксин или Баратынская догадались использовать защищающие от подслушивания артефакты. Даже Жижик не мог перебить его воздействие.

Тут моё внимание привлёк один из официантов. Он как раз ставил на стол поднос с бутербродами, и манжет его форменной рубашки немного съехал.

Это длилось всего лишь какую-то секунду, но мне показалось, что я увидел кое-что очень любопытное.

— Жижик, установи наблюдение за тем официантом с короткой стрижкой! — велел я ему.

Официант отправился на кухню, и Жижик заскользил за ним следом. В голове возникали картинки всего, что он видел.

На кухне кипела работа. Повара готовили деликатесы, раскладывали по тарелкам, а официанты подхватывали их и тут же уносили в зал. Весь процесс казался тщательно отрегулированным и работал как хорошо продуманный механизм. Все на своих местах, все знают, что делать.

Ничего подозрительного в этом не было. Всё совершенно нормально. Я начал сомневаться в своём предположении. Наверняка показалось…

Тут официант, за которым следовал Жижик, взял очередную тарелку, и из рукава снова выглянул ранее скрытый кусочек кожи.

Я едва не ударил в ладоши. Так и есть, не показалось!

У основания правой ладони официанта был набит чёрный прямоугольник. Вроде ничего подозрительного, татуировка как татуировка. Но я помнил, что именно так Альфред описывал татуировки членов Чёрного Предела, организации, состоящей из фанатиков, мечтающих избавить мир от аристократов.

Видеть её раньше мне не приходилось, но по описанию это точно была она.

Вопрос только в том, стоит ли мне об этом беспокоиться. Ну работает человек с такой татуировкой официантом. Что с того? Законом это не запрещено. В конце концов, он мог сделать татуировку по глупости и сейчас изменил свои взгляды…

Но сам факт того, что такой человек работал в месте, полном аристократов, настораживал. Весь мой опыт жизни в двух мирах подсказывал, что таких совпадений не бывает…

Тут в глаза бросилось то, на что я раньше не обратил внимания.

Находясь на кухне, официанты и повара вели себя расслабленно. Перебрасывались ничего не значащими фразами, шутили. У многих были закатаны рукава.

И почти у всех у основания правой ладони виднелось изображение чёрного прямоугольника!

Твою мать… Если это и совпадение, то какое-то слишком странное!

Не успел я об этом подумать, как висящие над головами работников часы пробили девять вечера. Те официанты и повара, на руках которых виднелись татуировки, переглянулись.

В то же мгновение началось действие.

Обладатели татуировок бросились к своим коллегам. В их руках мелькнули ножи. Несколько быстрых ударов — и те немногие, кто не имел никакого отношения к Чёрному Пределу, распластались у их ног.

Они были мертвы.

Пределовцы тут же принялись вытаскивать из-под столов сумки. Что они в них прятали, гадать пришлось недолго. Мелькнули извлекаемые наружу мечи, скорострельные зачарованные арбалеты и боевые артефакты. Если судить по тому, с какой лёгкостью и привычкой они перехватывали оружие, выстраиваясь в боевой порядок, сомневаться в том, что они умеют сражаться, не приходилось.

И в том, кто их цель, я был абсолютно уверен.

— Марк, братец, ты же меня не слушаешь совсем! — недовольно покосился на меня Борзов.

— Да потому что сейчас не до тебя!

Музыка била по барабанным перепонкам. Послав мысленный импульс, я велел Жижику выключить звук. Он справился с задачей на ура — мгновенно выскользнул из кухни, ловко лавируя между ногами аристократов, дёрнул за воткнутый в розетку штепсель, и музыка затихла.

Я вскочил на ноги и проорал так громко, как только мог:

— В Академии члены Чёрного Предела! Они готовятся к нападению!!!

Как и ожидалось, моим словам поверили не все. Среди аристократов прокатился недовольный смех.

— Эй, Оскурит, ты там что, с Борзовым уже накидался, что ли?! — рассмеялся Нестеров.

Но, пусть многие мне и не поверили, нашлись те, кого мне удалось убедить.

Даже на расстоянии я почувствовал мощь плетущихся защитных техник.

И именно они спасли многим аристократам жизнь.

Громыхнул взрыв, всё вокруг затянуло плотной дымовой завесой.

— Ох ты ж, Оскурит, это что творится-то?! — пробормотал Борзов, пытаясь прожевать очередной кусок курятины.

— Нас атакуют! — прокричал я, бросаясь к лестнице.

Усилив глаза, я видел, как сквозь дым ко мне пытаются пробиться Альфред и Анастасия.

— Господин, вы где?!

— Я рядом! Вы в порядке?!

Громыхнул ещё один взрыв, в этот раз совсем рядом со мной. Мир вокруг вздрогнул и рассыпался. Последнее, что я успел увидеть, это взбегающую по лестнице стройную фигурку Анастасии.

Но встретиться нам было не суждено…

Лестница с грохотом рухнула, отделяя меня от единственного пути спасения. Повсюду полыхало пламя.

Я огляделся, пытаясь понять, что делать дальше. Тут меня крепко схватили сильные холодные пальцы.

— Быстрее! Там запасной выход! — прокричал на ухо голос, который показался мне знакомым.

Я бросился за своим спасителем прочь. Обернувшись, заметил, что Борзова за столом больше нет. Этот бывалый вояка уже успел куда-то смотаться!

— Куда мы идём?! Мне надо вниз! Там Анастасия, Альфред… Я должен помочь!

— Мы уже на месте! — прошелестел голос.

Распахнулись двери, и мы оказались в просторном помещении. Здесь не было ни огня, ни дыма. Только чистый воздух и два стула, стоящие друг напротив друга.

Я жадно вдохнул воздух, зажмурился, пытаясь привести в порядок слезящиеся глаза. А когда снова огляделся, то заметил, что дальний от меня стул уже занят восседающей на нём фигурой. Лицо и очертания фигуры были скрыты постоянно меняющимися помехами вроде белого шума, что транслируют по телевизору во время профилактики.

Фигура не произнесла ни слова, но я уже понял, кто передо мной.

— Воробей!

Глава 19

Фигура вскинула руки и громко хлопнула в ладоши три раза, словно аплодируя.

— Марк, ты такой вежливый! Даже не поленился узнать моё имя! Позволь узнать, откуда? Неужто Борзов? Он тогда так не вовремя прервал нашу приватную беседу! Хотя нет, вряд ли, при нём ты моё имя не произносил… А, любопытный бармен из "Змея"! Это мы упустили…

Я буравил Воробья взглядом, пытаясь разглядеть хоть что-то. Всё тщетно. Как и говорил Борзов, Образ полностью скрывал его настоящий облик. Как бы внимательно я ни вглядывался, я не мог ничего сказать ни про его рост, ни про фигуру, на даже про пол!

Та же ситуация была и с голосом. Он был искажён сопутствующим звуковым шумом, как будто при каждом его слове пела сразу сотня птиц. Расслышать в этой вакханалии его настоящий голос было невозможно.

Итог был неутешительным. Я совершенно ничего не знал об этом человеке.

— Кто ты такой?! — произнёс я, вкладывая в голос столько Дара, сколько мог.

От подобной атаки любой, даже обученный аристократ с сильным Даром, затрясся бы от испуга. Как минимум, ему бы стало некомфортно. Дрогнул бы голос, дёрнулась рука, ноги сделали непроизвольный шаг назад…

Но стоящий передо мной Воробей никак не отреагировал. Моя сила ударила по нему и тут же разлетелась, как налетевшая на скалу волна.

— Прости, Марк, но со мной такое не сработает! — мягко и задорно рассмеялся Воробей. — Мы с тобой на разных уровнях силы…

Он не сделал ровным счётом ни одного движения, но меня отбросило назад, буквально размазав по стене. Я попытался шевельнуться, призвать на помощь Дар, но всё было безрезультатно. Я ничего не мог сделать.

— Помоги мне! — мысленно взмолился я, призывая Тьму.

Никакого ответа. Как и после столкновения с Чернотой, она ушла зализывать раны, оставив меня без своей поддержки.

Единственный, кто по-прежнему был со мной, это Жижик. Но, увы, мой кляксообразный друг был бесполезен. Он — отличный шпион, способный добыть информацию там, где не сумел бы никто другой. Но здесь, в бою с превосходящим меня по всем фронтам противником, его таланты ничем не могли помочь. Всё, что он мог, — вцепиться в обувь Воробья, пригвоздив его к полу. А я очень сомневаюсь, что с ним это получится сделать…

Я дёрнулся ещё раз и понял, что всё бесполезно.

Сбылись мои самые худшие опасения. Воробей и вправду был очень силён. Я не мог вырваться и не мог победить его в честном бою. Всё, что мне оставалось — быть хорошим мальчиком и делать то, что он скажет…

Ненавижу бессилие!

Давление ослабло, и я обессиленно грохнулся на пол. Его сила ушла, как её и не было.

— Если что, это не угроза! — предупредил меня он. — Просто маленькая демонстрация моих возможностей! Чтобы ты знал, с кем имеешь дело…

— Спасибо, что разъяснил, — скрипнул я зубами. — А то я подумал, что это дружеское приветствие!

— Знаменитый чёрный юмор Оскуритовых? Очень хорошо. Значит, твоё физическое состояние в норме и ты способен адекватно воспринимать информацию…

— Поадекватнее некоторых! Так что, ты так и будешь трепаться или наконец-то скажешь, что вы от меня хотите?

— Вы? — переспросил Воробей. — Ты что, видишь здесь кого-то кроме меня?

— Нет, я про твоих друганов, Ворона и Пересмешника! Вы же все вместе дружная компания. Разве не так?

Я долго думал о том, демонстрировать ли Воробью, что мне про них известно, или нет. Раскрывать карты раньше времени было опасно, да и за это знание меня запросто могли убить. Тем более что попытки уже были…

Но всё-таки я решил рассказать. Наверняка они и сами догадываются, что я успел копнуть достаточно глубоко. Да и, честно говоря, очень уж хотелось посмотреть на реакцию Воробья!

А реакция была впервые за всё это время.

— Какой шустрый Оскуритик… — произнёс Воробей, и в его голосе мне послышалось волнение. — Догадался, значит… А ну быстро расскажи мне всё, что узнал!

Я почувствовал, как меня обтекает его сила. Резко захотелось поговорить. И не просто поговорить, а выболтать ему всё, что я знаю! Каждую деталь, что мне удалось выяснить.

Я уже раскрыл рот, когда внутри шевельнулась Тьма. Лёгкое движение, но наваждение тут же спало. Это было не полноценное возвращение моей тёмной покровительницы, но вполне ощутимая помощь.

Значит, она где-то рядом, копит силы… Буду ждать полноценного возвращения!

— Слушай, да нечего рассказывать! Только то, что вы ребятки, полные идиоты. Сначала попытались убить меня, потом взорвали Михаила Емельянова… Ну и зачем вам это нужно?

Про то, что я знаю про их план убить члена Императорской семьи, я промолчал. Слишком уж это жирный козырь. Глупо светить его вот так, без всякой цели!

— Сопротивление моей силе… Ох, Оскуритик, как же я тебя люблю! — Воробей хлопнул в ладоши и шагнул ко мне, разводя руки, как будто собирался обнять. — Значит, ты всё-таки нашёл путь к тёмным семейным техникам… Впечатляет! Очень впечатляет…

Пока он говорил, я сделал шаг к двери, прислушался, а затем дал Жижику мысленный приказ выскользнуть наружу, доложить мне об обстановке и, если получится, найти Альфреда и привести помощь.

Жижик заскользил по полу, но уткнулся в дверь и застрял. Он нашёл подходящую для него щёлку, но никак не мог в неё протолкнуться. Его выталкивало обратно.

Ага, а господин Воробей неплохо подготовился! Защитил эту комнатку как изнутри, так и снаружи.

Это нехорошо. Я заперт с превосходящим меня в силе маньяком, и никто не знает, где меня искать. Придётся выкручиваться своим умом.

— Я, конечно, извиняюсь и всё такое, но такое чувство, что ты тянешь время. Ты же неспроста всё это устроил, верно? Чёрный Предел, нападение на Академию… Это ведь для чего-то было нужно. И я хочу знать, для чего!

— А ты что, думаешь, что я расскажу? — даже через Образ я почувствовал, что он ухмыляется.

— Не думаю. Знаю. Ты не убил меня сразу, хотя имел все возможности. Значит, я для чего-то вам, ребятам, нужен. А если нужен, то могу выдвигать условия. Ответы на вопросы и есть моё условие!

— Условия? Иногда мне кажется, что ваше знаменитое упрямство Оскуритовых ни что иное как просто глупость… — мягко рассмеялся Воробей, но мне послышались в его смехе задорные нотки. — Но в этот раз ты угадал! Я и в самом деле не планировал тебя убивать. Во всяком случае, здесь и сейчас. Всё, что мне нужно — лишь разговор…

Я немного расслабился. Разговор, значит.

Пусть я и ломал комедию, изображая из себя крутого парня, где-то внутри всё равно было не по себе. Воробей мог убить меня в любую секунду, стоило ему этого захотеть. Конечно, я оказал бы ему яростное сопротивление. Он бы дорого заплатил за попытку забрать мою жизнь, но стоило быть реалистом — он был намного сильнее. В одиночку, без поддержки Тьмы, мне его не победить.

А тут, оказывается, он просто хочет поговорить! Это делает ситуацию намного проще. Но вопросы всё равно остаются…

— Поговорить?! А что, не мог назначить встречу, например, в том же "Змее"? Или я что-то пропустил, и теперь для разговора требуется группа вооружённых до зубов пределовцев? Да телефонного звонка было бы достаточно!

— А ты бы, Марк, поверил в серьёзность моих намерений, если бы я и в самом деле тебе позвонил? Ты бы был первым, кто послал бы меня куда подальше! — снова усмехнулся Воробей. — А когда ты увидел, как хрупка та структура, которой ты привык доверять, как беззащитна Академия и аристократы и как мало значат их жизни, твоё отношение будет совсем другим…

— Подожди… Не хочешь ли ты, дорогой мой пернатый, сказать, что твои пределовцы порубили целую кучу народа на кухне и ворвались внутрь только для того, чтобы произвести на меня впечатление?!

— Так и есть, дорогой Марк. Мне было нужно, чтобы ты увидел, на что я способен. А пределовцы, они, как ты выражаешься, совсем не мои. Им лишь была предложена возможность. Шанс войти в святая святых Благородных. Они приняли моё приглашение, отвлекли на себя внимание аристократов и двоих товарищей. И вот теперь мы с тобой спокойно беседуем…

Всё это очень напоминало ту часть фильма, когда злодей выбалтывает герою весь свой план. За тем исключением, что он ничего мне не сказал, лишь слегка затронув вопрос.

— Беседуем. Но только к сути так и не приблизились…

— Хочешь сути? Да пожалуйста! — Воробей хмыкнул. — Марк, я предлагаю тебе присоединиться к нашей группе и принять участие в уничтожении правящей Императорской семьи! И не делай такие изумлённые глаза. Мне уже давно понятно, что ты давно об этом догадался…

Глава 20

Я пару раз легонько ударил по ушам. Нет, однозначно, мой организм истощён настолько, что мне слышится всякая лютая ерунда…

— Так, а давай ещё раз, но медленно и погромче!

— Что, не ожидал? — хмыкнул Воробей. — Тебе не послышалось. Я доношу до тебя волю нашего маленького и очень гордого сообщества. И оно желает принять тебя в свой состав.

Это сошло бы за шутку, но Воробей говорил слишком серьёзно.

— Присоединиться к вам, значит… А как бы ничего, что вы несколько раз пытались меня убить?!

— И за это я приношу извинения от лица всей группы, — произнёс Воробей, и в его приглушённом голосе я и в самом деле услышал извиняющиеся нотки. — Мы не должны были так делать. Но когда мы встретились в первый раз, ты был совсем другим человеком. Взрывной, слабохарактерный… Слабый. Ты был нам нужен, и со своей задачей ты отлично справился, это правда. Но мы не могли тебе доверять. Что угодно могло взбрести тебе в голову, ты мог побежать к Шарапову каяться… Ты же прагматичный человек, Марк, и должен понимать, насколько опасен ты был!

Ага, должен. Всем-то я всегда должен! Вот только понимать покушения на жизнь оригинального Марка, а потом и на мою собственную я не могу и не обязан.

Но зато он сказал кое-что интересное. Я им был нужен, и они получили, что хотели. Выходит, все мои предположения были верны. Но только что именно Марк для них сделал? Было бы неплохо повернуть разговор в это направление…

— Угу-угу, всё это понятно… А ту штуку, что я для вас достал, вы уже использовали?

Воробей удивлённо на меня посмотрел. То есть его лицо, конечно, было скрыто Образом, но я предположил, что взгляд точно был удивлённым. Во всяком случае, голос точно был!

— Ну, Марк, ты же должен как никто понимать, насколько это опасно… Уж поверь, ты бы точно понял, используй мы её! Нет, мы бережём её для особого случая…

Понятно, холостой выстрел. Воробей отлично умел следить за языком и подавал информацию маленькими порциями. Выудить у такого хоть что-то — задача нереальная. Только сам раскроюсь.

Так что придётся менять тему разговора.

— А сейчас что изменилось? Почему вы вдруг решили заручиться моей поддержкой?

— Изменился ты сам. Стал сильнее и надёжнее. Мы наблюдали за тобой и знаем это точно. Дуэли, договор с Богатырёвыми… Это поведение Истинного Оскурита времён расцвета твоего Рода! И такого человека мы хотим видеть в наших рядах.

Будь я немного повпечатлительнее, обязательно бы растаял и развесил уши. Ну конечно, когда тебя хвалят, тем более кто-то настолько могущественный, это производит впечатление! Особенно на обладателей слабого характера. Прежний Марк точно бы повёлся и согласился бы на всё, о чём бы его ни попросили!

Но я был другим человеком. И все слова Воробья пропустил мимо ушей. Мало ли что он там говорит. Меня это не касается!

К тому же эти люди уже неоднократно пытались меня убить. А тем, кто поднял на меня руку хотя бы однажды, я доверять не могу. Никто не помешает им сделать это снова, стоит мне повернуться спиной…

— Прозвище Воробей тебе не подходит.

— Да? И как бы ты стал меня называть? — заинтересовался он.

— Соловей. Слишком уж сладко и красиво поёшь, — хмыкнул я.

Воробей рассмеялся. Его смех и в самом деле был музыкальным и напоминал соловьиные трели.

— Увы, но ты меня плохо знаешь. Но, если хочешь, можешь взять это прозвище себе.

И снова мы вернулись к тому, с чего начали.

— Так и в чём ты хочешь, чтобы я к вам присоединился? В убийстве члена Императорской семьи?

— Убийство, убийство… Заладил одно и то же! Неужели научился у Борзова? — недовольно фыркнул Воробей и принялся мерить комнатку шагами. — Нет, Марк, дело совсем не в чьём-то убийстве. Конечно, мы не раз марали руки в крови. И не раз ещё замараем. Но это нормально! Когда стремишься к великой цели, то такие мелочи перестают тебя волновать…

— Отличная фраза! — похвалил его я. — Как только выберусь отсюда, напомни сбросить тебе адресок одного очень хорошего заведения. Тебе точно пригодится!

— Какого заведения? — не понял Воробей.

— Ближайшего психоневролического диспансера, — доверительно улыбнулся я ему. — Великие цели, необходимые жертвы… Так может рассуждать только сумасшедший!

Я ожидал, что Воробей как-то отреагирует, проявит эмоции, но он только расхохотался в ответ.

— И снова юмор! Признаюсь, Марк, я не нахожу его смешным. Скорее забавным. Но ты искренне мне нравишься! И нет, ни мне, ни другим членам нашего маленького братства не требуется помощь врача. У нас нет навязчивых идей и жажды власти. Всё, чего мы хотим, — это увидеть новое устройство Империи. Она должна обновиться! К сожалению, добиться этого мирным путём не способны даже мы…

Говоря откровенно, он и в самом деле не звучал как сумасшедший. Да и горячности фанатика в нём тоже не было. Я чувствовал, что к нынешним убеждения он пришёл путём логических выводов и размышлений.

— Давай поподробнее. Зачем что-то обновлять? Всё же и так прекрасно работает!

— Маленький глупенький мальчик… Ты пока просто этого не видишь! — Воробей покачал головой. — Нынешняя система убивает сама себя. Аристократы не переставая грызутся за власть и землю, и это причиняет нашей стране боль. Мы же хотим разрушить сами основы. И тогда прежняя Империя перестанет существовать! Наступит прекрасная новая эпоха…

— И это ты называешь поподробнее?! — Я фыркнул. — Какая-то чушь пытающегося умничать старшеклассника! Давай подробности. Чего вы хотите?

— А вот этого, Марк, я сказать не могу, — произнёс Воробей, и я почувствовал, что он улыбается. — Ты не дал согласия стать одним из нас. А значит, посвящать тебя в наши планы опасно для их осуществления…

— Но ты при этом хочешь, чтобы я вот так, без всякой информации, взял и присоединился к вашей птичьей группе? Да это же автоматически сделает меня мятежником! Оскуритов, конечно, и так недолюбливают… Но тут меня вообще порвут, а Императорская гвардия ещё и добавит!

— Нет, Марк, смысл встречи был совсем в другом, — мягко поправил меня Воробей. — Мы хотели, чтобы ты увидел другую сторону, понял, что не обязательно выбирать только один путь. Ты считаешь, что сможешь выслужиться перед Императором и вернуть себе чистое имя и прежнее влияние. Но это не так! Наш Император совсем не так прост. Он понимает, как в Империи относятся к Оскуритам, и как отнесутся к нему, если он поступит подобным образом. Но если ты присоединишься к нам, то мы вернём тебе прежнее влияние. Никто в Империи, ни Апраксины, ни Баратынские, не посмеют назвать себя твоей ровней!

Мне стоило больших усилий скрыть улыбку. Сам я в разведке не служил, но предполагаю, что вербовка проходит примерно так. Прямо как по учебнику!

— А вообще, Марк, никто не ждёт от тебя ответа прямо сейчас, — словно прочитал мои мысли Воробей. — Всё, что произошло сегодня, имело куда больший смысл, чем ты думаешь. После сегодняшнего дня тебя ждут новые встречи. Они помогут тебе сделать непростой выбор… Десяти дней тебе хватит на принятие решения?

— Да хоть месяц! — Я фыркнул. — Всё равно я не собираюсь принимать вашу сторону!

— Посмотрим, — улыбнулся Воробей и хлопнул в ладоши.

В меня полетела волна силы. Настолько мощная, что я не устоял на ногах. Меня опрокинуло и протащило несколько метров по полу, больно приложив головой о стену.

На грудь опустилась нестерпимая тяжесть. Я снова не мог шевелиться.

Воробей приблизился ко мне и сел на корточки.

— Сейчас, Марк, я тебя коснусь, и ты на несколько минут потеряешь сознание. А когда очнёшься, меня здесь уже не будет…

Он вытянул руку и медленно протянул её к моему лбу.

Я попытался дёрнуться, сбросить сковывающие меня оковы. Безуспешно. Он держал меня намертво.

И тут наконец-то случилось то, чего я так давно ждал.

— Что, маленький Оскурит, скучал по мне?! — шепнула Тьма мне на ухо.

— О да, ещё как! Давай покажем этому ублюдку, где воробьи зимуют!

— Разве я когда-нибудь была против?

По венам заструилась сила. Давление стало намного меньше, и я, оттолкнувшись от пола, сумел отъехать от Воробья сразу на несколько метров. Его рука коснулась пустоты.

— Что?!!! Как ты это сделал?!!!

От удивления он потерял концентрацию, и его сила окончательно уступила мощи Тьмы. Я без труда поднялся на ноги и без всякой раскачки тут же бросился в бой. Людоед послушно лёг в мою ладонь. Воробей был настолько уверен в своих силах, что даже не подумал о том, чтобы меня разоружить.

И сейчас я собирался показать, как сильно он ошибался!

Я двигался невероятно быстро. Мой Дар и поддержка Тьмы наделяли меня огромной скоростью и силой.

Но даже этого не хватило, чтобы победить Воробья с одного удара.

Расплывчатая фигура плавно переступила с ноги на ногу, чуть отклонилась, и Людоед пролетел мимо.

— Значит, это правда… Ты всё-таки сумел заключить с Тьмой новый договор! — торжествующе вскрикнул Воробей. — Да, Марк, мы точно в тебе не ошиблись! Если тебе удастся достигнуть полной силы Оскурита, то в стане Императора тебе делать нечего. Они просто не способны оценить твою силу!

— Зато ты её сейчас оценишь так, что мало не покажется!

Я представил, как усилием воли останавливаю биение Тьмы в себе. А затем, подержав её пару мгновений, резко отпустил. Тьма не возражала. Кажется, поняла мой план и даже решила подыграть.

Это была чистая импровизация, голый, ничем не замутнённый инстинкт. Но этот приём сработал даже лучше, чем я надеялся.

Рвануло так, что мало не покажется. Стены закачались, дверь слетела, а Воробья отбросило в сторону. Да так жёстко, что на мгновение мне показалось, что его Образ немного съехал, открывая его истинное лицо. Это длилось какое-то крохотное мгновение. Воробей успел отвернуться, и я ничего не разглядел…

Образ снова вернулся, такой же надёжный, как и раньше.

— Силён… Сумел удивить! — прохрипел Воробей, покачиваясь. — Значит, Тьма снова с Оскуритами? Мы не ошиблись… Очень, очень хорошо!!!

— Щас посмотрим, как тебе будет хорошо! — буркнул я и шагнул к нему, намереваясь покончить с этим дешёвым фарсом.

Атаковать или уворачиваться он даже не подумал. Вместо этого он просто несколько раз обернулся по часовой стрелке и пробормотал что-то себе под нос. Сверкнула вспышка, меня окатило силой, и… он исчез. Просто натурально растворился!

Я выругался. Грёбанная телепортация! Стоило догадаться, что кто-то из Одарённых этого мира владеет и таким навыком!

Но больше тратить время я не стал. Теперь меня ничего в этой комнате не держало, и я благополучно выбрался наружу.

Здесь меня ждало много интересного…

Глава 21

Тот милый зальчик, в котором мы совсем недавно обедали с Борзовым, превратился буквально в ничто. По полу и стенам тянулись приличных размеров трещины, изящные люстры, превращённые в стеклянное месиво, валялись под ногами, а столы и диваны медленно догорали. Дым стоял такой, что у меня защипало глаза.

Ого! Мне казалось, что настоящая движуха происходила между мной и Воробьём, а, оказывается, всё действо разворачивалось здесь!

— Как думаешь, что здесь случилось? — спросил я Тьму.

— Как минимум, взорвали несколько артефактов, — с небольшой задержкой ответила она. — Точнее сказать не смогу. Я не успела полностью восстановиться. Так что если ввяжешься в очередной бой, то рассчитывай на себя…

— Думаешь, что придётся?

— А ты прислушайся. Бой всё ещё продолжается…

Она была права. Я отвлёкся и не сразу понял, что снизу доносились громкие крики и скрежет металла. Это были звуки кровавого сражения.

— Отлично! Значит, мы не пропустили всё веселье…

— Увы, Оскуритик, но вынуждена тебя разочаровать, — шепнула Тьма мне на ухо. — Бой с этим пернатым слишком меня утомил. Мне требуется отдых.

— Что, снова?! Ты же только что вернулась!

— Не смей повышать на меня голос! — рявкнула Тьма, и меня прошиб электрический разряд, от которого мои ноги подкосились, и я опустился на колени. — Я спасла твою жалкую жизнь и помогла тебе выстоять против крайне могучего противника! Далеко не все сильные бойцы сумели бы это сделать…

В этом она была права. Без её помощи в бою с Воробьём я был бы беззащитен. Её помощь было сложно переоценить.

— Ладно, я понял. Ты это заслужила! Но только не уходи надолго…

Тьма не стала отвечать, но я почувствовал, как она меня покинула. Я снова остался один.

Я уже хотел броситься вниз, чтобы помочь остальным, когда дым справа от меня шевельнулся, и ко мне метнулись две стремительные тени.

Засада! Эти двое специально караулили меня здесь, чтобы застать врасплох!

Но я ожидал чего-то подобного, и поэтому нападение не стало для меня неожиданностью.

Усилив мышцы Даром, я совершил огромный прыжок метра в четыре, мгновенно уходя из-под их удара. Приземлившись, тут же выхватил меч и быстро оценил обстановку.

Напротив меня застыли двое крепких ребят лет двадцати с небольшим. Короткие стрижки, ничем непримечательные лица. Только из-под закатанных под локоть рукавов рубашек выглядывали татуировки, чёрные прямоугольники. Члены Чёрного Предела!

— Эх, а я-то надеялся, что вас всех давно перебили…

— Твои надежды были беспочвенны! Все аристократы сдохнут. Также, как и ты! — прорычал один из парней.

Тут снизу раздался истошный крик, оборвавшийся на самой высокой ноте. Судя по сопровождающей его нецензурной брани, это точно был не аристократ. Благородные выражали свои мысли куда изящнее…

— На вашем месте, господа, я бы не был так уверен. Полагаю, что ваше сражение уже проиграно. Ваших братьев добивают, а вы спрятались здесь, чтобы избежать своей участи. Но, к несчастью, встретили меня. Всё верно?

— Не к несчастью, аристократик! Не повезло тут только тебе! — прорычал пределовец, поудобнее перехватывая меч. — Нас двое, а ты один. К тому же ты ранен, а мы свежи. Пусть мы и сдохнем, но твою жизнь мы унесём с собой!

Ранен? Что за чушь он несёт?!

Я оглядел себя и только сейчас понял, что из моего левого бедра и в самом деле сочилась кровь. Кажется, в сражении с Воробьём я всё-таки умудрился подставиться. Но только так увлёкся боем, что и сам этого не заметил!

Всё-таки в поддержке Тьмы есть очевидный минус — она сильно притупляет боль…

Но переживать из-за раны не имело смысла. По меркам моего усиленного организма она была совсем крохотной, и к тому же Жижик, прекрасно знавший своё дело, уже успел к ней присосаться. Благодаря ему кровь почти не текла, а сама рана заживала куда быстрее. Всё, что я мог, — это направить немного силы ему на помощь и сосредоточиться на бое. Чем быстрее я разберусь с этими двумя уважаемыми господами, тем быстрее смогу расслабиться и отдохнуть! А мне это и в самом деле необходимо…

Я очень напрасно их недооценил. Привыкнув сражаться с обученными аристократами, я совсем не ожидал, что они сумеют меня чем-то удивить. А они взяли и сумели!

Мне в лицо полетела целая россыпь взрывающихся артефактов, маленьких камушков вроде тех, что я сам использовал в Чёрном доме. В них была какая-то модификация, и поэтому взрываться они начали прямо в воздухе.

По лицу полоснула горячая струя огня. При этом брошены артефакты были с таким мастерством, что я в какое-то мгновение оказался буквально окружён огнём со всех сторон.

Для полноценного Одарённого эта ситуация была бы полной ерундой. Он бы прорвался через огонь при помощи энергетического доспеха, даже не заметив препятствия. У меня такой способности не было, а единственный работающий в моих руках защитный артефакт остался в гостинице.

Так что пришлось приступить к моему любимому занятию — импровизировать! Благо, я делаю это очень хорошо…

Как и всегда в минуты крайнего напряжения, во мне проснулись инстинкты. Вскинул Людоеда, пустил в него силу и резко взмахнул, как будто обводя наконечником вокруг себя.

Это сработало. За мечом протянулся шлейф силы, и огонь мгновенно погас.

Ага, кажется, я снова изобрёл новый приём. И весьма полезный!

Стоило огню погаснуть, как на меня бросился один из парней, специально ожидавший удобного момента. Двигался он быстрее, чем можно было ожидать. Значит, Даром, хотя бы на низших Рангах, точно владеет.

Застать меня врасплох ему снова не удалось. Это была чистая работа тела, реакции и рефлексов, а с ней у меня всё было в полном порядке.

Его короткий меч пару раз мелькнул у моего горла, но затем я перехватил инициативу и начал его теснить. Пусть он и владел достаточным боевым опытом, во владении мечом он был ещё хуже меня.

— Что, братец, решил помахать железкой? Не самое удачное решение!

Он и сам это понял, и поэтому, отбросив меч в сторону, бросился на меня с кулаками.

— А это решение ещё хуже!

Я легко увернулся от его сильных, но беспорядочных ударов, сделал подсечку и уронил на пол. Уже приготовился его добить, когда понял, что второй нападающий уже совсем рядом, и сделать я ничего не успеваю.

— Жижик, твой выход!

Верная клякса не подвела и как спущенный с цепи пёс бросилась на второго парня. Но, увы, весь арсенал Жижика по-прежнему ограничивался только обездвиживанием. Именно это он и сделал, но чуть резче, чем обычно.

Несостоявшийся боец потерял равновесие и растянулся на полу.

— Эх, братец, ну что же ты так… Даже размяться не удалось…

Я одним ударом вырубил первого пределовца, а потом перешёл ко второму. Он уже встал на ноги и попробовал защищаться. При этом Жижик его не отпускал, и все выпады и взмахи кулаками он производил, не отрывая ноги от пола. Пляска получалась забавной… Даже жаль, что у меня нет с собой телефона! Снял бы на камеру и использовал для поднятия настроения долгими пасмурными вечерами…

— Проклятый аристократ! Пользуешься своими штучками! Вот если бы мы сражались на равных, то тогда тебе бы не поздоровилось…

— На равных, говоришь? — хмыкнул я. После встречи с Воробьём меня потянуло на приключения. — Ну давай на равных. Жижик, пусти его!

Он сделал, что я попросил, и парень, получив свободу, мгновенно бросился на меня и…

… тут же лёг обратно на пол. На этот раз без сознания. Ха, а я превращаюсь в настоящего нокаутёра! В своём прежнем теле я вряд ли сумел бы вырубить противника одним ударом. А здесь достаточно использовать немного Дара, и всё невозможное тут же становится возможным!

Теперь, когда с пределовцами было покончено, можно было двигаться вниз. К тому же звуки боя как раз стихли…

— Марк, сзади!

Я узнал голос Анастасии и тут же краем глаза заметил сбоку какое-то стремительное движение. В воздухе мелькнула сталь.

Твою ж за ногу, всё это время здесь был третий пределовец, скрытый специальным артефактом! И сейчас этот гад, дождавшись, когда я расслаблюсь и потеряю бдительность, решил ударить меня в спину!

Причём бил он настолько неожиданно и настолько быстро, что я не успевал уклониться. Да что там уклониться! Если бы не окрик Анастасии, я бы его вообще не заметил.

Но в этот раз помощь подоспела очень вовремя.

Рядом мелькнула тень, раздался металлический скрежет. А потом всё стихло.

— Господин, вы в порядке?

— Альфред! Вот умеешь ты приходить вовремя…

Обернувшись, я увидел своего камердинера. Он стоял между мной и третьим пределовцем, совсем мальчишкой, мелким и юрким. В руках у парнишки была тонкая металлическая цепь, на одном конце которой болтался длинный и острый наконечник с блестящей на нём капелькой яда. Он был направлен прямо мне в шею.

Но опасность мне не угрожала — Альфред крепко сжимал его в ладони в нескольких сантиметрах от меня.

Не успей он вовремя, эта бандура наверняка пробила бы меня насквозь. Если учесть ещё и действие яда, то навряд ли я сумел бы очухаться после такого даже с помощью Тьмы.

— Судя по всему, я должен сказать тебе спасибо…

— Господин, вы не обязаны ничего говорить! Самая большая награда для меня — то, что вы остались живы, — поклонился он.

Рука юркого паренька нырнула в карман, таща оттуда что-то стальное. Метательные звёзды! Всё ему неймётся!

Альфред был быстрее. Он встряхнул цепью, и она, изогнувшись дугой, ударила мальчонку точно в нос. Звёзды выпали у него из рук, а сам он упал без сознания.

Чем я там хвастался, что могу отправить человека в нокаут с одного удара? Так Альфред сумел сделать это без использования Дара и даже не прибегая к физическому контакту.

Кажется, мне есть чему у него поучиться…

— Спасаешь мне жизнь второй раз за пять минут. Тянет на рекорд!

— Эй, Марк, а ты не хочешь поговорить со мной? С Альфредом вы можете наговориться и дома!

Я вздрогнул и огляделся.

Увлёкшись боем, я не заметил, что на второй этаж успела хлынуть целая волна аристократов. Здесь были как студенты и преподаватели, так и гости Академии. Выглядели они совсем не так лощёно, как до этого. Костюмы у некоторых были разорываны, носы подбиты. Кто-то и вовсе щеголял шикарными разноцветными фингалами.

Красавцы, ничего не скажешь!

Окликнула же меня Анастасия. Она на удивление выглядела отлично. Платье целое, лицо без повреждений. Даже причёска, и та растрепалась! Но, если судить по окровавленным костяшкам, в бою ей тоже пришлось побывать.

— Ты как, в порядке?

— Да всё отлично. Меня так легко не возьмёшь! — Она горделиво встряхнула головой. — Ты сам где был? Я пыталась к тебе пробиться, но не смогла нигде найти…

Я уже приготовился ответить, когда меня оборвал резкий голос.

— Хотите знать, где был ваш драгоценный Оскурит?! — прогрохотала Амалия Людвиговна, поднимаясь по лестнице. — Я вам отвечу. Он прятался! Скрывался, пока его верные вассалы убивают ненавистных ему аристократов.

— Вы на что намекаете?! — вскинулся стоящий неподалёку Максим Богатырёв, с серьёзной раной на руке, но в остальном совершенно здоровый.

— А вы что, разве сами не поняли? Это Марк Оскуритов устроил нападение на Академию!

Снова здорово! Похоже, что теперь мне предстояло отбиваться от новых обвинений…

Глава 22

В принципе, ничего неожиданного в этом обвинении не было. В этом мире я пробыл всего ничего, но главное его правило уже усвоил. Если нужно найти виноватого, то ткни в Оскуритова — не ошибёшься!

Вот это правило прекрасно сработало и сейчас.

Амалии поверили. От меня дружно отшатнулись, а несколько неизвестных мне Благородных из числа гостей и вовсе вытащили мечи. Ну конечно же, старая тактика. Видишь Оскуритова — вали его, пока он не ударил первым!

Поддерживающие взгляды я получил всего от пары ребят, включая Богатырёва и Алину. А ещё, что было приятно, от Морозовой, потной и раскрасневшейся от битвы. Уверен, что она отлично показала себя в сражении!

— Так, а аргументы у вас будут? Или вы как обычно — ткнули в меня пальцем, а дальше будь что будет?

Аристократы вокруг зашушукались, кто-то даже покрутил пальцем у виска. Ну конечно, хамить директору всей Академии было не принято даже в их раздолбайской среде. Всё-таки обучение было важным процессом их включения в высшее общество, и портить отношения с человеком, который мог превратить этот процесс в ад, никто не собирался.

Никто, кроме меня. Моё положение и без того было хуже некуда. Так что и терять мне было нечего!

Учитывая, как покраснела и завелась Амалия Людвиговна, я попал в точку.

— Да что ты себе позволяешь, мальчишка! Никчёмный кусок конского навоза…

— Очень хорошая аналогия. Сразу чувствуется, что с сельским хозяйством вы не знакомы… То есть, как я понимаю, доказательств у вас нет? — приняв вид пай-мальчика, поинтересовался я.

— Есть! Ты специально удалился от остальных, спрятался на втором этаже. А затем и вовсе исчез. Отсиживался, ждал, пока всех перебьют, и выполз только когда понял, что твоя затея обернулась полным провалом…

— Прекрасная логика, достойная Шерлока Холмса! Жаль только, что не выдерживает никакой критики. И кроме того, вас не смущает, что я первым их заметил и предупредил остальных? Если бы не я, то вы бы, господа, сейчас не стояли здесь живые и здоровые…

Судя по тому, как потупили глаза некоторые Благородные, им эта мысль тоже приходила в головы. Значит, не совсем безнадёжные!

— Ты просто пытался отвести от себя подозрение! — не моргнув глазом, бухнула Амалия. — И вообще, как ты сумел о них узнать?!

А вот это был хороший вопрос. О готовящемся нападении я узнал благодаря Жижику. Это он показал мне ту ерунду, что творилась на кухне. Но рассказывать о моём тайном жидком союзнике я, конечно же, не собирался.

Как и всегда в таких случаях, пришлось импровизировать.

— Просто заметил у одного из официантов татуировку с чёрным прямоугольником. Потом такую же у второго. Не требуется быть семи пядей во лбу, чтобы понять, кто они и что задумали. Вы тоже могли бы это понять, если бы пялились не на наряды друг друга, а хоть немного смотрели по сторонам!

Амалия несколько раз глубоко вздохнула, ища и не находя контраргументы.

Я же получил весьма неожиданного союзника.

— Амалия, он невиновен, — выступил вперёд Дорохов.

Выглядел он необычно — весь его обычный лоск слетел, костюм был порван и был настолько испачкан в крови, что казался не чёрным, а красным. Причём, судя по тому, что он не был ранен, кровь была чужой. Сразу видно, кто вложил наибольший вклад в победу над врагом!

— Да?! И почему же это, интересно?! — скривилась Амалия.

— Потому что я видел, как он сейчас сражался. Стоял в стороне и наблюдал, — ровным тоном пояснил Дорохов. — Двоих пределовцев он сразил без единого сомнения. А третий, которого он позорно проворонил, едва не лишил его жизни. Если бы его камердинер вовремя не вмешался, Оскуритов был бы уже мёртв. Не вижу смысла так рисковать, когда сам же всё и продумал…

Теперь заткнулась даже Амалия. Я же благодарно кивнул Дорохову. Неожиданная и очень толковая поддержка! И плевать, что он, оказывается, молча наблюдал и даже не пытался помочь. Хотя про то, что я позорно проворонил, он, конечно, погорячился. Совсем и не позорно…

— Ну а где он тогда был весь бой?! Я его что-то вместе со всеми не видел! — вставил своё «веское» слово вездесущий Нестеров.

Левая сторона его лица была замотана бинтами, а сам он держался настоящим героем. Видимо, и вправду неплохо сражался.

Этот вопрос тоже был не из простых. Рассказывать о том, что я провёл время в компании Воробья, я не собирался. Слишком много вопросов бы это вызвало.

— Сражался здесь, наверху. Или я что, обязан всегда быть у тебя на виду?!

Нестеров хотел что-то возразить, но не нашёл аргументов.

— Как я понимаю, дискуссия закончилась? — ехидно поинтересовался я у Амалии.

— Лишь на сегодня, Оскуритов! — обожгла она меня огненным взглядом. — Я вами ещё займусь. И поверьте мне, не только я! Не сомневайтесь, что скоро к вам проявят интерес люди, с которыми вы совсем не хотели бы встречаться…

Что это за люди, я уточнить не успел. Она резко развернулась и уверенно зашагала прочь. За ней потянулись преподаватели и часть студентов.

Я же отвёл Анастасию и Альфреда в сторону, попутно перекинувшись парой слов с Алиной. Она была в полном порядке, только подол её платья был немного подпален.

— Так, ребята, а теперь рассказывайте, что здесь произошло?

— Вот так вот сразу? А сказать, где ты сам был, не хочешь?! — подозрительно прищурилась Анастасия.

— Я же уже сказал, сражался здесь, на втором этаже…

— Ага, конечно! — фыркнула она. — А что же здесь тогда нет трупов?

Как же мне повезло, что она на моей стороне! Если бы Амалия или Нестеров обратили внимание на эту нестыковку, то отмазаться мне было бы куда сложнее…

— Потому что, знаешь ли, я не всегда бью наповал. Тем ребятам, с которыми я сражался, удалось сбежать…

Рассказывать ей правду я пока не собирался. Мы, конечно, нехило сблизились. Но доверять ей без оглядки я всё равно пока не мог.

Она кивнула, соглашаясь. По её взгляду было непонятно, поверила она мне или нет.

— Господин, после того, как вы предупредили нас о нападении, начался настоящий Апокалипсис, — немного сгустив краски, начал рассказывать Альфред. — Оказывается, члены Чёрного Предела прятались во всех подсобных помещениях и разом атаковали собравшихся, использовав взрывающиеся артефакты и дымовые шашки. Двери они перекрыли запирающими артефактами, и все Благородные оказались заперты в ловушку… Я же пытался пробиться к вам на второй этаж, но они обрушили лестницу. Пробраться сюда я сумел, только когда госпожа Амалия использовала строительную технику и воссоздала дополнительный путь…

— Понятно. Начало боя я сумел застать и сам. Но как Благородным удалось отбиться? С большими потерями?

— О нет, господин, потери были минимальными! Ни одного убитого, ранены двое или трое. У остальных лишь незначительные потери… Скажу вам откровенно, если бы вы нас не предупредили, то потери были бы намного больше. Возможно, мы бы и вовсе не сумели выстоять…

— Это правда, — согласилась с ним Анастасия. — Если бы ты не успел крикнуть, они бы сразу задавили нас, не дав возможности сопротивляться. Ты же выиграл нам драгоценные секунды, за которые мы успели активировать щиты и отбить первую атаку.

Мне стоило большого труда не заулыбаться как идиот. Значит, мой вклад всё-таки оценили. Это приятно!

— Удалось выяснить, чего они хотели?

Вопрос я задал осторожно. Со слов Воробья я понял, что он использовал Пределовцев как отвлекающий манёвр. Он не столько хотел погромить аристократов, сколько продемонстрировать мне свою силу и в спокойной атмосфере, полностью контролируя ситуацию, склонить меня на свою сторону. Вот только с контролем ситуации я преподнёс ему пару сюрпризов…

— Пока нет. Дорохов допросил нескольких, но они молчат. Но ничего, сюда обещал прибыть начальник Императорской охраны, Шарапов. Он точно сумеет вытрясти из них всё, что ему требуется!

А вот это было нехорошо. Про Шарапова я слышал вскользь, но даже те слухи, что до меня доходили, внушали уважение. Мужик он был серьёзный. Ещё бы! Абы кто начальником Императорской охраны не становится.

Встречаться мне с ним пока совсем не хотелось. Да, мне было что ему рассказать про заговор, Пересмешника, Ворона и Воробья. Но всё это были лишь мои домыслы и предположения. Реальных фактов у меня всё ещё не было. Даже хуже — ещё до моего появления Марк успел что-то для них сделать. А значит, и я тоже вымазался в готовящемся заговоре как свинья в грязи. Встреча с таким человеком принесёт мне куда больше вреда, чем хоть какой-то пользы…

— Ну и хорошо! Рад за него. Предлагаю отсюда уходить. Праздник всё равно закончился…

Мы спустились на первый этаж, и я понял, что сильно ошибался.

Зал был заметно разгромлен. Столы, барная стойка, сцена и музыкальные инструменты — всё было разломано. Под ногами хрустели бутылки, валялись оборванные цветы, повсюду были следы крови. Приглядевшись, я насчитал даже несколько выбитых зубов.

Единственное, что разглядеть не удалось — это тела убитых пределовцев. Этому быстро нашлось объяснение — между рядами Благородных скользили серьёзные мужчины в жёлтых защитных комбинезонах с носилками в руках. Ага, значит, господа аристократы и в этот раз решили всё сделать чужими руками и вызвали чистильщиков.

Самих же Благородных, кажется, ничто не смущало. Собравшись в небольшие группки, они весело трепались, хвастались полученными в драке увечьями и количеством поверженных врагов. Кто-то даже аппетитно похрустывал уцелевшей едой, запивая её алкоголем из чудом не разбившихся бутылок.

Я поморщился. Только что они здесь убивали, а теперь пируют как ни в чём ни бывало. И эти люди называют Повелителем Тьмы меня! У меня хотя бы есть какие-то принципы…

Мы вышли на улицу. У самых дверей корпуса, на холодном асфальте, в рядок расселись выжившие пределовцы. Их руки и ноги были скованы прочными металлическими наручниками, а вокруг них нарезала круги охрана Академии.

Лица у пределовцев были мрачные. Наверняка они предпочли бы умереть вместе со своими товарищами. Теперь же их ждала участь куда более худшая. Не сомневаюсь, что Шарапов и его ребята из Императорской охраны возьмутся за них по полной программе, а затем вкатят максимальный срок с особо строгим режимом содержания…

— Чтобы ты сдох, поганый Оскурит! — прокричали мне в спину.

