Лорд Системы 7

Глава 1

Очнувшись внутри храма, я поручаю Омари заботу о бывших наёмных убийцах Браги.

Она обещает присмотреть за ними, и следить за тем, чтобы их физическое состояние восстановилось.

Ведь они теперь, как заявляет она с хитренькой улыбкой «её братья по служению». Кажется, культ нового божества помаленьку растёт.

Биба и Боба провели несколько недель в коматозном состоянии. Им потребуется минимум неделя, чтобы восстановиться и адаптироваться к жизни в Спарте как в своей новой фракции.

К тому же я уверен, что им пойдут на пользу тренировки с будущими разведчиками, которых набирает Малой.

Боба, возможно, сможет внести некоторые изменения в процесс обучения молодых фалангистов, заложенный ещё Майором. Его специфический опыт это позволяет.

А я, не теряя ни минуты, направляюсь к стеле поселения, чтобы получить награды за уничтожение Краснодара. Ведь Система, само собой, не может оставить такое достижение без внимания.

Поздравляем! Вы уничтожили фракцию Краснодар!

Награда: 100 Е-баллов

Поздравляем! Вы захватили полис Краснодар!

Награда: 15 Е-баллов

Поздравляем! Вы захватили свой первый полис!

Награда: 35 Е-баллов

Ха, и всё же награда от Системы почти что ничто по сравнению с добытой казной самого Браги.

Впрочем, это всё равно лучше, чем ничего.

Далее, я просматриваю статистику Спарты, как фракции.

Поселение: Спарта

Уровень: Посёлок/Полис (2)

Бонусы:

+8% защиты против диких животных

+8% защиты против захватчиков

+8% урон, наносимый жителями поселения

+8% скорости роста растений

+8% скорости роста домашних животных

Баффы, опять же, никак не изменились. Но это и понятно.

Полис то всё ещё на 2-ом уровне.

Население:

— 1 лорд

— 3 жены лорда

— 6 граждан

— 49 жителей

— 316 рабов

— 674 игроков

Индексы:

— Экономика: 12/100

— Политика: 10/100

— Культура: 9/100

— Армия: 17/100

Е-баллы: 18560

Место в рейтинге: 86,753

Серьёзный подъём наблюдается в Политике, как и в Армии. Это понятно в случае Армии, ведь Краснодар сейчас представляет собой огромную военную базу.

С Политикой тоже понятно, теперь у нас два полиса, а не один. Экономика также немного выросла, что вполне ожидаемо, учитывая рост числа мастерских в поселении и повышение их уровня.

Но вот с чем связан рост культуры? Надо не забыть и поподробнее выяснить это.

Также приятно осознавать, что Спарта серьёзно продвинулась в рейтинге фракций. Не удивлюсь, что это связано с нашим изрядным ростом доходов. Хотя и пугает мысль о том, что есть ещё около 90 000 поселений, сравнимых с нами или даже более сильных.

Почти сто тысяч полисов — вот и всё наследие Земли. Интересно, какого уровня достигла фракция, занимающая первое место. Возможно, она уже перешла стадию города и достигла ещё более высокого уровня?

Хотя до первого места Спарте ещё далеко, как раку до вершины горы.

Качая головой, я вникаю в детали поселения, такие как ежедневная выплата Е-баллов.

И этот показатель действительно значительно вырос! Теперь Спарта будет получать +75 Е-баллов в сутки, что является впечатляющим притоком, особенно учитывая, что это всего лишь от одного захваченного полиса! Пересматривая историю сообщений, я понимаю, что такой скачок связан с несколькими моими действиями.

Очевидно, главная причина этого взрывного роста — захват Краснодара. Все Е-баллы, которые он получал, теперь перешли ко мне, и это около 40 Е-баллов в сутки.

Вторая причина роста — это мои действия в Вавилоне: дуэль Пирры, повышение популярности салона красоты Хрюши и новая партия сидра, которая хорошо распродалась по городу.

В целом, прирост оказался значительным: всего за пару недель мы выросли с +15 до +75 Е-баллов в сутки.

Интересно, сколько зарабатывает Меджнун в Вавилоне?

Ведь он известен на всю степь, и множество договоров завязаны на этот город. Может ли он зарабатывать тысячи Е-баллов в сутки?

Это бы объяснило расточительность местных игроков и масштабные траты на армию и другие структуры. В конце концов, если ты получаешь около тысячи Е-баллов каждый день, почему бы не потратить часть на прокачку сотен гвардейцев до 20-го уровня и выше?

Однако сейчас моё внимание сосредоточено на другом: я внимательно изучаю список доступных защитных построек в системном магазине.

Стены в Краснодаре заставили меня задуматься. Должен же быть промежуточный этап между простым частоколом и каменными стенами, подобными Вавилонским?

И я нахожу его! Ранее я не придавал этому значения, но стены можно было улучшить: на втором уровне частокол превращается в крепкие деревянные стены с позициями для стрелков и полноценными бойницами.

После этого защитникам уже не придётся высовываться и подставляться под выстрелы, падающие сверху. Но особенно интересен третий уровень стен.

Здесь пространство заполнено камнями и землёй, точно так же как и в Краснодаре.

Это именно то, что нужно Спарте! С такими укреплениями она вполне может стать неприступной крепостью, сравнимой с полисом на болотах. В отличие от Краснодара, окружённого топями и болотами, Спарта защищена долиной, в которой она располагается.

Но стоит задуматься, действительно ли мы хорошо знаем эту долину? Ведь не все её уголки исследованы. Нужно уделить внимание этому недостатку, вдруг есть неизвестная тропа в сердце Спарты.

Долину и горы вокруг поселения надо тщательно изучить, и на это задание я немедленно направлю разведчиков Малого. А в будущем не помешает установить наверху на скалах несколько сторожевых вышек. Это обеспечит обзор на несколько километров вокруг Спарты, значительно улучшая оборону.

Лес в предместьях полиса уже неделю вырубается, формируя открытое пространство перед стенами. Почему бы не расширить эту зону? В то же время можно начать развивать саму долину.

Тем временем я возвращаюсь к анализу оборонительных построек.

Имя: Чертёж стены 3-го уровня

Описание: Умы прошлого придумали, что проще возводить не две-три стены из дерева, а одну, но засыпать её сердцевину землёй и камнями. Дешёво и сердито, но эффективно!

Цена: 20 Е-баллов

Я покупаю чертёж без раздумий. За ним приобретаю и чертёж улучшенных ворот.

Имя: Чертёж укреплённых ворот

Описание: Биться лбом о деревянную стену — больно. А о обшитую железом — ещё и глупо.

Цена: 20 Е-баллов

Новая покупка сразу же списывает указанную сумму с моего счёта.

Ещё одно наблюдение сделанное в Краснодаре, это стоявшее на башне осадное орудие.

Когда я в прошлый раз изучал эту тему, то в доступе обнаружил только таран и осадные башни, которые изготавливались в Мастерской плотника.

Но теперь доступным оказывается новое здание. Для изготовления осадных орудий необходим чертёж осадной мастерской, стоимость которой также составляет 20 Е-баллов. Простым игрокам такие механизмы уже не построить.

Поэтому в будущем нужно заботиться о наборе персонала для производства осадного вооружения.

А уже здание даёт доступ ещё к двум рецептам.

Имя: Чертёж скорпиона

Описание: Один инженер, комплексуя из-за размера своего арбалета, решил увеличить орудие в десять раз!

Цена: 10 Е-баллов

Имя: Чертёж онагра

Описание: Большая катапульта кидает большой камень, чтобы сделать большой БАХ!

Цена: 10 Е-баллов

И то и другое пригодится нам при штурме новых крепостей. Да, мои амбиции простираются настолько далеко. Но, самое главное, эти орудия вполне можно использовать и при обороне.

С помощью них возможно разрушать осадные орудия врага, который надумает на нас напасть. Такая вот «контрбатарейная» стрельба.

До требушетов ещё не доросли, но вот зашвырнуть друг в друга что-нибудь тяжёлое уже способны.

На все покупки я потратил около 80 Е-баллов. Кажется, не так много. Но это только на пару чертежей. А что дальше? Расходы будут только увеличиваться. Каждый новый чертёж обходится дороже предыдущего, и мои без малого два десятка тысяч Системной монеты уже не кажутся мне запредельными.

Не найдя больше ничего интересного, я перехожу в раздел «безделушек». Здесь можно найти всё и ничего одновременно: от жидкой удачи с ужасными дебафами после принятия до волшебной шляпы, способной достать зайца, но с маленьким шансом вытащить порождение Ада.

Был здесь даже посох Моисея, который позволяет «разорвать океан надвое», но цена на него была слишком высока — пара десятков миллионов Е-баллов.

И напоследок, я распределяю поток Е-баллов, установив Краснодару норму в 5 ежедневных монет. Немного, но основные здания в полисе уже имеются, а на дополнительные расходы и на выплату жалования новобранцам Майору должно хватить.

Траты в новом военном лагере пока куда меньше, чем в основном поселении нашей метрополии.

Кратко подведя итоги, я покидаю стелу. Сегодня меня ждёт совет по обороне, участников которого уже пригласила Пирра. И только после этого я смогу, наконец, обнять своих жён и отдохнуть.

В то время как приглашённые мною игроки собираются в Поместье Лорда, я изучаю новую карту известного нам региона.

Сейчас, как никогда мне становится понятен древний термин «Ойкумена». Известная нам часть земли. А что за её пределами, хрен его знает.

Может люди с пёсьими головами, может прекрасные эльфийские девы, или вовсе небесная твердь, которая накрывает куполом плоскую землю.

Мы можем принимать в расчёт только ту информацию, которой обладаем.

На юго-востоке расположена Спарта, а восточнее — Краснодар и болота, уходящие далеко на юг и юго-восток. Севернее от Спарты находится Вавилон, откуда идут линии к другим фракциям.

Точных данных о других участниках у нас нет.

Известно, что Милан и Москва находятся к востоку от города, Рим — к северу, а Афины и Киото — к западу. Ближайшими к Спарте являются Афины, Киото, Милан и Москва. До Рима далеко, поэтому, вероятно, он пока вне нашей зоны доступа.

О Киото и Москве у нас мало информации: как они относятся к нам, чем занимаются, чего от них ожидать. Но относительно Афин и Милана я предполагаю возможные действия против нас. Ведь мы уже столкнулись с обеими фракциями. С Афинами — в прямом конфликте, что говорит об их отношении к нам. Потенциальный союзник вряд ли отправил бы наёмников.

О наёмниках… Нужно их подробно допросить, чтобы узнать всё, что они знают об Афинах.

Знай врага, знай себя — и ты будешь непобедим.

Однако против Афин и Милана я пока ничего предпринимать не собираюсь. Не планирую поход на эти города, да и войны они пока не объявили. Любая агрессия со стороны Спарты вызовет волну беспокойства по всей степи. Сейчас Спарта должна действовать исключительно в обороне, не вызывая опасений у других фракций.

Иначе мы рискуем так напугать соседей, что они заключат против нас союз. А войну на несколько фронтов мы не потянем. Надо действовать осторожнее.

В то же время у нас есть ещё один противник — Тьма.

Центр кочевников и ядро работорговцев.

Краснодар пал, так что Тьма сейчас подмяла под себя весь рабский сектор.

А главное, пока она существует, никакое перемещение через степь нельзя считать безопасным.

В теории мы могли бы развернуть систему опорных пунктов, чтобы облегчить путь караванов из Спарты в Краснодар и Вавилон.

Строительство дороги, особенно в Краснодар тоже необходимо, но это в дальнейшей перспективе. Если небольшой участок от Форпоста до Спарты строили две недели, то сколько уйдёт времени на строительство трассы по маршруту, который караван проходит за четверо суток.

А вот если установить опорные пункты, что-то вроде почтовых станций, в которых возницы могут перекусить и запрячь свежих буйволов, то сам путь сократится практически вдвое.

Никаких ночёвок в степи. Пара возниц могут меняться как водители-дальнобойщики. Путь с четырёх дней сократится до двух.

Но, пока существует Тьма и прикормленные ей кочевники, эта затея неосуществима.

Так что ближайшая военная цель вполне ясна.

Не следует забывать и о защите самой Спарты. Форпост Мустафы уже доказал свою эффективность в войне с Брагой, сумев удержать превосходящие силы врага до прихода подкреплений. Ведь самый ценный ресурс в войне — это время.

Именно поэтому я располагаю на карте две небольшие башни. Одна — в районе автослесарей, откуда пришли Рус, Краб, Мустафа и другие. Вторая — на месте, обозначенном как «Салем».

Эти три форпоста образуют защитный треугольник, в центре которого будет находиться Спарта: северный, юго-восточный и юго-западный. Эти опорные пункты будут заточены на тренировку солдат, а также защиту и разведку границ возле моего полиса.

На бумаге план выглядит отлично. Осталось только воплотить его в жизнь и обсудить предполагаемые затраты с подчинёнными.

В этот момент Михалыч, Малой, Алиса и Гюнтер входят в зал совещаний. Военный совет вот-вот должен начаться…

* * *

Они очнулись в голой степи у серебристого столбика стелы. Семь человек: трое мужчин и четыре женщины. Все «нулевики», без уровней, без способностей и без артефактов.

Уже умиравшие однажды, они сразу решили держаться вместе. Уже то, что в новом кластере потребовалось сразу несколько новых жителей, было дурным знаком.

Значит, их предшественников кто-то убил, причём разом. По кластеру прогулялась смерть.

Так или иначе, но выбора у них не было. Мужчины выломали себе дубинки из валявшегося неподалёку сухого дерева. Оружие не слишком серьёзное, но от какой-нибудь мелочи отбиться уже можно.

Подбадривая сами себя, они отправились на поиски людей. Надеясь на то, что те окажутся добрыми, или хотя бы адекватными.

Но далеко уйти им не позволили. Скоро на горизонте показалось облако пыли, которое вблизи превратилось в неряшливо одетых всадников на пятнистых рогатых животных.

Те быстро нагнали «нулевиков», окружили их со всех сторон, недвусмысленно выставив вперёд короткие копья.

— А ну, на колени, отбросы! — объявил один из всадников. — Я, воин степи Насрулла, объявляю вас своими рабами!

Женщины растерянно сгрудились. Мужчины тоже растерялись, видя явное преимущество нападающих в количестве и вооружении.

Только один из них храбро выступил вперёд, поднимая свою дубинку.

— Живым ты меня не возьмёшь! — заявил он, — мне всё равно терять нечего! Здесь умирать или в другом месте, зато с честью.

— Храбрый раб, за такого много дадут, — проговорил Насрулла, раскручивая аркан.

— Не смей пленять этих свободных людей, грязный пёс! — послышался внезапный крик.

Новички с изумлением увидели, как с противоположной стороны появляется ещё один отряд. Выглядел он точь-в-точь, как предыдущий, однако пленникам показалось, что и одеты эти кочевники опрятнее, и коровы у них симпатичнее, а глаза сверкают благородным блеском.

— Уходи, Вихор! Это моя добыча! — провозгласил Насрулла.

Отряды сцепились, звеня саблями и толкаясь, после чего незадачливые работорговцы скрылись восвояси.

— Кто вы⁈ — воскликнула одна из спасённых.

Между прочим, стройная блондинка, симпатичная даже со своими нулевыми статами. А для избалованных Системной Харизмой игроков это серьёзный показатель.

Ей всадник сейчас казался, как минимум, рыцарем на белом коне.

— Я посланец доброй воли и союзник Лорда Спарты, — не подвёл её ожиданий кочевник. — Зовут меня Вихор, и я готов проводить вас до его могучего государства, где вы сможете жить в мире и безопасности.

— А с чего нам знать, что ты не врёшь? — хмуро заявил мужик, который недавно хватался за дубину. — Может, ты нас так заманиваешь?

Но он тут же подвергся глубокому осуждению со стороны остальных. Понятно же, кто тут агрессор, а кто спаситель. Наверняка и Спарта, пославшая этого Вихра — хорошее место.

— А какая она, Спарта? — наивно поинтересовалась блондинка.

— О-о-о, — закатил глаза Вихор, — это лучшее место на земле! Забирайся ко мне, о Спарте можно говорить долго.

Он усадил перед собой фигуристую деву, и придерживая её за все приятные места, начал заливать о полисе Лорда Шурика, в котором сам не был ни разу в жизни.

Уже позже, когда степняки стали лагерем для ночёвки, к отъехавшему в сторону Вихру приблизилась тёмная фигура.

— Грязный пёс, это было обидно! — заявил Насрулла. — Зачем так ругаешься?

— Для натуральности, — строго ответил Вихор, — надо же правильное впечатление создать.

— Может, добавишь? — не стал спорить Насрулла, — в Тьме за них за каждого по Е-баллу дадут…

— Обойдёшься, — отрезал Вихор, — договорились на полтинник. До Тьмы их ещё довести надо. Да и там после смерти Браги не дадут нормальной цены. Кому нужны нулевики?

— Ох и дерзкий ты стал, Вихор, — покачал головой Насрулла. — Смотри, нарвёшься.

— А кого мне бояться? — бесшабашно заявил кочевник, — меня сам Лорд Шурик с уважением принял. В Краснодар пригласил, на службу позвал. «Такие люди, как ты Вихор, нам нужны…», — вот как сказал. А когда он степь под себя подомнёт, меня главным Ханом над всеми кочевниками сделает! Так что держись меня, Насрулла… Не пропадёшь!

Глава 2

— Рад вас всех видеть, — начинаю я военный совет, — Хотел бы встретиться за праздничным столом, но сначала надо обсудить дела. Прежде всего, мне хотелось бы узнать о состоянии нашей армии после сражения с Краснодаром и о текущем положении в Спарте. Михалыч, давай начнём с тебя.

Мужчина, приглаживая свои густые усы, встаёт со своего места.

— Прежде всего, мы восстановили численность фалангистов и лёгкой пехоты после битвы у форпоста, — докладывает он, — Новобранцы были набраны из наших игроков. Также был проведён ремонт самого Форпоста. После атаки Лорда Краснодара пришлось перестраивать практически всё, но мы завершили работу всего пару дней назад.

— Отлично, а что насчёт самой Спарты? Был приятно удивлён её преображением с прошлого моего визита, — улыбаюсь я.

— О, это заслуга нашего карманного гения Алисы, — усмехается Михалыч, и я подхватываю улыбку, — Она буквально сторожила меня у двери ночью, только бы внести очередную инновацию.

— Михалыч! — возмущается упомянутая особа, по совместительству моя жена.

— А что? Я всего лишь констатирую факты, — Михалыч поднимает ладони и хитро прищуривается, — На этом мой доклад окончен.

— Хе-хе, ладно, спасибо, Михалыч, — киваю я, позволяя ему сесть. — Теперь меня интересуют чугунные столбы на центральной улице. Удалось ли вам создать достаточно мощный источник света?

Этот вопрос я адресую Алисе.

— Вместе с Ботаном мы наладили производство светильников на основе льняного масла, — объясняет Алиса, — Сейчас они доступны всем жителям Спарты. О керосиновых лампах мы пока только мечтаем, пока не найдём нефть. Но в быту и они совершили настоящую революцию. Не надо ложиться спать с последними лучами Солнца.

Переведя дыхание, она продолжает:

— Есть также проблемы с производством стекла. У нас нет ни качественного песка, ни технологий для его обработки. Мы надеемся на Систему, но пока без результатов. Так что приходится обходиться тем, что имеем.

— Вот почему я спрашивал, — вздыхаю я, — Свет можно использовать для связи в ночное время. Если иметь фокусирующие линзы или что-то в этом роде, можно было бы создать сеть сигнальных вышек. Я изучу, что можно приобрести в этом направлении полезного в Системном магазине.

— Это было бы здорово! — радуется она.

— Что касается сегодняшнего собрания, я решил объявить нашу следующую цель как фракции, — меняю тему.

Все присутствующие словно приосаниваются, ловя каждое моё слово.

— Скоро мы атакуем Тьму, — заявляю я. — Вопросы?

— Когда именно состоится атака? — спрашивает Гюнтер деловым тоном.

— Как мы это собираемся провернуть? — интересуется Малой, потирая ладони от предвкушения.

— Сколько солдат вы возьмёте в поход? — вздыхает Михалыч.

— А как же я⁈ — возмущённо спрашивает Алиса.

Все взгляды скрещиваются на ней.

— То есть… как же Спарта? — исправляется она, пытаясь скрыть румянец на щеках.

— Атака начнётся не раньше, чем вокруг Спарты будут построены ещё два форпоста для защиты полиса, — указываю я на карту, — Майору также понадобится около двух недель, чтобы подготовить военные силы Краснодара. Часть из них я планирую взять в поход. Что касается Спарты, ей стоит готовиться к новому испытанию. Сомневаюсь, что оно будет проще предыдущих.

Задумавшись, я обращаюсь к Михалычу:

— Михалыч, сколько времени займёт перестройка Спарты?

— С учётом всех «хотелок» и требований, — Михалыч бросает взгляд на Алису, которая лишь задирает подбородок в ответ, — к концу недели должны справиться.

— Отлично. Тогда распредели своих рабочих заранее, чтобы они были готовы отправиться на стройку Форпостов. В каждую новую базу направим по 20 фалангистов и, дополнительно к строителям, по 20 кадавров, — приказываю я, — Они начнут расчищать местность, а также добывать камень и древесину. В районе, где находятся Краб и Мустафа, можно будет начать добычу полезных ископаемых. Туда надо будет направить кого-то из кузнецов, кто обладает полезными навыками. Этот вопрос мы проработаем отдельно.

— Кто будет возглавлять эти базы? — интересуется Гюнтер.

— Пока что эти должности свободны. Если у вас есть кандидатуры, я готов их рассмотреть, — отвечаю я.

В Спарте стало слишком много игроков, и следить за каждым из них уже невозможно. То же касается и меня.

Я не могу больше просто так назначать игроков на требуемые должности. Аппарат Спарты растёт с каждым днём, и всё, что я могу сделать, — это доверять рекомендациям своих подчинённых.

Нужен какой-то кадровый резерв, но где его брать — не знаю. Пока ближайшие мне люди, обладающие лидерством, связаны с войной. Но доверять управление одним лишь военным — тоже тупиковый путь.

Оставив вопрос с назначениями открытым для дискуссии, я заканчиваю военный совет.

Михалычу приказано готовиться к строительству двух форпостов и обеспечить их всем необходимым. Гюнтер и Малой отправят всадников и разведчиков на тщательное обследование окрестностей Спарты.

Время исследовать их не только на предмет угроз, но и для более глубокого понимания территории.

Алисе я поручаю контроль за поставками снаряжения в Краснодар. Ведь о растущей армии на болотах нельзя забывать.

Задачи распределены, и когда все уже покидают зал совещаний, ко мне подходит моя жена. Обняв её и поцеловав, я, наконец, интересуюсь, как у неё дела.

— Да всё хорошо, — улыбается она, — скучать не приходится! Система позволяет увидеть результат своих трудов почти сразу! Где это видано, перестроить город всего за две недели⁈

— Как с Гелей, ладите? — спрашиваю.

— Конечно, ладим. Она меня чуть ли не насильно выселила из Мастерской и заставила жить в Поместье, — смеётся Алиса, — Геля полностью погрузилась в разработку своего ателье. Она хочет завоевать Вавилон и покорить местных игроков. Я ей даже помогла с манекенами, ведь наши профессии — портной и бронника во многом похожи.

— Вот как, — киваю я. Почему бы и нет? Модный бизнес вполне может быть успешным и в «свободном городе». Подражание древности рано или поздно будет приедаться, а на спартанский образ жизни сейчас большой спрос. Обязательно нужно будет обсудить это с Гелей.

— Кстати, у меня большой прогресс по вопросу Моро! — восклицает Алиса.

Она от восторга чуть не подпрыгивает, сидя у меня на коленях.

— О, действительно? — удивлённо спрашиваю я.

— Да, ты должен это увидеть! Я нашла с ней общий язык, — гордо заявляет мой «карманный гений».

— Знаешь, давай сейчас же её навестим, — предлагаю я с улыбкой, — Только возьму с собой Пирру и пару её боевых подруг…

* * *

Алиса ведёт меня в госпиталь к Сквидварду, который оборудовал отдельный кабинет для осмотра Моро. Теперь сеансы проходят там, а не у Рыжего дома.

Я также вызываю в госпиталь Люси, поскольку нашей диснеевской принцессе скоро предстоит отправиться в Краснодар с тушканчиками.

Поэтому прогресс меня радует, в ином случае вопрос с девочкой-оборотнем может отложиться на неопределённый срок.

Алиса рассказывает, что им удалось установить связь со звериной сущностью Моро и даже наладить некоторый диалог.

Приступы паники прекратились, Моро привыкла к процедуре гипноза и, кажется, научилась общаться со своей второй ипостасью. По крайней мере, не так её боится, как поначалу.

Сквидвард всё твердил о раздвоении личности, но не вмешивался в беседы Алисы с Моро, признавая, что это явление для него необычно. Ведь эта вторая личность не является плодом воображения, или, если угодно, особой формой сознания.

У этой второй личности есть и второе тело. Что полностью подтверждает её существование.

Мы обсуждаем с Алисой и Сквидвардом последние сеансы, когда к нам в комнату влетает Моро, бодро приветствуя всех.

— Привет, доктор, Алиса! А, Лорд Шурик тоже здесь! — радостно улыбается она.

Моро теперь кажется совсем иной, словно приняла себя и сбросила тяжёлый груз с плеч.

— Привет, Моро. Как настроение? — киваю я.

— Отлично! Сегодня Рыжий попросил поваров приготовить свиной шашлык. М-м-м, пальчики оближешь, — радостно говорит Моро, прикладывая ладони к щекам и забавно покачивая головой.

— Моро, перестань пускать слюни на людях, — улыбается Рыжий, следуя за девушкой, — Мой Лорд, Алиса, доктор Сквидвард, моё почтение!

Я обращаю внимание, что Моро ведёт себя свободно, но при этом не совсем обычно. Словно ребёнок, что никак не стыкуется с её взрослым телом.

Весёлый, озорной ребёнок, которому нравится играть, но который не осознаёт себя взрослым.

Но это исключено, ведь в мир Системы перенесли только совершеннолетних. Означает ли это, что у Моро какая-то задержка в развитии?

Или её человеческая личность не до конца самостоятельна? Что, если это две половинки одного целого, разделённые сейчас рабским ошейником?

Поздоровавшись, я приглашаю Рыжего подойти ко мне, пока Моро начинает весело кружиться вокруг Алисы.

— Вижу, Моро заметно лучше, — тихо говорю я.

— Да, это так, — соглашается Рыжий, — После второго или третьего сеанса она, по словам самой Моро, научилась общаться со своей «второй половинкой». Это значительно укрепило её уверенность. И опасения перед непонятной личностью постепенно ушли.

— И что, много ей вторая Моро рассказала? — интересуюсь я.

— Ничего особенного. Просто Моро обрела в ней неявную поддержку. Оказывается, звериная сущность видит Моро как часть своей стаи и пытается, хотя и неуклюже, заботиться о ней, — улыбается Рыжий.

— В каком смысле? — удивляюсь я.

— Например, настаивает на том, чтобы Моро больше ела, особенно сочного мяса, — фыркает Рыжий, — И настаивает так настойчиво, что Моро уже не может думать о чём-то другом. Даже когда её живот раздувается, как воздушный шар.

Мы оба смеёмся, а затем качаем головами.

— Видимо, у второй половинки есть свои слабости, — констатирую я.

— Это мягко сказано, — Рыжий прячет лицо в ладонях. — Вы бы видели, как Моро разбудила меня в полнолуние, потому что её «подруга» хотела устроить караоке под луной со всей стаей.

— О, и тебя тоже решили прихватить? — улыбаюсь я хитро.

— Ну, я ведь часть её стаи. Забочусь о ней, — смущённо отводит взгляд Рыжий. Волнение на его лице не скрыть!

— В любом случае это отличная работа, — хлопаю его по плечу и подхожу к Моро, готовой к новому сеансу гипноза.

Моро сидит в огромном деревянном кресле с мягкой обивкой, основательно прикреплённом к полу. Её руки и ноги фиксируются кожаными ремнями.

Всё оборудовано с учётом «второй половинки», чтобы Моро не нанесла себе вреда во время «смены пользователя».

Узнаю труды Алисы. Та всегда очень ответственно подходит к своим поручениям.

Дав команду Сквидварду, я наблюдаю за погружением Моро в сон. Пирра и приведённые мной «Валькирии» располагаются вокруг кресла на безопасном расстоянии.

Я, Алиса, Люси, Сквидвард и Рыжий стоим перед Моро. Её вновь сотрясают конвульсии, радужки меняют цвет на ярко-золотой, и лицо поворачивается в нашу сторону.

— Привет, Моро, помнишь меня? — улыбаюсь я, на что она спокойно кивает, тихо рыча в ответ.

— Она помнит вас хорошо, — переводит Люси.

— Отлично, я слышал, что ты смогла наладить отношения с Моро и привыкла к окружению. Это так? — задаю вопрос.

Моро кивает. Перевода в данном жесте мне уже не требуется.

— Скажи, Моро, нравится ли тебе Спарта? — спрашиваю я.

— Что такое Спарта? — интересуется Моро.

Интересный момент.

— Спарта — это всё вокруг тебя. Это Рыжий, я, Алиса, Сквидвард, повара в столовой и все игроки вокруг, — объясняю я.

— Большая стая, — делает вывод Моро.

— Да, можно сказать и так, — соглашаюсь я.

— Большая стая — сильная и многочисленная. Большая стая — крепкая, — подтверждает Моро.

— А ты хотела бы стать частью этой большой стаи? — обращаюсь я к ней.

— А можно? — взволнованно рычит она.

— Можно, но при условии соблюдения правил стаи: не обижать и не вредить её членам, слушаться вожака и старших. И не терять контроль над собой, — уточняю я.

— Шурик готов принять Моро в свою стаю? — спрашивает она после паузы.

— Только если ты будешь следовать моим требованиям, — уточняю я.

— Моро согласна. Хочу быть частью стаи Шурика, — взволнованно говорит она.

— Ты обещаешь никого не атаковать, если я сниму с тебя ошейник? — медленно спрашиваю я.

— Клянусь, — кивает Моро.

— Тогда мы договорились, — улыбаюсь я.

Подняв руку и давая тем самым команду валькириям быть настороже, я сам приближаюсь к Моро и расстёгиваю на ней ремни.

В отличие от остальных, у меня есть заклинание «Духовный доспех». Так что мне это сделать безопаснее всего.

После делаю шаг назад и дистанционно отключаю ошейник.

Совершаю ли я огромную глупость? Возможно. Но все риски уже учтены, и со мной Пирра и моя собственная магия. «Духовный доспех» защитит меня от возможного первого удара, а валькирии легко справятся с оборотнем, если понадобится.

Они уже убивали не одного варана, так что оборотень для них вполне по силам. А если Моро сейчас нарушит свою клятву, то выход один — смерть. Значит, она не контролирует себя и не сможет находится в Спарте.

Жестоко, но это так.

Как только ошейник перестаёт действовать, Моро мгновенно превращается в зверя, которого я встречал в ночь испытания.

Передо мной возвышается монстр высотой более двух метров, с длинными передними и мощными задними лапами, вытянутой мордой и белоснежными клыками.

Глаза горят ярко-золотым, словно готовы расплавить всё на своём пути, а темно-сиреневая шерсть с вкраплениями белой напоминает изысканное полотно ночного небосвода.

Но передо мной стоит не просто порождение Системы, а разумное существо. Оборотень осторожно поворачивает голову, принюхивается, словно пробует воздух.

— Итак, Моро, ты готова выполнить своё обещание? — спрашиваю я, задирая голову, чтобы взглянуть ей в глаза.

Оборотень поворачивает ко мне морду и медленно опускается на корточки, смиренно склоняя голову.

А то уже Пирра и её боевые подруги готовы были сорваться в любой момент на мою защиту, судя по их сосредоточенным выражениям лиц.

К счастью, этого не потребовалось.

Вы предлагаете игроку Моро стать рабыней фракции Спарта.

Игрок Моро соглашается!

Вопрос с оборотнем, к счастью, разрешён в нашу пользу.

— Моро, можешь ли ты принять человеческую форму, похожую на нас? В большой стае все должны выглядеть схоже, иначе ты будешь пугать некоторых, — спрашиваю я, зная, что ограничение на трансформацию уже не действует.

Моро задумывается, затем тихо урчит. Её тело начинает уменьшаться, шерсть опадает на пол и исчезает, как мираж.

Через несколько секунд перед нами стоит уже знакомая Моро в человеческом облике, но с некоторыми дополнениями.

На её голове теперь торчат два волчьих пушистых ушка, а чуть ниже талии виднеется машущий слева направо волчий хвост. Вот такая синхронизация двух сущностей…

Теперь в Спарте у нас есть настоящая волко-девочка!

Вдруг за моей спиной раздаётся радостный визг.

Это Рыжий, красный как рак, зажимает свой рот ладонями. По его лицу сложно понять, что он чувствует, но горящие глаза выдают его полное восхищение. Кажется, у «обновлённой» Моро появился преданный фанат.

— Ну, как твоё самочувствие, Моро? Есть какие-то изменения? — спрашиваю я.

— Кажется, теперь мне гораздо проще общаться со второй «я», — отвечает волко-девочка, — И я чувствую её рядом со мной, как будто она здесь, рядом.

Голос её звучит грубо, с сильными раскатистыми нотками, но с каждым следующим словом речь даётся ей всё легче. И это, определённо тот язык, который понимаем мы все.

Переводчик со звериного больше не нужен.

— Это отличный знак, — улыбаюсь я, — Значит, она теперь слышит и ощущает всё вокруг тебя?

— Да, — кивает Моро.

— Тогда передай ей, что вам обеим придётся провести неделю здесь, в больнице, под охраной и под строгим наблюдением, — предупреждаю я, — Нам нужно убедиться в вашем поведении. Если возникнут проблемы, это повлияет на всю стаю. Я понятно выражаюсь, Моро?

— Всё поняла, вожак Шурик, — кивает Моро.

— Лорд Шурик, — поправляю я. — Тогда можешь отдыхать.

Я прощаюсь с Моро, оставляя её на попечении нетерпеливого Рыжего, который уже начинает водить хоровод вокруг волко-девочки.

— Сквидвард, Алиса, идите за мной, — командую я.

Отойдя на некоторое расстояние, я обращаюсь к исследователям.

— Моро проведёт некоторое время в больнице. Нам нужно убедиться, что её вторая сущность будет вести себя адекватно и не попытается вырваться наружу, вызвав хаос в Спарте, — говорю я. — Сквидвард, тебе предстоит обеспечить необходимые условия. Укрепить кабинет, усилить ставни на окнах, либо поставить решётки. С моей стороны у двери и окон круглосуточно будут выставлены охранники-ветераны.

— Я и сам хотел об этом просить, Мой Лорд, — поправляет очки Сквидвард.

— А что от меня требуется? — спрашивает Алиса.

— Тебе предстоит продумать, как мы введём Моро в общество и где её способности могут пригодиться. Не будем же мы держать её взаперти навечно? — уточняю я с хитрой улыбкой.

Убедившись, что Моро ведёт себя культурно и не собирается атаковать всех встречных, я покидаю больницу. Вечером нас ждёт торжество, поводов для которого сразу несколько.

* * *

Алекс довольно потянулся, подставляя своё лицо палящим лучам солнца. Сегодня был знаменательный день как для него, так и для всех в Афинах. Его труды наконец-то оценят во всём полисе.

— Алекс, ну сколько можно баклуши бить? Церемония уже скоро, опоздаем, чёрт побери! — возмущённо заколотил в окошко его помощник и верный товарищ, Архонт.

Ну вот, вечно он всё настроение испортит.

— Иду, не бурчи, — вздохнул Алекс, поднимаясь. — И так всю ночь не спал от волнения.

— Думаешь, что «ладьи» сожрут тебя за сегодняшнее? — усмехнулся Архонт.

— Конечно, как будто «слоны» им позволят это сделать, — помахал рукой Алекс. Он быстро умыл лицо в бочке с чистой водой, причесал непослушные волосы расчёской и шустро переоделся из «домашней» в «выходную» одежду.

Точно пародируя Древнюю Грецию, все официальные мероприятия в Афинах проходили исключительно в белоснежных тогах.

«Дань памяти прошлой жизни», — так оправдал Совет это новшество. Алекс, хоть и ощущал себя совершенно по-дурацки в таком одеянии, не мог противостоять воле Совета.

В конце концов, он был никем в их глазах! Даже звание главного кораблестроителя Афин не давало ему права на неповиновение.

А жаль. Ведь ему было бы гораздо уютнее в меховом плаще, учитывая его нелюбовь к сырости и пронизывающему до костей ветру с моря.

Главный кораблестроитель и стратег, ответственный за создание первого флота в известной части мира, и не любит море? Это было бы смешно. Если бы кто-то узнал, наверняка бы посмеялся.

— Ты скоро, чёрт бы тебя побрал⁉ — окликнул его Архонт.

Официально, тот числился помощником Алекса, но в силу неуёмной энергии был настоящим шилом в заднице. Алекс ко всему подходил основательно и не спеша, Архонт же вечно мчался впереди колесницы.

— И как тебя только жена терпит? — поинтересовался Алекс, — такого зануду!

— С божьей помощью и с содействием Системы, — смеясь, ответил Архонт. — И она и ещё две наложницы! Ну пожалуйста, быстрее ногами перебирай. «Слоны» будут недовольны, если мы заставим ждать таких важных персон, — сказал помощник, уже направляясь к верфям.

Сегодня был действительно знаменательный день: первый полноценный спуск корабля на воду. Раньше Алекс и Архонт конструировали лишь рыбацкие лодки и плоты, а сейчас — настоящий боевой корабль.

И всё благодаря «слонам», которые добыли у Лорда чертежи для строительства верфей, к неудовольствию фракции «ладьи».

Алексу было безразлично, кто у власти в Афинах — «ладьи», «слоны» или «пешки».

Его волновало только его дело: создание проектов и воплощение их в жизнь.

В этом его полностью поддерживал Архонт.

Ведь двум молодым выпускникам архитектурного университета ещё недавно и не снилось подобное.

Они не были героями. С момента основания Афин они были обычными рабочими, частью серой массы.

Ведь как можно проявить свои таланты, если власть уже распределена среди более могущественных игроков, а всё, что ты умеешь, — это чертить и рисовать?

Чертежи из Системы вытеснили их профессию, теперь любой мог стать профессиональным архитектором и инженером, если у него был чертёж.

Но кто мог подумать, что их хобби — создание моделей лодок и запуск их в море — привлечёт внимание господина Гарпии.

Старик увидел в них потенциал и ввёл их в свою группировку «слоны». Архонт и Алекс получили поддержку, людей и ресурсы.

И они оправдали возложенные на них надежды! Без единого чертежа они смогли создать рыбацкую лодку, что помогло избежать кризиса после очередного испытания в виде нашествия грачей, уничтоживших капустные поля.

Их изобретение дало Афинам доступ к морю и помогло полису пережить тяжёлый период.

«Слоны» под руководством господина Гарпии были готовы снова поставить на них.

Власть в Совете Афин была разделена между тремя соперничающими группами. «Ладьи» стремились к расширению на степи, мечтали о войне, завоевании рынка Вавилона, уничтожении Рима, своего северо-восточного соперника, и гегемонии на суше.

«Пешки», наоборот, сосредотачивались на внутреннем развитии, улучшении технологий, укреплении обороны полиса и повышении качества жизни простых игроков.

А «слоны» до недавнего времени были лишь оппонентами остальных двух фракций, но теперь они искали путь в море!

И Архонт с Алексом стали для них счастливым билетом. Сегодня же эти два институтских приятеля покажут всему полису, а возможно, и всему миру, что Система ещё не определяет всей жизни игроков.

Собственные ум и таланты также имеют значение!

В этот знаменательный день двое инженеров преодолели технологический барьер Системы, которая ни разу не предоставила чертёж для создания судов.

— Фух, едва успели, — прошептал Архонт, когда они присоединились к толпе «важных персон». «Слоны» приветливо кивали им, в то время как «ладьи» намеренно игнорировали или кривили губы в фальшивых улыбках. Только «пешки» сохранили полный нейтралитет.

— И вот настал этот знаменательный день! — говорил господин Гарпия с трибуны. — Отныне Афины — не просто ещё один полис в степи, а первая фракция, выведшая свой боевой флот в море! Мы стали морской сверхдержавой! И чтобы сохранить этот статус, мы должны помнить о тех, кто привёл нас к этому. Давайте аплодировать нашим двум юным талантам: Алексу и Архонту!

Все присутствующие залпом взорвались овациями. Простые игроки выкрикивали их имена, девушки бросали цветы и лепестки, мужчины свистели и выражали свою поддержку.

Два друга с глупыми улыбками стояли среди первых лиц Афин, не зная, как себя вести.

Вместо этого они синхронно взглянули на спущенный на воду боевой корабль — галеру «Царица», мощное судно, готовое уничтожить любого противника. Его длина составляла почти 50 метров, ширина — 7 метров, с двумя мачтами и 30 веслами с каждого борта.

Такая махина могла вместить до нескольких сотен игроков. И они построили этого монстра. Вместе.

— Я говорил тебе, что скалящаяся физиономия меня бесит? — усмехнулся Архонт, обращаясь к Алексу.

— Ой, заткнись. Дай насладиться триумфом, — отрезал Алекс.

— Мечтай, — язвительно ответил Архонт.

Алексу же оставалось только вздохнуть. А между тем в этот день Афины действительно открыли новую эпоху морских завоеваний и открытий.

Глава 3

Том беззаботно сопел на своей койке, когда в его голову внезапно прилетел тапок. Хотя по силе броска он напоминал скорее чугунное ядро.

— А? Что? Война⁈ — вскочил он, сонно озираясь по сторонам.

Хорошо что обувь в Спарте стали делать из кожи. Старым деревянным сандалетом могло бы и убить.

— Вы поглядите на него! — под сводами барака раздался звонкий женский голос, — мы его ждём, а он тут, видите ли, дрыхнет!

Девушка словами не ограничилась. Она набросилась на лежащего мужчину и принялась его безжалостно трясти!

Тому следовало бы радоваться такому обороту, если бы не удушающий захват!

— Мелисса, чёрт побери! — воскликнул Том и лёгким движением опрокинул девушку на кровать, освобождаясь.

Как ни крути, но Силу он прокачивал не зря. Работа обязывает.

— Доброе утро, Томми, — весело сказала девушка с веснушками на носу, успокаиваясь в его объятьях.

— Какое утро? — проворчал Том, потирая шею. — Вечер уже, ну, вздремнул после работы… что сразу драться-то?

Мелисса, глядя на него снизу вверх, обречённо вздохнула.

— Я пыталась тебя разбудить всеми способами. Кричала, обливала водой из реки, даже просила Мэри помочь! — возмущённо сказала Мелисса.

— И я помогла. Метнула в тебя тапок, — прозвучал второй голос сбоку, — Видишь, как эффективно! А ты не верила!

Последнюю фразу Мэри адресовала Мелиссе, которая в ответ показала подруге язык.

— Понятно, — покачал головой Том, потрогав свои чёрные волосы. Они были мокрые. Кажется, его способность спать как убитый сохранилась даже в новой жизни, — Так сегодня ж выходной, вечерние занятия отменили. Чего вы всполошились? И кто вас вообще пустил в мужской барак⁈

Девушки синхронно сделали жест «рука-лицо».

— А кто бы нас остановил! — фыркнула Мэри.

— Ты что забыл? — укоризненно сказала Мелисса, — сегодня же большой праздник на площади! Поэтому занятия и отменили!

