Волшебство для новичка

Глава 1

Посылку доставили утром в субботу.

Это стало для меня полной неожиданностью. Я никого не ждал и собирался провести первый за долгое время выходной, получая удовольствие от жизни. На моём языке это означало сон до обеда, вкусняшки и столько фильмов и видеоигр, сколько получится.

Так что вторжение внезапного гостя никак не вписывалось в мои планы.

Именно поэтому я был совершенно не в духе.

— Иду я, мать вашу! Иду!!! — крикнул я, отвечая на жалобную трель звонка и наскоро натягивая мятую футболку. — Одну секунду!

Всё ещё с футболкой на голове, я бросился к двери и, как назло, умудрился стукнуться мизинчиком о ножку шкафа.

Из глаз брызнули слёзы. Доброе утро, ничего, блин, не скажешь!

Вот если ещё на пороге какой-нибудь пьяный сосед, случайно перепутавший квартиры, сектанты, ищущие новых адептов Великого Трёхрогого Единорога, или ещё какие-нибудь подобные персонажи, то, клянусь, я выставлю их за дверь, наградив на прощание парой ласковых слов на русском матерном!

Я распахнул дверь.

На пороге стоял щуплый паренёк примерно одного со мной возраста, одетый в форменную одежду курьера.

— Доброе утро! — тоненьким голоском пропел он, как-то неожиданно ловко и незаметно проникая в квартиру. — Вам посылка!

Я смерил утреннего вторженца презрительным взглядом. Лучше, чем сектанты, но вряд ли стоило раннего пробуждения…

— Я ничего не заказывал! — сурово буркнул я.

— Ну как не заказывали! — фальцетом завопил курьер, с любопытством оглядывая мой крошечный коридорчик. — У нас ошибок не бывает! Вот, смотрите сами!

Он снял висящую у него на плече сумку и принялся увлечённо в ней рыться, едва ли не полностью запихнув в неё руку. Сумка явно не выглядела настолько вместительной, чтобы позволять подобные манипуляции, но в тот момент я ещё не до конца проснулся и не успел заметить такую очевидную странность.

— Нашёл! — наконец провозгласил курьер, с торжествующим видом вытаскивая из сумки посылку.

Это был простой деревянный ящичек типа тех, в которых обычно доставляют посылки, но только чуть более продолговатый и с аккуратной вязью из непонятных символов по бокам. Ящик был плотно обмотан бечёвкой, под которую запихнули небольшой бумажный прямоугольник. Открытка!

— Нате! — он протянул открытку мне. — Это же вы, верно?

Я жадно впился в написанные аккуратным косым почерком строчки.

«Власову Олегу. Город Санкт-Петербург, улица Львова, дом 25, квартира 16».

— Я, — удивлённо ответил я.

— Вот, а я что говорю! Не бывает у нас ошибок! Не бывает! А если и бывают… Ну, о последствиях вам лучше не знать! — осклабился курьер, демонстрируя отвратительные жёлтые зубы, многие из которых, на первый взгляд, были в одном шаге от того, чтобы навсегда покинуть дёсны. — Держите посылочку! Теперь ваша!

Его зубы почему-то помогли мне окончательно проснуться. Наверное, из-за нахлынувшего на меня отвращения.

— Но ведь я действительно ничего не заказывал!

Курьер непонимающе на меня посмотрел. Только сейчас я заметил, что глаза у него не только разного размера, но и цвета. Правый глаз — синий, левый — зелёный. Я о таком феномене слышал, но сам видел впервые. Выглядело, скажу честно, довольно красиво, хотя и немного жутковато.

— Имя ваше? — ласково, словно разговаривая с ребёнком, спросил меня он.

— Моё!

— Фамилия ваша?

— Моя!

— Адрес ваш?

— Мой! — ответы были быстрые, односложные, как и вопросы, и я не сразу заметил очевидную логическую нестыковку. — Но я переехал только три дня назад! Никто не знает, что я здесь живу!

Это была правда. Я действительно переехал в эту квартиру всего три дня назад и никому об этом не сказал.

Дело в том, что я как иногородний студент живу (точнее, жил) в общежитии. Причём жил довольно неплохо. Весёлые пьянки, песни под гитару до утра, сражения за туалет и последний пельмень на кухне, истерические попытки подготовиться к экзамену за одну ночь — уверен, что вы хотя бы в общих чертах знакомы со студенческой жизнью.

Всё так и было, пока неделю назад в нашей общаге не нашли какой-то крайне редкий и исключительно живучий вид термитов.

Да-да, термитов! В Питере! Звучит фантастично, но всё-таки каким-то непостижимым образом эти замечательные существа умудрились не просто приспособиться к нашим суровым климатическим условиям, но и создать немалых размеров колонию. Крайне прожорливую колонию…

Вытравить их не получилось, поэтому нас было решено расселить. Все мои ближайшие друзья по счастливому стечению обстоятельств оказались жителями ближайших к Питеру городов и благополучно разъехались по родным домам в ожидании хороших новостей и нового жилья.

А вот у меня решить проблему так легко не получилось. Я родом из такой маленькой и далёкой деревеньки, что вы, пожалуй, о ней никогда и не слышали! Конечно, можно было плюнуть на всё и уехать к родителям, но занятия никто не отменял, да и с друзьями расставаться не хотелось. Так что вариантов у меня не было. Пришлось срочно найти выход. И я нашёл.

Взял все деньги, которые сумел собрать, работая по вечерам официантом, и снял крошечную однушку на окраине города. Дёшево, грязно, далеко от метро и магазинов, но я был горд. Впервые в жизни я был полноправным владельцем собственной жилплощади. Ну, не совсем владельцем, а квартиросъёмщиком, но для меня и это слово звучало как музыка! Я чувствовал себя взрослым и свободным и пребывал в настоящей эйфории.

О том, что я буду делать, когда деньги закончатся, я не думал. Если что, найду вторую работу, а то и третью! В конце концов, учиться до диплома осталось год с небольшим, и там уже смогу найти другую работу, с зарплатой получше! Справлюсь!

А о том, что переехал, я никому не сказал по вполне очевидным причинам. Если бы адрес узнали друзья, то сразу бы нагрянули ко мне с весёлой пьянкой, напрочь разрушив моё одинокое счастье. А если бы узнали родители… Ну, они бы меня просто съели! Тратить огромные по их мнению деньги на тридцать квадратных метров — непростительное расточительство! Так что я молчал до последнего.

Именно поэтому получение посылки показалось мне таким подозрительным…

— Совсем-совсем никто не знает? — пискляво поинтересовался курьер и вдруг внезапно рассмеялся. — Ох, уморили! Да все всё о вас знают! Найти вас — дело нехитрое!

И, продолжая заливаться смехом, он, всё также сжимая в руках посылку, бросился на кухню.

— Стой! Куда?!!! — заорал я, пытаясь воспрепятствовать такому наглому вторжению, но курьер сумел ловко увернуться.

— Нужно расписаться в получении! — провозгласил он, осторожно ставя посылку на заваленный немытыми тарелками кухонный стол.

— Расписаться я мог бы и в коридоре! Необязательно было тащить её сюда! — громко рявкнул я, надеясь, что этот странный курьер поймёт собственную бестактность.

— Обязательно-обязательно! — рассеянно ответил он, роясь в своей бездонной сумке и, кажется, совсем не замечая моего возмущения. — Вам нужна твёрдая поверхность, чтобы расписаться!

Он извлёк из сумки мятый бланк и подвинул ко мне вместе со старинной перьевой ручкой.

— Подпись вот здесь, — ткнул он пальцем в последнюю строку.

Я склонился над столом. Бланк был каким-то необычным. Слишком плотным, потёртым. Так и есть — это пергамент! Старый, пожелтевший. Ничего себе! Не думал, что увижу такой в столь странных обстоятельствах!

Бланк был испещрён текстом и подписями предыдущих адресатов. И они тоже были странными! Написанные непонятными буквами, сплошь состоящими из завитушек и острых кривых линий, они производили дикое и какое-то нездешнее впечатление.

Странно всё это. Ой как странно…

Я покосился на нетерпеливо переступающего с ноги на ногу курьера. Теперь я начинал замечать то, чего не замечал раньше.

Во-первых, его форма. С самого начала я принял его за курьера, и ясно почему. Однотонная куртка, брюки, кепка и переброшенная через плечо массивная сумка очень напоминали классическую одежду курьера. Но именно что напоминали. С первого взгляда это было неочевидно, но на плечах у его непривычно плотной, способной вынести сильнейшие температурные перепады куртки, виднелись эполеты типа военных, с какими-то непонятными знаками на них, а на ногах были кожаные сапоги наподобие солдатских. Хорошие сапоги, из очень плотной кожи. В таких удобно отправляться в долгие странствия по плохим дорогам, а не развозить товары по крупнейшему мегаполису!

Во-вторых, к его правой ноге кожаным ремнём был привязан здоровый нож, очень напоминающий мачете. По недружелюбному блеску сразу было понятно — наточен так, что мама не горюй!

Зачем курьеру в городе нож?! Понятия не имею!

И если все вышеуказанные причины можно было списать на специфический вкус и стиль курьера, то вот следующее обстоятельство логически объяснить никак не удавалось.

Лицо курьера менялось каждую секунду! Не кардинально, но так, что при пристальном взгляде становилось понятно, что в его чертах нет ничего постоянного. Его нос становился то чуть больше, то чуть меньше, губы то краснели, то стремительно превращались в бледные и бескровные, а торчащие из-под фирменной кепки рыжие волосы, кажется, не могли определиться с длиной.

Неизменными оставались только разноцветные глаза. Но они сами по себе были такими необычными, что нисколько не улучшали ситуацию.

— Простите, а какую фирму вы представляете? — стараясь, чтобы мой голос звучал как можно обычнее, спросил я.

— Самую большую! — нетерпеливо ответил курьер. — Вы подписывать будете или нет?

Ничего подписывать я не хотел. Я не понимал, что происходит. Какая-то фантастика, право слово! Галлюциногенный бред! Может быть меня отравили, и этот мошенник, лишь притворяющийся курьером, сейчас попытается меня ограбить? Хотя нет, вряд ли. Я ничего не брал у него из рук, не ел и не пил в его присутствии. Да и брать у меня нечего! Нет, тут что-то другое…

— А посмотреть, что в коробке, можно? — спросил я, пытаясь тянуть время как можно дольше. Если получится — надо вытолкать его прочь при первой же возможности…

— Это можно! — расплылся в улыбке курьер. — Это мы всегда пожалуйста! Лишний разок взглянуть — это я сам рад!

Он стремительно вытащил привязанный к ноге тесак и привычным движением разрезал бечёвку. Страшное это было движение. Слишком стремительное и слишком привычное. Так с ножом обращаются только те, кто регулярно им пользуются! И он явно не колбасу им нарезает…

— Крышечку поднимите сами, — сказал он, почтительно отступая на шаг назад. — Сам я права не имею. Слишком ценно. Заказчик узнает — будет ругаться. А он узнает, можете мне поверить…

Это тоже было странно. А вдруг в коробке бомба, и она сработает, стоит мне к ней прикоснуться? Хотя тогда курьер бы не стоял рядом. Может яд? Тоже вряд ли — слишком экзотично…

Осторожно, затаив дыхание, я снял крышку и замер, не в силах произнести ни слова.

В коробке лежала книга.

Старинный толстый том в плотной кожаной обложке — такую книгу не встретишь в обычном магазине, да и в каждом антикварном тоже. От книги веяло стариной, мудростью и почему-то… силой. Никаких надписей, названия или имени автора на обложке не было. Лишь знак, сложное соединение углов и линий, складывающееся во что-то загадочное и в крайней степени причудливое.

И самое главное — раньше я эту книгу уже видел. Но только не в реальности, а во сне.

Она снилась мне уже почти год. Приходила, стоило мне закрыть глаза и немного погрузиться в царство Морфея. Звала меня, манила, была рядом, но никогда не позволяла себя открыть.

Это были страшные сны. Но не потому, что за мной гнались злые кровожадные монстры, или происходило ещё что-нибудь плохое. Нет, ничего подобного! Только я и закрытая книга. Но атмосфера, те чувства, что я испытывал, глядя на неё — они были недобрыми. Книга мне словно что-то обещала. Что-то немыслимое. Что-то, что могло навсегда изменить мою жизнь…

Я считал эти сны некой подсознательной реакцией моего мозга на происходящую в моей жизни неразбериху. Мой мозг что-то пытался мне сказать, но я, как ни старался, не мог понять его тонких намёков. Я даже хотел записаться к психологу, но всё никак не мог решиться…

И вот теперь она была здесь, рядом, только руку протяни. Я наконец-то мог её открыть и узнать все её секреты!

Это было странное чувство, что-то среднее между выигрышем в лотерею и предвкушением перед вскрытием коробки с новогодним подарком.

Я потянулся, чтобы вытащить её из коробки, но меня остановил курьер.

— Сначала подпись! — своим высоким голоском потребовал он.

В этот раз меня уговаривать не пришлось.

Не вполне понимая, что делаю, я схватил ручку и поставил в последней строке бланка свою подпись.

— Теперь можно?

— Теперь можно! — расплылся в улыбке курьер. — Но только руки сначала вытрите! Такую красоту трогать грязными руками нельзя!

Я тихонько выругался, но схватил со стула полотенце и быстро протёр руки. Почему-то мысль о том, что я могу испачкать книгу, меня пугала.

На ощупь книга была неожиданно тёплой. Почти как человек или, может быть, кошка. И ещё более тяжёлой, чем я мог предположить.

С трудом вытащив её из узкой коробки, я положил её на стол. В воздухе тут же запахло пылью. Не самый приятный запах, но сегодня он меня радовал — он манил новыми знаниями, эмоциями и приключениями.

Затаив дыхание, я приоткрыл её, заглянул внутрь, надеясь наконец-то узнать, что именно портило мой сон на протяжении такого долгого времени…

Страницы книги были пусты.

Ни названия, ни единого слова, ни даже крошечной буковки! Совершенно чистые страницы!

— Но… Тут ничего нет! — с возмущением воскликнул я. Казалось, что кто-то пытается меня разыграть.

— Не всё сразу! — ухмыльнулся курьер, с восторгом глядящий на книгу. — Она всё ещё покажет! Но не сейчас!

— А когда? — жадно спросил его я.

— Позже… — неопределённо ответил он. — Когда будете достойны. А это путь долгий! Вам, кстати, сколько лет?

— Двадцать, — ответил я. — Почти двадцать один!

— Такой юный! — расплылся в улыбке курьер, и его нос внезапно из простонародного «пельменя» превратился в изысканный аристократический. — Прекрасный возраст, чтобы начать обучение!

— Обучение? — тупо переспросил я. — Но я уже учусь!

Курьер фыркнул.

— И на кого же? — спросил он мягким елейным голоском.

— На юриста! — почему-то робко ответил я. Само название этой профессии вдруг стало казаться каким-то неуместным. Почему-то казалось, что курьер к моему выбору не отнесётся серьёзно. — Между прочим, в весьма престижном университете!

Я оказался прав. Курьер снова разразился смехом.

— Это всё не то! — уверенно произнёс он, отсмеявшись. — Нужно учиться настоящим профессиям!

— Это каким, например? — я, кажется, совсем потерял нить разговора. — Юрист тоже очень хорошая профессия!

— Другим! — уклончиво ответил курьер. — Она вам всё объяснит! Вот, смотрите!

Я посмотрел на книгу и обомлел.

На чистой ещё секунду назад странице появились слова.

«Улица Безымянная, 0/1».

— 0/1?! — Я не мог поверить своим глазам. — Это как 9 и ¾?! Что это вообще за адрес такой?!

— Особенный, — ухмыльнулся курьер. — Вы, главное, туда придите, и всё поймёте. Ну или не поймёте. Это уж как она решит…

— Идти туда? — повторил я. — Зачем?

— Чтобы найти ответы, конечно! — ответил он и начал пятиться к выходу. — Вы, главное, не тяните! Лучше сегодня. В крайнем случае завтра! А то опоздаете и возникнут трудности!

— Опоздаю куда?! — почти выкрикнул я.

— Туда! В место, где вас ждут! — очень подробно ответил он, уже стоя в дверях. — Мне уже идти пора! До свидания!

— Стойте! — запоздало крикнул я ему в спину. — А деньги?! Я вам что-нибудь должен?!

— Всё уже уплачено! — услышал я его голос из-за поворота на лестничной клетке.

В ту же секунду звуки его шагов полностью смолкли.

Я выбежал на лестницу. Лестница была пуста. Курьера не было. Он словно бы растворился в воздухе.

Я остался один.

Глава 2

Я и сам не до конца понял, как так получилось, но утром следующего дня я стоял на Безымянной улице с книгой, надёжно спрятанной в рюкзаке.

После ухода курьера я много думал о том, что произошло. Логического объяснения найти не удавалось. Все эти таинственные намёки, разноцветные глаза, меняющиеся черты лица, загадочная книга, словно бы выпавшая в реальность из моего сна, — всё это было как-то чересчур театрально и совершенно нереалистично.

Всю жизнь меня воспитывали как скептика. Никому и ничему не верить без доказательств, всё проверять и подвергать сомнению — это были основы моей личности. Более того, профессия юриста, которую я с относительным успехом осваивал в университете, тоже настраивала на скептический лад. Одним словом, все произошедшие события казались мне откровеннейшим бредом, не поддающимся логическому объяснению!

Но реальность была непреклонна. Книга была здесь, в моих руках, всё такая же манящая, но совершенно пустая, за исключением краткой надписи с адресом.

Я колебался весь день. Сон и отдых с вкусняшками, разумеется, были позабыты. Многое было передумано и переосмыслено. Я даже позвонил родителям, строгим людям старой закалки, готовым разнести в пух и прах любую фантастическую теорию.

Разговор не принёс облегчения. Рассказать им о случившемся я так и не сумел — не хватило духу, слишком я боялся показаться им глупым и несерьёзным. Более того, после разговора у меня появилось стойкое ощущение, что родители, с головой погружённые в хозяйство и заботу за моими младшим братом и сестрой, не очень-то и вникают в мои проблемы. Я для них был любимым, но всё же уже взрослым сыном, способным самостоятельно принимать решения.

Что ж, если они в меня верят, то и я в себя верить должен! Я могу принять правильное решение. А самым правильным сейчас будет полностью разобраться в том, что же всё-таки происходит!

Именно так и получилось, что в 10 утра воскресенья я, держа перед собой телефон с открытой в нём Google-картой, пытался установить место нахождения дома со странным адресом.

Меня ждал вполне закономерный сюрприз. Если верить карте, дома № 0/1 по улице Безымянной не существовало!

Не помог и краткий опрос прохожих. На меня смотрели как на умалишённого. В самом деле, ну какой дом № 0! Кто вообще начинает нумеровать дома с 0?!

Ситуация начинала меня потихоньку раздражать. Наверняка всё это глупая шутка, правда пока непонятно чья именно. В самом деле, это всё объясняет! Логика победила!

Я несколько раз повторил это про себя, но быстро понял, что и сам в это не верю. Не шутка это. Слишком реалистично!

Пытаясь разобраться, я достал книгу, пролистал пахнущие пылью жёлтые страницы. Это меня почему-то успокоило, но страницы оставались всё такими же пустыми. Новых подсказок не было.

Зато когда я закрыл книгу, мой взгляд тут же уткнулся в крошечный неказистый домик с выделяющейся на общем фоне ярко-красной крышей. На стене домика виднелась крупная табличка с адресом. «Улица Безымянная, 0/1».

Нашёл! Причём дом довольно приметный. Странно, что не заметил раньше…

Подойдя ближе, я понял, что дом в крайней степени необычный. Я не знаток архитектуры, не знаю наперечёт все исторические здания и памятники Питера, но даже для разнообразной архитектуры Северной столицы домик был каким-то уж слишком необычным! Каким-то ломаным, кривым, расположенным с нарушением законов геометрии и гравитации.

Кроме того, табличка на доме тоже отсутствовала. Это было странно. Судя по всему, дом нежилой, а значит должна быть как минимум вывеска с названием организации!

Впрочем, меня это не особо занимало. Я очень хотел зайти внутрь.

Собравшись с духом, я толкнул легко подавшуюся дверь и вошёл. Где-то в глубине звякнул звонок.

Внутреннее убранство домика было… необычным. Даже обладая отличной фантазией, было невозможно понять, для чего именно предназначено развернувшееся передо мной помещение!

Всё довольно значительное пространство обширного зала было уставлено высокими, до потолка, стеллажами, заполненными товарами. Но разглядеть, что здесь продают было невозможно из-за густого слоя пыли, покрывавшей каждый сантиметр зала. Пыль здесь явно была полноценной хозяйкой, на которую никто никогда не решался просто поднять влажную тряпку!

И, разумеется, сделав пару вдохов, я принялся чихать.

— Апчи! Апчи! Апчи! — выдал я неслабую очередь чиханий.

— Болейте легко, — вдруг произнёс рядом со мной надтреснутый голос.

От неожиданности я перестал чихать и уставился на высокого и крайне худого пожилого мужчину в старомодном пиджаке и огромных очках, стоявшего за неприметным прилавком в конце зала. Готов поклясться, что ещё секунду назад его там не было!

— Простите? — переспросил я, думая, что ослышался. — Вы сказали «болейте легко»?

Мужчина скривился.

— Ну да! Именно так! Что же тут непонятного?! Вы чихнули — я пожелал лёгкой болезни! Элементарная вежливость! Или в ваших краях вежливость больше не в чести?

Он говорил грамматически правильно, бегло, но странные ударения и непривычное произношение выдавали в нём иностранца.

— Ну, в наших краях так не говорят…

В то же мгновение из-за ближайшего ко мне стеллажа буквально выкатилась невысокая миловидная девушка лет семнадцати. Её волосы, пепельные, непривычно белые для её юного возраста, спадали на плечи свободной волной, а острое личико так и горело неудержимой энергией.

— Папа, ты снова всё перепутал! — набросилась она на стоящего за прилавком мужчину. Говорила она тоже с акцентом, но с едва заметным. — Здесь принято говорить не «болейте легко», а «будьте здоровы»!

Мужчина за прилавком страдальчески закатил глаза.

— Ох, проклятый язык с его условностями! Но ведь «болейте легко» гораздо логичнее! Здоровье — это условное состояние, а лёгкая болезнь — вполне конкретное и очень практичное пожелание! И вообще ещё хорошо, что я заметил, через какую дверь он вошёл! Мог бы и облить его речным илом! В Ингваре, например, принято здороваться именно так!

Я покосился на входную дверь. А вот и очередной сюрприз! Рядом с дверью, через которую я вошёл, располагалось ещё как минимум пять других, разных форм и цветов. Странно, с улицы других дверей я не заметил…

Девушка посмотрела на меня и улыбнулась.

— Не обращайте внимания, папа вечно путается в языках и местах. Много разных посетителей, легко перепутать! — очень быстро прощебетала она.

Я кивнул в ответ. Подходящих слов для ответа почему-то не нашлось.

— Так, молодой человек, а вы по какому вопросу? — деловым тоном поинтересовался мужчина за прилавком. Всё его возмущение языком улеглось, и сейчас он излучал ту смесь деловитости и добродушия, что так свойственна профессиональным продавцам. — Кстати, меня зовут Анатолий. А это, — он указал на девушку, — моя дочь Иван.

— Иван?! — вытаращился на него я. — Но это же мужское имя!

— Папа, не Иван, а Иванна! — вспыхнула румянцем девушка.

— Ой, да не имеет значения! Это всё вопросы самоопределения! Вспомни жителей Флодара! Они вечером сами не знают, какой пол у них будет утром! — легко махнул рукой Анатолий, буравя меня профессионально-любопытным взглядом. — Так всё-таки по какому вопросу? Явно не просто так зашли! Просто так к нам, кстати говоря, и не зайдёшь…

Я откашлялся.

— Меня зовут Олег. И я… Честно сказать, сложно объяснить, почему я здесь. Ко мне пришёл курьер. Он оставил мне книгу… Ну в общем вот…

Я вытащил из рюкзака книгу и показал её Анатолию.

В то же мгновение на лице торговца отразилась целая гамма эмоций от страха до благоговения и восторга.

— Не может быть! Книга! Здесь! После стольких лет!!! — воскликнул он неожиданно тоненьким голоском. — Я уже отчаялся увидеть её снова!

Его реакция меня удивила. С одной стороны, конечно, хорошо, что он в курсе, что происходит, но всё же это как-то чересчур бурно. Впрочем, Иванна была впечатлена не меньше своего отца.

— Похоже, книга вам знакома, — осторожно подбирая слова, произнёс я. — Может быть вы подскажете, что мне делать дальше?

— Что делать дальше?! Да что угодно! Это не я, а вы должны мне сказать! С таким-то бесценным даром в руках! — воскликнул Анатолий, возбуждённо размахивая руками.

От такого ответа я немного опешил. Не ожидал, что внезапно всю ответственность и основную роль в разговоре так легко переведут на меня!

Впрочем, меня выручила Иванна.

— Папа, ну ведь человек пришёл к нам! — строго обратилась она к отцу. — Значит, ему нужна помощь!

— Кстати, а почему вы пришли именно к нам? — спросил Анатолий, с трудом овладевая собой. Кажется, дочь умела контролировать его настроение лучше его самого.

— Ну, книга сама дала ваш адрес… Вот, смотрите!

Я протянул Анатолию книгу. Он тут же схватил лежащее на прилавке полотенце, тщательно протёр руки, и лишь затем осторожно, с невероятным почтением, взял её в руки, пролистнул пару страниц…

Его лицо изменилось. На нём проступил неизъяснимый ужас.

— Дочка… Ты должна это увидеть! — осипшим голосом произнёс он, подвигая книгу Иванне. — Этого… Этого не может быть!

Девушка с любопытством заглянула в книгу. Через мгновение ужас проступил и на её лице.

— Не может быть! — Иванна удивлённо посмотрела на отца. — Папа, она хочет, чтобы мы это сделали!

Анатолий судорожно кивнул в ответ.

— Да. Этот паренёк, очевидно, чем-то её заинтересовал. Мы просто не можем не сделать то, что она просит…

Кажется, они совершенно забыли, что я всё ещё был здесь. Развивающаяся на моих глазах ситуация мне совсем не нравилась. Происходило что-то, чего я по-прежнему не понимал, и на что никак не мог повлиять. Уж не знаю, что они видят в книге, но их явно напугал не адрес! Каким-то образом они способны видеть какой-то другой текст, что-то своё!

— Кхм-кхм, — кашлянул я, привлекая внимание. — А что вообще происходит?

Анатолий и Иванна удивлённо на меня посмотрели. Кажется, они действительно успели обо мне забыть.

— Олег… Верно? — максимально профессионально обратился ко мне Анатолий. — Вы совсем не в курсе, что происходит?

Я покачал головой.

— Нет. Книгу мне вчера доставил курьер. В ней был только ваш адрес. Всё.

Анатолий рассмеялся.

— Поразительно! Абсолютнейший несмышлёныш! Ему ещё учиться и учиться! — воскликнул он, с любопытством меня разглядывая. — А как выглядел Курьер, который принёс вам книгу?

Слово «курьер» он произнёс словно с большой буквы, так что я сразу понял — это не обычная должность, а, по меньшей мере, почётное звание.

— Ну, щуплый, невысокий, глаза разного цвета, рыжий…

Анатолий и Иванна понимающе переглянулись.

— Ах, мог бы и догадаться! У него вечно крайне любопытные доставки! Крайне! — воскликнул Анатолий. — Помню, доставил он мне однажды обычный такой на вид ящик для некой Пандоры…

— Отец! — остановила Анатолия Иванна, а затем посмотрела на меня. — Олег, пройдёмте с нами, мы сделаем то, что вам требуется…

Она вышла из-за прилавка, жестом приглашая следовать за собой. Но я не тронулся с места.

— Я никуда не пойду, пока вы не объясните, что происходит! И чем вы вообще здесь занимаетесь?!

Анатолий скривился, словно от зубной боли.

— Принципиальный какой… Как будто что-то решает! — прошептал он себе под нос, но так громко, что я его прекрасно расслышал. — Дело в том, уважаемый… — он замолчал, словно пытаясь припомнить моё имя. — Олег, что наша семья испокон веков оказывает довольно специфические услуги. Мы, можно сказать, посредники, помогающие различным силам взаимодействовать между собой. Не нарушая при этом основных Законов, разумеется!

— Так… — Я изо всех сил попытался вычленить из его фразы понятные для себя моменты. — То есть вы помогаете разным людям, выполняя их поручения, верно? И у вас семейный бизнес!

Анатолий просиял.

— Верно! Но не обязательно именно людям. Скажем, различным силам. Впрочем, это совсем не важно…

Теперь настала очередь главного вопроса.

— А при чём здесь я?!

— Дело в том, что вас избрала крайне влиятельная сила, — улыбнувшись, принялась объяснять Иванна. Слушать её энергичные объяснения было куда приятнее. — Мы сами не знаем почему, но в соответствии с определёнными Законами обязаны оказать ей содействие. А для этого вы должны последовать за нами. Вы ведь хотите во всём разобраться, верно?

Она знала, на что меня можно купить. Больше всего на свете я в эту минуту хотел понять, что же на самом деле происходит! И если для этого нужно куда-то сходить и на что-то посмотреть, то я без проблем на это согласен!

— Ведите!

Анатолий выскользнул из-за прилавка и энергично устремился вглубь зала, увлекая меня за собой. Иванна шла за нами.

Путешествие заняло от силы пару минут. Мы вышли в небольшой и узкий коридорчик, уставленный горшками с различными диковинными растениями, а затем, пройдя пару метров, остановились около небольшой железной двери.

На вид это была совершенно обычная дверь, но одна деталь выделяла её из тысяч других — искусно вырезанный знак, в точности повторяющий совокупность из углов и линий на обложке книги.

— Вот, это здесь! — объявил Анатолий, распахивая дверь. — Вам нужно просто войти! И всё!

Я попытался заглянуть внутрь, но всё, что мог увидеть — непроницаемую темноту. Из двери тянуло сыростью и чем-то затхлым. Заходить туда мне решительно не хотелось. Ничего хорошего меня там не ждало. Может быть они маньяки и пытаются затащить меня в ловушку?..

— Я не хочу, — качнул головой я.

— Как не хотите?! — опешил Анатолий. — Но вы обязаны!

— Не обязан! — резко ответил я. — И вообще, если хотите — можете сами туда идти! Я же собираюсь домой!

Я попытался развернуться, чтобы уйти, но в то же мгновение Анатолий с силой толкнул меня в спину, и я, не удержавшись, полетел в темноту.

— Папа, что ты наделал?! — услышал я в отдалении голос Иванны.

— Сделал, что должен был! — ответил непреклонный Анатолий.

Весь мир заволокло чернотой. Я больше ничего не видел и не слышал.

— Простите… — услышал я мягкий голос Иванны, и это были последние слова, что мне довелось услышать в этом мире.

Глава 3

Я летел сквозь темноту бесконечно долго. Минуты сменялись часами, часы днями, а дни годами и столетиями…

А может быть и нет.

Может быть моё падение заняло всего несколько секунд. Сказать хоть что-то определённое было сложно — я ничего не видел, не слышал и не чувствовал. Ориентация в пространстве была утеряна полностью.

— На помощь! Помогите! Кто-нибудь!!! — кричал я в кромешную темноту, рискуя окончательно сорвать голос, но каждое слово тонуло в тишине, не успев сорваться с губ.

Мне было страшно. Что же со мной происходит?! Может быть меня накачали наркотиками? Или при падении я ударился головой и сейчас валяюсь в коме, застряв между жизнью и смертью? Всё возможно. Всё возможно…

Утешало меня всего одно обстоятельство — книга по-прежнему была со мной. Я не мог её видеть, но чувствовал её тяжесть и приятную теплоту кожи. Это было моим единственным ощущением. Хоть что-то…

Неожиданно я почувствовал под ногами что-то твёрдое. Я стоял на чём-то деревянном! Доски!

В нос ударил сильнейший аромат, от которого мой желудок приготовился извергнуть своё содержимое прямо мне под ноги.

И самое главное — впереди, прямо передо мной, замаячил свет! Тонкая полоска света!

Я жив! Жив!!!

Внезапно совсем рядом я услышал стук и громкий раздражённый голос.

— Ну ты чего там, окаянный, сдох, что ли?! А ну выходи! Тут люди уважаемые вообще-то ждут!!!

Слова звучали понятно, пусть и несколько странно. Я никогда в жизни так не радовался таким простым словам!

Ориентируясь на звук, я сделал шаг вперёд и…

… вывалился на улицу прямо под ноги дородному бородатому мужику в странного вида мантии до пят.

— Ну наконец-то, мантикора и спрут тебя подери! — пробормотал он себе под нос, отталкивая меня в сторону и устремляясь туда, откуда я только что вышел. — Совсем у людей совести не осталось!

Я в растерянности обернулся. Прямо передо мной захлопнулась дверь деревянного туалета, из-за которой донеслось блаженное пофыркивание бородача. Теперь понятно, что за запах я там почувствовал!

Стараясь унять бешено колотящееся сердце, я огляделся по сторонам.

Был прекрасный летний вечер. Я стоял в каком-то небольшом дворике, окружённом хлипким забором, а прямо передо мной высилось деревянное здание, над входом в которое слабым голубым светом горела надпись «Таверна «В ожидании чуда». Причём написано это было не на русском языке, а какими-то совершенно непонятными палочками и крючочками типа иврита. При этом текст был для меня совершенно понятен, также как и речь того бородача, с которым я столкнулся. Вот уж воистину чудеса! Было бы неплохо с такой же лёгкостью и скоростью выучить английский…

Я ощупал сам себя. Вроде такой же как и был. Одежда та же: джинсы, кроссовки, свитер, лёгкая куртка сверху и рюкзак. В руках — книга. Никаких изменений!

Я крепко зажмурился и с силой ущипнул себя сразу за обе щеки. Вздрогнул. Боль была настоящей!

Я открыл глаза. Таверна «В ожидании чуда» никуда не пропала. Зато на крыльцо вышла причудливая компания. Трое мужчин, двое нормальных, и один — совсем маленький, наверное, чуть больше метра ростом. Все крепкие, с прикреплённым к поясам холодным оружием (мечи у высоких и топор у маленького). И все трое одеты как ролевики — в кольчуги и длинные плащи! У одного из высоких ещё и лук за плечами виднеется!

В голове мелькнула крайне логичная, но очень странная мысль. Я попытался её отогнать, но быстро понял, что других объяснений тому, что со мной произошло, у меня просто нет.

Я попал в другой мир!

От осознания этого факта я улыбнулся страшной кривой улыбкой и принялся тихонько хихикать. Ну в самом деле, что за глупость! Что за огромная глупость?! Ну какой другой мир?! Не бывает других миров! Просто не бывает!!!

Тем не менее, другого объяснения тому, что со мной происходило, у меня не было.

Большой вопрос, как именно я здесь оказался! Наверняка та дверь, или точнее то помещение, куда меня толкнул Анатолий, было своего рода порталом между мирами. А сам Анатолий…

Честно говоря, я понятия не имею, кем были он и его дочь. Уж точно не людьми, по крайней мере очень необычными, обладающими способностями намного за пределами моего понимания! Конечно, хотелось бы узнать, почему именно я и что именно он увидел в книге, но в настоящий момент это было неважно.

Куда больше меня занимал вопрос, как отсюда выбраться. Самое правильное и логичное — снова зайти в портал и попытаться переместиться обратно…

Тут дверь туалета распахнулась, и на улице вывалился тот самый бородач, на которого я наткнулся пару минут назад. Выглядел он крайне недовольным.

— А, всё еще здесь! — злобно прошипел он в мой адрес. — Злорадствуешь небось?! Так меня измучил, дракон тебя подери!

Не переставая бормотать что-то себе под нос, он пошлёпал к выходу со двора.

Я тут же бросился к туалету. Залетел внутрь и тут же согнулся от нестерпимого запаха. Да, этому миру точно не повредили бы средства дезинфекции!

Пересилив себя, я захлопнул хлипкую дверь и представил Землю, Санкт-Петербург, мою маленькую уютную квартирку… Затем распахнул дверь.

Ничего не поменялось. Таверна была всё той же, как и стоящая на крыльце троица.

Я повторил манипуляции ещё два раза, прежде чем наконец-то осознал их тщетность.

Портал, даже если он там был, не работал. Я застрял в этом новом мире!

В сердцах матерясь на русском, я выбрался на улицу.

Кажется, стоящая на крыльце троица видела всё с самого начала. По крайней мере, их слабо различимые в вечерних сумерках лица казались встревоженными.

— Эй, любезный! Ты как, в порядке?! — крикнул невысокий низким зычным голосом. — Чего у нужника-то застрял? Перепил, что ли?!

Все трое захохотали над последней репликой.

Так, вроде ребята не злые, не агрессивные. Нужно подойти к ним, узнать, где я оказался и что вообще происходит…

Я осторожно приблизился к ним, но не дойдя до крыльца нескольких метров, остановился.

Меня прошиб холодный пот.

Издалека я не мог разглядеть троицу, но вблизи стало понятно, что двое из них как минимум довольно необычны.

У самого высокого было совершенно гладкое лицо без признаков возраста, а изящные уши были остры, словно наконечники стрел. Невысокий же выглядел довольно обычно (за исключением роста, разумеется!), но был не по-человечески широк в плечах, а его лицо покрывала невероятно густая кудрявая борода.

Эльф и гном! Просто поверить в это не могу! Целых два представителя самых классических фэнтезийных рас сразу! Только орка для полного комплекта не хватает!..

Дверь таверны распахнулась, и на улицу вышел высокий и плечистый воин с бледно-зелёной кожей, приплюснутым носом, когтистыми пальцами и горящими жёлтым огнём глазами. Ни дать ни взять настоящий орк!

Сомнений в том, что я в другом мире, больше не осталось.

Заметив мой взгляд, орк остановился. Его когтистая лапа легла на рукоять короткого широкого меча.

— На что пялишься, человек?! — низким гортанным голосом рыкнул он.

— Ни-ни на что… — промямлил я заплетающимся языком. — Вам показалось…

— А, по-моему, не показалось! — угрожающе прошипел он, вытаскивая меч из ножен. — Я давно не убивал и совсем не против освежить навык!

Сердце упало в пятки. Я не пробыл в другом мире и пяти минут, а уже успел найти неприятности! Вот уж что ни говори — настоящий талант!

— Эй, дружище, оставь его! — крикнул ему один из троицы, на этот раз человек. — Не видишь, парень перепил! Тем более драться в шаге от Университета, за день до Поступления — большая глупость! Маги такого в свой праздник не прощают!

Орк бросил на меня презрительный взгляд.

— Считай, что тебе повезло, — прошипел он сквозь зубы и, вложив меч обратно в ножны, ушёл прочь.

Я благодарно посмотрел на троицу.

— Спасибо!

Все трое сразу скривились.

— Ты бы поосторожнее, парень, — нараспев произнёс эльф. — Пусть Университет и рядом, население здесь дикое и опасное.

— Ага! Слушай остроухогого! — поддакнул ему гном. — И пей поменьше!

Все трое снова захохотали.

— Серьёзно, парень, будь осторожнее! — отсмеявшись, произнёс человек. — А лучше зайди в таверну и попроси Димитриуса чем-нибудь тебя накормить. А то выглядишь так, будто ноги вот-вот протянешь!

Я благодарно кивнул и, толкнув тяжёлую дверь, вошёл в таверну. Честно говоря, я и так собирался сюда зайти. В конце концов, это место казалось уютным и понятным. То, что нужно для случайного путешественника между мирами…

Глава 4

Внутри таверна оказалась именно такой, какой я её и представлял — просторным помещением с несколькими простыми, но крепкими деревянными столами и стульями и небольшой стойкой в углу. В целом всё довольно неплохо, особенно для средневековья, хотя немного грязновато, конечно. Зато в камине уютно потрескивают дрова. И, что немаловажно, в зале совершенно безлюдно. После невольного столкновения с орком я стал немного опасаться местных. Кто знает, какие у них обычаи и как они относятся к чужакам.

Единственным живым существом во всём зале был дородный седобородый трактирщик, копошащийся за стойкой. При виде меня, он просиял. Его лицо наполнилось настоящим, а не показным радушием, а губы расплылись в улыбке. Вот это настоящий профессионал! Для такого важен каждый гость!

— Прошу вас, присаживайтесь! — приветливо пробасил он. — Мест полно!

— А за стойку можно? — на всякий случай уточнил я, не желая нарушить какое-нибудь неписаное правило этикета.

— Да конечно можно! Милости просим! — продолжая улыбаться, трактирщик указал на место за стойкой прямо напротив себя. Стоило мне сесть, как он протянул огромную волосатую руку. — Димитриус!

— Олег, — ответил я, с удовольствием пожимая его руку.

— Олег? — на лице Димитриуса проступило недоумение. — Никогда такого имени не слышал! Причудливо звучит! Откуда ты, Олег?

Этот простой вопрос застал меня врасплох. В самом деле, откуда я? Понятное дело, что из России, но вряд ли местные когда-нибудь слышали о такой стране. Так что правда мне здесь не поможет…

— Издалека, — уклончиво ответил я, надеясь, что Димитриус не будет излишне любопытствовать. — Из очень далёких мест…

Димитриус понятливо кивнул.

— Оно сразу видно, что из далёких! Что имя у тебя странное, что одежда… — он жестом указал на мою одежду. — Приехал на Поступление?

И снова его вопрос застал меня врасплох. Про Поступление я слышал уже второй раз за несколько минут в этом мире, но не имел ни малейшего представления, что это такое. Наверное, что-то очень важное. Вот бы как-нибудь всё тихонько разузнать…

— Вы знаете, моя родина находится так далеко, что я совсем ничего не знаю о Поступлении…

Глаза Димитриуса вылезли из орбит.

— Как не знаешь?! А зачем же ты тогда приехал? Неужели не для обучения в Академии?

Вот теперь всё стало понятно! Поступление — это какой-то особый день, когда можно поступить в местную Академию! Значит, в этом мире есть высшее образование! Что ж, уже неплохо.

То, что он принял меня за абитуриента — это даже хорошо. Значит, я кажусь ему достаточно адекватным для учёбы. Повезло, что я выгляжу моложе своих лет и без проблем могу сойти за студента-первокурсника!

— Для обучения, конечно! — с энтузиазмом сказал я. — Просто очень мало знаю…

Димитриус понимающе кивнул.

— Это и понятно! Много об Академии никто не знает! Но этого и не нужно! Одна мысль о том, что здесь можно стать настоящим магом заставляет ребят со всего Мира мчаться сюда сломя голову!

Мне показалось, что я ослышался.

— Магом?! Вы сказали магом?!

Димитриус удивлённо на меня посмотрел.

— Ну конечно! Магом или, если угодно, волшебником! Не философом же! — усмехнулся он.

Честно говоря, о чём-то типа философии, благородной средневековой науке, я и думал. Но магия! Волшебство! Это же немыслимо!

— То есть в этой Академии учат быть волшебником? — осторожно, боясь показаться идиотом, спросил я. — Как в Хогвартсе?

Димитриус непонимающе на меня посмотрел.

— Что это за Хогвац такой? Пансион какой для благородных? Коли так, то ничего подобного! Академия — она такая одна на весь мир! Крупнейший центр волшебства и негласная столица Свободных земель!

Моя голова трещала от полученной информации. Впрочем, если подумать, то всё, что я узнавал об этом мире, было довольно логичным. Даже странно, что я, оказавшись в другом мире и встретив представителей двух фэнтезийных рас, даже не подумал, что здесь может быть волшебство! А если здесь есть волшебство, значит, есть и места, где ему обучают…

— Каких земель? — переспросил я.

— Свободных! То есть независимых от каких-либо государств, королевств, вольных городов и полностью находящихся во власти магов! — автоматически ответил Димитриус и посмотрел на меня полным сочувствия взглядом. — Ты что, совсем ничего не знаешь?!

— Совсем! — как можно увереннее кивнул я. — Вообще ничего! Буду очень благодарен, если расскажете!

Димитриус тепло улыбнулся. Кажется, моё невежество его не смущало, а скорее забавляло. Ему было приятно быть для меня источником мудрости!

— Конечно! Поговорить я всегда с радостью! — Тут он внезапно посерьёзнел. — Но только ответь на один вопрос…

Я внутренне сжался, приготовившись к тому, что его вопрос поставит меня в тупик…

— Ты голоден?

Я мысленно улыбнулся. Настоящий профессионал! Разговор разговором, но гостя накормить никогда не забудет!

— Голоден! — с энтузиазмом ответил я, но тут же погрустнел. — Но только у меня нет денег…

В самом деле, я совершенно забыл о таком важном аспекте как деньги! А ведь это для меня едва ли не самое важное! Как же я выживу в мире, не имея в кармане ни копейки?!

Но в этот раз судьба была ко мне благосклонна. Димитриус лишь пренебрежительно махнул рукой.

— Об этом не волнуйся! Я с первого взгляда понял, что разжиться на тебе не удастся! Да и не хочу я у тебя забирать последнее. Мне просто нравится кормить людей! Подожди минутку…

Пружинистой походкой он вышел из-за стойки и скрылся за неприметной дверью.

Я проводил его уважительным взглядом. Кажется, первое мнение о нём было верным. Всё-таки он классный мужик!

Димитриус вернулся буквально через пару минут, неся в руках огромную тарелку, доверху наполненную какой-то непривычной на вид едой, и значительных размеров кружку пива.

— Держи! — протянул он мне тарелку. — Но только осторожно! Горячая!

Я как можно аккуратнее взял тарелку, на которой с горкой громоздились какие-то причудливые на вид овощи с парой кусков хорошо прожаренного мяса, залитые густым и ароматным соусом. Тарелка и в самом деле была горячей.

— Ого! Горячая! — потёр я обожжённые пальцы. — Вы и тарелку погрели!

Внезапно Димитриус стыдливо потупил глаза.

— Я не грел! Это тарелка сама. Волшебная она, понимаешь…

Я с удивлением перевёл взгляд на тарелку. Вроде бы обычная, керамическая. Чуть больше, чем принято на Земле и непривычного голубого оттенка, но в целом совершенно обычная!

— Что значит волшебная?!

— Ну, она сама еду греет, немного её освежает, чуть-чуть улучшает вкус… Но ты не подумай, я не жульничаю! — словно пытаясь защититься, воскликнул Димитриус. — Я гостей люблю и готовить умею! А тарелка так, баловство. Просто не хотел перед гостями-волшебниками, коли такие появятся, лицом в грязь упасть. Вот и раскошелился…

Тарелка, которая делает еду вкуснее! Надо же, а на Земле до этого ещё не додумались!

Я подцепил непривычно большой вилкой пару кусочков, запихнул их в рот… Уж не знаю, то ли талант Димитриуса тому виной, то ли необычные свойства тарелки, но еда показалась мне фантастически вкусной!

— А вообще волшебных предметов у вас здесь много? — спросил я, не забывая при этом стремительно работать ложкой.

— Так, парочка… — уклончиво ответил Димитриус. — Две тарелки, вывеска светящаяся на улице, вечная зажигалка… Ещё зеркало, улучшающее внешний вид! Но это так, на всякий случай для заезжих дам! Хотел ещё кружку самонаполняемую, но побоялся, что всё моё пиво выхлебают. Она же не из воздуха, а из моего погреба пополняться будет… А вообще я стараюсь обычными предметами обходиться. В конце концов, настоящего волшебства и в Академии полно, я же предлагаю гостеприимство и уют, никак не чудеса!

Я понимающе кивнул. Как сказали бы на Земле, концепция «В ожидании чуда» заключалась в отсутствии волшебства. Его выбор! Хотя, будь я на его месте, то не удержался и подзакупился бы всякими волшебными штуками!..

— А эти предметы дорогие? — спросил я.

— Артефакты-то? Бытовые — нет. Не для всех, конечно, но в целом парочкой обзавестись можно, — покачал головой Димитриус. — А вот врачебные и тем паче боевые — те больших денег стоят! Да только обычному человеку, не волшебнику, они и не нужны…

Кажется, я начинал понимать. Этот мир не знал развитых технологий. Его основой было волшебство. Именно оно двигали прогресс вперёд. Даже интересно, как далеко им удалось зайти…

— А волшебников здесь уважают?

Судя по удивлённому взгляду Димитриуса, я снова умудрился задать элементарный вопрос. Тем не менее, он быстро справился с собой.

— Ну конечно, орочий коготь, их уважают! Волшебники — они же везде! Без них никак! Они и зелья варят, лекарства то бишь, и здания возводят, и воюют! Артефакты разные делают! Да и дальновизоры, опять же! Без них бы вообще со скуки померли!

— Дальновизоры?! — я с любопытством посмотрел на Димитриуса, на секунду позабыв о еде. Звучало это слово крайне любопытно. — А что это такое?!

Димитриус покачал головой.

— Про дальновизоры не знать! Это же надо… Сейчас, подожди!

Он нырнул под стойку и через мгновение появился с внушительным стеклянным шаром на небольшой подставке в руках.

— Вот! Дальновизор! Не новый, конечно! Но неплохой… — произнёс Димитриус, протирая шар влажной тряпочкой. — Сейчас мы его включим…

Он положил обе руки на шар. Мгновение ничего не происходило, а затем шар замигал, и в его стеклянных глубинах появилось изображение дородного пожилого мужчины в роскошной перламутровой мантии.

— И теперь, после демонстрации чар Раздвоения, я продемонстрирую вам редкий меч, Ледяное пламя, который я добыл во время долгого и полного опасностей путешествия в Ливидию… — низким зычным голосом провозгласил мужчина. От неожиданности я вздрогнул — его голос звучал так близко, как будто он стоял в паре метров от меня.

В руках мужчины сам собой появился длинный меч, полностью белый, за исключением чёрной рукояти. Его лезвие горело ярким и сильным пламенем. Не знаю как, но с первого же взгляда становилось понятно, что это не спецэффект — меч и в самом деле пылал. Более того, это, наверное, моё воображение, но мне показалось, что я на самом деле чувствую жар меча…

Я смотрел на него как завороженный. Это телевидение! Но только волшебное!

— Как… Как это работает?! — спросил я пересохшими губами.

— Да я же не специалист. Так просто, использую иногда. Знаю только, что там внутри кристалл — он магические волны принимает и направляет в шар, — неуверенно пробормотал Димитриус. — Волшебство одним словом! Только кристаллы в шаре меняй, и всё…

Он ткнул пальцем в ножку шара. Судя по всему, именно там и располагался тот самый кристалл, который и позволял шару для дальновидения работать.

— Вот это чудеса… — восторженно прошептал я.

Димитриус самодовольно улыбнулся, как будто это он изобрёл все эти чудеса.

— Это ещё что! Мелочи! Ерунда почти что, правда, конечно, занятная… Лайферы и не такое делают!

— Лайферы? — спросил я. — А кто это?

Димитриус снова бросил на меня удивлённый взгляд.

— Ну Лайферы! Владельцы крупнейшей артефактной компании в мире! Ты не можешь их не знать! — воскликнул он, но я лишь покачал головой. — Да ты должен знать Гидеона Лайфера, их главу! В рейтинге Фордс он на пятом месте!

Теперь я точно был уверен в том, что ослышался.

— Каком рейтинге?!

— Рейтинге семьи Фордс! Ну слышал же, наверное! — словно маленькому ребёнку повторил Димитриус. — Рейтинг самых могущественных магов в Мире!

— Рейтинг самых могущественных магов мира?! — мне казалось, что у меня из-под нога выбили почву. Подумать только, они на полном серьёзе вели рейтинг магов, расставляя их по уровню убывания силы! Это было так странно… — И кто же на первом месте?

— Фарнир! — без запинки сообщил Димитриус. — Маг, конечно, легендарный, но его уже пару сотен лет никто не видел. Но из списка всё равно не вычёркивают — доказательств того, что он мёртв ни у кого тоже нет. А если его вычеркнешь, а он возьмёт и вернётся — неловко получится…

— И что, там прямо все-все маги есть? — спросил я дрожащим голосом. Сама мысль о наличии такого рейтинга казалась мне безумной. Хотя, если хорошенько подумать, если списки сильнейших спортсменов на Земле — обыденное дело, то и список сильнейших магов здесь — не ахти какая диковинка…

— Да нет, конечно! Только первая сотня! — махнул рукой Димитриус. — И вообще, маги — народ загадочный! Достигнут могущества и затем косят под слабаков, странствуют в тайне по миру. Так что рейтинг этот так — игрушка, хотя многое в нём правда…

Тут мне показалось, что мы наконец-то добрались до самого важного и интересного…

— А не подскажете, не говорят ли у вас где-нибудь о других мирах? Как оттуда приходят… и как туда возвращаются?

Я замер, затаив дыхание и надеясь на подробный ответ, но Димитриус только пожал плечами.

— Я про другие миры ничего не слышал. Может и есть что-то такое, но это только маги смогут сказать! И то не все, а только самые учёные…

Не на такой ответ я рассчитывал! Всё-таки я до последнего надеялся, что перемещение между мирами для местных — как раз плюнуть, и меня тут же вернут обратно. Но, кажется, для них это тоже кажется фантастической чушью.

Впрочем, ответ Димитриуса давал мне небольшую надежду…

— А где можно найти этих учёных магов? — спросил я, уже зная ответ.

— Так в Академии! — радостно от того, что знает ответ, сообщил Димитриус. — Там же не только учат на волшебников, там ещё и исследуют всякое… Но только абы с кем волшебники говорить не станут! Нужно быть одним из них! Хотя бы студентом…

Мы вернулись к тому, с чего начали. К Академии.

Я никогда не мечтал о том, что ко мне в одиннадцать лет прилетит сова с приглашением. О волшебстве и тайных знаниях тоже не грезил. Просто жил своей жизнью, пытаясь совершать как можно меньше ошибок. Но судьба, кажется, сама всё за меня решила. Я был в другом мире и мог выбраться из него только при помощи волшебников.

Кажется, у меня начал складываться план…

— Вы говорили о Поступлении… Как в эту Академию вообще попадают? Сдают экзамены?

Димитриус проницательно улыбнулся.

— А, про Академию спрашиваешь! Сдаётся мне, всё ты заешь! А вопросы задаёшь просто так, для поддержания беседы! Верно я угадал?

Я решил его не разочаровывать.

— Верно! Но я на самом деле мало знаю! Так много вопросов…

Димитриус благодушно рассмеялся.

— Оно и понятно, что вопросы! Их всегда про волшебство много! Вообще Поступление бывает раз в год. И тебе очень повезло — оно как раз начинается завтра!

— А что нужно делать, чтобы поступить?

— Да если б кто знал! — ответил Димитриус чуть громче, чем нужно. — Одни тайны! Только и известно, что нужно прийти в назначенный день к стенам Академии, а дальше уже как пойдёт…

Не знаю почему, но я чувствовал, что поступление в Академию — единственно верный путь. Память услужливо подсказывала, что и Курьер, и Анатолий говорили про обучение, тонко намекали, что я должен чему-то научиться. Они явно что-то знали, а для целей обучения Академия годится лучше всего!

Но ещё лучше верность этого решения я чувствовал, сжимая в руках книгу. Она как будто говорила со мной, направляла. И она полностью поддерживала моё желание поступить в Академию!

И самое важное — кажется, это был мой единственный шанс вернуться домой…

— А до Академии далеко?

— Да вот же она, рукой подать! — неопределённо махнул куда-то в сторону Димитриус. — Я ж не случайно таверну «В ожидании чуда» назвал! Это одна из последних таверн перед Академией! Правда немного в стороне, но всё равно!

Значит, я появился в этом мире в непосредственной близости от Академии. Что ж, это точно не могло быть совпадением!

— Димитриус, я буду поступать в Академию! — торжественно произнёс я.

Старый трактирщик улыбнулся.

— А что, мудрое решение! Можно отличную карьеру сделать! Главное учиться хорошо! — Тут он заволновался. — Коли ты и в самом деле решил поступать, то тебе уже давно пора спать! Поступление — это не картошку собирать, это дело серьёзное!

Я стыдливо отвёл глаза.

— Да мне, честно говоря, и ночевать-то негде…

Димитриус бросил на меня полный осуждения взгляд.

— Даже думать так не смей! У меня пусть таверна крохотная, но местечко тебе найдётся! Совершенно бесплатно!

Я с благодарностью на него посмотрел. Как приятно иметь дело с хорошими людьми! Независимо от того, в каком из миров ты находишься…

Глава 5

Следующим утром, ни свет ни заря, я уже был в дороге.

В руках у меня была достаточно подробная карта пути к Университету, собственноручно нарисованная Димитриусом, а за спиной приятно бил по спине рюкзак, в котором мягко перекатывались хлеб, копчёное мясо, пара яблок и небольшая фляга с водой. Что ни говори, а Димитриус — мировой мужик! Бесплатно приютить и накормить совершенно незнакомого странноватого паренька — я с большим трудом мог представить такое на Земле! Впрочем, для этого мира подобная щедрость наверняка тоже является исключительной.

Одежда на мне была та же, в которой я попал в этот мир, и в целом она довольно неплохо подходила для в меру жаркой местной погоды. Конечно, выглядела она необычно, это я по реакции Димитриуса уже понял, но в целом мне на это было наплевать — за модой я и на Земле никогда не гнался.

Если верить карте Димитриуса и его довольно подробным пояснениям, идти мне предстояло где-то порядка часа по довольно неплохой дороге (для средних веков, разумеется!), испещрённой следами человеческих ног.

У меня наконец-то было время спокойно подумать, и моя голова разрывалась от мыслей. Я был в чужом мире, о котором не знал вообще ничего! Подумать только! Ситуация для фантастических романов, но никак не для реальности! Конечно, можно было задать Димитриусу больше вопросов, но я не хотел показаться ему ещё более странным, и поэтому промолчал.

По непонятной причине понимал местный язык и алфавит. Почему так произошло я не знаю, но мне хватает ума понять, что это большая удача! Значит, я могу общаться с местными. Одно это многого стоит! Но, к сожалению, сведений о местном мироустройстве, географии, политике и традициях у меня не было совершенно никаких. Позиция на старте, мягко сказать, далеко не самая лучшая. Одно неверное слово, неправильное обращение к вышестоящему по социальной иерархии, и всё, я провалился! Так что как минимум на первых порах придётся вести себя как можно осторожнее…

Ещё меня смущал вопрос отсутствия денег. Я опять же ничего не знал о местной денежной системе, но подозревал, что она, скорее всего, плюс-минус, близка к нашей, то есть расплачиваются здесь именно деньгами, а не, скажем, собственной кровью или ракушками. Хотя и такому варианту я бы не очень удивился. Всё же другой мир — другие правила! Но в одном я точно не сомневался: без денег мне придётся ой как туго. А, значит, если не удастся максимально оперативно найти способ вернуться домой, то придётся любой ценой и очень быстро раздобыть денег. И, полагаю, довольно немаленькую сумму.

Но больше всего меня смущало наличие в этом мире магии. Одна мысль о ней меня пугала и завораживала! Это была словно ожившая мечта, внезапно ставшая реальностью фантазия. Я не имел ни малейшего представления, насколько велики возможности местных магов, но, если судить по почтению, сквозящему в голосе Димитриуса, они были очень и очень сильны. Доминирующий класс, как-никак!

И более того, я и сам собирался стать магом! Ну, во всяком случае, учиться на него до нахождения пути домой. От одной мысли об этом у меня на голове начинали шевелиться волосы!..

В голову закралась предательская мысль: конкурс здесь, должно быть, жуткий, и шансов поступить у обычного парня, тем более у парня, который пришёл из другого мира меньше суток назад, совсем немного. Эту мысль я быстро прогнал. Я должен пройти и поступить! И точка! От этого зависит вся моя жизнь.

Правда где-то в глубине сознания по-прежнему сидела другая мысль, куда более важная. Как я собираюсь поступить в Академию, а тем более в ней учиться, не имея даже намёка на волшебные способности?! Как?!

Конечно, я рассчитывал на собственную удачу. К тому же не может моё перемещение сюда, за день до Поступления, быть случайностью! Тут явно что-то большее. А, значит, я как-нибудь, да выкручусь…

Вот такие мысли блуждали у меня в голове. Но вдоволь поразмышлять мне не удалось.

Я шагал довольно быстро и скоро начал догонять других путешественников. Кто-то шёл один, кто-то в паре или даже маленькой группой, но всех объединяли относительная молодость (восемнадцать-двадцать лет) и написанная в глазах решимость.

Димитриус объяснил мне, что в это день в Академию стекаются все, кто хотя бы теоретически подозревает наличие у себя волшебного дара. Слишком уж престижна профессия мага, чтобы упускать такой шанс!

Я жадно рассматривал будущих потенциальных однокурсников. Очень уж хотелось узнать, какие здесь живут люди, как они выглядят, как одеваются, как себя ведут!

Оказалось, что люди остаются людьми даже в другом мире. Они выглядели примерно так же, как и люди на Земле, разве только чуть менее печально и чуть более жизнерадостно — кажется, тревоги и стрессы нашего земного общества местным не были знакомы, а тяготы жизни не успели их сломить. Со мной не пытались заговорить, лишь с интересом изучали. И ещё. Кажется, моя одежда вызывала сильное любопытство. Куда большее, судя по любопытным взглядам, чем я рассчитывал. На первых порах мне совсем не хотелось привлекать к себе лишнего внимания, так что нужно будет переодеться, как только представится шанс!

Кстати об одежде. У меня рябило в глазах от самых разных цветов, орнаментов и порой совершенно безумных, не имеющих ничего общего с земными, покроев! Отличались и материалы. Кажется, на Земле я таких не видел! Всего пара минут здесь — и какому-нибудь модельеру с Земли вдохновения хватило бы до конца жизни!

Но самым удивительным для меня были местные расы. Наравне с обычными людьми в толпе попадались уже знакомые мне орки, эльфы и гномы. Была и пара-тройка других, ничуть не менее любопытных существ, названия рас которых я не знал. Судя по тому, что никто не обращал на них никакого внимания, нечеловеческие расы здесь — не диковинка, а обычная часть повседневной жизни. К тому же часть в целом довольно немногочисленная…

Погружённый в свои мысли, я и не заметил, как передо мной выросла Академия.

Я ожидал увидеть старинный замок наподобие Хогвартса (да, я ограниченный человек и не знаю других школ волшебства!), но увиденное потрясло меня гораздо больше, чем я сам мог ожидать. Университет был целым городом с огромными башнями и множеством величественных и древних зданий, скрытых за массивными каменными стенами. От него веяло силой и тайнами. Один его вид уже настраивал на чудеса!

Да, в таком учебном заведении я точно хочу учиться!

Внезапно я понял, что поток будущих студентов больше не движется, и что я упёрся в длинную очередь, тянущуюся аж до самых ворот Академии.

Приглядевшись, я понял, в чём причина. Перед входом в Академию двое мрачного вида мужчин, одетых в начищенные до блеска доспехи, осматривали потенциальных студентов. Один из них, надменный усач метра два ростом, выглядел особенно внушительно.

Долго думать не пришлось: охрана! Если угодно, фэйс-контроль! Хм, а ведь это довольно странно, что в Академии, крупнейшего, как я понял, учебного заведения, в котором преподают волшебную науку во всём мире, такая устаревшая система безопасности! Могли бы какие-нибудь детекторы поставить, что ли….

Пока я предавался размышлениям, к охранникам подошёл невысокий светловолосый паренёк и, обменявшись парой фраз с надменным усачом, он на мгновение задумался, а затем вспыхнул ярким пламенем. Пара стоящих рядом с ним девушек вздрогнули, а затем разразились восторженными аплодисментами.

При виде такого чуда, я просто замер на месте, не решаясь поверить в то, что то, что я только что увидел — самая настоящая магия! Поразительно! Я и не думал, что это выглядит так эффектно…

Усач же, не продемонстрировав и тени удивления или восторга, молча пропустил его в ворота Университета.

Я почувствовал, как по моей спине течёт холодный пот.

Это что, проверка?! Этот усач проводит самую настоящую проверку на волшебный дар!

Следующая девушка, подойдя к охранникам, обворожительно улыбнулась и топнула ногой. Из земли тут же прорезался толстый зелёный стебель, который начал стремительно расти и уже через мгновение доставал девушке до колен. Усач снова молча пропустил девушку внутрь, одновременно взмахом меча обрубая росток на корню.

Я судорожно вздохнул. Димитриус мне и слова не сказал, что при входе будут проверять на наличие волшебных способностей!

Впрочем, даже если бы он что-то сказал, то что бы изменилось? Волшебный дар бы у меня не появился, а вот уверенности бы изрядно поубавилось….

Хотя, может быть, я не один такой?..

— Прости, — обратился я к рыжеволосому парню с огромной сумкой за плечами и шикарным пушистым котом в руках. Парень окатил меня равнодушным ледяным взглядом. — Это что, проверка? Мы должны продемонстрировать свои таланты?

Парень посмотрел на меня как на законченного дебила, имеющего соответствующую медицинскую справку с печатью. Даже во взгляде его кота читалось очевидное интеллектуальное превосходство.

— Да, — тихо произнёс он, всем своим видом демонстрируя, что он не намерен тратить своё время, отвечая на бессмысленные идиотские вопросы.

— И… И здесь что, все что-то умеют? — заплетающимся языком произнёс я.

Кажется, парень удивился ещё больше.

— Ну а смысл тогда сюда приходить, если дара нет? — ухмыльнулся он.

Моё сердце упало в тапки.

— И что ты умеешь делать? — в отчаянии спросил я.

— Общаться с животными, — буднично ответил он и кивнул на своего кота. — Бармаглоту ты, кстати, не нравишься.

Я судорожно сглотнул. Значит, когда до меня дойдёт очередь, меня будет ждать краткий, но неотвратимый позор. Но, как говорится, ни шагу назад!

Тут неожиданно передо мной, минуя очередь, прошла маленькая девушка с невообразимо огромными пшеничного цвета косами, венчающими смазливую головку. Девушка была крохотной, миниатюрной, а походка лёгкой, пружинящей, но очень властной. Каждым своим шагом она как будто бросала вызов всем и каждому. Впрочем, судя по презрительному выражению на её миловидном (очень! Очень миловидном!) личике, на мнение окружающих ей было глубоко и решительно наплевать.

— Эй, блондиночка! — внезапно окликнул её стоящий в очереди чуть впереди меня высокий мускулистый орк с перекошенным от злобы лицом. — Ты не обнаглела? Или из-за кудряшек очередь не разглядела?!

Кто-то в очереди одобрительно засмеялся и даже поддакнул. Кажется, все хотели поставить нарушительницу устоев на место, но почему-то предпочли промолчать.

Я был уверен, что спесивое выражение тут же слетит с милого личика, и девушка, скромно извинившись, встанет в конец очереди. Но, стоило ей обернуться, я понял, как обманчива бывает внешность.

Она была спокойна и даже улыбалась, но улыбка эта была злая. Такая, что сразу понятно: сунешься — убью. И её глаза… Я часто читал в книгах фразу типа «холодные как лёд глаза». Так вот, лёд по сравнению с этими карими обещаниями смерти был настоящим огнём!

Смешки и поддакивания прекратились сами собой в ту же секунду.

— Ты мне? — спокойно обратилась она к орку, но в воздухе рядом с ней промелькнула едва заметная молния. Впрочем, мне могло и показаться…

Наверное так подумал и мускулистый орк.

— Тебе! — рявкнул он в ответ, но не так смело, как раньше. — Думаешь, ты здесь лучше всех и можешь наплевать на правила?!

Блондинка улыбнулась. И это была улыбка демона! Страшная улыбка, кровавая. Очень странно видеть такую улыбку на таком восхитительном личике…

— Нет, не лучше, — мягко произнесла она, делая шаг к орку. Пространство вокруг него сразу очистилось где-то на метр. — А хуже. Намного, намного хуже, чем любой из вас! И ты, зелёный, сам вызвался проверить это на себе!

В этот раз в воздухе отчётливо запахло грозой, а вокруг её тонких пальчиков заплясали весёлые и смертоносные алые молнии.

Кажется, до орка наконец-то дошло, что с ней лучше не связываться. Вздрогнув, он отвёл глаза.

— Вот и правильно. Хороший мальчик! — ухмыльнулась блондинка и, вильнув бёдрами, отправилась дальше, сопровождаемая взглядами всех стоящих в очереди.

Только сейчас я понял, что забыл дышать. Ничего себе здесь нравы! Они ведь реально могли сцепиться! И эти молнии! Что за опасное место! Стоит быть здесь поосторожнее…

Дальше обошлось без происшествий. Очередь медленно продолжала двигаться. Большинство усатый охранник пропускал внутрь, но паре человек из десятка давал от ворот поворот. У блондинки проблем с тестом на волшебный дар не возникло — я не понял, что она сделала, но усач пропустил её едва ли не быстрее всех.

Постепенно приближалась моя очередь, и я начинал волноваться. В самом деле, что я буду показывать?! Да я даже карточные фокусы демонстрировать не умею, не то что настоящее волшебство! Чувствую, вылечу отсюда с позором…

Но, если судить объективно, проблемы были не только у меня. И если столкнувшийся с блондинкой орк преодолел стражу без особых проблем, щелчком пальцев расколов принесённый с собой небольшой камень, то вот у рыжего парня с котом всё прошло совсем не так радужно.

— Способности? — прорычал усач, окидывая его равнодушным взглядом холодных глаз.

— Умение общаться с животными! — ответил рыжий, горделиво выпятив грудь.

— И что дальше? — рыкнул на него усач. — Показывай давай! Не задерживай очередь!

Рыжий откашлялся.

— Бармаглот, голос! — скомандовал он сидящему у него на руках коту.

Кот тут же душераздирающе мяукнул. И всё. Больше ничего не произошло.

Усач вопрошающе поднял бровь.

— Это весь дар? Разговаривать с котиком? — Он презрительно фыркнул. — Следующий!

Я был следующим, и уже почувствовал, как сердце начинает стучать в три раза быстрее, когда рыжий парень внезапно подскочил к усатому охраннику.

— Вы не имеете права меня прогонять! — истерически закричал он. — У меня настоящий дар!

— Тогда покажи мне его! — громыхнул в ответ усач. — Или убирайся прочь, деревенщина!

В парне что-то щёлкнуло. Он громко, не по-человечески вскрикнул, и в ту же секунду неизвестно откуда взявшаяся стая ворон налетела на усача, сбив его с ног. Мгновение — и ворон как не бывало.

— П-простите, — пробормотал рыжий, глядя на поднимающегося охранника. — Я… Я не ожидал, что так выйдет! Они могли и не послушаться…

Усач пренебрежительно махнул рукой.

— Вот! Об этом я и говорю! Настоящее волшебство! Дар! С этого и стоило начинать! Проходи!

Рыжий парень счастливо улыбнулся и, подхватив кота, практически вбежал в ворота.

— Ну а у тебя что? — обратился усач ко мне. — Если тоже вороны, то сразу предупреждаю — я миндальничать не стану и порублю пернатых на фарш!

Я судорожно сглотнул. Срочно нужно было что-то придумать! Продемонстрировать что-то убедительное! Но в голову решительно ничего не шло…

— Ну же, чего стоишь! — поторопил меня усач. — Если дара нет, то проваливай и не трать моё время!

Повинуясь внезапному инстинкту, я выставил перед собой книгу, словно бы пытаясь ей отгородиться от обступающих меня со всех сторон проблем.

— У меня есть книга!

Усач непонимающе на меня посмотрел.

— И что? В Библиотеке Академии таких книжек тысячи! Я тебе могу припереть любую и также ткнуть тебе под нос!

В самом деле, на что я рассчитывал? Я опустил взгляд.

— На самом деле у меня нет дара. Простите за трату вашего времени…

Я уже приготовился уйти, когда почувствовал, что книга в моих руках дрожит. Я разжал пальцы, и она вылетела из моих рук, застыв в воздухе прямо перед носом усача.

— Левитация? — ухмыльнулся охранник. — А говорил, что ничего нет… Не очень впечатляюще, но всегда действенно! Проходи и не задерживай очередь!

Не веря в своё счастье, я проскользнул в ворота.

Вот это счастливое совпадение! Но, к сожалению, я понимал: это маленькое чудо было сделано не мной, а книгой.

— Что же ты такое? — тихонько прошептал я, обращаясь к безымянной обложке.

Разумеется, ответа не последовало. Книга, только что проявившая настоящее волшебство, предпочла снова притвориться обычной стопкой бумаги, прикрытой кожаной обложкой. Что ж, если ей так угодно, так тому и быть.

Остаётся надеяться, что мне и дальше будет везти.

Но очень скоро оказалось, что всё совсем не так просто…

Глава 6

Пройдя через ворота, я очутился в просторном дворике с фонтаном посередине, в котором толпились все остальные прошедшие отбор будущие студенты.

Моё появление встретили редкими, но дружелюбными аплодисментами.

— А вот и ещё один! — ко мне подбежала задорная темноволосая девчонка и с дружеским энтузиазмом меня обняла. — Поздравляю! Кстати, меня зовут Анжелика!

— Эээ… Спасибо! Олег! — неловко ответил я. Неожиданно тёплое приветствие. И очень приятное!

Анжелика мне приветливо улыбнулась и тут же убежала к стайке симпатичных девчонок, стоящей чуть в стороне.

Я огляделся по сторонам. Толпа была разнородной и одинаково возбуждённой. Все гадали, что же ждёт нас дальше. Знакомое чувство! Старое доброе предвкушение первокурсников!

Я улыбнулся. Вот и сбылась мечта идиота! Я наконец-то оказался в Академии! Удивительно, как легко мне удалось пройти вступительное испытание! Даже не ожидал, что это будет так просто! Всё-таки от лучшего во всём мире учебного заведения ожидаешь чуть более тщательного отбора…

— Уважаемые абитуриенты! — прогремел над нашими головами строгий голос, и на одной из лестниц появилась невысокая и худая женщина, завёрнутая в несколько слоёв причудливого зелёного сарафана, конец которого тащился за ней прямо по полу. — Меня зовут Агнесса Бортельд! Я Архивариус Библиотеки Академии! Мне поручено провести второй и наиболее значимый этап отбора на первый курс! Прошу следовать за мной!

Я застонал вслух, даже не пытаясь скрывать своего разочарования. Второй этап?! Я и первый-то не надеялся преодолеть, а тут, оказывается, второй, и ещё более важный! Ну как так?!

Судя по кислому выражению лиц некоторых моих будущих (если повезёт!) однокурсников, они тоже не знали о втором этапе. Это немного утешает — значит, не я один настолько не в курсе местных правил.

Криво ухмыльнувшись на наше негодование, Агнесса Бортельд, круто развернувшись, помчалась по лестнице, нисколько не заботясь, успеваем мы за ней или нет. Делать было нечего, и всей дружной толпой мы последовали за энергично бегущей по коридорам Архивариусом.

Пусть это нельзя было назвать спокойной вдумчивой прогулкой, но, тем не менее, я насколько мог пытался изучить то место, в котором оказался.

А посмотреть было на что! Как жаль, что я никогда не интересовался архитектурой и дизайном и сейчас не мог в полной мере описать, каким прекрасным и одновременно странным местом была Академия! Высокие своды, толстые, прошедшие испытание временем стены, массивные люстры, свисающие с украшенных росписью потолков — всё это было невероятно красиво!

И вместе с тем необычно — в каждом узоре, каждом кирпичике чувствовалось отличие Академии от всех остальных зданий, в которых мне приходилось бывать. Может быть, дело было в том, что, по сути, оно было построено в другом мире, а, возможно, в той едва сдерживаемой опасности, зловещей угрозе, что была сокрыта в этих толстых стенах… Я ничего не знал о магии, даже не представлял, по сути, что это такое, но безошибочно чувствовал — это место магией просто пронизано!

— Не трогайте статуи! — не оборачиваясь крикнула Агнесса Бортельд, несясь по коридорам. — Это мощные боевые артефакты! В них заточены древние духи и могучие чары! Сейчас они спят, но никто не знает, когда они проснутся и истребуют с нас кровавую дань…

Рыжий парень с котом, которого я встретил на дороге у ворот Академии, тут же отдёрнул руку от массивной каменной скульптуры, изображающей зубастое существо с короткими кожистыми крыльями.

— Не очень-то и хотелось… — тихонько пробормотал он, поглаживая тревожно ёрзающего у него на руках кота, Бармаглота.

Наконец наше безумное путешествие подошло к концу, и мы по очереди вошли в просторную аудиторию с огромными, от пола до потолка, окнами, выходящими на зелёный яблоневый сад.

— Рассаживайтесь по местам! — проскрипела Агнесса, оглядываю нас всех недоверчивым взглядом. — Два человека на ряд! Не больше!

Абитуриенты заспешили занять места как можно дальше от преподавателя. К сожалению, так как я зашёл одним из последних, мне пришлось довольствоваться местом в первом ряду. Это обстоятельство меня не расстроило — так или иначе, а списывать мне всё равно было неоткуда… К тому же обычно преподаватели меньше всего следят именно за первым рядом, а так как Агнесса одна, возможно, меня даже не заметят…

Дверь распахнулась, и в аудиторию залетела стайка оставшихся абитуриентов, а следом, на удивление легко, несмотря на тяжёлый доспех, проследовал уже знакомый мне усач.

— Мастер-Хранитель! — воскликнула Агнесса, и на её не очень красивом строгом лице расцвела улыбка. — А вот и вы! Как всегда вовремя!

— Просил же — просто Георг… — басом прохрипел усач. — Не люблю официальных обращений…

— Но у вас такая красивая и старинная должность! Её просто приятно произносить! — снова улыбнулась Агнесса и тут же, обернувшись к аудитории, посуровела. — Все заняли свои места? Тогда приступим к экзамену!

Она подошла к стене и три раза постучала по ней справа от массивной грифельной доски. В ту же секунду в стенах зашумел невидимый механизм, и ей в руки прямо из стены выпрыгнула внушительная стопка бумаги. Вместе с Георгом они пошли по рядам, раздавая каждому абитуриенту по одному листу.

— Это редчайшие листы из Библиотеки Академии, сделанные из дерева Истины! Их нет больше нигде в мире! — вещала Агнесса, с нежностью вручая белоснежные листы. — Тот, кто пишет на них, раскрывает свою истинную сущность, весь свой скрытый потенциал! Так мы сможем понять, достаточно ли ваших способностей для обучения в Академии!

Я уставился на лист, который передал мне Георг. Лист как лист. Ничего особенного! В жизни бы не подумал, что он может помочь мне понять свой истинный потенциал! И вообще я ожидал чего угодно, но не письменного теста! Слишком это банально и очень по-земному…

— У всех есть листы? — спросила у аудитории Агнесса, вставая в центре аудитории с песочными часами в руках. — Тогда приступим!

Аудитория молчала и Агнесса уже начала переворачивать часы, когда внезапно раздался уверенный и немного надменный голос.

— Простите, но как мы будем писать, когда у нас нет перьев?

Все повернулись на голос. Он принадлежал высокому худощавому юноше с длинными чёрными волосами, одетому в красивое и очевидно очень дорогое одеяние наподобие удлинённого мундира, расшитого алыми воронами.

Юноша спокойно и уверенно обвёл аудиторию взглядом, явно наслаждаясь внезапным вниманием.

— Перья! — воскликнула Агнесса. — Так и думала, что что-то забыла!

Она три раза топнула ногой, и перед каждым абитуриентом появилось шикарное гусиное (наверное) перо и массивная чернильница.

— Приступайте к заданию! У вас один час! — провозгласила она и перевернула песочные часы.

Я непонимающе переводил взгляд с Агнессы на Георга. Да это же самый странный тест в моей жизни! Что я должен писать?! Сочинение? Отвечать на вопросы? Но не было ни темы, ни собственно вопросов! Нам не поставили никакого задания! Вообще никакого! Или я просто должен написать хоть что-то? Но как понять, что именно я должен написать, чтобы пройти этот проклятый отбор?

Я огляделся по сторонам. Многие ребята смотрели на лежащие перед ними чистые листы с тем же изумлённым выражением, что и я. Но были и те, кто уже строчил знак за знаком, словно в каком-то припадке выводя огромное количество текста. Глаза у них при этом были пустые, отсутствующие, будто бы они сами не полностью понимали, что именно они делают.

Значит вот как оно происходит! Вся суть задания в том, что ты должен понять, что именно писать! А текст, который ты напишешь, каким-то образом укажет на твой магический потенциал.

Я осторожно взял в руки перо, неловко обмакнул его в чернила и приготовился писать. Ничего не происходило. В голову не приходило ни одной дельной мысли.

Я попытался сосредоточиться, выбросил из головы все лишние мысли, снова приставил к бумаге перо… И снова ничего не произошло! Я абсолютно ничего не чувствовал!

Вдруг по аудитории прокатился резкий окрик Георга.

— А ну стой! — Мастер-Хранитель, перепрыгивая через ступеньку, мчался к одному из абитуриентов, тому самому орку, столкнувшемуся с девчонкой-блондинкой при входе в Академию. — Никакого списывания!

Опытной рукой он встряхнул орка и вытащил у него из-за шиворота небольшой металлический круг.

— Артефакт Познания! — самодовольно улыбаясь, провозгласил он. — Хорошая штука, но при Отборе совершенно бесполезная! Ни один артефакт при Отборе не действует! Тем не менее вы исключены! Покиньте Академию навсегда!

Орк вспыхнул и попытался было спорить, но, наткнувшись на стальной взгляд Георга, поник и безмолвно пошёл к выходу из аудитории.

— Напоминаю очевидное: использование любых артефактов, книг или зелий запрещается! — вслед ему прокричала Агнесса. — Сами по себе они на Отборе бесполезны, но мы всё равно не потерпим от наших студентов обмана! Перед вами на столе должны быть только перья, чернила и лист бумаги!

Только перья, чернила и лист бумаги… Не знаю, что это за артефакты и зелья, но уверен, что если бы они даже у меня были, пусть даже самые завалящие, они бы всё равно мне не помогли! Я просто безнадёжен! Да без книги я бы даже первый этап не прошёл!..

Тут меня прошиб холодный пот.

Книга! Прямо передо мной с самого начала отбора лежала книга, и никто, ни Агнесса, ни Георг, её не замечали! Они уже несколько раз прошли мимо неё, не бросив ни единого взгляда!

Я осторожно, стараясь не привлекать к себе лишнего внимания, потянулся к книге, медленно начал открывать…

Пальцы дрогнули, и тяжёлая обложка с грохотом упала на стол.

Сердце ушло в пятки. Пот градом потёк по спине. Я уже видел как Георг спешит ко мне, как его тяжёлая рука хватает меня за шиворот и вышвыривает вон из Академии навсегда…

Дрожа, я поднял глаза… И понял, что никто решительно ничего не заметил! Всё было как раньше — Агнесса и Георг рыскали взглядами по аудитории, пытаясь отыскать нерадивых абитуриентов, но даже не думали бросить взгляд в мою сторону! Я был для них невидимкой! Человеком, которого не существует! Также как и книга — мы были невидимы!

Медленно, боясь дышать, я пролистнул первую страницу… Книга больше не была пустой! В ней был текст! Точнее странные, совершенно непонятные символы, но это уже было хоть что-то!

Судорожно облизнув губы, я окунул перо в чернильницу и принялся писать.

Никогда в жизни мне не приходилось писать так быстро! Я совершенно не понимал ни единого символа, но рука неожиданно чётко и плавно выводила каждый знак, постепенно покрывая страницу причудливой чернильной вязью.

Это было странное чувство! Мне казалось, будто сама книга делится со мной своими тайнами, самыми потаёнными секретами. Только сейчас, намного позже, чем следовало, я начал по-настоящему понимать, что эта книжка совсем не так проста, как кажется на первый взгляд. Она таит в себе тайные силы, немыслимые и совершенно мне непонятные. И с момента прибытия в этот мир она становится всё сильнее и загадочнее. Теперь мне было ясно, что это не просто книга, а Книга, именно так, с большой буквы! И она почему-то избрала меня в качестве своего носителя…

— Время вышло! — над самым ухом внезапно проскрежетал голос Агнессы, на вытянутой руке держащей песочные часы, в верхней части которых не осталось ни единой песчинки. — Сдаём работы!

Абитуриенты вскочили со своих мест и устремились к Агнессе, сжимая в руках листы. Впрочем, далеко не все. Некоторые явно не спешили. Я пригляделся — так и есть, у многих листы были совершенно пустые, а кто-то сумел набросать только пару строк!

Я преисполнился гордости — пусть и с помощью обмана, но я всё-таки сумел полностью исписать немаленький листок, и если бы меня не прервали, то неизвестно, сколько бы ещё написал!

Осторожно, чтобы никто не заметил, я спрятал Книгу под куртку. Не хватало ещё так глупо спалиться в самом конце!

Мой лист лёг в толстую стопку в руках Агнессы одним из последних, и стоящий Георг наградил меня тяжёлым недобрым взглядом. Не знаю, что он чувствовал и о чём думал, но вслух он ничего не сказал.

— Абитуриенты! Ждите своих результатов в Зале отдыха! Вас проводит Мастер-Хранитель! — проскрипела Агнесса своим высоким голосом. — Результаты будут в течение часа!

Я улыбнулся. Значит, до решающего момента у меня остался примерно час. Что ж, скоро узнаем, что я там такого написал…

Глава 7

Комната отдыха полностью оправдывала своё название! Даже, пожалуй, слово «комната» было достаточно скромным для просторного зала с высокими потолками и окнами, фонтами, извергающими на несколько метров вверх потоки разноцветной воды, и мягкими креслами и диванами, в достатке расставленными по углам. Кроме того, у дальней стены уютно потрескивал камин, а стоящие около него столы ломились от тарелок с едой.

— Вот это я понимаю Отбор! — весело улыбнулся черноволосый парень, который спрашивал о перьях, первым входя в комнату. — Даже если я провалился на этом проклятом втором этапе, то я хотя бы вдоволь поем!