Остальные подхватили, с особой фантазией выдумывая для меня самые мучительные пытки и способы лишения жизни.

На их творчество мне было наплевать. Когда тебя все ненавидят, быстро к этому привыкаешь…

— Бабу ты себе нашёл тоже ту ещё, распутную! Да такую всей ротой нужно! — прокричал один из них.

Я остановился и почувствовал, как мои ладони сжимаются в кулаки.

— Марк, не надо… — попыталась остановить меня Анастасия, но не успела.

Одно дело оскорблять меня. Кожа толстая, переживу и не замечу! А вот говорить мерзости про тех, кто мне дорог, — это уже верная дорога знатно получить по лицу…

Я пустил по телу Дар и подскочил к дерзкому крикуну. Ни он, ни охрана ничего не успели понять, как я легко, одной рукой, поднял его в воздух и, использовав Поцелуй боли, как следует встряхнул.

— Кто вас послал?! Вы видели его лицо?! Говори немедленно!!!

Чтобы у него не было и шанса соврать, я надавил на его волю силой. Пределовец натурально затрясся.

— Ничего не знаю! Никто ничего не знает! Его лицо было скрыто. Он обещал, что мы будем бить аристократов, а они ничего не сумеют сделать…

— Если сейчас же не скажешь правду, то тебя буду бить я! — прорычал я ему на ухо.

Состояние было странное. Я чувствовал, что я готов не просто его избить. О нет, это было бы слишком просто! Я хотел откусить ему голову и выпить его кровь. Всю, до капли…

Странные у меня желания, конечно! Раньше я такого за собой не замечал.

Наверное, все мои мысли отразились на лице, потому что остальные пределовцы ни на шутку перепугались.

— Он говорит правду! Мы ничего не знаем!!! — завыли они, вжимаясь в стену. Их глаза были распахнуты от ужаса, а при помощи обострённого обоняния я мог буквально чувствовать их страх.

Кажется, я перестарался и использовал чуть больше силы, надавив не только на незадачливого оскорбившего Анастасию идиота, но и на остальных…

Я окинул их презрительным взглядом. И это члены знаменитого Чёрного Предела, о котором столько говорят и которого так боятся?! Это же самые обыкновенные люди!

— Господин Оскурит, медленно поставьте узника на место и уходите подобру поздорову, пока я кого из Благородных не позвал!

Рядом прозвучал голос начальника охраны. Я обернулся. Он и его люди стояли вокруг меня полукругом. Нацеленные на меня мечи и автоматы заметно тряслись.

Знают, кто я такой, и на что способен. Знают, но всё равно нашли в себе силы мне перечить.

Такое я уважаю!

— Да, ребята, вы правы. Они всё равно ничего не смогут мне сказать…

Я поставил пределовца на место и в компании Альфреда и Анастасии пошлёпал прочь.

— Ты знаешь, это был не самый лучший вечер в моей жизни. Но я его точно навсегда запомню!

Анастасия чмокнула меня в щёку, частично попав в губы, и скрылась в ночи.

Гнаться за ней я не стал. Девушка она самостоятельная, и коли не хочет, чтобы я её провожал, значит, таков её выбор.

— Альфред, пойдём в гостиницу. Это был слишком долгий день…

Когда мы прибыли в гостиницу, то меня ждал неприятный сюрприз. В лобби собралась целая толпа. Стоило нам войти, как ко мне бросился перепуганный менеджер.

— Господин, я очень извиняюсь, но в вашем номере… Там…

Дослушивать я его не стал. Отодвинул в сторону и бросился в номер. Альфред последовал за мной.

Интерлюдия 1

Когда Воробей прибыл к назначенному месту встречи, Ворон и Пересмешник его уже ждали.

— Ворваться в Академию в сопровождении полоумных пределовцев, разнести там всё, что можно, поставить под удар жизни аристократов, которых мы все прекрасно знаем… Вы что, сошли с ума?!

Пересмешник был в ужасном настроении и не скрывал своих эмоций.

— И вам добрый вечер! — хмыкнул Воробей, обводя присутствующих спокойным насмешливым взглядом. — Говоря откровенно, не вижу поводов для беспокойства…

— Не видишь поводов?! Тогда я тебе их покажу!

Обычно Пересмешник был сдержан и спокоен. Он знал, что хотел, и всегда мог донести свои мысли, желания и недовольства, не повышая голоса. Но сегодня он, кажется, потерял всё своё хвалёное самообладание.

Он вскинул руку, и поток силы ударил в застывшего в дверях Воробья.

Это была грубая, почти не обрамлённая искусством мощь. Настоящая стихия, могучий Дар, получивший полную свободу действовать, как ему заблагорассудится. Но даже несмотря на всю простоту, совладать с подобной атакой сумели бы Одарённые исключительно самых высоких Рангов. Устоять перед таким натиском было всё равно что пытаться повернуть вспять несущуюся на тебя полноводную реку — глупо и бессмысленно.

Но Воробей давно работал с Пересмешником и знал, чего ожидать.

Между ним и сметающим всё на своём пути потоком силы вырос мощный щит. Это была сложная техника, которую могли использовать Одарённые начиная с седьмого Ранга. Для её создания требовалась не только сила, но и редкостное умение в обращении с энергетическими потоками. Подобный щит мог выдержать выстрелы нескольких мощных артиллерийских орудий.

Но с выпушенной на волю силой Пересмешника он не совладал, мгновенно разлетевшись на куски.

Сила ударила по тому месту, где стоял Воробей. Но только его там уже не было

Кажется, он с самого начала не рассчитывал сдержать атаку при помощи одного щита. Щит был нужен, чтобы принять на себя часть удара и выиграть немного времени. Сам же Воробей в это время использовал ультракороткую телепортацию, скользнул в сторону и изменил вероятностные линии, направив поток в сторону.

Всё это было проделано с такой скоростью и мастерством, что судьи на соревнованиях по владению Даром наверняка присвоили бы ему первое место.

— Я слишком хорошо тебя знаю, старик! Тебе не удастся застать меня врасплох, — хмыкнул Воробей, складывая руки для создания ответной техники.

Но у него ничего не вышло.

Его руки плетьми повисли вдоль тела, и какие бы усилия он ни прилагал, ему не удавалось шевельнуть даже пальцем.

— Какого… Старик, как ты это сделал?!

— Глупый юный Воробьишка… Ты силён, этого у тебя не отнять. Но молодость и сила — не всё, что нужно для победы, — мягко произнёс Пересмешник. В его словах не было и тени усмешки или издёвки. Наоборот, он говорил с сожалением, как будто ему самому не нравилось происходящее. — Иногда всё решает опыт. Всё, что ты видел, всё, что знаешь обо мне, — это лишь часть. Крохотная частичка того, что я могу и умею. И неужели ты думал, что я не догадаюсь о твоих планах? Эта атака была лишь отвлекающим манёвром. Истинная опасность притаилась у тебя за спиной…

Скосив глаза, Воробей понял, о чём он говорит. На стене за его спиной была начертана крошечная, едва заметная Руна Захвата. Отличный способ ограничить кого-то в движении и взять в плен.

Пересмешник начертил её ещё до прихода Воробья. И сейчас, когда вошедший отвлёкся на грубую лобовую атаку, активировал Знак, подчинив противника своей воле.

Несмотря на всю простоту, сделать это было непросто, даже почти невозможно. Сила Руны Захвата росла в зависимости от её размера. Чтобы удержать взрослого человека, Руна должна быть как минимум в человеческий рост. Для удержания мощного Одарённого требовался размер и того больше, метра в два.

Руна же за спиной Воробья была крошечной, сантиметров пять-семь. Чтобы сковать его так крепко, без единого шанса вырваться, Пересмешник должен был использовать поистине невероятные объёмы энергии.

Объёмы, которыми обладали считанные единицы.

— Ну уж нет… Ты не сможешь меня удержать!

Воробей ещё пару раз дёрнулся, но сила Руны и не думала ослабевать. Он трепыхался, как пойманная в паутину муха. Старый паук Пересмешник, глядя на его потуги, лишь улыбался.

Эта сцена могла продолжаться бесконечно долго, и никто из этих двоих и не подумал бы отступить.

Обычно за голос разума в их коллективе отвечал именно Пересмешник, самый старый и опытный. Но сегодня он дал волю эмоциям.

Ворон понял, что пришло его время вмешаться.

— Господа, вы уверены, что сейчас подходящее время для выяснения отношений? Мы все знаем, что вы оба сильны, и сильны по-своему. Давайте пропустим взаимные претензии и сразу перейдём к сути…

— Я всегда готов откликнуться на разумное предложение, — степенно произнёс Пересмешник. — Всё зависит от Воробья. Если он готов сесть и подробно всё обсудить, то я сниму действие Руны…

Скрип зубов Воробья можно было слышать даже на улице. Для него было непривычно уступать в бою, особенно так легко, фактически даже не начав драться.

Но сегодня выбора у него не было. Пересмешник был слишком силён. Нет, справиться с ним таким образом не получится. Если он хочет победить, то нужно действовать хитрее…

— Ну разве я могу быть против? Конечно же, давайте сядем за стол и как следует всё обсудим.

Пересмешник бросил на Воробья долгий изучающий взгляд. Было видно, что он не до конца ему верит. Но он знал, что при всём желании он ничего не сможет выкинуть, и усилием воли погасил Руну. В конце концов, это далеко не единственный его туз в рукаве…

Почувствовав, что действие Руны прекратилось, Воробей размял руки, разгоняя кровь. Хотел отвесить Пересмешнику звонкую пощёчину, но сдержался.

Вместо этого все трое уселись за удобный и обширный обеденный стол.

Рядом с ними мгновенно вырос обходительный официант.

— Господа, что изволите?

Эта встреча отличалась от остальных. Сегодня они не скрывались в тени крыш и не прятались в конспиративной квартире. Нет, сегодня они не хотели скрываться. Они планировали обсудить дела с привычным для всех троих комфортом.

Местом встречи был выбран ресторан «Вкус», один из самых дорогих и престижных не только в Питере, но и во всей Империи. А самое главное — он располагался в суперэлитном районе, в нескольких шагах от Академии. Здесь можно было наблюдать за всем происходящим и при этом вкусно поужинать.

Идеальный выбор!

Но даже учитывая, что в ресторане был привычный аншлаг, а найти свободный столик не представлялось возможным, никто не мог их видеть и слышать. Они были в особой закрытой ложе. Обладающий большим влиянием и деловыми связями Ворон устроил здесь настоящее убежище. Любой, кто заглянул бы сюда, увидел бы только трёх праздных аристократов, не имеющих с ними ничего общего. Звук также играл на их стороне, транслируя для возможного шпиона лишь обрывки самых обыкновенных, ничего не значащих разговоров.

Они, трое заговорщиков, были у всех на виду, но вместе с тем невидимые для всех.

Вся их громкая беседа и последующее пленение Воробья прошли для гостей и персонала «Вкуса» незаметно. Они не уловили ни единого звука, лишь мерный гул голосов, степенно рассуждающих о возросшей стоимости пшеницы. Не почувствовали они и выброс силы — размещённые в ложе артефакты и покрывающие стены Знаки поглотили её без остатка.

— Три фирменных блюда, два восточных салата и закуску от шефа! — распорядился Пересмешник. — И на десерт самовар чая с лучшими угощениями!

— Как вам будет угодно, — поклонился официант.

Он не мог видеть их истинные лица. Голоса он тоже слышал не настоящие, а искажённые. Его могли допрашивать с использованием самых страшных и жестоких пыток, но при всём желании он бы даже примерно не сумел описать троих своих посетителей.

— Говори! — велел Пересмешник, когда официант покинул их зал.

— Я очень извиняюсь, конечно, но может быть стоит обращаться со мной помягче?! — Воробей смерил его холодным непокорным взглядом.

Пересмешник внутренне усмехнулся. Воробей ещё слишком молод. Он прекрасно умеет играть по правилам высшего света, в обществе аристократов чувствуя себя как рыба в воде. Но на самом деле он, несмотря на всё своё немалое искусство и интеллект, всё ещё импульсивен. Стоит сказать хоть что-то не так, как он мгновенно огрызнётся в ответ.

— Просто изложи всё, что было тобой предпринято в Академии. Мы должны знать о том, что там произошло.

— Всё очень просто, — качнул плечами Воробей. — На последней встрече мы условились, что я увижусь с Оскуритовым и предложу ему присоединиться к нам. Мною была организована встреча с глазу на глаз…

— С глазу на глаз?! — в этот раз не выдержал Ворон. — Вы могли подкараулить его в переулке, застать врасплох в номере. Просто подойти к нему в перерыве между занятиями, в конце концов! Но вы решили использовать Чёрный Предел. Зачем вам это понадобилось?!

— Попрошу не повышать на меня голос! Иначе разговор не состоится, — Воробей блеснул суровым взглядом из-под густых бровей. — Все мои слова и убеждения были бы бессмысленны. Оскуритов должен был увидеть нашу силу. А устроить нападение на аристократов в защищённом месте, где они его не ожидают — лучший способ из возможных. К тому же ответственность будет нести Предел, а не мы…

Ворон и Пересмешник повернулись к окну. Перед ними открывался прекрасный вид на Академию. Внутренний двор, укрытый маскировочными чарами, был виден лишь частично, но зато у ворот было настоящее столпотворение. Раненые, в разорванной одежде аристократы, целая вереница пленённых пределовцев.

В другой ситуации этот вид доставил бы им удовольствие. Но не сегодня.

— Столько сил, и всё только для того, чтобы впечатлить мальчишку?! — глаза Ворона недобро блеснули. — Но жертв могло быть намного больше! Я лично был там. Что, если бы ваши пределовцы застали меня врасплох?! Что, если бы они меня убили?!

— Тебя? Убили? Не смеши меня, дорогой Ворон! — легко и беззаботно рассмеялся Воробей. — С твоим выдающимся боевым опытом, невероятной реакцией и мощными техниками ты стоишь на десяток голов выше, чем они. Они не сумели бы тебя даже оцарапать. Просто посмотри на себя. С тебя не упало ни одного волоса!

Это была правда. Пусть Ворон совсем недавно выбрался из сражения, его костюм был идеален.

— Но могли пострадать остальные. Если бы не Оскурит, то, вероятно, мы не смогли бы избежать жертв. Пусть пределовцы и не являются аристократами, они весьма сильны, а на их стороне был эффект неожиданности…

Пересмешник, в отличие от Ворона, ничего не говорил о возможных жертвах. Его интересовали совсем другие вещи. Он почти успокоился, но в его голосе всё равно проскальзывали нотки гнева.

— Надеюсь, ты понимаешь, что теперь наш план под угрозой. Этим делом займётся Императорская стража и лично Шарапов. А он сумеет выйти на нас. И тогда весь наш план рухнет, не успев стать реальностью…

— В том-то и дело, что не сумеет! — Воробей усмехнулся и, подхватив со стола чайник с заваркой, наполнил чашку доверху. — Нет никакой связи между мной и пределовцами. Кто я, они не знают, Образ надёжно защитил мою личность. Их услуги были оплачены через оффшорные схемы. А самое главное — они понятия не имеют о наших целях. Они были наняты лишь для разбоя, нападения на аристократов. О том, что мы задумали, они ничего не знают…

Пересмешник задумался.

— Я очень рассчитываю, что всё будет именно так, как вы говорите. Иначе вам придётся понести наказание… Ответьте же на самый главный вопрос. Мальчишка согласился?

— Пока нет, — Воробей небрежно качнул головой и одним движением осушил кружку, заев горький чай вкусным пряником. — У него есть время на размышления. За это время его ждёт много интереснейших открытий. Также, как и нас…

— Что ты имеешь в виду? — вскинулся Ворон.

Воробей лучезарно улыбнулся.

— У меня есть для вас кое-что крайне интересное. У меня с Оскуритом состоялся небольшой бой, в ходе которого наш маленький испытуемый показал то, чего от него никто не ожидал. Вот запись с артефакта…

Посреди комнаты появилось голографическое изображение, в деталях воспроизводящее последнее столкновение Марка Оскуритова с Воробьём. Пересмешник и Ворон смотрели на короткую запись, не отрывая колючих внимательных глаз.

После её окончания воцарилась тишина.

— То есть мальчишка сумел восстановить связь своего Рода с Тьмой…

— О да! И это делает его ещё интереснее…

Глава 23

Толпа у дверей номера была ещё больше, чем в лобби. Сотрудники отеля, потревоженные постояльцы, выползшие из своих номеров, и, что хуже всего, жандармы со строгими непроницаемыми лицами, сгрудились у дверей, то и дело норовя заглянуть в номер.

Самый старый жандарм, полный дядька с красным лицом и шикарными усами, способными вызвать зависть даже у Борзова, шагнул мне навстречу. Он настолько чувствовал себя хозяином положения, что не пытался хоть как-то скрыть сквозящее во взгляде презрение.

— Марк Оскуритов, как я понимаю… — пробасил он. — А мы вас тут уже заждались…

От него дохнуло силой. Я вгляделся в его метку Дара. На ней красовалась гордая цифра 6. Достаточно приличный Ранг, буквально в шаге от грани, отделяющей среднего Одарённого от настоящего мастера, способного в одиночку противостоять маленькой армии.

Даже шестого Ранга у рядовых жандармов обычно не бывает. Значит, передо мной кто-то из начальников городской жандармерии. Это плохо. Таких ребят для обычных бытовых дел не отправляют…

— Понимаете правильно! Подскажите, с кем имею честь разговаривать?

— Номерочек ваш? — жандарм кивнул в сторону номера. Мой вопрос он проигнорировал.

— Мой! Какие у вас претензии, жандарм?! — повысил я голос, мгновенно переходя в режим развязного и властного аристократа.

Освободил немного силы и легко коснулся его воли. Безрезультатно — высокий Ранг плюс особая жандармская защита не позволяли мне хоть немного на него надавить.

— Что же вы, господин Оскуритов, себе позволяете? Снова взялись за тёмные дела вашего Рода?! — прогремел он, и не подумав отвечать на мой вопрос.

— Какие дела Рода? Я требую объяснить, что вы здесь делаете! — Я повысил голос ещё сильнее и использовал немного больше Дара, чем раньше.

Метка на его груди вспыхнула красным. Его глаза хищно засияли.

— Ага, силу, значит, используете. Против представителя власти! Ну, это уже преступление… А ну-ка, ребятки, вяжите его!

Он повернулся к стоящим позади жандармам. Те отреагировали мгновенно. Выстроились в ряд, в их руках появились дубинки и короткие мечи. Повеяло Даром. Причём не обыкновенным, а отточенными боевыми техниками. Эти ребята, пусть и не казались сильными, были профессиональными тренированными убийцами…

Такие сильные жандармы, и все здесь, готовые без сомнения броситься на Оскурита с мрачной кровавой репутацией… Ну точно, их тут явно собрали не просто так! Это чей-то продуманный план.

О том, чтобы испугаться, я не даже не подумал, лишь призвал Дар.

Свет в коридоре зловеще замигал, а воздух сгустился, ложась на плечи присутствующих тяжёлым грузом.

— Вы хотите со мной драться?! — мой голос прогремел настоящим громом, и несколько парней схватились за уши, пытаясь хотя бы немного его заглушить. — Тогда готовьтесь познать всю мощь моего Рода! И помните, что все сказки, все страшные истории, что вы слышали об Оскуритовых, — это чистая правда…

Ничего особенного я не делал, лишь немного надавил на их волю. Остальное произошло само собой. Свет стал бледным, появились длинные зловещие тени. Моё лицо было скрыто темнотой, глаза горели багровым пламенем, а сам я казался ростом по крайней мере метра в три…

Всё происходило само собой, почти без моего участия. В каждом моём действии сквозил отголосок Тьмы. Даже уйдя на отдых и не отвечая на мой зов, она оставила со мной свой отпечаток, небольшую толику силы.

Сделав Тьму своим союзником, я как будто принял её часть. Теперь я был в большей степени Оскуритом, чем когда-либо до этого.

Одним словом, в несколько несложных движений она превратила меня в настоящее чудовище.

Нечего и говорить, что даже бывалые жандармы отшатнулись. Их воля была крепка, но желания сражаться у них здорово поубавилось. Даже усатый жандарм, кажется, немного стушевался.

А ещё в ноздри ударил сильный аромат крови.

— А ну пропустите меня! Это мой номер, и я имею право беспрепятственно его посетить!

Усиленной Даром рукой я легко отодвинул оробевшего усача в сторону. Жандармы не посмели мне мешать. Я ворвался в номер и тут же замер.

Ох, блин… Такого я, конечно, не ожидал!

Я чувствовал запах крови ещё в коридоре. Но я даже представить не мог, что её будет столько!

Посреди главной комнаты, прямо на шикарном стильном ковре, друг на друге лежали двое. На лица были натянуты маски, на ладони — перчатки, а плотные тренированные тела скрывали чёрные водолазки и плотные кожаные куртки.

Они были мертвы. Причём не просто мертвы, а натурально выпотрошены! Крови было столько, что она растеклась по всему немаленькому номеру…

— Сожри вас всех Тьма… Кто это сделал?!

— А ты что, Оскурит, разве не знаешь? — раздался знакомый голос, и из соседней комнаты появился тот, видеть кого я совсем не хотел.

— А, капитан Дубов! Рад бы сказать, что встреча приятная, но, увы, это будет наглая ложь… Как я понимаю, это ваша новая подстава?

Это и в самом деле был мой старый знакомый, капитан Дубов. Тот самый, который, когда я прибыл в его отделение спасать Альфреда, пытался выставить меня виновным в двойном убийстве. И это у него почти получилось! Выскользнуть из его ловушек мне удалось только благодаря звонку неизвестного, который парой фраз запугал его так сильно, что он и думать не смел о том, как пытаться меня достать.

Но, похоже, о том, что со мной лучше не связываться, он уже успел подзабыть…

— Подстава? Ну что вы, господин Оскурит… — обворожительно улыбнулся капитан. — Это вы сами себя подставили, когда убили этих двоих и оставили здесь их тела. Мы только отреагировали…

— Что значит убил и оставил? — тут же напрягся я.

— Ну как же, господин Оскурит. Неужели мы с капитаном всё должны объяснять за вас? — в номер протиснулся усач. Рожа у него так и сочилась самодовольством. — Вы проводили свои страшные тёмные ритуалы и убили этих двоих молодых людей, оставив их тела разлагаться. Сами же отправились на этот ваш благородный бал. Небось думали, что это сойдёт вам с рук, верно? Совсем забыли, что больше живёте не в своём доме, а в отеле. Вы табличку не повесили, горничная и заглянула. Ну а дальше уже приехали мы…

Вот теперь картинка приблизительно сложилась.

Получалось следующее. За время нашего с Альфредом отсутствия в номер проникли двое. Кто они и зачем пришли — неизвестно. Факт же заключался в том, что здесь их кто-то убил, а случайно заглянувшая горничная перепугалась и вызвала жандармов.

Приехавшие жандармы увидели в номере сию неприятную картину. Они быстро разнюхали, что здесь проживает Марк Оскуритов. В моей вине они нисколько не усомнились и приготовились припереть поганого Повелителя Тьмы к стенке.

История и в самом деле получалась неприятная. В том, что оправдаюсь, я не сомневался. Весь вечер я провёл в Академии в окружении кучи людей. Это подтвердят свидетели и записи с камер.

Гораздо важнее, кто эти двое, кто их убил и что они здесь делают…

Хотя стоп! Кажется, я знаю, зачем они пробрались в номер!

Я бросился к шкафу с вещами. Перед выходом я догадался запихать в неприметный ящичек сумку с оставшимися у меня предметами, принесёнными из Чёрного дома. Найти её было несложно, но лучшего тайника у меня здесь пока не было.

Расстегнув сумку, я быстро осмотрел её содержимое. Всё было в порядке. Ничего не пропало.

— Что, господин Оскуритов, скрываете что-то запрещённое? — засверкал глазами Дубов и выхватил у меня сумку. — Это что за ерунда?!

Его взгляд быстро потух. Смотреть там и вовсе было не на что-то. Какие-то обломки да камни. На вид — ничего ценного.

— Фамильные реликвии. Ничего ценного, но некоторые могут думать по-другому, — хмыкнул я. — Рискну предположить, господа, что эти двое пришли в номер именно за содержимым этой сумки. Это видно по следам обыска и маскам на их лицах. Это же самые обыкновенные воры!

— Да не важно, кто они! Вы их всё равно убили! — отмахнулся Дубов.

— А вот фигушки, — ласково улыбнулся ему я. — Никого я не убивал. Проверь камеры! Это сделал кто-то другой. Причём кто-то очень опасный и умелый…

— Господин, это был я! — произнёс Альфред, и все тут же повернулись к нему.

Такого признания, кажется, никто не ожидал…

Глава 24

— Ты убил? Не Оскурит? — немного разочарованно спросил Дубов у Альфреда. — Врёшь! Пытаешься выгородить своего господина!

— Нет. Это сделал я! — произнёс Альфред твёрдым голосом.

— Возможно. Но ты действовал по поручению своего господина…

— Нет! Я действовал самостоятельно. Господин не давал мне приказов и ни о чём не знал, — с упорством, заслуживающим лучшего применения, повторил Альфред.

Дубов покосился на усача. Тот пожал плечами. Мол, решай сам.

Капитан думал недолго. Он повернулся к остальным жандармам, жестом велев им арестовать Альфреда.

Я же пытался осмыслить признание моего камердинера. Выходила какая-то бессмыслица.

— Их убил ты? Но зачем?! Хотя подожди… — я задумался, пытаясь выстроить в голове события вечера. — Ты же всё это время был со мной и не мог это сделать!

— Мог, господин, — мой камердинер снова поклонился. — После того, как нас пытались ограбить в прошлый раз, я разместил в нашем номере защитные артефакты. Всего пару штук из запасов ваших предков. Но любого, кто задумал бы против вас зло, ждала мгновенная расправа. Вот эти двое, кхм, господ и попались…

— То есть сам, своими руками, ты их не убивал? — с облегчением переспросил я.

— Да вы что, господин! — скривился Альфред, на мгновение потеряв над собой контроль. — Как можно! Трогать этих господ своими руками, которыми я подаю вам утренний кофе… Нет, так низко я ещё не пал!

Намеревавшиеся арестовать его жандармы остановились и неуверенно покосились на усача. Тот и сам ничего не понимал, но на всякий случай покачал головой, давая отбой.

— Но артефакты ты сам активировал? — не отставал от камердинера Дубов.

— Нет! Они автоматические. Реагируют на каждого, кто входит в номер без разрешения и с недобрыми намерениями, — пояснил Альфред и ловко извлёк откуда-то из угла небольшую металлическую коробочку. — Можете посмотреть сами. Обыкновенный автоматический артефакт.

Дубов выхватил коробочку у него из рук, принялся вертеть её в руках.

— Ага, запрещённый смертельный артефакт! Это пять лет самого строгого режима…

— Вы думаете, что я стал бы так подставлять господина? — иронично глянул на него камердинер. — Артефакты находились во владении Оскуритовых на протяжении столетий. У меня и все документы имеются…

Он и в самом деле вытащил откуда-то из внутреннего кармана мятую жёлтую бумажку и буквально ткнул её в нос жандармам.

Дубов и усач быстро пробежали её глазами. С каждым прочитанным словом лицо капитана становилось всё более недовольным.

— Да нет, быть не может, что всё законно… Наверняка брешет!

— Я предполагал, что ответ будет именно такой. Поэтому установил у входа видеокамеру с дистанционным доступом к записи, — с поражающим спокойствием произнёс Альфред. — Вот, извольте ознакомиться…

Он достал из другого кармана мобильный телефон, щёлкнул парой кнопок, и на экране появилось чёрно-белое, но вполне отчётливое изображение.

Мы видели ту самую парочку, что сейчас валялась посреди комнаты. Они быстрыми уверенными движениями проникли в комнату, огляделись и профессионально начали рыться в моих вещах.

Значит, моё предположение было верным. Они и в самом деле пришли в номер именно за предметами из Чёрного дома.

Впрочем, найти им ничего не удалось. Не успели они пробыть в номере и минуты, как артефакты в углах комнаты заискрились, вспыхнули, и комнату затянуло густым багровым дымом.

Ну а когда дым спустя несколько секунд развеялся, картина в комнате была именно такой, какой мы её и застали. Кровь, внутренности и мёртвые тела — всё в духе Оскуритовых!

Разница была только в том, что ни я, ни Альфред формально не имели к этому никакого отношения.

Я не сумел сдержать улыбки. Нет, ну честно, у меня самый лучший камердинер! Уж точно самый замороченный. Видеозапись, разрешение на боевые артефакты… Да никому другому даже в голову бы это не пришло! Не удивлюсь, если окажется, что у него все карманы забиты разного рода официальными бумажками и разрешениями…

Просмотрев видео, Дубов и усач снова переглянулись.

— А может попробовать… — начал капитан, но усач не дал ему договорить.

— А может без может! Нет тут никаких оснований. А натягивать я не собираюсь, — произнёс он и повернулся к нам. — По закону вас привлечь не получится. Право на защиту своего личного пространства у вас есть, равно как и разрешение на артефакты. Так что пока обойдёмся без обвинений…

— То есть я могу и дальше устанавливать охранные артефакты? — с невинным видом поинтересовался Альфред.

— Можете. Но если не хотите проблем, то желательно без смертельного исхода. Надеюсь, это понятно?! — прогрохотал усач.

— Понятно, — вздохнул камердинер, но по его виду я сразу понял, что это его "понятно" не значило ровным счётом ничего.

— И ещё, господин Оскуритов… — усатый повернулся ко мне. — Между нами. Вы мне не нравитесь, это правда. Но и нападать на вас только из-за вашего имени я не собираюсь. Так что вам особое предупреждение: не высовывайтесь. Сидите тихо, по возможности в дуэлях не участвуйте, с аристократами не ссорьтесь, смертельные артефакты по углам не распихивайте…

— И тогда что? — поинтересовался я у него.

— И тогда мы с вами будем видеться как можно реже. Возможно, вообще никогда не встретимся. А это, поверьте, хорошо и для вас, и для меня… — вздохнул он и повернулся к выходу. — Но с братцем моим вы точно встретитесь, в этом уж не сомневайтесь!

Он двигался очень быстро, и почти уже скрылся в коридоре, когда я успел крикнуть:

— А кто у вас брат?!

— Скоро узнаете! — донёсся из коридора его хриплый бас.

Жандармы покинули номер также стремительно, как их босс. Дольше всех задержался Дубов. Он буравил меня взглядом, словно искал, к чему ещё прицепиться. Наконец тоже плюнул и покинул номер.

Мы с Альфредом остались одни.

— Ну и зачем ты это сделал? — спросил я его.

— Ради вашей безопасности, господин! — гордо выпятив грудь, ответил он. — После того, как неизвестные попытались украсть вашу сумку, я не мог простить себе эту ошибку. И я принял меры, защитив ваше имущество от вражеских посягательств…

Я попытался на него разозлиться, но ничего не получалось. Ну в самом деле, он пытался сделать как лучше! Кто же виноват, что он слишком давно работает на Оскуритовых и перенял их кровавые привычки.

— Ладно, врать не буду. Сработал ты как надо. Имущество сохранить удалось. Но в следующий раз постарайся выбирать не такие кровожадные меры…

— Это какие? — подозрительно покосился на меня Альфред.

— Да фиг его знает. Например, используй пленяющие, а не боевые артефакты…

— Тогда враг получит возможность вырваться. А я не имею права рисковать вашей жизнью и имуществом!

— Но и убивать всех подряд — тоже не вариант! Надо найти компромисс. Если используешь боевые артефакты, то можешь хотя бы снизить их мощность?

— Вероятно, — не слишком уверенно отозвался камердинер.

Во время этого разговора я оглядел всё ещё лежащих посреди комнаты вторженцев, даже осторожно приподнял их маски, чтобы разглядеть лица. Сомнений не было — я их не знал. Совершенно неизвестные мне парни. Ни татуировок, ни иных опознавательных знаков у них не было. Значит, точно не недобитки из Чёрного Предела.

— Как думаешь, кто они? — поинтересовался я у Альфреда. У камердинера всегда был свой взгляд на любой вопрос.

— Понятия не имею, господин. Единственное, что могу сказать, — они наверняка связаны с теми, кто пытался украсть вашу сумку раньше.

— Дельное, блин, замечание! Я это и сам понял…

Значит, никаких вариантов опять не было. Меня пытались ограбить уже во второй раз, но я всё ещё не имел ни малейшего предположения, кто это мог быть.

Разумно предположить, что это трио Пересмешника, Ворона и Воробья снова решило попортить мне жизнь. Но я в этом сильно сомневался. Воробей пытался перетащить меня на свою сторону вполне искренне. Они по какой-то причине во мне нуждались. А так как идиотами они не были, то попытка меня ограбить казалась бессмысленной.

Вывод пока был только один — в городе действовала ещё одна группировка, пытающаяся испортить мне жизнь. И это несмотря на то, что я такой душка!

Пока мы разговаривали, в номер впорхнул элегантный мужчина средних лет, судя по приколотому на груди бэйджеку — управляющий отелем.

— Господин Оскуритов, от лица всего нашего заведения приносим глубочайшие извинения за причённые вам неудобства… — начал он, но, взглянув на трупы, не закончил и, зажав руками рот, выбежал в коридор.

Я ухмыльнулся. Зрелище и в самом деле было не для слабонервных. Если бы не мой богатый жизненный опыт, мне бы тоже было не по себе.

Разговор с оклемавшимся управляющим продолжился уже в коридоре. Здесь он чувствовал себя куда комфортнее и без умолку трещал.

— Приносим извинения… Подвела система защиты… Такого не должно было произойти… Выплатим денежную компенсацию… Бесплатно предоставим лучший номер… — забормотал он со скоростью гоночного болида.

Отказываться от его предложений я не собирался, также как и продолжать жить в прежнем номере.

— Лучший номер? Ну что ж, показывайте!

Мы двинулись по коридору, когда мимо нас прошествовал отряд жандармов-утилизаторов. Они должны будут убрать номер и забрать с собой трупы.

Предложенный администратором номер и в самом деле оказался роскошным. Полноценный пентхауз в классическом стиле, намного больше и комфортнее моего прежнего номера. Причём проживание в нём было для меня абсолютно бесплатным.

Альфред и носильщики быстро перетаскали все мои немногочисленные вещи, и я торжественно въехал в новый номер.

Первое, что мы сделали, — это проверили все сигнальные и защитные системы. Здесь были довольно неплохие артефакты, но мы им теперь не доверяли и не успокоились, пока окончательно не привели всё в порядок.

Но осадочек всё равно оставался. Чувствовать себя здесь в безопасности я больше не мог.

И мой мозг, как и всегда, подбросил интересную идею.

— Альфред, а что насчёт главного имения Оскуритовых? Ты говорил, что оно захвачено Чернотой. Мне кажется, сейчас самое время его вернуть…

Глава 25

От моих слов Альфред едва ли не бросился в пляс.

— Господин, как же я счастлив, что вы о нём вспомнили! Ваше имение — это великолепное строение, гордость вашего Рода и символ его силы. Но… Как же вы его вернёте? За все эти годы никому не удалось прогнать Черноту из Чёрного дома…

— За все эти годы никому не удалось зайти туда и вернуться живым, — хмыкнул я. — Но всё бывает в первый раз! Сам не знаю как, но хотя бы попытаюсь как-то его очистить. Лучше скажи мне другое. Имение действительно так хорошо, как ты его описываешь? Какая там защита? Говоря проще, за него вообще стоит сражаться?

— Ещё как, господин! — азартно сверкнул он глазами. — Это отлично защищённое убежище с богатыми кладовыми и огромной оружейной. Защита там такая, что за столетия существования Рода Оскуритовых его так никто и не сумел взять штурмом…

— Значит, стоит, — подвёл я итог. — Завтра воскресенье, в Академию мне не нужно. Мы с тобой отправимся на разведку, как следует всё осмотрим и решим, что будем делать дальше…

На этой оптимистичной ноте я почувствовал, что непреодолимо хочу спать. И ничего удивительного! За день сегодня произошло столько событий, что обычному человеку хватило бы лет на десять. Вечер первокурсников, нападение Чёрного Предела, бой с Воробьём, разборки с жандармами… Без поддержки Дара я бы не смог даже стоять на ногах!

Хотелось только одного — спать как можно дольше. Желательно дня два или три. Стянув одежду, я плюхнулся на кровать и мгновенно заснул, едва голова коснулась подушки.

Но, разумеется, мои мечты и желания, как и всегда, накрылись медным тазом.

— Господин, доброе утро! Время вставать, — прозвучал у самого уха голос Альфреда.

— Только не говори, что опять будишь меня в шесть часов для утренней тренировки…

Ощущение было такое, как будто на голове танцевали все монстры Чёрного дома сразу. О том, что я выспался и отдохнул, говорить не приходилось.

— Конечно нет, господин! Как вы могли подумать обо мне такое?! — ужаснулся камердинер. — Сейчас не шесть утра, а семь! Я же не чудовище и позволил вам отоспаться в ваш законный выходной…

Несмотря на репутацию и кровавый след, на самом деле я добрый парень. Но сейчас мне хотелось его убить. А затем оживить и снова убить.

Путём уговоров и шантажа я выбил у Альфреда дополнительный час сна, а затем кое-как встал, нацепил спортивный костюм и отправился на тренировку. Как ни странно, чувствовал я себя куда лучше, чем вчера. За ночь силы успели восстановиться. Вот только Тьма по-прежнему не отзывалась на мой зов…

Стоило мне войти в спортивный зал, как щёлкнула вспышка фотокамеры, и я заметил улепётывающую фигуру.

Не успел я ничего понять, как сверкнули ещё две вспышки, и по залу понеслись другие фигуры, в этот раз две.

Что здесь происходит, по-прежнему было непонятно, но отпускать их так просто я не собирался.

— А ну стоять! — прокричал я, вкладывая в голос силу.

Эта парочка оказалась обыкновенными людьми, не владеющими Даром, и поэтому Дар подействовал на них идеально. Они застыли посреди зала, хлопая глазами и трясясь от страха.

Я подошёл к ним неспешной расслабленной походкой, попутно как следует их разглядев. Это были взрослый мужик лет сорока и совсем молодая девчонка примерно моего возраста. Выглядели они обыкновенно, если не считать громоздких профессиональных фотоаппаратов у них в руках…

— Пожалуйста, господин Оскурит, не убивайте… — жалобно простонал мужик.

— Да не ной ты! — шикнула на него девчонка. — Всё равно убьёт. Это же Оскуритов! На них мольбы не действуют…

Да уж, репутация у меня и в самом деле грандиозная! Такую ни один пиарщик не исправит…

— Так, ребята, давайте без лишних воплей. Убивать я никого не собираюсь. Отвечайте коротко и по сути. Кто такие, что хотели, зачем меня фоткали…

Мужик недоверчиво на меня покосился и ничего не сказал. Зато девчонка, кажется, поняла, как может найти свой путь к свободе.

— Мы журналисты. Пришли сюда, чтобы сделать про вас репортаж!

Ответ был… неожиданный.

— И с какого бока вы вдруг решили это сделать?

Они переглянулись и посмотрели на меня как на умалишённого.

— Но вы же типа знаменитость! — выдала девчонка.

— Даже лучше. Вы — скандальная знаменитость! — поправил её мужик. — Вы даже более противоречивый, чем Борзов. К тому же после трупов в вашем номере и кровавого Вечера Первокурсников вы будете у всех на слуху. А без хороших фотографий здесь никак не обойтись!

Вот теперь всё стало окончательно ясно. Эти ребята — обычные папарацци из каких-то жёлтых газетёнок, которые пришли в зал отеля для того, чтобы сделать несколько фотографий злого и страшного Оскурита, успевшего в последние дни вляпаться в парочку громких скандалов.

Общественное внимание было мне сейчас совсем не нужно, но всё-таки и ничего ужасного в этом тоже не было.

— Вы же нас не убьёте, верно? — улыбнулась девчонка.

А она смазливая, пытается вымолить себе свободу…

— Да отпущу, конечно! Сдались вы мне. Но вот негативы придётся отдать. Тут уж не обессудьте…

Они попытались сопротивляться, мотивируя своё несогласие рабочей необходимостью. Но я был непреклонен. Лёгкий намёк на то, что в моей тёмной Оскуритской обители простаивают некормленые кровожадные монстры, и они сами всё удалили, трясясь от страха.

Я их отпустил, а сам задумался. Ситуация получалась не самая приятная. Меня ненавидят, я это знал. Но за один вчерашний день я умудрился поучаствовать в двух заметных кровавых происшествиях. Так что теперь можно было не сомневаться, что говорить обо мне будут ещё больше. Причём на что-то хорошее можно и не рассчитывать!

Особенно меня напрягал первый журналист, остановить которого я не успел. Он меня сфотографировал, так что в том, что моя рожа ещё мелькнёт в прессе, можно не сомневаться…

Надолго сосредоточиться на этих мыслях не получилось. Безжалостный Альфред загрузил меня тренировкой, и очень скоро все силы организма оказались направлены только на одну задачу — выжить. Думать о каких-то жёлтых журналистах просто не было времени.

Спустя час из меня можно было выжимать воду. Я едва стоял, но усталость была приятной. Особенно радовали результаты — с каждой тренировкой я становился заметно сильнее.

— Господин, вы показываете поразительные результаты даже для Оскуритова! — радостно сверкая глазами, сообщил мне Альфред.

Отвечать сил не было, и я просто кивнул.

Результаты и в самом деле были хорошими. Но стоило признать очевидное — до моих однокурсников мне всё равно было далеко. Ранг Дара был низким, число техник, которыми я успел овладеть, удручающе незначительным, а во владении мечом меня мог превзойти даже тренированный десятилетка из Благородного Рода.

Моими главными преимуществами оставались Жижик и Тьма. Хотя последняя вела себя как ей заблагорассудится и сейчас не отвечала на мой зов, ничем мне не помогая. Надо будет при случае как-нибудь с ней поговорить. Да и выучить пару новых приёмчиков из арсенала Оскуритовых тоже не помешает!

С такими мыслями я быстро позавтракал в ресторане отеля, и мы с Альфредом отправились смотреть фамильное имение Оскуритовых. Сумку с предметами из Тёмного дома я в этот раз предусмотрительно сдал в хранилище отеля. Вежливые сотрудники, чувствующие свою вину за вчерашний инцидент, буквально облизали меня с ног до головы и поклялись, что с моими вещами ничего не случится.

— Очень на это рассчитываю. Иначе… Ну, я думаю, вы знаете, кто я такой, и можете догадаться, что с вами случится… — Я многообещающе улыбнулся и небрежным жестом на четверть вытащил Людоеда из ножен.

Мои действия произвели нужный эффект. Лица сотрудников вытянулись, а зубы застучали от страха.

— Так точно, господин Оскурит! Б-будет сделано!.. — забормотали они.

Я снова улыбнулся. Даже не сомневаюсь, что моё имущество они теперь будут защищать также, как своё собственное.

Мы с Альфредом заскочили в пару лавок с артефактами, как следует затарившись, а затем направились к точке назначения.

До имения Оскуритовых не пришлось добираться долго. Оно располагалось в одном из самых приличных районов города, "Дворянском", и заметно выделялось на фоне соседей.

Огромное здание, настоящий замок с башнями и окружавшим его рвом. Прочные каменные стены, узкие бойницы, — такое чувство, что он стоял не в городе, а посреди поля. При этом архитектура была весьма грубой. Чувствовалось, что его строили не для того, чтобы восхищаться, а для понятных практических целей — защищаться и атаковать в ответ. Нисколько не сомневаюсь, что с этим он справляется на отлично. Особенно с атакой. От Оскуритовых было бы глупо ожидать другого!

— Ого! Альфред, ты был прав. Оно и вправду впечатляет… — выдохнул я, разглядывая имение.

— Я же говорил, господин! — гордо сверкнул глазами камердинер. — Это самый прекрасный дом из всех, что я видел… Величайшее наследие вашего Рода!

Я был готов с ним согласиться, но, увы, все эти размеры и мощные стены не имели никакого значения. Всё огромное имение было чёрным и безжизненным. Во дворе не росло ни одного растения, а животные и люди избегали подходить к нему близко.

В этом доме не было место для людей. Здесь властвовала Чернота.

Стоило мне об этом подумать, как по спине побежали мурашки. На лбу выступил пот, а сердце застучало как сумасшедшее.

"Пришёл… Оскурит вернулся домой… Войди же, маленький наследник… Встреть свою судьбу…".

Голос прозвучал прямо в моей голове. Также со мной обычно общалась Тьма, но этот голос был совсем другим. Низким, шипящим. Если Тьма разговаривала как хитрая дама из высшего общества, то этот голос подошёл бы хищному зверю, которого обучили человеческой речи.

Если я прав, то со мной говорит сама Чернота. А я-то думал, что она — грубая и хаотичная сила, неспособная вести разговоры.

— Знаете, господин, у меня внезапно появилось нехорошее предчувствие, — поморщился Альфред, как будто его челюсти свело от зубной боли.

Я был полностью с ним согласен. Вся моя интуиция кричала, что зайти внутрь — самая хреновая идея из всех, что только может быть! Но, с другой стороны, так было каждый раз, когда я собирался войти в Чёрный дом. И ничего, всё ещё жив, да к тому же и неплохо на этом заработал…

— Это всего лишь предчувствие. Не переживай, со мной всё будет хорошо! — усмехнулся я и зашагал к дому.

Каждый шаг давался непросто, словно я продирался сквозь желе. Сам воздух как будто не хотел меня пускать. Зато входная дверь подалась неожиданно легко.

Обнажив меч, я уверенно шагнул внутрь…

… и тут же оказался на полу. Непреодолимая сила давила мне на грудь, лишая малейшего шанса вырваться.

"Оскурит… в моей власти…" — прошептала Чернота, и её влажный шершавый язык проскрёб по щеке.

Глава 26

Я, конечно, предполагал, что, придя в Чёрный дом, столкнусь здесь с Чернотой. Но того, что это произойдёт так быстро, я не ожидал! Исходя из предыдущего опыта, я считал, что Чернота обитает на верхних этажах. У входа же обычно ошивались ящеры и другие самые слабые монстры.

Но в этом доме всё с самого начала пошло не по плану. Чернота обитала прямо на первом этаже. Более того, она, кажется, меня ждала.

Её бесплотные пальцы сжимали моё горло, по капле выдавливая воздух…

Главный вопрос был в том, что делать дальше.

Я дёрнулся, попытавшись вырваться, использовал Дар, применил Поцелуй боли и Толчок. Техники работали исправно. Вот только результата не было.

Чернота никак не реагировала на мои попытки вырваться, и её цепкие лапки сжимались на моём горле всё сильнее. То, что она пытается меня задушить, само по себе было достаточно странно. Насколько я помнил, в предыдущем Чёрном доме она просто обволокла моё тело и попыталась изжарить меня заживо. Здесь же её тактика была совсем другой…

Мир вокруг померк. Кислород выходил из лёгких, и я понимал, что ещё совсем немного — и я потеряю сознание, полностью оказавшись во власти клубящегося чёрного дыма…

Рука нырнула в карман куртки и рванула специально приготовленные для подобного случая артефакты из запаса Альфреда. Ни о чём не думая, на чистых инстинктах я наполнил руку Даром и запустил металлический кругляш артефакта прямо в чёрное облако.

Артефакт вошёл в облако. Я приготовился к взрыву, грому, истерическим крикам боли…

Но прислушивался я напрасно. Ничего не происходило. То есть абсолютно ничего. Чернота по-прежнему выдавливала из лёгких последние остатки воздуха.

«Мой… Оскурит… Мой!..» — рычала она мне на ухо.

— Не… твой! — простонал я.

И именно в эту минуту наконец-то сработал артефакт.

Это был не один из тех маломощных взрывающихся артефактов, которые я использовал обычно. Нет, я понимал, куда иду, и поэтому решил играть по-крупному. Наглядевшись на то, что артефакты из запасов Альфреда сделали с теми парнями из гостиницы, я одолжил у него парочку. При этом я, конечно же, не обошёлся без улучшений и изобразил на каждом по Руне разрушения.

Но даже учитывая всю подготовку, я не ожидал того, что произошло.

Артефакт рванул так, что, кажется, затрясся даже потолок. Чёрный дым наполнился пламенем, а затем, снесённый огненным потоком, распался на множество отдельных частичек.