— Ах да, точно, — вздохнул Том, — Думал, это завтра…

— Сегодня и есть «завтра»! — вскинула руки в возмущении Мелисса, — Мы опаздываем!

— Как скажешь, конфетка, — ответил Том, чмокнув её в щеку. Он шустро поднялся с постели, накинул рубашку, обулся и помчался в уборную. Естественно, в уличную кабинку туалета, — Пять минут, и я буду готов.

Перед уходом он ещё раз поцеловал Мелиссу в щеку и одарил Мэри дружеской улыбкой.

— Фе, телячьи нежности, — презрительно сказала Мэри.

— Завидуй молча! — весело возразила Мелисса, угрожающе тыкая в её сторону пальцем.

— Сейчас возьму и помру от этой романтики! — Мэри быстро скрылась из поля зрения подруги, прежде чем та успела атаковать её подушкой. Ведь Мэри знала — у Мелиссы была действительно тяжёлая рука, и такой бросок мог быть опасным!

Том взял Мелиссу за руку, пока они втроём шли по улице Спарты.

Даже за тот месяц, что все трое жили здесь, посёлок значительно вырос. Да, изменения были порой незначительными, но прогресс был очевиден.

Все трое были из Салема, вот только Мэри и Мелисса жили там ещё при прежнем Лорде Проповеднике, а Тома нашли у стелы на следующий день после битвы и он был полным новичком.

Так что ближе познакомились они благодаря налёту саранчи. Совершенно случайно все трое оказались рядом, спасая поля от нападения насекомых..

Прошло всего несколько дней с того испытания, как он подружился с обеими. В Спарте было мало развлечений, поэтому на первое место вышло самое обычное, почти забытое общение.

Спартанцы устраивали небольшие турниры по настольным играм, стендап-вечера и проводили состязания по различным видам спорта.

Руководители поселения тоже старались привнести в их жизнь что-то интересное.

То леди Алиса предложит какую-нибудь новинку, например, шахматы или шашки, то леди Геля организует мини-показ мод от своего ателье, приглашая всех поселенцев посмотреть на будущие наряды.

Жизнь в Спарте била ключом, главное, что не буквально «гаечным ключом по головам» простых игроков.

Вскоре дружба Тома и Мелиссы переросла в нечто большее. Они стали бегать на свидания, гуляя ночи напролёт.

Говоря по-честному, не только гуляли. Жизнь в бараке с двадцатью соседями не располагала к личному пространству, так что приходилось искать укромные уголки.

Поэтому Том вечно пытался урвать хотя бы лишний часик сна!

Но сегодня их жизнь должна полностью перемениться.

— Ну что, голубки, уже придумали, куда будете переезжать после повышения статуса? — с любопытством спросила Мэри. — Ведь всех бывших рабов, отработавших месяц, сегодня сделают жителями!

Она тоже радовалась этому, ведь и сама станет жительницей.

— Пока ещё не решили, — ответила Мелисса за обоих, — Я склоняюсь к «семейным домикам».

«Семейные домики» — так называли новый тип общежития, внешне похожий на бараки, но сильно отличающийся внутри. Вместо двадцати игроков в доме проживало всего четыре-пять семей.

Пять комнат, общая кухня с чугунной плиткой, туалет, большая общая гостиная зал и даже душевая.

Правда, в душ ещё требовалось сначала нагреть и натаскать воды… Но это мелочи, правда?

Комфортабельный вариант, учитывая, что у каждой семьи будет свой уголок и все удобства под рукой. И не придётся больше ночью ходить до уличной кабинки.

Да и Мелисса уже давно хотела «узаконить их отношения», поэтому такой вариант жилья казался почти идеальным.

— Или таунхаус! — гордо заявил Том.

— О, вот это да! Если мечтать, то о великом! — усмехнулась Мэри, одобрительно закивав на его слова.

Таунхаусы появились в Спарте недавно, как элитное жильё.

Двухэтажный жилой корпус, разделённый на блоки, каждый с отдельным входом.

Словно свой собственный дом. На первом этаже кухня и гостиная, сверху спальня, а под крышей мансарда, в которой можно сделать кабинет или кладовую.

Мечта!

Правда и желающих была масса. Очередь занимали за несколько недель, да и плата за жильё была высокая.

Ведь только проживание в бараках было бесплатным. За отдельную жилплощадь необходимо платить.

Правда, будущих жителей это не смущало. Проблема безработицы в Спарте отсутствовала напрочь.

Однако,, ко всеобщему удивлению поселенцев — не только верхи Спарты могли получить подобное жилье, но и любой простой житель.

Оттого желание работать и вкалывать у рабов было просто запредельное!

Каждый видел, что их труды ценят и, более того, награждают.

Да, возможно, не в ту же секунду, день или неделю, но условия работы и жизни улучшаются, а это даёт ТАКОЙ прилив мотивации, что потом диву даёшься.

Но чтобы получать больше, надо было повышать свою квалификацию.

Том считал себя счастливчиком в новой жизни Спарты. Во время учёбы его заметил сам Михалыч, «прораб» Спарты. Он оценил старательность парня и отправил его в кузницу к гражданину Тохичу.

Тохич, несмотря на внешнее впечатление «простого парня», оказался настоящим монстром труда.

Он требовал от своих подчинённых полной отдачи на протяжении всей рабочей смены!

Удивительно, но сам Тохич, казалось, работал круглосуточно.

Каждый раз, когда Том приходил в кузницу, его начальник уже был там, занят очередным заказом от Лорда или пытаясь угодить желаниям леди Алисы.

Тома это всегда поражало. Он сам стал проводить в кузнице всё больше времени, учась у Тохича.

Ему было просто стыдно отдыхать и стоять в стороне, когда столько игроков вокруг едва ли не зашивались от усталости!

Развитие Спарты требовало своей цены, и она была не в крови, а в долгих часах изнурительного труда, поте и слезах.

Не раз Том пожалел, что решил «учиться» у главного кузнеца Спарты. Каждый день его руки были на пределе, а голова гудела от новых знаний.

Из-за жары в кузнице он не заметил, как подзагорел и нарастил мускулы, что очень нравилось его девушке, с которой ночная жизнь оставалась насыщенной.

Бывший офисный работник без определённой квалификации, Том неожиданно полюбил свою новую жизнь. Здесь приходилось тяжело трудиться, но изделия, выходившие из его рук, были чем-то настоящим, полезным и красивым.

Это были не безликие отчёты, доклады и служебные записки.

А ещё, ему нравилось сознавать себя частью Спарты.

Ведь здесь ему пришлось пообщаться с разными людьми. Одни побывали в рабстве у всадников на кабанах, других спасли из краснодарских болот.

Третьи рассказывали, как Вавилон загоняет в долговое рабство, или как Проповедник в Салеме жёг девушек живыми.

О своей первой жизни в мире Системы Том предпочитал не вспоминать. Прошлая жизнь оставалась в прошлом, и игроки правильно говорили о механизме витков: когда обнуляешься до первого уровня, это словно перерождение, и лучше всего забыть о том, что было раньше.

Обо всех игроках, что были рядом с тобой, о своей прошлой фракции, обо всём следует забыть! Том видел, как некоторые игроки сходили с ума в прошлом витке, обнулившись уже 5–6 раз.

Они не хотели забывать свои переживания, а пять смертей — это всё равно пять смертей. Том сам помнил ту страшную боль смерти, липкое, отталкивающее чувство, когда осознаёшь, что твой час пробил. Ни осознание предстоящего перерождения, ни мысли о том, что это не конец, не помогали. Умирать было страшно и больно.

Эта боль глубоко запечатлелась в его памяти, не позволяя вспоминать о прошлом. Стоит только вспомнить товарищей, как момент смерти мгновенно напоминает о себе. Это случалось не только с Томом, но и с каждым игроком, обнулившимся хотя бы раз.

Было ли это особенностью Системы или массовым помутнением рассудка — Том не знал. Но факт оставался фактом: почти никто не хотел вспоминать прошлые витки. «Что было — то прошло». Прошлые жизни были табу среди игроков.

Поэтому большинство возродившихся заново, боялись смерти ещё больше, чем те, кого пока обошла стороной эта беда.

Именно из-за этого игрокам трудно свергнуть своих Лордов или руководителей, даже если они им не нравятся. Боязнь неизвестности удерживает их от перемен.

Для многих смена Лорда или режима равносильна новому «перерождению». Игроки готовы трудиться без устали в невыносимых условиях, ведь они не уверены: станет ли лучше, если они что-то изменят?

Система коренным образом изменила человечество. Невзирая на образование и опыт, люди словно вернулись в Средневековье или даже каменный век.

Приказ Лорда — это закон, который нельзя оспорить. Только единицы находят в себе смелость противостоять ему. Люди уже не те, что были раньше. Система переделала их в бесчисленные звенья огромного механизма.

И большинство игроков с этим смирились. Ведь как можно возражать против воли того, кто во много раз сильнее тебя?

Вдруг Мелисса толкнула Тома локтем в бок, вырвав его из задумчивости.

— Ты что, снова заснул? Опять до тебя не достучаться, — раздражённо буркнула она.

— Прости, просто задумался, — виновато улыбнулся Том, поглаживая Мелиссу по спинке, — О чём вы говорили?

— О том, что нашу Мэри скоро повысят в министерстве образования! — гордо объявила Мелисса, как будто это её заслуга.

— О, мои поздравления, — улыбнулся Том.

Мэри была настоящей умницей. Её даже пару раз хвалила сама гражданка Мышь, а от неё похвалы дождаться — большая редкость.

— Не говори, — вздохнула Мэри, — Я всего лишь одна из поваров. А я мечтаю о собственном кафе или кофейне…

— Зачем она нужна, если есть бесплатная столовая? — пожал плечами Том.

— Дурень, это же совсем другое! — вступилась за подругу Мелисса, — это для общения и для атмосферы. А тебе только бы лопать!

Вдруг все вокруг загудели, вытягивая шеи. На трибуне возникло движение и всё внимание устремилось туда.

— Лорд Шурик! Лорд Шурик! — разносились возгласы.

— Вот он идёт! Я его вижу!

— Значит, он вернулся из Краснодара?

— Конечно, Краснодар теперь наш!

— А ты думал, будто бы не вернётся?

— Ну, мало ли…

Как только Лорд оказался в центре трибуны, игроки зашлись в громогласных аплодисментах. Мэри, Мелисса и Том искренне поддержали эту волну.

— Эх, вот бы до него хотя бы дотронуться, — мечтательно вздохнула Мелисса.

— Должен ли я начать ревновать? — улыбнулся Том.

— Дурак, конечно, нет! — весело отшутилась она.

Они снова сосредоточились на фигуре Лорда Шурика, который впечатлял всех своим видом.

Простые, но крепкие доспехи, тяжёлый плащ, высокие сапоги и аккуратно уложенные волосы, высокий рост, прямое и чистое лицо.

Правитель и воин. Он выглядел так, словно только что вернулся из похода и слез со своего верного кабана Петра.

Мэри вдруг он показался немного усталым, словно на своих плечах тащил все заботы Спарты.

Но вот он шагнул вперёд, и Лорд полностью преобразился.

Прямая, как шпала, осанка, горящий взгляд и лёгкая улыбка, излучали уверенность и силу.

Всем своим видом он вселял надежду в завтрашний день, успокаивал, вдохновлял, и даже будоражил!

А во время боя, по отзывам знакомых фалангистов, их Лорд и вовсе становился чуть ли не Богом Войны.

Он вёл своих людей в бой, сокрушая даже превосходящего врага. Используя талант полководца, силу и магию.

Для Спарты Лорд Шурик был всем: его любили, уважали и почитали. Он был тем Лордом, которым можно гордиться.

В мире, где власть часто развращала и превращала простых людей в монстров, Лорд Спарты олицетворял идеал правителя, которого игроки желали видеть у руля.

Мэри вглядывалась в его лицо и, поймав на ощупь ладонь Мелиссы, крепко сжала её.

— Спартанцы! — начал Лорд, и моментально на площади воцарилось гробовое молчание. Никто не осмеливался прерывать своего Лорда. — Спарта снова одержала великую победу. Мы уничтожили врага, который напал на нас из недр болот. Лорд Брага был убит мною лично. Все виновные в этом вероломстве понесли наказание. Мы освободили Краснодар и даровали тамошним игрокам новую жизнь! Многие из них сейчас среди нас и станут теперь частью Спарты!

Толпа взорвалась овациями, радуясь новости о победе.

Подняв ладонь, Лорд Шурик умело успокоил толпу.

— Однако, празднуя победу, не забывайте о тех, кто отдал свои жизни ради нашего триумфа! — продолжил Лорд, разводя руки в стороны и обращаясь ко всем присутствующим, — Помним и чтим их! Каждого героя, павшего в бою за нашу свободу! Мелоди, Вела…

Лорд продолжал перечислять имена погибших, отчего на глазах у Мэри и Мелиссы появились слёзы.

В их компании раньше была и четвёртая подруга — Вела. Самая бойкая и отчаянная из них, она стала валькирией.

Неделю назад она погибла в войне с Краснодаром, защищая северный форпост. Это был тяжёлый удар для всех троих. И вот теперь её имя произнёс Лорд Спарты. Оказывается, он не только знает о ней, но и помнит.

— Они обретут новую жизнь в мире Системы. Желаю каждому из них счастливого возрождения, — заявил он, — Но мы никогда не забудем их подвиг! Ни один спартанец не останется забытым! Где бы наши поселенцы ни находились, они всегда будут считаться спартанцами! А их имена навсегда останутся на этом монументе.

За спиной Лорда фалангисты сняли покрывало с новой постройки, обнажив строгий монумент из белого камня, лишённый пока украшений и барельефов.

— Как бы велик ни был мир Системы, мы пройдём его вместе, гордо подняв голову! И однажды встретим своих друзей, старых и новых! Каждый из них, если захочет, снова станет частью Спарты! Ура! — вскинул кулак Лорд.

И толпа отозвалась единодушным рёвом!

— А теперь прошу выйти бывших рабов, для которых настал день сделать новый шаг на своём пути! — обратился Лорд к ним.

Мэри, Том и Мелисса вместе с другими поднялись на трибуну.

Для Тома вся церемония проходила как в тумане. Лорд Шурик поздравлял каждого лично, пожимал руки, хлопал по плечу.

— Теперь каждый из вас волен выбирать свой путь и дело по душе! Есть ли среди вас те, кто уже знает чего хочет? — спросил Лорд.

— Открыть гончарную мастерскую! — воскликнула Мелисса.

— Стать главным кузнецом Спарты! — объявил Том.

— Хочу создать свою кофейню! — радостно добавила Мэри.

Были и другие ответы. Лорд Шурик слушал, кивал, но почему-то особенно задержал взгляд на Мэри, словно постарался её запомнить.

Лорд продолжил говорить, но Мэри уже не слушала. Всё, о чём она думала, это смеющиеся чёрные глаза, которые словно горели лазурным огнём изнутри.

* * *

Речь закончилась, и я спустился с трибуны.

— Отличная речь, — улыбается Геля.

— Думаешь? — сомневаюсь я, — Не слишком ли пафосно?

— Всё было как раз в меру, — вставила свои «пять копеек» Алиса, — Вдохновляет и будоражит. Что ещё нужно народу?

— Твоя правда, — смеюсь я.

Официальная часть закончилась, и начинается праздник. Это уже стало традицией в Спарте — заканчивать войну грандиозным пиром.

На площади рабочие Михалыча выставляют множество столов и накрывают их льняными скатертями. Игроки активно помогают, благодаря чему подготовка идёт быстро.

Тут и там размещают литые чугунные лампы с льняным маслом, разгоняя сумрак наступающего вечера.

Когда мебель расставлена и игроки занимают места, между рядами начинают мелькать девушки в одинаковых платьях.

Платья чем-то напоминают форму официанток, и это заставляет меня перевести взгляд на Гелю.

— Это твоих рук дело? — интересуюсь я.

— Моих, моих, — гордо выпячивает она грудь. — Для наших мероприятий нужен официальный персонал. Сами мы уже точно не справимся, вот и наняла несколько добровольцев на помощь.

— И много откликнулось? — спрашиваю я.

— О, ты бы знал! На каждое место был чуть ли не конкурс пять к одному! — восклицает Геля. — Кроме небольшого заработка, многие хотели показать себя и принять участие в организации чего-то подобного.

— Всё-таки такие мероприятия вызывают интерес и ажиотаж. Ведь не каждый день целый Лорд выступает с речью! — смеётся Алиса.

Площадь, покрытая камнем, моментально окутывается атмосферой праздника. Способствуют этому разнообразное меню, алкоголь и красивые девушки в платьях, которые мелькают между рядами.

Играет живая музыка. Алиса даже нашла несколько бывших циркачей, которые теперь устраивают полноценное шоу с глотанием мечей, акробатикой, жонглированием и даже магическими трюками.

Нет, Ботан или Мышь не выходят на сцену, но среди всех жителей Спарты есть парочка фокусников, которые как раз сейчас развлекают толпу.

Я замечаю среди остальных Михалыча, который сидит рядом с Луной, нашим кадровиком из бывших хиппи.

Та одета на удивление строго и стильно, и только причёска, состоящая из мелких косичек напоминает о компании, в которой мы её встретили.

Луна что-то увлечённо втирает Михалычу. Я слышу слова «специалисты… квоты…» и даже «профессиональная переподготовка».

А вот Михалыч только хитро улыбается и подливает сидр, кивая время от времени.

Усы у него воинственно топорщатся, да и выглядит он статно. Наверняка закинул несколько очков в Харизму!

Чуть в стороне Гидропон с оставшимися хиппи проводят мастер-класс по брейк-дансу для остальных игроков, собрав вокруг себя настоящую толпу.

Недалеко от них Пирра, демонстрирует технику обращения с копьём под восторженные возгласы и крики поклонниц.

Наша икона феминизма везде найдёт себе фанаток. Особенно в Спарте.

В неприметном уголке воркуют Мышь с Малым, давно не видевшие друг друга и, кажется, пытающиеся наверстать упущенное время.

Магесса светится от радости, сидя на коленях у своего супруга и шепча ему что-то на ушко.

Среди присутствующих я замечаю Тохича, который о чём-то горячо спорит с Люси, и оба — на повышенных тонах. Их лица красные от возбуждения, и кажется, что они готовы схватиться за волосы, но никто их не трогает.

Интересно, из-за чего у них разгорелся спор? Ведь они работают в совершенно разных областях.

Нахожу я и Лолу, вокруг которой успевает сформироваться целый круг поклонников. Рыжая прелестница вьёт из них верёвки, как той только угодно!

Кит, Колька, Дженни, Патрик, Сквидвард, Рус, Тиммер и многие другие также проводят время с пользой для себя.

Слышны смех, возгласы, споры, крики. Спарта снова наполняется жизнью. На моих глазах весь полис радуется очередному дню как никогда раньше.

Это вызывает у меня одновременно лёгкую боль в груди и невероятную гордость.

Невольно вспоминаю свои первые ночи в новом мире.

Как мы с Хрюшей танцевали у костра, как Михалыч и Малой травили байки и хохотали от каждой истории.

Как простой поход на кабана мог стать для нас последней вылазкой. Всё это кажется таким далёким.

Смотря на болтающих Алису и Гелю, улыбка сама по себе появляется на моём лице. Да, Спарта словно прыгнула из каменного века в эпоху античности, если не в Средние века. Несколько тысячелетий, которые человечество прожило на Земле, в мире Системы пролетели за пару месяцев.

И стоит только получить выход в море, так фракция совершит ещё один скачок вперёд, мгновенно оказавшись в эпохе географических открытий.

Наверняка некоторые фракции уже близки к этому этапу. Ведь помню, что в Вавилоне активно продавалась рыба.

Насколько помню, везли её из Киото, следовательно, и выход в море те уже имеют относительно давно.

Сколько времени потребуется им, чтобы создать полноценный флот и отправиться исследовать дальние берега?

Ведь невозможно, чтобы весь сервер Земли умещался на одном клочке суши, где мы находимся сейчас. Должны быть ещё континенты, острова, архипелаги… и много чего ещё!

Для Спарты важно не упустить эту гонку. История показывает, что те, кто ведёт морскую торговлю, продвигаются вперёд семимильными шагами, в то время как те, кто остаются в своей «скорлупе», оказываются на вторых ролях.

Не замечая того, я оказываюсь втянут в атмосферу мероприятия Алисой и Гелей.

Мы мило и долго болтаем, пьём на брудершафт, веселимся — в общем, наслаждаемся моментом. А после, когда стемнеет, я хватаю обеих своих супруг и увожу в Поместье Лорда.

Ведь вся ночь ещё впереди, и я не имею права забывать о своём супружеском долге!

* * *

На следующее утро я довольно раскрываю глаза и оглядываю спальню.

Одежда разбросана повсюду, постельное бельё в беспорядке, а мои две красавицы сладко спят под одеялом.

Умиляясь этой картине, я бодро вылезаю из постели.

Вчера не удалось удивить моих жён привезённым подарком из Краснодара.

А сегодня такой повод! Бессонная ночь, тихое утро и чашечка кофе в постель. Что может быть лучше?

Бесшумно подойдя к двери, я аккуратно её приоткрываю, чтобы не разбудить жён скрипом.

Делаю шаг вперёд, но спотыкаюсь обо что-то… пушистое⁈ Грохнувшись на пол и едва не полетев по лестнице на первый этаж, я изумлённо смотрю вниз.

— Моро⁈

Свернувшаяся клубком у самой двери, волко-девочка распахивает свои золотые глаза.

Глава 4

— Моро? — изумляюсь я, не веря в происходящее.

Как говорится, «слона то я и не приметил», вот что значит расслабился в собственном поместье после долгих походов.

Прямо под моей дверью теперь лежит, мать его, оборотень!

То есть огромный волчара, больше двух метров ростом!

Вытянутая морда поворачивается ко мне, и тёмные зрачки в золотистых радужках глаз опасно сужаются.

Оборотень вышел из-под контроля и, таким образом, решил добраться до меня, мелькает мысль. Но почему она не напала, когда я спал? Дожидалась, когда останусь один из человеколюбия? Не хотела трогать Гелю и Алису?

Я вскакиваю, занося для броска единственное имеющееся орудие. Глиняную баночку с кофе. Если добавить силы телекинезом, то получится та ещё бомба. А потом попробовать придушить или прижать к полу…

Тело оборотня начинает трястись, словно перед прыжком, а потом внезапно уменьшается, стремительно теряя мохнатость.

Через секунду Моро возвращается к человеческой форме. Зевая, она сонно потирает глаз кулачком.

— У-а-а-а, доброе утро, Лорд Шурик, — произносит она.

Доброе?

Скорее, какое-то неоднозначное утро!

— Что там происходит⁈

— Шурик, ты в порядке?

Неудивительно, что на шум, произведённый мной, из спальни вылетают Алиса и Геля, одетые в простые, но весьма затейливые пеньюары.

Эх, кажется, таланты Гели сделали очередной шаг вперёд.

Ночью у меня не было ни времени, ни желания любоваться этим достижением швейной индустрии Спарты.

А теперь глаз оторвать невозможно!

Однако, прикрыв веки на секунду, я переключаю внимание на Моро. На голую Моро, потому что, естественно, во время обратной трансформации никакой одежды на ней не оказалось!

— Моро, объясни, пожалуйста, прошу тебя, какого хе… что ты делаешь под дверью моей спальни? — поправляю я себя на ходу.

Моро незадачливо наклоняет голову набок, будто не понимая смысла моего вопроса.

— А что не так? Лорд Шурик — вожак большой стаи. Моро — сильная и молодая самка. Значит, Моро принадлежит Лорду Шурику как вожаку стаи, — заключает волко-девочка.

— Ах ты, крашеная сучка! Да я тебе сейчас весь мех с ушей пообщипаю! — заводится Алиса. — Я её, можно сказать, человеком сделала… А она вон чего удумала!

— Стой! Куда ты! Ну, куда! — моментально хватает её Геля.

— Не останавливай меня, говорю! — активно сопротивляется Алиса.

— Лорд Шурик — сильный вожак. У Лорда Шурика может быть много самок, — важно кивает головой Моро.

Геля замирает и строго смотрит на волко-девочку, отчего та даже невольно ёжится.

Геля, отпустив Алису, поправляет свой пеньюар и обращается к своей «боевой подруге»:

— Зачем же выщипывать? Ножницы на первом этаже. Сначала за ними, — ошарашивает всех Геля, указывая не на Моро, а на лестницу, где, как предполагается, должны находиться ножницы.

— Знаешь, я тебя люблю… — радостно говорит Алиса, и дуэт уже собирается спуститься вниз, но я останавливаю их:

— Стоять, никому не двигаться! — мои супруги замирают на месте, пока я снова обращаюсь к Моро. — А как же Рыжий? Он ведь заботится о тебе? Ухаживает, или я не прав?

— Конечно, прав. Моро нравится Рыжий, — кивает Моро, — Но Рыжий — это Рыжий, он не вожак большой стаи.

Я хлопаю себя по лбу от безысходности.

— Может, ещё и бритву притащим? — шепчет Алиса.

— Она там же, — кивает Геля. — Прихватим заодно.

— Ни за каким холодным оружием никто не пойдёт! — останавливаю я Крестовый поход против одной волко-девочки.

После этого указываю на Моро:

— Моро, какой бы ты ни была сильной самкой и прочее, ты нарушила приказ своего вожака стаи! Разве так можно? — спрашиваю я.

Миг, и ушки волко-девочки прижимаются к голове, а она сама виновато опускает голову.

— Нет…

— Вот именно! Поэтому ты всё ещё должна просидеть неделю на карантине. И это не обсуждается! Иначе мне, как вожаку стаи, придётся тебя выгнать за непослушание. Это понятно? — строго говорю я.

— Понятно, — понуро отвечает Моро.

Ну, надеюсь на это.

— Может, всё же обрить? — слышу я шёпот Алисы. — Для профилактики?

— Может «не может», — усмехаюсь я.

В этот момент снизу раздаётся топот десятка ног.

И уже через несколько секунд на лестнице появляется Малой с пятёркой фалангистов за своей спиной.

— Мой Лорд, Моро, она… — запыхавшись, начинает он, но я прерываю его на полуслове:

— Сбежала? — с усмешкой заключаю я.

— Как вы догадались⁈ — удивлённо поднимает брови парень.

— А сам как думаешь? Твой Лорд уже решил проблему, — говорю я, указывая кивком головы на волко-девочку.

Малой переводит взгляд на Моро, поджавшую хвост и стоящую голяком, затем на моих жён в нижнем белье, и в конце на меня щеголяющего в одних трусах.

— А-а-а-а, понял, — серьёзно кивает он.

— Что ты понял? — смеюсь я.

— Всё я понял, — поднимает он руки перед собой, обращаясь к фалангистам: — Парни, свободны.

Фалангисты, почтительно кивнув мне, быстро спускаются вниз по лестнице.

— Геля, накинь на Моро покрывало хотя бы, — прошу я жену.

Пока Геля исполняет мою просьбу, я обращаюсь к Моро с вопросом, который меня интересует:

— Кстати, Моро, как ты вообще проникла в Поместье, да ещё и не потревожив никого? — спрашиваю я.

Это важно для меня, ведь если бы на месте Моро был убийца, например, Боба или Биба, то Спарта легко могла бы лишиться своего правителя. Внезапно.

Сейчас не военное время, и солдаты не настолько настороже, как в военном походе, но всё равно!

Поместье Лорда — это Поместье Лорда, самый охраняемый объект в поселении.

— Да ничего сложного, — спокойно отвечает Моро, — залезла на самую крышу, а потом пролезла в одно из открытых окон на втором этаже. Делов-то!

За моей спиной раздаётся глухое эхо и треск древесины. Затем ещё раз, и ещё.

Это Малой бьётся лбом о перила лестницы.

— Малой, хватит, — останавливаю я его, — Тиммер старался, а ты весь его труд портишь.

— Прошу простить меня, Мой Лорд, — вздыхает он, — это больше не повторится.

— Надеюсь, иначе будет неудобно просить Тиммера всё починить, — качаю я головой, — можешь быть свободен. Сейчас я отправлю к тебе Моро, и вы отведёте её к Сквидварду в госпиталь.

— Конечно, Мой Лорд, — кивает парень и спускается по лестнице.

— Паразиты, лентяи… Сгною на марш-броске до Краснодара, — последнее, что я успеваю услышать, — это тихое грозное Малого о подготовке новых разведчиков.

Как бы он не стал монстром, пострашнее самого Майора!

Теперь для солдат наш глава разведки стал причиной ночных кошмаров из-за занятий на турниках и заплывов в озере до потери сознания.

Это добавляет воинам ещё одну причину для беспокойства за своё психическое здоровье. Тем временем Геля возвращается из нашей спальни с пушистым пледом.

— Кстати, Геля, надеюсь, ты сможешь помочь нашей любительнице ночных прогулок с её одеждой. Нужна такая, чтобы выдержала трансформацию в оборотня, — обращаюсь я к супруге.

— Латекса у меня нет и в ближайшее время не предвидится, — невозмутимо пожимает она плечами.

— А он тут при чём⁈ — удивляюсь я.

— Вы о чём вообще сейчас? — улыбается Алиса, не понимая, куда свернула наша утренняя беседа.

— Так, можно Моро доспать свой сон у двери? — медленно поднимает ладошку вверх волко-девочка.

— Нет! — одновременно отвечают ей три голоса.

О великая Система, ну что за утро⁈

* * *

Как только утренний хаос закончился, я с Алисой и Гелей занимаю гостиную на втором этаже.

В моих планах было организовать наше совместное чаепитие, то есть кофепитие.

И девушки активно поддержали эту идею.

Кто бы что ни говорил, но практически ни один взрослый на Земле не обходится без бодрящей чашечки кофе по утрам.

Попивая кофе и беседуя ни о чём, я отмечаю, как изменилось Поместье. Теперь второй этаж отведён исключительно для меня и моей небольшой семьи: главная спальня, которая также является моей личной комнатой, офис Лорда для работы с отчётами и место, где можно уединиться, несколько комнат для гостей, а также отдельные спальни моих жён.

Геля, стоит отметить, обустроила комнату и для Хрюши, изысканно её украсив. Что приятно меня удивило.

На первом этаже находилась кухня, скорее не для приготовления пищи, а чтобы её разогреть или сервировать.

Так, шеф-повар из министерства образования был готов приготовить всё, что моя душа пожелает с доставкой на дом.

На первом этаже там же располагался просторный зал для совещаний, переговорная, а также комнаты для персонала, охраны и работников Кабинета Лорда.

Эта структура была, по сути, неофициально введена Алисой из-за высокой занятости министров и моих жён, в результате чего многие проекты буксовали.

Чтобы не носиться по всему полису с приказами и отчётами, было решено создать Кабинет Лорда — мой личный отдел, через который теперь проходит большая часть указаний и докладов.

У всех министерств также появились собственные кабинеты, расположенные рядом с Поместьем Лорда. Теперь, чтобы отдать указания, не нужно искать министра — достаточно передать их в его кабинет.

Это не значит, что я буду всё время просиживать в Поместье. Но, стоит признать, нововведение мне нравится и упрощает работу. Да и некогда мне бегать по Спарте в поисках Михалыча или Тохича.

Но вернёмся к семейным посиделкам с кофе.

Я обращаю внимание, что Геля ведёт себя и держится как настоящая аристократка. На ней надето белоснежное летнее платье, что только подчёркивает её элегантность. Девушка неспешно пробует напиток, невольно отгибая мизинчик, что вызывает у меня и Алисы улыбку.

В свою очередь, Алиса торопится и неоднократно обжигается горячим кофе. После чего, словно ребёнок, обиженно дует в свою кружку.

Заметив мою ухмылку, она хитро щурит глазки и спрашивает:

— Итак, какие планы на сегодня у великого и могучего вожака Шурика? — интересуется Алиса.

— Проверю работу кузнечного цеха, да и вообще следует посмотреть, что ты успела наворотить в партнёрстве с Тохичем, — отвечаю я.

— И всё? А я уже подумала, что великий вожак Шурик задумался о расширении своей стаи, — вздыхает Алиса, и я чуть не давлюсь кофе.

— Кхе-кхе, не понимаю, о чём ты, — улыбаюсь я, — Впрочем, мысль интересная. Я как раз отбил у Браги полноценный гарем! Думаю, может взять к себе для увеличения стаи восемь девушек, все сплошь модели и манекенщицы.

На этот раз кофием давится Геля, которой Алисе приходится даже по спинке постучать, чтобы та смогла отдышаться.

Алиса кидает на меня возмущённый взгляд, как будто говоря: «Смотри, до чего ты довёл мою Гелечку».

Ну да, ну да, я во всём виноват! Конечно же!

Но дальше происходит нечто неожиданное. Геля вскакивает со своего места и, схватив меня за руку, прислоняется ко мне вплотную.

— Модели? Манекенщицы? Сколько их? Восемь, да? Какой у них типаж? Какие у них параметры сверху донизу? Они далеко? Мне они нужны в ателье! Срочно! — возбуждённо выдыхает Геля.

— Они уже должны быть в Спарте, — спокойно отвечаю я, усаживая Гелю обратно, — А насчёт их параметров — я без понятия. Я их не измерял. Тебе они так нужны?

— Очень даже! — кивает Геля, — Харизма — это хорошо, но умение подать одежду, а не показывать себя, также имеет огромное значение. С консультантами из числа настоящих моделей я бы легко утёрла нос всем модным домам Вавилона! Они будут давиться от зависти!

От обычно спокойной и умиротворённой Гели такого боевого духа никто не ожидал. Видно, что она действительно загорелась идеей войны мод с «городом свободы». Мне это только на руку.

— Я пошлю людей за ними, — обещаю я, — Забирай их в ателье и делай что хочешь. В этом вопросе я уверен, ты легко справишься.

— Спасибо, — улыбается Геля, вновь возвращая милую улыбку и элегантно-отстранённый вид.

Лишь Алиса довольно переводит взгляд с меня на Гелю и обратно.

И ведь не поймёшь, задумала эта лисица чего-то этакое или просто так щурит глазки.

Вздохнув, я залпом допиваю кофе, после чего невольно морщусь. М-да, не быть мне баристой в этой жизни! Кофе явно получился слишком горьким на мой вкус. Тем более что сахар у нас пока отсутствует в принципе.

Вроде девушки вида и не подают, но я-то знаю, что можно сварить куда лучше. Вспоминается тот работник из гостиницы в Краснодаре, который впервые справился с подобным заданием.

Невольно вспоминаю девушку со вчерашней встречи на площади из числа новых жителей.

Кажется, её звали Мэри. Она хотела создать кофейню, верно? А почему бы и нет?

Нужно будет проверить, является ли её мечта лишь пустой фантазией или вполне достижимой целью.

Собственный бариста мне бы сейчас очень пригодился!

* * *

После утренних посиделок Алиса увлекает меня на полноценный осмотр новой доменной печи. Перед уходом в Вавилон, а затем войной с Краснодаром я успел увидеть только первую плавку.

Теперь я наглядно осознаю, что с новой технологией мы получили настоящую промышленную революцию.

Чугун становится палочкой-выручалочкой для массового производства множества изделий для быта.

Для обеспечения его беспрерывного производства ежедневно подвозится железная руда из форпоста Мустафы, а за территорией полиса постоянно работают углежоги.

Угольные ямы расположены поближе к лесопилке и самому лесу. Спарта потребляет много древесины, так что леса постепенно отступают от наших стен.

Технология углежогов настолько проста, что для её использования не требуются никакие чертежи. В больших ямах дерево пережигается без доступа кислорода, превращаясь в древесный уголь, который затем используется повсеместно, от кузницы и плавильной печи до кухонных печек.

Ассортимент изделий из чугуна уже сейчас очень широк и в основном ориентирован на бытовые нужды. Это включает в себя посуду, печки-чугунки, трубы для полива, различные формы для работы кузнецов и других мастеров, а также множество других изделий.

В военных целях из чугуна изготавливаются небольшие ядра для пращей и плюмбаты, к которым уже в кузнице привариваются нагретые стальные наконечники.

Такие снаряды оказываются тяжелее, чем их аналоги на Земле, но учитывая увеличенные характеристики игроков, такой перегруз вполне по силам.

Главное, что с увеличенным весом значительно повышается убойная мощь подобных изделий.

В целях демонстрации и, немного, для хвастовства, Алиса показывает мне пробивную мощь новых снарядов. Она отводит меня на небольшой полигон, специально созданный для таких испытаний.

Всё выполнено классически: несколько огороженных стоек, дорожки с разнообразными мишенями, закреплёнными на деревянных тележках. Отдельный работник полигона может передвигать мишени при помощи верёвок для имитации движущейся цели. Похоже на тир на ярмарке, а не какой-то скучный полигон.

Алиса вовлекает меня в процесс «оценки нового вооружения». Мы целых полчаса развлекаемся, бросая плюмбаты и закручивая пращи.

В итоге весь полигон усыпан раздробленными на мелкие части мишенями, причём ровно половину из них уничтожила Алиса своими точными бросками.

Да, я порой забываю, что она у меня мастер-бронник, а это значит, что она достаточно сильна, поскольку постоянно работает с кожей и проволокой для кольчуги, а для этого требуется постоянно вкладываться в Силу.

Также мы посетили кузницу Тохича. Там я узнал, что сталь, к сожалению, по-прежнему удаётся получать только трудоёмким способом с привлечением Мыши.

Поэтому такие «сеансы» производятся в ограниченных объёмах и не чаще, чем раз в 2–3 дня. Ведь никому не нужно, чтобы министр образования каждый день проводила полдня, обнимаясь с флягой сидра.

А без него она не сможет восстановиться после таких нагрузок, как поддержание необходимой температуры в плавильной печи на протяжении нескольких часов.

Тохич также похвастался, что благодаря подключению чугунного молота к водяному колесу удалось механизировать процесс проковки кричного металла, для очистки его от примесей.

Таким образом удаётся обработать больше железа при минимальном участии

— Я могу смело заявить, что это настоящий прорыв! Теперь благодаря нашему молоту можно получать достаточно большие металлические листы механическим путём, а не только ручным трудом. Это первый шаг на пути к полноценной индустриализации и автоматизации! — восклицает Тохич.

Он, очевидно, рад больше всех. Ведь на работу у него уходит больше всего времени! Титул первого кузнеца Спарты несёт не только престиж и уважение сотен игроков, но и определённые обязательства. Тохич продолжает рассказывать о процессе:

— Из полученных листов уже вырубаются заготовки для самых разных изделий. Из больших гнутся кирасы или элементы шлемов. Из листов меньшего размера получаются заготовки для пластинчатых доспехов. Можно даже вырубать подковы, дверные петли, пластины для усиления ворот — да что угодно!

Самое главное, что теперь с этой работой могут справляться не только опытные кузнецы, но и начинающие подмастерья. А уже достигшие определённого уровня мастерства могут сосредоточиться на ковке оружия или сложных изделий.

Видимо, вопрос подмастерьев для него тоже важен. Стоит взять это на заметку. Пока я осматриваю кузницу и наблюдаю за работой десятков подмастерьев, Алиса и Тохич уже успевают поспорить. И это явно не первый их спор.

— Ты зачем второй молот уже готовишь к работе? У нас не хватит мощности колеса для его запуска! — возмущается Алиса.

— Какие претензии ко мне? — кричит Тохич, — Мои парни уже не справляются с нагрузкой! Набрать новых людей негде! Мы и так взяли из новичков всех, кто не роняет молот себе на ногу при первом занятии.

— Ага, и тем самым пустить тонны угля и металла прахом! — фыркает Алиса, — Мы ещё даже всех тестов не провели. А о температуре выплавки ты подумал? Если удастся насытить чугун кислородом, то мы получим ковкий сплав! А значит, сможем запустить массовое производство высокоуглеродистой стали!

— Да если мы будем ждать всех твоих тестов, то все до одного помрём от истощения! Скоро кузнецы начнут убегать в кочевники, только чтобы не работать! — возражает Тохич. — Передавай мне тогда людей из бронников, которые сидят у тебя на плетении кольчуг!

— Не отдам! Это моё! — возмущённо шипит Алиса.

Я молча наблюдаю за этим привычным рабочим процессом. Помню, как в школе физик и трудовик также спорили, хе-хе. Но эту парочку следует разнять поскорее, пока они не нанесли друг другу серьёзных увечий.

— Так, мои хорошие, давайте-ка вы сделаете брейк в вашем танце самбо, а не то…

БАБАХ!

Вдруг из-за спины раздаётся оглушительный грохот.

— Сидроварка, — ошарашенно констатирует Алиса.

Я резко оборачиваюсь и наблюдая, как над сидроваркой Михалыча поднимается грибовидное облако от взрыва.

А крыша улетает куда-то в небеса по высокой параболе.

Глава 5

Всего через несколько минут мы оказываемся у сидроварки. Её крыша улетела куда-то очень далеко, рухнув ближе к центру долины.

Сама же постройка успела сложиться прямо как карточный домик.

— Разбирайте завалы! — приказываю я подоспевшим фалангистам.

Очень скоро к месту событий подтягиваются многие знакомые личности: Ботан, которого я не видел с самого приезда из Краснодара, Малой, Михалыч, Мышь и другие.

Наблюдая за парой солдат, которые никак не могут убрать тяжёлую балку, я использую телекинез, чтобы облегчить их задачу.

— Здесь выживший! — раздаётся крик одного из фалангистов.

И в самом деле, под очередной грудой строительного мусора мы обнаруживаем странную фигуру, полностью одетую в сверхтяжёлые доспехи.

Оплавленные металлические пластины выглядят странно и даже нелепо, особенно учитывая, что игрок сам не в силах подняться на ноги.

Он перекатывается с боку на бок, словно морская черепаха, перевернувшаяся на спину, и не может встать на четвереньки.

Как можно было надеть на себя столько металла и кожи, что даже не хватает сил подняться! И это при том, что в мире Системы каждый игрок казался бы обычному человеку из прежней жизни каким-нибудь полубогом.

Неизвестного террориста приподнимают на ноги и подводят ко мне, открывая ему забрало.

За закрытым шлемом с вмятиной на забрале оказывается Мухомор!

— Мухомор, гад ты ползучий! Так и знал, что это ты натворил такое с моей сидроваркой! — вопит Михалыч, кажется, готовый разбить голову химика чем-то тяжёлым или даже разорвать его на части.

— Что здесь происходит? — хмуро спрашиваю я у Мухомора и Михалыча.

Алиса тем временем стоит позади, с любопытством изучая остатки какого-то оборудования, возле которого и был найден Мухомор.

— Кхе-кхе, экспериментировал, Мой Лорд, — отвечает Мухомор,

— А с чем ты там игрался, что аж всю сидроварку разнесло, как спичечный коробок? — обалдеваю.

— Пытался сделать кальвадос из сидра, Мой Лорд, — устало пожимает он плечами.

Удивительно, что мужчина выжил после взрыва такой силы. Несомненно, это заслуга его сверхтяжёлых доспехов, которые он сейчас носит.

Нужно выяснить, кто и за какой срок их спроектировал для Мухомора. Возможно, такая защита найдёт применение на некоторых производствах.

— Результат, стоит признать, получился не очень, — кивает Алиса на разорванные медные трубы перегонной установки.

Да уж, вот тебе и дистилляция!

— Ты что, напалм подлил туда, или что? — удивляюсь я, — Как так получилось, что установка взорвалась и всё производство с ней взлетело на воздух?

К слову, кроме Мухомора, никто особо не пострадал.

Мужчина отправил всех на обед, убедившись, что остался на производстве один. В противном случае беседа с химиком была бы совсем другой.