Слова с делом у него не расходились — он уверенно подошёл к одному из столов и принялся наполнять тарелку. Остальные последовали его примеру.

— Ты ведь из Дома Войдов, верно? — спросила его Анжелика, та самая девушка, что так тепло поприветствовала меня после первого этапа. — Красные вороны — символ только вашего Дома!

Парень с довольным видом одёрнул свой изящный камзол, словно желая подчеркнуть мастерство, с которым были вышиты обильно покрывающие его одеяние вороны.

— Всё правильно! — нараспев произнёс он, отбрасывая назад красивые волосы. — Алан Войд из Дома Войдов собственной персоной!

Вот что со мной делайте, но я подобных типов не люблю! Слишком надменный, считает себя лучше всех! Понятия не имею, есть ли у него основания так думать, но мой опыт подсказывает, что обычно люди вроде него происходят из богатых семей и на самом деле представляют из себя немногим больше, чем пустое место. Судя по всему, в этот раз я тоже угадал — стоило ему назвать себя, как все остальные, тоже столпившиеся у столов, тут же начали смотреть на него по-другому, с явным уважением и подобострастием. Значит, этот его Дом Войдов известен и довольно богат…

— А это правда, что никто из Дома Войдов никогда не учился в Академии? — спросила его Анжелика, накладывая на свою тарелку что-то наподобие странной жёлтой моркови и обильно поливая её булькающим соусом из маленькой стеклянной вазочки. — Говорят, представители вашего рода не способны к магии! Думаешь, ты прошёл?

— Правда! Я такой первый! Но вообще это не важно! — пренебрежительно махнул рукой Алан. — Поступлю я или нет — ничего не изменится! Вернусь домой, буду работать в Корпорации отца. Ничем не хуже карьеры мага! Хотя я наверняка пройду! Уж не знаю, что там за листки, но я как начал писать, так не мог остановиться!

Остальные ребята понимающе закивали головами. Значит, принцип прохождения этого этапа я понял правильно, и у них всё было примерно также. Ну только за исключением того, что писали они сами, а не с помощью волшебной Книги…

— А что именно ты писал? — спросил Алана, оказавшего в центре всеобщего внимания, рыжий парень с котом, который, как я слышал, назвался Дэном. Он уютно устроился в одном из кресел и поил урчащего Бармаглота молоком из блюдечка. — Я, например, внезапно выдал целую поэму о Великом Фарнире! В жизни её не слышал, а тут вдруг написал строк сто, не меньше! Даже про его возвращение!

— Поэму? — презрительно фыркнул Алан. — Нет, я написал какие-то сложные магические принципы и формулы! Если нам выдадут листы обратно, нужно будет их обязательно испробовать…

— Ой, а я написала текст о создании Критежа! — воскликнула Анжелика.

— А я о принципах формирования волшебных узоров!

— А я о создании артефактов!

— О способах полётов на драконах!

— О стихийном волшебстве!

Кажется, все абитуриенты стремились поделиться внезапно снизошедшим на них знанием. Я бы очень хотел быть из их числа, но, увы, поделиться мне было нечем — я понятия не имел, что означают знаки, которые мне показала Книга. Впрочем, я был не одинок — несколько человек, с унылыми лицами сидящих на креслах в стороне от остальных, тоже промолчали. Это были именно те ребята, которые, как я заметил, сдали пустые листы. Кажется, им поступление в Академию точно не светит…

Я оглянулся и заметил, что молчали не только они. В стороне ото всех, вдали от света, падающего из окон, и тепла камина сидела та красивая блондинка, которая прошла мимо очереди перед первым этапом. Невероятно милая, на вид очень чувственная и ранимая, она всем своим видом транслировала простую мысль — не подходите ко мне. Что ж, сообщение принято. Лучше уж поем…

Я подошёл к столу и принялся нагружать тарелку. Благо выбрать было из чего! Блюда выглядели очень непривычно, но пахли замечательно, и я имел все основания полагать, что на вкус они ничуть не хуже.

Тем временем разговор продолжался.

— А я понятия не имею, что буду делать, если не поступлю! — робко произнесла неказистая на вид девушка с короткими волосами мышиного цвета, представившаяся Ханной. — Ведь жизнь волшебника — такая особенная! Они путешествуют по миру с посохом наперевес, сражаются с чудовищами, творят чудеса, помогают людям…

Алан чуть не подавился едой от хохота.

— Помогают людям! — рассмеялся он, и многие ребята тут же подхватили его смех. — В первую очередь волшебники зарабатывают больше всех в мире! Да если ты волшебник и при этом знаменит, то можешь требовать вообще любой гонорар, какой захочешь! Если ещё умудриться выкупить время в дальновизоре, то вообще можно зарабатывать как Огнасиус Брэддок, не меньше! К тому же какие тебе странствия! Ты же девчонка! Кулинарной магии тебе хватит с головой!

К моему удовольствию, в этот раз шутку Алана подхватили немногие, в основном, как и следовало ожидать, парни. Девушки же явно с Аланом были не согласны и втайне грезили о чём-то большем, чем кулинарная магия. Хотя по мне в этом не было ничего обидного — вкусная еда сама по себе настоящее волшебство.

Тут в комнату изящным шагом вошло странное существо, плавной походкой и окрасом напоминающее тигра, но с мордой волка и ветвистыми рогами на голове. Первое мгновение все поражённо смотрели на это существо, а потом Дэн весело рассмеялся.

— Ребята, да это же химера! — он уверенно подошёл к странному существу и начал легонько его гладить. Существо в ответ тихо заурчало как настоящая кошка. — Я слышал о них! Студенты с Зоологического факультета постоянно ставят свои опыта, придумывая новых существ! Они большие молодцы! Без них в мире не было бы, например, драмейских коз, а все знают, какое у них вкусное молоко!

Увидев, что химера совсем не опасна, буквально за секунду выстроилась настоящая очередь из ребят (преимущественно девчонок), желающих её погладить. Химера явно не возражала. Несмотря на странный и суровый вид (тигроволк с рогами, надо же такое придумать!), она оказалась очень ласковой и сама подставляла рогатую голову для новых поглаживаний. Кошачья часть её сущности явно брала верх…

Но насладиться общением с необычным животным не удалось. Распахнулась дверь, и на пороге появились Агнесса Бортельд и Георг, Мастер-Хранитель Академии (что бы это ни значило). Выглядели они крайне торжественно, а Георг сжимал в мускулистых руках толстую пачку листов из дерева Истины.

— Уважаемые абитуриенты, проверка ваших работ завершена! — нараспев произнесла Агнесса, и её голос, скрежещущий, словно неисправный мотор, разнёсся по комнате. — В этот раз вы сумели нас удивить! В особенности один из вас…

В это мгновение мне показалось, что она смотрит на меня, но это было так стремительно, что я бы ни поручился, что она вообще смотрела в мою сторону. В самом деле, навряд ли я нарисовал там что-то настолько особенное, чтобы вызвать особое внимание к своей скромной персоне…

— А может быть вы объясните, в чём именно заключался второй этап? — тут же вылезла с вопросом вездесущая Анжелика.

— Суть второго этапа заключается в том, чтобы определить уровень Ваших магических способностей посредством раскрытия вашей Истинной сущности, — проскрипела в ответ Агнесса. — В процессе работы вам открываются данные, недоступные никому из смертных. Это крайне редкие и важные сведения! Увы, получить доступ к ним каждый из нас может только один раз в жизни…

Она говорила увлечённо, с упоением произнося каждое слово, и её голос больше не казался таким раздражающим, как раньше. Тем не менее, её всё равно прервали.

— То есть то, что мы написали — что-то очень важное и ценное, верно? — поспешил удовлетворить свой меркантильный интерес Алан. — А можем мы получить эти листочки обратно? Сами понимаете, если мы получили доступ к этим важным сведениям, то делиться ими совсем не хочется…

Георг бросил на Алана уничтожающий взгляд.

— Всё, что написано на втором этапе, является собственностью Академии и хранится в секретном отделе Архива, — сурово рыкнул он. — Возврату не подлежит! Это закон!

Я почти физически ощущал разочарование поникшего Алана, но в целом был рад — ещё раз пялиться на эти странные и непонятные символы, что я начертил на своём листе, мне совсем не хотелось…

— Теперь же, когда формальности разрешены, приступим к оглашению списка поступивших…

Думаю, не имеет смысла скрывать, что это были одни из самых волнительных минут в моей жизни! Даже поступление в Университет на Земле не было таким стрессовым, как Отбор в Академию! Наверное всё дело в том, что от успешного прохождения Отбора зависела моя дальнейшая судьба и возвращение на Землю…

Тем временем Агнесса перечисляла имена, и я видел, как вспыхивали радостью лица ребят, чьи имена она называла.

Вот расцвела в улыбке Анжелика, горделиво просиял Дэн, крепко прижимающий к груди радостного Бармаглота, скромно улыбнулась Ханна, величественно и непринуждённо кивнул головой Алан… Улыбались и радовались и остальные. Комната наполнилась радостью и ликованием до момента, когда Агнесса назвала следующее имя.

— Милена Богард! — выплюнула Архивариус, и тут же скривилась, словно проглотила лимон. Её взгляд быстро и едва ли не против её воли обратился к сидящей в стороне миловидной блондинке.

— Богард?! Та самая?! — зашумела толпа абитуриентов, и все тут же посмотрели в ту же сторону, что и Агнесса. — Не может быть!

Миловидная блондинка стойко выдержала направленные на неё взгляды.

— Ваше здоровье, — произнесла она, с удовольствием отхлёбывая дымящуюся жидкость из высокого бокала. — Хорошая новость — от недостатка любопытства вы точно не помрёте!..

Её голос звучал спокойной и дерзко. Было понятно, что в подобных ситуациях она уже не в первый раз. Интересно, кто она такая? Ясно, что девчонка не из простых, и я очень хочу узнать, что же в ней такого особенного…

Тут Агнесса решила, что процедуру пора завершать.

— Итак, уважаемые абитуриенты, на этом список поступивших в Академию Волшебного Искусства в этом году, завершён! Те, чьи имена я не назвала, увы, покидают наше учебное заведение навсегда…

Моё сердце, совершив нереальный кульбит, замерло. Кажется, я даже не дышал.

Вот и всё. На планах стать волшебником можно поставить крест. Как и на мечте вернуться домой. Я навсегда останусь в этом мире и просто сгнию где-нибудь в подворотне от голода и холода…

Тут Георг кашлянул, привлекая внимание.

— Вы забыли кое-что, — произнёс он. — Точнее кое-кого…

Не успел он договорить, как в комнату цветным ураганом ворвался крохотный, ростом с ребёнка, худощавый человечек в экстравагантном, всех цветов радуги, костюме.

— Перевели! — провозгласил он неожиданно низким и грубым голосом. — Разобрались! Поняли!

Все находящиеся в комнате, за исключением двух преподавателей, непонимающе уставились на него.

— Вы долго, Вигорус! Мы почти закончили оглашение! — сурово взглянув на человечка, произнёс Георг. — Что именно вам удалось узнать? Эти письмена имеют какой-то смысл?

— Имеют! Имеют! Ещё какой! Большой смысл! Огромный! — забормотал человечек, истерично взмахивая худенькими ручками. — Новое открытие! Грандиозное! Переворот!

Студенты зашептались между собой. Никто решительно ничего не понимал.

— Вигорус, конкретнее! — рявкнул на него Георг. — Вы сможете передать смысл этих символов?

Кажется, окрик Георга положительно сказался на этом маленьком человечке, которого Мастер-Хранитель называл Вигорусом. Он словно собрался и сосредоточился, движения рук стали менее хаотичными, а речь обрела связность и хоть какую-то логичность.

— Смысл! Смысл! — воскликнул он и, не удержавшись, нервным жестом запустил руку в роскошную, но крайне неопрятную шевелюру. — Смысл велик! Мёртвый язык! Забытый! Древний как мир! Изначальный язык, первый! Деталей нет! Древняя история! Тайна! Редчайший случай!

Вот уж не знаю как, но я, кажется, начинал понимать, что именно он пытается сказать. Сомнений почти не оставалось — он говорит о моей работе. Да, я точно не ожидал, что мои закорючки произведут на кого-то такое сильное впечатление!

— То есть вы хотите сказать, что эти письмена действительно что-то значат? — вступила в разговор Агнесса. — Но что именно, вы пока не понимаете?

— Не понимаю! — кивнул Вигорус. — Никто не поймёт! Большой смысл!

— Вигорус! — снова поднял на него голос Георг. — Вы считаете, что этих символов достаточно для поступления в Академию?

В ответ Вигорус закивал так энергично, что у меня возникли вполне резонные опасения, не отвалится ли его голова от столь энергичных движений.

— Достаточно! Более чем достаточно! — скороговоркой проговорил он, а потом повернулся лицом к нам. — Хочу знать! Кто?

Честно говоря, я и сам бы не отказался узнать…

Агнесса откашлялась.

— Студенты! Произошёл уникальный случай! Один из поступающих во время второго этапа изобразил столь необычные символы, что для их расшифровки мы вынуждены были обратиться к нашему лучшему специалисту, — она указала рукой на суетящегося и жадно вглядывающемуся в наши лица Вигорусу. — Лучшему знатоку символов и языков в Академии, а, значит, и во всём мире, декану Лингвистического факультета, Мастеру-Лингвисту, Вигорусу Рамси!

Вигорус нервно кивнул.

— Я! Декан! Рад!

Мы все непонимающе уставились на нервного, дёрганого, нелепо улыбающегося человечка.

— Это что, шутка?! — презрительно скривив губы, озвучил нашу общую мысль Алан. — Разве маг-лингвист не должен быть более… красноречивым?

— Нет! Не должен! — снова отчаянно потряс голос Мастер-Лингвист.

— Мастер Вигорус перенёс, скажем так, травму. Разумеется, магического характера, — осторожно поглядывая на лингвиста, пояснила Агнесса. — С тех пор у него некоторые проблемы. Ему сложно строить предложения, состоящие более чем из трёх слов. Но его ум — один из острейших в мире!

— Кто?! — снова воскликнул блестящий лингвист, топнув при этом маленькой ножкой.

— Он! — не выдержав, ткнул в меня пальцем Георг. — Как твоё имя, студент?!

— О-Олег! — запнувшись, пробормотал я.

— Олег?! — воскликнул Вигорус, подскакивая ко мне. — Олег! Олег! Как?! Как?!! Как?!!!

На мгновение мне показалось, что Мастер-Лингвист вот-вот меня ударит или обнимет. В любом случае, сделает что-то странное. Но нет, обошлось. Он лишь уткнулся носом мне в подмышку (выше он, увы, не достал) и принялся настойчиво тыкать пальцем мне в грудь. Кажется, он думал, что так я быстрее отвечу.

— Ну не знаю… — пробормотал я, тщательнее запихивая Книгу под куртку. — Просто я так увидел…

От дальнейших расспросов меня спасла Агнесса.

— Все вопросы потом! У нас больше нет времени! Не сдавшие экзамен — прошу покинуть Академию! Поступившие — собираемся на церемонию Посвящения! У нас насыщенный вечер!

Едва закончив, она тут же энергично понеслась к выходу. Остальные потянулись следом.

Глава 8

Вот так я и поступил в Академию Волшебного Искусства.

Честно скажу — ощущения были странные. Я ещё не до конца свыкся с мыслью, что я перенёсся в другой мир, так что вряд ли что-то ещё могло меня удивить. Хотя сама мысль о том, что я стану магом… Ух, тут и словами не передать, как бешено начинало колотиться моё сердце!

Впрочем, до начала учёбы нам, первокурсникам, предстояло пройти через ряд формальностей. И первой из них было Посвящение.

— Посвящение — важнейшая часть вашего первого дня! — как обычно на ходу вещала Агнесса своим скрежещущим голосом, несясь по гулким коридорам Академии. — Это первое ваше столкновение не с Простым миром, а миром Магическим…

— Простите, а что такое Простой мир?! — с трудом поспевая за ней, спросил Дэн.

Агнесса удостоила его лишь пренебрежительным взглядом через плечо.

— Так мы, маги, называем жизнь обычных, не способных к магии людей, иначе говоря, Простых людей. Конечно, мы с такими людьми взаимодействуем, своим волшебством делаем их жизни проще, но не стоит забывать, что начиная с сегодняшнего дня вы принадлежите к элите нашего общества. Вы маги! И вас ждут потрясающие годы…

Среди студентов прошёл возбуждённым шёпоток. Даже я не удержался и обменялся с идущей рядом Ханной восторженными взглядами. Конечно слова Агнессы немного отдавали расизмом на волшебной почве, но всё же как приятно было осознавать себя частью элитной и могущественной группы! На Земле у меня такого опыта не было. Я был просто обычным парнем — не самым красивым, не самым умным, не самым богатым и вообще не самым выдающимся. Парень как парень. Как все. Так что такие речи о собственной неожиданной исключительности, конечно, ощутимо грели мне душу…

— Добро пожаловать на Посвящение! — внезапно провозгласила Агнесса, распахивая очередные ворота, и мы всей нашей дружной студенческой компанией неожиданно очутились в разгаре весёлого праздника.

Нас окатило волной тепла, веселья, громкой музыки и радостных приветственных возгласов.

Каким-то неведомым (иначе не сказать волшебным!) образом очутились прямо посреди просторного поля, сплошь заполненного весёлыми и уже порядком пьяными людьми. Горели разноцветные костры, ожесточённо играли зажигательную мелодию музыканты, ломились от еды и вина столы. Иначе и не скажешь — самый настоящий праздник!

Прямо напротив нас на сцене приветливо улыбался крепкий и властный седоволосый мужчина, одетый в красивый иссиня-чёрный мундир с длинным красным плащом за спиной.

— А вот и они! Наши дорогие первокурсники! — провозгласил мужчина, и его необыкновенно сильный голос разнёсся по всему полю, вызвав волну всеобщего восторга. — Приветствуем вас в Академии Волшебного Искусства! Наполняйте чарки! Лучшие годы в вашей жизни начинаются сегодня!

Толпа встретила его одобрительными пьяными криками.

— Молодцы ребята! — прокричал кто-то, и остальные тут же поддержали его одобрительным смехом.

Мы же чувствовали себя совершенно не в своей тарелке. Честно сказать, я такого не ожидал! Мне казалось, что Посвящение будет каким-то крайне формальным и серьёзным мероприятием. А тут весёлая пирушка! Хотя тут жаловаться не приходится…

Быстрее всех нас с оцепенением и робостью справилась Милена Богард. Равнодушно тряхнув косичками, она уверенно шагнула к стоящему на ближайшем столе огромному котлу, из которого, стоило ей приблизиться, вынырнул внушительных размеров черпак, полный какой-то чёрной, словно нефть, жидкости с явным алкогольным запахом. Она тут же схватила черпак за длинную ручку и залпом, не морщась, выпила. О том, чтобы налить жидкость в кубок она даже не подумала.

Толпа взорвалась ободряющими криками.

— Молодец девочка! Будешь моей любимицей! — оглушительно проревел бородач на сцене. — Вот так и нужно начинать учёбу! Только так!!!

Кажется, мы только и ждали чего-то подобного. Уверенность Милены передалась всем нам. Прошло не больше минуты, а у каждого из нас в руках уже было по пузатому доверху наполненному кубку, а на губах выступили улыбки, полные радости.

Мы поступили! Можно и отдохнуть!

Атмосфера всеобщего веселья подхватила меня. Я неуклюже дёргался под местную музыку, оказавшуюся причудливой смесью фолка и рока (вот уж неожиданность для средневековья!), и, как и мои однокурсники, принимал многочисленные поздравления.

— Поздравляю! Вы молодцы! С новой жииизнью!!! — неслось со всех сторон.

Старшие студенты, представители самых разных и причудливых рас и национальностей, спешили пожать нам руки, приветливо обнять, а некоторые девушки, однозначно перебравшие местного чёрного вина (крепкого, зараза, настолько, что после второго глотка мир начинал вращаться словно барабан в стиральной машине), даже беззастенчиво вешались на шею.

— Поздравляю! — пропела высокая и поразительно красивая девушка с острыми ушками и огромным глазами (эльфийка! Настоящая эльфийка!), от души чмокая меня прямо в губы, и тут же переходя к следующему.

Ничего себе! Местные нравы мне решительно нравятся! На Земле у меня такой студенческой жизни даже примерно не было!

— Вижу, что наши первокурсники начали вкушать прелести студенческой жизни! — прокричал со сцены бородач и залпом опрокинул в себя целый графин вина. — Пока они вконец не опьянели, думаю, пришла пора вступительной речи нашего ректора! Встречайте, ректор Академии Волшебного Искусства Деронд Деру!

Студенты радостно закричали и захлопали в ладоши. Ректора здесь явно любили!

Интересно, как он выглядит? Готов поспорить, что это какой-нибудь мудрый седобородый старец, степенный и величественный! Этакий мудрый наставник типа Гэндальфа!

На сцену никто не спешил.

Седоволосый огляделся и от души хлопнул себя по лбу.

— Надо же, совсем забыл! Ведь Деронд Деру — это я!

Студенты встретили шутку ректора оглушительным хохотом и аплодисментами. Да, я не ошибся — его здесь очень любят!

Я пригляделся к нему повнимательнее. Средний рост, небольшой животик, окладистая ухоженная борода — он походил скорее не на ректора волшебной Академии и могущественного мага, а на отставного полковника, серьёзно расслабившегося на пенсии.

Хотя в обаянии ему, конечно, не откажешь!

Кроме того, я наконец- то заметил лежащий немного в стороне от него изящный посох с сияющим голубым огнём навершием. Надо же, настоящий посох мага! Прямо как в какой-нибудь компьютерной игре! Вот это точно впечатляющая штука!

— Какой-то он несерьёзный! — услышал я Анжелику, обратившуюся к одному из старших студентов.

— Ага, он такой! — кивнул высокий волосатый и очень бледный парень. — Но пусть внешний вид тебя не обманывает! Деру — настоящий боевой маг, ветеран нескольких десятков воин, член Гильдии драконоборцев и бывший предводитель Тридцати витязей — элитной группы боевых магов! Он, конечно, уже давно сидит с бумажками и немного себя запустил, но я бы с ним шутить не стал!

Ого! Не знаю, насколько это на самом деле впечатляюще, но звучит довольно круто!

Деронд Деру поднял вверх открытые ладони, и студенты тут же замолчали.

— Посмеялись? Теперь предлагаю поговорить серьёзно! — произнёс он, и все тут же почувствовали важность и ответственность момента. — В нашем мире волшебники испокон веков считались элитой, самым уважаемым и почитаемым классом почти во всех странах мира. Сегодня вы делаете первый шаг к нашему сообществу. Но я прошу вас помнить, что быть магом — это не только приключения, слава и деньги! Это труд! Это кропотливая работа в библиотеках и в классах! Это бессонные ночи! Это сотни часов, проведённых в магических штудиях! И не важно, кем вы станете: странствующим магом, уважаемым целителем или артефактором, учёным зоологом или прославленным боевым магом, вы должны помнить главное. Волшебство — это ответственность! Ответственность за Простых людей и за братьев и сестёр по волшебному посоху! Помните об этом! Выжгите эти слова в своих горячих молодых сердцах волшебной руной! Помните и никогда не забывайте!

В толпе раздались одобрительные крики, и Деронд Деру легко улыбнулся, подтверждая, что их услышал.

— Считается, что в первый день я должен рассказать вам об Академии, познакомить с преподавателями и может быть даже устроить экскурсию. Но, честно говоря, я всегда считал это пережитком прошлого! — Ректор лукаво улыбнулся, и перед ним прямо из воздуха выросли кубок и бутылка вина, из которой в кубок текла ароматная янтарная жидкость. — В самом деле, все знают, что первый год вы изучаете общие магические предметы, на втором выбираете нескольких более глубоких специальных, а на третьем и четвёртом курсе приступаете к занятиям на одном из профильных факультетов! Боевой, Врачевания, Зоологический, Артефактный, Рунный, Теоретический, Преобразований и другие — вы вольны выбрать любой в зависимости от своих способностей и предпочтений!

Кубок наполнился до краёв и сам по себе влетел в протянутую руку ректора.

— Помните всё, что я сказал! Пронесите всю эту мудрость через года! Будьте достойными своих магических посохов! — Серьёзно произнёс он и тут же лукаво улыбнулся. — Ну а сейчас выкиньте всё это из головы и наслаждайтесь первым днём нового учебного года! Время веселиться!!!

Сами по себе вспыхнули костры, разрежая вечерний сумрак и наполняя воздух теплом. Оркестр заиграл зажигательную мелодию, а вечернее небо раскрасилось немыслимо прекрасным салютом из ярких движущихся огоньков, складывающихся в живые картинки. Летящие драконы, плещущиеся в воде русалки, маги, размахивающие магическими посохами — это было невероятное представление, разыгрываемое прямо в воздухе! Самый потрясающий салют в моей жизни!

Впервые за всё время в этом мире я поймал себя на мысли, что мне здесь нравится. Это может быть очень и очень интересно! Я уж точно сделаю всё от себя зависящее, чтобы это время было незабываемым!

Глава 9

Следующее утро началось совершенно типичным студенческим образом — с похмелья.

Голова раскалывалась, а во рту стояло отвратительное ощущение, будто бы вместо изысканных и вкусных блюд я вчера весь вечер ел помои, обильно политые сточными водами.

— Ооо, — раздался рядом со мной отчаянный протяжный стон, и я понял, что этим утром страдаю не один.

На соседней кровати развалился Алан. Его щегольской наряд был разорван в нескольких местах, шикарно уложенные волосы растрёпаны, а на лице и шее виднелись многочисленные следы губной помады в форме женских губ. Но завидовать ему я не спешил — он был настолько бледен и выглядел так паршиво, что даже несмотря на установившуюся к нему антипатию я почувствовал что-то очень похожее на жалость.

Да, покутили мы вчера знатно! Должен признаться — таких разнузданных и весёлых вечеринок в моей жизни ещё не было! Что-что, а отдыхать волшебники точно умеют!

В памяти проносились смутные картинки вчерашней ночи: проплывающая на подносах еда, танцующие под ритмичную музыку прекрасные девушки, взрывающиеся в воздухе движущиеся фейерверки и, конечно же, алкоголь. Нереально много алкоголя…

Меня прошиб холодный пот? А где Книга?! Не хватало ещё потерять её в разгар такой весёлой ночи!

Но я быстро успокоился — оказывается, я спал, крепко прижимая её к груди. Значит, этой ночью я всё-таки не до конца потерял голову…

Чудо, что с таким количеством выпитого мы не попали в какие-то неприятности, а очнулись в тёплых мягких постелях…

Так, стоп, а где я вообще?!

Я приподнялся и, с трудом ворочая шеей, огляделся.

Полностью одетый, как был в ботинках, джинсах и куртке, я лежал на шикарной кровати с взбитыми до невероятной лёгкости подушками в просторной спальне. Рядом стояли две такие же кровати с посапывающими на них парнями, а также три крепких платяных шкафа и три письменных стола.

В голове слабо шевельнулось вчерашнее воспоминание, как нас сюда привели чуть менее пьяные (видимо, благодаря значительному опыту) старшекурсники, объяснившие, что теперь это наша спальня. Так, если я ничего не путаю, из окон должен открываться довольно интересный вид…

Я протянул руку и дёрнул за болтающийся у изголовья кровати шнурок. Тут же зашумел невидимый механизм, шторы отъехали в стороны, и моим глазам открылся шикарный вид на распластавшиеся у моих ног корпуса Академии, тренировочные площадки, сады и оранжереи.

Так и есть, мы в башне! Почти на самой её вершине!

Вчерашние старшекурсники объяснили, что каждому курсу выделяется по две башни — одна для девочек и одна для мальчиков. Причём башни совсем не простые, а самые настоящие обособленные жилые корпуса со своими столовыми, душевыми комнатами, комнатами для практических упражнений и, понятное дело, спальнями.

Я довольно ухмыльнулся. Шикарно! Просто шикарно! Всю жизнь я ютился в маленькой квартирке с родителями и сестрой, учился в обычной школе, а потом в таком же обыкновенном университете, а сейчас учусь в магической Академии и живу в самой настоящей башне! Мечты сбываются!

Тут рядом раздался страдальческий стон.

— Что ты делаешь, ирод?! — простонал Алан, пытаясь прикрыть ладонью лицо от проникающих сквозь окно в комнату солнечных лучей. — Дай поспать…

В целом я его прекрасно понимал — я бы, честно говоря, и сам не отказался ещё подремать, но одна мысль не давала мне покоя…

— А мы на занятия не опоздаем?

Эти слова оказались волшебными.

Тут же зашевелилась третья кровать, и из-под одеяла появилась растрёпанная светлая голова.

— Занятия?! — воскликнул высокий худощавый парень в очках, с трудом поднимаясь с пуховой перины. — Сколько времени?!

Я посмотрел на висящие над дверью массивные металлические часы.

— Без пяти восемь.

Глаза очкарика полезли на лоб.

— Без пяти восемь?! — панически закричал он. — Волосатая горгулья! Всё пропало! Я опоздал! В первый день! В первый день!

Он два раза повторил одну и ту же фразу, чем очень напомнил мне Мастера-Лингвиста Вигоруса. Да, Академия явно полна таких странных уникумов…

Ответом на реплику очкарика был очередной стон Алана.

— Имейте же совесть! Дайте поспать! После такой пьянки никто всё равно не придёт на эти ваши занятия!

— Придут! — визгливо воскликнул очкарик, судорожно одеваясь. — После восьми все придут!

Последнюю фразу он произносил уже на ходу. Хлопнула дверь — и только топот на лестнице напомнил, что он тут только что был.

— Интересно, что он имел в виду, когда говорил, что все придут после восьми? — задумчиво произнёс я.

Ответа на этот вопрос долго ждать не пришлось. Стоило часам добраться до цифры восемь, как я тут же почувствовал, как моё тело наполняется энергией, слабость и сонливость отступают, а во рту появляется свежий и приятный аромат.

— Ты тоже это чувствуешь?! — удивлённо спросил Алан, выныривая из-под одеяла. Он больше не выглядел таким болезненным, а его лицо прямо на глазах наливалось румянцем.

— Да! Ну ничего себе! — поражённо присвистнул я.

Вот это подарок Академии! Уж не знаю в чём дело, то ли в каком-то особом вине, то ли в специальной отрезвляющей магии, но мы были трезвы и бодры, словно всю ночь проспали без задних ног, а не провели её, танцуя словно сумасшедшие.

Да, мне здесь точно нравится…

Так как чувствовал я себя теперь весьма прилично, то я решил не тратить время понапрасну и последовать примеру светловолосого очкарика — собраться и пойти на учёбу.

На прикроватной тумбочке я обнаружил красивый, сделанный из качественной ткани, тёмный камзол, удобные кожаные сапоги и сумку, в которой очень удобно переносить книги и письменные принадлежности. Костюм, что совсем не удивительно, оказался моего размера, также как и сапоги. Да, Академия продолжала обо мне заботиться!

Я осторожно спрятал Книгу в сумку. Так будет безопаснее! Потерять такую ценную вещь мне совсем не хотелось…

— Может тоже соберёшься? — спросил я Алана. — Не знаю, во сколько именно начинаются занятия, но явно скоро.

— Неее, — протянул он, поудобнее устраиваясь на подушках. — Теперь, когда вы оба свалили, я наконец-то сумею как следует расслабиться…

Я лишь молча покачал головой и вышел из спальни. Пусть делает как знает.

Вниз башни вела старинная винтовая лестница, а наша спальня, как оказалось, была на самом верхнем этаже, как и три остальные. Несколько других этажей тоже было отведено под спальни, на каждом — по три просторные и неожиданно очень современные душевые комнаты. С канализацией! Латунные трубы и настоящий мрамор придавали им особую значимость и величественность. Вместо электрических ламп прямо в воздухе горели небольшие разноцветные шары и свечи. Вот она, магия! Кажется, я к ней никогда не привыкну…

Первый этаж был огромной общей комнатой отдыха и одновременно столовой. Своего рода гостиная. Причём почти все уютные цветастые кресла и диваны были заняты — как оказалось, я пришёл едва ли не последним.

Собравшиеся здесь парни были смутно мне знакомы по прошедшей ночи — все мы пили и плясали вместе, но их имён я, конечно, не запомнил. Уверен, что и они моё тоже. К тому же, как я уже успел понять, для местных моё имя кажется чересчур странным и сложным. Хотя казалось бы, куда проще…

— Привет! — неожиданно наскочил на меня невысокий крепкий паренёк с короткой, почти под «ноль» стрижкой. — А ну скажи своё имя!

Прозвучало это довольно грубо. Я хотел ответить также, но сдержался. Всё-таки агрессии в его голосе не чувствовалось.

— Олег! Олег Власов!

Парень тут же вытащил толстый и очень потрёпанный журнал и старательно принялся пером выводить моё имя.

— Олег Власов… Ну и имечко, конечно! — фыркнул он, закончив. — Из Тиррта, что ли? Там с именами любят поиздеваться!

Кто-то из ребят захихикал. Так, а вот это уже было грубо!

— А чего ты к имени моему прикапался? — как можно агрессивнее спросил я. Ненавижу ссориться, но спускать ему грубость не намерен! — Вообще-то моё имя значит «святой»! А тебя как зовут? Наверняка какой-нибудь… Грег!

Вот уж не знаю почему, но это имя первым пришло мне в голову! При этом хоть сколько-нибудь обидным оно мне не казалось. Просто нужно было что-то сказать. Вот я и сказал…

Тем удивительнее было то, что парень очевидно смутился.

— Ну да, Грег! — с вызовом, но уже не так смело произнёс он. — А что? Претензии?!

Ого! Вот уж не ожидал, что угадаю…

Среди парней раздались смешки. Кажется, меня поддерживают! Значит, слабаком уже не считают! В принципе, именно это мне и было нужно.

— Да ничего! — махнул на него рукой я. Всё-таки ссориться с первым же встречным в свой первый день мне не хотелось. — Выпендриваешься просто много!

Кажется, уловив мой беззлобный тон, Грег расплылся в улыбке.

— А то! Нужно вам, первакам, показать ваше место! Кстати, я же здесь по делу! Ректор поручил мне как второкурснику за вами приглядеть. Общественная нагрузка, русалочий хвост тебя подери!..

А, теперь всё понятно! Значит, Грег как студент старшего курса направлен к нам, чтобы показать что к чему и познакомить с Академией. Если не ошибаюсь, на Земле это называется «тьютор». Хотя сам по себе Грег — весьма странный выбор для подобной роли. Хамоватый, простой как твой валенок — он скорее напоминал местный вариант гопника, чем заслуживающего доверия студента Академии…

Он достал из сумки небольшую книжечку в кожаной обложке и протянул мне.

— На, держи! Твой персональный дневник! Замечания от преподов, расписание, домашка — всё само появится здесь!

Не удержавшись, я присвистнул! Вот, оказывается, что бывает, когда в мире есть волшебство, но совершенно не развиты технологии! Появляются такие необычные изобретения типа нашего электронного дневника. Думаю, довольно полезная штука.

— Спасибо! Пригодится! — благодарно кивнул я.

Грег окинул всех собравшихся быстрым взглядом.

— Ну что, здесь все?!

— Один в спальне. Сказал, что на занятия не пойдёт, — пояснил я.

Грег кровожадно усмехнулся.

— Ну и идиот! Вылетит, фея крылом махнуть не успеет! В общем, вам пять минут на завтрак — и я провожу вас на занятия! Поняли? Приступайте!

Мы все непонимающе уставились на Грега.

— А что именно мы будем есть? — спросил его Дэн, как всегда почёсывающий неразлучного с ним Бармаглота. — Тарелки-то пустые!

Он кинул взгляд на идеально чистые кружки и тарелки, стоящие на столах.

— Перваки! Всему учить нужно! — страдальчески закатил глаза Грег. — Это ящики-самобранки! Просто поставь тарелку в шкаф и представь что хочешь съесть!

Дэн неуверенно поставил тарелку в один из маленьких блестящих ящичков, стоящих рядом со столами, закрыл дверцу и зажмурился. Через мгновение воздух наполнился ароматом поджаренных яиц. Немного поколебавшись, он вытащил тарелку, на которой красовалась огромная яичница с мясом и помидорами.

— Вот, я же говорил! — самодовольно ухмыльнулся Грег. — Академия заботится о своих! Поесть можно и в Столовой, но многие едят прямо в своих башнях. В общем, ешьте давайте! Только учтите, что это завтрак! Суп или отбивная не появятся, сколько не просите!

Повторять два раза не пришлось, и скоро воздух наполнился восхитительным ароматом еды.

Глава 10

— Так, здесь холл, там Столовая, направо, через две башни — Библиотека, прямо — тренировочные площадки Боевого факультета, а где-то там, за статуей горгульи с тремя горбами, — учебные классы… — бормотал Грег, буквально несясь по Академии.

Что ни говори, а экскурсоводом он был не просто плохим, а ужасным! Понять в его путаных объяснениях хоть что-то было решительно невозможно! В этом смысле он даже переплюнул Агнессу — пусть та тоже предпочитала степенный шаг суматошному бегу и её голос напоминал звук работающей циркулярной пилы, всё же в её ответах присутствовал хоть какой-то смысл. Грег же даже этим похвастаться не мог.

Тем не менее, Академия сама по себе была красноречивее любых слов.

Она была действительно огромна. Множество коридоров, лестниц, залов, башен — ей не было начала и конца! Самый настоящий город, созданный исключительно для студентов-волшебников. Что-то типа нашего земного Гарварда, как я его себе представляю, но только магического.

Наверное, именно из-за своих размеров Академия казалась не особенно людной, хотя, как я знал, в ней учились тыячи студентов.

Впрочем, в коридоре и без того в любую секунду можно было наткнуться на какое-нибудь необычное существо типа крылатой обезьяны, швыряющей в проходящих мимо безобидные (почти) огненные шары, или деловито спешащего по своим делам на задних лапах енота почти два метра ростом.

— Зоологи, укуси их лич! — каждый раз, встречая что-то подобное, бормотал Грег. — Вечно их химеры тут шляются! Пойдёшь ночью в нужник, а там обязательно какая-нибудь тварь пялится!

Встречались в коридорах и приведения. Прозрачные и бесплотные, они, тем не менее, создавали весьма много шума, звеня своими цепями и издавая протяжные жалобные звуки. Тем не менее, их никто не прогонял. Более того, как пояснил Грег, некоторые студенты даже умудрялись, заручившись поддержкой кого-нибудь из призраков, сдавать с их помощью экзамены. Как именно — Грег не уточнил, намекнув на крайне жуткие подробности, и я мысленно отметил, что нужно будет при первой же возможности узнать подробности. Мне с моим отсутствием способностей к волшебству любая помощь будет полезна…

И самое главное — Академия была полна магии.

То тут то там вспыхивали разноцветные искры, звучали раскаты грома и странные незнакомые слова. Пахло зельями, а на дверях вместо похабных надписей студенты рисовали руны — особенные волшебные знаки, обладающие невероятной волшебной мощью, и вызывающие у смотрящего головокружение и галлюцинации.

— А чё, вы кто-нибудь спортом занимаетесь? — внезапно поинтересовался у нас Грег.

— Конечно! — тут же вскинулся мой сосед, светловолосый парень в очках. — Дедушка научил меня играть в страты! Моя любимая игра!

Грег поморщился, будто съел лимон.

— Тебя как звать? — грозно спросил он очкарика.

— Гидеон! — громко, но немного неуверенно ответил он.

— Так вот, Гидеон… Страты — это где фигурки на столе надо двигать? Полная ерунда! А нормальным спортом кто-нибудь занимается? Ну драконоборчеством там, дуэлями, расхищением подземелий?

— Ну я занимаюсь! Фехтую, охочусь! — пробасил здоровенный парень с лицом-пельменем, габаритами превосходящий даже Грега. — И парни тоже!

Парнями оказались ещё трое похожих на него как братья-близнецы ребят. Пусть я здесь всего сутки с небольшим, всё равно было понятно, что все они — жители провинции, так просто и без изысков они выглядели. Они держались все вместе, и я тут же окрестил их «деревенской четвёркой».

— Красавчики, парни! — одобрительно ухмыльнулся им Грег.

Кажется, я с самого начала правильно определил его тип — такие, как он, не очень любят думать головой, а предпочитают махать кулаками. Насколько это действенно в мире магии — большой вопрос.

— Драконоборчество — отвратительный вид спорта! — не преминул вклиниться любитель животных Дэн. — Истребление драконов — преступление! Его давно пора запретить!

— Ещё раз такое ляпнешь — и я вызову тебя на дуэль! — грозно зыркнув в его сторону, прошипел Грег. — Драконоборчество он запретить хочет! Ну что за кусок гоблинской отрыжки!

После этого диалога Дэн, не желающий в первый же день наживать неприятности, больше свои претензии высказывать не спешил. Грег же в свою очередь полностью потерял какой-либо интерес к нашей экскурсии.

— Что там у вас в расписании первое? — недовольно спросил он у нас, и поняв, что мы не имеем ни малейшего понятия, злобно добавил: — Загляните в дневники!

Мы дружно полезли в сумки за дневниками. К нашему удивлению, страницы дневника не были пустыми. Его страницы покрывало расписание занятий на неделю вперёд. Нечто подобное раньше делала и Книга. Я даже начинаю привыкать к подобному свойству местных книг! Кажется, в этом нет ничего особенного…

Первым занятием оказалась Теория магии.

Грег что-то фыркнул себе под нос и повёл нас какими-то путаными путями, через лестницы, холлы и тайные, неприметные на первый взгляд, лазы.

Через пару минут мы оказались у высоких металлических дверей, украшенных рунами. Прочитать их я, конечно, не мог, но это и не требовалось. Они выглядели так зловеще, от них так разило могущественным волшебством, что сразу становилось понятно — на эти двери и на то, что за ними скрывается, наложено мощное, очень сильное волшебство.

— Ну что, удачи вам, перваки. Она вам понадобится! — недобро усмехнувшись, на прощание бросил Грег и исчез за поворотом.

Переглянувшись, мы замерли в нерешительности. Кажется, все чувствовали исходящие от дверей магические импульсы, и никому не хотелось не то что заходить в них, а даже приближаться.

Никому, кроме Гидеона.

Его желание учиться было так велико, что он, нисколько не сомневаясь, решительно подошёл к дверям и, немного поколебавшись, с силой их толкнул.

Двери послушно распахнулись. Мы ждали чего-то страшного, громких криков, грозовых разрядов или чего-то подобного, но ничего подобного не произошло. В воздухе лишь на мгновение послышался слабый звук, похожий на отдалённое жужжание пчелиного улья, и тут же утих.

Гидеон победоносно улыбнулся и шагнул внутрь. Мы последовали за ним. В самом деле, не всегда угрожающие непонятные символы реально означают что-то плохое.

Внутри нас встретила просторная аудитория, места в которой были расположены амфитеатром, наподобие той, в которой мы проходили второй этап, но намного просторнее. Огромные окна в этот раз выходили на просторный внутренний двор с величественным фонтаном в форме дракона посередине.

Мы заняли места за столами, когда в аудиторию начали робко заходить девушки нашего курса.

— Ой, вы уже здесь! — воскликнула как всегда вездесущая Анжелика. — Здорово вчера погуляли, правда?! Мы едва проснулись! Если бы не отрезвляющее волшебство, то я бы вообще с постели не встала! Бетти, студентка второго курса, провела нам такую замечательную экскурсию! А вы знали, что во всём мире всего пять волшебных Академий, и наша Академия заслуженно считается лучшей?

Она произнесла это с такой сумасшедшей скоростью, что я успел устать от неё всего за одну секунду. Я знаю такой тип — вечно на позитиве, бодрые как электровеники и не способные заткнуться ни на секунду зануды. Не самый плохо тип, конечно, но я обычно пытаюсь быть с такими поосторожнее. Не успеешь оглянуться — и заговорят до смерти…

Впрочем, Гидеон явно считал по-другому. Он тут же сцепился с Анжеликой языками, и судя по их довольным взглядам, оба явно получали удовольствие от дискуссии. Два сапога пара…

Последней в аудиторию зашла Милена Богард. Такая же милая, как и вчера. Правда теперь я уже понимал, что за её прелестной внешностью скрывается стальной характер, а за прекрасными губками прячется острый змеиный язычок. И к тому же все вокруг как будто бы знают о ней что-то, чего не знаю я. Это сильно интригует! При первой же возможности нужно узнать, чем эта милая девушка так знаменита. Сердцем чувствую, что ничем хорошим…

Все расселись по местам. Часы на стене показывали девять часов пять минут. Мы были готовы, но преподавателя не было. Прошло ещё пять минут. Потом ещё десять. Ничего не происходило. Мы начинали откровенно скучать.

Не зная, чем себя занять, я заглянул в дневник. Напротив всех предметов стояли имена преподавателей, и лишь напротив Теории магии стоял пропуск. Интересно, чем обусловлена подобная загадочность? Может быть это снова какое-нибудь испытание и мы должны сами вызвать преподавателя при помощи какого-нибудь волшебства? А что, вполне может быть! Как я уже понял, Академия — место не самое простое, и с преподавателей вполне станется загадать такую загадку!

Прошло ещё десять минут, и тяжёлая металлическая дверь распахнулась, буквально отлетела в сторону, отброшенная в сторону мощнейшим порывом ветра, настолько сильным, что даже у меня, сидящего в одном из последних рядов, встали дыбом волосы.

Следом за ветром в аудиторию влетел очень высокий и очень худой мужчина с длинными, собранными в эффектную косичку, чёрными густыми волосами и острой пижонской бородкой. Одет он был в мантию, украшенную языками пламени, складывающимися в причудливые знаки, а в унизанных множеством колец пальцах сжимал длинный, почти в его рост, магический жезл.

Он не бросил в нашу сторону ни единого взгляда, и лишь дойдя до преподавательской кафедры, обвёл всех нас колючим холодным взглядом.

Не нужно было читать мысли, я и так понимал, что сейчас мы все думаем об одном и том же — какой же страшный, пробирающий до костей у него взгляд…

— Теория магии! — провозгласил он необычно высоким голосом нараспев. — Наверняка вы все думаете, что этот павлин сможет рассказать нам интересного, ведь теория — это чушь! Она не поможет нам вызывать землетрясения, швырять огненными шарами и обращать врагов вспять одним лишь взглядом! Вы ведь так думаете?! Верно?!

Его голос был таким жёстким, таким пугающе всепроникающим, что на мгновение мне показалось, что по моим венам течёт не кровь, а стекло.

Мой взгляд упал на раскрытую страницу дневника. На этот раз напротив предмет красивым почерком с завитушками было выведено имя — Юджин Маллой.

Честно сказать, я ничего не думал о его предмете. Все предметы в волшебной Академии казались мне потенциально очень интересными, но, если быть честным, слово «Теория» в названии действительно не внушало особых надежд. Учитывая мой богатый студенческий опыт, все предметы с этим словом в названии представляли собой скучный набор прописных истин. И, судя по взглядам моих однокурсников, они думали примерно также…

— Так я и думал, — расплылся в хищной змеиной улыбке Юджин Маллой. — Я не буду вас разубеждать. Только задам один вопрос. Кто открыл дверь в эту аудиторию?

Среди студентов пробежал шепоток.

— Кто открыл дверь?! — громко, с нажимом, повторил он.

В воздух взвилась дрожащая рука Гидеона.

— Я… Я открыл!

Югорус хищно ухмыльнулся.

— Отлично! Признание! Что я могу сказать, мальчик. Если ничего не сделать, то через пятнадцать минут ты будешь мёртв.

Глава 11

Аудитория наполнилась страхом. Происходящее казалось невозможным. Так просто не могло быть!

— Что значит умру?!!! — воскликнул за мгновение побледневший Гидеон. — Я… Я не могу умереть! Я же ничего не сделал! Я просто открыл дверь!

В ответ Маллой снова ухмыльнулся.

— Открыл дверь без разрешения преподавателя! — явно наслаждаясь нашим страхом, произнёс он. — В магической Академии! Мальчик, волшебство — не игрушка! Особенно в месте, пропитанным им до последнего кирпича! Прежде чем что-то сделать, всегда нужно думать головой! Ты подумал чем-то другим и поплатился. Так что, мой дорогой, как говорится, виноват ты сам.

Я не поверил своим ушам! От учёбы в Академии я ожидал чего угодно, но точно не такого отношения к студентам! Это уже за гранью добра и зла!

— И что, вы ничего не сделаете?! — неожиданно для самого себя услышал я свой голос. — Просто будете смотреть, как он умрёт?!

Маллой бросил на меня насмешливый взгляд.

— Твоё имя, студент!

— Олег Власов! — ответил я, понимая, что обратил на себя особое внимание преподавателя. Обычно такое ничем хорошим не заканчивается, но в целом мне уже было наплевать — жизнь Гидеона была важнее.

— Какое необычное иностранное имя… — буравя холодным взглядом ледяных глаз, сказал Маллой нараспев. — Суть в том, дорогой Олег, что я хочу преподать практический урок, который позволит вам понять не только важность моего предмета, но и важность прилежной учёбы вообще. Ваши действия — это всегда риск. Даже когда вам кажется, что всё хорошо, вы делали это множество раз, и вроде бы всё идёт как всегда — вы всё равно рискуете. Своей жизнью или чужими. Это нужно просто принять. Принять и смириться.

Он говорил легко, свободно, словно не происходило ничего страшного и пугающего, и он, мудрый опытный профессор, читал аудитории обычную рядовую лекцию. Но слова его были страшными. Страшными настолько, что царящее в аудитории напряжение можно было зачерпнуть ложкой.

— И вы что, будете просто смотреть, как он умирает?! — воскликнула Анжелика дрожащим голосом. — Вы не имеете права! Вы не можете убить студента!

— Убить студента — нет, не могу. Мне это запрещают законы Академии. Но я и ничего не делаю для того, чтобы его убить! — равнодушно пожал плечами Маллой. — Я просто наблюдаю за тем, как студент пытается справиться с поставленной задачей, только и всего. Ответственности за его действия я не несу.

Со всех сторон послышались недовольные крики. Все вдруг поняли, что для Маллоя их жизни не значат совершенно ничего! Не знаю как остальных, но меня такое открытие пугало. Всё-таки к подобному во время учебного процесса я не привык.

Маллой обвёл аудиторию ещё одним холодным взглядом и довольно улыбнулся. От происходящего он получал огромное наслаждение! И даже не пытался этого скрывать.

— Так и быть, я великодушный человек, и сделаю поправку на вашу глупость! — с издёвкой произнёс он. — До того, как сердце этого студента остановится, остаётся десять минут. За эти десять минут вы должны найти способ остановить действие моего волшебства. Если вы не сумеете этого сделать — что ж, увы, всё закончится очень печально. Кроме того, моё благородство настолько велико, что я сделаю беспрецедентный шаг вам навстречу и позволю Узору использованного мною волшебства стать видимым. Вам останется только найти способ его распутать. Для хорошего волшебника задача на пару секунд.

Он топнул ногой, и вокруг Гидеона тут же образовалась светящаяся синяя спираль, охватывающая его от пяток до макушки. Казалось, что она состоит из множества тонких прожилок, ниточек, сплетённых вместе в тугой пульсирующий узор.

Ого! Судя по всему, именно так в этом мире и выглядит волшебство! Поразительно! Но только что с этим делать?! Лично я не имею ни малейшего представления.

— Кстати, если вы вдруг решите, что жизнь одного из вас не стоит усилий, то я предупреждаю: после гибели первого студента такой же Узор будет применён к следующему. Если вы не справитесь и с ним — то к следующему, и так далее, пока вы не разберётесь, — сладко пропел Маллой. — Ну, или все, один за другим, не передохнете.

Взгляд его при этом остановился на мне. Что-то подсказывает, что я точно знаю, кто будет первым в этой очереди…

Из кармана мантии он достал песочные часы и, перевернув их, поставил на стол. Песчинки начали медленно падать на дно.

— Начали!

Все студенты, за исключением Милены Богард, даже не попытавшейся изобразить на своём милом личике хотя бы намёк на сострадание, тут же бросились к бледному трясущемуся Гидеону, обводящему аудиторию глазами, полными надежды.

— Ты что-нибудь чувствуешь? Тебе больно? — участливо спросила его Анжелика.

— Нет, — покачал головой Гидеон. — Только очень холодно. Пожалуйста, сделайте что-нибудь!

Я оглядел однокурсников, надеясь, что кто-нибудь выступит вперёд и, закатав рукава, покажет, как нужно обращаться с такими штуками. Но встретил лишь такие же беспомощные отчаянные взгляды. Никто даже не представлял, что нужно делать!

— Наверное, надо попытаться как-то ослабить эту дугу… — неуверенно произнёс Дэн.

— Как? — спросил его я.

— Понятия не имею, — пожал тот плечами. — Наверное нужно потянуть за один из жгутов…

В то же мгновение, не успели мы ничего понять, неугомонная Анжелика протянула руку и, ухватившись за одну из жил, с силой её потянула.

Я и не думал, что такое возможно! Для меня это были просто сияющие линии, как иллюзия, совершенно нематериальные. Но, оказывается, на них можно воздействовать физически, прямо руками!

На мгновение показалось, что всё получилось, и дуга сейчас распадётся, но она, дрогнув, снова вернулась в исходное положение, при этом став ещё ближе к телу Гидеона.

— Глупая ошибка, — вежливо произнёс Маллой, указывая на часы — из верхнего отделения в нижний упало сразу несколько песчинок, словно кто-то их с силой туда протолкнул. — У вас стало ещё меньше времени. Осталось пять минут.

При этих словах Анжелика вздрогнула, и из её глаз потоком хлынули слёзы. Не в силах сдержаться, она бросилась на задний ряд и забилась под стол. Но это всё равно не помогло — она всхлипывала так громко, что её было слышно даже на первом ряду.

После первой неудачной попытки никто больше даже не пытался что-то сделать. Высказывались идеи, что в спираль нужно запустить какой-нибудь энергией, которую никто не знал как создать, или дёрнуть Гидеона так быстро, что он безболезненно выскользнет из петли, ничего не повредив. Но всё это были лишь теории. Никто не решался сделать хоть что-то реальное. Включая и меня. Всё же о существовании волшебства я узнал всего два дня назад и вряд ли могу быть полезен хоть чем-то.

— А времени осталось всего две минуты, — ласково проворковал Маллой. — Похоже, что на вашем курсе ожидается первый труп. Хорошее начало! Не ожидал, что вы окажетесь такими беззащитными и тупыми.

Не успел он договорить, как, расталкивая ребят в сторону, к Гидеону устремилась Милена.

— Что ты делаешь?! — попытался остановить её Дэн, но она, кажется, его даже не заметила, оттолкнув в сторону с чудовищной силой.

Достигнув Гидеона, она протянула руку, вокруг которой тут же образовались светящиеся фиолетовым пластичные отростки, мгновенно проникшие между жгутами и немного растянувшими их в разные стороны. Пальцы Милены плавно и легко пробежали по спирали и, схватив что-то невидимое, с силой дёрнули.

В ту же секунду спираль исчезла. Гидеон с удивлением и благодарностью посмотрел на Милену.

В аудитории повисла тишина. Такого не ожидал никто! Тем более зловещими прозвучали медленные и громкие хлопки. Это Маллой вальяжно аплодировал, но в его глазах не было ничего кроме злобы.

— Надо же, Милена Богард снизошла до простых смертных! — саркастически рассмеялся он. — И вот после такого эффектного, пусть и довольно старомодного решения я ни на мгновение не усомнюсь во всём, что о вас говорят!

Милена посмотрела на него исподлобья. Её прекрасные глаза горели настоящей ненавистью.

— Слухи врут. Я ещё хуже! Но в одном вы ошиблись — я точно не тупая и беззащитная!

Я не поверил своим ушам. Так вот в чём дело! Она с самого начала могла помочь Гидеону, но даже пальцем не шевельнула, пока Маллой не назвал нас всех тупыми и беззащитными! Если это не высшая форма эгоизма, то я тогда просто не знаю, что это такое!

— Что ж, можете считать как хотите, — равнодушно пожал плечам Маллой. — Узор был элементарным, самым простым, что я сумел из себя выжать. И даже с ним вы справились далеко не идеально, грубо, вручную. Надеюсь, что это не всё, на что вы способны, иначе я буду очень разочарован. А теперь займите свои места! Я попробую вбить в ваши тупые головы немного знаний.

Все молча расселись, но общая атмосфера была подавленная. Кажется то, что произошло, оказалось для всех нас большим шоком. Оправиться от такого очень быстро невозможно.

Но Маллой, кажется, даже не обращал внимания на наше настроение. Он всё тем же ровным тоном приступил к изложению материала. И, надо отдать ему должное, лектором он был прекрасным.

— Каждый маг обладает уникальным даром взаимодействовать с особыми энергетическими потоками, состоящими из различных первородных сил. Это могут быть как основные стихии типа огня и воды, так и иные, вроде металла, тумана, ментальной или универсальной энергии. Объединённые вместе, эти потоки образуют Узор. Узоры — основа волшебства. Именно их используют волшебники для достижения своих целей. Но Узоры — это не просто бессмысленное нагромождение энергии. У каждого из них своя сложная структура, отвечающая поставленной перед магом задаче. Так, в Узор может быть включено количество противников, которое вы хотите поразить, направление движения атаки, и огромное, воистину бесконечное количество иных характеристик…

Не скажу, что всё сказанное было по-настоящему понятно, и я конспектировал лекцию полностью на автомате, даже не пытаясь вникнуть в сказанное. Также поступали и остальные. Пережитый стресс оказался чересчур для всех нас.

Именно поэтому звонок, означающий конец лекции, оказался для нас настоящим спасением.

Глава 12

С лекции Маллоя мы все выходили необычно притихшие. Кажется, что напряжение и пережитый на занятии страх так до конца нас и не отпустили. Особенно это касалось Гидеона, который вышел из аудитории последним, с трудом переставляя ноги и дрожа, словно осиновый лист на ветру.

Но стоило нам пройти несколько шагов по коридору, как всех нас будто прорвало.

— Да что он себе позволяет! Он почти угробил студента! На первом занятии! — громче всех возмущался высокий парень, обладатель шикарных блондинистых волос до плеч, по имени Оливер. — Он не имеет права! Конвенцию об образовании никто не отменял! Мы можем пожаловаться в суд Магов!

— Никуда мы не можем пожаловаться, — страдальчески вздохнув, пробормотала как всегда пришибленная Ханна. — Каждый преподаватель сам имеет право выбрать методику преподавания и способ наказания за невыполнение его заданий. Так что формально Маллой действительно ни при чём…

На лицах студентов тут же отразилась вселенская скорбь. Выходит, что каждый препод может сам выбрать форму удобного для него издевательства, назвать это учебным процессом и дальше измываться над студентами сколько душа пожелает! Да, подобное отношение точно не вселяет оптимизма! Надеюсь, что мне удастся найти путь домой раньше, чем меня здесь прикончат на одном из практических занятий!

Хоть бы остальные преподаватели не оказались такими сволочами как Маллой!

Следующим занятием по расписанию был предмет под названием «Извлечение». По названию невозможно было понять, что именно на нём изучают, но ответ нашёлся весьма быстро.

Вела эту дисциплину женщина по имени Ванесса Биджон, которую, как мне кажется, прекрасно могло охарактеризовать одно-единственное слово — «тётушка». Невысокая, слегка полноватая, с непокидающим лицо выражением заботы и неописуемой доброты, она была самым настоящим воплощением милой забавной тётушки из детства! Впечатление вдобавок усиливал неотступно следующий за ней аромат свежих, только что из печки, пирожков. Если бы не посох мага, который сам по себе шагал рядом с ней по аудитории, я бы в жизни не подумал, что она волшебница!

— Извлечение, милые мои — очень и очень важный предмет! — вещала она нежным переливчатым голоском, таким тихим, что приходилось прислушиваться, чтобы расслышать хоть что-то. — Как вам, должно быть, объяснил мастер Маллой, главная способность мага — взаимодействовать с энергией. Именно благодаря ей мы и творим своё волшебство! Но где найти эту энергию? Именно этим мы и займёмся на наших занятиях.

В воздух взвилась рука неуёмной Анжелики. После происшествия с Гидеоном она немного успокоилась, но при этом старательно избегала даже смотреть в его сторону. Пусть всё и обошлось, но она, кажется, всё равно чувствовала себя виноватой в том, что чуть его не убила. На её активность чувство вины никак не повлияло.

— А разве у волшебников нет собственной энергии? Я думала, у нас у всех есть мана!

Мастер-Извлекатель (а именно так официально называлась должность, которую Ванесса Биджон занимала в Академии) довольно кивнула и расплылась в самой счастливой улыбке, что мне доводилось видеть в жизни.

— Всё верно, дорогая! Умничка ты моя! — зашлась в восторгах она. — У каждого волшебника есть собственный запас энергии, который мы называем маной. У кого-то он больше, у кого-то меньше, но в целом довольно ограничен. Используя ману, мы можем воссоздать из неё практически любой источник энергии. Например, огонь или воду, и использовать их в своём Узоре. Но таким образом у вас никогда не хватит силы на по-настоящему мощный Узор. Тогда вам на помощь придут энергетические источники, которые наполнят вас недостающей для Узора энергией. Именно умение получать эту энергию из окружающего мира и называется «извлечением». Знаю, что сложно, голубчики вы мои! Давайте я лучше вам покажу…

Вытянув руку, Мастер-Извлекатель соединила пальцы, будто бы пытаясь что-то схватить. Легонько, но с лёгким нажимом потянула… Мгновение — и у неё в руках показалась тонкая, едва заметная субстанция, лёгкая и переменчивая.

— Воздух! — улыбнувшись нашим восторженным взглядам, пояснила мастер Биджон. — Самая лёгкая для извлечения стихийная энергия! Воздух везде! Его не нужно искать — он повсюду! Достаточно просто протянуть руку… С огнём, например, всё немного сложнее. Так как источника огня нет поблизости, его придётся создать из собственной манны. Выглядит это приёмно так…

Вокруг её рук закружилось сияющее вещество, по консистенции напоминающее студень. Как я догадался, это была собственная энергия мастера Биджон, её мана. Пара ловких пассов — и часть её энергии прямо на глазах стала красной и горячей… Огонь! Она только что на наших глазах создала из собственной энергии самый настоящий огонь! Это настоящее чудо!

Но на этом Мастер-Извлекатель останавливаться не собиралась. Прихватив огненный сгусток пальцами, она вытянула его в тонкую полосочку и сложила вместе с воздухом. Две полоски тут же закрутились вокруг друг друга, образуя спираль наподобие ДНК.

Меня прошиб холодный пот. Это же самый настоящий Узор! Тот самый, благодаря которому волшебники творят волшебство!

Но и этим всё не закончилось! Пробежав по спирали ловкими пальцами, от которых в разные стороны разлетались едва заметные разряды, очень похожие на электрические, мастер Биджон вложила что-то между сгустками энергии. Что именно — я не разглядел, но могу предположить, что это были те самые иные характеристики, о которых говорил Маллой.

И вот перед нами в воздухе завис завершённый Узор. Один взмах руки мастера Биджон — и в воздух взмыл самый настоящий столб огня!

Аудитория разразилась аплодисментами. Даже такое простое, как я начинал понимать, волшебство казалось нам невероятным чудом!

— Вот так вот, мои милые, и создаются Узоры! — обведя зал сияющими глазами, сообщила Мастер-Извлекатель. — Конечно, обычно Узоры видимы только самому творящему его волшебнику, но так как вы только учитесь, я специально дала вам возможность увидеть, как всё происходит. Но учтите, что в обычной жизни Узоры творятся куда быстрее, да и зачастую волшебники пользуются сделанными заранее заготовками, которые они либо запоминают, либо скрывают в своём магическом посохе. Кстати, кто-нибудь хочет попробовать извлечь энергию самостоятельно?

Ну разумеется мы все хотели! Учитывая, что мы были совсем новичками, изучающими волшебство буквально несколько часов, то решено было начать с самого элементарного для извлечения источника — воздуха.

Боясь пропустить хоть одно слово профессора Биджон, мы принялись жадно прислушиваться к её разъяснениям.

— А теперь сосредоточьтесь, мои хорошие, на своей энергии, почувствуйте, как бьётся ваше сердце, как по венам бежит кровь. Почувствуйте! Это ваша сила, мана, бьётся внутри вас! А теперь возьмите её немножко и мысленно потянитесь к окружающему вас воздуху, позвольте его силе и лёгкости проникнуть в вас, его энергии — наполнить ваши тела…

Всё это очень напоминало обычную земную медитацию, и я был уверен, что ничего не получится. Слишком всё просто и обыденно! В принципе, первые минут пятнадцать всё так и было. Все просто молча сопели, пытаясь превратить окружающий нас воздух в энергию, но всё было безуспешно!

Хотя, если быть уж совсем честным, старались не все. Милена Богард, спокойная и презрительная, лениво раскинулась на стуле, вальяжно забросив ноги на стол. На лице у неё застыла гримаса превосходства, а в тонких пальцах мягко перекатывалась энергия воздуха. Уж не знаю, где она успела овладеть такими приёмами, но я уже давно понял, что она ушла далеко вперёд всего нашего курса! Все наши глупые вопросы и первые неловкие попытки были для неё лишь частями давно пройденного пути. Всё это она знала и умела уже долгие годы! Именно поэтому, наверное, мастер Биджон, и не высказала в отношении неё ни единого ободряющего слова. Она-то уж точно понимала разницу в наших уровнях! Впрочем, ярко выраженной ненависти в её глазах в отношении Милены, как у других преподавателей и студентов, тоже не наблюдалось. Добрая тётушка и тут оказалась лучше всех остальных!

Наконец, по окончании пятнадцати минут, аудиторию наполнил радостный возглас. Это длинноволосый парень, Оливер, сумел извлечь воздух, превратив его в энергию, свободно вращающуюся вокруг его пальцев.

— Умничка! Молодец, Оливер! — принялась кудахтать Мастер-Извлекатель вокруг него.

Его пример оказался заразительным. Скоро и у многих других ребят удалось извлечь воздух. Они с гордостью смотрели на нас, словно уже познали все тайны волшебства. Глупо, конечно, но я их понимал. Как же я хотел бы оказаться на их месте! Тоже сделать такой простой первый шаг и оглядывать остальных, чувствуя внутри гордость за себя самого!

Но, увы, у меня совершенно ничего не получалось! Я не чувствовал ни энергии, ни силы, ни лёгкости. Я не чувствовал вообще ничего! Совершенно ничего! Просто сидел с глупым видом, пялясь в стену. С таким же успехом я мог бы посидеть и на Земле! Совсем не обязательно было ради этого поступать в магическую Академию в другом мире!

Только сейчас я начал осознавать всю трагичность своего положения. С чего я вообще решил, что смогу учиться в Академии?! Потому что появился рядом с ней? Или потому, что подумал, что курьер и Анатолий с Иванной намекали на то, что я отправлен в этот мир именно для того, чтобы обучаться волшебству? Так это всё бред и мои домыслы! Я просто сам себе вбил это в голову! На деле же волшебник из меня как из осла художник! Без помощи Книги я не то чтобы сюда не поступил, меня бы за ворота даже не пустили!

Эта мысль меня пугала. Если это действительно так, то получается, что я застрял в этом мире навсегда! Навсегда! При этом сладкой моя жизнь здесь точно не будет! Как только выяснится, что к волшебству я не приспособлен, меня тут же попрут из Академии, и я окажусь на улице. А что я ещё могу делать в этом мире? Я ведь ничего о нём не знаю! Ничего не умею! Я точно сдохну здесь от голода под забором!

Но эта страшная мысль не успела полностью оформиться. Прозвенел звонок. Занятие было завершено. Извлечь воздух не получилось только у меня и ещё нескольких других студентов. У всех остальных в руках перекатывались энергетические сгустки.

— Вы мои сладкие! Замечательные! Вы все прекрасно поработали! — радостно щебетала мастер Биджон. — Те, у кого энергию извлечь не получилось — не переживайте! Не у всех получается с первого раза! Просто продолжайте практиковаться!

Схватив сумки, все бросились к выходу. Настало время обеда.

Глава 13

Оказалось, что обеды в Академии, в отличие от завтраков, проходят исключительно в Столовой, в окружении студентов и аспирантов других курсов. По-быстрому перекусить в башне своего курса невозможно, за исключением разве что ты не можешь присоединиться к остальным по причине серьёзной болезни. Такие правила были установлены несколько столетий назад, и с тех пор неукоснительно соблюдались.

Столовая была огромной и занимала значительную часть первого этажа Главного корпуса. Её украшали многочисленные статуи, задорно подмигивающие проходящим мимо студентам, а на стенах висели картины, то и дело разражавшиеся истошными вскриками или декламирующие стихи. Было и несколько фигурных фонтанов. Из одного из них, находящегося в преподавательской части, по слухам, вместо воды текло потрясающе вкусное и хмельное вино.

У каждого курса был свой длинный и удобный стол, за которым можно с комфортом разместиться. У факультетов тоже были свои собственные столы и, в принципе, было совершенно не важно, с кем ты решишь разделить трапезу — со своими однокурсниками или товарищами по факультету. И то и то здесь считалось нормальным. Просто делай, что для тебя комфортно и будь счастлив!

У первокурсников же, по сути, выбора не было. Распределение по факультетам состоится только на третьем курсе, а, значит, стол однокурсников — единственный возможный выбор.

Относительно еды всё оказалось очень и очень хорошо, собственно, как я этого и ожидал.

По периметру зала стояло огромное множество столов. Причём столов необычных — зачарованные особым образом, они каким-то образом угадывали, что именно ты хочешь съесть в настоящий момент, и это блюдо мгновенно само появлялось на столе. Причём работало это, даже если ты сам не осознавал, что именно ты хочешь. Оставалось потом только найти ту самую заветную пищу среди огромного разнообразия и принести за общий стол. Правда блюдо иногда выглядело совсем не так, как ты его представлял, и найти его среди множества других тарелок было не так просто, но это уже ничего не значащие мелочи…

В принципе, ходить за едой тоже было необязательно. Вполне достаточно было сконцентрироваться и, использовав немного магической энергии, переместить желаемое блюдо прямо к себе на тарелку. Но подобного уровня лени можно было достигнуть, только уже обладая определёнными магическими умениями.

Такими навыками из всего нашего курса владела только Милена Богард. И она себя совсем не утруждала — стоило ей плюхнуться на лавку, как перед ней тут же материлизовалась огромная тарелка, наполненная жареным мясом, доверху залитым каким-то желе, целая гора хлеба и куча другой, незнакомой, но на вид очень вредной пищи. Да, необычный выбор для девушки! За фигурой она явно не следит…

Я такой фокус даже не пытался провернуть. Уверен, что могу просидеть здесь хоть два года — на тарелке передо мной не появится даже засохшей хлебной корочки. Поэтому я, как и все остальные, смиренно отправился к столам с едой, а когда вернулся, то обнаружил, что за столом восседает Алан. Всё-таки он решил выбраться из спальни! Причём сидел он не один, а в окружении группки ребят, состоящей преимущественно из девушек. Да, приковывать всеобщее внимание он точно умеет!

— Здоровый сон и спокойствие — вот залог успеха в этом мире! — вещал он, размахивая куриной ножкой. — Именно поэтому я решил спокойно отоспаться после бурной ночи, а потом, не спеша, пообедать. После этого можно и позаниматься!

Девочки вокруг него пропищали что-то восторженное. Дерзость Алана и пренебрежение к правилам их явно привлекали.

— Конечно, легко быть таким смелым, когда у тебя за спиной одна из самых влиятельных семей во всём мире! — не скрывая своего презрения, произнёс Оливер. К слову, он тоже не был обделён женским вниманием, но при этом, в отличие от Алана, казался совершенно простым и понятным парнем.

— Моей семьи здесь нет, Лэнгфорд! — презрительно скривившись, ответил Алан. — Здесь только я. И я могу вести себя так, как захочу! И если уж говорить про семьи, то я бы на твоём месте молчал. Слышал, что ты из семьи крестьян! Таким происхождением уж точно не стоит гордиться…

На мгновение мне показалось, что Оливер сейчас бросится на Алана, но щебечущие вокруг них девочки отвлекли внимание на себя, и всё обошлось. И хорошо! Не хотелось бы оказаться втянутым в драку в первый же день! А то я ведь себя знаю — оставаться в стороне от конфликта я не умею! Мне вечно нужно вмешаться и попытаться помирить враждующие стороны! За что обычно и страдаю…

— Кстати насчёт семей… — вдруг вспомнил о разговоре Алан. — Дело в том, что я здесь один, без поддержки моего Дома, и вынужден зарабатывать самостоятельно. И я хочу сделать маленькое объявление! Теперь, если вам понадобятся какие-то эликсиры, скажем, для увеличения интеллекта, силы или маны, ну или просто какие-то вещи из Простого мира, обращайтесь ко мне! Ценой, разумеется, на обижу!

Вокруг сразу же восторженно зашумели. Даже Милена Богард, кажется, отвлеклась от своей трапезы и обратила на нас своё внимание.

— А почему мы должны покупать их у тебя? — повысив голос, поинтересовался у начинающего торговца Оливер. — Уверен, найти такие товары в магазинах Академии не составит никакого труда!

Хм, логичный вопрос! Насколько я видел, в огромной Академии действительно было несколько магазинчиков, в которых студенты и преподаватели могли закупиться всем необходимым. Правда про их ассортимент мне ничего не было известно…

— И покупай втридорога! — презрительно хмыкнул он в ответ. — К тому же многие снадобья здесь просто не купить! Преподы, видите ли, заботятся о нашем здоровье, запрещая безобидные зелья! А про предметы из Простого мира я вообще молчу! Их здесь вообще презирают, хотя некоторые из них весьма полезны…

В этот раз Оливер спорить не стал. Алан вышел из спора победителем, чем он тут же не преминул воспользоваться, за одно мгновение полностью поглотив всё женское внимание.

Остаток обеда провели в обсуждениях занятий. Все по-прежнему были под впечатлением от урока мастера Маллоя. Даже на Алана произвёл впечатление рассказ о его зверствах. Гидеон же всё ещё не пришёл в себя, был очень бледен и, кажется, так и не притронулся к еде.

Но особые обсуждения касались послеобеденных занятий. Их было два — «Магическая флора и фауна» и «Физическая подготовка». И если с флорой и фауной всё было примерно понятно, то Физическая подготовка вызывала интерес. Все гадали, что именно там будут проходить, и зачем будущим волшебникам вообще изучать что-то, направленное на развитие тела, а не волшебного искусства. Многие ребята даже презрительно хмыкали, говоря об этом предмете. Но я почему-то был уверен, что всё совсем не так просто, как нам кажется…

Периодически к нашему столу подходили студенты старших курсов. В основном они были настроены очень благодушно и спешили нас поприветствовать и предложить свою помощь, если она нам понадобится.

Но так добры были не все. Например, Милена Богард привлекла особое внимание. Все старшекурсники без исключения смотрели на неё с плохо скрываемым презрением. Я в который раз мысленно напомнил себе узнать, чем именно она заслужила такую славу. Пусть девчонка и милая, но такое отношение к ней уже начинало меня напрягать!

Неожиданно спокойная трапеза была прервана внезапным появлением Агнессы Бортельд.

— Уважаемые студенты! — проскрипела она своим ужасающим голосом, и многие студенты вздрогнули, будто услышав скрип ножа по стеклу. — Важное объявление! Попрошу вас проследовать за мной в Зал Славы!

Перешёптываясь, все мы отложили тарелки в сторону и последовали за Архивариусом.

Оказалось, что Залом Славы назывался большой и просторный зал прямо перед входом в Столовую. Гадать, почему его назвали именно так, а не иначе, не приходилось — все его стены были увешаны различными памятными грамотами, выполненными на грубом пергаменте, а на постаментах красовались разные кубки и реликвии, полученные студентами Академии в различные годы. Зал Славы — лучше и не скажешь!

Агнесса замерла в центре зала, куда несколько высоких и крайне мускулистых парней, одетых в простую немаркую одежду, как раз затаскивали внушительных размеров дерево в большой каменной кадке.

— Ничего себе! — прошептал Дэн. — Это же циклопы!

Я пригляделся к парням, затаскивающим дерево. В самом деле, у всех них был один глаз, размещённый примерно там же, где у обычных людей находится лоб! Выглядели они из-за этого специфически, но в целом не очень страшно. Кажется, в магической Академии даже разнорабочие, и те волшебные…

Тут дерево качнулось, и кадка выскользнула из рук одного из циклопов. На секунду показалось, что кадка сейчас упадёт на пол и разлетится на куски, но в последнее мгновение циклопу удалось её подхватить.

— Осторожнее! Если вы повредите Древо, то я зачарую вас так, что родная мать не узнает! — прокатился истеричный крик Агнессы, от которого у меня заложило уши. — Ничего-то вам нельзя поручить! Ничего!

— А что она вообще здесь делает? — скривился в усмешке Алан. — Она разве не должна сидеть в своей библиотеке? И зачем использовать физическую силу? Она что, не может переместить это дерево левитацией?!

— Насколько я знаю, Мастер-Архивариус также является распорядителем Академии! То есть следит за порядком! — тут же затрещала в ответ Анжелика. — А левитацию или другую магию нельзя применять к некоторым волшебным предметам! Для этого циклопы здесь и нужны! У них соглашение с ректором на сто лет! Наверное, это дерево особенное…

Пока она говорила, циклопы наконец-то дотащили дерево до середины зала и теперь стояли, стирая пот огромными платками в горошек.

— Студенты! Минутку внимания! — проскрипела Агнесса на всю Столовую. — Это уникальный артефакт! Немыслимо древний! Древо! Ему сотни тысяч лет! Это редчайший образец давно ушедшей формы жизни!

Я с любопытством посмотрел на Древо. Особого впечатления оно на меня не произвело. Тонкое, тщедушное, со слабыми веточками — оно напоминало больную яблоню. Только цвет у него был необычный — серебряный. Такого мне ещё видеть не доводилось!

Хотя есть в нём что-то особенное… Что-то манящее… Притягательное…

Рука сама потянулась к Книге, когда кто-то из старших студентов громко выкрикнул вопрос.

— Если оно такое важное, то чего же вы его только сейчас вытащили?!

Раздался смех. Агнесса бросила на студента-выскочку презрительный взгляд, после которого он тут же замолчал, но всё же при этом немного смутилась.

— Оно хранилось в Хранилище и было найдено только недавно! Это наш уникальный подарок для вас! Как гласит легенда, глядя на него, можно познать смысл жизни!

Не знаю как остальные, но, глядя на него, я чувствовал только скуку. Разглядывать деревья — не самое моё любимое занятие. Остальным тоже быстро надоело глазеть на Древо, и скоро все вернулись к своим привычным делам.

Мы же всем курсом отправились на занятия по флоре и фауне. Честно сказать, мы не были от этого в восторге! В самом деле, разве стоило поступать в Академию ради того, чтобы изучать растения и животных, пусть даже волшебных? Мы все были уверены, что точно нет. И, как оказалось, сильно ошибались!

Занятия проходили в оранжереях Академии, и это было одним из красивейших мест, что мне доводилось видеть в жизни! Зелёные сады, орошаемые весело журчащими под ногами ручейками, раскинулись на многие километры. Они казались бесконечными! Настоящий зелёный лабиринт! Но самое главное — это растения и животные! Кто бы подумал, что я, взрослый двадцатилетний человек, попаданец с Земли, буду радоваться как ребёнок! Но не радоваться было просто невозможно!

По ухоженным дорожкам, аккуратно ступая, бродили белогривые единороги, в крошечных озёрцах с кристально чистой водой плескались русалки, а небо было наполнено пением паривших над нашими головами экзотических птиц!

Я будто бы снова вернулся в детство, когда отец водил меня в зоопарк! Незабываемое чувство!

Не подвёл и учитель. Мастер Аттенборг, или, как его было принято называть, Мастер-Зоолог, оказался высоким и очень худым стариком, даже в такой жаркий день закутанным в тёплый шерстяной плащ. Но стоило ему открыть рот, как все тут же забыли про его возраст, так горячо и страстно он рассказывал о своём предмете! Казалось, что ему здесь знаком каждый камешек, каждый отросток живой лианы, каждая проходящая мимо химера! Его энтузиазм был по-настоящему заразителен, и очень скоро весь наш курс покорно следовал за ним, ловя каждое его слово.

— А вот это мох с Озера Нед! — скрипел он, ласково поглаживая обвившую камень зелёную пористую субстанцию, напоминающую губку для мыться посуды. — Совершенно особенный и поразительны! Я сам, лично, отбил его у короля тритонов во время Третьей Водной Войны! Удивительное создание! Если погрузить его в воду не из Неда, то мох моментально выпьет её до последней капли! Теоретически он может выпить всю воду в мире и ничуть не набухнуть!

Особое впечатление мастер Аттенборг произвёл на Дэна. Он прямо-таки влюбился в старого профессора! Даже Бармаглот, которого Дэн таскал с собой на занятия, позволил Аттенборгу себя погладить! А ведь он не позволял это сделать никому кроме Дэна!

После занятия мастера Аттенборга мы все были в настоящем восторге! Кажется, даже скептик Алан, и тот был в приподнятом настроении.

Следующим занятием была Физическая подготовка, и мы с хмурыми лицами двинулись по направлению к месту его проведения.

Входя в Тренировочный комплекс Академии, огромное куполообразное здание, расположенное в стороне от основных корпусов, я не ожидал ничего особенного. Обычной разминочной физкультуры. Руки вверх, в сторону, шаг вперёд, прыжок на месте! Так, размяться и отдохнуть от учёбы, не больше.

Стоило нам переступить порог, как мы очутились в полной темноте. Лишь в конце огромного зала виднелись светлые прямоугольники дверей.

— И что это такое?! — презрительно скривив губы, проворчал Алан. — Не могли даже поставить в зале светильники или хотя бы факела! Как мы, интересно, должны заниматься?!

В то же мгновение в одной из дверей появилась тень. Настолько огромная, что я сначала не поверил своим глазам! Разве люди могут такими огромным?! Да ещё с таким огромными мышцам! Хотя… Кем бы он ни был, но это не человек! У людей не бывает длинных рогов и копыт! И они не двигаются так быстро! Особенно при такой массе!

Тёмная фигура сделала несколько шагов вперёд и замерла на месте. Огромный, но со скрытым тенью лицом — неизвестный выглядел по-настоящему пугающе.

— Стальная черепаха, как же страшно! — тихонько прошептала Анжелика, прижимаясь к Гидеону. Кажется, тот этого не ожидал, но выглядел довольным.

— Кто ты такой?! — громко потребовал Оливер, предательски дав петуха в самом конце. — Покажись!

Ответом нам был раскатистый хохот, от которого по спине побежали мурашки. Да уж, кто бы это ни был, нагнетать саспенс он точно умел!

Тёмная фигура продолжала приближаться. Пара шагов — и теперь мы могли различить длинные бычьи рога и копыта. Стало очевидно — переел нами не человек, а самый настоящий минотавр! Мифологическое существо, описанное в легендах древней Греции!

Внезапно разом во всём тренировочном комплексе вспыхнул свет, и мы смогли разглядеть незнакомца во всех подробностях.

Перед нами действительно стоял минотавр! Огромный наполовину человек, наполовину бык, каким-то чудом умудрившийся втиснуться в тесный тренировочный костюм Академии! Он был действительно огромным: метра два ростом (без учёта рогов!), с мускулистыми руками, но при этом во всём его облике сквозила не звериная ярость, а скорее обычное человеческое раздражение.

— Студенты! Свежее нетронутое мясо! — прохрипел он низким скрипучим голосом. — Обожаю первокурсников! Они такие сладкие! Один недостаток — быстро заканчиваются!

В конце своей речи он расхохотался, словно злодей из дешёвой комедии, и я услышал как кто-то из девочек упал в обморок.

Занятие по физической подготовке точно окажется куда интереснее, чем я думал…

Глава 14

— Вы… Вы кто??!!!

Минотавр ухмыльнулся. Должен сказать, что ухмылка на бычьей морде — та ещё сцена из фильма ужасов!

— Ночной кошмар! Самое страшное! Испытание! В жизни! — зловеще хохотнул он, скаля внушительные острые зубы, вне всякого сомнения способные без каких-либо проблем перемолоть человеческие кости, и кто-то из ребят в задних рядах тихонько вскрикнул. — И учитель! Ваш! По совместительству! Не знаю, чем вы! Прогневали Вселенную! Но мыпроведём! Два незабываемых! Года! Вместе!

Я не поверил собственным ушам! Эта груда мышц с рогами наш учитель?! Не может быть!!! В этой Академии что, совеем нет представлений хотя бы о какой-то рабочей этике?! Да он больше похож на чудовище из алкогольного бреда, чем на преподавателя! Даже циклопы-разнорабочие по сравнению с ним производили впечатление настоящих интеллектуалов!

И ещё! Его незабываемая манера говорить… Да он завершает предложения в любом месте, в каком захочет! Никакой логики в этом нет! И это с учётом того, что я знаком с Мастером-Лингвистом Вигорусом Рамси! А он тот ещё мастер выражать мысль не более чем в трёх словах! Но даже после него речь этого минотавра кажется слишком уж странной и непривычной…

Кажется, остальные ребята сполна разделяли моё мнение о нашем новом «учителе». Судя по гуляющим в толпе шепоткам и перепуганным взглядам, перспективе ходить на уроки к такому чудовищу никто не обрадовался.

И тут, когда студенты уже были готовы бежать из тренировочного зала без оглядки, неожиданно раздалось тихое вежливое покашливание.

— Благодарю вас, Тодеус, — прозвучал мягкий переливчатый голос, словно отражающий в себе всё спокойствие мира. — Это было очень… внушительно. И совершенно напрасно.