Лапы Черноты разжались, но радоваться было рано. Огонь лизнул лицо, а взрывная волна, подхватив, словно пушинку, проволокла меня по полу и с силой вдавила в стену до хруста костей.

И это мне ещё повезло! Альфред предупредил меня, что эти артефакты были разработаны специально для Оскуритовых, и на представителей Рода оказывали ослабленное воздействие. Страшно представить, что со мной случилось бы, ударь по мне вся его сила…

Я кое-как поднялся на ноги и пустил по телу Дар, проводя в порядок ушибленную спину. Кажется, ничего не сломал. А что лучше всего — мне удалось нейтрализовать Черноту!

Но одного взгляда на дым хватило, чтобы понять, — времени на отдых и раздумья у меня нет.

Куски Черноты, разнесённые взрывом в разные стороны, прямо на глазах склеивались в единое целое с поражающей воображение скоростью.

— Разрази меня гром! — выругался я в духе Борзова и со всей дури рванул к выходу из дома.

О том, чтобы осматривать дом, и речи не шло. Уйду отсюда живым, и то хорошо!

В этот раз меня ждало разочарование. Никакого выхода из дома не было. Там, где ещё минуту назад была дверь, теперь была совершенно ровная стена. Да эта проклятая дверь буквально заросла!

«Мой Оскурит… навечно…» — прошипела Чернота.

— А вот хренушки! Если тебе нужна компания, чтобы тухнуть вместе, советую найти кого-нибудь другого!

Я использовал Дар и, ускорившись, бросился во внутренние помещения дома. Шансов вырваться через дверь не было. Выходит, мой единственный шанс спастись, — найти выход в одной из комнат наверху. В тех двух Чёрных домах, в которых я успел побывать, они были. Так что я имел все основания полагать, что сумею вырваться тем же способом.

Щупальца Черноты потянулись ко мне. С взрыва прошли считанные секунды, а она уже успела восстановить свою форму. Передо мной снова застыла туча чёрного дыма.

Щупальца двигались стремительно, и даже доверху наполненный Даром, я успел уклониться в самый последний момент. Ловко проскользнув под чёрной тушей, я помчался вверх по лестнице.

— Ты меня слышишь?! Где ты ходишь, когда так мне нужна?! — проорал я Тьме. — А ну сейчас же приди сюда! Ты понимаешь, что иначе меня грохнут?!

Орал я громко, добавив пару слов непечатной лексики. Никакого результата. Тьма по-прежнему не отвечала.

Зато на зов отозвался кое-кто другой.

Лестница затряслась, и на верхнюю площадку, топая и сопя, выскочили местные обитатели.

— Твою мать… Вы что за хрень такая?!

Собственно, слово «хрень» прекрасно описывало созданий, что сейчас смотрели на меня маленькими плотоядными глазками.

Здоровенные твари метра два в холке, толстые, неповоротливые, с чудовищных размеров клыками, торчащими из широко распахнутого рта, узкими глазками, затянутыми кровавой пеленой, и плотной чешуйчатой шкурой. В дополнение к облику, по полу за каждой тянулся длинный мускулистый хвост. В обхвате такой хвостик немногим уступал моему бедру…

Как будто этого было мало, на спине у неведомой зверушки топорщились небольшие, но мощные крылья. Да эти твари ещё и летают!

Больше всего они напоминали смесь гиппопотамов, ящериц и, блин, самых настоящих драконов!

В том, что моя теория имеет право на жизнь, я убедился мгновенно. Не успел я понять, что происходит, как твари распахнули зубастые пасти и выпустили в меня по целому потоку огня.

Твою ж за ногу… Они ещё и огнедышащие!

Пусть я и готовился на скорую руку, но всё же прихватить с собой самое важное я не забыл.

Запустив руку в карман, я выставил перед собой защитный артефакт, тот самый, что прихватил из дома Богатырёвых. В тот раз он на меня подействовал и защитил от атаки Максима. Надеюсь, он подействует и в этот раз…

Вокруг меня сформировалась защитная сфера. Огонь заструился по её стенам. Меня обдал жар, как будто я сидел в бане, а кто-то плеснул воду из ковшика на раскалённые камни, но в остальном всё было в полном порядке.

Артефакт Богатырёвых работал как надо!

— Ну всё, твари, держитесь…

Я разбежался и, не снимая защитную сферу, взмыл в воздух. Пару раз перевернулся в воздухе и приземлился на спину ближайшего ко мне огнедышащего монстра.

— Время сделать небольшой укольчик!

Размахнувшись, я изо всей силы опустил острие Людоеда, усиленного Даром, на затылок чудовища. Особые свойства меча плюс фамильная техника Оскуритовых, превращающая лезвие в непреодолимую силу, — этого было достаточно, чтобы разрубить любой материал этого мира.

Во всяком случае, я так думал, пока не столкнулся с чешуёй этих монстров.

Меч звякнул, как будто натолкнулся на что-то твёрдое, и отскочил. Я едва сумел удержать его в руках. Всё, чего мне удалось добиться, — это оставить крошечный порез на непроницаемой чешуе.

А ещё я их разозлил.

Твари кровожадно взвыли и, потеряв всякую адекватность, бросились на меня.

Продолжая подпитывать себя силой, я прыгнул, в воздухе увернувшись от очередной порции огня, и, обогнув этих тварей, понёсся вверх по лестнице.

Я не оборачивался, но по громоподобному топоту было ясно, что они следуют за мной по пятам.

И это только первый, самый безопасный, этаж! Что же ждёт меня наверху?

Стоило мне ступить на второй этаж, как на меня повалила целая толпа из каменных истуканов, здоровенных человекоподобных чурбанов, прущих на меня с невероятной целеустремлённостью. Я пару раз взмахнул Людоедом, но не сумел оставить на их каменной шкуре даже крошечного зазора. Силы моего меча здесь явно было недостаточно.

Понимая, что меня здесь просто затопчут, я рванул в другое, левое крыло этажа.

Но и там было не легче.

Почти всё пространство вокруг занимали уже состоящие из пыли пирамиды. Только в этот раз огромные, в человеческий рост. Они росли из потолка, вздымались с пола, висели в воздухе. Продраться через них, не задев ни одной, было невозможно.

На что способны эти безобидные на первый взгляд треугольники, я помнил, — задень хоть один, и в лицо ударит газ. В прошлый раз я едва не задохнулся. И это с учётом того, что эти штуки были намного, в разу меньше!

Будь у меня хоть какой-то выбор, я бы никогда не полез в этот треклятый коридор. Но сегодня выбирать не приходилось.

С правого крыла меня подпирали каменные истуканы, а по лестнице клацали когтями чешуйчатые гиппопотамы. Что хуже всего — по этажу медленно, наслаждаясь скорой победой, полз чёрный дым. Чернота полностью восстановилась и готовилась со мной поквитаться.

— Вот же я влип… Тьма!!! Ты собираешься мне отвечать?!!!

И снова никакого ответа. Такое чувство, что между нами как будто возникла стена, через которую мне всё никак не удавалось прорваться.

— Жижик, хоть ты-то со мной?!

Верная клякса была со мной, в чём и попыталась заверить меня серией мысленных образов. Но даже через них я почувствовал, как сильно Жижик боится. Странно, а я-то считал, что моя боевая клякса не знает, что такое страх…

— Ну, была не была!

Я бросился в коридор, заполненный пыльными пирамидами. Они не шевелились и не пытались меня схватить, и первые несколько метров я умудрился пробраться без проблем.

А затем в коридор за мной следом сунулся один из крылатых гиппопотамов.

— Даже не смей!

Но было поздно. Этот уродец впёрся в коридор и, разумеется, мгновенно напоролся на ближайшую пирамиду. Она рванула, и коридор наполнился едким газом. Глаза заслезились, в горло как будто налили жидкого огня. Я случайно взмахнул рукой, и задел ещё одну пирамиду.

Газ ударил прямо мне в лицо. Перехватило дыхание, закружилась голова, и я упал на колени. Сил стоять не было. Я закашлялся, и понял, что кашляю кровью.

Что было хуже, так это то, что две пирамиды вызвали настоящую цепную реакцию. Пирамиды взрывались одна за другой. Чистый, пригодный для дыхания воздух испарился, и всё, что я мог вдыхать, — это газ.

Но и на этом неприятности не заканчивались.

В проём просунулись головы сразу трёх гиппопотамов. В их глазах блеснула холодная жестокость, и все трое выдохнули огонь.

Я был в замкнутом коридоре, деваться мне было некуда. Газ вспыхнул, и за какое-то мгновение я оказался посреди огненного цунами.

Вокруг вспыхнула защитная сфера артефакта Богатырёвых, но на глазах пошла трещинами. Её хватало на считанные секунды.

Деваться мне было некуда.

Глава 27

— Как ты, мелкий Оскурит, сумел оказаться в такой заднице?! Меня же совсем недолго не было!!!

Обычно спокойная и сдержанная Тьма буквально орала мне в ухо.

Защитная сфера продолжала трещать, языки пламени лизали мою кожу. Времени было в обрез, но я всё равно не удержался и позволил себе ухмыльнуться.

— А где ты была всё это время?! Я тысячу раз пытался до тебя достучаться!

— Ты же знаешь, что мне нужно время на восстановление! — рявкнула Тьма в ответ. — Сражение с этим твоим Воробьём далось мне непросто!

— Понимаю. Но хоть немного следить за ситуацией ты всё равно могла…

Вообще забавная ситуация получается — я стою хрен знает где, вокруг беснуются монстры, бушует огонь, подползает Чернота, а мы с Тьмой треплемся как две кумушки. Думаю, что немногие позволяли себе разговаривать с этой могучей сущностью также свободно, как я…

— Не могла! Восстановление занимало всё моё время. А потом, когда я услышала твой зов, то не смогла к тебе пробиться…

— Почему? — заинтересовался я.

— Потому что этот Чёрный дом — главное пристанище Черноты!!! Пробиться сюда не могу даже я!!! — прогремела она так, что в черепной коробке затрясся мозг. — С чего ты вообще решил сюда сунуться?!

Теперь мне стало понятно, почему я почувствовал между собой и Тьмой что-то вроде непроницаемой стены. Это усиленные Чернотой стены дома не пропускали Тьму внутрь.

С появлением Тьмы произошло и ещё одно изменение. Разрушение защитной сферы происходило медленнее, чем раньше. Сфера по-прежнему истончалась, а огонь лизал кожу, но всё происходило как в замедленной съёмке. Тьма как будто немного замедлило время вокруг нас.

— Это — семейная обитель Оскуритов. Я имею полное право здесь быть… Кстати, а как ты всё-таки сумела сюда пробиться?

— Кровь, — немного успокоившись, прошелестела Тьма. — Кровь — самое сильное вещество в мире. Она усилила твой зов и позволила мне проникнуть внутрь…

Я посмотрел на свои руки и одежду. Они были покрыты запёкшейся кровяной коркой. Это была кровь, которой я кашлял после взрыва пирамид, а также кровь из множества ран, что я получил от взрывов.

Эх, а ведь мог же и сам догадаться…

— Ладно, я всё понял. Поругаемся в следующий раз. Ты могла заметить, что я как бы в смертельной опасности. И мне бы очень хотелось отсюда выбраться. Желательно живым и невредимым…

Тьма замолчала. Я не ощущал её присутствия, и уже начал волноваться, когда она наконец заговорила.

— Это будет сложно. Понадобятся все мои силы. И твои тоже.

— Я готов!

— Но без потерь не обойдётся, — будничным тоном предупредила она.

— В смысле?! Что это значит?

— Что травм избежать не получится даже с моей помощью, — терпеливо пояснила Тьма.

— И ещё кое-что…

— Что?

Ничего хорошего я уже не ждал.

— Ты должен передать мне управление.

— Управление чем? — не понял я.

— Своим телом, — таким тоном, как будто это ничего не значило, отозвалась Тьма.

Это было… неожиданно.

— Стесняюсь спросить… Какого фига тебе это понадобилось?! Решила разжиться моим телом?

— Для справки — это не твоё тело. Ты тоже забрал его у настоящего Марка Оскуритова, — усмехнулась Тьма. — Можешь не переживать — я не нуждаюсь в этом костяном мешке, которым вы так дорожите. Но ты должен будешь сделать кое-что, что тебе не понравится…

— Что именно?

— Сначала дай согласие! Без него я не смогу тобой управлять! — Тьма повысила голос. — Поверь, я не хочу тебя убить. Ты нужен мне живым.

В обычной ситуации я бы, конечно же, поспорил и ни при каких условиях не позволил Тьме завладеть моим телом.

Защитная сфера затрещала, и язык пламени лизнул моё лицо, оставив внушительный ожог. От газа перехватывало дыхание, а мозги отказывались соображать.

Выбраться своими силами я не сумею. Мне нужна помощь Тьмы. А для этого нужно принять её условия.

В любом случае, хуже, чем сейчас, уже не будет!

— Даю согласие! Вытащи меня отсюда!

— Слушаюсь и повинуюсь, — Тьма расхохоталась мне в ответ.

В то же мгновение я почувствовал, как теряю контроль. Тьма как будто получила пульт управления от Марка Оскуритова, и теперь я ничего не решал.

Защитная сфера с громким хлопком обвалилась, меня охватили пламя и едкий газ, а в коридор, отстраняя друг друга, вломились огнедышащие монстры. За их спинами клубилась Чернота.

У меня не было ни единой идеи, как отсюда выбираться. Но зато они были у Тьмы. И, как она и предупреждала, они мне совсем не понравились!

Сила Тьмы заструилась по венам. Тело разбежалось и со всей дури вломилось в противоположную стену.

Меня окружало чёрное сияние, а мышцы были настолько напитаны силой, что я пробил стену, словно какой-то таран, и оказался в тёмной комнате с узким окном.

Так вот какой у неё план! Тьма не придумала ничего лучше, как пробить путь к свободе моим же собственным телом!

Она была права. Я бы на такое не согласился.

Но это было только начало.

— Это одна из потайных комнат Оскуритовых. Дверь в неё находится слишком далеко, ты бы не успел добежать, — прошептала Тьма. — Впереди самое неприятное…

— Самое неприятное?! — я мысленно закатил глаза. — Что может быть ещё неприятнее?!

— Увидишь…

За моей спиной вырос исполинский дымный силуэт Черноты. Она почувствовала присутствие Тьмы и решила вступить в бой. Её чёрные щупальца потянулись ко мне.

Я ничего не успел сказать или даже подумать, когда тело снова разбежалось и бросилось в крошечное узкое окно. В полёте я задел плечом стену и упал вниз с дождём каменных обломков.

В полёте я почувствовал свежий воздух. Свобода! Я выбрался из этого проклятого дома!

А затем пришла боль. Я плюхнулся на землю около Чёрного дома как мешок с известной субстанцией. Хрустнули кости, нога вывернулась под неестественным углом. Я лежал на земле, а подо мной расползалась лужа крови.

Преодолевая боль, я посмотрел наверх. Окно и обвалившаяся стена восстанавливались прямо на глазах. На самом излёте я увидел расплывчатый символ Черноты, таращившейся на меня с первобытной яростью. Одна секунда — и прочные стены дома скрыли меня от её взгляда.

— Что… что за хрень… ты творишь… — простонал я, безуспешно пытаясь встать.

— Я же предупреждала тебя, маленький Оскурит. Это было больно. Но другого пути к спасению у тебя не оставалось, — прошептала Тьма. В её голосе больше не было злобы. Я даже слышал что-то похожее на нежность. — Из Чёрного дома было два выхода. Один на первом этаже, но Чернота его замуровала. А второй на пятом…

— На пятом? Да их тут всего три!

— В человеческом измерении — да. В измерении Черноты их пять, — ответил Тьма. — Но добраться до пятого этажа ты не сумел бы при всём желании. Слишком мало навыков. Так что другого выхода не было. Ты должен был создать свой собственный выход…

— И ты решила сделать это моим собственным телом?! У меня же были взрывающиеся артефакты! Я мог разнести ими стену, превратив её в дырявый швейцарский сыр!

— У тебя с собой были артефакты? Я не знала, — искренне удивилась Тьма. — Но по большому счёту это не имеет значения. Чёрный дом слишком силён. Преодолеть его защиту можно только при помощи крови и боли…

— И сейчас у тебя их более чем достаточно!

Я застонал и попытался хотя бы сесть. Безуспешно. Тогда я прислушался к своим ощущениям, руками ощупал тело. Очень похоже, что я не просто обзавёлся парой десятков порезов, получил множество ожогов, изрядно поджарил газом лёгкие и слизистую, но и сломал левую ногу. Возможно, что не обошлось и без травмы спины. Во всяком случае, боль при каждом движении была дикой.

Вылечить такие повреждения будет непросто даже с использованием Дара…

— Ой, какие мы ранимые… — игриво пропела Тьма. — Ты знаешь, я могу облегчить твои страдания…

— Ага, спасибо! Ты мне уже помогла…

Но в этот раз Тьма не стала спрашивать моё разрешение. Тело пробила нестерпимая боль. Я заорал, чувствуя, что ещё немного, и остановится сердце.

Прямо на глазах вывернутая нога провернулась под неестественным углом, вызвав нереальный спазм боли, и встала на место. Порезы вспыхнули болью, разодранные горло и лёгкие обожгло огнём, а по спине прокатился холод, причём такой, что ныряние зимой в прорубь по сравнению с этим могло показаться абсолютной ерундой.

— ТЫ ЧТО ТВОРИШЬ?!!! — прокричал я из последних сил.

— Помогаю тебе, глупышка, — прошептала Тьма. — Разве не чувствуешь?

Я хотел снова на неё заорать, но почувствовал, что со мной всё не так плохо, как кажется. Да, боль по-прежнему была сильной. Но зато я снова мог шевелиться. Да и кость в ноге, если и не срослась полностью, то уж точно была в куда лучшем состоянии, чем минуту назад.

— Как ты это сделала?!

— Я — могучая сущность, обитающая в сотнях миров. Думаешь, я не смогу вылечить пару царапин и переломов? — немного обиженно фыркнула Тьма.

— И что, я теперь здоров?

— Нет. Повреждения были слишком серьёзными. Тебе понадобится время на восстановление. Но я ускорила все регенерационные процессы в твоём организме. Так что много времени это не займёт. А я тем временем…

— Стоп! Ты что, опять уходишь?!

— А ты думал, что бороться с Чернотой, управлять твоим жалким тельцем, а затем его лечить — это легко? — снова фыркнула Тьма, и я почувствовал отрезвляющий укол боли. — Мне нужны силы, Оскурит. Как меня призвать, ты знаешь. На всякий случай я оставлю тебе часть моих сил. Их хватит, если попадёшь в беду. И даже не думай о том, чтобы снова сунуться в этот Чёрный дом!

Произнеся это, Тьма снова исчезла.

— Господин, вы в порядке?! Что случилось?! — надо мной склонился Альфред.

— Да так, ничего особенного. Не сумел найти выход и пришлось сделать свой собственный… — уныло пошутил я. — И ты знаешь, в моей жизни было много приключений, но так весело я выходные ещё никогда не проводил…

Глава 28

— Неужели нельзя было найти другой способ, куда менее опасный… — простонал Альфред, ощупывая мои повреждения. — На вас же нет живого места!

— Ты знаешь, если он и был, то я о нём не знаю, — пожал я плечами и поморщился от боли. — Хорошо, что вообще остался жив…

— Ох, господин, вы не должны были туда заходить! Это всё моя вина! — привычно начал заламывать руки Альфред.

Внезапно он закашлялся. Его сотрясало в припадке, глаза покраснели, а изо рта вылетела пара капель крови.

Выглядело это жутковато. И кое-что очень сильно мне напоминало.

— Альфред, а ну быстро отойди от меня! — скомандовал я, поняв, в чём дело.

На подкашивающихся ногах камердинер отшатнулся от меня. Ему тут же стало легче.

Я же тем временем кое-как, насколько позволяли травмированные конечности, стянул всю одежду и запихал её в специальный непроницаемый пакет, который приобрёл в лавке артефактов и на всякий случай носил в рюкзаке.

Вот уж не думал, что и здесь стоит ждать подставы!

— Господин, что это было? — осипшим голосом произнёс ещё не до конца пришедший в себя Альфред.

— Это? О, всего лишь крохотная часть того, с чем я столкнулся в Чёрном доме. Помнишь, я рассказывал тебе про висящие в воздухе пыльные пирамиды? Так вот, там была целая плантация таких штук. Причём здоровенных! Они едва не сожгли мне лёгкие. И, судя по всему, какие-то частички попали на мою одежду. Именно они и вызвали у тебя такую реакцию…

Альфред в ужасе посмотрел на пакет в моих руках.

— Господин, как же вы выжили?!

— Тьма помогла мне нейтрализовать последствия.

— А почему эта пыль не действует на вас сейчас?

— Влияние Тьмы. А, возможно, и что-то вроде иммунитета, — пожал я плечами. — Но если это и иммунитет, то очень сомневаюсь, что он постоянный…

— Господин, вы знаете, я очень высокого мнения о вас. Но сейчас вы превзошли все мои ожидания! — Альфред посмотрел на меня с отцовской гордостью. — Только величайшие Оскуритовы прошлого преодолевали тяготы и лишения с таким же мужеством, как и вы!

— Скажешь тоже… — махнул я на него рукой, но стоило признать очевидное — это было приятно.

Шататься по городу в одних трусах я не собирался, и поэтому Альфреду пришлось сбегать до ближайшего магазина и купить мне приличный в костюм. После этого мы отправились в гостиницу.

До неё Альфред меня буквально дотащил. Самостоятельно удавалось сделать всего пару шагов, а затем я спотыкался и норовил растянуться на асфальте. Нога больше не была сломана, но ощутимо болела, да и общая слабость давала о себе знать.

Если бы кто-то решил со мной расправиться, то лучшего момента, чем сейчас, представить было сложно.

Тем не менее, в гостиницу я вошёл, опираясь об Альфреда, но с максимально уверенным лицом.

Стоило мне приблизиться к камере хранения, как оттуда показались двое до зубов вооружённых сотрудника отеля, которым я оставил свою сумку. Мечи, боевые артефакты, зачарованный арбалет… Когда я уходил, они и рядом не были так вооружены! При этом выглядели они так, как будто несли дозор где-нибудь на войне, а враг рыскал в паре метров от них.

При виде меня они заметно расслабились.

— А, Ваше Высочество, это вы… — выдохнул один из охранников. — Хорошо, что вернулись! А мы тут вахту несём… Никто на вашу сумочку не покушался! Всё в целости и сохранности.

Я не сумел сдержать улыбки. Похоже, что я перестарался и, уходя, напугал ребят чересчур сильно. Настолько, что они боялись отойти от сумки с предметами из Чёрного дома хотя бы на шаг…

— Молодцы! Всё было спокойно?

— Да как вам сказать… — задумчиво протянул охранник. — Нормально, в принципе. Только рыскали тут какие-то мутные ребята. Всё по лобби круги нарезали, потом к нам сунулись. Мы им артефактами пригрозили, подмогу позвали, они и смотались…

Я насторожился.

— Подозрительные ребята? Раньше вы их здесь замечали?

— Нет, Ваше Высочество! Раньше их здесь никогда не видели…

— Записи с камер остались? Я бы хотел их посмотреть!

Боль была сильной, сохранять властность и возмутимость было тяжело, но, кажется, у меня получалось. Охранники бросились исполнять моё приказание, и уже спустя пару минут я сидел в их тесной каморке и смотрел запись с внутренней камеры.

Увы, но результат от просмотра был нулевой. Рассекавшие по лобби парни и в самом деле выглядели подозрительно — мрачные, сосредоточенные, с отточенными движениями профессионалов. Но их лица были мне незнакомы. Да и вообще, было совершенно непонятно, пришли они сюда за моей сумкой или хотели чего-то ещё.

— Спасибо за работу, бойцы! — поблагодарил я охранников и вручил каждому по сто рублей.

— Рады стараться, господин Оскурит! — хором рявкнули они, вытянувшись по стойке «смирно».

— Вольно! — хмыкнул я и похромал к выходу.

— А я же говорил, что он нормальный, — усиленные Даром уши уловили тихий шёпот.

— Нормальный да ненормальный… Но никогда не знаешь, когда Оскуриту кровь в голову ударит, и он отгрызёт тебе голову! — тоном познавшего жизнь мудреца поправил его второй сотрудник.

— Господин, хотите, чтобы я поставил этих плебеев на место? — зловеще хрустнул пальцами прекрасно слышавший всё Альфред.

— Зачем? Люди всегда будут говорить за спиной. Если наказывать каждого за его мнение, то люди никогда не перестанут видеть во мне монстра…

Добравшись до номера, я тут же развалился на постели. Альфред забегал вокруг, готовя разные укрепляющие зелья и восстанавливающие припарки.

Чувствовал я себя ужасно, а количество ран и ожогов превышало нормальное количество. Если бы я был обычным человеком без особой генетики Оскуритовых, Дара и поддержки Тьмы, то шансы пережить столкновение с Чернотой были бы нулевыми.

— Время принимать лекарство! — объявил Альфред, внося в комнату дымящийся стакан, в котором булькала какая-то фиолетовая жижа.

Стоило мне вдохнуть её «чудный» аромат, как мои внутренности едва не выскочили наружу.

— Ты что, сварил кошку, налил туда воды из канализации, а сверху добавил мусора из бачка?!

— Не первое, не второе и не третье, — с невозмутимым видом возразил камердинер. — Но настоящий рецепт я вам не скажу.

— Потому что он немногим лучше того, что я предположил?

Отвечать Альфред не стал. Вместо этого необыкновенно быстро для человека оказался рядом со мной, резким движением зажал мне нос и влил содержимое стакана в горло.

Я понять ничего не успел, а булькающее вонючее содержимое стакана уже оказалось у меня в желудке.

— Ты что себе позволяешь?!

— Помогаю вам восстановиться. Вне зависимости от вашего желания, — не моргнув глазом, ответил Альфред. — Поверьте, вы сами почувствуете эффект.

Он был прав. Я и в самом деле почувствовал его буквально спустя минуту. "Эффект" был настолько сильным, что мне показалось, будто Альфред меня отравил. Но спустя несколько секунд дыхание выровнялось, и я почувствовал себя намного лучше.

Отвар и в самом деле действовал!

— Так что с вами там произошло, господин? — словно не заметив моей реакции, спросил меня камердинер.

Я коротко ввёл его в курс дела.

— Ну а самое главное — Тьма сказала, что фамильный особняк Оскуритовых — главное обиталище Черноты…

— Очень печально это слышать, — горько вздохнул Альфред. — Я-то надеялся, что вы найдёте способ очистить дом ваших предков от этой проклятой Черноты, и прежняя слава снова вернётся к вашему Роду…

— Думаешь, я этого не хочу? Место — отличное! От здоровенного особняка в центре города никто не отказывается. Тем более я хочу предпринять ещё одну попытку…

— Ещё одну?! Но, господин, это может быть опасно…

— Жить вообще опасно. Может ты не заметил, но меня пытается убить каждый заштатный аристократик, решивший, что факт моего существования оскорбляет его семью. Я хочу вернуться туда не только из-за дома…

— А из-за чего же ещё?

— В двух других Чёрных домах я находил мощные предметы. У каждого — свои особые свойства, и каждый стоит приличных денег. А особняк — не типичный Чёрный дом. Это средоточие силы Черноты. Я сумел побывать только на первом этаже, а самые ценные предметы обычно на самых высоких. Только представь, какие сильные артефакты можно будет из них сделать!

Словно реагируя на мои слова, стоящий на полу рюкзак вздрогнул, и я почувствовал исходящую от него волну силы.

Я медленно приблизился к нему и достал кроваво-красный камень. Странно, я его совсем не помнил! Судя по исходящей от него вибрации, он однозначно был из Чёрного дома. Вот только как он попал в мой рюкзак? Не сам же он туда заполз, в конце концов!

Альфред протянул к камню руку, но тут же отдёрнул её, получив чувствительный электрический удар.

— Господин, думаете, что это сильный артефакт?

— Понятия не имею! Но очень на это рассчитываю. Его ценность сможет оценить только Алина. Но это потом. А сейчас мне нужно выспаться!

Я закрыл глаза, и в следующий раз раскрыл их через несколько часов, уже утром. Самочувствие по-прежнему было далёким от идеала, но часть ссадин уже прошла, и я был похож на человека. А самое главное — я мог самостоятельно передвигаться.

Не знаю, что именно помогло, но в таком виде нестыдно показаться даже в Академии!

Конечно же, Альфред пытался меня отговорить и даже перегородил мне выход.

— Господин, вы ещё не поправились! Вам требуется отдых. И только после этого…

Я даже не стал тратить время на разговоры. Напитал тело Даром и легонько отодвинул его в сторону, сковав его движения при помощи Жижика.

— Знаю, ты за меня волнуешься. Но отсиживаться дома я не собираюсь. К тому же у меня есть пара дел, которые должен срочно решить!

— Просто будьте осторожны! — прокричал камердинер мне вслед, не сумев справиться с железной хваткой моей боевой кляксы.

Жижика я отозвал, только когда нырнул в метро и успел затеряться в толпе. Конечно, ничто не помешает ему последовать за мной. Но догнать меня он уже всё равно не сумеет, а вход в Академию ему заказан.

Собственно, оказалось, что вход заказан и мне.

Стоило мне приблизиться к главному входу, как передо мной выросли сразу трое охранников с усиленными артефактами мечами в руках.

— Марк Оскурит, вам запрещён проход в Академию! — прогремел главный охранник, легко поигрывая мечом.

Ха, такого поворота я не ожидал!

Глава 29

— Позвольте поинтересоваться, по какой причине вы не позволяете мне войти в Академию? Я студент и имею право здесь находиться!

Я говорил спокойно и уверенно. Вся ситуация меня по-настоящему бесила. Аристократы спокойно проходили в ворота прямо перед моим носом, бросая при этом издевательские взгляды. Сто процентов уже к сегодняшнему вечеру про меня распространят какой-нибудь мерзкий слух!

— Вы больше не студент! — снова пробухтел охранник. — Вы должны казне Академии, и по личному распоряжению Амалия Людвиговны мы обязаны препроводить вас в ближайшую долговую тюрьму. Наряд жандармов уже в пути…

Долговую тюрьму! Вот теперь всё стало понятно. Снова проделки Амалии Людвиговны, решившей любой ценой избавиться от ненавистного Оскурита. В этот раз она, судя по всему, использовала старый аргумент с моей задолженностью за учёбу.

— Впустите меня, и долг будет оплачен в течение пяти минут!

Охранники переглянулись.

— Нет! Не положено! Директор велела задержать вас до прибытия жандармов и сдать вас им в руки… — простодушно выдал весь план охранник.

Я обернулся. И в самом деле, к нам деловой походкой трусили сразу пятеро жандармов.

Встречаться с ними не хотелось, и я попытался войти в Академию. Охранники сдвинули плечи, оттесняя меня. Мечи в их руках заискрились.

— Ох, ребята, не желаете вы слушать разумных аргументов….

Я был совсем не в той форме, чтобы драться. Тем более против сильных и обученных охранников. Но, выходя из гостиницы, я предположил, что сделать это всё-таки придётся, и прихватил с собой секретное оружие.

Выхватив из кармана небольшой, тщательно запечатанный пакетик, я разорвал его, раскидывая его содержимое вокруг себя.

— Эй, ты чего творишь?! — уставились на меня охранники.

Самый быстрый из них даже ткнул в меня мечом. Причём достаточно резво, едва не оставив на моём предплечье глубокий кровавый порез.

Эх, реакция сегодня точно не та…

Остальные тоже подняли мечи, готовясь атаковать, когда распылённый мной порошок наконец-то сработал.

Охранники зашлись в диком приступе кашля. Они тяжело дышали, сотрясались в конвульсиях, а их глаза налились кровью. Ух, даже не ожидал, что эффект будет такой сильный!

Идея снять с одежды все остатки пыли пирамид Чёрного дома пришла в мою голову утром, когда я понял, в каком отстойном физическом состоянии я нахожусь. Мне нужно было какое-то оружие, чтобы компенсировать невозможность сражаться, и порошок, заставляющий людей кашлять и харкать кровью, подходил для моих целей лучше всего!

Охранникам очень быстро стало не до меня, и я спокойно подошёл к дверям и шагнул внутрь.

— Не делайте такие страшные глаза! Вы на свежем воздухе, а концентрация пыли минимальна. Она вас не убьёт. Но помучает сильно, это факт. Если хотите облегчить состояние, советую стянуть одежду и запихнуть её как можно дальше — на ней осталось слишком много частей пыли…

Судя по энтузиазму, с которым они принялись срывать одежду, мой совет был услышан.

— А ну стой, Оскурит! Ты арестован!!!

Отряд жандармов был от меня примерно метрах в двухстах. Увидев, что случилось с охраной, они неслись ко мне буквально галопом.

— Ну уж нет, ребятки! Снова встречаться с вашим братом у меня нет совершенно никакого желания…

Бросив это, я шагнул в ворота и оказался на территории Академии. О том, что жандармы бросятся за мной следом, я не переживал. Насколько мне было известно, жандармы по закону не имели права входить на территорию Академии без личного разрешения директора.

Я затрусил по дорожке по направлению к главному корпусу.

За прошедшие выходные моя слава заметно выросла. На меня глазели больше прежнего. Краем уха я даже услышал, как какие-то старшекурсники обсуждали события на Вечере Первокурсников. Разумеется, упомянули моё скромное имя. Ну конечно! Без меня тут не обходится ни одна новость.

Не обращая ни на кого внимания, я вошёл в Административный корпус и подошёл к восседавшим за стойкой девушкам. Как и в прошлый раз, это были холодная и ненавидящая меня блондинка и обворожительно улыбающаяся мне шатенка.

— Доброе утро, дамы! Я к вам по срочному вопросу.

При виде меня, шатенка ослепительно улыбнулась. Я её хорошо помнил. Мы виделись с ней неделю назад, и она, даже зная, кто я такой, проявляла ко мне симпатию.

— Что вам угодно, господин Оскуритов?

— Я хотел бы…

— Полагаю, что вы хотите покинуть Академию. Причём как можно скорее!

Я обернулся на голос и уткнулся нос к носу с Амалией Людвиговной. Сексуальная, на вид ещё совсем молоденькая, она буквально метала громы и молнии. В таком состоянии, в котором она сейчас была, люди способны на что угодно…

— Нет, я не собираюсь никуда уходить. Я хочу…

— Не желаю ничего слушать! — гаркнула она и ударила каблучком об пол.

В меня мгновенно ударил поток силы, причём настолько мощный, что устоять на месте не получилось. Меня вжало в стену, из которой тут же послушно выскочили короткие отростки, прочно захватившие мои руки и ноги.

Я оказался обездвижен. Вот так вот, без всякого сопротивления!

Вот уж точно, за смазливой мордашкой и строптивым характером скрывался поразительно сильный Одарённый…

— Господа жандармы, он ваш! — оскалилась Амалия. — Он выродок, позор своего Рода, отказывается платить по долгам!

Из соседнего коридора появился тот самый наряд жандармов, от которого, как я думал, мне удалось скрыться. Выглядели они достаточно угрожающе.

— Не извольте сомневаться, госпожа директор! Щас упечём его по всей строгости закона…

Отмалчиваться я не собирался.

— По какой строгости?! Я пришёл в Академию для того, чтобы заплатить по долгам!

Повисла тишина. Жандармы неуверенно переглянулись.

— Ну так если хочет человек… Мы это, сделать ничего не можем. Князь же, как-никак! К тому же вправе…

По взгляду Амалии я понял, что она сейчас снова применит свою силу или использует очередной хитрый аргумент, и меня обязательно утащат в жандармерию разбираться. А там опять встреча с Дубовым и очередные приключения.

Ну уж нет, спасибо! Хватит мне этого добра.

Пришло время действовать.

Моего Дара для борьбы с силой Амалии было недостаточно. Но Тьма говорила, что оставила мне часть своих сил. Сейчас отличный шанс испытать, на что я теперь способен!

Я сосредоточился, пытаясь почувствовать её силу. Это удалось. По венам как будто бежала не кровь, а что-то другое, густое и тёмное. Я послал мысленный импульс и потянул эту силу на себя.

Она мне подчинилась, и сковывающие запястья каменные отростки разлетелись на куски.

— Ты… Ты… Как?! — только и сумела вымолвить Амалия, мигом засунув свой острый язычок куда подальше.

— А вот так! Тёмный фамильный секрет! — усмехнулся я.

Но освобождение получилось не таким эффектным, как мне хотелось. Тело было ослаблено, а после использования силы Тьмы я и вовсе сумел удержаться на ногах только благодаря тому, что схватился за стоящий рядом стол.

Был и ещё один неприятный сюрприз.

Навык обращения с силой по-прежнему оставлял желать лучшего. Наверное, я перестарался, и по стене побежала тонкая трещина. Она достигла висящих под потолком часов, и они со звоном грохнулись на пол, разлетевшись на тысячу осколков.

Я же сделал вид, как будто ничего не происходит, и кое-как добрёл до стойки.

— Девушки, я хочу оплатить задолженность за обучение. По карте!

Блондинка обожгла меня взглядом, зато откликнулась брюнетка.

— Конечно, господин Оскуритов! С вас двадцать тысяч.

Я протянул карту и произвёл перевод. Пока вбивал код, чувствовал, как давит сила Амалии. Она была готова убить меня прямо на месте.

Но только повода сделать это у неё не было.

— И долг за часы и ремонт стен! Три тысячи! — прорычала она.

Ну конечно. Не может навредить физически, так укусит финансово! Узнаю стиль нашего дорогого директора.

— Да не вопрос! — улыбнулся я и оплатил и этот долг тоже. Это было болезненно, и денег у меня оставалось впритык, но поступить по-другому я просто не мог. — Надеюсь, что теперь я могу вернуться к учёбе?

— Можешь! — ответила Амалия, при этом так скрипнув зубами, что у меня заложило уши.

Улыбнувшись залившейся краской брюнетке, я покинул Административный корпус.

Добби оплатил свои долги. Добби был свободен!

Только чувствовал себя Добби крайне паршиво. Ноги не держали, руки тряслись. Сил хватило только на то, чтобы с гордым видом покинуть корпус и, добравшись до ближайшей лавки, плюхнуться на неё.

Вот уж не думал, что самостоятельное использование оставленных Тьмой сил так меня подкосит! Вместе с вчерашними травмами эта слабость и вовсе делала меня какой-то развалиной.

Задумавшись, я положил руку на лавочку и заметил, что происходит что-то странное, только когда деревянная поверхность под ладонью задымилась.

Я отнял руку и увидел обугленный след моей руки, оставленный на дереве. След был настолько чёрным, что сомневаться не приходилось, — это была освобождённая сила Тьмы, которую я случайно освободил и которую не сумел как следует сдержать. Она сочилась из меня, продолжая делать то, что Тьма умела лучше всего, — разрушать.

Сожри меня все монстры Чёрного дома! Та ситуация, когда я выпустил тени и едва не прикончил своих однокурсников, снова повторялась.

Я совершенно не умел контролировать эту силу. И это угрожало всем вокруг.

Рассиживаться я не стал и медленно поплёлся на тренировочную площадку. По расписанию у меня сейчас было занятие по международной дипломатии, но я положил на него большой и толстый… меч. Не то у меня настроение, чтобы рассиживаться на лекциях!

У меня была идея. И я был настроен её воплотить.

Как я и ожидал, в закрытом ангаре на тренировочной площадке шло занятие по развитию Дара. Проводила его, конечно же, Морозова. Студенты старшего курса основного обучения выстроились вокруг неё и внимательно слушали её указания.

— Так, ребята, вы все прошли полный курс владения Даром. Теперь вы знаете, как управлять самыми тонкими его проявлениями. Кто-нибудь готов продемонстрировать свои навыки?

Вверх взметнулась тонкая рука.

— Я готова! — провозгласила худенькая девушка в очках, чем-то напоминающая Алину.

— Что ж, прошу! — улыбнулась Морозова. — Ты знаешь, что делать!

Девочка кивнула и подошла к огромному камню, стоящему посреди поля. Она положила руки на камень и закрыла глаза.

Тут же полыхнула сила, которую я почувствовал даже на расстоянии в пару сотен метров. Камень начал меняться. Тонкие лезвия силы, полностью подвластные девушке, заскользили по камню, меняя его, срезая лишнее и придавая ему ту форму, которую она пожелала.

Камень менялся, покорный её воле, гнулся, как пластилин, и наконец обрёл форму розы.

Я не удержался и присвистнул. Вот же блин! Это был невероятный уровень владения Даром. Такие тонкие лезвия, невероятная скорость работы… И этот навык применим не только для всяких художеств! Такая тоненькая девочка может запросто использовать свои навыки в бою. И очухаться не успеешь, а тысячи ножей уже разрежут тебя на миллион кусочков!

— Молодец, Хельга! Отличная работа, — расплылась в улыбке Морозова.

Студенты продолжили занятие, а я подошёл к ней.

— Марк! Что ты тут делаешь?!

— Пришёл учиться, — ухмыльнулся я. — У меня проблемы с контролем силы. И я хочу, чтобы ты научила меня ей управлять.

Глава 30

Морозова смотрела на меня, как будто не понимала, о чём я говорю.

— Но ты же и так мой студент. Регулярно посещай занятия, и тогда…

— И тогда получится полная фигня! — оборвал я её. — Серьёзно, пара занятий в неделю? Да мне понадобятся годы! А слаб и опасен я сейчас…

Морозова долго смотрела на меня, а потом улыбнулась.

— Я очень рада, что ты это понял! В прошлый раз призванные тобой тени едва не убили твоих однокурсников!

— Стоп! — я уставился на неё. — Так вы что, поняли, что это был я?! А зачем тогда сказали, что тени пришли из-за концентрации энергии?

— А что, я, по-твоему, должна была всем рассказать, что тени призвал Марк Оскуритов, наследник самого знаменитого Тёмного Рода? — Она вопрошающе приподняла брови. — Марк, да тебя растерзали бы на месте! А мне не нужно, чтобы кто-то проливал кровь на моём занятии…

Что ж, стоило признать, — в её словах была доля истины. Мои добрые однокурсники не пожалели бы меня и дружно порешили бы прямо на месте.

— Значит, вы знали, что я опасен, но ничего не предприняли…

— Пытаешься вызвать у меня чувство вины? — Морозова усмехнулась. — Нет, Марк, не выйдет! Я была рядом, наблюдала за тобой и не позволила бы твоей тёмной части причинить кому-то вред. Ну а теперь ты сам понял, что тебе нужна помощь и пришёл ко мне учиться. Это огромный шаг вперёд!

— Так вы меня научите?

— Думаю, что да, — задумчиво кивнула она. — Но ты должен понимать, что твой случай уникален. Силы Оскуритовых отличаются от способностей обычных Одарённых. Ваша тёмная сущность рвётся наружу. Я думаю, что мы сумеем её сдержать. Но для начала мне бы хотелось провести небольшой эксперимент.

— Эксперимент? — я насторожился. — Если что, я не подопытный кролик!

— Я это знаю. — Она улыбнулась. — Чтобы помочь тебе контролировать свои силы, мне нужно понимать, насколько всё плохо…

— И что, я должен проявить при вас свои способности?

— Это было бы отлично! Но простой демонстрации будет недостаточно. Мне требуется, чтобы ты продемонстрировал их в бою!

— Чего?!!!

Такого предложения я ожидал в последнюю очередь!

— А как ты хотел? — она усмехнулась. В её глазах сверкнули хулиганские искорки. — Наши истинные способности по-настоящему проявляются только в ситуациях, угрожающих нашим жизням. Только так я сумею понять, сколько в тебе сил, и как хорошо ты их контролируешь…

Ну, стоило признать, — звучало это достаточно логично.

— Знаете, я сегодня не в форме, — Я ткнул в своё украшенное синяками и фингалами лицо. — Сегодня я ни на что не гожусь

— Хватит обращаться ко мне на вы! Чувствую себя древней старухой, — рыкнула на меня Морозова. — А твоя физическая форма значения не имеет. Во-первых, драка будет не физической, а с использованием Дара.

— А во-вторых?

— А во-вторых, я тебе помогу. А ну дай руку!

Я протянул ей руку. Морозова схватила её, и я тут же почувствовал, как в меня перетекает её энергия. Мышцы расслабились, в них появилась сила. Чувство такое, как будто мне сделали укол неразбавленным кофе. Такое даже Тьма не умеет делать!

— Ух, бодрит!

— Конечно, бодрит, — ухмыльнулась Морозова. — Дождись конца занятия, и мы тебя протестируем.

Долго ждать не пришлось. Студенты продемонстрировали Морозовой несколько техник, получили её рекомендации и начали собираться.

— Хельга, подойди! — распорядилась Морозова, и к нам поспешила та самая девочка, которая на моих глазах превратила камень в изящную розу. — Хочешь получить дополнительные баллы по моему предмету?

— Конечно хочу! — жадно вскинулась девчонка. Так радоваться оценкам мог только стопроцентный отличник. — А что нужно делать? Снова реферат?

— Ну уже нет! Рефератом тут не отделаешься. — Морозова хмыкнула. — Мне нужно, чтобы ты надрала задницу вот этому чудному молодому человеку!

— Оскуритову?! — Хельга окинула меня оценивающим взглядом. — Ой. Даже не знаю… А он не будет мне мстить, когда я его изобью?

— Говори да не заговаривайся! — Я хмыкнул. — Сначала избей, а потом переживай!

— Ой, в этом вы, господин Оскурит, даже не сомневайтесь…

Не переставая говорить, она сбросила рюкзачок, оставшись в спортивном костюме и встала напротив меня.

Такой типаж был мне знаком. Девочки вроде неё притворяются милыми, а на самом деле в них бушуют такие страсти, что они будут поопаснее урагана. Особенно если обладают Даром…

— Татьяна Анатольевна, и всё-таки… Я могу сильно на него давить? Или только немного пощекотать? — спросила Хельга. При этом она не пыталась красоваться. Её и в самом деле волновал этот вопрос.

— Девочка, просто бей на максимуме и надейся, что не пострадаешь! — хмыкнул я.

— Ой, да как скажешь! — радостно улыбнулась Хельга и раскинула руки в стороны.

От неё тут же прокатилась волна силы.

Её легкомысленный и совершенно не опасный вид меня не обманывал. Я видел, что она сделала с тем камнем, и понимал, что это далеко не предел её способностей. К тому же Морозова не случайно попросила именно её проверить меня. Значит, считает, что эта хрупкая девчонка способна стать для меня настоящей угрозой.

Именно поэтому я с самого начала, ещё до того, как она начала меня атаковать, незаметным движением активировал защитный артефакт Богатырёвых. Так, на всякий случай…

То, что "всякий случай" уже наступил, стало понятно сразу.

В отличие от остальных Одарённых, с которыми мне приходилось сражаться, Хельга не пыталась атаковать меня грубым потоком силы. Вместо этого она направила в меня несколько отдельных потоков, тонких, но сильных. Двигались они настолько быстро, что я понять не успел, как два жгута впились мне в плечо и левый бок, а два других ухватили за руки и подняли в воздух.

Считанные мгновения — и Марк Оскуритов, одно имя которого вызывало страх у тысяч жителей Империи, оказался обездвижен и обзавёлся парой новых неприятных ран.

— Хельга, будь с ним помягче! — беззлобно прикрикнула на девушку Морозова. — Всё-таки последний оставшийся в живых Оскуритов. Не хотелось бы его повредить!

— Я вам… поврежу, — проскрежетал я, прилагая все усилия для того, чтобы освободиться.

Дар против энергетических жгутов Хельги не помогал. Возможно, я бы сумел развеять её технику, но мне катастрофически не хватало навыков. Всё, чем я владел, — это усиление тела, самые простые манипуляции с силой и пара семейных техник Оскуритовых.

Всё это сейчас было бесполезно.

Оставалось рассчитывать только на силу Тьмы. Но жгуты Хельги больно впивались в тело, лишая меня концентрации, и мне никак не удавалось её призвать.

Кажется, Хельга со мной наигралась. Её жгуты исчезли, и я плюхнулся на землю.

А в следующую секунду рядом со мной закрутилось маленькое, но крайне агрессивное торнадо. Рядом с ним возникло ещё два. Все они с редкостным упорством пёрли на меня.

Я попытался уклониться, но силы не восстановились, и меня затащило прямо в середину первого торнадо. Закрутило во вращении, а затем выбросило, пронеся метров двадцать.