Мне кажется, она была бы далека от того, чего хотел бы сам Мухомор. Только отсутствие жертв среди работников ещё как-то оправдывает его самодеятельность.

— Я использовал классическую дистилляцию. Казалось, нет ничего сложного, — кряхтит Мухомор, указывая на все ещё раскалённые медные трубы, — Получилось даже какое-то вещество. Только не успел я его осмотреть, как всё взлетело в воздух!

— Ни с того, ни с сего? — уточняет вдруг Ботан.

Мухомор качает головой:

— Конечно, я понимал, что такой процесс не без риска, но не до такой же степени!

— Вероятно, это естественное ограничение от Системы, — продолжает Ботан, стоя за моей спиной со скрещенными на груди руками.

— Думаешь? — обращаюсь я к нему.

— По крайней мере, это объясняет многое, — кивает он, — Система не позволяет нам совершать прорывы в тех или иных областях, если они не были открыты в оригинальной истории. Например, производство алкоголя методом дистилляции было изобретено где-то в позднем Средневековье. До этого момента такой способ использовался лишь для получения духов, ароматических масел или питьевой воды из загрязнённой.

— Если предположить, что мы всё ещё находимся где-то в ранней Античности, то неудивительно, что Система так отреагировала на попытку перепрыгнуть через тысячу лет развития, — вздыхает Алиса.

Вот тебе и путь прогресса!

Всё упирается в развития самого поселения. Пока мы находимся на стадии полиса, дальше продвинуться мы не сможем.

Скоро мы упрёмся в потолок развития, и оно, вероятно, застопорится на определённой точке.

Система заставляет нас прожить заново историю всего человечества. Упрощённо, схематично, но она явно подталкивает нас на этот путь. Зачем? От прямого ответа в самом начале она, помнится, уклонилась.

Значит ли это, что нам следует форсировать набор игроков и перейти на новый уровень?

Возможно, но для Спарты подобный скачок может оказаться очень сложным. Многое здесь ещё не оптимизировано, многие производства не достигли нужного уровня.

Испытания становятся всё сложнее, и их надо встречать не просто во всеоружии, а желательно с хорошим запасом прочности. А помимо этого, соседи тоже не дремлют, как известные так и те, с которыми мы пока не сталкивались.

Ещё не завершено строительство пояса форпостов вокруг Спарты, не установлены регулярные караванные связи с Краснодаром, а торговля с Вавилоном всё ещё держится на честном слове.

Ведь утолить аппетит целого города — очень непросто. Не говоря уже и о других фракциях в степи.

Как парадоксально! Спарте одновременно нужно время для адаптации к стремительному росту и необходимо как можно скорее достигнуть статуса города, чтобы наши производства могли перейти на новый уровень.

Таким образом, перед нами стоит непростой выбор: укрепить фундамент, осознавая риск отставания от конкурентов, или ускорить развитие, рискуя оказаться на краю пропасти в один момент.

Разогнаться настолько, чтобы даже не успеть осознать момент, когда мы полетим с вершины горы вниз.

— А как насчёт булата? — вспоминает Алиса, — Мы же получаем его благодаря Мыши, а его качество значительно выше того, что могли достичь люди в эпоху Античности. Это что, читерство?

— Нет, Система не ошиблась, — хмуро отвечаю я, — Булат, согласно историческим данным, производили в Древней Индии. Неизвестно, как именно, но он существовал. Так что по меркам Системы он уже был известен как продукт и не нарушает установленные границы. Да, мы получили его не совсем честным путём, используя магию Мыши, но булат не нарушает развитие по линии Системы!

— Значит, если материал или технология соответствуют эпохе, Система не препятствует их получению, независимо от используемых методов? — делает предположение Ботан.

— Получается, что да, — вздыхаю я. — Система не ограничивает нас строго своими указаниями. Чертежи облегчают работу, но не являются решающими. Майор и Михалыч создали сидр без инструкций. Косметика и лекарства Лолы, различные доспехи и оружие Тохича и Алисы, и даже Патрик изобрёл «Патрички» по своей инициативе!

— Эй, как это «даже Патрик»⁈ — возмущённо вмешивается кожевник Патрик, выглядывая из за Руса.

— Ну ты же опередил время своими ультра-модными изделиями, — отмахиваюсь я, и Патрик кажется удовлетворённым этим ответом.

— Давайте проведём эксперимент, чтобы проверить, действительно ли Система останавливает только определённые продукты, — предлагает Алиса.

— Что именно ты предлагаешь? — интересуюсь я.

— Повторим перегонный аппарат, но уже с целью получения масел и духов, которые делали ещё с древности. Так, мы сможем понять механизм Системы. Конструкция останется прежней, только цель будет иной, — объясняет Алиса, складывая руки на груди.

— Интересная идея, — соглашаюсь я. — Поступим так. У нас уже есть первый испытатель этой теории.

Мой взгляд упирается в молчаливого Мухомора, и вслед за мной внимание всех присутствующих сосредотачивается на упрямом химике.

— Хе-хе, можно мне хотя бы организовать последний ужин, Мой Лорд? — смущённо улыбается Мухомор.

— Почему бы и нет! — хищно улыбаюсь я в ответ.

* * *

Пока завершается разбор последствий взрыва, я организовываю экстренное собрание «умов Спарты».

Так сказать, по горячим следам. Прогрессорство Мухомора, пусть и неудавшееся, наталкивает меня на любопытные размышления. И, как выясняется, не только меня.

В зале совещаний Поместья Лорда собираются Михалыч, Алиса, Тохич, Ботан, Гидропон, а также Мышь и Луна, как представительницы Министерства образования.

Мы размещаемся за длинным столом в Поместье, не то на совещание, не то, на мозговой штурм.

— Итак, думаю, всем уже известны детали происшествия в сидроварке, не так ли? — я оглядываю собравшихся и получаю уверенные кивки в ответ. — Отлично. Я собрал вас здесь, чтобы объявить о том, что теперь поиск передовых продуктов и технологий станет для нас первоочередной задачей.

— Что именно мы будем искать? — спрашивает Алиса.

— Всё, что только возможно, — отвечаю я. — Нам нужно найти применение всему, что можем использовать. Учитывая ограничения, наложенные Системой, в наших интересах их обойти. Для этого я создаю полноценный исследовательский центр, аналог Силиконовой Долины. И возглавишь её как раз ты, Алиса.

— Как он будет называться? — интересуется Мышь.

— «Страна Чудес», — под общее веселье предлагает Тохич, едва уворачиваясь от подзатыльника со стороны Алисы.

— Ну это чересчур, — смеюсь я, — что насчёт «Кроличьей норы»?

— О, отличное название!

— Мне нравится!

— Превосходное предложение!

— Я всеми руками «за»!

— Тогда на том и порешили, — улыбаюсь я. Центр будет отвечать за поиск и внедрение новых изобретений.

— То есть, теперь все эксперименты будут производиться не на производстве, а в специально отведённом для этого месте? — уточняет Тохич.

— Так и есть, — соглашаюсь я.

На моих глазах Тохич начинает утирать выступившие слёзы счастья.

Кажется, он только что освободился от диктата одного ужасного мастера-бронника в юбке.

— Так как никто не возражает против создания «Норы», давайте определим, какие древние технологии мы будем пытаться восстановить в первую очередь? — предлагаю я вопрос для обсуждения.

Мгновенно начинается оживлённый спор среди собравшихся. Каждый уверен, что его предложение наиболее актуально и важно.

— Нам в первую очередь нужна бумага! — возмущается Луна, краснея до самой шеи. — Надоело вести документацию на глиняных табличках и коре деревьев! Чёрт возьми, мне нужен блокнот, ради Великой Системы!

— Порох! Китайцы изобрели его ведь столько веков назад! — настаивает Тохич. — Если у нас получится сделать аркебузы, мушкеты или даже ракеты, мы будем неудержимы!

— ТУАЛЕТНАЯ БУМАГА! ВОТ ЧТО НАМ НАДО! — орёт Гидропон.

И его слова встречают всеобщий рык безумных учёных.

Как говорится, собрание всколыхнуло всё наболевшее. Чего нам только недоставало из современной жизни.

Особенно упорствовали девушки, пытаясь внести те или иные бытовые принадлежности.

Тут вмешивается Михалыч, пытаясь остановить накаляющийся спор:

— А, что если мы устроим конкурс? — предлагает он, приглаживая усы. — Среди широких слоёв общественности?

— Что ты имеешь в виду? — интересуюсь я.

— Мой Лорд, помните, как я научился плести корзинки из видеороликов в интернете? — неуверенно спрашивает Михалыч. — А ещё ловушки для животных и деревянную посуду.

— Как можно забыть, — улыбаюсь я. — Все твои умения очень нам пригодились поначалу. Что бы мы без них делали.

— Вот именно на это я и ориентируюсь, — продолжает Михалыч, прибодрившись. — В Спарте уже более пятисот игроков. Я думаю, что не я один увлекался всякими развлекательными видео. Как своими руками построить дом, изготовить что-нибудь или добыть… Мало ли, что смогут вспомнить?

— Действительно, интересная мысль, — задумчиво говорю я. — Итак, поступаем так: Мышь, Луна, ваше министерство объявит конкурс на реконструкцию технологий с Земли. Пускай несут все свои идеи в «Нору», там их будут оценивать, и по-настоящему толковым давать ход.

— А если это конкурс, то должны быть призы? — спрашивает Мышь.

— Разумеется, — поясняю. — За те технологии, которые удастся воспроизвести, выплатим премии от десяти до пятидесяти Е-баллов. Кстати, ваши идеи, если их оформите должным образом, тоже будут включены на общих основаниях. Есть вопросы?

— А можно ли обменять призовые Е-баллы на годовой запас сидра? — поднимает руку магесса.

— Для тебя — всё что угодно, — киваю я, радуя Мышь.

* * *

Ближе ко второй половине дня в Поместье прибывает гонец из Форпоста. Сообщает, что к Мустафе приехали федераты, кочевники Вихра, и они хотят встретиться со мной.

Удивившись, я без долгих раздумий беру с собой Пирру и охрану из фалангистов и отправляюсь в Форпост.

Через пару часов я прибываю на базу Мустафы. Кочевники разбили лагерь под стенами Форпоста, не доставляя никаких проблем турку и Нане, ответственным за безопасность базы. Они установили десяток небольших палаток из грубой ткани, а посередине стоянки сложили очаг, на котором сейчас дымил котёл с каким-то варевом.

Как только я приближаюсь к лагерю, мне навстречу выезжает Вихор с двумя сопровождающими кочевниками.

— Лорд Шурик! Какая встреча! — скалится мужчина, всем своим видом изображая счастье.

— И я рад тебя видеть, Вихор, — отвечаю я с улыбкой. — С чем пожаловал?

— Как же! Чтобы выполнить свою часть сделки, — восклицает кочевник, — мы привезли с собой семь новичков. Вели себя, по-настоящему, как джентльмены! Пылинки, можно сказать, сдували. Если не верите, можете сами у них спросить.

Он указывает на небольшую группу игроков в обносках, которых кормит один из кочевников, разливая еду из котла по деревянным мискам.

На их лицах не видно ни страха, ни злобы по отношению к отряду Вихра. Похоже, кочевник говорит правду.

— В любом случае я рад принять тебя у себя! — говорю я. — Пожалуйста, проходите в Форпост. Как хозяин, я не могу оставить вас под открытым небом.

Вихор и кочевники, услышав мои слова, обменялись удивлёнными взглядами. Для них, привыкших к странствиям, даже самая твёрдая постель покажется роскошной. Они с довольными физиономиями возвращаются в свой лагерь, передавая новость остальным и принимаюстя сворачивать свою временную стоянку.

Кочевников Вихра размещают в одной из казарм, пока пустующей.

А самого вожака отряда я привожу вместе с собой в «командирский» барак, знакомя с Мустафой и Наной.

Если первая наша встреча в Краснодаре прошла прохладно, то теперь я решаю проявить больше гостеприимства.

Ведь кочевник не только не забыл про наши договорённости, но и подтвердил свою лояльность, приведя первую группу новичков.

Стоит поддержать его усилия в этом направлении. Ведь вряд ли удастся избавиться от кочевников совсем. Так лучше они будут работать на Спарту, чем враждовать с нами.

А в плане безопасности я мало чем рискую.

Между нами существует договор федератов, поэтому Система обязана защищать каждую из сторон от необдуманных действий другой. Таким образом, Вихор и его компания не должны причинять вред защитникам форпоста.

К тому же, если Вихор поступит неразумно, он потеряет репутацию, а против тренированных валькирий его степняки долго не продержатся.

В то же время Мустафа беседует с новобранцами, которые подтверждают, что Вихор и его люди вели себя благородно и даже немного рыцарски! Не ожидал я подобного поведения от Вихра.

— У меня к вам просьба, Лорд Шурик, — начинает Вихор, когда мы закончили ужинать.

Мы медленно распиваем сидр, а Вихор обращается с напитком, как с чем-то особенным, и каждый глоток для него — настоящее наслаждение. Жизнь кочевников, видимо, не избалована изысками.

— В чём она? — интересуюсь я.

— Может ли Спарта оплатить часть за рабов не Е-баллами, а реальными товарами? Доспехами, оружием или чем-то, что облегчит жизнь кочевников? — серьёзно спрашивает Вихор.

Я отвечаю не сразу. С одной стороны, это риск. Кочевники ведь остаются кочевниками, и не исключено, что Вихор может использовать полученные блага против меня. Но этот риск невелик. Нарушив договор, Вихор рискует потерять всё.

Даже собственную жизнь. Группа кочевников Петри не даст соврать…

В то же время, укрепляя Вихра как союзника, я привязываю его, как и других лидеров кочевых отрядов, к Спарте.

Это сделает сотрудничество с нами более выгодным и удобным, чем ведение войны.

К тому же другие всадники на буйволах, вероятно, также заинтересуются таким выгодным сотрудничеством. Это выгодно и для меня, и для Спарты.

Мало того что мы усилим его боевые способности, так ещё и прорекламируем свои достижения. В общем, выгода значительно перевешивает риск.

— Хорошо, я принимаю твою просьбу, — говорю я мужчине напротив. — Если у вас возникнут потребности, Спарта готова удовлетворить их за приемлемую цену.

— Отлично! Это прекрасная новость! — хохочет Вихор.

В итоге мы договариваемся, что я выплачу кочевникам 4 Е-балла и лично Вихру передам чешуйчатую броню. Уверен, этот подарок значительно укрепит его позиции среди других кочевых групп степи.

С доспехами у степняков, мягко говоря, не очень. Обычно их жертвы не оказывают сопротивления. А воевать друг с другом особого повода не было. Зато теперь появляется, и я плавно подстёгиваю это желание, ещё и подыгрывая «своим».

Мы продолжаем общение на разные темы. Мне интересно узнать больше о вероятном противнике — Тьме, о новых традициях и обычаях кочевников, оценить уровень угрозы от этой части степи.

Вихор, в свою очередь, изучает Спарту как потенциального союзника и работодателя, что говорит о его проницательности.

Хотя мы пока и не стали друзьями, после нескольких часов беседы за кувшинами сидра мы явно нашли общий язык. В какой-то момент Вихор даже начинает жаловаться на тяжёлую жизнь кочевого народа.

— Новичков сейчас днём с огнём не найдёшь, — вздыхает он. — Приходится углубляться всё дальше и дальше. И всё ради чего? Ради одного-двух кластеров! И это если повезёт, и другая группа не опередит тебя!

— С этим я согласен, — вздыхаю я. — Многие регионы закрыты, и совершенно непонятно, когда они откроются.

Эта проблема касается и Спарты. Сейчас мы находимся в как бы «укромном закутке».

В то время как вокруг Вавилона или Краснодара открыты десятки, а то и сотни регионов, возле Спарты их нет даже десяти. Это удручает меня, ведь такой феномен сдерживает наше развитие.

Но я бессилен что-либо сделать. Объединение кластеров и падение границ зависят исключительно от Системы и действий игроков внутри кластеров.

Возможно, закрытых регионов и не так много.

Просто их расположение формирует непрерывную цепь, за которой может скрываться уже развитая фракция. Так было с Вавилоном и Салемом.

Достаточно одному региону открыться, как две фракции найдут выход друг на друга, рано или поздно.

— О, это неудивительно, — смеётся Вихор. — Зачастую в таких кластерах собираются игроки, боящиеся будущего. Вы бы знали, сколько трусов и параноиков на Земле, Лорд Шурик! Они могут даже объединиться ради выживания, но официально этого не признают.

Сделав глубокий глоток сидра, он стукнул кружкой по столу.

— Всё это, чтобы сохранить прежний уклад! Пока мы развиваемся, возрождая цивилизации и историю нашего мира, они прячутся и пытаются построить свой Элизиум. Всего из 13 игроков, ага! Тем более что без объединения Система не позволит тебе продвинуться дальше каменного века.

— Да, это действительно звучит смешно, — качаю я головой.

— Но не везде так, — вздыхает Вихор. — В некоторых кластерах происходит настоящий хаос. Вечная бойня, иными словами. И в редких случаях большинство игроков просто сходят с ума, не желая принимать мир Системы. Нельзя сказать, что все люди решили принять участие в игре. Некоторые сдались уже на самом начале пути.

Вихор наполняет свою кружку снова и продолжает рассказ.

— Знаю я один случай… Жуткое дело. Группу игроков закинуло в кластер, где изначально было мало еды. Сначала они этого не осознали, а когда поняли — все запасы уже закончились. Весь кластер оказался лишён любых источников пищи, — мрачно говорит Вихор. — Неудивительно, что он превратился в очаг каннибализма. Всех новичков у стелы, несколько прежних жителей пускали под нож. Зачем охотиться, трудиться, что-то выращивать, если еда сама падает тебе под нос?

— Разве игроки не исчезают, как только умирают? — задумчиво спрашиваю я.

— Исчезают, конечно! — фыркает Вихор. — Но это если их убить… А если не убивать?

Пронзительный взгляд кочевника вызывает у меня мурашки по спине.

— Подожди, а откуда ты это знаешь, если кластер был закрыт — удивлённо спрашиваю я. — Вряд ли они всё-таки объединились с такими-то привычками.

— Ну, да, — поднимает брови Вихор. — Не объединились.

— Но как ты узнал, что там происходит? Регион же закрыт! — восклицаю я.

Вихор с удивлением посматривает на меня затем, после небольшой паузы, склоняется ближе и тихо говорит:

— Знаете, существует такой одноразовый артефакт. Называется «Открывашка»…

Глава 6

— О, и что же это за «открывашка» такая? — с ещё большим интересом уточняю я.

Артефакт, что позволяет принудительно открыть кластер?

Это нам надо! И желательно побольше!

Не устраивает меня факт, что территория вокруг Спарты может оставаться заблокированной.

Это может замедлить рост нашей фракции. К тому же наличие такого «горлышка бутылки» в случае войны — не лучший вариант.

Спарта связана с внешним миром всего одним кластером. Если противник его заблокирует, моя фракция окажется разделённой пополам. Ни я не смогу помочь Краснодару, ни Майор не сможет поддержать меня.

Не говоря уже о Хрюше, которая осталась в Вавилоне возглавлять нашу делегацию.

Хочу не только избавиться от «слепых пятен» у Спарты, но и избежать этого нежелательного сценария.

Ну и «слепая зона» сразу южнее Спарты тоже напрягает. Так то, естественная преграда пока работает нам на пользу.

Плохо то, что она может открыться в самый неподходящий момент. И хрен его знает, что там за ней. Вдруг сидящие в диком кластере параноики умудрятся договориться, и граница спадёт. Или, что ещё веселее, придёт кто-нибудь с «открывашкой» с той стороны.

Не ждали? А мы припёрлись.

А меня с основной частью армии может на месте и не оказаться. Так что лучше уж самому разведать окрестности. В тот момент, который я сам выберу и буду к нему готов.

Тем временем Вихор продолжает рассказывать мне об «открывашке».

— Вообще, игроки прозвали этот артефакт «открывашкой» по понятным причинам. В системном магазине он называется совсем иначе, — говорит он.

— И как же? — интересуюсь я.

— Системная хлопушка! — важно скрещивает руки на груди мужчина.

Я недоумённо моргаю.

— Как-как? Системная хлопушка? — удивляюсь я.

— Системная хлопушка, — кивает Вихор.

Великая Система в своём репертуаре… Как обычно, только бы затроллить население целой планеты.

— То есть артефакт выглядит как новогодняя хлопушка? — на всякий случай уточняю я.

— Ну да, — кивает кочевник, — картонный цилиндр с верёвочкой. Дёргаешь — и вылетает конфетти. Это не шутка…

— И как приобрести эту… хлопушку? Ведь, раз ты поднял об этом разговор, существует способ её получить? — продолжаю расспрашивать я.

— Сейчас с этим сложнее, — вздыхает Вихор. — Раньше «открывашки» перепродавали в Тьме, да и просто у кочевников можно было ей разжиться, если слегка доплатить. Но теперь «открывашку» можно получить только на чёрном рынке Вавилона,

— А что, такой существует? — удивляюсь я.

— Как ему не существовать? — фыркает мужчина. — Где есть чиновники, там появляется коррупция. И чем город больше, тем пышнее она расцветает.

Интересно а Мэнфи знает о его существовании? Меня она направляла только по официальным каналам. Естественно, что там мне и продали то, что самим не нужно, и что не может усилить Спарту.

Правда, с этим они просчитались. Рецепты на чугунные изделия вызвали у нас технологический прорыв. Но в планах у Вавилонских крючкотворов такого явно не было.

— Расскажи мне, как можно купить эту «открывашку», — прошу я собеседника.

— Что тут рассказывать? — вздыхает он. — В самой стеле, говорят, он стоит 50 Е-баллов, но на чёрном рынке его цена подскочила до 70–80 Е-баллов. Каждый же хочет заложить свой интерес.

Он делает глоток из кружки и продолжает:

— До недавнего времени «открывашки» были очень популярны, особенно в первые пару месяцев. Благодаря им из одной открытой локации можно было получить доступ к нескольким следующим. Таким образом, Вавилон и разросся, — смеётся Вихор. — Он не только на добровольцах держался. Для кочевников это было замечательное время.

— И что же пошло не так? Ведь сейчас тоже немало закрытых кластеров? — интересуюсь я. — Судя по твоим словам, спрос на эти штуки стал падать.

— Рабов стало слишком много, — поясняет Вихор. — Цены упали. Покупая артефакт за 70–80 Е-баллов, в лучшем случае ты можешь заработать 13 Е-баллов на рынке рабов. Ну, быть может, 26 или 39, если повезёт, и за одной стеной окажется ещё один такой же регион! А если нарвёшься на кого-то серьёзного! Да ну его, эту рулетку!

Он ударяет по столу и тяжело качает головой.

— А самое хреновое — это то, что из тех, кто сейчас прячется внутри кластеров, выходят ужасные рабы. Трусы, лентяи, психи или сумасшедшие. Лучше их всех убить и дождаться новичков у стелы. Так будет проще для всех.

Так вот в чём причина замедления, а то и полной остановки экспансии Вавилона! Если раньше кочевники и другие фракции собственноручно поставляли рабов в невероятных количествах, то теперь этот некогда полноводный ручей почти иссяк!

Ведь открывая кластер «дикарей» они могут натолкнуться на вполне развитого и мощного противника, который находится с другой стороны, и сейчас удерживается теми же Системными границами.

В бою наездники на буйволах вряд ли справятся с хорошо вооружённым противником. Вот зачем им этот ненужный риск.

С этой точки зрения открытие подобных регионов это звучит, как поднять крышку ящика Пандоры.

Лучше вообще туда не лезть!

— Кстати, ты упомянул, что артефакт покупается в стеле. Понимаю, что в стеле Вавилона, — говорю я. — Но разве не только Лорд отвечает за взаимодействие со стелой?

— Скажете тоже, Лорд Шурик! — смеётся Вихор. — Как бы Меджнун успевал везде, если бы это было так? У него же не просто полис, а целый город! Он бы сутками торчал у стелы, не в силах оторваться.

Ну да, получается, что целыми днями правителю приходится закупать новые рецепты или чертежи исходя из нужд своего поселения. Когда же тогда царствовать⁈

Поэтому, по словам Вихра, на уровне города Система даёт поблажку.

Лорд получает возможность назначить агентов для стелы поселения. То есть он предоставляет доступ доверенным лицам к системному магазину. Конечно, он контролирует сумму, которую они могут потратить за раз и за месяц.

Но вот тут-то и кроется коррупция. Они покупают всё, что хотят, а затем продают на чёрном рынке с наценкой. Разницу берут себе, получая даже похвалу от Лорда Вавилона за экономию.

— Ага, конечно! — рассказывая о этом, Вихор чуть не падает от смеха со стула.

Кажется, мой собеседник увлёкся, а я, потратив не слишком много алкоголя, узнал про Вавилон много интересного.

Так сказать, взгляд с другой стороны. Не из дворцов правителей, не от стражников, которые кичатся собственной значимостью, а от криминального элемента, привыкшего получать свою прибыль в тени.

Я же скрываю улыбку, пригубливая сидр.

Чертежи и товары из стелы Вавилона… Звучит очень привлекательно.

Настолько, что я почти готов сорваться в город прямо сейчас, чтобы отправиться на чёрный рынок и устроить массовую закупку. Но спешить с этим не стоит.

Прежде всего, мне не следует появляться на чёрном рынке лично, по крайней мере, открыто. Это может закончиться плохо.

Меджнун и так обеспокоен усилением Спарты, не стоит давать ему повод для лишних волнений.

Но и упустить такую возможность я не могу!

— Вернёмся к артефакту. Ты сможешь его купить для меня? — спрашиваю я Вихра. — Я не буду платить авансом. Но по возвращении я полностью возмещу расходы. И, к тому же, добавлю бонус!

— Это будет не так просто, — осторожно отвечает он. — Деньги не маленькие, у меня таковых просто нет.

— Деньги тебе вернутся, и я готов заключить соглашение, что не откажусь от товара, если ты его привезёшь, — предлагаю я. — И четыре кольчуги получишь вдобавок, если привезёшь мне «открывашку»

— Я знал, что иметь с вами дело крайне выгодно! — радостно сжимает мою руку Вихор.

Вы создали миссию для игрока Вихор!

Название: «Открывашка для Спарты»

Описание:…

И далее всё стандартно, с условиями договора и репутационными штрафами в случае невыполнения.

Хорошо в этом мире, никакой юрист не нужен. Любая договорённость фиксируется. Насколько я понимаю, такая возможность есть только у Лордов.

Вон Вихор как посерьёзнел сразу. Не так часто с Лордами договор заключать приходится.

Вспомнил, видимо, что его собутыльник — правитель немалой такой толпы вооружённых людей.

Поэтому, а, может, по какой другой причине, но разговор наш потихоньку клонится к финалу. Вихор отправляется отдыхать, перед тем, как вернуться в степь.

Я, который прикладывался к кружке с сидром только за компанию, возвращаюсь в Спарту.

Надеюсь, что в ближайшие пару недель у меня появится «открывашка». Вихор выглядел крайне заинтересованным в усилении своего отряда, так что стимул в виде кольчуг я выбрал правильный.

Едва я появляюсь в Поместье, как ко мне приходят Малой и Рус с мрачными и встревоженными лицами.

— Мой Лорд, у нас… проблема, — говорит Малой.

— В чём дело? — спрашиваю я.

— В Спарте начались кражи, — опускают головы оба.

Это действительно их промах, если смотреть объективно. Малой сейчас за начальника гарнизона, а Рус поставлен следить за порядком.

Хотя до сих пор его усилия требовались только, чтобы утихомирить подгулявших игроков во время праздников, или погасить в зародыше конфликты на бытовом уровне.

Я как-то раз наблюдал, как Рус это делает. Он приподнял обоих драчунов за шкирки, хорошенько встряхнул, а потом предложил помириться в его присутствии.

Чудесным образом, это сработало.

Рус бывший автослесарь, Малой из умельцев вроде «мужа на час», так что никакого опыта борьбы с криминалом у них и быть не может. Так что отчитывать я их не собираюсь, но новостью озадачиваюсь.

Вор в Спарте? Несмотря на все мои старания, создать идеальное поселение, человеческую жадность и зависть, да и другие пороки не искоренить.

Хотя, что у нас можно воровать? Каждый житель практически на ладони.

— Расскажите всё, что знаете, — киваю я, предлагая садиться.

Кражи обнаружили примерно неделю назад. Поначалу никто не придавал им внимания, ведь пропадала мелочёвка.

Ложка из общей столовой, тарелка, веретено из швейной мастерской. У людей создавалось впечатление, что вещь только что лежала на месте и вдруг исчезла.

Большинство людей грешили на свою забывчивость или рассеянность, и только когда Рус с Малым прошлись по Спарте с вопросами, общая картина вылезла наружу.

— Может, это и раньше происходило, — говорит Малой, — но вы же помните, Мой Лорд, тогда у нас ничего своего и не было.

И это действительно так, до недавнего времени все обитатели Спарты даже одеты были одинаково, начиная от меня и заканчивая рабом-новичком.

Только сейчас у людей стали появляться личные вещи, пропажа которых воспринимается уже болезненно. Ведь их не на складе выдали, а пришлось покупать на свои кровно заработанные.

Причем, никакой связи между пропавшими предметами не было. Нельзя было заподозрить, что это какой-нибудь обжора, ворующий с кухни, или чокнутый фетишист, умыкающий женские сандалии.

Казалось, будто какой-то мелкий дух бесился в Спарте.

Эту версию я тоже рассмотрел поначалу на полном серьёзе, но вовремя вспомнил, что Черти-что защищает долину от такой нечисти.

Значит, за всем стоит игрок.

По-настоящему «припекло», когда вор, почувствовав безнаказанность стал тырить всё направо и налево.

Ножницы у Гели в мастерской, отлитые из захваченной у кабанятников бронзы. Экспериментальный крем у нашей рыжей травницы. Даже артефактные очки у Сквирдварда! Практически с самого носа!

Это уже стало последней каплей, и доморощенные сыщики побежали ко мне.

— Ладно, думаю, я знаю, кто может помочь нам с этим, — обращаюсь я к ним. — Идёмте за мной.

* * *

Мы втроём, с изрядной свитой позади, движемся к картофельным полям. За мной шагает Пирра, Ирма и две молоденьких валькирии, не по возрасту, а по уровням, из нового набора.

За Малым сразу четверо разведчиков и за Русом пара его «костоломов», габаритами мало уступающих начальнику.

Среди сгобленных фигур, воюющих с жуками, я довольно быстро нахожу нужную. Невысокий, щуплый человек, которого едва видно за мясистой сочной картофельной ботвой.

— Добрый день, Клещ. Как идёт работа? — спрашиваю я.

Бывший главный охотник Краснодара поднимает глаза, а потом не спеша встаёт, вытягиваясь во весь рост. Замечаю, что он машинально хватает рукой отсутствующую шапку.

— Игрок Клещ приветствует Лорда Спарты, — говорит он, — не жалуюсь, гражданин начальник.

— Ты не в тюрьме, Клещ, и сам это прекрасно знаешь, — хмурюсь я.

— Привычка, — пожимает он плечами, но отвечает уже без актёрства, — так с чем пожаловали, Лорд Шурик? Неужели вся эта толпа по мою душу?

Он кивает на наших сопровождающих, и я понимаю, как это выглядит в его глазах. Целая толпа элитных воинов пришла ко вчерашнему пленнику. Не иначе, расстреливать будут или ещё что-то неприятное.

Вот и решил характер показать.

— Нет, — говорю, — не по твою. У меня к тебе серьёзный вопрос, сможешь на него ответить?

Клещ на мгновение задумывается:

— Всё зависит от вопроса.

— Отлично, — киваю я, — Я хочу предложить тебе новое место работы вместо плантации. По твоему профилю. Заинтересован?

Мужчина оглядывает поля, оценивая, сколько ему ещё предстоит выкопать картофеля, а затем уверенно мне кивает.

— Очень даже!

— Тогда следуй за мной! — приглашаю я.

И теперь мы всей компанией возвращаемся в Поместье Лорда.

* * *

Я временно назначаю Клеща в отдел Руса, который является главой внутренней безопасности.

Пора постепенно превращать его отдел в полноценную милицию, полицию, городскую стражу или как бы это ни называлось.

Появление вора становится первой ласточкой, что мы из общества, в котором все были как одна семья — родичи, превращаемся в куда более сложную структуру, со всеми её недостатками.

Малой с его разведчиками не всегда будет рядом, поэтому количество сотрудников безопасности также следует увеличить в будущем, обеспечив их соответствующей подготовкой.

И Клещ в этом поможет.

Я уже достаточно хорошо его узнал и понял, что его знания и навыки будут крайне полезны для Спарты.

Назначить его полноценным руководителем пока рано, но в роли консультанта для Руса он вполне сможет себя проявить.

Получив свой кабинет в Поместье Лорда, Клещ сразу приступает к оперативной работе по делу о воре.

Взяв с собой пару помощников, он мечется по всему полису, опрашивая, уточняя, разглядывая места преступления.

Я слежу за работой Клеща с невероятным любопытством. Мало ли что можно почерпнуть для себя из его методов.

Потом наступает вторая стадия, когда уже помощники принимаются таскать свидетелей к Клещу в кабинет.

Побывала там и Геля, после чего пожаловалась мне.

— Прям в самую душу смотрит… — рассказывала обычно невозмутимая супруга, — и вроде знаю, что не виновата ни в чём, а всё равно хочется в чём-нибудь чистосердечно признаться.

Клещ выпросил для себя сотрудницу из Министерства образования, которая вела протоколы, и за день они заполнили несколько стопок глиняных табличек своими записями.

Только после этого Клещ решает, что готов доложить мне о своих выводах.

Приятно, что они совпали с моими первоначальными наблюдениями.

Прежде всего, никакой системы в похищенных предметах Клещ не обнаружил.

Некоторые кражи начисто исключали корыстный мотив. Какую личную выгоду вор мог получить от очков нашего доктора? От крышки чана в сидроварке? От левого сапога Гюнтера?

Клещ отчаянно пытался найти логику в поступках вора, и, похоже, наткнулся на след.

Каждая следующая кража была сложнее предыдущей. Если сначала вещи находились в общем доступе, то затем их стали красть из помещений, причём не только из закрытых, но и в присутствии других людей.

Казалось, что вор постоянно искал себе новые вызовы, отказываясь от обычных предметов и стремясь к более ценным и труднодоступным вещам. Это походило на игру или выполнение загадочного квеста.

Клещ сделал вывод, что преступник занимается этим ради удовольствия или шутки.

— Он словно совершенствуется с каждым разом, — говорит Клещ, — и стремится к бОльшему.

Его слова западают мне в память, и я таскаю их в голове, пока не приходит время ложиться спать.

* * *

Я просыпаюсь среди ночи от внезапного озарения.

Совершенствуется.

Разве это не то же самое, что «прокачивается»? Наш вор качает свои способности, поэтому и становится способен на более дерзкие и сложные акции.

А в мире Системы за прокачку отвечают навыки. И мне, как Лорду они доступны для рассмотрения. Давненько я, правда, не заглядывал в интерфейс.

Всего-то надо просмотреть шестьсот с лишним игроков. Исключаем тех, кто сейчас находится в Краснодаре, Вавилоне и Форпосте. Всё остаётся больше трёх сотен.

Вперёд, Шурик, истина где-то рядом.

Проснувшаяся среди ночи Геля застаёт меня за столом в гостиной, тупо уставившимся в пространство.

— Всё хорошо? — волнуясь спрашивает она.

— Ножницы твои ищу, — отвечаю я.

— Вот спасибо, — подходя ко мне, она вдруг нежно целует меня в макушку, — я всегда знала, что ты заботливый муж. Могу я чем-то тебе помочь?

— Сваришь кофе? — прошу я.

Геля исполняет мою просьбу и уходит спать, оставляя меня с дымящейся кружкой.

За окошком уже светает, когда я обнаруживаю то, что искал.

Сначала я даже не верю сам себе, слишком много профилей просмотрел, глядя на навыки по садоводству, кузнечному делу, приготовлению пищи и прочим безобидным вещам.

И вдруг «Тайное проникновение — 4 уровень», «Отвод глаз — 3 уровень», раскаченная Ловкость, совершенно ненужная в обыденной профессии игрока…

Ошибки быть не может.

Вот только я не могу обвинить человека только на основании его навыков.

Видны-то они только мне. Так что может возникнуть чувство, что я просто ткнул рукой в первого попавшегося, повесив на него всех собак.

Итак, вырисовывается забавная детективная ситуация, описанная во многих книжках. Я знаю, кто совершил преступление. Но чтобы его задержать, нужны доказательства.

Не дожидаясь утра, я срываюсь с места.

* * *

Клещ, как ему и положено, спит в бараке для новичков. Я забегаю туда за час до официального подъёма, вызывая форменную панику.

Зевающий Клещ, выслушав меня, соглашается со всеми доводами. Действительно, честному человеку подобные навыки ни к чему, да и прокачать их «на картошке» невозможно.

— Что Вы предлагаете, Мой Лорд? — впервые бывший опер говорит это с нескрываемым уважением.

— Будем ловить на живца, — отвечаю я.

Наутро в Поместье организуется банкет. На него собирается все значимые люди Спарты.

Министры, руководители производств, командующие военными отрядами. Геля и Алиса. Даже Мустафа с Наной прибывают из Форпоста по такому случаю.

Стол в зале совещаний ломится от блюд, снуют девушки-официантки, поднося новые кушанья и разливая сидр по бокалам.

А ещё по стенам стоят не меньше десятка фалангистов при полном обмундировании. Тем самым моё Поместье становится похоже на дворец Лорда Меджнуна в миниатюре.

Стуча вилкой по медному бокалу, я привлекаю внимание собравшихся.

— Благодарю вас за то, что собрались здесь! Хочу выразить благодарность каждому за вклад в наш общий проект! За это стоит выпить! — я поднимаю тост. — Благодаря нашим усилиям, Спарта, не побоюсь этого слова, выходит на новый виток в развитии. Наши агенты в Вавилоне добыли для полиса удивительный артефакт, и сейчас он доставлен сюда.

Все гости следуют моему примеру.

— Трижды ура! — кричу я.

— Ура! Ура! Ура-а-а-а!

— С этим артефактом мы поднимем урожайность наших полей на новый уровень, ведь он отпугивает любых вредителей вокруг себя, — провозглашаю я торжественно. — Встречайте… Великую лягушку!

Я поднимаю над головой золотую лягушку с глазами, вспыхивающими искорками света.

Это и правда артефакт. Чей-то стартовый бонус, который добыт ещё при захвате Салема. Лягушка действительно отгоняет вредителей, но на радиусе не более метра вокруг себя.

Скорее курьёз, чем действительно нужная вещь. Когда у нас было пять кустов картошки, она ещё могла пригодиться. Но теперь, на огромной плантации это совершенно бесполезная безделушка.

В зале раздаются восхищённые возгласы. Все сосредоточивают внимание на золотой лягушке со светящимися глазами-бусинками.

— Какой изысканный артефакт!

— Вот это аура! Я чувствую её даже на таком расстоянии!

— Позвольте к ней прикоснуться!

— Невероятно! Хочу себе такую же!

— Да ладно! Второй такой точно не найдёшь!

Скрывая улыбку, я возвращаю Пирре «драгоценный артефакт».

— Великую лягушку мы поместим прямо на плантации в специально выставленный шатёр под тщательную охрану. Будет охраняться так, что в Поместье Лорда проще попасть! Надеюсь, ни у кого нет даже мысли присвоить такую ценность! — шучу я, обращаясь к гостям.

И они отвечают моей шутке дружным смехом.

Я вижу, как глаза одного из присутствующих игроков загораются огнём азарта.

Кажется, наша приманка сработала.

Глава 7

— А нас ведь не заденет? — взволнованно спрашивает Клещ.

— Не боись, не должно, — хлопаю я его по плечу.

Ловушка была расставлена.

Для наших целей я отвел собственный шатёр, который я получил от Браги.

Выглядит он презентабельно, а охрана из патрулей фалангистов и «Валькирий» и вовсе довершает образ «особо охраняемого объекта».

Впрочем, всё это напускная сурьезность, которая особо ни на что не влияет. Солдатам дана команда следить за окружением, но не так чтобы тщательно. Было намеренно оставлены несколько зазоров в их патрулях, чтобы какой-нибудь воришка «неожиданно» их обнаружил и воспользовался.

Всё вокруг было игрой, но очень близкой к реальности. Иначе, цель могла почуять неладное и не попасться в раздавленный капкан.

А оно мне надо? Гоняться продолжительное время за одним воришкой?

Именно поэтому я подошел крайне серьёзно к команде реагирования.

В нее входят Пирра, Клещ, Рус и Малой вместе с небольшой группой фалангистов-ветеранов.

В первую ночь я также составляю им компанию.

Почему-то я был уверен, что вор не станет медлить и попробует украсть артефакт в ближайшую же ночь.

Вот чую я что наш клиент не так терпелив, как он хотел бы думать!

Так что я лично решаю принять участие в «команде реагирования». И должен отметить, что детективные романы оказались сплошной брехней!

Томительное ожидание просто убивало!

Хотелось, чтобы вор начал действовать прямо здесь и сейчас, но он все ждал и ждал. Проходит час, два, три, но никаких намеков на вторжение замечено не было.

Патрули всё также исполняют ролл болванок, Пирра, Клещ и Рус с Малым всё также ожидают с серьезными лицами.

А я… скучаю.

Да, вот вами суровая действительность!

Поболтать с подчинёнными особо не получится, чтобы хоть как-то скрасить ожидание, так как это нивелирует нашу маскировку в самом неприметном углу шатра.

Толком и не успеваю заметить, как начинаю клевать носом. Всё же последние ночки оказались несколько бессонными. Что из-за невероятной загруженностью по возвращении в Спарту, что из-за двух «голодных» супруг.

— Мой Лорд, кажется клюет, — впрочем, пока я окончательно не погрузился в дремоту, меня за плечо дергает напряженный Клещ.

Любой намек на сонливость моментально пропадает.

Мы всей компанией замираем, опасаясь сделать хотя бы лишний вздох.

На крыши шатра приоткрывается окошко, рассчитанное для вентиляции и пропуска воздуха внутрь плавной тенью приземляется наш «клиент».

Неторопливо и осторожно изучая округу, тот медленно продвигается в сторону постамента с Великой лягушкой в дальней части шатра.

Стоит караулу пройти с противоположной стороны шатра, как воришка укрывается за экспонатами, чтобы ни шорохом, ни тенью не привлечь к себе внимание солдат.

Те не замечают никаких странностей.

И вот, вторженец подходит вплотную к Великой ляшушке, протягивая к ней свои загеубушие ручонки.

Как вдруг, по всему шатру разносится едва заметная чернильная волна.

Ужас сковывает какие-либо телодвижения. Все в шатре замирают кроме меня и Пирры.

Нагих уровней и Воли достаточно, чтобы противостоять натиску Черти-что, которого я планомерно спрятал прямо за Великой лягушкой.

Вот и захлопнулся капкан!

Воришка так и застывает в нелепой позе, склонившись над постаментом.

— Пирра — фас! — указываю я на фигуру в облегчающих черных одеждах.

— Есть! — восклицает моя воительница и в два счета кладет на лопатки нашего «клиента».

— Итак, просмотрим кто же у нас под маской, — я склоняюсь над беспомощным преступником и сдираю с его лица тканевую маску.

— Дженни⁈ — удивляется Малой, узнав в воре одного из первых поселенцев Спарты.

Девушка пришла из той же партии игроков, что и Патрик, Третий и Ботан. И, до недавнего времени тихо и мирно работала в швейной мастерской у Гели, не привлекая особого внимания.