Внезапно на наших глазах произошло чудо, подобного которому мне в Академии видеть ещё не доводилось! Минотавр прямо на глазах поник, едва ли не физически уменьшившись в размерах! Вся его смелость и агрессивность тут же куда-то пропали, испарились без следа, словно у непослушного ребёнка, которого строгие родители поймали за какой-то шалостью.

— Простите! Учитель Элмер! — пробурчал минотавр, отступая в сторону. И пусть голос его звучал недовольно, каждый его жест был исполнен просто немыслимой для подобного существа почтительностью.

Интересно, кто же способен напугать его всего лишь парой слов?! Наверняка кто-то ещё более страшный. Хотя, казалось бы, куда страшнее…

Минотавр отошёл в сторону, и из тени выступил крохотный тщедушный старичок с длинными седыми волосами, одетый в просторное белое одеяние. Он выглядел ещё более слабым и беспомощным, чем мастер Аттенгборг, и к тому же, в отличие от него, был напрочь лишён его бодрости и энтузиазма. Казалось, что у него вообще нет никаких эмоций, а улыбка никогда не появляется на его безжизненном, изъеденном морщинами лице, украшенном тоненькими, свисающими двумя аккуратными ниточками, усами.

В моей испорченной поп-культурой голове тут же включился ассоциативный ряд. Да ведь этот старичок ни дать ни взять мудрый сенсэй из каких-то старых гонконгских боевиков или фильмов с Ван Даммом! Разве что вроде не китаец. Ух ты, не ожидал здесь встретить подобного персонажа!

Но самое главное — в отличие от совершенно отмороженного на вид минотавра этот старичок казался пусть странным, но всё же нормальным человеком! А с таким уже можно и договориться…

Кажется, так решил не только я.

— Простите, а что происходит?! — требовательно вопросила Анжелика. Что-что, а молчать эта девчонка точно не умеет! — То есть это вы наш учитель?! Не… он?!

Старичок, которого минотавр назвал учителем Элмером, степенно кивнул. На его губах мелькнула слабая улыбка, но настолько неуловимо, что это вполне можно было списать на игру моего воображения…

— Всё верно, юноша! Распоряжением ректора Академии и волею Судьбы я назначен вашим преподавателем физической подготовки.

Эта фраза всё изменила. Официально признав себя нашим учителем, учитель Элмер ввёл себя в понятную для нас систему координат. Он был учителем, а значит, его мотивы были понятны, а действия предсказуемы. В конце концов, не может же он оказаться вторым Маллоем! А ели учитель понятен, значит, над ним можно издеваться…

Среди студентов пронёсся смех.

— Вы?! — ухмыльнулся Алан. — А вы не староваты для такого предмета? Не развалитесь?!

Лично мне кажется, что это было чересчур! Обращаться таким образом как минимум неуважительно! Особенно к человеку такого почтенного возраста!

Впрочем, учитель Элмер, кажется, оскорбления даже не заметил.

— Коли вы не уверены в моих преподавательских способностях, предлагаю вам пробный бой, — пожав плечами, мягко произнёс он. — Лёгкий разминочный поединок! Победите — и я уйду с поста вашего преподавателя. Отправлюсь пасти овец в Станию. Кстати, нисколько не расстроюсь. Прекрасное занятие на старости лет…

По толпе студентов пронёсся возбуждённый шёпот. Преподаватель сам предлагал спор, пари! Это было необычно…

Но Алан на подобное предложение не купился.

— Я не бью стариков! К тому же поединки — не самая моя сильная сторона…

— Зато моя сильная! — выступил вперёд Трой, тот самый парень, что стоял во главе «деревенской четвёрки».

Чего-то подобного я и ожидал. Трой выглядит именно как парень, готовый сцепиться с кем угодно, стоит только запахнуть чем-то похожим на драку. Раззадорить такого — как нечего делать!

Учитель Элмер бросил на него быстрый взгляд из-под кустистых бровей.

— Что ж, ваши габариты внушают уважение! Я принимаю ваш вызов…

Он замолчал, предлагая здоровяку представиться.

— Трой! — бросил он сквозь плотно сжатые зубы и, сделав несколько разминочных махов руками, встал в боевую позицию.

Элмер же не шелохнулся. Маленький, слабый, он стоял напротив Троя, держа руки за спиной. Выглядело это нелепо! В самом деле, пусть он и преподаватель, но, судя по решимости Троя, бить он намерен всерьёз. А значит, старику не поздоровится.

Начал Трой стремительно, без предупреждений. Резкий бросок вперёд, пара сильных стремительных ударов, способных мгновенно отправить противника в нокаут…

Мимо!

Ни я, ни остальные ребята даже не поняли, что произошло, но все удары Троя пролетели мимо! При этом мастер Элмер, кажется, даже не сошёл с места!

— Довольно неплохо! — одобрительно кивнул учитель Элмер, любопытством разглядывая отдувающегося Троя. — Медленно, конечно, но отчаянно! От души! Так уже не дерутся… Если вам угодно, можете взять оружие на свой вкус.

Рядом тут же возник минотавр с огромным арсеналом холодного оружия на деревянном стенде, который он сжимал в могучих руках.

Трой долго не мешкал. Почти сразу он вытащил внушительный боевой трезубец и сноровисто прокрутил его в руках.

— О, крестьянин выбрал вилы! — не упустил возможности поиздеваться Алан. — Так привычнее, не так ли?

— Подойди поближе и узнаешь! — бросил Трой, ловко раскручивая вилы над головой.

Алан не ответил. Видно даже аристократику хватило ума понять, что связываться с человеком с вилами в руках очень опасно для здоровья.

— А вы это… оружие не возьмёте что ли? — спросил учителя Элмера Трой.

Старик лишь покачал головой.

— Оно мне не нужно. Ибо какой в нём смысл? Уж коли я обладаю мастерством, то одолею тебя и так, а вот если нет… То тогда я достоин лишь смерти.

Мысль была довольно спорной и дискуссионной, но Трой явно был далёк от рассуждений и предпочитал не терять времени зря. Издав истошный крик, он снова бросился в атаку.

В этот раз атака была ещё более стремительной и, что уж говорить, куда более опасной. Кажется, шутка Алана про вилы была недалека от истины. Уж не знаю, чем Трой занимался у себя в деревне, но с трезубцем он обращался просто великолепно! Он так и мелькал в его руках, а удары сыпались с самых неожиданных углов. Не ожидал от него такой скорости и подвижности! Такому парню не в маги надо, а в воины! Интересно, воины в этом мире ценятся? Уж всяко без дела не сидят!

Впрочем, сколь хорошо бы Трой ни дрался, к тому, чтобы достать учителя Элмера, он даже не приблизился.

Сохраняя на лице абсолютное, без единой тени, спокойствие, учитель Элмер плавными кошачьими движениями уклонялся от летящего в него трезубца. При этом он даже успевал комментировать!

— Довольно неплохо, но не хватает непредсказуемости! Попробуйте сделать шаг назад для размаха и ударить справа! Вот так! Очень хорошо! Хотя немного не хватило силы! Вам, очевидно, нужно развивать предплечья!

Говоря это, он выглядел один-в-один как мудрый учитель из фильмов про кунг-фу. Вот уж действительно не отличишь! На вид совершенно безобидный, даже немного странный, но внутри него таится немылимая физическая мощь! Он невероятно силён! Нет ни единого сомнения: если бы он хотел — Трой бы уже валялся на полу с воткнутым в грудь трезубцем, также как и весь наш курс!

Драка очевидно затягивалась. Трой продолжал махать трезубцем, но уже без прежнего задора. Кажется, даже до нашего деревенского друга наконец-то дошло, что, как бы ни казалось сначала, драка эта не была равной. Учитель Элмер был настолько впереди него, что даже представить эту разницу было невозможно!

Наконец учитель Элмер остановился, лёгким изящным жестом отбив трезубец, который, пронзительно звякнув, отлетел на несколько метров в сторону. Кажется, он совсем не запыхался, в отличие от Троя, с которого пот лился рекой.

— Довольно! Вы храбро сражались, юноша! У вас дух воина! Но смысла продолжать больше нет! Вернитесь в строй! — провозгласил учитель Элмер и повернулся к нам. — Надеюсь, вы удовлетворены демонстрацией? Мой возраст по-прежнему кажется кому-то слишком большим?

Мы молчали. В самом деле, что тут скажешь? Этот дед доказал всё, что только можно доказать! Даже у Алана не нашлось возражений.

— Вот и хорошо, — кивнул учитель Элмер. — Теперь преступим к занятию! Наверняка у многих из вас возник вопрос, зачем могущественным магам изучать воинское искусство? Очевидно, что оно необходимо тем из вас, кто выберет специализацию в боевой магии, но и для остальных оно крайне важно! Нагрузки на организм мага крайне велики! И лишь отличная физическая подготовка поможет преодолеть все трудности, а иногда и сохранить жизнь!

Учитель Элмер едва заметно кивнул в сторону минотавра, которого, как мы теперь знали, звали Тодеус, и тот тут же откуда-то притащил небольшой металлический кругляш с выемкой посередине, чем-то неуловимо напоминающий собачью миску. Он бросил кругляш на землю и что-то прошептал себе под нос. Из выемки посередине тут же вырвался луч света, который, вздрогнув, превратился в подробнейший рисунок человеческого тела! Причём трёхмерный!

Я тихонько присвистнул. Ну ничего себе! Оказывается, местные маги намного превзошли земные технологии, изобретя что-то типа голографического изображения! Прямо как в «Звёздных войнах» или «Железном человеке»!

— Перед вами изображение обычного человека. Не важно, мага или Простого, — ткнув крючковатым пальцем в изображение, пояснил учитель Элмер. — Но у каждого человека есть то, что мы называем Резервом. Резерв — это те силы, что спрятаны глубоко в вашем организме. Они не проявляются каждый день. Но благодаря специальным тренировкам их можно пробудить…

Он щёлкнул пальцами, и по венам человечка потёк свет, обозначающий энергетические потоки. Прямо на глазах его вены набухли, а мышцы стали более плотными.

— Освобождая силы из Резерва, вы пробуждаете небывалые способности! — продолжил объяснять учитель Элмер. — Вы становитесь сильнее и быстрее, ваша реакция возрастает в разы, а регенерация и стойкость к внешним повреждениям достигают небывалого уровня! Воин, способный освобождать энергию из своего Резерва, — один из самых опасных противников из всех, кого можно встретить в нашем мире!

В последние пару дней я слишком много удивлялся, но в этот раз не удивиться просто не мог! Оказывается, я могу стать не только магом, расшвыривающим направо и налево файерболы, но и могучим воином, ничуть не хуже какого-нибудь шаолиньского монаха! Да я о таком даже не мечтал! Будто бы все мои подростковые мечты стали реальностью! Осталось только узнать, как этого достичь…

— Но спешу вас огорчить: использовать силы из Резерва смогут немногие из вас, — тут же опустил нас с небес на землю учитель Элмер. — Лишь единицы способны на это…

В воздух взметнулась рука Троя. Учитель Элмер благосклонно кивнул, разрешая говорить.

— А как мы узнаем, кто способен использовать Резерв, а кто нет? — скороговоркой выпалил он.

Кажется, после боя с учителем Элмером ему прямо не терпелось как можно быстрее улучшить свои воинские навыки! Оно и понятно. Проигрывать никто не любит. Особенно тот, кто привык побеждать.

— Совсем не так скоро, как хотелось бы, — мягко улыбнулся учитель. — Всего существует десять уровней Резерва. Если вы сумеете перейти хотя бы на первый, то, значит, у вас появится шанс открыть и остальные! Но чем выше вы будете подниматься, тем сложнее это будет вам даваться. Всего нескольким воинам в истории удалось достичь десятого уровня! Для перехода на каждый новый уровень используются особенные методики. Но для того, чтобы открыть первый уровень, необходимы два условия: огромные физические нагрузки на пределах ваших способностей и особая техника для накопления освободившихся ресурсов в вашем организме. Первое я обеспечу вам на моих занятиях, а со вторым вам помогут специальные Накопители…

Учитель Элмер щёлкнул пальцами, и на стоящем рядом столике появилась целая груда тонких кожаных браслетиков с красным камнем посередине. По очереди мы подошли к столу, и каждый надел браслет на руку. Я тут же почувствовал лёгкое покалывание. Ага, значит, браслет работает! Для начала уже неплохо…

— Я должен предупредить вас: процесс накопления для перехода на первый уровень долгий! Обычно только к концу первого курса становится понятно, способен студент к использованию Резерва или нет, — всё также спокойно продолжил учитель Элмер. — И ещё! Резерв сам по себе не сделает вас самым могучим воином в мире! Вам нужно развивать боевые навыки, долго и упорно тренироваться! Кроме того, помимо Резерва есть множество других техник, используемых опытными воинами. Предвидение, Бесконтактный удар, Обращение — всё это древние и очень сложные приёмы, достичь успеха в освоении которых смогут лишь единицы из тех, кто сможет освоить Резерв. Как вы можете понять, такая сила откроется немногим из вас. Совсем немногим… Если откроется вообще хоть кому-то…

Внезапно я осознал, что сам поднял руку. Учитель Элмер бросил на меня быстрый взгляд и кивнул.

— Учитель, а какой уровень Резерва у вас? — выпалил я вопрос.

Все студенты тут же превратились в слух. Уверен, все хотели знать ответ на этот вопрос, но только никто не решался его задать!

— На этот вопрос я, юноша, увы, не могу ответить! — мягко, но непреклонно произнёс учитель. — Ибо сила — не то, что воин выставляет напоказ без надобности… Хотя, возможно, придёт тот день, когда для вас это перестанет быть тайной!

Конечно это был не ответ, но по тому, как изящно он уклонился от прямого вопроса я понял, что уровень, скорее всего, у него очень и очень высокий. Впрочем, я в этом и не сомневался!

— Ну а теперь приступим к тренировкам. Руководить ими будет мой ученик и ваш наставник — Мастер-Тренер Тодеус Буллус. Тодеус, прошу…

Минотавр сделал шаг вперёд, и два часа, одни из худших в моей жизни, начались.

Уж не знаю, кто разрабатывал эту тренировочную программу, но выполнить её, если ты, как минимум, не чемпион Олимпийских игр, было абсолютно невозможно! Интенсивный бег сменялся занятиями со штангами и гантелями, продолжался прыжками, а заканчивался сложнейшими упражнениями на каких-то хитроумных тренажёрах, основной задачей которых было не развитие твоего тела и мышц, а медленное и крайне изощрённое убийство не только тела, но и боевого духа!

Когда спустя два часа мы, измученные и едва способные просто переставлять ноги, наконец-то выбрались из Тренировочного комплекса, то на нас было страшно смотреть. Мы куда больше напоминали не цветущих первокурсников, а ветеранов боевых действий, возвращающихся после затяжной войны!

Ужин прошёл в полном молчании, а затем Анжелика, случайно раскрыв дневник, обнаружила, что и Маллой, и Ванесса Биджон, и даже милейший старикан Аттенборг назадавали нам просто огромную, невероятную кучу домашней работы! Причём срочной!

Едва перебарывая себя, я взялся за подготовку сложнейших конспектов, и заснул где-то на половине.

Так началось моё обучение в Академии Волшебного Искусства. И что-то подсказывает, что это только начало…

Глава 15

Следующее утро принесло неприятный сюрприз. Но не для меня.

Проснулся я довольно рано от богатырского храпа Алана. Кто бы мог подумать, что этот субтильный аристократик способен храпеть как стадо перепивших гиппопотамов! Учитывая, что выводимые им трели не претендовали на хоть какую-то музыкальность, я, в целях спасения собственного слуха и трещащей по швам нервной системы, принял мужественное решение выбраться из постели и отправиться на завтрак. Но завтракать в Башне не хотелось, и я, сам не вполне понимая, почему, отправился в общую Столовую. Как оказалось, не напрасно.

Так как до официального начала завтрака оставалось ещё около десяти минут, Столовая выглядела непривычно заброшенной. Лишь редкие студенты предпочли променять тёплые подушки на тарелки с кашей.

Что ж, это меня только радовало. Кушать здесь, среди студентов, всё равно куда веселее, чем в башне своего курса, и уж куда лучше, чем оставаться в спальне с храпящим эгоистичным снобом Аланом и всё ещё не отошедшим от вчерашнего Гидеоном, тихо повизгивающим во сне от снящихся ему кошмаров.

Впрочем, стол однокурсников оказался самым многочисленным. Эх, вечное проклятие первокурсников всех миров — вечно жажда знаний и непонятно откуда взявшаяся ответственность заставляют их вставать ни свет ни заря! Хотя ладно, сейчас я готов вытерпеть кого угодно…

Я плюхнулся на лавку и, невнятно пробормотав приветствие, приступил к завтраку. Но не успел я доесть свою утреннюю кашу, как в Столовой началась непонятная суматоха. Я поднял глаза и увидел, что к нашему столу подходят два дюжих циклопа в совершенно белой форме, украшенной красной нашивкой, представляющей из себя схематичное изображение глаза, и ректор Академии Деронд Деру собственной персоной. Вот уж точно необычный визит! Насколько мне известно, ректор, несмотря на всё своё дружелюбие и открытость не часто появляется в Столовой, и уж тем более совсем редко сам подходит к столу учеников.

— Мои дорогие первокурсники! Доброе утро! Как ваш первый день? Как вам нравится в Академии? — лучезарно улыбаясь, поприветствовал ректор, тепло пожав руки каждому из немногочисленных сидящих за столом парней. В каждом его жесте чувствовались искренние тепло и забота. Не относиться к такому с огромной симпатией — задача не из лёгких…

Ему с присущим энтузиазмом принялся отвечать Оливер, но, как я заметил, ректор к его энергичному ответу не прислушивался. Вопрос он задал просто так, для вежливости, чтобы его вторжение не казалось совсем уж грубым. На самом деле его взгляд, стремительно потерявший всё тепло и обаяние, был обращён всего к одному студенту. Точнее, студентке. Милене Богард.

Она тоже это почувствовала и, отложив в сторону здоровенный стейк с местным аналогом жареной картошки, покрытой густым томатным соусом (да, кушала она совсем не так и не то, что полагается молодой девушке!), буравила ректора ответным взглядом. Настолько тяжёлым, что сок в стоящих на столе бокалах начал кипеть и дымиться. Да уж, волшебной силы ей было не занимать!

Наконец, когда Оливер завершил свой долгий и пространный ответ, полный очень подробных перечислений собственных достижений, ректор снова улыбнулся своей белозубой улыбкой, одновременно потирая крепкие мозолистые руки. Он словно бы готовился к чему-то. К чему-то в крайней степени неприятному! Не знаю, что он здесь делает, но то, что он появился сегодня в Столовой уж точно не совпадение!

— А я к вам не просто так! У меня срочное дело! не ко всем, а к досточтимой Милене Богард. — ласково произнёс он, поворачиваясь к Милене. — Вы, милая, не соизволите ненадолго покинуть зал вместе со мной?

Надо сказать, что просьбу свою он высказал со всем возможным почтением, и, будь я на месте Милены, точно бы сделал то, что он хочет! Но у своевольной девушки, как и всегда, были свои собственные взгляды и соображения!

Вот и сейчас ответом ректору было лишь презрительное фырканье.

— Ещё чего! — словно выплюнув яд, произнесла Милена. — Мне и здесь прекрасно сидится! Если хочется что-то мне сказать — прошу васЮ не стесняйтесь! Пусть ребята вас тоже послушают…

По улыбающемуся лицу ректора пробежала едва заметная тень. Всего на мгновение на нём отразились злость, гнев и едва контролируемая ненависть — все три эмоции, которые, казалось, никогда не посещают жизнерадостного ректора! Но надо отдать ему должное — владел он собой безупречно. Одно мгновение — и на его лице снова зажглась обаятельная улыбка.

— Как вам будет угодно! — пропел он. — Как вы думаете, почему я здесь?

— Это же очевидно, господин ректор! По правде сказать, я ждала вас немного позже, но ваш страх оказался больше, чем я думала! — не прерывая с ним зрительного контакта, ответила Милена. — Вы здесь за том, чтобы нацепить на ужасное чудовище с Запада очередной ошейник…

Ректор тут же замахал руками, словно отвергая саму подобную мысль.

— Да что вы такое говорите! Конечно же нет! Как вам в голову такое пришло! — очень убедительно произнёс ректор. — Вовсе нет! Я здесь лишь для того, чтобы обеспечить безопасность! Вашу… и остальных студентов Академии!

— Что вы имеете в виду?! Мы в опасности?! Мы умрём?!!! — из рук только что подошедшего к столу Гидеона выпала тарелка с кашей, а сам он в мгновение ока стал белее мела. — Из Закромов вырвались чудовища?! Ожили древние горгульи?! Занавес пал, и Империя объявила нам войну?!!!

Ректор бросил на него непонимающий взгляд, а затем расхохотался.

— Ну что ты! Вот же выдумщик! Нет! Всё хорошо! Смею вас заверить, что все вы в полной безопасности, а причина моего визита куда прозаичнее! Дело в том, что на вчерашнем занятии у магистра Маллоя, насколько мне известно, госпожа Богард продемонстрировала умения, весьма редкие для её возраста. Редкие и, вне всякого сомнения, опасные! Приобрести она их могла только на своей печально известной родине, а мы все прекрасно знаем, какие нравы и волшебство там процветают! Поэтому мы и решили, исключительно в целях обеспечения безопасности студентов Академии и, разумеется, самой Милены, ограничить её возможности, пока она в должной степени не научится их контролировать…

В ответ на его тираду Милена громко расхохоталась.

— Безопасность студентов! А вы, ректор, молодец! Тонкий политик! Хорошо загнули! До этого меня просто клеймили как чудовище, а вы даже не ленитесь прикрывать свои мотивы благими намерениями! Шикарный ход! — Она с огромным трудом сдерживала готовую прорваться ярость. — И что значит «мы решили»?! Ведь нет никаких мы! Да никто в Академии не рискнёт возразить вам даже одно слово! Решения здесь принимаете только вы! Вы единолично!

В этот раз ректор не стал изображать понимающую доброту. В его глазах мелькнула холодная сталь, и я понял, что всё, что нам на Посвящении рассказал о Деронде Деру старшекурсник, было правдой. Теперь я действительно видел в нём боевого мага. Опасного боевого мага, пусть раньше мне никогда их видеть и не доводилось.

— Думайте как вам удобно! — пожал плечами ректор. — Заботиться о студентах — моя обязанность. И я буду выполнять её, чего бы мне это ни стоило!

Деронд Деру кивнул циклопам, и один из них, сжимающий в руках небольшой металлический ящичек, тут же выступил вперёд. Он положил ящичек на стол и извлёк оттуда два толстых металлических браслета. Чем-то отдалённо они напоминали те браслеты, что нам вчера выдал учитель Элмер, но даже я чувствовал внутри них затаённую опасность.

— Руки! — пробасил циклоп, подходя к Милене.

Девушка бросила на него полный ненависти взгляд.

— Или что? — процедила она сквозь плотно сжатые губы.

— Или применим силу, — пророкотал циклоп, и в руках его товарищей тут же образовались длинные острые алебарды. — В любом случае церемониться с вами мы не собираемся!

Милена окинула циклопов оценивающим взглядом, будто пытаясь понять, сможет ли она с ними справиться. Не знаю, к каким выводам она пришла, но через несколько секунд она нехотя, явно преодолевая сама себя, протянула руки.

В то же мгновение браслеты щёлкнули у неё на запястьях.

Деронд Деру довольно ухмыльнулся.

— Вот и прекрасно! Рад, что мы поняли друг друга! Прошу заметить, что браслеты не лишают вас способностей к волшебству! Всего лишь ограничивают их до приемлемого уровня!

— Ох, дорогой ректор, это же всё меняет! — расплылась в фальшивой улыбке Милена. — Всего лишь ограничивают! Подумать только! Какое немыслимое благородство! Не лишить хрупкую девушку её силы, а лишь понизить до уровня уличного фокусника!

Милена взмахнула рукой, словно бы желая проверить, на что она теперь способна, но ничего не произошло. Нахмурившись, она снова повторила жест, на этот раз усилив его речевой формой, и полупустая перечница, дёрнувшись, медленно заскользила по столу.

Милена бросила ухмыляющегося ректора полный ненависти взгляд.

— Да что б вас снорлоки сожрали! — прошипела она. — Это же ничто! Вы что со мной сделали?! Это не магия, это вообще ни о чём!!!

— Ну что сказать… — пожал плечами ректор. — Я же сказал — безопасность превыше всего. И это, смею заметить, в крайней степени гуманная мера!

— Да пошёл ты!!! — прокричала Милена. — Вы ещё хуже, чем мне о вас говорил отец!

— О, не сомневаюсь, что ваш отец обо мне говорил! Даже нетрудно догадаться, что именно! Вам просто промыли мозги! Но вы должны понять, что иногда эффективны только жёсткие меры! Всё это ради вашей безопасности! — мелодично пропел ректор, обводя всех студентов тёплым отеческим взглядом. — Хорошего завтрака! Рад был ещё раз вас всех увидеть!

Произнеся эти слова, ректор направился к выходу. Сопровождающие его циклопы отправились следом.

Думаю, пояснять, что нормально закончить завтрак у нас не получилось, будет лишним. О еде все позабыли и только обсуждали Милену, даже не пытаясь при этом скрыть, что говорят о ней!

Я же терзался вопросами. Ну в самом деле, столько раз хотел, но так и не узнал, кто же она такая и почему её все, даже ректор Академии, так боятся! Только вот как бы так спросить чтобы она точно не услышала…

Вопрос решился сам собой. Милена резко вскочила из-за стола и, схватив сумку, помчалась к выходу из Столовой.

Неожиданно у самого входа ей дорогу перегородила высокая четверокурсница. Рослая, мощная, судя по цвету формы, она обучалась на Боевом факультете. Её довольно привлекательное лицо пересекал длинный бугристый шрам, а выглядывающие из-под коротких рукавов руки бугрились мышцами. Я обычно не боюсь девчонок, но конкретно эта девчонка внушала мне (да, думаю, и всем остальным!) мысль, что ей ни в коем случае не стоит переходить дорогу…

— Симона, давай! — прокричал кто-то из-за стола Боевого факультета, и девушка, которую назвали Симоной, кровожадно ухмыльнулась.

— Ну что, милая, уже уходишь?! Что, стало страшно без магии! Так вот, правильно! Бойся!!! — расхохоталась она и попыталась зажать Милену в углу, но та, с неожиданной силой оттолкнув её в сторону, выбежала из Столовой.

Даже без волшебства она всё ещё очень опасна!

— Всё равно я тебя найду! — прокричала ей вслед Симона. — Вечно бегать у тебя не получится!

Вот уж не знаю, что у этой девчонки за претензии к Милене, но я бы точно не хотел оказаться на её месте…

Зато теперь, когда Милены не было рядом, я наконец-то мог задать тревожащие меня вопросы.

— Слушай, а она вообще кто? — как можно тише спросил я сидящего рядом Гидеона.

Тот чуть снова не уронил на пол вторую тарелку каши.

— Ты что, не знаешь, кто такая Милена Богард?!

Он произнёс это так громко, что в нашу сторону тут же обернулся весь стол.

— Ты ничего о ней не знаешь?! — взвизгнув, уставилась на меня Анжелика.

Я стыдливо отвёл глаза.

— Ну… Да! Сами понимаете, я издалека и ну… Там о ней ничего не говорили! А спросить было как-то неловко…

— Это откуда же надо приехать, чтобы совсем ничего не знать о Милене Богард?! — подозрительно поинтересовался Оливер.

Я почувствовал, что запахло жареным. Я до сих пор не знал, что ответить на такой вопрос! Не говорить же всем направо и налево, что я из другого мира! Насколько я понял, пусть детально ещё вопрос и не изучал, даже здесь, в этом странном мире, так и сочащемся магией, попаданцы из других миров — большая редкость! По крайней мере ни об одном подобном случае мне слышать не доводилось…

Меня внезапно спас Гидеон.

— Да какая разница откуда! Есть такие страны, где о Богардах ничего не слышали! — встрял в разговор он. — Дело в том, что Милена — единственная дочь Императора Запада, Тёмного Властелина Гордара Богарда! Самого ужасающего тёмного волшебника в истории! Он настоящий тиран и убийца, уничтоживший десятки тысяч живых существ!

Ох ты, вот это новости! Такая милая девушка — и дочка ужасного Тёмного Властелина! Однако сюрприз! Такого я не ожидал! Мне казалось, что всё куда прозаичнее. Ну, например, что она случайно ошиблась и по незнанию применила волшебный дар не по назначению, случайно кому-нибудь навредив! А тут, похоже, история помасштабнее…

— А почему все тогда так плохо относятся к самой Милене, если всё дело в её отце? — спросил однокурсников я. — Ведь дети за грехи отцов не отвечают!

Ответом мне было гробовое молчание.

— Да потому что она стерва! — взорвалась Анжелика. — Вот почему!

— Потому что она с самого детства проявила себя как папина дочка и наследница всего его огромного тёмного наследия! — более спокойно пояснил Оливер. — С самых первых дней она демонстрировала незаурядные волшебные способности, и добрый папа не жалел сил на её обучение! Через несколько лет она должна была возглавить значительную часть его Империи, а если бы её отца не удалось остановить, то она стала бы могущественнейшей тёмной волшебницей в истории! Куда более опасной, чем её папа!

А, вот теперь стало понятнее! Но не всё…

— Тогда, если она такая опасная, что она делает здесь? И где её отец?!

В этот раз возмутился Дэн.

— Ты что, вообще ничего не знаешь?!

Я покачал головой. Как же мне не нравится быть в роли самого тупого чувака в комнате! Ну или за столом…

— Его свергли! — снова принялся пояснять Гидеон. — Огромная армия союзников вторглась и разбила его армию! Сколько там славных магов полегло, ты не представляешь! Говорят, земля там до сих пор красная от крови! А папочку её посадили в Пурпурные казематы, самую страшную тюрьму во всём мире! Но он там не надолго. Скоро закончится суд, и его приговорят к смертной казни!

— А Милена-то здесь почему?! — не выдержав, снова спросил я.

Оливер пожал плечами.

— Никто точно не знает! Кто-то считает, что она здесь для того, чтобы было удобно контролировать её отца, постоянно напоминая, что его любимая дочка в руках его злейших врагов. Лично я думаю, что Деронд Деру и остальные сильнейшие маги мира надеются если её не перевоспитать, то хотя бы получить от неё кое-какие сведения. После Гордара осталось множество тайн! Столько артефактов пропало в его сокровищницах, столько древних знаний навсегда затерялось в его библиотеках! Кто может ещё что-то знать, кроме его дочери?

— К тому же без обучения она опасна! — вступила в разговор тихая Ханна. — У неё огромный дар, а отец учил её только злу! Если не обучить её по техникам Академии, то она может совершить очень много зла!

— Зла?! — взорвался Дэн. — Да посадить её в тюрьму и всё! И никакого зла она не причинит!

— Нет оснований! — помотал головой Гидеон. — Международной Инквизиции не удалось доказать её причастность ни к одному из преступлений! Хотя слухи о ней ходят действительно ужасные…

Дальше разговор перешёл исключительно на перечисление всех ужасных слухов, которые кто-то когда-то случайно слышал! И слухи это были ужасные. Убийства, расчленения, целые сожжённые деревни, кровавые публичные казни… Даже почему-то изнасилования! И в центре всех этих ужасных преступлений была Милена! Ужасная, хохочущая, с ног до головы покрытая кровью невинно убиенных жертв! Прекрасная девушка, несущая ужасную смерть! Так видели её люди по всему миру. Боялись и ненавидели. Именно поэтому она стала изгоем, ещё не успев переступить порог Академии.

Сказать откровенно, я и сам не знал, верю я этим слухам, или нет. По печальному опыту моего родного мира я прекрасно знал, на что способна пропаганда. Да она даже из котёнка способна сделать свирепого убийцу!

А Милена котёнком не была. Всё, что я о ней знал говорило, что она агрессивная, импульсивная и свободолюбивая. К тому же она привыкла решать вопросы при помощи силы. Вспомнить хотя бы того орка, которому она угрожала у ворот Академии!

Так что всё вполне может быть правдой. А значит, нужно держаться от неё подальше.

Но, конечно же, у меня это не получилось от слова совсем…

Глава 16

Я не заметил, как прошёл месяц в Академии. Честное слово, он пролетел словно один миг! Постепенно моя жизнь вошла в нормальное (насколько это только это возможно, если ты из другого мира и учишься волшебству!) русло. Я даже стал меньше удивляться! Но не то чтобы намного меньше…

В чём-то каждый мой день был похож на предыдущий.

Каждое утро я просыпался под одуряюще орущий будильник Гидеона, сделанный в виде огромной глиняной головы какого-то великого мага. Раз в день она оживала и начинала орать, что мы все бездари и недоумки, и если не будем ходить на занятия, то сдохнем, работая артефакторами где-нибудь в захолустье.

Затем я кое-как завтракал, судорожно пытаясь повторить перед занятием пройденный материал, а потом вместе со всеми отправлялся на занятия.

А занятия были одно удивительнее другого!

Они совсем не ограничивались теми четырьмя предметами, которые были у нас в первый учебный день.

Так, одним из основных предметов оказалась Стихийная магия. Да-да, та самая стихийная магия, описание которой можно встретить едва ли не в каждой фэнтези-книге. Самая простая (но всё равно очень сложная!) в использовании и самая доступная в плане извлечения. Правда, помимо стандартных четырёх стихий (огня, воды, земли и воздуха) оказалось, что существуют и другие стихии. Например, железо, дерево, электричество, лёд… Да практически все природные явления, оказывается, имели стихийную природу! Но все они были не столь значимы как основная четвёрка и, по сути, являлись производными от них.

Вела Стихийную магию самая настоящая фея. Фея! Нет, серьёзно, когда я об этом узнал, то подумал, что это уже чересчур. Я всё понимаю, перемещение в другой мир, Академия — к этому я уже успел привыкнуть и смириться, но фея-преподаватель! Маленькая, с крылышками и волшебной палочкой — да я такую просто не смогу воспринимать всерьёз! О какой учёбе можно говорить в таком случае?

Но стоило ей войти в класс, как я с облегчением выдохнул. Всё-таки феи в этом мире сильно отличались от моего представления о них, сформированного мультфильмами Дисней. Невысокая, сантиметров сто пятьдесят максимум, она, тем не менее, совсем не казалась маленькой. Стройная и строгая, с шикарной русой косой до пояса, одетая в простое длинное платье, она очень напоминала молодую учительницу начальных классов. Единственное, что отличало её от обычного человека — лёгкие прозрачные крылышки за спиной. На вид крылья были совершенно бесполезны, но я чувствовал — если она захочет полететь, то полетит без проблем.

Звали её специфически — Тин-Ток, и, как оказалось, феи в этом мире делятся по стихиям. При этом у Тин-Ток было по-настоящему уникальное происхождение. Её папа был фэйри огня, а мама — феей воздуха. Так что от природы Тин-Ток обладала двойным стихийным даром, что встречается очень редко. При этом и другими стихиями она тоже могла пользоваться, правда совсем не на таком продвинутом уровне, как двумя основными. А это уже само по себе значит многое!

Преподавателем она оказалась на редкость сильным. Объясняла коротко и по сути, спрашивала много, не скупилась на острые замечания, и тут же начинала швыряться огненными шарами, стоило хоть кому-то начать перешёптываться во время её занятий.

Особенностью уроков по стихийному волшебству было то, что они проводились в различных кабинетах. Занятия по водной магии — в огромном бассейне, воздушной — на открытой площадке самой высокой башни Академии, земляной — в подземных катакомбах, а по огненной — в специальном террариуме, который облюбовали несколько сотен саламандр, юрких огненных ящериц. В таких условиях работать со стихийной магией было намного проще, и даже у таких нубов как мы появлялся шанс сделать что-то толковое.

Были и занятия по алхимии. Памятуя мой печальный опыт освоения химии в родном мире (твёрдая тройка и случайно подожжённая юбка учительницы), я ожидал, что именно алхимия окажется самым сложным и неприятным предметом.

Как бы не так! Алхимия оказалась едва ли не самой интересной частью учебного процесса! Вёл её прекрасный старикан Довиник Бреджик. Ну то есть как старикан… На вид ему было в лучшем случае едва за сорок. Красавчик с копной идеально уложенных блондинистых волос, в идеальной форме, облачённый в самые модные наряды, он, тем не менее, не упускал случая похвастаться тем, что всего пару месяцев ему перевалило за девятьсот девяносто восемь. Когда я в первый раз услышал цифру, то решил, что точно ослышался. Но оказалось, что Мастеру-Алхимику именно столько лет, сколько он говорил.

Его история была довольно необычна. Ещё в юности он, молодой подающий надежды алхимик, отправился с исследовательской экспедицией в одну из неизведанных частей Мира. К слову, таких неизвестных частей было ещё довольно много — многие из них были недоступны магическим способам исследования, а до других руки волшебников, увлечённых собственным могуществом и славой, просто не добрались. Оказавшись на одной из таких территорий, группа Довиника подверглась атаке неизвестной волшебной силы, после которой в живых остался только он один. Отбиваясь всеми силами от неведомого монстра, он упал в некий бассейн, наполненный текущей из ближайшего водопада водой, в котором из соображений безопасности провёл ночь.

Чудом вернувшись домой, он обнаружил, что после внезапного купания его организм изменился. Температура его тела существенно снизилась, слух и зрение обострились, а сам он внезапно перестал стареть. Не полностью, но очень, очень медленно. Именно это позволило ему стать самым долгоживущим магом в Мире! Кроме того, он обмолвился, что после купания у него появились и другие неожиданные, но очень приятные последствия, о которых в приличном обществе говорить не принято…

От природы одарённый алхимик, он воспользовался полученными знаниями и основал одну из самых известных алхимических компаний в Мире, «Довиник». Его омолаживающие и бодрящие эликсиры сделали его богатейшим магом в Мире!

В Академию же он попал нелепейшим образом. С годами не потеряв живого интереса к женщинам, Довиник переспал с женой мага, входящего в десятку Фордс. Сам Довиник, несмотря на свои дарования, особенно сильным магом не был, и поэтому, когда озлобленный муж встал на кровавый и до невозможности болезненный путь мести, недотёпа алхимик, исчерпав все дипломатические пути решения конфликта, прибежал за помощью к Деронду Деру.

Ректор, будучи умнейшим дядькой, тут же устроил Довиника на вакантную должность Мастера-Алхимика. Вроде бы мелочь, но, как оказалось, с древних времён одним из самых значимых законов Волшебного мира был запрет на убийство из мести на территории Академии. Закон был настолько древним и нерушимым, что даже кровожадный маг-ревнивец не решился его нарушить.

Довиник наконец-то сумел выдохнуть. Правда, у такого решения оказался очевидный недостаток — теперь он не мог покинуть Академию! Фактически он оказался заперт в учебном городке. Впрочем, Довиник не расстроился. У него были его красота, обаяние и алхимический дар, а также огромный доход и долгожительство. В Академии он зажил на широкую ногу, выкупив для личного пользования целый коттедж, в котором устраивал самые роскошные в Академии вечеринки. Не брезговал он и любовными утехами. Студентки сами были не против быстрого и лёгкого романа с красавчиком-преподавателем с тысячелетним опытом!

Учителем он был довольно безалаберным, но почти гениальным. Какой-нибудь хитроумный алхимический принцип или реакция оказывались в его изложении простыми и понятными. А это, как известно, большой дар!

Его предмет не случайно оказался в учебной программе первого курса. Его занятия не требовали использования волшебного дара, а значит, были доступны и нам. Кроме того, изготовление различных зелий и отваров само по себе считалось довольно ценным навыком, так как Узоры были далеко не панацеей, и с многими болезнями можно было справиться только при помощи каких-нибудь хитро приготовленных грибочков.

Но самое главное — зелья сами могли становиться источниками энергии для Узоров! Наполненные до верху магической энергией, они как нельзя лучше подходили для извлечения энергии самой различной природы. Да уж, волшебство — сложная и многогранная наука…

Но самым интересным для меня занятием неожиданно оказалась История волшебства. Я всегда любил рассказы про древность, про великих героев прошлого, правителей и воинов, их грандиозные свершения и подвиги, но даже представить не мог, что они могут быть настолько интересными! Причём какими бы фантастичными они ни казались, все они были правдой! Даже про Луну, которую великий маг прошлого Рафдивар Узкий достал с неба!

Вёл этот предмет Мастер-Историк Фердинанд Боргладский. Причём был он не человеком, а рептилом. Оказывается, наравне с множеством других рас, которые мы знаем на Земле благодаря фильмам и книгам, в этом мире существовали и другие расы, как разумные, так и не очень.

Рептилы были одной из самых интересных. Огромные чешуйчатые существа, опирающиеся на четыре мощные лапы и покрытые плотным панцирем, они больше всего напоминали местный аналог черепах. Но только умных, больших, и с зубастой пастью, полной зубов, способных сделать честь любому крокодилу. Живут они в воде и на сушу выбираются крайне редко. Наверное именно поэтому занятия Фердинанд вёл, сидя в огромном прозрачном аквариуме. По Академии он тоже передвигался, не покидая аквариума. Вид Фердинанда, катящегося по древним коридорам Академии в огромном прозрачном ящике, был поистине незабываемым!

Причём рептилы живут очень долго. Даже дольше, чем мог похвастаться Довиник Бреджик! Тысячи лет! Такие цифры просто в голове не укладывались! Наверное именно это обстоятельство и делало их прекрасными историками. В самом деле, разве сложно преподавать историю, когда большую её часть ты видел сам, своими собственными глазами!

Для меня его занятия были особенно полезными. История — универсальный предмет, если хочешь понять, в каком мире ты живёшь. Так как для меня это был вопрос выживания, то слушал я Фердинанда внимательно и занятия не прогуливал.

Мне быстро удалось понять, что мир, в котором я оказался, похож на мой родной, но в очень многом от него отличается! К слову, его так и называли Миром. Не было какого-то особенного названия типа Земли, Средиземья или Нарнии. Просто Мир. Мне кажется, это довольно необычно.

Так вот, пусть на взгляд попаданца с Земли Мир находился где-то на уровне развития Средневековья, во многом он превосходил наш на несколько сотен лет.

Как оказалось, я с самого начала был прав. Этот мир действительно был магоцентричным, если так можно выразиться. Маги были основой общества. Богатые, влиятельные — они были звёздами этого мира! И это действительно так. Самые могущественные маги, ну или на крайний случай самые эксцентричные, становились настоящими знаменитостями! Их знали в лицо, а у их домов ночевали толпы фанатов, надеющихся урвать у любимца публики автограф.

Оказалось, что магия действительно способна изменить весь ход истории до неузнаваемости. Мало того, что здесь были дальновизоры, по сути выполняющие здесь функцию телевизоров, и водопровод, так и местная медицина намного превосходила земную! Так, список неизлечимых немагических болезней состоял всего из пяти позиций! А перечень болезней, с трудом поддающихся лечению, всего из нескольких десятков. Да уж, наши медики, конечно, тоже большие молодцы, но вот с кучей различных болезней они справиться так и не смогли. В этом смысле им точно есть чему поучиться у местных коллег…

Кроме того, подтвердились слова Димитриуса, сказанные им в мой первый вечер в Мире. Оказалось, что различные артефакты используются в этом мире вместо различных технических приспособлений и распространены едва ли не повсеместно. Даже в самых отдалённых городках можно найти пару-тройку артефактов, например, охлаждающих, позволяющих хранить продукты месяцами, или очищающих. К слову, в таких городках обычно имелся и свой волшебник, но, как правило, далеко не самый могущественный, из числа слабейших выпускников Академии. Но это уже было неважно. Само право назваться магом возводило любого обладателя волшебного дара на самый верх местной социальной лестницы.

Маги были настолько влиятельны, что даже смогли добиться создания собственного, если так можно выразиться, государства, Свободных земель, на территории которых как раз и располагалась Академия.

Свободные земли были достаточно обширны (даже с выходом к морю!), независимы от любого другого государства Мира и подчинялись исключительно Совету магов. Кроме того, если Свободные земли были открыты для посещения обычными людьми, то вот войти в легендарный город магов, Критеж, никто кроме волшебников не мог.

Критеж был настоящей тайной даже для самих магов. Построенный во времена такие давние, что никто (даже рептилы!) не мог даже примерно предположить, кто именно основал город, он по-прежнему скрывал свои тайны от собственных обитателей. Стоит ли говорить, что мечтой однажды там побывать тут же загорелся весь наш курс…

И это была только часть изучаемых нами предметов! Плюс были ещё занятия по теоретической магии, извлечению и магической флоре и фауне. Физическая подготовка в перечне обязательных дисциплин занимала особое место.

Каждый вечер мы должны были проводить как минимум два часа в Тренировочном комплексе, развивая свои физические возможности под пристальным контролем минотавра Тодеуса, изо всех сил пытаясь перейти на первый уровень Резерва. Но на деле оказалось, что занятия были факультативными, и посещать их каждый день должны были только те, кто планировал в дальнейшем связать свою жизнь с боевой магией. Посещать уроки тут же перестала добрая половина курса.

Я оказался в их числе. В самом деле, так далеко в будущее я не заглядывал! Моей мечтой было вернуться домой, на Землю. Пытаясь найти способ это сделать, я каждый вечер проводил в Библиотеке Академии, то и дело ловя подозрительные взгляды Агнессы, как раз таки заведовавшей библиотекой и подозревающей в чересчур усидчивом первокурснике что-то очень нехорошее.

Но, сколько бы я не глотал книжную пыль, узнать хоть что-то не получалось. Несмотря на всю развитость волшебного искусства, перемещения между мирами были здесь почти неизвестны. «Почти» означало, что в паре особо древних книг я сумел найти упоминания о возможности таких путешествий, но дальше очень пространной теории авторы никогда не заходили.

Я пытался узнать какую-то информацию у Фердинанда Боргладского, и даже рискнул заикнуться о других мирах в разговоре с Маллоем, но узнать у них хоть что-то не получилось. Рептилу ничего не было о них известно, а Маллой в своей неповторимой манере поднял меня на смех перед всем курсом.

Признаться им, что я из другого мира я тоже не мог. Нисколько не сомневаюсь, что стоит мне об этом заикнуться, как я тут же стану объектом каких-нибудь исследований в особо секретных лабораториях. Нет, тут нужно работать тоньше…

Молчала и Книга. Она, кажется, потеряла ко мне всякий интерес. Ни новых сообщений, ни фокусов типа левитации. Она вообще не проявляла никаких признаков жизни. Это меня очень раздражало. В конце концов, я оказался в этом мире из-за неё! Не знаю как именно, но нисколько не сомневаюсь, что она сыграла ключевую роль в моём перемещении!

Некоторые проблемы создавал мне и Мастер-Лингвист Вигорус Рамси, изо всех сил пытающийся узнать секрет тех письмён, что я нацарапал на Втором испытании. Он совершенно внезапно умудрялся якобы случайно пересечься со мной в бесконечных коридорах Академии, и тут же начинал вести со мной пространные научные беседы. Дошло до того, что я стал просить однокурсников проверять, не подкарауливает ли меня в очередном коридоре чудак-лингвист. С горем пополам, но такая тактика действовала.

В целом это был хороший месяц. За исключением того, что я по-прежнему не проявлял ни малейших признаков наличия волшебного дара.

Я не унывал, и всё ещё на что-то надеялся, пока по своей глупости не вляпался в настоящие неприятности. И как вы думаете, кто стал причиной этих неприятностей?

Разумеется женщина!

Но только какая…

Глава 17

— Давай, Симона! Прикончи её! Сожги её в пепел!!!

Центральная Арена разрывалась от криков. В воздухе висело такое густое напряжение, что его можно было резать ножом. От шума, криков и острого запаха горящих волшебных петард кружилась голова и свербело в носу. Кажется, вся Академия сегодня собралась здесь!

Культурное, блин, развлечение! Вот уж не ожидал, что здесь, в такой вроде бы цивилизованной Академии, я стану свидетелем самого настоящего кровавого побоища! Причём побоища абсолютно легального и одобренного преподавателями и самим ректором.

Но обо всём по порядку.

На второй месяц своего обучения я узнал, что в Академии есть старая традиция, когда студенты каждого из факультетов, начиная с третьего курса, каждый семестр демонстрируют навыки в практикуемой ими специализации. Такая традиция, по мнению основателей Академии, способствовала являлась своего рода маленьким отчётным экзаменом, за который не ставят оценки.

Но, помимо основной, у такой демонстрации была и дополнительная цель. В случае, если презентация проходила удачно, поток впечатлённых студентов младших курсов, желающих записаться на соответствующие факультеты, существенно возрастал. Правда помогало это в основном Боевому факультету, Стихийному и немного Целительскому. Остальным же приходилось из семестра в семестр выполнять обязательную программу без какой-либо надежды на успех.

За две недели мы успели посмотреть выступления всех факультетов.

Студенты Алхимического варили зелья в присутствии всех преподавателей и заинтересованных студентов, буквально разливая по флягам и стаканам славу, доблесть и отвагу.

Студенты Зоологического демонстрировали выращенных ими химер, ловко выполняющих самые замысловатые трюки, и катали желающих на специально обученных вивернах.

Стихийники удивляли дождём, идущим на головы зрителей прямо из-под потолка, и ростками деревьев, пробивающихся сквозь щели в каменном полу.

Артефакторы прямо на глазах изготовляли простенькие артефакты типа Бездонной кружки или Нетеряемого кошелька, и тут же безвозмездно раздавали их всем желающим.

Остальные тоже старались не отставать, но хуже всех себя чувствовали студенты Лингвистического и Теоретического факультетов. Им элементарно нечего было показать! Результатами их работы были написанные книги или разработанные теории, но никак не крутые навыки, которые нестыдно продемонстрировать зрителям! Нет, конечно, маги-лингвисты работали и с древними и могущественными рунами, представляющими отдельное направление волшебства, но даже они не были способны привлечь внимание других студентов.

Зато очень успешно выступили студенты-целители, устроившие настоящий приём специально приглашённых в Академию гостей, нуждающихся в медицинской помощи. Вид отрастающих прямо на глазах рук, заживающих шрамов и выправляемых носов никого не оставил равнодушным!

Но главным событием всё равно оставалась демонстрация навыков студентов Боевого факультета. И вот они развернулись по полной!

Проводить демонстрацию будущие боевые маги решили на Арене, огромном здании размером с приличный футбольный стадион, на котором традиционно проводились спортивные соревнования. И показать, разумеется, они могли только одно — хорошую драку!

Посмотреть на сражения собрались реально все! И студенты, и преподаватели, и даже призраки наконец-то выбрались из основных помещений Академии! Подвести такую толпу людей (и не только людей!) было невозможно!

И Боевой факультет не подвёл, устроив из поединков настоящее шоу! Выглядело это, скажу честно, просто фантастически!

Боевой факультет неслучайно гордился своими выпускниками. Они были настоящими асами боевого искусства! Мечи, секиры и топоры послушно крутились в их руках, выводя немыслимые фигуры, а от используемых ими Узоров тряслись стены и дрожала земля!

Чемпионом Академии по дуэльному мастерству считался Ант Сатор, высоченный красавчик-эльф. Мускулистый, но быстрый и подвижный, облачённый в зачарованные доспехи, выкованные лучшими эльфийскими кузнецами, он был настоящей легендой и машиной смерти. Его слава шла настолько впереди его, что против него поставили сразу трёх студентов!

Причём троица сама по себе была довольно примечательной! Орк, полувеликан и парень из потомственных ликантропов, огромный человекоподобный волк, смотрелись как противники, вышедшие из самых страшных кошмаров. Связываться с такими никто бы не захотел ни за какие деньги!

Ант Сатор же справился с ними, наверное, минут за пять.

Не успел я ничего понять, как он бросился в бой, ловко нанося удары длинным копьём сразу по всем трём своим противникам. Судя по скорости, с которой он двигался, он использовал Резерв. И далеко не первый уровень! Ходили слухи, что Сатор под руководством учителя Элмера сумел достичь шестого или даже седьмого уровня! А это считалось очень высоким уровнем, до которого редко добирались даже бойцы, способные к использованию Резерва.

Такого натиска они явно не ожидали, и первую минуту вынуждены были провести в глухой обороне, но затем, освоившись, принялись теснить эльфа.

Да ещё как! Их оружие прямо на глазах увеличилось и заискрилось на солнце. Мгновение — и копьё Анта Сатора треснуло, перерубленное глефой орка.

— Техника Усиления! — пояснил всем желающим слушать сидящий рядом Гидеон. — Особый вид волшебства, кратковременно наделяющий оружие особыми свойствами! Такое оружие намного прочнее и опаснее обыкновенного!

Потеря копья Анта, кажется, не смутила. Его тут же окутал прозрачный голубой кокон, и его противники разлетелись в сторону словно игрушки, разбросанные рукой заигравшегося ребёнка.

Ещё мгновение, и там, где ещё секунду назад стоял один Ант Сатор, уже стояли три абсолютно одинаковых улыбающихся эльфа!

— Техника Клонирования! — снова пояснил Гидеон, пытаясь перекричать толпу. — Очень сложное волшебство! Отнимает нереальное количество маны! Такой Узор быстро в бою не создашь! Он явно заготовил его заранее…

— А кто из них настоящий? — спросил я, указывая на три одинаковых Сатора.

— А птица Рух его разбери! — пожал плечами Гидеон. — По идее все три — настоящие. Но только в одном сосредоточен центр Узора, а значит, если его повредить, то исчезнет и волшебство.

С этого момента преимущество было на стороне Сатора. Все три фигуры, плавные и быстрые, атаковали противников. И все три были равны оригиналу в навыках! Не успел я понять, что происходит, как пал орк, а затем и полувеликан, сражённый каким-то хитрым огненным волшебством.

Против Сатора оставался только ликантроп, и он был по-настоящему опасен! Стоит запомнить — оборотни в этом мире та ещё заноза в известном месте! Прямо на глазах он утрачивал сколько-нибудь человеческий вид, всё больше походя на ужасного волка-переростка, но стоящего на задних лапах и с огромными суставчатыми лапами, заканчивающимися наточенными когтями размером с приличным кинжал.

Ловко извернувшись, ликантроп полоснул когтями, и два клона Сатора испарились. Кажется, он сумел найти центр его Узора, и разрушил его, нанеся точный удар по настоящему Сатору.

Но эльф не расстроился. Совершив нереальный прыжок, он переместился сразу на несколько метров, выиграв таким образом несколько секунд. Он закрыл глаза, и по его рукам волной прокатились яркие голубые искры. Он отвёл руку за спину, словно доставая стрелу, и в его руках появился лук с горящей синим пламенем стрелой.

— Призванное оружие! Призванное оружие! — завопил Гидеон. — Ох, что за уровень волшебства! Это же сложнейшая техника! Да даже не все опытные маги её знают! Теперь ликантропу точно не сдобровать!

В этот раз наш умник снова оказался прав.

Сатор спустил стрелу, и она полетела в сторону оборотня, который был всего в паре метров от него. Кажется, что на таком коротком расстоянии стрела не может набрать значительную скорость, но ни лук, ни стрела эльфа явно были не обычными.

Стрела впилась ликантропу в левое плечо. Секунду он смотрел, не понимая, что происходит, а затем его подбросило в воздух и смачно приложило об землю.

Даже сквозь вой толпы я различил звук его трещащих костей. Каждая связка, каждое сухожилие, большинство костей — все они были размозжены стремительным и непредсказуемым магическим мастерством Сатора.

С ликантропом было покончено.

На арену тут же выбежали санитары, прямо на месте принявшиеся накладывать на ликантропа целительные Узоры. Следом за ними на Арену уверенной походкой вышел Мастер-Хранитель Георг. Он подошёл к Сатору и поднял его руку вверх. Зрители взорвались аплодисментами. Их любимчик снова победил!

Но как бы сильно ни любили Сатора, его бой был лишь предпоследним в программе. Право закрывать демонстрацию выпало Симоне Рэйдж, той самой дерзкой девчонке, что нападала на Милену в Столовой, и высокой статной женщине с огромным фламбергом в руках.

— О, это Виктория Альварес! — снова принялся пояснять Гидеон. — Она опытный боевой маг и сражается на профессиональных аренах по всему Миру! Необычно, что она решила принять участие в студенческом поединке…

Значит, опытный маг, закончивший Академию. К тому же профессионал. Да, это странно! Я всё ещё не очень знаком с правилами Мира, но даже мне понятно, что у Виктории Альварес должны были быть веские основания для того, чтобы выйти сегодня на Арену. И вряд ли это деньги. Наверное есть в этой Симоне что-то, раз даже она согласилась с ней сразиться…

Что такого есть в Симоне стало понятно практически сразу.

Стоило Георгу объявить начало боя, как Симона, так же как и Ант Сатор ранее, тут же бросилась в атаку. Но сделала она это более хитро.

Плавное движение, будто она что-то бросает, и из её только что бывшей пустой руки вылетел лёгкий и быстрый боевой топорик. Ого! Снова призванное оружие! И снова так быстро!

Виктория заметила его, ухмыльнулась и приготовилась отразить мечом, но вдруг топорик вздрогнул и… превратился сразу в несколько одинаковых топориков, несущихся к ней!

Снова техника Клонирования! Но на этот раз направленная не на себя, а на оружие! Да она просто дублирует бой Сатора, при этом искажая его под свои желания…

Когда Виктория поняла, что происходит, было уже поздно. Она в последнее мгновение успела возвести магическую защиту, но этого оказалось недостаточно. Два топорика прорвались сквозь защитный барьер, с омерзительным чавканьем вонзившись в её тело.

Но Симоне этого было мало. Атака топориками была для неё лишь разминкой, отвлекающим манёвром. Она встряхнула руками, словно пианист, разминающийся перед очередной увертюрой, и на кончиках её пальцев мелькнули едва различимые серебряные нити. Я не знаю, что это был за Узор, но стоило им коснуться израненного тела Виктории, как началось страшное.

Нити, острые, быстрые и смертельные, заскользили вокруг неё, вскрывая кожу, разрезая плоть опытной воительницы на кусочки. Уши зрителей наполнил ужасный крик. Это кричала Виктория. С неё буквально заживо сдирали кожу!

Но крик на Симону не произвёл никакого впечатления. Она стояла под водопадом летящей во все стороны крови, и на её губах играла торжествующая улыбка. Она наслаждалась своим триумфом!

Не знаю, сколько бы это продолжалось, если бы на Арену не выбежал Георг, что-то прокричавший прямо в ухо Симоны. Та нехотя взмахнула рукой, и пытка прекратилась. Истерзанное тело Виктории упало на землю.

Симона, окатив её презрительным взглядом, покинула Арену в гробовой тишине. Дожидаться оглашения своей победы она считала ниже своего достоинства.

Я потряс головой, пытаясь привести мысли в порядок. Да уж, такого я в Академии точно не ожидал! Что же здесь за нравы! Почему студентам вообще позволяют устраивать такое?! Нет, я понимаю, что местная медицина позволит откачать Викторию, оставив ей при этом лишь минимум шрамов, но сам факт того, что такой бой здесь вообще возможен не укладывался у меня в голове! После такого я точно не смогу чувствовать себя в безопасности!

Я огляделся по сторонам, надеясь найти понимание у однокурсников. Напрасно. Они были бледны, но в их глазах горел восторженный огонёк. Понятно, они возмущены не жестокостью расправы, а самим фактом такой быстрой победы над столь грозным соперником!

Неожиданно прямо передо мной прочь с Арены проскользнула маленькая фигурка. Милена Богард! К своему удивлению, на её лице я увидел отражение тех же эмоций, что испытывал сам — презрение и отвращение. Странно! От неё я этого точно не ожидал! Хотя, может быть, дело в том, что у них с Симоной взаимная неприязнь, и ей просто неприятно смотреть на её победу…

Подумать об этом толком я не успел, потому что зрители начали стремительно покидать Арену, и я был вынужден поспешить вместе с ними.

Но не успел я добраться до Столовой на праздничный обед, посвящённый окончанию демонстраций, как в Зале Славы снова столкнулся с Миленой, вышедшей из Столовой. Судя по всему, она уже успела пообедать в гордом одиночестве, и теперь спешила уединиться в башне первокурсников. Но не успела она покинуть Зал Славы, как в дверях показалась Симона в окружении своих кровожадных подружек.

Уж не знаю почему, но она явно не потрудилась умыться после боя. Её лицо украшала застывшая кровь Виктории. На губах горела презрительная усмешка, а в глазах плескался азарт, которого я в них раньше не видел. Она была возбуждена после боя и жаждала продолжения!

И как назло ей на глаза попалась Милена…

— Богард! Вот ты где, грязная потаскушка! — рявкнула она, вцепившись острыми ногтями в руку не ожидавшей нападения Милены. — Как тебе живётся в браслетах?! Уверена, с урезанным волшебством ты чувствуешь себя неполноценной! Надеюсь, ректор и остальные найдут способ окончательно тебя приструнить и лишат тебя волшебства! У тебя не останется ничего, только гонор! А у девочки без волшебства, да с твоим происхождением шансов выжить в Мире немного! Разве только на панель пойти!

Её подружки с готовностью захохотали.

К чести Милены нужно сказать, что она очень быстро сориентировалась в ситуации. Она резко выдернула руку из цепкой хватки Симоны и застыла напротив, буравя её полным ненависти взглядом.

— Кстати, неплохой вариант! — продолжила Симона. — Только практики у тебя небось маловато! Но это ничего! Если захочешь — я преподам тебе пару уроков!

Подружки Симоны захохотали ещё более злобно и отвратительно, чем раньше.

Но Милена не была бы Миленой, если бы смолчала.

— Подпевалам своим преподай, кусок козьего хвоста! — выплюнула ему в лицо Милена. — Судя по их мордам, они точно не будут против!

Кажется, чего-то подобного, оскорбления, Симона и ждала.

С невероятной скоростью её кулак врезался прямо в живот Милены, заставив её согнуться от боли.

Наверное я был совсем не в себе, но неожиданно я почувствовал, что не могу быть безмолвным свидетелем такого издевательства над девушкой.

— Эй, следи за руками! — выпалил я в лицо Симоне, сам не узнавая свой голос и, сам не понимая, что делаю, бросился прямо на неё.

Что ни говори, но выучка у неё была отменная! Она явно не ожидала никакой опасности от скромного и зажатого парня-первокурсника, но всё равно успела отреагировать, резким ударом сшибив меня с ног. Но я тоже не намеревался сдаваться! Уже падая, я умудрился вцепиться ей в руку, и в короткий полёт на пол мы отправились вместе.

Что самое неприятное, просто упасть нам было мало. Мы умудрились приземлиться прямо на установленное здесь Агнессой Древо, при этом задев проходящих мимо Алана и Дэна.

Не успел я прийти в себя, как почувствовал, что на моей шее смыкаются длинные, узкие и невероятно сильные пальцы.

— Ты что делаешь, придурок?! — прошипела мне в лицо Симона.

— Ты… не… имеешь… права… так… поступать… — с трудом проталкивая слова, прошептал я.

— Что?! — от удивления Симона разжала пальцы, и я смог говорить нормально.

— Ты не имеешь права нападать на всех подряд! — выпалил я, сам поражаясь своему рыцарству. Я же знал, что это не моё дело, но всё равно вмешался! — Ты знаешь, Милена ограничена в волшебстве! Она тебе не ровня! Ты должна выбрать кого-то другого!

Кажется, я нёс какую-то ерунду. Стресс, что тут сказать! Вы даже не представляете, как зловеще выглядела Симона с заляпанным кровью лицом.

— Это… Это то, о чём я думаю? — медленно спросила она, глядя мне прямо в глаза.

Я судорожно сглотнул. Да откуда я знаю, о чём она думает?! Но нельзя упускать момент и терять лицо было нельзя.

— Да. Именно так, — уверенно заверил её я.

Её пальцы тут же разжались окончательно. На губах играла акулья улыбка.

— Дурачок! — почти с нежностью произнесла она. — Милый обречённый дурачок! Я принимаю твой вызов!

И, продолжая улыбаться, она в окружении подруг отправилась в Столовую наслаждаться своим праздничным обедом.

Я с трудом поднялся, оглядел Древо. С облегчением выдохнул — оно не пострадало! Дэн и Алан тоже были в порядке.

Только сейчас я заметил, что на меня смотрят все находящиеся в Зале Славы студенты. И не просто смотрят, а так, будто увидели идущего на эшафот приговорённого к смертной казни…

Я неловко улыбнулся и попытался что-то сказать, как вдруг меня схватили и с необыкновенной силой затолкали в ближайший класс.

Напротив меня застыла Милена Богард.

— Что ты наделал, идиот?! — прошипела она мне на ухо, и я внезапно понял, что от её потрясающих светлых волос сногсшибательно пахнет весенними цветами. — Тебе жить надоело, придурок?!

— Я пытался за тебя вступиться! — выпалил я, пытаясь не смотреть в её прекрасные глаза. — Она бы тебя прямо здесь растерзала! А так всё закончилось хорошо!

Лицо Милены на глазах изменилось. Она даже немного отступила, словно не веря в то, что я только что сказал.

— Ты… Ты совсем не понимаешь, что ты только что натворил? — почти с нежностью спросила она.

— Я… Я тебе помог? — прошептал я, понимая, что я натворил что-то ужасное.

Милена покачала головой.

— Нет, придурок, ты только что вызвал Симону Рэйдж на смертельную дуэль.

Я вдруг почувствовал, как воздух покидает мои лёгкие. Мир вокруг померк.

Глава 18

— Ну нет, в обморок ты не грохнешься! Так просто ты от меня точно не отделаешься! — услышал я словно сквозь вату голос Милены, а затем мир взорвался от боли.

Эта сумасшедшая лупила меня по щекам! Да ещё как! С размаху! От души и со всей силы! А силы у неё было много, да и удар явно поставлен…

— Эй, ты что делаешь?! Отвали! — оттолкнув Милену, я отшатнулся в сторону. Щёки горели огнём. Да уж, слово жалость этой милой светловолосой девочке точно не знакомо!

В ответ на мои визгливые претензии Милена лишь привычно расплылась в своей извечной издевательской улыбкой.

— Ага, то есть в обморок мы падать перестали! Отлично! Уже достижение! Может, тогда скажешь, что вообще на тебя нашло, раз ты, благородный идиот, решил за меня заступиться?!

Я замер, беспомощно моргая. В самом деле, я сам не знал, зачем я влез в спор двух совершенно безразличных мне людей. Мог же ведь просто постоять в сторонке! Как все сделали! Стоял бы, глазел на разгорающийся конфликт, молча бы, про себя, возмущался, а потом бы тихо, с удовольствием, за стаканом горячего чая, обсудил бы с однокурсниками все последние события. И было бы замечательно! Именно так, как и должно было быть! Но нет, нужно было обязательно влезть!

Почему же я так поступил! Мне кажется, это всё вредное влияние добрых книг о рыцарях, героях и дамах в беде, которых обязательно нужно спасать, прочитанных в детстве. Они просто застряли у меня в голове! Захотел быть, блин, как книжные рыцари без страха и упрёка, спасти прекрасную даму от неминуемой гибели!

Идиот! Нет бы к своим двадцати годам понять, что есть множество ситуаций, в которых прекрасно, без каких-либо проблем, могут обойтись без меня! Сами разберутся со своими проблемами, и будут счастливы! Но в этом смысле я всегда был немного туповат. Я не могу оставаться в стороне, когда, как мне кажется, творится несправедливость! Вот теперь изволь расплачиваться. Сам оказался в смертельной опасности!

В голове сами собой возникли сцены из боя Симоны на Арене. Разлетающаяся во все стороны кровь, истошные, выворачивающие наизнанку крики её искалеченной соперницы, холодная ярость, плещущаяся в глазах… Блин, да она же чудовище! После того, что Симона творила на Арене, я не сомневался, что она от меня и живого места не оставит!

Да, всё-таки как же везёт местным, что у них здесь не настолько развито книгопечатание, и сладкие книжки с ненужными гуманистическими фантазиями не успели засорить их прагматичные мозги! У них тут вообще, честно говоря, с моралью попроще. Никакой новой этики! Про терпимоть к меньшинствам они даже не слышали. Зато хватает ума не лезть в ситуации, из которых нет выхода! Не знаю, какая у них здесь официальная продолжительность жизни, но я почему-то совершенно уверен, что точно выше, чем на Земле!

— И сам не знаю, — честно развёл руками я. — Книжек глупых перечитал, наверное…

— Чего сделал?! — удивлённо уставилась на меня Милена. Да, такого ответа она, конечно, не ожидала!

— Да не важно! — Не стал вдаваться в подробности я. — Просто… Понимаешь, когда я увидел, как она на тебя наезжает… А ты в этих дурацких наручниках, и не можешь толком использовать волшебство… Всё внутри прямо загорелось! Ну не мог я на это смотреть! Это был бы самый нечестный бой, что я видел в своей жизни! Ты бы проиграла! Она бы раскатала тебя так, что и хоронить бы было нечего.

— То есть ты меня сейчас назвал слабачкой, правильно?! — моментально сверкнула глазами Милена, сжимая кулаки и делая шаг по направлению ко мне. — Думаешь, что раз я в этом проклятом браслете, то и позаботиться о себе не могу?! Ну так давай, нападай! Я покажу тебе, какая из меня слабачка!

Да что, блин, с этой девчонкой не так?! Она что, вообще меня не слышит?! Ни единого слова! Я такую речь толкнул, а она вообще ничего не поняла!

— Я сказал, что сказал! — с трудом сдерживая себя, отчеканил я. — Хочется думать, что ты слабая и беспомощная — вперёд, думай! Мне всё равно! Я же просто хотел тебя защитить! Защитить, понимаешь?! Не за бабки, не потому, что надеялся от тебя что-то получить, не для того, чтобы поиздеваться, а просто так, по зову сердца! Потому что не мог поступить по-другому!

В лице Милены что-то изменилось. На секунду мне показалось, что я наконец-то до неё достучался, и вместо её непрошибаемой уверенности и снобизма я вижу удивление и сомнение. Но это длилось всего одно мгновение. Слишком быстро, что быть правдой! Хотя кто знает…

— И что, ты правда думаешь выстоять против неё?! — ухмыльнувшись, выпалила она, снова наглая и безбашенная, как и всегда. — Думаешь, у тебя есть хотя бы шанс против неё? На занятиях ты, мягко говоря, не блистал! Да даже не то что не блистал, ты вообще ничего не сумел показать! Совсем ничего!

Огромным усилием воли я подавил вспыхнувшую ярость. Она не хочет меня оскорбить, просто так она, воспитанная на суровом Западе, видит мир. И рубит правду с плеча.

— Нет, — честно ответил я, для убедительности покачав головой. — Да я вообще не знал, что вызываю её на дуэль! Я не собирался с ней драться! Мне казалось, что я просто заступаюсь за тебя, и всё! Я не думал, что всё так… серьёзно!

— Не думал, что всё так серьёзно?! Ты совсем идиот?! Ты вмешался в наш спор! В спор двух совершенно посторонних равных людей! А потом, отвечая на прямой вопрос, брякнул, что она должна вступить в бой с кем-то другим! — взорвалась Милена. — О чём ты вообще мог ещё думать, кроме этого?! Это же явный, очевидный вызов на дуэль! Практически как в учебнике!

Больше она себя не сдерживала. Красная, словно борщ, она так и плевалась яростью! Не сомневаюсь, что, не будь на ней сейчас браслета, сдерживающего её магическую мощь, у неё из ушей сейчас бы валил пар, изо рта вырывалось пламя, а мебель в кабинете раскачивало бы как при десятибалльном шторме!

— Да не было это никаким вызовом! Не было!!! — тоже переставая себя сдерживать, прокричал я. — А если даже чей-то извращённый средневековый мозг решить, что было, то с чего она вообще решила, что она должна биться именно со мной?! Я прямым текстом её на дуэль вообще-то так и не вызвал! Так что всё нормально!

— НОРМАЛЬНО?! — хищно, по-звериному, проорала Милена мне прямо на ухо. — А с кем же ещё она, по-твоему, теперь должна драться?! Когда она уточнила, правильно ли она тебя понимает, ты сказал да. Да!!! В таком случае понять тебя по-другому просто невозможно! НЕВОЗМОЖНО!!!

А ведь если так подумать, то в чём-то она права… Более того, она действительно права! Со стороны действительно могло показаться, что я вызвал Симону на дуэль! Едва ли не прямым текстом! Я почувствовал мучительное чувство стыда. Н-да, ничего не скажешь, юрист! Знаток, блин, правил и формулировок! Даже не попытался хотя бы немного разобраться в правилах Мира! Поизучать традиции чуть глубже курса истории! Выпалил всё едва ли не в лоб, обеспечив себе неприятности на известное и очень ранимое место! Попался на крючок самым банальным образом! Да юристов учат избегать такого на первом курсе!

— Но ведь мы в Академии! В цивилизованном учебном заведении! — я попытался воззвать к голосу разума, сам не особо рассчитывая на хоть какой-нибудь успех. — Должны же быть какие-то правила, ограничения! Мы же студенты! Вокруг нас преподаватели! Мы не можем просто так драться! Это опасно для жизни! Нас должны остановить!

Мне кажется, я звучал логично и в крайней степени убедительно. Будь мы на Земле, нас бы обязательно остановил учебный персонал Академии. Да учителя бы просто не позволили такому конфликту начаться! Но мы были не на Земле.

— Остановить?! — Милена фыркнула, словно я сказал какую-то невероятную глупость. — Нет, в Академии свои правила! Ты же видел, что они творят на Арене! Да, бессмысленные драки ради развлечения и денег запрещены, это правда. Но дуэли, на которых рассматриваются вопросы чести, разрешаются. И ещё как разрешаются! Устав Академии считает их правом студентов на самовыражение. Так что если дуэль официальная, а она именно такая, то её проведение полностью законно. Никто и пальцем не шевельнёт, чтобы тебя защитить.

— Ладно, пусть никто не вмешается… — равнодушно согласился я, уже начиная осознавать неотвратимость грядущего боя. Тем не менее, я, конечно же, всё ещё продолжал на что-то надеяться. — Но ведь на дуэли не обязательно убивать, верно?! Мы можем просто схватиться, помахать мечами, нанести пару ударов… Не больше! Просто так, выпустить пар. Дуэль ведь может быть, например, до первой капли крови…

Не надо думать, что я не осознавал, что звучу как перепуганный мальчишка, а не взрослый ответственный мужчина. Всё я понимал! И внутри содрогался от стыда. Но мне было очень страшно! Мне же действительно предстоял бой с человеком, который обладал поистине выдающимися воинскими навыками! И пусть это девушка! Какая, нафиг, разница?! Она всё равно просто невероятно хороша! И примерно также жестока и беспощадна…

— Формально — да, может быть до первого ранения! — чеканя каждое слово, произнесла Милена, самим тоном давая понять, насколько напрасны мои надежды. — Но ты правда… Ты что, на самом деле думаешь, что Симона Рэйдж этим ограничится?! Парой порезов и несколькими каплями крови?! Нет, Олег, с ней так не бывает! Да она ненавидит тех, кто ей перечит и тем более мешает! Ненавидит всей душой, до самой её глубины! А ты с недавних пор и то и другое одновременное! Прямо готовая жертва! Она жаждет крови! Твоей крови! Много!!! И ей слишком нравится убивать людей. Она живёт этим! Это её хобби, единственный навык, на который она положила всю свою жизнь и все свои способности. Так что на мир не рассчитывай… Его не будет ни при каком раскладе!

Нравится убивать людей… Прямо Ганнибал Лектор какой-то, а не девушка! Хотя именно такого ответа я, после её крайне кровавого боя, и ожидал. Не мог не ожидать! Да, хороших результатов от этого боя ждать не приходится!

— Ты хоть драться-то умеешь? — спросила она всё также агрессивно, но взгляд у неё при этом отчего-то был добрый. Во всяком случае, добрее, чем обычно. Можно сказать, от неё даже веяло миролюбием. Совершенно непривычное ощущение! Кажется, наш разговор что-то в ней изменил…

Я покачал головой. Говорить тут было не о чем. Я пару раз дрался на Земле. Ну то есть как дрался… Так, попадал в небольшие неприятности, которые ограничивались разменом парой ударов и заканчивались также быстро, как и начинались. И не сказать, что я избегал драк осознанно. Нет, просто так получалось. Неконфликтный, спокойный — я всегда жил в другом мире, в котором вопросы принято решать при помощи слов, а не начинать махать кулаками направо и налево. И меня всё устраивало.

А сейчас я начинал жалеть о своей слишком спокойной жизни на Земле. Нужно было ходить в зал почаще! Хоть иногда встревать в драки и неприятности! Просто для поддержания формы и обретения хоть какого-то опыта! Но кто же знал, что я попаду в другой мир, и от моих боевых навыков будет зависеть моя жизнь…

— Ожидаемо! — фыркнула Милена. — Про магию я вообще молчу! Ты хоть что-нибудь умеешь?!

— Вообще я умею довольно многое! — со злобой произнёс я, уязвлённый её саркастичным тоном.

— Что-нибудь, что поможет тебе победить в бою? — уточнила Милена.

Я со злобой уставился на неё.

— Нет, — сквозь зубы прошипел я.

Конечно, у меня была Книга. Моя козырная карта, уже не раз меня выручавшая в ситуациях, из которых, как я думал, не было выхода. Но последние недели она молчала, и на её страницах не появлялось ни единой новой строчки. Так что рассчитывать на то, что она внезапно поможет мне в бою не приходилось…

Милена тяжело вздохнула.

— Ладно, так и быть! Ты хоть и тюфяк, но постарался за меня вступиться! — медленно произнесла она, взвешивая каждое слово. Кажется, что она готовилась принять сложное и непривычное для себя решение. — Я тебе помогу и попробую тебя поднатаскать. Пусть это и бессмысленно, но хоть что-то…

Я не поверил своим ушам.

— Что?! Правда?!!!

— Нет, горгульин коготь, я пошутила! Ха-ха! — злодейски хохотнула Милена и решительно вышла из кабинета. — Сегодня вечером в Тренировочном комплексе!

Я ещё пару минут посидел, пытаясь осмыслить, что произошло. Я просто поверить не мог, что вляпался в такие неприятности! Да ещё по своей вине! Молодец, Олег! Так держать! Правильно, зачем думать о возвращении домой, когда можно ввязаться в магическую дуэль, в которой у тебя нет ни единого шанса победить!

Ладно, нечего тут сидеть! Всё-таки жизнь продолжается…

Но, кажется, так думал один я.

Стоило мне войти в Столовую, как тут же головы всех сидящих в зале студентов повернулись в мою сторону. Я ожидал ухмылок, каких-нибудь едких шуточек, но не было ничего. Никто даже не улыбался! Кажется, меня уже заведомо считали трупом…

— Да ладно вам, ребята, я ещё жив! — пошутил я, падая на своё место за столом курса и пытаясь трясущейся рукой выловить в тарелке кусок моркови.

Никто не засмеялся. Лишь Дэн сочувственно похлопал меня по спине.

— Ну-ну… — мягко произнёс он, и вечно меня игнорирующий Бармаглот потёрся о мою ногу. — Всё будет хорошо… Может быть…

Окончательно я понял всю серьёзность момента, когда в конце обеда к нашему столу подошла одна из подпевал Симоны и, бросив на меня пренебрежительный взгляд, с презрением произнесла:

— Завтра. Арена. Полночь.

Она выпалила три слова и, развернувшись на каблуках, ушла прочь. Я проследил за ней взглядом и наткнулся на смотрящую на меня Симону. Она улыбалась своей акульей улыбкой, а её палец медленно скользил по горлу. Универсальный жест угрозы. Да, ситуация действительно хуже не придумаешь…

На занятиях тоже не стало лучше. Атмосфера скорой гибели, кажется, витала в воздухе, а мои однокурсники едва ли не каждую минуту бросали на меня скорбные прощальные взгляды. Даже скряга Алан, и тот предложил мне таблетку, обещавшую скорую и безболезненную смерть. Бесплатно! Неслыханная для него щедрость…

В общем, атмосфера была, мягко говоря, напряжённая. Настолько напряжённая, что, не выдержав, я тайком ускользнул с занятий по Теоретической магии. Маллой прогульщиков не любил, и за каждое пропущенное занятие заставлял расплачиваться едва ли не кровью, но сегодня гнев строптивого преподавателя меня не пугал. Меня могут реально и совершенно законно убить! Вот что меня действительно волновало. К тому же на его занятиях я всё равно, мягко говоря, не блистал. Так что было совершенно без разницы.

Единственное, что мне сейчас могло принести хоть какое-то облегчение — это действие. Абсолютно любое действие, которое хотя бы теоретически могло мне помочь если не победить в дуэли с Симоной, то хотя бы уцелеть!

Первое, что я сделал — это отправился в башню нашего курса и там, заперев дверь спальни, достал из сумки Книгу.

— Пожалуйста, помоги мне! — со всей возможной искренностью попросил я. — Пожалуйста!!! Я понимаю, ты вмешиваешься в последнюю секунду и всё такое, но сейчас действительно отчаянный момент! Ведь для чего-то ты меня сюда отправила! Значит, я тебе нужен! Глупо будет потерять меня в самом начале!

Я погладил обложку и осторожно открыл первую страницу. Она была пуста. Вторая тоже. И третья, и четвёртая, и пятая, и все остальные!

И лишь на последней странице, в самом низу, я увидел крошечную приписку.

«Делай всё, что можешь».

Делай всё, что можешь! И всё! Ни слова больше!

Конечно, я рассчитывал на что-то большее. На какой-то мудрый совет, подсказку, намёк на какое-то хитрое волшебство, да что угодно, но только не обычную мотивацию! Это было как-то… разочаровывающее.

Но при этом эти четыре слова меня почему-то раззадорили. В самом деле, чего это я сложил лапки?! Нужно бороться! Драться! Я никогда не сдавался, не сдамся и сейчас! По крайней мере сделаю всё возможное, чтобы максимально подготовиться к грядущему бою!

И для этого я сделаю всё, что могу.

Глава 19

Конечно, Книга — большой молодец. Ну прямо идеальный мотиватор типа земных бизнес-тренеров. Много мотивации при полном отсутствии объяснения, что, собственно, вообще требуется делать — вот и вся сиcтема! Крутись, дорогой, как хочешь! Авось повезёт и ты как-то выберешься. А если нет… Ну, что поделаешь? Значит, старался недостаточно. Нужно было больше.

Но в целом, если оставить иронию и чёрный (а каким он, блин, ещё может быть в таких обстоятельствах) юмор, совет был, конечно, здравым. Если я действительно хочу каким-то чудом пережить предстоящий бой против Симоны, то мне придётся выложиться даже не на сто, а на всю тысячу процентов! То есть действительно сделать всё, что только могу. И даже немного больше.

Легко сказать — трудно сделать. Вроде бы всё понятно, но, тем не менее, передо мной встала неожиданная проблема. Что я вообще в этой ситуации могу сделать?

Ну, из очевидного — пробудить магию, развить свой дар и встретить Симону каким-нибудь особо хитрым волшебным приёмом. Но только была одна проблема — я только этим последний месяц и занимаюсь! С абсолютно нулевым результатом! Да с меня миллион потов сошёл на унизительных занятиях в бесплодных попытках сотворить хотя бы крошечный огонёк, а результата не было! Никакого! Не помогло вообще ничего!

Интересно, каковы шансы, что получится сейчас, когда я просто наполнен страхом, сомнениями и с трудом понимаю, что вообще происходит, не говоря уже о моей способности к концентрации, так необходимой для успешного освоения волшебства? Я не математик, но готов поручиться — они очень, очень, ОЧЕНЬ невелики!

Значит, магию из списка моих возможных шансов на выживание можно смело вычёркивать. Лучше даже не пытаться. Всё равно не получится.

Значит, выбор оставался один. Положиться на старые добрые физические упражнения и боевую подготовку. И это было совсем не то, чего я хотел.

Проблема заключалась в том, что и на этом поприще результаты у меня были, мягко сказать, не выдающиеся.

С самого начала занятия в Тренировочном комплексе выглядели как абсолютно ненужный и бесполезный цирк. Под руководством Тодеуса мы бегали, прыгали, выполняли силовые и какие-то другие сумасшедшие упражнения на непонятно какие группы мышц, фактически доводя себя до полного изнеможения, и лишь иногда, очень редко, становились друг против друга для коротких спаррингов. Причём спаррингов, в силу нашей тотальной необученности, довольно бессмысленных.

Стоит ли говорить, что к достижению первого уровня Резерва никто из нашего курса даже не приблизился?

Хотя кое-какие результаты всё же были. Но совсем не те, на которые мы все рассчитывали. Если говорить про себя, то я однозначно стал немного выносливее и быстрее. Не спортсмен мирового класса вровень в Майком Тайсоном, конечно, даже не рядом, но всё же в спортивном зале, оглядывая меня на первом занятии, тренер явно бы не скривился от отвращения, что за отвратительный кусок мяса пожаловал к нему на экзекуцию. Так, в меру подтянутый паренёк, не более того! Но был ли это тот результат, которого я хотел, и которым я остался бы доволен? Конечно же нет!

Не знаю, как далеко оставалось до первого уровня Резерва, но мне кажется, что я не прошёл и одной сотой этого пути! Артефакт для концентрации энергии, который нам всем выдали на первом занятии, тоже ничем особо не помогал. На нём не было цифровых делений или каких-либо ещё обозначений, позволяющих отслеживать собственный прогресс. Его функция заключалась в накапливании энергии, освобождаемой во время тренировок. И всё, не больше. Так что изволь теряться в неведении.