Я жёстко приземлился и выматерился. Блин, Морозова говорила, что мы будем сражаться только при помощи Дара. Сейчас же меня просто избивают!

Тут на меня навалилась нереальная тяжесть. Каждую клетку будто бы разрывало на части. Если бы не моя привычка терпеть боль, я бы кричал как свинья на бойне.

Чёртова девчонка решила меня пытать!

— Татьяна Анатольевна, я с ним не слишком груба? — услышал я голосок Хельги.

— Нет, Хельга, всё в порядке. Если бы господину Оскуритову было по-настоящему больно, то он нашёл бы способ вырваться…

Это оказалось последней каплей.

Усилием воли я заставил себя перестать думать о боли и сконцентрировался на текущей по моим венам силе Тьмы.

В то же мгновение прогрохотал взрыв. Сила вырвалась из меня, разрушая всё на своём пути. Сдерживающие меня путы Хельги мгновенно развеялись, сама она отлетела в сторону, а остальная сила пробила в крыше ангара огромную дыру.

— Марк, успокойся, я всё поняла! — крикнула встревоженная Морозова.

Я и сам понимал, что это уже чересчур, но ничего не мог сделать. Сила Тьмы изливалась из меня неконтролируемым потоком.

Хельга вскинула руки, снова направляя в меня энергетические жгуты. Я поймал их на подлёте и пустил по ним Тьму. Она заструилась по жгутам, словно электричество по проводам.

Девушка ничего не успела понять, когда её коснулась Тьма. Хельга вскрикнула и, изогнувшись под невозможным для человека углом, упала на пол.

Я сам не успел осознать, что натворил, когда передом мной появилась Морозова. Её глаза сияли огромной силой.

— А НУ ХВАТИТ! — прогрохотала она и ударила меня раскрытой ладонью по лбу.

Удар не был сильным, но я почувствовал, как подкашиваются ноги. Сила Тьмы медленно меня покидала.

Я едва стоял, и, чтобы не упасть, опёрся о стол.

— Что… Что это было?

Ответить Морозова не успела.

В ангар нагрянула толпа учеников и преподавателей во главе с Амалией, и нам стало не до того.

Глава 31

— Что здесь происходит?! — прогремела Амалия.

Я покосился на Морозову. Сейчас всё зависит от неё. Если она меня не прикроет, то директриса сдерёт с меня кожу заживо. Ещё бы! Применение тёмных сил, повреждение школьного имущества — такое она мне ни за что не простит.

— Ничего особенного, — Морозова беспечно пожала плечами. — Практикуем со студентами особые техники. Хельга ошиблась и случайно перепутала формулы…

Все взгляды обратились к Хельге.

Девчонка выглядела шокированной. Она-то знала, что это произошло по моей вине! И оснований меня покрывать у неё не было.

— Ну да, немного перепутала… — Она смущённо отвела взгляд. — Выпустила много энергии, но не успела проконтролировать. Вот это и случилось…

Я поражённо смотрел на неё. Эта совершенно незнакомая мне девчонка покрывала меня, рискуя своим будущим! Ради меня, Оскурита, которого ненавидит весь мир!

Что-то я точно не понимаю в жизни…

Но, конечно же, всё не могло быть так легко и просто.

— Ошиблись, значит… — произнёс Дорохов, входя в ангар. Его ноздри затрепетали, он сделал глубокий вдох. — В воздухе витает аромат Тьмы. Кто-то применил Тёмную технику. Запрещённую технику! И все мы знаем, кто это сделал…

Его немигающий взгляд остановился на мне.

— Нет! Энергию применила я, в качестве эксперимента… — начала Морозова, но её оборвал Дорохов.

— Хватит этого бреда! Я всё знаю!

Он вскинул руку и выстрелил в меня лучом белого света. Увернуться я не успел, луч попал точно мне в грудь.

Как ни странно, ни боли, ни других последствий не было. Лишь чёрное пятно образовалось передо мной.

— След Тёмной техники! — Дорохов расплылся в улыбке. — Как я и говорил…

— Вот и всё, Оскуритов! Тебя ждёт тюрьма! — Амалия сияла так, как будто только что выиграла миллиард в лотерею.

— А вы в курсе, что так радоваться чужому несчастью ненормально? Верный признак серьёзных психических проблем!

Вся эта ситуация казалась знакомой. Снова Амалия, снова обвинения, снова ощущение, что я свалюсь в бездну и всё потеряю… Признаться, я даже начал привыкать!

Но только в этот раз всё куда серьёзнее, чем кажется. Отмазаться я не сумею. Встречи с жандармами не избежать…

— Да, вы правы. Марк действительно использовал Тёмные техники, — произнесла Морозова. Я уже подумал, что она решила меня сдать, когда она продолжила. — Но только он сделал это потому, что я использовала власть преподавателя и настояла на том, чтобы он продемонстрировал мне свои Тёмные силы!

— И зачем вам это, интересно, понадобилось? — Амалия недоверчиво на неё посмотрела.

— Ну как… — Морозова весьма натурально смутилась. — Вы же знаете, меня всегда это интересовало…

— Вы что, снова взялись за старое?! — директриса повысила голос. — Ну знаете… Я от вас такого не ожидала!.. И не забудьте заплатить за повреждения ангара!

Я переводил взгляд с Морозовой на Амалию и обратно и вообще ничего не понимал. Было очевидно, что в прошлом была какая-то история, связывающая Морозову и Тёмные искусства, но какая именно, оставалось только догадываться.

Амалия при студентах отчитала Морозову и в сопровождении всей своей свиты, бросив на меня прощальный уничтожающий взгляд, удалилась.

Мы с Морозовой остались одни.

— Ничего не хочешь объяснить? — спросил я её. — Спасибо за спасение и всё такое, но что только что произошло?!

— А сам как думаешь? — улыбнулась Морозова.

Судя по всему, то обстоятельство, что её только что отчитали как школьницу, её совсем не беспокоило.

— Есть предположение. Ты сама практиковала Тёмные искусства, но тебя на этом поймали…

— И всё-таки ты очень сообразительный! — Она кивнула. — Так и было. По молодости лет увлеклась разными запретными техниками. Изучала Тёмные искусства, читала архивы Оскуритовых… И в результате случайно ранила боевой техникой невинного человека. После этого одумалась, стала преподавать в Академии. Но, как видишь, никто об этой ошибке так и не забыл…

— Мы все не без греха, — пожал я плечами. — Меня так и вовсе ненавидит вся страна. При этом за поступки, которые я не совершал!

— Да, тебе куда хуже, чем мне, — серьёзно кивнула она. — Тем более что ты и в самом деле можешь стать тем самым страшным Оскуритом из легенд. Сегодня это почти произошло…

Я передёрнул плечами. Она была права. Я почти утратил контроль. Могло случиться что угодно.

— Как ты думаешь, что со мной было?

— Тобой завладела сила Тьмы. Всё самое чёрное и опасное, что есть в генетике Оскуритов, пробудилось в тебе, — мрачно произнесла Морозова. — Если бы я тебя не остановила, то ты бы убил Хельгу и отправился в Академию за свежей порцией крови.

От подобных перспектив я содрогнулся.

— Со мной уже не в первый раз происходит подобное…

— Так действует на тебя Тьма, — кивнула Морозова и тут же стала серьёзной. — Марк, есть что-то, что ты мне не сказал?

— Что ты имеешь в виду? — насторожился я.

— Тьма в тебе становится всё сильнее. Я чувствительна к силе и могу это почувствовать. Раньше её было совсем мало, но теперь стало намного больше…

Я задумался. Следовало ли ей об этом говорить? А, была не была!

— Ты права. Я заключил Контракт с Тьмой…

— С самой Тьмой?! — не удержавшись, Татьяна взвизгнула как девчонка, но быстро взяла себя в руки. — Но зачем ты это сделал?!

— Попробуй угадай! — Я усмехнулся. — Весь мир хочет меня убить или в лучшем случае поставить на колени. Очевидно, что мне нужны силы ему противостоять! А без могущественного союзника это сложно сделать…

— Это я понимаю. Но Тьма… Она же опасна! Ты должен платить ей ужасающую кровавую цену…

— Ужасающую? Вы где такие слова вообще берёте, в учебнике по литературе? — Пусть мы и говорили на серьёзные темы, я при всём желании не мог не шутить. — Вникать в подробности не буду, но мы с Тьмой сумели договориться. Я не обязан пить кровь и носить ожерелье из внутренностей девственниц…

При последних словах она вздрогнула, но заметно успокоилась.

— Очень рада это слышать! Но даже если ты говоришь правду, всё не так просто, как ты думаешь. Тьма всё равно оказывает на тебя воздействие. Само её присутствие меняет твой разум, воздействует на клетки. Ты становишься более жестоким. Тебе хочется убивать, тебе начало нравиться причинять боль…

В общих чертах она попала в точку. В последние дни я и в самом деле замечал в себе жестокость, которой раньше не было. Но о том, что так на меня может влиять Тьма, я не думал.

— Значит, я правильно сделал, что пришёл к тебе!

— Ещё как, — улыбнулась Морозова. — Тренировки и развитие твоего Дара помогут не только контролировать силу Тьмы, но и укрепят твою волю. Ты сможешь защищаться от её влияния.

— Супер! Тогда чего тянуть кота за хвост, давай начнём прямо сейчас!

— Прямо сейчас не получится. После того, как Амалия узнала, что ты используешь Тьму, она будет внимательно за нами следить…

— Плевать! Скроемся где-нибудь в аудиториях…

— Не выйдет! — Морозова качнула головой. — Посмотри вон туда, за тот куст. Увидишь много интересного…

Я посмотрел, куда она показывала, но ничего не заметил. Тогда использовал Дар и направил силу в глаза.

В кустах тут же проступил расплывчатый силуэт какого-то человекоподобного существа. У него было приземистое гибкое тельце, а его огромные глаза смотрели на нас.

— Что это такое?

— Шпион Дорохова. Он оставил его на всякий случай. Звук он не записывает, но изображение снимает исправно, и тут же направляет его Амалии. Так что в Академии нам тренироваться больше не получится.

— Тогда давай заниматься вне Академии!

— А ты напористый. Никогда не сдаёшься, верно? — хмыкнула она. — Именно это я и хотела тебе предложить! Приходи вечером ко мне. У меня маленький особнячок на отшибе. Он неплохо защищён, и нас никто не увидит…

Я едва удержался от шутки. Мой преподаватель приглашала меня к себе домой! Сложно было отделаться от лезущих в голову пошлых мыслей.

— Отлично! Мне подходит.

На этом мы с ней и разошлись. Она отправилась на новое занятие, а я похромал к Академии. Как ни странно, чувствовал я себя куда лучше, чем до боя с Хельгой. Наверняка всё дело в призванной силе Тьмы.

Выйдя из ангара, я заметил ещё одну странность. Трава вокруг него почернела и пожухла. А ведь я готов поклясться, что когда я сюда пришёл, всё было в полном порядке!

Очень похоже на то, что силы из меня вышло куда больше, чем я ожидал. Да и она была куда опаснее, чем мне сначала показалось…

На занятия я идти не собирался. Не хотелось светить украшенной фингалами физиономией. Особенно не хотелось, чтобы меня таким видела Анастасия. Перед ней мне хотелось предстать во всём блеске.

Вместо этого я немного пошатался по территории, как следует пообедал, а затем отправился в Научный корпус.

Охранник на входе бросил на меня тяжёлый взгляд, но ничего не сказал. Было видно, что он меня побаивается.

В лаборатории, как и в прошлый раз, никого не оказалось. Только всколоченная Алина с какими-то кипящими пробирками в руках носилась между столами.

— Привет! Я не вовремя?

От неожиданности она вздрогнула и выронила одну из пробирок. Ускорившись при помощи Дара, она сумела её поймать у самого пола.

— Фух… — с облегчением протянула она и набросилась на меня. — Ты зачем подкрадываешься?! Знаешь, что могло случиться, если бы я её выронила?!

— Ничего хорошего? — предположил я.

— Это ещё мягко сказано! — с загадочным видом произнесла она, и её глаза тут же загорелись. — Кстати! Я же тебя не поблагодарила! Те предметы, что ты мне дал… Это же просто нереально крутые штуки! Я как раз провожу над ними эксперименты. Вот, смотри!

Она схватила со стола пробирку, положила туда щепотку какого-то порошка и капнула вонючей жидкости из пипетки. Затем она перемешала получившуюся бурду и пихнула её в металлический ящик, который тут же замигал огнями и зашумел.

— Ух, что сейчас будет!!!

Я всегда отличался довольно неплохой интуицией, и понял, что будет, раньше неё. Сорвался с места, обхватил Алину и опрокинул её на пол.

Очень вовремя!

Пробирка в ящике затряслась и рванула. Мне в лицо ударила струя огня…

Глава 32

В дело вступили инстинкты.

Рука сама собой выхватила из кармана защитный артефакт Богатырёвых. Вокруг нас возникла сфера. Такая помогла мне не сгореть заживо от потока огня в Чёрном доме. Я был уверен в её плотности и не переживал, что огонь сумеет до нас добраться.

И, оказывается, очень напрасно не переживал!

Огонь оказался куда более сильным, чем пламя «гиппопотамов» из Чёрного дома. Сначала в сфере образовалась крохотная дырочка с обугленными краями, а спустя считанные секунды вся сфера уже выгорела дотла.

— Вот же блин!

Пламя, словно хищник, закружило вокруг нас. Оно как будто было живым и не спешило атаковать, играя со своими жертвами.

"Оскурит… Попался…" — услышал я в ушах тихий шёпот, и пламя бросилось на меня.

Не знаю, как это было возможно, но со мной говорила сама Чернота! И это за несколько километров от ближайшего Чёрного дома!

— Ну уж нет! Живым не возьмёшь! — прокричал я, разводя руки в стороны и призывая силу Тьмы.

Как ей управлять, я по-прежнему представлял с большим трудом. Но, вероятно, всё было совсем не сложно. Нужно лишь сосредоточиться на ней и правильно указать, что нужно делать…

Сработало! Между нами и живым огнём образовалась непроницаемая чёрная стена. Пламя пыталось пробиться, но стена не давалась.

— Марк, я знаю что делать! Продержись ещё пару минут! — прокричала Алина и бросилась к ближайшему лабораторному столу.

Я же заметил, как стена медленно начинает истончаться. Она была плотнее, чем защитная сфера, созданная артефактом, но всё равно понемногу уступала всепожирающему огню.

— Давай скорее!

— Уже здесь! — крикнула Алина, появляясь рядом со мной.

Она запустила в огонь какой-то зеленоватый порошок. Он благополучно преодолел чёрную стену и коснулся пламени. Огонь заискрился и медленно потух.

Мы с Алиной смогли наконец-то перевести дух.

— Не хочешь рассказать, что это было?

— Маленький эксперимент… — потупила она глаза.

— Маленький?! Зато он едва не стоил нам жизни!

— Да ладно, не преувеличивай! — Она безмятежно махнула рукой. В обычной жизни она боялась даже собственной тени. Но если дело касалось экспериментов, то её мгновенно охватывал самоубийственный дух авантюризма. — Я знала, что ты сможешь её сдержать. К тому же у меня был этот порошок. Так что никакого риска не было…

— Ага, конечно. Посмотрел бы я, что бы ты делала без моей помощи! — недовольно проворчал я. Не люблю, когда мои заслуги оставляют без внимания. — Может хотя бы объяснишь, над чем ты работала?

— Ой, конечно! Тем более это как раз по твоему вопросу! — сверкая глазами, затараторила она. — Это всё принесённые тобой разноцветные камни. Это они дают такой эффект!

Вот это было неожиданно!

— То есть ты хочешь сказать, что тот порошок, который ты поместила в пробирку…

— Да! Это толчёный камень, который ты мне дал, — закивала она. — Марк, я провела множество исследований и готова признаться, что никогда не видела ничего более удивительного!

— А поконкретнее можно?

— Конечно! Я не закончила все исследования, но уже подготовила краткий отчёт… — ответила она, протягивая мне огромную папку объёмом как минимум на сотню листов.

— И это краткий?!

— Ну да. Это я ещё не проводила глубокий энергетический анализ и исследования на всех возможных группах. Откровенно говоря, на это потребуется несколько месяцев. Я и так многое успела…

Только сейчас я заметил, что выглядит она далеко не лучшим образом. Бледная, с мешками под глазами.

— Так… И как давно ты не спала?

— Ну, пару дней… — неуверенно протянула она.

— И примерно столько же нормально не ела.

Это уже был не вопрос. По её измождённому виду и так всё было понятно. Она так увлеклась исследованиями, что напрочь позабыла про потребности своего организма.

Учёные! Странные люди…

— А ну-ка пойдём на вашу кухню! Щас сварганим тебе что-нибудь вкусненькое…

Я ухватил сопротивляющуюся девушку за руку и потащил на местную кухню. Быстро сварил ей кружку ароматного кофе, нашёл в запасах лапшу быстрого приготовления и заварил её, приправив майонезом. Не самое изысканное блюдо, но зато вкусное и питательное! Я так пять лет студенчества в родном мире протянул.

На десерт же я накрошил ей целую пачку печенья, обильно залив сгущёным молоком. На вид не очень аппетитно, но вкусно так, что аж за ушами хрустит!

Сначала Алина сопротивлялась, но в итоге умяла всё до последний крошки минуты за три.

— Лучше?

— Просто замечательно! Я снова могу соображать! — просияла она. — Так вот, я изучила все предметы, что ты мне передал. Обломки механизмов и металлическая стружка, которые ты приносил в прошлый, обладают теми же свойствами, как и те, что ты принёс раньше. А вот новые, кольцо, бумага и фигурка чудовища, совсем другие. И результаты выдающиеся!

Ну конечно. Кто бы сомневался! Пока всё было в пределах ожидаемого. Обломки и стружка и в первом и во втором доме были одинаковы и обладали аналогичными свойствами. А вот кольцо, бумагу и фигурку я нашёл только во втором Чёрном доме, причём не на первом, а на одном из верхних этажей. Так что не удивительно, что показатели у них другие.

— Это тоже источники энергии? Такие же, как те, что я принёс из первого Чёрного дома?

— Источники. Но совсем другие, — кивнула Алина. — У них другой энергетический алгоритм. Там такие сложные энергии, что, я уверена, никто в мире с такими не сталкивался! Вот, смотри.

Она положила передо мной два листа бумаги. Это было графическое изображение излучения, исходящего от предметов, которые я принёс из Чёрных домов.

И если излучение из первого дома было насыщенным, но всё же количество цветов ограничивалось четырьмя, то вот новые предметы светились как новогодняя ёлка, которую случайно подрубили к ядерному реактору. Цветов было куда больше, и они были до вырвиглазного насыщенными. Между собой они пересекались под сложными углами в какой-то одним им понятной последовательности.

— Заметная разница…

— И не говори! Каждый цвет — отдельный вид энергии. Причём сразу три из них — уникальные и нигде больше не встречались, — глаза Алины заблестели ещё ярче. — Как думаешь, почему они так сильно различаются?

Предположение у меня было. Причём весьма толковое.

— Дело в том, что я нашёл эти предметы на верхних этажах. Там обитают самые опасные монстры, да и воздействие Черноты там куда сильнее…

— Монстры?! Там есть ещё и монстры?! — Алина вскочила на ноги, не в силах сдержать восторг.

— Ну да, монстры. Всякие твари, норовящие тебя убить…

— А ты случайно не прихватил кого-нибудь с собой? — с видом девочки, выпрашивающей у строго отца щенка, спросила она.

— Прихватил?! Кого?! Ходячего осьминога или огнедышащего гиппопотама? Да они бы сожрали меня, стоило мне вынести их за порог!

— Огнедышащий гиппопотам… Наверное, очень красивый… — мечтательно произнесла она. — Как бы я хотела такого!

— Ага, конечно. Первая бы убежала прочь! И вообще, я думал, что зоология, ну или монстрология, тебя не увлекает.

— Меня увлекает наука во всех её проявлениях! — торжественно объявила девушка. — В общем, если подвести итог, то можно однозначно утверждать, что новые предметы не просто не уступают старым, но и являются куда более мощными…

Я кивнул, ничем не показывая разочарования. Знал бы, обязательно содрал с Богатырёвых по особому ценнику!

— Но, Марк, ты должен понимать, что их свойства не изучены. Понадобятся годы…

— Да я понимаю! — отмахнулся я от неё. Только её фирменного научного занудства мне сейчас не хватало. — А что насчёт камней? Ты сумела что-то про них понять?

Мой взгляд обратился к россыпи разноцветных камней. Они достались мне самой большой ценой. Даже оторвать их от пола Чёрного дома я сумел с большим трудом и при помощи Жижика, защитившего меня от ожогов. Чернота охраняла их с особым рвением, и я предполагал, что они были самым ценным, что я принёс из Чёрного дома.

Так и оказалось.

— О да, Марк! Эти камни НЕВЕРОЯТНЫ!!! — Алина вскочила на ноги и принялась выписывать вокруг меня круги. Кофе, что ли, на неё так действует… — Вот, посмотри распечатку!

Она положила на стол ещё одну распечатку. И в этот раз картинка была по-настоящему дикой. Цветов тут было десятка два, не меньше. От их яркости щипало в глазах. Понять же, под какими углами и по какому принципу они смешивались, было невозможно. Казалось, что они пересекались случайно, как будто упившийся в хлам художник просто брызнул на мольберт все краски, которые у него были, а затем хаотично их перемешал.

— Как я понимаю, это виды энергии?

— Да! И все они неизучены! — Алина подпрыгивала от восторга. — Ты понимаешь, что я получу Нобелевскую премию?! Да о моей жизни снимут фильм!

— Ага. Только с одним условием. Меня должен играть Леонардо ДиКаприо, — хмыкнул я. — Но тебе удалось установить их природу? Что это вообще такое? Обычные камни, структуру которых изменила Чернота?

— В том-то и дело, что нет! — Алина засияла ещё ярче прежнего. — Камни, в отличие от остальных предметов, не изменены Чернотой. Они — её порождение!

— Подожди, то есть получается, что они были созданы самой Чернотой?

— Именно! Она создала их, отдав часть своей сущности и наделив особыми, уникальными свойствами…

— Например какими?

— Разными, — улыбнулась Алина. — Смотри, сейчас устрою тебе демонстрацию!

Она схватила чёрный камень с серебряными прожилками и, выставив его перед собой, нажал пару кнопок на массивном пульте управления.

— Сейчас на меня поедет специальная выдвижная стена, и я уничтожу её при помощи этого камня, — улыбаясь, словно наступил Новый год, пояснила она.

Что что-то пошло не по плану, я понял сразу.

В стенах лаборатории заскрипел механизм, но никакая стена, как обещала Алина, не поехала. Вместо неё из открывшегося проёма на нас устремился здоровенный монстр, закованный в непроницаемую чешую.

— Его не должно там быть! — прокричала Алина, взмахивая камнем.

Камень на глазах охватил яркий красный свет, и в монстра полетела сжатая в спираль смертоносная энергия. Она ударила чудовище в мускулистую грудь и отскочила, не причинив ему никакого видимого вреда. Тварь продолжала переть на нас, и в его намерениях не было ни единого сомнения.

— Встань у меня за спиной и не мешай!

Глава 33

Пусть я и был готов к атаке, первый же бросок твари едва не стал для меня последним.

Она атаковала с места, без разбега. Просто взмыла в воздух, и вот её мощные челюсти уже клацнули у самого моего уха.

— Нет, милая, так легко меня не возьмёшь!

Я пустил по телу Дар и, ускорившись, схватил Алину в охапку, вместе с ней развернувшись, в последнее мгновение спасая не только свою жизнь, но и жизнь девушки.

Лапа монстра проскользила по груди Алины, распоров платье, но не нанеся ей сколько-нибудь заметного вреда.

Само же чудовище, не справившись с инерцией, проскользило по полу и, снеся несколько столов с оборудованием, всей немалой тушей врезалось в стену. Монстр затряс головой, пытаясь прийти в себя после удара.

Я повернулся к Алине.

— Живая? Всё в порядке?

— Мы должны позвать на помощь… Там была тревожная кнопка… — забормотала Алина, разом потеряв всю свою оживлённость.

Она выглядела пришибленной и потерянной.

Я её понимал. Монстров она наверняка видела только на картинках в книжках, и к встрече со смертоносной тварью в реальной жизни оказалась не готова.

Зато у меня опыта было более чем достаточно.

Без всякого стеснения я ощупал хрупкую фигурку девушки и, не найдя никаких повреждений, повернулся к чудовищу. Только сейчас я сумел его разглядеть. Тварь была крупной и сильно напоминала перепившую стероидов кошку. Мышцы у неё так и бугрились! Но в целом ничего ужасающего в ней не было. Видали и пострашнее!

Я вытащил из ножен Людоеда.

— Пришло время дать тебе вкусить крови…

Я напитал меч Даром и бросился в атаку. К тому моменту монстр уже очухался и, глухо рыча, кинулся на меня, низко припадая к полу.

Его челюсти щёлкнули у самого моего носа, а когтистая лапа проскребла по груди, превращая новый костюм в грязные лохмотья. Как будто этого было мало, мне в лицо полетел мощный подвижный хвост.

Вот с него я и решил начать.

Поднырнув под рассекающую воздух лапу, я со всей дури рубанул по хвосту.

В том, что всё получится, я не сомневался. Людоед, напитанный силой, мог прорубить что угодно, от камня и железа до зачарованных стен. Чешуя какого-то ящера не должна была стать для него проблемой!

Меч отскочил от чешуи с металлическим звоном, не причинив клыкастой твари ни малейшего вреда.

Мне стоило большого труда не выпустить Людоеда из рук. Но вот удержаться на ногах я не сумел. От удара меня отбросило назад, ноги запутались, и я распластался перед чудовищем на полу.

Человек в подобной ситуации обязательно бы потратил несколько драгоценных секунд на то, чтобы пошутить или другим образом показать своё превосходство. Но мозг этой твари контролировался простыми и понятными инстинктами. И эти инстинкты кричали ей, что меня нужно уничтожить.

Монстр прыгнул на меня, намереваясь одним наскоком навсегда прервать мою бренную жизнь. Ускоренный Даром, я успел увернуться.

Пока что эта адская кошечка выигрывала у меня по очкам. Я только уворачивался, теряя время и силы. Если так пойдёт и дальше, то она возьмёт меня измором.

Нужно переломить ход боя. И как можно скорее!

Я обратился к бурлящей в моих жилах силе Тьмы. Она потекла в меня широким потоком. Вскинув руки, я ударил в монстра чистой энергией, отбрасывая его в другую часть лаборатории. Попытался сковать, но без толку — не хватило опыта.

Ситуация получалась не самая обнадёживающая. Передо мной был монстр, намного превосходящий меня в силе, шкуру которого я не могу пробить. Ни Людоед, ни Дар, ни сила, оставленная Тьмой, ничем мне не помогли. Эта тварь оказалась неуязвимой для моих атак.

Конечно, я мог попытаться обратиться за помощью к Тьме. Но совсем не факт, что она восстановилась и откликнется. Потраченные секунды могут стоить жизни не только мне, но и Алине. Она по-прежнему пребывала в трансе. Просто стояла, глупо переводя взгляд с монстра на выставленные на столе разноцветные камни…

Точно, камни!

— Брось мне фиолетовый камень! Быстро! — прокричал я.

Алина перевела на меня взгляд, но даже не попыталась ничего сделать. Она была настолько в шоке, что, кажется, даже не услышала мой вопрос.

Тем временем тварь оказалась на ногах и приготовилась новому прыжку. В том, что она учтёт свои ошибки и в этот раз не промахнётся, сомневаться не приходилось.

Моё спасение было в фиолетовом камне. Но добежать до него я не успевал при всём желании…

А дальше во мне проснулись рефлексы Оскуритовых. Я вскинул руку, наполнив ладонь Даром. Воздух задрожал от силы, и фиолетовый камень, пролетев разделяющее нас расстояние, скользнул мне в руку.

И как раз вовремя!

Монстр уже был над моей головой, когда я повернулся к нему с горящим ярким светом камнем.

— А ну тихо, Барсик! Ты теперь в моей власти!

Сам не знаю, с чего я решил назвать эту тварь «Барсиком». С милым домашним котиком у неё было примерно ноль совпадений!

Но зато мой план сработал.

Глаза чудовища расширились от ужаса и удивления, и оно, перегруппировавшись в воздухе, шипящим комком свалилось к моим ногам. В глазах плескалась ненависть, лапы скребли пол, оставляя в твёрдом камне глубокие борозды, но атаковать меня это создание больше не пыталось. Хотело, это было видно по глазам, но не могло. Всей его дикой необузданной воли не хватало на то, чтобы преодолеть действие горящего в моих руках фиолетового камня.

Я не сумел скрыть злорадной ухмылки. А ведь я почти забыл, как при помощи этого камня я сумел отогнать чудовищ из второго Чёрного дома. За это время произошло столько всего, что воспоминания о его особых свойствах стёрлись из моей памяти. Хорошо, что я вспомнил о нём в самый ответственный момент…

— Вот так, хорошо… — с видом опытного укротителя тигров произнёс я, делая шаг к застывшему передо мной монстру. «Барсик» тут же отступил, как будто боялся оказаться с камнем слишком близко. — А, так тебя пугает этот камешек. Ой, какой страшный злой камень! И правильно, бойся. Будешь хорошим котиком, и я не приложу его к твоей чешуе! Уверен, это очень больно… Ты ведь будешь хорошим котиком, да?

Я на нервах нёс какую-то чушь, но монстр меня, кажется, прекрасно понимал. В его глазах сверкнули искорки разума, и он медленно кивнул.

— Ага, значит, ты ещё и разумный! Ну-ка, проверим одну теорию… Упади на спину!

Монстр бросил на меня взгляд, полный презрения, и мне показалось, что он и не подумает выполнять мой приказ. Но затем он медленно, не теряя собственного достоинства, упал на спину.

— Так, отлично. А теперь покатайся из стороны в сторону!

Он снова с презрением на меня посмотрел, но беспрекословно выполнил мою команду.

— Марк, что… Что происходит?!

Я обернулся. Алина наконец-то скинула оцепенение, и сейчас с ужасом таращилась на катающегося передо мной по полу, как домашний кот, монстра.

— А, это? Это Барсик! Представляешь, этот камень подчиняет монстров! Они становятся как шёлковые.

— Я… Я это и пыталась тебе сказать, — запинаясь и не переставая таращиться на чудовище, прошептала девушка. — У каждого камня свои особые свойства. Но я хотела показать тебе другой камень. Он испускает мощный поток разрушительной энергии…

— Я понял. Но вместо стены на нас выскочила эта чудная тварь… Кстати! Откуда она, сожри её Тьма, взялась?!

— Наверное, её привели биологи. Их лаборатория здесь, через стену…

Словно услышав её, в проёме, из которого выскочил Барсик, появились двое неуверенных ребят в белых лабораторных халатах. Судя по совсем юному виду, либо проходящие практику студенты старших курсов, либо лаборанты.

Вид у них был самый что ни на есть перепуганный.

— П-простите… — произнёс один из них, высокий тощий очкарик с россыпью прыщей на лице. — Мы… Мы не хотели!

— Понимаю, конечно не хотели! — кивнул я и повернулся к чудовищу. — Барсик, ты ведь хочешь кушать, верно? Так вот, я разрешаю тебе полакомиться этими чудными господами! И не смотри, что они такие тощие. Я уверен, они очень, очень вкусные!

Барсик посмотрел на меня с недоверием, но второго приглашения ждать не стал. Плавным движением сорвался с места и оказался перед дрожащими от страха парнями.

— П-п-пожалуйста, господин Оскурит! Помилуйте!!! — истерично прокричал очкарик, падая на колени. — Мы правда не хотели! Честно-честно! Мы просто собирались провести эксперимент для научной работы, а эта тварь вырвалась из клетки. Мы просто не успели её поймать!!!

Говорил он, конечно, убедительно. Прямо первая премия на конкурсе актёрского мастерства любительских театров! Кажется, он и в самом деле не врал.

Вот только Барсик к подобным песнопениям был нечувствителен. Он плотоядно облизнулся и распахнул пасть с тремя рядами идеально заточенных зубов…

— А ну стоп! Ребята не хотели нас убивать. Они просто совершили очень большую ошибку. Но они её исправят и больше никогда не повторят. Верно я говорю?

— Да, господин Оскурит! Совершенно верно! — с готовностью закивали горе-учёные, осознавшие, что у них появился шанс на спасение.

— А ещё вы приведёте всё здесь в порядок, возьмёте вину на себя и возместите Академии нанесённый ущерб…

— Конечно, господин Оскурит! Будет сделано, господин Повелитель Тьмы!

Я поморщился. Пусть прозвище и грозное, мне оно совсем не нравилось.

— А ещё вы не будете перебирать с лестью и… Алина, есть что-то, что тебе не нравится делать?

— Мне не нравится быть дежурной по лаборатории! — с готовностью отозвалась вполне пришедшая в себя девушка. — Терпеть не могу убираться!

— Поздравляю, тебе больше не придётся это делать! Эти два чудных молодых человека будут убирать лабораторию за тебя на протяжении месяца. Нет, года… Да зачем мелочиться! Они будут убирать её за тебя так долго, как ты этого пожелаешь!

Парни затравленно переглянулись. Они понимали, что это был перебор, но выбирать им не приходилось.

— Хорошо, господин Оскурит! Сделаем всё, что пожелаете!

— Ну вот и хорошо. Можете приступать к уборке! А нам с Алиной нужно пошептаться…

Парни тут же с покорностью бросились, насколько это возможно, наводить в лаборатории марафет. Барсик ходил за ними по пятам, не спуская с них жадных красных глаз. Кажется, надеялся, что я передумаю и позволю устроить из них вкусный и сытный обед…

Мы с Алиной отошли в дальнюю часть лаборатории, спрятавшись за плотной зачарованной ширмой. Отсюда нас было не видно и не слышно.

— Так, а теперь рассказывай, какими ещё свойствами обладают камни…

Глава 34

— Ну, по правде говоря, я и сама узнала не так много… — потупила глаза Алина. — Ты бы знал, как сложно их исследовать! Ни один анализ даже близко не показывает, какими свойствами они могут обладать. Приходится исследовать опытным путём…

— Я тебя понял. Ты молодец и провела огромную работу! Серьёзно, Нобелевская премия точно твоя, — похвалил я зардевшуюся девушку. — Но что-то тебе ведь уже удалось узнать, верно? Вот давай с этого и начнём. Остальные камни испытаем позже.

Мой ровный тон подействовал на Алину успокаивающе. К ней вернулся прежний научный азарт, и она начала действовать также стремительно, как и раньше.

— Свойства фиолетового камня мы уже установили, — произнесла она, разглядывая тот камешек, который пару минут назад спас наши с ней жизни из цепких когтей Барсика. — Он способен подчинять волю чудовищ… Хотя, возможно, это и не совсем так…

— Что значит не совсем так?! — возмутился я. — Ты же сама видела, как с его помощью я за секунду превратил кровожадного монстра в послушного домашнего котика…

— С этим я не спорю. Но, вполне возможно, что его действие не ограничено только воздействием не монстров, — терпеливо пояснила Алина. — Я не исключаю, что он может воздействовать на обычных животных, а может даже на людей….

Мне захотелось ударить себя ладонью по лбу. Она же совершенно права! В отличие от меня, она видела картинку куда шире. Вот что значит научное мышление.

— Соглашусь. Нужно провести тесты и установить пределы воздействия.

— Возьму это на себя! — Алина жадно сверкнула глазами. — Исследую излучение всеми доступными способами, а затем приглашу несколько групп испытуемых…

Всё это звучало просто здорово. Но было и одно значительное «но».

— Ты же помнишь, что я просил тебя не распространяться о том, где именно я раздобыл эти камни. Если ты устроишь масштабные испытания, то тогда мой секрет станет известен всем. Мне бы этого совсем не хотелось…

— Я никогда ничего не забываю! — Алина насупилась и злобно на меня посмотрела. — Марк, не переживай. Твой секрет в безопасности! Опыты можешь оставить мне. Я знаю, как их проводить…

— А что тогда прикажешь делать мне? — Я улыбнулся. Она злилась так забавно, что было сложно удержаться от улыбки.

— Ты можешь придумать камню название, — мгновенно нашлась она.

Долго думать я не стал.

— Камень подчинения, разумеется. Пусть и немного в духе «Мститетелей», но зато великолепно отражает его суть!

Спорить Алина не стала. Только пожала плечами и переключилась на следующий камень.

— Тот камень, который я хотела тебе продемонстрировать, способен порождать огромную энергию и выстреливать ей на расстояние до 700 метров. Вот, смотри! — Алина снова достала чёрный камень с серебряными прожилками и щёлкнула кнопками на пульте управления. — Попробуй сам!

В этот раз всё сработало как нужно, и из стены выехал плотный металлический блок.

Я взял камень, выставил его перед собой и пустил немного силы. Камень тут же нагрелся, и из него выстрелил красный луч, ударивший в куб. Прошло, наверное, не больше двух секунд, а от куба осталась только расползшаяся по полу лужица.

— Мощно! — уважительно произнёс я, возвращая Алине камень. — Насколько он сильный по сравнению с артефактами?

— О, практически шестьдесят пять градов! — с восторгом в глазах ответила она.

— Градов? — я непонимающе на неё посмотрел.

— Марк, ну нельзя же быть таким тугодумом! Попытайся хоть иногда читать книжки, — возмутилась Алина. — Град — это единица измерения энергии!

— Да? А джоули тебя чем не устраивают? — припомнил я курс физики моего родного мира.

— Джоули — это единица измерения обычной энергии. А градами измеряют энергию артефактов. У неё совсем другая природа. Их так называют в честь великого учёного-первооткрывателя Павла Града, — с видом университетского профессора пояснила Алина. — Но, если серьёзно, я не до конца уверена, что град — это правильная единица измерения. Энергия Черноты немного отличается от стандартной…

— Тогда её можно измерять в ветрах, — улыбнулся я. — В честь тебя, Алины Ветровой.

Она зарделась и одарила меня самой счастливой улыбкой, что я когда-либо видел.

— Ой, ну ты скажешь тоже… Это твоя заслуга! Я просто изучаю то, что ты приносишь, — засмущалась она.

— Ну, без тебя бы я вообще не понял, с чем имею дело, — честно признался я и вернулся к делу. — Шестьдесят пять градов — это много?

— Очень! — кивнула она. — Самый мощный из известных артефактов способен излучать энергию до девяносто семи. Но он ужасно громоздкий, дорогой и сложный в изготовлении. А ещё его нужно очень долго перезаряжать.

— А этот камень нуждается в подзарядке?

— Мои приборы показывают, что нет. Потенциально, его энергия бесконечна. Но утверждать точно я пока не могу…

Я посмотрел на камень новыми глазами. Выходит, что в моих руках оказалось мощное самозарязающееся оружие. Причём очень лёгкое и портативное. И это не считая других неизученных свойств!

Такое чувство, как будто я выиграл джекпот…

— Буду называть его Камнем Разрушения!

— А не слишком пафосно? — покосилась на меня Алина. — Звучит как название из какой-то фэнтези-книжки! Совсем не научно…

— Так и технология у нас не обычная, а практически фантастичная. Так что название подходящее. К тому же зловещее… Чем ты ещё можешь меня порадовать?

— Кроме этого камня я успела изучить только один, — печально вздохнула девушка. — Но зато какой!

— Удиви меня!

Алина схватила бугристый жёлтый камень, самый мелкий из всех, что я принёс. По размеру он был примерно как мой кулак.

— Дай угадаю! Он стреляет лазером? Делает контролируемые взрывы? Вызывает цунами?

— Тебе лишь бы разрушать! Истинный Оскуритов, — фыркнула девушка. — Нет, всё куда интереснее. Смотри!

Она выпустила немного силы. Камень заискрился, и свет в лаборатории померк. Единственным источником света оставались только таблички «Выход», висящие над дверями и горящие приглушённым электрическим светом. Вместе со светом отключились приборы и перестали шуметь рассчитывавшие что-то компьютеры. Из-за ширмы раздались недовольные голоса парней-биологов.

Прошло несколько секунд, и всё снова было как прежде. Вернулся свет, компьютеры работали как ни в чём не бывало.

— Так… Он что, выводит из строя электрические приборы? Хотя нет, таблички же работали. Значит, дело в другом… Стоп! Он вырубает артефакты?!

— Да! Он прекращает действие всех артефактов! Вся наша лаборатория работает на них, — просияла Алина. — Боевые, защитные, научные, обыкновенные бытовые — он действует на все артефакты! По крайней мере, я пока не нашла исключений…

Я присвистнул.

— Алин, ты хоть представляешь, как это круто?! Получается, что все артефакты в мире, даже самые могущественные, для обладателя этого камня — так, пустяк, ничего не значащая фигня…

— Я бы на твоём месте так не радовалась, — Алина тяжело вздохнула. — Увы, но у камня есть недостатки…

Ну конечно, недостатки! Всё не может быть настолько хорошо.

— Площадь охвата и продолжительность воздействия?

— Иногда ты меня удивляешь, — удивлённо прошептала она, глядя на меня с уважением. Было видно, что она не ожидала, что я способен на сколько-нибудь адекватные научные предположения. — Так и есть! Эффект камня продолжается пять секунд. А охват составляет всего двести метров. Кроме того, после применения камень нельзя использовать порядка десяти минут. Ему требуется время на самоподзарядку…

Даже эта новость не омрачила мою радость. У всех, даже самых потрясающих вещей и явлений, есть свои ограничения. Не удивительно, что они оказались и у принесённого мной камня. К тому же они нисколько не умаляли его грандиозных свойств.

Шутка ли, с его помощью я мог на пять секунду вырубить любой, даже самый мощный, артефакт! Да за такую штуку все артефакторы, да что там артефакторы, все Благородные мира, будут готовы разодрать друг другу глотку!

Вот только я делиться камнем не собирался. Слишком он сильный и уникальный. Такой предмет глупо отдавать Богатырёвым. Куда логичнее пока подержать его у себя…

— В этот раз предлагаю тебе придумать название!

— Возможно, Камень Нуль-поля? — предложила Алина.

— Чего?! Это самое дурацкое название, что я слышал! Что ещё за Нуль-поле?

Про это понятие науки нового для меня мира я ничего не знал, и Алине снова пришлось пуститься в подробные пояснения.

— Нуль-поле — особая среда, в которой не работают артефакты. В мире всего несколько естественных Нуль-полей и единицы созданных искусственных, — начала объяснять она, но наткнулась на мой насмешливый взгляд.

— Тебе не кажется, что название слишком… ботанское?

— Ботанское?! Ну тогда что ты думаешь про Камень Отмены?! В твоём духе!

— А вот это уже отлично!

Дружески препираясь и подшучивая друг над другом, мы осмотрели ещё два камня. Алина сумела снять их энергетическое излучение, но понять их особые свойства не сумела.

Не смог этого сделать и я. Я их бил, швырял в стену, применял Дар и использовал Тьму — безрезультатно. В итоге мы пришли к выводу, что силы у них однозначно есть, но только активируются они каким-то другим образом.

На этом осмотр был завершён. Всего камней, которые я передал Алине, было пять. Свойства двух мы протестировали только что, а фиолетовый я уже проверил на Барсике. На что способны два других камня, пока оставалось неизвестно.

Ещё пять камней, точно таких же, были в моей сумке в гостинице. На этом всё. Больше из Чёрного дома, не считая простых и уже изученных предметов, я не принёс.

Хотя стоп!

Кое-что у меня всё же было…

Глава 35

— Этот камень я принёс из бывшего имения Оскуритовых. Сейчас там Чёрный дом, причём очень сильный, — произнёс я, доставая из рюкзака кроваво-красный камень, который буквально сумел увести из-под носа у Черноты и гиппопотамов. Утром пихнул его в рюкзак и за день практически о нём забыл. — Понятия не имею, на что он способен, но охраняли его будь здоров. Да я, честно говоря, не очень в курсе, как он вообще попал в мой рюкзак. Есть подозрение, что это произошло без моего участия…

— Ты ходил в имение Оскуритовых?! — вытаращила Алина, выхватывая камень из моих рук. — Зловещее место! Там всё плохо?

— Гораздо хуже, чем в остальных домах, — честно признался я. — Там на меня напали такие твари…

Но она меня уже не слушала. Схватив камень, она бросилась проводить над ним эксперименты. Брызнула на него пару капель какой-то щёлочи, и она испарилась, стоило ей соприкоснуться с совершенно холодной на ощупь поверхностью камня. Попыталась отпилить небольшой кусочек лазерной пилой — и хитрое устройство задымилось, выйдя из строя.

Тогда она попыталась запихнуть его в навороченный анализатор, специально изготовленный для Академии.

— Может не надо… — попытался я её предупредить, но юный гений науки была неумолима.

Стоит ли говорить, что анализатор вспыхнул в ту же секунду, стоило ей только нажать кнопку запуска.

— Ой, что я наделала… — всхлипнула она. — Что я теперь скажу профессору Понамарёву?…

— Что его сломали ботаники и их буйный питомец! — усмехнулся я.

Словно почувствовав, что о них говорят, за ширму как раз заглянули двое студентов и Барсик.

— Будет сделано, господин Оскурит, — без энтузиазма отозвались парни, когда я им кратко изложил, за что им ещё предстоит нести ответственность. — Мы на себя и так берём разгром всей лаборатории. Прибором меньше, прибором больше — нам теперь уже не важно…

— Похвальный настрой. Накосячили — исправляйте! — похвалил я их. — Кстати, парни, а зачем вы вообще притащили сюда Барсика? И где вы его достали? Я думал, что за пределами Чёрных домов обитают только самые слабые и безобидные монстры.

— Монстров в мире действительно не так много, — согласился со мной очкарик. — Но Лягушачья пантера — один из самых редких и сильных видов. У них непробиваемая шкура! Никто ещё не сумел разгадать её загадку…

Непробиваемая шкура! Ну, это я уже и сам успел понять. Встреча с Барсиком вообще многому меня научила. Если раньше я считал силу Людоеда и Тьмы практически абсолютной, способной вытащить меня из любой передряги, то теперь я знал, что это далеко не так. И кто знает, сколько ещё подобных сюрпризов ждёт меня в будущем!

Отправив парней заканчивать уборку, я повернулся к Алине. У меня оставался последний, но самый главный вопрос.

— Чернота захватила имение, принадлежащее мне по праву. А я, как ты успела понять, не привык делиться тем, что считаю своим. Отсюда вопрос. Есть ли способ очистить Чёрный дом?

— Марк, ты серьёзно? — Алина посмотрела на меня недоверчиво, как будто я спросил, умеет ли она летать.

— А я разве похож на шутника? — Я хмыкнул. — Что тебя удивляет?

— Что удивляет? Да то, что над этим вопросом бились лучшие учёные мира, и никто, даже настоящие гении, не сумел придумать, как это сделать! Неужели ты думаешь, что я, обычная девчонка, могу это сделать?!

С тем, что она с её интеллектом была «обыкновенной девчонкой», я очень сомневался. Но спорить не стал. Моим словам она не поверит и примет их за лесть. Тут нужно действовать по-другому…

— Я в курсе. Но ты забываешь об одном маленьком, но всё меняющем обстоятельстве.

— Это о каком? — она подозрительно прищурилась.

— В твоём распоряжении единственный человек в мире, который может войти в Чёрный дом и вернуться оттуда невредимым, — я обвёл себя руками, словно она могла не понять, кого я имею в виду. — И этот человек делал это уже три раза. Если остальные пытались как-то повлиять на Чёрный дом снаружи, то я могу воздействовать на него изнутри.

Алина задумалась. Теперь она понимала, каким огромным преимуществом мы с ней обладали. В отличие от всех остальных, мы могли не просто пытаться воздействовать на Чёрный дом снаружи. Нет, мы могли пробраться внутрь, в самую его сердцевину, и ударить по Черноте оттуда, откуда она не ожидает.

— Думаю, что это может сработать. Да раздери тебя Тьма, это отличный шанс! — Она вскочила с места так быстро, что я отшатнулся. — Марк, мы обязаны попытаться!

— Рад твоему энтузиазму. Но какие идеи у тебя сейчас есть?

— Пока никаких, — развела она руками. — Впрочем… Как думаешь, в Чёрном доме будут работать камеры и исследовательские приборы?