Хм, теперь понятно откуда у нее такая модная одежда, сделанная прямо-таки под какого-то ассасина. Черные тона, облегающий фигуру силуэт.

Игрока в такой одежде куда как труднее заметить в тенях, чем в чем-либо еще.

— Ну, что будем колоться, милочка? Или мне прибегнуть к помощи моих спецов-дознавателей? — я с хищной улыбкой смотрю на бледную девушку, после чего указываю на стоявших в сторонке Руса и Клеща.

Хоть те и не являются никакими палачами или чем-то подобным… Дженни-то этого доподлинно не знает!

А потому то, что произошла далее, следовало ожидать в какой-то мере.

Дженни… просто разревелась.

Да до такой степени, что мне пришлось тащить ее в Поместье Лорда, чтобы успокоить, потому как девушка не могла произнести и слова сквозь заикание, сопли и слезы.

Пришлось даже воспользоваться Гелей, как успокоительным. Только она могла успокаивать так, как она это умела.

Какой-то природный талант, право слово!

Так или иначе, но Дженни наконец сумела успокоиться и виновато уставиться в пол.

— Меня теперь казнят? — бледно интересуется она, когда мы остаемся с ней наедине в столовой на первом этаже.

Это если не брать во внимание Пирру и еще пятерку фалангистов. Всё же, девушка несколько провинилась!

Так что пусть помаринуется.

— Для начала ответь мне, Дженни, — не даю я ей какого-либо ответа, — Зачем ты всё это делала? Неужели тебе чего-то недоставало на твоей должности? Или же Геля тебя как-то ущемляла?

— Вовсе нет! — вскидывается Дженни, возмущённо поднимаясь со стула. Чтобы тут же на него упасть, когда крепкая ладошка Пирры возвращает ее на место — Госпожа Геля здесь не причем.

— Тогда почему?

— Э-это трудно объяснить… — мнется девушка.

— Ты уж постарайся, — улыбаюсь я ей, — Иначе мне не останется ничего, кроме как отправить тебя в ряды кадавров.

От упоминания возможного будущего Дженни вздрагивает и всё же начинает свой рассказ.

— Я-я не могу это контролировать, — произносит она, — Еще с самого детства меня тянет на то, чтобы стащить какую-то безделушку. В школе это были ластики, карандаши, учебники у других школьников. Я их старалась возвращать, конечно, но сам факт…

Помолчав некоторое время, она продолжает.

— А чем дальше я взрослела, тем сильнее становилось желание что-то да стащить. Меня даже уволили с трех работ, поймав на том, что я ворую канцелярию компании, — печально вздыхает она, — Лишь оказавшись в мире Системы я смогла на какое-то время забыть о данной привычке. Всё же обстановка не располагала к подобному. Но вот в последний месяц… я не смогла сопротивляться искушению.

— И тебя понесло по-новой, — заключаю я.

— В-верно, — мямлит Дженни, — Как только я случайно умыкнула у госпожи Гели набор ниток, то… меня будто накрыло приходом. А дальше вы уже и так знаете.

— Ты не нашла ничего лучше, чем просто продолжить красть мелочевку, постепенно поднимая ставку, поскольку тобой двигал азарт и тебе всегда было мало, — киваю я.

— Угу, — ещё пуще опускает голову Дженни, — Меня казнят за мои преступления?

— Нет, что ты! — смеюсь я, приободряя тем самым девушку, — Всё будет куда хуже!

Намек на улыбку моментально сползает с лица преступницы.

— Теперь я отдам тебя в надежные руки. Парни, заходите! — призываю я войти игроков в столовую.

В проходе после моих слов появляются Биба и Боба.

Я спокойно указываю тем на Дженни.

— Она — ваша, ребят, — заявляю я.

— Добро пожаловать в семью! — хохочет Биба и подхватывает за шкирку ошарашенную Дженни.

Боба молча мне кивает, тем самым прощаясь.

Не проходит и минуты, как дуэт утаскивает за собой преступницу.

Раз она не может контролировать свою клептоманию, то кто я такой, чтобы ее переучивать?

Уж лучше я использую ее способности по назначению! А Биба и Боба уже выбьют дурь из ее башки, как и полагается бравым ассасинам.

Довольно хмыкнув, я отлехбнул уже остывшего кофе. Мда уж, не помешает заварить новый.

* * *

Никто толком и не заметил, как на следующее утро подступил грозовой фронт.

Стоит мне выйти на крыльцо Поместья, как на нос падает первая капля будущего дождя.

Затем ещё, ещё и ещё.

Проходит не больше минуты, как небольшой моросящий дождик обращается в полновесный ливень.

Это был первый дождь за всё время моего пребывания в Системе. Да и, пожалуй, аналогично верно и для остальных.

Вон сколько игроков просто застывают на улице, забыв о том, что шли куда-то или чем планировали заняться.

Некоторые игроки весело выбегают на улицы, едва ли не прыгая из лужи в лужи. Кто-то же, напротив, стремится укрыться поскорее по крышей.

Реакций, иными словами, было не счесть.

На Спарту опускается ее первый ливень за всю историю. Вот только с чего бы Система решила вдруг расщедриться на столь явное природное явление?

Сообщений никаких не было, отчего я хмурю брови. Начавшийся было ливень видится мне, как очередной «сюрприз» от великой Системы.

А стоит ли говорить, что юмор у Системы… специфический?

* * *

На второй день становится понятно, что не всё так просто, как кажется.

Ливень уже идет вторые сутки, внося тем самым серьезные изменения в уже привычный и налаженный быт спартанцев.

Для поваров, что некогда готовили под открытым небом в столовой, мне приходится отдать шатер Браги, который те используют, как брезент над рабочей площадкой.

Под проливным дождем, как оказалось, не так-то просто даже зажечь костер, не говоря уже о готовке чего-либо на нём.

Встает вопрос и с подготовкой древесины. Из-за ночного ливня все деревья вокруг получают дебафф «Сырость: сопротивление к горению +300%», что, опять же, серьезно так усложняет обстановку.

Игрокам приходится тратить запас материала из мастерских, чтобы просто хотя бы иметь возможность приготовить себе завтрак.

У столовой выстраивается очередь, что тоже не есть хорошо.

Голодные и холодные игроки явно пребывают в не самом лучшем расположении духа.

Очередной проблемой становится нехватка плащей. Меховые тяжелые плащи имеются разве что у небольшого числа солдат.

У простых же поселенцев Спарты подобной роскоши до недавнего времени не имелось.

Просто не было в том нужды. А сейчас же Патрик, Геля, Алиса и их подчиненные работают едва ли не вторые сутки без сна, только бы успеть произвести очередную партию одежды.

Работа на плантации становится не просто тяжелой, а настоящим испытанием тела и духа.

Попробуй тут еще покопаться в сырой, липнущей к рукам и просто тяжелой почве, так еще и под ледяными каплями ливня, которые так и стремятся вытянуть последние крупицы тепла.

Как вскоре выясняется, начавшийся ливень принес вслед за собой и соответствующие болезни.

Игроки, даже самые высокоуровневые, ложились штабелями в госпитале Сквидварда с дебаффами «Лихорадка: −90% ко всем характеристикам», а также «Простуда: −60% ко всем характеристикам».

Стало понятно даже самому большому тугодуму, что ливень — это уже не просто природное явление, но едва ли не полноценное испытание для Спарты.

Ботану и Гидропону приходится ставить игроков посменно на поля, потому как в противном случае число больных может резко увеличиться.

В бараках везде устанавливают небольшие жаровни, чтобы хоть как-то разогреть воздух в помещениях и дать одежде возможность просушиться.

Удивительно, что на третьи сутки у некоторых построек начинаются полноценные протечки. Вода находит себе путь сквозь крышу, одинокими каплями начав стучать о древесный пол.

Серьёзней всего ливень сказывается на выплавке металла. Печам приходится оставаться нерабочими, из-за разницы температур.

Всё же они сделаны из глины, а потому, стоит тем разогреться, как холодный ливень вполне себе может привести к резкому температурному скачку и разрушить всю печь. А также, что вполне вероятно, и кузнецов вокруг нее с партией продукта.

Из-за нахлынувшего потока воды в ручей, водяное колесо приходится выключить из-за слишком высокого напора воды на него.

Нельзя даже исключать, что такими темпами колесо и вовсе сломается.

Многие жизненноважные производства встают из-за недостатка в материалах.

Древесину игрокам приходится прятать внутрь складов, чтобы дать ей хоть сколько-нибудь подсохнуть.

О добыче камня можно и вовсе забыть. В такую погодку выходить на каменоломню — это форменное самоубийство.

Ливень всё усиливается, а Спарта уже находится на грани чего-то ужасающего.

Пятый и шестой день ничем не отличается от предыдущих.

Разве что на седьмой становится понятно, что все катится к планомерной катастрофе.

Многие посевы оказываются просто смыты водой. Непрекращающийся дождь едва ли не собственноручно выдергивает кусты посаженной картошки, морковки и иных культур.

Горные ручьи, что некогда стекали из недр долины и впадали в наше озеро, теперь увеличились в несколько раз.

Казалось, словно сами скалы готовы вот-вот стечь со своих пиков, обрушившись вниз на нас.

Сразу следом становится понятно, что озеро в Спарте наполняется слишком быстро водой. Его уровень стремительно растет и накопленная масса воды вполне себе имеет риск разрушить выстроенную ниже плотину с водным колесом.

Если так и дальше продолжится то Спарту ждет полновесное наводнение!

По данному поводу я собираю экстренный совет в Поместье Лорда.

Что могу я сказать о состоянии подчинённых, которые также как и я оказались перед лицом настоящего катаклизма?

Оно, по правде говоря — очень даже хреновое.

Мышь бледная, как лист бумаги, из раза в раз присасывается к фляге с сидром, единственным, что сейчас позволяет сохранять тепло.

Даже ее магия малоэффективна под проливным дождем.

Михалыч сидит, как мрачная статуя, невидящим взглядом смотря куда-то в одну точку.

С его топорящиеся усов скатываются крупные капли влаги, но тому, похоже, совершенно наплевать.

Привычная яркая улыбка Алисы давно померкла, став бледной тенью себя прежней.

Тохич вовсю кутается в свой меховой плащ, надеясь восстановить хоть каплю тепла.

Ботан же сам на себя непохож. Взъерошенные волосы, мешко под глазами, а также крайне задумчивое выражение лица.

Малой, Геля и Гидропон отсутствуют в виду их болезни. Они втроем умудрились словить простуду.

В общем и целом, состояние у моих подчинённых — аховое.

Не могу сказать, что и я не оказался затронут ливнем.

Казалось, даже десятки жаровен, свеч и факелов не в силах согреть во время продолжающегося ливня.

— Понимаю, что все сейчас предпочли бы отсидеться по домам, в тепле и уюте, — хрипло произношу, оглядев собравшихся, — Но нам следует срочно решить вопрос плотины и бурного роста уровня воды в озере. Если так и продолжится, то уже завтра-послезавтра вода просто будет перехлестывать через плотинк и никому из нас не поздоровится, если ТАКОЙ массив воды вдруг вырвется наружу.

Обведя всех хмурым взглядом, я продолжаю:

— Будут ли какие-то предложения, как нам следует поступить?

— Мы можем разобрать водяное колесо, отключив его ото всего, чтобы избежать серьёзного ущерба, — предлагает Михалыч, — Не факт, что с водой мы успеем разобраться. Так хотя бы защитим особо ценное производство.

— Ага, и перечеркнуть всю проделанную работу, — вздыхает Алиса, — Мы даже не знаем когда этот чертов дождь кончится! А он уже льет с неделю как, не переставая!

Девушка измотана и явно раздражена тем фактом, что многие ее проекты просто встряли из-за тяжелых условий.

Как я ее понимаю.

— Вместо того, чтобы заниматься накладываем подорожника на сломанную конечность, лучше сразу устранить первопричину, — «просыпается» от транса Ботан, — Можно сделать обводной канал, чтобы снизить уровень воды в озере. Тем самым избежать риска прорыва плотины.

— Это идея мне кажется куда как интереснее, — заключаю я, — Плотина может рухнуть в любой момент. Организовывать работы по разборке водяного колеса в подобных условиях слишком опасно. Лучшее, что мы сейчас можем сделать — это, как сказал Ботан, устранить причину наших проблем. В таком случае собирайте рабочих. Вообще всех. Так как это уже вопрос, определяющий будущее всей Спорты!

На стройку бросаются все наши кадавры, а также любой свободный строитель под Михалычем.

Работать приходится под невероятным давлением. Мало того, что каждый осознает риск, создаваемый плотиной, так еще и погода не особо благоприятствовала многочасовому рытью канала.

Сам обводной канал должен будет обойти по широкой дуге озеро, плотину и водяное колесо, предоставив безопасный выход могучей стихии из долины.

Чтобы хоть как-то облегчить работу своим подчинённым, я прибегаю к использованию защитного купола, который, как оказалось, очень даже эффективен против дождя.

Таким образом я в мгновение ока стал центром всего строительства, поскольку рабочие старались работать именно под куполом, а не вне его.

Игрокам приходится даже разделяться на смены, чтобы каждые двадцать-тридцать минут сменять своих коллег под моей защитой от беснующейся стихии.

Находит своё применение и мой телекинез. Таскать комья земли для меня всё же несколько проблематично, так как я скорее создам грязный ураган из комьев грязи скорее, чем достигну своей цели.

Но вот выкидывать телеги и тачки с землей — уже то, что становится мне по плечу.

Работа над каналом длится уже третьи сутки и почти подходит к своему закономерному финалу.

Как вдруг со стороны плотины раздается ужасающий скрип. Да такой, что его эхо расслышала вся Спарта.

Бледные и осунувшиеся лица строителей в благоговении обращаются к проминающейся прямо на глазах плотине.

Всё, что отделяет едва ли сотню игроков и монструозный массив воды — это вот эта, погибающая и скрипучая стенка.

— Всем прочь из канала! Немедленно! — приказываю я, понимая наступающий кризис.

Ливень решил не дожидаться того, как мы успеем завершить строительные работы.

Ему было плевать на возводимый обводной канал. Непогода жида своей жизнью и по своим правилам.

Кадавры, получив команду, безмолвно бросаются вверх по липкой земле. Главное, прочь из русла канала.

Простые игроки также бегут им вслед.

Среди них оказываюсь и я.

— Начать эвакуацию! Убедиться что никого рядом с плотиной нету! — отдаю я команды снующим рядом солдатам.

Требуется убедиться, что игроков будет наименьшее число рядом с готовой схлопнуться плотиной.

Мне не нужно еще утопленников считать!

Неожиданно, раздается оглушительный треск. Такой, что даже уши заложило.

А после никто толком и не успел понять, как раздался грохот многотонной воды.

Плотина рухнула.

Прямо на наших глазах.

Некоторые игроки ещё не успели вылезти из русла канала, да и вообще избежать зоны риска, как на них двинулась могучая волна, неся вслед за собой деревянные обломки, деревья, камни и прочее.

Используя свой телекинез, я едва ли не выкидываю в воздух игроков, только бы не дать им оказаться на пути следования волны!

Уж всяко лучше получить шишку на лбу чес погибнуть от настоящего наводнения!

Сразу следом за плотиной водный поток сталкивается с водяным колесом, начав оное дико раскручивать под недовольный скрип металла и треск древесины.

Казалось, колесо готово вот-вот сорваться со своей оси и улететь куда-то в стратосферу, но не выдержавшая давления ось высказала свое веское «фи» и позволила колесу рухнуть вниз.

Небывалых усилий мне потребовалось, чтобы убрать его в сторону и не дать покатиться дальше по течению, снося всё на своем пути.

А бурный поток в это же время добрался до стен Спарты.

Бах!

Миг, и целого фрагмента оборонительных сооружений более не существует.

Дикая стихия едва ли не катком вынесла деревянные защитные укрепления, а землю с камнями вынесла прочь, даже не замедлившись.

Далее я лишь слышу отдалённое эхо от хруста древесины, воя животных и шума воды.

Смертоносный поток всё же прошел Спарту, затерявшись где-то ниже по течению.

Не успел никто и опомниться, как ливень, что шел едва ли не полторы недели Внезапно прекращается.

На небе быстро расходятся в сторону тучи. Редкие солнечные лучи пробиваются на землю, позволяя получше рассмотреть разрушения от наводнения.

Теперь у Спарты действительно появилась самая настоящая река. Ручьем ее уже больше назвать нельзя было ни при каких условиях.

Мощное и умеренное течение волнами уходило прочь из долины, унося вслед за собой и строительный мусор.

Обводной канал всё же был сейчас заполнен водой став вторым рукавом реки.

— Полагаю, мы теперь открыты для новых свершений — подходит ко мне с шуткой Тохич.

Это он намекает на две разрушенных стены, в которых сейчас зияет массивная брешь из-за новой реки.

— Это ещё мягко сказано, — фыркаю я в ответ, почесывая затылок.

— Хорошо хоть, что среди строителей жертв нету, — вздыхает и подошедший Михалыч, — Но вот со стенами делать что-то надо…

— Что ты предлагаешь, старик? — массирует виски кузнец.

— Решетку поставить какую-нибудь и стану восстановить, да и дело с концом, — отвечает он.

— Предложение, конечно, интересное, но я бы сейчас больше озаботился укреплением русла реки, — вздыхаю я, — Нельзя позволить подобному случаю повториться вновь.

— Так может просто сделаем огромную чугунную трубу и проведём через нее нашу речку? Можно для достоверности провести даже не одну такую трубу на случай резкого повышения напора, — предлагает Тохич.

— Где ты возьмешь столько чугуна? — смеется мрачно Михалыч, — Колесу-то кирдык! Хотя и не полностью. Всего-то нужно поставить обратно на ось, если мои глаза меня не обманывают. Но это ещё пару дней работы, как минимум! Если уж и делать, то набережную. Сковать бурный поток в каменный канал и дело с концом!

— Почему бы не сделать и то, и другое? — слабо улыбаюсь я.

Выслушав их двоих, я предлагаю в пределах Спарты разместить реку в каменном канале. Причем, сразу в виде двух.

Таким образом у водной стихии не получится выйти из берегов так же легко и повредить посадкам на плантации.

Более того, на втором канале получится разместить сразу и второе водяное колесо, для максимальной эффективности.

Вместе с тем будет вырыт третий канал, уже как раз обводной на случай повторения сценария.

И между всеми этими каналами должны быть проложены каменные мосты, чтобы даже разрушенная плотина не смогла навредить передвижению между двумя берегами реки.

Вздохнув и пригладив усы, Михалыч подхватывает с собой Тохича и они вдвоем уходят воплощать мою идею в жизнь.

Сам же я невольно отмечаю, что после полуторанедельного дождя рельеф в долине, хоть и неявно, но изменился.

Конечно, речь идет о полноводной реке, которая, кажется уходит теперь куда-то в сторону кластера Мустафы и Краба.

Насколько я помню, там также река разделяется на два потока.

Быть может, самое время собрать несколько плотов или рыбацких лодок да послать в разведку на ту сторону?

Кто знает, что интересного может принести данная экспедиция?

Как раз пока я размышляю над целесообразностью подобного начинания, ко мне подбегает гонец в сопровождении двух солдат.

— Мой Лорд, вам сообщение из форпоста от господина Мустафы, — совершает поклон мужчина.

— И что передаёт наш Мустафа? — спокойно интересуюсь я.

— Он говорит, федераты вернулись. И доставили вам некую «открывашку»…

Самое время!

Глава 8

Поездка до форпоста Мустафы проходит довольно бодро.

На месте я уже встречаюсь с Вихром и его отрядом. Они выглядят усталыми, измазанными грязью и бледными, как тени.

Под глазами у них мешки, зрачки нервно бегают из стороны в сторону.

Поприветствовав друг друга и обменявшись парой фраз, мы тут же переходим к оформлению сделки.

Вихор передаёт мне ту самую Системную хлопушку.

Стоит отметить, что она выглядит точно так, как он её описывал.

Это небольшой цилиндр длиной в тридцать-сорок сантиметров, на вид изготовленный из картона, но при этом удивительно прочный.

Присутствует также упомянутая не раз нитка, активирующая артефакт, сейчас прикреплённая скотчем к корпусу хлопушки.

На мой изумлённый взгляд Вихор качает головой.

— Это не я. Она уже идёт в комплекте так, — заверяет меня он.

Главное — чтобы она работала, как должна. Остальное уже вторично. Хотя скотч в этом мире смотрится чужеродно.

— Выглядишь неважно, — убрав хлопушку за пояс, обращаясь к Вихру.

— И это мягко сказано, — вздыхает он. — Вся степь, кажется, с ума сходит после этого «сезона дождей». Прямо у стен Москвы сошёл селевой поток, который чуть не унёс весь полис. Только чудом тот относительно уцелел.

— Относительно? — усмехаюсь я.

— Есть некоторый ущерб, но деталей я не знаю, — как ни в чём не бывало пожимает плечами Вихор. — У Рима, стоящего на плато, произошёл оползень, заблокировавший дорогу внутрь. Так что они временно оказались отрезанными от всех. Но сам я не видел, слышал от других.

— Понятно, а как обстоят дела у остальных? — интересуюсь я.

Вихор делает характерный жест, потирая указательный палец о большой.

— Ты привёл людей? — спокойно спрашиваю я.

— Четверых. Нашли по пути у стелы. «Сезон дождей», как ни крути, собрал свою жатву, — кивает мужчина.

— Добавлю к оплате за них кольчугу, если сможешь разузнать всё подробно о других фракциях, — заверяю я.

Моментально формируется новая миссия.

Имя: Информатор

Описание: Разведайте итоги катаклизмов во всех фракциях степи. Лорд Шурик ждёт от вас вестей!

Награда: кольчуга

Довольно кивнув, Вихор тут же делится теми крохами информации, что уже есть на сегодняшний момент.

В Тьме сейчас жуткий переполох. Из-за продолжительных ливней многие кочевники и рабы заболели.

В поселении произошла настоящая вспышка лихорадки. Все их сборище оказалось почти беспомощным на целую неделю.

Эх, если бы я знал это заранее… то что?

Добраться до Тьмы — уже проблема, а возвращение с кучей рабов на хвосте стало бы чрезвычайно тяжёлым испытанием.

Из-за ливня степь временно превратилась в болото. Везде грязь, огромные лужи, похожие на озёра. Движение по такой местности крайне затруднительно!

В Вавилоне начались волнения. Многие бедняки лишились своих жилищ. Та же лихорадка распространилась по всему городу. Некоторые улицы оказались затоплены, и проблема до сих пор не решена. Меджнун, конечно, держит ситуацию под контролем, но ему определённо придётся приложить немало усилий, чтобы успокоить измученных игроков.

О ситуации в Афинах и Киото информации было меньше всего. Оказалось, что эти два полиса тоже отрезаны от степи, поскольку река к северу от Афин резко повернула на юг, создав второй рукав. Таким образом, два морских полиса оказались изолированными, подобно Риму, но по другой причине.

Интересно, не случились ли какие-нибудь штормы или цунами на побережье?

Ведь если у нас один катаклизм следует за другим, то что можно сказать о тех, кто находится близко к морю?

Теперь важно справиться с последствиями этого проклятого двухнедельного ливня, который уже прозвали «сезоном дождей». Остальное — потом.

Распрощавшись с Вихром и убедившись у Мустафы, что Форпост практически не пострадал, за исключением того, что половина валькирий слегла с простудой, я возвращаюсь в Спарту в сопровождении своего отряда.

В полисе кипит работа. Игроки, радуясь окончанию этого «ада с небес», с новыми силами берутся за восстановление поселения.

* * *

Единственной серьёзной проблемой остаётся водяное колесо. В разгар шторма мне удалось толкнуть его своей силой, так что конструкция не покатилась, а завалилась набок.

Теперь на восстановление уйдёт несколько дней.

Его ещё предстоит поднять, осмотреть на предмет повреждений и вновь установить на прежнее место.

Сейчас, когда вокруг лужи по колено и почва превратилась в непроходимую грязь, это представляется крайне сложной задачей. То же самое касается и перестройки стен.

Однако радует то, что Спарта на данный момент находится в мире. Если бы мы вели войну, последствия могли бы быть гораздо хуже.

Сейчас полису нужно время, чтобы оправиться от катаклизма, а также необходимо продумать меры противодействия подобным ситуациям в будущем.

Возможно, стоит усилить плотину. И, может быть, к проекту строительства нескольких мастерских с водяными колёсами добавить и возведение второй плотины сразу за первой?

Это создаст своеобразную «лестницу», подобную порогам в природе, которая поможет снизить разрушительную силу воды, и получить больше результата от её использования.

Когда я возвращаюсь в Поместье, ко мне в кабинет заходит Малой с новостью о том, что разведчики, наконец, завершили исследование долины.

Несколько недель назад я поручил Малому и его команде это задание. Если бы не проклятый ливень, они, вероятно, справились бы гораздо раньше. Ведь передвигаться по скалам во время непогоды — это настоящее самоубийство.

— Итак, рассказывай, что теперь нам известно, — прошу я, указывая на стол.

— Конечно, Мой Лорд, — кивает Малой, раскладывая передо мной схематическое изображение долины.

Начать стоит с того, что все скалы, защищающие нас, расположены в форме этакой подковы. Долина находится внутри неё с выходом на южной стороне.

В глубине долина занимает пространство, равное четырём нынешним Спартам, включая все наши поля. Это означает, что у нас ещё достаточно места для расширения, если подумать.

Определённо это большая удача для нас. У Спарты точно не будет проблем с расселением игроков в ближайшее время.

Правда, нам придётся увеличить число кадавров на рубке деревьев для ускорения расчистки леса.

Отдельно стоит отметить, что скалы долины на западе и востоке отвесные, что делает их практически непроходимыми.

Разведчики обнаружили лишь одну тропу, по которой можно подняться вверх.

Но нельзя забывать, что с Системой игрок может достичь невероятных высот, так что абсолютной защиты от тех, кто сконцентрировался на развитии Ловкости, долина нам не гарантирует.

Однако меня расстраивает описание северной стороны долины. Она тоже затруднительная для подъёма, но всё же более пологая, чем скалы на западе и востоке.

Северная сторона не является неприступной, и при должной подготовке её можно преодолеть. Этот момент требует особого внимания.

— Значит, мы поступим следующим образом, — задумчиво произношу я, расхаживая по кабинету, пока Малой ожидает новых указаний.

Подойдя к карте, я беру в руки аналог карандаша — простой кусок угля, примотанный к палочке. С бумагой у нас острый дефицит, приходится пока обходиться товарами из Вавилона.

На карте я оставляю пометки на северной стороне долины.

— Нельзя оставлять наш тыл без присмотра, — заявляю я, — Поэтому на скалах мы разместим три сторожевые башни. Две по краям «подковы» и одну в самом центре её изгиба.

— Чтобы обеспечить круговой обзор? — догадывается Малой.

— Именно, — киваю, — В них будут круглосуточно дежурить наблюдатели, чтобы в случае чего предупредить Спарту о приближении неприятеля.

— Думаю, с этим не будет проблем. Я выделю людей из своего отряда, — отвечает Малой.

— Твои разведчики слишком ценны для этого, — не соглашаюсь я, — надо вводить в Спарте караульную службу. Лучше всего использовать новобранцев, уж предупредить об опасности они точно смогут, заодно и дисциплину подтянут. Меня ещё тревожит пологий участок. Там можно возвести частокол?

Малой задумчиво скрещивает руки на груди.

— Сомневаюсь, что это удастся, — отвечает он. — Местность там непростая, один сплошной камень. Если уж строить, то лучше сразу что-то надёжное.

— Хорошо, тогда давай сразу рассмотрим возможность возведения каменной стены. Материал можно будет добывать прямо на месте, — предлагаю я. — На сегодня закончим.

Кивнув, Малой покидает кабинет, оставляя меня одного. Размышления о долине и осознание того, что наша защита не так уж надёжна, заставляют меня задуматься об использовании хлопушки.

Нам нужно отодвинуть границы от Спарты как можно дальше. Ведь будет крайне неприятно, если в самый неподходящий момент для фракции на нас выйдет новый игрок.

Несмотря на то,что в стеле Спарты не продаётся подобный артефакт, нельзя исключать, что у других фракций он есть.

Возможно, подобный товар появляется только на этапе развития города, но кто знает? Может быть, дикари, сидящие в закрытых кластерах, вдруг объединятся и откроют к нам дорогу. Или Вавилон не единственный город в округе.

Вдруг у кого-то окажется что-то подобное и он направится прямо на Спарту. Учитывая, что моя фракция находится на данный момент южнее всех остальных, вероятность встречи с новыми игроками с юга далеко не равна нулю.

Лучшее, что я могу сделать сейчас — это отодвинуть известную нам границу дальше на юг. Конечно, существует риск столкнуться с кем-то за пределами этого кластера. Но лучше иметь преимущество и быть готовым к встрече, чем полагаться на волю Системы.

Теоретически можно было бы избавиться от «пузыря» закрытого кластера севернее Спарты, который уже окружён со всех сторон. Однако игроки в нём сейчас не представляют угрозы.

Даже если он внезапно откроется, поселение не окажется на грани гибели из-за 13 игроков.

Даже если они все будут 20-го уровня, что крайне маловероятно, учитывая их изоляцию, полис справится со своей защитой.

Риск появления врага южнее нас представляется мне гораздо более серьёзной угрозой.

Если у нас будет выход на фракцию южнее, мы сможем подготовиться к противостоянию с ней.

Если я сейчас решу уничтожить Тьму, это займёт не одну неделю, как было с Краснодаром. В болотах Спарте повезло, так как не пришлось осаждать поселение. Но с Тьмой такой уверенности нет.

Война с ордой кочевников может затянуться надолго. Ведь даже если мы уничтожим Тьму, а все её защитники ускачут на буйволах в закат, прихватив ценное, поход окажется бессмысленным.

Мне придётся внимательно следить за передвижением противника, тщательно его изучить и создать благоприятный момент для атаки.

Этот процесс может занять не один день. Тьма — один из самых непредсказуемых противников Спарты из-за кочевников. Они легко не сдадутся и предпочтут смерть позорному плену. Их главное оружие — непревзойдённая мобильность!

Уходя на войну с Тьмой, я должен быть уверен, что Спарта будет в безопасности, или хотя бы иметь силы для отражения атаки. Защититься от невидимого противника «где-то там» нереально.

Но от конкретной фракции с известного направления, даже из уже известного кластера, уже по силам.

Значит, решено! Если использовать хлопушку, то на южном направлении, в надежде натолкнуться на кого-то за «цепью» закрытых кластеров. План минимум — отодвинуть границу от полиса.

План максимум — это встреча с новым «игроком» на шахматной доске. Если он окажется серьёзным противником, то будет иметь смысл устроить переговоры с целью заключения пакта о ненападении, по крайней мере, на первое время.

Однако если фракция будет похожа на Салем, то, думаю, лишние вопросы не потребуются. Новые поселенцы всегда пригодятся Спарте.

В этот момент в дверях появляется голова одного из охранников.

— Что случилось? — спрашиваю я, поднимая взгляд от стола.

— Мой Лорд, прибыл караван из Краснодара, вместе с первыми солдатами. Вы приказали сообщить вам о их приезде, — докладывает он.

— Отлично, — улыбаюсь я. — Пора их встретить.

Похоже, что поход начнётся раньше запланированного.

* * *

— Рад видеть вас в целости и сохранности, — пожимаю руку двум лейтенантам.

Ими оказываются Колька и Кит, каждый из которых теперь возглавляет по 20 солдат.

Эти двое, начавшие свой путь в Спарте как простые рабы, серьёзно поднялись по карьерной лестнице.

Колька когда-то был в одном кластере с Гелей, Русом и Рокси. Сначала он был разведчиком, но затем, после нескольких боёв в степи стал сержантом фалангистов, а теперь вырос до лейтенанта и получил собственный отряд.

Кит был одним из новичков отряда Сквирдварда, так что он тоже служил в армии Спарты начиная с войны с кабанятниками.

Теперь они привели из Краснодара 40 пеших фалангистов с уровнями 7–8.

Сегодня я планирую поднять их до 10-го уровня, потратив несколько E-баллов, чтобы быть уверенным в успехе военного похода.

Сержанты в отрядах имеют 15-е уровни, а лейтенанты Колька и Кит — уже 19-е.

— Это было непросто, Мой Лорд, — говорит Кит.

— На болотах действительно так плохо? — хмурюсь я.

— Если бы их ещё можно было назвать болотами, — усмехается Колька.

— В каком плане? — уточняю я.

— Сейчас уровень воды на болотах колеблется между щиколоткой и шеей, — Кит сначала показывает на свою щиколотку, заставляя меня кивнуть, а затем поднимает руку до шеи, отчего я невольно поднимаю брови.

Даже так⁈

— Многие территории просто затоплены, — смеётся Колька, наблюдая за этой пантомимой. — Теперь к северу и северо-востоку от Краснодара — огромное озеро.

Болотные ягодные поля тоже покрыты. Десятки прежних троп стали недоступными и вообще непроходимыми. Веселья мало.

— А сам Краснодар как? — спрашиваю я.

— Едва устоял во время ливня, — признаётся Колька. — Если бы не возвышенность, на которой он расположен, полис утонул бы полностью. Но мы выдержали. Правда, пришлось отбиваться от орды варанов.

— Твари, видимо, решили, что ливень ослабил нас, — добавляет Кит, — А может быть их вода гнала с болот. Но мы задали им жару!

Он кивает на одну из повозок, и я замечаю, что груз её почти полностью состоит из чешуйчатых вараньих шкур.

Кажется, у Патрика теперь появится новый материал, а у модниц Вавилона прибавится переживаний от погони за стильными вещицами.

Теперь я уверен, что «сезон дождей» был чем-то вроде необъявленного испытания для всех фракций.

В каждом полисе случилось что-то неприятное: атака варанов, прорыв плотины, сель, оползень… Но почему Система не предупредила об этом?

Или я сам придумываю заговор, и это действительно был просто небольшой катаклизм, начавшийся и закончившийся также внезапно? Только вопросы и ни одного ответа.

— В любом случае сегодня можете отдыхать, — обращаюсь к этим двоим. — Восстановите силы, завтра мы выдвигаемся.

— И куда направляемся, Мой Лорд? — спрашивает любопытный Колька.

— На юг, — коротко отвечаю я.

* * *

На следующий день ранним утром из главных ворот полиса выходят 100 солдат.

Красивое число, мне нравится.

Это 40 бойцов из Краснодара, которые изначально должны были быть распределены по новым форпостам.

После первоначальной подготовки, фалангисты получили навыки присущие бойцам и могли их совершенствовать дальше под руководством своих лейтенантов.

Однако, получив эту силу в свои руки, я решил сначала сходить с ними в поход, а потом отправлять на гарнизонную службу.

Ещё в мою армию входит 40 валькирий под командованием Пирры. Половина из них — элитная личная гвардия, а вторая половина — новички 4–5 уровней, отправляющиеся в поход, чтобы набраться боевого опыта.

Ещё двадцать — тяжёлая кавалерия, которую всё это время в Спарте натаскивал Гюнтер. Почти все в его отряде — опытные бойцы с уровнями от 15 до 19.

Вместе с нами отправляется и Мышь. Министр образования решила сменить обстановку и развеяться, сбросив на время заботы о новичках на подчинённых.

К счастью, ей удалось подобрать неплохой состав сотрудников из прежних педагогов и работников гуманитарных профессий.

— Пожалуйста, возьми меня в поход, — поделилась со мной она своей просьбой. — Можно я что-нибудь сожгу?

Как я мог отказать другу в таком естественном желании?

Впервые с момента осады «Голубой Устрицы», я беру с собой инженерные войска.

Пока что это просто работники осадной мастерской, но в будущем будет сформирован отдельный инженерный отряд.

Они ответственны за строительство экспериментального онагра, предназначенного для уничтожения крепостных стен, если такая необходимость возникнет.

И даже если не возникнет, опыт похода в таком составе будет полезен.

Несколько часов мы продвигаемся на юг. Преодолев небольшое болото, мы останавливаемся у невидимой стены, разделяющей кластеры.

Удивительно, как функционируют границы между ними: вода в реках свободно пересекает их, существа Системы мигрируют из одного кластера в другой, даже насекомые летают, но только игрокам это запрещено.

Спустившись с массивной спины Петра и добродушно похлопав его по боку, я подхожу к границе.

Невидимая преграда затрудняет обзор. Извлекая «открывашку» из пазухи, аккуратно отделяю верёвочку, скреплённую скотчем, от её корпуса.

Так, дальше берём верёвку в одну руку, а саму хлопушку наводим на границу.

Небольшое усилие и… Бах!

«Открывашка» взрывается буйством красок, а именно самых настоящих конфетти, которые, впрочем, растворяются в воздухе, не долетая до поверхности земли.

Поздравляем! Вы открыли границу кластера

Едва уловимая дымка начинает быстро рассеиваться, открывая вид на то, что было скрыто до этого момента.

— Всем приготовиться! — командую я. — Разведчики, вперёд! Мы идём внутрь!

Глава 9

Новый регион представляет собой густой и непроходимый лес, продвижение через который становится непростой задачей.

Особенно после недавнего «сезона дождей», мы оказываемся словно в настоящих джунглях.

Сырость, грязь и буйная переплетённая растительность — вот что нас окружает.

Практически весь лес зарос высокими кустарниками, скрывающими игроков почти по пояс.

В таких чащах может укрыться кто угодно!

Из этого леса легко сделать настоящий Вьетнамский ад.

Кстати, это любопытная идея. Нужно будет подробно обсудить её с Майором, Малым и Третьим. Мы, сосредоточенные на уровнях, снаряжении и характеристиках, забыли о важности такого ремесла, как создание ловушек. А ведь именно это позволяло выживать нам в самом начале и побеждать заведомо более сильного противника.

Одного «чеснока» недостаточно. Не всегда можно открыто противостоять врагу. Иногда требуется более тонкая и изнурительная тактика. Именно густой лес и ассоциации с Вьетнамом подсказали мне, как развивать эту отрасль.

Солдаты не спеша расчищают путь вглубь кластера. Кавалеристы Гюнтера, ведущие кабанов за поводьями в колонне, надели кольчуги до середины бёдер и ламеллярные доспехи.

Простые фалангисты экипированы кирасами и кафтанами с кольчужными рукавами — не самая удобная форма одежды для движения по лесу, но обеспечивающая надёжную защиту!

Малой и разведчики всё это время держатся на расстоянии от колонны, указывая нам оптимальный маршрут.

Внезапно впереди возникает суматоха. Солдаты кричат, привлекая внимание, слышатся голоса и топот сапог.

Малой тут же направляется к источнику шума, чтобы выяснить причину. После десяти минут ожидания он возвращается к колонне, но не один.

— Держите её крепче, — указывает он двум разведчикам, а затем обращается ко мне: — Мой Лорд, мы нашли, по всей видимости, одну из местных.

Действительно, сразу за Малым двое разведчиков подводят к нам женщину.

Вид у неё экзотический, этого не отнять.

Голая, вся в грязи, волосы торчат во все стороны, как птичье гнездо. Так ещё и глаза бегают из стороны в сторону, как у дикого животного.

Едва у меня возникает последняя ассоциация, как она удивительным образом изворачивается и вцепляется зубами в руку одного из разведчиков.

— Ай! Она меня укусила! — возмущается он, тряся рукой.

— Моё! Не отдам! — вопит женщина. — Идите прочь!!!

Её моментально фиксируют, скрутив руку за спину, чтобы предотвратить повторение такого поступка.

— Куда смотришь! Свяжи ей руки! — командует Малой конвоиру.

— Вы кто такие⁈ Я вас не знаю! Идите нах…! — на женщину накидывают плащ, чтобы скрыть её наготу, и усаживают на землю. — Я знаю! Вы пришли меня ограбить! Но я не отдам! Слышите⁈ Не отдам!

— О чём ты говоришь? — улыбаясь, я присаживаюсь перед ней на корточки, чтобы быть на одном уровне. — Мы тебя не обидим!

— Как что⁈ Орехи! Я их собирала! Значит, они мои! И только мои! А если хотите забрать, то идите нах…

И она срывается в истерику, то плача, то рыча и пытаясь вырваться из рук разведчиков.

* * *

Когда всё случилось, у Кэрол как раз начинался обеденный перерыв. Она встала со своего места, чтобы сходить за кофе на второй этаж к автомату.

В офисе была своя кофеварка, но скинуться на кофе не получалось. Каждый раз кто-то отказывался или забывал деньги, а платить за других… ну уж дудки!

Так и бегали все сотрудники бухгалтерии к автомату, хотя кофе там был на вкус отвратительным, а выходил дороже.

— Дамы, как вам мой новый галстук⁈ — послышалось от двери.

Опять этот придурок Грэг из отдела продаж. Пришёл собирать сплетни, чтобы поделиться им с начальством. О появлении Грэга все узнавали заранее, от него так разило одеколоном, что за парнем закрепилось прозвище «Скунс».

Впрочем, дело не только в одеколоне, но и в любви подгадить ближнему.

Грэг присел на край стола у Дениз, которую все звали Трещотка. Они принялись шептаться и хихикать, явно обсуждая окружающих.

Интересно, какое у неё прозвище, задумалась вдруг Кэрол. Все уверяли, что его нет… но ведь так не бывает. Интересно бы узнать…

Совсем скоро мечта Кэрол осуществилась. Система дала ей имя «Гадюка». Выслушав все наставления, бывшие коллеги бросились в разные стороны. Друг от друга они добра не ждали. Началось полуголодное и тревожная жизнь.

Гадюка целыми днями искала пропитание и пряталась от хищников. Их, к счастью, было немного и со временем она научилась затаиваться и подкрадываться.

Плохо, что подкрадываться научились и другие игроки. Гадюка была запасливой и, найдя съедобные грибы или ягоды, старалась растянуть их на несколько дней.

А затем, приходя к своим заначкам, она находила их пустыми. Кто-то выслеживал её, и вместо того, чтобы искать еду самостоятельно, грабил женщину.

Один раз она поймала мерзавца на месте преступления. Стоило ли удивляться, что это был Скунс⁈

Он даже пытался драться, но Гадюка накинулась на него с отчаянным бешенством, пуская в ход ногти и зубы.

Бывшие бухгалтер и продажник катались по траве, отчаянно рыча и колотя друг друга. И Скунс сдался первым! Скуля и хватаясь за укушенное ухо, он убежал!

Теперь Гадюка хранила свои тайники особенно тщательно. В этот раз ей повезло, она нашла целое ореховое дерево, полное плодов.

Если растянуть, то хватит на неделю.

Она спрятала свои орехи в дупле дерева, а сама сидела поблизости, охраняя.

Но рано или поздно, к ней пришла жажда, и чтобы её утолить, Гадюка вынуждена была отправиться к ручью.

А когда вернулась назад, увидела человеческие фигуры возле своего тайника!

Кто бы они ни были, эти негодяи пожалеют, что они решили грабить Гадюку! Она зубами будет их грызть, но не отдаст своего кровного!

С визгом выскочила она из кустов, уже на бегу понимая, что люди совсем не похожи на грязных и дёрганых бывших офисных работников. Но было уже поздно.

* * *

— Дайте ей воды и картошки, — распоряжаюсь я. — И проследите, чтобы никого больше не укусила. А то вдруг она бешенство занесёт, как после этого воевать?

Мои слова вызывают у окружающих тихие смешки. Уже через минуту найденная нами женщина, подобно дикому зверю, вцепляется зубами в печёную картошку, настолько усердно, что, кажется, будто она ведёт бой со своим заклятым врагом.

Первую картофелину она проглатывает почти целиком.

— Хочешь ещё картошки? У нас много, — улыбаюсь я, протягивая вторую.