И таким был не только я. У остальных дела обстояли немногим лучше, а точно сказать — абсолютно также. Более того, быстро потеряв интерес к регулярным упражнениям, мы все перешли на очень вольный режим посещения Тренировочного комплекса. Обычно мы называем его «через пень колоду». То есть очень нерегулярно. Лишь «деревенская четвёрка» под руководством Троя продолжала рвать жилы в зале, но и то без какого-либо видимого результата.

Впрочем, наш поступок никого особо не удивил. По словам Грега, нашего куратора со второго курса, с физической подготовки в самом начале сливается большая часть первокурсников. Слишком долго, тяжело, неопределённо — причины всегда одни и те же. На карьере боевого мага это, конечно, крест не ставит, но в дальнейшем рассматривается как большой минус для студентов, решивших на третьем курсе сконцентрироваться именно на изучении волшебного искусства воевать.

Именно поэтому моё решение прийти в Тренировочный комплекс было, по сути, жестом отчаяния.

Ну чему я могу научиться здесь за одни сутки?! Ответ точно такой же как и в случае с волшебством: ничему. К тому же, пусть я и не знал уровень Резерва Симоны, он явно был не ниже четвёртого, а то и пятого. Составить ей конкуренцию при подобном уровне подготовки — задача, прямо скажем, нереальная!

В других обстоятельствах я бы даже не стал пытаться, но совет Книги не шёл из головы.

«Делай всё, что можешь».

Что ж, наверное, это единственное, чем имело смысл заняться. Если я магию я не могу использовать от слова совсем, то уж махать руками и ногами хотя бы на самом примитивном уровне я способен. И именно этому я и собирался посвятить то немногое время, что у меня осталось до боя с Симоной.

Находиться в Тренировочном комплексе не вечером, как обычно, а в разгар учебного дня было очень необычно. Казалось, что это место не для меня, и у меня нет права находиться здесь.

Я быстро заставил эти мысли вылететь из головы. В конце концов, вероятно, что жить мне осталось последние часы, и думать сейчас о чём-то ещё, сомневаться и копаться в собственных комплексах было бы верхом идиотизма!

Я быстро облачился в лёгкий и просторный тренировочный костюм Академии и вышел из раздевалки в общий тренировочный зал.

Зал был пуст. Это было ожидаемо — очень редко кто-то выбирается на тренировку днём. Дневные тренировки входили в расписание только студентов Боевого факультета, но они занимались в отдельном зале, куда всем остальным вход был заказан, и очень редко присоединялись к студентам других факультетов.

Преподавателей тоже не было. Тодеус наверняка работал со студентами Боевого факультета, а учитель Элмер после первого занятия появлялся в Тренировочном комплексе всего пару разу, благожелательно кивал, а затем уходил также быстро и бесшумно, как и появлялся. Конечно, были и другие инструкторы, но нам их не представляли, и в общем зале они тоже появлялись очень редко.

Никто на меня пялился и не давал советов. Я был предоставлен сам себе. Не знаю, как для вас, но лично для меня это самая лучшая атмосфера для тренировок!

Я начал с короткой интенсивной пробежки, а затем приступил к комплексу упражнений, который нам показал Тодеус. Взмахи, выпады, разные силовые — ничего особенно, но тело загружало будь здоров. Теоретически это должно было помочь раскрыть свой Резерв, но пока что помогало только расслабиться и настроить свой организм на рабочий лад.

Как и всегда, спустя пятнадцать минут упражнений я почувствовал, как по телу медленно растекается энергия. Не волшебная, а самая обыкновения. Я был наполнен её больше, чем перед началом тренировки. Вот оно — волшебство физических упражнений!

Всё, довольно разминки! Пора сосредоточиться на чём-то более существенном!

Я переместился в часть зала, заполненную манекенами для отработки ударов. Раньше мне здесь бывать не приходилось, и сейчас я застыл, окружённый множеством безликих чурбанов, своими пропорциями напоминающих людей. Сделаны они были на совесть — разных размеров и пропорций, они были наполнены сложной магией, делающей их идеальными партнёрами для спарринга. Материал на взгляд определить не удавалось, но явно не дерево. Скорее что-то наподобие резины, но только чуть более твёрдое и упругое. Да и пахнет поприятнее.

Вот и сейчас, стоило мне встать напротив одного из чурбанов, как он, вздрогнув, тут же принялся скакать на месте, нанося по воздуху стремительные удары, готовый к драке. Ого, прямо как живой! Прямо не отличить! В который раз должен признать, что в чём-то Мир и его технологии обошли Землю на многие десятилетия.

Что ж, попробуем проверить, как это всё работает!

Я нанёс пару неловких ударов, норовя попасть в голову, но манекен с лёгкостью отклонился, тут же ощутимо ударив меня в грудь, и мгновенно завершил бой, сделав ловкую подножку.

Пять секунд — и я уже на лопатках, созерцаю высокий потолок Тренировочного комплекса. Шикарное начало! Как же я собираюсь выстоять в бою с Симоной, если даже глупый манекен, настроенный на невысокий ученический уровень, с такой лёгкостью способен отправить мня в нокдаун после пары секунд!

Полный злобы, я вскочил на ноги, и заплясал вокруг манекена, надеясь нанести ему как можно более существенный урон. Злость придавала мне силы и решимости, притупляла боль. В первый раз в жизни я чувствовал настоящий боевой азарт!

Удар сыпался за ударом. Прыжок, кувырок, удар рукой, удар ногой, блок, очередное падение… Все движения, которые нам забивал на уроках Тодеус всплыли в голове будто бы сами собой! Ух ты, я и не догадывался, что, оказывается, так умею! Не супер уровень, опять, но и не так плохо, как можно было ожидать!

Я не знал, сколько прошло времени, сколько синяков я успел получить и сколько раз упал на лопатки, сражённый очередным метким ударом. Я просто пытался сделать хоть что-то, чтобы спасти свою жизнь, когда над самым ухом услышал мягкий и вкрадчивый голос.

— Ярость и страх — отличное топливо. Но не они делают бойца сильным. Лишь желание изменить свою жизнь, навсегда уйти от того, что мучает, способно принести истинный результат.

От неожиданности я получил очередной удар и, отлетев на несколько метров, упал прямо под ноги учителю Элмеру.

Спокойный и мудрый, он с любопытством рассматривал мою неловкую тушу, распластавшуюся у его белоснежных лёгких тапочек.

— З-здрасьте! — пробормотал я, с трудом пытаясь восстановить дыхание. — П-простите. Я вас не заметил.

Учитель Элмер кивнул.

— Бой и собственная ярость поглотили тебя. Ты потерял разум. Отчаяние заполнило твоё сердце. Ты уже проиграл бой, не успев его даже начать.

Я кое-как приподнялся и сел на пол. Встать на ноги не хватало сил. Ещё вчера я бы не рискнул так нагло рассесться в присутствии такого уважаемого и загадочного преподавателя как учитель Элмер, но сегодня был особенный день. За несколько часов я потерял множество предрассудков. Жизнь теперь казалась не сводом законов, предписанных обществом, а борьбой за каждую минуту этой самой жизни. А в этой борьбе, как известно, нет места глупым и никому ненужным правилам.

— Вы тоже уже слышали о моей дуэли, да? — спросил я учителя Элмера.

— Чем больше воин знает, тем больше ему открывается, — расплывчато ответил седобородый мудрец, но я всё-таки счёл это за положительный ответ.

— И вы как и все считаете, что я не сумею этот бой пережить? — спросил я, безуспешно пытаясь скрыть панические нотки в голосе. — Вы же наверняка учили Симону. Неужели она и в самом деле так опасна?

— Опасен может быть и крохотный комарик, — ответил учитель Элмер, и на его губах впервые за весь наш разговор промелькнула улыбка. — Об этом думать не стоит. У воина есть лишь он сам, и лишь он определяет, победит он в бою или обретёт поражение.

— Но это же глупость! — не выдержав, взорвался я. — Что бы я ни думал о себе, Симона всё равно будет сильнее! Она меня на колбасу порубит, не успею я моргнуть!

На этот вопрос учитель Элмер не ответил. Изящно развернувшись, он мягкими неслышными шагами последовал к выходу из Тренировочного комплекса, и только сейчас до меня запоздало дошло, что мои слова и тон могли показаться старому воину оскорбительными. Блин, слишком быстро я отбросил все нормы приличия! Иногда вспоминать о них всё же бывает полезно.

— Простите! — крикнул я ему вслед, но учитель Элмер, кажется, меня не услышал.

Лишь у самых дверей, когда я потерял всякую надежду на ответ, он обернулся. Он больше не улыбался.

— Помни: сильнее делает лишь желание навсегда уйти от того, что мучает. Лишь оно. И ничто больше.

Произнеся эти слова, он скрылся за дверью. Мгновение — и я остался в зале один.

Я был в недоумении. Я не понял, что это было, не понял ни единого слова, что он мне сказал. Конечно, старик мудр, и очень, очень силён, но эти его советы… Они хорошо подходят фильмам про кунг-фу, где седобородые мастера учат молодых бойцов секретам боевых искусств. Но в реальной жизни они звучат глупо и совершенно бестолково!

Да меня мучает множество вещей! И конечно же я хочу от них уйти! Стал я от этого сильнее? Конечно же, нет!

Кряхтя и матерясь, я поднялся на ноги и проковылял к ожидающему меня манекену. Пусть это и бессмысленно, но всё же я буду бороться до конца…

Не знаю, сколько именно прошло времени, но я не заметил, как рядом со мной появилась Милена. Выглядела она непривычно встревожено.

— Живой, — констатировала она, оглядев меня с головы до ног. — И даже тренируешься! Неожиданно! После того, как ты не пришёл на занятия, я решила, что ты решил утопиться, принять яд, выстрелить себе в голову из арбалета, ну или как-то ещё свести счёты с жизнью.

Я удивлённо посмотрел на неё.

— Это мне и в голову не пришло! — ответил я, и тут вдруг понял, что Тренировочный комплекс наполнен студентами. Ого, я так увлёкся тренировками, что прозанимался несколько часов без перерыва!

— Это я вижу! — кивнула она. — Хорошо, что ты уже размялся. Давай приступим к тренировкам!

В моём понимании слово «размяться» к этой ситуации было неприменимо. Да я был истощён! Я на ногах едва держался, так много сил я потратил на бой с этим треклятым манекеном! Но спорить с Миленой не хотелось. Да и какой смысл? Она же пытается мне помочь. Тем более в моих интересах выложиться на полную.

Окружённые любопытными взглядами, мы с ней проследовали к одному из индивидуальных тренировочных залов. Ни в одном из них мне раньше бывать не доводилось. Первокурсников сюда вообще пускали с большой неохотой. Но у Милены, очевидно, было своё мнение на этот счёт.

Насколько я знал, как и все мы, Милена не утруждала себя тренировками. Но не потому, что не видела в них смысла или была разочарована очень медленным прогрессом, а потому, что уже владела навыками, намного превышающими навыки обычного первокурсника, и просто не видела смысла сходить с ума на бессмысленных тренировках.

Я не был посвящён во все детали, но на одном из первых занятий мне довелось стать свидетелем её боя с Тодеусом. И пусть бой был короткий и закончился полной и безоговорочной победой минотавра, то, как Милена двигалась, как она была быстра, ловка и уверена в себе и своей силе, говорило больше, чем любая, даже самая лучшая, реклама.

Она умела драться. И это было единственное, что меня сейчас волновало.

Милена бросила на пол большую сумку, с которой пришла, и через несколько секунд извлекла из неё два коротких меча и прямоугольный брусок, закреплённый на простом кожаном шнурке.

— Держи! — сказала Милена, протягивая мне брусок. — Надень на шею!

— Что это? — спросил я, с недоумением уставившись на него.

— Защитный артефакт, недалёкий ты олух! — мгновенно вспыхнула она. — Он поможет тебе выдержать тренировку! Дохлый ты мне здесь не нужен!

— А что, тренировка может быть настолько опасной? — поинтересовался я, надевая артефакт на шею.

Вместо ответа Милена, стремительно провернув меч в гибкой и сильной ладони, с необыкновенной скоростью рубанула мне по руке. Я ничего не успел понять, а из разрубленной конечности во все стороны уже хлестала кровь.

— Ааа! — завопил я от боли, но тут же осёкся.

Рана, ещё секунду назад глубокая и кровоточащая, затягивалась прямо на глазах.

— Ого! — только и сумел вымолвить я. Так вот как, оказывается, работают защитные артефакты! Весьма недурно!

— Защищайся! — крикнула Милена и, бросив мне второй меч, бросилась в атаку.

Стоит ли говорить, что я опять ничего не смог сделать? И опять. И опять. И снова.

Это было избиением! Милена, гибкая и опасная как змея, скользила вокруг меня, и её меч с пугающей частотой взрезал мою плоть, причиняя невероятную боль. Если бы не поддержка артефакта, то я бы сдох в самом начале такой «тренировки»!

— Стой! Стой! Пожалуйста, остановись! — взмолился я примерно через час. — Ты же просто меня бьёшь! С чего ты вообще решила, что так можно прокачать мои навыки?!

— Меня так учили, — равнодушно пожав плечами, ответила Милена. — С самого детства каждый день по пять часов. Три года подряд, пока я не научилась отвечать. Боль — лучший способ получить доступ к Резерву.

Теперь я понял! Она пыталась научить меня тому, что знала тем единственным способом, которому она была обучена! И, разумеется, учитывая личность её отца, способ этот был очень жестоким.

Ещё где-то через час с небольшим я взмолился о пощаде. Терпеть подобные унижения я больше не мог.

Милена не протестовала.

— Но ты же помнишь, что завтра у тебя дуэль, верно? Хочешь сдохнуть — выбор твой.

Я был согласен на всё, и тренировка наконец-то закончилась.

Едва переставляя ноги, я добрался до душевой, и там наконец-то смог смыть застывшую на теле кровь.

Тёплая вода и долгожданный отдых помогли немного успокоиться. Теперь я чувствовал себя намного лучше.

Но стоило мне войти в Столовую для позднего ужина, как все немногочисленные студенты, ещё не успевшие закончить трапезу, уставились на меня, каждым своим жестом выражая глубокое сочувствие.

И это было намного хуже боли и крови!

Прихватив с собой немного хлеба и мяса, я вышел из Столовой. Поем один, вдали от любопытных глаз!

Выйдя во двор, я огляделся в поисках укромного местечка для спокойного ужина, но, увы, погода была хорошая, и многие студенты проводили вечер на свежем воздухе, о чём-то оживлённо болтая или занимаясь домашними заданиями.

Мой взгляд упал на одиноко стоящую башенку, которую все называли Смотровой. Говорят, оттуда открывается потрясающий вид не только на Академию, но и на значительную часть Свободных земель! Если уж мне предначертано завтра умереть, хотя бы увижу перед смертью что-то красивое…

Всё также с трудом переставляя ноги, я доковылял до башенки и с грехом пополам взобрался на вершину.

Вид отсюда был просто потрясающий!

Я уже приготовился приступить к своему скромному ужину, как вдруг понял, что я здесь не один. И мой неожиданный партнёр по ужину был человеком, которого я хотел сейчас видеть едва ли не меньше всех!

Глава 20

Бесстрашно свесив ноги, на самом краю смотровой площадки сидел Алан. Рядом с ним стояла большая бутылка местного очень дорогого янтарного вина. Наполовину пустая бутылка. И, судя по лежащему рядом штопору и витающему в воздухе тяжёлому и едкому аромату алкоголя, выпита эта половина была здесь и сейчас.

Вот уж действительно внезапная встреча! Я привык к тому, что Алан вечно в центре внимания, окружён восхищёнными девушками и завистливо смотрящими на него парнями, травит шуточки, бросается направо и налево деньгами и хвалится своей богатой и влиятельной семьёй. А тут он здесь, на всеми забытой огроменной башне, глушит в одиночку вино, опасно сидя на самом краю, и, судя по всему, находится в каком угодно, но явно не благодушном настроении. Странно это всё, непривычно.

И уж в чьей компании я сейчас точно не нуждался, так это в его! Он мне никогда не нравился. Эгоистичный, чёрствый, вечно хамящий всем направо и налево — он явно не тот человек, которого хочется назвать своим другом и пригласить домой на чашку горячего чая с вкусным яблочным пирогом.

И при этом он жуткий сноб! Большего сноба я не встречал даже на Земле, учась на юридическом факультете престижного вуза, — известном оплоте личностей, любящих поставить свою персону выше всех остальных.

При всём вышеизложенном, одно отрицать было глупо. Алан парадоксальным, совершенно непонятным мне образом, был популярен в любой в компании, в которой он появлялся. И не важно, мужская это была компания или сугубо женская — он был успешен везде! Дерзкий на язык, сумасбродный, он как-то умудрялся привлекать внимание и тут же очаровывать любого человека (и совсем не обязательно человека!), имеющего глаза и уши. Учитывая все негативные черты его характера — дар по-настоящему пугающий. Я бы даже заподозрил вмешательство какого-нибудь волшебства, не будь это невозможно даже в Мире.

Хотя, конечно, всему этому парадоксу было очевидное и понятное объяснение, которое так и бросалось в глаза. Алан происходил из влиятельной, известной во всём Мире семье, и был сказочно богат. Да, сильная заявка на победу, не поспоришь! И на Земле, и здесь богатые и влиятельные всегда привлекают больше внимания, чем бедные и бесправные. Всё-таки это часть человеческой природы. А люди что на Земле, что в Мире в целом не так уж сильно и отличаются. Общее человеческое сохраняется в них при любых условиях.

Но было одно но. В Академии по давней традиции училось огромное количество отпрысков знатных семей. Судя по острому замечанию Грега, высказанному во время одного из визитов в нашу башню, их в Академии едва ли не половина. Само по себе уже довольно неслабо! И, если следовать этой логике, каждый из них должен быть востребованным и популярным на студенческих празднествах и пирушках.

Но нет. Такой популярностью обладал только Алан. Уверен, даже без денег его семьи он нашёл бы способ выделиться! Так что эту его способность отрицать было глупо. Но на меня все его чары почему-то не действовали. Уж не знаю, в чём дело, но я, в отличие от большинства своих однокурсников, мог оценивать его трезво, без связи с огромным количеством золота и знатностью рода. Для меня он был обычным парнем, при этом полным самых разных и в разной степени отвратительных недостатков.

К тому же в последнюю нашу встречу он предлагал мне порошок для самоубийства! Порошок, блин, для самоубийства! Подумать только! И это в обществе, которое считает себя гуманным! Потомок известнейшей семьи, прошедший обучение у лучших учителей! Да мне бы в голову не пришло хранить такую гадость, не то что её продавать!

Алана же, кажется, ничто не могло остановить. Каждую неделю ему поступали посылки от его семьи. Но, в отличие от небольших ящичков со сладостями и тёплыми письмами из дома, которые получали остальные ребята, в посылках Алана были отнюдь не сладости. Его семья направляла ему товар на реализацию! Тот самый, что он продавал прямо в Столовой! Законы Академии не запрещали студентам реализовывать различные товары, и Алан пользовался ими на всю катушку! Студенты шли к нему толпами! Сколько он денег срубил на жаждущих развлечений и банального уюта ребятах, было нереально сосчитать.

Нет, я не завидовал и в целом ничего не имел против свободной торговли, пока она не переходит определённых пределов. Но вот когда в продаже оказывается смертельно опасный порошок, и тебе предлагают его для того, чтобы свести счёты с жизнью, мне кажется, все возможные пределы оказываются самым брутальным образом нарушенными. Это просто нечеловечно!

И ведь идея вручить мне такой порошок пришла Алану в трезвую голову! Сложно представить, что придёт ему в голову сейчас, в изрядном подпитии. Да уж, шикарная компания для одинокого ужина, ничего не скажешь!

Решение было принято мгновенно. Оставаться здесь я не хотел. Уж лучше в Столовой, в окружении кучи людей, чем здесь, с этим пьяным торгашом, предлагавшим мне взять у него яд!

Я сделал осторожный шаг назад, аккуратно развернулся на пятках и приготовился незаметно ретироваться, как вдруг из рюкзака с грохотом вывалились Книга.

Твою ж мать! В самый неподходящий момент! И это при том, что я был на двести процентов уверен, что запер рюкзак перед тем, как уйти из Столовой! Неужели снова её проделки?!

Громкий звук выпавшей из рюкзака Книги застал врасплох не только меня.

Алан, рискуя свалиться с башни, стремительным прыжком вскочил на ноги. В глазах его плескалась паника, но, увидев меня, он сразу же успокоился.

— Ты, — безэмоционально, слегка заплетающимся от хмеля языком пробормотал он, констатируя факт, и тут же тяжело бухнулся обратно. Прыть, с которой он вскочил на ноги, кажется, улетучилась в мгновение ока, стоило ему понять, что это всего лишь я, и никакая опасность ему не угрожает. — Что здесь делаешь?

И пусть его голос звучал нетрезво, но всё же в целом он не так уж сильно отличался от привычного снобистского говорка с придыханием, которым он так славился.

Я тяжело вздохнул. Вот же русалкин хвост! Я-то надеялся на то, что он меня просто прогонит и всё! А тут нет, ему, похоже, хочется поговорить. Значит, как минимум, придётся ему что-то ответить…

— Да вот, в Столовой нет аппетита. Пришёл сюда поужинать, — я показал ему еду и, многозначительно приподняв брови, добавил: — В одиночестве. Полном.

Алан понимающе кивнул.

— Не хочется быть среди этих… Остальных, — выплюнул он последнее слово и сделал большой глоток из бутылки. — Понимаю. Ты сейчас в центре внимания. До завтрашнего вечера только и разговоров что о тебе и твоём глупом поступке. Или благородном. Это уж как посмотреть. Хотя если по мне, то глупости тут намного больше.

Ну вот, как я и ожидал, он тут же начал меня оскорблять! Никакого чувства такта и уважения к другим! Такой уж он человек — на 99 % состоит из яда и никогда не упустит шанса подколоть.

Но тут он внезапно меня удивил.

— Будешь? — спросил он, протягивая мне бутылку. — Выглядишь паршиво. И чувствуешь себя, наверное, также. А эта штука поднимает настроение. Проверено! Когда у меня была депрессия, я таких штук ящиков десять выпил. А что такого? Психическое здоровье оно, знаешь ли, самое важное!

Ого! Алан, скряга Алан, неспособный дать в долг ни единого медяка, не убедившись в твоей кредитоспособности и кредитоспособности твоей семьи вплоть до двадцатого колена, хочет поделиться! И не смертельным порошком, а дорогущим вином! Что-то новенькое!

Моим первым порывом было отказаться. Уж слишком не хотелось брать что-то у него из рук! А вдруг он не оставил своей затеи с ядом, но теперь решил поступить хитрее и подсыпал его в вино? Не хотелось бы сдохнуть таким глупым образом!

Но потом, внимательно вглядевшись в его лицо, что с ним что-то не так. Обычно бодрый, подвижный, полный колючей энергии, сегодня он, с подглазинами, дрожащими руками и вековой тоской в глазах, был не похож сам на себя.

Я подошёл к нему, и тут же попятился назад. Ничего себе, как тут высоко! А Алану хоть бы хны — сидит без всякой страховки и плюёт на опасность. Не ожидал от него такой смелости!

Я молча взял у него бутылку и сделал большой глоток. Горло обожгло огнём. Вот же крепкая штука! Но вкусная.

— Хорошо, да? — спросил Алан, и я кивнул. — Вот и я считаю, что хорошо! Сто золотых за бутылку — ещё б было плохо! А вот мой отец думает, что ослиная моча — и та лучше! Если бы он её хотя бы пробовал её, эту ослиную мочу, так нет, он даже воду специальную пьёт, из источников с Вечных гор! Стоит она столько, что целый город можно было бы накормить! А он ещё и недоволен. Вечно ему всё не так…

Он резко осёкся и снова сделал богатырский глоток. Не знаю, что именно происходит, но с ним точно не всё в порядке!

— У тебя что-то случилось? — осторожно спросил я, присаживаясь рядом с ним. Но не так близко к краю смотровой площадки. Всё же настолько рисковать я не готов.

Наверное я снова совершаю ту же ошибку, что и с Миленой, но я действительно не могу пройти мимо человека, которому, возможно, нужна помощь! Пусть этот человек обладает весьма сомнительными моральными качествами и невероятно меня бесит.

— Ну как сказать… — покосился на меня Алан, как будто решая, сказать или нет. — Случилось уже давно. Я, видите ли, паршивая овца в своей семье! Урод, единственное достоинство которого — внезапно открывшийся волшебный дар!

Я не поверил своим ушам. Чтобы эгоистичный Алан рассуждал таким образом — да я такое даже представить не мог! Что же, интересно, его так допекло?

Не успел я его об этом спросить, как он начал всё выбалтывать сам. Кажется, ему просто не терпелось излить перед кем-то душу, и я просто попался под руку.

— Видишь ли, наша семья — одна из самых богатых и влиятельных в Мире уже на протяжении многих веков! У нас денег столько, что короли некоторых стран приезжают к отцу, чтобы занять в долг! — сообщил Алан, но вместо привычной гордости в его голосе звучала скорбь. — Помимо денег у нашего Дома всегда были две особенности — талант торговать, делая деньги буквально из ничего, из воздуха, и полное отсутствие волшебных способностей. Никто и никогда не обладал даже слабеньким волшебным даром! Такое вообще нечасто случается…

— Но у тебя же он есть… — зачем-то попытался его утешить я. — Наверняка семья тобой гордится…

Ответом мне был отвратительный лающий смех.

— Гордится! Ага, как же! — отсмеявшись, горько произнёс Алан. — Понимаешь, если бы этот дар проявился у братьев или сестёр, то отец был бы без ума от радости, обсыпал бы золотом, подарил бы корабль или гарем, смотря чего хочется… Но дар проявился у меня! У меня! У паршивой овцы!

Тут я окончательно перестал его понимать.

— Да что с тобой не так?! Ты же не глуп, красив, обаятелен, прекрасный торговец! Вон как бойко наладил поставки в Академию!..

Алан плюнул, и плевок, красиво искрясь на заходящем Солнце, стремительно полетел вниз.

— Хороший торговец! Ха! Ну да, этого не отнять, хотя у отца и старших братьев к торговле способности получше! Но дело в том, что я… Что я не хочу быть как они! Я не хочу продолжать семейное дело! Я хочу делать то, что я хочу!

— А что ты хочешь делать? — непонимающе переспросил я. — Я думал, что тебе нравится торговать…

Алан снова рассмеялся.

— Да я это ненавижу! Всем сердцем! Я это умею, от меня этого все ждут, но я терпеть не могу торговлю! — тут он замер, решаясь, и выпалил. — Я пишу стихи и баллады и мечтаю стать поэтом!

Вот тут я понял, что ничего не понимаю в людях.

Алан хочет стать поэтом?! Поэтом?! Алан?! Да мне казалось, что он слов-то таких не знает, а тут он заявляет, что мечтал об этом всю жизнь! Вот сюрприз!

Это было так неожиданно, что захотелось выпить. Я жестом попросил у Алана бутылку и тут же сделал большой глоток.

— И твоя семья это не одобряет? — осторожно спросил я, когда горячая жидкость достигла пищевода. — Может быть… может быть просто стихи плохие?

Последние слова вырвались сами собой. Ну не верю я в поэтический талант Алана! Слишком он чёрствый и эгоистичный, нет в нём нерва, романтики!

Алан ухмыльнулся.

— Если бы так… Но на, почитай. Оценишь.

Он протянул мне толстую тетрадь в чёрной обложке. Я жадно её раскрыл и принялся читать.

Стоит сказать, что это были первые стихи, что я читал на языке этого мира. Я до сих пор не очень понимал, как так получилось, что я понимаю этот язык, но это было и не важно. Я его знал и мог понимать его и без проблем изъясняться. Но стихи… Стихи — дело особое. Для их понимания моего знания языка могло быть недостаточно…

Страхи оказались ложными. Стоило мне начать читать, как слова музыкой зазвучали у меня в голове. Красивой музыкой, смелой и мелодичной. Я залпом проглотил три стихотворения и поднял на Алана удивлённый взгляд.

— Это… Алан, это же здорово!

Алан в ответ пьяно улыбнулся.

— Сам знаю! Все, кому я давал их читать, так говорили!

— Так а в чём же тогда проблема? — продолжал не понимать я. — Пиши стихи! Ведь тебе никто не запрещает!

Алан горько ухмыльнулся, потянулся к бутылке, но тут же её отбросил. Она была пуста.

— Ты не знаешь отца! Да если он узнает, что я всё ещё, как он говорит, «мараю бумагу»! Да он меня в порошок сотрёт! Лишит наследства и имени! Я стану никем! Не Аланом Войдом, а просто мальчишкой без имени и будущего, нищим поэтом, карябающим стишки в подворотне в перерыве между попрошайничеством!

Ого, да он действительно боится отца! Не знаю, чем ему так насолил его старик, но характер у него точно не сахар! Не хотел бы я иметь такого папочку, способного отправить собственного сына в изгнание из-за такой мелочи как стихи. К тому же хорошие стихи!

Тем временем Алан вскочил на самый край площадки и, словно заправский канатоходец, принялся бродить туда-сюда, рискую каждую секунду превратиться в лепёшку.

— С самого детства это слышу! Алан витает в облаках! Алан мечтает! Алан опять всю ночь читал поэмы! Надоело! — от ярости он топнул ногой, и лишь чудом после этого не упал. — Когда отец узнал, что у меня есть дар, то он не обрадовался, а рассердился! Конечно, теперь сыночка не спрячешь дома! Его нужно отдавать в Академию! Теперь все узнают, что в семье не без… Меня! Он даже заставил меня торговать здесь! Поддерживать, видите ли, имидж семьи! Кстати, тебе ничего не нужно? Про смертельный порошок я не шутил. Действенная штука! Почти безболезненный! Куда лучше, чем быть разрубленным на куски этой сумасшедшей девкой…

Вот теперь я узнаю Алана! Вроде бы только расчувствовался и стал походить на человека, как тут же переходит к оскорблениям!

Но теперь я смотрел на него другими глазами. Да, он, конечно, та ещё заноза в заднице, но, оказывается, глубоко внутри он не такой гнилой, как кажется. И стихи у него красивые…

Наверное именно поэтому я не задумываясь бросился ему на встречу, когда он, качнувшись, начал неминуемо завалиться за край площадки.

Я и сам не понял, что делаю. Просто рванулся вперёд, схватил Алана за руку и, с силой дёрнув, вернул его на место…

— Уф… — только и выдохнул Алан, ошалело оглядываясь по сторонам. Кажется, он и сам не понял, что именно сейчас произошло.

— Пойдём-ка отсюда… — пробормотал я, хватая Алана под локоть.

Утащить Алана со смотровой площадки не составило особого труда. Он был настолько пьян, что почти не сопротивлялся. Кажется, он вообще не осознавал, что происходит.

Зато, оказавшись внизу, он весьма бодро пошлёпал по направлению к башне первокурсников.

— Эй, ты идёшь? — повернулся он ко мне.

— Нет, — я помотал головой. — Мне лучше побыть одному.

Это действительно было так. Одна мысль о возвращении в Академию под град сочувствующих взглядов приводила меня в отчаяние. Ну уж нет, я точно найду чем заняться.

И я зашагал в сторону Тренировочного комплекса.

Глава 21

Меня разбудили первые солнечные лучи, пробившиеся сквозь затемнённое стекло Тренировочного комплекса. Мягкие и нежные, в нормальной ситуации их прикосновение ранним утром — залог прекрасного настроения и отличного дня! Но то в нормальной ситуации. Всё, что происходит со мной в последние месяцы назвать нормальным едва ли возможно…

Стоило им коснуться моего лица, как я, конвульсивно дёрнувшись, распахнул глаза. Так быстро, что мне показалось, будто вдали мелькнуло белоснежное одеяние учителя Элмера. Бррр, чего только не привидится спросонья!

Я потянулся и тут же скривился от невероятной боли. Ничего себе, чувство такое, что меня всю ночь колотила ногами рота солдат! Болит всё: руки, ноги, голова, шея, даже кончики ушей, и те, кажется, ноют от боли!

Что же со мной приключилось?!

Превозмогая боль и кривясь от каждого движения, я с грехом пополам умудрился сесть на тренировочном мате, на котором провёл ночь, и непонимающе огляделся.

Что я вообще здесь делаю?

Воспоминания о прошедшей ночи накатили стремительно.

После вчерашней внезапной встречи с Аланом я решил не возвращаться в свою башню, а продолжить тренировки. Просто потому, что не мог даже представить себя в своей обычной кровати в башне первокурсников. Я отчаянно хотел что-то сделать! И тренировки снова были лучшим вариантом, что я смог придумать.

Я провёл здесь всю ночь. И не просто спал без задних ног, а тренировался!

Программы занятий у меня не было. Да и не могло быть! Я просто хотел выпустить пар, немного успокоиться, достичь того чудесного успокаивающего состояния, когда ты можешь сказать самому себе: «Ну, я сделал всё, абсолютно всё, что мог! И будь оно что будет — к себе я претензий не имею!». Но достичь этого состояния оказалось куда сложнее, чем я надеялся. И поэтому я переходил от одного снаряда к другому, пытаясь довести себя до изнеможения.

Брусья, перекладина, полоса препятствий, воздушная мельница, тренировочные манекены, безгравитационная зона, в которой можно отрабатывать удары, паря в воздухе, тренажёры на реакцию, выстреливающие в тебя слабо заточенными, но всё равно достаточно острыми ножами, — кажется, я попробовал все тренажёры в зале, и даже ни по одному разу!

Стоит ли говорить, что усталость была невероятная! При таких нагрузках удивительно, что я вообще так рано проснулся и, вроде бы, могу двигаться, пусть и достаточно скованно. Чудо, что стою на ногах без постоянной помощи и поддержки!

Наверное, я не потерял сознание только из-за переполнявшего меня страха, или, если использовать слово, услышанное мной в одной научно-популярной передаче на Земле, кортизола, гормона стресса. А стресс у меня сейчас ого-го какой! Именно он обостряет все резервы моего организма, позволяя больше тренироваться, меньше отдыхать и даже, судя по всему, быстрее восстанавливаться. Да уж, неожиданное приобретение!

Но даже он, похоже, не помогает. Ночью я умудрился загнать себя так сильно, что заснул прямо здесь, посередине тренировочного зала, уютно улёгшись на жёстких и, в общем-то, непригодных для сна матах.

Я посмотрел на часы. Шесть утра! Да я в такое время ещё храплю без задних ног! И остальные тоже! В Академии вообще есть негласное золотое правило: можешь поспать — поспи обязательно! Будешь спокойнее, здоровее и счастливее. Этим правилам руководствовалось большинство студентов, особенно старшекурсники. Именно поэтому я совсем не удивился, что в зале больше никого не было.

С огромным трудом я поднялся на ноги. В глазах заплясали кровавые звёздочки. Хотелось рухнуть обратно на пол, а лучше — сдохнуть. Лишь бы не чувствовать эту боль во всём теле! Но, собравшись с духом, я кое-как, кряхтя и матерясь, сделал несколько первых шагов. Такой себе прогресс, но это хотя бы уже начало!

Тело было деревянным. Каким бы сильным ни было нервное напряжение, его всё равно было недостаточно для того, чтобы полностью избавить меня от боли. Я бы даже сказал, что по сравнению со вчерашним днём я не просто не чувствовал никакого улучшения, но даже наоборот — всё стало только хуже!

Может быть, стоит на сегодня отложить все тренировки, купить у Алана восстанавливающих зелий и попытаться за день собрать столько сил, сколько возможно? Или, что ещё лучше, забыть про Алана и обратиться за помощью к Мастеру-Алхимику Довинику Бреджику. Говорят, его зелья лучшие во всём Мире! А ещё он знает толк в отдыхе и развлечениях и уж точно сумеет найти способ скрасить мои последние часы перед боем с Симоной.

Я потряс головой, прогоняя эти предательские мысли.

Всё понятно, мне хочется отдохнуть, выкинуть из головы все страхи и тревоги, но сейчас я не могу позволить себе никакого отдыха! И пусть результата от тренировок и упорного труда до седьмого пота всё равно не будет, в полночь, выходя на дуэль против Симоны, я хотя бы не буду терзаться мыслью, что где-то не дожал и не доработал!

Всё ещё кривясь при каждом шаге, стискивая зубы и изо всех сил пытаясь не разразиться нецензурной бранью, я вышел на беговую дорожку, опоясывающую весь Тренировочный комплекс. Сглотнув и собравшись с духом, побежал.

Уверен, что со стороны мой забег выглядел комично, но я об этом не думал. Только одно меня волновало — сделать следующий шаг!

Это сейчас было моей единственной целью. И ничего больше.

Шаг. Невообразимо больно, в глазах цветные яркие всполохи, сердце колотится как бешеное, ноги подкашиваются, во рту вкус крови.

Ещё один шаг. Боль сводит с ума, всполохи в глазах становятся ярче, начинают крутиться в такт бешено колотящемуся сердцу, ноги трясутся, кажется, что ещё чуть-чуть — и кровь прыснет из ушей.

Ещё. Боль здесь, со мной, обосновалась в моём теле и никуда не хочет уходить, всполохи мигают, слово новогодняя ёлка, превращаются в яркие точки, ноги ходят ходуном, а сердце отстукивает военный марш.

И ещё. Боль здесь, стучится, пытаясь заставить меня страдать, но её удары слабеют, в ногах появляется сила, сердце пытается остановить галоп.

И ещё! Боль уходит, словно кто-то вытягивает её пылесосом, сердце успокаивается, ноги перестают трястись.

Я сам не понял, как ко мне вернулась прежняя бодрость! Усталость отступила. Я снова был готов к тренировкам! Вот что значит — просто продолжать делать через боль, страх и панику! Да уж, на моём примере можно было сделать неплохой мотивационной ролик для какой-нибудь спортивной компании!

Размявшись, я отправился к манекенам. Это упражнение показалось мне особенно эффективным. Отрабатывать удары с опытным противником, одновременно уклоняясь от сложных атак, и при этом иметь возможность самостоятельно установить уровень сложности и прекратить спарринг в любую минуту — да это же мечта любого спортсмена!

Удары сыпались на меня со всех сторон, и я не заметил, как рядом со мной выросла исполинская тень.

— Ты что! Здесь! Гремлин! Тебя! Укуси! Делаешь?! — проорал мне прямо на ухо неизвестно откуда появившийся Тодеус Буллус, тот самый минотавр, с которым мы столкнулись на нашем самом первом занятии по физической подготовке.

Его окрик застал меня врасплох, и, зазевавшись, я получил от манекена сильнейший удар прямо в челюсть. В глазах заплясали звёздочки, а когда ко мне наконец вернулась способность соображать, то я понял, что все манекены отодвинуты в сторону, а напротив меня, облачившись в тренировочный костюм, застыл готовый к бою Тодеус Буллус.

Больше я ничего понять не успел, потому что Тодеус, выставив вперёд рогатую голову, словно настоящий бык, бросился в атаку.

— Ааа! — заверещал я, неловко пытаясь увернуться, но тут же оказался на матах, брошенный крайне ловким и уверенным движением минотавра.

— Плохо! — прошипел Тодеус, и из его ноздрей повалил дым. — Ужасно! В Таврии! Моей родине! Такого телёнка! Уже бы прикончили!

— Подождите немного. Сегодня это так или иначе произойдёт! — с ненавистью на него посмотрев, бросил я.

Притворяться, что не знает, о чём речь, Тодеус не стал.

— Знаю! — минотавр безразлично кивнул. — Симона — сильнейший боец! Она жестока! Ты будешь убит!

От такой прямолинейности я прямо опешил. Нет, откровенность откровенностью, но всё же сообщать такие вещи вот так, в лоб — это как-то чересчур!

— Могли хотя бы сказать что-то ободряющее!

Минотавр бросил на меня полный непонимания взгляд.

— Это тебе чем-то? Поможет?! — рявкнул он, агрессивно взмахнув рогами.

— Нуу, придаст уверенности? Во всяком случае, точно не сделает хуже! — попытался спорить я, но Тодеус меня оборвал.

— Только тренировки могут! Помочь! Только боль! Поэтому соберись и! Борись!

Неожиданно он протянул волосатую мускулистую руку, предлагая помочь мне встать. Вот это да! Такой доброты я от него не ожидал! Оказывается, у этого громилы есть сердце!

Но стоило мне только протянуть руку, как он тут же, ловко заломав её, снова повалил меня на маты, надавив коленом на спину.

— Не верь! — прорычал Тодеус, выворачивая руку в таком направлении, в каком природа явно для неё не планировала. — Никому! Ни мне! Ни другим!

Я завопил от невыносимой боли.

— Хватит! Хватит!!! Прошу вас!!!

Подержав ещё пару секунд, Тодеус меня отпустил. Стеная, я кое-как встал, пытаясь размять ноющую руку. Только каким-то чудом он умудрился её не сломать! Да чтобы я ещё хоть раз согласился на спарринг с ним!

— Вы вообще о чём думаете?! — переполненный яростью, я попытался воззвать к его разуму. — Пара секунд — и вы бы её просто переломили!

Отвечать на конкретный вопрос Тодеус даже не подумал. Наверное, счёл это ниже своего достоинства.

— Становись снова! — скомандовал минотавр, глядя на меня своими пугающими красными глазами.

— Нет! — решительно покачал головой я. — Вообще-то у меня бой сегодня! И я до него намерен дожить!

— Хочешь жить — сделаешь всё! Что можешь! — пророкотал Тодеус, и его слова эхом отозвались у меня в голове.

«Делай всё, что можешь».

Эти слова по-прежнему имели для меня особенное значение. Единственный совет, что дала мне Книга. Я просто не мог его игнорировать.

Я встал напротив Тодеуса и, продолжая растирать руку, приготовился к бою.

Но это не было боем. Как и в случае с Миленой, это было натуральным избиением. Меня просто возили лицом по мату, размазывая кровь тонким слоем. Тодеус был настоящим профессионалом своего дела и умудрялся нажимать на такие точки моего тела, о которых я даже не подозревал!

Боль была невыносимой! Каждую секунду мне хотелось умереть, лишь бы прекратить эти страдания. Ещё пару месяцев назад, на Земле, я бы уже, размазывая по щекам сопли вперемежку со слезами, умолял бы Тодеуса о пощаде. Но теперь я был другим. Природная упёртость превратилась в силу воли и, поддерживаемая непреодолимым желанием жить, не позволяламне убежать из зала, громко поскуливая от боли.

Когда в зал пришла Милена, я больше напоминал жертву начинающего мясника, чем живого человека.

Увидев меня, она застыла у тренировочной площадки. В её глазах я впервые разглядел настоящий ужас. Даже мелькнула мысль, неужели минотавр умудрился настолько меня изуродовать, что даже привыкшей к жестокости Милене стало не по себе?

Не успел я развить эту мысль, как ужас на лице Милены сменился холодным удовлетворением. Кажется, она была довольна увиденным.

— Что ты здесь делаешь?! — прохрипел я, сплёвывая кровь и тщетно пытаясь вырваться из очередного железного захвата.

Наверное вопрос был чересчур резким, но думать о деликатных формулировках у меня просто не было времени. Вопрос жизни и смерти, сами понимаете.

— Тебя не было ни в Столовой, ни на занятиях. Я поняла, что ты здесь. И… вот, — последние слова она произнесла с очевидным смущением, доставая из студенческой сумки узелок, от которого приятно пахло маслом, фруктами и поджаренным хлебом.

Я не поверил собственным глазам.

— Завтрак! — прохрипел я и, невероятно извернувшись, выскользнул из цепких лап Тодеуса, запоздало отмечая, как легко это получилось. Оказывается, еда может мотивировать не только панду из мультика!

Покачиваясь, я доковылял до Милены и, с жадностью выдернув из рук девушки узелок, принялся есть. О столовых приборах и прочей чуши типа этикета я, разумеется, даже не задумывался.

Тем временем между двумя моими мучителями складывался в высшей степени любопытный разговор.

— Милена Богард? — обратился к девушке Тодеус. — Ты известна! Своей жестокостью! Будешь биться? С ним?

Милена хищно улыбнулась.

— Конечно! Для того я и пришла. Лишним для него это точно не будет!

Тодеус понимающе ухмыльнулся.

— Тогда предлагаю использовать! Это! — произнёс он, доставая откуда-то две длинные тонкие плети, при виде которых у Милены загорелись глаза.

Недобро так загорелись, надо сказать. Совсем недобро.

— Это… они? А он готов? — не веря и смущаясь, спросила она минотавра.

— Никто не знает! Но он всё равно труп! Не жалко! — пожал плечами он.

Продолжая запихивать в себя еду (язык не поворачивается назвать этот процесс «завтрак»), я попытался вяло протестовать.

— Но это же плети! Это даже не оружие! Это бессмысленно!

Милена и Тодеус одновременно повернулись в мою сторону. Судя по выражениям их изумлённых лиц, я снова умудрился ляпнуть что-то по-настоящему глупое.

— Плети?! Нет, это не просто плети! — сверкая глазами, с энтузиазмом живодёра, рассказывающего про любимый тесак, принялась объяснять Милена. — Это Чёрные плети! Особые, смертельно опасные! Каждый их удар разрывает тело и душу!

— И ты что, хочешь использовать их против меня?! — я просто не мог поверить в происходящее! — Мы же вроде как друзья! Ты хотела мне помочь!

— Я и помогаю! — отчеканила Милена, обрывая всякие попытки ей возражать. — Но иногда обычная помощь бесполезна. Требуется что-то посерёьзнее…

И, не успел я ничего понять, она, схватив плеть, привычным движением рубанула ей мне по плечу.

И в этот миг мироздание взорвалось.

Это был не просто удар, нет! От него будто бы плавилась сама кожа, а из сердца уходила вся радость и надежда. Всё разом стало тусклым и бессмысленным.

Удар мечом и поцелуй дементора одновременно, по-другому и не скажешь!

Дико вопя, я отпрыгнул в сторону, лишь в последнее мгновение уходя от второго удара. Но Милена не собиралась сдаваться. Ритмично помахивая плетью, она медленно, но неотвратимо приближалась ко мне.

— Хватит! Не надо этого делать! — прокричал я, пытаясь хоть как-то воззвать к её благоразумию.

— Если не хочешь страдать — сделай что-нибудь! — крикнула она, и очередной удар плети пришёлся мне по плечу.

Это было ещё хуже, чем в прошлый раз. Я закричал от боли.

— Борись! — крикнула Милена. — Если не хочешь страдать — то сделай что-нибудь!

Вторая плеть хлестнула меня по ноге. Боль стала невыносимой. Я понял, что я либо найду способ как-то это завершить, либо сдохну здесь, захлебнувшись в собственной крови.

В голове сами собой всплыли слова учителя Элмера.

«Лишь желание изменить свою жизнь, навсегда уйди от того, что мучает, способно принести истинный результат».

Внезапно я всё понял.

Всё зависит только от меня. От моего решения. И если я решу стать сильнее — я стану сильнее! И никто меня не остановит!

Движения Милены замедлились. Плети будто бы замерли. Зато моё тело налилось силой. Усталость исчезла. Движения стали легче и стремительнее.

Я как будто родился заново.

Рванувшись вперёд, я проскользнул между рук Милены и со всей силы толкнул её в грудь.

Я не ожидал, что это сработает, но Милена, ничего не успев понять, отлетела в сторону, словно подхваченный ветром листок.

Я думал, что она в ярости бросится на меня, обещая мне самую жестокую расправу, но неожиданно на её губах заиграла торжествующая улыбка.

— Первый уровень Резерва! — прокричала она. — Ты сделал это!

— Я сделал что? — непонимающе переспросил я, толком не успев удивиться, и без сознания упал на пол.

Глава 22

Когда я очнулся, то первым, что я увидел, была бычья морда склонившегося надо мной Тодеуса. Я ещё не очень хорошо умел читать эмоции на его «лице», но всё же в этот раз мне показалось, что он был встревожен.

Интересно, а как он выглядит, когда счастлив? Может ли быть, что в этот момент он улыбается? Вот бы увидеть!

Эта мысль рассмешила меня. Вот же подумается всякий бред! В голове — настоящий кавардак! Все мысли запутались в узел, и я не могу выделить главную. Кажется, что вместо мозгов у меня вата или, может быть, мёд. Липкий, сладкий и абсолютно бесполезный.

Я сделал вдох поглубже и тут же подавился попавшей в нос кровью. Тело сотряс сильнейший кашель.

— Жив! — констатировал минотавр, отступая в сторону. — Думали! Умер!

— Не дождётесь! — сквозь сжатые зубы прошипел я и с усилием приподнялся.

Ага, я всё также в тренировочном зале, лежу на полу, а рядом с Тодеусом, сохраняя полную невозмутимость, застыла Милена. Странно, я и раньше знал, что она красива, но почему-то только сейчас я понял, насколько. Самая прекрасная девушка на свете! Свирепая, грубая, иногда жестокая, но невероятно, немыслимо прекрасная!

Я потряс головой, пытаясь изменить ход мыслей. Интересно, это меня после боя так штырит? Надеюсь, что это временно! Ума не приложу, что я буду делать, если это ощущение станет постоянным!

Перед глазами вспыли воспоминания.

— Я что, правда это сделал? — пересохшими губами спросил я. — Резерв? Первый уровень? Я… смог?!

Милена молча кивнула, а вот Тодеус, что странно, был более многословен. Похоже, мой результат впечатлил даже немногословного и обычно скупого на эмоции минотавра!

— Первый! Уровень! — прорычал он, скаля свои белоснежные зубы, которые правильнее было назвать клыками, и комично раздувая ноздри. — Через месяц тренировок! Немыслимо! Не было такого! Давно! Учитель сказал! Что ты сможешь! Я не верил! Я был! Неправ!

До меня очень медленно дошёл смысл сказанного.

— Кто сказал? Учитель Элмер? Это он послал тебя ко мне?

— Он! — кивнул Тодеус. — Увидел что-то! В тебе! Никогда не ошибается!

Никогда не ошибается… Звучит слишком пафосно, но, думая об учителе Элмере, я почему-то был согласен с Тодеусом. Если уж мы взялись говорить о человеке, никогда не совершающем ошибок, то, пожалуй, учитель Элмер был первым кандидатом на эту роль. Казалось, что уж он-то действительно знает всё на свете! Хотя довольно странно, что я думаю о нём таким образом. Я видел его не больше пяти раз, говорил два, но был совершенно уверен в том, что он именно такой, каким я его себе нафантазировал. Удивительно, как быстро некоторые люди могут сформировать мнение о себе!

И я теперь могу выходить на первый уровень Резерва! Ничего себе! Это же потрясающе!

Я прислушался к своим ощущениям, пытаясь понять, что изменилось. Но, кажется, всё было по-прежнему! Сердце всё также мерно качало по венам кровь, лёгкие наполнялись воздухом, а на разбитом лице росли синяки. Хотя… Хотя нет, что-то было по-другому! Это трудно объяснить, но где-то глубоко внутри, в самой глубине сердца, спала новая грозная сила, готовая прийти мне на помощь, стоит мне её позвать. И эта сила только-только пробудилась, но могла стать намного больше и опаснее, если я продолжу её развивать. А я точно продолжу! Ведь теперь я знаю, что способен на большее. А, почувствовав это однажды, повернуть назад уже невозможно.

— Теперь… Теперь я смогу победить? — робко спросил я Милену.

— Нет, — одним словом убила мои надежды Милена. — Уровень Симоны намного выше твоего. Но теперь у тебя хотя бы есть крошечный шанс выползти после боя с ней живым…

Да, не на такой ответ я рассчитывал! После всех тех титанических усилий, что я приложил за последний день с небольшим, я рассчитывал, что теперь-то моя жизнь уж точно в безопасности! Хотя так думать было, конечно, очень глупо. Вырасти за двадцать четыре час в уровне настолько, чтобы расправиться с опытным бойцом, потратившим последние четыре года на тренировки, — это несусветная ересь!

Но час назад у меня не было даже этого. Так что придётся довольствоваться малым.

Остаток дня я провёл, восстанавливая здоровье при помощи лечащего артефакта, и пытаясь освоить свои вновь обретённые навыки. И, честно сказать, результаты были по-настоящему поразительными!

Стоило мне выйти на первый уровень Резерва, как всё стало намного проще. Я быстрее двигался, мои силовые показатели стремительно возросли, а рефлексы обострились настолько, что спарринги с Миленой перестали напоминать избиение! Полноценным боем это тоже пока назвать не получалось, потому что навыков для эффективной защиты и проведения атак у меня пока было недостаточно, но всё-таки тренировки стали куда более осмысленными. Конечно, стоило учитывать, что Милена при этом не использовала Резерв, но даже это стало для меня настоящим прорывом!

Наравне с приятными открытиями меня ждало и одно неприятное. Оказалось, что находиться на первом уровне Резерва больше одной минуты я не способен.

— Это! Нормально! — в своей неповторимой агрессивной манере попытался успокоить меня Тодеус. — Сначала немного! А потом всё больше! И больше! Вопрос тренировок!

— Но тренировки требуют времени! — попытался спорить я. — А у меня его нет! Дуэль уже сегодня!

В ответ Тодеус лишь пожал плечами. Он сказал, что хотел, и не считал нужным продолжать спор.

И я его понимал. То, что я достиг первого уровня Резерва за такой короткий срок — уже само по себе большое достижение. Именно поэтому, пусть я и знал, что с Симоной у меня справиться всё равно не получится, сама мысль о том, что я так быстро достиг значительных успехов, согревала мне сердце. Я наконец-то чувствовал, что на что-то способен! Что в этом новом мире для меня есть место!

По этой причине, когда до полуночи оставалось не более получаса, я в сопровождении Милены двинулся по направлению к Арене, чувствуя себя если не хозяином жизни, то уж точно не мальчиком для битья!

— Симона не знает, на что ты теперь способен, — поучала меня Милена по пути. — И это твоё единственное преимущество! Чтобы его использовать, ты должен атаковать её первым!

— Атаковать как? — выныривая из своих мыслей, спросил я.

— Кулаком! — начиная закипать, вскинулась моя наставница. — Желательно в нос! И как можно быстрее, пока она не успела очухаться, тут же начинай её добивать! И не спрашивай как! Просто выйди на первый уровень и молоти её как можешь!

Молоти её как можешь… Подумать только, меня всерьёз учат тому, как бить девчонку! Молодец, Олег! Живёшь достойную жизнь! Нет, конечно, Милена права, и Симона растопчет меня за секунду, только дай ей такую возможность! Но всё-таки… Всё-таки законы Мира всё ещё казались мне странными. Перестроиться под них будет куда сложнее, чем я ожидал сначала…

На подходе к Арене я начал замечать, что для полуночи нам встречается подозрительно много как-то странно на меня смотрящих студентов. Интересно, что они здесь делают? Всё-таки будний день, к тому же очень поздно! Может быть на Арене сейчас какое-нибудь мероприятие, и они все оказались здесь случайно?

Но, как говорил один мудрый учитель из мультфильма, случайности неслучайны!

Стоило мне войти на Арену, как со всех сторон раздались аплодисменты.

— Олег, мы верим в тебя! Покажи ей! — прокричала мне с трибуны Анжелика. — Мы с тобой!

Я уставился на неё, не до конца понимая, что происходит, и только потом разглядел радом с ней Оливера, Ханну, Дэна, Гидеона и Алана. Над их головами веяло массивное кроваво-красное знамя, на котором белыми буквами было выведено «Вперёд, Олег!». Знамя висело в воздухе, и пусть периодически вздрагивало, норовя упасть, я всё равно восхитился проделанной ими работой. Заставить предмет не просто левитировать, а застыть в воздухе! Это серьёзный уровень для студентов, начавших изучать волшебство совсем недавно! Особенно приятно, что они так постарались ради меня.

И самое главное — ребята были не одни! Рядом с ними были и другие студенты, причём многих я видел впервые в жизни! И все они кричали мне что-то очень энергичное и ободряющее.

Вот же блин… Они все пришли сюда меня поддержать! Ничего себе! Не думал, что они так сделают! И я не уверен, что мне это нравится. Ощущения, конечно, приятные, но с другой стороны… С другой стороны, чем больше людей, тем больше будет мой позор!

При этом, насколько я мог судить, поддержать Симону пришла только пара человек, и я не сумел подавить злорадство. Похоже, её не любят даже товарищи по Боевому факультету! Хотя, учитывая её «кроткий» характер, этому обстоятельству я не удивился.

При появлении Милены воздух, помимо приветственных криков, наполнился также злобными криками в её адрес. Н-да, насколько я мог судить, многие считали её виновницей того, что я оказался сейчас здесь. Но, кажется, Милене эти выкрики были безразличны. Разбрасывая направо и налево саркастичные улыбки и неприличные жесты, она замерла рядом со мной на пороге, отделяющем трибуны от поля.

— Не забудь — бей первым! — наверное, в тысячный раз повторила она.

— Знаю, — буркнул я в ответ. — А где Симона? Мне казалось, что она уже должна быть здесь. До полуночи осталось всего десять минут…

Кажется, зрители на трибунах думали также, и каждую секунду недоумённых выкриков становилось всё больше и больше.

— Может она не придёт? — с надеждой высказал я предположение, но тут на другой стороне Арены началось какое-то движение, и я тут же замолчал.

По присыпанному песком полю двигались три девчонки из её «банды». Симоны с ними не было.

— Эй, пустоголовые, а где ваша повелительница? — крикнула им Милена, даже не пытаясь идти им навстречу. — Стремается? Правильно делает!

Одна из подруг Симоны, Джессика, если не ошибаюсь, сверкнула в адрес Милены глазами и сжала кулаки, но кое-как сумела с собой справиться.

— Поосторожнее со словами, Богард! — крикнула она. — Иначе я не посмотрю на эти твои браслетики и сама вызову тебя на бой!

— Ну и вызови! Давай! Чего ждать! Мне разминка не помешает! — крикнула ей в ответ Милена, и я едва успел удержать её за руку.

— Где Симона?! — крикнул я девчонкам.

Джессика закашлялась.

— Дело в том, что… — На мгновение она замялась. — Симона отравилась и сегодня драться не сможет!

Мне показалось, что я ослышался.

— Симона что?!

— Симона отравилась! — выплюнула в ответ Джессика. — И мы знаем, кто это сделал!

Её взгляд остановился на Алане, мирно восседающем на трибуне рядом с Гидеоном и лениво потягивающем вино из украшенной рунами зачарованной фляжки.

— Сегодня Симона купила у него зелье для восстановления маны, а уже через час покрылась зелёными волдырями и слегла в постель! — с ненавистью выдала Джессика.

— Эй-эй-эй! Не надо меня впутывать в эту ерунду! — тут же парировал Алан. — Да, она взяла у меня небольшой пузырёк, но никаких последствий быть не может! У меня лучший товар во всём Мире! И вообще это удар по деловой репутации всего Дома Войдов! Ещё слово — и я затащу всех вас на Суд Магов! Мало не покажется!

Уверенность и презрение Алана не знали границ и буквально доверху переполняли каждое сказанное им слово. Джессика не нашла что ответить.

Зато Милена за словом в карман не лезла.

— Отравилась?! — расхохоталась она. — Тупые жабы! Ничего лучше выдумать не могли! Так мы и поверили! Испугалась ваша Симона! Сидит в спальне и трясётся от страха.

— Да как ты!..Было бы кого пугаться! Да она этого первака пришибла бы одной левой и даже не заметила! — вскинулась было Джессика, но её возражения поглотил недовольный шум с трибун. — Предлагаем другое время дуэли!

— Ну уж нет! — фыркнула в ответ Милена. — По Дуэльному кодексу, если одна из сторон не явилась на бой, то вторая сторона считается свободной от обязательств и не обязана участвовать в дуэли! Так что всё, горгульи недоделанные, лавочка закрыта! Победителем дуэли считается Олег!

Едва выпалив последние слова, она развернулась на каблуках и зашагала к выходу. Я, окинув подружек Симоны на прощание полным презрения взглядом, последовал за ней следом.

На сердце царило странное чувство. Я мысленно рассматривал миллион вариантов, готовился к любому исходу боя, включая наихудший, но то, что бой не состоится по причине болезни… Да я о таком даже не думал!

— Тебе просто невероятно повезло! Как троллю, свалившемуся со скалы в болото! — восторженно говорила Милена на ходу. — Она в жизни ничем не травилась и не болела! И именно сегодня! Вот уж точно чудо!..

Чудо… И только сейчас, после слов Милены, идя по ухоженным дорожкам, ведущим от Арены к башням первокурсников, я почувствовал то, что почувствовать совсем не ожидал. Это было счастье. Честное, заслуженное счастье.

Да, конечно, можно сказать, что я не заслужил такой «победы»! И наверняка такие найдутся! Моя победа действительно результат поразительной случайности. Но главное — не это. Важнее всего то, что я сумел превзойти сам себя и продемонстрировать результат, которого от меня никто не ожидал. Я был жив, здоров, и к тому же овладел первым уровнем Резерва! Есть чему радоваться! Особенно человеку, который примерно в это время рассчитывал уже валяться на Арене в луже собственной крови…

Но всё же из головы не шла навязчивая мысль. Мысль, что всё сложилось само, без моего участия. Просто счастливое совпадение? Не думаю! Как я уже говорил, случайности неслучайны…

Мы расстались с Миленой у входа в наши башни — она для девочек, а я, соответственно, для мальчиков.

— Спасибо! Без тебя… Без тебя я был бы уже мёртв! — искренне сказал я ей, когда пришло время прощаться.

— Без меня ты бы вообще не оказался в этой ситуации! — хохотнула в ответ Милена, но тут же на глазах посерьёзнела. — И всё-таки, может скажешь правду? Почему ты за меня вступился?

— Правду? — улыбнулся я. — Просто не мог по-другому! Считал это правильным! Вот и всё! Вся правда!

Милена окинула меня внимательным взглядом.

— Ты любопытный человек, Олег Власов… Я никак не могу тебя разгадать! Уверена, что у тебя куда больше тайн, чем кажется! Хотела бы я разгадать их все!

— Может быть, у тебя будет такой шанс! — снова улыбнулся я и, не выдержав, процитировал старый, но хороший фильм: — Пусть это будет началом прекрасной дружбы!

Я протянул ей руку. Первые несколько секунд она непонимающе на неё смотрела, а затем быстро её пожала и тут же, не глядя мне в глаза, скрылась в своей башне.

Я же отправился в свою. Когда я вошёл в спальню, ни Алана, ни Гидеона ещё не было. И неудивительно! Мы с Миленой пришли вообще раньше всех наших однокурсников. Безумно хотелось спать, но я знал, что перед сном должен закрыть последний оставшийся нерешённым вопрос.

Наконец на лестнице послышались шаги, и в комнату ввалился Алан. Увидев, что я не сплю и жду его, он попытался незаметно выскользнуть обратно, но понял, что это бессмысленно.

Вальяжной походкой он проследовал к своей кровати и с наслаждением растянулся на пуховой перине.

— С победой тебя, старичок! — развязно протянул он. — Все только и говорят, что о тебе! Ты теперь местная знаменитость!

Я пропустил его лесть мимо ушей.

— Ты ничего не хочешь мне сказать?

— Нет. А разве я должен что-то говорить? — с деланным безразличием поинтересовался он.

— Алан, не надо притворяться! — не выдержал я. — Это ведь был ты! Ты намеренно отравил Симону! И не надо врать! Я знаю, что это был ты! Больше некому. Ответь только, почему?

К чести Алана, он больше не стал врать и притворяться.

— Там, на башне, ты спас мне жизнь, — просто ответил он, глядя мне в глаза. — Без тебя я бы распластался на мостовой, и ещё неизвестно, сумели бы меня спасти, или нет. Я решил отплатить тем же. Всё же, несмотря на то, что я никчёмный высокомерный слизняк, свою жизнь я ценю. Думаю, что и ты свою тоже.

На этом он повернулся набок, давая понять, что разговор завершён. Тревожить его я не стал. Он сказал всё, что я хотел знать.

Вот так совершенно внезапно за один день я понял, что в этом мире есть замечательные люди. Как минимум двое! Надо только внимательно приглядеться…

Глава 23

На следующий день я понял, что испытывают, выходя на сцену, Миг Джагер, Стинг или, не к ночи будет помянут, Джастин Бибер! И, оказывается, для этого совсем не обязательно уметь петь…

Утром, спустившись в Столовую, я даже не понял, отчего вдруг стало так тихо, и почему взгляды немногочисленных присутствующих, вылезших из уютных башен на завтрак, обратились к моей скромной персоне.

— Эээ, всем привет! — подняв руку в приветственном жесте, неловко произнёс я.

О том, что именно вызвало всеобщее внимание, я не задумывался. Наверняка всё дело в моём несостоявшемся поединке! Наша с Симоной дуэль была одной из самых горячих тем последних двух дней, к тому же вчера многие пришли на Арену, чтобы меня поддержать! Так что да, некоторое внимание мне наверняка перепадёт.

Хотя я, конечно, предпочёл бы оставить всё как было — быть тихим и незаметным первокурсником, скучным и никому не интересным. Так куда меньше шансов, что кому-нибудь удастся раскрыть тайну, что я не принадлежу этому миру, а вдобавок ко всему ещё и полный нуб в волшебстве…

Но куда больше этого меня тревожил завтрак, в связи с чем я тут же отправился к столам в поисках самой сытной пищи, что смогу найти. Всё же последние два дня я по большей части провёл на тренировках, пренебрегая отдыхом и едой, и теперь хотел наверстать если не первое, то хотя бы второе…

Но когда я вернулся к столу первокурсников, внимание к моей скромной персоне ничуть не ослабло. Даже наоборот, его, кажется, стало больше.

— А вот и наш главный герой! — непривычно дружелюбно поприветствовал меня Оливер. Конечно, он и раньше был дружелюбным, этакая голливудская звезда, источающая тепло своего обаяния во все стороны, но сегодня он смотрел на меня как-то по-другому. Кажется, это был искренний интерес к моей худой и бледной персоне. — Проголодался? Приятного аппетита!

— Сп… Спасибо! — едва не подавившись кашей, ответил я.

Снова неожиданность! За всё время здесь никто ни разу не желал мне приятного аппетита. Разве что Димитриус, да и то я не был в этом уверен…

И если Оливер был самим воплощением тактичности, то далеко не все мои однокурсники разделяли его способность быть ненавязчивым.

— Это правда?! — не дав мне дожевать, набросилась на меня Анжелика. В отличие от Оливера, тратить время на прелюдии она не стала. — Правда?! Ты действительно ЭТО сделал?!

На этот раз я подавился не кашей, а чаем.

— Сделал что?!

— ЭТО! — не сумел сдержаться Дэн.

— Да о чём вы вообще говорите?! — не выдержал я. — Если вы про мою победу над Симоной, то моей заслуги в этом особо нет! Вы же все слышали, она просто вовремя заболела! Вот и всё! Так что не стоит обращать на меня столько внимания…

Я произнёс это искренне, но, как оказалось, мои предположения были в корне неверными.

— При чём здесь это?! Про Симону всё понятно! Я про то, что ты вышел на первый уровень Резерва, разумеется! В рекордно короткие за последние пятьдесят лет сроки! — тут же выпалила Анжелика, отмахнувшись от моего предположения, как от надоедливой мухи. — Это действительно так? Пожалуйста, скажи, что это так!

И в без того притихшей полупустой Столовой стало ещё тише. Все немногие, кто выполз ради завтрака из своих башен, обратились в слух. Даже старшекурсники! Хотя, казалось, им-то какое дело до какого-то первака…

Мысленно я рассмеялся. Так вот, оказывается, в чём дело! Они узнали о моём неожиданном достижении! Уже легче! Я-то грешным делом уже решил, что мне попытаются пришить отравление Симоны. Очевидно же, что она отравилась очень вовремя, и явно не просто так! Вряд ли все так легко поверят в то, что к этому действительно приложил руку Алан, слишком уж он здесь популярен, да и с точки зрения остальных у него нет ни единой причины мне помогать! Ведь про нашу с ним пьянку на Смотровой башне никто не знает!

— Правда! — скромно кивнул я, отчаянно пытаясь скрыть торжествующую улыбку. — Всего за двое суток тренировок!

Интересно, кто им об этом рассказал? Тодеус, Милена? А, может быть, какой-нибудь ошивавшийся в тренировочной комплексе студент Боевого факультета, ставший невольным свидетелем моих тренировок? Но в общем-то это не важно. Скрывать свой заслуженный успех я считал глупым! Видеть как округляются глаза моих однокурсников — незабываемое удовольствие!

В ответ на моё признание со всех сторон раздались восторженные крики.

— ОГО! — уважительно простонал Гидеон. — А покажи?!

Его просьба поставила меня в тупик. Как это вообще можно показать?!

Тем не менее, я встал из-за стола и перешёл на первый уровень. На удивление это оказалось совсем просто. Даже стараться не пришлось! Всё как будто произошло само собой. Эта сила уже была во мне, готовая появиться в любой момент. Она будто бы сама жаждала появиться.

Не зная, что именно нужно делать, я немного помахал руками и ногами, попрыгал на месте… Не ахти какая демонстрация, но уж что умею!

Оказалось, что большего моим однокурсникам и не надо.

— Ничего себе, как быстро! — выдохнула Анжелика. — Ты наверняка ещё и сильнее стал?!

Я решил не тратить время на объяснения и лёгким движением приподнял лавочку прямо вместе с людьми. Мои однокурсники тут же посыпались с неё один за другим. Не скажу, что этот фокус дался мне легко, всё-таки первый уровень Резерва давал не такие уж большие преимущества перед обычным человеком, но большего и не требовалось. Ответом мне были очередные восторженные взгляды и возгласы!

А уж как на меня смотрели девчонки!.. Да на меня никогда и близко так не смотрели! Теперь я понимаю, что девочки действительно любят спортсменов!

— Красуетесь, Власов? — раздался рядом острый презрительный голос. — Что ж, поздравляю! Раз нет способностей к магическим наукам, единственное, что остаётся — сверкать мышцами! Впрочем, мышцами вы пока тоже похвастаться не можете…

Меня тут же выбило из первого уровня. Лавка с глухим стуком выпала из моих рук.

Рядом с нашим столом, источая презрение каждым сантиметром идеально сидящего на поджарой фигуре пижонского костюма, стоял Юджин Маллой.

— У меня есть способности к волшебству! — выпалил я. Пусть это и была неправда, я просто не мог смолчать.

— Ну конечно! Конечно же есть! Грандиозные! — сладко улыбаясь, пропел Маллой и отхлебнул из появившегося в его руках кубка, доверху наполненного ароматным и чёрным как нефть кофе. — Просто вы их прячете для того, чтобы потом, в самый неожиданный момент, продемонстрировать их нам во всей красе! Великолепная тактика! В крайней степени оправданная! Главное — дотерпите до отчисления из Академии! И тогда можете практиковать ваше великолепное волшебство столько, сколько захотите! Главное — подальше отсюда! Особенно от меня!

Я стоял, словно оплёванный, и чувствовал, что закипаю. Он оскорблял меня публично! Перед студентами всех курсов! Сразу после моего триумфа! Как будто он специально выбрал момент, когда я чувствовал себя счастливым, чтобы парой слов обрушить все мои надежды!

Самое обидное — мне совершенно нечем было возразить этому разодетому хлыщу! Я ведь действительно полный магический бездарь! К тому же спорить с преподавателем, особенно с таким, себе дороже…

— Ах, Власов, и ещё! Так увлёкся вашей героической несостоявшейся битвой, что совсем забыл! — Маллой притворно ударил себя по лбу. — Вы же пропустили два моих занятия! Это ровно на два больше, чем нужно для того, чтобы попасть в мой чёрный список! Ищите задания для отработки в своём дневнике! Будьте уверены, я приготовил для вас совершенно особенные упражнения… Не справитесь — что ж, в таком случае мантию мага вы можете поменять на доспех воина! Ну или что там эти неудачники носят…

Закончив фразу, Маллой легко развернулся на каблуках и направился к выходу, едва разминувшись в дверях с Миленой.

— Моё почтение, Королева Тьмы, — отвесил он ей шутливый поклон и скрылся за поворотом.

— Я что-то пропустила? — шёпотом спросила она меня, усаживаясь рядом.

— О, совершенно ничего! — саркастично улыбнулся я. — Меня всего лишь публично унизили! Обычный Маллой…

Больше она мне вопросов не задавала. Да и что тут можно было спросить? Трава зелёная, снег холод, вода мокрая, Маллой унижает студентов. Очевиднейшие вещи!

Зато у всех остальных было очень много вопросов…

— Ты что, теперь с НЕЙ?! — тыча в нас пальцем, завопила Анжелика, комично округляя глаза.

В этот раз я умудрился ничем не подавиться, но лишь потому, что ожидал чего-то подобного.

— Нет! Мы просто друзья! — попытался оправдаться я, и тут же почувствовал, как Милена пинает меня под столом.

Похоже, что и это слово было лишним…

— Друзья?! — теперь пришла очередь Оливера верещать без причины. — С НЕЙ?! Но она же воплощение зла! Она… убийца!!!

— А ты проклятый длинноволосый слюнтяй! — мигом отреагировала Милена. — К тому же пафосный. «Воплощение зла»… Это же надо такое удумать! У меня вообще-то имя есть! Причём довольно красивое, между прочим!

— То есть с тем, что ты убийца, ты уже не споришь?! — ехидно поинтересовалась у неё Анжелика. — И правильно! Не нужно спорить с очевидным!

— Я никогда и не спорила! — парировала Милена. — Кстати, я совсем не против пополнить свой список убитых ещё одним именем…

Она шагнула вперёд, делая вид, будто пытается схватить Анжелику за горло. Та, испугавшись, отшатнулась назад и, споткнувшись, рухнула на стол, умудрившись при этом довольно ощутимо заехать Дэну по лицу.

Всё это начинало напоминать какой-то цирк. Причём совершенно бессмысленный. И очень несправедливый по отношению к Милене.

— Хватит! — я резко встал, для убедительности ударив ладонью по столу. Получилось не очень уверенно, но какой-то эффект вроде бы произвело. — Это моя жизнь! С кем хочу — с тем и общаюсь! И вообще — судить человека по слухам о нём глупо!

Кажется, такой речи от меня не ожидали! Но не успел я насладиться видом вытягивающихся лиц моих однокурсников, как в Столовую, прерывисто дыша, вбежал Гидеон. Обычно собранный и с иголочки одетый, сегодня он был растрёпан, а его глаза горели азартным блеском.

— Что вы тут расселись?! — прокричал он. — Вы что, всё пропустили?! Быстро за мной! Там такое!!!

И, ничего толков не объяснив, он выбежал из Столовой с такой скоростью, будто за ним гналась целая стая лютоволков.

Уж не знаю почему, но все тут же побросали свои тарелки и выбежали из Столовой следом за нашим ботаником. Не устоял и я. Завтрак — это, конечно, важно, кто бы спорил, но уж больно любопытно узнать, что же там такое случилось!

Догнать Гидеона удалось только в Зале Славы. Вот уж не ожидал от него такой прыти! Кажется, случилось что-то по-настоящему грандиозное, раз он носится как ошпаренный…

Он остановился прямо у стоящего там Древа и теперь тыкал в него пальцем, словно пытаясь что-то нам показать.

— Видите?! Видите?! — кричал он, грозя сорвать голос. — Это же просто невероятно! Немыслимо!!!

Мы окружили его плотным кольцом, подойдя к Древу так близко, как только возможно. Судя по восторженному виду Гидеона, там должно было быть что-то по-настоящему грандиозное. Но сколько бы я ни вглядывался, ничего нового я в нём не замечал.

Кажется, и остальные тоже.

— И что ты хотел нам показать?! — разочарованно протянул Дэн. — Тоже мне ботаник нашёлся! На деревья он, видите ли, смотрит! Ничего здесь интересного нет! Вот животные — другое дело! Вот вы, например, знаете, что Бармаглот вчера учудил?!

Его разочарование быстро подхватили другие студенты, и вот Гидеон уже был окружён полчищем жаждущих его крови юных волшебников, которых так некстати оторвали от завтра. Того и глядишь бедному парню устроят тёмную…

Я же продолжал вглядываться в злосчастное дерево, настойчиво надеясь хоть что-то в нём углядеть. Ну не мог такой интеллигентный и благоразумный студент как Гидеон устроить шумиху из ничего! Значит, он просто был внимательнее и сумел углядеть что-то, чего не смог никто из нас. Эх, его бы спросить, конечно, не помешало, но его сильно прижала разъярённая толпа, и докричаться до него — примерно столь же выполнимая как сдача выпускного экзамена в Академии на первом курсе.

И тут я наконец-то заметил…

— Стоп, это что, почки?! — я ткнул пальцем в едва заметные образования на ветках. — Да и вообще, оно выглядит пободрее, чем пару дней назад…

Стоило мне это произнести, как мои слова тут же подхватили и остальные.

— Точно! Оно окрепло! И ствол стал ровнее! — с видом знатока заявил Дэн, мгновенно позабывший о своём презрении к ботанике. — И цвет теперь не просто серебряный, а уже похож на золотой! До оно же, коготь кентавра меня подери, цветёт!

Дэн был прав. Теперь это заметили и остальные, тут же оставившие счастливо улыбающегося Гидеона в покое. Он чувствовал себя настоящим героем.

— А что в этом особенного? Цветёт и цветёт — подумаешь чудо! — презрительно бросил подошедший Трой, и его дружки тут же закивали. — Да я таких деревьев тысячи видел! У нас в деревне их знаешь сколько?! Ух! Вокруг одни ели да берёзы! Вы, городские, совсем уже с жиру беситесь!

Мысль ему завершить не дали, прервав его тираду на середине самым беззастенчивым образом.

— Что особенного?! — воздух разрезал голос Агнессы Бортельд, и я поморщился, словно от зубной боли. Нет, к её визгливому сопрано я точно никогда не привыкну! — Древо не цвело многие тысячи лет! Магия, которая его породила, ушла из Мира так давно, что даже в Архиве не осталось упоминаний о ней! То, что оно зацвело — это немыслимо! Такого просто не может быть! Мы должны обеспечить ему полную безопасность!

— Безопасность от чего? — не удержавшись, как обычно встрял Алан. — Да никому это ваше дерево не нужно! Как стояло — так и дальше простоит!

Среди студентов пронёсся одобрительный гул, который тут же погас, усмирённый ледяным взором Агнессы.

— Древо — особый организм! К нему не относятся стандартные правила! Оно живое! Никто не знает, по каким правилам оно существует и что может ему навредить! — громыхнула Агнесса, и от звука её пугающего скребущего голоса мне, как и обычно, стало не по себе. — Так что будьте добры, отступите на несколько метров! И позовите дежурных циклопов! Я распоряжусь обеспечить Древу максимальную защиту, какую только возможно!

Приказы Агнессы в Академии было принято выполнять. Мгновенно началась деловитая суета, и я, как пассивный участник событий, быстро оказался вытеснен в сторону. Я был только рад. Появилась возможность немного обдумать происходящее.

Казалось бы, вся эта ситуация меня совершенно не касается. Ну зацвело дерево! Пусть даже особенное! Волшебное! Подумаешь! Всё равно это дерево! Трой прав — что я, деревьев, что ли, в самом деле не видел?! Такие вещи меня и на Земле не волновали, а здесь, когда вокруг полно волшебства, и подавно тревожить не будут!

Но, тем не менее, что-то было не так.

Я чувствовал, нет, даже знал, что это событие как-то связано со мной. В голове против моей воли всплыла сцена, где я, Симона, Гидеон и Дэн падаем на пол, и моя рука случайно задевает Древо…

Мог ли я, коснувшись древа, что-то с ним сделать, что-то ему передать? Теоретически — да, могло случиться что угодно…

Тут я заметил стоящего рядом Гидеона. Увлечённые созданной Агнессой суетой, про него все как-то сразу позабыли.

— А давно ты это заметил? — тихо спросил его я. — Ну, что оно цветёт?

Гидеон просиял. Кажется, он был рад моему искреннему интересу.

— Настоящие изменения я заметил только сегодня! — затараторил он, окрылённый тем, что кто-то с ним заговорил. — Но то, что Древо начало изменяться, сначала незаметно, я понял ещё два дня назад. Почти сразу после того, как вы на него свалились…

— Сп… Спасибо! — едва справившись с собой, пробормотал я и бросился прочь.

Выбежав в коридор, я вытащил из сумки Книгу. Трясущимися пальцами я открыл первую страницу…

С ещё недавно совершенно чистой страницы на меня смотрело схематическое изображение Древа. Ветки, ствол — всё было изображено пусть и поверхностно, но очень точно!

— Так это ты… Это ты сделала что-то с этим деревом! — прошептал я Книге, словно она была живым человеком. — Но зачем?! Чего ты вообще хочешь добиться?!

Ответом мне была тишина, но я уже понял самое главное. В Академии что-то происходит. И Книга находится в самом центре этих событий. А вместе с ней там же нахожусь и я.

Чувствую, что ничего хорошего из этого не выйдет…

Глава 24

Как ни странно, после всех многочисленных событий последних дней меня словно в награду ждали впереди несколько недель тишины и спокойствия. Ни угроз, ни неожиданных дуэлей, ничего такого, что угрожало моей жизни. Просто обычные студенческие будни. Даже удивительно! А то я уже начал настраиваться на то, что остаток жизни придётся провести в непрекращающемся стрессе.

Всё просто шло так, как должно было идти.

Симона выписалась из Лазарета и, вопреки моим ожиданиям, даже не попыталась мне отомстить. Уж не знаю, о чём она думала, но всю свою ярость она попыталась обратить против Алана, за что быстро поплатилась. Он написал влиятельному отцу, тот надавил через своих друзей на кого-то в администрации Академии, и Симоне серьёзно прижали хвост, заставив её отступить.

Я наконец-то смирился с тем, что теперь привлекаю всеобщее внимание, и кое-как включился в учебный процесс. Конечно, я по-прежнему привлекал внимание, и периодически скрывался от настойчивых студентов, в особенности старшекурсников Боевого факультета, жаждущих узнать секрет моего стремительного достижения Резерва, но в целом всё было в порядке.

Единственное, что, пожалуй, никак не изменилось, так это тайна Древа. По-прежнему было совершенно непонятно, что именно с ним произошло.

Древо росло, крепчая с каждым днём. Вокруг него всё ещё собирались восторженные толпы студентов, но с каждым днём ажиотаж становился всё меньше и меньше. Всё-таки никто, за исключением разве что Агнессы, не понимал, в чём именно заключается его исключительность. Древнее? Редкое? Без очевидной практической пользы оно оставалось чем-то вроде музейного экспоната, на который толпами валят посмотреть в начале выставки и полностью забывают через пару месяцев.

Непонятным оставалась и причина его внезапного пробуждения. Я подозревал, что этой причиной косвенно являюсь я сам, но стопроцентных доказательств у меня, разумеется, не было и быть не могло. Да даже если бы они и были, делиться ими я бы точно ни с кем не стал! Всё-таки объяснить всю мою историю, не раскрыв при этом мой главный секрет, совершенно невозможно! А раскрывать его я пока точно не планировал.

По Академии ходили слухи, что все секреты Древа может знать декан Биологического факультета, поистине легендарная личность, окружённая непробиваемым ореолом тайны. Величайший знаток всех растений в Мире, маг невероятной силы, он до сих пор оставался непробиваемым авторитетом, глыбой ботаники.

Но проблема заключалась в том, что его не видели уже порядка двух сотен лет.

Двух сотен лет! Если задуматься, цифра по-настоящему грандиозная. Огромная настолько, что мне и представить сложно. Да такого количества времени хватит для смены нескольких поколений! А тут человек пропал, и его до сих пор не спешат признавать умершим. Даже из списка Фордс, и то не исключили! Но, как я уже начал понимать, в Мире насчёт продолжительности жизни, особенно если это жизнь волшебника, было своё, совершенно особое мнение.

Волшебники здесь жили долго. Очень долго. Сколько точно — никто, собственно, не замерял. Да-да, в Мире считалось невежливым спрашивать у уважаемых магов про их возраст! Не знаю, откуда взялся такой глупый предрассудок, но это так. А значит, все статистические исследования с самого начала были обречены на провал. Но то, что несколько сотен лет для уважаемого мага — не самая большая проблема в жизни, я уже понял. Так что факт того, что Мастера-Биолога всё ещё продолжали искать и надеяться на его возрождение, был не таким уж и диким, как казалось на первый взгляд.

Предполагали, что он бродит по Оранжереям Академии, неустанно наблюдая за цветением своих любимых цветов, и некоторые особо фанатичные его последователи даже организовывали спасательные экспедиции в бесконечные и таинственные сады Академии, неизменно возвращающиеся с пустыми руками. Но точной информацией никто, разумеется, не обладал. Даже имя, и то за давностью истории и сложностью произношения было утрачено несколько десятков лет назад. Его так и называли Мастер-Ботаник. Он даже в списке Фордс так значился!

Так что, если отбросить маловероятную возможность возвращения легендарного Мастера-Ботаника, ближе всех к секрету Древа оказался именно я.

Во всяком случае, я так думал. И, как обычно, оказался не прав.

В отсутствие посторонних дел и необходимости тренироваться до потери сознания, у меня наконец-то появилось время на занятия. И, должен вам признаться, это настоящий кошмар!

Уверен, что со стороны учёба в Академии Волшебного Искусства выглядит как самая настоящая мечта. Ещё бы, мы, земляне, воспитанные на книгах про Гарри Поттера, просто не можем относиться к месту, где обучают волшебству иначе как с завистью и восторгом. Студенты такого заведения кажутся нам невероятными счастливчиками, вытащившими, словно Чарли, счастливый золотой билет, позволивший ему заглянуть в мир чудесного и непознанного. Но на деле… На деле это очень быстро перестаёт казаться чудом.

Очень быстро выясняется, что обучение, в каком бы мире оно ни происходило, — это, в первую очередь, тяжкий каждодневный труд. То есть оказывается, что всё именно так, как и говорил на Посвящении Деронд Деру.