— Вероятно. Во всяком случае, я никаких аномалий не замечал, — задумался я. — Подожди, то есть ты хочешь, чтобы я пошёл туда с камерой и приборами и всё подробно изучил?

— Именно! — просияла Алина. — И не просто с камерой! Я буду с тобой, но только в твоём наушнике, подсказывать и объяснять. Возможно, тогда у нас может получиться…

Идея и в самом деле получалась любопытная. Алина предлагала не ломануться в Чёрный дом вслепую, а провести научную разведку. По мне, так весьма толковое решение!

— Только, Марк, у меня есть предложение… — робко произнесла она. — Давай начнём с малого? Ты сам сказал, что в имении Оскуритовых Чернота намного опаснее. Может, сначала попытаемся очистить обыкновенный Чёрный дом?

— Да хоть какой! Главное начать!

На этом мы с ней и порешили. На эмоциях Алина бросилась мне на шею.

И именно в эту минуту за ширму заглянул Максим Богатырёв.

Артефактор был одет в шикарный костюм, а в руках у него был роскошный букет цветов. При виде нас и Максим и букет сразу же повяли.

Вот же блин! Всей Академии было известно, что Максим Богатырёв неровно дышит к Алине. И надо же ему было зайти именно в такой неподходящий момент!

— П-простите… — пробормотал он и попытался ретироваться, когда я буквально поймал его за шкирку.

Ситуация получалась как в мыльной мелодраме. И её нужно было решать как можно быстрее.

— А ну стоп! Уйдёшь и совершишь ошибку!

— Я просто не хочу вам мешать… — не глядя мне в глаза, забормотал артефактор. Его заметно трясло от злости.

— Да было бы чему мешать! Мы с Алиной празднуем большое научное открытие. Ещё немного, и она будет претендовать на Нобелевскую премию!

— Да? — с облегчением выдохнул Максим. — А я уже подумал…

— А не надо думать! Это вредно для здоровья.

— Да и вообще, какая разница, чем мы тут занимаемся! Это наше с Марком дело! — попыталась высказать своё мнение Алина.

За спиной Максима я сделал большие глаза и беззвучно прошептал «Приглядись к парню. Он нормальный!».

Чувствовал я себя при этом самым тупым образом. Вот серьёзно, я привык сражаться и решать серьёзные вопросы, а тут оказался в роли какой-то свахи из дешёвого ТВ-шоу!

Кажется, я в этой роли оказался весьма успешен, потому что Алина миролюбиво взглянула на Максима и протянула руку.

— Ладно, давай твои цветы. Красивый букет…

— Ой, держи! Сейчас, подожди, я сбегаю за вазой… — пробормотал счастливый влюблённый и умчался куда-то внутрь лаборатории.

Я же, пользуясь его отсутствием, собрал все камни и запихал их в сумку Алины. Себе я оставил только уникальный кроваво-красный с неизвестными свойствами.

— Это тебе для изучения. И не думай сопротивляться! У меня есть вторые экземпляры. Ничего не говори Максиму. Да и вообще никому ни слова! Это вопрос жизни и смерти…

Когда Богатырёв вернулся с вазой, мы с Алиной вели себя так, как будто ровным счётом ничего не произошло.

— Кстати, я решил снова пойти в Чёрный дом, — как бы между делом произнёс я.

— Что, правда?! — Максим не сумел сдержать радости. — Когда?

— Думаю, мне нужна пара дней на полное восстановление.

— Отлично! Нам как раз скоро понадобятся новые предметы…

— Кстати, а когда вы планируете выпустить артефакты на рынок? — как бы между делом спросил я его.

— Буквально сегодня или завтра. Ух, я уверен, это будет настоящий взрыв!

Я улыбнулся. В этом был весь Максим, простой и открытый. Скрывать информацию и занижать цену он совсем не умел. Каждым своим словом он подтверждал их с дедом потребность в моих артефактах.

А, следовательно, поднимал и цену моих услуг.

Больше мы на эту тему не говорили. Немного обсудили занятия, Чёрные дома и Вечер Первокурсников, и я оставил их одних. Чем Тьма не шутит, возможно, у ребят и вправду получатся нормальные отношения…

Неудачливые биологи всё ещё пытались привести лабораторию в сколько-нибудь приемлемое состояние. Рядом с ними на цепи сидел Барсик. Меня все трое проводили напряжёнными взглядами. Уверен, что встречу с Марком Оскуритовым они запомнят надолго!

Выходя из Академии, я посмотрел на часы. Семь вечера. Самое время ехать домой, ужинать и отдыхать, но у меня впереди было занятие с Морозовой. И я совсем не собирался его пропускать. Мне нужно было развивать свой Дар, иначе я рисковал оконфузиться в самый ответственный момент или, что было куда хуже, потерять контроль над собой, позволив влиянию Тьмы полностью меня поработить. А этого я, разумеется, хотел меньше всего.

Рядом с Академией располагался ресторан «Вкус». Элитное местечко с супервысокими ценами. Обычно я такой пафос не люблю, но в этот раз не сумел отказать себе в удовольствии.

— Я сяду здесь? — спросил я официанта, заглядывая в уютный уединённый уголок.

— Нет-нет, это место забронировано за тремя знатными господами! Они будут очень недовольны, если кто-то займёт их место, — всполошился официант. — Пожалуйста, лучше присядьте здесь.

Меня усадили за удобный столик. Ужин оказался недешёвым, но весьма вкусным.

Полчаса спустя я уже ехал по адресу, который мне дала Морозова.

Оказалось, что она обитает в приличном трёхэтажном особняке, окружённом цветущим яблоневым садом. Учитывая, что и район был неплохой, я мог сделать вывод, что в деньгах она точно не нуждается.

Стоило мне один раз ударить в дверь, как она тут же распахнулась. На пороге возникла сама хозяйка дома. В отличие от Академии, здесь она не была ограничена строгими правилами. Поэтому одета она была вызывающе — обтягивающие кожаные брюки и свободную рубашку с настолько открытым декольте, что я натурально завис, напрочь забыв хотя бы поздороваться.

Хм, а вечер начинается вполне себе интересно!

Увы, но я даже не представлял, что меня ждёт…

Глава 36

— Увидел что-то интересное? — с ухмылкой поинтересовалась Морозова спустя несколько секунд молчаливой сцены.

— Ой… — опомнился я. До меня только сейчас дошло, что всё это время я стоял в дверях, жадно разглядывая её точёную фигуру. — Привет! Просто я задумался…

— Да я уже поняла, о чём ты задумался! — Морозова откровенно надо мной издевалась, но, судя по всему, даже не думала злиться. Только одёрнула рубашку, скрывая всё самое откровенное. — Честно говоря, я была уверена, что ты передумаешь. Очень рада тебя видеть!

Она завела меня внутрь. Обстановка была шикарной. Не безобразно кричащей, как часто бывает в домах Благородных, а сдержанно богатой. Вкус у неё точно есть!

— Ты одна здесь живёшь? — как бы невзначай поинтересовался я, пока она вела меня по извилистым коридорам.

— Это фамильный дом моей семьи. Раньше здесь было много людей. Но сейчас я живу здесь одна, — лаконично отозвалась Морозова. — И да, ты прав, в деньгах я не нуждаюсь, и в Академии преподаю не ради зарплаты, а только потому, что мне нравится моя работа.

— Но я же ничего не сказал!

— Если хочешь, то могу принести тебе зеркало, — она саркастически ухмыльнулась. — У тебя всё на лице написано!

Мы перебросились ещё парой фраз, и атмосфера окончательно стала дружеской. Откровенно говоря, ничто не напоминало, что она была моим преподавателем. Ощущение было такое, как будто я разговариваю с однокурсницей. Причём с однокурсницей, с которой у меня очевидное сексуальное притяжение…

Так, Марк, прочь пошлые мысли! Ты здесь по вполне конкретному делу!

Мы вышли в просторное помещение, обитое дубовыми панелями с начертанными на них Рунами. Пол был устлан мягкими матами. В воздухе витал едва ощутимый аромат магии.

— Это моя святая святых. Моё убежище и место для размышлений и уединения, — пояснила Морозова. — Проще говоря, это мой тренажёрный зал.

— Что-то я не вижу здесь тренажёров.

— Потому что мои тренировки не связаны с мышцами. Я развиваю Дар! И я в этом вполне преуспела.

В дальнем углу я заметил висящую на стене старую грамоту «За первое место в Императорском Турнире по владению Даром». Ого! А насчёт успеха она не шутит. Победа в Императорском Турнире — это достижение такого же порядка, как в моём мире победа на Олимпийских играх.

Одно сказать можно точно — с учителем мне повезло.

— Прежде чем мы начнём, я хотела бы увидеть, чему ты уже успел научиться, — произнесла она, становясь в середине зала. — Просто покажи все освоенные тобой техники. Даже те, что связаны с усилением тела. Не переживай, я достаточно опытна и увижу все движения твоего Дара.

— Да без проблем!

Обычно Благородные избегали раскрывать все свои умения кому-то за пределами Рода. Но я решил не стесняться. Татьяна Анатольевна была моим союзником и преподавателем. Что-то от неё скрывать не имело смысла.

Для начала я усилил тело и немного побегал, демонстрируя, как сильно я прибавил в скорости. Морозова кивнула, жестом предложив двигаться дальше. Тогда я встал в стойку и продемонстрировал Толчок. Затем я напитал энергией кулаки и сделал несколько пробных ударов по стенам. Они загудели — если бы не Рунная защита, то я оставил бы в них глубокие вмятины.

— Эй, осторожнее! Не хватало только делать после тебя ремонт, — одёрнула меня Морозова, но выглядела она при этом довольной. — С усилением у тебя проблем нет. Энергия циркулирует исправно, препятствий нет. Ты умеешь направлять силу в неодушевлённые предметы?

— Да! Я умею усиливать фамильный меч, Людоед.

Морозова взмахнула рукой, предлагая мне продемонстрировать навыки.

Я вытащил меч и направил в него силу. Людоед тихо загудел. Я подошёл к стоящему в углу чурбану и нанёс лёгкий удар.

Чурбан треснул, разлетевшись на куски.

— Хм, а это и вправду неплохо, — уважительно кивнула Морозова. — Но всё-таки это самый простой приём. Да и меч тебе подыгрывает…

— Подыгрывает? Это как?

— А ты не заметил? — лукаво улыбнулась она. — Марк, ты же сам сказал, что это фамильный меч. Значит, он настроен на генетику Оскуритовых. Да я отсюда чувствую его вибрации!

Я посмотрел на меч и послал в него лёгкий импульс силы. Спустя мгновение импульс вернулся тёплой волной. Хм, наверное она права…

— Ладно, хватит детских игр! — Морозова хлопнула в ладоши. — Я хочу увидеть настоящие техники!

Мне хотелось произвести на неё впечатление. Я вспомнил, что всего пару часов назад во время сражения с Барсиком сумел приманить фиолетовый камень. Может, получится и теперь?

Выставив перед собой руку, я направил в неё Дар, представив, как в ней оказывается лежащее в углу полотенце. Несколько секунд ожидания, и полотенце послушно скользнуло в мою ладонь.

Отлично! Значит, навык телекинеза можно добавить в список моих достижений.

— Полная ерунда! — вынесла свой вердикт Морозова. — Элементарный навык, которым владеют даже дети!

— Вообще-то он сегодня спас мне жизнь!

— Это потому, что ты не владеешь другими техниками, — резонно возразила она. — Ты можешь что-нибудь ещё?

— Поцелуй боли. Весьма болезненная семейная техника…

— Я знаю, что такое Поцелуй боли! — жёстко оборвала она меня. — Можешь что-то более существенное?

Мне было неприятно сознаваться, но я должен был сказать правду.

— Да, честно говоря, если не прибегать к Тёмным техникам, то, пожалуй, и всё…

Морозова посмотрела на меня таким взглядом, с каким состоятельный гражданин смотрит на просящего милостыню калеку.

— Ох, Марк, это просто ужасно… Я в жизни не видела, чтобы Одарённый твоего возраста так плохо владел своей силой! Это отвратительно! Нам предстоит чудовищно много работы…

Я и без неё знал, что дела с владением Даром у меня обстоят так себе. Настоящий Марк ещё до моего попадания в это тело его не развивал, а сам я за считанные дни, что пробыл в этом мире, не успел достичь сколько-нибудь выдающихся высот.

Но чтобы называть мои навыки отвратительными… Кажется, это было чересчур!

— Эй, ну не может же всё быть настолько ужасно! Уверен, что вы видели и куда хуже…

— Хуже? О нет, Марк, поверь, что хуже я не видела! — Морозова расхохоталась мне в лицо. — Нет, конечно, если ты говоришь о несчастных забитых Одарённых, которые обладают крошечной искрой Дара и вынуждены всю жизнь прозябать на тринадцатом или четырнадцатом Ранге, то да, я видела и куда хуже. Но у тебя же огромный потенциал! Сила поколений струится по твоим жилам. А ты не способен сделать с ней хоть что-то кроме самых простых, элементарных приёмов, которыми владеют даже пятилетние дети! Настоящий позор для 9 Ранга!

Я удивлённо на неё посмотрел.

— Для какого Ранга?!

— Кто-то очень редко проверяет свои способности! — Морозова фыркнула. — Марк, за собой и своим развитием нужно внимательно следить! Иначе рискуешь всю жизнь проторчать на одном месте…

Её слова я пропустил мимо ушей. Я думал.

В последний раз, когда мы с Альфредом замеряли мой Ранг, он равнялся 10. Это было после моего визита во второй Чёрный дом. Тогда Ранг скаканул на целых два показателя. Мы связали это с воздействием Черноты и впитанной мной силой убитых в доме монстров.

Но только после этого я не убивал чудовищ! Жизненной энергии, спровоцировавшей рост Ранга, просто неоткуда было взяться.

Хотя…

После этого я много сражался и использовал Дар в самых экстремальных ситуациях. Такая тренировка не могла остаться незамеченной. А самое главное — я побывал в захваченной Чернотой фамильной резиденции Оскуритовых! Там была бешеная энергетика. И вполне возможно, она так велика, что мне не понадобилось даже убивать местных чудовищ!

Кажется, я открыл самый халявный способ прокачки на свете…

Из мыслей меня вывел щелчок по носу.

— Земля вызывает Марка! — с усмешкой прокричала она мне на ухо. — Не спи! Сила у тебя есть, это факт. Теперь же пришло время дать тебе немного навыков. Это не просто сделает тебя сильнее, но и в следующий раз поможет сдержать рвущуюся из тебя Тьму…

Мы приступили к тренировкам. Я ожидал, что они будут похожи на тренировки из спортивных боевиков, которые я десятками смотрел в детстве. Мудрый учитель, тяжёлое испытание, ученик, мужественно преодолевающий немыслимые трудности…

Всё это были мои мечты. Реальности же удалось меня удивить.

Глава 37

Тренировка началась совсем не так, как я ожидал.

Вместо освоения реальных навыков Морозова заставила меня рассесться в позе лотоса, закрыть глаза и сосредоточиться на текущем по венам Даре.

— Банальная медитация?! — Я скорчил страдальческую рожу. — Не могла придумать что-нибудь поинтереснее?! Мне её и в Академии хватило. Сама помнишь, что случилось в прошлый раз, — я вызвал Тени, которые едва не растерзали весь курс!

— Банальный тут только ты! — рявкнула она, и я почувствовал на коже обжигающую мощь её Дара. — Медитация — лучший способ для развития Дара и регулирования контроля над ним. Но кое в чём ты прав. С обычной медитацией у тебя большие проблемы. Тьма внутри сильнее твоего разума. К тому же это слишком долго. Мы найдём способ попроще…

— Это какой? — я подозрительно на неё посмотрел.

Отвечать она не стала. Топнула ногой, и рядом с нами из воздуха материализовалась странная конструкция. Множество мечей, топоров, острых лезвий, установленных на деревянных горизонтальных панелях, расположенных полукругом. А в середине — крошечный пятачок со стоящим на нём диском вроде тех, на которых в фитнес-клубах на Земле проводят занятия по укреплению вестибулярного аппарата.

— Эх, столько лет его не видела… На нём ещё меня учили! — ностальгически вздохнула Морозова. — А ну полезай внутрь!

Я пригляделся и заметил на стенах устройства следы засохшей крови.

— Ты уверена? У меня нет ни малейшего желания это делать. Там вообще-то кровь!

— Конечно, кровь! Моя. Я же говорю, что это устройство использовали для моего обучения! — снова рявкнула она. — Ты что, боишься боли? Ты же воин! Боль — лучший способ достичь выдающихся результатов. Немного терпения — и ты сможешь достичь таких высот, о которых другие не смеют и мечтать!

Я вздохнул. Травмироваться, конечно, не хотелось. Но кое в чём она была права. Мне требовались быстрые результаты. От этого зависела моя жизнь. К тому же неужели меня сможет напугать какая-то деревяшка?!

Я протиснулся между панелями и кое-как устроился на диске. Сидеть на нём было неудобно. Да что там неудобно. По-настоящему невозможно! Первая же попытка на нём разместиться закончилась тем, что я почти напоролся на торчащий из деревянной панели меч.

После этого я использовал немного Дара. Вес тут же распределился сам собой, и я устроился немного удобнее.

— А теперь самое интересное! — с видом заправского маньяка усмехнулась Морозова. — И помни — ни в коем случае не шевелись!

— Почему? — спросил я, когда всё и так стало понятно.

Мечи и топоры вокруг меня пришли в движение. Панели крутились как в какой-то извращённой карусели. Лезвия удлинялись и становились совсем короткими, переезжали по панелям, изменяя высоту, менялись, искажая свои черты. И каждое норовило меня задеть!

Подобного я не ожидал. Потеряв концентрацию, немного отклонился и тут же получил в правую руку болезненный тычок копья. Рана была поверхностной, но неприятной.

— Блин!

— Это ещё низкая скорость! Могло и руку отхватить! — рассмеялась Морозова.

Я снова попытался сконцентрироваться. Закрыл глаза, призвал Дар. Если что-то и может помочь мне сохранить равновесие, то только он!

План сработал, всё получилось. Я был недвижим, словно камень.

Но не больше двух минут.

Я снова отклонился и сполз с проклятущего диска. В ту же секунду бедро прорезал топор, а по груди полоснул меч.

— Выключи эту штуку! — проорал я, стараясь не шевелиться. У самых глаз пронеслось копьё. Избежать столкновения с ним удалось лишь чудом.

— Нет! Я выключу её, только когда пойму, что ты достиг необходимого уровня! — прокричал в ответ Морозова.

От злости я заскрежетал зубами, но постарался успокоиться. Так, думаем логически. Я в плену психички, балансирую на долбанутом диске, а вокруг меня носятся смертельно опасные лезвия. Ситуация, буквально угрожающая моей жизни!

Я попытался использовать Дар или призвать силу Тьмы, но всё было тщетно. Отвлёкшись, тут же потерял концентрацию и получил ещё несколько новых царапков. И это с учётом того, что у меня ещё старые не успели зажить!

Похоже, что выход и вправду один — сконцентрироваться…

Раны кровоточили, но на помощь, как и всегда, пришёл Жижик. Он заскользил по телу, останавливая кровь. В каждой ранке он оставлял крохотную частичку себя, так что скоро кусочки моей верной кляксы покрывали всё тело. Они лечили и охлаждали воспалённую кожу, позволяя мне сосредоточиться на тренировке.

Я же старался изо всех сил. Диск ускользал и мне приходилось постоянно напрягаться, чтобы хоть как-то оставаться в вертикальном положении. Даже с учётом Дара это было чудовищно тяжело!

А потом я понял. Морозова же сама сказала, что тренировка Дара — это не тренировка мышц. Мои физические возможности и вообще моё тело ничего не значат! Дар — вот что имеет значение…

Я позволил силе растечься по организму, охватить каждую клетку. Она была везде, наполняла меня и успокаивала. Боль, неудобство, затёкшие ноги и в конец одеревеневшая задница — всё это перестало существовать.

Были только я и мой Дар. Мира вокруг не существовало…

Именно поэтому я не сразу почувствовал, что сумасшедшая карусель закончилась, и что надо мной склонилась Морозова, которая трясёт меня за плечо.

— Марк, очнись! Очнись!!!

— Что… Что происходит?! — пробормотал я, с трудом поднимаясь на ноги.

— Ты молодец! Ты сумел погрузиться в силу и подчинить её себе! — торжествующе улыбнулась Морозова. — Потрясающий результат для первого занятия!

Я посмотрел на висящие на стене часы. Десять вечера. Охренеть! Да я просидел тут почти три часа без единого движения! Ещё этого и не заметил. На такой результат я даже не рассчитывал!

А ещё я чувствовал в себе изменения. Дар, как и прежде, наполнял меня. Но теперь он был не хаотичным океаном, захлёстывающим меня с головой, а контролируемым потоком.

Судя по удовлетворённому взгляду, которым меня окинула Морозова, она это тоже почувствовала.

— А теперь пришло время для настоящей тренировки!

Сил удивляться или сопротивляться не было. Я был выжат как лимон. Но при этом было такое ощущение, как будто сила, настоящая сила, совсем рядом, стоит только протянуть руку. И я был намерен её получить!

Следующий час я под руководством Морозовой провёл в постоянных упражнениях. Сложные пассы руками, долгие статичные позы, в которых я должен был сохранять равновесие, тренировки на внимание и концентрацию — оттачивание навыков владения Даром было чертовски скучным и монотонным. Нет, конечно, я и не ожидал пламени, искр и невероятного шоу, но всё-таки обучение магии могло быть и поинтереснее…

Зато спустя примерно три часа я обзавёлся парочкой новых навыков. Теперь я мог не просто перераспределять энергию, но научился направлять её за пределы собственного тела. Выглядело это как небольшие шары белого света, которые возникали в моей ладони.

— Отлично! А теперь швырни его в стену! — велела Морозова, когда мне удалось создать свой первый шар.

Я размахнулся и запустил его в заданном направлении. Шар полетел необыкновенно быстро, а, соприкоснувшись со стеной, взорвался. Причём взорвался весьма нехило!

Кажется, я только что вдобавок к Камню Уничтожения обзавёлся ещё одним оружием поражения…

— Так, а теперь будем развивать меткость, — предложила Морозова и мелом нанесла на один из покрывающих стену матов отметку. — Попробуй перераспределить энергию, соединив зрительный нерв, мышцы руки и сам шар. Это позволит тебе разить, не промахиваясь.

Я попробовал, но получилось так себе. Шары вообще меня не особо слушались и летели куда хотели. В прежней жизни я не отличался особой меткостью, но сейчас всё было даже хуже, чем раньше. У шаров как будто была своя воля и они летели куда угодно, но только не куда я хочу.

— Стоит признать: я — мазила! — подвёл я итог после нескольких безуспешных попыток.

— Не стоит делать поспешных выводов, — не согласилась Морозова. — Для первого занятия ты держишься отлично!

Я уже едва стоял на ногах, но мой сумасшедший сенсэй решила, что я никак не смогу обойтись без ещё одного навыка.

Битый час она учила меня вытаскивать энергию и формировать из неё тугие щупальца вроде тех, что использовала в бою против меня Хельга. Теоретически, они должны были работать как очень гибкие и прочные хлысты, но в моём исполнении они скорее напоминали слабые стебельки какого-то полудохлого растения, рассыпающиеся при малейшем контакте с материальными объектами.

Я пробовал десятки раз, и только когда стало очевидно, что все остатки моих сил уходят на то, чтобы просто не терять сознание, Морозова решила завершить занятие.

— Если хочешь, можешь остаться ночевать у меня, — предложила она.

— Остаться ночевать у сексуальной женщины? О, что может быть лучше! — Я потратил остатки сил на неудачную шутку и тут же получил ощутимый тычок силой, после которого всё-таки не удержался и распластался на полу.

— Никаких намёков, Оскуритов! Между нами сугубо деловые отношения. Тренируя тебя, я вообще-то спасаю твою жизнь и жизни остальных людей, которым может навредить скрытая в тебе Тьма! — прогремела она, страшно сверкая глазами.

— Да понял я, понял… Просто шутка! — успокоил я её и отправился домой.

В гостинице меня встретил встревоженный Альфред. В течение вечера я несколько раз отправлял ему успокаивающие смс-ки, сообщая, что со мной всё в порядке, но он всё равно продолжал волноваться.

Выслушав от него короткий отчёт о том, что никаких происшествий в моё отсутствие не было, я, кое-как стянув одежду, наконец-то добрался до номера и плюхнулся лицом в подушку.

Время СПАТЬ!!!

Но, как и всегда, выспаться не удалось.

Спустя пару часов я услышал рядом тихие шаги. Судя по очертаниям фигуры, чьё лицо скрывал капюшон толстовки, это точно был не Альфред.

Я потянулся к лежащему в изголовье кровати Людоеду и приготовился атаковать…

Глава 38

Меч послушно лёг в ладонь, по телу заструилась сила. Одним рывком я вскочил на ноги, прижимая Людоеда к шее ночного вторженца.

— Кто ты и что тебе нужно?! Дёрнешься — и я отрублю твою поганую башку!!!

Я ожидал многого. Попытки сопротивляться, мощной атаки Даром, подлого удара кинжалом… Да чего угодно из того, что обычно делают люди, застигнутые за проникновением в чужой гостиничный номер!

Но таинственная фигура сумела удивить.

Из-под непроницаемого капюшона донёсся задорный смех.

— Вот такие у нас с тобой теперь будут игры, да? Вполне в духе Оскуритовых! Признаться, я всегда мечтала о парне, который будет со мной пожёстче…

Этот голос я не мог ни с чем перепутать.

— Анастасия!

— А ты ждал кого-то ещё? — кокетливо спросил голос, и фигура сняла капюшон.

Это и в самом деле оказалась Анастасия собственной персоной. Как всегда красивая и с горящими хитрецой глазами.

Я отступил назад, откладывая меч в сторону.

— Ты что здесь делаешь?!

— Пришла тебя проведать, — обезоруживающе улыбнулась она.

— Ночью?!

— А разве тебя можно застать в другое время? Ты же такой деловой и вечно где-то шляешься!

Стоило признать, она была права. Я не из тех людей, кого легко застать на одном месте.

— Ну а крадёшься зачем? Я же парень буйный, сначала могу полоснуть мечом, и только потом начать разбираться что оно и как…

— Хотела сделать сюрприз. А то, что ты буйный, мне наоборот очень нравится. Люблю ходить по лезвию меча…

Произнеся это, она шагнула вперёд и страстно меня поцеловала. Сопротивляться я, разумеется, не стал. Наоборот, я набросился на неё с такой жадностью, которой позавидовал бы голодавший месяц лев, заметивший в прериях беспечную антилопу.

Что произошло дальше, рассказывать не имеет смысла. Все всё прекрасно понимают. В этом деле принцип простой — чем меньше слов и больше дела, тем лучше…

Наша встреча была бурной, а после мы оба мгновенно заснули.

В себя я пришёл только когда моего лица коснулся наиболее наглый лучик Солнца. Я повернулся, чтобы обнять Анастасию, но её на месте уже не оказалось.

Сначала я и вовсе подумал, что мне всё это приснилось, но вовремя заметил оставленную на тумбочке записку, написанную красивым летящим почерком.

«Было здорово. Скоро надеюсь повторить.».

Я улыбнулся и только сейчас обратил внимание на необычную подпись внизу записку. Там было всего три буквы.

ААП.

Что это такое? Инициалы? Скорее всего, да. Первая А — это наверняка Анастасия, а вот что значат остальные буквы, я не имел ни малейшего представления…

— Господин, вы уже проснулись? — сунулся в мою комнату Альфред. — Госпожа Анастасия уже ушла?

— А, так ты, значит, в курсе, что она была здесь? Признавайся, подглядывал? Старый ты извращенец!

— Подглядывать за господами в моменты их уединения — поступок, недостойный истинного слуги! — гордо выпятил грудь Альфред и хитро улыбнулся. — К тому же и подглядывать не требовалось… Вы так шумели, что о ваших ночных приключениях наверняка знает весь отель!

— Да пусть знают! Мне не жалко… — фыркнул я.

Воспоминания о прошедшей ночи были исключительно приятные, и переживать из-за чего-то я не собирался. Хотя меня, конечно, немного напрягало то, что Анастасия ушла, не дождавшись утра. Но я мог её понять. Сам бы поступил точно также…

Погрузившись в мысли, я подошёл к окну и распахнул шторы. Этаж у меня был высоким, а открывавшийся вид красивым. Хотелось полюбоваться утренним городом.

Стоило мне это сделать, как в окно ровно в том месте, где находилась моя голова, влетел здоровенный булыжник.

Попади такой камешек размером с маленький арбуз мне в голову, и Род Оскуритовых можно было бы официально считать прервавшимся навсегда…

Мне повезло, и зачарованное окно отразило булыжник. На стекле не осталось даже крохотного царапка. Можно сказать, я отделался лёгким испугом.

— Сдохни, Оскурит!!! Чтоб тебя и твоего поганого камердинера сожрали драконы!!! — раздался громкий, усиленный Даром голос.

Я пригляделся и увидел молодого парня, стоящего на крыше соседнего здания. У его ног лежала целая горка булыжников, братьев-близнецов того камня, что едва не лишил меня жизни.

Здание находилось метрах в пятидесяти от моего окна. Но приличное расстояние парня совсем не смущало. Он легко, одной рукой, подхватил очередной камень и также метко, как и предыдущий, запустил его в окно.

Удар был точным, но его снова отразила защита отеля. Парень же потянулся за третьим камнем. Кажется, предыдущие неудачи его ничему не научили.

— Альфред, что это за псих? — спросил я, поворачиваясь к камердинеру.

— Не могу знать, господин, — ответил Альфред. Он выглядел таким же удивлённым, как и я сам.

Обсудить происходящее мы не успели, потому что в дверь постучали.

— Обслуживание номеров! — объявил противный девичий голосок.

— Так, надеюсь, что персонал отеля сумеет мне пояснить, что здесь происходит!

Я рывком распахнул дверь… и едва успел увернуться от вылитой мне в лицо краски! Если бы не усиленные Даром реакции, я ни за что бы не успел увернуться.

— Блин… Промахнулась! — провыла стоящая на пороге девчонка лет максимум восемнадцати, одетая в костюм горничной. В руках она сжимала пустое ведро с краской.

— Ничего, сейчас мы тебе поможем! — прокричал бодрый юный голос, и из-за поворота выбежали ещё двое парней и одна девчонка. В руках они сжимали по ведру краски и обездвиживающему артефакту.

В их намерениях сомневаться не приходилось. Малолетние оболтусы собирались сначала меня обездвижить, а затем облить краской.

Вот только зачем? В их действиях не было никакой логики!

— А ну стоять! — рявкнул я, вкладывая в голос Дар.

Окрик подействовал. Парни остановились, но девчонка продолжала медленно идти. Она была Одарённой и могла сопротивляться моему воздействию.

Девчонка вскинула руку, направляя в меня заряд концентрированной энергии. Увернуться я не успел, а защитный артефакт остался в номере. Энергия ударила меня в грудь и отбросила на стену.

Разрази меня драконы, а она сильная!

— Приготовься платить за свои грехи, Оскурит! — проревела она и бросилась на меня, размахивая ведром с краской.

Времени на размышления не было, да и проигрывать этой юной амазонке совсем не хотелось.

Я напитал себя силой и кинулся ей навстречу. На ходу ухватил её за ведро и легко дёрнул на себя. Этого оказалось достаточно, и девчонка потеряла равновесие, растянувшись на полу. Ведро отлетело в одного из пришедших с ней парней, забрызгав его красной краской с головы до пяток. Выглядел он при этом как вампир, дорвавшийся до стратегических запасов крови. Краска у него разве что из у шей не текла!

— Ой, Серёжа, прости… — пробормотала девчонка. — Сейчас я этого Оскурита в бараний рог скручу!

Пока она готовилась меня атаковать, я собрал энергию и надавил на её волю сильнее обычного. Теперь она была обездвижена также, как и остальные. Боевой огонёк в её глазах потух, сражаться ей больше не хотелось.

Я перевёл дыхание. А короткие стычки отлично бодрят по утрам! Вот только думать о всяких глупостях мне сейчас было некогда. Надо понять, что эта бравая компашка от меня хотела.

— Так, ребятки… А ну-ка потрудитесь мне объяснить, какого хрена здесь происходит?!

— Мы пришли вас покарать! — смело объявил один из парней, рыжий и высокий, как шпала. — Жандармерия не может, так мы, простой народ, возьмём справедливость в свои руки!

— Да-да! Если вы Оскурит, то это не значит, что вы имеете право убивать невинных! Все должны быть равны перед законом!!! — подхватили остальные.

— Так, а ну-ка стоп! — я повысил голос, и они тут же успокоились. — Ребята, а чего вы сейчас-то всполошились? Я так-то уже давно вернулся в, скажем так, активную социальную жизнь. Учусь в Академии, хожу по улицам, не скрываю место жительства… Чего вы вдруг сейчас ко мне заявились?!

— Ну так как… — компания как-то сразу смешалась. — Вы же продолжаете совершать злодейства! Убиваете людей, угрожаете другим аристократам и Императору…

Информация, мягко говоря, была для меня в новинку.

— Да? И с чего, позвольте узнать, вы это решили?!

— А вы что, не в курсе?! Мы статью читали, мы всё знаем! — заявил рыжий.

— Статью? — Я насторожился. — Что ты имеешь в виду?

— Ещё не читали? У меня как раз есть экземплярчик…

Я подошёл к пацану, вырвал из заднего кармана его джинс газету и быстро пробежал глазами по первой полосе. Альфред навис над моим плечом, тоже погрузившись в текст.

Твою ж мать… Такого я не ожидал!

Глава 39

Я не поклонник жёлтых изданий и всегда считал, что они пишут чушь. «Столичная правда» и напечатанная в ней статья за авторством некого Терентьева полностью подтвердили моё мнение.

В ней подробно, с кучей выдуманных деталей описывалось, как я, чудовищный Оскурит, в одиночку спланировал и провернул нападение на Благородных во время Вечера Первокурсников. А затем, когда смелые и мужественные аристократы отразили атаку, так разозлился, что в собственном номере прикончил двоих ни в чём не повинных людей.

При этом статью украшала моя фотография. На ней я выглядел настоящим монстром. Измождённое лицо, красные глаза, недобрый взгляд… Так я выгляжу только спросонья!

— Твою за ногу! Я помню, когда сделали эту фотографию! На следующее утро после нападения на Академию я столкнулся в зале с журналюгами. Двоих я поймал, а вот третий умудрился смотаться…

— Рискну предположить, господин, что эти фотографии он продал очень удачно, — прошипел Альфред. — Вот же, простите меня, твари! Наговаривают на вас, Светлейшего Князя!

— И не только. Тут и про тебя есть! Вот, смотри. «В своих преступлениях Оскурит не одинок. Во всех его кровавых и подлых злодеяниях он находит опору и поддержку в верном слуге, Альфреде Винклере. Этот профессиональный камердинер известен своей безжалостностью, а также великолепной воинской подготовкой, которую прошёл в тренировочном лагере Тёмного Легиона, и длинным кровавым следом из невинных жертв. Вдвоём эта пара составляет неповторимый криминальный дуэт. Все их преступления, в частности, организованное нападение на Вечере Первокурсников и убийство двоих невинных в номере отеля покрывается высокопоставленными представителями жандармерии»…

От такого текста я мог только фыркнуть. А вот мой камердинер отреагировал немного более бурно.

— Кровавый след из невинных жертв?! — сверкнул глазами Альфред. — Не могли придумать что-нибудь получше! Ни один убитый мной человек не был невинным. Все хотели убить меня или моего господина и заслужили свою участь!

Меня же заинтересовало другое.

— Альфред, а что это за Тёмный Легион? Ты об этом ничего не говорил…

Совершенно внезапно камердинер смутился.

— Господин, это совершенно не важно. Имеют значение только те последствия, что вызвала эта статья!

В этом он был прав. В самом деле, эта паршивая статейка существенно отбрасывала меня. За последние дни я как мог работал над формированием адекватного имиджа. А теперь вся страна снова, ещё сильнее, чем прежде, считала меня чудовищем.

И в лице этих ребят в коридоре я видел только первые последствия.

— Так, вы хоть можете пояснить, чего вы хотели добиться? — обратился я к ним.

— Облить вас несмываемой краской. Чтобы все знали, что вы монстр и вас нужно обходить стороной… — промямлил рыжий.

— Что, и всё? Как-то слабовато. Даже не хотели попытаться убить?

— Конечно же нет! Мы же за справедливость. А убивать без суда несправедливо…

— У вас бы ничего и не вышло! Господин Марк раскидал бы вас как котят! — вставил своё слово Альфред. — Господин, я считаю, что вы должны наказать этих юродивых. Поступить так, как поступили бы ваши предки…

Как поступили бы древние Оскуритовы, я примерно представлял и не стал уточнять. Да в этом и не было необходимости.

Коридор наполнился топотом ног, и к нашему номеру бросились сотрудники отеля. Они в несколько движений скрутили несчастных борцов за справедливость и вывели их прочь.

— Простите, господин Оскуритов. Ужасное недоразумение. Они не должны были оказаться на территории отеля… — забормотал управляющий.

— Недоразумение? О нет, это называется по-другому. Это ошибка! И вы даже не представляете, насколько большая, — зловеще ухмыльнулся я. — Уже не первый косяк с вашей стороны! У вас есть семья?

— Е-есть… — пробормотал запуганный управляющий.

— Просто прекрасно! Если подобное повторится ещё раз, то я оторву вам голову. И не только вам, но и члену вашей семьи по вашему выбору, — мило улыбнулся я, видя, как его лицо вытягивается от ужаса.

— Пожалуйста, не надо…

— Не надо? Если вы не хотите, чтобы мои угрозы воплотились в реальность, то советую вам больше не ошибаться. Сделайте вашу проклятую гостиницу неприступной крепостью! По меньшей мере мой номер.

Подобные угрозы были не совсем в моём характере. Но я уже по опыту знал, что они были лучшим способом мотивации. Моё оружие — страх. Глупо им не воспользоваться…

— Так точно, господин Оскуритов! — отрапортовал он, кланяясь мне едва ли не до пола. — Защита будет так хороша, что даже Император с Шараповым удавятся от зависти!

Управляющий умчался так быстро, что аж сверкали пятки. Его сотрудники и охранники, вооружённые боевыми артефактами, поспешили увести атаковавших меня парней и девчонок.

Я же вернулся в номер и плотно закрыл за собой дверь. Эта статья вроде бы была мелочью, но могла отразиться на моих планах.

Щёлкнув пультом телевизора, я уткнулся в собственную рожу. Моей скромной персоне посвятили целый репортаж, и сейчас лучшие эксперты страны разбирали меня и статью по косточкам.

— И не стоит забывать, что Оскуриты столетиями проявляли врождённые признаки психопатии, — сверкал глазами умный дядька в пижонских очочках. — Жестокость, неконтролируемая агрессия — от Марка Оскуритова можно ожидать чего угодно!

Пощёлкав каналами, я убедился, что почти все каналы посвятили мне хотя бы небольшую новость в конце информационного выпуска. В «Интернете» ситуация была ещё хуже. Новость о моих зверствах висела в самом топе выдачи. Про то, какие комментарии обо мне писали, не стоило и говорить…

— Жаль это признавать, но история снова повторяется, — печально вздохнул Альфред.

— Что ты имеешь в виду?

— Ненависть к Оскуритовым. Что бы вы ни делали, даже если вы не будете иметь отношения к тому, в чём вас обвиняют, людям будет на это наплевать. Они всё равно будут считать вас виновным…

— И как мне это преодолеть? Не то, чтобы меня это сильно задевало. Но сам понимаешь, новый виток ненависти может нарушить мои планы…

— Не знаю, господин. Увы, но ни один Оскуритов за все годы существования вашего славного Рода так и не нашёл решения этого вопроса…

Времени предаваться философским размышлениям у меня не было. Как-то повлиять на ситуацию я пока не мог. Конечно, самым логичным было найти написавшего статью журналиста и, подвергая его медленным пыткам в стиле Оскуритовых, заставить написать опровержение. Но от таких способов решения проблем я пока хотел держаться подальше. Успею ещё прийти к бандитским методам!

Вместо этого я прямо в номере сделал комплекс упражнений и позавтракал принесённой из ресторана едой. И только после этого, напялив на голову капюшон, чтобы меня никто не узнал, отправился в Академию.

На всякий случай я решил идти через чёрный вход и быстро понял, что решение было абсолютно верным. У главного входа толпилась толпа журналистов и несколько человек с плакатами, призывающими немедленно меня казнить.

У чёрного входа стоял всего один журналист, совсем молодой зелёный паренёк.

— Простите, а вы не Марк Оскуритов… — бросился он ко мне.

— Нет! Ты меня никогда не видел! — рявкнул я, подчиняя его своей воле. Внезапно в голову пришла светлая идея. — Через десять минут после того, как я уйду, привлеки внимание и скажи, что я уехал на такси. Выбери любое направление, но чтобы им в голову даже не пришла мысль, что я еду в Академию!

— Будет сделано! — горячо отозвался паренёк. В том, что он сделает всё так, как надо, можно было не сомневаться.

Да Академии я добрался на метро. Пару раз на меня бросали косые взгляды, но никто меня, кажется, не узнал. Ну конечно, никому и в голову не могло прийти, что Светлейший Князь и самый ужасный человек в Империи перемещается на общественном транспорте!

У ворот Академии, как я и предполагал, снова была толпа журналистов. Но стоило мне приблизиться, как кто-то прокричал:

— Оскуритов вышел из отеля! Он едет в другую сторону! Сегодня его не будет в Академии!

Толпа мгновенно рассосалась, и я преспокойно промаршировал внутрь. Кажется, моя маленькая хитрость удалась…

Но стоило мне зайти во внутренний двор, как шею обожгло огнём. На чистых инстинктах я активировал защитный артефакт Богатырёвых и отскочил в сторону, уходя из-под удара и наполняя себя силой.

Меня атаковали. Причём не на улице, а в Академии. Посреди дня! Пусть меня и раньше не любили, но такого ещё ни разу не случалось.

Вопрос был лишь в том, кто рискнул это сделать…

Обернувшись, я увидел полыхающее пламя и тонкую фигуру со светлыми волосами.

Солнцев! Мажорный наследничек одной из самых влиятельных фамилий Империи и по совместительству мой однокурсник. Ему-то от меня что нужно?! Насколько я помню, я с ним не ссорился!

— Что тебе надо?!

Солнцев не ответил и только хитро ухмыльнулся. В то же мгновение я почувствовал опасность и безотчётно пригнулся. Над головой пролетел электрический разряд.

Эта техника была мне знакома.

— Ух ты, Нестеров, тоже решил присоединиться?!

— Конечно! Разве я мог упустить такое веселье?! — осклабился Нестеров, становясь рядом с Солнцевым. Его глаза и волосы так и посверкивали электрическом активированной семейной техники.

— Веселье? А, это так вы называете, когда двое нападают на одного!

— Не двое, Оскуритов. Трое! — прозвучал женский голос, и асфальт под ногами затрясся от мощной атаки.

Баратынская! Неужели наша Снежная королева и красотка голубых кровей тоже снизошла до моей скромной персоны?!

Асфальт под ногами продолжал трескаться, и я чувствовал исходящую от него разрушительную энергию. Доберётся до меня — и всё, поминай как звали.

Уклоняться от её атаки пришлось быстро. Я призвал Дар и как мог ударил чистой силой. Асфальт вздрогнул в последний раз. Его разрушение остановилось.

Только теперь я оглядел троих застывших напротив меня однокурсников.

— Ребята, что вы от меня хотите? Неужели вы тоже «Интернета» перечитали?

— Хары трепаться, Оскурит! — ухмыльнулся Нестеров. — Прими смерть достойно!

Все трое одновременно ударили по мне.

Моя же задача была очень простой — попытаться выжить. Но это ещё нужно было суметь сделать…

Глава 40

За то время, что я провёл в этом мире, меня пытались убить бессчетное количество раз.

Нет, серьёзно, я действительно не могу посчитать, как часто меня хотели нанизать на меч, распылить при помощи мощной техники или просто пырнуть ножом. Кажется, это делали все, начиная с самого завалящего простолюдина с улицы и заканчивая высшими аристократами Империи!

Да что там люди. Меня пытались убить монстры! Всякие крылатые и чешуйчатые твари гонялись за мной по Чёрным домам. Сама Чернота, древняя сущность с огромной мощью, жаждала моей смерти!

Но сегодняшняя атака была особенной. Против меня выступили сразу три соперника. Каждого я знал и не ожидал, что кто-нибудь из них открыто выступит против меня. Что хуже, каждый по отдельности считался грозным и опасным бойцом. Все они принадлежали к древним семьям и с детства обучались тайным фамильным техникам под руководством лучших мастеров. Вместе же они и вовсе были непобедимы.

Мне же предстояло продемонстрировать обратное.

В меня ударила совместная атака. Огонь Солнцева, электричество Нестерова и раскалывающая землю под ногами сила Баратынской. Максимальное комбо, поражающее на всех возможных уровнях.

Я попытался уклониться, но всей моей скорости даже с учётом Дара было недостаточно.

Меня накрыло их силой. Но я не был беззащитен. Меня окружала защитная сфера, созданная артефактом Богатырёвых. Впрочем, даже её было недостаточно. Под давлением совместной атаки она трещала и прогибалась.

— Давайте, ребята! Поднажмите! Он использует защиту, но долго не продержится! — прорвался сквозь шум пламени и треск электричества торжествующий голос Нестерова.

Вот ведь гад! Они и в самом деле нацелены на моё уничтожение и хотят меня додавить!

Ну уж нет, дорогие однокурснички! Можете даже не рассчитывать на подобный подарок.

Я обратился к дарованной мне Тьмой силе и использовал тот приём, который она применяла в Чёрном доме, когда я попал под пламя порождённых Чернотой «гиппопотамов».

Щедро черпая силу, я равномерно распределил её, уплотнив стенки сферы. Она по-прежнему едва держалась, но у меня было хотя бы немного времени, чтобы спланировать контратаку.

Я решил брать дерзостью.

Найдя в сфере небольшую точку сантиметров десять в диаметре, я снял в ней защиту. В то же мгновение, не давая силе неприятелей проникнуть внутрь сферы, я использовал навык, которому вчера научился у Морозовой.

Собрав свою силу в небольшой шарик, я выстрелил им, не забыв перед этим использовать приём, усиливающий меткость. Вчера он у меня не получался, но сейчас адреналин бил через край, и невозможное запросто становилось возможным.

Стена огня была настолько плотной, что я понял, что шар попал в цель только по звуку.

— Ой! Твою мать, как же больно!!!

Поток огня, охватывающий сферу, схлынул, и я наконец-то сумел разглядеть, что происходит.

Баратынская, Солнцев и Нестеров стояли метрах в пяти от меня, не переставая поливая меня семейными техниками. Рано или поздно они бы раздавили мою сферу и зажарили бы меня в собственном соку.

Но моё точное попадание внесло изменения в их чёткий план.

Шар попал Солнцеву точно в лоб. Энергии в нём было немного, но она была так плотно сжата, что, соприкоснувшись с ним, рванула не по-детски. Лоб превратился в огромный волдырь, а волосы обгорели.

Всё, что теперь его волновало, — собственная рана. О том, чтобы поддерживать пламя, он даже не думал. Баратынская и Нестеров тоже отвлеклись, и атака на меня прекратилась.

Грех было не воспользоваться открывшимися возможностями!

— Жижик, время вступить в бой! — шепнул я, снимая защитную сферу.

Клякса всё поняла и, проскользив по асфальту, вцепилась в сапог Баратынской, намертво пришпиливая её к земле.

Я же выбрал своей жертвой Нестерова.

Вытянув руки, я призвал энергию, закручивая её в тонкие и гибкие жгуты, точно такие, как на тренировке с Морозовой. Но только в этот раз я решил внести немного разнообразия и добавил в них немного силы Тьмы. Белая энергия смешалась с чёрной, и я нанёс по отвлёкшемуся Нестерову несколько резких ударов.

Он был защищён достаточно сильным артефактом, но даже так не сумел противостоять Тьме. Мои хлысты преодолели его сопротивление и жадно впились в мягкую плоть графа.

Действовал я так быстро, что он даже не успел вскрикнуть, когда на его теле вспухли две тонкие кровоточащие раны.