Она настороженно смотрит то на меня, то на картошку, затем молниеносно выхватывает её и с той же яростью начинает поглощать.

В то время как женщина занята едой, я размышляю.

Создаётся впечатление, что она одичала. Но сколько времени прошло с начала её новой жизни? Два-три месяца?

Что могло произойти, чтобы она настолько изменилась и стала больше похожа на лесное животное, нежели на разумного человека?

— Если все в кластере такие же, как она, то отловить их поодиночке нам не составит труда, — размышляет Малой, обращаясь ко мне.

— Нет необходимости, — отвечаю я, продолжая наблюдать за поведением женщины.

Если их поведение похоже на зверей, то нет смысла тратить силы на поиски по всему кластеру.

— Пока отправьте людей изучать границы региона, — приказываю я Малому. — Не забываем о нашей основной цели, А по поводу местных у меня есть одна идея.

* * *

— Думаете, это сработает? — задумчиво спрашивает Гюнтер, стоя рядом со мной.

— Ну, внимание мы точно привлекли, — усмехаюсь я.

Вместо того чтобы бегать по лесам, я приказал Малому найти поляну для лагеря, и он нашёл её почти в самом центре региона.

Хотя почему это «едва ли»?

Вон, в центре поляны и стела виднеется!

Солдаты расставляют палатки, дают передышку кабанам, ухаживают за снаряжением, отдыхают после длительного пути.

И главное — готовят еду, запах которой разносится по всему кластеру. Уже через полчаса в зарослях на границе поляны начинают мелькать фигуры игроков, и с каждой минутой их становится всё больше.

Но они ограничиваются лишь наблюдением из-за кустов, не решаясь выйти на открытое пространство.

Малой волнуется, не зря ли мы так поступили. Мы привлекли внимание, но, по его мнению, всё равно придётся бегать за каждым из них. Я же приказываю продолжать ждать.

И вот, подтверждая мои слова, через пятнадцать минут из леса выходит первый игрок.

Перед нами появляется мужчина, весь покрытый грязью, словно боевым окрасом, с жалким куском одежды между ног и кудрявыми тёмными волосами до плеч.

Ну прямо вылитый Тарзан!

Он осторожно приближается к одному из котлов, где сейчас солдат готовит еду. Незнакомца тот настойчиво «не замечает».

Только когда он подходит на расстояние нескольких метров, солдат, следуя моим инструкциям, молча наполняет деревянную миску и протягивает её напряжённому дикарю.

Тот, колеблясь, наконец подходит к повару, резко выхватывает миску и отходит на несколько метров, чтобы начать есть, усевшись на землю.

Его пример оказывается заразительным.

Вскоре за ним подтягиваются и другие, также забирая свои порции и садясь рядом с товарищем. Они выглядят нервными, испуганными, постоянно оглядываясь на нас.

В них почти не осталось ничего от прежней цивилизованности. Страх за свою жизнь и необходимость выживать в дикой природе довели игроков до такого состояния.

Понимаешь, что Система способна как возвысить ту или иную культуру, так и разрушить её до основания. И, как мы видим, на это не требуется много времени.

Подождав, пока все местные игроки наедятся, я подхожу к ним. Медленно и осторожно, чтобы не спровоцировать, и задаю прямой вопрос:

— Вы хотите присоединиться к Спарте? Там вам не придётся беспокоиться о еде, — тихо, но уверенно говорю я.

Игроки сомневаются, переглядываются.

— Нас действительно будут кормить настоящей едой? — с волнением спрашивает мужчина, первым вышедший на поляну.

— Даю слово, — отвечаю я.

— Тогда я согласен, — медленно кивает он.

За ним соглашаются и остальные.

Поздравляем! Игрок Скунс становится рабом фракции Спарта!

Поздравляем! Игрок Трещотка…

Игрок Гадюка…

Игрок Пупс…

Поздравляем!

Вы присоединили кластер!

Обратитесь за наградой в стелу Спарты.

Всё прошло без осечек. Игроков накормили и выдали им одежду, пусть и не самую лучшую, но вполне приличную.

Затем их укрыли в одном из шатров, чтобы они могли хорошо отдохнуть. В это время я проверял их профили, изучая, чего они достигли за время заточения. Стоит ли говорить, что я остался несколько разочарован?

Имя: Гадюка (3)

Сила — 4

Ловкость — 7

Выносливость — 5

Интеллект — 2

Мудрость — 2

Харизма — 2

Профессии:

Собиратель (2) — ускоряет сбор растений и облегчает их поиск

Следопыт (1) — позволяет незаметно подкрадываться

Класс: отсутствует

И… на этом всё.

Как я и подозревал, без серьёзного вызова игрокам нет смысла качать уровни. Даже если бы у них было такое желание, они бы не смогли далеко продвинуться, ограничиваясь охотой на мелких животных.

А лес кажется слишком тихим…

Разве он лишён настоящих хищников или монстров? Впрочем, возможно, мы просто ещё не столкнулись с ними.

Система наверняка предусмотрела подобное «наполнение» для кластеров.

Значит, игроки намеренно избегали боя с ними, пытаясь выжить на ягодах, орехах и подобном. Незавидная судьба.

Тем временем игроки опасливо и испуганно следят за каждым солдатом, проходящим мимо них. Теперь я понимаю, о чём говорил Вихор.

Такие игроки действительно не лучшие рабы… Им понадобится немало времени, чтобы снова адаптироваться к обществу, к цивилизации. Даже сейчас они едва ли способны говорить, отвыкнув от этого, проводя недели в одиночестве в густом лесу.

Это звучит как антиутопия. «Иногда легче убить их и дождаться новичков у стелы», — вспоминаются слова лидера кочевников. Действительно, проще избавиться от таких обременительных людей и взять вместо них адекватных новичков. Но я лишь качаю головой. Нет, это не наш путь. Спарта поступает иначе. Разве подобных кластеров ещё сотни и сотни?

Что значит каждый из них следует утопить в крови?

Нет, ни в коем случае!

Напротив, это будет хорошо, если нам удастся вернуть этим игрокам цивилизованность.

Мы должны вырвать их из лап дикости, наставив вновь на истинный путь. Так будет лучше для всех, включая и Спарту.

Передав этих дикарей в руки Киту, я отправляю его обратно в Спарту в сопровождении отряда. Между тем Малой с разведчиками продолжает исследование кластера, особенно его границ.

Три часа спустя усталый, но довольный Малой возвращается с новостями: они обнаружили открытую границу на юге.

И нам повезло: не придётся возвращаться с пустыми руками. Возможно, мы встретим фракцию, которой удалось объединить несколько кластеров.

— Собирайте лагерь и готовьтесь к маршу, — командую я. — Когда Кит вернётся с группой, мы продолжим движение на юг.

* * *

Новый регион напоминает равнину вокруг Вавилона, но вместо голой степи нас встречают красочные луга, усеянные десятками разнообразных ярких соцветий.

Картина получается сказочной. Голубые, алые, золотые, белоснежные, лиловые, розовые — земля вокруг пестрит всеми возможными оттенками.

И, словно вишенка на торте, по этому прекрасному пейзажу движется слаженная колонна моих солдат, словно идеально отлаженный механизм.

На короткое время я забываю о цели нашего похода, погрузившись в созерцание красоты в двух её проявлениях. Естественная красота, буйство природы и Системы, напоминает творение неизвестного авангардиста-художника, который наносит бесчисленные мазки на луга, создавая удивительное произведение искусства.

И милитаристическая красота: стройные ряды солдат, их слаженный шаг, броня, сверкающая на солнце, грохот сапог, поднимающаяся пыль, рык кабанов, бряцание оружия и кольчуг.

Всё это вместе создаёт невообразимое, но чрезвычайно притягательное и впечатляющее зрелище. Я словно оказался в центре исторического фильма.

Как иначе воспринимать всё происходящее вокруг?

Ещё несколько месяцев назад я беспокоился о том, как мне копать картошку у тётки на даче, или как закрою следующую сессию.

Волновался о таких мелочах, будто они действительно определяли мою жизнь!

Казалось, что помимо этого, ничего не имело значения.

А теперь вся прошлая жизнь предстаёт как далёкий сон, бред, мираж.

Действительно, это была другая жизнь. Кажется, будто это был не я.

Сейчас я совершенно другой человек, мои мысли и опыт кардинально отличаются от прежних.

Я как будто из другого мира. Здесь, в мире Системы, я не раз оказывался на грани жизни и смерти.

Я видел предательство, верность, истинный фанатизм, жестокость и деспотизм.

Но и настоящую привязанность, чувство товарищества, братства, признание и даже поклонение я тоже испытал.

Не забываю и об ответственности: о том, что мне доверились, на меня рассчитывают, и ради меня готовы пожертвовать собой.

Как бы я, будучи на Земле, отреагировал на себя сегодняшнего? Видел бы в себе героя из книги или идеал для почитания?

Я уже не уверен в ответе.

Но то, что я точно знаю: будущий я станет отличаться от нынешнего. Мы непрерывно меняемся, переживаем горе и несчастья, становимся мудрее, опытнее и сильнее.

Кто-то ломается, не выдерживая испытаний, а кто-то преодолевает себя и идёт вперёд. И я тоже не могу остановиться на достигнутом.

Сжав кулак, я невольно усмехаюсь.

Как Лорд Спарты, я обязан идти с высоко поднятой головой вместе с моими солдатами к тому будущему, которое мы стремимся построить. К миру, который мы хотим видеть, в котором хотим жить.

— Мой Лорд, впереди крепость, и она весьма внушительная! — объявляет Малой, подъезжая ко мне на своём кабане.

— Значит, самое время постучаться в её дверь! — улыбаюсь я, пришпоривая своего коня.

Самое время посмотреть на южан!

Глава 10

Крепость, которая предстаёт перед нами, действительно впечатляет.

Расположенная на небольшом холме, она по своим габаритам похожа на полис первого уровня, так что численность её защитников должна быть от сотни до двух сотен игроков.

Вполне нам по зубам.

Она представляет собой многоугольник неправильной формы с деревянными стенами и пятью башнями, которые заметно отличаются от привычных сторожевых.

Это полностью закрытые башни с крышей, а также с множеством узких бойниц. Такое укрепление определённо обеспечит надёжную защиту стрелкам.

Над каждой башней возвышается флаг. Издали сложно разглядеть рисунок, мелькают только красные и золотые цвета.

Возможно, узор вышит не слишком аккуратно, но даже с помощью подзорной трубы я не смог расшифровать, что изображено на знамёнах крепости.

В целом укрепление выглядит на удивление ухоженным и аккуратным. Словно его строили не для того, чтобы одни ломали эти стены, а другие обороняли, а больше для красоты.

Интересно, что ворота уже были закрыты до нашего прибытия. Похоже, нас заметили. Впрочем, мы особо и не прятались.

— Пошлите парламентёров, — приказываю я Гюнтеру.

Пятёрка всадников выдвигается к воротам крепости, крича предложения о переговорах и выражая наше желание встретиться с местными лидерами.

Проходит пять минут, десять, тридцать, но ответа не последовало. Нас просто игнорируют.

— И что дальше? — задаётся вопросом Малой.

— Постучим в дверь. Может, тогда хозяева захотят поговорить, — усмехаюсь я.

— Может, я бахну фаерболом по воротам? — предлагает Мышь боевито.

Интересно, это у неё проснувшаяся стихия огня влияет на темперамент, или она всегда была такой. Не завидую в таком случае её бывшим ученикам.

— Это лишнее, — останавливаю я её задор. — Не стоит показывать все наши тузы сразу при встрече. Пусть наши инженеры покажут себя в действии. Заодно и технику испытаем. Собирайте онагр!

Всё это и правда напоминает какие-то учения. На стенах крепости не видно ни единого шевеления. Такое чувство, что местные решили: «Мы спрячемся и пересидим, а эти чужаки потопчутся и уйдут». И проблема рассосётся сама собой.

Работники осадной мастерской бросаются исполнять команду, превращая груду деревяшек и металлических деталей в единое целое. Спустя некоторое время напротив крепости занимает позицию наше дальнобойное осадное орудие.

— Куда стреляем, Мой Лорд? — интересуется начальник расчёта.

— Давайте начнём с их башни. Сбейте ей крышу с флагом. — распоряжаюсь я. — Не будем всё сразу крушить.

Монструозный механизм, высотой почти два метра и шириной около трёх, приходит в действие. Заранее заготовленный снаряд со свистом устремляется в сторону крепостной стены… и пролетает мимо неё, падая где-то внутри полиса.

— Перелёт, — сухо комментирует один из инженеров.

— Я уже заметил, представь себе, — шипит в ответ глава расчёта, беря корректировку.

При второй попытке я также понимаю, что ядро опять пролетит мимо выбранной цели.

Но тут мне приходит в голову любопытная идея. Выставив вперёд ладонь, я применяю телекинез к летящему камню и просто… слегка корректирую его траекторию.

Я не останавливал его, как и не разворачивал на 90 градусов, поэтому подобная манипуляция, к моему удивлению, оказывается не такой уж сложной. Просто чуть-чуть подтолкнуть…

Бах!

Мгновение — и снаряд врезается в самую маковку крыши, сбивая с неё ало-золотое знамя.

Первый шаг сделан. И мне это даже нравится.

Бах! Бах!

С этого момента промахов больше нет.

Наши ядра измочаливают крышу.

Мы продолжим играть в тир, а крепость хранит гробовое молчание.

— Мой Лорд, смотрите! — поднимает руку Гюнтер.

— Ничего себе!

— Они что, горят⁈

— Нет, это не дым!

По рядам солдат проносятся изумлённые возгласы.

Над крепостью в небо поднимается странное тёмное марево.

Сначала оно правда похоже на дым, но затем становится плотнее и за несколько секунд превращается в чёрный сгусток.

Который срывается с места и несётся к нам.

Ответный залп? С такого расстояния? У них там что, требушет поставлен? И чем они в нас пульнули⁈

Когда эта штука приближается, становится понятно, что она огромная.

Метров десять в диаметре! Такое ядро расплющит нас словно шар от боулинга!

Оно несётся к нам, рассекая воздух с нарастающим гудением.

— Разбегаемся, Мой Лорд? — спрашивает Гюнтер, и голос выдаёт его волнение.

Вера в меня, похоже, очень велика, если он и войска остаются на месте, не двигаясь без приказа.

Люди стоят, оглядываясь и сжимая плотнее древка копий. Трудно оставаться равнодушным, когда в твою сторону несётся непонятное «нечто».

— Мой Лорд, нужно уйти с траектории! — настойчиво продолжает Гюнтер.

— Здесь что-то не так, — хмурю я брови.

Несмотря на всё, этот «снаряд» ведёт себя странно. Кажется, он не следует параболической траектории, как обычный физический объект, а движется прямолинейно? Это что, какая-то магическая порча?

Газовое облако тоже маловероятно. Прошедший мимо порыв ветра определённо отметает эту гипотезу. А «чёрный ком» продолжает приближаться, словно заворожённый, и делает это не так быстро, как если бы он был тяжёлым снарядом. Следовательно, это что-то лёгкое. Дождь из стрел или дротиков? Но что-то всё равно не сходится.

— Все ко мне! Сейчас же! Под защитный купол! — командую я.

Гюнтер, Колька, Кит и Малой мгновенно передают команды своим отделениям, и солдаты тут же начинают исполнять их.

«Туча» продолжает приближаться, уже почти нависая над моей армией. Последние солдаты становятся под купол. Именно в этот момент «туча» врезается в мою защиту, растекаясь, словно настоящая клякса.

И, стоит отметить, очень знакомая клякса. Именно так выглядела саранча.

Теперь всем становится ясно, что эта «туча» состоит полностью из пчёл!

Эти практически насекомые раз за разом штурмуют купол, вынуждая меня вкладывать всё больше маны в барьер.

У южан, оказывается, есть свои неправильные пчёлы!

— Мышь, готовь свою магию! — кричу я магессе. — Самую мощную из доступных! Как только сниму купол, ты зальёшь тварей напалмом!

Та кивает, делая большой глоток сидра из тыквы-фляжки и складывая перед собой ладони в характерном жесте.

Между её ладонями мгновенно вспыхивает первая искра, превращаясь в небольшой, но ослепительный сгусток пламени.

Секунды, кажущиеся вечностью, тянутся одна за другой.

Напор пчёл нисколько не уменьшается. Они, поняв, что простой волной купол не взять, начинают садиться на кромку барьера и пытаются его прокусить.

Некоторая часть пчёл формирует подобие шила или сверла и с невероятной решимостью раз за разом пытается ударить по одной и той же точке купола, в надежде, что он лопнет, словно воздушный шарик. И, стоит отметить, это действительно работает!

В том плане, что нагрузка на меня заметно увеличилась. Невольно приходится потянуться за собственной флягой и хлебнуть «Королевского сидра».

М-да, не повезло магам в мире Системы — все станут алкоголиками рано или поздно!

Или посадят печень. Хотя, вполне вероятно, что с баффами от Системы это уже никому не грозит.

— Я готова! — подаёт голос Мышь, держа в руках практически миниатюрную сверхновую. Да, взрыв обещает быть мощным!

— Снимаю! Готовься! — приказываю я и, увидев уверенный кивок, снимаю купол.

Тысячи, нет, десятки тысяч пчёл обрушиваются на наши головы. Мышь вскидывает ладони над головой, и белоснежная вспышка накрывает всё вокруг.

БАБАХ! Взрыв оказывается невероятно мощным. Хоть и на крайне короткий миг, но мы лишаемся зрения, чтобы уже после тут же его восстановить.

Мышь продолжает выжигать летающих гадов, превращая их в пепел.

Пчёлы предпринимают ещё несколько атак с разных углов, но безуспешно.

Огненный столб встречает их везде, моментально сжигая крылья и обращая крохотные тельца в прах.

Словно понимая это, облако насекомых просто разворачивается и отступает обратно за стены полиса.

— А ну, стойте! Я только разогрелась! Вернитесь и сражайтесь, как настоящие пчёлы, а не комары-переростки! — шипит магесса, посылая ещё парочку фаерболов вслед насекомым.

— Достаточно, Мышь. Они уже улетели, — опускаю руку на плечо женщины, позволяя ей резко выдохнуть.

— Я сожгу этот городишко до основания! — качает она головой. — Ненавижу пчёл! Ненавижу мёд, бр-р-р-р!

— Уверен, у тебя еще выпадет шанс сделать это, милая, — ухмыляется Малой, за что получает благодарную ответную улыбку от магессы.

Ужас, любовь на поле боя!

— А вот я так не думаю, — усмехаюсь я, указывая в сторону главных ворот полиса.

Из-за них сейчас выходит небольшая группа игроков с белым флагом, закреплённым на длинной палке. Кажется, противник капитулирует.

— Да чтоб вас всех варан дра…! — магесса не успевает закончить мысль, как ее утягивает в сторону Малой.

— Мне мерещится или они сдаются? — удивляется Гюнтер.

— И не тебе одному, — усмехаюсь я. — Но ничто не мешает нам это выяснить!

* * *

— Итак, Лорд Бобр, вы сдаёте мне своё поселение… Я ведь всё верно понимаю? — я закидываю одну ногу на другую на краю стола, внимательно изучая лицо моего собеседника.

Сейчас в бывшем кабинете Лорда присутствую только я, Пирра, два фалангиста в качестве охраны моего собеседника и сам Лорд южан.

Кстати, полис оказался действительно первого уровня и называется «Сладкая жизнь».

Ну просто умилительно!

— Вы всё верно говорите, уважаемый, — осторожно кивает мужчина.

Он выглядит лет на семьдесят с чем-то, со старческими пятнами на лице, глубокими морщинами на лбу и густой, длинной седой бородой с шикарными бакенбардами.

Если мне кто-нибудь сейчас заявит, что Лорд Бобр не вкладывал ни одного очка характеристик в Харизму, то я нисколько этому не удивлюсь!

Однако даже так, я легко различаю крепкие и жилистые руки, ладони, покрытые, а также прямую спину.

Старик далёк от того, чтобы отойти в мир иной, несмотря на первое впечатление.

Особенно по душе мне пришлось то, что Лорд Бобр смотрит прямо и нисколько не лебезит, ведя себя при этом предельно вежливо.

Так и должен вести себя настоящий Лорд.

— Как же вы докатились до такой жизни, Лорд Бобр? — интересуюсь я. — Понимайте меня правильно. Я не принижаю ваших заслуг, не стремлюсь оскорбить, но моё любопытство огромно. Почему сдали полис? Вы могли продержаться под осадой не один час, может быть, даже день. Возможно, даже смогли бы устроить ночную вылазку, вновь используя своих пчёл. Какова же причина?

Лорд Бобр внимательно смотрит на меня, словно пытаясь догадаться, действительно ли я желаю узнать его мнение или издеваюсь таким изощрённым способом.

Наконец, убедившись в моём искреннем интересе, старик кивает.

— Я был избран Лордом с единственной целью — заботиться о своих подданных. Сделаю всё возможное, чтобы они были в безопасности. Противостояние вам обернулось бы для «Сладкой Жизни» тяжёлыми потерями. И даже если бы нам удалось отразить одну атаку, не факт, что справились бы со второй, — качает он головой. — Сомневаюсь, что после тяжёлых боёв к нам отнеслись бы с должным достоинством.

— Возможно, всё было бы именно так, — киваю я. — Вы вовремя спохватились, так что я не причиню вреда вам и вашим людям. Но и вы передайте своим людям, если возникнут проблемы, это обещание будет отозвано.

— Понял, уважаемый, — фыркает Лорд Бобр. — Уверен, что до этого не дойдёт.

Вижу, что он отметил слова «ваши люди», и даже как-то приосанился.

А вот у меня в голове вертится вопрос. Что же мне, ребята, с вами делать?

* * *

«Сладкая Жизнь», как выяснилось, почти оправдывает своё название. Изначально в кластер попала целая семья, управлявшая пасекой на своём хуторе, и несколько человек, приехавших к ним покупать мёд.

Бобру и его семье — жене, троим сыновьям, двое из которых были женаты и даже одной внучке, которой совсем недавно стукнуло восемнадцать, — удалось относительно легко сплотить регион, благодаря чему границы упали почти сразу.

Получив идеальный набор стартовых артефактов — дымарь, который защищает от любого типа насекомых, молоток с бонусом к плотничеству и соломенную шляпу с защитным пологом, дающую возможность командовать пчёлами, — компания Бобра решила заняться привычным делом.

А именно — восстановить пасеку! Сам Бобр своими руками собрал первый улей, используя как свои личные навыки, так и бонусы от молотка.

Его супруга, Оса обнаружила в лесу дикий пчелиный рой.

После чего южанам, активно используя дымарь для защиты, удалось усмирить рой и переселить его в улей.

А дальше дело было за малым. Постепенно расширить пасеку, собирать мед, радуясь удачно выпавшему набору артефактов от Системы. Местные игроки просто жили своей жизнью, не испытывая особых невзгод и избегая «удовольствия» участвовать в массовой рубке.

В соседних кластерах нашлись мирные игроки, желающие присоединиться к «Сладкой Жизни». Название, кстати, возникло от компании Бобра, основанной им ещё на Земле, где он с гордостью продавал свой мёд.

Так и в новом мире «Сладкая Жизнь» устроилась весьма неплохо. Поселение росло тихо и мирно, без особых приключений, разве что столкновение с парой открывшихся кластеров заставили игроков сформировать собственные силы обороны.

Но что такое тринадцать человек, против сплочённого и отъевшегося на меду коллектива?

Плюс были пчёлы, которые всегда могли поставить точку в конфликте.

Соломенная шляпа, доставшаяся сыну Бобра, Шмелю, позволяла ему отдавать команды подчинённым полису насекомым.

«Сладкая Жизнь» дожила до этого момента, не встречая полноценного противника и оставаясь клочком спокойствия и мира.

Удивительно, что такое вообще могло случиться в мире Системы. Я словно попал в большую деревню. Тишина и невероятный покой.

Даже основными постройками тут были не бараки, а основательные избы. Каждая семья имела свой домик и хозяйство, а также несколько ульев.

А главная пасека находилась в руках Бобра и его семьи.

По сути, занятие бортничеством стало едва ли не главным ремеслом полиса. Вторым по списку шли: охота на оленей и собирательство ягод и фруктов.

«Сладкая жизнь» не воевала ни единого раза с момента своего основания. По крайней мере, мне так рассказали.

Шагая по улочкам полиса, я задумчиво разглядываю такой непривычный для нас быт.

На улице установлен комендантский час.

Местных игроков настойчиво попросили не покидать свои дома и не мешать фалангистам поддерживать порядок.

Тут и там ходят патрули, зорко следя за поселенцами.

Солдаты берут под охрану Поместье Лорда, амбары, склады и мастерские, а также, в первую очередь ворота Полиса.

«Сладкая Жизнь» даже не сопротивляется. Местные хоть и смотрят настороженно, но и только.

Неужели я настолько привык к крови и смертям, что просто не могу поверить в существование столь… обычного места?

Везде и всюду ищу подвох.

И всё же… как с ними со всеми поступить? Вот она власть, практически безграничная. Право казнить и миловать, распоряжаться чужими судьбами.

Прикажу, и сейчас эта тихая пастораль обернётся кровавой бойней. Все ульи можно вывести в Спарту, всех жителей обратить в рабство или просто перебить и дождаться новичков.

Интересно, эта власть должна пьянить или кружить голову?

Наверно, если у тебя и так с башкой не всё в порядке. Для меня это скорее ответственность, которую Лорд Бобр аккуратно спихнул на мои плечи.

Я как раз прохожу мимо небольшой площади, где разоружают местную армию.

Всего-навсего 30 игроков, на весь полис численностью в сто восемьдесят человек.

Одеты они легко, я бы даже сказал, бедно. Свободные одежды из грубой ткани, а поверх них толстые и кожаные жилетки.

Из снаряжения копья, луки и, к моему удивлению, большие сачки. Это, интересно, зачем?

Вот и всё. И это все силы «Сладкой Жизни».

Покачав головой, я прохожу к стеле полиса.

И прикладываю к ней ладонь.

Поздравляем! Вы установили контроль над полисом «Сладкая жизнь».

Желаете захватить/разрушить/установить вассалитет?

Так, а вот это что-то новенькое!

Глава 11

Что представляет собой вассалитет по Системе?

Согласно описанию, проигравшая фракция становится союзником Спарты и переходит в её непрямое подчинение.

Но как это проявляется на практике?

Я могу установить различные виды «дани», которые буду вправе требовать от «Сладкой Жизни».

Дань может выражаться в денежном эквиваленте, то есть в Е-баллах, в количестве солдат, которые полис должен выставить по моему зову или в форме определённых товаров, либо батраков, которых я могу стребовать себе для работы.

Существует множество способов, как можно извлечь выгоду из проигравшего.

К вассальному договору можно добавить бесчисленное количество пунктов. Главное — не переусердствовать, ведь важно знать меру.

Формально, вассальную присягу в одностороннем порядке расторгнуть нельзя. Но какой будет лояльность у такого вассала? Насколько он будет предан Спарте и готов поддержать в трудную минуту?

Будет ли обороняться в случае вражеского вторжения, или с радостью откроет ворота, лишь бы сменить фракцию?

То есть, с одной стороны, вассалитет, это удобное «коробочное» решение. Ни во что не вмешиваешься и только получаешь прибыль.

С другой — это как отдать свои активы в управление едва знакомым людям и надеяться только на их честность и благородство.

Интересно, что условия договора можно будет изменить, перезаключив его.

Однако для этого придётся лично прибыть в полис и заново установить отношения между двумя фракциями.

Я мог бы рассмотреть этот вариант, оставив «Сладкую Жизнь» в покое. Пусть и дальше маринуется в собственном соку, но…

Увы! Южане оказали сопротивление. Да, оно и не особо серьёзное, но ведь многое зависит от обстоятельств.

Если бы у нас не было двух магов, осада полиса могла бы закончиться весьма плачевно для Спарты.

Ведь целый рой пчёл — это сильный противник для армии, не готовой к такому столкновению.

Без магии мы бы даже не имели шанса избавиться от насекомых. Пускай мне удалось прикрыть куполом всех, но несколько солдат всё же получили укусы.

Так вот, у моих десятиуровневых пехотинцев всего одна пчела сносила по 5–7% здоровья.

Что было бы, если бы на нас навалился целый рой? Да очень просто — была бы гора дорогого снаряжения перед воротами крепости и ликующие местные жители.

Так что пускай Лорд Бобр натягивает на себя скромный и виноватый вид, я на это не куплюсь.

Так что нет, пора «Сладкой Жизни» подойти к своему закономерному финалу! Я выбираю вариант с захватом полиса.

Поздравляем! Вы захватили полис «Сладкая Жизнь»!

Поздравляем! Вы захватили казну полиса «Сладкая Жизнь»!

Вы заработали: 759 Е-баллов

Дальнейшие события в «Сладкой Жизни» сменяют друг друга словно каскадом.

Местным поселенцам объявляют, как они теперь будут жить. Даже не знаю, как их именовать…

Если мы «спартанцы», а жители Вавилона — «вавилоняне», то здесь получаются либо «сладики», либо «живчики». Так что про себя я их называю просто «пасечниками»

Лорд Бобр становится Наместником в полисе от имени Спарты.

Его назначение проходит на главной площади поселения, где специально для этого сооружена трибуна.

Пожав друг другу руки и синхронно улыбнувшись, мы обращаемся к собравшимся жителям, чтобы объявить новые правила, вступающие в силу немедленно.

Первое из них заключается в том, что «Сладкая Жизнь» будет полностью разоружена. Все стражники полиса отправлены в Краснодар, где они пройдут обучение в военном лагере и вольются в стройные ряды армии Спарты.

В самом поселении теперь размещается постоянный гарнизон фалангистов, который и будет обеспечивать безопасность местных жителей.

Во-вторых, большая часть доходов полиса от стелы теперь перенаправляется в Спарту в качестве налога.

Бобру оставляют лишь малую фиксированную часть ежедневного притока Е-баллов, необходимую исключительно для поддержания хозяйства в поселении и его постепенного развития.

Я планирую сосредоточить все ресурсы в Спарте, так как десяток полисов не сравнится с одним городом.

Эффективное развитие предполагает приоритетное внимание к главному поселению, а второстепенные будут развиваться по остаточному принципу.

Важно помнить, что в случае серьёзной войны мелкие поселения, такие как Краснодар или «Сладкая Жизнь», могут стать разменной монетой в борьбе.

Более того, наша способность их оборонять будет зависеть от развития технологий и промышленности в главном городе.

Конечно, наличие собственной «изюминки» и базовых мастерских важно для самостоятельного роста поселения, но стратегические производства здесь размещать не следует.

Пограничная крепость, это по большому счёту такой же форпост, только крупнее и лучше укреплённый. Поэтому её главная задача — встать на пути возможного врага и продержаться до подхода основных сил.

Именно поэтому мне от «Сладкой Жизни» нужна в первую очередь верность и надёжность, а не экономическая выгода.

Поэтому, с одной стороны, надо держать в жёсткой узде местную власть, переведя её на роль управляющих при нашем имуществе, с другой — получить доверие у простых жителей.

Ведь для них всё случившееся должно стать переменами к лучшему.

Тем временем для жителей полиса продолжают звучать условия. Понимая, что никому не понравится терять заработанные Е-баллы, я стараюсь смягчить ситуацию, информируя о преимуществах, которые готова предоставить Спарта.

Например, любой житель «Сладкой Жизни» может свободно и без препятствий переселиться в Спарту, если он этого захочет. Сейчас этот вариант может казаться непривлекательным, но когда Спарта станет полноценным городом…

Тогда увидим, как изменится отношение южан. Да и сейчас я вижу заинтересованные взгляды. Всё таки люди двадцать первого века привыкли к немного иным масштабам, чем небольшая деревня на сотню жителей, пускай и с собственной крепостью.

А что будет, когда мы построим дорогу? Чувствую, придётся возить экскурсионные маршруты.

«Посмотрите налево, здесь у нас чудо-печка, посмотрите направо — это девочка-оборотень! Сюда лучше не смотреть, это Чёрти-что… Зовите доктора, тут даме стало плохо! А я предупреждал, что смотреть не надо!»

Кроме того, было объявлено, что Спарта не будет отбирать у пчеловодов мёд или другую продукцию пасеки.

Вместо этого мы будем покупать её по взаимовыгодным ценам или обменивать на товары из Спарты. Я планирую сохранить для южан специализацию в области пчеловодства.

Ведь перенос этого производства в Спарту будет не только сложным, но и рискованным.

Весь набор артефактов местных жителей направлен на то, чтобы держать под контролем пчёл и добиваться от них наилучшего результата.

Сама природа этому способствует, с её цветущими лугами и целыми рощами деревьев, похожих на земные липы. В Спарте нет даже десятой доли этого медоносного буйства растительности.

Я думаю, что лучше пусть желто-чёрные труженицы останутся в своих ульях.

К тому же южане продемонстрировали, что располагают достаточно мощным оружием для защиты. Если у противника не окажется мага, то «Сладкая Жизнь» останется неприступной. Это и есть второе наше преимущество.

Спарта возьмёт на себя обязательства по обороне «Сладкой Жизни» и укреплению защитных сооружений.

В полисе будет размещён постоянный гарнизон из двадцати фалангистов и двадцати валькирий, а также временная база разведчиков.

Этот пункт я добавляю, так как в новооткрытом регионе ещё многое предстоит изучить и ввести постоянные дозоры на случай падения какой-нибудь из новых границ.

Южане не особо стремились исследовать свои территории. Они даже не бродили по своим кластерам, желая исследовать их тщательно. Подумайте только, Лорд Бобр даже не знал, соединено ли их поселение с другими или нет!

Весь полис всё это время существовал как настоящий курорт. Поразительная беспечность!

Кроме того, Спарта берёт на себя обязательство развивать базовые мастерские, так как большинство из них всё ещё находится на первом уровне. Что, конечно, не слишком хорошо.

— Мы вступаем в новую эпоху! — провозглашаю я. — Спарта нашла в «Сладкой Жизни» верного спутника, так давайте же продолжим путь в светлое будущее! Вместе, как одна семья!

Публика радостно аплодирует, несмотря на некоторый излишний пафос.

Ведь все стараются уловить не столько содержание, сколько смысл.

А он звучит так, что мы не подчиняем южан Спарте, а строим добрососедские отношения, где один сосед всё-таки чуть-чуть «главнее другого». Но это уже мелочи.

Простым игрокам не следует задумываться об этом.

Им будет гораздо интереснее узнать о событиях, происходящих вокруг. Услышать о большой степи, о её фракциях и о тех интригах, которые между ними разворачиваются.

Получается настоящий полноценный исторический сериал, из которого местные узнают, что они оказываются далеко не в самых плохих условиях. Им, можно сказать, повезло примкнуть к сильной и перспективной державе.

Южане, после нашей совместной речи с Лордом Бобром заметно успокаиваются, начинаются переговариваться и даже задавать вопросы.

Им интересно абсолютно всё, и это совсем не удивительно. Ведь в мире Системы изначально не хватает веселья и развлечений.

А тут ещё и столь замкнутая в себе фракция. Спарта едва ли не выбила для «Сладкой Жизни» дверь в большой мир Системы. Прописав самим южанам по лбу, в процессе.

Решив, что дипломатии пока достаточно, я приглашаю Бобра обратно в кабинет.

Нам предстоит обсудить ещё множество деталей: начиная с элементов будущего товарооборота и заканчивая тем, какие производства следует развивать в первую очередь.

Судя по бочёнку медовухи, который ожидает нас на столе, работа предстоит серьёзная.

* * *

Ромашка взволнованно выглянула из-за угла избы. Солдаты Спарты не спеша шагали по главной улочке, расслабленно беседуя между собой, но не забывая осматриваться по сторонам.

Их доспехи отбрасывали солнечные блики, а кольчуги глухо позвякивали.

Они все напоминали настоящих рыцарей из сказок — по крайней мере, так казалось Ромашке.

Сначала все в посёлке, конечно, жутко испугались. Лорд Бобр сказал не высовывать носа из дому, а ещё эти страшные камни, которые разломали одну из башен.

Но потом пришельцы оказались не злыми. Их Лорд выступил и сказал, что теперь они будут дружить, а жители посёлка смогут увидеть большой мир. Так что на смену испугу пришло любопытство.

Как иначе можно было воспринимать игроков, одетых в настоящие доспехи, от одного взгляда которых застываешь в ступоре!

В их поселении такого никогда не было.

Вторая жизнь Ромашки казалась невероятно скучной: лес, пасека, сбор ягод, рукоделие дома, и всё снова и снова.

То ли ей не повезло, то ли в полисе собрались самые безынициативные и безобидные люди со всей Земли! Ни скандалов, ни борьбы за власть, ни интриг.

Будто она действительно оказалась в глухой деревне, где оставалось только усердно трудиться с утра до вечера. И даже дискотеки не было!

Её дед постоянно ворчал, что она не понимает ценности мирного неба над головой. Но это же так тоскливо!

Каждый день как повторение предыдущего! Невыносимо!

Внезапно Ромашка подскакивает, когда её подруга Лидия шлёпает её по заднице.

— Ай, больно! Лидия, ты чего, блин⁈ — возмущённо восклицает она, потирая ушибленное место.

— Нечего тут всё напоказ выставлять. Сама виновата, — усмехается Лидия. — Чего стоишь как в тумане, из-за угла выглядываешь?

— Так это… — Ромашка мгновенно теряет уверенность, судорожно схватившись за край своего сарафана.

Лидия молча качает головой и выглядывает из-за избы, а потом тихо смеётся.

— Я вовсе не подглядывала! — топает ногой Ромашка.

— А я и не говорила, что ты подглядывала, — хитро улыбается Лидия. — Но раз ты сама себя сдала…

— Лидия, блин! — Ромашка бросается на свою темноволосую подругу с воинственно поднятыми кулачками, на что Лидия лишь давится от смеха.

— Ну и чего ты стоишь и мнёшься? Подошла бы да познакомилась! Ты же всё время жалуешься, что в полисе скучно и некому поговорить. Тут одни старики да пасечники, — щёлкает Лидия Ромашку по носу.

— Угу, просто подойди и познакомься. «Ой, мальчики, мне так скучно. Давайте возьмёмся за руки и побежим на луга танцевать и петь песни», — изобразила глупышку Ромашка, вращаясь вокруг своей оси и мило моргая.

Такой полезный навык. Во время первой сессии в университете он пригодился как никогда. Но зачем он ей теперь, в мире Системы?

— Ну и зачем ты стоишь и сомневаешься! Отличный план, Ромашка! Надёжный, как швейцарские часы! — одобрительно подмигивает Лидия, показывая большой палец.

— Да ладно тебе, — демонстративно отворачивается Ромашка.

— Ой, не сердись, — обнимает её за плечи Лидия. — Если хочешь, я расскажу тебе секрет про наших гостей.

— Какой секрет? — сразу же заинтересовалась Ромашка, ожидая продолжения.

— Будешь дуться? — хитро улыбается Лидия.

— Ну, посмотрим, — неуверенно кивает Ромашка. — Зависит от того, что ты скажешь.

— Тебе точно понравится, — уверенно говорит Лидия. — Дядя рассказал, что фалангисты и валькирии, солдаты Лорда Спарты, сейчас в нашей столовой. Во время обеда они ведут себя не так официально. Идеальный момент, чтобы подойти и поговорить!

— Я не хочу подкатывать к кому-либо, — недовольно фыркает Ромашка, хотя щёки у неё внезапно покраснели, — Просто поговорить…

— Хорошо, «просто поговорить» тоже можно в столовой, — серьёзно кивает Лидия.

— Лидия!

— Я!

Лидия резко выскакивает за угол избы, за ней с поднятыми кулачками следует Ромашка. Но то, что случится дальше, Ромашка никогда бы не ожидала…

Лидия закричала к проходящим мимо солдатам.

— Спасите! Насилуют!

Фалангисты ошарашенно посмотрели на неё, а затем и на застывшую Ромашку. В следующее мгновение из ножен были извлечены мечи, сапёрные лопаты и топоры.

Лидия коварно подмигивает Ромашке.

— Не бойся, я тебя вытащу, — шепчет она, едва шевеля губами.

— Лидия, какая же ты су… — начинает Ромашка, но в этот момент их настигает патруль.

* * *

— Итак, что побудило вас к попытке изнасилования среди бела дня? — задают Ромашке вопрос.

Блондинка была в замешательстве. Как она должна была реагировать, когда её взяли в охапку и просто приволокли в столовую, теперь занятую спартанцами?

Её усадили напротив, как она поняла, одного из местных «важных лиц», названного солдатами «командир Малой».

Малой, так? Но на вид он оказался вовсе не маленьким.

Перед ней сидел высокий молодой мужчина с короткой бородкой, чёрные волосы были зачёсаны набок, глаза смотрели внимательно и проницательно. А та аура уверенности, которую он источал…

Ромашка вынуждена была признать, что впечатлена. Чуть-чуть. А может, что не «чуть-чуть», а очень даже «чуть».

— Я никого не пыталась изнасиловать! — воскликнула она, пока гнев брал верх над разумом. — Она, Лидия, моя подруга. Это её шутка, и очень неудачная!

— И поэтому вы решили напасть на свою подругу? — предположил Малой. — Может быть, даже убить её?

— Нет, это не так! Это всё… — Ромашка пыталась опровергнуть ложные обвинения, но заметила, как два солдата за спиной Малого покраснели и вскоре заржали не в силах сдерживаться.

Заразившись смехом, вскоре всю столовую охватила волна хохота, в том числе и самого Малого.

— Я… Я… Я подам на вас в суд! — смогла ответить Ромашка, покраснев как рак.

— Конечно, — беззаботно отмахнулся Малой. — Вот только жалобу будет рассматривать Лорд Шурик, как представитель верховной власти. Как думаешь, на чью сторону он встанет?

— Но это же несправедливо! — возмутилась Ромашка.

— Зато действенно, — вздыхает Малой. — Ладно, прости. Шутка действительно затянулась. Но, согласись, не мы её спровоцировали.

Ромашке не оставалось ничего другого, как шлёпнуть себя ладонью по лицу.

— Я требую компенсацию, — нашла в себе силы поднять голову она спустя минуту тишины.

Малой удивлённо поднял брови.

— А какого рода? — поинтересовался он.

— Ты же важная персона в Спарте? — с хитрой улыбкой спросила его Ромашка.

— Я бы так не сказал… — с некоторым сомнением ответил Малой. — Но и не последний игрок, это точно.

— Значит, ты расскажешь мне всё, что знаешь о Спарте! — продолжила Ромашка. — Я слышала про Вавилон! Он действительно единственный город на всём сервере? Много ли в Спарте игроков? Как стать «валькирией»? Какого уровня нужно быть, чтобы вступить в армию Спарты или стать мастером?

На Малого обрушился целый поток вопросов, на которые он пытался ответить вразнобой. Чем больше он отвечал, тем сильнее нарастал напор.

Допрашивая опытного разведчика, «сельская глупышка» совершила неожиданный манёвр, усевшись на лавку рядом с мужчиной и давя уже не только любопытством, но и весьма упругими формами.

На парней в колледже действовало безотказно. Те теряли дар речи и волю к сопротивлению. И здесь всё так же развивалось в нужном ей направлении.

В этот момент все разговоры в столовой смолкли, как по волшебству.

Ромашка подняла голову и увидела, куда обращены все взгляды. У двери стояла невысокая блондинка с короткой стрижкой и очень недобрым выражением лица.

Она не была похожа на одетых в доспехи валькирий, но почему-то вызывала ужас у окружающих.