Долгие полуночные штудии сложных и толстых книг по волшебству, написанных заунывным давно позабытым языком, бесконечное повторение магических пассов, безболезненно освоить которые, кажется, может только профессиональный фокусник, волшебные существа, то и дело норовящие полакомиться твоим вкусным телом — всё это очень быстро становится неотъемлемой частью студенческой жизни. И, разумеется, столь же быстро превращается в самую обыкновенную рутину, ничем не примечательную вереницу серых, ничем не запоминающихся дней.

Вот и теперь, после нескольких лекций и практических занятий подряд, я чувствовал себя совершенно уничтоженным и хотел только одного. Счастья для всех в мире, каждому, и чтобы никто не ушёл обиженным!

Шучу. Разумеется, я безумно хотел спать. И ничего больше.

Но впереди оставалось ещё одно занятие. Волшебная флора и фауна с Мастером-Зоологом Аттенборгом.

Сказать по правде, моё мнение о мастере Аттенборге не особо изменилось после первого занятия. Тогда он показался мне хорошим и грамотным преподавателем, искренне горящим своим делом, и готовым говорить о нём часами, высыпая на студентов всё новые и новые невероятные подробности из потрясающей жизни различных волшебных созданий.

Сейчас же, по прошествии нескольких месяцев наших с ним занятий, я готов признать, что мастер Аттенборг оказался не просто увлечённым профессионалом, а настоящим гением своего предмета.

Кажется, что о волшебных животных и растениях (вот уж точно неожиданная компетенция у профессионального зоолога!) он знал решительно всё. Сколько иголок у огнежабрового ежа, где драконы хранят своё золото, правда ли, что русалки размножаются, метая икру, может ли диета из молодильных яблок подарить вечную молодость — кажется, что ни один вопрос не мог остаться без детального и подробного ответа! Причём ответа настолько объёмного, что простое перечисление проживающих в Мире видов драконов могло занять у мастера Аттенборга порядка двух часов! Так что основной задачей становилось вовремя его останавливать, что, при наличии в классе другого поклонника волшебных животных, Дэна, страстно желающего знать о них всё на свете, было в крайней степени затруднительно.

Вот и сейчас, уже издалека завидев мастера Аттенборга, спешащего к башням первокурсников, откуда он нас обычно забирал для своих занятий, я почувствовал неладное. Уж слишком торопливо он ушёл, слишком загадочно улыбался. Не к добру это, точно не к добру!

Так и оказалось.

— Уважаемые первокурсники! Сегодня у нас особенное, если не сказать, уникальное занятие! — проскрежетал мастер Аттенборг, становясь перед классом. — Я долго этого ждал! Бесчисленные петиции, жалобы, бесконечная переписка — и вот наконец маэстро Деронд Деру разрешил мне показать вам Закрома!

Сразу с десяток человек ахнули в едином восторженном порыве.

— Не может… быть!!! — вымолвил не верящий своему счастью Дэн, не в силах оторвать влюблённого взгляда от мастера Аттенборга. — Вы это серьёзно?! Туда же нельзя! Никого не пускают уже лет… триста!

— Вы правы, мой дорогой! Правы! — энергично закивал Мастер-Зоолог. — Но сам ректор разрешил! А значит, впереди у нас потрясающее занятие! Ну же, поспешим! Нельзя терять ни единой драгоценной минуты!

Мастер Аттенборг в сопровождении нескольких студентов устремился ко входу в Академию, но большая часть группы осталась стоять.

— Я, конечно, сильно извиняюсь… — сильно растягивая слова, произнёс Алан, каждым слогом давая понять, что на самом деле он, конечно, нисколько не извиняется. — Может вы хотя бы для начала объясните, что это за Закрома такие, и что в них особенного?

Милена в ответ на его слова презрительно фыркнула. Нисколько не сомневаюсь, что она, всё детство проведшая в отцовской библиотеке, прекрасно знает, что это такое! Ну и молодец! Я же, к сожалению, также как Алан и большинство ребят, не имел об этом ни малейшего представления.

Хорошо, что мастер Аттенборг это быстро понял и поспешно принялся объяснять.

— Закрома — величайшая гордость и тайна Академии! Место, не имеющее больше аналогов нигде в Мире! Невероятное достижение магических технологий и героизма великих магов прошлого! — увлечённо, в своей фирменной манере принялся разглагольствовать он, пока его не прервал Алан.

— А всё-таки можно поконкретнее?! Вы же сами сказали, что не хотите терять бесценное время!

Мастер Аттенборг окинул его оценивающим взглядом. Кажется, он оценил разумность замечания Алана.

— Считаю правильным не рассказать про Закрома, а показать вам их! — принял он правильное решение и тут же сорвался с места, увлекая нас за собой. — Прошу вас, не отставайте!

Мы двинулись внутрь Академии. Само по себе это уже было довольно необычно. Все наши предыдущие уроки проходили на свежем воздухе. Это было логично — где же ещё обитать волшебным животным и растениям, как ни под небом? Да, это занятие становится всё интереснее и интереснее…

Подстраиваясь под размашистый быстрый (и это несмотря на солидный возраст!) шаг мастера Аттенборга, я неожиданно оказался во главе курса рядом с ним и никогда не упускающим возможности переговорить со своим кумиром Дэном.

И как же вовремя я, оказывается, это сделал!

— Мастер Аттенборг, а что вы думаете про Древо? — задал ему вопрос желающий знать всё про животных и растения Дэн. — Это и правда такое древняя, как говорит мастер Агнесса? Как думаете, что могло его пробудить?

Стоило Дэну упомянуть Древо, как Аттенборг, и без того воодушевлённый, прямо на глазах исполнился какого-то невероятного, совершенно нечеловеческого энтузиазма.

— Уникальный случай! Совершенно невероятный и первый подобный в моей практике! — вращая глазами от переполнявших его эмоций, принялся делиться с ним Мастер-Зоолог. — Такого просто не может быть! Дело в том, что Древо — часть совершенно другого, старого Мира. Те годы, точнее даже тысячелетия, мы называем Дикими временами. Это было невероятно давно, ещё до Фарнира! Что происходило тогда, какие существа властвовали над Миром — мы не знаем почти ничего! Лишь некоторые артефакты, древние разрушенные города и пара записей в старых книгах — вот всё, что у нас есть! И самое главное — мы не знаем, какой в те годы была магия!

— А что, магия может быть разной? — Дэн тут же, очень вовремя, задал тревожащий меня вопрос.

— Ну разумеется! Разумеется! — моментально ответил мастер Аттенборг. — Даже сейчас в Мире нет единой магической системы! Есть общепринятые магические методы, но до сих пор мы встречаем упоминания о волшебстве, используемом в разных концах света, природу которого мы совершенно не понимаем! Оно действует по другим законам! Не требуется энергия, нет необходимости плести Узоры! Всё совершенно по-другому! И Древо было посажено именно в то время! Современное волшебство на него не действует!

Вот оно, оказывается, в чём дело! Теперь понятно, почему Агнесса и остальные так с ним носятся! Для жителей Мира Древо — это что-то вроде живого тираннозавра на Земле, живой пример жизни, какой она была до пришествия человека.

— Простите, а как вы думаете, что могло его пробудить? — не выдержав, спросил я мастер Аттенборга.

Дэн бросил на меня ревнивый взгляд. Кажется, он считал себя единственно достойным задавать мастеру Аттенбергу вопросы.

Но тот, кажется, вообще не заметил, что в этот раз к нему обращаюсь я, а не Дэн. Его, как я давно заметил, гораздо больше интересовали растения и животные, чем люди.

— Только возвращение волшебства из той эпохи, молодой человек! Только оно! — воскликнул он, нисколько не сбавляя шаг. — Старое волшебство вернулось, и Древо отреагировало на это, пробудившись снова!

— А где это волшебство может быть? — осторожно, стараясь не выдать себя, спросил я.

— Где угодно! Совершенно где угодно! — воскликнул мастер Аттенборг. — Мир огромен, в нём множество тайн! Но я чувствую! Более того, я почти уверен, что этот источник где-то рядом! Может даже в Академии!

Его последние слова прозвучали неожиданно громко. Да так, что их услышал весь курс! Да уж, у меня потрясающе удаётся оставаться незаметным!

— То есть это какой-то предмет, верно? — вступила в разговор Анжелика, ещё одна любительница позадавать вопросы. — Какой-то волшебный предмет, который принесли в Академию?

— Совсем необязательно! — покачал головой мастер Аттенборг. — Это может быть и человек. Или они вместе! Люди, особенно начинающие волшебники, очень становятся инструментами, слепо исполняющими волю волшебных артефактов!

— Но ведь в этом нет ничего плохого, верно? — боязливо спросила Анжелика. — То есть это старое волшебство уйдёт также, как и пришло, верно? Это ведь никому не успеет причинить вред?

Я напрягся, готовясь услышать ответ. Нетрудно догадаться, что для меня он был крайне важен. Ведь, если я всё правильно понимаю, то сейчас мы говорим про меня и Книгу. Я наконец-то получаю хоть какую-то информацию и при этом не раскрываю себя! Ну, почти не раскрываю.

Но, вопреки моим ожиданиям, мастер Аттенборг на вопрос не ответил. То ли потому, что не услышал, то ли не захотел отвечать, а может всё дело было в том, что мы…

— Вот мы наконец-то и на месте! — объявил мастер Аттенборг, останавливаясь так внезапно, что идущие за ним студенты не успели остановиться и столкнулись друг с другом.

Я огляделся. Мы были в самом обычном коридоре одного из бесчисленных подвалов Академии. Тёмный, сырой, с низким потолком, из-за чего тем студентам, которые были выше среднего роста (в том числе я) приходилось нагибаться, освещённый парящими в воздухе свечами, — он ничем не отличался от множества других коридоров Академии.

Тут я заметил нечто необычное — на стенах, потолке и даже на полу были изображены Руны. Мы начали изучать Руны совсем недавно, я совсем немногое сумел о них узнать, но по отдельным элементам я безошибочно понял, что у этих Рун было одно назначение. Охранять. Причём охранять самым жестоким образом, вплоть до смертельного исхода.

Ничего себе защитная система! Тот, кто их здесь нанёс, явно предпочитает не тратить время на полумеры!

Интересно, почему они сейчас не сработали? Наверное дело в специальном разрешении Деронда Деру! А может, сам мастер Аттенборг имеет доступ к этому месту.

Любопытно, что происходит, когда в коридор забредает какой-нибудь заблудившийся по пути в класс студент? Неужели его убивает прямо на месте? Нет, ни за что не поверю! Академия, конечно, место в плане методов воспитания довольно специфичное, но всё же никто из преподавателей Академии не был замечен в желании нанести вред ученикам просто так, из вредности. Даже Маллой, и тот жестил только когда хотел не просто наказать, но при этом чему-то научить. Так что наверняка где-то по пути установлены специальные маскирующие или иллюзорные чары, просто не позволяющие случайному путнику сюда забрести.

Ладно, это я, допустим, понял. Но что это вообще за место, которое так тщательно охраняют?!

Кажется, об этом одновременно подумал весь курс.

Лукаво ухмыльнувшись, мастер Аттенборг толкнул неприметную дверь.

— Добро пожаловать в Закрома.

Глава 25

Уверен, что вы все смотрели фильмы ужасов. Это популярный жанр, и как и каждый популярный жанр, фильмы ужасов обладают большим набором клише. Ну, вы знаете, те самые повторяющиеся из фильма в фильм сцены, персонажи, пугалки.

Так вот, сейчас у меня было чувство, что я попал в самый настоящий фильм ужасов. Как раз в тот момент, когда герои, собираются открыть дверь в тёмный подвал, полный жутких шевелящихся теней и леденящих кровь звуков. Зрители на пределе, сжимают подлокотники кресел, динамики стучат зловещим ритмичным боем барабанов. Мы приготовились увидеть нечто ужасное, что-то, что почти наверняка поотрывает героям головы, устроив на их выпотрошенных телах кровавое пиршество…

Примерно это чувствовали я и мои однокурсники в этот момент. Я ощущал кожей, как содрогается воздух от творимых вокруг меня простеньких боевых заклинаний. Например, огненных шаров или лёгких воздушных щитов, бесполезных в серьёзных баталиях, но, тем не менее, способных оказаться полезными в небольшой потасовке. Да уж, накрутил нас мастер Аттенборг знатно!

Повинуясь инстинкту, я перешёл на Первый уровень Резерва. Что бы там ни было, живым точно не дамся!

Дверь распахнулась, и мы осторожно заглянули внутрь.

Нас ждал сюрприз. Ни крови, ни криков, ни даже каких-никаких чудовищ. Совершенно ничего! Абсолютно пустая комната. Даже мебели, и той не было!

Среди ребят начали раздаваться смешки и вздохи облегчения.

— Пффф, и ради этого мы так долго шли?! — в своей привычной вечно недовольной манере протянул Алан, с неподражаемым презрением оглядывая бедные интерьеры комнаты. — После такой рекламы мы были в праве рассчитывать хотя бы на что-то!

Последним в кабинет зашёл мастер Аттенборг, недоумённо оглядел комнату и… рассмеялся.

— Ну надо же! Совсем забыл! Совсем ведь недавно поставили новую защитную систему! Иллюзорную! Хитро-хитро, ничего не скажешь! Подождите минутку! Сейчас мы её…

Он забормотал под ног формулировки, сделал пару пассов руками…

Не знаю, как у вас, но мне намного проще передавать свои эмоции, используя примеры из фильмов. И если до этого я говорил про хоррор, то сейчас я почувствовал себя героем знаменитой серии фильмов «Миссия невыполнима».

Эта серия славится неубиваемым (и упрямо отказывающимся стареть) Томом Крузом, крутой музыкальной темой, зубодробительным экшеном и, разумеется, разнообразными шпионскими уловками.

Например, злодею кажется, что он находится в понятных и комфортных условиях, скажем, в больничной палате. Он расслаблен, его план осуществился, погибли миллионы людей, а жалкие агентишки никак не способны повлиять на его гениальный план. И вот в момент его величайшего триумфа, когда он уже поделился всей секретной информацией, стены больницы падают, обнажая строгие и бездушные интерьеры студии.

Оказывается, всё это было постановкой! Умело поставленной иллюзией! А на самом деле…

Комната расползалась на наших глазах. Стены рухнули, потолок улетел так высоко, что до него едва доставал взгляд, а сама комната наполнилась нестерпимой жарой и вонью, от которой на глазах моментально выступили слёзы.

— Добро пожаловать в настоящие Закрома! — провозгласил мастер Аттенборг, рискуя взорваться от переполнявшего его энтузиазма, густо смешанного с непосредственным детским восторгом.

Словно бы из ниоткуда, прямо из воздуха, перед нами появилась Арка, древняя, из потрескавшегося металла. Густо украшенная Рунами, такими сложными, что я не мог даже примерно понять, на что именно направлено их действие, она казалась очень древней, едва ли не древнее самой Академии, насчитывающей ни одну тысячу лет.

Сразу за аркой, мерцающей мягким синим огнём, начиналась узкая каменная лестница, ведущая куда-то в тёмные недра подземелий.

— Следуйте за мной! — бодро скомандовал мастер Аттенборг и стремительным шагом бросился к лестнице.

Никто из нас даже не подумал следовать за ним. Разве что Гидеон судорожно сглотнул, будто бы сожалея о собственном решении, но тоже остался стоять на месте.

То, что за ним никто не идёт, мастер Аттенборг понял не сразу. Лишь пройдя через Арку (мигнувшую, когда он прошёл под ней, ярким зелёным огоньком) и спустившись на несколько ступеней по лестнице, он наконец-то удосужился оглядеться и вернулся назад.

— Почему вы стоите?! — почти обиженно, словно мы нанесли ему личное оскорбление, воскликнул Мастер-Зоолог. — Это уникальный шанс! А наше время ограничено!

В это мгновение стены сотряс оглушительный вой. Голодный, нечеловеческий, он затрагивал самые глубинные, природные глубины души, заставляя кровь стыть в жилах. А затем внизу раздался глухой удар такой силы, у нас под ногами затрясся пол, а с потолка посыпалась каменная пыль.

Что я там говорил про фильмы ужасов? Сейчас у меня было твёрдое ощущение, что я всё-таки умудрился попасть в один из них и сейчас нахожусь в непосредственной близости от смертельной опасности.

Там, внизу, кто-то был. Кто-то страшный, огромный и очень, очень, очень могущественный. Гораздо более могущественный, чем я сейчас мог даже представить. И этот кто-то, кем бы он ни был, был далеко не милым добряком, желающим угостить нас кружечкой холодного пива. Это было чудовище. Настоящий монстр. А все мы знаем, что монстры делают с теми, кто не может оказать им достойный отпор…

— Там не безопасно… — словно сама не веря, что это говорит учителю, произнесла Анжелика. — Мы… мы боимся.

Остальные хмурыми мрачными взглядами подтвердили, что полностью разделяют её мнение.

Вопреки ожиданиям, мастер Аттенборг не стал даже пытаться нас переубедить.

— Бедные детишки… — сокрушаясь, покачал он головой. — Не видевшие настоящего волшебства, боятся увидеть его собственными глазами! Ну что ж, я не буду настаивать! Коли хотите остаться прозябать здесь, в шаге от величайшего чуда Мира, — воля ваша!

Произнеся это, он уверенно засеменил вперёд.

Сложно объяснить, что именно произошло, но, кажется, он сумел затронуть нашу общую болевую точку. Мы все, все до единого, даже вечно делающая вид, что ей ни до чего нет дела Милена, были любопытны. Очень любопытны. Наверное, всё дело в том, что сама Академия, полная тайн и ждущих разрешения загадок, самим фактом своего существования разжигала это любопытство, подстёгивала его, заставляя жаждать всё новых и новых знаний и чудес.

Вот и сейчас одна мысль, что мы пропустим чудо, о котором потом будем жалеть, казалась не просто чудовищной. Она была невыносима.

Медленно, по одному, начиная с Гидеона, мы последовали за мастером Аттенборгом в пугающую черноту подземелья.

С каждым шагом мне становилось всё больше не по себе. Потолок становился всё ниже, темнота, пусть и разрежаемая висящими на стенах факелами, всё темнее, а ужасающие звуки… Ну, ужасающие звуки становились только громче. Также как и едкий запах, просачивающийся, казалось, прямо под кожу, и медленно всасывающийся в тело.

Наконец этот пугающий переход закончился. Резко и совершенно неожиданно.

Мы оказались в центре огромного… Даже не знаю, как правильно это описать. Это была целая улица. А скорее всего даже город. Город, расположенный под Академией! Нет, я знал, что тут много чудаковатостей в архитектуре, но чтобы настолько…

Несмотря на свой размер, застроен он был очень странно и, скажу честно, скромно. Всего несколько сооружений, не самых больших домиков не сильно отличающихся от тех, что мне уже доводилось видеть в Мире. Но самое главное заключалось в другом.

Позади домов стояли ворота. Причём ворота очень странные — створки, зажатые между двумя каменными столбами, они никуда не вели и ничего не запирали. Просто красивое украшение, без какого-либо практического назначения.

Невообразимо высокие, они терялись в высоте потолка. Испещрённые многочисленными трещинами, зазубринами, с одного взгляда на них становилось понятно, что им довелось многое пережить. И, разумеется, они были покрыты Рунами.

И таких Рун мне точно не доводилось видеть! Да даже не то что видеть! Я их даже представить не мог! Я привык к тому, что Руна — это некий знак, имеющий непосредственную связь с самой природой Мира, который, при напитывании его маной, вызывает определённый эффект. По большей части Руны были не очень сложными, пять-семь чёрточек, записываемых друг за другом в рядок на манер земных иероглифов. А здесь… Здесь каждый знак состоял, кажется, из нескольких тысяч линий! Тонкие, резкие, выведенные с невероятной точностью, они сплетались в единый пугающий узор.

Ух, даже представить сложно, сколько в них вложено труда! И ведь достаточно малейшей ошибки, случайно дрогнувшей руки — и вся магия Рун растворится без следа. И ладно если просто исчезнет, не успев причинить никому вреда. Это будет весьма благополучный и, что скрывать, довольно редкий исход. Куча чаще такие ошибки приводят к жертвам. Ужасным кровавым жертвам.

Да уж, тот, кто это сделал, не пожалел ни времени, ни сил, ни огромных ресурсов… Интересно, кому это могло понадобиться? И, самое главное, почему?

— Быть не может… — восторженно прошептал рядом Гидеон. — Это же Врата! Ребята, это Врата!

Врата… Не знаю, кому как, но мне это ничего не сказало!

Разумеется, я был такой не один.

В воздух взвилась рука Оливера.

— Мастер Аттенберг, а для чего нужны эти Врата? Что за ними находится?

Ответ на его вопрос нашёлся мгновенно.

Ближайшие к нам Врата содрогнулись. От нижнего края до верхнего. Затряслись, норовя выскочить из креплений. Страшный вой, хищный, дикий, наполнил наши уши.

А потом поверхность Врат вздулась, как будто кто-то нанёс по ней удар изнутри. Пара секунд — и поверхность снова стала ровной, словно ничего и не было. Но забыть увиденное мы уже не могли.

— Что?! Что это?! — раздались со всех сторон возгласы ребят, среди которых я с удивлением узнал собственный голос.

Мастер Аттенборг загадочно улыбнулся, но вместо ответа протянул руку, и как будто из ниоткуда вытащил какое-то странное невысокое существо, с ног до головы закутанное в плотный серый плащ.

— Знакомьтесь! Мастер-Смотритель Тофин МакДжул расскажет вам всё, что вы хотите знать!

Мы как один уставились на Тофина МакДжула. Тот же, встав перед нами рядом с мастером Аттенборгом, оправил свой плащ и снял капюшон, открыв нам своё лицо.

Совсем маленький, метра полтора, не больше, Тофин МакДжул не был человеком. Синяя кожа, полностью лысая голова, блестящие жёлтым огнём огромные глаза, синий и зелёный, плоский нос — такого существа мне видеть не доводилось! Тут он странно шевельнулся, и я понял, что под плащом у него скрывается немалых размеров хвост, жёсткий и гибкий жгут с острым и жёстким окончанием, которым, я уверен, можно резать не хуже хорошо заточенного меча.

— Здравствуйте! — неожиданно нормальным голосом, без акцента, но с лёгким шипением, произнёс он.

В воздух взвилась рука Гидеона.

— Уже вопросы? — удивился Мастер-Смотритель.

Гидеон нервно кивнул.

— Простите, мастер МакДжул, но вы… кто?

— Что значит кто? — не понял МакДжул вопроса. — Мастер-Смотритель Академии, если вы имеете в виду мою должность.

Гидеон помотал головой.

— Я имел в виду не вашу должность! — быстро произнёс он. — А вашу расу!

Класс замер. Насколько я уже успел узнать нравы Мира, расизм был здесь не самым распространённым явлением. Нет, конечно, конфликты между расами случались, например, длящаяся уже много столетий война между орками и эльфами. Да и Простые люди, в силу своей неосведомлённости о Волшебном мире, зачастую испытывали перед представителями других рас понятное опасение. Волшебники же были открыты ко всему новому и необычному, каким бы опасным и пугающим оно ни казалось на первый взгляд.

Именно поэтому вопрос Гидеона показался нам таким неуместным. Волшебник, пусть даже начинающий, не должен себе позволять даже негативной мысли о представителях других рас!

Но, к нашему удивлению, мастер Аттенборг и мастер МакДжул лишь довольно переглянулись.

— А как вы думаете? — совершенно спокойным голосом поинтересовался у Гидеона Мастер-Смотритель.

— В том-то и дело, что я не знаю! — протянул Гидеон, чем вызвал вспышку удивления. Гидеон чего-то не знает, и при этом перед всеми в этом признаётся?! Да это едва ли не самое большое чудо за сегодняшний сумасшедший день! — Вы не гоблин и уж точно не орк! Вы не лепрекон. Может спрен, редкий дух воздуха из Восточных земель? Я читал о них в учебнике по волшебной зоологии…

Мастер МакДжул самодовольно улыбнулся.

— Ничто из перечисленного! — вымолвил он, и Гидеон сник прямо на глазах. — Но расстраиваться не стоит! Дело в том, что ни я, ни кто-то либо ещё в Мире не знает расы, к которой я принадлежу!

— Как такое может быть?! — не выдержав, спросил его я. — Наверняка ведь есть другие такие же, как и вы! Ваша семья, соплеменники…

— Нет никого! — грустно покачал головой Мастер-Смотритель. — Я один во всём Мире! Ни родственников, ни воспоминаний о моих соплеменниках. Ни даже записей в древних книгах, а я, поверьте, провёл сотни часов, пытаясь найти упоминание о ком-то, похожем на меня! Кажется, что о моём народе все просто забыли. Поэтому свою расу я так и называю — Забытый. Единственный и неповторимый в своём роде.

— Но вам, должно быть, очень одиноко! — сочувствующе произнесла Анжелика. У неё, как и у других девчонок (разумеется, за исключением Милены) из-за рассказа мастера МакДжула на глазах выступили слёзы. — Это же так страшно — быть совсем одному!

— Но я не один! — неожиданно бодро ответил он. — Деронд Деру нашёл меня, совсем маленького, много лет назад во время своих странствий и привёз сюда, предоставив мне новый дом и любимую работу. И мне здесь хорошо! К тому же рядом со мной всегда обитатели Закромов… Кстати, кто-нибудь знает об этом месте?

В этот раз в воздух взвились две руки — Гидеона (как будто кто-то удивился!) и Милены.

— Прошу вас! — указал на Милену мастер МакДжул.

— Здесь содержатся чудовища, — просто сказала она, и её слова тяжёлым грузом легли на наши сердца.

— Верно! — просиял Мастер-Смотритель. — Чудовища! Страшные порождения прежних времён! Монстры, настолько ужасные, что, выпустив их в Мир, можно обречь его на полное уничтожение.

— Вы имеете в виду Титанов?! — вымолвил Дэн, бледный от ужаса. Кажется он, настоящий знаток волшебной зоологи, лучше всех остальных понимал, о чём идёт речь.

— Нет! — покачал головой мастер МакДжул. — Титаны, древние правители Мира, изначальные стихии, что появились здесь задолго до прихода людей, слишком могущественны! Они содержатся в Яме, но о ней я боюсь даже говорить. Здесь же существа рангом поменьше. Хотя, когда мы говорим о существах той эпохи, слово «поменьше» не должно вводить вас в заблуждение! Они всё равно огромны! Как в плане размеров, так и волшебной силы, или точнее, той силы, которая очень похожа на волшебство в нашем понимании. Главное отличие заключается в том, что, в отличие от Титанов, их мы хотя бы сможем остановить. Теоретически…

— И вы держите их здесь?! — возмущенно воскликнул Оливер. — А вы не думали, что это может быть опасно?! А что, если они вырвутся?!

Вот уж не ожидал от этого длинноволосого красавчика подобных панических настроений! Хотя, если подумать, он был прав. Монстры в подвале школы — да это же бомба замедленного действия?! И как я теперь должен спать по ночам, зная, что они в любую секунду могут вырваться и разорвать всю Академию в клочья?!

Но мастер МакДжул остался на удивление спокоен.

— Это невозможно! — горячо произнёс он. — Дело в том, что это не обычные Врата! Вы можете видеть, что они плоские! Это легко объяснить! Монстры, что скрываются за ними, находятся не в нашем мире, а в особом измерении на границе миров…

Его слова прозвучали для меня как гром среди ясного неба.

— В другом измерении?! — истерично воскликнул я. — То есть вы что, можете перемещаться в другие миры?!

Моя реакция не осталась незамеченной. Ребята удивлённо повернулись в мою сторону, слишком уж громко и отчаянно прозвучали мои слова. Но я об их реакции сейчас не думал. Всё, что меня сейчас волновало — внезапно замаячивший передо мной призрачный шанс вернуться домой.

Меня ждало разочарование.

— К сожалению, других миров в традиционном понимании не существует! — покачал головой он. — Мы можем лишь создать определённую часть реальности, отделённую от Мира непроницаемым барьером. Этакий волшебный «карман» вне пространства и времени. И Врата — единственный способ попасть туда!

— А что, если Врата не выдержат?! — продолжил предаваться панике Оливер. — Что, если эти монстры сорвут замки?!

— Этого не может быть! По очень простой причине. — губы мастера МакДжула расплылись в причудливой улыбке. — У Врат не существует замков. Их невозможно открыть! Они будут оставаться запертыми так долго, пока в Мире существует магия. То есть вечно!

Кажется, теперь Оливер успокоился. Да что говорить, мне тоже стало легче! Если эти монстры не могут вырваться на свободу, значит, и волноваться не о чем!

— Кстати, а хотите на них посмотреть?! — внезапно предложил мастер Аттенборг.

Ну разумеется мы хотели!

Мастер МакДжул подвёл нас к небольшому устройству, напоминающему зеркало на твёрдых длинных ножках. Он щёлкнул пальцами, и на поверхности зеркала появилось изображение того, что происходило за Вратами.

Более жуткой картины мне не доводилось видеть в жизни! Мне, человеку, который обычно за словом в карман не полезет, просто нечего сказать! Бесчисленные клыки, когти, хвосты, щупальца, шипы и рога — всё это было перемешано в настолько пугающую отвратительную кашу, наполненную ненавистью и кровожадностью, что я даже думать об этом не могу!

Изображение на зеркале продержалось всего несколько секунд, но этого оказалось достаточно.

Несколько моих однокурсников извергли на пол свой обед, а пара девчонок и вовсе валялась без сознания. И это, по утверждению мастера МакДжула, ещё не самые страшные монстры в Мире! Да уж, тогда я точно не хочу знать, как выглядят Титаны, о которых он говорил как о чудовищах куда более могучих!

Мастер МакДжел и мастер Аттенборг, однако, остались к увиденному полностью равнодушны. Картинка скорее показалась им любопытной, нежели страшной. Сила привычки. Интересно, я когда-нибудь дойду до такой же степени равнодушия?

Стоит ли говорить, что после такой презентации занятие быстро закончилось. Подавленные и смертельно уставшие, мы вернулись, даже и не подумав поужинать. Есть что-то после увиденного казалось невозможным.

Так прошёл этот день. И я даже не представлял, что совсем скоро мне предстоит столкнуться с ужасными монстрами из Закромов. И не просто так, а в самом настоящем бою.

Глава 26

Стоит ли говорить, что после всего увиденного у нас только и говорили, что про занятие и мастера Аттенборга и Врата. Куда только ни пойди, отовсюду доносились обрывки разговоров о Закромах, мастере МакДжеле и зловещих чудовищах, томящихся в подземельях Академии. К слову, бояться того, что они сумеют вырваться, никто и не думал. Кажется, мастер МакДжел действительно сумел убедить нас в чёткой и безошибочной работе Врат!

Но, совершенно неожиданно, всего через неделю после этого памятного урока у нас появилась новая горячая тема для разговоров.

Наш курс спокойно восседал за своим столом в Столовой, пытаясь набить вечно пустые животы хоть какой-нибудь едой, когда в Столовую ворвалась раскрасневшаяся возбуждённая Анжелика.

— Ребята, вы не поверите! — с порога начала она, и все мы тут же замерли в предвкушении. — В Холле, прямо на стенде для размещения информации, появился Знак!

— Какой знак?! — вскинулся любопытный Гидеон.

— Ну, знак! — неопределённо махнула рукой Анжелика. — Древний! Начертан чем-то красным, может быть даже кровью!

— И что нам с того? — попивая чай, прилично разбавленный настойкой из полевых трав, протянул Оливер. — Мало ли кто решил пошутить и накарябать какую-нибудь непристойность! Да и не кровь это наверняка, а кетчуп! Довинийский кетчуп издалека очень похож на кровь! У меня он есть в наличии. Если хочешь, могу продать с приличной скидкой…

— Если бы так просто! — торжествующе улыбнулась Анжелика. Информацию она предпочитала подавать порционно и явно приберегла главный сюрприз. — Никто, даже лингвисты, не знают, что он означает! А уж они-то могут прочитать всё что угодно, даже Древние языки! Какая-то руна, а что делает — непонятно! И главное — магией от Знака разит так, что волосы на голове шевелятся! Даже у меня! А я, вообще-то, всего лишь первокурсница!

Немудрено, что после такой рекламы мы едва ли не всем потоком отправились в Холл смотреть на этот таинственный Знак.

К сожалению, нас ждало разочарование. Обычно просторный Холл был затянут лентами наподобие тех, которыми на Земле окружают места преступления. Подойти к доске объявлений ближе, чем на два метра было невозможно.

Впрочем, этого и не требовалось. Я и так прекрасно его видел.

Сложный рисунок, причудливое сочетание углов и линий, на первый взгляд хаотичное, но при этом складывающееся во что-то в крайней степени причудливое и… зловещее.

Несмотря на то, что я видел этот знак первый раз в жизни, он почему-то казался мне знакомым. Это было странно. В Мире я пробыл совсем недолго. Где же я мог его видеть?..

Вокруг Знака кипела работа. Четверокурсники-лингвисты, все как один — щуплые и бледные, балансируя на висящих в воздухе лестницах, с лупами изучали Знак, пытаясь перенести каждый его сантиметр в парящие перед ними альбомы.

Внизу же стоял сам Мастер-Лингвист, Вигорус Рамси. Странный и обычно крайне рассеянный тип, в этот раз он выглядел по-другому. Собранный, спокойный, с горящими профессиональным любопытством глазами — он был действительно похож на уважаемого волшебника!

В руках у него был горящий волшебным огнём магический посох, из которого в сторону Знака то и дело вылетами прозрачные разноцветные субстанции, Узоры. Судя по застывшему на его лице мрачному выражению, то, что он видел, ему очень не нравилось.

Я уже собирался тихонько ускользнуть, когда он вдруг внезапно заметил меня.

— Олег! Рад! Очень! — воскликнул он и смешно засеменил ко мне. — Древний знак! Не понять! Большая сила! Кто написал? Не знаю! Сложное волшебство! Ты видел знаки! Можешь прочесть?

Я мысленно выругался. Надо же, он всё никак не может забыть те письмена, которые я вывел на втором экзамене при Отборе! Думает, что у меня есть какой-то редкий талант! И ему ведь не объяснишь, что я сумел сделать это только при помощи Книги!

Ну конечно! Книга!

Вот же я идиот, не догадался раньше! Да этот Знак почти такой же, как знак на обложке Книги! Те же линии, те же немыслимые углы! И пусть они различаются, сомневаться в их родстве не приходится! Они словно бы два разных иерогоифа, принадлежащих к одном алфавиту, — выглядят по-разному, но всё равно в чём-то схожи!

— П-простите, я не знаю! — пробормотал я и, развернувшись, стремглав помчался прочь из Холла.

Добравшись до ближайшего пустого коридора, я тут же достал Книгу и внимательно её пролистал. Книга была пуста. Даже изображение Древа пропало! Книга решительно не хотела со мной говорить! Но зато знак на её обложке действительно был похож на Знак со стены как брат-близнец.

Интересно, что всё это значит? Не может это быть простым совпадением!

Меня прошиб холодный пот.

А что, если кто-то понял, кто я такой, и таким образом пытается присылать мне сообщения? Или не знает, кто я, и шлёт их не конкретно мне, а обладателю Книги? Вполне может быть! И наверняка со всем этим как-то связано Древо! Неслучайно ведь Книга разместила его изображение на своих страницах! Она вообще ничего не делает просто так!

От всех этих мыслей у меня закружилась голова. Хорошо, что всерьёз предаться рассуждениям у меня не было времени — до начала занятий оставалось десять минут, а значит, учитывая невероятные размеры Академии, мне нужно спешить, чтобы успеть на занятие.

А в обед в Столовую пришёл ректор. Он был нечастым гостем на наших совместных трапезах, и не появлялся в Столовой с того памятного дня, когда на Милену надели браслеты. Стоит ли снова повторять, что в Академии его любили и каждое его появление становилось настоящим событием.

Вот и в этот раз его встретили аплодисментами. Он был здесь кем-то вроде настоящей звезды, харизматичного лидера, твёрдой рукой ведущего своих студентов в счастливое будущее. Что скрывать, мне он тоже нравился. Хотя после того, как он надел на Милену браслеты, я понимал, что за маской добряка скрывается хитрый и расчётливый политик, преодолеть обаяние ректора было не так-то просто.

Он приветственно поднял руку и обвёл зал лучащимися глазами.

— Рад всех приветствовать! — прогрохотал он. — Сколько радостных лиц, сколько жаждущих знаний юных волшебников! Но, к сожалению, не все из вас проявляют надлежащее рвение. Увы, многие забыли, насколько большого труда требует волшебное искусство! Для того, чтобы напомнить вам о необходимости усердной работы я объявляю, что завтра состоится Аттестация!

По рядам старшекурсников прокатился печальный гул. Судя по всему, новость далеко не из хороших…

— А что это такое? — едва слышно прошептал Дэн.

Не знаю как, но, кажется, ректор умудрился услышать его слова в огромном зале.

— Для первокурсников поясню, что Аттестация — важнейшая часть жизни Академии! — повернувшись в нашу сторону, прогрохотал ректор. — Наш учебный год делится на два семестра. В каждом семестре через произвольные промежутки мы устраиваем Аттестации — особые испытания, на которых студенты демонстрируют, чему они успели научиться. Это могут быть теоретические знания, но чаще всего мы смотрим на практические волшебные умения…

Кажется, я тихонько застонал. Только этого не хватало!

В воздух взвилась рука Гидеона.

— А… А что будет, если кто-то провалит Аттестацию? — дрожащим голосом спросил он.

— Ну, обычно мы пытаемся не наказывать никого жестоко… — мягко улыбнувшись, пояснил ректор. — Но если студент, особенно первокурсник, не может продемонстрировать совсем никаких навыков… Увы, в этом случае мы вынуждены его исключить. Разумеется, с последующим Клеймением…

— Клеймением?! — на этот раз по залу прокатился мой истеричный голос.

Деронд Деру серьёзно кивнул.

— Именно! Очень хорошо, что вы спросили! Клеймение — особая процедура, в ходе которой блокируются волшебные способности оступившегося волшебника. Процедура это крайне сложная, и применяют её лишь в исключительных случаях. Отнимая волшебный дар, мы нарушаем баланс Вселенной, конкретного волшебника этим даром наделившей. Чем могущественнее волшебник, тем ужаснее могут быть последствия такого Клеймения. Именно поэтому мы используем эту процедуру исключительно к студентам — в этом случае вред для Вселенной минимален! Кроме того, тот, к кому было применено Клеймение, становится изгоем в нашем обществе. Нигде в мире он больше не сможет найти себе места! Но поймите, это не жестокость! Это крайняя мера! Если не лишить необученного мага силы, то в дальнейшем он может нанести огромный непоправимый вред как себе, так и кому-то ещё!

Все однокурсники как один повернулись в мою сторону. На их лицах было написано сочувствие и смирение перед неумолимой Судьбой. Моё сердце стремительно спланировало в пятки.

Дело в том, что… Как бы это помягче выразиться…

Моя профнепригодность в качестве мага была окончательно и бесповоротно раскрыта. Я был худшим студентом Академии за всю её тысячелетнюю история.

Маллой мне именно так и сказал. Причём так, что его монолог на следующий день после моей несостоявшейся дуэли, в ходе которого он раскритиковал меня в Столовой, теперь казался мягким дружеским напутствием.

— Знаете, что общего между вами, Власов, и болотным троллем? — мягко и как всегда нараспев произнёс Маллой после того, как я в очередной раз не сумел сплести самый элементарный Узор.

— Я также обаятелен? — попытался пошутить я.

Маллой, сам большой знаток по части шуток, даже не улыбнулся.

— Нет, Власов! Обаяние явно не про вас! Тролли, как и вы, совершенно бесполезны. Их существование бессмысленно! Они ни на что не способны! Хотя нет, я погорячился! Тролли сильные, а их пот — сильнейший афродизиак! Из вашего же пота, Власов, не получится сделать даже слабительное! — разошедшись, Маллой начинал плеваться ядом во все стороны. — Вы — самый неумелый, бесполезный, лишённый даже намёка на минимальные, крохотные, едва заметные магические способности! Вы не маг! Уж не знаю, как вы преодолели Испытания, но у вас нет даже толики волшебства! Вы — худший студент за всю историю Академии!

Хотел бы я сказать, что это всего лишь шутка, Маллой так не думает, и на самом деле я — один из самых блестящих студентов! Но нет. К сожалению, Маллой был совершенно прав.

То, что со мной что-то не так, однокурсники начали замечать уже давно.

Сначала выполнять указания преподавателей не получалось почти ни у кого, но постепенно, один за другим, все мои однокурсники начали справляться с теми простейшими заданиями, которые ставили нам учителя. И вот уже недалёкий Трой сотоварищи спокойно извлекают из воздуха энергию, заставляя ветер гулять по аудитории, а вечно витающий в облаках Дэн, предпочитающий компанию Бармаглота общению с живыми людьми, создаёт под громкие аплодисменты свой первый слабенький, тщедушный, но всё же огненный шар.

Какое-то время внимание от меня успешно отвлекала Милена. Уж не знаю, что за браслеты надел на неё ректор, но из самой сильной и опытной волшебницы курса, способной делать вещи, о которых нам оставалось только мечтать, Милена превратилась в почти что самую обыкновенную девушку, способную лишь на очень ограниченное волшебство.

Разумеется, учитывая её далеко не сахарный характер, подобное преображение далось ей совсем непросто. Сначала она просто огрызалась, очень точно и с юмором отправляя всех злопыхателей куда подальше. Затем начала злиться. Ну а потом плотину прорвало.

Однажды, разбушевавшись из-за того, что в течение пяти минут она не могла извлечь энергию из воздуха, она запустила стеклянной чернильницей прямо в голову Ванессе Биджон. Отсидев после такой выходки три дня на дополнительных занятиях, проводимых под личным руководством Деронда Деру, она вернулась совсем другой. Тихой, молчаливой, вечно отсиживающейся на задней парте и покорно выполняющей все задачи преподавателей. Шуток над ней стало меньше. Все решили, что она сдалась, покорила судьбе в лице могучего ректора, но меня ей обмануть не удалось. По блеску в глазах я видел, что она не сдалась. Нет, она затаилась, ожидая удобного момента для атаки.

К своему стыду должен признать, что это играло мне на руку. Да, наши отношения с Миленой стали близкими и почти что дружескими, но её неудачи отвлекали внимание от меня, скрывая тот факт, что я постепенно терплю фиаско в каждом из изучаемых предметов.

Хотя нужно быть откровенным — в изучении предметов, не требующих применения волшебства, я был хорош. По-настоящему хорош! История магии, алхимия, магическая флора и фауна — всё это было для меня элементарно. Ну серьёзно, после двух лет на земном юрфаке, проведённых в попытках понять извращения путаного российского законодательства, вся теоретическая часть магической науки казалась мне элементарной ерундой. Уж чему-чему, а впитывать информацию из книжек там меня научили будь здоров!

Но вот практические предметы… Стихийная магия, извлечение, теоретическая магия (несмотря, блин, на своё название!) требовали постоянного применения волшебства, на которое я был совершенно неспособен.

Следовало уже признаться самому себе — я абсолютно ни на что не годен как волшебник, и что моё попадание в Академию — не более чем случайность! Это действительно было так, я это понимал. Но природное чувство упрямства не позволяло сложить лапки и признать поражение.

Если я не останусь в Академии, то не смогу научиться волшебству.

Если не смогу научиться волшебству, то никогда не вернусь домой.

Если я не вернусь домой…

Что именно случится в этом случае я точно не знал, но понимал, что сейчас где-то далеко на Земле моя семья и друзья меня ищут. Им без меня трудно и тяжело. Особенно родителям. И ради них я должен, нет, обязан найти путь домой!

— Так вот! Аттестация состоится завтра! — спеша завершить речь, повторил Деронд Деру. — Каждый студент пройдёт личное испытание с преподавательским составом! Но вам не стоит волноваться! Если у вас хорошие способности, и вы прилагаете усилия для того, чтобы их развить, то у вас нет ни единой причины для беспокойства…

И тут взорвалась бомба.

— Не стоит волноваться?! — вскакивая на ноги, прокричала Милена Богард, красная от злости. — Конечно, дорогой ректор, вам точно не стоит волноваться! У вас-то всё замечательно! Сначала нацепили на меня эти браслеты, а затем решили устроить тест, на котором, разумеется, снять их не позволите! Ради общественной безопасности, конечно же! Нашли-таки способ законно лишить волшебства страшную волшебницу с Запада!!!

Ректор окинул её спокойным взглядом, но на мгновение, на какую-то никчёмную долю секунды мне показалось, что на его лице мелькнула самодовольная ухмылка.

— Нет, дорогая Милена, дело не в вас! — с отцовской интонацией произнёс он. — У нас имеются и другие нерадивые ученики…

Его взгляд остановился на мне. Я медленно сглотнул. Всё понятно! Этот тест мне не сдать…

Тем временем Милена не утихала. Она продолжала что-то кричать, преимущественно оскорбления, причём на плохо понятном здесь западном наречии.

Другие студенты поглядывали в её сторону с очевидным презрением. Что ни говори, а Милену здесь не то что не любили, её ненавидели! Известие о её скором даже не отчислении, а Клеймении, всех только радовало. Но, к сожалению для ректора, она сумела привлечь внимание аудитории, и теперь многие с любопытством поглядывали в сторону ректора. В самом деле, а что, если всё это лишь части большой игры по устранению неприятного ему студента? Как это вяжется с компанейским образом ректора?

Кажется, Деронд Деру подумал о том же.

— Всем разойтись! — громогласно скомандовал он, и я тут же понял, что слухи о его боевом прошлом были правдой — так кричать мог только боевой командир. — Живо!

Дважды просить не пришлось, и сотни студентов тут же понеслись к выходу из Столовой. По инерции сорвался со своего места и я, но Милена железной хваткой хрупких на вид пальцем заставила меня изменить планы.

— Не спеши. Нужно поговорить, — тихонько шепнула она мне на ухо.

Я лишь кивнул. Уж что я точно знал о Милене Богард, так это то, что если она решила что-то сделать, то самым правильным будет согласиться и ни в чём ей не мешать.

Аккуратно лавируя среди толпы мы вышли из Столовой и как можно незаметнее нырнули в тот самый вечно пустой класс, в котором состоялся наш разговор после того как я вызвал Симону на дуэль.

Милена осторожно закрыла за собой дверь и застыла посреди класс, скрестив руки на груди.

Первая же её фраза свалила меня наповал.

— Я знаю, что ты не волшебник и попал в Академию случайно, — спокойно чеканя слова, произнесла она. — И мне на это наплевать. Но у меня есть один вопрос. Как ты намерен пройти Аттестацию и сможешь ли ты помочь мне сделать это?

Сказать, что я удивился, значит не сказать ничего.

Глава 27

— ЧТО???!!! Откуда ты узнала???!!!

Слова Милены прозвучали как гром. Я ожидал чего угодно, но только не такого откровенного признания!

Милена пожала плечами.

— Ну это вроде как очевидно. За все три месяца, что мы учимся в Академии, ты не показал ни малейших признаков волшебного таланта. Вообще никаких! К тому же перед подготовкой к дуэли с Симоной ты даже не пытался развивать магические навыки, полностью положившись на физическую подготовку. Значит, ты сам прекрасно в курсе проблемы и уже ни на что не надеешься.

Я сделал глубокий вдох, пытаясь успокоиться. Мысли в голове неслись галопом. Честно сказать, я и не рассчитывал, что мне придётся вести такой разговор! Особенно так рано! Я совершенно к нему не готов! Значит, придётся выдумывать что-то в процессе…

— Надеюсь, для остальных это не настолько очевидно. Может, они решат, что я просто слабенький волшебник, но не полный бездарь…

— Для остальных?! Да они ничего не видят в упор!!! Тупые слепцы — вот они кто! Пафосные слепцы с самомнением! — расхохоталась Милена злым горьким смехом, в котором не было ни тени притворства. Она действительно так считала и нисколько не сомневалась в своей правоте. — Они считают, что раз ты попал в Академию — значит, ты точно обладаешь волшебным даром! Они не росли на Западе и не понимают, что обмануть можно кого угодно! Даже систему Поступления, отработанную тысячелетия назад! Так что да, сейчас они, скорее всего, даже не подозревают о твоей уникальности. Но поверь, если ты ничего не сможешь показать на Аттестации, хотя бы минимального уровня, ты будешь обречён.

Милена не переставала меня удивлять! Она раскрыла меня, не используя никаких хитрых чар, только собственный острый ум и наблюдательность! Шерлок Холмс, блин, в юбке! Виной всему её воспитание. Она выросла среди обмана и привыкла видеть его везде, даже там, где его, кажется, вовсе не должно быть. Как оказалось, это весьма полезное свойство…

— И… И что ты теперь хочешь с этим знанием сделать? — спросил её я, страшась ответа.

Конечно, мы с Миленой неслабо сблизились в последнее время, и она сыграла ключевую роль в достижении мною первого уровня Резерва, но всё-таки доверять ей на сто процентов я ещё не мог. Слишком мало я знал о её зловещем прошлом, а то, что знал, меня пугало.

— А ты что, испугался? — хищно ухмыльнулась Милена. Не поиграть с загнанной в угол жертвой она просто не могла. Характер и воспитание давали о себе знать. — Думаешь, начну тебя шантажировать?

Примерно так я, честно говоря, и думал. Понятно, что на Аттестации меня наверняка раскроют, но всё же сейчас у меня есть хотя бы небольшой шанс, но вот если Милена заговорит и выдаст мой секрет руководству Академии, то у меня не останется и такого призрачного, едва реализуемого шанса.

— Именно так, — сохраняя остатки самообладания, произнёс я.

— Да больно надо! — фыркнула Милена в ответ. — Мне вообще всё равно кого ты там обманул! К тому же что они тебе могут сделать? Лишить магии? Так у тебя её и так нет! Это как мёртвому припарка! Ну выгонят тебя из Академии, вернёшься домой. Переживёшь как-нибудь…

Увлечённая своими мыслями, Милена не заметила, как я содрогнулся при этих её словах.

Легко говорить — переживёшь! Будь у меня здесь, в Мире, семья или хоть какая-нибудь поддержка, то вылететь из Академии было бы не так страшно. Но я один! У меня ничего и никого нет! И если меня отчислят — я лишусь крова, пищи, какой-никакой поддержки и, самое главное, мой единственный шанс при помощи магии вернуться домой, и без того не сказать чтобы очень реализуемый, станет окончательно призрачным. Я застряну здесь навсегда. А, застряв, буду обречён на жалкую жизнь в месте, о котором я по-прежнему почти ничего не знаю…

Все эти мысли пронеслись в моей голове за пару секунд. Милена же ничего не заметила.

— Гораздо больше того, что ты обманул ректора и всех остальных, меня волнует другое, — продолжала она развивать собственную мысль. — Как ты вообще сумел всех обмануть? И самое главное, можешь ли ты сделать это снова? А если можешь, то я хочу, чтобы ты поделился этим знанием со мной! И это единственное, что я от тебя хочу.

От удивления я даже потерял дар речи. Такого я, конечно, не ожидал!

Зато теперь мне всё стало понятно. Если подумать, всё с самого начала было очевидно.

Милена не желала мне зла. Она не собиралась меня сдавать. Нет, она хотела узнать мой секрет и использовать его для того, чтобы избежать Клеймения!

— Тебе-то это зачем?! — не удержавшись, воскликнул я.

— Ты идиот? — честно и в лоб спросила Милена, сверля меня холодным взглядом, будто бы пытаясь вскрыть мою черепную коробку и посмотреть, так ли плохо там всё внутри, как кажется.

— Нет! — немного более обиженно, чем хотелось, ответил я. — Но я действительно не могу понять!

— Идиот! — констатировала Милена и, глубоко вздохнув, медленно принялась объяснять. — Ты же слышал, что сказал ректор, верно? На Аттестации мы все должны будем показать, на что способны в волшебстве. И если с тобой всё понятно, тебе просто не дано, то у меня есть другое обстоятельство… — она многозначительно потрясла перед моим носом надетыми на руки браслетами. — С этими штуками на руках моих волшебных способностей даже на ярмарочные фокусы не хватит, не то что для сдачи экзамена в Академии…

— Но ведь тебе наверняка позволят их снять! — попробовал спорить я, но снова наткнулся на холодный взгляд Милены. — Сдавать волшебство в ограничивающих волшебство браслетах — это же глупо! И очень несправедливо!

— Несправедливо! — истерически хохотнула она. — Ты всё ещё считаешь господина ректора справедливым?! О нет, наш Деронд Деру — тот ещё жук! Хитрый и опасный политик со специфическим представлением о морали! Да, это глупо и очевидно противоречит здравому смыслу. Но зато соответствует Закону и политике, которой придерживается досточтимый ректор. Меня направили сюда для того, чтобы он держал меня в узде и, по возможности, нашёл способ аккуратно меня устранить. Не физически, нет, это слишком глупо и могло спровоцировать конфликт, а хитро и желательно в рамках действующих правил. И он такой способ нашёл! Он надел на меня браслеты, откажется их снимать, а когда я провалю экзамен — просто лишит меня магии и всё! Я останусь одна, беззащитная как котёнок. И совершенно неопасная.

Вот теперь я начал её понимать. С браслетами на руках она была ограничена в волшебстве до минимума. Снимать их никто не собирался. А значит, сдавать Аттестацию ей предстоит с самыми минимальными возможностями, какие только можно представить! Прекрасный ход со стороны Деронда Деру, позволяющий без особых проблем совершенно законно и даже гуманно решить проблему с опаснейшей Западной волшебницей, наследницей огромной Тёмной империи! Чудо местной политики, не иначе!

Конечно же, Милена, дерзкая и непокорная, не собиралась так просто сдаваться и была готова использовать любую возможность, лишь бы избежать Клеймения. И тут она узнаёт про парня, который прошёл Испытания, не обладая даже намёками на волшебный дар! Разумеется она схватилась за этот шанс руками и ногами!

Её намерения понятны. Но готов ли я ей довериться и рассказать обо всём? Ей, свободолюбивой, независимой, самой своевольной и непредсказуемой девчонке из всех кого я знаю? Какие последствия это за собой повлечёт?

Наверное, если бы я был немного поумнее, я бы прямо сейчас завершил разговор и вышел прочь, оставив Милену один на один со своей проблемой. Но, сделав так, я бы не только предал человека, который не бросил меня, когда мне было тяжело, но и, как показали дальнейшие события, совершил самую большую ошибку в жизни.

Я решился. Сделав самый большой вдох, на какой только был способен, я приготовился говорить правду.

— Всё дело в том, что у меня есть Книга, — сказал я, доставая Книгу из сумки.

Говоря откровенно, я ожидал, что Книга снова применит ту тактику, что она использовала во время Второго этапа Поступления и просто останется невидимой для Милены. Такое было весьма возможно — как я уже ни раз имел возможность убедиться, у Книги довольно специфические взгляды и интересы. Она вполне могла так поступить…

Но не в этот раз.

Милена с любопытством склонилась над Книгой.

— То есть ты хочешь сказать, что тебе помогла эта книжка? — недоверчиво спросила она, пролистывая несколько страниц. — То есть в ней написано, как пройти все этапы Поступления? Как-то сомнительно! В Мире полно разных магических книг, но я что-то не слышала, чтобы хоть в одной из них было нечто подобное! Это практически невозможно! Слишком древняя магия стоит на страже Академии, слишком могучие силы её охраняют… К тому же она пустая! Ты что, меня разыгрываешь? Если так, то будь уверен, с браслетами или без, я смогу поколотить тебя без особых проблем! И никакой первый Уровень тебе не поможет!

Я покачал головой.

— Нет! Это совсем не обычная книга! Она разумная! И довольно-таки своевольная! И пожалуйста, не называй её книжкой! Это Книга! Её нужно называть только так! И я не её владелец. Уверен, что это ей тоже не понравится! Я вообще не уверен, что ей может хоть кто-то владеть…

Милена окинула меня скептическим взглядом.

— Так и бы сказал, что не собираешься ничего рассказывать! — обиженно бросила она. — Несёшь какую-то ерунду! В Академии, конечно, и не такое услышишь, но ты, мне кажется, преодолел некую черту лжи, за которую лучше не заходить…

Это был отличный момент для того, чтобы распрощаться с Миленой навсегда. Просто дать ей высказать свою тираду до конца, а потом многозначительно промолчать. И всё — она уйдёт, и мой секрет останется в безопасности! Правда, мне при этом наверняка достаточно ощутимо заедут по лицу, но к этому я готов. Нужно просто ничего ей не говорить…

Но я уже решился. А менять решения посередине я не люблю!

— Подожди! Согласен, звучит всё это довольно странно! Я попробую рассказать тебе всё с самого начала.

И я рассказал ей всё, что знал сам. О том, как Курьер с разноцветными глазами принёс мне Книгу, как я отправился на Поступление, не имея ни малейших шансов, как прошёл все Этапы благодаря помощи Книги, и даже как понял, что Книга каким-то образом связана с Древом!

Я рассказал ей всё. Кроме самого главного. Я умудрился не сказать ни единого слова о том, что я из другого мира.

Не знаю, почему я вообще решил это скрыть! Наверное, побоялся, что для Милены это будет чересчур необычно. Или что она испугается и не поверит мне. Ведь в Мире ничего не знали о перемещениях между мирами! Даже для местных жителей подобное волшебство оставалось недоступным!

Но, как оказалось, я снова недооценивал Милену.

— Я слышала о разумных магических книгах раньше. На Западе ходят легенды о таких книгах! — задумчиво произнесла Милена, нежно поглаживая корешок Книги. — Но чтобы книга сама могла творить магию, оживить почти погибшее Древо, видевшее зарю Мира, и при этом пройти все Испытания, обманув всех магов Академии — такого могущества я даже представить не могу! Ты точно меня не обманываешь?

— Точно! — устало вздохнул я. — Я просто не сумел бы выдумать такую историю!

— Вы, мужчины, способны ещё и не на такие сказки! — со знанием дела произнесла Милена. — Хотя я чувствую её магические вибрации! Ничего подобного я не ощущала! А ведь в Сокровищнице отца было множество могущественных артефактов! Но дело в другом… Мне кажется, что ты не договариваешь самого главного. Откуда ты? Когда ты пришёл в Академию, ты был странно одет, у тебя необычное имя, а ты сам, кажется, не знаешь самых простых вещей! Да ты даже не знал, кто я такая! Так откуда ты, Олег Власов? Что ты скрываешь?

Я едва сдержался, чтобы не выругаться. Ну почему она такая умная?! И что я теперь должен ей ответить? Уклониться, просто уйти от вопроса? Наверное так нужно сделать…

Но я снова решил поступить не так, как нужно, но так, как я хочу.

— Дело в том, что я из другого мира.

— ЧТО???!!!

Я ожидал подобной реакции. Более того, она мне кажется логичной и понятной. Но вот чего я точно не ожидал, так это то, что так отреагирует не Милена, а совсем другой человек, находящийся в классе.

Из-под парты с задних рядов поднялся растрёпанный Алан.

— Что ты сказал?! Откуда ты?!!! — повторил он.

Кажется, он хотел сказать что-то ещё, но ему не дала это сделать Милена. Словно настоящий ураган, она налетела на него и, используя Резерв, словно заправский Дарт Вейдер, схватила его за горло, прижав к стене.

— Что ты, мерзкий слизняк, здесь делаешь?! — прорычала она ему на ухо. — Подслушивал нас, да?! Я убью тебя!!!

Последнюю фразу она произнесла с такой холодной решимостью, что мне стало понятно — она действительно готова убить Алана. Без сомнений и колебаний. Добросердечный я не мог позволить этому случиться.

— Стой! Подожди! — бросился я к ним. — Я уверен, что он не хотел! Ты ведь не хотел, правда?!

Уж не знаю, что сработало, но Милена разжала пальцы, и уже начавший синеть Алан упал на колени, судорожно хватая ртом воздух.

— Ты ведь случайно, верно? — снова повторил свой вопрос я, когда он достаточно отдышался.

— Ну как сказать… — прохрипел в ответ Алан. — Не то чтобы это было абсолютно случайным совпадением…

Это был неправильный ответ, и Милена, что-то яростно прошипев, снова попыталась схватить его за горло. В этот раз я сумел её остановить, сразу же перейдя на первый уровень Резерва.

— Подожди! Дай ему сказать!

Алан откашлялся.

— Ну я уже давно заметил, что вы двое любите пошептаться… Подожди-подожди, не бей! — запротестовал он, когда Милена снова потянулась к его горлу. — В прошлый раз вы шептались здесь, когда Олег случайно вызвал Симону на дуэль. Вот и сегодня я услышал, что Милена хочет с тобой поговорить, и решил что это может быть интересно. Я любопытный человек! Ничего не могу с этим поделать!

— Ты знаешь, что делают с любопытными на Западе? — зловеще прошептала Милена.

— Убивают? — спокойно предположил Алан, но при этом побледнел прямо на глазах.

— Нет, — ласково улыбаясь, ответила Милена. — Поддерживая магически, публично сдирают кожу, намазывают её едкой кислотой, а затем наращивают сверху новую, оставляя страдать под палящим солнцем…

Алан судорожно сглотнул. Мне тоже стало не по себе. Да что это за страна вообще такая? Что за нравы?! И самое главное: как Милене в таких условиях удалось вырасти относительно нормальной?!

— В любом случае я не хотел сделать ничего плохого! — попытался оправдаться Алан. — Я просто подумал, что вы можете затевать что-то интересное! Я никому ничего не расскажу!

— Ты думаешь, мы тебе поверим?! — фыркнула Милена. — Ты вечно всё делаешь по-своему! Вот зачем ты отравил Симону?! Только не говори, что хотел помочь Олегу!

— Вообще-то так и было! — продолжил оправдываться Алан.

— Он говорит правду! — вступился за него я. — Он действительно пытался мне помочь!

— Зачем ему это нужно?! — Милена перевела непонимающий взгляд с Алана на меня. — Он же из Дома Войдов! Они всё делают только в своих интересах! У них нет чести!

— Кто бы говорил! — фыркнул в ответ Алан. — Твой отец вообще-то тоже не славится широтой души и мягкостью характера!

— Дело в том, что я спас Алану жизнь! — вклинился я, пока Милена не успела нанести Алану новые повреждения. — И не спрашивай как! Это наша с ним тайна! К тому же он не похож на свою семью! Он пишет прекрасные стихи!

— ОН?! СТИХИ?!!! — кажется, теперь Милена точно решила, что её разводят.

Ну разве я виноват, что вся наша история действительно звучит как тот ещё бред!

— И это тоже правда! — подтвердил мои слова Алан. — Я тебе обязательно почитаю потом! Но сейчас давайте не будем уклоняться от главной темы. Вообще-то Олег только что признался, что он из другого мира! А это, на секундочку, невозможно!

Тут они оба повернулись ко мне. В их глазах горел неподдельный интерес. Вот же блин, вспомнили!..

— Возможно! И я действительно из другого мира! Мы называем его Землёй! — устало принялся объяснять я. А что делать? Так просто эти настырные ребята от меня не отстанут! — Это очень хороший и большой мир! В чём-то он похож на ваш, но только упор сделан не на магию, а на технику. У нас очень много машин, есть даже летающие и подводные! Ещё мы полетели в космос! У нас есть телевидение и Интернет, благодаря которому мы можем общаться друг с другом и узнавать всё, что захотим!

Неожиданно я почувствовал, что впервые с прибытия в этот мир у меня есть маленькое преимущество. Я знал о существовании других миров! Я прожил в другом мире двадцать лет! И у меня действительно было что рассказать…

— Подожди, а почему вы решили не пользоваться магией? — тут же понял суть вопроса Алан. — Это же эффективнее! Или в вашем мире после использования волшебства наступает откат? Я слышал, на отдалённых островах Архипелага такое случается…

— Нет, дело не в этом, — покачал головой я. — Понимаете, в моём мире… На Земле нет магии.

— Как нет магии?! — в один голос воскликнули Алан и Милена, уставившись на меня в полном недоумении.

Хм, а я и не думал, каким удивительным миром им должна казаться Земля…

— Ну вот так получилось… — развёл руками я. — Всё как-то приходится делать самим! Но у нас есть легенды о разных волшебных событиях! Хотя я не уверен, что это правда…

В воздухе повисла тишина. Кажется, ребята пытались переварить полученную информацию. Давалось им это с трудом.

— Ох, такой истории я не ожидала! — наконец-то произнесла Милена. — Ладно волшебная разумная Книга — в такое я ещё готова поверить, но вот другой мир! Кажется бредом…

— А кто этот курьер или те ребята из магазина, Анатолий и Иванна, ты так и не понял? — спросил Алан. — Судя по твоему рассказу, они явно знают больше, чем говорят! К тому же очевидно, что они в курсе существования других миров! Значит, они могущественные!

— Понятия не имею! — ответил я. — Я ничего о них не слышал с момента, когда покинул Землю!

Тут в пустом классе раздался странный звук. Как будто что-то стучалось в окно. Это с учётом того, что мы находились на приличном расстоянии от земли!

Обернувшись, я увидел то, что увидеть уж точно не ожидал.

С внешней стороны окна завис маленький бумажный самолётик, сложенный из тетрадного листа в клеточку.

Так, секундочку!

Да это же земной самолётик, сделанный из листочка, вырванного из земной тетради!

Что за…???!!!

На трясущихся ногах я подбежал к окну и выглянул наружу.

Внизу, во дворе, переминаясь с ноги на ногу, стояла Иванна, дочь Анатолия из магазина на Земле!

Увидев меня, она улыбнулась и приветливо помахала, жестом предлагая мне спуститься.

Вот уж действительно неожиданный визит…

Глава 28

— Не может быть… — прошептал я. — Не может быть!!!

Заинтригованные моим необычным поведением, к окну тут же подошли Алан и Милена.

— Симпатичная девчонка! Но на вид, если честно, немного странновата! У таких в голове вечно витают всякие идеи типа Колодцев Броненсвига или большой и чистой любви! — вынес Алан свой вердикт через секунду. — А кто она? Я раньше её никогда в Академии не видел!

В чём-то Алан был прав — выглядела Иванна действительно немного странно. В её стройной фигуре сквозила какая-то нездешность, чуждость, словно она пришла откуда-то издалека и не принадлежала этому Миру. А ведь, в общем-то, так и есть… Надеюсь, что моё происхождение так в глаза не бросается!

— Потому что она не из Академии, — медленно произнёс я, всё ещё не веря своим глазам. — Это Иванна. Та самая дочь Анатолия, о которой я вам рассказывал.

Как я и ожидал, мои слова вызвали бурную реакцию.

— Это Иванна?! — Алан вплотную прильнул к стеклу. — Ух ты! Я представлял её страшненькой! С заячьей губой, например! В очках! А тут вполне себе ничего…

— Ты вечно судишь всех по внешности, верно? — прошипела Милена, сверля Алана недовольным взглядом. Хоть душить его больше не пытается — и то хорошо…

— О тебе нет! — моментально парировал Алан.

— Это почему ещё?! — вспыхнула Милена. — Считаешь, что я недостаточно красива?!

Я думал, что Алан начнёт выкручиваться, но нет, он даже не попытался юлить. Наоборот, он ответил с обезоруживающей искренностью. Всё время забываю, что если что-то он и умеет делать (кроме сочинения стихов!) — так это общаться! И если он не хочет ни с кем ссориться, то и разозлиться на него будет невозможно.

— Потому что бессмысленно. На вид ты довольна милая, это факт. Даже слишком! Словно пользуешься элитной эльфийской косметикой!

— Но?.. — поторопила его Милена.

— Но если узнать твою историю, переброситься с тобой парой фраз, то тут же любому адекватному человеку становится понятно, что ты совсем не та милая беззаботная девочка, какой кажешься на первый взгляд! Ты — сложная! С кучей закидонов! И опасная. А ведь по твоим блондинистым кудряшкам ничего из этого не скажешь!

Милена бросила на него оценивающий взгляд, словно пытаясь понять, оскорбление ли это, и нужно ли как-то реагировать. И, кажется, в этот раз она предпочла мир войне.

Тем временем Иванна снова махнула рукой, приглашая меня спускаться. Я понял, что я должен делать.

— Я пошёл к ней! — сказал я, направляясь к выходу.

— Точно уверен? — тут же на глазах посерьёзнел Алан. — Она ведь явно не простая девчонка! Понятия не имею, что она такое, но если ей и её папочке хватает сил отправлять людей между мирами, то она точно не человек! Может быть, нам стоит доложить о ней ректору? Возможно, он выделит нам охрану, и тогда…

Я бросил на Алана скептический взгляд. А я ведь совсем забыл, какой он боязливый невротик и избалованный папочкин сынок! Наверное, прожив всю жизнь в роскошном замке под охраной целого взвода отборных бойцов и под неусыпным надзором старших членов клана, включая тоталитарного папочку, другим вырасти было просто невозможно! Но вот я точно отсиживаться не буду! К тому же Иванна явно пришла не просто так! Вполне возможно, что она сможет мне чем-то помочь.

Может даже… Сердце предательски ёкнуло. Может быть она даже поможет мне вернуться домой!

Милена страха Алана тоже не разделяла.

— Слабак! — бросила она в его адрес и повернулась ко мне. — Я пойду с тобой!

— Может не надо? — удивлённо спросил я. — Вряд ли она пришла сделать что-то плохое. Скорее всего, мы просто поговорим и всё. Тебе там делать нечего…

— Это уж всяко лучше, чем сидеть здесь без дела! — бросила она не терпящим возражения тоном и походкой, которой бы позавидовал солдат на военном марше, отправилась в свою башню переодеваться.

Я проводил её долгим взглядом. Против её компании я не возражал. Более того, мне рядом с ней было хорошо. Не вызовись она сама, я бы сам, возможно позвал её с собой…

Через несколько минут мы вышли во внутренний двор Академии. Ночью выпал первый снег, а в воздухе стоял приятный морозец. В целом, немного прохладнее, чем в Москве в это время года, но всё равно неплохо.

Увидев нас, Иванна приветливо помахала рукой.

— Олег, привет! — крикнула она, и ветер подхватил её голос. — Рада тебя видеть!

Я уже прибавил шаг, чтобы быстрее к ней подойти, как вдруг меня резко остановила Милена.

— Осторожно! — скомандовала она, и я застыл, непонимающе глядя на неё. — С этой Иванной что-то не так! На улице мороз — а она в лёгком платье! И самое главное — за ночь намело много снега. А теперь посмотри на неё внимательно…

Милена была права. В отличие от нас, облачённых в тёплые осенние куртки Академии, Иванна действительно была одета очень легко, в летнее ситцевое платьице. И, судя по тому, как уверенно и спокойно она стояла, мороза она совсем не чувствовала!

А вот что Милена имела в виду, говоря про снег, я понял не сразу.

— Следы… Она не оставила следов!

Это было действительно так. Иванна стояла посреди усыпанной снегом площадки, но вокруг неё не было ни единого следа, лишь девственно чистый, нетронутый снег. Было решительно непонятно, как она вообще здесь очутилась. Не прилетела же! Хотя я бы не был в этом абсолютно уверен…

— Не бойся, я не иллюзия! И не желаю тебе ничего плохого! — рассмеялась она и сама зашагала по направлению ко мне. На этот раз нас снегу оставались следы. — Прекрасно выглядишь! Воздух Мира идёт тебе на пользу! Да и форма Академии тебе очень к лицу!

Милена презрительно фыркнула, выражая всё своё отношение к подобного рода комплиментам, и Иванна моментально обратила свой взор на неё.

— О, а ещё ты успел завести подружку! — улыбнулась она. — И какую симпатичную! К тому же могущественную волшебницу! Правда эти штучки на её руках серьёзно её ограничивают… Жаль! А то ведь такой потенциал!

Это было уже чересчур.

— Я ему не подружка! — рыкнула Милена. — Я и с браслетами могу показать тебе потенциал! Такой, что мало не покажется!

Лишь в последнюю секунду я успел ухватить Милену за край куртки. Иванна же лишь ухмыльнулась. Кажется, что угрозы Милены она не приняла всерьёз. На мой взгляд, большая ошибка. Я уже успел убедиться, что Милену Богард никогда нельзя недооценивать…

— Зачем ты пришла? — грубо спросил я Иванну.

Она пропустила мою грубость мимо ушей.

— Поговорить, — просто ответила она и добавила: — Наедине.

Я скорее не увидел, а почувствовал, как рядом напрягается Милена, готовая высказать всё, что она об этом думает, и поспешил её опередить.

— Я поговорю с ней наедине! Она ничего мне не сделает!

— Конечно, не сделаю! — кивнула Иванна. — Он слишком важен! У него большое будущее! Вы даже не представляете, насколько большое…

Милене это не понравилось, но в этот раз (о чудо!) она смогла себя сдержать. Кажется, даже Милена Богард умеет себя контролировать, когда это действительно необходимо…

Вдвоём с Иванной мы зашагали по просторным прогулочным дорожкам. Было довольно раннее утро, разгар занятий (которые я снова благополучно прогуливал), и весь огромный внутренний двор Академии, по сути огромный парк с лавочками, редкими деревьями и фонтанами, был в нашем распоряжении.

— Тебе не холодно? — спросил я Иванну, рассматривая лёгкое платьице, ничуть не скрывавшее, а даже скорее подчёркивающее её довольно привлекательную фигуру. А ведь в нашу первую встречу я был так увлечён разгадкой тайны Книги, что не заметил, насколько она красива!

— Олег, ты действительно хочешь поговорить об этом? — удивлённо распахнув лучистые глаза, поинтересовалась Иванна. — О платье? У тебя нет других проблем? Тогда да, я готова обсудить его с тобой! Его мне подарил папа. Редчайшая работа! Вышито Солнечными нитями лучшими мастерами Норда!

— Нет, не об этом! — остановил её я, пока она не успела окончательно погрузиться в разговоры о платьях. — Зачем ты здесь?

— Я хотела извиниться…

Я не выдержал и рассмеялся.

— Извиниться?! Право слово, не стоило так себя утруждать! Вы с отцом всего лишь вышвырнули меня с Земли, не удосужившись ничего объяснить! Подумаешь, какая мелочь!

Если быть до конца честным с самим собой, то Иванна действительно вроде бы была ни при чём. Отправил меня в этот мир её отец. Она же пыталась его остановить. Так что повода обвинять её у меня не было. Но она всё равно напоминала мне о довольно неприятном моменте из прошлой жизни, и я ничего не мог с собой поделать.

Наверное, она это понимала, потому что потупила глаза и спокойно сказала:

— Да, я понимаю, мы поступили ужасно. Прости нас за это! Но пойми, ты пришёл с Книгой, а она велела нам отправить тебя сюда, в Академию! Мы не могли не подчиниться!

— Не могли не подчиниться?! — резко бросил я, начиная закипать. — Да что ты говоришь! Всё вы могли! Только не захотели!

— Но ты ведь понимаешь, что это не так, верно? — спросила она, и наконец-то посмотрела мне в глаза. — Поступить не так, как хочет Книга, очень опасно! Никто точно не знает, что она такое, где и когда была создана, и на что именно способна. Есть только слухи. Настоящие легенды о временах таких давних, что ни в одном из миров не осталось ни единого живого существа, заставшего их. Одно лишь известно точно: Книга — часть самой Вселенной, воплощённая мудрость, обладающая немыслимой силой и собственным характером. Теоретически она способна на вещи, намного выходящие за пределы не только твоего, но и нашего с отцом понимания.

Я нехотя кивнул. Я понимал, о чём она говорит. Не знаю, что именно они увидели, заглянув в Книгу, но если я что-то и успел понять, так это то, что Книга невероятно могущественна, и если не выполнить то, что она от тебя хочет, то рано или поздно придётся очень об этом пожалеть…

— Ладно, проехали! — махнул рукой я. — Но если ты не можешь ничего рассказать о Книге, то может быть тогда хотя бы скажешь, кто вы с отцом такие?

Иванна обратила на меня самый удивлённый взгляд, какой только можно представить.

— Ты что, всё забыл? Папа же говорил тебе, что мы, наша семья, — посредники, помогающие различным силам взаимодействовать между собой…

— Хватит! Я это уже слышал! — оборвал я её. — Но кто вы такие? Волшебники?

В ответ Иванна рассмеялась.

— Нет, что ты! — продолжая улыбаться, произнесла она. — Мы… Сложно сказать, кто мы такие. Наша семья слишком необычна, и в каждом из миров нас называют по-разному. Да, мы умеем творить волшебство, но оно довольно нестандартно. Но самое главное, наше, если угодно, отличительное свойство — мы умеем путешествовать между мирами!

— Это я уже понял! И вышвыривать ничего не подозревающих людей в другие миры! — буркнул я, немного задетый её смехом. — А как именно это происходит? Через двери вроде той, через которую вы забросили меня сюда?

— Не только, — уклончиво ответила Иванна. — Иногда мы можем путешествовать и без них, сами по себе. Достаточно просто захотеть!

Именно этой фразы я и ждал.

— Тогда захоти и верни меня домой! — прокричал я, хватая Иванну за руку. — Я не хочу здесь больше находиться! Это не мой мир!! Не мой дом!!! На Земле у меня родители, друзья! А здесь… Здесь нет ничего!

Мгновение — и Иванна выскользнула из моих рук. Просто просочилась сквозь пальцы как дым или вода. Просочилась и застыла в нескольких шагах от меня. Ветер трепал её белые, почти седые волосы, а глаза были полны глубочайшей печали.

— К сожалению, я не могу это сделать… — медленно произнесла она. — Книга хочет, чтобы ты был здесь. Я не могу ослушаться…

Она говорила спокойно, но я не чувствовал, как сильно она напряжена и напугана. Перспектива быть наказанной Книгой пугала её до трясущихся коленей. А ведь я, так привыкнув к Книге, совсем упустил тот момент, что она может быть не только своевольной, но и жестокой.

— Но ты можешь хотя бы объяснить, зачем она отправила меня сюда? — уже спокойнее спросил я.

— Всё, что я знаю — она хочет, чтобы ты учился в Академии, — не глядя мне в глаза, начала отвечать Иванна. — Зачем ей это нужно… Ну это же Книга! Мудрейшее существо во Вселенной! Нам её не понять. Но папа думает, что она намерена каким-то образом использовать тебя в своих планах. А для этого ты должен освоить волшебную науку. Академия для этого — прекрасное место! Учить здесь действительно умеют. Пусть местные маги ничего не знают об истинном устройстве Вселенной, дать хорошие базовые знания они всё же способны…

— То есть её большой план заключается в том, чтобы обучить меня волшебству?! — я осклабился, не в силах сдержать переполнявшие меня эмоции. — Тогда должен сказать, что она полностью облажалась! Я же абсолютный ноль в волшебстве! Чему меня вообще можно научить?!

Иванна улыбнулась.

— В этом ты, мягко говоря, не прав…

Теперь пришла моя очередь смеяться. Только мой смех был совсем не весёлым.

— Не прав?! О, я как раз прав! Да что бы я ни делал, я ничего не могу сделать! Вообще ничего! Даже извлечь энергию из воздуха! Да надо мной уже смеются! Я оказался здесь только потому, что мне помогла Книга! Я кто угодно, но точно не волшебник! Я бесполезен!!!

Всё, что я держал в себе, что мучило меня на протяжении месяцев, вырвалось наружу. Я кричал как истеричка, топал ногами, жаловался, едва ли не рыдал…

Да, такое поведение нельзя назвать достойным мужчины. Мужчина не должен жаловаться, его удел — сцепить зубы и хладнокровно преодолевать все тяготы и лишения, выпавшие на его долю…

Я знал об этом и всегда старался соответствовать, но сегодня… Сегодня я не выдержал. Я обычный парень, оказавшийся в условиях, которых даже не мог представить! Я вообще не понимаю, что происходит, и что от меня хотят! И я терпел три месяца! Но сегодня мне нужно было выговориться…

Успокоился я также быстро, как и завёлся. Мне просто стало стыдно. Минута слабости миновала, и я снова был готов бороться. Только бы Иванна не начала меня жалеть…

Иванна меня жалеть даже не думала.

— Ты не бесполезен!!! — с невероятной энергией набросилась она на меня. — У тебя огромный потенциал! Тебя просто неправильно учили!!!

— Ага, конечно! — иронически усмехнулся я. — Всех, значит, правильно, а меня нет! Я один такой единственный и неповторимый! Хоть в цирке показывай!

— Всё потому, что ты из другого мира! — подпрыгивая от переполнявшей её энергии, прокричала Иванна мне прямо в ухо. — Слышишь ты меня или нет?! Ты устроен по-другому! Тебя нельзя учить как всех!

— И как же именно меня надо учить? — осторожно, боясь спугнуть, спросил я её.

Кажется, в её словах был смысл. Как же я хочу, чтобы она была права! И если это так… Тогда у меня появится шанс!

— Ты должен сосредоточиться не на местной энергии, а на энергии Земли! На той части, что ты принёс сюда с собой! — кивая в такт каждому своему слову, пояснила Иванна. — Эта энергия станет твоей основой! Она — ключ ко всему, чего ты можешь добиться!

— Сосредоточиться на энергии Земли? — не понял я. — Но как это сделать?!

Но Иванна меня уже не слышала. Её взгляд блуждал где-то далеко, в тех далях, что мне были недоступны. Казалось, что она слышит или видит что-то, чего больше никто не может видеть и слышать. Что-то предназначенное ей одной…

Тут её лицо наполнилось тревогой.

— Меня зовёт папа! Он не знает, что я здесь! — промямлила она, словно обычная девчонка, застигнутая за каким-то плохим занятием. — Он не должен узнать, что я здесь! Мне нужно идти! Надеюсь, что ты всё понял!

— Подожди! — крикнул я, пытаясь удержать её. — Зачем ты мне помогаешь?!

— Потому что это неправильно — оставить кого-то наедине с целым миром, — ответила она и улыбнулась на прощание.

Мгновение — и Иванна исчезла, просто растворившись в воздухе. Я остался один на один со своими мыслями. А подумать мне было над чем

Глава 29

— Ну? Что она сказала? — набросился на меня с вопросами Алан.

— Ну, не то чтобы много. В основном извинялась… — протянул я, делая большой глоток обжигающе вкусного местного аналога какао. На улице было прохладно, я успел замёрзнуть, и поэтому какао казалось ещё вкуснее, чем обычно.

— И что, всё?! — не поверила недоверчивая Милена. — Тебя не было двадцать минут. А ну быстро признавайся, что она тебе там наговорила!

Я сделал особенно большой глоток какао. Я ничего и не собирался скрывать. Во всяком случае, от этих двоих. Но перейти к самому важному почему-то оказалось очень непросто…

— Она сказала, Книга отправила меня сюда для учёбы в Академии…

— Это и гоблину понятно! — прервал меня нетерпеливый Алан. — Ты появился в Мире за день до Поступления в часе ходьбы от Академии! Ну конечно же это не случайность! Книга хотела, чтобы ты оказался здесь! Мне больше интересно, тот факт, что ты появился в нужнике — тоже её рук дело или случайность? Просто если это специально, то у меня куча вопросов…

Милена метко запустила в него подушкой. Причём не просто так, а перейдя на первый уровень Резерва. Бросок получился настолько сильный, что ничего не подозревающий Алан слетел с кресла, эпично упав на пол.

Я показал Милене большой палец. Иногда она просто читает мои мысли.

— А ещё она сказала, что если я хочу применять волшебство, то я должен освоить энергию моего родного мира, Земли. Что бы это ни значило…

Я, Алан и Милена сидели в комнате отдыха в башне парней-первокурсников. Девушки здесь были редкими гостьями, а уж такая девушка как Милена — и вовсе в первый раз! Вероятно, в последний. Что, наверное, и к лучшему.

Стоило ей появиться на пороге — и всех любопытных как ветром сдуло. Что ни говори, а репутация Милены, даже несмотря на ограничивающие её волшебную силу браслеты, шла намного впереди её. Никто не хотел попасть под горячую руку злой волшебницы с Запада. Хотя Оливер, конечно, пытался возражать, но и он быстро сдался, оставив комнату отдыха в наше полное распоряжение.

Сидеть здесь было куда приятнее, чем в спальне — уютные кресла, автоматически подстраивающиеся под контуры твоего тела, и ящики-самобранки будто бы были созданы для продолжительной беседы. Бояться того, что нас подслушают, тоже не приходилось. Оказывается, гостиная оборудована специальными чарами, окружающими говорящих, и не позволяющими никому постороннему подслушать их разговор.

Вот серьёзно — что ни говори, а некоторые изобретения этого мира было бы совсем неплохо применить на Земле! Даю слово — как только вернусь домой, тут же начну работать над подсмотренными здесь идеями! И неважно, что здесь они воплощены при помощи магии, а на Земле её нет! Я обязательно что-нибудь придумаю! Мне бы только вернуться…

— Как вообще можно почувствовать энергию другого мира?! — недоумённо произнёс Алан, откусывая кусок от огромного шоколадного кекса, только что выскочившего из ящика-самобранки. Запивал его он, разумеется, своим любимым напитком — янтарным вином, бутылку которого он вытащил из своих бесконечных запасов. — Это же нереально! Если другие миры вообще существуют…

— Эй, если их не существует, то откуда тогда, по-твоему, появился я? — недовольно поинтересовался у него я. — Думаешь, я вру?!!!

— Да нет, не думаю… — неопределённо протянул Алан, делая большой глоток прямо из бутылки. Несмотря на аристократическое происхождение, бокалы он категорически не признавал. — Но и варианта, что ты сумасшедший или просто заблуждаешься исключать тоже нельзя! Подумать только, мир без магии, в котором люди летают по небу на крылатых машинах! Такое может выдумать только сумасшедший!

— Напомни, зачем я вообще тебя терплю? — буркнул я ему в ответ.