Не давая ему опомниться, я добавил в жгуты дополнительную силу, уплотнив их и увеличив в объёме. Они оплели всё тело, полностью его обездвижив.

— Ты… Ты как это делаешь?! — вытаращился он на меня, но отвечать я не собирался.

Разбежавшись, я смачно всадил ему прямой в нос. Кулак был доверху накачан Даром, и его нос взорвался как спелый арбуз.

Пока я с ним возился, Баратынская успела понять что к чему. Она попыталась броситься Нестерову на помощь, но не сумела сделать ни шагу.

Жижик отлично знал своё дело и держал её очень крепко.

— Ну уж нет, дорогуша, даже не надейся…

Но Баратынская сумела меня удивить. Ловко вывернув ногу, она выскользнула из сапога и побежала ко мне. Жижик всполошился и попытался схватить её на ходу. Она ударила по нему энергией, и моя клякса отлетела в сторону.

Я столько раз применял этот простейший приём, но ещё никто не умудрялся выскользнуть из него с такой лёгкостью. И тем более никто и никогда не наносил вред Жижику!

— А вот это, госпожа Княгиня, уже большая ошибка!

— То, что ты родился — уже ошибка! — парировала она и налетела на меня.

Драться с женщиной — последнее, что должен делать мужчина. Я всегда это верил, но всего лишь парой точных, напитанных силой ударов, Баратынская изменила моё мнение.

— Дерись, ублюдок! А иначе я прикончу тебя как свинью…

Это было правдой. Она била сильнее многих парней. Более того, удары у неё были хитрые, и каждый отдавался болью по всему телу. Вроде бьют в корпус, а боль зудом проникает в ноги, ударяя даже по пяткам! Явно не обошлось без семейной техники. Если не буду защищаться, через пару таких ударов она не оставит от меня живого места.

Я топнул ногой, используя Толчок. Баратынская была сильной и сумела устоять, только сделала пару шагов назад. Я этим воспользовался и ловко подсёк её. Она зашаталась, но снова устояла.

— Вот так, значит… Ну держись, Оскурит! Время познать всю силу Баратынских!..

— Ой, как пафосно! После таких слов ты просто обязана слажать!

Но она не слажала. Наоборот, её движения ускорились. Её кулаки, ноги, локти и колени закружились вокруг меня в каком-то диком танце. Она двигалась рывками, словно вождь какого-нибудь папуасского племени на ритуале призыва дождя. Но при этом в каждом движении была чёткость и, блин, самое настоящее изящество!

Более того, все движения были продуманы и складывались в единый рисунок. Каждый шаг, каждый рывок руки или ноги выбрасывал немного силы. И вся эта сила сплеталась вокруг меня.

Я почувствовал её воздействие не сразу. Спохватился слишком поздно, лишь когда понял, что едва могу двигаться. Руки и ноги как будто налились тяжестью, а на плечи опустили настоящую гору. Даже дышать, и то было сложно!

Эта любительница необычных танцев меня околдовала! А я, идиот, этого даже не понял…

Осознав, что план сработал, Агата ухмыльнулась, и её кулачок смачно приземлился мне в лицо. Она наполнила его хитро закрученным Даром, и от боли, кажется, взвыл каждый нерв в моём теле.

— А я предупреждала, Оскуритов… Тебе не место среди нас! — совсем не женственно прорычала она и подняла руку для второго удара.

Я понял, что за вторым последует третий, а потом четвёртый, пятый и так далее. Сколько я их выдержу, неизвестно, но вряд ли много. Она будет бить, пока от меня не останется едва дышащий кусок мяса. После этого она меня прикончит, добавив к своим наследным титулам гордое звание «Истребительница Оскуритов».

Но второй удар не достиг своей цели.

Лицо Агаты исказилось от удивление, и она плюхнулась на землю. Что произошло, было непонятно, но её левая нога как-то очень странно дёргалась…

Приглядевшись, я понял, что это был Жижик. Отброшенная Баратынской клякса оклемалась и теперь, вцепившись ей в ногу, изо всех сил тащила от меня прочь.

Да я даже не подозревал, что он может быть таким сильным!

— Продержись ещё немного, малыш. Я скоро! — прошептал я и попытался стряхнуть с себя чары Баратынской.

Это было непросто. Они оплетали меня слишком плотно. Моего искусства управления Даром было недостаточно для того, чтобы выбраться.

Древнее правило гласило, что если не можешь справиться искусством, то нужно давить силой.

Именно так я и сделал.

Сосредоточившись, я аккумулировал всю силу, что мог. Мои собственные ресурсы и заёмные силы Тьмы смешались вместе в густой и взрывоопасный коктейль.

Всё, что мне требовалось, — подержать его подольше, дать ему настояться, а затем в нужный момент отпустить, дав вырваться на волю, разрушая всё на своём пути. Подобный приём я уже пробовал и знал, на что он может быть способен. Вопрос был лишь в том, подействует ли он на плетение Баратынской.

Сомнения оказались напрасными. Он сработал. Да ещё как!

Оплетающие меня чары Агаты разлетелись в стороны. На мне остались висеть только несколько обрывков. Они сковывали движения, но незначительно. Помешать мне закончить с ней они уже не могли.

Пока я сражался с её плетениями, она снова справилась с Жижиком. Прицельно выпустила энергию и отбросила его на несколько метров. Это было ощутимо, но я через нашу мысленную связь чувствовал, что с ним всё в порядке.

Но о кляксе я сейчас предпочитал не думать. У меня была работа. Баратынская поднималась на ноги. Меткий сильный удар — и я сумею её вырубить!

Но сделать я ничего не успел.

Тело обожгло болью. Меня пробила судорога, и я упал на колени.

Раздери меня огнедышащие гиппопотамы, что это было?!

— Что, Оскурит, списал нас со счетов? Вот же ты тупой! Настоящие аристократы никогда не сдаются! — прогремел у самого моего уха наглый голосок Нестерова.

С огромным трудом, преодолевая боль, я повернул голову.

Кое в чём аристократик был прав. Я и в самом деле тупой! Так увлёкся сражением с Баратынской, что решил, будто пары тумаков, что я отвесил Нестерову и Солнцеву, будет достаточно для того, чтобы о них больше не вспоминать.

Но, конечно же, этим гадам моих ударов было мало.

Они стояли рядом со мной, и я чувствовал сковывающее давление их силы. Выглядели они оба так себе. Весь лоб Солнцева превратился в один вздувшийся ожог, а волосы на лбу обгорели в форме короны. Нос же Нестерова по размерам больше напоминал арбуз.

— Какие же вы, ребята, однако, красавцы… Хоть сейчас отправляй на фотосессию!

— Шутишь? Этот гад ещё шутит! — пролаял Солнцев, и я почувствовал, как меня обожгло огнём. — Ну ничего, сейчас я тебя, урода, поджарю. И ни один врач тебе не поможет. Только гробовщик!

Увы, но сил на то, чтобы воплотить угрозу в жизнь, у него было достаточно. Я заметно раскрасил их физиономии, но они по-прежнему были боеспособны. В отличие от меня. Их атака со спины сильно меня вымотала…

— Не спеши, Игорь. Мы решили сделать это втроём. Мы и сделаем это втроём! — произнесла Баратынская, становясь рядом с ними. — Атакуем все трое, вместе. Последний Оскурит падёт от наших рук!

Они переглянулись и подняли руки, направляя в меня свои фирменные техники.

Я попытался активировать защитный артефакт, но не сумел это сделать. У меня совсем не было сил. Всё, на что их хватало, это наблюдать за несущейся на меня разрушительной силой совместной атаки…

Я уже мысленно приготовился к смерти, когда смертоносная мощь развеялась у самого моего носа.

— Вы что, обалдели?! Это против правил! — прозвучал зычный голос.

Я поднял глаза и посмотрел на того, кто только что спас мне жизнь.

Глава 41

Я ожидал, что моим спасителем окажется Альфред или, например, Анастасия, на худой конец Воронов. Но всё оказалось куда неожиданнее.

Рядом со мной, обнажив меч, стоял Всеволод Апраксин.

— Сева, что ты делаешь?! — провыл Нестеров. В его глазах горела жажда убийства. Он хотел покончить со мной как можно быстрее. — Зачем ты вступаешься за этого тупого Оскурита? Просто отойди и не мешай!

— Ты что, и в самом деле думаешь, что я послушаю какого-то графа и отступлюсь от принципов своего Рода?! — фыркнул рыжий князь, бросая на Нестерова презрительный взгляд. — Если так, то ты куда тупее, чем я думал!

— Что ты несёшь?! Какие принципы Рода?! — уставился на него Нестеров. — Или ты взъелся из-за правил проведения дуэли? В случае коллективного оскорбления или угрозы жизни сразу нескольким Благородным, оскорблённые имеют права совместно потребовать у оскорбившего удовлетворения. После того, как этот урод едва не поубивал нас всех на Вечере Первокурсников, мы имеем право сделать с ним что захотим!

Ага, теперь всё окончательно стало ясно. Эти идиоты поверили той жёлтой статейке. Тогда, на Вечере, у Амалии не получилось свалить всю вину на меня. Но зато это вышло у какого-то грязного журналюги. Его аргументы оказались сильнее, и обозлённые аристократы решили призвать меня к ответу в своём духе — посредством кровавой расправы…

— Правила дуэли? Да кого они волнуют! — хмыкнул Апраксин, ловко перебрасывая меч из руки в руку. Он делал это так легко и непринуждённо, что одно это выглядело как угроза.

— Тогда почему ты за него вступился?! — не отставал от него Нестеров.

— Да потому что в нашем Севе проснулась честь Рода. Верно я говорю? — ядовито улыбнулась Баратынская. — Очень ты не вовремя вспомнил о своей Клятве…

— О какой Клятве? — произнёс я, кое-как поднимаясь на ноги.

Чувствовал я себя по-прежнему не очень. Но за несколько минут, которые Апраксин для меня выиграл, я успел использовать Дар и немного восстановился. Не на сто процентов, но беззащитным умирающим я себя больше не ощущал.

И меня одолевало любопытство. Никто, тем более Благородные, не вступаются за другого просто так, без собственной выгоды. Особенно такие как Апраксин…

— Это не имеет никакого значения! — отмахнулся он, не глядя мне в глаза.

— А ты что, Оскуритик, ничего не знаешь?! — оскалилась Баратынская. — Ох, не хотела бы я быть тобой… Ты же совсем ничего не понимаешь!

Потому что я в этом мире всего пару недель, хотел крикнуть ей я, но сдержался. Незачем им знать все мои секреты…

— Так что за Клятва? Я хочу знать, — произнёс я, пристально глядя на Апраксина.

Но вместо него ответила Баратынская.

— На самом деле, Оскуритик, всё очень просто. Несколько десятилетий назад, когда твой проклятый Род был силён и влиятелен, Апраксины, у которых возникли трудности с деньгами и политическим влиянием, обратились к твоим предкам за помощью. Оскуритовы им помогли, но взамен потребовали принести Клятву верности. С тех пор все члены Рода Апраксиных обязаны поддерживать Оскуритовых. И, что важнее всего, приходить им на помощь в минуты смертельной опасности…

Она говорила серьёзно, но я всё равно ей не поверил.

— Апраксины обязаны поддерживать Оскуритовых? Ты серьёзно?! — я хмыкнул. — Ты могла, конечно, не заметить, но этот рыжий за всё время в Академии мне не сказал и доброго слова! Что-то не тянет это на поддержку…

— Это легко объяснить. После призыва Аристархом Черноты ваш Род стал опальным. По древним законам Род, перешедший черту и навредивший Благородным или Императору, не имея на то оснований, утрачивает право требовать от своих вассалов исполнения обязанностей. Так что Апраксины оказались свободны от своих обязанностей…

— Ну вот видишь! Ничего он мне не должен.

— Свободны, но не совсем, — Баратынская хитро прищурилась. — Дело в том, что Клятва Апраксиных была дана на крови. Она сильнее обыкновенной, и на неё не действуют обыкновенные правила. Так что Апраксины оказались на распутье. Они и сами не знают, должны они следовать Клятве, либо нет. Их это мучает, не так ли, а, Сев? Тебя же это разрывает! Хотя ты только что свой выбор сделал…

— Просто заткнись! — рявкнул рыжий князь, и я почувствовал в воздухе колебания силы.

Я повернулся к Апраксину. Он не смотрел на меня, по его лицу ходили желваки. Его явно бесило то, что Баратынская всё рассказала против его воли.

Мне же теперь стало понятно очень многое.

Если рассказ Агаты правдив, то он всё объясняет. За всё время, что я знал Апраксина, он вёл себя в отношении меня как настоящая сволочь. Оскорблял, настраивал против меня дружков. Но при этом не пытался всерьёз навредить. Если бы он и в самом деле хотел нанести мне реальный вред, то мог по любому поводу вызвать меня на дуэль и на законных основаниях меня там зарубить. Навыков бы у него хватило. К тому же на моих глазах он так уже делал.

Но он никогда не переходил эту невидимую грань. Как будто его что-то сдерживало. Он испытывал ко мне ненависть и одновременно не позволял себе нанести мне реальный вред.

А сейчас, вступившись за меня, он спас мне жизнь.

— Спасибо, — тихо, чтобы слышал только он, сказал я.

Он вздрогнул, удивлённо посмотрел на меня.

— Ты издеваешься?! Если бы не Клятва, то я бы ни за что…

— Тем не менее. Если Баратынская права, то ты мог этого и не делать, — Я пожал плечами. — Но ты сделал выбор. И за него я тебя и благодарю.

— Ты действительно очень странный для Оскурита… — тихо прорычал он.

— Ну какой есть!

За этим разговором я отвлёкся и не заметил, как атаковавшая нас троица перестроилась и стремительно начала новую атаку.

Перед самым моим носом пронёсся выпущенный Нестеровым электрический разряд, а вокруг вспыхнуло пламя. Апраксин попытался броситься мне на помощь, но на него вооружённым двумя кинжалами ураганом налетела Баратынская.

— Убьём Оскурита! — прокричала она.

— А что с рыжим?! — гаркнул Солнцев.

— Раним, — подумав, отозвалась Агата. — Он не заслужил такой смерти!

— Можно подумать, что вам удастся это сделать! — фыркнул Апраксин, и его меч засверкал в воздухе. Он повернулся ко мне. — Держись за мной и не вмешивайся!

— Ага, размечтался! — Я фыркнул. — Это ты держись за мной и постарайся не сдохнуть!

— Тебе напомнить, что пару минут назад я спас твою жизнь?

— И я за это благодарен. Постарайся не лишиться своей!

Больше мы ничего сказать не успели, потому что нас атаковали с новой силой.

Теперь, когда нас было двое против трёх, вести бой стало намного проще.

Мне практически не доводилось видеть Апраксина в настоящем, не тренировочном, бою. К тому же в бою против таких сильных противников. И нужно было признать — сражался он великолепно. Усиленный Даром меч так и сверкал в воздухе, плетя всё более хитрые фигуры. Не забывал он и про боевые техники. То и дело рядом с ним что-то взрывалось, а во все стороны разлетались волны силы.

Баратынской приходилось нелегко. Только сейчас, глядя на то, как она сражается с Апраксиным, я начинал понимать, как мне повезло. Начиная сражаться со мной, она сильно меня недооценивала, и поэтому била вполсилы, используя самые простые техники. Только в самом конце нашего сражения она применила фамильные приёмчики, да и то оказалась не готова к тому, что я сумею с ними справиться.

Но Апраксина она не недооценивала. Она знала, на что способен рыжий, и поэтому с самого начала билась в полную силу.

На полусогнутых ногах, плавно меняя сложнейшие стойки, она атаковала Апраксина, ловко орудуя при этом двумя кинжалами. Быстрые атаки «в лоб» сменялись хитрыми тактическими отступлениями.

Воздух разрывался от силы. Земля трещала под ногами, а вокруг Апраксина то и дело возникали такие же плетения, что она создавала против меня. Князь умудрялся парировать их усиленным Даром мечом, но даже ему это было непросто.

— Сдохни, Оскурит!

Долго любоваться боем двух представителей знатнейших фамилий мне не удалось. На меня в лобовой атаке налетел Нестеров. Он клокотал от ярости и хотел только одного — как можно скорее меня прикончить.

Вот ничему человека жизнь не учит! Пришлось преподать ему урок.

Забив на все правила честной дуэли, я швырнул ему в лицо взрывной артефакт. Он вспыхнул в паре сантиметров от его расквашенной морды, обдав его приличной волной дыма и огня.

— Вот же твааарь! Бооольно!!! — взревел он.

— А ты что, думал, что я не дам сдачи? Добро пожаловать в реальный мир, идиот! — прокричал я, на ходу формируя два энергетических жгута, созданных как при помощи Дара, так и сил Тьмы.

Пара метких ударов — и он стал обладателем новых кровоточащих ран. На этом я не остановился и, применив Поцелуй боли, как следует саданул ему по лбу. Ослабленный организм аристократика не выдержал болевого шока, и он без сознания свалился к моим ногам.

Минус один!

Отпраздновать победу я не успел. Щёку обожгло огнём. Это Солнцев, предусмотрительно отступивший на вторые роли, решил всё-таки вступить в бой. Вокруг него бушевало пламя, но я не боялся. У меня были все шансы с ним справиться!

И тут по мне ударили. Да так сильно, что голова зазвенела, словно колокол, а колени подкосились. Я огляделся, пытаясь понять, кто меня приложил.

— Не стали стоять в стороне. Самое время прикончить Оскурита! — пробасил кто-то.

Я поднял глаза. Передо мной стояли двое парней, которых я часто видел вместе с Солнцевым, а также раскаченный старшекурсник. Все трое скалились и многозначительно крутили в руках мечи.

Вот же твари! Нас с Апраксиным решили задавить не умением, а количеством!

Только сейчас я огляделся. Наше сражение привлекло огромное внимание студентов. Здесь были как студенты моего курса, так и остальных, в том числе целая куча старшекурсников. Что они кричали, было не разобрать, но смысл я всё-таки уловил. Бей Оскуритова, спасай Империю! Ничего нового…

Были здесь и преподаватели, и охранники Академии. Но в драку никто не вмешивался. Разнимать дерущихся аристократов, решивших порешать свои проблемы в кровавой бане здесь было не принято.

Я активировал защитный артефакт, призвал на помощь силу Тьмы. Это помогло ослабить давление и встать на ноги. Но на победу рассчитывать не приходилось. Всё, чего я добился — это пара расквашенных носов и, кажется, сломанная рука старшекурсника. Остальные сумели навалиться и теперь мутузили меня всей толпой.

Апраксин сделал попытку броситься мне на помощь, но на него навалились Солнцев и Баратынская. Помочь мне он не мог.

Я попытался обратиться к Тьме. Но мысли путались, я не мог сосредоточиться. Она не отвечала на зов.

Внезапно мне стало легче. Парней как будто растащило в стороны, и я наконец-то сумел выпрямиться.

— Живой? Вижу, что живой! Приди мы чуть позже, был бы мёртвый!

Я обернулся. Рядом со мной стояли Анастасия, Максим Богатырёв и Алина. Фактически все мои союзники в Академии!

— Не против сделать драку чуть более масштабной? — ухмыльнулся Максим.

— Только за! — ответил я. — Но, если что, я вас не принуждаю…

— Ещё бы ты принуждал! — хмыкнула Анастасия.

Толпа вокруг взревела, и мы бросились в бой.

Глава 42

Наверное, со стороны эта драка казалась настоящим безумием. Молодые аристократы, лучшие умы Империи, надежда государства, сошлись друг против друг друга прямо посреди самой престижной Академии.

Помешать нам никто не пытался. Таковы правила Академии — каждый имеет право решить вопрос чести на дуэли равных. Мы были вольны делать что угодно…

Размахивая мечами, мы с Анастасией, как самые опытные и сильные бойцы нашей команды, ломанулись вперёд. Сталь сверкала в наших руках, а по венам струился Дар.

Не останавливаясь, мы налетели на двух парней из свиты Солнцева. Вступая в драку, они думали, что их ждёт лёгкая потасовка. Толпа против двоих — просто приятная прогулка! Настоящего сражения они не ожидали.

— Подождите! Давайте поговорим! — крикнул один из них.

Анастасия, не замедляя движения, вспорола ему живот, и он упал к её ногам.

— Никаких переговоров! — прорычала она, бросаясь к Солнцеву.

Между ними был давний нерешённый спор. Они уже сходились в бою на занятии у Дорохова, и сейчас Солнцев получил шанс отыграться.

— Покажи мне всё, на что способна, девчонка! — прокричал он.

— О, мало тебе не покажется! — рассмеялась она, с ходу набрасываясь на него.

Я попытался ей помочь, но дорогу мне перегородили второй парень из товарищей Солнцева и старшекурсник. Последнему я пару минут назад сломал руку, но его это не смущало, — вовсю работал целительский артефакт, и вокруг повреждённой конечности циркулировали потоки силы. Он не чувствовал боли и был готов продолжать сражаться.

— Эх, не дорожишь ты своим здоровьем… — вздохнул я и запустил ему в лицо Людоедом.

Он ожидал чего угодно, но не этого. Взмахнул здоровой рукой, пытаясь отбить меч. Это ему удалось, но я в полёте поймал его руку и с силой дёрнул. Раздался отвратительный хруст.

Старшекурсник взвыл, лелея уже две повреждённые конечности.

— Ничего, не плачь. До свадьбы заживёт!

На меня, крича что-то нечленораздельное, налетел парень из друзей Солнцева. Хоть он и был аристократом, пусть и далеко не самым знатным, оружие он выбрал совсем не аристократическое. В руках он ловко крутил внушительных размеров копьё, напитанное силой.

— Тебе конец, Оскурит! — проревел он и бросился на меня.

Копьём он владел отлично, это было понятно по первым же движениям. Я едва успел уклониться от первой атаки, а он уже наносил новые удары.

Но вот что он не учёл, так это того, что вокруг были люди. В очередной раз взмахнув копьём, он попал тупым концом в своего товарища со сломанными руками. Тот что-то сдавленно прохрипел и опустился на колени. Траектория движения копья изменилась, и я рубанул по нему мечом.

Копьё так и сочилось переполняющей его силой, но Людоед был древним фамильным оружием Оскуритовых и без проблем справился с его сопротивлением, разрубив его пополам.

Оказавшийся безоружным дворянчик попытался вступить со мной в рукопашную, но здесь у него не было шансов. Я вырубил его одним метким ударом в нос.

Эх, даже как-то обидно. А ведь парень казался сильным бойцом!

Я оглянулся, пытаясь понять, как идёт сражение.

На моих глазах Апраксин и Баратынская бросились друг на друга. Громыхнула ослепительная вспышка. Землю тряхнуло, и их разбросало в разные стороны. Оба были в ранах и ожогах и почти сразу потеряли сознание. Этот бой был изнурительным даже для них.

Похоже, что представители двух древних Родов так и не сумели выяснить, кто из них круче!

Я с облегчением выдохнул. Из врагов в боеспособном состоянии оставался только Солнцев. Сейчас я помогу Анастасии с ним справиться, и можно будет праздновать победу…

Разумеется, я ошибался.

— Ребята, Оскурит побеждает! А ну мочи его! — прокричал кто-то, и из толпы на помощь Солнцеву бросилось человек десять.

— Раздери меня дракон…

Нас бы сто процентов снесли прямо на месте, если бы Максим и Алина не успели быстро понять, что к чему. Они изменили тактику боя. Это нас и спасло.

Алина вскинула руки. Перед каждым нападавшим возникло по чудовищу, один-в-один как Барсик, с которым мы столкнулись в Научном центре. Твари выглядели настолько угрожающе и ревели так реалистично, что даже мне понадобилось несколько секунд на то, чтобы понять, что это всего лишь иллюзии.

Ого, а Алина прибавила в мастерстве! Она и без того была сильна, а сейчас и вовсе демонстрировала какой-то запредельный уровень.

Далеко не все нападающие поняли, что чудовища не настоящие, и остановились, приготовившись к бою.

Максим воспользовался заминкой. Он вытащил из рюкзака пять металлических шаров и швырнул их перед собой. Коснувшись земли, шары задрожали и превратились в человекоподобных тварей, напоминающих ходячие человеческие скелеты, но только очень крупные и сделанные из металла. Если мне не изменяет память, то это были големы, управляемые боевые артефакты. Очень редкая штука! Эффективная в бою, но требующая продвинутых навыков управления.

И у Максима эти навыки были.

Он расставил руки и полуприкрыл глаза. Шевелились только его пальцы, — он, словно настоящий кукловод, дёргал за видимые только ему ниточки. Големы заскользили к своим противникам, и скоро воздух наполнился криками раненых аристократов.

Максим, используя големов, умудрялся сражаться с пятью противниками сразу. Не знаю, когда он умудрился этому научиться, но только что артефактор, а заодно и вся артефакторика значительно выросли в моих глазах. Таких навыков я от него не ожидал!

Я бросился к тем нападающим, на которых не хватило големов. Они по-прежнему опасливо таращились на созданные Алиной иллюзии, и свалить их не составило труда. Несколько точных ударов, немного силы Тьмы, помощь Жижика, и вот их наступление захлебнулось.

Ну или я так подумал.

На помощь павшим спешили новые аристократы. Что удивительно — им навстречу неслись другие. Уж не знаю, почему, но они с какого-то перепугу решили меня поддержать!

Начиналось настоящее месиво стенка на стенку. Воздух дрожал от применяемых техник, асфальт плавился под ногами, а со всех сторон доносились крики и стоны раненых.

Всего за несколько минут мирный двор Академии превратился в настоящее побоище.

Меня это не волновало. Всё, о чём я думал, — это как свалить очередного врага и сделать так, чтобы Анастасия, Алина, Максим и остальные, выступившие на моей стороне, остались живы и здоровы.

Я как раз замахивался на очередного аристократика, когда по площади, на которой мы сражались, прокатился усиленный Даром голос.

— А НУ ПРЕКРАТИТЬ!!!

Это был не просто голос. В него была вложена сила. Её оказалось достаточно, чтобы все медленно опустили оружие.

Все, кроме Анастасии и Солнцева. Они продолжали кружить друг против друга, нанося удары мечами и Даром. При этом оба были настолько изранены и обожжены, что мало чем напоминали людей.

Я бросился к ним. Воспользовавшись Даром, оттолкнул Солнцева. Тот был настолько измотан, что не сумел сопротивляться. Он отлетел в сторону и распластался на растрескавшемся асфальте не в силах встать.

Анастасия же обмякла в моих руках. Я приложил ухо к её груди, пытаясь услышать её дыхание.

Его не было. Этот урод Солнцев умудрился что-то с ней сделать!

— Нет… Нет! Ты не можешь умереть так глупо! Не можешь умереть… из-за меня!

Я надавил ей на грудь, попытался сделать непрямой массаж сердца. Но в оказании первой помощи я был не силён, и это не помогло. Тогда я использовал Дар и послал в неё концентрированный заряд энергии. Тоже не подействовало. Сердце по-прежнему не подавало признаков жизни.

Жижик не сумел оставаться в стороне и скользнул ей на грудь. Я ощутил исходящую от него тёплую волну энергии. Он тоже пытался ей помочь, но и у него ничего не получалось.

Рядом со мной оказался один из прибывших на место побоища санитар. Он использовал медицинский артефакт и покачал головой.

— Увы, но её не спасти…

Его слова почему-то меня разозлили. Я почувствовал, как во мне вскипает злоба. Я столько пережил, выбрался из передряг, из которых выбраться было невозможно, и вдруг ничего не могу сделать для спасения чудесной девушки!

Нет, так просто не может быть!

И тут внутри шевельнулось почти забытое чувство. Меня наполнила первозданная сила. Да ещё как! Аж глаза засверкали.

— Тьма… Ты вернулась… — прошептал я.

Ответа не последовало, но сила продолжала поступать. И она в десятки раз превосходила те крохи, что Тьма оставила в моём распоряжении. Этим было нужно пользоваться!

Я положил руки ей на грудь и направил мысленный импульс. Сила Тьмы, такая же древняя, как сама Вселенная, засочилась по её телу.

Анастасия вздрогнула и открыла глаза…

— Марк… Спасибо… — прошептала она пересохшими губами.

Только усилием воли я сумел сдержать слёзы…

В центр поля боя влетел Дорохов. Именно его голос остановил сражение.

— Вы что здесь устроили?! Вы хоть понимаете, что это уже не дуэль, а настоящая бойня?!

Он продолжал кричать и давать распоряжения. По площади заметались санитары и лекари. Сражаться никто больше даже не пытался.

Я передал Анастасию подскочившему к нам лекарю.

— Ты со мной? — спросил я Тьму, но ответа не последовало.

Я снова не мог до неё дотянуться. От неё меня как будто отгораживало неприступной стеной. Но зато оставался след. Тонкий, едва уловимый след только что ушедшей Тьмы.

Я последовал по нему. Сначала мне казалось, что ещё немного, и я достигну её и снова смогу ощутить её силу. Но Тьма продолжала ускользать, пока я не уткнулся в разделяющую нас стену.

Что бы я ни делал, я никак не мог её пробить, не мог освободить Тьму, позволив ей снова вернуться в этот мир. Но зато теперь я знал, кто создал эту стену.

Чернота! Это сделала она. Но как и зачем, мне было непонятно…

Я раскрыл глаза и сделал несколько глубоких вдохов, возвращая спокойствие и ясное сознание, и только тогда огляделся.

О да… Такого я не ожидал!

Дорохов был прав. Это была настоящая бойня. Десятки раненых, двое убитых, растрескавшийся, а кое-где и оплавившийся асфальт, обгоревшие стены зданий, до которых долетели наши атаки, сожжённые дотла деревья…

А самое главное — кровь. Целые литры пролитой крови!

— О, я умираю! Умираю!!! — простонал Нестеров, которого как раз проносили на носилках мимо меня. — Оскурит ранил меня своим отравленным мечом! Мне не выжить…

Он был прав, — в самом конце нашего поединка я и в самом деле легко проскрёб по его рёбрам Людоедом, оставив тонкий шрам. Как и всегда при использовании Дара, меч стал отравленным, рана гноилась и отвратительно воняла.

— Не ной! Это не смертельно. Пара дней в лазарете, и будешь как новенький…

Нестеров провыл что-то ещё, но я его не слушал. Быстро пробежал всю площадь, помогая санитарам грузить раненых, сражавшихся на моей стороне. Алина и Максим были в порядке. Оба получили пару ожогов и несколько чувствительных синяков, но в целом не пострадали.

Апраксин же по-прежнему не пришёл в себя. Его отнесли в сторону, и сейчас санитары колдовали над ним, пытаясь привести его в сознание.

— Оскуритов!!! Что ты опять устроил?!!!

От крика Амалии у меня буквально заложило уши. Я спокойно повернулся к ней.

— Я? Я всего лишь защищался. За тех идиотов, которые верят во всякий бред обо мне из газет и телека, я не в ответе! Если не верите, то можете посмотреть записи с камер. Уверен, что там всё видно в подробностях.

Директриса заскрежетала зубами, но ничего не сказала. Видимо, уже ознакомилась с записью. В этот раз обвинить меня было невозможно при всём желании.

Она умчалась руководить санитарами, а ко мне подошла Морозова.

— Прости, я поздно услышала о том, что здесь происходит. Если бы я только была здесь, то я бы надрала этим уродам их поганые задницы!

— Не сомневаюсь! — Я усмехнулся. — Но мы и так неплохо справились. Только непонятно, что заставило всех этих ребят выйти на моей стороне…

— А ты разве не понял? — удивлённо посмотрела она на меня. — Несправедливость! Они увидели, как против тебя и твоих товарищей выступают всё новые противники. Это было нечестно, и они не смогли оставаться в стороне…

— Несправедливость? — Я вопросительно поднял бровь. — Прошу прощения, но ко мне относятся несправедливо с самого первого дня. И только потому, что моя фамилия Оскуритов!

— Ко многим ученикам Академии тоже. Не ты один из угнетаемого Рода. Мои годы обучения тоже нельзя назвать счастливыми. — Морозова грустно вздохнула.

Я задумался. Возможно, в чём-то она была права. В среде аристократов были представители разных Родов, и многие из них не могли похвастаться всеобщим уважением. Вероятно, что, поддержав меня, эти аристократы бросили вызов своим более привилегированным товарищам…

Ещё раз всё осмотрев, я отправился в лазарет. Стоило мне зайти, как Апраксин, всё это время проведший без сознания, открыл глаза.

— Сестра… Где моя сестра?! Она жива?! — простонал он.

— Эээ… Сестра? — уставился я на него. — Ты про кого?! Твоей сестры с нами не было!

Апраксин бросил на меня презрительный взгляд и, вскочив с постели, на подгибающихся ногах бросился к лежащей в другом конце палаты Анастасии.

— Сестрёнка, ты в порядке? — прошептал он, нежно отодвигая упавшие ей на лицо волосы.

Анастасия медленно открыла глаза и улыбнулась.

— Братец… Мой тупой сумасбродный братец… — прошептала она пересохшими губами.

Я смотрел на эту картину широко распахнутыми глазами.

— Брат, сестра… Вы двое ничего не хотите мне объяснить?!

Глава 43

— Ничего мы тебе объяснять не собираемся! — рявкнул на меня Апраксин. — Это наши семейные дела. Тебя они не касаются!

— Сева, не злись. Марк имеет право знать, — прошептала Анастасия и повернулась ко мне. — Ты всё правильно понял. Мы с Севой — брат и сестра. Но не родные, а сводные, — у нас один отец, но разные матери…

Это был поворот в духе мексиканских сериалов. Признаться, ничего подобного я не ожидал!

Хотя… Стоило догадаться! Ведь были же намёки! Все эти тихие перешёптывания, намёки на Род… Я мог всё понять намного раньше!

— Значит, ты никакая не Петрова…

— Не совсем, — улыбнулась Анастасия. — Моя фамилия — Апраксина-Петрова. Вторую часть я взяла у своей мамы. Я посчитала важным сохранить напоминание о том, кто я такая…

Я вспомнил, что записка, которую Анастасия оставила мне после совместно проведённой ночи, была подписана инициалами ААП. Тогда я этого не понял, но сейчас всё было очевидно.

Анастасия Апраксина-Петрова.

Как же всё просто объясняется!

— Так, окей, с фамилией и родственными связями разобрались. Было бы неплохо, если бы ты объяснила, зачем вы скрывали, что вы родственники.

Всеволод и Анастасия переглянулись.

— Не говори ему ничего! — прошипел Апраксин. — Достаточно того, что он уже знает!

— А вот это уже моё дело! Моя тайна. Кому хочу, тому и говорю, — зыркнула на него Анастасия. — Дело в том, что моя мать — вторая жена отца. Первую жену, маму Всеволода, убили в войнах между Родами. Просто подослали к ней наёмных убийц. Поэтому отец скрывал мою маму и меня. Боялся, что враги узнают о нас и попытаются нас убить. Меня растили как его дочь и настоящую княгиню, но знали обо мне только самые близкие слуги и приближенные…

— Самые близкие? Вроде Баратынской? — Я высказал предположение. — Вы же вроде подружки. Ведёте себя так, как будто знаете друг друга много лет…

— Так и есть! Мы с Агатой дружим с самого детства. Её семья всегда была дружественной к нам, и отец позволял нам общаться. Она единственная в Академии, кроме Севы, знала, кто я такая. Даже Амалия не в курсе, кто я. Она лишь знает, что я из знатного Рода, — немного смущаясь, пояснила Анастасия. Видеть её такой было необычно. Но, очевидно, рассказывать кому-то о своей жизни ей было непривычно. — Правда, не знаю, как мы будем теперь общаться. Мы с Севой сражались против неё…

Высказывать своё мнение я не стал. Ситуация сложная, это факт. Апраксины выступили на моей стороне, а Баратынская была среди тех, кто пытался меня убить. Такие вещи забываются совсем не скоро.

Своей вины я не ощущал. Я никого на свою сторону не тянул! Это был добровольный выбор. Они знали о последствиях. Так что мучить себя мыслями о том, что я разрушил чью-то дружбу, не собирался. Не моё это дело!

Зато вопросов к Анастасии и Всеволоду у меня было дофига и больше!

— Зачем ты вообще решила поступать в Академию? Ты сказала, что отец держал тебя в тайне… Почему он передумал?

Всеволод фыркнул.

— Этот тупой идиот понятия не имеет, о чём говорит!

— Эй, рыжий! Я не посмотрю на то, что ты дрался на моей стороне. Ещё раз меня оскорбишь, и я вызову тебя на дуэль прямо здесь! — Я вспыхнул.

Не то, чтобы его слова меня хоть немного задели. Я выше банальных оскорблений. Но и позволять Апраксину зарываться и болтать всё, что пожелает, я не собирался.

— На дуэль?! Попробуй! Раскатаю тебя как миленького! — Апраксин усмехнулся, но в его глазах я заметил тень волнения.

Бой показал, что я за очень короткое время успел серьёзно шагнуть в своём развитии. Конечно, до самых сильных аристократов мне пока было далеко. Но тайные семейные техники и силы, которых не понимал никто из Благородных, создавали вокруг меня ореол таинственности.

Никто не знал, чего от меня ожидать. Я мог выкинуть что угодно. И это пугало.

К тому же Всеволод по-прежнему оставался связан Клятвой. Очень сомневаюсь, что она позволяет бросить мне вызов…

— Не ссорьтесь! Мы все в одной лодке! — Анастасия гневно сверкнула глазами. — Марк, Всеволод лишь хотел сказать, что ты не знаешь нашего отца. Он крайне своеволен и никогда не меняет принятых решений. Он ни за что бы не отпустил меня учиться в Академию…

— Но?… — Я её поторопил.

— Но я настояла! Мне надоело жить затворницей, скрываться ото всех. Я хотела жить! Учиться, путешествовать, общаться и… заводить отношения.

Говоря последние слова, она взглянула на меня. Ага, понятно, на что она мекает…

— Кстати об отношениях. То, что происходит между мной и тобой… Ты сблизилась со мной только из-за Клятвы? Желала быть ближе к Оскуриту, чтобы его защитить?

— Отношения?! Вы же просто ходили вместе на Вечер Первокурсников! — Апраксин вскинулся, переводя взгляд с меня на Анастасию. — Или нет? А ну говорите, что происходит между вами! Вы что, спите вместе?!

Мы с Анастасией переглянулись. Я не собирался посвящать Апраксина в наши отношения и уже приготовился соврать. Но он меня опередил.

Он стремительным движением вскочил на ноги и спустя долю секунды уже был рядом со мной. Даже не подумаешь, что совсем недавно он серьёзно пострадал в бою и несколько минут назад был без сознания.

Меч покорно скользнул ему в руку, и он приставил его к моей шее.

Точнее, должен был приставить.

Несмотря на то, что двигался он чертовски быстро, я всё равно успел среагировать. Напитал мышцы Даром и отступил в сторону. Людоед лёг в мою руку. Крепко сжимая металлическую рукоять, я чувствовал, как мечу не терпится броситься в бой.

— Тронешь меня — и он окажется в твоих кишках! — предупредил я его. — То, что происходит между мной и твоей сестрой — наше дело. Тебя наши отношения не касаются!

— Я её брат! — прохрипел он. По его искажённому ненавистью лицу было видно, что он борется с желанием броситься на меня.

— И что? Это не повод совать свой нос куда не просят. Что бы ни происходило, я её не обижу и не сделаю ничего, чего бы ей пришлось стыдиться. Так что можешь расслабиться и заняться уже своей собственной жизнью!

Я видел, что он едва себя сдерживает. Но в этот раз разум возобладал, и он опустил меч.

— Марк, на будущее. Я сама могу о себе позаботиться! Защитники мне не нужны, — жёстко произнесла Анастасия. — Но в целом ты всё сказал верно. Я уже взрослая девочка, и ни брат, ни отец, ни какая-то древняя Клятва никак не влияют на мою жизнь. Я делаю, что хочу. И моё решение общаться с тобой — исключительно моё решение. Никто к нему никакого отношения не имеет!

Обычно это не в моих правилах, но я поверил ей на слово. Чувствовалось, что она говорит правду. Окажись, что она сблизилась со мной только потому, что так хотела исполнить принесённую их Родом Клятву, и нашим отношениям пришёл бы конец. Ненавижу тех, кто неискренен в своих чувствах!

— И что вы планируете делать дальше? Будете по-прежнему изображать незнакомцев?

— Ну а почему бы и нет? — Анастасия улыбнулась. — Правду знаешь только ты. А Агата никому не расскажет.

— Уверена? Она могла сильно обидеться на то, что твой братец изрядно её приложил…

— Она вообще-то тоже не невинная овечка и сильно меня приложила! — прорычал Апраксин. Он сильно побледнел и вернулся обратно в постель. Похоже, что на восстановление ему понадобится время. — И чем! Тайной семейной техникой, которой я сам её обучил! Думал, что она будет использовать её против врагов…

— А нечего разбазаривать семейное наследие! — Анастасия хмыкнула. — Но в Агате я не сомневаюсь. Она пусть и стерва, но понимает, что стоит на карте…

— Рад твоему спокойствию. — Комментировать я ничего не стал. Дело в первую очередь её. Понадобится моя помощь — помогу. Но лезть не стану. — Ну а теперь самое сладкое. Что насчёт Клятвы?

— А что насчёт Клятвы? — Всеволод ощетинился. — Что, ублюдок, вспомнил про Клятву и решил, что мы тебе теперь будем прислуживать? Ну уж нет, не дождёшься!

— Вижу, что оскорблять меня Клятва тебе не мешает. Но я хотел обсудить другое. О Клятве я раньше ничего не знал, это правда. Теперь знаю и хочу понимать, что мне ждать от вас дальше…

— Смотря что ты хочешь…

— Ничего особенного. Никого не принуждаю, но раз уж вы оба вдруг за меня вступились, то мне нужно понимать, могу я на вас рассчитывать дальше или нет.

— Но ты же не решил воевать со всеми Родами Империи, верно? — Анастасия усмехнулась, но глаза девушки оставались серьёзными.

Она и в самом деле считала, что я на это способен.

— Нет, никакой войны. Но вы могли заметить, что я нахожусь в постоянных контрах со всем миром. Сегодняшнее нападение это подтверждает. Даже не думал, что они могут так возбудиться из-за простой статьи…

— Из-за простой статьи?! — Всеволод фыркнул. — Оскурит, ты что, действительно не понимаешь? Или ты думаешь, что Нестеров, Баратынская и Солнцев, не последние люди в Империи, и в самом деле решили устроить тебе тёмную в Академии посреди дня просто из-за какой-то статейки в жёлтой газетёнке?!

Честно говоря, именно так я и думал.

— А почему они это, по-твоему, сделали?

— Политика! — уверенно, не сомневаясь в своих словах, произнёс он. — Их Рода давно точат на Оскуритовых зуб. Они успели перехватить многие выгодные контракты и сферы влияния, оставшиеся после падения твоих предков. Возвращение Оскуритовых им как кость в горле! Так что нет ничего удивительного в том, что на совместном совете младшему поколению шепнули, что будет отлично, если Марк Оскуритов внезапно умрёт…

В его словах вроде бы была доля истины, и всё звучало очень логично. Но мне всё равно казалось, что это полный бред.

— Насчёт контрактов и влияния я соглашусь, пусть пока на них и не претендую. Но вот насчёт способа… Это же кровавая разборка у всех на виду! Аристократы так не делают. Им же с детства вбивают в головы прописные истины про закон и справедливость. Что-то не верится мне в то, что они так легко от них откажутся…

— Много ты, Оскурит, понимаешь! — Всеволод снова фыркнул и скривился от боли. Полученные в бою раны давали о себе знать. — Статья — это так, просто повод, чтобы потом было чем прикрыться. Нападение было в полном соответствии с Дуэльным кодексом. Если аристократ нарушил правила и поставил жизни Благородных под угрозу, как ты, возможно, сделала на Вечере Первокурсников, то они имеют право ему отомстить. Читай, казнить. Именно это они и пытались сделать. С точки зрения закона тут не придерёшься, любой судья оправдает. А для остальных выскочек ещё и прекрасная наука. Ни у кого не возникнет желания прыгнуть выше головы… Поверь мне, я знаю, о чём говорю. Сам в таком участвовал!

Вот теперь всё стало куда понятнее. Всё-таки в мире Высшего сословия я всё ещё новичок. Там, где я вижу эмоции, другие видят тонкую интригу…

— Вообще, выступив сегодня на твоей стороне, мы сильно подставились. Зато остались верны Клятве! — Всеволод хмыкнул. — Блин, отец меня убьёт!

— Нас. Он убьёт нас. Мы до последнего не могли определиться, поддержать нам Клятву или сделать вид, что её не существует, — произнесла Анастасия. — Отца наше решение может совсем не обрадовать. Но плевать! Я всё равно буду на твоей стороне.

— Я тоже. Всё-таки Баратынская и остальные позволяют себе слишком много. Тупицы, они поверили этим жёлтым слухам про тебя! Каждому ведь понятно, что это не ты организовал атаку на Академию! — рыкнул Всеволод. — Но только предупреждаю, Оскурит, не наглей! Захочешь от нас многого — и я найду способ выпотрошить твою жалкую тушку!

— Можешь не переживать. Наглеть не буду. Но и на лёгкую добычу тоже не надейся!

На этом мы и решили. Мы ещё немного поговорили, а с Анастасией втайне обнялись, и я пошёл прочь, оставив их отдыхать и восстанавливаться.

Вся Академия гудела, а меня провожали шёпотом и многозначительными взглядами. На занятия я на сегодня забил. У ворот ждали журналисты, но я использовал Дар и незаметно проскользнул мимо них.

Я заехал к Морозовой. Тренировка по развитию Дара была изматывающей, но она сильно меня не пытала. Понимала, через что я сегодня прошёл.

В отель я возвращался с мыслью, что наконец-то высплюсь. Но стоило мне переступить порог, как стало понятно, что мои желания накрылись медным тазом.

— О, Марк, здорово! Как сам?! — прорычал Николай Борзов. Он сидел в лобби отеля, у самого входа, и сейчас подскочил ко мне с ловкостью снежного барса.

— Николай?! Ты что здесь делаешь?!

— Как что?! Помочь пришёл, — пьяно оскалился он, и я увидел, что на столике, за которым он восседал до моего прихода, возвышалась приличная флотилия из полупустых бутылок.

— Помочь? Интересно, с чем?

— Так с той хренью, что с тобой происходит! — не выбирая выражений, гаркнул он. — Слышал, как тебя сегодня в Академии прессовали. Прижали толпой… Вот же твари! Но у меня есть чем тебя порадовать…

— Это, например, чем? — Я насторожился.

— Например тушкой того тупого журналюги, что пустил про тебя эти слухи! — хохотнул он и, сбегав куда-то в подсобку, вернулся обратно с человеком с завязанными руками и заткнутым ртом кляпом. — Вот, можешь делать с ним всё, что пожелаешь!

Глава 44

Надежды на тихий вечер и отдых после тяжёлого дня накрывались медным тазом прямо на глазах.

Передо мной стоял дрожащий с ног до головы избитый человек с кляпом во рту, которого Борзов назвал журналистом, а сам Борзов пялился на меня, как будто ожидал благодарности.

— Тааак… Ты можешь мне объяснить, что за фигня здесь происходит?!

— А чего объяснять?! Я утром проснулся, выпил стаканчик, ну так, просто чтобы внутренности прогреть, и включил новости. А там такая хрень про тебя! Типа ты да твой камердинер организовали нападение на Академию, а потом прибили двух каких-то терпил! — Борзов принялся орать, размахивая рукой, в которой каким-то образом появился полный стакан виски. — А я-то знаю, что мы с тобой в это время пили да закусывали, и всё это бред сивой кобылы! Значит, журналюги всё выдумали. Ну, я покопался и нашёл ту сволочь, что первой о тебе написала. Вот, знакомься! Журналист Терентьев… Можешь его прямо здесь порешить!

Я огляделся по сторонам. Персонал гостиницы пугливо прятался по углам, а у парочки суровых на вид охранников под глазами сияли фонари. Все они затравленно смотрели на Николая и даже не пытались вмешиваться. Интерьер тоже выглядел немного побитым, и кое-где был заляпан кровью.