В следующую минуту на ладони у блондинки вспыхнул язычок пламени…

* * *

— Лорд Бобр, а не желаете ли выбраться на свежий воздух, — предлагаю я, — заодно покажете мне, как устроена ваша замечательная пасека?

Старикан, изрядно раскрасневшийся после местной медовухи, которую мы шлифанули привозным сидром, отрицательно мотает головой.

— Староват я уже, Лорд Шурик, для таких марафонов, — отвечает он, — хотя что таить, посидели неплохо… Я, пожалуй, вздремну несколько часиков, а с вами отправлю своего младшего сына и внучку. Они куда шустрее меня и покажут всё и расскажут.

— Возражений не имею, — киваю в ответ.

На меня алкоголь действует, скорее, бодряще, чем опьяняя. Возможно, дело в магии, которая потребляет его, как источник энергии. В общем, я, наоборот, полон сил.

— Отыщи Ромашку и приведи сюда, — отдаёт он распоряжение высокому, слегка лопоухому парню, очевидно, тому самому младшему сыну.

Тот возвращается буквально через пару минут в крайнем смятении.

— Отец! Лорды Шурик! — кричит он от самой двери, — кажется, Ромашку сейчас будут убивать!

Глава 12

— Не беспокойтесь, Спарта построит новую столовую в кратчайшие сроки, — заверяю я Лорда-наместника.

Бобр тихо усмехается, приглаживая свою седую бороду.

— Да, имущество, это делов наживное. Спасибо, что хоть мою внучку-дурёху накрыли своим куполом. А то ведь могла её эта… магесса и в уголёк превратить, — произносит он.

— Да, неловко получилось, — вздыхаю я. — Мышь у нас дама вспыльчивая, а когда при таком темпераменте она ещё и маг огня… Хорошо хоть, что её муж, Малой, развеял недопонимание, и она покаялась в своих поспешных выводах.

— Страстная женщина — это палка о двух концах, — хмыкает Бобр. — С одной стороны, с ней тебе некогда скучать. Сорваться куда-то, разнести в пух и прах рутину — это про них. Но есть и опасность в такой красавице. Любовь их столь же прекрасна, как и колюча. И не успеешь моргнуть, как уже летит в нос чугунная сковорода.

— Был опыт? — смеюсь я.

— К сожалению. Или к счастью. Тут уж с какой стороны сковородки посмотреть, — хихикает Бобр.

— Это уж точно, — понимающе киваю я. — Но раз уж эту проблему мы решили… Давай вернёмся к делам.

— Конечно — конечно, — отвечает Бобр. — Я поручу Шмелю, своему младшему сыну, и Ромашке, с которой вы уже познакомились, показать вам всё. Сам пока займусь разборкой того, что осталось от столовой. Да и перед людьми нужно объясниться. А то взрыв поди половина полиса слышала, если не весь.

— Надеюсь на тебя, Бобр, — пожимаю я ему руку.

* * *

Вот таким образом я теперь очутился за стенами полиса, среди лугов в сопровождении членов семьи Лорда-Наместника.

Сзади на небольшом расстоянии, шагают трое фалангистов и Пирра, которая мечтательно собирает себе небольшой букетик. Надо же, здешняя идиллия смягчила даже её непробиваемый характер.

Ей-то что? С её характеристиками Пирра домчится до меня за пару секунд. А уж на это время «духовный доспех» меня прикроет в случае чего. Ну и я в последнее время здорово подрос как боевая единица.

— Хорошо у вас тут всё устроено. Аккуратно, я бы даже сказал, по-домашнему, — улыбаюсь я, проходя между жужжащих ульев.

Покрашенные в разные цвета, издали они похожи на цветочные клумбы, которые можно заметить тут и там.

Хотя и без этого красок на лугах хватает с излишком.

— Так, к этому и стремимся! Чтобы всё было по-нашему: уютно, — усмехается Шмель, младший сын Бобра, а также дядя Ромашки, которая шагает рядом.

Крепкий парень, с мускулистыми руками и широкой спиной. Можно было бы спутать его с частым посетителем спортзала, если бы таковые существовали в мире Системы…

Интересно, что Шмель всего на пару лет старше Ромашки, что делает их общение напоминающим взаимоотношения кошки с собакой.

Подтверждение этому я постоянно замечаю, когда Ромашка раздражённо косится в сторону Шмеля.

— Уютно и в гробу быть может, — шипит она.

— Да что ты говоришь! Может, пойдёшь полежишь для эксперимента? Я попрошу плотников сделать! Развеем скуку, как ты обычно говоришь, — фыркает Шмель.

Ромашка возмущённо отворачивается. Эх, семейная идиллия.

— А сколько конкретно кластеров у «Сладкой Жизни» сейчас? — спрашиваю я, привлекая внимание парня.

— Двенадцать. Все они добровольно присоединились к нам, — улыбается Шмель.

Но мне это кажется маловероятным. Ведь зачем тогда было нужно столько стражи? При двенадцати кластерах и общей численности полиса в 150 игроков, тридцать воинов составляет пятую часть населения.

Без веской причины такого бы не произошло.

Ромашка подтверждает мои сомнения. Как удачно, что я попросил в сопровождающие именно её.

— Ага, а вспомни ещё тех индейцев. «Добровольно», — качает головой девушка.

— Индейцы? — удивлённо поднимаю я бровь.

Неожиданно.

Иногда забываешь, что в мир Системы перебралась вся Земля. Языковое единство не всегда бросается в глаза.

Какая разница, какого ты цвета или национальности, если умеешь работать — то тебе везде рады.

А если ты ленив или труслив, тебя ждёт судьба раба или кадавра.

Удивительная шутка!

Расизм и национализм на Земле уничтожила не борьба за права людей, не ООН или кто-то ещё, а ядерная война, которая просто распылила Землю на атомы!

И, конечно, Великая Система. Теперь решающими факторами являются лишь уровень и характеристики.

Хе-хе, шило на мыло, точно.

— Были тут одни… дикари, — вздыхает Шмель. — Открылся кластер, а внутри — индейцы с копьями и каменными топорами. Начали втирать про какой-то свой великий культ Небесного Ока. Это они так Систему прозвали. А когда их послали по добру, поздорову с этой ересью, так они и напали.

— Вот, а я что говорю, — спорит Ромашка. — Это был «мирный протест». Только с каменными копьями и топорами.

— В общем, неловко получилось, — потирает шею Шмель. — В пылу боя на индейцев наслали пчёл, и те их изжалили. После этого мы уже к себе приняли нормальных новичков, которые появились у их стелы.

— Пчёлы всех до смерти искусали? — интересуюсь я.

На самом деле я так и предполагал, но теперь следует дополнительное подтверждение моих мыслей.

— Угу, — вздыхает парень. — Мы пытались договориться, но они настаивали, чтобы все подчинялись их культу. Что нам оставалось?

— А почему ульев здесь не было, когда мы подходили? — оглядываю я луга внимательным взглядом.

— В случае чего мы их сразу прячем вглубь полиса, — объясняет Шмель. — Это их дом. А пчёлы — такая же важная часть «Сладкой Жизни», как и сами игроки!

— Понятно, — задумчиво говорю я.

— Мы часто переставляем ульи в зависимости от обстоятельств, — продолжает Шмель. — В разных местах получается разный мёд. Есть луговой, а есть сделанный из цветов деревьев в лесу. Тонкостей много, но интересно узнать, что и где получится.

— А сами ульи нужно охранять? Никто из местной фауны не пытался их повредить или разграбить? — вдруг спрашиваю я, касаясь темы местных обитателей.

Всё это кажется мне странным.

Неужели здесь нет никаких хищников? Как вообще «Сладкая Жизнь» доросла до полиса, если каждое испытание для Спарты проходило на грани возможного? А местные, похоже, на войны не тянут. Как им это удалось?

— А зачем охранять? — удивляется Ромашка. — Пчёлы и сами прекрасно справляются с защитой!

— Их укусы очень болезненны, — объясняет Шмель. — В местном лесу обитают медведи ростом под три метра. Но даже они не решаются трогать пчёл. В отличие от Земли, здесь их атаки гораздо смертоноснее.

— Насколько смертоноснее? — интересуюсь я.

— Новичку достаточно пары укусов, а опытному игроку — пары десятков, — говорит Шмель. — Точно сложно сказать. Мы лишь сравнивали с медведями, тестов на людях не проводили.

Вот как получается.

Пчёлы — это ультимативное оружие «Сладкой Жизни». Они в 2–3 раза крупнее своего земного аналога, поэтому выглядят как гигантские шершни.

Для тех, кто боится насекомых, они — настоящий кошмар.

Во время прогулки Шмель и Ромашка поясняют, почему пчёл не используют для расчистки леса от монстров и не создают из них защитный периметр.

Пчела, ужалив цель, умирает. Численность улья восстанавливается гораздо медленнее, чем на Земле. Всё оттого, что самих пчёл в ульях меньше. Поэтому потери тяжелее восстанавливаются.

Система, по-видимому, учла их силу и сделала так, чтобы пчёлы прежде всего могли защищаться от хищников.

А для «Сладкой жизни» они были оружием последнего удара. Потеря большого количества пчёл может поставить под угрозу восстановление всей пасеки.

На каждый улей уходит от недели до месяца, чтобы нарастить достаточное количество «тружеников».

Получается, что полис может использовать свою «стеклянную пушку» не более 10 раз в год, и это при условии, что среди пчёл не будет больших потерь.

Однако в ходе недавних событий, Мышь серьёзно проредило их численность, вынудив руководство полиса отвести всех пчёл обратно на пасеку.

* * *

И теперь потребуется месяц-два, чтобы численность пчёл вернулась к прежнему уровню.

Не совсем то, чего я ожидал, но одна мысль не даёт мне покоя.

А что, если Бобр не так уж добр, как пытается показаться?

Ведь по его приказу спустили пчёл на индейцев, так сказала Ромашка. И у нее нет причин мне лгать в такой мелочи.

Может быть, Лорд-наместник — это не добрый и мудрый старик, за какого он себя выдает. Возможно, все его поведение — не более чем игра на публику?

Стоит мне уйти со своей магией, и что мешает ему устроить «несчастный случай» с моими фалангистами? И обрести таким образом независимость от Спарты?

Конечно, это повлечёт карательную экспедицию с нашей стороны, но ведь у местных будет время подготовиться…

Жизнь в мире Системы делает меня параноиком. Но, говорят, они дольше живут.

Разоружив вооружённые силы, я не лишаю пасечников их главного оружия.

Нет, так дело не пойдёт. Нельзя оставлять старика без гарантий его преданности. Но как хорошо, что у меня уже есть идея, как это обеспечить!

— Ромашка, ты говорила, что всегда хотела выбраться из «Сладкой Жизни»? — интересуюсь я.

— О, да! Я очень хочу! Повидать мир! Новые поселения! Узнать все классы и навыки! — радостно отвечает Ромашка.

— Ой, дура ты, Ромашка, дура, — печально качает головой Шмель. — Надо полис свой развивать, а не шататься по миру как неприкаянный жук.

— То, что ты не понимаешь — твоя беда! Вот и торчи в этой дыре дальше! — возмущённо отвечает Ромашка.

— Дыра знаешь где? Кхм… Неважно, — на последних словах поправляет себя Шмель. — Толку с тобой спорить?

— Вот и правильно! Так бы сразу и сказал! — хмыкает девушка.

— Итак, Ромашка, как Лорд Спарты, я официально предлагаю тебе стать представителем «Сладкой Жизни» в нашем поселении, — протягиваю я руку блондинке. — Будешь заниматься чем хочешь и служить связующим звеном между мной и твоим дедом. Так, на всякий случай.

Ромашка взволнованно прыгает ко мне и крепко обнимает, после чего хватает мою ладонь и начинает её трясти с такой силой, словно может оторвать мне конечность.

— Спасибо! Спасибо! Спасибо! Я вас не подведу! — кричит она.

Шмель остаётся безмолвным, хмуро наблюдая за происходящим.

Похоже, умом он пошёл в своего отца, сразу просекая мои намерения.

Ромашка — не столько связующее звено, сколько заложник.

Как в древности, я забираю с собой члена семьи Бобра, гарантируя таким образом его преданность.

Попробует он что-то выкинуть — внучка может пострадать.

Это не значит, что я планирую ей вредить, так же как и южанам.

Пока нет ни одной причины для этого. Но дополнительная гарантия никогда не бывает лишней!

Таким образом, я избавляю Лорда-Наместника от тяжёлых дум перед сном, не давая ему повода сомневаться — действовать против меня или подчиниться. Можно сказать, пользу человеку принесу.

Интересно, как на это отреагирует сам Бобр.

— И это… спасибо вам, Лорд Шурик, — неожиданно тихо добавляет Ромашка, скрестив руки за спиной.

— За что это? — удивлённо хмыкаю я.

— За всё! — кивает она. — В том числе и за то, что спасли в столовой. Я думала, что стану первой косплейшицей Жанны Д’Арк.

— Не за что. Кто-то ведь должен был остановить, то что там творилось. В конце концов, я стал Лордом не за красивые глаза, — отмахиваюсь я от её слов.

— Кстати… Лорд Шурик, а вы женаты? — осторожно, но любопытно спрашивает Ромашка.

— Ой, мать моя женщина, — хлопает себя по лицу Шмель.

— Ну мало ли! — не унывает Ромашка, — если бы я спросила об этом у командира Малого, ничего подобного не случилось бы.

— Я женат, — улыбаюсь я.

Мордашка девушки заметно грустнеет.

— Лорд Шурик женат трижды, — поясняет догнавшая нас Пирра.

— Как это? — удивляется блондинка.

— У него три жены.

— Ну, если трижды, то не считается! — звонко хихикает Ромашка.

И что мне на это ответить? Всё, что я могу — это пожать плечами.

* * *

— Значит, вот как получается, — задумчиво вздыхает Бобр на мои слова о переезде Ромашки в Спарту.

Девушка уже успела подойти к своему деду за «одобрением».

Ясно, что Лорд-Наместник не рад такому исходу, но сделать что-либо он не в силах. Видно, что старик не хочет насильно удерживать внучку в полисе, тем не менее он осознаёт подтекст этого переезда.

Однако он проявляет дипломатичность и держит хорошую мину при плохой игре.

— У меня будет просьба. Личного характера. Выслушаете, Лорд Шурик? — поднимает взгляд на меня Бобр.

— Отчего бы и не выслушать? — отвечаю я.

— Присмотрите за ней. Ромашка — бойкая, непоседливая, может наломать дров. Здесь, в «Сладкой Жизни», наша семья прикрыла бы её в случае чего, — продолжает Бобр. — А в Спарте… Как бы ни случилось чего. Новый мир не прощает ошибок и требует за них соответствующую плату. Присмотрите, ладно?

— Присмотрю, — соглашаюсь я без колебаний. — В обиду не дам. Составить договор?

— Вашего слова мне достаточно, — отрицательно качает он головой.

— Ах да, всё хотел спросить, — устраиваюсь поудобнее на стуле. — Был ли у вас тут недавно ливень, продолжавшийся несколько дней?

— Как не быть? Был, и ещё какой! Всем пришлось сидеть безвылазно в избах почти полторы недели, — хмыкает Лорд-наместник.

— И ничего больше? — уточняю я удивлённо. — Никаких катастроф или аварий?

— А должны были случиться? — уже поднимает густые брови старик. — Нет, всё было тихо и спокойно. Ливень прошёл, но всю его влагу впитала почва и луга. На следующий день почти и луж не осталось в округе!

Возможно, здесь скрывается какой-то механизм, о котором я не знаю? «Сезон дождей» повредил только тем, кто находился на открытых территориях.

Стоп, но так «Сладкая Жизнь» всё ещё подпадает под этот критерий?

Или же наш ливень был настолько суров из-за того, что и область общая шире, чем «островок» южан. Адаптивность ущерба относительно каждой фракции?

Чёрт, сейчас бы не помешал справочник или энциклопедия от Системы.

Там было бы столько ответов. Но, увы, такого нет.

— А как насчёт болезней? Лихорадка и простуда, неужели они тоже прошли мимо? — спрашиваю я.

— Было это, признаю, — хмыкает Бобр, — но мы их и не заметили. Отвар с мёдом любую болезнь из тела выгоняет, как по мановению волшебной палочки.

— Что за отвар? — настороженно щурю я глаза.

— Ах да, вам же ещё не показывали… Оса, принеси нам отварчик, милая! — кричит Бобр сквозь дверь, откуда доносится ответный крик «Сделаю».

Оказывается, южане сушили травы, а затем из них варили травяной чай. Но удивительно то, что при добавлении мёда обычный травяной чай становится лечебным!

Мёд, вкусный, но не приносящий особых плюсов, обретает целебные свойства в сочетании с местным аналогом чая.

Имя: Лечебный свар

Описание: Если тебе плохо, выпей эту жидкость, и всё пройдёт! Побочный эффект: ты больше ничего не почувствуешь…

— значительно облегчает симптомы лёгких болезней и вирусов

+ 7 к Выносливости

+ 2 к Мудрости

Вот это да, лечебный свар! Это нужно в Спарту, и очень даже срочно! Обсудив этот вопрос с Бобром, мы быстро договариваемся о первой поставке горшков с мёдом.

Так как стекла не было, «Сладкая Жизнь» хранила мёд в больших глиняных горшках.

Взамен Спарта отправит одежду, сшитую Гелей, а также материал для её производства.

Сами же южане сейчас вынуждены обходиться одеждой из шкур животных, либо покупать в Системном магазине «наборы новичка» и перешивать их во что-то приличное. Всё-таки изоляция, кроме безопасности, имеет и свои недостатки.

Именно в момент, когда мы обсуждаем детали ассортимента товаров, которые Бобр хотел бы получить для своего полиса в первую очередь, в кабинет быстрым шагом входит Малой.

— Мой Лорд, это нужно увидеть, — тихо, но настойчиво заявляет он.

— Что произошло? — спрашиваю я.

— Похоже, мы дошли до края земли!

* * *

Дорогие друзья-читатели!

Поздравляем вас с наступающим Новым годом!

Спасибо вам, что следите за нашей историей и её героями, и поддерживаете авторов!

Встретимся в Новом году! Следующая прода — 2 января!

Глава 13

Пахнет солью, йодом, прелыми водорослями и свежестью.

Это первое, что я ощущаю, поднявшись на край скалы, куда привели нас Малой и его разведчики.

Внизу на многие километры вдаль лежит море… Самое настоящее море! Белые, пузырящиеся волны накатывают на каменистый берег, взметаясь всплесками ввысь.

Эхо от их столкновения с камнями слышно даже здесь, на вершине скалы.

И вот, в мире Системы действительно существует море!

Я улыбаюсь, охваченный волнением от этого открытия. Ведь слышать о море от других игроков и увидеть его собственными глазами — это совершенно разные вещи.

Даже отсюда я не в силах разглядеть края этого огромного открытого пространства.

Кажется, словно на водной глади не существует границ, так же как в кластерах! Может ли это быть правдой?

Пока неясно. Но мы определённо это выясним!

Ха-ха, море, без сомнения, является едва ли не сердцем любой цивилизации…

Рыба, водоросли, жемчуг и многое другое! Да и соль, разумеется!

Мы уже добываем её, но не в тех объёмах, которые нам хотелось бы. Да и качество… мы привыкли закрывать не него глаза за неимением лучшего…

А теперь… хо-хо, какие перспективы открываются перед нашими поварами наконец-то!

Уже ради этого стоило добраться до моря.

Однако скалистый берег действительно похож на край света.

Спуститься к воде здесь невозможно ни при каких обстоятельствах. Мокрый и скользкий камень, а и отвесные обрывистые скалы — вот две преграды, которые обрекут любого игрока, который попытается спуститься вниз на неизбежную гибель.

Достаточно только поскользнуться и упасть в ту пенистую пучину под нами, и стихия разобьёт тебя о скалы, как яйцо о камень.

Да и внизу берега, как такового, нет. Скалы отвесно уходят в воду, а перед ними словно клыки чудовища из воды торчат камни, между которыми шипит и пенится вода.

Отплыть от этого берега невозможно.

Вот и выходит, что вроде бы море так близко — рукой подать. Да вот ни черта!

И вправду напоминает край локации, дальше которого просто физически нельзя продвинуться. Может быть, это и есть подобная преграда, которая ограничивает нас в перемещении?

А бескрайнее море — просто красивая иллюзия, чтобы игрокам не упираться в непроходимый купол, каким в древности рисовали «небесную твердь» к которой подвешены звёзды.

Может, и прав Малой, и это действительно «край мира»?

Где-то в вышине орут морские птицы, напоминающие гигантских чаек. Но разглядеть их внимательнее не удаётся.

Кажется, они умышленно держатся на солнечной стороне, оставляя лишь тени на водной глади.

Тем временем я снова окидываю взглядом море и различаю… парус⁈

Достаю подзорную трубу, бесценный артефакт, доставшийся в своё время от Мустафы. До сих пор, хотя через мои руки прошло сотни стартовых предметов, ничего подобного я не видел.

Да, это не обман зрения! Вдоль скалистого берега, разрезая корпусом волны, плывёт настоящий корабль!

Ясно, что это не стальной лайнер и даже не яхта, а обычный парусник, с десятком вёсел по борту. Его контуры напоминают мне древнюю галеру.

Неужели кто-то действительно смог так далеко продвинуться в искусстве кораблестроения?

Кто бы это ни был, он определённо займёт одну из ведущих позиций в борьбе за морское господство.

Это напоминание и для меня: не стоит затягивать с выходом на морской простор.

В противном случае все преимущества могут быть уже разделены между прибрежными фракциями.

— Эй, на корабле! — кричу я, хотя и понимаю, что вряд ли меня услышат.

Мои подчинённые поддерживают мой порыв, начинают энергично махать руками и кричать изо всех сил.

Но всё это напрасно. Шум волн на таком расстоянии заглушает любые звуки. Если силуэт корабля на поверхности моря виден отлично, то наши крохотные фигурки вряд ли заметны на фоне скал.

Корабль идёт вдали от берега, не меняя курса. Похоже, приближаться к берегу они опасаются из за рифов. Кто бы там ни был за капитана, человек это осторожный и разбирающийся в мореплавании.

Я осматриваю окрестности в поисках решения. Мне всё же хочется взглянуть поближе на наших будущих конкурентов. И, возможно, даже установить дипломатические отношения прямо сейчас.

Кто знает, к чему может привести такая встреча?

— Малой, возьми солдат и срубите то дерево. — командую я. — Привлечём их внимание костром.

Солдаты незамедлительно принимаются за дело. Проходит совсем немного времени, и на берегу разгорается пламя, а в небо поднимается густой столб дыма.

Корабль, который до этого неспешно исследовал берег, замедляет ход и после краткой паузы поворачивает в нашу сторону.

Пока он приближается, я внимательно изучаю его очертания: с каждого борта торчит по десять вёсел, а на квадратном парусе гордо красуется огромная буква «А», нарисованная алой краской.

На палубе уже собрались первые моряки, озадаченные источником дыма.

Не доходя до берега на несколько десятков метров, галера спускает на воду небольшую лодку, в которой виднеются фигуры мореходов.

Они осторожно приближаются к пенящемуся берегу, лавируя среди беспощадных волн и мощных брызг.

Шлюпка замирает перед самыми рифами в нескольких десятках метров от берега.

— Приветствую, храбрые мореплаватели! — кричу я, складывая руки в рупор, — Я, Лорд Шурик, правитель Спарты, рад вас видеть! С кем имею честь общаться?

— Приветствую тебя, Лорд Шурик! — раздаётся ответный крик, — Я, Алекс, капитан этого корабля, веду своих моряков из Афин в географическую экспедицию! Это мирная экспедиция и мирный корабль!

Конечно, мирная, хмыкаю я про себя. А то я не вижу у тебя меч на поясе и доспехи у твоих гребцов. Все мореплаватели древности — немного исследователи, немного торговцы и немного пираты. Всё зависит от того, кто им встретится по пути.

— Обнаружили что-то интересное? — интересуюсь я.

— Только скалы и камни! Нет ни одного места для причала! — отвечает Алекс разочарованно.

Хм, получается, что отсюда до Афин нет ни одного спуска к берегу, где можно было бы построить причал или порт?

Если это так, Спарте грозят серьёзные неприятности.

С другой стороны, с чего мне верить ему на слово?

Стал бы я делиться добытой информацией с посторонним, тем более с возможным противником? Конечно же, нет.

— Уважаемый Лорд Шурик! — кричит мне в ответ Алекс, — я правильно услышал, что вы правитель Спарты⁈

— Да, это так! — отвечаю.

— Но как это может быть⁈ — изумляется капитан. — Мне известно, что Спарта находится значительно восточнее! Вы воевали с Краснодаром, верно⁈

— Внеси исправления в свои карты, Алекс! — сообщаю я, — Краснодар теперь принадлежит Спарте и эти земли тоже! В таком случае позволь ответный вопрос!

— Я весь внимание! — отвечает капитан.

Похоже, я его впечатлил. Но при этом не считаю, что раскрыл какую-то секретную информацию.

Весть о падении Краснодара уже наверняка дошла до Афин, видимо, это судно отплыло раньше, чем пришли новости.

А что касается этого берега, то самое время застолбить его и заявить свои права. Пускай высадиться здесь нельзя, но пусть на афинских картах значится, кто здесь хозяин.

— Алекс, проясни один момент! — задаю вопрос, ответ на который я ищу уже давно, — Почему я так непопулярен в Афинах?

Должна же быть причина их неприязни. Вот Алекс, например, общается вполне адекватно, без оскорблений и проклятий, хотя мог бы воспользоваться ситуацией.

Знает ведь, что как мы не можем достать до них, так и они до нас. Идеальный шанс ударить по моему самолюбию.

— Так это известно всем! — кричит Алекс, — В Афинах — демократия! Власть простых игроков! А Спарта всегда слыла тиранией! И ты, Лорд Шурик, следуешь своему историческому прообразу! Афинским лидерам не по душе тираны вроде тебя, а также любые проявления диктатуры!

И вот так всё просто?

Я стал «врагом народа», чтобы на моём фоне афинские правители выглядели в лучшем свете?

Ход мысли гениален! Вот он, Лорд Шурик, ужасный тиран Спарты. А мы — герои Афин, стоим за народ и свободу, в отличие от Спарты, символизирующей рабство и зло.

Интересная стратегия.

Я невольно закатываюсь хохотом, и в этом смехе меня поддерживают все спартанцы.

Ну да, они-то уже ощутили на своих шкурах мою «тиранию» и то каким «деспотом» я стал.

— В таком случае, Алекс, я приглашаю тебя и всю твою команду в Спарту! — говорю я. — Как её Лорд, я гарантирую вашу безопасность! Сможете своими глазами увидеть какой «диктатурой» является моя фракция на самом деле!

— Буду иметь в виду ваши слова, Лорд Шурик, — отвечает Алекс уже более вежливо. Видимо, он осознал разницу в наших статусах.

— Счастливого пути! — говорю я, и на этом наши «переговоры» подходят к концу.

Мы мало чего достигли за это короткое общение. Обменялись парой тайн и разошлись.

Теперь Афины знают о нашем приблизительном местоположении и о том, что мы расширились на юг.

Я, в свою очередь, тоже узнал много интересного. Начнём с того, что Афины обладают достаточно развитой промышленностью, ведь им удалось уже спустить на воду целую галеру!

Это говорит о том, что к выходу в море нам нужно готовиться серьёзно и основательно.

Одна ошибка, немного расслабимся или задержимся, и Афины станут настоящим морским гегемоном.

Без достойного корабля, подобного этой галере, нам в море делать нечего…

Корабль Алекса продолжает своё плавание вдоль берега, а я задумчиво наблюдаю за ним.

— Ладно, пора двигаться дальше. Мы уже насладились видами! — приказываю я, и отряд сразу же трогается с места.

Пора исследовать местность.

* * *

Продвигаясь на юг, мы натыкаемся на горную гряду идущую вдоль берега. Скалы здесь возвышаются почти до самого небосвода в самом прямом смысле слова. Их вершины скрывают облака.

Вдоль гряды растёт густой лес, пробраться сквозь который — настоящее испытание.

Я не рискую отправлять вперёд весь отряд, ограничившись только разведчиками.

Они сообщают, что дальше продвинуться невозможно. Есть вероятность, между скалами имеется какой-то проход или пещера, но явного выхода на другую сторону они не нашли.

Очень похоже, что здесь мы как раз и столкнулись с «краем земли», естественным природным барьером. Пока среди нас не появятся альпинисты с соответствующим снаряжением, штурмовать это направление бессмысленно.

Поняв ситуацию, мы разворачиваемся и движемся в противоположном направлении. Надо исследовать как можно большую территорию вдоль берега — возможно, найдётся что-то интересное.

И действительно, такое место находится!

Двигаясь на север, я замечаю, как склон становится более пологим. Мы идём несколько часов и преодолеваем территорию нескольких кластеров.

Вдруг скалы прорезает узкий проход, практически туннель, ведущий в укромную бухточку.

Словно из какой-то пиратской книжки, я умудряюсь различить окружённый скалами песчаный берег, на который мерно накатывают белоснежные волны.

Похоже на фрагмент из какой-то рекламы туроператора и горячих путёвок на юг…

Мы уже собирались войти в туннель, как вдруг упираемся в границу кластера. Прозрачную, но непроходимую стенку

— Вот же ж черт, — не выдерживает Малой, — Что дальше, Мой Лорд?

Я вздыхаю.

— Пока ничего. Мы закончили на сегодня. Возвращаемся в «Сладкую Жизнь».

Путь в бухту сейчас закрыт, но это временно. Главное, что потенциальная возможность выйти к морю у нас есть, и она вполне достижима.

* * *

На обратном пути нас встречает один из местных «жителей».

А если точнее, то целый, чтоб его, медведь!

Бурый косолапыч развалился ровно посреди тропы, по которой мы двигались.

Заметив нас, он громко втягивает воздух чёрным носом и встаёт на задние лапы, вытягиваясь во весь свой немалый рост.

А вот так он воистину выглядит монструозно.

— Лорд Шурик, нам лучше отступить, пока не поздно, и… — начинает взволнованно говорить Шмель.

Ромашка, бледная как полотно, заканчивает за него.

— И свалить подальше отсюда! — от волнения выкрикивает она мне в самое ухо.

Я лишь головой в ответ.

Бежать? Очень смешно

Имя: Бурый медведь

Уровень: 19

Описание: Если ты у такого мишки съешь кашу, посидишь на стуле и уснёшь в его кровати — то простыми нотациями не отделаешься. Мишка закусит уже тобой!

— Какой же из него получится ковёр на стену… — заворожённо шепчет Пирра.

— Заинтересовалась? — спрашиваю я у воительницы с улыбкой.

— Ещё как! — отвечает она с улыбкой.

— В таком случае, вперёд! Пирра, сразись и принеси нам новый трофей! — шутливо приказываю я, взмахивая рукой.

— Так точно, командир! — столь же дурашливо салютует Пирра и срывается бегом в сторону медведя.

Да, незавидная участь выпала мохнатому…

Впрочем, это целиком и полностью его вина! Не стоило переходить дорогу «важным людям», которые к тому же могут и ткнуть копьём в пушистый зад не раз и не два!

Битва начинается.

Медведь, поняв, что ему противостоит только Пирра, издаёт протяжный рёв и без затей с размаху бьёт её когтистой лапой.

Когти у него с хороший гладиус, между прочим.

Но все усилия косолапого проходят даром. Пирра легко подныривает под удар, нанося ему сразу несколько ударов копьём в бок.

Эти удары не наносят зверю серьёзного урона, но Пирра не унывает.

— Вот это шкурка! — восклицает рыжая.

Фалангисты и разведчики, которые отправились со мной, активно «болеют за нашу».

Ромашка и Шмель молчат, только изумлённо наблюдают за «танцем» воительницы, не в силах поверить, что может существовать настолько мощный боец.

А посмотреть есть на что!

Гибкость Пирры, кажется, растёт с каждым уровнем, а потому она уже способна сравниться с любой олимпийской чемпионкой по гимнастике.

Она уклоняется от каждой атаки медведя с такой грацией, будто в её теле нет ни одной кости.

Медведю приходится приложить всю свою огромную силу, чтобы хоть как-то противостоять ей. Каждый взмах его когтей разрывает воздух и едва не рушит стоящие рядом деревья, но всё равно не достигает цели.

Валькирия уходит от ударов настолько небрежно, словно попросту игнорирует их.

Воительница кружит вокруг монстра, точно нанося уколы в наиболее уязвимые места, такие как подмышки, шея или подбрюшье.

Но стоит отметить невероятную выносливость медведя. Хоть он и уступает в скорости варану на арене Вавилона, его плотная шкура эффективно компенсирует это.

В отличие от варана, который сочетал в себе Ловкость и Силу, медведь оказывается воплощением чистой Выносливости.

Несмотря на многочисленные удары Пирры, он продолжал сражаться, не показывая признаков усталости.

Такой зверюга, что просто загляденье. Если его не использовать как ездовое животное, то обязательно нашлось бы другое применение.

Нужно будет позвать Люси с Краснодарских болот, чтобы она попыталась договориться с этими представителями Системы.

Жаль будет уничтожать таких красивых и могучих животных, пускай и ради безопасности жителей.

Между тем оказывается, что до этого момента Пирра только прощупывала своего противника, определяя его слабые места.

Её движения становятся быстрее почти вдвое, а копьё без промаха жалит зверя в морду!

Особенно достаётся чувствительному носу. Мишка в ответ на уколы обиженно орёт и переходит в оборону, прикрываясь лапами и уже не пытаясь ударить.

А затем неожиданно берёт и… укатывается прочь!

Огромный медведь сворачивается в шар и, поджав задние лапы, кубарем катится вглубь леса.

— Стой, плешивый! Вернись! Дуэль ещё не окончена! — возмущённо кричит Пирра.

В ответ ей доносится лишь рёв удаляющегося медведя…

Мы немного ошарашенно провожаем взглядом эту необычную пару, которая через несколько секунд скрывается в лесу.

— А с ней точно всё будет в порядке? — с беспокойством спрашивает Шмель.

— Не волнуйся, Пирра взрослая девочка, справится, — улыбаюсь я.

И действительно, через двадцать минут, пока мы устроили небольшой привал, возвращается растрёпанная Пирра с грустным выражением на лице.

— Не догнала? — интересуюсь я.

— Не смогла. Он скатился с обрыва, — отвечает она, разочарованно качая головой. — Ну и ну! Это же надо! У нас была дуэль, а он просто свалил! Это совсем не по-медвежьи! Недостойно! Все местные медведи, оказывается, настоящие трусы!

Я ободряюще похлопываю Пирру по плечу и угощаю её королевским сидром.

Всё же технически победа остаётся за моей воительницей!

— Ничего-ничего, будет и у твоего домика коврик, — говорю я Пирре.

— Конечно, будет! — кивает она, удовлетворённо скрестив руки на груди.

Всю дорогу до «Сладкой жизни» наш отряд обсуждает поединок Пирры с медведем.

И только у меня из головы не выходит бухта на морском побережье.

Теперь я точно знаю, на что потрачу следующую «Системную хлопушку»!

Глава 14

Добравшись до «Сладкой Жизни», я объявляю общий сбор.

Мы готовимся к отбытию в Спарту.

Большая часть работы в полисе уже организована, и серьёзных изменений я не планирую. Всё останется как есть с некоторыми оговорками, конечно.

В помощь Лорду-Наместнику Бобру остаётся Колька и его отряд из двадцати фалангистов, а также двадцать валькирий которых я забрал из форпоста Мустафы для набора опыта.

Они займутся расчисткой ближайших кластеров. Уверен, кроме медведей, найдутся и другие достойные соперники.

Если же столкнутся с кем-то слишком сильным, «Сладкая Жизнь» прикроет спину солдатам, вызвав пчёл с ульев.

Главная задача гарнизона — продержаться до подхода основных сил, в случае если какая-либо из границ откроется и к нам вторгнутся войска противника.

Полномочия Кольки достаточно серьёзны. Я предупреждаю Бобра, что в случае введения в полисе «военного положения» вся власть переходит к начальнику гарнизона.

Надеюсь на то, что до этого так и не дойдёт, но для меня это в первую очередь крепость Спарты. И уже потом — пасека Бобра.

Об этом перед отъездом у меня уже состоялся с Колькой «частный разговор».

Я предупреждаю его, чтобы не расслаблялся и смотрел за новыми союзниками в оба. В общем, Колька станет моими ушами и глазами среди южан.

Валькирии заселяются в бывшую казарму местной стражи. Фалангистам такой лафы не обламывается. Казарму им предстоит построить самостоятельно. Впрочем, к такому они привычные.

На опыте того же Кольки это будет уже третья построенная своими руками казарма.

Тем временем загружаются наши телеги. Бобр передаёт мне первую партию мёда, воска и прополиса.

Прополис, как природный эквивалент антибиотиков, особенно ценен.

Он облегчает симптомы болезней средней тяжести, а также может способствовать лечению ран.

На сегодня это один из самых мощных препаратов, которые нам попадались. Наша медицина до сих пор находится на весьма примитивном уровне.

Возможно виной этому то, что мы не сталкивались с серьёзными болезнями или затяжными войнами.

Если солдат не погибал в бою, то его раны постепенно затягивались благодаря природной регенерации, таким образом, простейшие средства, вроде отвара ромашки или вытяжки из подорожника ускоряли процесс.

Что, если очередная война затянется, и победа будет зависеть от способности быстро вернуть раненых в строй?

А лихорадка? Кто вообще мог ожидать подобного?

«Сладкая Жизнь», благодаря лечебным препаратам даже не почувствовали на себе последствий ливня.

Мёд и прополис я планирую передать Лоле и Сквидварду.

Уверен, они смогут приготовить из них что-то эффективное.

Но медицинской составляющей польза новых продуктов не ограничивается

Особенно рассчитываю на Лолу с её навыками в косметологии: возможно, удастся создать новые кремы, мази или что-то подобное. Эксклюзив для Вавилона. Будем в очередной раз будоражить рынок.

Тридцать человек из бывших стражников отправляются со мной для обучения в Краснодаре.

Никаких агрессивных намерений после сдачи полиса они не проявляют.

Так что разоружив их, мы первые сутки продержали бывшую стражу под замком, а затем распустили по домам.

Трое человек из них уже переместились в мир Системы с жёнами или девушками, ещё десять завели отношения здесь.

Правда, вслед за своими супругами решили отправиться не все, так что за эти дни в «Сладкой Жизни» развернулось сразу несколько семейных драм.

Но я был неумолим. Кроме того, я предупредил, что в Краснодар путь женщинам закрыт, так что им предстоит дожидаться своих мужчин в Спарте и воссоединиться с ними только после окончания воинского обучения.

Ещё, в Спарту отправляются пятнадцать молодых мужчин и женщин, включая Ромашку и её подругу Лидию. Они решили перебраться в «столицу», не желая оставаться в «сельской дыре». Это их решение, и я не стану их останавливать.

В общем, «пощипали» мы полис пчеловодов всё равно изрядно.

Лорд-наместник, хотя и ворчал весь остаток дня, не стал препятствовать отъезду своей внучки из «Сладкой Жизни».

«Присмотрите за ней», — напомнил он мне о нашем разговоре в кабинете Лорда. Я планирую придерживаться заключённых договорённостей.

Ведь пока Ромашка довольна Спартой и своим новым статусом, Бобр будет более сговорчивым и лояльным союзником.

Перепроверив ещё раз караван, я киваю самому себе.

— Отправляемся домой! — даю я команду и Пётр делает первый шаг.

А вместе с ним движется и весь отряд сопровождения.

Спарта ждет нас.

* * *

Дорога до родного полиса проходит без происшествий.

Да, были трудности при преодолении кластера дикарей из-за густого леса.

Думаю, пошлю туда отряд кадавров для расчистки тропы на первое время.

После этого будем закладывать до «Сладкой Жизни» полноценную дорогу. Она определённо не помешает!

Если удастся выйти к морю в той бухте, то дорога станет просто необходимостью для подвоза материалов и рабочих.

Ну а затем, едва ли не основной транспортной артерией.

Не будем же мы строить морские суда в Спарте, а затем тащить их волоком по брёвнам.

Хотя это и выполнимо: набрать игроков с высокой Силой и Выносливостью, и они понесут целый корабль на своих могучих плечах!

Но это скорее смешно, чем практично.

Возвращение проходит буднично.

Нас встречают с очередной победой, жители рады присоединению ещё одного полиса к Спарте.

Это всегда означает обогащение спартанцев и появление очередных новинок.

Они совершенно правы! На этот раз в быт вернётся мёд и воск, а ведь мёд — одна из старейших сладостей.

Кто в мире Системы не мечтал о возвращении сахара, шоколада и, конечно же, мёда!

Поэтому, когда встречающие узнают о том, что скрывается внутри нашей добычи, волна восторга чуть ли не оглушает меня.

Всё же я решил раздать мёд в качестве эксперимента прямо в столовой.

У нас уже есть чай, пусть и травяной. Теперь в него можно будет добавить ложечку мёда для сладости.

Добравшись до Поместья Лорда, я вызвал к себе Лолу и Сквидварда, а также ядро нашей «Норы», в виде Ботана и Алисы.

Сам пока обнял Гелю и предложил устроить чаепитие, пока мы ждём вызванных игроков. Мне нужно узнать, были ли какие-то новости в Спарте за моё отсутствие…

— Так что последняя партия больных лихорадкой ещё находится в госпитале, но это скорее наши доктора не хотят с ними расставаться, чтобы наблюдать за процессом выздоровления, — рассказывает мне Геля. — У меня там две кружевницы лежат, так они уже волком воют со скуки, но Сквирдвард неумолим… А ещё часть буйволов оказались буйволицами и теперь у нас есть молоко…

Геля умело подбирает такие новости, из за которых не надо вскакивать и бежать, чтобы решать проблемы. Наоборот, посвящает меня в текущие события и настроения в Спарте.

Она наливает мне травяного отвара из чайника, добавляет туда мёд, и я какое-то время просто наслаждаюсь покоем и уютом.

Как приятно всё-таки возвращаться домой. Эти несколько минут покоя для меня становятся особой наградой за удачно проведённый военный поход.

Жертв нет, мы победили, расширили территорию. Стали сильнее и богаче. Что может быть лучше?

— Мой Лорд, — в дверях появляется шлем фалангиста, — Гражданка Лола и Сквидвард прибыли по вашему поручению.

— Хорошо, сейчас буду, — киваю я, после чего поворачиваюсь к Геле, — Извини, дела…

Иди-иди, сегодня ещё наговоримся, — машет она ладошкой, хитро улыбаясь.

Наше общение с Гелей обычно проходит в ночное время. Днём бывает трудно урвать даже несколько минут.

Зато ночные часы проходят очень насыщенно… Даже и не подумаешь, по тому, какая она скромница днём.

— Наговоримся, это уж точно, — обещаю я ей и выхожу из столовой.

Свои пять минут отдыха я получил. Пора возвращаться к делам.

* * *

У Лолы и Сквирдварда привезённые мною товары вызвали полный восторг.

Если Лолу заинтересовал воск, который можно использовать разными способами в производстве кремов и прочих косметических продуктов, то Сквидварда привлёк нераскрытый потенциал мёда.

Он уже думал о том, как мёд в сочетании с травяным отваром может стать универсальным лекарством.

Сквидвард обещает мне раскрыть все секреты данного продукта, а начать он планирует с создания настойки, которая станет универсальным ответом для любой формы лихорадки.

Настройка технологии производства займёт время, но возможно, в ходе экспериментов Сквидвард откроет ещё какие-то свойства мёда.

Дав добро на испытания, я прощаюсь с ними и иду на встречу с прибывшими учёными, Ботаном и Алисой.