Вопрос был риторическим. Честно говоря, ответа на него я и сам не знал. Наверное, тот совместный ужин в Смотровой башне раскрыл мне глаза на истинный характер Алана, куда более приятный, чем тот, что он демонстрировал обычно. К тому же он, отравив Симону, спас мне жизнь! И пусть он узнал мой секрет случайно, подслушав мой разговор с Миленой, я об этом не жалел. Рассказывать мою тайну он никому не спешил. К тому же с ним было веселее. Да и его здоровый (а иногда и немного нездоровый) цинизм был весьма кстати. Хорошая штука — цинизм. Позволяет проще смотреть на вещи и не париться по пустякам.

— Потому что я обаятельный и разбираюсь в вине! — ответил Алан, лениво откидываясь на спинку кресла. — Ну и мама всегда, говорила, что у меня очень красивые глаза! А ещё у меня есть родинка в форме щеночка! Могу показать! Будете одними из немногих избранных, кто её видел! Сами понимаете, она в довольно интересном месте…

— Обаятельный! — презрительно фыркнула Милена. — Дырка от бублика — и та обаятельнее! Будешь ещё такие вещи предлагать — я сделаю так, что эту родинку никто никогда больше не увидит!

Да уж, если я легко принял Алана, то Милене это давалось намного труднее. Точнее не давалось вообще. Алан, как, собственно, и все остальные, был для неё чужаком, которого она не подпускала к себе и на пушечный выстрел. Это и не удивительно — за свою жизнь она видела очень малой искренней человеческой доброты, а вот зла, грубости и предательства — намного, намного больше. С такими исходными данными первому встречному доверять точно не станешь! Сказать откровенно, она и мне не слишком-то доверяла. Если бы не моя неловкая попытка её защитить, закончившаяся внезапным вызовом Симоны на дуэль, то очень маловероятно, что я бы мог рассчитывать получить от неё что-то большее, чем холодный, полный презрения взгляд…

— Ну ладно-ладно, погорячился! — улыбнулся Алан. — Просто подумал, а вдруг вам будет интересно…

Несмотря на натянутые отношения, Алан даже не думал на неё обижаться. Пусть у него было огромное эго, требующее постоянного восхищения, мелкие подколки он легко пропускал мимо ушей. Как я понял, в своей большой семье он был едва ли не самым младшим. А младшим, как известно, вечно достаётся от старших, даже если твоя семья — одна из самых влиятельных во всём мире! Так что не обращать внимания на разного рода подколки учишься очень быстро…

— Ладно, ребята, давайте вернёмся к сути вопроса! — завершил я их споры. — У нас есть что обсудить…

Что действительно было важно в Милене — помимо непокорного характера она была ещё и обладательницей крайне острого ума. Который она не стеснялась пускать в ход. Кроме тех частых ситуаций, когда ей было решительно наплевать на окружающих, разумеется…

— Теоретически почувствовать энергию другого мира, особенно если он — твой родной, возможно! — высказала она своё мнение. — Это работает примерно как Узор-Ориентир…

— Узор-Ориентир? Это как? — уставились на неё мы с Аланом.

В отличие от наследника Дома Войдов, Милена не подвергала сомнению тот факт, что я прибыл из другого мира. Мне кажется, главную роль в этом сыграло то, что она фактически выросла в богатейшей библиотеке своего отца, поглощая одну книгу о волшебстве за другой. Благодаря этому она разбиралась в вещах, о которых мы (особенно я!) даже не слышали! Или хотя бы допускала возможность существования чего-то такого, что человек, не столь искушённый в волшебстве, не мог и представить…

— Этот Узор обычно используют для ориентирования на местности. Например, когда ты заблудился, а в какой стороне находится дом, не знаешь. Узор выводит тебя в место, с которым у тебя есть сильная эмоциональная связь…

— Ну и как мне почувствовать эту самую эмоциональную связь? — непонимающе переспросил я. — Что это вообще такое, «сильная эмоциональная связь»? Это же может быть что угодно!

— Гарпия его знает! — пожала плечами Милена. — Каждый раз, когда я дочитывала до такой ерунды с эмоциями, то тут же переворачивала страницу! На Западе не принято тратить время на такую блажь, как чувства! У нас всё проще — убивай или будешь убитым!

Я удивлённо посмотрел на Милену. Очередная её странность! Понятно, почему все её так боятся! Хотя я скорее чувствую не страх, а жалость…

— У тебя с собой есть вещи из твоего мира? — неожиданно спросил меня Алан.

— Что?! — не понял я. — Это-то тут при чём?!

— Ну, обычно связь, особенно эмоциональная, возникает, когда смотришь на какие-то вещи, связывающие тебя с кем-то… или чем-то… — потупившись, пояснил Алан. — Так что если ты окружишь себя вещами с Земли — может, что-то и получится…

— А ты-то откуда разбираешься в чувствах?! — вытаращилась на него Милена. — Ты же бесчувственное бревно, неспособное ни на что, кроме самовосхваления!

— Да уж получше тебя, Королева Тьмы! — рявкнул в ответ Алан. — Я хотя бы не кромсал людей на куски, скармливая их затем плотоядным псам! Да-да, я наслышан про твои похождения на Западе! Славные были времена, не правда ли?!

Дальнейшую их перебранку я уже не слушал.

Поднявшись в спальню, я вытащил из тайной ниши под кроватью рюкзак, который я принёс сюда с Земли. В нём были все самые ценные для меня вещи за исключением Книги, которую я всегда носил с собой.

По возвращению я застал очень интересную картину. Красный как рак Алан, страдальчески постанывая, возлежал на диване. Под его глазом красовался прекрасный налитой фингал. Улыбающаяся Милена же с удовольствием попивала чай, не без наслаждения оглядывая результат своей работы.

— Ну вы и даёте, конечно… — протянул я.

Вот уж не ожидал, что они устроят что-то подобное! Вечно забываю, что нравы тут отличаются от земных! К тому же поведение Милены невозможно предсказать даже теоретически!..

— Это ерунда! Всего лишь глаз! Хотела бы проблем — сломала бы ему руку! — успокоила меня Милена. — Ты принёс вещи?

Я кивнул и молча вывалил перед ними содержимое рюкзака.

Надо было видеть их лица! Целая гамма эмоций пронеслась по ним всего за пару секунд. Недоверие, удивление, а затем настоящее, всепоглощающее любопытство!

— Это что? — ткнул пальцем в первый попавшийся предмет Алан.

— Карточка метро, — ответил я и тут же пояснил: — Билет в подземную карету.

— А зачем нужна подземная карета? — непонимающе уставился на меня Алан. — Спускаться под землю — это же страшно!

— Вовсе нет! — улыбнулся я. — В метро светло. И так намного быстрее! Помогает избежать пробок!

— Избежать чего?! — снова не понял Алан, но я не успел ответить. Моего внимания потребовала Милена.

— А это? — Милена потрясла перед моим носом зажигалкой.

— Огниво, — ответил я, незаметно пряча выпавшую вместе с другими вещами пачку презервативов. Хорошо, что ребята её не заметили! Не хотелось бы краснеть, пытаясь объяснить им их назначение!..

Самое большое любопытство у них ожидаемо вызвал мобильный телефон. Не самый лучший, китайский, он, однако, показался Алану и Милене настоящим технологическим чудом. Что и не удивительно — сколько-нибудь сложной техники им раньше видеть не доводилось…

— Слушай, а давай применим к нему копирующий Узор, а? — спросил меня Алан, зачарованно вертя телефон в руках.

— Что? Зачем? — опешил я.

— Наделаем копий и продадим! — уверенно заявил Алан, и я понял, что как бы громко он не называл себя поэтом, многие поколения предков-торговцев списать со счетов так просто не получится! — Такой ерунды никто здесь не видел! Да они в очередь выстроятся, лишь бы прикупить себе такой! Или тебе что, деньги не нужны?

Этот местный Стив Джобс не уставал меня удивлять! Как ему вообще такие идеи в голову приходят?! Он же во всём видит исключительно коммерческую выгоду! Впрочем, в этот раз его предложение выглядит даже логичным. Деньги, разумеется, мне были нужны, но я пока что отодвинул мысли о наживе в сторону. Моя приоритетная задача сейчас — нащупать энергетическую связь с Землёй. Всё остальное может и подождать…

Окружив себя вещами, я уселся на диван у уютно потрескивающего камина. Закрыл глаза. Попытался сосредоточиться на энергии этих вещей, на их земной природе. Минута, две, три… Ничего не происходило!

— Не работает! — сквозь зубы разочарованно прошипел я.

— Конечно не работает! — резко бросила Милена. — Ты что, думаешь, это так легко происходит?! Волшебство вообще не даётся так просто! Оно постигается через кровь и боль! А не за пару минут!

— Что, опять через кровь и боль?! — вздрогнул я, вспомнив, ценой каких мучений я умудрился за два дня достигнуть первого уровня Резерва. Мне даже на секунду показалось, что Милена сейчас предложит повторить так хорошо себя зарекомендовавшую тактику с Чёрными плетьми…

— Не поможет! — качнула она головой. — Для того, чтобы почувствовать связь с энергией Земли, ты должен сосредоточиться. Боль в этом обычно не помогает.

— Сосредоточиться! Легко сказать! — фыркнул я в ответ. — Да всё, о чём я могу думать — завтрашняя Аттестация! Если у меня ничего не получится, то всё, я вылечу отсюда со свистом! И прощай возвращение на Землю! Даже Книга откажется мне помогать — слабак, вылетевший из Академии спустя два месяца ей на фиг не сдался!

Я ожидал, что Алан и Милена (или хотя бы Милена) меня поддержат, но внезапно Милена вскочила со своего места, и не успел я ничего сообразить, как она, вплотную ко мне придвинувшись, прошептала на ухо:

— Бедный несчастный маленький мальчик! Провалит экзамен и не попадёт домой! Как страшно! А ты не думал, какие последствия ждут меня?! После Клеймения, без магии, меня растерзают на части! Отымеют сразу целой толпой! Но это же мелочь по сравнению с твоей несчастной судьбой! Самая настоящая ерунда!

Не дав мне ответить, она развернулась и умчалась прочь.

— Что это было? — спросил я у Алана. — Я же ей ничего не сделал!

— Девчонки… — философски изрёк Алан, протягивая мне бутылку. — Но в общем-то её можно понять. Ты умудрился её разозлить. От Аттестации зависит её судьба, но мы весь день носимся с тобой и твоими проблемами, а на её проблемы положили большой и толстый… магический посох. В общем, смирись! У тебя есть хотя бы шанс избежать Клеймения, а у неё такого шанса даже не предвидится.

Только сейчас я понял, что действительно вёл себя как эгоистичный мудак! Ведь действительно, весь день все разговоры были только обо мне! При первой же встрече нужно будет извиниться перед Миленой!

— Ладно, в общем, я пошёл! — сказал Алан, вставая, и нетрезвой походкой направляясь к выходу. — Всё-таки поздно уже. А завтра типа рано вставать! Нет ничего лучше, чем допивать вино в собственной постели…

— Ты что, совсем не волнуешься? — завистливо спросил я.

— А чего волноваться? — удивлённо спросил он. — Я же всё равно всё сдам! Ну а если не сдам, то вернусь домой! Ну или стану странствующим поэтом, если наконец на это решусь…

Выдав эту вдохновляющую фразу, он, покачиваясь, зашагал вверх по лестнице.

Я же вернулся к разложенным передо мной вещам. Вот они, те единственные ниточки, что связывают меня с родным домом. Самые обыкновенные, ничем не примечательные вещи, внезапно ставшие моим последним шансом снова оказаться на Земле и обнять маму. Да уж, никогда не думал, что с такой любовью и надеждой буду смотреть на забавный брелок со смурфиком, подаренный бывшей девушкой, или старый потёртый кошелёк. Но если я что-то и успел понять за последние несколько месяцев, так это что жизнь непредсказуема и случиться может что угодно. А уж если случилось, то нужно попытаться сделать что угодно, чтобы всё исправить.

Я вздохнул и склонился над вещами. У меня впереди было много работы. И в этот раз стоящая передо мной задача действительно была амбициозной. Я должен был за одну ночь разбудить в себе волшебный дар. Вот уж действительно — у меня настоящая тяга к достижению недостижимого!

Глава 30

Были в вашей жизни ситуации, когда вы тянули подготовку к экзамену до последнего, а потом садились и, совершив огромное усилие, за одну ночь выучивали материал за целый семестр? Самое обидное: каждый раз оказывалось, что, предмет, от которого ты на протяжении нескольких месяцев прятался как от чумного, на самом деле был не таким уж и сложным! Нужно было только немного постараться, посидеть ночку над учебниками, и результат не заставил себя ждать!

Если вы были студентом, то я уверен, что вам эта история знакома!

Так вот, в этот раз всё было совсем не так.

Я провёл в окружении принесённых мною с Земли предметов всю ночь. Я раскладывал их в различном порядке, трогал, тёр, пытался представить связанные с ними воспоминания… Я делал всё возможное, отчаянно пытаясь почувствовать хоть что-то, хоть какой-то намёк на пресловутую энергию Земли…

Но всё, что мне удалось почувствовать — это ломоту в спине и сильнейшую мигрень. Если я и сумел добиться хоть какого-то результата, то он был настолько мал, что я его просто не заметил.

Заснул я только под утро, прямо в гостиной, склонившись над разложенными передо мной предметами.

Разбудил меня резкий щелчок по уху.

— Эй, салага, а ты часом не охренел?! — прорычал мне прямо в ухо мерзкий голос.

Спросонья я случайно перешёл на первый уровень Резерва и, резко дёрнувшись, нечаянно уронил склонившегося надо мной Грега, нашего куратора-второкурсника, на пол.

— Эй, первак, поосторожнее! — прокряхтел он, потирая ушибленное плечо. — Дать бы тебе хорошего леща, ну да ладно. Судя по тому, что про тебя рассказывают, тебе осталось учиться часа два, не больше! Магии-то в тебе меньше, чем в копье для драконоборчества…

— Прости… — смущённо пробормотал я в ответ, пытаясь размять затёкшие за ночь мышцы. В самом деле, неловко вышло! Всё-таки Грег мне ничего не сделал. Хотя, если быть честным, давно хотелось ему врезать! Всё-таки уж слишком хамски он со всеми обращается. — Кстати, а ты что здесь делаешь?

— Да вот, зашёл к вам пожрать! — осклабившись, пояснил Грег. — Вас, мелких гоблинов, кормят прямо на убой! Куда лучше, чем в нашей башне! Хотя я может просто зажрался…

— Ну да, кормят нас действительно неплохо! Нам с ребятами нравится! — рассеянно ответил я, быстро сгребая в сумку все земные вещи, выстроившиеся передо мной рядком. Мне совсем не улыбалась перспектива объяснять Грегу назначение, например, сотового телефона. — Кстати, а где ребята?! Где вообще все?!

Только сейчас я заметил, что кухня и гостиная были совершенно пусты. А ведь, судя по свету, пробивающемуся сквозь окно, уже утро. А утром гостиная просто кишит опаздывающими на занятия первокурсниками…

— Так все уже ушли! Аттестация же! — хохотнул Грег, доставая из ящика-самобранки внушительных размеров окорок. — Я сюда не только пожрать заглянул, но и чтобы вас проверить! Чтоб никто не прогулял! Только ты остался, да ещё Войд наверху дрых. Ну того я уже погнал на Аттестацию, а тебя решил сам разбудить…

Я взглянул на часы. Девять часов десять минут.

Не может быть! Я проспал на самый важный экзамен в своей жизни!

Под аккомпанемент в виде мерзкого хохота Грега, откровенно получающего удовольствие от моих судорожных попыток всё успеть, я, на ходу поправляя мятую одежду, бросился к выходу.

— Беги, первак, беги! — прокричал Грег мне в спину, случайно процитировав один очень знаменитый земной фильм. Эх, а всё-таки Форесту было проще, чем мне! Он бегал для удовольствия и остановился, как только этого захотел. Я же, увы, не выбирал, что мне делать…

По Академии я не просто бежал, я летел на пределе возможностей первого уровня Резерва! Никогда в жизни я никуда так сильно не спешил! Я даже едва случайно не сбил куда-то спешащего по своим делам Довиника Бреджика.

— Простите пожалуйста! — прокричал я, глядя на то, как Мастер-Алхимик поправляет растрепавшиеся волосы, ещё мгновение назад уложенные в идеальную причёску. — Вопрос жизни и смерти!

Но даже скорость Флэша не спасла меня от сурового взгляда Агнессы, когда я появился в Холле.

— Власов, вы опоздали! — рявкнула она своим голосом циркулярной пилы, обводя взглядом выстроившихся в шеренгу первокурсников. — Мало того, что вы отстаёте в учёбе, так ещё и опаздываете! Вам просто повезло, что ректор был занят, и просто не сумел начать Аттестацию в обозначенное время!

— Правда?! Это же замечательно! — не подумав, ляпнул я, и тут же был вознаграждён таким взглядом Агнессы, что волосы зашевелились не только на голове, но и в других местах, о которых в приличном обществе обычно не говорят.

— Не смейте дерзить!!! — взвизгнула она, моментально перейдя на частоту, доступную разве что только собакам. — На Аттестацию пойдёте последним! Сразу за Богард! Она, видите ли, тоже не хотела приходить…

— Ну, это я уж как-нибудь переживу… — пробормотал я, но в этот раз тихо, себе под нос.

Но я мог произнести это так громко, как хотелось — Агнесса, решив, что подготовка завершена, уже скрылась в экзаменационном кабинете.

Я оглядел толпу мандражирующих однокурсников. Ух, какое же тут напряжение! Вот уж точно хоть ножом режь! Все волнуются, а ведь у них, в отличие от меня и Милены, с волшебством полный порядок и выполнить все поставленные задачи им точно труда не составит!

Кстати о Милене…

Как и сказала Агнесса, в очереди в экзаменационный кабинет она была предпоследней, и стояла передо мной.

Выглядела она не так, как обычно. Бледная, невыспавшаяся, с нечёсаными волосами, клочьями свисающими на лицо, она по-прежнему была привлекательна, но теперь, глядя на неё, я понимал, что все слухи о её прежней жизни на Западе были небеспочвенны. Она больше не была просто милой девушкой с обложки молодёжного журнала. Нет, теперь, когда лоск был утрачен, в её облике проступила та мрачная опасность, что до этого скрывалась за румянцем, косметикой и тщательно расчёсанными волосами. Королева Тьмы, не иначе…

— Привет! — шепнул я ей. — Насчёт вчерашнего… Прости меня, пожалуйста. Я не думал, что могу тебя задеть! К тому же у меня так ничего и не получилось…

Ответом мне было презрительное фырканье.

— Задел?! Нет, ты меня не задел! Ты меня разозлил! — рявкнула Милена таким громким шёпотом, что стоящие у стены рыцарские латы зашатались, норовя грохнуться на пол, а стоящие в очереди ребята повернулись в нашу сторону. — Я тратила своё время, надеясь, что, помогая тебе, тоже смогу найти выход! А в ответ получила только стоны и эгоизм! Хватит! Сближаться с людьми — это явно не моё!!!

Выдав такую эмоциональную тираду, она, каждым своим движением выражая максимально возможное отвращение к моей скромной персоне, отвернулась, оставив меня тихо обтекать от недоумения.

У меня был готов миллион возражений на её претензии, я видел логические дыры в её позиции и уже готов был ими поделиться, когда увидел, что стоящий немного впереди Алан, рискуя получить травму шеи, истово мотает головой.

— Не надо! Девчонки… — прочитал я по его губам. — Особенно эта…

Может и действительно не надо. Всё-таки Алан, несмотря на свой несладкий характер и снобистское поведение, что-то понимает в людях. Умудряется же он их как-то к себе располагать…

Тут из дверей экзаменационного кабинета появился Георг, Мастер-Хранитель Академии. Как всегда грозный и бородатый, закованный в броню, он одним своим видом внушал страх и уважение. С его ролью в Академии я до конца не разобрался, но, насколько понимаю, в его обязанности входит обеспечение безопасности Академии и надзор за студентами, то и дело норовящими нарушить какой-нибудь закон Волшебного мира или устроить маленькое стихийное бедствие…

— Первые трое — в кабинет! — скомандовал он. — Шагом марш!

Стоящие в очереди первые трое ребят (разумеется, это были Оливер, Анжелика и Гидеон) со скорбными лицами неуверенно последовали за ним, скрывшись за тяжёлыми дверями кабинета.

Ко мне тут же подсел Алан.

— Ну что, ты как? — принялся болтать он так беспечно, словно ни Аттестации, ни мандражирующих однокурсников, ни каких-либо проблем в мире просто не существовало. — Получилось почувствовать? Ну ты сам знаешь что?

— Нет! — покачал головой я. — Вообще ничего. Также глухо, как и было…

— Печально… — протянул он, и в его голосе я услышал искреннее сожаление. — Слушай, не хотел тебе говорить, но есть один вариант!

Я удивлённо на него посмотрел. Неужели это шанс? Вовремя! В приключенческих романах примерно в такой момент абсолютного отчаяния и появляется последняя надежда!

Но Алан не был бы Аланом, если бы он меня не разочаровал.

— Это, конечно, секрет, — понизив голос, загадочным шёпотом прошептал он, — но иногда, когда у моего отца всё не очень гладко складывается с его делами, то он отправляет своих людей разобраться с теми, кто ему мешает…

— Ты что, предлагаешь мне убить преподавателей?! — воскликнул я, чем снова привлёк внимание однокурсников. Нет, нравы, разница менталитетов, я всё понимаю, но всерьёз предлагать такое!.. Да это даже для Алана чересчур!

— Всё хорошо! Мы просто обсуждаем новый фантастический роман! — повысив голос, попытался успокоить ребят Алан, а затем, склонился ко мне, сделав голос ещё ниже. — Говори тише! Всё же не русалочью икру обсуждаем! Кстати, если захочешь, могу и её раздобыть… В общем, никакого убийства я тебе, естественно, не предлагаю! В целом идея, конечно, здравая. Но убить их у нас не получится. Слишком могущественны, да и времени уже мало… Нет, я говорю про двигатель торговли!

— Рекламу? — удивлённо уставился на него я.

Очередной сюрприз! Не думал, что в Мире рекламу называют также, как и на Земле! К тому же я её здесь почти и не видел. Во всяком случае не в том виде, в котором привык видеть её на Земле.

— Ну конечно же нет! Взятку! — ошарашил меня Алан и тут же выдал гениальную аналогию: — Она же как масло! Чем больше намажешь — тем легче поедешь! Главное не скупиться и сразу давать с запасом, чтобы уж наверняка хватило! У тебя есть деньги?

— Ты же прекрасно знаешь, что нет! — начиная злиться, процедил я сквозь зубы.

— Жаль! У мужчины должны быть деньги! — вздохнул Алан. Кажется, то обстоятельство, что я попал в этот мир недавно, и вообще без средств к существованию, его нисколько не беспокоил. — Ну в любом случае у меня есть накопления. Довольно неплохие! Могу поделиться! Если аккуратно подойдёшь и сумеешь найти правильные слова, то может получиться…

Дальше я его уже не слушал. Что бы он ни говорил, какие бы фантастические теории ни строил, я твёрдо знал, что мне ничего не поможет. Единственное, что действительно могло меня спасти от Аттестации и дальнейшего Клеймения и следующего за ним позора — внезапно прорезавшийся волшебный дар. Но я прекрасно понимал, что стать волшебником за оставшиеся несколько минут я уже не сумею. А значит, шансов на успех у меня, в принципе, совсем нет…

Да уж, стоило пережить дуэль с Симоной (пусть не состоявшуюся, но всё же!), в рекордные сроки освоить первый уровень Резерва и всё равно вылететь из Академии, так толком и не успев ничему научиться…

Я окончательно потерял всякую надежду. От нечего делать, всё также ожидая неминуемого скорого конца, я, под аккомпанемент суматошного бормотания Алана, всё также увлечённо продолжающего строить теории одна другой завиральнее, начал оглядывать однокурсников.

Атмосфера каким-то непостижимым образом умудрилась стать ещё более нервной, чем была! Сейчас она была примерно такая же, как и в моём родном университете на Земле. Студенты отчаянно повторяли конспекты, задавали друг другу вопросы, пытаясь выявить пробелы в знаниях.

Кто-то же (и это было главное отличие от моего земного университета!) практиковался в практическом волшебстве. Умели мои однокурсники пока немного, но, тем не менее, то тут то там по холлу проносился лёгкий ветерок, в воздухе рассыпались искры и били столбы огня, а иногда с потолка сам по себе начинал идти дождь или сыпаться снег. Вроде бы простые, как я успел понять, чудеса, но я даже на такое не мог рассчитывать…

Не улучшали ситуацию и призраки, то и дело мелькавшие в наших рядах. Молчаливые серые тени, они скользили между нервничающими студентами, создавая ещё более напряжённую атмосферу. Живые движущиеся напоминания о неминуемой смерти, как-никак — такие одним своим присутствием умудрялись делать томительное ожидание более томительным!

Да, успокоиться у меня точно не получится! Может вообще не стоит идти на Аттестацию? Какой в этом смысл? Я всё равно знаю, что произойдёт! Просто сэкономлю всем время, да и себя уберегу от дополнительного позора…

Кажется, не нервничали только Алан, всё также продолжающий увлечённо болтать сам с собой, и Милена, одиноко сидящая в углу вдали ото всех и сверкающая оттуда затравленным холодным взглядом загнанной, но всё ещё гордой волчицы. Лицо её было мрачным, но в целом она была спокойна, а в глазах мелькали привычные опасные огоньки. Вот уж кто точно не собирается сдаваться без боя! Уверен, что даже если она провалится (а всё действительно идёт к тому), она провалится так, что в Академии ещё столетиями будут слагать о ней легенды!

Тут она бросила на меня быстрый колючий взгляд, и мне стало стыдно. Она ничего не боится, а я тут сижу и размышляю о том, как бы тихонько сбежать от позора… Мышление труса! Ну уж нет, раз Милена не сдаётся, то и я сдаваться не намерен!

Я запихнул руку в сумку и нащупал корешок Книги. Ну же, помоги мне! Я знаю, что ты меня слышишь! Знаю, что ты можешь помочь! Не бросай меня сейчас! Не оставляй одного! Ты же направила меня сюда учиться! Так дай мне учиться! Просто помоги!

Но Книга молчала. Более того, может, я был чересчур взвинчен, но мне показалось, что я чувствую идущий от неё слабый эмоциональный импульс. Она решительно не хотела мне помогать. Это было испытание, которое я, по её мнению, должен был пройти самостоятельно.

Последняя надежда была утрачена, и я, пытаясь хоть как-то совладать с волнением, принялся разглядывать холл.

Мне приходилось здесь бывать не так много, и поэтому я почти не знал это место. Посмотреть было на что. Холл был украшен множеством старинных картин, многие из которых были живыми (привет, Гарри Поттер!), рыцарскими доспехами, коллекционным оружием, висящим на стенах, копиями магических посохов великих магов прошлого, скрытых за прозрачными витринами…

Но снова и снова мой взгляд обращался к начертанному на стене Знаку. Пусть уже и прошло довольно много времени, вывести его со стены никому так и не удалось. Ни Агнессе, ни Маллою, ни даже Деронду Деру! Понять, что он означает, насколько мне известно, тоже не получилось. Вот уж действительно тайна!

Что-то с этим Знаком было не так. Чем-то его острые углы меня манили и звали. Что-то он во мне будил. Какие-то странные, путаные и чужеродные мысли возникали в моей голове при взгляде на него…

— Олег! Власов! — раздался у меня над самым ухом требовательный визг Агнессы. — Вы что, заснули?! Ваша очередь!

Я интенсивно заморгал, пытаясь избавиться от непривычной задумчивости. В холле никого больше не было. Ни Алана, ни Милены, ни других студентов. Только я и Агнесса.

Ничего себе! Вот это я залип!

— Простите! — пробормотал я, вскакивая с лавочки, на которой, не вставая, просидел несколько часов. — Задумался…

Я был приговорённым к смерти, а Аттестация — моей виселицей. Исход был один. И я готовился встретить его с гордо поднятой головой.

Не ожидая ничего хорошего, я вошёл в экзаменационный класс.

Глава 31

Экзаменационный класс был скорее не классом, а большим залом, ярко освещённым волшебными парящими в воздухе лампами. Это было одной из особенностей Академии — все помещения здесь были больше, чем могло показаться снаружи. Казалось бы, куда уж больше, Академия — и так могла сойти за средних размеров город! Но нет, у волшебников свой, совершенно особый аппетит на квадратные метры. Явно не обошлось без пространственных Узоров!

Несмотря на свои внушительные размеры, зал был полностью пуст, если не считать три длинных стола у дальней стены.

— Прошу вас, подойдите к нам! — прогремел голос Деронда Деру, и я, превозмогая дрожь в коленях, двинулся к ним.

За каждым из трёх столов сидели по три преподавателя.

У одного из них, во главе которого восседали мастер Аттенборг, наш преподаватель зоологии, Мастер-Лингвист Вигорус Рамси и неизвестная мне молодая девушка невероятной красоты, краснея и бледнея, пытался создать контролируемый столб огня Дэн.

Второй стол выглядел так, будто побывал в эпицентре боевых действий. Края обожжены, поверхность прожжена кислотой, правый угол превращён в шевелящуюся желеобразную массу — тут точно умудрился поработать кто-то из незадачливых студентов! Но внешний вид стола совсем не тревожил восседающих за ним Георга, Довиника Бреджика и Агнессу Бортельд.

Хотя насчёт последней я, пожалуй, погорячился. Судя по её наморщенному носику, она едва сдерживалась, чтобы не устранить последствия волшебства своих учеников. Останавливало её лишь уважение к коллегам и застывшая напротив них студентка, отчаянно пытающаяся сотворить хоть сколько-нибудь уместное волшебство.

Этой студенткой была Милена. И дела у неё шли совсем не так хорошо, как я надеялся…

Судя по всему, ей дали задание создать воздушную манипуляцию — несколько летающих в воздухе разноцветных прозрачных шаров. Несмотря на кажущуюся простоту, этот Узор на занятиях по стихийной магии не дался почти никому, кроме разве что Гидеона. Уверен, что, сними они с Милены браслеты, то сейчас я был бы свидетелем по-настоящему выдающегося волшебства, совершаемого с очевидной лёгкостью и свойственной жительнице Запада пренебрежением. Но, закованная в браслеты, Милена справлялась с этим далеко не простым заданием из рук вон плохо.

Шары перед ней отказывались подниматься в воздух и, лёжа на столе, лишь слегка подрагивали, безуспешно пытаясь подняться в воздух. Уже хорошо, что она вообще сумела придать им материальную форму!

— Так, с этим всё понятно! — проскрежетала Агнесса, презрительно кривясь и делая какие-то отметки в лежащем перед ней блокноте. — Прискорбно! Воздушные иллюзии совсем не ваш конёк! Учитывая вашу славу, мы были в праве ожидать большего! Попробуем что-нибудь более практическое. Будьте добры, продемонстрируйте нам, хотя бы на самом базовом уровне, ваше владение электрической энергией. Или, если вам так будет удобнее, молниями.

Милена бросила на меня полный отчаяния взгляд, но тут же отвела глаза. Я вспомнил, как на Поступлении она, ещё не переступив порога Академии, играючи создала несколько крайне опасных на вид молний. Но сегодня это задание явно казалось ей невыполнимым…

— Не торопитесь, Власов! — недовольно прогремел голос ректора. — Мы все можем подождать, пока вы вдоволь наглядитесь на вашу подружку! Нам совсем некуда спешить!

Только сейчас я перевёл взгляд на преподавателей, восседающих за единственным свободным, третьим, столом, и мой желудок тут же сжался до размера напёрстка.

Во главе стола восседал, как не сложно догадаться, сам ректор Академии Деронд Деру. Как обычно мягкий и доброжелательный, он строго, но по-отечески тепло мне улыбался. Ни дать ни взять старый опытный наставник! Но больше его внешность не могла меня обмануть. Я понимал, что улыбка по большей части напускная, и никаких поблажек от него ждать не стоит. И если мне нечего будет показать, то он не оставит меня ни при каких условиях…

А рядом с ним… Рядом с ним, ехидно улыбаясь и сжимая в руках извечную чашку с кофе, примостился Юджин Маллой! Вот уж точно неприятный сюрприз! Худший из возможных! Уж если кто-то из преподавателей и относится ко мне предвзято, то это он! Сколько раз он позволял себе довольно резкие высказывания в мой адрес! Он точно не упустит свой шанс хорошенько мне досадить!

Я перевёл взгляд на третьего преподавателя и почувствовал, как на сердце становится немного теплее. Третьим преподавателем был Тодеус Буллус! Вот уж кого точно не ожидал увидеть! Мне казалось, что он держится в стороне от остальных преподавателей. Да и вообще, его работа не связана непосредственно с волшебством! Он же тренер! Он развивает наши тела, а не волшебные способности…

Разгадка нашлась довольно быстро. Я так увлёкся разглядыванием экзаменаторов, что не обратил внимания на стоящие перед каждым из них таблички с их именем и должностью. Перед минотавров такая табличка тоже стояла, но только значилось на ней совсем другое имя. «Мастер-Наставник Элмер»! Значит, он здесь заменяет учителя Элмера! Этому я не удивился — с трудом представляю учителя Элмера сидящим за столом в такой пафоной компании…

В отличие от остальных преподавателей, Тодеус восседал не на обычном, пусть и довольно удобном, кресле, а на специальном, металлическом и куда больших размеров. Это и понятно! Навряд ли бы обычное кресло смогу выдержать массивное мускулистое тело минотавра…

По его бычьему лицу было невозможно ничего прочитать, но я был уверен, что он-то меня точно валить не станет. Всё-таки после \ изматывающих тренировок между нами установилось некое подобие взаимопонимания…

— Олег Власов! Мой самый любимый ученик! — своим мерзко-сладким голоском пропел Маллой. — Я, можно сказать, только ради вас сюда и пришёл! Чтобы увидеть ваш потрясающий провал! А вы всё не спешите и не спешите…

— Юджин, прошу, помягче! — осадил его Деронд Деру, но вежливо, без недовольства. Кажется, он был согласен с коллегой, и возразил ему исключительно ради соблюдения внешних приличий. Как я уже давно понял, они для него имели особое значение. — Не надо с самого начала готовить юношу к провалу! Может быть сегодня он соберётся и сможет нам что-нибудь показать…

— Скорее гоблины завоюют Мир, чем Власов сумеет сделать хоть что-то, требующее минимального волшебного таланта! — хохотнул в ответ Маллой. — Предложите ему что-нибудь элементарное! Пусть извлечёт воздух! Увидите, что он даже этого не может!

Я бросил на Маллоя полный ненависти взгляд. Издевается, сволочь! Прекрасно всё знает, но пытается превратить мой экзамен не просто в пытку, но ещё и в унижение!

— Может лучше! Начать! С физических упражнений? — внезапно вступил в разговор Тодеус. — Парень достиг! Результатов! Первый уровень! Никто до него! Не мог!

Маллой и Деронд Деру окинули минотавра холодными равнодушными взглядами. За равного они его явно не считали! Зато я посмотрел на него с благодарностью. Он хотя бы пытался помочь!

— Лично я думал дать Олегу возможность начать с теории… — высказал своё предложение ректор. Его взгляд то и дело обращался в сторону Милены, всё также судорожно пытающейся оторвать воздушные шары от стола. Результат её экзамена его явно беспокоил. — Насколько я знаю от других преподавателей, с этим у него проблем нет! Пусть парень блеснёт знаниями, расскажет пару Законов, принципов. Разогреется, так сказать…

— Незачем откладывать самое вкусное! Мы сюда не зазубренные строчки пришли послушать! — осклабился Маллой. — Деронд, вы не преподавали у Власова и просто не понимаете масштаб его проблем! Пусть сразу продемонстрирует свою несостоятельность! Пусть он покажет волшебство!

— Ну хорошо… — вздохнув, согласился ректор. Но сделал он это так неестественно, что у меня создалось впечатление, что спорил он только для вида. — Власов! Будьте добры, создайте столб огня. Небольшой, не более двух метров. Продолжительности в десять секунд будет достаточно.

Маллой улыбнулся фирменной мерзкой улыбкой. Сам его взгляд будто говорил «Давай, старайся! Я-то всё равно знаю, что у тебя ничего не получится!».

Я вздохнул и попытался сосредоточиться, вызывая всю имеющуюся магическую энергию.

Ну же! Давай! Ты сможешь! Нужно просто расслабиться, взять немного маны и преобразовать её в огонь…

Внезапно я что-то почувствовал. Что-то необычное! У меня что, получается?!

Глава 32

Но оказалось, что получается у меня совсем не то, что нужно. Увлёкшись, я случайно вместо использования волшебной силы перешёл на первый уровень Резерва.

— Вот он, наш лучший ученик! — расхохотался Маллой. — При каждом случае норовит продемонстрировать своё единственное достижение! Но не сегодня! Нам нужна магия, а не тупое махание руками и ногами!

— Вы считаете воинское искусство недостойным?! — ударив кулаком по столу, проревел Тодеус Буллус.

Маллой окинул грозного минотавра пренебрежительным взглядом.

— Недостойным себя — однозначно! Но если вам это нравится — милости просим! И если Власову это нравится — пожалуйста, мы не против! Но делать это нужно не в Академии Волшебного Искусства!

— Олег, попытайтесь снова! — мягко обратился ко мне ректор. — Вы же явно не этого хотели, правда?

Как бы я хотел сделать то, что хочет от меня ректор! Сделал бы с огромным удовольствием этот столб огня! Да хоть два! Хоть даже три! Но я не могу…

Тем не менее, я снова сосредоточился, напряг все свои силы…

И снова ничего не произошло.

— Странно, я не чувствую никаких магических вибраций! Кажется, что вы совсем не стараетесь! — задумчиво протянул ректор. — Будьте добры, вызовите ветер! Дайте сквозняку немного прогуляться по залу…

Это задание было намного проще предыдущего. Всё, что от меня требовалось — использовать энергию ветра и придать ей направление. Всё! Никаких сложностей!

Я взмахнул руками, словно бы реально пытаясь направить ветер. На мгновение всем, включая меня, показалось, что вот-вот что-то произойдёт, но…

Но, разумеется, ничего не произошло!

— Потрясающее владение магией! Не знающее равных! Я просто трепещу перед вашим могуществом! — заливался смехом Маллой. От него непроизвольно исходили магические волны, и все предметы, лежащие на столе, перья, пергамент, его кружка с кофе, ходили ходуном.

Теперь за моим унижением наблюдали и другие преподаватели. На их лицах было написано недоумение. Про Дэна за первым столом, и даже про Милену, с грехом пополам справляющуюся со своим заданием, все позабыли.

Я стал центром внимания. Главная звезда вечера, неминуемо катящаяся к позору.

— Так… С таким я не сталкивался! — откинувшись на спинку кресла, Деронд Деру оглядел меня внимательным взглядом. — Чтобы у студента Академии не получалось вообще ничего! Боюсь, у нас чрезвычайная ситуация! Настолько уникальная, что, вероятно, нам придётся пересмотреть механизм Отбора. А ведь он не менялся тысячи лет! Последний шанс для вас, Власов. Извлеките воздух. Только и всего. Проще и быть не может.

Он прав. Проще и быть не могло! Некоторые мои одногруппники выполняли это задание на самом первом занятии по Извлечению. Студент же, проучившийся целых два месяца, должен был справиться с этим заданием за считанные секунды!

Но я снова не смог ничего сделать. Магия во мне даже не шевельнулась.

— Ну что ж, думаю всё всем понятно! — осклабился Маллой. В уголках его глаз застыли выступившие от смеха слёзы. — Я думаю, магистр ректор не будет возражать, если эти слова произнесу я. Олег Власов, вы с позором отчислены из Академии!

В этот момент мир для меня треснул. Надежды больше не осталось.

Моё будущее стало пугающе понятным. Из Академии меня выгонят взашей. Книга меня оставит. А сам я сдохну под забором в чужом мире. Одинокий и никому не нужный.

— Пожалуйста, дайте мне ещё один шанс! — умоляюще посмотрел я на ректор.

Но Деронд Деру был непреклонен. За свою долгую, полную событий и приключений жизнь, он многое повидал. В том числе много бессмысленных просьб, которым не суждено осуществиться. И он прекрасно научился в них отказывать.

— Простите, но свой шанс вы уже использовали, — глядя мне в глаза, произнёс он. — Молодой человек, для вас экзамен закончился!

Это было его последнее слово. Для меня действительно всё закончилось.

Хотелось рыдать. Валяться в ногах, моля о прощении. Но такой поступок ничего бы не изменил. Разве что повеселил бы Маллоя, подарив ему лучший день за долгие годы. А такой роскошный подарок я ему делать не намерен!

Я решил уйти красиво.

— Я всё понял! Спасибо за внимание! — я шутливо откланялся и на прощание взмахнул рукой.

Мой серебряный браслет, который попал в Мир вместе со мной с Земли, тускло блеснул в свете волшебных ламп. Он затрепетал, словно живой, и тепло, уютное тепло просочилось из него в мои пальцы, а затем стремительно разлилось по всему телу.

В то же мгновение по залу пронёсся ветер. Нет, это был не ветер. Это был шторм, торнадо, ураган! Светильники оказались разбиты в мгновение ока, лежащие на столах предметы размётаны в разные стороны, а столы сдвинуты на несколько метров в сторону.

И тут же, словно второй акт симфонии, вступил огонь. Огромные потоки огня вырвались из каменного пола, достигли потолка, а затем, подхваченные ветром, превратились в настоящий огненный шквал, несущийся прямо на нас.

Преподаватели повскакивали на ноги, пытаясь в последние секунды призвать защитные щиты…

Но, не достигнув нас, огонь, словно дразня и издеваясь, остановился в паре метров.

Всё стихло.

Я стоял, не веря самому себе. Это что, сделал я?! Да, это сделал я!!! Причём именно то, о чём меня и просили! Призвал ветер и огненные столбы! Но только в десятки, в сотни раз сильнее!

— Власов, это сделали вы?! — не веря, воскликнул ректор. — Но как?!

— Не верю! — тут же отреагировал Маллой, ногой гася вспыхнувшую полу его прекрасной мантии. Всё-таки до него огонь умудрился добраться. — А ну-ка покажите что-то ещё!

— Да пожалуйста! — снова взмахнул рукой я.

До этого я два месяца изучал Узоры лишь теоретически, не имея возможности лично попробовать их на практике. Но сейчас всё было по-другому. Я даже особо не старался.

Кружка с кофе, которую Маллой всё ещё сжимал в руках, взмыла к потолку, где рассыпалась на части, вылив своё содержимое прямо ему на голову.

Вот оно! Удовлетворение! Я наконец-то сделал то, о чём так долго мечтал! О чём мечтал каждый без исключения студент Академии Волшебного Искусства!

— Простите, что отвлекаю, но триумфатор здесь не только Олег! — услышал я весёлый голос Милены.

Обернувшись, я не поверил собственным глазам!

Прямо перед ней парили воздушные шары. Нет, не так! Не шары, а самая настоящая флотилия шаров! Разноцветных, искрящихся, переливающихся!

Тут шары вздрогнули, на мгновение заколебались… и сложились в полноценного воздушного дракона метра в два ростом!

Миг — и дракон растаял. Но сияющая улыбка на губах Милены осталась.

— Как?! — пришла очередь Деронда Деру удивляться. — Это невозможно!!!

— Возможно, — пожала плечами Милена. — Вы думали, что я не найду способ обойти эти ваши наручники! Плохо вы знаете людей с Запада! Они никогда не были для меня проблемой! А Олег… Олег мне просто с самого начала подыгрывал, отвлекая внимание! Мы оба способны к волшебству! Так что теперь живите с этим!

Ну ничего себе! Она ещё умудрилась объяснить и мою магическую несостоятельность! Вот это Милена! И совсем на меня не обижается! Эх, вечно я людей недооцениваю…

— И что, вы думаете, что этого достаточно?! Что вы прошли Аттестацию?! — прошипел Маллой, буравя нас глазами. — Даже не надейтесь! Не бывать такому!

— Вообще, Юджин, они продемонстрировали навыки владения волшебством намного за пределами среднего для их возраста уровня! — вперёд неожиданно выступила неизвестная красивая волшебница из-за первого стола. Высокая, очень стройная, с шикарными длинными волосами, схваченными на лбу диадемой, она производила впечатление человека, с которым лучше не связываться. — Жульничать в этом помещении невозможно, ты это знаешь. Так что можно утверждать, что эти ребята с успехом прошли Аттестацию…

Все взоры обратились к ректору. Его слово было решающим. И его все ждали.

Деронд Деру медлил. Кажется, он сам не знал, что думать. Но наконец здравомыслие победило сомнения.

— Цилла права, — нехотя процедил он сквозь зубы. — И Милена и Олег справились с поставленными перед ними задачами. Комиссия к ним претензий не имеет.

Мы с Миленой обменялись торжествующими взглядами. Мы оба до конца не понимали, что именно произошло, но понимали, что победили!

— Ну просто потрясающе, великолепно! — прошипел Маллой, стряхивая с головы и мантии кофе, пролившийся из кружки. — Нашей Академии нужно как можно подобных бездарностей!

Он провёл рукой над мантией, желая магией высушить её и очистить. Но ничего не произошло.

Маллой замер на месте, не понимая, что произошло.

Увидев его замешательство, ректор властно топнул ногой, приказывая столам, раскиданным в разные стороны ветром, вернуться на их места. Но его действия тоже не привели к результату.

Не успел Деронд Деру осознать, что именно произошло, как дверь в экзаменационный класс распахнулась. На пороге стоял один из циклопов, надзирающих за Академией.

— Мастер ректор… — пробасил он. — Вы должны это видеть!

Ректор бросился к выходу. Все остальные поспешили за ним.

Стоило нам выйти в холл, как тут же стало понятно, что именно встревожило циклопа.

Начертанный на стене знак горел огнём. Не знаю, что это такое, но сейчас он делал то, для чего и был предназначен. Он работал.

И он изменился. Его линии стали более правильными, плавными…

— Я могу прочитать! — воскликнул Мастер-Лингвист Вигорус Рамси. — Это древний язык! Знают единицы! Никогда не используют! Большая редкость!

— Не тяни! — рявкнул на лингвиста ректор.

Вигорус тут же собрался.

— «Магии больше нет»! — продекламировал он.

В воздухе повисла тишина. Такого никто не ожидал.

Глава 33

— Что значит магии больше нет?!

Я не понял, кто именно издал этот крик. Маллой, Деронд Деру, а может быть и я сам. Наступила всеобщая неразбериха, настоящий хаос, понять в котором хоть что-то было совершенно невозможно.

Все кричали, бегали туда-обратно, а самое главное — совершали очень странные для постороннего наблюдающего действия. Взмахивали руками, бормотали под нос непонятные слова, топали ногами, будто взывая к неведомым силам. Но все действия оставались тщетными. Ничего не происходило.

Магии действительно больше не было. Ни один Узор не работал!

— Но ведь этого не может быть! Не может!!! — восклицал Маллой, заламывая руки. Исчезновение магии было настоящим шоком для всех, но, кажется, именно его это задело больше остальных. — Это НЕВОЗМОЖНО!!!

— Судя по всему, возможно! — тяжело выдохнул Деронд Деру. Он был бледен, но, как и всегда, совершенно спокоен. Огромный боевой опыт давал о себе знать. Что бы ни происходило, насколько бы тяжёлой ни была ситуация, ректор никогда не терял самообладания. — Посмотрите на картины — они неподвижны. Латы не шевелятся. Магический огонь не горит в наших посохах. И Большие часы… — ректор выглянул в окно, чтобы взглянуть на местную достопримечательность, огромные часы, размещённые на Главной башне Академии. — Они были созданы волшебством Основателей Академии, идут уже три тысячи лет, и ни разу не останавливались… До сегодняшнего дня. Это всё значит только одно. Магии в Академии нет. Также как и в нас самих…

— Но Деронд… — выдохнула Агнесса и запнулась, не в силах подобрать правильные слова. От пережитого ужаса её голос, обычно напоминающий дрель, включенную нерадивым соседом посреди ночи, звучал непривычно нормально. — Но как?!.. Как?!!! Ведь такого не было… Никогда! Я о подобном даже не слышала! Магия — она же повсюду! Она как воздух! Её нельзя… Она не может просто раз и исчезнуть!

— У меня нет ответов… — развёл руками Деронд Деру, и со всех сторон тут же раздались отчаянные стоны. — Я знаю лишь, что магии можно лишить, например, при помощи Клеймения. Или ограничить её использование конкретным субъектом, как, например, мы сделали с Миленой Богард… Но чтобы изъять всю магию из предметов и из людей, тем более в таком месте, как Академия, просто пропитанном волшебством… Такого я и представить не мог! При всех наших знаниях и достижениях волшебной науки такое просто невозможно! Но, однако, происходит… Мир, знаете ли, удивителен, и порою куда сложнее, чем мы даже можем представить…

Пока все паниковали, я думал. Нет, не подумайте, я тоже был в шоке, как и остальные! За те месяцы, что я провёл в Мире, я привык к постоянному незримому присутствию магии. И тут она исчезла. Даже для человека, магию ни разу не применявшего (до сегодняшнего дня) это было по меньшей мере очень непривычно!

Всё, что сейчас здесь происходит, очень и очень странно! Даже, учитывая все Законы Мира, невозможно! Но, тем не менее, это происходит. И каким-то непостижимым образом связано со мной!

Почему именно со мной? Ну, это довольно просто! Магия пропала из Академии именно в тот момент, когда она у меня наконец-то появилась! Разница между этими событиями — всего пара минут!

К тому же ко всему этому какое-то отношение имеет Знак! Ведь не просто же так, не из-за изменения, например, температуры или давления он начал полыхать, словно рождественская ёлка! И это его значение «Магии больше нет»… Связь здесь очевидна!

Но больше всего меня смущало то, что перед началом Аттестации я провёл почти два часа, разглядывая этот самый Знак, запоминая его во всех деталях и подробностях! А затем, стоило мне получить своё волшебство, он тут же начал работать.

Получается, что это я, я и только я каким-то образом умудрился его запустить, разом отключив волшебство на всей территории Академии!

Теперь самое главное, чтобы эта светлая мысль больше никому не пришла в голову…

— Подождите… — внезапно вымолвил Маллой, глядя прямо на меня своим пугающим взглядом, проникающим, кажется, прямо в сердце. — Никому не кажется странным, что всё это случилось ровно в тот момент, когда Власов неожиданно проявил свои магические способности? Такие совпадения случайными не бывают!

Проклятый Маллой! Вечно этот франт умудряется каким-то образом испоганить мою жизнь! Разумеется, и сегодняшний день не стал исключением!

— Юджин, не надо цепляться к мальчику! Это же просто совпадение! Роковое, но совпадение! — внезапно выступила в мою защиту Ванесса Биджон. Добрая и уютная, она, кажется, паниковала едва ли не меньше всех. Вот уж точно у кого внешность не расходилась с характером. Образец спокойствия внешне — и точно такой же кремень внутри! — Сами подумайте, как он мог провернуть что-то подобное! Первокурсник! Да их предел — ветряные потоки, не больше! И вы же профессионал! Величайший знаток теории волшебства! Наверняка вы можете найти логичное объяснение!

— Логическое объяснение?! — истерически взвизгнул Маллой, и у меня на мгновение заложило уши. Ага, кажется, если в минуты паники голос Агнессы начинает звучать нормально, то с Маллоем происходит обратная метаморфоза. — О, я многое могу объяснить! Я знаю теорию Узоров лучше всех в мире! Могу говорить на мёртвых языках! Знаю Теорию вибраций, Диффузионные потоки и Магический релятивизм! Да я даже с Парадоксом Лайфера-Бреджика знаком, будь он не к ночи помянут! Но объяснить исчезновение магии… Нет, на такое даже моих знаний не хватит!!!

— А что ты имеешь против Парадокса Лайфера-Бреджика?! — звеня многочисленными украшениями и переливаясь всеми цветами радуги, набросился на Маллоя Довиник Бреджик, и я только сейчас понял, что он был одним из авторов этого самого парадокса! — Прекрасная теория, нашедшая подтверждение даже в Критежских лабораториях! Так что я вас попрошу…

— А я тебя попрошу заткнуться! — рявкнул в его адрес Маллой, и Довиник моментально замолчал, лишь беззвучно раскрывая рот, словно рыба, выброшенная на берег. — Да всё указывает на мальчишку! Два месяца он не демонстрирует даже намёка на магические способности, а затем вдруг обрушивает сильнейший огненный смерч! И в то же мгновение во всей Академии пропадает магия! Может ли это быть совпадением?! Не думаю!

На мгновение все замолчали. В мою сторону обратились серьёзные внимательные взгляды.

Деронд Деру разглядывал меня, словно я был любопытной молекулой, каким-то новым явлением, с которым он столкнулся впервые. Агнесса, прищурившись, сверлила меня взглядом, словно надеялась просверлить в моей голове дырочку и прочитать мои мысли. Довиник, забившись в угол, отодвинул в сторону свой извечный снобизм и впервые за два месяца смотрел на меня с неподдельным интересом. Георг молчал, но его сурово сдвинутые брови не обещали мне ничего хорошего. И даже Тодеус, кажется, начинал меня в чём-то подозревать!

Я судорожно сглотнул. Да уж, ситуация не из простых! Сильнейшие маги, опаснейшие люди во всём Мире подозревали меня в совершении не просто преступления, а в организации самой настоящей катастрофы невиданных масштабов! Катастрофы, которой никто даже представить не мог! И самое плохое, что я, похоже, действительно был в этом виноват! А что ещё хуже, так это то, что я понятия не имел, как именно я это сделал и как я могу всё это исправить…

И тут в воздухе разлился смех. Мягкий, лёгкий, но вместе с тем дерзкий и свободный, он как-то в одно мгновение снизил напряжение на несколько градусов.

— Юджин, не будь мстительным полудурком! Орки с Равнины, и те головой думают больше тебя! — не переставая смеяться, вперёд выступила та красивая женщина с диадемой, Сцилла, что сидела за первым столом. Странно, яркая и красивая, она, кажется, должна становиться главным предметом внимания в любой компании, в которой бы она ни оказалась. Но каким-то непостижимым образом она это внимание умела гасить и становиться совершенно невидимой, когда этого хотела. — Это просто мальчик! Ему такое точно не под силу! Наша главная проблема — не Олег, а этот Знак и тот, кто его здесь оставил! А это явно кто-то с опытом побольше, чем два месяца, весьма сведущий в Рунах и, возможно, магической лингвистике…

— Стойте! — в центр Холла выбежал перепуганный Вигорус Рамси. — Не лингвисты! Мои студенты никогда! Другой! Тёмный волшебник! Злодей! Не мы!

Завязалась эмоциональная дискуссия. Мы с Миленой, вжавшись в угол, с удивлением разглядывали наших преподавателей. Такие чинные, спокойные, вечно знающие ответ на любой вопрос, источающие власть и могущество — сейчас они выглядели словно перепуганные дети, пытающиеся найти виноватого, чтобы переложить на него всю ответственность. Это могло бы быть забавным, если бы не было таким страшным!

Всё-таки за эти два месяца мы привыкли на них полагаться, рассчитывать. Для меня, попавшего в Мир без всякого предупреждения, они были каким-никаким, но гарантом стабильности и спокойствия!

А всё, что нужно было для того, чтобы довести их до такого состояния — оказывается, просто отнять у них магию!

Наконец в этом котле безумия забрезжил разум. И исходил он, конечно, от Деронда Деру! Старый ректор и тут не подвёл!

— А ну тихо! — хлопнул он в ладоши, и его голос эхом прокатился по коридорам. Это было так громко, что на секунду мне даже показалось, что магия снова вернулась, но это был всего лишь его голос, без всякого волшебного усиления. — Ситуация чрезвычайная, но мы бывали и не в таких! Так что давайте соберёмся и решим её! В первую очередь необходимо обеспечить безопасность студентов. Георг, я могу на тебя рассчитывать?

Мастер-Хранитель, хмурый и молчаливый даже больше обычного, выступил на шаг вперёд. Рука лежит на мече, спина прямая, шаг чеканный — солдат, готовый к бою, иначе и не скажешь!

— Так точно, мастер ректор! — отрапортовал он как на параде. — Я немедленно велю Наблюдающим обеспечить безопасность Ворот и иных подступов к Академии, а также обеспечу отдельный отряд для препровождения студентов в башни их курсов!

— Всё верно! — кивнул Деронд Деру и повернулся в нашу с Миленой сторону. — А насчёт этой парочки… Мой окончательный вердикт: их Аттестация признаётся пройденной. Их вины в исчезновении магии я также не усматриваю…

— Деронд, ты совершаешь ошибку! — взвизгнул Маллой, и я потянулся к уху, чтобы проверить, не пошла ли из него кровь. Так поменяться голосами с Агнессой — вот настоящая магия и загадка! — Власов точно замешан! К тому же эта девчонка! Она же Королева Тьмы! Ты не думаешь, что она очутилась здесь не просто так?! Да, кажется, что она в нашей власти, но её папочка — известный хитрец! С него станется провернуть такой фокус, даже находясь в шаге от смертной казни!

Ректор обратил к Маллой внимательный взгляд. К своему ужасу я осознал, что он сомневается! Он действительно считает, что Маллой может быть прав! И если он так решит, то неизвестно, какие последствия это может иметь для меня и Милены!

И тут снова вмешалась Сцилла.

— Деронд… — Тихо произнесла она, но её голос непостижимым образом разнёсся по всему коридору. Одно слово, имя, но прозвучало оно совсем не так, как прежде. В нём звучало что-то большее, долгие годы знакомства, некая связь, втайне соединяющая этих двоих. — Вспомни Ротинад. Не совершай ту же ошибку во второй раз.

Не знаю, что именно она имела в виду, но ректор изменился прямо на глазах. Сомнения исчезли, уступив место скорби и страшным пугающим воспоминаниям. Уж не знаю, что там произошло в этом Ротинаде, но явно ничего хорошего!

Мгновения ожидания тянулись вечность. Наконец Деронд Деру заговорил.

— Оснований считать этих двоих виновными у нас нет! На Аттестации они также продемонстрировали выдающиеся результаты. Поэтому причин задерживать их я не вижу! — отчеканил ректор и окинул преподавателей холодным уверенным взглядом, словно ожидая, что кто-то попытается спорить. Но, разумеется, спорить никто больше не хотел. Тогда он поернулся к нам. — Вы всё слышали. Аттестацию вы прошли. Оба! Так что можете следовать в башни курса!

Дважды нас с Миленой просить было не нужно. Развернувшись, мы бросились к выходу. Слишком многое нам хотелось обсудить.

Глава 34

— Это ты?! — тут же набросилась на меня Милена, стоило нам отойти от преподавателей на сколько-нибудь безопасное расстояние.

— Я что? — тупо переспросил я, действительно не понимая, что именно она имеет в виду.

— Основал Академию и покорил Алайгезию! — вспыхнула Милена. Характер у неё был огненный, и для того, чтобы он полыхнул, требовался самый крошечный повод. — Не будь идиотом! Заставил магию исчезнуть, разумеется! И не вздумай отнекиваться! Помни, что я в курсе всей твоей истории!

Говоря откровенно, отнекиваться я и не думал. А смысл? В конце концов, Милена действительно в курсе всей моей истории, так что пытаться что-то отрицать просто глупо!

— Похоже, что так… — скромно отвёл я глаза. — Но только не спрашивай как! Понятия не имею! Похоже, пока я сидел в Холле, Знак каким-то образом отпечатался у меня в сознании, а потом, когда мне наконец-то удалось почувствовать энергию Земли в браслете, — я потряс перед носом у изумлённой Милены браслетом, — я случайно его активировал…

— То есть ты просто взял и случайно почувствовал магию в самый последний момент?! Я-то думала, что это очередной трюк, и на самом деле это делаешь не ты, а Книга! — Милена была так удивлена, что даже остановилась, не в силах оторвать от меня поражённого взгляда. — Да ты самый настоящий везунчик! На Западе таких называют рождёнными в меду!

— Рождёнными в чём?! — настала моя очередь удивляться.

— Рождёнными в меду! — словно маленькому ребёнку пояснила Милена. — Мёд приманивает мух, а мухи на Западе — символ счастья! Так что рождённый в меду — это счастливчик, человек, которому везёт!

— А, ну тогда да! — расплылся я в улыбке. — Тогда я самый настоящий повелитель мёда!

— А как тебе удалось вернуть волшебство мне? — мгновенно задала она следующий вопрос. — Как только ты создал ветер, я почувствовала просто невероятный прилив энергии! Мана кипела в моих жилах! Сила так и струилась! Да я никогда в жизни себя так хорошо не чувствовала! И даже ограничители, кажется, исчезли без следа!

— Я не делал ничего специально! Просто хотел помочь! Подумал о тебе — ну и всё вышло как-то само собой… — осторожно ответил я. Конечно, меня так и подмывало наплести ей с три короба, убедив, что я помог ей специально. Но пусть я знал Милену совсем немного, я уже успел понять, что врать ей — самое неблагодарное занятие на свете. Она всё равно тебя раскроет, а, раскрыв, заставит страдать. Что-что, а обмана Милена Богард не прощает…

— Я так и подумала, что это получилось бессознательно! — понимающе кивнула Милена. — Ты слишком неопытен и сам не понимаешь, что делаешь! Подобное волшебство могло у тебя получиться только инстинктивно, само собой! Такое бывает, пусть и очень редко…

Она хотела добавить что-то ещё, как вдруг замерла, к чему-то прислушиваясь.

— Ты чего?! — уставился на неё я.

Милена не ответила, лишь приложив к губам указательный палец. Я понял, что она чувствует что-то, чего не могу почувствовать я…

И тут из-за угла прямо на нас вывалился Алан! Не успел я ничего понять, а юный Войд уже лежал, уткнувшись лицом в пол, а в спину ему утыкалось колено Милены. Да уж, её боевые навыки точно нельзя недооценивать!

— Алан?! — удивлённо воскликнул я. — Ты что здесь делаешь?!

— Ловлю бабочек для своей коллекции! — глухо пробухтел он, пытаясь хоть как-то выровнять сбитое дыхание. — Разве не видно?!

— Чего?! — мы с Миленой одновременно переглянулись.

— Вас пошёл искать, конечно! — пробурчал он в ответ. — И, может, уже отпустишь меня?! Поверь, лежать лицом в пол — не самая моя любимая поза для дружеской беседы!

Милена с явной неохотой убрала колено с его спины. Кажется, как раз такая позиция и казалась ей подходящей для разговора с Аланом…

— Благодарю! — саркастично бросил он, отряхиваясь от пыли. — Ну что, вы провалили Аттестацию?

— Вообще-то мы её сдали! — возмутился я. — Блестяще!

— Да ладно! — удивился Алан. — Оба?! Даже Олег?!!! Требую отчёта!

Оглядевшись по сторонам и убедившись, что нас не подслушивают, я посвятил Алана во все события, произошедшие в экзаменационном классе. Поколебавшись, я также рассказал о своей возможной связи со Знаком.

К моему удивлению, Алан почти не удивился.

— Я ожидал подобного! — огорошил он нас. — Ну не именно того, что вся магия исчезнет, а просто какого-то эффекта! Ты был на нервах, на самом пределе, а в таком состоянии и не такие вещи получаются! То есть ты теперь маг, так получается, да?

— Не знаю! — пожал я плечами. — Наверное…

Чтобы окончательно его в этом убедить, я попытался создать какой-нибудь простенький Узор и небрежно, как на экзамене, махнул рукой, рассчитывая, что всё получится.

Но ничего не произошло.

— Нет… Только не снова! — простонал я.

Если я снова потерял своё волшебство, то я этого просто не переживу! Пусть я и был магом всего несколько минут, мне это успело сильно понравиться…

— Эээ, чувак, не моё дело, но ты уже забыл, что магии в Академии больше нет! — опустил меня с небес на землю Алан. — Сколько ни тужься — у тебя всё равно ничего не выйдет!

Точно! Я и забыл, что магии больше нет! От этой мысли на душе стало как-то спокойнее. Значит, здесь все сейчас в таком же положении, как и я…

И тут внезапно я что-то почувствовал. Это был слабый, едва ощутимый импульс, толчок, будто что-то дремавшее во мне ожило и теперь просилось на свободу. Браслет на руке стал горячим, словно работавшая несколько часов лампочка.

Медленно, боясь спугнуть, я потянулся за этим импульсом и почувствовал как меня наполняет странная, совершенно необычная энергия. Так, кажется, теперь я знаю, что нужно делать…

Я позволил этой силе разлиться по телу, а затем, следуя инстинкту, вытянул немного энергии из воздуха, позволив ей смешаться с той силой, что бурлила в моих венах.

В то же мгновение я понял, что всё получилось.

Взмахнув рукой, я отправил гулять по коридору самый настоящий ураган!

Вот оно! Я сделал это! Снова! Но только теперь я сделал это сам, осознанно! А значит, сумею повторить снова.

— Да ладно?!!! — не веря своим глазам, уставился на меня Алан. — Да это же невозможно! В Академии просто не осталось магии!

— Вашей обычной магии — да, не осталось! — с трудом скрывая восторг, принялся объяснять я то, что сам только что успел понять. — Но моя магия особенная! Её источник не привязан к Миру! Поэтому она и работает!

Несколько секунд Алан и Милена непонимающе смотрели на меня, силясь понять новую информацию. В их изумлении не было ничего удивительного — за два месяца они уже привыкли, что я самый тупой и бездарный ученик Академии, и новые обстоятельства, в которых я внезапно остался единственным волшебником во всей Академии, было совсем не просто принять.

Первой очнулась Милена.

— Поделись со мной магией! Также, как ты сделал на Аттестации! — скомандовала она. — Быстро!

Её тон показался мне оскорбительным, но спорить я не стал. Всё же девочка волнуется, пусть и кажется внешне совершенно спокойной…

Я представил, как мысленно передаю Милене свою силу, как она тянется, тонким кружевом оплетая девушку с головы до ног…

Стоило силе коснуться Милены, как она тут же вскинула перед собой руки.

Мгновение — и тренированное тело вызвало из небытия Узор. Стоящая рядом с нами парта полыхнула злым чёрным пламенем, сложившимся в расправившего крылья дракончика, а затем тут же потухло.

Милена перевела на нас торжествующий взгляд.

— Да как, великан кроши дубину, вы это делаете?! — завопил Алан. — Я тоже так хочу!

Я улыбнулся и представил, как энергия тянется к Алану, как его оплетает кружево…

Не успев добраться до цели, кружево распалось.

— Не получается… — виновато и непонимающе пробормотал я. — С Миленой всё работает!

— Так бывает! Между магами существует особая связь. Иногда, когда её нет, уже ничего не может помочь! — с трудом скрывая злорадство и сверля поникшего Алана взглядом, хищно блеснула острыми зубками Милена. — Ничего личного! Просто природа!

— Ну и ладно! — Алан качнул в ответ плечами, словно это для него было совсем неважно. — Вы лучше скажите самое главное — магия в Академию вернётся? Или теперь так навсегда?

Ответить на этот вопрос я, разумеется, не мог. Я вообще ничего толком не знал и не понимал! Всё-таки я стал магом меньше часа назад. К тому же моя магия была настолько необычна для этого мира, что, думаю, то, как она работает, не смогли бы объяснить и самые лучшие маги-теоретики Мира!

Поэтому я просто пожал в ответ плечами.

Алана такой «ответ», судя по всему, вполне устроил. Он вообще не слишком волновался из-за происходящего. В самом деле, для него менялось совсем немногое! Даже наоборот. Ели магия не вернётся, то, возможно, отец отстанет от него, и он наконец-то сможет зажить той жизнью, о которой мечтает…

Тут по коридору пронёсся страшный, пробирающий до дрожи в коленях, звериный вой. Тяжёлый, протяжный, он по-настоящему пугал! А следом за ним мы услышали далёкий и приглушённый треск, будто бы что-то большое и тяжёлое столкнулось с чем-то плотным…

— Что это такое?! — воскликнул я.

Алан ухмыльнулся.

— О, вам понравится! — окинул он нас многообещающим взглядом. — Следуйте за мной!

Переглянувшись, мы с Миленой последовали за ним.

Глава 35

Я помню первый день, когда я только оказался в Академии, и то впечатление, которое она произвела на меня.

Прекрасная, величественная, разменявшая тысячу лет, она с первого взгляда влюбляла в себя, давала понять, что ничего красивее, изящнее и грандиознее ты в своей жизни не увидишь.

И она была полна магии.

Она дышала ей.

Магия была в каждом кирпичике, в украшающем двери орнаменте, в изысканных витражах, даже в воздухе! Она была повсюду!

Изображённые на портретах лица следили за каждым твоим шагом, иногда разражаясь в твой адрес проклятиями или, наоборот, пространными хвалебными речами. Горгульи на постаментах, недвижные, не просыпавшиеся уже много столетий, спали беспробудным сном, но в их присутствии всё ещё не решались говорить в полный голос, боясь потревожить их глубокий, но всё равно не бесконечный сон. Да даже книги в Библиотеке в любой момент могли встряхнуться, хлопнуть страницами, сгоняя накопившуюся за десятилетия пыль, и вслух, нараспев, трескучим голосом зачитать любые фрагменты сами из себя!

Это было настоящее чудо! Чудо для каждого, кто приходил сюда, даже если он всю жизнь прожил в окружении волшебства.

Про меня и говорить нечего!

Для меня, в жизни не видевшего ничего чудеснее фокусов в цирке, это было самым большим потрясением в жизни! Даже при том, что я мечтал сбежать из этого мира, вернуться домой, на Землю, я всё равно понимал, что это место навсегда займёт важное место в моей жизни, и я уже никогда не смогу его забыть…

Сейчас всё было по-другому.

Магия ушла из Академии, оставив её одинокой, всеми покинутой сиротой.

Изображённые на портретах люди застыли в тех позах, которые успели принять в ту минуту, когда магия покинула это место. Глаза изображённых на них волшебников прошлого больше не следили за тобой, а с губ не срывались проклятия.

Горгульи уснули вечным сном, и ничто больше не могло их разбудить.

А книги… Книги стали просто книгами. Интересными, может быть страшными, умными, смешными, какими угодно, но не волшебными. Оставленные на подоконниках, они лежали огромными стопками. Древние. Пыльные. Мёртвые.

Остановились волшебные часы, развешанные в холлах и коридорах. Потухли волшебные лампы. Свечи, удерживаемые в воздухе волшебством, упали и теперь валялись под ногами бесформенной восковой массой.

Академия больше не дышала магией. Она была красивой, древней, но волшебства в ней больше не было.

По-настоящему я понял, насколько всё плохо, когда, прокрадываясь по очередному коридору, я наступил на что-то холодное и вязкое, на ощупь напоминающее пластилин или медузу. Да-да, вот такое странное, совершенно непривычное сочетание! И, надо сказать, весьма и весьма отвратительное…

— Что… Что это такое?! — прошептал я, пытаясь разглядеть, во что именно я умудрился вляпаться. После того, как погасли свечи и волшебные фонари, в коридорах царила полутьма, разгоняемая только слабым светом, с трудом пробивающимся сквозь мутные окна. Разглядеть под ногами хоть что-то было совершенно нереально.

— Может быть снова расплавившиеся свечи? — предположил Алан.

— Нет, — покачал я головой. — Это что-то другое.

В отличие от нас, Милена не любила тратить время на бессмысленные разговоры и предположения. Она просто щёлкнула пальцами, наслаждаясь способностью снова творить волшебство, и на кончике её большого пальца вспыхнуло яркое пламя.

Я посмотрел под ноги.

Мой желудок свело в судороге, и содержимое завтрака не оказалось на моих ботинках только чудом.

Судорожно вздрагивая, передо мной лежал умирающий призрак!

Я знал его. Пробегая по коридорам, я часто встречал этого добродушного полупрозрачного толстяка, одетого в здоровенный колпак, фартук, и вооружённого поварёшкой. Мы называли его Поваром. Ходили легенды, что когда-то, много лет назад, он отвечал за Кухню Академии и посмел подать какому-то важному магу вчерашнюю курицу. Маг рассвирепел и обрёк его дух на вечное существование в стенах Академии.

Повар не был страшным духом. Нет, он был тихим и дружелюбным. Встречая в коридорах студентов, он приветливо им кивал, и лишь иногда разражался громкими бессвязными криками.

— Соли! Нужно больше соли! — кричал он, размахивая поварёшкой. — Все к обеду!

Сейчас же он бесформенной массой лежал у меня под ногами. Порождённый магией, только ею удерживаемый в этом мире, теперь, когда волшебство ушло из Академии, он умирал, если только это слово может быть применено к привидению.

Его тело утратило прозрачность, превратившись в сизое студенистое нечто. С каждой секундой оно всё больше теряло форму, тонкими ручейками растекаясь на полу.

Выглядело это страшно.

Как сквозь вату я услышал, как Алана выворачивает наизнанку. В отличие от меня, он не смог с собой справиться.

Зато Милена прекрасно владела собой. Не давая пламени погаснуть, она оглядывала коридор.

— Слабаки… — процедила она, удостоив нас лишь быстрого презрительного взгляда. — Лучше посмотрите сюда…

Я перевёл взгляд туда, куда указала Милена, и моё сердце сжалось от боли.

В конце длинного зала друг на друге лежали химеры.

За эти два месяца в Академии я привык к тому, что эти странные, причудливые звери, порождённые безумной фантазией студентов-зоологов, всегда рядом, в воздухе, реют под потолком, или бредут за тобой следом, то и дело тыкаясь в ладонь холодными носами.

Сейчас же передо мной открылась картина, увидеть которую я совсем не был готов.

Прижимаясь друг к другу, дёргающиеся в предсмертных конвульсиях, стонущие от отчаяния, они проживали свои последние минуты.

Магические звери, они были обречены.

Невероятное, немыслимое буйство волшебной фантазии, звери, которых не было, проживали свои последние минуты. Их печальные глаза, исполненные скорби и страха, обратились к нам. Они молили о помощи, о спасении.

Такое зрелище не могла выдержать даже стальная Милена.

— Бедные… — в мгновение пересохшими губами прошептала она, опускаясь рядом с ними на колени, пытаясь сразу погладить все обращённые к ней морды, дать каждому толику своего внимания и заботы. — Мы… Мы можем что-нибудь сделать для них?

Последние её слова были обращены ко мне.

Первым моим порывом было ответить, что мы тут бессильны. А что я ещё мог сказать? Худший студент Академии за все времена. Недоучка. Попаданец с Земли, не понимающий элементарных принципов и законов Мира. Что я ещё мог ответить?!

Но я забыл, что таким человеком я был раньше.

Теперь же у меня было волшебство. И пусть я не знал, на что именно я теперь способен, я был просто обязан хотя бы попытаться что-то сделать! Иначе я просто не смог бы уважать сам себя.

Также как и совсем недавно с Миленой, я представил что от меня к химерам тянется тонкое кружево, вышитое нитями, наполненное волшебством. Странным волшебством, непривычным. Не тем, что использовали здесь, в Мире. Но всё же это было волшебство…

Мягким покровом, волшебной волной, оно опустилось на химер, укрыло их, словно одеялом. Боль в их глазах тут же потухла, дыхание стало ровнее.

— Это сработает? — прошептал Алан, и я с удивлением заметил, что на лице вечного скептика и циника-богатея отразилось не отвращение, как можно было ожидать, а настоящая искренняя печаль. В который раз он меня удивляет! А ведь он даже не видит, что именно я делаю! Просто чувствует…

— Не знаю, — честно пожал плечами я. — Но я дал им толику магии! Для них она как воздух. Это единственное, что может хотя бы немного продлить их жизни.

— Продлить до чего?! — с жаром обратилась ко мне Милена. — Магии же больше нет! И мы не знаем почему! Мы ничего не можем сделать! Твоё волшебство поможет на какое-то время, но они просто промучаются дольше, а потом всё равно умрут!

— Так и есть, — кивнул я, соглашаясь с её словами. — Но теперь мы выиграли хотя бы немного времени. Чтобы просто попытаться что-то сделать. Хотя бы что-нибудь…

И тут произошло непредвиденное.

Стены заходили ходуном. Пол затрясся словно при 10-балльном землетрясении. А воздух… Воздух мгновенно стал ледяным. Не морозным, как, например, ранней зимой. Нет, именно ледяным! Обжигающе ледяным. Да мне даже вдох сделать было сложно!

Но самое главное заключалось в другом.

В абсолютной тишине коридора я услышал странный и непривычный звук. Не рычание, не крик, не стон. Скорее бормотание. Непонятное, перемешанное, сразу на тысячу голосов, оно сопровождалось пугающим перестуком множества ног, как обычных, так и покрытых чешуёй и утыканных когтями.

Во всём этом было что-то странное, пугающее и одновременно противоестественное. Я чувствовал это каждой клеточкой. То, что происходило сейчас, не могло, просто не имело права происходить! Это было против Законов Мира!

Но это происходило.

— Что происходит? Что это, русалка меня раздери, такое?! — прошептал в отчаянии Алан. Он был напуган. Также как и застывшая рядом с ним Милена.

Они чувствовали то же, что и я. Эта противоестественность происходящего пугала их не меньше, а, может, и даже больше, чем меня.

— Не знаю… — прошептал я.

И в ту же секунду в коридор перед нами выкатилось самое необычное существо, что мне доводилось видеть.

Бесчисленные клыки, когти, хвосты, щупальца, шипы и рога, перемешанные в пугающую отвратительную кашу, наполненную ненавистью и кровожадностью.

Сомнений не было.

Это был монстр из Закромов. Изначальное существо немыслимой мощи, одно из многих, что когда-то, в давние времена, правило Миром.

Вопрос был только один: сколько секунд нам оставалось жить?

Увы, но я был уверен, что совсем немного…

Глава 36

Не знаю, почему, но, увидев это существо так близко, я подумал ни о грозящей нам неминуемой гибели, ни о том, как оно выбралось из Закромов, даже ни о том, как мы можем спасти наши жизни (что, вообще-то, учитывая ситуацию, было весьма логично!), а о том, что я не имею ни малейшего представления, как этих существ нужно называть.

Мастер МакДжул, несмотря на всю свою азартную увлечённость и искреннее желание рассказать нам о сути его работы, почему-то даже не упомянул, как этих существо принято называть в Мире! Наверняка ведь для них есть какое-нибудь сложное название из нескольких слов, и к тому же, наверное, начертанное Рунами или на каком-нибудь древнем языке типа нашей земной латыни. Просто мастер МакДжул забыл нам его сообщить…

Впрочем, я быстро нашёл выход. В своей лекции Мастер-Смотритель неоднократно упомянул, что эти существа были одними из первых в Мире, его изначальными обитателями.

Так что название родилось само собой.

Изначальные.

Коротко, ёмко, и при этом безукоризненно отражает всю суть! Да, лучше и не придумаешь!

Все эти размышления пронеслись в моей голове буквально за долю секунды. Но даже столь непродолжительного времени хватило Изначальному для того, чтобы втиснуться в коридор и повиснуть между полом и потолком, полностью заняв всё пространство и фактически лишив нас возможности выбраться из коридора без столкновения с ним.

Теперь, оказавшись прямо напротив него в узком замкнутом помещении, я наконец-то сумел разглядеть Изначального как следует.

В принципе, самое первое моё впечатление о нём как о бессмысленном скоплении клыков, когтей, хвостов, щупалец, шипов и рогов, перемешанных в какую-то с трудом передаваемую кашу, сдобренную щедрой порцией ненависти, в целом оказалось довольно верным.

Чего только в образе Изначального ни было! Хвостов — так штук тридцать, причём самых разных. От тоненьких и в целом довольно безобидных, с маленькой пушистой кисточкой на конце, вроде хвоста тушканчика, до совсем уж страшных, мускулистых, монструозно огромных, затянутых в непроницаемую кожу, с множеством шипов, опасно поблёскивающих покрытыми ядом навершиями. Крыльев — в избытке! Причём огромных, способных сделать честь и дракону! А уж сколько было когтей… Признаюсь, считать их, а тем более хоть как-то классифицировать я даже не пытался! Честно, я, конечно, могу быть редким занудой, не теряющим этого «прекрасного» качества даже в минуты смертельной опасности, но всё же не до такой, воистину патологической, степени!

Главной загадкой Изначального оставалось то, как это всё вообще умудряется держаться вместе! Ведь у него не было хоть какого-нибудь сколько-нибудь осязаемого тела, к которому всё это физиологическое безобразие могло хотя бы теоретически прикрепляться! Просто какая-то мешанина из различных частей тела, без какого-либо порядка побросанная друг на друга.

А ведь это живое существо! А живые существа, как известно, функционируют по вполне понятным правилам. У них есть органы, отвечающие каждый за свою часть жизнедеятельности и исправно выполняющие возложенную на них природой функцию, обеспечивая адекватное функционирование всего организма.

Здесь же говорить о каком-то едином механизме вообще не приходилось! Просто куча всего разного, неведомо по какой причине кое-как прикреплённая друг к другу!

Но стоило мне об этом подумать, как я наконец-то начал понимать, чем на самом деле являлся застывший передо мной Изначальный.

Он был изначальным, самым первым воплощением жизни в Мире. Её пробным камнем, первым, если угодно, блином. Совокупностью всего, что впоследствии было распределено между тысячами тысяч живых существ. Все элементы будущих животных, волшебных существ и различных рас воплотились в одном существе. Просто так, без логики и функционального назначения. Так ребёнок может взять пластилин, скомкать его в грубый шарик, не содержащий в себе и намёка на какую-то художественную изысканность, и горделиво бросить его на стол — мол, смотрите, какую прекрасную штуку я сделал!

Изначальные как раз и были таким куском пластилина. Грубым и необработанным.

Но зато сколько в него было вложено сил! Сколько дикой, необузданной, нездешней энергии! Энергии по-настоящему безумной! Настолько сумасшедше огромной, что только она, наверное, и могла держать весь этот сумбур вместе.

И самое странное заключалось в том, что я эту энергию чувствовал! Я, освоивший волшебство (и то неизвестно, в какой степени!) меньше часа назад и до этого не способный уловить хоть какой-то намёк на вибрации, недоступные обычным человеческим пяти чувствам! Это было странно. Невероятно непривычно. Но, вместе с тем, абсолютно, безошибочно точно, также чётко, как мы обычно чувствуем что-то материальное вроде чашки с чаем в руках.

И пусть я был более чем неопытен, но я ни мгновения не сомневался, что энергия эта не принадлежала Миру! Такой странной, нездешней она была.

В голове тут же вспыхнуло упоминание мастером Аттенборгом другого, древнего, давно ушедшего из Мира волшебства. Кажется, теперь я на собственном опыте имел шанс понять, что именно он имел в виду.

Более того, это объясняло, почему после исчезновения волшебства Изначальный, подобно иным волшебным существам типа призраков и химер не исчез и не рассыпался в прах.

Он был порождением силы другой природы и, соответственно, нуждался в другой энергии для поддержания жизни. Так что исчезновения волшебства он просто не заметил! Примерно также, как на работе чайника, работающего от электричества, никак не отразилось бы исчезновение бензина.

— Что эта тварь делает здесь?! — услышал я наполненный ужасом шёпот Алана. Ух ты, увлёкшись своими мыслями, я совсем забыл, что я здесь совсем не один! — Разве они не должны сидеть в Закромах до скончания веков?! МакДжулд ведь обещал, что они никогда не смогут выбраться за пределы Врат!

Кстати! А ведь Алан говорит дело! Я об этом и не подумал…

— Вспомни, что он говорил, орочья ты голова! — громким, почти кричащим, шёпотом отозвалась Милена. В отличие от Алана, она паниковать даже не думала. Вот что значит тренироваться и жить среди монстров с самого раннего детства! — Он прямым текстом сказал, что эти твари не смогут выбраться, пока существует волшебство! А волшебства, как ты мог заметить, больше нет!

А ведь она права! Теперь всё понятно! Магия, сдерживавшая Изначальных в Закромах, исчезла вместе с магией во всей Академии, и Изначальные сумели выбраться оттуда после многих тысяч лет заточения!

Но возникает вопрос… Если один Изначальный сейчас здесь, парит перед нами, то где же тогда остальные?

И в ту же секунду, будто бы отвечая на мой непрозвучавший вопрос, воздух наполнился шумом тысяч неразборчивых голосов, и в коридор позади нас выкатился второй Изначальный, ничем не уступающий, а, возможно, даже превосходящий первого в размерах. Вообще это большой секрет — как они вообще умудрились уместиться в относительно тесном коридоре…

— Драконья задница! — не выдержав, выругался обычно сдержанный я. Таких выражений я себе обычно не позволяю, но повод, согласитесь, выдающийся. Избегать в такой ситуации грязных ругательств значит фактически расписаться в отсутствии хоть какого-нибудь разума и инстинкта самосохранения.

— Что… Что они делают?! — запинаюсь, истерически прошептал Алан, переводя панический взгляд с одного Изначального на другого.

— Висят, — ответил я, глупо усмехнувшись. Ну в самом деле, а что я ещё мог сказать?

Они действительно просто зависли в воздухе, мерно перетекая с бока на бок, сменяя один хвост на другой. Выглядело это не просто жутко, а по-настоящему страшно! От неправильности, невозможности их присутствия здесь кружилась голова. Тошнило. С каждой секундой всё сильнее болела голова. Казалось, что даже телу некомфортно находиться с ними, остатками старой, дано сгинувшей в небытие формой жизни.

Но при этом атаковать они даже не думали. Хотя… Не уверен, что эти ребята умеют думать в привычном для нас смысле. Всё-таки они появились в Мире задолго до людей. Так что распространять на нас привычные людские категории вроде «думать» довольно глупо. Например, я совершенно не представляю, как они вообще нас видят, и видят ли вообще! Глаз-то у них вроде нет…

Пока я обдумывал всё это, Милена занималась изучением обстановки.