Всё ясно, Борзов явился сюда в своём обычном стиле. То есть с криками и мордобоем. Охрана и менеджеры не хотели пускать его в компании связанного человека с кляпом во рту. И тогда Светлейший Князь в популярной манере объяснил им, кто он, и что они должны слушать и внимать его мнению, не задавая вопросов.

Разглядел я и человека, которого он небрежно придерживал за воротник. Журналисту Терентьеву было сорок с небольшим, на его голове виднелись глубокие залысины, а во взгляде плескались страх и отчаяние. Он умоляюще смотрел на меня.

Его лицо казалось мне смутно знакомым. Точно! Это он сделал мою фотографию и сбежал от меня в спортивном зале. Значит, выводы Борзова могут оказаться правдивыми. Именно этот человек распространил обо мне слухи, которые сегодня едва не стоили мне жизни!

— Ну так чего, быстро его порешишь или будешь пытать? — поторопил меня Борзов. — Если что, я умею отлично кожу снимать. Хоть со всего тела! Крови минимум, одна эстетика!

Терентьев в ужасе посмотрел на Борзова. Я поморщился. Нет, у меня самого была мысль найти журналиста и как следует с ним поговорить. Но предложение Борзова попахивало извращением и маньячеством, а не справедливостью!

— Для начала предлагаю развязать его и нормально поговорить.

— В смысле развязать?! — Борзов не поверил собственным ушам. — Ты его что, отпустить хочешь?!

— Я хочу поговорить. Ты же его для меня притащил, верно? Так что могу делать, что захочу! Кстати, а почему ты вообще так обо мне заботишься?

— Почему да почему… — Борзов недовольно засопел. — Потому что парень ты нормальный и боец крепкий! Глупо будет, если тупые аристократы на тебя обозлятся да порешат где-то в переулке…

От сурового Николая это звучало буквально как настоящая похвала.

Вдвоём мы развязали трясущегося Терентьева. Он был так перепуган, что привести его в адекватный вид удалось только после третьего стакана водки.

— Н-не убивайте… — были его первые слова, когда он наконец перестал трястись.

— И не собираюсь! Лишь задам пару вопросов. Если ответы мне понравятся, то отпущу на все четыре стороны.

— Спрашивайте! Расскажу что угодно! — с готовностью закивал Терентьев.

— Начнём с простого. Откуда взялись доказательства, что я организовал нападение на Академию?

Терентьев потупил глаза.

— Ниоткуда. Я их выдумал…

Мне показалось, что я ослышался.

— Ты сделал что?!

— Ну, найти на вас ничего не удалось, вот я и придумал, — скороговоркой заговорил Терентьев. — Немного фантазии, и вот вы уже кровавый тиран и маньяк. Люди такое любят!

— То есть в статье нет вообще ни одного факта? Ты хоть к каким-то источникам обращался?!

— Не-а. Зачем мне источники? У меня у самого фантазия отличная! — заявил журналист, не испытывая никаких мук совести.

От уровня наглости я немного обалдел. Нет, я, конечно, догадывался. Но чтобы так!..

— Зачем вообще понадобилось всё это сочинять? Мог бы найти реальную тему, для которой не пришлось бы врать три короба…

— Так за остальные темы мне не заплатили! Смысл писать, если денег не будет? — простодушно улыбнулся Терентьев. Судя по его улыбке и гордому виду, он считал, что всё сделал правильно.

Я же зацепился в новую информацию.

— Заплатили? Кто?

— Да не знаю кто! Пришли какие-то ребята. Неприветливые такие, мускулистые. С оружием, понятное дело. Сказали, что хотят заказать мне статью про преступления Марка Оскуритова. Якобы он подготовил нападение на Академию, а потом зарубил двоих парней в своём номере. Фактов не было, поэтому велели всё выдумать. Деньги были хорошие, поэтому я не отказывался…

— Как эти парни выглядели?

— Так я же сказал уже! Крепкие, мускулистые, с мечами, — пояснил Терентьев. — Таких полгорода ходит!

— Может всё-таки были какие-то приметы?

— Может и были… — уклончиво протянул он. — Но память у меня уже не та, что раньше. Нужно бы её освежить. Стаканчиком или соточкой…

Ни первого, ни второго я ему давать не собирался. Как бы случайно задел его плечом и использовал Поцелуй боли.

По перекосившему лицу Терентьева стало понятно, что мой тонкий намёк он понял и на деньги с выпивкой больше не рассчитывает.

— У них печатки были необычные! С какой-то зелёной стрелкой! — пробормотал он.

Мы с Борзовым переглянулись.

— Не, про зелёную стрелку ничего не знаю, — Николай покачал головой. — Я по таким штукам плохо. Все мозги в драках отшибли, я эти значки да орнаменты совсем не запоминаю…

Я повернулся к Терентьеву.

— Что ещё?

— Ничего, господин Оскурит! Совсем ничего. Честно! Хотя…

— Что за хотя?!

— Они про сумку вашу говорили. Всё упоминали, что вы там якобы что-то запрещённое храните. Но я про неё писать отказался. Это же бред! Никому про сумки читать не интересно… Ну а больше они ничего не говорили!

— И что, они хотели просто меня опорочить?

— Да, именно так, господин Оскуритов! Причём пожёстче. Ну я что, я рад стараться! Так вас расписал, что аж сам ужаснулся…

Я поморщился. Терентьев был мне искренне неприятен. Это был не журналист, а бессовестный писака. К тому же лживый и продажный, готовый за деньги написать всё, что угодно.

Зато то, что он рассказал, было очень интересно.

Получается, что к нему заходили двое крепких парней, которые заказали ему накропать на меня, выражаясь научным языком, чёрный пиар. При этом у обоих были кольца с какими-то зелёными стрелками, и они знали о моей сумке, в которой я храню принесённые из Чёрного дома предметы.

Вывод о том, кто они такие, напрашивался сам собой.

Почти не сомневаюсь, что это те же ребята, что пытались выкрасть мою сумку из дома, в котором мы раньше жили с Альфредом, а потом приходили в отель. Во всех случаях всплывала моя сумка, так что вывод наверняка был верный. Не сомневаюсь, что если показать Терентьеву запись с камеры наблюдения в отеле, то он этих ребята моментально опознает!

Именно так мы и поступили.

Я оставил журналиста в компании Борзова и заглянул в кабинет управляющего. Кабинет выглядел своеобразно. Разбросанные вещи, разорванные в клочья официального вида документы, пробитый насквозь экран компьютера и в довершение всего, — перепуганный управляющий, сидящий в углу и смотрящий на меня с настоящим ужасом.

Ясно, значит, Борзов успел побывать и здесь.

— Добрый день! Хотелось бы ознакомиться с записями с камер наблюдения…

— Конечно-конечно, господин Оскуритов! — Управляющий, обрадованный тем, что это был я, а не Николай, залебезил передо мной так усердно, как будто от этого зависела его жизнь. Он отвёл меня в комнату охраны и предоставил все необходимые материалы. Смущаясь, он спросил: — Простите, Ваше Высочество, а господин Борзов здесь ещё долго планирует пробыть?

— Да понятия не имею! — Я пожал плечами. — А что?

— Просто у нас люди боятся выходить, — пряча глаза, пояснил управляющий. — Господин Борзов здесь всех так перепугал… И ведь даже жандармов не вызвать! С Борзовыми шутки плохи. Если их разозлить, то головы на всех уровнях полетят…

— Понял. Постараюсь его сдерживать. Но сами понимаете, обещать не могу.

Я вернулся в лобби. Прихватив Терентьева, отвёл его в комнату охраны и усадил перед экраном, на котором запустил запись с камеры наблюдения.

— Вот, эти двое приходили в гостиницу пару дней назад. Возможно, что по мою душу. Ты их узнаёшь?

По взгляду Терентьева я понял, что он их знает.

— Да, господин Оскуритов! Именно эти люди с зелёными стрелками ко мне и приходили…

Я вгляделся в запись, но никаких колец с зелёными стрелками не заметил. Значит, эти двое не стали их надевать. Наверное, маскировались и не хотели, чтобы их узнали.

Это было не важно. Главное я уже узнал. Эти двое были пешками, самыми обычными исполнителями, работающими на кого-то влиятельного и опасного. А этот кто-то был прекрасно осведомлён о содержимом моей сумки и был твёрдо настроен им разжиться. При этом он не чурался самых разных способов — от банального похищения до настоящий подставы.

Кто это был, я не имел ни малейшего представления. В одном был уверен точно — троица, состоящая из Ворона, Пересмешника и Воробья к этим попыткам забрать предметы из Чёрного дома никакого отношения не имела. Другой почерк. Да и «птичкам» куда важнее переманить меня на свою сторону, чем добыть принадлежащие мне по праву предметы.

Так что все мои прежние предположения подтвердились — за меня и вправду взялся кто-то таинственный и очень опасный…

— Да не переживай ты, брат-Оскурит! Найдём мы этих уродцев! — ободряюще хлопнул меня по плечу Борзов, из-за чего я едва не уткнулся носом в экран. — Найдём и оторвём им все их любопытные носы, уши и что там ещё они привыкли совать не в своё дело…

Николай был настроен решительно. Я понимал, что принцип у него был простой — действуй, а потом думай. А последствия его совсем не интересовали…

— Господин Оскурит, я сказал вам всё, что знал сам, — забормотал журналист Терентьев, жалобно глядя на меня. — Может быть, вы отпустите меня на свободу?….

— Ага, щас! — фыркнул Борзов. — Ты, тварь, опозорил честное имя дворянина. После такого тебя ждёт только казнь! И не благородная виселица. Отрубить тебе башку прямо здесь, и дело с концом…

Терентьев что-то жалобно запищал, но я их обоих уж не слышал. Моё внимание привлекли звуки, доносящиеся из-за пределов комнатки охраны, где мы смотрели запись с камеры.

Вроде бы ничего особенного в них не было. Обычные шаги, причём совсем тихие. Ничего подозрительного. Да мало ли кто в вестибюле ходит! Это же гостиница с сотнями постояльцев. В этом нет ничего особенного.

Но меня не покидало какое-то неприятное предчувствие. Как будто с этими шагами что-то было не так, и что-то плохое вот-вот должно было произойти…

Я жестом велел Борзову и Терентьеву молчать и, напитав себя силой, рывком распахнул дверь.

Стоило мне это сделать, как тренькнула туго взведённая тетива. Мне в грудь, с тихим шипением рассекая воздух, летел острый дротик с чёрным оперением…

Глава 45

Если бы я заранее не напитал себя силой, то метко пущенный дротик впился бы мне в грудь. Но я двигался со скоростью, недостижимой обыкновенному человеку, и в последнее мгновение сумел сместить корпус немного вправо. Дротик, недовольно жужжа, пролетел мимо.

Не останавливая движения, я протянул руку и на самом излёте осторожно его поймал. Никакого обозначения на нём не было, а чёрное оперение казалось незнакомым.

Недолго думая, я размахнулся и запустил дротик в глубину вестибюля, в котором мелькали смазанные фигуры. Их было много, десятка полтора. Все стремительно двигались в темноте, занимая атакующую позицию. Кто они и как вооружены, я не разглядел, — слишком уж быстрым было их движение, да и без действия маскирующих артефактов тоже не обошлось…

Зато, судя по донёсшемуся до ушей сдавленному крику, дротик попал куда надо. Вот что значит точный бросок!

Я развернулся и стремительно нырнул влево. Сделано это было очень вовремя. Воздух взорвался от десятка выпущенных дротиков, и вся стена комнаты охраны оказалась ими буквально прошита. Дымился монитор — его успели разбить вдребезги.

При этом ни я, ни Борзов, ни даже Терентьев не пострадали. Как и я, Борзов вовремя использовал Дар и, подхватив замешкавшегося журналиста, вывел его из-под атаки.

Мы с Николаем переглянулись. Лицо Светлейшего Князя освещала кровожадная ухмылка.

— Добрая драка! Наконец-то! Сколько же я ждал…

Как и всегда, тратить время на ненужные рассуждения Борзов не стал. Качнув по телу силу, сорвался с места и выскользнул из комнаты охраны. Он бежал на застывшие в глубине вестибюля фигуры словно обезумевший бык, а вокруг него взрывались белые молнии.

Он двигался так быстро, что уже через мгновение достиг первой фигуры, намертво впечатывая ей в живот искрящийся от белых молний кулак. Пара резких движений, взрыв силы — и фигура осела к его ногам. Борзов, не тратя ни мгновения, бросился на следующую.

Я же поступил хитрее и отдал мысленный приказ Жижику.

— Узнай, кто они такие!

Чёрная клякса заскользила по вестибюлю, не забывая передавать мне картинку. Вот только толку было немного.

Как я и предположил, неизвестные нападающие использовали маскирующие артефакты. Совсем простенькие, но лёгкие и не стесняющие движений, они не делали бойцов полностью невидимыми. Зато они прекрасно скрывали их лица и экипировку.

Так что понять, кто на нас напал, и чем они вооружены, у меня не вышло. Всё, на что хватило способностей Жижика, — это точно сообщить о количестве нападающих.

Их было двенадцать. Точнее говоря, их было четырнадцать. Но разошедшийся Борзов уже успел вырубить двоих и, похоже, не собирался останавливаться, пока не истребит всех.

— Марк, не стой! — прокричал он мне. — Всё веселье пропускаешь!

В отличие от него, я не обладал инстинктом самоубийцы. Но и отсиживаться тоже не хотелось. Эти парни пришли сюда по наши с Борзовым души, и отсиживаться, позволяя Николаю в одиночку рисковать жизнью, я не собирался.

— Сиди тихо и не высовывайся, — велел я Терентьеву.

Судя по виду журналиста, о том, чтобы сунуться хоть куда-то из безопасного места он и не думал. Зубы у него стучали так сильно, что стук, наверное, было слышно даже на улице.

Ускорившись, я выскочил в вестибюль вслед за Борзовым. В меня тут же выстрелили, но я легко увернулся. Плотность огня не впечатляла — атакующие сами сейчас находились под плотной атакой Николая, и почти не обращали на меня внимания.

Недолго думая, я раскинул в стороны руки, применяя уже опробованные в сегодняшней потасовке энергетические жгуты. Несколько штук тут же вырвались на свободу, впиваясь в тела атакующих. Раздались приглушённые крики боли, фигуры оседали на пол одна за другой.

— Молодец, Оскурит! — прокричал Борзов, ловко запуская очередную фигуру в полёт метров на пять. — Так их, чурбанов бесчувственных, и надо. Мочи!!!

Я же только начал расходиться. Снеся очередного противника, обратился к дремлющей во мне силе Тьмы. Она послушно отозвалась, и я почувствовал, как меня наполняет огромная мощь.

Она была так велика, что, кажется, при желании я мог бы уничтожить весь мир. Из ниоткуда на свободу устремились до этого мирно спящие кровожадные тени, те самые, что несколько дней назад принесли мне столько неприятностей на занятии Морозовой и едва не убили моих однокурсников…

Фигуры продолжали падать, сражённые неуловимыми тенями, когда Борзов заметил, что происходит что-то странное.

— Эй, Оскуритов… Марк! Ты бы поаккуратнее. Слишком уж тёмные это штуки! — прокричал он.

Но я его не слышал. Сила Тьмы снова увлекла меня. Я ничего не видел и не слышал. Страшная сила продолжала сочиться из меня, требуя всё новых жертв. Где-то на самой границе сознания я понимал, что не сумею остановиться, пока не уничтожу не только атаковавшие нас силуэты, но и всех постояльцев гостиницы…

— А ну хватит!!!

Из-за колонны вестибюля появилась очередная фигура, худая и высокая. Она была не похожа на остальных. От неё исходили сводящие с ума волны силы.

Голос фигуры подействовал на меня отрезвляюще. Я встряхнулся, подчиняя себе силу Тьмы, и тени медленно исчезли, отправившись в своё вечное ничто.

Фигура сделала едва уловимый жест рукой, и вестибюль наполнился светом. Увидел я и лицо незнакомца.

Это был Пётр Борзов, брат Николая.

— О, братишка! — поприветствовал его младший Борзов, снося голову очередному противнику.

Он не выглядел удивлённым. Значит, догадывался, что атаковал нас не абы кто, а его родной братец.

— Не желаете объясниться?! — потребовал я от Петра.

Я был зол. Этот разряженный эгоистичный аристократик подверг мою жизнь опасности. Прощать такое я не собирался!

У меня были все основания требовать от Петра ответа, но он даже и не думал смущаться. Более того, на холёном и сдержанном лице этого франта выступило искреннее удивление.

— Я? Боюсь, Марк, что вы что-то путаете. Это я вправе потребовать объяснений от вас.

— От меня?! Вы на меня напали, а я был вынужден отбиваться. Вот и все мои объяснения!

— Я напал лишь потому, что защищал своего человека, — ровным тоном пояснил Пётр. — Моя дворянская честь не позволила бросить его в беде. Я пришёл к нему на помощь и встретил с вашей стороны сопротивление…

— Своего человека?! Это его, что ли?! — Я ткнул пальцем в потягивающего неизвестно откуда взявшийся в его руках виски Николая. — Он что, похож на того, кого нужно защищать?!

— Нет, Николай способен самостоятельно решить свои проблемы, — также спокойно ответил Пётр. — Я пришёл защитить Терентьева, журналиста «Столичной правды»… Вы разве знали, что он работает на меня?

Эта новость стала для меня полной неожиданностью. Разумеется я, блин, этого не знал!

— Выходит, что и газета, «Столичная правда», тоже принадлежит вам…

— Именно так, Марк! — Пётр кивнул. — Терентьев — мой сотрудник. И когда сегодня днём он был похищен из офиса газеты, я сразу подумал, что это похищение связано с его профессиональной деятельностью. Я не мог оставаться в стороне и принял решение вмешаться. Поднял связи и выяснил, что мой брат притащил Терентьева в отель и устроил здесь потасовку. А спустя пару часов к нему присоединился Марк Оскуритов. Мои источники сообщили, что они совместно удерживают Терентьева, одновременно запугивая персонал отеля. Именно поэтому я сюда и пришёл…

Теперь я кое-как начинал понимать ситуацию. Николай похитил сотрудника газеты, принадлежащей Петру. С точки зрения аристократа это могло рассматриваться как самое настоящее оскорбление. А уж когда он выяснил, что в отеле вместе с его братцем нахожусь я, герой последней скандальной статьи Терентьева, у него отпали все сомнения.

Узнав всё это, Пётр поступил как настоящий Благородный — ввалился со своей гвардией и начал крушить всё, до чего мог дотянуться.

— Интересный у вас способ спасения. В этой перестрелке вы могли зацепить не только меня, но и Терентьева или вашего брата…

— Никакого риска не было. Если вы приглядитесь, то заметите, что дротики, которые мы использовали, безвредны. Да, они могут пробить кожу или оставить внушительный синяк. Но убить или сильно покалечить — нет. Главная их особенность заключается в том, что наконечники смазаны сильным успокаивающим средством. Если бы в вас попали, то вы бы мирно заснули, только и всего, — с лёгкой полуулыбкой, как какому-то детсадовцу, пояснил он. — К тому же я был уверен, что вы с Николаем сможете их избежать. Всё-таки вы сильные Одарённые, и такие мелочи не должны вас тревожить…

Я поддел ногой лежащий на полу дротик, подбросил его и поймал. В пылу схватки у меня не было времени разглядеть все его особенности, но теперь я видел. Наконечник был толстый и притуплённым. Его хватило бы только на небольшой укол. Да и скорость стрельбы была совсем незначительной. Неслучайно же мы с Борзовым так легко от них уклонялись!

— Ну хорошо, допустим, что нашими жизнями вы и вправду не рисковали. Но неужели все эти жертвы стоили того? — Я взглядом обвёл вестибюль, буквально усеянный опрокинутыми мной и Николаем фигурами.

Совершенно неожиданно Пётр и Николай переглянулись. Братья ухмылялись.

— Ха, братишка, да он же ещё не понял! — рассмеялся Николай и залпом осушил половину бутылки виски. — Зелёный совсем. Очевидного не видит…

— Ага, зелёный. Но разве ты лучше? — хмыкнул Пётр. — Или хочешь сказать, что с самого начала всё понял?

— Я? Ну… почти, — неожиданно Николай замялся. В компании брата он вообще заметно присмирел. — Как первого вынес, так сразу и понял…

Пётр хотел ему возразить, но я топнул ногой, освобождая силу Тьмы. Так, чуть-чуть, для разминки. Этого оказалось достаточно для того, чтобы легко встряхнуть стены и привлечь к себе внимание.

— Господа, я понимаю, вам не терпится поговорить… Но может вы уже наконец объясните мне, что вас обоих так развеселило?!

Глава 46

Братья снова переглянулись.

— Я неплохо знаком с историей вашей семьи, Марк. И смею вас заверить, что у вас характер настоящего Оскуритова! — произнёс Пётр, с любопытством меня разглядывая. — Призвать силу Тьмы только затем, чтобы привлечь наше внимание — сумасбродство, свойственное только вашему Роду…

Он говорил красивыми оборотами, правильно ставя акценты. Настоящий аристократ с блестящим воспитанием! Даже когда он говорил самые простые слова, он выглядел как шахматист, ведущий тонкую и продуманную на десять шагов вперёд партию.

Я же играть по его правилам и расшаркиваться в ответных любезностях не собирался.

— Моя сила. Что хочу, то с ней и делаю. А сейчас я требую объяснений!

Для убедительности я снова выпустил немного сил Тьмы, заставив погаснуть свет в вестибюле. Лишнего я себе не позволял и тут же снова её ограничил. Далось это неожиданно легко. Пусть я и практически сорвался в пылу битвы, контроль над силой давался мне всё легче и легче.

— А вы серьёзный человек и не тратите время на слова… — протянул Пётр, буравя меня взглядом. — На самом деле всё до смешного проще. Те, кого вы приняли за моих людей, таковыми не являются…

Он щёлкнул пальцами, снимая действие маскирующего артефакта, всё ещё скрывающего от меня лица и тела как павших, так и всё ещё боеспособных бойцов Борзова.

Для того, чтобы понять, что так рассмешило братьев, мне хватило одного быстрого взгляда.

Передо мной в различных позах застыли чёрные манекены без лиц, одежды и волос. Всего лишь металлические заготовки, напоминающие людей лишь формой.

Пётр говорил правду. Эти существа не были людьми…

Я пригляделся внимательнее и направил в глаза силу. Теперь я видел мягкое сияние, исходящее от манекенов. Сложные Руны, неизвестные мне артефакты, — вот что заставляло их двигаться!

— Значит, големы… — произнёс я, глядя Петру в глаза. — Не знал, что ваша семья их использует!

— О, Марк, вы многого не знаете о нашей семье! — расхохотался Пётр в ответ. — По правде говоря, к помощи големов мы обращаемся крайне редко. Они толковые бойцы, это верно. Но противостоять сильным бойцам, к тому же Одарённым, им тяжело. Поэтому обычно мы используем силы нашей гвардии. А големов направляем только в разведывательных целях или когда хотим кого-нибудь запугать…

— Ага, запугать! — Николай хмыкнул. — Дешёвка эти твои големы! Я давно отцу говорил, что их нужно менять. А лучше вкладывать в бойцов! И не просто их тренировать, а по древним методикам. Чтобы они дрались за еду и тёплую постель! Вот тогда наша гвардия будет по-настоящему непобедима…

Чувствовалось, что Николай оседлал любимого конька. Он говорил, заплетающимся языком высказывая все свои идеи.

Я его не слушал. Присев на корточки, я разглядывал големов. Они были прочными и быстрыми, но достаточно простыми, без сложных улучшений. Теперь было понятно, почему мы с Николаем с такой лёгкостью умудрялись с ними справляться. С настоящими бойцами их было не сравнить. Они не шли ни в какого сравнение даже с големами, которых использовал Максим Богатырёв. Как и сказал Пётр, простенькие бойцы. Не более.

Выходит, что убивать нас старший Борзов и в самом деле не собирался.

Вот только чего он на самом деле хотел?…

— Что вам нужно? — прямо спросил я его.

— В первую очередь, мой человек…

— Я здесь, господин! — раздался голос Терентьева, и журналист на коленках выполз из комнаты охраны и бросился к Петру.

Борзов одарил его быстрым взглядом и не больше. Кажется, ему было бы всё равно, если бы даже журналист был ранен или мёртв.

— Что ещё?

— Извинения и денежная компенсация, — не задумываясь, отозвался Пётр. — Десять тысяч за нанесённые мне оскорбления и причинённый вред репутации нашего Рода…

— А ты случайно не обалдел?! — Я не выдержал. Слушать этот бред было выше моих сил. — Какой ещё вред репутации?!

— Мой сотрудник был похищен с места работы. Это бросает тень на безопасность компании, принадлежащей моей семье….

— Бред! — Выбирать выражения я не собирался. — Его похитил твой брат!

— Он действовал сам по себе, в нарушение воли семьи, — быстро взглянув на Николая, произнёс Пётр.

— Это ещё не доказано. Может, это всё ваш план…

— Нет. Правила нашего Рода запрещают члену семьи принимать действия, направленные во благо врага. Сделав это, Николай нарушил священные законы Рода. Он временно оставлен без поддержки семьи…

Судя по тому, как вытянулось лицо Николая, такого поворота он не ожидал.

Но горевал он недолго.

— Да делайте что хотите! — Он махнул рукой. — Без вас, кровопийц, будет только легче!

— Рад это слышать, дорогой брат, — Пётр усмехнулся. — Можешь поверить, я передам твои слова отцу. И вообще, мне пора идти. Всё, что я жду, — это выплата моих денег…

Он говорил властно и не сомневался, что я сделаю всё, что он пожелает.

Ох уж эти изнеженные аристократики! Так привыкли к тому, что все вокруг носятся с ними, что совсем забыли о том, что некоторые им не по зубам…

— Никаких денег не будет. Более того, это я требую компенсации!

Глаза Петра сузились. Такого ответа он не ожидал.

— На каком основании?

— На таком, что ваш "журналист" написал про меня ни на чём не основанный бред! Насколько мне известно, ни среди журналистов, ни среди аристократов такое поведение не поощряется. Когда об этом узнают, от вашей хвалёной репутации не останется и следа…

— Вам никто не поверит! — холодно произнёс Пётр. — Увы, но доказательств нет, и вы обязаны выплатить мне…

— А кто сказал, что доказательств нет? Всё у меня, уважаемый князь, есть!

Произнеся это, я вытащил из кармана мобильный телефон и щёлкнул кнопкой воспроизведения. По вестибюлю тут же прокатился голос Терентьева, признающегося в том, что в его статье нет ни слова правды.

Смотреть на вытягивающееся лицо Терентьева было настоящим удовольствием. Как же хорошо, что я догадался записать весь наш с ним разговор! Кажется, начинает сказываться опыт общения с дворянами. Эти змеи врут на каждом шагу, и каждое слово потом приходится подтверждать.

— Ха, Оскуритик, а ты не из дураков! — присвистнул Николай.

Спокойным оставался только Пётр. За долгие годы в высшем свете он научился прекрасно владеть собой. Но по сузившимся глазам я всё равно понимал, что он едва сдерживается.

— И что, интересно, мешает мне вырвать у тебя телефон и удалить файл? Поверь, мне хватит на это сил…

— Нисколько не сомневаюсь! Но только это будет бессмысленно, — мило улыбнулся я. — Потому что я отправил этот файл на электронную почту и сохранил в облаке. Так что можешь делать с телефоном что угодно — ты всё равно уже попался.

— Он врёт! Господин, он врёт! — взвизгнул Терентьев.

Пётр внимательно на меня посмотрел, и я почувствовал, как меня мягко касается его сила. Сопротивляться я не стал. Наоборот, немного расслабился, позволив ему меня просканировать. Он хочет убедиться, что я не вру — что ж, вперёд! Я не соврал ни единого слова.

Это же понял и Пётр.

— Что ты хочешь?

Я улыбнулся. Эти слова — просто музыка для моих ушей!

— Два миллиона, особняк и право первой ночи со всеми женщинами вашего Рода!

Смотреть на вытянувшиеся лица было одним удовольствием.

— Что за бред ты несёшь?! — взвизгнул Пётр. Вся его сдержанность растворилась без следа. Он даже забыл про вежливость и мгновенно перешёл с «вы» на «ты».

— Ладно, расслабься. Я шучу. Всё, что мне нужно — это опровержение. Пусть в газете завтра же появится статья, где вы напишите, что я добрый и пушистый, а всё остальное — ерунда и происки конкурентов.

— Это всё? — мрачно спросил Пётр.

— Нет! — подумав, решил я. — Есть ещё кое-что…

Я озвучил свою идею, Борзов-старший и Терентьев испуганно переглянулись.

— Господин Оскуритов, связываться с такими людьми… Я не рискну!

— Да? Неужели боишься за репутацию? Тогда не переживай, её уже ничто не испортит! — Я сверкнул глазами. — Или ты боишься, что на тебя обидятся и сделают больно? Не сомневайся, я сделаю больнее. Куда больнее! И, разумеется, опубликую запись…

Стоило мне высказать последний аргумент, как Пётр решился.

— Хорошо, пусть будет по-твоему! Но только запись должна быть удалена!

— Ну разумеется! — Я кивнул в ответ, но ничего удалять, разумеется, не собирался. Мне ещё пригодится страховка на будущее…

Разговор был завершён, и Пётр уже развернулся, чтобы покинуть отель, когда раздался звук прибывающего лифта, и в вестибюль выскочил Альфред.

Выглядел мой камердинер пугающе. Выпученные глаза, перекошенное от гнева лицо… Увидишь такого в ночном кошмаре — и не захочешь просыпаться!

Он оглядел нас стремительным взглядом и тут же начал действовать. Вскинув руки, он неуловимым движением бросил что-то в стоящего рядом со мной голема. Второй же предмет полетел в Петра.

Доля секунды — и безжизненное тело голема распростёрлось на полу. Из его лба торчал наполовину вошедший в металлическое тело подсвечник из нашего номера.

Я тихонько присвистнул. Умудриться одним движением расколоть достаточно прочное тело голема — это требовало особой силы и немалого искусства. Даже мне со всеми моими усилениями сделать это было бы непросто…

Второй же подсвечник своей цели не достиг. Пётр поймал его на подлёте, ловко перехватив его у самого лица. Не успей он это сделать — и он бы не избежал печальной участи голема.

Альфред же на этом не останавливался. Разогнавшись, он мягким кошачьим шагом оказался рядом с Николаем. В его руках мелькнула тонкая металлическая проволока. По его взгляду было понятно, что он мой камердинер собирался оборвать жизнь Борзова раз и навсегда. Сам же Борзов отвлёкся на разглядывание уничтоженного голема, и временно оказался беззащитен.

— Альфред, стой! Они нам не враги!

Камердинер остановился в считанных сантиметрах от Николая.

— Господин, вы уверены? Я могу прикончить его одним движением!

— Ага, как же! — хмыкнул Борзов, но отбросил стакан с виски в сторону и принял оборонительную позицию.

Кажется, до "гусара" дошло, на что способен тихий и спокойный на вид камердинер.

— Абсолютно уверен! Мы с господами Борзовыми уже всё решили…

Альфред печально вздохнул и вдруг бросился передо мной на колени.

— Простите меня, господин! Я должен быть рядом с вами. Но я был в номере, ничего не слышал… Но как только почувствовал выброс энергии Тьмы, тут же бросился вам на помощь…

Теперь стало понятно, почему он использовал такое необычное оружие. Времени на подготовку у него не было и он схватил первое, что попалось ему под руку. В принципе, подсвечники были не самым плохим выбором. В руках опытного бойца и листок бумаги может стать смертельным оружием!

— Да, Марк, вы с вашим камердинером стоите друг друга… — протянул Пётр и повернулся к Альфреду. — Между прочим, отличный бросок! Чувствуется рука истинного воина. Если захотите сменить работодателя, то я предлагаю прийти ко мне. Обещаю хорошо заплатить!

— Я лучше удавлюсь собственным галстуком, чем буду иметь с вами что-то общее, — вставая на ноги, презрительно бросил Альфред. — Моя жизнь и судьба принадлежат Роду Оскуритовых!

Я с гордостью на него посмотрел. Вот что значит по-настоящему верный союзник!

Пётр пробурчал себе под нос что-то недовольное, и в сопровождении Терентьева и последнего уцелевшего голема покинул гостиницу.

— Тебе разве не пора? — Я повернулся к Николаю. — Твой брат ушёл. Тебе здесь делать больше нечего.

Судя по его виду, Борзов уходить не спешил. Он нашёл очередную бутылку виски и присосался к горлышку.

— Так ты же, Марк, сам всё слышал. Я подвёл Род. Отец мной недоволен. Возвращаться обратно сейчас нельзя. Батька у нас суровый. Посадит в карцер месяца на два. А там ни еды нормальной, ни солнечного света, ни даже выпивки… Ну его так жить! Я пока лучше где-нибудь схоронюсь, пока батя не успокоится…

Мощный Борзов выглядел жалко. Ну чисто побитый щенок! Кажется, поддержка Рода многое для него значила. Если подумать, то в этой ситуации он оказался из-за того, что решил за меня вступиться. Да, вступиться по-тупому, напролом, не задумываясь о последствиях. Но всё же…

— Так, я буду жалеть о решении, но ты идёшь с нами! Поживёшь пока у нас. Номер большой, места хватит. Да и охрана не помешает…

— Чего, правда?! — Борзов мгновенно просветлел и прикончил бутылку одним могучим глотком. — Здорово, Оскурит! Ух мы с тобой заживём! Такие вечеринки будем закатывать, что прямо вау…

Не переставая что-то кричать, он отправился к лифту.

— Господин, вы уверены, что принимаете правильно решение? — покосился на меня Альфред. — Этот человек — не только представитель враждебного Рода, но и крайне сумасбродный тип…

— Это я знаю и без тебя. Но что-то подсказывает, что от него может быть польза… — Я пожал плечами и отправился вслед за Борзовым.

Чувствую, начинается интересное время…

Глава 47

О решении поселить в своём номере Борзова я пожалел практически сразу. Мало того, что он полночи пил и громко комментировал передачи по телевизору, так он ещё и оглушительно храпел до самого утра. Не помогали даже прочные стены!

Кончилось тем, что я позвонил на рецепшн и потребовал принести подавляющие шум артефакты. Просьбу выполнили, и после этого мне хотя бы немного удалось выспаться.

Утром же пробуждения Борзова я дожидаться не стал. Оставив Альфреда за ним приглядывать, я провёл быструю тренировку и отправился в Академию.

Стоило мне спуститься на первый этаж, как на меня налетел встревоженный управляющий.

— Доброе утро, господин Оскуритов! Скажите, а это правда? Господин Борзов и в самом деле теперь будет жить в вашем номере?

— Правда. Не переживайте, места нам хватит. Или вы хотите предложить ему отдельный номер?

— Н-нет, не хочу. Признаться, у нас вообще нет свободных номеров… — забормотал он, запинаясь.

Я пригляделся к нему внимательнее и наконец понял, что его так встревожило.

— А, так вы не хотите, чтобы он здесь жил! Ведь так?

— Нет, господин Оскуритов, как вы могли такое подумать… — не очень убедительно возмутился управляющий. Я слегка надавил силой, и он сдался. — Да, всё верно! Вы же видели, что господин Борзов вчера устроил. Персонал сегодня не хотел выходить на работу! Да и ремонт стоил очень недёшево…

Я отодвинул его в сторону и выглянул в вестибюль.

Надо было признать, что за прошедшую ночь местные умельцы неплохо потрудились. От вчерашнего разгрома, устроенного Борзовым, не осталось почти ни следа. Когда я ночью уходил, повсюду валялись осколки бутылок, по полу и потолку ветвились тонкие трещины, а стены были утыканы выпущенными големами дротиками.

Сегодня же всё так и сияло. Догадаться о случившемся можно было только по нескольким трещинам, которые не успели замазать, а также по взглядам, которые бросали на меня сотрудники отеля. Вот уж точно, они смотрели на меня так, как будто хотели убить! Пусть не я держал их несколько часов в страхе, но репутация у меня тоже была так себе. Я или Борзов — в сущности, им было неважно, кого ненавидеть.

Если бы подобное устроили обычные постояльцы, их бы мгновенно выселили. И не просто выселили, а ещё сдали бы жандармам!

Но, к их несчастью, мы с Борзовым, принадлежали к одним из самых известных фамилий Империи. Выселить нас означало нанести оскорбление всем аристократам сразу. Так что всё, что им оставалось, это тихая ненависть…

Запустив руку в карман, я вытащил оттуда тысячу и положил её в подставленную ладонь управляющего. Денег у меня оставалось впритык, да и отдавать их я был не обязан. Но что-то подсказывало, что лояльность работников отеля мне ещё пригодится. Портить с ними отношения было мне совсем не с руки.

— Это вам. На, скажем так, неотложные нужды…

— Благодарю, господин Оскуритов! Обязательно употребим по назначению, — расшаркался передо мной управляющий. — Но всё-таки, возможно, вам удастся убедить господина Борзова съехать. Вы бы знали, как его у нас боятся! Он же вчера, пока вас ждал, едва всех не переубивал. Горничные и вовсе сегодня не вышли. Он им шептал такие пошлости, что аж стыдно…

Впечатлительный управляющий покраснел. Мне же стоило большого труда не рассмеяться. Кажется, я даже примерно могу представить, что Борзов наплёл горничным…

— Что он съедет, обещать не могу. Он мой гость, так я возвращаю ему долг. Но проследить за его поведением постараюсь!

— Вы уж постарайтесь, господин Оскуритов! Только на вас и надеемся… — забормотал управляющий, пятясь прочь.

Я кивнул ему на прощание и покинул отель. После вчерашнего бурного дня я ожидал, что у входа будет толпа жаждущих разорвать меня на части горожан. Но в этот раз я ошибся.

По улицам привычно скользили пешеходы, которым до меня не было никакого дела. У входа в отель разъярённой толпы, желающей мне мучительной смерти, тоже не наблюдалось. Хороший знак! И что-то подсказывает, что это не совпадение…

Я подошёл к ближайшему ларьку со свежими газетами.

— Утреннюю «Столичную правду»!

— Милости прошу, Ваше Благородие!

Продавец с поклоном передал мне свежую газету, получив за это два рубля.

Как я и предполагал, на первой же полосе на самом видном месте красовался выделенный жирным заголовок "Правда о Марке Оскуритове, последнем из Рода Повелителей Тьмы. Скандальные разоблачения".

Была здесь и фотография. В этот раз куда более приличная, взятая, наверняка, из каких-то архивов. На ней я уже не выглядел как убийца-рецедивист с патологической жаждой насилия. Уже неплохое достижение!

Я погрузился в чтение, но уже спустя пару минут стало понятно, что сюрпризов в этом тексте ждать не стоит. Перепуганный Терентьев выдал статью в своём стиле. Пафосным языком он разбирал свою же предыдущую работу, объясняя читателям, что Марк Оскуритов не такое отмороженное чудовище, каким кажется. На Академию он (то есть я), оказывается, не нападал, людей в собственном номере не убивал. И вообще он милый и пушистый, достойный представитель славной аристократии великой Империи!

Последнюю фразу выдумал не я. Именно в таком стиле была написана вся статья. На мой вкус — слишком вычурно. Но читателям, похоже, нравится.

Опровержение — это хорошо. Но, помимо него, я просил Борзова и Терентьева об ещё одной маленькой услуге…

Я заглянул на страницу скандалов и сплетен. Пара минут чтения — и на лице заиграла довольная улыбка! Вот так им и надо!

У газетного киоска стояли несколько крепких мужичков, одетых как обычные горожане среднего достатка. В руках у них были газеты, а их взгляды не отрывались от меня.

— Ну ты это, Оскурит… Живи пока. Может, не такой уж ты и конченый! — пробасил один из них, задумчиво пожёвывая сигаретку. — Уж точно получше тех, о которых на последних страницах пишут… Вот ведь мерзость!

— Благодарю вас, уважаемый господин! — Я в шутку поклонился. — Что бы я делал без вашего одобрения!

Шутки мужик не понял, только кивнул. Я же отправился в Академию. Дорога была спокойной. Несколько раз я ловил обращённые на меня взгляды, но нападать на меня никто не собирался. Даже удивительно, как сильно местные верят средствам массовой информации…

А молодец Терентьев! Может ведь когда хочет.

В Академии всё было относительно спокойно. Вчерашнее побоище немного изменило атмосферу, но в целом всё было как всегда. Единственное, что было необычно, так это сопровождающие меня на каждом шагу многозначительные взгляды и тихие перешёптывания.

Смущало ли меня это? Ну конечно же нет! С самого первого дня я был центром внимания. На меня смотрели, обо мне говорили. Так что ситуация была совсем не новая.

Первым делом я отправился в лазарет, проведать Анастасию и Всеволода. Заранее подготовившись, прихватил цветы для девушки и бутылку вина для её брата.

Но их в палате не оказалось.

— Выписали их! — сообщила мне румяная медсестра. — Они к вечеру уже на ноги встали. А через пару часов вызвали экипаж и укатили куда подальше. Благородная кровь творит чудеса! Другие на их месте неделю бы провалялись…

— Премного вам благодарен, — улыбнулся я и вручил смущённой врачевательнице цветы и шампанское. Пусть устроит себе праздник.

Заглянув в другие палаты, я обнаружил там Благородных, выступавших во вчерашней бойне против меня. Раны у них были болезненные, но благодаря мастерству врачей, качественным артефактам и собственному Дару все они стремительно шли на поправку.

При виде меня все отводили глаза и делали вид, как будто меня не узнали.

Один парень, тот самый старшекурсник, которому я сломал обе руки, при виде меня попытался вызвать дежурную медсестру и зубами схватил лежащий на соседней тумбочке звонок. Он так распереживался, что звонок выскользнул и упал на пол.

Я медленно подошёл к нему и протянул руку. Парень затрясся и заозирался по сторонам. К несчастью, в палате он был один. Никто не мог ему помочь.

— Прошу, не убивай… — прошептал он.

Я ухмыльнулся и… положил звонок обратно на тумбочку.

— Ты слишком плохого мнения об Оскуритовых. Не все из нас похожи на чудовищ. Рекомендую тебе это запомнить!

После этого я пошёл на занятия. При моём появлении все разговоры в ту же секунду прекратились. Солнцев, Нестеров и Баратынская смотрели на меня с неприкрытой ненавистью. Но ни хамить, ни угрожать они не пытались.

Им сегодня было не до меня. Они, не отрываясь, читали газету, разделов скандалов и сплетен.

Проходя мимо, я бросил быстрый взгляд на статью и едва не рассмеялся. Я это уже видел, но всё равно получал огромное удовольствие!

Кроме опровержения, я попросил у старшего Борзова разместить в газете компромат на напавшую на меня без предупреждения троицу, состоявшую из Солнцева, Баратынской и Нестерова. Никакой желтухи, только голые порочащие факты!

И, надо сказать, Терентьев превзошёл сам себя. В статье, озаглавленной «Наследники величайших фамилий. Когда природа отдохнула на детях гениев», раскрывались маленькие тёмные истории из их прошлого. Финансовые аферы, немотивированная агрессия, сексуальные скандалы… Безжалостное перо журналиста прошлось по каждому!

При этом, насколько я понимал, в отличие от статьи про меня, здесь не было ни слова лжи. Только голые факты! Эта троица успела накосячить гораздо заметнее, чем я. Да и компромат в газете, судя по всему, давно был готов и только ждал подходящего случая быть опубликованным…

Однокурсники бросали на троицу насмешливые взгляды, а их телефоны разрывались от входящих. Наверняка влиятельные папочки спешат «похвалить» своих детишек за отличное поведение!

Интересно, им хватит ума связать статью со мной? Не думаю! Терентьев и Борзов будут до последнего отрицать связь со мной.

Благодаря этой статье они потеряют деньги и часть бесценной репутации, которой так дорожат аристократы. Так что мою месть можно считать свершённой!

Анастасия и Всеволод Апраксины сидели на своих обычных местах и буравили меня взглядами. Анастасия робко улыбнулась и неуверенно махнула мне рукой. Видеть, как она смущается, было непривычно. Обычно она вела себя куда смелее!

Её робость я мог объяснить очень просто. Она долгое время скрывала от меня правду, а теперь, когда я узнал, кто она на самом деле, боялась моей реакции.

Я махнул ей в ответ и приветливо улыбнулся. Никаких претензий к ней не было. Было глупо ожидать, что она расскажет свою тайну почти незнакомому парню. Я бы на её месте точно не рассказал. Так что причин ей не доверять или тем более обижаться у меня не было. Прерывать отношения с ней я тоже не собирался.

Но на всякий случай я решил вести себя с ней поосторожнее. Всё-таки она родственница Всеволода, а также наследница одной из самых богатых и влиятельных семей страны. От неё можно ожидать чего угодно…

Я уселся рядом с Алиной и Богатырёвым.

— Как вы после вчерашнего?

Максим неопределённо пожал плечами, зато Алина принялась тараторить.

— Ой, Марк, это так необычно! Я так волновалась. Это же было моё первое настоящее сражение! Думала, что меня убьют. На всякий случай я решила написать завещание и передать своё тело для посмертной заморозки…

Она продолжала трындеть как самая обыкновенная девчонка. Так и не скажешь, что она гениальный учёный и мощный Одарённый!

К счастью, в аудиторию зашёл преподаватель, и её трёп прекратился. Началось занятие по дипломатии.

Слушал я краем уха. К учёбе я всегда относился без энтузиазма, а сейчас меня занимали совсем другие вопросы.

В ближайшие дни мне предстояло снова отправиться в Чёрный дом. И не просто пойти в обычный рейд для того, чтобы раздобыть несколько заряженных Чернотой предметов. Я собирался сделать невозможное — очистить дом, снова сделав его пригодным для жизни.

Почти невозможная задача! И чтобы воплотить её, мне и Алине предстояло хорошо поработать.

Именно поэтому, стоило последнему занятию закончиться, как мы с ней бросились в Научный центр.

— Ну что, у тебя есть идеи, как мы будем это делать?

— О, ты даже не представляешь… — улыбнулась в ответ девушка.

Её улыбка выглядела пугающе многообещающей…

Глава 48

К вопросу подготовки мы подошли основательно.

В первую очередь Алина потребовала от меня подробного рассказа обо всех тварях и опасностях, с которыми я столкнулся во время своих предыдущих визитов в Чёрные дома. Каждое моё слово она записывала в тетрадь, а ещё задавала целую кучу вопросов.

— Так, Марк, я правильно поняла, что огнедышащие гиппопотамы, с которыми ты столкнулся в своей фамильной резиденции, могли летать?

— Насчёт этого не уверен. На моих глазах они максимум немного приподнимались над полом. — Я напряг память. — Но крылья у них были, это точно!

— Значит, крылья. Это многое меняет… — задумчиво пробормотала Алина и повернула ко мне раскрытую тетрадь. — Изображение соответствует твоему описанию?

На странице передо мной был очень точный, до мельчайших подробностей рисунок гиппопотама из Чёрного дома.

— Один в один! — Я восхищённо прищёлкнул языком. — Как ты сумела это сделать? Ты же их никогда не видела!

— Просто внимательно слушала твои описания… — Алина скромно потупила глаза. — С кем ты ещё столкнулся в резиденции? Ты упоминал каменных истуканов?

Я описал ей всех монстров, с которыми там столкнулся, а затем перешёл к рассказу о Черноте. Она интересовала Алину больше всего остального.

— То есть Чернота выглядит как чёрный дым?

— Да! Точь-в-точь как в день, когда её призвал Аристарх Оскуритов!

— Интересно. Значит, это основная форма её пребывания… — Алина задумалась. — А ты когда-нибудь видел её в другой форме?

Я уже приготовился сказать, что нет, когда вспомнил, что это не совсем правда.

В мой первый визит в Чёрный дом я наткнулся на комнату, заполненную чёрной желеобразной жижей. Причём жижей разумной и опасной! Именно её частью был Жижик. Тьма упоминала, что эта субстанция была ничем иным как материальным воплощением Черноты…

Делиться этими мыслями с Алиной я не спешил. Всё-таки это была не только моя тайна.

— Что думаешь? — Я мысленно обратился к Жижику. — Ты готов рассказать ей правду?

В прошлый раз, когда я хотел рассказать Алине о своём жидком помощнике, он был против. Мы были почти незнакомы и не знали, что можно от неё ожидать.

Но сейчас я получил утвердительный мыслеобраз.