Тут удержаться в рамках формальности не удаётся.

Я обнимаю Алису и чмокаю её в щёку, а Ботану крепко жму руку.

— Как у вас идёт работа? — когда с приветствиями покончено.

— Да всё потихоньку, — отвечает он. — Новая дамба медленно строится, водяные колёса готовятся к установке, новая сидроварка уже заложена вдали от остальных производств, чтобы Мухомор её во второй раз не подорвал. Всё, как обычно.

— А проект с «безумными идеями»? — спрашиваю я. — Есть результаты?

— Да куда они денутся⁈ Идеи текут, мы с Ботаном и остальных их разбираем. Столько там бреда, ты бы знал! Кто-то предложил нам сделать ракету в космос! — прячет лицо Алиса в руках. — Ты представляешь, ракету, чтоб ей пусто было! А как он это обосновал! О, это отдельная сказка: «ставите бочку с сидром под сиденье с игроком, устанавливаете фитиль, поджигаете — профит». Ага, лайфхак, как отправить первого космонавта в стратосферу!

— А на стул посадить Мухомора! — предлагаю я, внося свою лепту в общий хохот.

— Этот точно взлетит, — кивает Ботан.

— Ну, должны же быть и перспективные предложения среди всего этого? — интересуюсь.

— Нет, конечно, есть и такие! — говорит Алиса, — одна девушка умеет делать крафтовую бумагу!

— Это же замечательно! — загораюсь я.

— Да, вот только она делала её… из другой бумаги, — вздыхает Ботан. — Мы экспериментируем с другими материалами, я помню, что в производстве бумаги использовали ткань, причём обязательно ветхую, а не новую. Эксперименты идут, но мы пока только в начале пути…

— Не, останавливайтесь, — даю распоряжение, — автора идеи освободите от других работ и временно прикомандируйте к «Норе». Если нужны ещё люди или мощности — забирайте. Это очень перспективное направление. Есть что-нибудь ещё?

— Есть толковые заявки, но они скорее организационного характера, — отвечает Алиса, — больше похожи на гранты по улучшению производства или различных сфер жизни.

— Подготовь мне по ним отдельный доклад, — говорю, — рассмотрим каждую. Часто, мысля большими масштабами, не замечаешь мелочей. А ведь жизнь большинства людей как раз от этих мелочей и зависит. Как насчёт товаров из «Сладкой жизни»? Успели изучить? Есть идеи?

— Уже успели, — отвечает Ботан. — Мне кажется, что прополис наиболее перспективный. При смешении с мёдом из него получается натуральное лекарство, если мне не изменяет память. Жаль, что спирта у нас нет, могли бы сделать настойку. Но и так он может лечить кожные заболевания, и давать эффект при полосканиях или ингаляциях.

— Ну, ингаляторов у нас пока не предвидится, но давайте работать с тем, что у нас есть, — вздыхаю я. — Может быть, нагревать его на паровой бане…

— В любом случае прополис вместе с мёдом может стать средством борьбы с лихорадкой и другими заболеваниями, — уверяет Ботан. — Жаль только что пациенты заканчиваются… Практически все выздоровели.

— Так, — строго произношу я. — Чтоб никаких мне жертв ради науки. А то я вас знаю, нарочно будете над собой издеваться, чтобы заболеть. И всё для того, чтобы новые лекарства попробовать. Запрещаю. Понятно?

— Чётко и ясно, — Ботан опускает голову.

— А у тебя как дела, Алиса? — обращаюсь я к своей супруге.

— Мне нужен воск. И много воска, — Алиса начинает кружиться вокруг меня, словно маленькая девочка, которая выпрашивает билет на карусель. — С ним можно многое сделать: начать производство свечей, использовать в косметологии, а ещё его можно применять для пропитки ткани, делая её водонепроницаемой!

— Действительно так? — удивляюсь я.

О таком свойстве воска я даже не подумал. Всё время думал только о свечах и кремах, а ведь всё так очевидно!

— Именно так! Между прочим, в куртках из вощёной ткани в Британии ходят аристократы и даже королевская семья. С воском мы сможем начать делать тканевые водонепроницаемые плащи вместо кожаных и меховых, что значительно облегчит жизнь солдатам, — уверенно говорит она, ударяя кулачком по руке. — Более того, можно будет начать делать полноценные навесы от непогоды, шатры и палатки, которые не промокнут.

Это действительно важно, учитывая, что мы уже сталкивались с «сезоном дождей». Не факт, что это был единичный случай. Вероятно, он может повториться.

И хотя жителям поселений в целом ничего не угрожает, для тех, кто в караване, на службе или на постоянной работе, которую нельзя отложить, это серьёзная проблема. Водонепроницаемые палатки, шатры и плащи хотя бы частично смогут уменьшить возможный ущерб.

— Тогда решено, — выхожу я из раздумий. — Возьми этот вопрос под свой личный контроль и курируй его. Обсуди с Гелей. Нам нужен результат как можно скорее.

— Будет сделано! — весело отвечает Алиса, отдавая салют.

— Умница, — шепчу я ей на ухо.

Ботан устремляет взгляд в потолок, делая вид, что обнаружил там что-то очень интересное.

* * *

Том глубоко вдохнул свежий воздух. После «сезона дождей», как назвали недавние ливни, воздух всё ещё ощущался холодным и пронизывающим.

Из-за этого многие жители Спарты заинтересовались обновлением своих гардеробов, обратившись в ателье леди Гели.

И она нашла решение, используя шкуры животных и шерсть, полученную от буйволов и тушканчиков. Хоть её было немного, но партия была экспериментальной.

Получились утеплённые осенние варианты одежды: плотные плащи для мужчин, и накидки для женщин.

Таким образом, девушкам не приходилось полностью отказываться от своих сарафанов. Мужчинам же достаточно было накинуть утеплённый вариант поверх обычной одежды, а при входе в помещение просто снять его и повесить на вешалку.

Спартанцы остались довольны, ведь леди Геля обещала заняться полноценным развитием этого направления. Но это потребует времени, а пока достаточно и такой альтернативы.

Том наблюдал за загрузкой телег для их каравана и задумался, действительно ли ЕГО караван…

— Чего опять задумчивый такой? — раздался знакомый голос с весёлыми нотками сзади.

— Да просто витаю в облаках, — улыбнулся Том, обнимая подошедшую девушку и целуя её в губы.

Это была Мелисса, его супруга. Недавно они узаконили свои отношения и стали полноценной семьёй.

Свадьба была скромной и тихой, но иначе в Спарте сейчас иначе и быть не могло. Мало того что все заняты едва ли не круглые сутки, так и увеселений ещё было не так чтобы много.

Потому проведение праздника в «узком кругу» уже стало некой традицией для спартанцев. Зато уютно, по-домашнему и спокойно, без особых эксцессов.

Больше уже и не встретишь пьяных драк на свадьбе… Сразу придут стражники и дадут по лбу обоим оболтусам.

Удивительно, как повернулась их жизнь, после церемонии принятия в жители полиса.

Том серьёзно продвинулся в отделе гражданина Тохича, да настолько, что ему предложили участие в специальной миссии — строительстве нового Форпоста.

Мелисса была счастлива за него и выразила желание переехать. Это был шаг вперёд!

Том, не будучи дураком, согласился. Теперь он стал, пусть и не единственным, главой целого каравана.

Военным руководителем отряда был лейтенант Кит с двадцатью обученными фалангистами.

Том уже успел с ним познакомиться: толковый мужик и знающий своё дело. Том лишь надеялся, что с Китом будет легко найти общий язык.

Задача Тома и его команды заключалась в построении форпоста к юго-востоку от Спарты, в бывшем кластере автомехаников.

Цель — в плотнее заняться разработкой местных холмов и гор.

Кит уже предоставил краткую сводку о будущем месте пребывания и возможных проблемах, с которыми их караван может столкнуться.

Но Том был уверен, они как-то да справятся! Иначе поставили ли его на такую должность, не имей он нужных навыков? Ну, или хотя бы полезных прикладных знаний?

Тохич поручил Тому изучить рельеф и состав местных руд. А сам гражданин Михалыч, второй человек в Спарте после самого Лорда, утвердил назначение.

Том надеялся, что сможет применить полученные знания на практике.

Мелисса взяла его за руку, приободряя.

— Ну что, господин Наместник, идём? — улыбнулась она.

— Я не Наместник, — слегка покраснел от волнения Том, — сама знаешь, это не новый полис. Это вообще пока совершенно пустое место. Мы всё должны там создать сами. С нуля.

— Мы сможем, — она пожала его ладонь, — я в тебя верю.

Караван ещё только формировался, но Тому уже предстояло проверить список товаров, которые они везут. Это была долгая и трудоёмкая работа.

Работники гражданина Михалыча, ответственные за склады и амбары, были готовы защищать каждую единицу груза, словно алчный дракон своё сокровище. Зато благодаря этому учёт был точным.

Мэри подошла к ним с грустной улыбкой.

— Уже уезжаете? — спросила она, хотя и так было понятно, что караван готов отправиться в любой момент.

Все товары были упакованы, фалангисты терпеливо ожидали у ворот, а новые поселенцы занимали места в повозках.

— Как видишь, — вздохнул Том, обнимая девушку.

Мелисса присоединилась к объятиям.

— Берегите себя там, — вздохнула Мэри. — Вдруг какая чупакабра выйдет из леса!

— Не волнуйся, Кит и его парни нас прикроют, — храбрясь заверила её Мелисса.

— Буду на это надеяться, — улыбнулась Мэри. — Идите уже, целый караван вас ждёт.

— Мы ещё приедем в гости, как только организуем форпост, — пообещал ей Том.

Мэри молча кивнула и долго смотрела им вслед, пока караван покинул ворота Спарты и постепенно скрылся среди деревьев.

— Вы — Мэри? — неожиданно услышала она.

Мэри обернулась и увидела незнакомую девушку в доспехах. Даже не разбираясь в уровнях и других воинских штуках, Мэри ощутила исходящую от неё мощь.

Валькирия, даже стоя неподвижно, выглядела не как обычный человек, а словно хищный зверь.

Тяжёлые доспехи она носила непринуждённее, чем сама Мэри лёгкую льняную тунику.

Она из личной охраны Лорда, сообразила Мэри. Элитное спецподразделение. Говорят, они в одиночку убивают чудовищных монстров. Интересно, что она здесь делает? Может, обозналась?

— Да, я Мэри, — призналась девушка слегка растерянно. — А в чём дело?

— Лорд вызывает вас к себе в Поместье, — ответила валькирия, — прошу следовать за мной.

Это где же она успела набедокурить?

Глава 15

— В таком случае, да начнётся экзамен! — объявляю я, хлопнув в ладоши.

Мэри взволнованно кивает и тут же бросается к ингредиентам, разложенным на кухне, начиная творить свою «магию».

— Охо-хо, она явно не новичок, — уважительно замечает Патрик.

— Заметил отработанные движения? — интересуется Ботан.

— Нет, это я так, для проформы, — смущенно улыбается Патрик.

— Я здесь точно нужна? — качает головой Геля.

— Ой, да ладно тебе, Гелечка! Когда ещё такое увидишь! — парирует Алиса.

Выглядит ситуация и правда как сцена из кулинарного телешоу.

Я решаю промолчать и по собственному впечатлению, выгляжу в составе «жюри» самым умным.

Что же здесь происходит, спросите вы? Всё просто!

Это первая в истории Спарты аттестация на должность главного баристы!

Я ведь не забывал про слова девушки, которая желала организовать собственную кофейню.

Они запали мне в память особенно сильно, поскольку удивительным образом совпали с открытием кофейных зёрен.

Ну… не совсем кофейных. Но это уже стало «государственной тайной», известной из присутствующих одному только Ботану.

Итак, Мэри вызвали в Поместье Лорда, где её уже ждала «приёмная комиссия»: я, Геля и Алиса, Ботан как ходячая энциклопедия, и, к общему удивлению, Патрик как великий «знаток» и любитель кофе.

Как же сомневаться, если из нас всех только Патрик способен отличить медовый раф от тыквенного латте, закрыв глаза и сделав всего лишь глоток? По крайней мере, так он утверждает.

Для экзамена я попросил подготовить партию всевозможных продуктов, которые могут пригодиться в приготовлении напитка.

Это и молоко, и мёд, и сами кофейные зёрна, и даже сидр с медовухой. А то кто его знает?

Есть же кофе с виски, так почему и медовухи туда не плеснуть?

Между тем Мэри действует спокойно, собранно и профессионально. Она начинает с тщательного анализа доступных ингредиентов и осмотра рабочего места.

Затем она просит у меня кофемолку. Несложное механическое приспособление уже изготовили в кузнице для наших нужд в нескольких экземплярах.

Мэри берёт уже смолотый кофейный порошок, и перемалывает его ещё, а затем ещё раз.

Только после этого она удовлетворяется результатом.

— Поскольку кофемашины нет, — поясняет она, — кофе надо смолоть как можно мельче. Ведь заваривать его придётся не горячим паром, а обычным кипятком.

Видно, что девушка волнуется, но её голос звучит твёрдо. Она ставит медную турку на огонь, параллельно на второй плитке подогревая молоко.

Стоит ли описывать работу баристы? Со стороны это больше выглядит на целую серию мелких действий, который со стороны могут показаться в чём-то излишними.

Ведь что может быть проще, обратить кофейные зёрна в порошок и залить кипятком?

Наверное, именно этой причине у меня и не сложились отношения с данным напитком. Такая бурда выходит, м-да…

Но не будем сейчас о моих навыках готовки!

У Мэри с этим всё куда лучше, о чём свидетельствует Патрик, время от времени отмечая очередное её действие важным кивком.

— О, даже так… Интересно-интересно, — произносит он.

Ко мне наклоняется Геля.

— Ты хоть что-то понимаешь, что сейчас происходит? — спрашивает она.

Я с улыбкой наклоняюсь в ответ.

— Ни черта…

— Вот и я о том же, — вздыхает моя супруга, пока Ботан, Алиса и Патрик зорко следят за Мэри.

Проходит одна минута, вторая, третья, а кофе всё ещё нет.

Мэри встряхивает, постукивает, перемешивает…

И лишь спустя добрые десять минут перед каждым из нас появляется по чашке с дымящим напитком.

— Фух, вашему вниманию представляются те сорта кофе, что я смогла приготовить из доступных мне ингредиентов! — гордо выпячивает грудь Мэри.

— Для Лорда Шурика я приготовила капучино, — произносит она с улыбкой. — Крепкий, чтобы придать бодрости для великих дел и изысканный, чтобы побаловать себя в минуты отдыха.

— Тебе даже удалось взбить молоко! Волшебно! — комментирует её слова Патрик.

— Делов-то! Миска с молоком, да венчик в руки и вперёд! — храбрится девушка, — Хорошо хоть, что Система серьёзно облегчает данный процесс. Мне бы в прежней жизни такую Выносливость.

— Гениально! — ликует Патрик.

— Для леди Алисы и Гели я сделала латте. Оно ещё более нежное, чем капучино, а потому должно зайти на «ура» девушкам, — докладывает Мэри, — Господину Ботану я приготовила кофе по-турецки. Классический натуральный вкус, и заряжает как надо! Ничего лишнего.

— Хм, интересно, — кивает ей Ботан, явно удовлетворённый доводами.

— По индивидуальному заданию господина Патрика также был изготовлен медовый раф, — улыбается напоследок девушка, утирая пот со лба. — Приятного аппетита.

— Ну-с, приступим, — даю я сигнал собравшимся «жюри» и мы дружно пробуем получившийся продукт.

— Хм, — красноречиво выдаёт вердикт Ботан с полуулыбкой.

— Вкусненько, — улыбается Алиса, снова пригубив из чашки.

— Достаточно… приятный вкус, — добавляет от себя Геля.

Патрик же… оказывается потерян для нашей вселенной.

— БЕЛЛИСИМО! — не успеваю я и понять, как с парня слетает жилетка, в которую тот был одет, а сам Патрик откидывается на стуле, опустошая свою ёмкость за несколько глотков. — Благодать-то какая!

— Шурик, а Мэри ему галлюциногенов не подсыпала случаем? — с сомнением интересуется Геля. — Может, Иван-чай где раздобыла?

— Вот по нему это вообще не определить, — отвечаю я, — Подозреваю, что это его адекватное состояние.

— А если он выпьет Иван-чай, то выходит, весь сервер схлопнется? — вздрагивает подслушивающая нас Алиса.

— Нельзя такого исключать, — задумчиво говорю я, — Нужно будет предупредить Гидропона, чтобы даже не думал давать что-то с плантации этому кадру, а не то…

— А не то у нас начнётся массовый хиппи фестиваль без нашего же ведома и контроля, — заканчивает за меня Геля.

— Я предупрежу Гидропона касательно этой «проблемы», — пододвигается к нам Ботан, оставив Патрика одного на противоположной стороне стола.

Слова Ботана меня неожиданно настораживают. Иван-чай ведь погиб, и способ его выращивания утерян…

Ведь утерян же⁈

Похоже, пришла пора провести инспекцию нашей плантации.

Внезапную.

Но это после.

Кожевник же нас, похоже, и вовсе не замечает, завалив Мэри десятками комплиментов.

— Браво, моя милая! Как же давно я не ощущал столько жизни и любви в простом напитке! Это чудесно! Нет, даже не так… Это феноменально! — заливается тот соловьём, вовсе не замечая, что остался с голым торсом.

— Меня переполняет благоговение к вашему искусству! Сделайте мне ещё один столь божественную амброзию! Прошу! — театрально протягивает он руку к красной, как мак, Мэри, которая толком и не знает, куда деть взгляд.

После чего она смотрит на нашу компанию из четырёх оставшихся членов жюри, которые опасливо сторонятся Патрика и едва ли не прячутся за мою спину.

Как бы не подхватить у него неведомую заразу или психическое расстройство.

— М-м-м, я так понимаю… Я прошла испытание? — спрашивает Мэри.

— Более чем, — заверяю я её с улыбкой, — Пока можешь потренироваться в Поместье Лорда. Решишь, что тебе нужно из посуды, инструментов и кухонных приборов. Со всеми вопросами обращайся к Алисе. А затем ты действительно сможешь открыть кофейню, только сначала не в Спарте, а в Вавилоне. Что скажешь на такое?

— Спасибо большое! — глаза у девушки округляются, — Я не подведу!

— Можешь сегодня отдыхать. Завтра буду ждать на рабочем месте, — киваю я.

— А как же мой медовый раф⁈ — хнычет Патрик.

Мэри поворачивается ко мне с немым вопросом.

— Этому больше не наливать. Вон как его разнесло с одной кружки, — вздыхаю я.

— Но, Лорд Шурик! — едва ли не плачет Патрик, встав уже ногами на стул и щеголяя мускулатурой.

— И ещё позовите Сквидварда с санитарами! — отдаю я команду двум солдатам у дверей. После чего уже себе под нос добавляю, — Может действительно создать палату для буйных на такой случай…

— Лорд Шурик, не надо в палату! — звучит мольба Патрика. — Я так страдал! Я обрёл счастье!

— Надо Федя, надо! Провериться на предмет захват разума вредоносными духами, — отвечаю я.

Патрик издаёт печальный и душераздирающий вой, полный непонимания.

Но никто его уже никто не слушает.

* * *

В тот же вечер я сижу в своём кабинете, рассматриваю сообщения и глиняные дощечки с отчётами о различных работах в Спарте.

Как я уже упоминал, Кабинет Лорда активно занимается документооборотом полиса, постепенно подчиняя его тлетворной и всесильной бюрократии.

Впрочем, с этим ничего нельзя поделать, поскольку она является как благом, так и проклятием всего человечества.

Из-за высокой нагрузки на министров и их министерства, ежедневные отчёты теперь передаются на материальных носителях, а собрания проводятся либо по моему особому приказу, либо раз в два-три дня.

Работ стало слишком много, чтобы везде успевать контролировать ситуацию.

Да и те процессы, на которые я обращаю особое внимание, вряд ли разрешатся в течение пары дней.

Это касается как водяных колёс и ремонта после сезона дождей, так и исследований «Норы» и внедрения различных идей в производство полиса.

Среди прочих докладов я нахожу сообщение от Кита, который информирует об успешной установке форпоста и начале строительства.

Зачем я организовываю полноценную базу так близко к Спарте?

Всё просто! Теперь форпост в кластере автомехаников станет не только укреплённой точкой против вторжений с северо-востока, но и центром добычи.

С ростом мощностей в самом полисе увеличивается и потребность в руде, камне, древесине и других ресурсах.

Шахты рядом с форпостом Мустафы уже загружены по полной ради обеспечения всех нужд Спарты.

Можно, конечно, улучшить шахту и увеличить количество работников, но тогда наша зависимость от одного единственного центра добычи станет ещё значительнее.

Так или иначе, я не планирую складывать все «яйца» в одну корзинку.

Хотя мы и строим защитные форпосты со всех сторон, но самым опасным направлением остаётся Степь.

в случае военного конфликта форпост Мустафы сразу окажется на передовой.

Такое положение дел неминуемо приведёт к остановке работ в шахтах и каменоломнях в этом кластере.

Я не могу позволить себе такого!

И чтобы предотвратить этот сценарий, я и открываю форпост, почти что на заднем дворе Спарты, в бывшем регионе автомехаников.

Здесь тоже много мест для добычи ресурсов, куда в случае опасности, а можно будет перебросить рабочих, не теряя притока ресурсов для самой Спарты.

И развитие ближайшей округи всё равно неизбежно — рано или поздно придётся это сделать. Ведь не стану же я размещать все грязные производства прямо в Спарте, в сердце своей фракции!

Спасибо, но мне не нужно повторение судьбы Пекина, где из-за загрязнения воздуха без маски или противогаза иногда даже дышать невозможно.

Спарта — ядро моей фракции, и в будущем она должна стать политическим, а возможно, и культурным, и экономическим центром. Хотя это вопрос далёкого будущего, но сейчас достаточно будет трёх форпостов, которые станут защитным кольцом вокруг Спарты.

Правда, с постройкой базы в кластере Салема пока придётся подождать, так как Колька теперь командует гарнизоном в «Сладкой Жизни».

Но ничего, совсем скоро я жду из Краснодара новых подготовленных фалангистов.

Военная машина по штамповке кадров набирает обороты.

В этот момент мои размышления прерывает стук в дверь.

— Войдите, — произношу я, не отрывая взгляда от документа.

— Это я, хочешь капучино? — в дверях появляется Геля с лёгкой улыбкой на губах.

— Почему бы и нет? — откладываю отчёт в сторону и предлагаю супруге присесть. — Разве Мэри не ушла сегодня отпраздновать своё назначение?

— Угу, а потом вернулась, сообщив, что хочет ещё потренироваться перед «первым рабочим днём», — смеётся Геля, аккуратно ставя передо мной дымящуюся кружку.

— Значит, мы — подопытные кролики? — сдувая струйку пара, я пробую напиток.

— Похоже на то, — улыбается Геля, устроившись в кресле рядом с рабочим столом.

«Вкусно», — мелькает у меня в голове.

И это всё.

Я не знаток кофе, что же вы от меня хотите!

Даже на Земле не видел ничего зазорного в том, чтобы утром выпить «три в одном», вместо того чтобы идти в кофейню за «настоящим кофе».

Минуту мы молча наслаждаемся напитком, каждый погружён в свои мысли.

Умиротворяющая тишина в кабинете не создаёт напряжения, а, наоборот, успокаивает и помогает расслабиться.

Видимо, только в компании Гели можно достичь такого эффекта.

Чудо, а не женщина!

— У тебя сегодня много работы? — спрашивает она.

— Не особо, — отвечаю я, — Докладов много, но они в основном несущественны. Работы ещё нигде не закончены, так что пару дней я могу позволить себе слегка расслабиться. А у тебя что, есть какая-то идея?

Геля кивает в ответ на мои слова.

— Не хочешь сходить в театр?

— Театр? — удивляюсь я. С каких пор у нас появился театр?

Амфитеатр, конечно, построен давно и иногда используется для различных собраний.

В основном там проходит учёба новичков, а также различные «инструктажи по пожарной безопасности» и другие подобные мероприятия.

Важная, между прочим, вещь! После появления первых печек-чугунок Рус со своими «безопасниками» потушил восемь пожаров за три дня!

А одну хозяйственную дамочку пришлось отправить на неделю принудительных работ, поскольку ТРИ из восьми пожаров устроила лично она.

Да, Мышь тоже заинтересовалась этим явлением, но никакой склонности к огненной магии не обнаружила.

Исключительно кривые руки.

«Инструктаж по общению с кабанами» тоже проводится. А то один умник, убирая в загоне у Петра, назвал его «страшенной морденью».

Наказание не потребовалось. Парень потом лично извинился перед Петром.

Когда его отмыли от грязи, в которую того втоптал мой верный боевой друг.

Так вот, после фестиваля, организованного Хрюшей, других культурных мероприятий в Спарте не проводилось.

Так что весть о театре застаёт меня врасплох.

— Да, несколько игроков, которые раньше были связаны с искусством, решили возродить традицию театральных постановок, — улыбается Геля. — Кино и телевидения ведь у нас нет, а театр куда старше и не требует особых технических средств. Они стали спорить, с какой пьесы начать… Но всё зашло в тупик.

— Они не пришли к единому мнению? — предполагаю я.

— Можно так сказать, — вздыхает Геля. — Никто так и не смог восстановить ни одну постановку по памяти. Даже из классики. Кусками помнили многие, но вот целиком…

— И как же они вышли из положения? — мне становится любопытно.

Они написали новую пьесу! — гордо хмыкает моя супруга.

— Признайся, ты приложила к этому руку? — догадываюсь я.

— Отчасти, — признаётся она. — Я с детства мечтала о театре, но довелось поработать только костюмером, да и то немного. А здесь мне удалось внести несколько своих идей… Ну и поддержка «на высшем уровне» не помешала, — улыбается она.

— И теперь ты хочешь, чтобы я оценил плоды твоих усилий? — делаю я вывод.

— Ну, да, — кивает она.

— Знаешь… — протягиваю я, откидываясь на спинку стула, — А почему бы и нет?

* * *

Вот так мы с Гелей и оказываемся в первых рядах зрителей на постановке «Ромул и Джулия».

Само название намекает, что вдохновлялись авторы «Ромео и Джульеттой», однако результат ушёл от оригинала достаточно далеко.

Взяв за основу тему любви и разлуки, дальше авторы отправили свою фантазию в свободный полёт.

Новый сюжет, как рассказала Геля, был записан на 50 глиняных табличках. И актёрам, пока они учили роли, пришлось потаскать немало тяжестей.

Репетировали в свободное от работы время, так что только личная инициатива и общий энтузиазм позволили труппе сегодня выступить впервые.

Казалось, в амфитеатре собрался весь полис. Половина, так точно.

По сюжету, парень и девушка из разных полисов знакомятся друг с другом на рынке большого города, в котором сразу узнавался Вавилон.

Согласно законам жанра, наши герои сразу влюбились друг в друга.

«Джулию» играла очень красивая девушка, в которой я узнал одну из жён гарема Браги. Кажется, она в «прошлой жизни» снималась в кино.

Уверен, что завтра она проснётся настоящей «звездой» Спарты. Как бы охрану приставлять не пришлось, чтобы она смогла отбиваться от поклонников.

А «Ромео» оказался один из учеников Тохича. Вряд ли у парня был театральный опыт, но талант точно присутствовал.

Итак, влюблённые нашли друг друга, но между ними встала преграда. Их полисы враждуют и встречаться можно лишь тайно.

Тут сюжет пьесы получает от авторов бодрого пинка и местного колорита.

Лорд одного полиса хочет насильно забрать Джулию в свой гарем, а когда та отказывается, обращает её в рабство и отправляет на болота.

Ромул хочет выкрасть любимую, но недоброжелатели сообщают об их встречах, и того обвиняют в шпионаже и измене.

В этот момент я вижу, что у большинства зрительниц глаза на мокром месте.

Валькирии, которые организованно заняли несколько рядов, рыдают в полном составе.

К счастью, Лорд второго кластера не верит клевете.

Он принимает Ромула в состав своей армии и отправляется в освободительный поход.

Злой Лорд бросает так и не сломленную Джулию на растерзание варанам.

В этот момент появляются освободители в броне, позаимствованной у фалангистов.

Кульминацией становится поединок Ромула с вараном.

Варан вызывает у зрителей полный восторг. Его изображают сразу два человека в едином костюме.

По гордому лицу Гели понятно, что это её дизайнерская идея и к воплощению она тоже приложила руку.

— В глаза, в глаза бей! Ноги подсекай! Неумёха! — перекрывают шум азартные крики Пирры.

Варан был повержен, влюблённые воссоединились, а злого Лорда настигла справедливая кара.

В финале «хороший» Лорд в плаще из волчьего меха венчает счастливую пару и толкает речь о мире, счастье и безопасном завтрашнем дне.

В ответ на мой вопросительный взгляд Геля заливается хохотом и кивает. Забавно оказаться прообразом театрального персонажа.

Хорошо, что положительным героем.

Как только актёры вышли на поклон к зрителям, игроки встали со своих мест, огласив амфитеатр громогласными аплодисментами.

В числе аплодирующих были и я с Гелей. Я признал, что пьеса была сделана на очень высоком уровне, особенно учитывая условия мира Системы.

Заметив Мышь среди зрителей, я машу ей рукой, приглашая подойти.

— Мышь, убедись, что у нашего талантливого коллектива всего хватает, — прошу я. — Передай им мою благодарность и сообщи, что я буду и дальше следить за их успехами.

— Конечно, передам, — довольно кивает магесса.

Ведь как министр образования она отчасти отвечала за этот проект. Так что похвала касается и её.

Сам же я ставлю для себя пометку посмотреть в стеле художественные произведения и вообще книги с Земли.

Быть может, удастся какие-то произведения и сюжеты воспроизвести в полной версии?

Это невероятный шаг вперёд по сравнению с первым фестивалем, в формате шоу талантов.

Подобное следует всячески поощрять и поддерживать!

Я задумался о вложении средств в этот небольшой коллектив, выделив бюджет на реквизит и договорившись с их начальниками, чтобы игроки могли стать полноценными актёрами с зарплатой и программой.

Нужно же развивать культуру в Спарте! И почему бы не таким способом?

Уже на обратном пути к Поместью Лорда, обсуждая пьесу с Гелей, я замечаю у входа ворона с письмом.

Почему-то я заранее не жду от известия ничего хорошего. Иногда отсутствие новостей, это самые хорошие новости.

Развернув свиток, я вчитываюсь в текст сообщения:

В Вавилоне эпидемия и беспорядки. Толпа обвиняет Лорда-Варвара в колдовстве и порче. Поместье в осаде. Держим оборону. Прошу помощи. Третий.

Глава 16

Уже на следующий день я отправляюсь с караваном в Вавилон. Сообщение, переданное Третьим, свидетельствует о трудностях, с которыми столкнулась делегация Спарты в городе.

Тот факт, что именно Третий написал в Спарту, указывает на то, что проблемы в Вавилоне действительно серьёзные и могут угрожать безопасности резиденции и игрокам внутри неё.

Зная Третьего, зря он вызывать помощь не будет. Так что мы выдвигаемся незамедлительно.

На погрузку и экстренные сборы уходит вся ночь.

К счастью, многие товары уже подготовлены. Я рассчитывал двинуться в путь в ближайшую неделю, но обстоятельства поторопили.

С собой я беру 40 солдат, 20 из них — тяжёлая кавалерия Гюнтера. Конечно, я не планирую вступать в конфликт на территории города, но нужно быть готовым ко всему.

А во время перехода через степь именно кавалерия выполняет главную задачу по охране каравана.

Гюнтер, который уже имел опыт сопровождения наших товаров, рассказывал, что степняки даже близко не рискуют показываться, если заметят всадников на кабанах с длинными пиками.

Кроме того, со мной отправляется личная гвардия из двадцати высокоуровневых валькирий, под командованием Пирры.

В общем, к неприятностям я готов.

В отдельной телеге следуют Ботан и Сквидвард.

Третий упомянул о разразившейся эпидемии, следовательно, нужно быть готовыми к тому, что город сейчас — это огромное сборище больных лихорадкой и простудой.

Захваченный мной мёд и прополис будут востребованы среди местных жителей и граждан, которые, вероятно, будут готовы заплатить немалую сумму за лекарство от недуга.

Как говорится, ничего личного — только бизнес.

Кроме того, я захватил новую партию товаров для продажи в Вавилоне.

Это не только сидр, но и новая эксклюзивная коллекция «Патричек» из шкур варанов от нашего главного кожевника.

Алиса также отличилась, создав несколько десятков непромокаемых плащей из пропитанной воском ткани.

Их не так много, и, думаю, они в основном разойдутся на статусные подарки.

Моду на всё спартанское стоит поддерживать.

Кроме того, важно привлечь внимание к имени мастера, ведь так растут и его характеристики, как мы успели выяснить на примере Патрика.

Теперь я рассчитываю на подобный «буст» для Алисы.

Удаётся также прихватить и партию кофе. Совсем небольшую, которую успели доставить из Краснодара перед «сезоном дождей».

Ливень и затопление болот серьёзно навредили росту болотной ягоды, из-за чего наша кофейная индустрия на данный момент замерла.

По их последним сообщениям Майора и Люси, уровень воды постепенно снижается и есть надежда, что со временем он войдёт в норму.

Но это пока не слишком критично в общем контексте ситуации.

Дефицит рождает спрос, так что пусть поначалу предложение будет ограничено.

Кофе на данный момент нужен, опять же, исключительно в целях привлечения внимания к Спарте.

Чем больше о нас будут говорить, тем лучше будут продаваться наши товары.

С подобными мыслями я отправляюсь в путь, во главе каравана.

Дни стремительно сменяют друг друга, и мы даже не замечаем, как уже преодолели всю степь.

Никаких неприятностей в пути не случается. Пару раз на горизонте мелькают наездники, но при попытке наших сопровождающих к ним приблизиться, тех словно ветром сдувает.

Последствия сезона дождей заметны и здесь, хотя, похоже, Степи он пошёл только на пользу.

Вместо иссушенной и пожелтевшей травы и редких кустарников, я вижу зеленеющие и цветущие поля.

Только в некоторых местах наш путь пересекают глубокие промоины, которые приходится объезжать.

Но их уже потихоньку засыпает мелкой степной почвой. Думаю, через пару месяцев здесь будут неприятные участки, вроде «зыбучих песков».

Так что по моему приказу эти места обозначают вбитыми в землю столбами.

Будет интересно проверить моё предположение в будущем.

Вскоре на горизонте мы замечаем очертания Вавилонской Башни. Внешне она нисколько не изменилась.

Вот только внимательнее рассмотрев защитные стены при приближении, мы обнаруживаем множество мелочей, которых раньше не было.

Деревянные надстройки, которые ранее виднелись на каменной стене, сейчас представляли из себя обугленный мусор, что валяется с внешней стороны города.

Тут и там из-за стены поднимаются столбы дыма. Неужели, пожары?

Подъезжая к воротам, я встречаю ту же пару стражников.

— Лорд Спарты! — вздыхает один из них, взволнованно.

Другой бледнеет, словно мел.

«Что могло вызвать такую реакцию?» — думаю я.

— И вам добрый день! Прибыл снова с караваном, привёз новые товары. А вы как? Всё ещё стоите на воротах? — улыбаюсь им.

— Д-да, всё так. Приведите Рашида, сейчас же! — кричит один из стражников в сторону ворот, сжимая копьё.

— Мы тогда двинемся в резиденцию Спарты, — заявляю я, — Пусть Рашид туда сразу и подойдёт.

Я уже командую Петру продолжить движение, как наш путь преграждают оба стражника, направляя острия своих копий в морду кабана.

Пётр возмущённо фыркает, начав бить землю копытом и широко раздувая ноздри.

А кому ещё понравится, когда в него тычут всякими острыми палками?

Вот и Петру подобное отношение явно не по вкусу!

— Это ещё как понимать? — хмуро произношу я, опуская руку на рукоять меча на поясе.

— В-вам не положено заходить внутрь! Мы не можем пустить вас! — заикается стражник, едва сдерживая ужас. — Пожалуйста, остановитесь!

Его напарник безмолвно кивает, подтверждая его слова.

Скосив взгляд вверх, я замечаю сразу десяток стрелков, опасливо поглядывающих в мою сторону.

Луки они не натягивают, но держат в руках и в целом выглядят недружелюбно.

Да что тут, чёрт возьми, случилось вообще⁈

Как-то это не похоже на обычную вальяжность местной городской стражи. И на простое вымогательство взятки тоже не тянет.

— Хм, хорошо, — пожимаю я плечами. — Подождём Рашида.

Не стоит начинать войну с Меджнуном под стенами его города, особенно когда мои люди всё ещё внутри.

Неужели он рассчитывает на это? Провоцирует? Взял заложников? Или здесь что-то иное?

Так сразу и не скажешь, чтоб его!

Теряюсь в догадках

Расстались мы с ним не то чтобы большими друзьями, но и открытой войны между нами нет. Вавилон ведь гордится своим нейтральным статусом.

Спустя десять минут появляется запыхавшийся Рашид, который заметно дёргается, увидев меня.

Словно злого, мать его, духа.

— Что вы тут натворили⁈ — рычит он на стражников. — А ну, отставить тревогу! Хотите проблем на свою голову⁈ Я сам со всем разберусь!

Стражники опасливо косятся на меня, но всё же отступают, позволяя Рашиду пропустить караван за стены города.

— Спасибо, Рашид, — протягиваю я руку мужчине. — Рад видеть тебя в добром здравии.

Он оглядывается по сторонам, затем быстро пожимает мне ладонь.

— Вовремя вы, Лорд Шурик, прибыли в город. Ой, не вовремя, — вздыхает он. — И про здравие… это вы прям в точку.

— Можешь объяснить по-человечески, что здесь происходит? — начинаю раздражаться я. — Одни загадки!

— Поймите, я сейчас разговариваю с вами только благодаря нашей старой дружбе, — опускает голову Рашид. — Если на меня кто-нибудь сейчас доложит, боюсь, у меня будут очень серьёзные проблемы.

— И какого характера проблемы? — спрашиваю напрямую, — А, главное, от кого?

Поняв, что я всё ещё жду ответов, мужчина тяжело вздыхает.

— Идёмте к воротам. Я всё объясню, но в более уединённом месте, — зовёт он за собой.

Мы отходим в небольшую караулку, откуда Рашид выгоняет пару стражников, приказывая проверить лестницу на верхнем ряду стен. Подозреваю, что это место находится неблизко.

После этого, убедившись, что вокруг никого нет, он начинает свой сбивчивый рассказ о ситуации в Вавилоне, которая в последние недели становится всё более и более неспокойной.

И чем дальше, тем хуже.

Катаклизм в виде ливня привёл в город настоящую эпидемию.

Десятки домов, палаток и укрытий были полностью разрушены и затоплены. Целые кварталы, особенно трущобы, ушли под воду. Сотни больных игроков оказались на улицах, лишившись крыши над головой.

И это ещё не всё! Молнии, обрушившиеся с небес, устроили немало паники и разрушили ряд важных построек, включая биржу труда, несколько участков городской стены и некоторые мануфактуры. В общем, ситуация была ужасающей.

Получается, что «сезон дождей» каким-то образом адаптировался к уровню поселения?

Если для «Сладкой Жизни» всё прошло спокойно, то Спарта и Вавилон понесли немалые потери.

Причём Вавилон оказался в особенно тяжёлом положении из-за болезней.

Ну а как иначе? Если игроки ютятся, как сардины в банке, то неудивительно, что распространение заразы достигло чудовищного уровня!

— А почему такое отношение к Спарте-то? — вздыхаю я. — Кажется, мы вообще не имеем отношения к бедам Вавилона.

— Вот тут-то и кроется проблема, — хмуро ухмыляется Рашид. — Кто-то распустил слух, что именно Лорд-Варвар наслал этот катаклизм на город. Ведь вы маг, как недавно стали говорить в Вавилоне. Этот слух укрепился, и теперь все верят, что Спарта наложила проклятие на Вавилон.

— Но это же абсурд! — сжимаю я челюсти от подступающего бешенства.

Нет, ну серьёзно? Винить Спарту в том, что она никак не могла устроить?

Да что за бред!

Мы же не в девятом веке, право слово! Кто в это верить вообще будет!

— К сожалению, это совершенно не важно, — вздыхает Рашид. — Многим игрокам даже негде ночевать. Целые улицы лежат с лихорадкой. Эпидемия — страшная вещь. Люди отчаялись. Они видят во всём происходящем почти конец света. Правители молчат, как никогда раньше. Вот и понадобился людям «козёл отпущения», на кого можно было бы свалить все беды. Сделать мишенью для отчаяния и злобы всех игроков Вавилона.

— И я стал самой удобной «грушей для битья», — догадываюсь я.

— Боюсь, что так… — Рашид кивает. — Сами знаете, толпа неуправляема, и мало ли, что взбредёт ей в голову. Если люди узнают, что я содействую Лорду-Колдуну…

Рашид пытается убедить меня, что идея возникла сама собой и выдумана безумными и отчаявшимися людьми, но мне в это не слишком верится.

«Если звёзды зажигают, значит, это кому-нибудь нужно…».

Слишком это похоже на очередной план по устранению конкурента.

Возможно, кто-то в Вавилоне решил сыграть хорошую мину при плохой игре. Город понёс страшные убытки, и кому-то нужно было за это ответить.

Но ведь не станут же винить саму Систему? Вдруг она ответит? И хотя Система может не сразу реагировать, вряд ли она отличается забывчивостью.

Поэтому проще перевести стрелки на «внешнего врага».

Многим в Вавилоне возвышение Спарты не по нраву.

Мы изрядно вправили мозги работорговцам, которые чувствовали свою безнаказанность в городе и потоптались на причиндалах у коррумпированных чиновников, которые кормились с руки у Краснодара.

Ведь не зря «мишенью» оказалась Спарта.

Не Афины, не Рим или Москва, а именно Спарта. Та самая заноза в заднице для Лорда Вавилона, которая осмелилась бросить ему вызов за лидерство в Степи.

И, если это действительно спланированная акция…

Хорошо сыграно, надо признать. Как коварно и продуманно!

— Вас сейчас в городе считают злым колдуном, проклявшим Вавилон, — продолжает Рашид. — Вам и вашим подчинённым опасно находиться в городе. Даже резиденция сейчас почти в осадном положении. За умеренную плату я могу помочь вашим людям выбраться из города. И проведу вас так, чтобы стражники не заметили. Товары, увы, вывезти не удастся, но игроков спасти смогу! Переждите бурю в безопасном месте, а потом вернитесь!

Бегство?

Для меня это едва ли не смертельный удар.

Вавилон — важнейшая точка сбыта наших товаров. Без него не будет полноценного притока Е-баллов, что значительно замедлит развитие Спарты. А если это произойдёт, «город свободы» останется безусловным лидером.

И если для Вавилона это благо, то для Спарты такой исход может стать приговором. Тьма не дремлет, как и Афины.

Рано или поздно они решатся напасть на Спарту. И тогда тому же Лорду Меджнуну ничего не помешает прихлопнуть меня.

Я не забыл присутствие «Чёрной стражи» в войске Браги.

Базальт определённо ждал, на чьей стороне будет перевес в силах. Своим неожиданным появлением на поле боя и ударом в спину войскам Краснодара мы смешали им карты.

Но остались бы они в стороне, если бы Брага сжёг Форпост и осадил Спарту?

Сомневаюсь.

Не для того они приходили.

Самое ценное сейчас — это время. Чем быстрее Спарта догонит Вавилон, тем больше у нас шансов на победу.