— Вы хоть понимаете, что они не просто так висят! — зловещим шёпотом прошипела она. — Они чего-то ждут! И вряд ли чего-то хорошего!

В то же мгновение, кажется, будто бы услышав её, Изначальные медленно заскользили к нам. Двигались они медленно, совершенно не спеша. Так медведь приближается к загнанной в угол добыче. Уверенной походкой победителя. Жертве ведь всё равно некуда деться…

Ох, что-то мне подсказывает, что с ними лучше не сталкиваться…

Я огляделся по сторонам, пытаясь найти выход из коридора. Но, как назло, два единственных выхода оказались перекрыты Изначальными. Или это вовсе не совпадение? Вполне возможно, что выход они перекрыли далеко не случайно…

— Всё! Это конец! Было приятно познакомиться! — дав в конце петуха, прошептал Алан. — Сейчас они нас съедят! Или разорвут на куски! Или разорвут на куски, а потом съедят! Или сначала съедят, а потом разорвут на куски!..

Его паническую речь прервала звонкая пощёчина, в сердцах отвешенная Миленой. Обычно я против рукоприкладства, но сейчас не возражал. Не сказать, что я мастер по разрешению кризисных ситуаций, но если что-то и знаю о вопросах жизни и смерти, так это то, что последнее, что стоит делать — это паниковать и волноваться.

Вместо этого я предпочёл сосредоточиться на поиске решения. И оставалось у меня, судя по скорости, с которой Изначальные двигались в нашем направлении, несколько секунд, не больше.

Быстро, рискуя вывернуть шею, я осмотрелся по сторонам, надеясь обнаружить лазейку, тайный ход, наконец, какую-нибудь дырку, через которую мы сумеем выбраться из этого злополучного коридора. Эти надежды не были беспочвенны — строители Академии славились своей любовью к разного рода обходным путям и секретным тропам. Так что вероятность действительно что-нибудь обнаружить была весьма велика…

Но не в этот раз! Насколько я мог видеть, никакого выхода отсюда не было.

Оставалось только умирать. Ну или что там ещё эти твари с нами сделают. Съедят, а потом разорвут на куски, например…

И тут я вспомнил, что я, на секундочку, вроде как волшебник! Совсем начинающий, но всё же волшебник.

А значит, как говорится, magic time!

Я взмахнул руками, искренне надеясь, что успел за эти месяцы в Академии напитать свою голову хоть какими-то знаниями.

Заученные формулы сами сложились в голове. Энергия послушно перетекла из воздуха прямо в моё тело.

А затем стена перед нами распахнулась, образовав проход, узкий, но достаточно просторный, чтобы мы могли по нему пройти.

— Быстрее! Ну же! — крикнул я, увлекая за собой опешивших от внезапного чуда друзей. Да уж, такого неожиданного спасения они точно не ожидали!

Как оказалось, проход появился как раз вовремя. Стоило нам в него вбежать, Изначальные тут же бросились в нашу сторону с немыслимой скоростью. Казалось, ещё мгновение, и мы окажемся во власти их бесконечных хвостов и когтей…

Но нам повезло.

Стоило нам проскочить проход, как дыра в стене тут же с громким хлюпаньем срослась обратно, отделяя нас от Изначальных. Теперь мы были в безопасности.

Ну, по крайней мере, мне на мгновение так показалось.

— Где… Где мы? — обессилено прошептал Алан, тщетно шаря по карманам в поисках любимой фляжки с крепким алкогольным напитком.

Я огляделся по сторонам.

— Похоже, что очередной коридор! — ответил я через секунду. — Значит, мы всего лишь проскочили через стену. Только и всего…

— А ты чего ожидал, телепортации? — фыркнула Милена, но тут же смягчилась. — На самом деле ты большой молодец! Очень неплохой уровень волшебства для новичка! Жаль, что я сама не додумалась. Всё не могу привыкнуть, что теперь, благодаря тебе, у меня снова есть волшебство.

Но её последние слова я уже не слышал. Я увидел то, чего больше всего боялся.

С обеих сторон коридора, из пола, с потолка, отовсюду, откуда только было можно, начали появляться Изначальные. Двигались они при этом совсем не так расслабленно, как та пара, с которой мы столкнулись до этого. И настроены были явно не на тихий разговор по душам.

Как говорится, из огня да в полымя…

Глава 37

— Пожалуйста, скажи, что трюк с коридором не был твоим последним?! — с мольбой в глазах повернулся ко мне Алан. — Ты же уникум! Пришелец с другой планеты! У тебя должно быть что-то ещё! Что-то против этих тварей!!!

— Увы, — покачал головой я.

У меня действительно не было никакого секретного плана, припрятанного сюрприза, который разом бы решил все наши проблемы. Прямо сказать, идея с перемещением в коридор уже сама по себе была сюрпризом. Для меня уж точно. Всё-таки к волшебству я ещё привыкнуть не успел. И очень вряд ли я смогу так стремительно провернуть ещё что-нибудь подобное!

И вот, когда, казалось, шансов выжить уже не осталось, в бой вступила Милена. Напитанная моим волшебством по самое нехочу, она не испытывала недостатка в мане, или чем я там её наделил. И, наконец-то снова дорвавшись до волшебства, она очевидно была настроена отыграться за все те месяцы, что вынужденно провела в браслетах.

Сказать по правде, я никогда не видел её в настоящем магическом бою. Нет, конечно, на уроках, самых первых, до того, как на неё надели ограничители, мне случалось быть свидетелем её волшебного дара. Дара великолепно развитого, отточенного долгими годами практики с лучшими мастерами Запада, намного превосходящего способности её ровесников. Тёмного дара.

Видел я её и в обычном бою. Даже, хм, имел честь в полной мере ощутить крепость её удара! И не раз! Но вот чтобы увидеть её сражающейся с использованием волшебства в полную силу против настоящего врага, когда ей не приходится сдерживать свои силы, — такого ещё никогда не было…

И, наверное, хорошо, что я увидел её в бою только сейчас. Случись это раньше, и я бы больше никогда не то что не решился бы с ней спорить, я бы даже в одной комнате с ней находиться побоялся!

Потому что выглядело это по-настоящему страшно.

Она изменилась на глазах. Присущие ей лёгкая расслабленность и равнодушие (в народе просто именуемые пофигизмом) сменились холодной сосредоточенностью профессионала. В ней как будто за одно мгновение отключили всё человеческое. Щёлкнули тумблером, запустив равнодушную машину. Машину смерти.

Она сделала несколько быстрых, едва различимых пассов руками, прямо в воздухе сплетя сложный ветвистый узор. Очевидно, каждое движение было отрепетировано и доведено до пугающей точности. Такой с наскока не повторишь! А затем, прошептав под нос магическую формулу, она, вздрогнув, вложила в собственное волшебство огромное количество маны, тем самым заставив его действовать.

Сначала мне показалось, что ничего не произошло, что у Милены не получилось. А затем воздух взорвался. Треснул, словно струна, и вся громадная энергия вырвалась на свободу. Сотни огненных стрел устремились в сторону заполонивших коридор монстров. Стремительные, искрящиеся, дрожащие в полёте от переполняющей их немыслимой мощи — от вложенного в них волшебства не голове вставали волосы, а по рукам бежали целые стада мурашек. Более мощного оружия я даже представить не мог!

Теперь мы точно спасены! Ни одно живое существо не сможет устоять перед таким волшебством! Ну или, во всяком случае, им точно придётся несладко…

Но, как обычно, я начал радоваться слишком рано.

Стоило стрелам достичь своей цели, как я понял, что что-то не так. Не было ни громких хлопков, ни бушующего пламени, ни какого-либо другого эффекта, сопровождающего такое могущественное волшебство. Они просто влетели в Изначальных и… пропали. Исчезли без следа, словно их и не было!!!

— Быть не может!!! — поражённо выдохнул я. — Не может быть!!!

Нет, я знал, что Изначальные должны быть очень могущественны, но чтобы так запросто, даже не обратив внимания, справиться с изощрёнными чарами наследницы Повелителя Запада, — нет, такого я не ожидал!

В выражении своей реакции Милена была куда экспрессивнее, чем я.

— Орочий зад!!! — прокричала она, не сдержав переполняющий её гнев. — Значит, Стрелы, Несущие Смерть, для вас просто пшик?!!! Развлечение?!!! Это любимые чары моего отца!!! Да я вас за него!!!..

Милена была не тем человеком, кто просто бросает слова на ветер. Если она что-то обещала, то обязательно воплощала все угрозы в реальность.

В этот раз она решила приступить к их исполнению немедленно.

По сравнению с первой атакой, она преобразилась. Больше не было спокойствия и отрешенности. На их месте полыхала злоба. Настолько сильная, что, кажется, температура в коридоре мгновенно упала на несколько градусов. На Милену было страшно смотреть. Её миловидное личико было перекошено, глаза сияли, а в разлетающихся во все стороны волосах то и дело сверкали искры.

А что за волшебство она творила… Всю жизнь я считал себя большим любителем поговорить. За словом в карман мне точно лезть не приходилось! Но описать то, что творила Милена, я просто не мог…

Она творила волшебство с какой-то немыслимой, нечеловеческой скоростью. Огонь, ветер, какие-то тёмные щупальца, протянувшиеся откуда-то из тёмных неосвещённых уголков — кажется, она решила применить весь арсенал, каким владела! Страшный арсенал, придуманный многие годы назад для того, чтобы быстро, кроваво, а, главное, эффективно разбираться с врагами рода Богард.

Нам с Аланом ничего не оставалось, кроме как отступить в сторону и молча наблюдать за творимым Миленой геноцидом уникальных существ.

Впрочем, как и в случае с огненными стрелами, то, что геноцида не получится, стало понятно очень быстро.

Творимое Миленой волшебство не причиняло Изначальным совершенно никакого вреда. Огонь рассыпался об их беспорядочные тела снопом беспомощных искр, неудержимый ветер превращался в скромный сквознячок, неспособный даже вызвать насморк, а щупальца, толстые, пугающе огромные тентакли, растворялись в воздухе, так и не достигнув своей цели.

— Как?! Как, виверна тебя раздери, это возможно?!!! — прокричала Милена, когда очередное волшебство развеялось, не причинив ни одному из Изначальных хоть какой-то вред.

— Может, просто твоё волшебство бесполезно? — ехидно поинтересовался бледный от страха Алан. Когда Милена только начала своё волшебство, он был исполнен радости и надежды, но сейчас на его губах горела обречённая саркастическая улыбка. Кажется, он окончательно перестал верить, что нам удастся выбраться живыми из этой передряги с Изначальными.

Милена бросила на него испепеляющий взгляд.

— Это ты бесполезен! От гномьего навоза и то толку больше! — в сердцах бросила она, устало прислоняясь к стене. Кажется, столь активное волшебство не прошло для неё бесследно и изрядно её вымотало. — Эти заклинания переходили в нашей семье из поколения в поколение, а мой отец, самый талантливый волшебник своего поколения, сделал их ещё смертоноснее! Да я целые войска так истребляла! Что-то должно было подействовать…

В её голосе слышались откровенно панические нотки. Кажется, она, безрассудная, смелая, всегда готовая броситься в бой, была в отчаянии. И это пугало меня едва ли не больше всего остального. Если уж прирождённый боец Милена утратила боевой дух, то значит ситуация по-настоящему отчаянная…

Тем временем Изначальные начали шевелиться. Медленно покачивая своими хаотическими телами, они двинулись в нашу сторону. Кажется, атаки Милены не то что не принесли им сколько-нибудь заметного вреда, но даже нисколько не ослабили.

И они снова не спешили. В самом деле, а куда спешить, если жертвы окружены и полностью исчерпали все атаки из своего арсенала? В таком случае можно и насладиться победой. Впрочем, не уверен, что Изначальные вообще умеют мыслить подобными категориями…

— Что… Что они собираются с нами сделать?! — истерически прошептал Алан.

— Хороший вопрос! — прошептал в ответ я и вопрошающе посмотрел на Милену.

Милена же бросила на меня такой страшный взгляд, что, кажется, об него можно было порезаться.

— Чего на меня смотришь?! — рыкнула она, и я понял, что если она даже и впала в отчаяние, то горячий нрав точно не потеряла. — Не знаю я! Никто не знает! Изначальные жили в Мире так давно, что о них, кажется, никто вообще ничего не знает!

Стоило ей это произнести, как один из Изначальных, находящийся к нам едва ли не ближе всех, скользнул ещё на несколько сантиметров вперёд, коснувшись шикарного цветущего цветка, стоящего в горшочке на подоконнике.

Прямо на наших глазах цветок пожелтел и, вспыхнув, пеплом осыпался на подоконник.

При виде этого зрелища Алан едва ли не завыл от отчаяния. Признаюсь, мне тоже стало страшно. Заканчивать свой путь, наконец-то обретя такой желанный волшебный дар, очень обидно. И почти также глупо.

Я обернулся в поисках чего-нибудь, что можно было бы использовать как оружие. Нет, я понимаю, что эти существа — настоящая легенда, почти что воплотившаяся в реальность могущественная стихия, но сдаваться даже такому мощному врагу я был совершенно не намерен. Ох уж этот характер бойца! Вот что угодно со мной делай, но я всё равно не умею сдаваться просто так, без боя!

Мой взгляд сам собой остановился на висящей на стене древней алебарде, принадлежащей, судя по стоящей рядом табличке, какому-то древнему аристократу, сделавшему щедрый взнос на счёт Академии.

Недолго думая, я сорвал алебарду со стены и быстро прокрутилруках. Ух ты, отличное оружие! Прекрасно сбалансировано! Наверняка ещё и магическое! Жаль только, что сейчас от этого нет совершенно никакого толку. Да и, к тому же, я совершенно не умею сражаться. Даже в руках, и то ни разу не держал!

Но разве всё может быть проблемой для человека, который очень хочет жить?!

Прямо с места, толком сам не понимая, что делаю, я, выйдя на Первый уровень Резерва, бросился на ближайшего Изначального (того самого, из-за которого сгорели цветы) с алебардой наголо.

Честно, я ни на что не рассчитывал. Даже наоборот — я ожидал быстрой и неминуемой смерти. По-другому и быть не могло.

Но, стоило мне достичь Изначального и ударить его алебардой туда, где (предположительно) у них располагалось сердце, как я почувствовал, как что-то происходит.

Коридор залил яркий синий цвет, а изначальные, ещё секунду назад спокойные и умиротворённые, задрожали, словно от страха.

Это что, делаю я?! Не может быть!!!

Но, разумеется, я здесь был ни при чём.

— Как вы здесь, ребята? Держитесь? — поинтересовался у нас Мастер-Смотритель Тофин МакДжул, выныривая из неприметного тайного хода.

В руках он сжимал полыхующую густым синим огнём лампу, а его глаза горели пугающей решимостью.

Кажется, у нас появился шанс пережить сегодняшний вечер…

Глава 38

С появлением мастера Макджула всё изменилось. Изначальные, перестали двигаться, замерли на месте, не дойдя до нас буквально несколько сантиметров. Нет, они были в сознании и, судя по охватившей их дрожи, были вполне активны и изо всех сил старались завершить начатую атаку. Но что-то сдерживало их на месте, не давая преодолеть эти роковые сантиметры.

«Ну или кто-то», — подумал я, с восторгом глядя на Мастера-Смотрителя. Всё такой же необычный, синекожий, с разноцветными глазами и подвижным сильным хвостом, мерно отбивающим такт, он казался мне настоящим спасителем и героем. Собственно, именно так оно и было.

— Как вы здесь оказались?! — воскликнул я, не веря своим глазам. — Я думал, что все преподаватели сейчас далеко, в другой части Академии…

Но не успел Мастер-Хранитель ответить, как в разговор вступил вечно пессимистичный Алан.

— Я бы на твоём месте не верил своим глазом! — уверенно-флегматичным тоном обратился он ко мне. — Мастера МакДжула здесь быть не может!

— А кто тогда стоит перед нами? — набросилась на него Милена. — А? Есть какие-нибудь идеи?! Или в твоей голове не осталось ничего, кроме орочьего навоза?!

Обычно чувствительный к подобного рода оскорблениям, в этот раз Алан пропустил их мимо ушей.

— Это просто галлюцинация! — тоном, не предполагающим возражений, заявил он. — Очень реалистичная! Но, увы, не имеющая никакого отношения к нашей печальной реальности!

Я, Милена и Мастер-Хранитель одновременно уставились на Алана, внезапно ставшего центром всеобщего внимания. Удивление было так велико, что все ненадолго забыли о застывших вокруг ужасных монстрах из стародавних времён. Всё-таки не каждый день люди сходят с ума прямо у тебя на глазах…

— Галлюцинация?! — непонимающе переспросил я. — Но ведь я и Милена тоже его видим! Не могут же три человека видеть одну и ту же галлюцинацию одновременно!

— Ещё как могут! Самый обычный случай массовой галлюцинации! — не моргнув глазом, пояснил Алан. — Так бывает, когда группа людей одновременно переживает сильный стресс. Ну и ещё нельзя исключать, что так действует магия этих тварей. Неизвестно, на что они способны! Возможно, что в этот момент одна из них как раз лакомится твоей печенью, а ты пребываешь в сладких грёзах, что всё хорошо, и тебя спасёт добрый синекожий учитель!

— То есть ты действительно веришь в то, что меня не существует? — с лёгкой улыбкой переспросил Мастер-Хранитель. Он был на удивление спокоен, а весь бред, что нёс Алан, воспринимал с завидной иронией. Да уж, классный мужик, ничего не скажешь! Даром, что представитель неизвестной расы!

— Нет, ну вообще я в это не просто верю! Я убеждён! — на голубом глазу пояснил Алан, нисколько не смущаясь того факта, что разговаривает с «галлюцинацией». — К тому же где-то вы точно существуете. Просто не здесь, не с нами… Вообще нет ничего страшного! Малейший физический дискомфорт, боль — и иллюзия развеется, словно её и не было…

Не успел он закончить предложение, как Милена, как обычно быстрая на расправу, отвесила ему быструю оплеуху, настолько сильную, что голова юного поэта из уважаемой аристократической семьи закачалась из стороны в сторону как у игрушечных собачек-башкотрясов, что водители на Земле ставят на приборные доски своих машин.

— Эй, что ты делаешь?! — воскликнул Алан, отшатываясь от Милены, как от чумной.

— Видишь его? — вместо ответа ткнула пальцем в стоящего рядом Мастера-Смотрителя Милена.

Алан уставился на мастера МакДжула, приветливо поднявшего вверх когтистую лапу.

— В-вижу… — пробормотал Алан. — Но почему?! Физическая боль должна была избавить меня от галлюцинации!

— Потому что это не галлюцинация, дурень! — почти ласково произнесла Милена, глядя на Алана как на душевнобольного, с которым нужно разговаривать исключительно тихим и спокойным голосом. — Мастер МакДжул пришёл сюда и спас нас от этих чудовищ!

— А почему вы пришли именно к нам? — тут же набросился я на него. — Наверняка эти твари сейчас разгуливают по всей Академии!

Мастер МакДжул грустно улыбнулся.

— В том-то и дело, что нет! Кажется, что они все собрались здесь. Как будто в вас, ребята, есть что-то особенное…

Мне бы задуматься об этой фразе, но тут Алан, что-то сообразив, вздрогнул и вопрошающе уставился на мастера МакДжула.

— Кстати, а как вы это сделали? Ведь магии в Академии больше нет!

А ведь хороший вопрос! Я так обрадовался, что он мне в голову почему-то даже не пришёл. А ведь должен был! Действительно, как?

— Как вы знаете, моя работа как Смотрителя — следить за Закромами, делать так, чтобы ни один из моих, хм, подопечных, не вырвался наружу… — неторопливо, словно мы находились на уроке в тёплом уютном классе, начал мастер МакДжул.

Но много сказать ему не удалось.

— У меня вопрос! — выбросив в воздух руку, как на уроке, обратился к нему я. — А как эти существа называются? Должно же у них быть какое-то название!

— Хорошо, что вы спросили! — расплылся в улыбке мастер МакДжул. — Разумеется, у них есть сложное название на Древнем языке, но мы называем их очень просто. Изначальные.

— Я знал это! Знал! — светясь от гордости, прокричал я. Ха, а я неплох! Сам догадался! Судя по всему, у меня неплохие способности мага-учёного.

Тут я наткнулся на суровый взгляд Милены. Моего энтузиазма она явно не разделяла.

— Может дашь мастеру МакДжулу закончить? — сухо поинтересовалась она у меня.

Я равнодушно махнул рукой. Эх, не ценят эти ребята талантливых молодых учёных! Совсем не ценят!

— Так вот, как я уже говорил, моя обязанность — следить за Изначальными, — продолжил мастер МакДжул. — Обычно для этого ничего особенного не требуется. Многие тысячелетия они были заточены в другом измерении, и Врата должны были прослужить, в принципе, неограниченное количество времени. Но Древние маги не носили бы титул великих волшебников, если бы не продумали запасной вариант. Ну и этим запасным вариантом стала эта лампа. Единственное, что способно сдержать Изначальных…

Тут наши взгляды обратились к лампе, источающей яркий синий свет, которую мастер МакДжул сжимал в руках. Обычная на вид лампа, вытянутая, как баклажан, сантиметров семьдесят в длину, стеклянная, с небольшой удобной ручкой, позволяющей её сжимать на манер меча. При этом, что странно, она была плотно закупорена. Ни крышки, ни какого-либо отверстия в ней не было. Просто сплошной кусок стекла! И совершенно непонятно, что же именно в ней не горит. Ни огонь, ни электричество. Остаётся только один вариант…

— Она что, магическая?! — воскликнул я, в изумлении указывая на неё пальцем. — Но магии же больше нет! Как она вообще работает?!

— Рад, что заметили! — мягко и горделиво улыбнулся мастер МакДжул. — Она действительно магическая! Но не в обычном смысле. Она была сотворена той же древней магией, что и Врата, да и сами Изначальные. Общего с современной магией она ничего не имеет! А значит, и погаснуть, даже теоретически, не может!..

И в этот момент лампа в руках МакДжула мигнула.

В то же мгновение Изначальные очнулись. Медленные, словно спросонья, ещё не обретшие до конца своей стремительности, они заскользили по направлению к нам.

И пусть считать их эмоции было невозможно, я ясно понимал, что они в бешенстве. Невероятном бешенстве! И готовы просто растерзать нас на кусочки прямо на месте! Нет, ну в целом их можно понять — мне бы тоже не понравилось, если бы в момент моего триумфа внезапно бы заявился какой-то хвостатый чувак с лампой в руках и внезапно обломал весь кайф!

— Ч-то такое? — испуганно пробормотал мастер МакДжул, встряхивая лампу. Он выглядел по-настоящему испуганным. От прежней спокойной уверенности, ощущения, что он полностью контролирует ситуацию, не осталось и следа. — Этого не может быть! Она же древняя! Древняя магия не может закончиться!

Кажется, его встряхивания помогли, и лампа, немного поморгав, снова зажглась. Но совсем не так ярко, как раньше. Синий свет продолжал гореть, но сдержанно, как будто бы испуганно. Сомнений не оставалось — гореть ей осталось совсем немного!

И монстры это чувствовали. Подчиняясь ведомому только им импульсу, они продолжали медленно, едва заметно, двигаться к нам. Как акулы, окружившие шлюпку, одиноко дрейфующую посреди моря…

Было очевидно, что времени у нас оставалось совсем немного. Скоро лампа окончательно погаснет, и Изначальные бросятся на нас всем скопом, не оставив от нас ни следа, ни воспоминания.

Первой эту ситуацию осознала привыкшая выживать Милена.

— А ну быстро за мной! — скомандовала она, устремляясь к выходу из коридора. — И будьте осторожнее! Ни в коем случае не касайтесь этих тварей! Неизвестно, к чему это может привести…

Дважды нам повторять было не нужно. Мы, включая мастера МакДжула, быстро смирившегося с утратой инициативы, бросились за Миленой. Оставаться здесь, в окружении монстров, никому из нас совсем не хотелось.

С большим трудом мы протискивались между застывшими Изначальными. И должен сказать, что видеть их вблизи было ещё страшнее и сюрреалистичнее, чем издалека! Да уж, надо же было таким существам появиться! Уж на что у меня богатая фантазия, но и то я вряд ли бы сумел подобных существ придумать! Это же надо — просто руки, ноги, крылья, хвосты и зубы без какого-либо туловища! Да уж, я бы предпочёл, чтобы такие существа оставались исключительно в кошмарах.

Наконец нам удалось выскользнуть из коридора. Правда, в самом конце Алан, поскользнувшись, со всего маха едва не вписался в последнего Изначального, но я успел его удержать. Не без перехода на Первый уровень Резерва, разумеется.

Но стоило нам выбраться из коридора, как лампа в руках мастера МакДжула начала отчаянно мигать и, наконец, стала светиться слабым, едва заметным огоньком.

В то же мгновение Изначальные, лишь немного более медленные, чем раньше, до появления Мастера-Смотрителя, бросились на нас, скрежещя всеми тысячами своих зубов.

— Быстрее! Быстрее!!! Быстрее!!! — прокричал мастер МакДжул, и мы, словно полоумные, бросились бежать по древним коридорам Академии.

Кажется, так быстро я ещё никогда не бегал! Не было времени даже подумать, что происходит! Наверное, именно поэтому я слишком поздно понял, что мастера МакДжула рядом с нами нет.

Ожидая худшего, я обернулся.

Словно герой из голливудского блокбастера, мастер МакДжул, маленькая одинокая фигурка с едва горящей лампой в когтистой руке, застыл в проходе, не давая Изначальным двигаться дальше.

— Бегите! Не думайте обо мне! — прокричал он, не оборачиваясь. Его голос снова звучал спокойно и сосредоточенно, и я подумал, что так может говорить человек, окончательно решивший распрощаться с жизнью…

Первой моей мыслью было вернуться, сражаться вместе с ним, и я уже сделал первый шаг, чтобы вернуться, но тут произошло неожиданное.

Прямо передо мной без всякой видимой причины обвалился потолок, отрезав нас от мастера МакДжула.

— Что… Что это было?! — пробормотал Алан, вытаращив глаза.

— Сам бы хотел знать… — пробормотал я, оглядывая завал. Да уж, внезапно, конечно! И ведь ничто не предвещало…

Только Милена ничего не сказала. Молчаливая, мрачная, она была погружена в свои мысли. Уж не знаю, о чём она думала, но точно ни о чём-то хорошем!

— Ребят, а вам не кажется, что это всё не случайно? — вдруг совершенно серьёзно спросила она нас.

Мы с Аланом удивлённо посмотрели на неё.

— Что ты имеешь в виду? — осторожно поинтересовался я.

— Смотри сам. Не секрет, что в последнее время в Академии происходит что-то странное, — задумчиво принялась излагать Милена. — Сначала зацвело Древо, реликт Древней магии, которое не цвело уже тысячи лет. Потом на стене появился Знак, который никто, даже Мастер-Лингвист, не сумел разгадать. Ну а затем произошло невозможное — разом исчезла вся магия! Всё это просто не может быть совпадением!

Хм, а ведь, в принципе, она права! Я был так увлечён жизнью в новом мире, что даже не обратил внимание на все эти странности! А ведь это действительно было странно! Даже для Мира и волшебной Академии!

И если предыдущие слова Милены и без того казались мне странными и удивительными, то следующая её фраза окончательно меня добила.

— Но самое странное, что произошло в Академии — это ты сам!

— Я?! — вытаращился я на неё. — Я-то здесь при чём?! Я просто обычный парень, попавший в переплёт!

И тут голос подал Алан. Всё ещё бледный, напуганный, он, тем не менее, потихоньку начинал обретать прежние разум и рассудительность.

— Ты совсем не обычный парень! Ты, на секундочку, попаданец из другого мира! Мира, в котором люди, страшно подумать, летают на железных машинах! — Нервно тыча в меня пальцем, воскликнул он. — У тебя с собой магическая Книга неведомой мощи! Артефакт разумный и настолько могущественный, что сумел обмануть всю систему Отбора Академии, которая ни разу не сбивалась за тысячи лет! И это не говоря о том, что у тебя нет никаких магических способностей! Точнее не было до сегодняшнего утра, до последнего момента перед самой Аттестацией! И, о совпадение, в то же мгновение, как только ты обрёл своё волшебство, во всей остальной Академии оно тут же исчезло? Может ли это вообще быть совпадением?!

— Не думаю… — пробормотал я.

Только сейчас я со всей пугающей очевидностью осознал, что я действительно нахожусь в центре всех этих событий! Нет, я и раньше догадывался об этом, но только сейчас окончательно убедился, что всё это не случайное совпадение, а чей-то умысел и хитрый план.

Ведь я действительно был совершеннейшим уникумом! В Мире, в котором перемещения между мирами считались невозможными, я был единственным выходцем из другого мира! Само по себе удивительно! И к тому же с Книгой в руках! Что она такое — я даже предположить не мог!

И Древо зацвело, когда я его коснулся!

Да и Знак активизировался не просто так. Я ведь несколько часов на него пялился и, похоже, случайно его активировал, наконец-то пробудив на Аттестации энергию Земли.

— Знаете, а ведь вы, похоже, правы, — пробормотал я, сам не веря в то, что я говорю. — Но только я ничего этого не делал! Всё как-то само происходит вокруг меня!

Я думал, друзья начнут спорить, но совершенно внезапно Милена кивнула, соглашаясь с моими словами.

— Я тоже так считаю! Ты не обижайся, но в этой игре ты просто пешка! Кто-то играет тобой, разыгрывая свою тёмную партию! И даже сейчас он это делает!

— Сейчас?! — вытаращился я на неё. — Нет, твои предыдущие выводы, конечно, были разумными, но сейчас, мне кажется, ты всё-таки перебарщиваешь!

— Вовсе нет! — с прежней страстью принялась возражать Милена. — Подумай сам! Мастер МакДжул сказал, что во всей Академии больше нет Изначальных! Они, страшные монстры из Древних времён, были только в одном месте! Там, где был ты! Они охотились на тебя, Олег!

— Охотились?! — воскликнул я, случайно дав в конце петуха. — Как охотились?! Для чего?!

— Понятия не имею! — развела руками довольная произведённым эффектом Милена. — Но мне кажется, что они тебя загоняли в одну определённую точку! Точнее не только тебя, а всех нас троих. И этот обрушившийся потолок… Кто-то очевидно хотел отрезать мастера МакДжула от нас! Так что то, что мы оказались здесь сейчас — это совсем не совпадение! Кто-то очень сильно этого хотел…

И только я успел подумать, что никогда в жизни не слышал большего бреда, как из зала, у самых дверей которого мы стояли, раздался подозрительно знакомый голос.

— Ну надо же, наконец-то кто-то догадался! Девочка, ты умница! И что же вы, дорогие мои, стоите у дверей! Заходите, не стесняйтесь! Я давно вас жду!

Глава 39

Мы одновременно переглянулись. Сказать, что вид у нас при этом был удивленный — значит ничего не сказать! Мы были шокированы. Вот уж точно не ожидал, что теория Милены начнёт подтверждаться, да ещё так быстро!

— Только не говорите, что я один это слышу… — сквозь зубы процедил я.

Настроение моментально упало ниже некуда. Очень уж не хотелось, чтобы этот голос причудился мне на фоне пережитого стресса. Попасть в другой мир и там рехнуться — да уж, о таком попаданце легенд не сложат. Это уж точно…

— Не-а, — покачал головой Алан. — Я тоже это слышу! В этот раз я точно уверен: никакая это не галлюцинация. Там действительно кто-то есть. Но только я почему-то совсем не узнаю голос…

При этом выглядел он куда спокойнее, чем до этого. Всё-таки в ситуациях, когда никто (или ничто) не угрожало его жизни, он снова становился тем, кем он всегда и оставался — уверенным в себе отпрыском одного из самых титулованных семейств в Мире. Со всеми вытекающими.

— Я тоже не узнаю! — моментально отозвалась Милена. Вот уж кто точно не выглядел ни напуганным, ни даже встревоженным. Всё-таки справляться с опасностью и адаптироваться к любым условиям, какими бы жёсткими они ни были, давно переросло для неё в привычку. — Но знаете что… Очень хочу узнать! Прямо-таки жажду…

И не успел я ничего понять, как она, сорвавшись с места, бросилась к дверям кабинета. Мгновение — и она распахнула их самым наглым образом — вульгарно пнув с ноги.

Мы с Аланом бросились за ней следом. И, разумеется, как всегда в самый ответственный момент, я сплоховал — предчувствуя опасность, автоматически перешёл на Первый уровень Резерва и, поспешив, случайно толкнул Алана. Тот, разумеется, тут же полетел на пол, увлекая за собой явно не ожидавшую атаки со спины Милену.

Так что в кабинете мы очутились самым дурацким образом — лёжа друг на друге на полу, трепыхаясь и комически постанывая.

Да уж, ничего не скажешь, драматическое появление! Сразу демонстрирует весь боевой потенциал команды! Может напугать кого угодно…

При этом, лёжа на полу, я совершенно ничего не видел, кроме чёрных блестящих сапог стоящего в кабинете человека. Бестолковый угол обзора! Вот бы немножечко повыше — и я бы наконец-то разглядел, кто стоит передо мной!

Но, кажется, нашего визави всё как раз устраивало. Во всяком случае, он разразился смехом. Немного истеричным, конечно, напоминающим хохот опереточных злодеев, но всё же искренним и радостным. Но далеко не добрым.

— Ох, молодцы! Повеселили старика! — вытирая выступившие от смеха слёзы, простонал он. — И как грозно появились! Как впечатляюще! Ну прямо настоящие герои, ни дать ни взять!

И тут я наконец-то узнал этот голос.

Наконец-то подняв глаза, я посмотрел Деронду Деру, ректору Академии, прямо в глаза.

Это был он, собственной персоной. Важный, надменный и очень официальный на вид, он, заложив руки за спину, с лёгкой полуулыбкой на губах взирал на нас. Всё такой же, как и всегда, в этот раз он показался мне неуловимо другим, незнакомым.

Но это точно был он.

И я никак, совершенно никак не ожидал его здесь сейчас встретить! Ну решительно никак!!!

И не только я один. Судя по обращённым на ректора ошарашенным взглядам Алана и Милены, его присутствие здесь стало настоящим сюрпризом и для них тоже!

— Вы???!!! — прокричали мы трое одновременно.

— Я! — мягко улыбнувшись одними губами, нараспев произнёс ректор, буравя нас внимательными холодными глазами. — Удивлены?

— Ещё как! — честно ответил я, с громадным трудом подавив дрожь в голосе.

Нет, ну серьёзно, я давно подозревал, что в Академии не всё в порядке, но чтобы таинственным незнакомцем, всё знающим обо мне и моих приключениях в Мире, и принимающим в них далеко не последнюю роль, оказался именно ректор!..

Мне это и в голову не приходило! Слишком уж он грамотный и обаятельный! Хитроумный, конечно, без проблем способный совершить не самый благовидный поступок (что доказала история с Миленой), оправдываясь (а иногда и искренне веря) какими-то высшими целями, но всё же не суперзлодей, не зловещий мастермайнд, тайно присутствующий везде и повсюду!

И самое обидное, что, не появись он здесь сейчас, я бы ни за что на него не подумал! Да уж, детектив из меня так себе! Утешает лишь, что Алан с Миленой удивлены ничуть не меньше…

Но и тут меня ждал сюрприз.

— А я всегда знала, что с вами что-то не так! — едва ли не улыбаясь от удовольствия, выкрикнула прямо в лицо ректору Милена. — Вы же сволочь! Равнодушная тварь со стеклянными глазами, способная прикончить кого угодно ради собственного блага и лживых идеалов! Знаете, сколько я таких как вы на Западе видела? Сотни! Тысячи! Да подобных вам там каждый второй! А то и первый! Так что я всё о вас знаю!..

— А, может быть, ты просто дуешься из-за того, что он натянул на тебя ограничители! — не удержался от шпильки Алан. — И если бы ты действительно что-то знала, то уж точно бы этим воспользовалась! Уж такой у тебя характер!

Развить мысль ему не дал меткий удар Милены, заставивший потомственного дворянина согнуться в три погибели.

— Молодёжь… — устало вздохнул ректор, тяжело вздыхая так, как будто за долгие годы жизни ему всё на свете успело надоесть. Хотя не удивлюсь, если так оно и есть. Всё-таки прожил он много. И сегодня мне кажется, что куда больше, чем я думал. — Ссоритесь по мелочам! Конфликтуете почём зря. Живёте в своих собственных фантазиях, полностью поглощённые мелкими ненужными страстями. А самого главного и не замечаете…

Вот в этот раз я был вынужден с ним согласиться.

— То есть с самого начала это были вы? И вы всё знали? — спросил его я, с трудом сдерживаясь. — Знали, что я из другого мира?!

— Ну конечно же, молодой человек! Конечно же я всё знал! — улыбнувшись, ответил ректор. Кажется, его привычная сдержанность ему сегодня изменила, и он с трудом сдерживался, чтобы сразу всё нам не выложить. — Ваше появление не было для меня секретом! Сюрпризом — да, несомненно! Да ещё каким! Никогда в современной истории в Мире ещё не появлялся выходец из другого мира Бесконечного…

— Чего? — тупо переспросил Алан. — Это, простите, что такое, Бесконечное?

— Именно так! Именно так и не иначе! — с необычной, совершенно ему несвойственной страстью, бросился пояснять ректор. — Дело в том, что, как вы знаете благодаря вашему замечательному другу Олегу, наш мир — не единственный! Таких миров много! Невероятно много! Вы даже не можете вообразить, сколько их на самом деле! Целая бесконечность разных, непохожих один на другой миров! Именно эту совокупность миров обычно и называют Бесконечным…

— Кто их так называет? — теперь уже я поинтересовался у Деронда Деру. — Насколько я знаю, в Мире вообще не знают о существовании других миров! Все здесь думают, что это невозможно!

Меня трясло от возбуждения. Оказывается, ректору с самого начала было всё известно! Он вообще знал намного больше, чем я даже мог предположить! Вполне возможно, что именно сейчас он расскажет мне что-то, что поможет мне вернуться домой…

— Их так называют те, кто путешествуют по другим мирам, разумеется! — Мягко и слегка пренебрежительно ухмыльнулся ректор. — Их обычно называют Сияющими или мироходцами. Имён у них множество! Странствовать между мирами им помогает некое Сияние, якобы связующее все миры воедино. Но информации о них слишком мало. Вряд ли вы вообще о них когда-либо слышали! В Мире о них помнят только давно пожелтевшие страницы книг, написанных так давно, что за это время горы успели возникнуть и обрушиться…

— Врёте вы всё! — насупившись, сообщила ему Милена. Она по-прежнему клокотала от гнева, и лишь остатки благоразумия позволяли ей не броситься на Деронда Деру с кулаками. — Ни в одной книге такого нет! Дома, на Западе, я прочла тысячи книг! И ни о каких Сияющих там нет даже упоминания!

— Ну, знаешь ли, милая, книги бывают разные! — непривычно мягкой, как будто бы даже не своей улыбкой снова улыбнулся ректор. — Твой отец на Западе, конечно, умудрился собрать хорошую библиотеку. Множество редчайших знаний! Уж твой отец точно знает, что именно они делают человека по-настоящему могущественным. Но дело в том, что книги бывают разные. Не все из них содержат нужную информацию! Бывают просто книги, бывают очень редкие и древние книги, а бывают Книги…

Тут его взгляд остановился на мне, и я всё понял. То, как он произнёс последнее слово…

— Вы и про Книгу знаете! — воскликнул я, не веря своим ушам. — Но как?!

— Очень просто! Терпение и много времени — и любая задача окажется совсем не такой сложной, какой она казалась на первый взгляд! Очень много времени… — объяснил мне ректор прописные истины. — Ты удивишься, но Книга уже бывала в Мире. Многие тысячи лет назад. И умудрилась при этом оставить после себя такой след, что даже многие тысячелетия не смогли его стереть! Уникальный артефакт! Одних из мощнейших, о которых мне доводилось слышать! И при этом разумный! С характером! Но, вот беда, исчезнувший из Мира бесследно очень и очень давно… По крайней мере, там думают те немногие, кому вообще известно о существовании Книги…

— Но не вы? — поинтересовался у ректора Алан.

— Но не я! — кивнул Деронд Деру. — Я ждал, что однажды Книга снова появится в Мире. И не одна! Она любит делать всё чужими руками. Поэтому я и ждал тебя, Олег. Точнее, конечно, не именно тебя. А любого другого, кто пришёл бы из другого мира. Попаданца. Новичка в нашем замечательном мире…

Признаюсь, в этот момент я окончательно перестал понимать, что происходит. Всё казалось мне нереальным, совершенно сюрреалистичным! В самом деле, всё происходящее напоминало мне финал какого-нибудь не самого удачного боевика. Ну, вы, знаете, ту самую сцену, когда злодей пленяет героя и начинает выбалтывать ему все детали своего коварного и очень изощрённого плана. И совершенно не секрет, чем всё обычно заканчивается…

Но сейчас-то всё было по-настоящему! Просто Деронду Деру вдруг отчаянно захотелось поговорить. И это странно! Уже чего-чего, а пространных разговоров нашему ректору хватало и по основному месту работы. Необычно всё это, как-то неправильно…

— То есть вы хотите сказать, что, начитавшись книжек, вы узнали про существование других миров и решили просто дождаться, пока кто-то из другого мира не постучится в вашу дверь? — скорчив скептическую мордочку, поинтересовался Алан. — А могу я сделать вам замечание и сказать, что это полный бред? Совершенно лишённое логики предположение! От ректора Академии ожидаешь большего…

И тут произошло неожиданное.

Все мои наблюдения говорили о том, что ректор — человек тщеславный. Гордый. Да, умный, но эгоистичный и с зашкаливающим уровнем ЧСВ. И Алан только что по этому самому ЧСВ неплохо так проехался, практически прямо заявив одному из наиболее могущественных волшебников Мира, что он, мягко говоря, не прав в своих выводах.

Я нисколько не сомневался, что Деронд Деру этого не стерпит. Не выдержит, взорвётся. Хоть как-то проявит своё недовольство!

Но он не сделал ничего. Если, конечно, не считать таковым то, что он рассмеялся! Неожиданно гулко, с предыханием, но совершенно искренне.

— Ух, молодёжь, умеете же вы повеселить! — отсмеявшись, произнёс он. — Ну нет, конечно! Какое ждать! Я готовился! Я использовал все знания, чтобы отследить тот момент, когда попаданец окажется в Мире! Я нисколько не сомневался, что он появится либо в Академии, либо в Критеже — в одном из двух крупнейших магических центров Мира! И, когда понял, что попаданец здесь, то принялся действовать…

— Но как вы вообще узнали, что это именно я?! — не выдержав, прокричал я. — Я же пришёл в Академию вместе со всеми! Да у вас сотни студентов! Это мог быть кто угодно!

— О, очень просто! И совершенно очевидно! — ухмыльнувшись, произнёс ректор. Он прямо дрожал от переполняющего его возбуждения. А ведь был такой сдержанный! Сразу и не скажешь, что опытный боевой маг! — Ты прав, и я знал только, что попаданец здесь, в Академии. Кто именно — я не имел ни малейшего предположения. Вот тут мне и помогло Древо.

— Древо?! — вытаращилась на него Милена. — Оно-то тут при чём?! Это же просто деревяшка!

— Ну конечно же вы неправы! Древо — далеко не обычная деревяшка! — небрежно отмахнулся от неё ректор. — Это древнейший представитель магической фауны, что существовал в Мире многие тысячелетия назад. С совершенно особенными свойствами! Книга — носитель древней магии. И именно на эту магию Древо и реагирует! И вы же не думаете, что оно появилось в Академии просто так? И уж точно понимаете, что зацвело оно точно не по случайному совпадению…

— Что?! О чём он?! — одновременно воскликнули Алан и Милена, удивлённо уставившись на меня.

Пришлось объяснять.

— Дело в том, что я случайно коснулся Древа во время драки, — вздохнув, пояснил я. — После этого оно и начало цвести. Так что всё, что нужно было делать — просто следить за Древом. А уж выяснить, что это был я — дело нехитрое…

— Отличный вывод! — мягко, одобряюще усмехнулся ректор. — Олег, вы делаете поразительные успехи!

— Благодарю! — манерно шаркнув ножкой, фальшиво поклонился я. — Но это не отменяет главный вопрос: зачем я вообще вам понадобился?

— Ну как зачем?! — в этот раз пришла очередь ректора удивляться. — Ты же выходец из другого мира! Носитель нового небывалого знания! Разве мог я упустить такой шанс?! Ну, и главное, у тебя с собой была Книга. Не стану скрывать, она казалась мне куда привлекательнее любых знаний! Если хоть часть того, что писали о ней древние историки — правда, то она скрывает невероятной мощи знания! Невероятной!

— И вы, разумеется, хотите ими обладать? — вздохнув, спросил его Алан. — Нет, вы ничего такого не подумайте, и грубым я показаться не хочу, но всё-таки я был в праве ожидать от вас более интересных мотивов, чем банальная жажда власти и могущества! Хоть бы мира во всём мире могли ради разнообразия ради пожелать, что ли…

— Ох, молодость… — вздохнул ректор. — Мир во всём мире-то мне зачем? Да и могущество с властью — не самые лучшие мотиваторы! Нет! Мне нужны были знания сами по себе! Это же столько нового и замечательного можно было бы из неё почерпнуть…

Деронд Деру только что сказал, что ему не нужны ни власть и ни могущество?! Да я ушам своим не верю! Да я готов был поспорить, что как раз этих вещей наш ректор и жаждет больше всего на свете!

— А вот тут я вынужден вас разочаровать! — спокойно глядя ему в глаза, сообщил я. — Книга — это вам, простите за тавтологию, не какая-нибудь банальная книжонка из библиотеки! Книга разумна! Сама себе на уме! Она не возьмёт и не выкатит перед вами все свои знания для свободного использования. Ничего подобного! Она даст вам ровно то и ровно в том объёме, в котором сама захочет! Так что, увы, но все ваши надежды накрылись медным тазом…

На мгновение мне показалось, что ректор расстроился. Но лишь на мгновение. Как бы то ни было, он очень быстро овладел собой!

— Уверен, что это лишь из-за отсутствия у вас опыта! — мгновенно парировал он. — Более опытный волшебник нашёл бы способ узнать необходимое в мгновение ока! Для меня вообще большая загадка, почему Книга избрала вас своим носителем! Вы же ничего не умеете! Вы даже волшебником до сегодняшнего дня не были!

— А вот это и для меня самого большая загадка! — развёл руками я. На оскорбление относительно того, что я ничего не умею, я внимания не обратил. В принципе, говоря про волшебство, всё так и было. — Кстати, а зачем вам понадобилось проворачивать всю эту аферу со Знаком и исчезновением магии? Это же бессмысленно!

— Вовсе нет! — ухмыльнулся ректор. — Мне нужно было вас как-то простимулировать. А этот знак прекрасно действует на потенциальные магические способности! Ну и, к тому же, позволяет временно отключать магию. А это стало бы для меня прекрасным преимущестом…

— Преимуществом?! — фыркнула Милена. — Это каким, интересно, образом?! Вы же точно также лишены магии, как и все остальные!

— А вот и нет! — мягко улыбнулся Деронд Деру, и по кабинету пронёсся сквозняк.

Я остолбенел. Выходит, у ректора было волшебство! Этого не могло быть! Но я же сам видел на Аттестации, что у него его не было!

Хотя минуточку… Что именно я видел?

И тут всё встало на свои места.

— Вы ведь не Деронд Деру, верно? — спросил я его.

В ответ ректор криво усмехнулся.

— Какой умный мальчик! И как же ты, интересно, об этом догадался?

Глава 40

— В смысле не Деронд Деру?! — одновременно прокричали Алан и Милена, комично пялясь на меня широко распахнутыми от удивления глазами. Да уж, будь я на их месте, я бы удивился ещё больше…

— Ну вот так, — развёл руками я. — Не он.

— А кто тогда? — задал Алан, с огромным трудом беря себя в руки. — Он же вот, перед нами! Выглядит как ректор, говорит как ректор… Да он даже Милену бесит как ректор! Как ты вообще об этом догадался?!

— Да, Олег, будьте добры, просветите нас, пожалуйста! — с непроходящей вежливой улыбкой на губах мягко попросил меня Деронд Деру.

Я посмотрел на него тяжёлым взглядом. Вот ведь жук! Весь такой спокойный, уравновешенный. Ждёт, когда я раскрою все свои тайны! Расскажу всё, что знаю! Аж злость берёт! Но, увы, крыть мне нечем. Я вообще не очень понимаю, что делать. Остаётся только тянуть время…

— Честно говоря, я с самого начала заподозрил что-то неладное, — немного посомневавшись, начал я. — Ну в самом деле, посмотрите на него! Вроде всё на месте, но что-то неуловимо не так! Походка чуть другая, более сдержанная! Движения рук слишком плавные! Да и выправка! Ректор же бывший боевой маг! Только, хм, немного себя подзапустивший! Но военной выправки он не растерял! А сегодня… Сегодня этого в нём нет.

— Хм, интересное наблюдение, молодой человек! В высшей степени интересное! — ухмыльнулся Деронд Деру (я всё ещё продолжал называть его так по старой привычке). — Движения рук, выправка! Надо же, не ожидал от вас такой внимательности! Обычно на такую мелочь никто не обращает внимания! Солидная внешность, уверенный голос — и всё, никто даже не заподозрит, что что-то не так! Признайтесь, в вашем мире все настолько же внимательные, как и вы?

— Не совсем, — покачал я головой. — В моём мире есть ребята куда внимательнее. Шерлок Холмс, например. Но вы не в курсе, что кое-какой опыт у меня помимо Академии имеется. Я ведь почти дипломированный юрист, как-никак! Без одного года обладатель диплома бакалавра! Я изучал криминальная психологию. Сдал зачёт автоматом. Ну и практика в следственном комитете! Вы знаете, каких я там ребят насмотрелся! Ха, да они, чтобы деньги с банковской карточки стащить, такие истории рассказывали, даже у полковника с боевым опытом слёзы на глаза наворачивались!

Я и сам не заметил, как заболтался. Со мной это иногда происходит, особенно в минуты волнения.

Очнувшись, я огляделся по сторонам. Алан, Милена и даже ректор смотрели на меня как на умалишённого.

— Олег, ты что несёшь?! — в привычной для неё агрессивной манере набросилась на меня Милена, не непривычно быстро остыла. — Ты себя нормально чувствуешь? Может, переволновался?..

— Я в порядке! — как можно убедительнее сказал я, откашливаясь. — Так вот, о чём я… Да! Ещё вы были слишком эмоциональны! Наш ректор — тонкий политик, опытный стратег. Поболтать он любит, это да! И умеет! Но выбалтывать хоть что-нибудь важное ничего не понимающим студентам… Ну уж нет! Так он делать никогда бы не стал!

— Прекрасное замечание! — улыбнулся ректор и издевательски похлопал в ладоши. — Не знаю, чем знаменит в вашем мире этот Шерлок Холмс, но уверен, что вы немногим ему уступаете!

Столь грубую (пусть и неосознанную) лесть я пропустил мимо ушей. Сейчас это абсолютно неважно. Нужно сосредоточиться на кое-чём действительно стоящем.

— Ну и самое главное — ваша магия! Я же сам видел, что на Аттестации ректор абсолютно ничего не мог сделать в магическом смысле! И так убедительно! Нет, так притворяться нельзя! Так что вывод был очевиден — вы не ректор.

И тут я понял, что мы подошли к самому главному. Это же почувствовали и остальные.

— Тогда кто же я, мой дорогой Олег? — ласково, но с холодными равнодушными глазами поинтересовался у меня Деронд Деру. — Или так далеко ваша мыслительная деятельность не распространялась?

— Да, Олег, если это не ректор, тогда кто?! — гневно потребовала Милена, сверля меня фирменным тяжёлым взглядом, от которого кровь холодела в жилах. — Ты же знаешь, не тяни! Без тебя этот гоблин сам не сознается!

Это был важный, но чертовски неловкий момент. Потому что, честно говоря, я и сам понятия не имел, кто скрывается под маской ректора.

Мысли скакали галопом. Так, попробуем собрать в одну кучку всё, что мне известно.

Наш лже-ректор явно довольно умел в магическом плане. Сильный волшебник с опытом и подготовкой. Точно не ученик!

Он явно не молод. Это его обращение ко мне «молодой человек», наставнические интонации, немного скрипучий голос, сдержанные движения — он явно не молод!

Он эмоционален. Любит поговорить, легко возбуждается. Страстный человек! Когда ему что-то интересно, говорит так, что не заткнёшь.

Он жаден до знаний. Все эти его рассказы о книгах, о редких, недоступных остальным знаниях — он точно любит провести время с книжкой в руках, выискивая в древних манускриптах крупицы давно позабытой истины.

Столько фактов, что я о нём знаю! Столько маленьких деталей, складывающихся в чёткий и понятный психологический портрет, очевидный для любого, обладающего хоть сколько-нибудь логическим складом ума!

Для любого, кроме меня. Потому что я не имел ни малейшего представления, кто этот чувак такой!

Вообще догадываться, раскрывать тайные замыслы, все эти детективные интриги — это не моё! Мне бы чего попроще. Да мы бы здесь даже не оказались, не преследуй нас Изначальные!

Так, стоп…

Нас преследовали Изначальные. Притом так, что не оставалось сомнений — они делают это не стихийно, а в соответствии с планом. Так, как будто их кто-то направлял. Ведь Мастер МакДжул говорил, что все вырвавшиеся Изначальные сосредоточились в одной части Академии. В той, где были мы. А потом они нас привели сюда. Вроде бы мы оказались здесь случайно, но лже-ректор нас уже ждал, а, значит, совпадением это точно не было.

Значит, он каким-то непостижимым образом может управлять созданиями, появившимися на заре Мира. И это, конечно, пугает — неизвестно, на что он ещё способен.

Но одновременно и хорошо — теперь всё стало немного яснее…

И тут я всё понял.

— Мастер Аттенборг? — прошептал я, удивлённо глядя на застывшего напротив меня человека в образе ректора. — Это ведь вы, верно?

Раньше я часто слышал выражение «с эффектом разорвавшейся бомбы», но всегда относился к нему скептически. Ну в самом деле, откуда я или другие обычные люди вообще можем знать, что происходит, когда взрывается бомба? Всё-таки это довольно редко происходит! Нет, представить, конечно, можно, но это уже не то…

И вот сегодня я наконец-то понял, что это выражение реально означает.

Потому что мои слова вызвали такую буйную реакцию, что я даже представить её не мог.

— Ты что, вообще рехнулся?!!! Прошмоглыты тебе весь мозг выели?!!! — орала на меня красная от злости и возмущения Милена, а вокруг неё с потолка сыпались искры, от соприкосновения с полом взрывающиеся небольшими огненными фонтанчиками. — Какой это тебе Мастер Аттенборг! Он классный преподаватель! Тихий старичок! Он такой ерундой заниматься не будет! Ему это просто не нужно!

Не отставал от неё и Алан.

— Нет, друг, ты, конечно, молодец, что догадался про ректора, но сейчас ты точно не прав! — призывая всю логику, что была ему доступна, пытался он меня переубедить. — Мастер Аттенборг не может этого делать! Он же тихий любитель животных, а не какой-то сумасшедший маньяк!

Вместо ответа я просто указал на лже-ректора. Это был единственный и самый главный мой аргумент.

Прямо на глазах Деронд Деру менялся. Благородные черты лица, внушительное телосложение, аккуратная модная одежда растворялись, исчезали, уходили в никуда, превращаясь во что-то новое, поразительно знакомое.

Глава 41

Мгновение — и перед нами предстал Мастер Аттенборг собственной персоной. Всё такой же высокий, худой и седобородый, он улыбался своей мягкой тёплой улыбкой, которой я, однако, больше не доверял.

— Как я и говорил! — триумфально улыбаясь, повернулся я к друзьям.

На них было страшно смотреть. Мрачные, злые — они выглядели как люди, чья вера в вечное и доброе была навсегда уничтожена самым наглым и брутальным образом.

— Вы!!! — возопила Милена. — Но зачем?!!!

— Как я уже сказал, дочка, знания — единственное, что привлекает меня в этой жизни. Только они, и больше ничто другое способные сделать меня счастливым и принести то удовлетворение, которого я так жажду, — мягко, вежливо улыбаясь, ответил он. Его голос был по-прежнему притягательно скрипуч, а интонации ничем не отличались от тех, с которыми он обычно читал нам лекции. Типичный Мастер Аттенборг, ни дать ни взять. — К тому же, что я плохого сделал? Следил за пришельцем из другого мира? Предложил Агнессе вытащить из тёмного подвала давно забытое Древо? Ужасные поступки! По-настоящему кошмарные!

— Не только! — не выдержав, взорвался я. Мастер Аттенборг был моим любимым учителем, и раскрытие его личности расстроило меня едва ли не больше остальных. Я чувствовал себя обманутым. — Вы нарисовали на стене этот Знак, который лишил всех магии! Вы освободили Изначальных из Закромов!

— И что? — мягко качнул плечами Мастер Аттенборг. — Молодой человек, да, Знак нарисовал я, но активировали-то его вы! Только вы, с вашими уникальными способностями родом из другого мира и могли его активировать! Ну и не будет в Академии магии пару часов. Подумаешь! Никаких страшных последствий не случится!

— А как же химеры? — тут же включился в разговор Алан. — Пока мы шли по Академии, мы видели множество умирающих животных! Вы же известный любитель магической живности! Неужели дадите всем им умереть?

Мастер Аттенборог заметно помрачнел. Кажется, впервые за весь наш разговор нам удалось как-то его задеть.

— Увы, но ничего не поделаешь, — прервав молчание, развёл руками он. — Это грустная реальность. Необходимость. Зато у меня есть Изначальные! Редчайшие, уникальные создания! Настоящее чудо! И они стоят гораздо больше всего остального!

Увы, но я чувствовал, что он говорит правду. Он действительно верил в собственные слова. Он, конечно, сожалел о гибели множества замечательных химер, но был готов смириться с их гибелью ради какой-то одному ему ведомой высшей цели. И это разочаровывало — от Мастера Аттенборга я такого не ожидал.

Но зато теперь, после стольких месяцев неведения и догадок, многое наконец-то стало понятно. Передо мной был человек, который всё это время, словно паук, плёл вокруг меня свои интриги. Он был здесь, прямо напротив, и он знал гораздо больше, чем уже успел сказать. У него всё ещё оставались знания, которыми я хотел бы обладать. И самое главное — был один вопрос, на который я так и не получил ответа, но очень бы хотел…

— Что вы собираетесь делать дальше?

Ответом мне была вежливая улыбка.

— Ну а сам ты как думаешь? — словно на дурачка, посмотрел на меня Мастер Аттенборг. — Я же всё уже рассказал! Мне нужна Книга. И я намерен у тебя её забрать.

— Удачи! — хмыкнул в ответ я. — Думаете, всё с ней так просто? Ничего подобного! Она, знаете ли, дама с характером! Так просто не дастся и ничего вам против своей воли не скажет!

— Стойте, а зачем вы вообще ждали так долго? — неожиданно поинтересовалась у него Милена. — Вы же уже давно знали, кто Олег такой на самом деле! И что Книга у него вам тоже было известно! Вы давным-давно могли уже её забрать! Ну или хотя бы попытаться!

— Однако, вы, молодое поколение, начинаете нравиться мне всё больше и больше! Вы совсем не так безнадёжны, как принято о вас думать! — произнёс Мастер Аттенборг. — Всё верно, дорогая Милена! Если бы мой план был ограничен исключительно Книгой, то да, те усилия, которые я приложил, действительно были бы напрасны. Но мои планы шире! Мне не нужна просто Книга. Пусть она и бесценна, артефакт древней, давно забытой эпохи, но всё же меня привлекает кое-что ещё. Например, уникальный волшебный дар единственного во всём Мире попаданца!

Все взгляды обратились ко мне.

— Это вы обо мне?! — не сразу сообразил я, чувствуя себя здоровенный подопытным кроликом. — Я не собираюсь вам ни в чём помогать!

— О, мне и не требуется твоя помощь! — замахал руками Мастер Аттенборг, пытаясь прогнать саму эту мысль, словно назойливую муху. — Зачем?! Мой план был намного проще: захватить тебя, погрузить в особый короб, не позволяющий тебя обнаружить, и заняться изучением всех твоих уникальных свойств. И не важно, сколько времени это займёт! Неделя, месяц, год, а, может быть, даже годы — всё это не имеет ни малейшего значения! Я твёрдо намерен получить от тебя всё, что угодно! Даже если это будет стоить тебе жизни.

Что я там говорил про крайне странное ощущение, как будто бы я оказался в дешёвом боевике? Сейчас оно достигло своего максимального уровня! Это действительно уже начинало напоминать признание какого-нибудь суперзлодея! Даже шаблонные фразочки пошли в ход! «Даже если это будет стоить тебе жизни»! Это что вообще, блин, такое?! Люди в обычной нормальной жизни так не думают и не говорят!

Хотя… По моим наблюдениям, люди в обычной жизни начинают говорить как клишированные злодеи из фильмов в одном-единственном случае. Когда они никого не боятся или не стесняются. В этом случае они чувствуют себя комфортно и совершенно не переживают ни из-за того, что выглядят глупо, ни о последствиях своих действий. А если Мастер Аттенборг нисколько не беспокоится о последствиях всего того, что он наговорил и наделал, то объяснение может быть только одно…

Впрочем, меня уже опередила Милена.

— Ну, этому сбыться точно не суждено! — хищно улыбнулась наследница Запада, становясь в боевую стойку. — Вы, конечно, наш преподаватель, но Олега я в обиду не дам!

Не успели её слова отзвучать, а могучая и храбрая воительница уже бросилась в атаку. И это она несколько минут не верила в виновность Мастера Аттенборга и пыталась его защищать! Несколько доказательств, немного времени подумать — и она кардинально поменяла о нём мнение. Причём настолько, что готова вступить с ним в настоящий смертельный бой! Удивительная девушка!

И, разумеется, её атака не увенчалась успехом.

Милена пыталась атаковать смешанным стилем, что в данном контексте означало одновременное использование как навыков рукопашного боя, так и волшебства. Весьма эффективное, надо сказать, сочетание! В умелых руках неминуемо приводит к весьма ожидаемому результату — враг вынужден следить одновременно и за физическим уроном, и за магическим, и в результате, без должной подготовки, неминуемо что-нибудь да обязательно пропускает!

В данном случае расчёт был верный — если на магическом уровне Мастер Аттенборг, вне всякого сомнения, был более искушён, нежели Милена, то вот в плане физического боя он, в силу возраста, должен был неминуемо ей уступать.

Ну, по крайней мере, на это был расчёт.

Увы, но он не оправдался.

Удар Милены, чёткий и простой удар с разворота, пролетел мимо. До сих пор не понимаю, как он это сделал, но Аттенборг отскочил с такой скоростью и невероятной прытью, что заподозрить их в этом старом высохшем человеке было попросту нереально!

Щелчок пальцев, неизвестное мне волшебство — и Милена уже корчится в муках боли.

Ещё мгновение — и порывом неизвестно откуда взявшегося ветра её и Алана выносит прочь из кабинета прямо в коридор.

Щёлкает засов. Дверь надёжно заперта.

Я и Мастер Аттенборг остались одни.

— Прекрасно, Олег! Просто замечательно! — почти нежно, словно заправский педофил шепчет он, приближаясь ко мне. — Остались только мы с тобой! И никто не сможет нам помешать.

Я становлюсь в боевую стойку. Что ж, кажется, сейчас самое время продемонстрировать всё, чему я успел научиться.

Глава 42

Первый уровень Резерва откликнулся моментально.

Привычная энергия наполнила тело. Движения стали легче и быстрее, накаченные кровью мышцы преисполнились силы, дыхание успокоилось и обрело глубину.

Я стал идеальной машиной для убийства. Не самой мощной, конечно, не десятого уровня, но всё же Первый уровень Резерва сам по себе весьма грозное оружие. И, к тому же, весьма сложное в освоении. Подобным достижением в моём возрасте и на моём этапе тренировок похвастаться могли совсем немногие.

И, как это обычно бывает, мощь Резерва опьянила меня, внушила уверенность в собственной неуязвимости. Организм пребывал в эйфории от того, как гладко, с какой мощью работают все составляющие его органы.

И, разумеется, я начал совершать ошибки.

Я бросился в бой безрассудно. Просто набрал всю скорость, что мне позволяли открывшиеся резервы организма и не самое просторное помещение кабинета, и помчался в сторону Аттенборга. Никакой тактики не было. Секретных техник и сколько-нибудь сложных приёмов я тоже решил не применять. Да, честно сказать, я их и не знал. Слишком мало времени я потратил на обучение и тренировки!

Впрочем, даже если знал, навряд ли бы я отнёсся к бою хоть сколько-нибудь серьёзно. Всё-таки у меня был всего один противник, иссохший от времени старик, выглядящий настолько миролюбиво, насколько это только возможно. К тому же мой ещё совсем недавно любимый учитель. Ну разве я могу всерьёз применить против него силу? Это же просто смешно! И не важно, что он тут наболтал. Всё-таки ничего по-настоящему плохого он сделать ещё не успел!

От моей лобовой атаки Аттенборг увернулся так легко, будто бы её и вовсе не было. Лёгкий шаг в сторону, едва уловимое движение корпусом — и я со всей своей скоростью просто пролетел мимо, с хрустом влетев в стену.

— Аарргх!

Звёздочки в глазах подействовали отрезвляюще. Да уж, что не говори, а удар лицом по бетону — лучший способ вылечить завышенные ожидания! Пусть это даже ожидания от самого себя…

В затуманенной адреналином голове запоздало всплыло недавнее воспоминание о двойной атаке Милены, и о том, как легко, играючи, Аттенборг с ней справился, вышвырнув её и Алана в коридор. Блииин… Ну почему я не вспомнил об этом раньше?! Тогда бы точно не отнёсся к этому бою так безалаберно! Точно бы продумал какую-нибудь стратегию!

Хотя кого я обманываю? Ничего бы я продумывать не стал! Моя стратегия — лезть напролом и надеяться на лучшее. Да, знаю, звучит так себе. Но это мой естественный способ решать вопросы. Мне так комфортно. И, в конце концов, я же не Милена! Вот уж кто всегда бросается в бой, даже не попытавшись хотя бы немного оценить ситуацию…

Кстати, интересно, как там ребята? Вот бы узнать! Надеюсь, с ними всё в порядке…

Словно в ответ на мой незаданный вопрос, из-за плотно запертой крепкой двери донеслись глухие звуки падения и сдавленные крики. Неприятные крики. Крики боли. И, пусть звуки и были ощутимо приглушены дверью, готов поклясться, что это кричал Алан.

Я перевёл взгляд на Аттенборга. Он ухмылялся.

— Вы что с ними сделали?! — прокричал я в ярости. Стой он немного ближе — обязательно бы схватил его за грудки. И плевать, что с преподавателем так поступать нельзя!

— Олег, прошу, не разочаровывай меня! — мягко улыбнувшись, вежливым елейным голосом произнёс старый преподаватель. — Ты же в самом деле не думал, что я оставлю твоих друзей без моего самого пристального внимания? У них там есть чем заняться. Мои прислужники как следуют с ними позабавятся…

Я мысленно ударил себя ладонью по лбу. В самом деле, мог бы и догадаться, что Аттенборг обязательно придумает что-нибудь в этом роде! Все его предыдущие действия складывались в сложную многоходовую интригу, а я тут решил, что уже всё про всех понял. Так вот, ничего подобного! Судя по тому, как он плёл свои хитрые планы, моих друзей, потенциальную угрозу для всей его тонко разыгранной кампании, он точно бы не оставил в покое!

Жаль, я никак не могу им сейчас помочь…

— Прислужники? — спросил я его, надеясь выиграть единственное, что как-то могло нам помочь — время. Всё-таки я не терял надежды, что магия вернётся в Академию и нам на помощь придут остальные преподаватели. Понимаю, влажные фантазии. Но совсем без надежды было бы уж совсем грустно. — Какие именно? Что-то я не замечал за вами особого культа поклонения! Если не считать студентов, конечно! Преподаватель вы всё-таки классный. Но только никто из них за вас сражаться точно не будет — всё-таки они не идиоты и понимают, что вы обречены…

Ответом мне была улыбка. Та самая мягкая, завораживающая, полная мудрости и доброты знаменитая улыбка Аттенборга. Только в этот раз меня от неё натурально передёрнуло. Всё-таки в слишком страшных обстоятельствах он улыбался, совершенно неуместных. И теперь я видел всю сокрытую за ней ложь. В его словах за долгие и долгие годы не было ни единого слова правды. Всё, что я знал о нём — было ложью.

Крайне обидной ложью.

— А теперь, молодой человек, подумайте, пожалуйста, ещё раз! И будьте внимательны! — мягко произнёс он, и я почувствовал себя учеником, пропустившим на занятии что-то очень важное. — С кем я ещё работаю кроме учеников? Ну же, вы справитесь!

И тут я понял.

— Волшебные животные и химеры! Вы же Мастер-Зоолог, в конце концов!

— Всё верно! — снова улыбнувшись, ответил Аттенборг. — Рад, что ты догадался.

— Но они все мертвы! Магии же больше нет! — непонимающе посмотрел я на него. — Я сам по пути сюда видел, как они умирали!

— Лишь те, кем я решил пожертвовать! — равнодушно пожал плечами Аттенборг. — Знаешь ли, не все существа одинаково полезны! Если я что-то и понял за долгие годы жизни, так это то, что избавляться от тех, кто ничем не может помочь тебе в достижении целей, просто необходимо. Иначе их слабость и тебя засосёт на самое дно.

Я в изумлении посмотрел на него. Нет, я уже понял, что он сволочь, но чтобы настолько! Я же был уверен, что он обожает волшебных существ! С такой теплотой он о них рассказывал! Но оказалось, что и это оказалось ненастоящим…

— Но как вы сумели избежать воздействия Знака? Я думал, он влияет на всех в Академии. Ну, кроме меня…

— Олег, Олег… — печально произнёс Аттенборг тоном, с которым обычно сердобольный преподаватель отчитывает нерадивого ученика. — Вам точно следовало больше времени уделять учёбе, а не ввязываться во всякие сомнительные дуэли! Тогда бы вы наверняка знали, что действие Руны или Знака не распространяется на того, кто её начертал. Очень жаль, что у вас такие серьёзные пробелы в знаниях! Особо жаль, что вы довольно сообразительны. Из вас мог бы получиться хороший волшебник! Хотя от гостя из другого мира и избранника Книги я всё-таки ожидал немного большего…

Что он там ожидал, я уже не слышал. Потому что я снова рванулся в бой.

Но в этот раз я решил думать головой и, воспользовавшись тактикой Милены, помимо физической атаки использовать ещё и волшебство. Пусть у неё не получилось, но идея-то была отличная…

Волшебство во мне откликнулось на первый же зов. Всё никак не могу привыкнуть, что наконец-то им владею! Странное чувство. Как будто выиграл в лотерею. Правда, опыта у меня, мягко говоря, было всё ещё немного. Хотя несколько месяцев теоретических занятий всё-таки помогали. Умение концентрироваться и понимание общих принципов распределения энергии лишними не бывают!

Прямо рядом со мной возник мой абсолютный двойник. Ну как двойник… Бледное, бликующее изображение, полностью повторяющее мои движения. Не ахти какая копия, разница видна на большом расстоянии невооружённым глазом. Обмануть хоть кого-то со зрение лучше, чем минус 8, просто нереально!

Но вот для того, чтобы запутать и отвлечь — более, чем достаточно…

Я и копия ударили одновременно. Быстро, с силой. Совершенно одинаково.

Как я и надеялся, различить нас Аттенборг не сумел. Точнее, вынужденный защищаться, не успел, и совершил именно ту ошибку, на которую я и рассчитывал.

Лёгким движением он парировал удар копии, в то время как я, мягко отступив в сторону, оказался справа от него.

Отличная позиция!

У меня была секунда для стремительного удара. Я собрал в кулак всю возможную мощь, почувствовал, как сила, которую я в себе даже никогда и не подозревал, пробудилась, готовая излиться на Аттенборга, которого я всем сердцем жаждал одолеть. Этот удар должен быть самым сильным, на который я только способен! Второго шанса может и не быть!

Один удар сердца — и мой кулак влетел прямо в грудь Аттенборга.

Точнее, должен был влететь.

Глава 43

Чтобы вы понимали, что именно произошло, нужно представить всё как можно точнее.

Вот мой кулак летит прямо в грудь Аттенборга. Победа неминуема! Но в самую-самую последнюю секунду он это замечает и пытается увернуться.

Разумеется, это невозможно!

Мой кулак от его груди отделяют несколько сантиметров и всего пара мгновений. Исход очевиден! Ни один человек никогда не сможет извернуться и избежать удара. Таких скоростей просто не существует! Ну, я думал, что не существует…

Но каким-то образом он всё же сумел увернуться.

Плавный разворот, шаг в сторону — и он уже в стороне, а я бью в пустоту!

Но (и это повод гордиться!) увернулся он не полностью. На самом излёте мой кулак всё же сумел его зацепить. Едва ощутимо, самым кончиком костяшек, я буквально проскрёб по его груди.

Учитывая усиление на Первом уровне Резерва, этого оказалось достаточно, чтобы Аттенборг по инерции отлетел от моего в целом всё равно не самого удачного удара к стене. Не сильно, совсем не так, как я планировал, но всё же, надеюсь, ощутимо.

— Ох, Олег… Какая же это ошибка! Огромная ошибка! — проскрежетал он, сплёвывая на пол слюну, напополам перемешанную с кровью. — Ударить преподавателя! Старого больного человека! Как же вы могли так низко пасть? Или в вашем мире совсем не уважают старших?

От каждого его слова так и разило иронией. Мерзкой иронией, самой настоящей издёвкой. Но я на неё не реагировал. А смысл? Очевидно же, что он пытается меня разозлить, вывести из равновесия! А этого я просто не мог допустить. Ведь первое правило бойца какое? Думать головой! А я это правило и так частенько нарушаю…

Но, впрочем, я был не против немного поболтать. Лобовая атака всё равно сейчас не получится — слишком уж внимательно он за мной следит, готов отразить любое моё поползновение на его здоровье. Да, к тому же, восстановиться после использования Резерва тоже не будет лишним. Всё время забываю, сколько сил забирает хотя бы пара минут на Первом уровне. Ноги так и дрожат…

— Не такой уж вы старый и больной! Вон как резво уклоняетесь от моих ударов! — как можно более дерзко и развязно, нарочно чтобы его позлить, произнёс я. — Милену и вовсе за секунду скрутили! Где вы вообще так драться научились?! Вроде такой мирный на вид…

— И вечно вы молодые не слушаете… — снова улыбаясь, ответил Аттенборг. Не знаю как, но, судя по его спокойному лицу, он уже успел оправиться от моего удара. Вот ведь шустрый старик! Гораздо сильнее, чем кажется на первый взгляд. Да и на мой издевательский тон он, кажется, не отреагировал. — Я же говорил, что всегда жаждал знаний! Они были нужны мне как воздух! И в их поиске я не только корпел в библиотеке. Я путешествовал. Переходил из страны в страну. Да, волшебная зоология, любовь моей юности, всегда была на первом месте. Но меня интересовала не только она! Я хотел знать всё о Мире! О его тайных законах. И о местах за его пределами…

— А драться-то вы где научились? — оборвал его я. Только историй о его молодости мне не хватало! — Только не говорите, что всё выучили по учебнику «Как предавать учеников и нападать на них исподтишка»?

А вот этот панчлайн, кажется, попал! Во всяком случае, глаз у него дёрнулся. Или мне уже кажется?

— И снова торопитесь… — осуждающе покачал головой Аттенборг. — Говорю же, я провёл долгие годы в путешествиях! А когда странствуешь, нужно быть готовым постоять за себя. И я был готов. Я дрался едва ли не каждый день. Сначала проигрывал, затем научился побеждать. Не сразу, конечно, но пара травм, угнанная лошадь, две-три засады на тёмной дороге — и навыки, на освоение которых в классе требуются годы, как будто бы сами впитываются в кровь, становятся второй натурой. Знаете ли вы, что это такое — просыпаться на голой земле в новой стране, в окружении существ, мечтающих отщипнуть от вас кусок пожирнее? О, вы не знаете! Это мотивирует! Закаляет. И дарит опыт. Огромный опыт — вот мой секрет. Очевидно, не правда ли?

— Очевидно, — согласился я. Действительно, никакой мистики в его истории не было. Только честная работа, пот и кровь. Я и сам достиг своего Первого уровня Резерва схожим путём. — А Уровень Резерва у вас какой? Ведь наверняка не нулевой?

— Третий, — спокойно пояснил он. — Не было, знаете ли времени, сосредоточиться на дальнейшем развитии своей физической формы. Но, спешу заверить, этого более чем достаточно в большинстве случаев. Всё-таки при моей работе и благообразной внешности бодаться с высшими магами приходится далеко не каждый день.

Надо же, совсем расслабился и выбалтывает всё, что хочет! Непростительное упущение. Впрочем, мне с моим Первым уровнем толку от этого как от козла молока.

— Но зачем вы тогда маскировались под старого профессора, тихого и спокойного? Или это тоже было частью вашего плана?

Судя по изменившемуся выражению его лица, в этот раз мне, кажется, по-настоящему удалось задеть мастера Аттенборга за живое.

И тут он сорвался с места с такой скоростью, что я не успел увидеть ни единого движения. Просто один слитный пугающий прыжок.

Секунда — и я лежал у его ног, сражённый точной подножкой.

Ещё секунда — и я был плотно спеленат невидимыми магическими путами.

— Что, Олег, не ожидали? Забылись в разгаре битвы и решили, что мы с вами хотя бы немного равны? — снова улыбаясь, произнёс Аттенборг, отступая на несколько шагов назад, чтобы внимательнее разглядеть меня, бессмысленно трепыхающегося в его волшебной паутине. — Так вот, это была большая ошибка! Впрочем, это уже неважно. Вы всё равно проиграли.

Он присел рядом со мной. В его руках прямо из воздуха возник внушительных размеров шприц, почти такой, как на Земле, только больше и с необычно массивной вычурной ножкой. Внутри него плескалась полупрозрачная голубая жидкость, которую он поспешил мягким опытным движение ввести мне в правую руку.

— Что это такое?! — прохрипел я.

— О, сего лишь транквилизатор! — вежливо, как и обычно, пояснил он. — Я же говорил, что собираюсь пленить вас и в дальнейшем использовать для опытов. Лучшего способа доставить вас в моё укромное убежище, чем сделать это, когда вы прибываете без сознания, представить просто невозможно!

Тут я почувствовал, как по телу начинает медленно начинает разливаться мягкий, но неотвратимый холод. Лёгкой ледяной корочкой он побежал по венам, разнося покой и апатию. Еще пару минут с этой штукой в крови — и всё, я уже точно ничего не смогу сделать!

— Да пошёл ты! — выплюнул я начинающим заплетаться языком. — У вас всё равно нет шансов! Милена и Алан всё расскажут Деронду Деру! Он вам такое устроит!..

В ответ Аттенборг рассмеялся.

— Ох, молодёжь… Олег, неужели вы не поняли?! После того, как я пленю вас, я тут же расправлюсь и с вашими друзьями! Выдам их как случайные жертвы. Так что все ваши усилия тщетны!

В ответ я только яростно скрипнул зубами. Вот же я вляпался! Он же не просто языком чешет, а действительно воплотит каждую угрозу!

А Аттенборг тем временем не унимался.

— И, Олег, пусть вы и пришли из другого мира, быстрее всех достигли Первого уровня Резерва, и в целом довольно неплохо адаптировались в Мире, вы всё равно ничего не поняли.

— А что я должен был понять?! — прохрипел я, тщетно пытаясь выбраться из спеленавших меня пут. Ну надо же, какие мощные! Такие физической силой не разорвать. Тут нужно работать волшебством, и не просто так, стихийно, как я делал до этого, а грамотно, с фантазией и головой. Такого навыка у меня пока, увы, не было.

Значит, придётся учиться…

— Что всегда нужно быть готовым к бою, и не отвлекаться, пока враг окончательно и бесповоротно не повержен. И, что ещё важнее, всегда всё продумывать на несколько шагов вперёд. То, что вы совсем не умеете делать. — Он мягко заскользил вокруг меня, любуясь видом поверженного противника. — Уж не знаю, как происходит в вашем родном мире, но здесь у нас именно так. Кстати, так и не спросил вас о вашем мире. Расскажите, какой он. Я, конечно, всё равно вытащу из вас всю информацию, когда вы будете полностью в моей власти, но сами понимаете, я очень нетерпеливый. Хочется всё и сразу…

Каждое его слово кололо меня в самую душу. И ещё я чувствовал, что с каждой секундой действие вколотого им яда становится всё сильнее и сильнее. Я даже дёргаться нормально уже не мог! Совсем чуть-чуть — и я полностью ослабею!

Надо пытаться лучше! Ну же! СОБЕРИСЬ!!!

Я напряг все свои силы и почувствовал, как трещат от напряжения ослабленные зельем мышцы, а глаза вот-вот выскочат из орбит. Я был не пределе своих возможностей! Ещё немного — и я просто умру от перенапряжения!

И тут я что-то почувствовал. Какое-то пламя в груди, новое, незнакомое чувство. Так, я на правильном пути! Нужно лучше пытаться!

А пока можно попытаться немного отвлечь Аттенборга. Время — это всё, что мне сейчас нужно.

— О, Земля — прекрасный мир! — начал говорить я, изо всех сил пытаясь, чтобы мой трещащий от напряжения голос звучал как можно естественнее. — Огромный, полный воды и лесов! В небе летают железные птицы, под землёй ездят поезда, в каждом доме есть вода, а чтобы разогреть еду, мы просто ставим её в микроволновку. И самое главное — никакого волшебства!

— Никакого волшебства?! — судя по изменившемуся лицу Аттенборга, такого поворота он не ожидал. — Тогда это объясняет, почему вы были так плохи на занятиях! Это очень любопытно. Как же я хочу узнать о вашем мире побольше. Уже не терпится забраться вам в голову!

И именно на этой фразе я наконец-то понял, что у меня получилось. Всё доступное мне волшебство смешалось с невероятным физическим усилием, и сковывающие меня путы треснули.

Я был на свободе!

— Не дождёшься! — прокричал я, вскакивая на ноги.

Ого, как быстро я двигаюсь! Что-то необычное…

Аттенборг отшатнулся от меня как от чумного.

— Как… Как?! — прошептал он, вглядываясь в моё лицо. — Третий уровень Резерва?! Как это вообще возможно?!

Мне показалось, что я ослышался.

Глава 44

— Какой уровень?!!!

Сказать честно, его слова показались мне бредом. Такого ведь не бывает, чтобы с Первого уровня стремительно, в один вечер, скакануть сразу до Третьего! Через уровень! Это просто невозможно! Кажется, ни в одной из книг, сохранившихся в Мире, даже в самых древних, нет упоминания ни о чём подобном. Даже в разделе «Мифы, небылицы и наркотические трипы автора» подобным идеям не было места!

Да даже сам факт того, что я так быстро достиг Первого уровня Резерва — уже настоящее чудо, а уж Третий уровень — что-то вообще за гранью возможного…

Но то, как на меня смотрел Аттенборг! Как его лицо застыло в странной маске скорби, напополам смешанной с удивлением, как будто он сам не мог уяснить, какую из двух столь непохожих эмоций выбрать…

Это лицо заставляло меня сомневаться в непоколебимости всего, что я знал.

— Третий уровень… — пробормотал он себе под нос, с задумчивым видом выводя вокруг меня круги. — Олег! Олег, вы надо мной издеваетесь! Нет, я всё понимаю, но подобное!.. Меньше чем за четыре месяца с начала занятий! Даже для попаданца из другого мира это чересчур!!!

То, с каким жаром, с каким возмущением он это говорил, заставило меня усомниться. А что, если старик прав?.. Третий уровень! Даже подумать страшно! И всё-таки…

Вот бы проверить правдивость его слов! Протестировать, так сказать, вновь открывшиеся скилы…

Что произошло дальше, я и сам толком не понял.

Не в силах сдержаться, ноги сами понесли меня в атаку. И ещё как понесли! Пара резких быстрых толчков, и вот уже тело, выброшенное грубой физической силой, словно лава бурлящей в моей крови, выброшенная из извергающегося вулкана, взвилось в воздух, несясь прямиком на Аттенборга.

Мир вокруг расплылся в стремительной карусели образов и размытых, едва различимых цветов. Всё стало невозможно медленным. Настолько медленным, что я в деталях мог разглядеть залетевшего в класс комара.

Ого, да я такую скорость даже представить не мог!!!

И, разумеется, в этот раз шанса увернуться у Аттенборга просто не было.

Рука сама сжалась в жёсткий, до треска, до ломотыв костях кулак, напитанный одной из самых опасных и неуправляемых энергий в Мире. Меня просто разрывало от звенящей в ушах силы!

Ну же, всё, что нужно — просто попасть!..

Кулак влетел Аттенборгу прямо в лицо, на четверть погрузившись в его мягкие и податливые ткани.

Отличный удар!

Быстрый, сильный, без всяких борцовских обманных тактик. Только грубая сила и природный талант! Честный бой!

Причём, насколько я понимаю, наконец-то бой на равных. Аттенборг же говорил, что у него Третий уровень Резерва. Точно такой же, как и у меня теперь! А это значит, что победа вовсе не кажется такой уж невероятной…

Сила моего удара была настолько велика, что Аттенборга подбросило в воздух почти на метр. На долю секунды он завис в воздухе, а затем с громким хрустом влетел спиной в стену, с которой тут же посыпалась каменная крошка.