— Алина, я хочу тебя кое с кем познакомить…

Жижик переполз мне на ладонь и заструился по столу.

Алина взвизгнула и, вскочив со стула, отпрыгнула сразу метра на два.

— Марк, что это такое?! Это что… Чернота?!

Жижик передал мне недовольный мыслеобраз.

— На твоём месте я был бы осторожнее с выражениями. Ему не нравятся такие сравнения. С Чернотой он давно порвал и не имеет к ней никакого отношения…

— Он похож на Черноту, но у него другое агрегатное состояние… — Алина постепенно приходила в себя и медленно приближалась к столу. В её глазах загоралось любопытство учёного. — Что он такое?

— А вот это непросто объяснить…

Я как мог рассказал ей о Жижике всё, что знал. Рассказ получился коротким. Мои знания о нём ограничились только историей нашей с ним встречи, пояснениями Тьмы и описанием его способностей.

Больше я о нём ничего не знал. И Алину это, конечно же, не устроило. Оправившись от первого шока, она из испуганной девчонки снова превратилась в сурового учёного.

— Это всё? — строго спросила она меня.

— Да. Больше я ничего не знаю.

— И, конечно же, ты даже не попытался ничего разузнать. Совершенно никакого любопытства! — сокрушённо покачала головой девушка и повернулась к Жижику. — Могу я попросить тебя пройти пару тестов?

На моей памяти Жижик ещё никогда не общался ни с кем кроме меня. Поэтому я очень удивился, когда почувствовал исходящие от него волны дружелюбия. Сама же клякса уверенно кивнула и поползла в подготовленный Алиной анализатор.

Пока хитрая машинка проводила тесты, моя гениальная подруга продолжала опрос, а потом погрузилась в результаты обследования Жижика. Он мужественно позволял ей делать всё, что она считала нужным. Единственное, что он не позволил ей сделать, — это отделить от него небольшую частичку. Он слишком трепетно относился к целостности своего небольшого тельца, чтобы позволить кому-то отнять у него даже крохотный кусочек…

— Ну что там? — спустя какое-то время не выдержал я.

— А, да ничего особенного… Всего лишь одни из самых поразительных результатов, с которыми я когда-либо сталкивалась! — Алина повернулась ко мне. Её глаза сияли. — Потребуется ещё много исследований…

— Но ты можешь сказать что-то уже сейчас?!

— Да! Жижик в своём генетическом коде действительно имеет сходство с Чернотой. Но лишь поверхностное. Главное отличие — в наличии особой земной структуры….

— Так… И что это значит?

— Чернота — часть Тьмы. Межмировая сущность, обитающая во множестве миров. Жижик же часть той субстанции, что образовалась уже в этом мире. И в его структуре сочетаются частички земной и межмировой энергии. При этом, насколько я могу судить, он по-прежнему остаётся связан особыми узами как с Чернотой, так и с той субстанцией, частью которой он всё ещё является…

Мы с Жижиком переглянулись. В голове раздался его мысленный вопрос.

— Он уверяет, что он всецело на моей стороне. Но он не может как-то случайно, против его воли, шпионить на Черноту?

— Сомневаюсь, — Алина не очень уверенно пожала плечами. — По результатам тестов многое остаётся непонятным. Связи с его генетическим прошлым всё ещё сильны. И я не знаю, к чему они могут привести…

На этом изучение Жижика было завершено. Не сказать, что мы сильно продвинулись, но для новых выводов понадобились бы долгие исследования, для которых у нас не было ни оборудования, ни времени.

Нас занимали совсем другие вещи.

В первую очередь мы с Алиной продумали все детали того, как именно будет проходить моё исследование Чёрного дома. Прежде всего, нам требовались самые надёжные камеры, работающие при любых, самых экстремальных условиях, и способные при этом обеспечить надёжную передачу звука и изображения.

Мы с Алиной купили пару самых разрекламированных камер и устроили им настоящий краш-тест. Опускались с ними под воду, создавали условия давления, вакуума, повышенной гравитации, имитировали воздействие Черноты и направляли мощные магические атаки. В Чёрном доме меня могло ожидать что угодно, и я должен был быть готов ко всему!

Разумеется, аппаратура к подобным испытаниям была не готова, и камеры были раздолбаны в кратчайшие сроки.

— Чем вы опечалены, мой господин? — спросил меня Альфред, когда я завалился домой после очередного испытания.

— Я планирую передавать трансляцию из Чёрного дома, но ни одна камера не подходит, — пожаловался я ему.

— А что вам требуется?

Я описал ему необходимые характеристики, ни на что, конечно же, не рассчитывая.

Тем сильнее было моё удивление, когда утром на столе в главной комнате нашего номера я обнаружил несколько прекрасных устройств, защищённых не только крепким корпусом, но и особой магией.

Судя по отсутствию маркировки и официальных логотипов, продукция была не совсем легальной.

— Лучшие образчики военной техники, стоящей на вооружении элитных подразделений Императора! — гордо объявил Альфред. — Полностью отвечают всем вашим требованиям. И даже немного больше…

— Ничего себе! Где ты их нашёл?!

— У меня есть свои пути добиваться желаемого, — загадочно улыбнулся мой камердинер. — И не советую вам, господин, задавать дополнительные вопросы. Если я на них отвечу, то вас могут признать соучастником…

Как он и советовал, вопросов я больше не задавал.

Мы с Алиной провели все необходимые исследования и установили, что эти камеры были именно тем, что нам надо. Несколько небольших усовершенствований, и я был уверен, что камеры не выйдут из строя и не лишат меня связи даже при самых суровых условиях.

Следующим этапом была подготовка амуниции.

В этом вопросе у меня уже имелся некоторый опыт. Всё-таки три похода в Чёрный дом, как-никак!

В проверенной лавке артефактора я разжился несколькими взрывающимися и исцеляющими артефактами. Алина сочла набор недостаточным и дополнила его целой россыпью артефактов, а также самым настоящим боевым костюмом.

И этот костюм вызывал у меня больше всего вопросов.

Чёрное одеяние, сплетённое из особо прочных стальных нитей, сплошь покрытое усиленными металлическими пластинами, — костюм надёжно защищал, но при этом был громоздким и значительно сковывал движения.

— Я это не надену! — решительно заявил я. — Всё понимаю, ты думаешь о моей безопасности, но эта фигня лишает меня мобильности! Я просто не смогу в нём бегать и драться. Из-за него я буду тормозить. А в Чёрном доме важна каждая секунда!

— Просто попробуй, — продолжала настаивать Алина. — Уверена, что всё совсем не так плохо…

Под её напором я влез в костюм. Внезапно он сам собой затянулся, приняв очертания моей фигуры. Его тяжесть почти не ощущалась, а пластины были неуязвимыми только для внешнего воздействия. При ходьбе они отлично деформировались, позволяя мне двигаться так, как я хочу.

Более того, мои скорость и силовые показатели только выросли. Использованные в костюме Руны придали мне дополнительные силы. Да и смотрелся он вполне стильно. Не то чтобы я собирался в нём позировать, но и выглядеть как чушка совсем не хотелось…

На всякий случай я провёл в костюме пару дней, достигнув того состояния, когда практически перестал его ощущать. Я даже провёл с Альфредом пару пробных спаррингов. Всё было отлично.

Благодаря Алине я докупил ещё несколько артефактов вроде безразмерной сумки. Дополнительно юная гений дала мне несколько приборов из своей коллекции. Каждый из них стоил целое состояние, и я надеялся, что ни один из них не пострадает во время рейда.

Я считал себя полностью готовым, когда своё вердикт вынес Альфред.

— Господин, в прошлый раз ваше оружие не смогло пробить чешую гиппопотамов. Предлагаю вам рассмотреть что-то более существенное, чем Людоед…

— Например, что? Огнестрельное оружие там бесполезно — монстры могут нападать внезапно, я просто не успею прицелиться. Да и как стрелок я совсем не очень.

— Возможно, вам стоит подумать об использовании боевых артефактов? — предложил камердинер.

— Слишком капризные. Да и неизвестно, сработают ли они на чудовищ. Если что, я всегда могу применить свой Дар…

В себе я был уверен, но всё равно чувствовал, что Альфред прав. Мне требовалось по-настоящему грозное оружие.

— Кажется, я знаю, что тебе нужно… — многозначительно улыбнувшись, произнесла Алина. Её глаза горели нехорошим блеском.

Мне было страшно даже представить, что именно она задумала…

Глава 49

На реактивной скорости Алина бросилась внутрь лаборатории, принявшись отчаянно рыться в бесконечных ящиках.

— Ты меня пугаешь… Может хоть скажешь, что именно ты ищешь?

— Уже нашла! — сияя, сообщила девушка, аккуратно выставляя на стол коробки с принесёнными мной из Чёрного дома камнями.

— Ты что, всё время хранила их здесь? — Я недовольно на неё посмотрел. — Мы же договорились, что никто не должен о них ничего знать. А что, если бы их нашли? Это же не только твоя лаборатория!

— Почти моя. Учёных в центре совсем немного, поэтому профессор Пономарёв закрепил эту лабораторию за мной, — продолжая сиять, сообщила Алина. — К тому же коробки защищены особым артефактом. Их могу открыть только я…

Она не шутила. Я попытался открыть верхнюю коробку, но у меня ничего не вышло даже когда я использовал Дар. Зато Алина легко отбросила крышку, словно её и не существовало.

— Ты хочешь использовать камни? Я тоже об этом думал. Но тащить их в Чёрный дом будет неудобно. Пока я найду в сумке нужный, меня успеют десять раз растерзать…

— Верно! — кивнула она. — Но только если не принять соответствующие меры.

Сказав это, она взяла Камень разрушения и пихнула его под здоровенный резак. Непродолжительное жужжание — и она сумела отколоть небольшой кусок.

Взяв его, Алина направила в обломок силу. Из камня вырвался поток энергии. Не такой мощный, как от всего камня, но всё же весьма и весьма приличный.

Во всяком случае, металлический стол расплавился буквально за долю секунды.

— Я провела дополнительные исследования и выяснила, что при разрезании камня образовавшиеся обломки теряют от 10 до 30 процентов от мощности целого камня! Конечно, потеря существенная, но мощность и простота использования всё равно превосходят большинство артефактов, — не прекращая улыбаться, пояснила Алина. — Так что если ты возьмёшь обломки с собой, то они могут спасти тебе жизнь. Да и носить их гораздо удобнее!

— С отличной идеей трудно спорить! — согласился с ней я.

Вдвоём мы таким же образом обработали Камень подчинения и Камень отмены. После этого мы, используя всё доступное в лаборатории оборудование, вставили их в металлические кольца. Получились довольно симпатичные безделушки.

В довершение Алина нанесла на каждое кольцо по простенькой Руне направления и подавления. Таким образом, сила камней в кольцах оставалась подавленной и активировалась только когда я использовал Дар.

Всё вместе это превращало камни в портативное и очень опасное оружие.

— Надо чаще говорить тебе, что ты грёбаный гений! — искреннее сказал я Алине. — Что бы я без тебя делал?

— Кормил монстров в ближайшем Чёрном доме! — улыбнулась девушка в ответ. Она пыталась это скрыть, но я видел, что ей было очень приятно.

После того, как с экипировкой было покончено, мы с Алиной приступили к другой, не менее важной, части подготовки.

А именно, к поиску Чёрного дома, в который мне предстояло пойти.

Критериев было несколько. Идти в семейный особняк Оскуритовых я пока не хотел — из всех Чёрных домов города он был самым опасным. Мой прошлый поход туда практически закончился катастрофой, и я отложил его до момента, когда наберусь опыта и буду полностью уверен в своих силах.

Самым логичным было отправиться в один из Чёрных домов, в которых я уже успел побывать. Я их знал и примерно представлял, с какими опасностями могу там столкнуться. Это упрощало процесс очищения от Черноты.

Но Алина нашла вариант лучше.

— У каждого Чёрного дома есть определённый уровень проявления энергии Черноты, — пояснила она, тыкая пальцем в изображённую на экране компьютера схему расположения Чёрных домов города. — В целом, она находится в рамках одинакового для всех домов диапазона. Но есть и особые случаи. Вот, посмотри на показатели резиденции Оскуритовых.

Она ткнула пальчиком в точку на карте, обозначающую фамильное поместье моего Рода.

— Ого! Показатель выше в два раза.

— Вот именно! Но есть и обратная ситуация. — Она указала на другую точку. Показатели там были почти в полтора раза ниже показателей других домов. — Теоретически, в этом доме присутствие Черноты должно быть ниже, чем в остальных. Значит, риск того, что на тебя на первых же этажах нападут сильные монстры или сама Чернота, намного ниже…

Над её предложением я думал недолго. Спорить с наукой я привычки не имел.

— Туда и пойду!

Одной подготовкой оборудования и определением Чёрного дома мои сборы не ограничивались.

Каждый день я не только ходил в Академию, исправно поглощая новые знания, но и занимался дополнительно.

Каждое утро начиналось с дружеского спарринга с Борзовым. Обычно он появлялся в номере только под утро, но всегда каким-то чудом заставлял себя раскрыть глаза и устраивал мне такую трёпку, от которой потом болел буквально каждый мускул.

Бойцом он был великолепным, мечом владел виртуозно, и от него я узнавал куда больше, чем от преподававшего фехтование Дорохова.

— Эх, тебе бы с братцем моим сразиться! — фыркнул Борзов, когда я, нечеловечески разогнавшись, всё-таки сумел чиркнуть тренировочным мечом ему по груди. — Вот уж кто умеет драться, так это он! Даром, что он выглядит как заправский франт, да всё любит делать чужими руками, сражаться он умеет, это факт…

От знаменитого бойца Николая слышать такую похвалу было непривычно. Уж если он кого-то хвалит, то это точно достойный фехтовальщик!

После нашего спарринга Борзов обычно залпом выпивал бутылку пива и отправлялся спать на целый день. Ничем кроме пьянствования и тренировок со мной он не занимался. Так что можно было сказать, что наше соседство было успешным. Во всяком случае, за всё время, пока он жил со мной, он никого не убил и не запугал. Можно сказать, отличный результат для известного буйным характером князя!

Помимо Академии и фехтования по вечерам я усердно занимался с Морозовой.

Её уроки позволили мне совершить настоящий прорыв. Пусть она и изматывала меня бесконечной медитацией и странными упражнениями, направленными на развитие Дара, результат был налицо. За невероятно короткий период в несколько дней я сумел освоить то, на что обычные Одарённые тратят по меньшей мере месяцы.

Теперь создание энергетических шаров и плетей не представляло для меня никакого труда. Шары я мог создавать разных размеров и мощности, фактически выстреливая ими как из пулемёта. Плети же стали ещё более плотными и опасными. За раз у меня получалось создать до десяти штук. При этом каждую я мог контролировать вплоть до формы и направления движения. В момент использования этой техники со стороны я выглядел как какой-нибудь осьминог. Вид, наверное, забавный, но опасность техники сложно было переоценить.

Освоил я и другие приёмы из числа самых распространённых. Продвинутый телекинез, пирокинез, контроль внутренних процессов организма, поверхностное изменение молекулярной структуры неорганических предметов… От многообразия техник и их особенностей у меня кипела голова, но зато я чувствовал, насколько сильным мне удалось стать.

Заметили это и остальные. Общие занятия с Морозовой в Академии я посещал вместе с другими студентами, и постоянно ловил любопытные взгляды.

— Сто процентов Оскуритов сидит на усиливающих зельях! — подслушал я в один из дней разговор Баратынской с подружками. — Ну не может Одарённый, даже с отличной генетикой, так быстро прогрессировать! Так что скоро Оскурит сдохнет сам. На этих зельях долго не живут!

Похвала мне досталась и от Морозовой.

— Честно говоря, Марк, ты не перестаёшь меня удивлять. Я никогда не видела, чтобы кто-то прогрессировал так быстро, как ты! — произнесла она после одного занятия, когда я буквально-таки выполз из тренажёрного зала, потеряв, по ощущениям, килограмма два веса. — Это меня даже пугает… Потенциально, ты можешь достичь огромных высот. Ты можешь стать даже сильнее меня!

— Сильнее вас? — Я хмыкнул. — А что, это так сложно?

В ту же секунду я почувствовал, как воздух вокруг наполняется силой. Я и понять ничего не успел, а уже оказался полностью обездвижен и лишён возможности использовать Дар. На грудь же давило так сильно, что казалось, ещё немного, — и её расплющит до состояния блина!

— Всё ещё думаешь, что можешь сравнивать себя со мной? — мягко, но со звериной угрозой прошипела мне на ухо Морозова. — Не забывай, ты всё ещё мальчишка, только начавший свой путь по пути силы. А я иду по этому пути долгие годы. Ты не сможешь со мной сравниться! Тебе это понятно?!

На этом демонстрацию силы можно было считать законченной, но только не для меня.

Столько дней тренироваться, потеть, буквально отдавать на тренировках все силы, — и уступить при первых же трудностях? Спасибо, но так легко мириться с поражением не для меня!

Я попытался воззвать к Дару, но он по-прежнему не отвечал. Морозова каким-то пока неизвестным мне способом напрочь заблокировала к нему доступ.

Зато к чему она доступ заблокировать не могла, так это к силе Тьмы. К ней я и обратился.

Сила буйным потоком полилась по венам, и я почувствовал, как отступает созданное Морозовой оцепенение. Пара ударов сердца — и я снова мог двигаться.

Сила Тьмы пробила дорогу Дару. Все мои силы снова были со мной, полностью послушные моей воле. Я чувствовал, как они, смешиваюсь, текут по венам.

Тренировки помогли мне не только вырасти во владении Даром. Они в том числе научили контролировать Тьму внутри. Теперь её сила меня не пугала. Я знал, что не потеряю контроль и не брошусь на Морозову с желанием высосать её кровь до последней капли. Сила была мне подвластна, и я мог сделать с ней всё, что пожелаю.

По стенам тренировочного зала заплясали тёмные тени, а в моих глазах зажглись красные огоньки. Я знал, что выгляжу сейчас жутко. А если добавить к этому буквально плавящийся вокруг меня воздух, то образ и вовсе получался как из страшных сказок. Кто угодно при виде меня бросился бы на утёк!

Вот только на Морозову он особого впечатления не произвёл. Вместо того, чтобы испугаться, она только рассмеялась мне прямо в лицо!

— Очень хорошо, Марк! Просто отлично. Теперь я не сомневаюсь, что тренировки были не напрасны. Но над огненным блеском в глазах я бы на твоём месте немного поработала. Он недостаточно убедителен. Это ничего. Я неплохо владею искусством иллюзии и могу тебя научить и ему…

Такая реакция была бы обидной, если бы я не заметил, как, несмотря на развязный тон, сжались её кулаки, а в глазах не заплясали огоньки силы. Всё-таки она испугалась, пусть и попыталась скрыть!

Что ж, для начала будем довольствоваться и этим скромным достижением!

— С удовольствием продолжу обучение, — улыбнулся я, принимая свой обычный облик. — И кстати, я пропущу завтрашнее занятие.

— А что, тренировки стали слишком тяжёлыми? Решил отдохнуть? — Морозова скорчила презрительную гримасу.

— Не, не дождётесь! Просто у меня, в отличие от некоторых есть личная жизнь!

Бросив последнюю фразу, я попрощался с ней и ушёл прочь. Интересные у нас, конечно, отношения. Увидь я, что кто-то общается таким образом, ни за что бы не догадался, что это учитель и ученик!

Планы у меня на завтра и вправду были. Но, разумеется, к личной жизни они никакого отношения не имели. С Анастасией мы в последние дни виделись преимущественно в Академии. Мы отлично общались и много шутили, но для более личных встреч времени у меня пока не было. Вот схожу в Чёрный дом, и обязательно всё наверстаю!

Именно туда я завтра и собирался. Согласно вычислениям Алины, это был самый подходящий день. Я просто не мог себе позволить его пропустить!

Приготовления были уже завершены. Единственным незакрытым вопросом оставался вопрос с Тьмой.

Все эти дни я, сколько ни старался, никак не мог до неё докричаться. Она старательно игнорировала мой зов, и даже использование крови не помогало с ней связаться.

Таким образом, моё главное секретное оружие оставалось для меня недоступным. Идти в дом без него было сумасбродным решением, но я был готов рискнуть. В конце концов, подготовился я будь здоров!

Идти было решено ночью. Именно тогда, согласно данным Алины, Чёрные дома были наименее активны. Так что день я провёл, отсыпаясь и набираясь сил, а вечером, прихватив всё оборудование, отправился в Чёрный дом.

Приключение начиналось.

Глава 50

Дом выглядел обыкновенно. Небольшой покосившийся особняк. Наверняка до пришествия Черноты в нём жили зажиточные горожане из числа простолюдинов. Он казался неказистым, но я понимал, что внутри он гораздо больше, чем кажется, а твари там такие, что обыкновенные граждане бросились бы наутёк от одних моих рассказов…

— Меня слышно? — спросил я, вставая у ограды, ведущей во внутренний двор.

— Слышно отлично! — отозвался в ушах голос Алины.

— Как будто вы стоите рядом с нами, господин, — произнёс как всегда серьёзный Альфред.

Узнав о том, что мы запланировали, мой камердинер вызвался принять участие в нашем дерзком предприятии. Он немало поучаствовал в моей подготовке, а сейчас занял место перед монитором в лаборатории Научного центра рядом с Алиной. Пусть он и пытался это скрыть, но я слышал, как сильно он за меня волнуется.

— Ну и отлично! Тогда я пошёл!

Подойдя к дому, я заметил своё отражение в частично разбитых окнах.

Выглядел я достаточно внушительно. Закованный в покрытый защитными пластинами чёрный костюм, с наполненным силой Людоедом в руках, блестящими на пальцах кольцами с Камнями, закреплёнными на поясе артефактами первой необходимости, — прямо какой-то элитный боец из Императорской гвардии, не иначе!

— Удачи, — прошептала Алина. — Надеюсь, что мы не напрасно готовились.

— Не стоит переживать, господин уже делал это! — ответил ей Альфред. — На твоём месте я бы взял попкорн.

— Зачем? — удивилась девушка.

— Интереснее будет смотреть, как господин крошит монстров!

Я улыбнулся. Что ж, пусть Альфред так подбадривает сам себя, но и на меня это тоже действует. Дополнительная поддержка лишней не бывает!

Но стоило мне переступить порог, как я тут же наткнулся на кое-что необычное.

Под ногами что-то хрустело. Направив силу в глаза, я пригляделся и разглядел под ногами три белеющих в темноте предмета подозрительно знакомой формы.

— Так, ребята, у нас первый сюрприз. Тут у входа валяется три трупа.

— Это тела людей? — деловито и, кажется, совсем не удивившись, поинтересовался Альфред.

— Да! Причём это не просто трупы. Они обглоданы и высушены до состояния скелетов.

Сам не знаю, зачем я всё комментировал. Алина и Альфред и сами всё прекрасно видели через закреплённую на костюме камеру.

— Значит, лежат там давно, — включилась в беседу Алина. — Наверняка кто-то из тех отчаянных, кто пытался пробраться в дом, но тут же был растерзан монстрами.

Я был готов с ней согласиться, но заметил в костях кое-что знакомое. Присев на корточки, я выудил предмет, который совсем не ожидал здесь увидеть.

— Насчёт того, что они здесь давно, готов поспорить. Прямо сейчас я смотрю на нашивки с зелёными стрелками.

Это действительно были они. Такие нашивки носили парни, потребовавшие от Терентьева написать на меня разгромную статью и, предположительно, похитившие сумку из моего дома и попытавшиеся выкрасть её из номера.

Алина и Альфред были в курсе ситуации, поэтому пояснять её им не понадобилось. Они всё мгновенно поняли.

— Готова поспорить, что они пришли туда из-за предметов! Наверняка узнали, где ты их берёшь, и тоже решили нажиться, — предположила Алина.

— Полностью согласен с каждым словом девочки, — уверенно произнёс Альфред. — Они давно хотели заполучить добытые вами предметы. А когда не получилось, решили достать их самостоятельно. За что и поплатились!

Я был с ними согласен. Кто бы они ни были, эти ребята знали не только о предметах в сумке, но и о том, где я их беру. А это уже предполагало наличие основательной осведомлённости о моей жизни! Такие знания нелегко раздобыть…

Но думать об этом сейчас было некогда. Я был посреди Чёрного дома, и опасность могла появиться в любой момент и откуда угодно. Если я не хочу повторить судьбу ребят с зелёными стрелками и превратиться в начисто обглоданный скелет, то мне следует сосредоточиться на том, что происходит здесь и сейчас…

— Вам всё хорошо видно? — спросил я, поправляя закреплённую на груди мини-камеру.

— Всё видно отлично! — ответила Алина. — Но пока всё, что я вижу, это самый обыкновенный дом.

Она была права. Если бы я не знал, что нахожусь в Чёрном доме, то и сам бы никогда не догадался. Ни пылевых пирамид, ни живых жгутов и плесени, ни тем более монстров вокруг не наблюдалось. Только самый обыкновенный интерьер самого обыкновенного дома.

— Ты же сама видела, что излучение Черноты здесь было самым слабым в городе. Так что логично, что её действие заметно меньше, чем где-либо ещё! К тому же это первый этаж. Подожди немного, и всё увидишь…

Я медленно двинулся дальше и оказался в следующей комнате.

Здесь атмосфера уже изменилась. Шевелящиеся на потолке живые отростки, бегающая по стенам плесень, висящие в воздухе пирамиды из пыли, — тут этого добра было более чем достаточно!

— Ну что, теперь ты довольна?

— Более чем! Ты даже не представляешь, насколько! — захлёбываясь от восторга, провизжала Алина так громко, что у меня заложило ухо. — Тут всё такое интересное! Подожди, считаю показатели…

Распиханные по карманам приборы тихонько загудели. Перед отправкой Алина снабдила меня таким количеством исследовательских устройств, что хватило бы на целую маленькую лабораторию. Ещё повезло, что все они были миниатюрными, и Алина распихала их по карманам так грамотно, что я их фактически не замечал.

— Марк, будь осторожен, — голос Алины стал тревожным. — Судя по показаниям приборов, к тебе приближаются неопознанные объекты!

— А, значит, это пожаловали монстры. Давно пора! А я всё думаю, что они так долго…

Как я и ожидал, из всех щелей на меня попёрли чудовища. Что хорошо, не какие-то серьёзные твари с верхних этажей, а самые обычные ящерицы. Юркие, с мощными челюстями и острыми когтями, они не были для меня большой проблемой в мои первые визиты. Не стали они проблемой и сейчас.

— Хотите моего мяса? Отведайте лучше меча! — крича что-то в богатырском стиле, я вступил в бой.

Людоед носился в воздухе с невозможной скоростью, снося по две-три головы за раз. Размявшись, я применил Дар.

Вокруг меня взметнулись восемь мощных энергетических щупалец. Стремительно заметавшись между ящерами, они устроили им настоящий геноцид. Воздух прямо-таки разрывался от их жалобного писка!

Также как и моя голова от истошных криков Алины.

— Ааа, как же их много! Марк, спасайся!!! Беги оттуда!!! — кричала она в натуральной истерике.

С ней повторилась та же история, как и при встрече с Барсиком в лаборатории. Я же убедился в своей теории — у неё был настоящий панический страх перед монстрами. Но если тогда она просто зависла, то сегодня её реакция была куда более бурной.

— Алина, успокойся! Эти монстры — полная ерунда. Я способен справиться с тварями куда хуже!

Не знаю, что помогло, моя железная логика или успокаивающий голос Альфреда, который я приглушённо слышал через наушник, но успокоилась она быстро. Кажется, поняла, что так или иначе, но в Чёрном доме мне придётся сражаться с чудовищами. И я умею это делать!

— Господин, почему бы вам не использовать Камень подчинения? — посоветовал мне Альфред. — Это куда эффективнее, чем тратить силы на истребление этих тварей.

— Идея хорошая. Но только мне нужно поднимать Ранг. А если они отстанут от меня сами по себе, то и прокачаться у меня не выйдет…

Тем не менее, предложением Альфреда я воспользовался почти сразу.

На меня вылетело целое полчище огромные летучих мышей с искрящимися электричеством хвостами. С ними я уже сталкивался и серьёзными монстрами не считал. Но сейчас они налетели так внезапно и в таком количестве, что я решил немного изменить тактику.

Я вскинул руку с кольцами и направил силу в Камень подчинения.

— А ну-ка, ребятки, отвалите от меня!

Сначала мне показалось, что ничего не вышло. Наоборот, монстры взревели громче прежнего. А затем в них как будто что-то изменилось. Они жалобно завыли и отступили прочь, давая мне пройти.

Впрочем, всё прошло не совсем гладко.

Камень в кольце был совсем небольшим, а значит, его силы были уменьшены. На всех монстров его мощи не хватило, и порядка полудюжины летучих мышей бросились на меня. Но такое количество не являлось для меня сколько-нибудь ощутимой проблемой, и я легко их зарубил несколькими ударами меча.

— С тварями здесь покончено. Алина, куда мне идти дальше?

Я услышал, как она отчаянно лупит по клавишам. Среди приборов, которые я принёс, было несколько сканеров, нацеленных на поиск нетипичных выбросов энергии. Все данные отражались на экране в лаборатории, и сейчас мой гений анализировала информацию, пытаясь найти самый большой источник энергии Черноты.

Это был ключевой элемент нашего плана. Если ей удастся найти источник центр Черноты, то, возможно, получится найти и способ очистить дом.

— Всё очень нечётко. Но самый сильный сигнал поступает откуда-то сверху. Ты не можешь подняться на пару этажей? Наверняка там сигнал станет более точным…

— Да не вопрос!

Я направился к лестнице, по пути зарубив несколько заблудившихся чудовищ. Пока всё шло по плану. С самого начала мы предполагали, что мне придётся подниматься на верхние этажи. Обычно там были самые сильные монстры и обитала Чернота. Логично, что и источник, влияющий на весь дом, тоже стоило искать именно там.

Лестницу охраняло несколько ящеров и летучих мышей. Раскидав их, я поспешил наверх.

Эта лестница не отличалась от всех остальных, что я видел в Чёрных домах. Широкая, древняя, она извивалась, теряясь в высоте.

— Какая большая… — выдохнула Алина. — В доме всего один этаж. Я не думала, что здесь может быть такая лестница!

— Пространственное искажение, — голосом знатока произнёс Альфред. — Чернота меняет физические объекты, наделяя их новыми свойствами.

— Ох, вот бы изучить это поподробнее… — грустно вздохнула Алина.

Я их болтовню больше не слушал. Потому что у меня возникли проблемы посерьёзнее.

Стоило мне достичь второго этажа, как на меня выскочил сразу с десяток разъярённых собак-переростков, которых я уже встречал в предыдущих домах. Появились они так внезапно, что я едва успел уклониться от щёлкнувших у самого лица зубов.

Напитав Людоеда силой, я бросился в атаку и сходу срубил несколько особо отчаянных голов. Чудовища продолжали напирать, и тогда я пустил в ход принесённые с собой артефакты.

Размахнувшись, бросил в сторону несколько чёрных кубиков с эффектом иллюзии, активировав их в полёте. Коснувшись пола, они начали работать, создав моё очень реалистичное изображение. Ощущение было такое, как будто смотрюсь в зеркало!

Едва появившись, изображение бросилось в дальние коридоры. Часть монстров повелась на обманку и кинулась за ним, ослабив давление на меня.

Не успел я вздохнуть свободно, как на помощь ушедшим из внутренних помещений рванули новые монстры. Их я встретил несколькими взрывающими артефактами и приличной энергетической атакой.

— Марк, я и не думала, что ты такой крутой! — восторженно зашептала Алина.

— Никогда не сомневайся в моём господине, девочка, — сухо произнёс Альфред.

Мне же снова было не до их разговоров. На меня навалились новые монстры. В этот раз прямоходящие осьминоги и летающие медузы, стреляющие электричеством.

— Алина, куда мне идти дальше?!

— Продолжай подниматься! Сильный сигнал поступает сверху!

Я бросился вверх по лестнице. На третьем этаже на меня навалилось ещё больше монстров, и я, едва отбившись при помощи Камней и артефактов, не останавливаясь, рванул выше, на третий этаж.

Здесь у чудовищ появилось пополнение в виде закованных в броню монстров с винтообразным рогом на носу. О, носороги! Я встречал их раньше, в одном из предыдущих домов, но за время нашей разлуки совсем по ним не соскучился.

— Продолжай подниматься!

Я бегом достиг четвёртого этажа. Тут ситуация была ещё хуже. Чудовищ было столько, что я израсходовал сразу с десяток артефактов, не забывая про Камни и собственные силы. И всё равно получил пару ощутимых ударов в корпус.

Если бы не броня, то точно бы валялся где-нибудь в уголке, истекая кровью!

Помогал и Жижик. Он носился как угорелый, останавливая особо ретивых монстров и залечивая мои ссадины и порезы.

— Ещё один этаж! Источник там! — прокричала мне в ухо Алина.

Я выругался, но продолжил подниматься. Каждый шаг давался с нереальным трудом.

Но всё стало гораздо хуже, когда я достиг пятого этажа.

Там меня встречала Чернота собственной персоной.

Глава 51

«Ну здравствуй, маленький Оскурит… Иди… ко мне…».

Передо мной стелился густой чёрный дым. Настолько густой, что он заполнял собой свободное пространство, полностью поглощая всё вокруг. Казалось, что вокруг, кроме этого дыма, не оставалось ничего больше.

— К тебе? Ну уж нет, спасибо! Я помню, как приветливо ты встретила меня в прошлый раз. Я едва выбрался живым!

Я оглянулся. По лестнице топала целая толпа монстров. Впереди же меня ждала Чернота.

Бежать мне было некуда.

— Алина, что мне делать дальше?!

В ушах раздался бешеный перестук клавиш и тяжёлое дыхание.

— Марк, самый сильный сигнал находится на этом этаже! Прямо за Чернотой!

— За Чернотой?! То есть ты что, предлагаешь мне прорываться сквозь неё? Да она же сожжёт меня заживо!

В ответ снова раздался перестук клавиш и успокаивающий голос Альфреда:

— Господин, я тоже это вижу. Увы, но девочка права. Другого выхода нет. Вы должны прорваться сквозь неё…

Чернота протянула ко мне свой отросток. Я не успел вовремя среагировать, и он обвил руку. Тело пронзила боль. Я почувствовал, как плавится мой защитный костюм, и кожа вздувается пузырями от ожогов…

«Мой Оскурит… После стольких лет!!!» — торжествующе проревела Чернота.

Пусть боль и лишала меня возможности думать о чём-то другом, я точно знал, что не собираюсь сдаваться.

— Нет… Не твой! — прохрипел я, выпуская энергию и одновременно ударяя всем, что было в моём распоряжении.

Чернота задрожала, но поглотила всю мою далеко не самую слабую атаку с такой лёгкостью, словно её и не было.

— Мне не хватает сил! — проревел я, чувствуя, что едва стою на ногах.

Чернота наползала на меня со всех сторон, медленно меня обволакивая. Боль нарастала. Ещё немного — и она захватит меня полностью, изжарив на месте.

— Марк, вспомни про громкий звук! Мы к этому готовились! — прокричала Алина.

Точно, звук!

Тьма говорила, что Черноту пугают громкие и резкие звуки. Я это запомнил, рассказал Алине, а она позаботилась, чтобы в следующий раз я не оказался безоружен.

Через боль я запустил руку во внутренний карман и активировал лежащий там музыкальный артефакт.

Коридор тут же затопила оглушительная мелодия. Артефакт орал так громко, что у меня затряслись барабанные перепонки и волосы на голове. Если бы мои наушники не обладали специальным шумоподавляющим эффектом, я бы обязательно оглох!

Определить жанр мелодии было невозможно. Резкие хлопки, какие-то завывания и глухие удары. Что это, я не понимал, но Алина ещё на этапе подготовки убедила меня, что именно этот набор звуков влияет на Черноту самым отрицательным образом.

И сейчас я имел возможность в этом убедиться.

Чернота задрожала. Внезапно чёрный дым распался, как будто кто-то невидимый, но очень сильный, порубил его на куски.

Недолго думая, я рванулся вперёд.

Обострённая Даром реакция помогала вовремя уклоняться от норовящих ухватить меня остатков Черноты, и я ловко скользил вглубь коридора. Несколько раз ей удалось меня задеть, и каждое прикосновение отзывалось болью. Усиленная артефактами защита костюма работала из последних сил. Если выберусь живым, то придётся выбросить его на свалку.

«Не пущу! Мой Оскурит!!!» — проревела Чернота.

Её отростки потянулись ко мне, но я среагировал быстрее. На ходу бросил в неё несколько активированных артефактов. Раздался взрыв, настолько мощный, что затрясся потолок.

От громкого звука Чернота вздрогнула и отшатнулась. Несколько десятков секунд я себе точно выиграл.

Но стоило ей отступить, как по моему следу бросились чудовища. Вопя и клацая зубами, они устремились ко мне. Артефактов почти не осталось, и поэтому я вскинул кольцо с Камнем подчинения.

— А ну назад!!! — проревел я.

Чудовищ было столько, что энергии Камня хватило только на то, чтобы отпугнуть от силы особей двадцать.

Я активировал Камень разрушения. Красный луч вырвался на свободу, и всё, что мне оставалось, это направлять его на чудовищ, разрезая и сжигая их на месте.

То ли дело было в том, что разрезанный Камень был не так эффективен, как целый, то ли действовала особая энергетика дома, но той разрушительной силы, что он демонстрировал в лаборатории, добиться не удалось. Я успел свалить только первый ряд чудовищ, когда остальные накинулись на меня, чтобы растерзать.

Тогда я всадил в них последние взрывающиеся артефакты, свалив нескольких чудовищ при помощи Дара и силы Тьмы.

— Алина, куда мне идти?!

— Иди в правый коридор! Я чувствую, что источник там!

Определившись с направлением, я перешёл к следующему этапу плана. Вытащив из кармана заранее заготовленный артефакт, я активировал его и бросил на пол.

В ту же секунду артефакт, небольшая металлическая пластинка, принялся расти и меняться. Два или три удара сердца — и перед монстрами выросла внушительных размеров стена, полностью отделившая меня от них. Я слышал глухие удары тел чудовищ, пытающихся пробить неизвестно откуда взявшееся препятствие, но у них ничего не получалось.

И не могло получиться! Это был специальный сдерживающий артефакт, который использовали лучшие охотники на чудовищ. В силе монстров Чёрного дома я не сомневался. Но даже им, самым страшным созданиям Тьмы, понадобится на это очень много времени! На пару часов их это точно займёт.

Я побежал по коридору. С обеих сторон меня окружали одинаковые двери без номеров и каких-либо отличительных знаков.

— Алина, куда мне идти?!

— Пройди две двери и поверни направо, — произнесла Алина не очень уверенно.

Я пронёсся мимо двух дверей и распахнул ту, на которую она указала.

В ушах тут же зазвучал её перепуганный голос.

— Не эта дверь, Марк! Следующая!!!

Но было уже поздно. Содержащаяся за дверью бесформенная чёрная масса уже ухватила меня и потянула в своё ненасытное чрево.

Это была та же субстанция, из которой я вытащил Жижика во время своего первого визита в Чёрный дом. Больше я её нигде не встречал и совсем не ожидал наткнуться на неё здесь!

Я попытался сопротивляться, но это оказалось невозможным. Эта субстанция была ещё более цепкой, чем Чернота. Вырваться из её объятий не получалось, сколько я ни трепыхался.

— Господин, боритесь! — услышал я голос Альфреда. — Ударьте её энергией, используйте Камень!

Я сделал всё, что он советовал, но ничто не помогало. Бесформенная жижа уже почти затащила меня внутрь, когда вдруг произошло неожиданное.

По моему телу заметался Жижик. От него исходили странные, непонятные вибрации. Я чувствовал лишь отголоски передаваемых им мыслеобразов, но понимал, что общается с этой субстанцией. Никаких подробностей я понять не мог, но, кажется, они о чём-то договаривались.

А затем я внезапно почувствовал, что субстанция отступает, снова скрываясь в своём бескрайнем обиталище.

Я снова был свободен.

Вот только Жижика со мной больше не было. Субстанция поглотила его, заменив мою жизнь его. Теперь мне было понятно, о чём именно они договаривались…

— Жижик, нет!!! — крикнул я.

Но было поздно. Последнее, что я успел ощутить, это едва уловимый мыслеобраз. Моя верная клякса прощалась со мной навсегда.

Дверь передо мной захлопнулась с громким хлопком. Я попытался её открыть, но тщетно, моих сил на это было недостаточно.

— Марк, ты в порядке?! — раздался в ушах перепуганный голос Алины.

— Да, я живой. Эта бесформенная тварь забрала…

— Господин, вам нужно торопиться, — не дал мне договорить Альфред. — Если верить приборам, то Чернота приближается…

Я обернулся.

Камердинер был прав. Сформированный мной барьер прекрасно защищал от монстров, но вот остановить чёрный дым он не мог. Чернота понемногу, по капельке, проникала в коридор. Если дать ей ещё пару минут, то она окажется здесь в полной боевой готовности. И в этот раз я, растеряв в бою все артефакты и разрядив Камни, ничего не сумею ей сделать.

Я рванул на себя следующую дверь. Людоед был напитан силой и готов к атаке, но использовать его не пришлось.

Комната была совершенно обыкновенной. Покрытые пылью, здесь, без всякого порядка, лежали вещи. Целая куча самых разных предметов, как уже знакомые мне обломки неизвестных механизмов, обрывки бумаг и статуэтки, так и что-то по-настоящему необычное.

— Алина, ты всё видишь? Что мне делать дальше?!

— Приборы показывают, что здесь находится предмет, от которого питается весь дом. Я полагаю, что есть некий «якорь», в котором воплотилась Чернота. Уничтожь его, и она исчезнет, — уверенно сообщила девушка.

— Да тут сотни самых разных предметов! Как мне его найти?

— Приборы ничего не говорят, слишком сильное излучение. Наверное, ты должен найти его самостоятельно…

Я тихо выругался. Найти самостоятельно?! Ещё бы знать, как это сделать!

Я попытался призвать Тьму. Даже специально до крови прокусил губу. Никакого результата. Она по-прежнему не отзывалась.

Тогда я воззвал к подаренной ею силе, при помощи Дара обострив интуицию.

И внезапно я почувствовал.

Во всей этой комнате, полной самых разных предметов, был только один, в котором я нуждался.

Бросившись к ближайшей куче хлама, я с остервенением принялся в ней рыться, пока не вытащил с самого дна небольшой, сантиметров десять в длину, потрёпанный металлический ключ.

— Нашёл!

Я и сам не мог объяснить, как я понял, что это именно то, что мне нужно. Просто знал это, и всё.

Алина поверила моей интуиции и не стала задавать лишних вопросов.

— Тогда достань Уничтожитель и положи ключ внутрь!

Я принялся рыться в бесконечном рюкзаке. Когда мы готовились к этому рейду, мы не имели ни малейшего представления о том, как именно очистить дом. Мы прорабатывали разные варианты, пока не остановились на одном.

Путём долгих вычислений и опытов Алина смогла найти излучение, негативно воздействовавшее на Черноту. Сгенерировать его удалось из совместных энергетических колебаний Камней, принесённых мной предметов и собственных разработок Алины.

В том, что оно обязательно сработает, ни я, ни она уверены не были. К тому же мы не имели понятия, с чем я там столкнусь. Вполне возможно, что источником силы Черноты мог оказаться какой-то громоздкий предмет, живое существо или что-то ещё. На этот случай в моём распоряжении имелось несколько комплектов для уничтожения Черноты.

Я извлёк из рюкзака небольшую металлическую коробку, подключил её к генератору и положил внутрь ключ.

Коробка тихо зашумела. Излучение начало работать.

— Получается?!

— Не знаю! — напряжённым голосом отозвалась Алина. — Пока непонятно. Требуется время!

На скорость работы Унчитожителя я никак повлиять не мог. Чтобы не терять время, принялся хватать наполняющие комнату предметы и засовывать их в рюкзак. Я успел сгрудить несколько килограммов, когда излучатель заискрился.

— Напряжение падает! Что-то сломалось! — в панике прокричала Алина.

Я кинулся к излучателю, попытался как-то его починить, но не знал, что делать. Он искрил, а интенсивность излучения продолжала падать. Чернота оказалась сильнее…

Где-то на самой границе сознания возникло смутно знакомое ощущение. Ко мне тянулась знакомая сила.

Тьма! Она взывала ко мне!

Я мысленно потянулся к ней, и в меня бурным потоком хлынула её сила.

Теперь я знал, что делать. Положил руки на излучатель и пустил в него силу. Искры исчезли, скорость излучения возобновилась. Процесс уничтожения ключа продолжился.

— Ты… вернулась? — выдохнул я, обращаясь к Тьме.

Но она уже успела уйти. Всего какие-то краткие секунды рядом, и она снова исчезла без следа.

Дом тем временем ходил ходуном. Тряслись пол и потолок, на голову сыпалась штукатурка. А самое главное — стены утрачивали свой чёрный оттенок, становясь светлыми. Точно такими, какими они и были до прихода Черноты.

— Получается!

— Я вижу! — крикнула Алина. — До полного уничтожения осталось две минуты. Не позволяй излучателю выключиться!

И тут дверь распахнулась. На пороге клубилась Чернота.

«Не получится… Не позволю!!!» — проревела она и устремилась к излучателю.

Мне ничего не оставалось, как броситься ей наперерез.

У меня оставались считанные артефакты, а собственные силы были на исходе. Всё, что я могу ей противопоставить, — это смелость и отчаяние.

Или, как говорят в моём родном мире, слабоумие и отвагу.

Я махал Людоедом, применял Дар и силу Тьмы, активировал все оставшиеся артефакты, но Чернота всё равно медленно подползала к излучателю.

Ещё немного — и все мои старания, гибель Жижика будут напрасны…

И тогда я нырнул в Черноту. Сам не знаю, зачем и почему. Просто чувствовал, что ничего другого не остаётся.

Чёрный дым охватил меня. Невероятная боль, куда более сильная, чем в прошлый раз, наполнила каждую клетку. Я кричал и бился в агонии, но держался, не позволяя Черноте сделать её последний рывок…

И тут всё вокруг залил яркий свет. Чернота заверещела и отступила.

Я упал на пол, жадно хватая ртом воздух. Излучатель больше не работал, а из металлической коробочки шёл дым.

Ключ, материальное воплощение Черноты, связывающее её с этим миром, был уничтожен.

С Чернотой же происходило что-то странное. Чёрный дым закручивался в спираль, втягиваясь в пол. Несколько вращений, оглушительный визг — и она исчезла.

— Марк, уходи оттуда! Сейчас же!!! — прокричала Алина.

Я и сам понимал, что нужно уходить. Пространство передо мной изменялось, сжимаясь. Одноэтажный дом, потеряв поддержку Черноты, стремился вернуть себе прежнюю форму.

Недолго думая, я решил покинуть Чёрный дом также, как и в последний раз.

То есть просто сиганул в окно.

Приземление оказалось более мягким, чем я ожидал. Коснувшись земли, я мягко отпружинил и тут же вскочил на ноги. Всё-таки защитный костюм, даже почти разряженный, — отличная штука!

Я обернулся и посмотрел на Чёрный дом.

Но его больше не было. На месте наводящего на округу ужас Чёрного дома стоял старый, покосившийся, но всё-таки вполне обыкновенный дом. В нём не было и следа Черноты.

— У нас… У нас получилось… — прохрипел я и обессилено рухнул на землю.

В наушниках раздались торжествующие крики Алины и Альфреда. Даже сдержанный камердинер считал такой повод достойным для радости!

Но радовались мы недолго.

Не прошло и нескольких секунд, как рядом раздался топот тяжёлых военных ботинок, и я оказался окружён десятком суровых мужчин в военном форме. Каждый из них сжимал по направленному на меня усиленному Рунами и артефактами автоматами.

Вперёд выступил крепкий пожилой мужчина с разрезающим правую щёку шрамом.

— Марк Оскуритов… Давно хотел познакомиться! — пробасил он. — Именем Императора вы арестованы!

Content

Евгений Ренгач
Наследник Тёмного Клана 2

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Интерлюдия 1

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Глава 37

Глава 38

Глава 39

Глава 40

Глава 41

Глава 42

Глава 43

Глава 44

Глава 45

Глава 46

Глава 47

Глава 48

Глава 49

Глава 50

Глава 51