— Аарргх!!!

Аттенборг осел в углу безвольной куклой. Седобородый, слабый, только что получивший удар, который и слона бы не оставил равнодушным, он выглядел жалко. Меня даже кольнула едва ощутимая игла стыда, вечной проблемы воспитанных людей. Пусть он и натворил множество таких дел, за которые можно врезать и посильнее, но всё-таки он уже стар и слаб, к тому же уважаемый преподаватель, прекрасный учёный и педагог. Как-то слишком я с ним грубо. Нужно было помягче…

И тут он начал подниматься на ноги.

— Чего???!!!

Такого я и представить не мог. Медленно, словно в фильме ужасов, вздрагивая и выгибаясь в местах, в которых, кажется, человеческое тело вообще не должно гнуться, Аттенборг возвращался к жизни. Слетала каменная пыль, наливалось кровью бледное лицо, в теле появлялись сила и резвость.

— Отличная попытка, Олег! Ох, какая прекрасная попытка! — гаркнул он, и от этого возгласа у меня зашевелились волосы на голове. — У вас ведь почти получилось! Ещё чуть-чуть… И подумать страшно, что бы я делал без волшебства.

Я мысленно застонал. Ну конечно! Волшебство! Ну почему я постоянно про него забываю?!

Я бросил на Аттенборга самый пристальный взгляд, на который только был способен, словно надеясь увидеть, какое именно волшебство он использует.

Как ни странно, мне это удалось.

Теперь я видел окружившие Аттенборга Узоры. Многочисленные, тесно переплетённые между собой, они складывались в простые, но надёжные волшебные щиты. Не такие, что совсем не пропустят удар, но мягкие и гибкие, позволяющие телу отреагировать на нанесённое воздействие, но надёжно защищающие от последствий.

— Да вы издеваетесь! — в сердцах бросил я. — Что, не могли просто сдаться?!

— Ну уж нет! — Аттенборг улыбнулся такой улыбкой, что я сразу понял, что шутки кончились. Теперь он будет драться по-настоящему. — Я слишком долго к этому шёл. И не позволю никому так просто разрушить всё, к чему я стремился!

Тут за стеной послышался едва различимый скрежет, и в крошечной щёлке, образовавшейся из-за падения Аттенборга, мелькнула мучительно знакомая светлая прядь.

— Олег! — вскрикнула Милена, и, готов поклясться, я никогда так не был рад её голосу! — Олег!!! Ты жив?!!!

— Жив! — выкрикнул я в ответ. — И у меня Третий уровень Резерва!

Повисла тишина, а затем раздался приглушённый, но всё же довольно хорошо слышный шёпот.

— Ну всё, старик свёл его с ума! — с печалью в голосе констатировал Алан. — Бредит наяву…

— Да не брежу я! — не выдержав, выкрикнул я. — Сейчас разберусь с этим гоблином и всё вам сам покажу!

— Ну, дорогой Олег, на вашем месте я бы не делал таких скоропалительных выводов! — мягко поправил меня Аттенборг.

И, словно заправский Танос, щёлкнул пальцами.

Тут же стало холодно. Настолько холодно, что с потолка, медленно кружась, упали красивые крупные снежинки. А ещё в воздухе потянуло опасностью.

И тут я понял, что он делает.

Тут же рядом со мной в кабинете оказались двое Изначальных. Огромные, всё такие же непонятным образом перемешанные, они были совсем рядом со мной, всего в паре сантиметров.

Из-за стены раздался громкий истеричный крик. Судя по всему, кричал Алан. Значит, эти твари появились и в коридоре тоже.

— Как же я рад, что в древних книгах можно найти редкие, уникальные, но такие полезные в повседневной жизни знания! — ухмыляясь, и явно получая удовольствие от моего перекошенного лица, нараспев произнёс Аттенборг. — Например, как управлять Изначальными! Конечно, ритуал весьма кровавый, требуется кровь девственниц, а с ней сейчас очень сложно, дикие нравы, сами понимаете… Тем не менее, если не чураться и не бояться заляпать руки, то можно обрести столь прекрасных слуг! Покорных, неуязвимых для современного волшебства. А, самое главное, смертоносных…

Я сглотнул. Так, ситуация хуже не придумаешь. Пусть у меня и Третий уровень Резерва, но всё-таки для сражения с двумя Изначальными этого ничтожно мало. Это же древнее зло! Сам Деронд Деру и то с ними не совладает! Даже смешно думать, что мне удастся с ними совладать!

А что хуже всего, в опасности не только я, но и мои друзья. А вот за них я переживаю куда больше, чем за себя…

— Вы всё равно меня не убьёте! — нагло заявил я, глядя Аттенборгу глаза. — Вы же сами говорили, что я вам нужен! А от мёртвого меня толку будет немного!..

— Вы знаете, дорогой Олег, я подумал и пересмотрел свои планы… — всё также мило и ласково улыбаясь, вынес мне смертный приговор Аттенборг. — Вы продемонстрировали свои незаурядные способности. Огрызнулись, одним словом, продемонстрировали зубы. Я запоздало понял, что понятия не имею, чего от вас, попаданца из другого мира, можно ожидать. А поэтому решил не рисковать. К тому же Изначальные не совсем убивают свою жертву. Скорее они её замораживают, лишают возможности двигаться и хоть как-то сопротивляться. Таким образом, вы всё также будете пригодны для моих экспериментов. Более того, вы даже будете в сознании! Представляете, как прекрасно?!

Его мнения я совсем не разделял. Но что я думаю, никто и не спрашивал.

— Ребята, вперёд! — мягко скомандовал Аттенброг, и Изначальные одновременно меня коснулись.

Мир вокруг перестал существовать.

Все чувства пропали. Я не видел, не слышал, не чувствовал ни пола под ногами, ни прохлады класса, ни пыльного запаха Академии. Я был совсем одинок. Один на один сам с собой, своими мыслями. Я был жив и одновременно мёртв.

Всё закончилось.

Я проиграл.

Я понял это внезапно. Всё, за что я боролся, все мои усилия в Академии, тренировки до крови, мечты, желание вернуться домой — всё это осталось позади. Я потерял всё. Навсегда. И больше ничего не будет.

Бесчисленные, длиной в годы, эксперименты Аттенборга — вот всё, что меня ждёт.

И тут мне стало обидно.

Нет, ну в самом деле, столько сделать и проиграть! Это просто нечестно! Несправедливо! А я больше всего ненавижу несправедливость!

Я постарался собрать все силы, что в нынешнем бестелесном состоянии ещё оставались. Ничего не вышло. Я совершенно не чувствовал собственного тела, а значит и воспользоваться его ресурсами тоже не мог.

Так, надо думать!

Я попытался вызвать Резерв, перейти хотя бы на Первый уровень — глухо. Никакой реакции.

Попытался воспользоваться волшебством. Снова ничего! Как будто и не было его никогда!

Что же ещё у меня остаётся? Должно быть что-то! Какой-то выход! Неиспользованная возможность!!!

Но ничего не было.

Я больше ничего не умел.

Я был беспомощен.

Я был один.

Я умирал.

Хотя стоп. Почему это я один?!

— Книга, услышь меня!!!

Не знаю, чем я это произнёс, ведь рта у меня не было, но я явственно услышал собственный крик. Это кричала моя душа, моя воля, всё моё естество билось в последней битве, отчаянно хватаясь за единственный и такой невозможный шанс…

Прошли долгие секунды, прежде чем я понял: меня услышали.

Кажется, ничего не изменилось, но я знал, что Книга здесь (где бы это здесь ни было), и самое важное — она меня слышит.

— Пожалуйста, помоги мне вернуться! — взмолился я. — Помоги мне снова очутиться в Академии! Клянусь, я сделаю всё, что ты от меня потребуешь! Только дай мне вернуться и спасти друзей!!!

Сначала я подумал, что ничего не произошло. Меня проигнорировали, не услышали.

Но тут Книга ответила! И я впервые услышал её голос.

— Что ты готов дать мне взамен? — спросила она, и от звука её голоса, кажется, затряслась сама моя душа.

— Всё! Всё, что ты захочешь!!! — прокричал я.

И в то же мгновение я вернулся.

Я всё также был в классе, а Изначальные подпирали меня с обеих сторон. Но только теперь их прикосновения нисколько мне не вредили. Да что там не вредили, я просто их не чувствовал.

Я огляделся по сторонам. Напротив меня стоял Аттенборг. Его торжествующая улыбка гасла на глазах.

— ЧТО???!!! — истерично закричал он. — ЭТО НЕВОЗМОЖНО!!!

— Возможно! — просто ответил я, и взмахнул рукой.

Я не осознавал, что делаю, и просто выбросил в Аттенборга первый Узор, что сумел придумать и сложить. Кажется, это было что-то простое, сковывающее движение.

Но Книга решила по-другому.

Мой Узор изменился в полёте. Его контуры стали острыми и хищными, а цвет окрасился в свирепый алый.

Мгновение — и Мастер Аттенборг вспыхнул прямо у меня на глазах.

В то же мгновение на меня накатила нестерпимая боль. Невыносимо ныла рука. Полуслепыми от шока глазами я посмотрел на кожу на своём предплечье. Её страшным рубцом рассекал сложный знак, а кровь жирными каплями капала на пол.

«Моя плата», — услышал я голос Книги и потерял сознание.

Глава 45

— Он умер.

— Однозначно! Потрогайте, какой холодный!

— И руки свело судорогой. Вы посмотрите, как они скорчились! И ещё эта кровь…

— Холодный, руки… Это всё ерунда! Вы что, не чувствуете, как он воняет?! Да очевидно же, что он уже разлагается!!!

Голоса звучали издалека. Очень издалека. Едва различимые, приглушённые — так обычно слышатся звуки из соседней квартиры с другого этажа. Я даже не мог сказать, сколько именно голосов я слышу, так приглушённо они звучали, но, кажется, четыре. Да, точно, четыре! Совершенно незнакомые. Но самое главное — это были голоса. Уже хоть что-то…

Ещё совсем недавно не было даже их.

Мне казалось, что я снова провалился в ничто, как после прикосновения Изначальных. Я ничего не видел, не слышал. В голове не было ни единой мысли. Я знал только, что существую. И всё.

Сколько продлилось такое состояние я тоже не знал. Может несколько коротких мгновений, но может и много долгих лет. Сказать хоть сколько-нибудь точно было невозможно.

Эти голоса пробились в мой личный мирок внезапно. Просто появились без какого-либо предупреждения. И именно они стали моим проводником, единственным ориентиром в мире, напрочь лишённом чувств. Только вот что это за голоса? Кому они принадлежат? И что они говорят? Кто-то умер? Но кто???

— Однозначно мёртв! И неудивительно. Вы только посмотрите, какой он худой! Кожа да кости! Наверняка причина смерти — истощение…

— Какое истощение?! Не видишь, что ли, у него на обеих руках одинаковые ожоги в форме ладони. Его явно коснулось тёмное древнее волшебство!

— Нет, нет и снова нет! Причина смерти для меня совершенно очевидна. Вы посмотрите, сколько у него синяков! Его же явно били. Возможно, даже ногами! Неудивительно, что бедняга умер. Возможно, в страшных мучениях…

— Вы идиоты! Что, не видите, у него вся рука в крови, а под ней какой-то знак! Ну точно тёмная руна! Уверен, что ещё и древняя, с Изначальных времён. Такую и Мастер Вигорус Рамси прочитать не сумеет!

Худой, ожоги в форме ладоней, синяки, кровавый знак на руке. Быть не может… Они говорят обо мне!!!

Я что, умер?!!!

Эта мысль подействовала на меня как ведро ледяной воды, вылитое после бани на 40-градусном морозе.

Я рванулся, пытаясь проснуться. Ну же, давай! Ты не умер, я знаю! Пусть я почти ничего не чувствую и не могу пошевелить даже рукой, я всё равно живой! Живой! Просто покажи это всем! Не хватало только впасть в какую-нибудь кому. Годами лежать бесчувственным овощем, всё слышать, понимать, но не иметь возможности ответить — спасибо, конечно, но это не для меня! Я слишком люблю жизнь, чтобы проводить её таким образом. И я совершенно не умею сдаваться.

Кажется, из моих усилий что-то получилось. Я чувствовал, как внутри, за сердцем, разгорается тёплый огонь. Волшебство! Надо же, оно всё ещё со мной!

Голоса изменились. Теперь они звучали чётче, как будто были совсем рядом, рукой подать. Огромный прогресс!

И теперь я слышал в них волнение.

— Борода водяного! Что это?!

— Колебание волшебного Потока! Ребята, в нём шевелится волшебство!

— Шевелится?! Да это настоящий ураган! И какое странное! Я никогда такого не видел!

— Срочно зовите главного!!!

Дальше всё превратилось в кашу из невнятных звуков и голосов. Кто-то куда-то бежал, кого-то звал, что-то судорожно и истерично делал. Очевидно, что моё пробуждение оказалось достаточно неожиданным. Что ж, удивлять и ставить в тупик с недавних пор внезапно стало моим главным жизненным кредо.

Наконец, спустя несколько минут, я услышал уверенные шаги, шуршание длинной тяжёлой мантии, и знакомый до зубовного скрежета уверенный строгий голос поинтересовался:

— Что здесь происходит?

Деронд Деру! Собственной персоной! Ого, какой высокий гость. Довольно неожиданно! И, надо сказать, его присутствие вызывает во мне странное чувство. Кажется, я совсем недавно был заперт в одной комнате с человеком, выглядящим точно как он, и более того — я твёрдо считал его злодеем, лишившим Академию волшебства, выпустившим на волю Изначальных и вообще доставившим мне и моим друзьям множество неприятностей.

Теперь же этот человек сам, лично, был здесь. И я не знал, как к нему относиться. Хотя, разве это важно? Лишь бы только он сумел мне помочь!

— Господин ректор! У нас чрезвычайная ситуация… — услышал я один из тех голосов, что спорили до этого. — Этот мёртвый студент… Кажется, он не совсем мёртвый!

Повисла мёртвая тишина. А затем ударил гром.

— Что значит не мёртвый?! — громыхнул ректор. — Вы же осмотрели его со всех сторон! Его смерть была подтверждена! А теперь он, оказывается, жив?!

— Он и был мёртв… Но теперь снова жив! — раздался другой голос из тех, что я слышал ранее, ещё до прихода ректора. — Кажется, он был слишком далеко, на пороге смерти, но последний шаг туда, откуда не возвращаются, сделать не успел…

— Точнее мы не позволили ему его сделать! — горделиво сообщил голос, который я тоже раньше слышал. — Нашим медицинским искусством!

— Всё верно! Так бывает! — поддакнул ему ещё один голос из четвёрки. — Согласно заметкам великого целителя Парацельса, в его практике был такой случай! Правда, это было три тысячи лет назад…

— Посмотрите сами! — ещё один голос из четвёрки, последний. — В нём живёт волшебство!

Снова повисла тишина. Но на этот раз совсем ненадолго.

— Он действительно жив… — услышал я задумчивый, полный сомнений, голос Деронда Деру. — И я, и Маллой, и Сцилла, и Довиник, и даже учитель Элмер — мы все его проверяли! И он точно был мёртв!

— Чудо! — хором вдарили все четыре голоса. — Иногда они случаются… Сейчас он в обычном, пусть и крайне глубоком забытьи. Долгий здоровый сон, обильное питание — и скоро он очнётся…

— Ну уж нет! — резко прервал голос ректор. — Если уж он жив, то я не намерен столько ждать! Мне нужны ответы! В мою практику боевого мага мне доводилось выводить товарищей из магической прострации. Что ж, возможно, получится и сейчас…

Я почувствовал, что мою слабую ладонь сжали крепкие мозолистые руки. А затем по моему телу промчался электрический заряд.

Сердце застучало как бешеное, кровь побежала по телу быстрее, чем вода в Ниле, а в груди (я отчётливо это почувствовал!) ярким пожаром полыхнуло волшебство.

— Аааргх!!!

Я раскрыл глаза и, тяжело дыша, и с трудом двигая ставшим ватным телом, сел.

Теперь я мог оглядеться и понять, что же всё-таки происходит.

Я лежал большой деревянной кровати в белой и аккуратно прибранной комнате с казённой тумбочкой и высокой вазой с цветами на широком подоконнике. Ничего особенного. Очень чисто и даже весьма миленько. Пусть, опять же, и немного казённо.

Зато я однозначно сказать, что это за место.

Больничная палата! Что на Земле, что в Мире — хоть что-то остаётся неизменным…

Напротив меня стояли четыре одетых в просторные белые халаты человека. На первый взгляд они были совершенно обыкновенными. Один повыше, другой пониже и потолще, третий помускулистее, четвёртый с бородой и в очках. Разные люди, но только на первый взгляд. Стоило приглядеться внимательнее, как становилось понятно, что эти четверо каким-то неуловимым образом были очень, пугающе, похожи. Настолько похожи, что казались разными, рассованными по разным телам, частями одного человека!

Я потряс головой. Да уж, знатно меня приложило! Мерещится всякий бред…

Я перевёл взгляд на Деронда Деру. Ну хоть он выглядит нормально! Всё такой же лощёный и самоуверенный. Стыдно признаться, но, кажется, я даже рад его видеть! Всё-таки знакомое лицо в этом странном месте и странных обстоятельствах.

— Здрасьте… — пересохшими губами произнёс я, пытаясь улыбнуться. Зеркала в палате не было, но я и сам почувствовал, что получилось так себе. Скорее не улыбка, а хищный оскал. А что поделать, судя по всему, я давно уже ничем не двигал…

Но, кажется, мой оскал ректора совсем не напугал. Более того, он улыбнулся мне нежной ласковой улыбкой, почти как родному.

— Проснулся? — заботливо спросил он, поправляя мне одеяло. — Хорошо себя чувствуешь?

— Да, с-спасибо… — запнувшись, выдавил я из себя. Всё-таки такой заботливый Деронд Деру выглядел очень непривычно. Явно не стоит ждать ничего хорошего…

Собственно, так и оказалось.

Едва услышав, что я в порядке, ректор хищно улыбнулся.

— Вот и прекрасно! Даже великолепно! Значит, теперь мы наконец-то можем перейти к главному! — нараспев произнёс он, выдерживая долгую театральную паузу. — Ну что, Олег, будем признаваться в убийстве?

Одна фраза — и я в полном нокауте. Да уж, умеет наш ректор удивить!

— Ч-чьём убийстве? — едва выдавил я.

— Милены Богард и Алана Войда, разумеется, — резко чеканя слова, произнёс ректор.

Кто как, но такого ответа я не ожидал.

Глава 46

— Милена и Алан?!!! Они что…?!!! Они мертвы???!!! Но как?!!!

Всю мою слабость и неловкость после долгого сна сняло как рукой. Меня трясло от охвативших эмоций. Я не говорил — нет, я орал. Орал на Деронда Деру, требуя ответов.

— Как? — совершенно спокойно, буднично, поинтересовался ректор, уютно устраиваясь на возникшем прямо из воздуха мягком кресле. — Когда магия вернулась, мы с отрядом преподавателей в ходе рейда по Академии обнаружили бездыханные тела Алана и Милены. Причина смерти ни у одного из нас не вызвала сомнения. Они убиты магией, жестокой, кровавой. Тёмной. Рядом с ними — обугленный труп, который мы после магической экспертизы опознали как Мастера Аттенборга. Ну а рядом лежали вы. Никаких следов физического или магического вмешательства. Просто бездыханное тело, словно спящее после долгих и сложных магических манипуляций. Но, тем не менее, без очевидных признаков жизни.

— М-манипуляций?! — с трудом выталкивая слова ставшим деревянным языком, выплюнул я. — К-каких манипуляций?!

— Каких? Какой в высшей степени дурацкий вопрос! Разумеется, связанных с умерщвлением двух ближайших друзей, один из которых — вполне себе состоявшийся боевой маг недюжинных способностей, прошедший обучение на Западе, — совершенно ровным спокойным тоном, не лишённым, однако, почти не прикрытой издёвки, пояснил Деронд Деру. — И я молчу про Мастера Аттенборга! Пусть он и был стар, всё-таки его опыт, в том числе боевой, и волшебное могущество нельзя ставить под сомнение. Он был силён! Чтобы одолеть такого соперника, нужна удача и недюжинные способности. Я уже молчу, насколько тяжело это должно быть для студента…

— Тогда с чего вы вообще взяли, что это я? — с максимально невинным видом поинтересовался я. — Вы же прекрасно в курсе моих академических успехов! Точнее, их отсутствия. Да спросите кого угодно! Маллоя, например! Он вам скажет, что я худший ученик Академии за несколько сотен лет!

— Увы, Олег, но эту карту вам разыграть больше не удастся, — мягко улыбнувшись, жёстко произнёс ректор. — После Аттестации вам никто не поверит! Если ещё неделю назад я бы даже предположить не мог, что вы можете обладать подобной магической мощью, то теперь, после того, что вы вытворяли на Аттестации…

Блин… Вот уж не думал, что Аттестация аукнется мне подобным образом! Хотя, в принципе, глупо о чём-то жалеть — не покажи я максимум, на который способен, я бы вылетел из Академии в ту же секунду как пробка.

Тут сердце предательски ёкнуло. Возможно, вылети я из Академии, Алан и Милена остались бы живы…

Тем временем ректор не унимался. Он явно решил использовать против меня весь арсенал своих логических выводов и окончательно уничтожить мой моральный дух.

— Теперь всем совершенно ясно, что вы по непонятной для нас причине лишь притворялись недотёпой и полным волшебным олухом. На самом деле вы — весьма и весьма способный студент, чей потенциал мы пока не можем даже представить, — сообщил Деронд Деру повседневным тоном, как будто просто читал лекцию по какой-то совершенно тривиальной теме, а не высказывал своему студенту обвинения в массовом убийстве. — Более того, анализ вашего бездыханного тела показал кое-что весьма любопытное…

Я замер, понятия не имея, к чему ректор клонит. Что он пытается сказать?!

— Третий уровень Резерва, Олег! Третий уровень! Нам было известно только про Первый! И одно это уже поражало! Но Третий уровень, в такой короткий срок! Невозможно! Точнее, возможно, но только в случае, если некто осознанно пытался скрыть свой истинный уровень…

Что ж, здесь мне крыть было нечем. Я и сам не знал, как так получилось. Я просто сумел достичь Третьего уровня, и всё. Вопреки всем утверждениям, что это невозможно.

— И самое главное — я совершенно не могу понять, зачем вам понадобилось скрывать свои способности. Ведь ваша студенческая жизнь могла стать намного проще, занимайся вы на занятиях в полную силу! — не унимался ректор. Кажется, в этот раз он искренне не понимал, что же произошло. — Единственное, что я могу предположить — у вас был тайный план. Некая цель, которой вы могли достичь, только лишь притворившись малохольным студентом-неудачником. На этом фоне проявление ваших магических способностей в тот же момент, когда в Академии пропала магия уже не кажется мне таким уж совпадением. Это всё части одного плана. Очень хитрого плана, Олег. И вы в самом его центре…

Ректор произнёс весь этот длинный монолог на одном дыхании, даже не сбившись! Репетировал, что ли… И самое главное — на первый взгляд все его выводы выглядели ой какими логичными…

— Так что вывод, Олег, очевиден, но, зная, как вы любите преуменьшать свои реальные способности, специально для вас подытожу. Вы каким-то образом смогли победить троих волшебников, двое из которых значительно превосходили вас в силе и опыте. Даже с тем уровнем, который вы так тщательно от нас скрывали, это было совсем не просто. А потом, полностью истощив организм, вы впали в кому, которая, как нам казалось, привела к смерти. Теперь же вы ожили, чему я, должен признаться, несказанно рад. Не терпится, знаете ли, покарать преступника. Слишком уж я охоч до справедливости…

В голове трещало, руки тряслись, язык заплетался. Мысли путались. Честно сказать, я даже не совсем понимал, что именно говорит ректор. Бесконечный бубнёж, перечисление моих бесконечных грехов и ошибок. Да я даже сам начинаю верить в то, что я самый настоящий злодей с тайным планом!

Но самое главное даже не это.

Тёмной тенью над всеми его словами вставало понимание, что мои лучшие друзья в этом мире, Алан и Милена, мертвы. Убиты. Их больше не будет. Никогда! Мы никогда больше не увидимся, не пошутим, не сойдёмся в дружеской пикировке. Всё это закончилось. Теперь навсегда.

Лишь каким-то чудом, невероятным усилием воли, я заставил себя сосредоточиться и попытаться понять, что же произошло.

Значит, Алан и Милена мертвы… Не могу в это поверить! Мне казалось, что они в порядке, что я вовремя успел расправиться с Аттенборгом…

Аттенборг…

Только сейчас я со всей ясностью понял, что же произошло. Я ведь действительно его убил! Убил преподавателя Академии! Своими собственными руками! Точнее, конечно, собственным волшебством, что, в принципе, совершенно одно и то же. И плевать, что я совсем не хотел сжигать его заживо! Что единственное, что я пытался сделать — его связать. Всем будет без разницы! Факт очевиден — я его сжёг! От магического следа не отвяжешься!

Да уж, ситуация, прямо скажем, хреновая. Даже хуже. Нааамного хуже. Честно говоря, я и понятия не имею, что говорить и как из неё выпутываться…

— Не было никакого плана, — хрипло, не узнавая собственного голоса, произнёс я. — Это всего лишь совпадение! До Аттестации у меня действительно не было никаких магических способностей…

— Неверный ответ, Олег! Совсем неверный! — сверкнув глазами, громыхнул ректор. — Неужели вы не понимаете? У нас же все факты на руках! Все обстоятельства очевидны! Странное «совпадение» на Аттестации, ваши неожиданные способности, а потом вас находят в окружении трёх трупов, на одном из которых явственно прослеживаются ваши магические следы. Какой смысл отпираться? Каким бы ваш план ни был, вы уже провалились. Самым верным будет признаться. Поверьте, так будет намного проще! В первую очередь для вас!

Как уверенно он это говорит! Как профессионально! Очевидно, что не в первый раз. Вполне возможно, что это действительно так. Всё-таки я уже понял, что у нашего ректор была долгая насыщенная жизнь, полная самого разного опыта. И совершенно точно у Деронда Деру был большой опыт в выбивании признательных показаний.

— Олег, быстрее! — вежливо, но с едва ощутимым нажимом поторопил меня ректор. Перед ним образовался столик с чашкой дымящегося чая. Он взял чашку, отпил и зажмурился от удовольствия. — Пожалуйста, не затягивайте! Я хотел бы получить ваше признание раньше, чем остынет этот замечательный чай…

— Но я никого не убивал!!! Алан и Милена — мои… Были моими друзьями!!! Я как мог пытался их защитить!!!

Слова вырвались сами по себе. Переполнявшие меня эмоции выплеснулись наружу. Я больше просто не мог терпеть! В самом деле, меня обвиняли в убийстве лучших друзей! Убийстве, к которому я не имел никакого отношения! Наоборот, я всеми силами пытался их спасти. А что касается Аттенборга… Блин, пусть это и было моё волшебство, я же не хотел этого делать! Это всё Книга и её вмешательство! Без неё я бы здесь не оказался! А, значит, я его тоже не убивал.

Кстати… А где Книга?!

Я огляделся по сторонам и одеревенел.

В двух шагах от меня, на приставленной к кровати тумбочке, лежала Книга собственной персоной.

Без сумки, без какой-либо обложки, она бесстыдно демонстрировала миру украшающий её обложку знак.

Кажется, я сильно изменился в лице. Настолько сильно, что ректор, отследив мой взгляд, уставился прямо на Книгу.

— На что это вы смотрит?! — строго поинтересовался он.

— Ни н-на что! — дрогнувшим голосом ответил я.

Ректор, разумеется, мне не поверил. Вокруг его правой руки послушно сплёлся сложный узор. Плавный пасс — и тумбочку вспыхнула голубым светом.

Узор Истинного зрения! Всё сокрытое при помощи волшебства становится явным! Сейчас он точно всё поймёт…

Но, кажется, даже использовав сильное волшебство, ректор так и не сумел увидеть Книгу.

— Всё-таки странный вы, Олег, человек… — задумчиво произнёс ректор, буравя меня подозрительным взглядом. — Очень странный! Что-то с вами не так. Что-то неправильно, сломано… Но что именно — совершенно не могу понять! Впрочем, понимать мне и не нужно. Как же хорошо, что я волшебник! И при этом очень и очень сильный!

В палате тут же потемнело. Стало холодно. Ректор словно бы подрос, превысив как минимум два метра, раздался в плечах. Его глаза горели внутренним светом.

— Скажи мне правду!!! — прогрохотал он. — Открой мне свою душу!!! Это ты убил мастера Аттенборга?!!!

Меня охватило непривычное тепло. Мягкое и уютное, оно словно бы меня обволакивало. Казалось, что я лежу в уютной постели, и мне никуда не нужно торопиться. Я могу лежать здесь, в этой притягательной мягкости, хоть весь день, спокойно кушая вкусняшки и никуда не спеша. Но только над ухом свербит какой-то мерзкий раздражающий шум. Он мешает отдыхать и наслаждаться жизнью и тёплой постелью. Как же он меня бесит! И ведь всё, что нужно сделать, это просто признаться. Рассказать ректору Академии обо всём. И тогда я снова буду свободен! И смогу лежать в постели сколько захочу…

Я уже открыл рот, чтобы дать утвердительный ответ, когда внутри шевельнулось что-то большое и тёплое. Волшебство! Конечно, это оно! Шевелится внутри меня! Как же это непривычно!

И оно точно пытается что-то мне сказать. Что-то объяснить, помочь…

— Ну же, Олег, признайтесь! — снова потребовал ректор голосом, которому нельзя было отказать. — Всего лишь пара слов — и вы будете свободны! Просто признайтесь в том, что совершили…

Мне очень хотелось признаться.

Но я не стал этого делать.

Вместо ответа я, подчиняясь внезапному импульсу, подсказанному бушующим в моей груди волшебством, топнул ногой.

Волшебство стремительным потоком побежало по полу, коснулось стен больничным палаты.

И тут произошло то, чего я никак не ожидал. Стены палаты дрогнули и обрушились, открывая мне то, что за ними было сокрыто.

И это было совсем не то, что я ожидал увидеть…

Глава 47

Ощущения были те же, как когда Мастер Аттенборг (тогда ещё не злодей, а самый любимый учитель во всей Академии) сбросил иллюзию и показал нам настоящие Закрома. Упали стены, вырос потолок, проявились настоящие запах и температура. Тогда я сравнил свои впечатления с моментом из «Миссия невыполнима», когда в одной из частей падают стены, и злодей, считавший себя победителем, и только что признавшийся во всех грехах мира, внезапно понимает, что его обманули, а всё вокруг — умелая иллюзия. И сам он никакой не победитель, а самый настоящий лузер, не сумевший понять, что на самом деле происходит, и сам, своими руками, давший врагу все козыри.

Сейчас у меня были точно такие же ощущения. Стены действительно рухнули, открыв мне большое и уютное пространство одного из залов Академии. Я по-прежнему лежал в кровати, но только в этот раз она была совсем другой — просторной и удобной. Мысленно ухмыльнулся. В реальности Академия совсем не жалеет денег на мебель и прочие уютные мелочи.

Всё, что я видел раньше — было всего лишь иллюзией. Очень качественной и невероятно умелой, но всё же иллюзией, искусственной пародией на жизнь, имеющей к ней весьма поверхностное отношение.

Всё в точности как в кино.

Только между моим случаем и ситуацией из фильма было одно исключение.

Я не чувствовал себя лузером.

Напротив, стоило мне оглядеться, как я почувствовал, как внутри меня закипает радость. Настоящая, искренняя — это чувство ни с чем невозможно перепутать!

— Привет! — беззвучно прошептал я. Пересохшие губы двигались с трудом, но сдержаться и промолчать я просто не мог.

— Привет! — прошептали в ответ губы Милены, а стоящий с ней рядом Алан радостно улыбнулся мне в ответ.

Да, они оба были здесь! Целые и невредимые! Живые!!! Стояли по периметру зала вместе с едва ли не всем преподавательским составом Академии, не отрывая от меня взгляда. Рядом же с ними (и это был сюрприз!) стояли те странные четыре доктора, разные, но вместе с тем одинаковые, которые меня и разбудили. Выходит, не все части были в полном смысле иллюзией.

Только сейчас до меня начало доходить, что произошло.

Хитрый лис Деронд Деру снова решил разыграть свою любимую многоходовочку с собственным студентом. В этот раз со мной. Причём самым наглым образом. Эта сволочь заставила меня поверить в то, что мои друзья погибли! Убедил меня в том, что я каким-то немыслимым образом их убил! Для этого он разыграл целый спектакль: фейковая больничная палата, томные вкрадчивые беседы о моём поступке, призывы к моей совести, убеждения в том, что он желает мне лучшего, а потом, когда стало понятно, что ни в чём я признаваться не намерен — он просто применил волшебство и силой попытался вытащить из меня правду.

И, надо признать, не проснись во мне вовремя волшебство, я бы рано или поздно всё ему рассказал. С подробностями! Ух, даже представить сложно, что бы тогда было! Одно можно сказать точно — ректор бы обрадовался моему признанию больше, чем ребёнок подарку на Новый год!

Кстати, насчёт ректора…

Кажется, Деронд Деру был в ярости.

— Как ты освободился?! — не в силах сдержать гнев, рявкнул он на меня. — Это же невозможно!!!

И только сейчас я увидел нашего ректора таким, каким он и был на самом деле под всем этим сияющим обличьем из важности, серьёзности и высокой должности.

Злобный, с перекошенной от ярости физиономией, он был готов наброситься на меня и растерзать голыми руками. От было красноречия, тонкого, мягкого общения не осталось и следа. Лишь только чистые незамутнённые налётом цивилизации инстинкты и желание крошить обидчика на мелкие кусочки. Уверен, весьма полезное качество! Но только не здесь, не в Академии, не в окружении студентов. А вот на боле битвы в бытность Деронда Деру боевым магом, я уверен, эта жестокая природа ни раз спасала жизнь как ему, так и его товарищам.

Что самое плохое, помимо ярости в его глазах плескалась сила. Теперь я чётко её видел. Огромная, отточенная за долгие годы постоянной практики, волшебная сила Деронда Деру была по-настоящему велика! Огромна! Каким бы напыщенным дураком он иногда не казался, считаться с такой мощью точно придётся. Иначе самому будет хуже…

— Знаете, мне в последнее время часто говорят про невозможное, — пожав плечами, ответил я. — Настолько часто, что обманывать ожидания, похоже, вошло в привычку.

Почему-то, несмотря на всю свою недюжинную силу, ректор меня больше не пугал. Теперь, когда стало понятно, что всё, что он говорил — иллюзия, и мои друзья на самом деле живы, ректор казался мне едва ли не самым безобидным существом во всём Мире.

Кажется, в моём голосе было что-то такое, что ректор понял, что больше от меня ему ничего добиться не удастся.

Вместо этого он магически усиленным голосом принялся орать на Маллоя, стоящего вместе с остальными в другом конце зала.

— Ты же утверждал, что иллюзия надёжна! Что он никогда из неё не выберется! Всё, что ты должен был делать — просто поддерживать её исправность! Но ты даже с этим не справился!!!

Ого, похоже, меня всё-таки обкололи лекарствами. Или я всё ещё во власти иллюзии и вижу воплощение своей мечты — ректор орёт на Маллоя, обвиняя его в недостаточном рвении и посредственном использовании волшебства. Интересно, где-нибудь здесь можно разжиться попкорном? Хочу сполна насладиться этим редким зрелищем!

Но возможности насладиться мне никто давать не собирался. Уж точно не Маллой! Я и забыл, что ему палец в рот не клади…

— С иллюзией всё в полном порядке! — сквозь зубы прошипел Маллой в ответ. Красный от злости, он едва сдерживался, чтобы не запустить в ректора чем-нибудь травмоопасным. Например, файерболом. Всё-таки позволять унижать своё драгоценное эго, тем более перед студентами, которых он сам привык оскорблять самыми последними словами, он позволить просто не мог. — У меня одни из лучших иллюзий в Мире! И, на секундочку, я на 12 месте в списке Фордс! Так что если есть проблема — ищите причину в этом своём Олеге! В конце концов, мальчишка нам так ничего и не рассказал!

Все взоры обратились ко мне. И сколько же их на самом деле было! И все в основном недовольные. Хотя нет, с этим я погорячился. Помимо ободряющих взглядов друзей я различил ободряющие взоры Учителя Элмера, Тодеуса Буллуса и Вигоруса Рамси. Вот уж кто смотрел на меня взглядом, полной поддержки!

— А что, собственно, происходит? — как можно равнодушнее и наглее обратился я к ректору. — Меня в чём-то обвиняют?

— Обвиняют?! — полыхнул вулканом ненависти ректор. — Разумеется мы тебя обвиняем!!! Ты что, не слышал всего, что я тебе говорил в палате?!

— Слышал, конечно! — Я улыбнулся, наслаждаясь реакцией Деронда Деру. — Просто решил, что уж раз смерть моих друзей оказалась фальшивой, то и всё остальное — тоже могло быть не настоящим… Кстати, зачем вообще вы сказали, что Алан и Милена мертвы?

Надо отдать ректору должное — эту оскорбительную наживку он проглотил достойно, сумел справиться с собственным гневом. Как-никак, у него за плечами ни одно десятилетие тренировок…

— Всё, что я сказал тебе там — правда, — почти спокойно произнёс ректор. — Мы нашли твоё бездыханное тело, рядом — сгоревшие остатки Мастера Аттенборга. А про друзей я, дорогой Олег, вынужден был сказать по одной простой причине — мне нужно было раскачать вас эмоционально, отвлечь, заставить признаваться. Кстати, у меня это получилось! Вы ведь ничего не спросили про Мастера Аттенборга! Значит, в его смерти вы всё-таки замешаны. Не так ли?

Присутствующие в зале замерли. А я понял, что действительно немножко облажался. Я же действительно ни слова не сказал про Мастера Аттенборга, не усомнился в его смерти! Теперь ректор и остальные точно понимают, что я причастен к его убийству!

Но так просто сдаваться я точно не собирался. Буду отпираться до последнего!

— Я ничего не знаю о его смерти! Мы шли по Академии к башне своего курса, потом на нас напали Изначальные, мы разделились, а Мастер Аттенборг… Мастер Аттенборг пытался меня спасти! Но только не успел — Изначальные меня коснулись… Я понятия не имею, что было потом!!!

Не очень убедительно, конечно, Оскар не дадут, но уж как могу! Вроде получается не так уж и плохо.

Тут мне на помощь пришла Милена.

— Он говорит правду! Мы сказали вам то же самое слово в слово! — крикнула она, и её голос эхом прокатился по всему залу. — Отпустите его! Олег ни в чём не виноват!

Я благодарно на неё посмотрел. Какая же она замечательная! Верит в меня до последнего. А ведь она даже не догадывается, что я, по сути, действительно убил Мастера Аттенборга. Пусть и не без помощи Книги…

Стоило мне об этом подумать, как я наконец-то заметил, что у моей кровати лежит Книга. Такая же, как и обычно. И, разумеется, на неё никто не обращает никакого внимания, словно бы её и нет. Эх, пора бы мне привыкнуть к этой её поразительной способности маскироваться!

— Не виноват! — хмыкнул в ответ Маллой. Бррр, ну и какой же мерзкий у него голос! Яд в каждом слове! От него точно ничего хорошего ждать не приходится. — Уж не знаю, кто этот мальчик на самом деле, но он точно задумал что-то очень нехорошее! Так что я официально предлагаю ректору провести процедуру Воспроизведения ко всей сладкой троице. Так мы точно всё узнаем!

В этот раз зал наполнился не молчанием, а криками. Кричали, кажется, вообще все, спеша на свой лад выразить охватившее их возмущение. Даже Алан и Милена — и те не остались в стороне от яростных споров. Кажется, лишь один я совершенно не понимал, что происходит.

— Достаточно! — грохотнул ректор, и в зале тут же воцарилась тишина.

— Ко мне нельзя применять Воспроизведение! — тут же воспользовался внезапной тишиной Алан. — Я потомственный аристократ! У нас семейные тайны! Законом запрещено копаться в моей голове! А если вы сделает — мой отец начнёт против вас войну! И остальные аристократы его поддержат!

— Ко мне тоже нельзя применять! — выступила вперёд Милена. — Я — дочь Запада! Мой отец ещё в детстве защитил меня от ментальных атак, проведя обряд Закрытия!

— Закрытие?! — изумилась стоящая рядом с ней Агнесса Бортельд. — Но, милая, это же страшный обряд! Кровавый! Ломающий тело и душу! Как ты смогла его пережить?!

— В моей жизни были вещи и похуже, — бросив в её сторону хмурый взгляд, ответила Милена.

Теперь все повернулись ко мне.

— Ну а какие оправдания, Олег, будут у вас? — вежливо улыбаясь, поинтересовался у меня ректор.

— Собственно, никаких, — откашлявшись, произнёс я. — Зато есть вопрос. Что это за фигня такая — Воспроизведение?

В зале раздались смешки. Кажется, вопрос посчитали глупым. Ага, значит, это очередная элиментарщина, которую знают все в Мире, кроме несчастного попаданца. Ну и ладно, смейтесь сколько угодно. Мне всё равно нужно знать ответ!

— О, совершенно ничего особенного! — словно и не заметив моего вопиющего невежества, ответил Деронд Деру. — Всего лишь публичное воспроизведение всех ваших мыслей и воспоминаний. Мы все сумеем увидеть, что случилось на самом деле!

Это была едва ли не худшая новость, что я только мог представить! Ректор и все остальные собирались копаться в моей голове! Воспроизводить мои мысли и воспоминания как какое-то кино! Блин, да хуже расклада просто быть не может! Тогда же все узнают про Книгу! И про то, что я попаданец! И про смерть Аттенборга тоже! Да меня после этого не то что в тюрьму упекут, меня разберут на опыты! На куда более страшные опыты, чем собирался ставить на мне Аттенборг!

— Так… А отказаться я могу?

— А у вас есть основание для отказа? — ласково и одновременно издевательски поинтересовался Маллой. — Может быть вы происходите из знатной аристократической или вас в детстве защитили от ментального вмешательства?

— Н-нет!.. Такое мне неизвестно! — подумав секунду, ответил я.

— Значит, избежать Воспроизведения вам не удастся! — подвёл итог Маллой.

— Но я не хочу!

— В таком случае, за отказ без оснований, мы будем право отдать вас на растерзание Суду. И их приговор лично у меня не вызывает никаких сомнений! — мерзко ухмыльнулся Маллой.

Я задумался. Получается, выбора у меня особо и нет. Либо я соглашаюсь, либо меня прямо здесь берут под белы руки и уводят в тюрьму. Прекрасный выбор, ничего не скажешь! С воспоминаниями можно хотя бы на что-то надеяться…

— Олег, не соглашайся! — сквозь мысли пробился голос Алана. — Воспроизведение сломает тебя! Оно может лишить тебя рассудка!

— А может и не лишить! — пожал плечами Маллой. — Тут раз на раз, знаете ли, не приходится…

Честно сказать, новая информация меня особо не смутила. Подумаешь, возможное лишение рассудка! Я так хотя бы ничего не буду чувствовать! Тем более этого может и не случиться…

— Делайте что хотите! Мне нечего скрывать!

— Правильный выбор! — улыбнулся Деронд Деру и щёлкнул пальцами.

Моё сознание тут же наполнил туман. Я перестал понимать, где я в пространстве и времени.

Мои мысли и воспоминания стали достоянием общественности.

Глава 48

Сказать по правде, это даже было приятно.

Я словно бы лежал на мягком пушистом облаке, растянувшись во весь рост. Я отдыхал, наслаждался. В голове не было ни единой мысли. Все страхи, печали, грустные мысли — всё это осталось позади, в прошлом, в страшной материальной реальности. Здесь же мне было хорошо и комфортно. Я достиг счастья. Все мои защитные барьеры сняты, я открыт, словно книга. Теперь я могу отдыхать…

Воспоминания накатили на меня из ниоткуда волной из звуков и спутанных картинок. Я словно бы видел себя со стороны, чётко, как на экране телевизора. И слышал себя примерно также — чётко, все звуки и голоса как в реальности. Словно бы какое-то телешоу. И я совершенно ни на что не могу повлиять. Только молча наблюдать.

И воспоминания были очень странные. Давно забытые, потерянные в глубинах памяти, они внезапно оказались вытащены на поверхность грубой силой.

Вот мне шесть лет. Я у бабушки с дедушкой в деревне. Сижу в картофельных грядках, созерцая небо. Лето, тепло. Безмятежно. Я смотрю на Солнце, даже не думая прикрыть глаза ладонью. Мне хорошо. Я знаю, что впереди три месяца тепла и веселья, и никуда не надо спешить…

Вот мне уже шестнадцать. Я больше не пухлый, радующийся жизни малыш, а покрытый прыщами долговязый подросток, ненавидящий весь мир разом просто потому, что не могу справиться с собственными чувствами и эмоциями. И я, весь такой противоречивый, в первый раз целуюсь. С одноклассницей, за школой. Мы сбежали с уроков вдвоём, я каким-то образом сумел уговорить её со мной уединиться, и сейчас готовлюсь впервые коснуться её мягких манящих губ. Мы сближаемся, до важного момента остаются считанные сантиметры…

Картинка снова меняется.

Мне уже семнадцать. Я всё такой же прыщавый и долговязый, но выгляжу значительно взрослее. Ещё бы! Я только что на отлично сдал все экзамены, с успехом закончил школу. Я горд собой! Впереди институт! В награду за мои старания родители решили премировать меня отдыхом в Турции — моя первая долгожданная заграница! Я наблюдая за взлётной полосой, по которой катится огромный самолёт с широко расставленными металлическими крыльями, а другой самолёт в это время взмывает в небо, оставляя на голубой глади расплывчатый белый след…

— ЧТО, ГОРГУЛЬЯ ТЕБЯ ПОДЕРИ, ЭТО ТАКОЕ???!!!

— ПОНЯТИЯ НЕ ИМЕЮ!!! ЛЕТАЮЩАЯ МЕТАЛЛИЧЕСКАЯ ПТИЦА! И ЛЮДИ ТАК СТРАННО ОДЕТЫ! НЕ ДУМАЛ, ЧТО В МИРЕ ТАКОЕ ЕСТЬ!!!

Голоса грубо вторгаются в мои воспоминания, и я чувствую, что это неправильно. Их не должно быть здесь! Они не принадлежат этому воспоминанию! Они здесь не нужны, чужеродны! Их не было тогда! Не должно быть и сейчас!

Я не хочу, чтобы они были в моей голове и напрягаю все силы, чтобы сделать всё так, как было…

— ОН СОПРОТИВЛЯЕТСЯ! ПЫТАЕТСЯ ВЫБИТЬ НАС ИЗ ГОЛОВЫ!

— УСИЛЬ УЗОР! ДОБАВЬ БОЛЬШЕ ЭНЕРГИИ! НЕ ДАЙ ЕМУ ЭТО СДЕЛАТЬ! И СФОКУСИРУЙСЯ НА БОЛЕЕ ПОЗДНИХ ВОСПОМИНАНИЯХ! МЫ ДОЛЖНЫ УЗНАТЬ, ЧТО СЛУЧИЛОСЬ С АТТЕНБОРГОМ!

Голоса исчезают. Я снова чувствую мягкость и уют. Как же хорошо! Я больше не сопротивляюсь…

Я вижу перед собой Курьера. Этот странный парень с разноцветными глазами и меняющимся лицом! Тот, который принёс мне Книгу и с которого всё и началось. Он заходит в мою съёмную квартиру.

— Да все всё о вас знают! Найти вас — дело нехитрое! — снова слышу его мерзкий насмехающийся голос.

Как же давно это, кажется было! Совсем в другой жизни! Счастливой жизни, без волшебства и смертельно опасных приключений…

— ДАЛЬШЕ!!! — гремит в голове голос. — СЛИШКОМ РАНО!!!

Вот я уже в Мире. Мой первый вечер здесь, ужинаю в таверне «В ожидании чуда» в компании Димитриуса. Надо же, я уже совсем про него забыл! А ведь он был так добр ко мне! Помог разобраться мне что к чему. Именно благодаря ему я и решил поступать в Академию…

Воспоминание меняется.

Вот я, сражённый точным ударом Тодеуса Буллуса, отлетаю в сторону и ударяюсь спиной о маты. Я снова чувствую эту боль! Ох, я уже забыл, как тяжело это было! С меня течёт пот, лицо разбито в кровь, но я настроен решительно. Впереди смертельный бой с Симоной, и я не намерен сдаваться! Я буду биться до последнего! Открывается дверь, в Тренировочный комплекс входит Милена, лучи Солнца падают на её прекрасные золотые волосы…

Дальше начинается что-то необъяснимое. Воспоминания скачут как сумасшедшие, стремительно сменяясь одно другим. Все они разные, но во всех есть что-то похожее…

Вот я сижу на занятии по Стихийному волшебству, класс учится управлять воздушными потоками, а я ловлю ворон и разглядываю равнодушно глядящую в окно Милену. Она прекрасна, а платье соблазнительно колышется в такт непокорному ветерку…

Я спешу по лестнице на занятия, а впереди идёт Милена. Мой взгляд останавливается чуть ниже её пояса и там и остаётся. Как же она красива…

Вот мы с ней в классе, она требует от меня помочь ей со сдачей Аттестации. Она в гневе, её щёки так и пылают, а я не могу оторвать от неё взгляд. Она подходит ко мне ближе, наклоняется, я заглядываю прямо ей в платье, а она в это время тянется к моим губам…

— ЭЙ, ТАКОГО НЕ БЫЛО! — раздаётся возмущённый женский голос. — МЫ С НИМ НИКОГДА НЕ ЦЕЛОВАЛИСЬ! ОН ВСЁ ВЫДУМАЛ!

— ЛОЖНЫЕ ВОСПОМИНАНИЯ! — снова один из первых голосов. — УВЕЛИЧИВАЕМ МОЩНОСТЬ! И ПРОШУ, ДЕЛИКАТНЕЕ! ПАРЕНЬ ВСЁ ЕЩЁ ПЫТАЕТСЯ СОПРОТИВЛЯТЬСЯ!

Мне снова тепло и спокойно. И на этот раз это как раз то воспоминание, что и надо.

Но не сказать, что я рад снова его пережить…

Я в кабинете с мастером Аттенборгом. Но мы не одни. Рядом с нами зависли громоздкие фигуры Изначальных. Уши, зубы, носы, перемешанные без порядка, — я успел забыть, как же нелепо они выглядят!

Изначальные стоят по обе руки от меня. Сейчас они коснутся меня, и я погружусь в забытьё, а потом Книга, сжалившись, вернёт меня обратно, и я случайным волшебством убью мастера Аттенборга, просто попытавшись его пленить…

Но в этот раз что-то пошло не так.

Нет, воспоминание было всё таким же реалистичным. Изображение, звук — ничто не изменилось, даже не дрогнуло.

Но только теперь всё было по-другому, не так, как я это запомнил…

— Мелкий мальчишка! — рявкнул Аттенборг. — Противный щенок! Ты не заслуживаешь права жить в Мире! Пришло время умирать!

Он щёлкнул пальцами.

Изначальные потянулись ко мне, но я каким-то немыслимым образом умудрился увернуться. Как я это сделал, я бы и сам не сумел объяснить. И более того, этим я не ограничился!

Не узнавая сам себя, я наблюдал, как я несусь на Аттенборга и вступаю с ним в схватку, а затем резким толчком отправляю его прямо в крепкие объятия Изначальных.

Пространство наполнил его истошный крик, и его бездыханное тело упало на каменный пол.

А потом Изначальные обратились ко мне.

Наступила темнота. Кажется, я потерял сознание.

Пусть я всё ещё находился в расслабляющем тепле и уюте, и в моём мозгу можно было копаться словно в незапертом ящике стола, я понимал, что что-то здесь не так.

Что бы это ни было, но это не было моим воспоминанием! Всё было не так! Изначальные подчинялись Аттенборгу до самого конца и даже и не думали его касаться!

— ПЕРЕМОТАЙ НАЗАД. МЫ ДОЛЖНЫ УВИДЕТЬ, КАК ВСЁ НАЧИНАЛОСЬ.

Это снова был один из тех голосов, что я слышал раньше. Кажется, голос Деронда Деру. Да уж, неуёмный ректор явно разочарован, что я, оказывается, не убивал Аттенборга, и пытается во всём разобраться!

Воспоминания замелькали в обратном порядке, и я почувствовал, как по коже растекается неприятный холодок.

Вот сейчас ректор домотает до момента, где Аттенборг раскрывает все свои карты, и узнает всю правду. Про Книгу, про Землю. Он, вся Академия узнают обо всём! И после такого меня будет ждать будущее лабораторной крысы…

Картинка поменялась.

Я, Милена и Алан стояли плечо к плечу, готовые к бою, а напротив нас, злобно скалясь, застыл… Деронд Деру собственной персоной!

— ЧТО ПРОИСХОДИТ?! — сквозь марево услышал я голос ректора. — МЕНЯ ТАМ НЕ БЫЛО!!!

— НЕ ПЕРЕЖИВАЙТЕ, ЭТО ВСЕГО ЛИШЬ ИЛЛЮЗИЯ, КОТОРУЮ ИСПОЛЬЗОВАЛ АТТЕНБОРГ, ЧТОБЫ НАС ЗАПУТАТЬ! — услышал я успокаивающий голос Алана. — ДОВОЛЬНО ТОЧНО, НЕ НАХОДИТЕ?

Ответа ректора я уже не услышал (что жаль!), так как воспоминание снова изменилось.

Мы трое всё также стояли рядом, только напротив нас был уже не Деронд Деру, а Аттенборг. Значит, это был тот момент, когда он уже сбросил личину ректора и предстал перед нами в своём истинном обличии. Кажется, сейчас именно тот момент, когда он начнёт рассказывать про свои планы…

Стоп, или он уже всё рассказал?

Что-то я запутался…

— Зачем вы сделали всё это?! — услышал я собственный голос. — Зачем нарисовали Знак, лишивший Академию магии? Зачем выпустили Изначальных? Зачем преследовали… нас?

— О, Олег, не обольщайся насчёт собственной важности! — издевательски произнёс Аттенборг. — Ты просто мальчишка! Обычный ничего не значащий мальчишка! К тому же очень медлительный. Надо же, пробудить волшебство только в момент Аттестации! Ещё пара минут — и ты бы с позором вылетел из Академии!

— Ну а почему вы тогда на нас напали? — спросил его Алан. — Только не говорите, что мы нравимся вам больше остальных!

— И не буду! — мотнул головой Аттенборг. — То, что здесь оказались вы — просто совпадение! Это мог быть кто угодно! Просто мои Изначальные проголодались, и я дал им возможность поохотиться!..

— То есть их освобождение и было вашей конечной целью? — выступив вперёд, спросила его Милена.

— Ну разумеется, глупышка! — презрительно фыркнул в ответ зоолог. — Только лишив Академию магии, я мог снять сдерживающие Изначальных печати и наконец-то их освободить!

— Но зачем?! — не выдержал я. — Они ведь чудовища! Они уничтожат всё на своём пути!

— Как зачем?! — Аттенборг разразился в ответ истерическим смехом. — Они полностью подвластны мне и выполнят всё, что я захочу! С их помощью я смогу подчинить не только Академию, но весь Мир! И тогда я буду править всеми волшебниками! Я стану Императором и построю новое государство, самое могущественное, что когда-либо существовало!

Его смех превратился из истерического в маниакальным, и воспоминание, вздрогнув, погасло.

Я снова оказался в кровати посреди зала в окружении доброй части Академии. Только сейчас я подумал, что это довольно неловко — нежиться под одеялком у всех на виду! Как-то не по-мужски, что ли. К тому же чувствовал я себя довольно неплохо. В каком бы состоянии я ни был после прикосновения Изначальных, сейчас я точно был в полном порядке.

Но эти мысли, по большей части незначительные, быстро вылетели у меня из головы, вытесненные настоящими проблемами, которые срочно нужно было решить. А они, эти самые проблемы, у меня были. И, судя по всему, ещё какие!

Я понятия не имел, что за сцену с Аттенборгом я увидел последней.

Чем бы это ни было, но это точно не было моим воспоминанием! Я с абсолютной точностью в этом уверен! Аттенборг с нами, конечно, разговаривал, и был при этом весьма откровенен, но он даже близко не говорил ничего из того, что он произнёс в моём воспоминании! И уж тем более он нам ни в чём подобном не признавался!

Может быть, я схожу с ума? Маллой предупреждал, что такое может произойти!

Я перевёл взгляд на Алана и Милену и увидел на их лицах точно такое удивление, как и на своём собственном.

Так, уже неплохо! Значит, мне это всё не привиделось, и всё произошедшее я запомнил довольно точно. Тем страннее кажется то, что я только что увидел!

Хотя глупо жаловаться — Аттенборг из моего «воспоминания» фактически во всём признался! И ни слова не сказал ни о Книге, ни о моём иномирном происхождении. С одной стороны, расклада лучше сложно представить, а с другой… С другой я совершенно не понимал, что происходит!

И, кажется, я был такой не один.

— Это всё? — повернувшись к Маллою, поинтересовался у него ректор. — Это не может быть иллюзией или чем-то ещё? Я ожидал совсем не этого…

— Вмешательство исключено! — уверенно покачал головой Маллой. — Это очень сложное и деликатное волшебство! Нарушить ход моих чар и внедрить ложные воспоминания невозможно! На это способно разве что существо немыслимой силой. На такое никто из ныне живущих неспособен…

Никто из ныне живущих неспособен… Есть у меня одна догадка…

Я бросил краткий взгляд на Книгу. На мой взгляд она никак не отреагировала. Не было ни голоса в голове, ни лёгкого волшебного покалывания. Книга хранила гробовое молчание. Что ж, как вам угодно…

— А что насчёт той странной металлической птицы? — обратился ко мне Деронд Деру. — Как вы это объясните, Олег?

Я на мгновение замялся. Блин, ну и как им объяснить про самолёт и при этом не спалиться?!

— Это была иллюзия! — нашёлся я. — Нас так в детстве развлекали! Я был маленьким, вот и запомнил!

Ректор удовлетворённо кивнул. Кажется, прокатило…

— А что с Изначальными? — не выдержав, спросил я. — Где они?

Ректор бросил на меня тяжёлый взгляд. Он раздумывал, стоит ли вообще мне отвечать. И, кажется, решил, что стоит.

— Они исчезли как только вернулась магия. Наверное, это произошло одновременно с гибелью мастера Аттенборга. Стоило ему умереть, как Знак перестал работать, и старые Печати заставили их вернуться на место, — нехотя произнёс ректор. — Но у Мастера-Смотрителя Тофина МакДжула всё ещё полно работы…

— Тофин МакДжул?! — удивлённо воскликнул я. — Он жив?!

— Конечно жив! — фыркнул в ответ Деронд Деру. — Он крепкий орешек и так просто не сдастся!

— Господин ректор! — тишину разрезал мерзкий голос Агнессы. Вот ведь циркулярная пила! Как можно вообще иметь такой голос, после которого из ушей начинает сочиться кровь?! — Мы всё видели! Ни мальчик, ни его друзья ни в чём не виноваты! Мы должны признать, что наш коллега, уважаемый преподаватель, оказался с гнильцой, которой мы, увы, не заметили…

— К чему вы клоните, Агнесса? — недовольно поморщился ректор. — Я и сам всё видел и прекрасно понимаю, чем чреваты такие действия нашего преподавателя! Мне как минимум придётся извиниться за его действия перед родителями учеников. В худшем случае мне придётся отвечать перед Судом магов…

— Я говорю не об этом! — в этот раз уже недовольно поморщилась сама Агнесса. — Я имею в виду, что сейчас невиновность ребят уже доказана! Да и все остальные уже всё поняли! Олег, Милена и Алан — настоящие герои! Они смогли противостоять волшебнику, намного старше их и опытнее! Это заслуживает уважения! Мы должны отпустить их в их башни! Они должны набраться сил! А мы в это время займёмся восстановлением Академии после столько трагических событий…

Я (да и не только я!) удивлённо посмотрел на Агнессу. Вот уж точно не ожидал от неё такой доброты и разумности! Она прямо добрая завуч (если такие, конечно, бывают), голос разума, единственный человек, способный оказать на нашего упрямого ректора хоть какое-то воздействие…

Хотя не факт, что он к ней ещё прислушается!

— Знаете, дорогая Агнесса… Вы правы! — неожиданно опроверг мои пессимистичные ожидания ректор. — Мы должны отпустить ребят! И вообще, мы должны сегодня отпраздновать! Не каждый день волшебство возвращается обратно в Академию!

Его последние слова встретили громкими криками и даже восторженными аплодисментами. Что уж тут говорить, что студенты, что преподаватели после пережитого стресса нуждались в качественном отдыхе! А наш ректор тот ещё популист, и всегда идёт на поводу у большинства…

После объявления ректором внезапного торжества, в зале установилась предпраздничная кутерьма. Все куда-то бежали, кричали, спешили… Я даже сам не заметил, как меня стряхнули с кровати, предварительно не забыв вручить запасной комплект формы Академии. Весьма кстати, потому что лежал я в одних трусах…

Но самым приятным было то, что я наконец-то сумел поговорить с друзьями.

— А вот и герой вечера! — улыбнулся Алан, крепко сжимая мою руку. — Настоящий красавчик!

Милена же была более эмоциональна. Она жарко меня обняла, и в голову тут же полезли ненужные мысли. Надеюсь, она не сильно обиделась на те воспоминания, где я на неё любовался… Понятия не имею, откуда они там взялись…

Ну а дальше мы затерялись в толпе и не разговаривали, пока не очутились в укромном закутке, где нас никто не мог услышать.

Вот тут моих друзей и прорвало.

— Как ты это сделал?! — в один голос прокричали они. — Всё же было совершенно не так! Как ты сумел изменить воспоминания?

Я покачал головой.

— Я тут ни при чём. Мне помогли…

Друзья обменялись понимающим взглядами.

— Книга? — спросил меня Алан. — Она снова решила тебе помочь?

Я покосился на сумку с Книгой, которую я, конечно же, прихватил с собой. Я всё ждал какого-то ответа, отклика. Как ни странно, я не чувствовал ничего.

А потом вдруг от Книги волной прокатилась волна энергии. Довольно сильная, но я был уверен, что её сумел почувствовать только я один.

Теперь я знал ответ. И он был совсем не таким, как я ожидал…

— Это не она, — удивлённо посмотрел я на друзей.

— А кто тогда?! — хором спросили они.

— Кто-то другой, — неопределённо ответил я. — Кто-то очень могущественный.

А если вспомнить слова Маллоя, то этот неизвестный должен быть могущественнее едва ли не всех живущих ныне магов…

Глава 49

— И у тебя совсем нет идей, кто это может быть? — кто-кто, но Милена ненавидела вопросы без ответов. Выцепить из собеседника хоть какой-нибудь ответ было для неё вопросом чести.

— Ребят, вы, наверное, наслушались Аттенборга из моих «воспоминаний» и забыли, что я не самый обычный парень! Я всё-таки из другого мира! — не удержавшись, вспыхнул я, не забыв предварительно оглядеться по сторонам. Укромный уголок укромным уголком, но всё-таки раскрыть свой секрет случайно, просто забыв про осторожность, — после всех пережитых неприятностей это было бы очень обидно. — Я из волшебников знаю только тех, что здесь учатся или преподают. И всё! Очень маловероятно, что это, например, Довиник Бреджик вдруг стал обладать таким могуществом. И ещё сомнительнее, что он решил мне помочь под носом у ректора!

— Что, ты вообще могучих магов не знаешь?! — вытаращился на меня Алан и тут же насмешливо добавил: — То есть ты даже первую десятку списка Фордс не назовёшь?

— Не-а, — качнул я головой. — У нас на Земле есть список Форбс, но там содержатся самые богатые люди. Волшебников же, как вы знаете, у нас вообще нет… Ну, официальных точно.

— А зачем вести список богатейших?! — ужаснулся Алан. — Какой в этом практический смысл? Да и как вообще можно узнать, насколько человек богат? Мой отец, например, держит свои накопления в семнадцати раздельных сокровищницах. Сколько там точно золотых не знает даже он сам…

— Ну а какой практический смысл в вашем списке Фордс? — не удержался от ответной шпильки я. — Зачем он вообще нужен?

— Чтобы случайно не вляпаться в дуэль с кем-то, кто намного сильнее тебя! — моментально ответила Милена. — Как, например, ты ввязался в драку с Симоной. Очень полезная штука! Ни одного дурака уберегла от мучительной смерти…

Вот уж чего Милене было не занимать, так это практичности. Да она даже на формальный список волшебников смотрела как на предупреждение и возможный ресурс, необходимый для выживания! Что-что, а жизнь на Западе бесследно не проходит…

— В общем, всё, что я знаю об этом вашем списке, так это что где-то в нём есть Деронд Деру, да Маллой сегодня обмолвился, что он там на двенадцатом месте. А больше я ничего не знаю… Ну вот кто там номер один?

— Фарнир! — хором ответили мне Милена и Алан, не отрывая от меня одинакового взгляда, красноречиво говорящего «Ну я же говорил!».

Фарнир… Это имя я, конечно, помнил. Впервые я услышал его от Димитриуса ещё в свой первый день в Мире. Я даже знал, что он на первом месте! Но за ненадобностью успел забыть…

Даже в звуках его имени было что-то особенное. И дело не только в том, с каким благоговением и откровенным уважением его было принято произносить. Нет, дело здесь было в другом. Его имя будто бы само по себе было пропитано магией как губка для мыться посуды водой. Оно буквально трещало от переполнявшей его силы.

— Он настолько могуч?

— Могуч?! — вытаращился на меня Алвин. — Он не просто могуч! Он создал Критеж! Расколол континент на пять частей одним Узором! Да он научил современных волшебников всему, что они знают! И ты пойми, что я далеко не поклонник волшебников. Я больше по поэтам… Но не знать про подвиги Фарнира — это, конечно, стыдно!

— Зато вы не знаете, кто такой Пушкин! — пробормотал я сквозь сжатые зубы. Интересно, как бы Алан отреагировал на стихи «Солнца русской поэзии»? Нужно будет на досуге перевести какое-нибудь Лукоморье и дать юному поэту на ознакомление. Пускай начинает привыкать к мысли, что конкуренты у него есть даже в других мирах! — И вообще, насколько я знаю, об этом Фарнире уже давно ничего не слышно…

— Тысячи лет! — кивнула Милена. — Он ушёл из Мира до начала современной Эпохи.

— Ушёл? — тут же насторожился я. — В смысле в другой мир? Он так мог?

— Никто не знает! — многозначительно ответила наследница Запада. — Просто однажды он исчез и больше о нём никто никогда не слышал. Не сохранилось даже ни одного его изображения! Только пара упоминаний в древних книгах, и всё.

— Ну, значит, очень маловероятно, что он вернулся в Мир ради меня! — бросил я лёгкую скептическую улыбку.

Спорить больше никто не стал. В конце концов, нам и без Фарнира было о чём поговорить!

— А что на самом деле произошло между тобой и Аттенборгом после того, как мы ушли? — спросила меня Милена.

Я рассказал друзьям всё, не упуская ни единой подробности. В самом деле, смысла скрывать хоть что-нибудь у меня не было. Тем более как же приятно было ловить их восторженные взгляды! Словно я и в самом деле какой-то герой!

— Подожди-подожди! — поднял вверх раскрытые ладони Алан, когда я почти добрался до конца истории. — То есть ты хочешь сказать, что ты каким-то образом вернулся обратно после того, как тебя коснулись Изначальные? Как это возможно?! После их прикосновения нельзя вернуться! Это невозможно!

— Значит, возможно, — пожал плечами я. — С этим мне как раз помогла справиться Книга. Правда очень неохотно…

— Книга? А с какой стати? Я думала, что она тебе больше не помогает! Что же она взяла взамен? — тут же задала главный вопрос Милена.

Хм, а ведь она права! Об этом я так и не успел задуматься…

Я закатал рукав мантии и продемонстрировал друзьям рассекавший правое предплечье сложный знак, который появился там после того, как Книга вытащила меня из забытья от прикосновения Изначальных.

Эффект был неожиданный.

На лицах друзей отразился самый настоящий ужас. Да я такого ужаса не видел, даже когда мы оказались заперты Изначальными в коридоре!

Я скосил глаза. Ну да, довольно неаппетитная на вид штука. Сложный шрам, со множеством ответвлений, но довольно аккуратный, и к тому же совсем не кровоточащий. Более того, он выглядел так, как будто появился там уже долгие годы назад.

— Так страшно?

— Дело не в том, что это страшно… — заплетающимся языком произнёс Алан. — А то, что это означает…

— А что это может означать? — не понял его я. — Просто шрам и всё!

— Не просто шрам! — осипшим голосом произнесла Милена, и я понял, что всё, оказывается, совсем не так просто, как я думал. — Это Обещание.

— Обещание? — услышав это, я даже расслабился. В самом деле, ну разве что-то страшное назовут так безобидно? — И что же, интересно, я пообещал?

— Вечную безропотную службу во благо господина, — произнесла она, избегая смотреть мне в глаза. — Службу безвозмездную. Бескорыстную. Без возможности предать…

— Короче ты, мой дорогой, сам себе надел на шею магический рабский ошейник! — с присущей ему прямотой заявил Алан. — Нет, конечно, это лучше, чем навсегда сгинуть от прикосновения Изначальных, но хорошего, прямо скажу, в этом немного…

Вот теперь я понял, во что я вляпался. Стоило ожидать чего-то подобного! Книга не хотела мне помогать, а когда я вымолил её помощь, то она взяла с меня такую плату, что, кажется, на этом фоне перспектива умереть от прикосновения Изначальных действительно выглядит не так уж и плохо…

— И кому я, интересно, пообещал вечную службу? Книге? Так я вроде и так уже не первый месяц у неё на побегушках! — попытался пошутить я.

Но моим друзьям было не до шуток.

— Этого мы не можем знать! — Милена наконец-то посмотрела на меня, и в её прекрасных глазах я увидел такую печаль, что сразу же сам, не выдержав, отвернулся. — Ты мог пообещать что угодно! Например, в старых преданиях путник обещал спасшему его на дороге незнакомцу что-то, что он, сам того не ведая, найдёт дома. Обычно это оказывался ребёнок, которого его жена носила под сердцем в его отсутствие…

— О, это как в Ведьмаке, да? Дитя Предназначения? — не удержался я от культурной отсылки. — Не знал, что в Мире в ходу такие же штуки, как в книгах Сапковского!

Стоит ли говорить, что эту шутку мои друзья тоже не оценили?

Разговор вообще дальше не клеился. Шутки казались несмешными, а на серьёзные разговоры у нас уже попросту не было сил. Всё-таки все мы очень устали…

Расходились мы в самых противоречивых чувствах из возможных. Грустные, подавленные — так сразу и не скажешь, что мы невероятным чудом смогли выбраться из смертельной опасности!

Зато у всех остальных в Академии было прекрасное праздничное настроение.

На пути в наши Башни нам тут и там встречались радостные полупьяные (а то и откровенно в драбадан пьяные) компании. Конечно, алкоголь в Академии строго возбранялся, но сегодня, кажется, можно было делать что угодно. Ведь волшебство, основа этого мира, вернулось! Мир снова стал прежним! Радостным, сказочным, полным жизни и чудес!

Но, увы, так лишь казалось…

Может быть дело было в моём подавленном настроении и понимании того, что я сам того не ведая принёс какое-то непонятное Обещание непонятно кому, но теперь я везде видел отметки того, как сильно изменилась Академия за несколько часов без волшебства.

Пол под ногами скрипел от не до конца отчищенного воска от упавших с потолка магических свечей. На стенах виднелись кровавые следы, оставленные умиравшими здесь химерами (далеко не всех из них сумели протянуть до возвращения волшебства). Большие магические часы в Холле впервые в своей тысячелетней истории отставали на несколько секунд. И даже призраки, давно умершие, и в момент исчезновения волшебства умершие во второй раз, выглядели лишь серыми копиями самих себя.

Всё было также, но по-другому.

А самое главное — я повсюду чувствовал едва уловимый аромат древнего, давно, кажется, ушедшего из Мира волшебства.

Волшебства той эпохи, когда по Миру ходил Фарнир, цвело Древо и Изначальные ещё не были заточены в Закромах. Это волшебство снова вернулось в Мир. Вернулось ненадолго, вырвавшись вместе с Изначальными, но, даже погостив здесь несколько часов, оставило за собой след, который, я уверен, не исчезнет долгие десятилетия. И к каким последствиям это приведёт — вопрос, на который я, увы, не мог дать ответ.

И более того — я почему-то был уверен, что больше в Академии никто ничего подобного не ощущает. Никто не соприкоснулся с этим древним миром так близко, как я, и никто не знает, на что это древнее волшебство на самом деле способно. А способно она на многое. На очень-очень многое, тут уж сомневаться не приходится…

Но сколько бы печальны ни были мои мысли, праздник захлестнул и меня.

Стоило мне оказаться в Башне нашего курса, как волна веселья и безоблачного студенческого кутежа подхватила нас с Аланом и не отпускала до самого вечера.

— Олег, молодец! Красавчик! — доносилось со всех сторон.

— Это мой подопечный! — гордо выпячивал мой недокуратор со старшего курса Грег, невесть как затесавшийся на вечеринку первого курса.

— Молодец! Так держать! — хлопнул меня по плечу вечно идеальный Оливер. Он, конечно, порою та ещё заносчивая сволочь, но, не скрою, сегодня его признание казалось мне приятным…

Лишь любитель животных Дэн не стал бурно выражать свои эмоции, просто подняв вверх указательный палец. И я прекрасно его понимал. Рядом с ним в уютном кресле рядом с камином устроилась Анжелика. И, судя по заливающему её щёки румянцу, она оказалась там далеко не случайно. Молодец Дэн! Будь рядом со мной девчонка, я бы тоже не стал тратить время на бурную благодарность какому-то непонятному чуваку…

— Расскажи, как там было! — потребовал от меня изрядно подвыпивший Гидеон. Кажется, даже в таком состоянии его жажда знаний нисколько не притупилась. — Я хочу знать всё, что там произошло!

Странно, но они действительно считали меня героем! Нет, конечно, их можно было понять: я один на один держался с опытным преподавателем, а затем он при моём участии (на самом деле даже более активном, чем знала широкая общественность) погиб, таким образом разрушив отменившее волшебство действие Знака.

Я же себя таковым не считал. Я просто был парнем, который сделал всё, чтобы сохранить свою жизнь, и при этом не поступиться принципами…

Тем не менее, мне приходилось отвечать. Раз за разом рассказывать историю, что показала всем неведомая сила, выдав свою версию за мои воспоминания. Пересказывать её было несложно, всё-таки что я, что мои друзья, выглядели там настоящими героями, но всё равно быстро мне надоело.

К счастью, к тому моменту алкоголь взял своё, все позабыли про повод, ради которого собрались, и вечер превратился в обычную вечеринку.

Пьяную, весёлую и бессмысленную.

Словом, время пролетело незаметно.

А вечером мы всей толпой отправились в Столовую на официальный праздник, организованный руководством Академии.

Столовую было не узнать. Всё сияло и блестело, под потолком парили свечи, а столы ломились от еды!

Нарядные, счастливые, все улыбались. Это действительно был праздник, и, должен признаться, я был по-настоящему рад быть здесь, среди этих людей.

А самый главный сюрприз ждал меня впереди…

— Олег! Олег, ты ли это! — раздался в толпе низкий басовитый голос, и я вздрогнул, тут же его узнав.

Сквозь толпу ко мне пробирался Димитриус, хозяин таверны «В ожидании чуда» и первый человек, что был добр ко мне в Мире.

— Димитриус! — воскликнул я, бросаясь к дородному бородачу и крепко сжимая его в объятиях.

Выглядело это, наверное, забавно — не самого могучего сложения студент виснет на шее у здорового бородатого дядьки. Но, честно сказать, я об этом не думал. В самом деле, какая разница? Я был рад его видеть! А всё остальное значения не имело…

— Как вырос! Как возмужал! Настоящий волшебник! — нахваливал меня трактирщик, словно дядюшка, вернувшийся из путешествия, и теперь разглядывающий выросшего за время его отсутствия племянника. — Наслышан о твоих геройствах! Надо же, не ожидал, что ты так быстро прославишься!

— Да ладно тебе, это мелочи! — отмахнулся я, но не удержался от горделивой улыбки. Всё-таки приятно, когда тебя хвалит хороший человек! — Ты что здесь делаешь?!

— Так у вас же большой праздник! — улыбнулся Димитриус. — А когда праздник, то всегда зовут меня! Такой стряпни как у меня в таверне больше не найти!

Я посмотрел на него новыми глазами. Ого, оказывается, его услугами пользуется Академия! Учитывая тягу Деронда Деру к самым лучшим товарам, можно с уверенностью сказать, что Димитриус, несмотря на свой неказистый вид, достиг высот в своём нелёгком трактирном ремесле…

— Олег, иди скорее! Сейчас начнётся! — позвал меня Алан.

— Очень рад тебя видеть! — ещё раз обнял я Димитриуса и бросился за стол к однокурсникам.

Усевшись на своё место, я бросил взгляд на стол учителей, за которым восседали все преподаватели Академии в полном составе. Облачённые в парадные одежды, с волшебными посохами в руках — они впервые были похожи на волшебников из сказок, что я читал в детстве.

— Уважаемые студенты! — произнёс Деронд Деру, поднимаясь со своего места во главе стола, и все присутствующие тут же стихли, ловя каждое слово нашего дорогого ректора. — Мы нечасто собираемся с вами для празднования. И тем более, для такого большого, как сегодня. Но я хочу, чтобы вы запомнили этот день. Он навсегда будет вписан в историю Академии как один из темнейших и ужаснейших дней в истории. Но также он запомнится нам как день, когда мы, потеряв самое дорогое, что у нас, как мы думали, есть, внезапно поняли, что и без него, без нашего драгоценного волшебства, мы остаёмся сильными и достойными людьми. Так поднимем же наши бокалы! Пусть память об этом дне навсегда останется с нами!

В небо взмыли сотни бокалов с вином.

— И ещё кое-что! — поспешил вставить ректор, пока праздничное настроение не захлестнуло всех окончательно. — Вы все знаете, что на протяжении двухсот лет Биологический факультет Академии оставался без своего легендарного декана, Фигораса Брута. Величайший волшебник в истории! Восьмое место в списке Фордс! Знаток волшебной ботаники, не знающий себе равных! Как его только ни называли! Настоящая легенда, он всегда незримо был с нами, пусть мы уже и не рассчитывали однажды с ним встретиться. Но последние события изменили очень многое. Волшебство исчезло, древние чары ненадолго спали, и многое из того, что казалось невозможным даже для нас, произошло. Например, возвращение любимого преподавателя…

Я не сразу понял, что ректор имеет в виду. Да, о Мастере-Ботанике ходили легенды, даже я слышал о нём, изучая историю Древа. Сам Аттенборг о нём говорил! Но всё-таки я считал исчезнувшего преподавателя легендой, сказкой, которую все друг другу рассказывают, но в которую уже никто не верит…

Тем удивительнее было то, что произошло дальше.

Распахнулись двери, и на фоне закатных лучей Солнца, пробивающихся сквозь плотные стёкла, появилась необычная фигура. Не очень высокая, она, тем не менее, не выглядела человеческой. Очень странные пропорции, какие-то изломанные. Нечеловеческие…

Фигура двинулась к нам, и погрузившийся в тишину зал наполнил отчётливый жизнерадостный звук копыт.

Копыт!

Вот сюрприз! Оказывается, легендарный преподаватель, Мастер-Биолог, — самый настоящий кентавр!

Кажется, остальные студенты тоже были удивлены этим фактом. О кентаврах здесь, конечно, знали, но всё-таки эта раса не была самой распространённой в Мире, и её представители до сих пор вызывали нездоровый интерес.

Но, кажется, Мастера-Биолога внезапное внимание нисколько не волновало. Даже наоборот — он им наслаждался!

Облачённый в светлый плащ, полностью прикрывающий человеческую часть его тела, весело улыбающийся, он производил впечатление человека, полностью довольного жизнью. Светловолосый, румяный, белозубый и, кажется, совсем не старый, не больше сорока, он был полон энергии. Даже сразу и не скажешь, что он пропадал неизвестно где на протяжении двухсот лет…

— Здравствуйте, мои дорогие! — провозгласил он, вставая по правую руку от Деронда Деру. — Как я рад вас видеть! Будто не прошло и мгновения, как я видел своих студентов в последний раз! И кажется, что ничего не изменилось…

— Ну, кое-что изменилось! — произнёс Деронд Деру. — Например, после разоблачения Мастера Аттенборга у нас отсутствует Мастер-Зоолог! И Мастер Брут любезно согласился занять не только свою должность Мастера-Биолога, но и Мастера-Зоолога! Уникальный случай! Но такому таланту никакая нагрузка не в тягость…

— А где вы были все эти годы?! — крикнул вечно любопытный Гидеон.

— Гулял по тайным, скрытым от любопытных глаз коридорам Академии, что открывают свои секреты лишь поистине любопытным умам! — с улыбкой пояснил он. — Когда-нибудь я обязательно вам о них расскажу. Но это будет позже. А сейчас давайте праздновать! И налейте мне бокальчик! Всё-таки я ничего не ел и не пил на протяжении двухсот лет!

Раздались громкие крики, и праздник, безудержный волшебный праздник, по-настоящему начался.

Я плохо запомнил тот вечер. Для меня он состоял из бесконечных криков, вина, танцев и волшебства. Я был счастлив и рад. Я был среди прекрасных людей. И теперь я тоже был волшебником! Я был частью этого сообщества! И далеко не последней его частью…

И я совсем не запомнил, как так получилось, что мы с Миленой оказались вдвоём на обзорной площадке одной из башен Академии.

Были только мы вдвоём. Вокруг шумел тёплый ветерок, со всех сторон доносились весёлые пьяные крики, а в небе, кажется, только для нас двоих, светила огромная Луна.

— А я всегда это знала, — произнесла вдруг Милена, глядя на меня своими прекрасными глазами.

У меня перехватило дыхание.

— Что именно?

— Что нравлюсь тебе! — произнесла она быстро и на мгновение из резкой и опасной Милены Богард превратилась в простую и понятную девчонку, жаждущую признания и любви. — Я ведь тебе нравлюсь, правда?

Я немного выпил и не сразу понял, о чём именно она говорит.

Она же, как и вся Академия, видела те мои воспоминания, где я любуюсь ей! Ох, блин… Как же стыдно!

А хотя… Чего мне стесняться! Она же мне действительно нравится!

Так сильно, что и самому признаться сложно…

— Нравишься, конечно! — прошептал я и тут же на всякий случай добавил: — Очень!

— Очень… — произнесла она, словно бы смакуя это слово, а затем потянулась к моим губам.

Я потянулся ей навстречу, но в последнюю секунду она резко отвернулась.

— Ещё не заслужил, — бросила она, не оборачиваясь, и скрылась в тёмных коридорах.

Я улыбнулся. Вот теперь это была Милена Богард, которую я знал! Та Милена, которая мне очень сильно нравится…

Стоит ли говорить, что это было самое яркое впечатление вечера?

Затмить его чем-то ещё я даже не пытался. С трудом переставляя ноги от усталости, я добрёл до своей башни и обесиленно упал на свою кровать.

Но стоило мне закрыть глаза, как я услышал внутри своей головы голос, который нельзя спутать ни с чьим другим.

«Теперь ты мой!».

Книга! Надо же, объявилась в последний момент!

— Что ты имеешь в виду?! Я не хочу быть твоим! — крикнул я. — Отпусти меня! Зачем я тебе нужен?!

Я думал, что она не ответит. Она же никогда не отвечает!

Но в этот раз она, кажется, была настроена на разговор.

«Ты был избран мною как сосуд. Грядёт великая война. Судьба Мира и многих других миров Бесконечного будет поставлена на карту. И ты, Олег, станешь моим голосом в этой войне. Встанешь под те знамёна, которые я укажу, будешь убивать тех, кого я прикажу. С радостью в сердце и улыбкой на губах!».

Такого ответа я точно не ожидал!

— Но я не хочу сражаться! И тем более быть твоим болванчиком! Отпусти меня! Дай мне жить моей жизнью!

«У тебя нет выбора. Всё уже решено. Когда он вернётся, всё обратиться в кровь и пепел. Ты будешь рад биться за меня!».

Это был странный разговор. Слова Книги звучали у меня в голове, а я шептал свои ответы под нос, но казалось, что я кричу во всё горло. Я не понимал, сплю я или ещё бодрствую, но одно знал точно — Книга впервые говорит мне правду.

— Когда это произойдёт?

Долгое молчание. И когда я уже отчаялся получить ответ…

«Скоро. Времени почти нет. Будь готов!».

И Книга замолчала, оставив меня одного.

Я открыл глаза и уставился в темноту. Я не знал почти ничего, но понимал, что впереди меня ждёт что-то страшное. Испытание, с которым не каждому по плечу справиться.

Что ж, это будет далеко не первое моё испытание в этом мире! И я с ним справлюсь. Ведь нет ничего, с чем бы не сумел справиться новичок!

С этой мыслью я закрыл глаза и провалился в сон. В конце концов, как минимум одна ночь у меня ещё есть…

Content

Волшебство для новичка

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Глава 37

Глава 38

Глава 39

Глава 40

Глава 41

Глава 42

Глава 43

Глава 44

Глава 45

Глава 46

Глава 47

Глава 48

Глава 49