Если мы потеряем рынок в Вавилоне, придётся искать ресурсы где-то ещё. А это требует времени, которого у нас и так мало!

Рынок жизненно важен для нас.

Валить из города — не вариант. Эвакуировать всех — также.

Если уйдём, это может стать началом конца для всего полиса. Может быть не сегодня и не завтра, но через пару месяцев — вполне вероятно…

— Спасибо за предупреждение, Рашид, — улыбаюсь я. — Будь уверен, я запомню твою помощь.

— Лорд Шурик, только не говорите мне, что вы действительно войдёте в город? — вздрагивает Рашид.

Я молча киваю в ответ.

* * *

— Валите отсюда, псы шелудивые!

— Да, прочь из города!

— Пошёл прочь, колдун ебу…!

— Я вас поимённо всех запомнил! Каждому пропишу перо под ребро!

Стоит каравану войти в город, как на нас сразу же наседает возмущённая толпа.

И как только узнали?

Быть может, кто-то из стражников сообщил о том, что мы прибыли в Вавилон?

Или у бунтующей толпы есть свои наблюдатели на воротах?

Вполне возможно, что так и есть, думаю я, хмуро восседая на Петре и глядя на яростные лица игроков.

Они, словно волна, наседают на караван, пытаясь пробиться ко мне или к телегам. Сколько же здесь человек? Сто? Двести?

Оружия у них нет, доспехов тоже. Все они одеты в рваньё и уровнями не дотягивают даже до самого слабого из работников в нашем караване.

Но их количество становится проблемой. Словно тот поток, который способен сломать плотину.

Фалангисты держат стену щитов между нами, а кабаны своим поведением отпугивают наиболее смелых. Несколько игроков уже пострадали от их клыков.

Всё-таки, они не самые добродушные животинки, и к ним стараются не приближаться.

Согласно договору, который Система устанавливает на входе в город, мы не может причинять его жителям. Но, похоже, укусы рассерженных зверушек в эту категорию не входят.

Кабаны-то ничего не подписывали! А мы не отдаём им никаких приказов к атаке. Они сами реагируют на зарвавшихся игроков.

Вдруг мимо моей головы пролетает камень, а за ним — второй.

Блокирую их телекинезом, что лишь провоцирует толпу на новый всплеск ярости.

— Нет, ну вы видели⁈ Видели⁈

— А я говорил, что он колдун ебу…!

— А ну, сними проклятие, гад такой!

— Айда загасим его! И проклятие спадёт!

— Да-а-а-а-а-а!

Толпа игроков наваливается на стену щитов.

— Сомкнуть щиты! Держать строй! — рычу я, и за мной повторяют командиры фалангистов. — Не поддаваться на провокацию!

Тяжёлая кавалерия под командованием Гюнтера прокладывает нам путь, фалангисты прикрывают тыл, в то время как валькирии защищают телеги и товар, находящиеся в центре построения.

Беснующиеся игроки снова и снова пытаются прорваться ко мне, но безуспешно. Уровень моих солдат и их подготовка значительно выше, чем у простых жителей Вавилона.

От летающих снарядов я укрываю своих людей небольшим куполом. Вокруг слишком много игроков, и даже один небольшой камень, брошенный в лицо, может нанести серьёзный урон.

Особенно если камень бросает не новичок.

Мало ли, кто может затесаться в толпе. Один удачный выстрел из чего-то убойного, и Спарта может лишиться своего правителя, а последствия можно будет потом списать на любого несчастного, которого схватят как «виноватого».

Мне, при наличии «духовного доспеха», это не грозит, но только об этом мало кто знает. И ни к чему мне светить свои козыри.

Стража, мелькающая здесь и там, совершенно не реагирует на беспорядки, что убеждает меня в том, что в этом проклятом царстве не всё так просто.

Опасаются толпы или имеют прямой приказ не вмешиваться?

Между тем проталкиваясь сквозь толпу, мы достигаем площади перед нашей резиденцией. И она действительно выглядит, будто находится в осаде.

Сотни игроков собрались здесь, и, увидев нас, особенно меня, они сходят с ума.

— Лорд-Колдун, пошёл прочь!

— Лорд-Колдун, пошёл прочь!

— Лорд-Колдун, пошёл прочь!

— Лорд-Колдун, пошёл прочь!

Толпа скандирует одно и то же, присоединяясь к тем, кто пытается прорваться к каравану.

Давление на фалангистов значительно возрастает, поскольку каждому из них теперь приходится выдерживать натиск трёх или даже большего числа игроков.

Стена из людей подавляет своим количеством, но бойцы всё равно стойко держатся.

Преодолеть всю эту массу людей нам удаётся только за полчаса. Тридцать минут, чтобы пройти одну-единственную площадь. Мы проталкиваемся сквозь неё, словно через густую и вязкую жидкость.

Когда ворота резиденции наконец открываются, и мы заходим внутрь, прикрывая путь за собой стеной щитов, мне удаётся вздохнуть полной грудью.

Возмущённая толпа остаётся снаружи, а мы снова оказываемся в безопасности.

Относительной.

— Разгружайтесь пока, — командую я Гюнтеру и остальным. — А я пойду поговорю с ребятами.

Тем временем я слезаю с раздражённого всеми этими выкриками Петра, который не перестаёт возмущённо фыркать. Словно он принял все эти обзывательства толпы на свой счёт.

— Не беспокойся, Петя, мы ещё потребуем с них компенсацию за нанесённый тебе моральный ущерб, — усмехаюсь я, а Петр в ответ довольно толкает меня своей мордой.

Ему явно пришлись по душе мои слова.

* * *

— Итак, рассказывайте, как вы докатились до такой жизни? — обращаюсь я к собравшемуся в кабинете на третьем этаже трио.

Здесь сидят Хрюша, Богучаров и Третий, все с кислыми минами на физиономиях.

Значит, ситуация и вправду хреновая. Хотя это и без того заметно.

Богучаров начинает рассказ:

— Началось вся эта свистопляска ещё до самого катаклизма…

Подозрительная активность стала заметна ещё до «сезона дождей».

Возмущённые игроки стали появляться у входа в салон красоты и у ночного клуба, утверждая, что они отвлекают настоящих жителей Вавилона от строительства Башни.

Их было немного, но они привлекли внимание.

После этого случился катаклизм, который включал не только ливень, но и мощный ураган и грозу с молниями.

Были даже многочисленные пожары, которые в богатых кварталах тушила стража, а в бедных они погасли сами, когда нечему стало гореть.

Многие игроки остались без домов, из-за чего власти начали строительство палаточных лагерей в среднем кольце города, так как нижнее оказалось серьёзно подтоплено.

Затем последовала лихорадка, которая быстро распространилась по новым лагерям, превратив их в источники заразы.

Тут-то внезапно и пошёл слух о том, что именно Спарта является виновников случившегося.

Третий пытался найти источник слухов, но у него просто не хватило на это времени.

Ведь на него легли все заботы по обеспечению безопасности нашей миссии в Вавилоне.

В итоге пришлось закрыть салон красоты и ночной клуб, поскольку толпа, кричащая о «колдунстве», становилась всё агрессивнее.

Дошло даже до того, что жители Вавилона напали на центр найма валькирий, который организовали сочувствующие жительницы и гражданки после победы Пирры, и разгромили его.

К счастью, Третий успел всех эвакуировать.

Теперь в резиденции обитают как персонал ночного клуба, так и пятнадцать девушек-добровольцев, желающих стать воительницами.

Я отправляю к ним Пирру, чтобы она лично оценила их навыки и потенциал, а также определила их шансы стать её «боевыми подругами».

— Третий, у тебя есть какие-нибудь догадки, кто мог стоять за всем этим? — спрашиваю я. — Всё развивается уж слишком странно.

Третий молча пожимает плечами. Затем, вспомнив о чём-то, достаёт из-за пазухи небольшой лист пергамента и кладёт его передо мной на стол.

На листе изображён плакат с «Лордом-Колдуном» — мной!

Кто бы мог сомневаться!

Я изображён в плаще из волчьей шкуры на плечах и с головой волка вместо человеческой, злобно раскрывшим пасть над Вавилоном.

Из моих когтей на город летят молнии, а слюна из пасти превращается в ливень, который затопил Вавилон и унёс жизни десятков игроков.

Неизвестный художник даже нарисовал крохотные фигурки, которые в муках корчатся и тонут в лужах, да какое там… в целом море воды.

Вот же умора!

— Они висят едва ли не на каждой улице, — поясняет Третий.

Я прекрасно помню, сколько стоят в Вавилоне услуги типографии. Сам заказывал там листовки перед поединком Пирры на арене.

У той бедноты, что сейчас толкается на улице перед нашей резиденцией, таких денег просто нет. Более того, они никогда в жизни не увидят подобной суммы.

Мне окончательно становится ясно, что всё происходящее — это грамотно продуманная кампания против Спарты.

Заговор, цель которого — выжить нас из Вавилона.

Глава 17

Мэри судорожно протирала кружку полотенцем.

Уже пятнадцать минут подряд!

Кто, чёрт возьми, говорил, что это успокаивает и помогает сосредоточиться на своих мыслях?

Какой-то бармен или бариста, наверное. Руки бы ему оторвать за такую наглую ложь!

Почему-то она никак успокоиться не может!

Передёрнув плечами, она вдруг захотела что-нибудь шарахнуть о стену.

Да вот незадача. Ничего своего у неё под руками не было, а ломать чужое она считала неправильным и неприличным.

Да и вообще, Мэри теперь была не в Спарте, а в Вавилоне.

И вот надо же было ей нарваться на Лорда в коридоре Поместья в день отправления!

«Едешь с нами, может, наберёшь себе в большом городе будущих подчинённых», — так лорд Шурик прокомментировал её участие в караване.

Ни слова о том, готова ли она, ни вопросов о том, нравится ли ей такая идея.

Р-раз, ноги в руки и погнали!

А теперь уже пятый день она находится в состоянии шока, не понимая, что происходит вокруг.

В пути всегда много работы: принеси, подай, сделай. Солдаты были заняты охраной каравана, поэтому ей вместе с другими гражданскими приходилось помогать — ставить палатки, кормить кабанов, готовить обед и ужин.

Она надеялась, что хотя бы в Вавилоне сможет передохнуть.

Но и здесь ей не повезло. В городе бунт и эпидемия, а всех, кто из Спарты ненавидят.

Блестяще! Если бы не щиты и магия Лорда Шурика, Мэри давно бы получила камнем в лоб.

Не таким она себе представляла Вавилон. Думала, что это едва ли не центр местной цивилизации.

В Спарте никто бы не допустил подобного безобразия. В этом Мэри была уверена.

Если говорить по правде, то Мэри ужасно испугалась.

Чтобы хоть как-то справиться с ситуацией, она решила заварить кофе.

Ведь это единственное, что Мэри умеет делать по-настоящему хорошо.

Найти кухню на втором этаже было несложно, так же как и забрать пакет с кофейными зёрнами из каравана.

Мэри принялась за свою работу с особым рвением, стараясь не чувствовать себя песчинкой на фоне песчаной бури.

Ведь, как говорится, если умеешь что-то делать хорошо, делай это ещё лучше!

Неудивительно, что её попытки забыться привлекли чрезмерное внимание.

Точнее, внимание привлекла не сама Мэри, а продукт в её руках. Кофе оказался настоящим магнитом, аромат которого приманил едва ли не половину резиденции!

Первым пришёл некто Богучаров, который тут же начал заливаться соловьём.

— Я тут самый главный, так что держись рядом, и не пропадёшь, — заявил он, забирая кружку с американо.

Сделав глоток, он взглянул на Мэри пылким взглядом и внезапно предложил:

— Стань моей секретаршей! А лучше — личной помощницей!

Бариста решительно помотала головой. Свою нынешнюю должность она получила от Лорда Шурика и сомневалась, что в Спарте есть кто-то главнее его.

К тому же ей нравилась своя профессия, а про судьбу всяких «личных помощниц» она успела наслушаться и в прежней жизни.

Не в кофе состояла их работа… совсем не в кофе.

В расстроенных чувствах мужчина оставил Мэри в покое. Вот только недолго ей удалось насладиться тишиной.

Второй гость скоро появился, безмолвно усевшись за барную стойку и выжидательно глядя на Мэри.

— Эм, вы за кофе? — неуверенно спросила она.

Мужчина медленно кивнул, вызвав у Мэри желание приложить его чем-то тяжёлым, но разум удержал её от таких действий.

Ведь рядом с Лордом Шуриком простых людей быть не могло, особенно среди тех, кому он доверил Вавилон в качестве зоны ответственности.

Подав эспрессо мужчине, Мэри молча наблюдала за тем, как он аккуратно сделал глоток, сощурился, кивнул своим мыслям и также молча ушёл, забрав кружку с собой.

— Даже спасибо не сказал, — проворчала она.

За посетителем на кухню ворвалась группа из пятерых женщин, которые словно волна нахлынули на бедную Мэри.

И, стоит отметить, Мэри предпочла бы возвращение прежнего тихушника!

Размеренная тишина была ей гораздо ближе, чем встреча с роем незнакомок, которые пытались общаться с ней, перебивая друг друга, как стая сорок.

— О, да ты из Спарты!

— А какой кофе умеешь заваривать?

— А какая она, Спарта?

— А там у каждого во дворе свой кабан?

— Тебя не угнетают в Спарте? Как там НА САМОМ ДЕЛЕ с правами женщин?

— А можно себе такого же взять, как Пётр? Он слишком милый!

— Эй, Петр на весь мир один такой!

— Вот-вот! Не чета каким-то буйволам!

— Так как насчёт кофе?

Голова Мэри едва ли не пошла кругом от такого наплыва вопросов, но она мерно влилась в этот галдёж, выдавая каждой женщине по кружке кофе.

И женщины моментально переключились на напиток, постепенно снижая общий уровень шума.

«Вот так!» — подумала Мэри, — «Если у них во рту будет что-то, они замолчат!»

Да, звучит грубо, но это рабочий метод.

От этих активисток-феминисток, которые, как она узнала от них же, агитировали местных девушек вступать в ряды «валькирий», у Мэри зарябило в глазах.

Она точно была уверена, что их пять. В следующую минуту их оказалось шесть. Потом снова пять…

Лишь присмотревшись опытным взглядом бывшей официантки, привыкшей замечать тех посетителей, кто готов смыться не заплатив, она заметила в стайке активисток девушку восточной внешности, словно растворившуюся на их фоне.

После их ухода у Мэри исчезло шесть кружек, венчик, кофемолка и десяток чайных ложечек.

Пока она растерянно разводила руками, на кухне вновь возник прежний тихушник.

Словно фокусник из рукава, он извлёк из ниоткуда пропавшие предметы, выложил их на столешницу и молча удалился.

Дурдом. Сущий дурдом!

Уже через несколько минут на кухню ворвалась стайка высоких и фигуристых девушек, одетых не то, чтобы легко…

В общем, количество ткани, которое пошло бы на наряд обычного человека, в их случае разделили на восьмерых.

— Вы тоже феминистки? — поинтересовалась Мэри ради поддержания беседы.

— Как тебе сказать, милая, — ответила одна из них, — скорее наоборот!

И девицы разразились хохотом.

— Латте? — чуть смутившись, предложила им девушка.

— Карамельный? — защебетали девушки, — а можно ванильный? Или тыквенный?

— Есть только медовый…

— Мммм… медовый… — зачмокали они так, что Мэри снова стало неловко.

— Никакого мёда, никакого сахара! — через их стаю непринуждённо протолкался удивительный субъект. — Помните о фигурах, мои птички! А вот мне можно и медовый! — сообщил он Мэри.

Голову субъекта венчала пышная афро причёска, лицо заросло пышными бакенбардами, а одет он был в кожаный пиджак, причём, похоже, из кожи варана.

— А кто они? — шёпотом спросила она у мужчины про полураздетых девиц, — откуда они в представительстве Спарты?

— О-о-о, это знаменитые танцовщицы экзотических танцев! — заявил мужчина, попробовав кофе, — а у тебя, звезда моя, несомненный талант! Иди к нам в ночной клуб «Незабудка» и я сделаю из тебя звезду!

— Спасибо, я уж как-нибудь сама, — вздохнула Мэри.

Рядом с Лордом Шуриком нет простых людей… Вокруг него собираются одни психи!

— Так, а ты кто такая⁈ — вошедшая девушка принялась с порога отчитывать Мэри. — Почему я тебя раньше никогда не видела⁈

Выглядела она так, словно целые сутки провела в косметическом салоне, а её шёлковое платье изо всех сил пыталось подать свою владелицу в самом выгодном свете.

— Я вас тоже раньше никогда не видела, — парировала Мэри, — Вы одна из танцовщиц?

— Я-а-а-а⁉ — задохнулась от возмущения женщина, — я леди Хрюша, жена Лорда Шурика!

М-да, неувязочка!

— Вам сделать капучино? — произнесла Мэри фразу, которая по опыту сегодняшнего дня успокаивала любую агрессию. — Извините, я прибыла с караваном и никого не знаю.

Леди Хрюша потянула носом.

— Сделай, — смилостивилась она, — в конце концов, ты здесь новенькая, так что я тебя прощаю.

Лицо следующей посетительницы было скрыто капюшоном, но от количества перстней и браслетов на запястьях слепило глаза.

— Вы тоже жена Лорда Шурика? — уточнила Мэри.

— Я Властительница Вавилона! — возмутилась та, скидывая капюшон.

— Двойной раф для Властительницы, — вздохнула Мэри, — вам мёд добавлять, Ваше Величество?

— Мёд⁈ Добавляй!

Но это всё были мелочи по сравнению с тем, что последовало далее. После всех этих посетителей в кухню зашёл… зомби! Настоящий, черт побери, зомби! Зеленовато-белая кожа, гниль, капающая на пол, оторванная наполовину челюсть. И кровь… много крови.

Мэри, побледнев, вцепилась в барную стойку, искала, чем приложить этого урода, как вдруг из-за спины зомби раздался мужской хохот.

Зомби вдруг превратился в самого обыкновенного мужчину с лицом, неосознанно вызывающим доверие. Из за его спины, хохоча, вывалился второй, неуловимо похожий на первого, только значительно моложе.

— Ну и личико у тебя было! Ты бы видела! — воскликнул молодой.

Старший мужчина хмуро посмотрел на своего приятеля, после чего ловко залепил ему подзатыльник

— Прошу прощения за этого оболтуса, — вздохнул мужчина, обращаясь к Мэри с вежливой улыбкой, — он иногда любит придуриваться, создавая иллюзии, не спрашивая разрешения.

— Н-ничего страшного, — улыбнулась Мэри, — желаете кофе?

Наконец-то кто-то нормальный в этом доме!

Мужчины синхронно кивнули и сели за барную стойку. Мэри моментально вернулась к работе.

— А чем вы занимаетесь? — спросила она у презентабельного мужчины, который в этот момент поправлял свою рубашку.

— Я…

В это время в дверях появилась голова Богучарова:

— Мэри, милая, ты подумала о моём предложении? — Но не успел он закончить, как раздался крик Мэри:

— Я не буду работать стриптизершей! Нет и точка!

Мужчины ошарашенно посмотрели на Богучарова, который также был удивлён таким ответом.

— Кхм, зайду позже тогда, — смущённо произнёс он, уходя в коридор.

— Я выполняю поручения Лорда Шурика, — получив кофе, пояснил мужчина.

— Даже так… — улыбнулась Мэри, на что мужчина ответил вежливой полуулыбкой, — А можно узнать подробности?

— Конечно.

— Ой, началось, — простонал молодой коллега, пряча лицо в руках.

Но Мэри было наплевать на него. У неё впервые за долгое время появился адекватный собеседник, и она совершенно не собиралась его отпускать!

* * *

Я сидел в своём кабинете, попивая свежесваренный кофе, когда в помещение вошла фигура в плаще. Внутрь её провела Пирра, которая послушно кивнула мне и оставила нас наедине.

— Давно не виделись, — улыбаюсь я.

— И вправду, — отвечает гостья, снимая с себя капюшон.

Мэнфи проскользнула к нам в резиденцию под видом служанки. Я послал ей письмо с Пиррой, чтобы она навестила меня.

Ведь всё происходящее в той или иной степени затрагивает и Мэнфи. Мы союзники, а потому ослабление Спарты означает ослабление сестры Меджнуна.

— Как добралась? — интересуюсь я, предлагая ей присесть.

— Непросто, но справилась, — вздыхает девушка, поднося кружку с кофе ко рту. Похоже, она также заглянула по пути к нашей бариста.

— Как тебе напиток? — спрашиваю я.

— Очень даже хорошо, — отвечает Мэнфи. — Правда, меня спутали с одной из твоих жён.

— Хрюша не удивилась этому? — смеюсь я.

— Ей повезло меньше, — ухмыляется Мэнфи, — её приняли за стриптизёршу! Не завидую, твоей бариста.

— Пока она варит такой вкусный кофе, ей простят что угодно, — отвечаю на полном серьёзе.

— Я волновалась… — вздыхает Мэнфи, возвращаясь к главной теме встречи.

— А я за тебя, — торжественно заявляю я в ответ.

И оба понимаем, что здесь главенствует холодный рассудок. Для Мэнфи я — «свой». Если я погибну, как и Спарта, она потеряет гораздо больше, чем может себе позволить.

Не говоря уже о том, что вместе со мной она потеряет и товары, которые мы предлагаем. Среди прочего и Королевский Сидр, доставку которого теперь сложно осуществить для элиты города.

И Мэнфи уже неделю живёт «всухую», как и остальные приближённые к ней граждане Вавилона.

Ведь отказаться от привычных удовольствий совсем не просто…

Между тем Мэнфи рассказывает мне о ситуации с их стороны, о том, как верхушка Вавилона воспринимает эпидемию.

Для граждан вспышка болезней прошла относительно легко и незаметно. Обеспеченным игрокам всего-то потребовалось полежать в своих комфортабельных дворцах пару деньков, и обильно питаться.

Не говоря уже о том, что для них вызвать полноценного целителя для планомерного осмотра не составило особого труда. Е-баллы решают любую проблему, как на это не посмотри!

А вот ситуация в городе среди простого люда сейчас неразрешима. Просто вот так!

Текущими силами Вавилона её не решить. Лечить бедняков дорого и сложно, а полноценных лекарств нет. Предоставить всем достаточное количество еды, питья и комфорта невозможно.

Это напоминает сказку: «а вот если бы у каждого бездомного был дом». Сейчас ситуация похожа. Лорд не в состоянии помочь беднякам, ему просто не хватает ресурсов, как людских, так и материальных.

Кстати, о Меджнуне…

— Ты не знаешь, кто мог быть автором этого? — я протягиваю Мэнфи листовку с карикатурным изображением себя.

Девушка бросает на листок мимолётный взгляд, после чего вздыхает.

— Я не знаю имён, — объясняет она, — но в верхах города решили сделать Лорда-Варвара козлом отпущения. Говорят, что идея возникла в толпе сама, и её решили поддержать. Им нужно было направить гнев и отчаяние игроков куда-то. Спарта стала удобной мишенью. На совете министров, как говорят, было принято это решение. Лорд Меджнун не принимал в нём участие, так как до недавнего времени он болел Лихорадкой.

— Получается, виноват не твой брат, а кто-то из министров? — удивляюсь я.

Я был уверен, что за всем этим стоят Меджнун…

— Я так думаю, — кивает Мэнфи, — Среди них хватает твоих недоброжелателей. Особенно министр торговли и продовольствия, у которого с тобой уже были разногласия из-за Лорда Браги.

— Как интересно, — задумчиво говорю я, потирая подбородок, — Но если это не официальная позиция властей Вавилона, значит её можно и изменить?

— Можно сказать и так, — соглашается девушка, — Среди министров есть те, кто не хочет терять такого торгового партнёра, как Спарта. Можно сказать, они зависимы от ваших товаров.

Моя улыбка становится ярче. Это определённо приятная новость.

— В таком случае Спарта поможет вашему городу решить проблему с эпидемией. Не бесплатно, конечно. Но, думаю, это будет выгодно обеим сторонам, — предлагаю я.

— Я вас внимательно слушаю, Лорд Спарты, — деловито поправила оправу очков Мэнфи, закинув ногу на ногу.

И начались торги…

* * *

В итоге мы договорились, что Мэнфи предоставит мне доступ к 10 артефактам из стелы Вавилона.

Артефактом «городского» уровня, не менее уникальным, чем купленная уже «хлопушка».

На мой выбор.

Оказалось, что она, благодаря настройкам Системы, имела возможность управлять стелой.

Ведь, как никак, она второе лицо в городе, о чем с гордостью мне и сообщила.

— А как ты думаешь, я свой дворец обставляла? — усмехнулась она.

Девушка тратила свой лимит на дорогие ткани, материалы, украшения и прочие безделушки.

Ведь что ей оставалось, кроме как давиться роскошью, оставаясь всего лишь сестрой Лорда Вавилона.

Теперь же с моим появлением всё изменилось!

Кстати, предел товаров для Мэнфи в месяц составлял десять. Она могла бы предложить мне такую возможность в прошлом месяце, но её лимит уже был исчерпан.

А сейчас… она готова передать мне все десять артефактов, лишь бы помочь Вавилону справится с катастрофой и усилить союзника.

— Можешь не беспокоиться, я приложу все усилия, — заявил я, заключая контракт с Мэнфи.

По условиям контракта я должен справиться с эпидемией, а в ответ Мэнфи обязана передать мне свои 10 артефактов из стелы Вавилона.

Это было сделано на случай, если Меджнун узнает о нашей сделке.

Таким образом, имея контракт, он не сможет заставить свою сестру игнорировать моё условие. В противном случае её ждёт большой штраф, что неминуемо отразится и на положении самого правителя Вавилона.

Так что комар носа не подточит!

После того как я проводил Мэнфи из кабинета и передал её в руки Пирре, я вызвал к себе Ботана и Сквидварда.

— Вы хотели подопытных? Что ж, Система ответила на ваши мольбы! — взмахиваю я руками. — Весь Вавилон в вашем распоряжении. Действуйте или злодействуйте, как знаете, но мне нужен результат!

И две «безумных учёных» срываются готовиться к нашей акции, до самого вечера уйдя в работу.

Что же ждёт Вавилон? Вакцинация, но по-спартански!

Глава 18

На следующий день на одной из улиц города появляется просторная палатка с пришитым к ткани красным крестом, охраняемая десятью фалангистами и десятью стражниками Вавилона.

Их, согласно вчерашней договорённости, с самого утра прислала Мэнфи.

Простые игроки с недоумением косятся на неё, а также на нескольких агитаторов, которые предлагают гарантированное исцеление от Лихорадки и Простуды.

— Совершенно бесплатно! Поставим на ноги на безвозмездной основе! Лорд Спарты гарантирует эффективность наших лекарств! — кричат агитаторы, привлекая толпу вокруг палатки.

— Лорд Спарты? Это который колдун?

— А вдруг это обман?

— Но ведь они ничего не просят…

— В микрозаймах тоже ничего не просят! А потом коллекторы приходят за тобой.

— Но это же лекарство. А почему бы и не…

— «Не» что?

— Не попробовать, кхе-кхе?

— С дуба рухнул⁈ А вдруг это колдовство?

Тем не менее любопытство и необходимость сыграли свою роль.

К палатке направился небольшой ручеёк игроков. Да, совсем незначительный, неуверенный, но ведь пошёл!

Как же проходило «лечение»?

В палатку впускали по одному игроку. Там Сквидвард под охраной двух фалангистов проводил осмотр пациента с помощью своего артефактного монокля.

Симптомы болезни с его помощью он видел буквально с первого взгляда.

Если игрок действительно был болен, доктор выдавал ему лекарство на основе прополиса и меда, а также номерок, с которым игрок должен был вернуться на следующий день для проверки эффективности лечения.

Дело в том, что два наших гения медицины не знали правильного соотношения ингредиентов для максимальной эффективности, поэтому они изготовили несколько версий лекарства.

И теперь пришло время оценить результат.

Так или иначе, каждый пациент будет вылечен, но для этого необходимо провести ряд исследований, чтобы в будущем оперативнее реагировать на эпидемии в Спарте или в других фракциях.

Изначально, всё шло хорошо. Некоторые игроки даже искренне благодарили Сквидварда и Лорда-Варвара.

Однако количество игроков вокруг палатки росло, и в какой-то момент масса людей забурлила. Из нетерпеливой толпы она превратилась в возмущённую орду.

Здесь и там начали звучать нелицеприятные выкрики о Лорде-Колдуне и его фракции.

Словно в химический раствор добавили каплю реактива.

Страх, подобно смоле, начал окутывать разум простых игроков, а вслед за ним пришла и ярость — искренняя и необузданная.

— Да нас просто хотят отравить по одному!

— Спарта проводит эксперименты над простыми игроками! Дают даже бирки, как лабораторным крысам!

— Вот-вот, они решили извести Вавилон, прикинувшись добряками! Гасите их!

— Если хотят вылечить, пусть отдадут лекарства всем, и дело с концом!

— Бесплатно⁈ Да как сыр в мышеловке! Это очередная махинация Лорда-Колдуна!

— Смерть Колдуну!

— Смерть!

— Смерть!

— Смерть!

— СМЕРТЬ!

Всего за десять минут любопытные игроки превратились в неорганизованную массу, которая волной накатила на охранников палатки, едва не сметя их своим напором.

Стражникам вместе с фалангистами пришлось противостоять давлению нескольких десятков, а то и сотен жителей Вавилона.

Больные, бледные, обессиленные — они всё равно давили числом, не обращая ни на что внимания.

Словно уже горящую бочку с нефтью, их нельзя было остановить. Лишь задержать на какое-то время.

И тут, к общему удивлению, среди игроков появилась «Чёрная Стража».

Защитники палатки вначале обрадовались их приходу, но вдруг раздался приказ от гвардейцев:

— Стражникам Вавилона запрещается препятствовать мирным жителям нашего славного города! Любое неподчинение будет караться на месте! — рявкнул зычный голос.

И стражники в замешательстве замерли на своих местах.

Построение едва ли не рухнуло в одночасье. Всего десятку фалангистов пришлось держать целую сотню гражданских.

При этом им нельзя было вредить им, иначе это разрушит репутацию Лорда Спарты.

Несмотря на высокие уровни фалангистов, соотношение сил в один к десяти было просто огромным.

Неудивительно, что через семь минут под свист и крики игроков Сквидварду и его помощниками пришлось эвакуироваться в сопровождении солдат, оставив содержимое палатки на растерзание обезумевшей толпе.

Красный крест был безжалостно втоптан во влажную землю Вавилона…

* * *

— Итак, что у нас есть? — обращаюсь я к собравшимся. Дело происходит в комнате для собраний на третьем этаже. Собираю всех посвящённых для разработки решения нашей проблемы.

Первым выступает Биба:

— Пока Сквидвард и Ботан занимались своей палаткой, мы с напарником наблюдали. Заметили, что среди толпы действует около десятка агитаторов, — произносит он.

— Они были похожи на официальных лиц? — спрашиваю я.

— Нет, это просто бедняки, — качает он головой. — Если бы они действовали открыто, это сразу привлекло бы внимание. Они остаются в тени и, возможно, даже не знают, зачем им выдали те или иные указания.

— Как они связываются с третьими лицами? — уточняю. — Откуда получают указания?

— Агитаторы работают с парой кураторов. Нам удалось выследить их, так что мы знаем, кто они. Но они также простые жители города, больше ничего. Возможно, кураторы тоже лишь звено в цепи, — добавляет Боба.

— Как хитро всё организовано, не правда ли? — усмехаюсь я.

— Довольно обычная схема дискредитации конкурента, — замечает Богучаров. — А чего вы удивляетесь⁈ У меня как-то был один такой на моём избирательном участке ещё в первые муниципальные выборы. Директор автобазы. Так он бабок-пенсионерок автобусами своими возил на все мои выступления.

— И как с ним справились? — мне становится любопытно.

— Подкупили, — ухмыляется бывший депутат.

— Бабок⁈

— Нет, гаишников, — поясняет он, — те автобусы тормознули и держали, пока у меня митинг не закончится.

— Если продолжим расследование, возможно, выйдем на главного заказчика, но это потребует времени, — замечает Третий.

— Кураторы также наведывались на стройку Вавилонской башни. Я попробовал туда сунуться, но дальше была закрытая территория и я решил не рисковать, — вздыхает Биба.

Башня Вавилона? Интересно! Насколько мне известно, туда почти никого не пускают, кроме строителей и высших лиц города. А ещё это прибежище таинственных «Архитекторов», которых мало кто любит, но все вынуждены терпеть.

— Нам не нужно копать глубже, — качаю я головой. — Пока этого достаточно. Наш депутат прав, чтобы разрушить схему, не обязательно лезть на самый верх. Достаточно найти в ней слабое звено.

Похоже, Мэнфи и её брат действительно непричастны к происходящему. Если бы они были замешаны во всём этом, контактов с Вавилонской Башней бы не было…

Всё же «архитекторы» — это местные гончие, которые лишь носятся по городу со своими речами, проповедями и «откровениями».

На первый взгляд безобидная группа, но слишком обособленная внутри самого Вавилона. Так или иначе, лезть в пасть такой химере лучше не стоит.

Проблемы неизбежны. Не хочется конфликтовать с фанатиками. А с «архитекторами» договориться явно не удастся. Они объявят меня врагом Вавилона, и всё. Тогда можно поставить крест на городе для Спарты, ведь даже Меджнун, по словам сестры, не может сладить с фанатиками. Как бы он ни желал обратного, «архитекторы» слишком прочно вросли в сущность города.

— Хорошо, а что по агитаторам? Какова их роль во всём этом спектакле? — меняю я тему.

— Их выбирают из бедняков. Отчаянные, но крикливые и говорливые, чтобы создать максимальный эффект. Дают им по сто чёрных монет за работу и посылают подстрекать толпу «в нужное русло», — говорит Третий, скрестив руки на груди.

Сто монет — это всего десятая часть Е-балла. Похоже на копейки, но для тех, кто лишился крова над головой, голодных и замёрзших, это невероятная сумма.

Любопытно, однако…

— Также мы с Бибой сумели пробраться к ним, изображая агитаторов с другого участка. К утру мы добрались до местной типографии, где печатают листовки. На них было всё то, что кураторы приказывают говорить, — поясняет уже Боба. Биба, сидящий рядом, мерно покачивается на стуле и смотрит в потолок. — То есть «Лорд-Колдун погубит всех», «Всеобщее отравление», «Яд под видом лекарства» и тому подобное.

Ведь это уже устоявшаяся схема, как ни крути! Явно не первый раз так действуют.

Что у нас получается…

Есть кураторы, которые выдают указания агитаторам, а те, в свою очередь, занимаются всей «грязной работой».

В итоге создаётся впечатление, что весь город придерживается нужного мнения, хотя на самом деле это не более чем хитрая манипуляция…

Чтобы преуспеть в нашем деле, нужно заставить этот механизм остановиться. Устроить поломку. Короткое замыкание, если угодно.

И я знаю, как это сделать.

* * *

Морж уже в который раз дыхнул в ладони, пытаясь их согреть.

Раздражающая привычка.

На Земле он тоже не отличался морозоустойчивостью…

А в Вавилоне так и вовсе не мог привыкнуть к местному климату! Кто-то мог бы возразить, мол, вокруг и так тепло, никто не ходит в пальто или куртках!

И Морж бы согласился… если бы не было так холодно!

Где же та палящая жара, как в Египте или Дубае, куда он ездил в командировки или на отдых? Почему его не отправили в какой-нибудь пустынный кластер⁈

Грозно выпятив челюсть, Морж засёк взглядом троих игроков, идущих в его сторону.

Раннее утро наталкивало на мысль, что это его «клиенты» — кому ещё придёт в голову в такую пору шарахаться по закоулкам Вавилона?

Подойдя с хмурыми лицами, они молча поприветствовали его кивками.

— Работу сделали? — строго спросил Морж, молясь Великой Системе, чтобы его зубы сейчас не застучали от холода, портя «суровый» образ.

— Всё как обычно, — кивнули ему подчинённые.

— Хорошо, вот ваша доля, — кивнул Морж и кинул им небольшой мешочек.

Троица резво его поймала и начала делить «хабар», не отходя далеко от кассы.

Ведь, вдруг возьмут и обманут? А сейчас каждая монетка была на счету.

Многие цены на товары серьёзно выросли из-за эпидемии. Мануфактуры останавливались из-за недостатка работников.

Даже плантации и огороды внутри города оказались затоплены, что едва не привело к голодному бунту среди поселенцев.

К счастью, Лорд Вавилона открыл склады, тем самым временно урегулировав ситуацию.

Однако надолго ли хватит этих запасов?

Больных не становится меньше, а запасы тают быстрее, чем жители восстанавливаются и возвращаются к работе.

Город находился в тяжёлом положении.

И Морж, как и многие другие бедняки, остро ощутил это.

Катаклизм унёс его жилище, словно морская волна сметает песчаные замки. А теперь ему приходится мёрзнуть на улице, вместо того чтобы спать чуть ли не в обнимку с личной печкой!

— Вы всё проверили? — спросил мужчина, бросив взгляд на довольную троицу.

Те довольно. Ведь всё, что им надо было делать, это распространять слухи и разносить листовки, за что они получали сотню монет.

А сам Морж за контроль над этими лоботрясами получит целый Е-балл.

Какая блажь, а не задание!

Просто работай рупором между двумя инстанциями, командуй бедняками и в случае чего, покрикивай на них.

М-м-м лепота…

— В таком случае идём! — махнул он рукой, и отряд двинулся дальше по тесным закоулкам, вдали от центральных улиц.

Вскоре они добрались до условленного места, где их уже ожидали два куратора: Вихт и Роб.

Первый был болезненно бледен и постоянно кутался в плотную мантию, а второй возвышался над своим товарищем на целую голову и был широк в плечах.

Словно Морж попал в анекдот, где его встретила парочка «толстого и тонкого», «высокого и длинного», «старого и молодого».

Но хватит мыслей не по делу! Сначала работа, а потом всё остальное.

— Мы прибыли, — произнёс Морж, уважительно кивнув кураторам.

— Замечательно, начиная с сегодняшнего дня у вас будут новые установки, — хрипло сообщил Вихт. — Теперь вы будете восхвалять Спарту и распространять новость, что они действительно принесли лекарство от Лихорадки.

Морж удивлённо моргнул. Разве до этого момента тематика не была одна и та же?

Кураторы лишь корректировали фразы для толпы, чтобы те не слишком сильно повторялись. Но чтобы так радикально менять направление деятельности…

Подозрительно это.

— А почему мы должны так внезапно менять тематику? — спросил один из его подчинённых. — Разве это не перечеркнёт всю нашу предыдущую работу?

— Если вам что-то не нравится, мы можем сейчас разойтись и забыть о существовании друг друга, — намекнул Вихт.

Кураторы хмуро посмотрели на Моржа, давая понять, что дискуссии и споры сейчас неуместны.

— Молчал бы, дурья ты башка! — недовольно воскликнул Морж, давая подзатыльник идиоту.

Тот схватился за голову.

Не хватало Моржу теперь и эту подработку потерять!

Без крыши над головой в больном городе он не питал иллюзий относительно своей судьбы.

И не позволит всему провалиться из-за очередного недоумка!

— Прошу прощения, господин Вихт, за этот инцидент. Мы выполним всё в лучшем виде, — заверил кураторов Морж.

— Надеюсь на это, — мужчина уже повернулся, чтобы уйти, как его окликнул Морж.

— Господин Вихт, а насчёт Е-баллов… — напомнил он.

— Какие Е-баллы? — удивлённо моргнул куратор, после чего, переглянувшись с Робом, смущённо прочистил горло. — Ах, да… О какой сумме идёт речь?

Морж невольно дохнул в ладони. Сегодня кураторы вели себя странно.

Неужели у них началась Лихорадка?

— 10 Е-баллов, — произнёс Морж. Ему на самом деле нужно было всего 7, но никто не говорил, что нельзя немного преувеличить. Кураторы вряд ли будут проверять каждую монетку.

Однако, к его удивлению, Вихт подозрительно посмотрел на него, всколыхнув панику в сердце Моржа. Неужели его махинацию раскрыли? Всё это было лишь проверкой?

«Чёрт побери, нужно уносить ноги, лучше вообще смыться из Вавилона! Ведь если сейчас тупить, то…» — думал Морж.

— Вот, пожалуйста, — Вихт протянул указанную сумму мужчине, и Морж не сразу смог прийти в себя.

Даже если бы он хотел задать вопрос, он бы не успел получить ответ, поскольку кураторы быстро скрылись из узкого переулка, оставив бедняков, жадно глядящих на десять монет в руках Моржа…

— Ну что же, — пожал тот плечами, — пошли в типографию.

* * *

Странности этого дня всё не желали прекращаться

Морж удивлённо посмотрел на листовку в своих руках.

Печатный дом также неожиданно радикально сменил тон, в отличие от прежних дней.

Теперь на листовках изображён Лорд-Благодетель, защищающий Вавилон своими могучими руками и магией от всяческих миазмов и болезней.

Похоже, у его начальства действительно неделя запоя. Сначала одно говорить, а теперь — диаметрально противоположное! Нет, это полный бред.

Морж вспомнил, как, выходя из печатного дома, он столкнулся с какой-то девушкой. Служанка, похоже.

Пачка листовок, которые он держал в руках, веером вылетела на землю.

— Ой, простите, я не нарочно! — быстро извинилась она, собирая листовки в кучку и прижимая к себе.

— Да ничего. Вам помочь? — предложил Морж. Ведь то, что он бедняк, ещё не значит, что он не может быть джентльменом.

Он поднял одну из листовок и удивлённо узнал в ней прежние оскорбительные мотивы в адрес Спарты. Странно, не правда ли?

— Спасибо, я сама. Это из старой партии. Мне приказали её сжечь, так как вместо неё сделали новую, — быстро объяснила девушка, забирая листовку из его рук.

— Понятно. Тогда хорошего дня, — сказал Морж.

Он не услышал ответа, так как девушка уже спешила прочь с бумагами. — Странные пошли времена, ох странные, — проворчал про себя Морж.

А рёв со стороны ближайшей площади не утихал, но слова теперь были другие.

Новые:

— Лекарство для народа!

— Лекарство для народа!

— Лекарство для народа!

Глава 19

Всё прошло даже лучше, чем я рассчитывал! Наша ответная акция увенчалась полным успехом.

Об этом свидетельствовала толпа, собравшаяся на следующее утро возле вновь установленной палатки.

Что же мы сделали? То, что и планировали. Вмешались в нужный момент, перехватив управление.

«Слабым звеном» по выводам наших специалистов тайных операций оказались кураторы.

Их было всего двое, и они передавали информацию остальным.

На пути они встретили симпатичную, но ужасно рассеянную служанку, которая, вот незадача, потеряла кошелёк, полный е-баллов.

— Моя Госпожа меня убьёт, — причитала та, — он упал где-то здесь в переулке. Вы не поможете найти?

Не знаю, что двигало двумя кураторами, благородство или алчность. Но в переулке вместо кошелька они встретили Третьего и вскоре легли «отдыхать».

Едва прибыв в Вавилон, я исправил своё упущение и Третий получил 20-й уровень и все причитающиеся с ним характеристики.

Так что низкоуровневых уличных горлопанов он вырубил молниеносно.

Их оставили отдыхать в закрытом салоне красоты Хрюши.

А в их облике к агитаторам отправились Биба и Боба.

Два брата-акробата провернули всё идеально. Да и никому в голову прийти не могло, что человека просто можно подменить неотличимым двойником.

Вместо того чтобы критиковать Спарту, теперь от агитаторов требовалось восхвалять нас и славить наше лекарство.

Встреча с каждой группой проходила отдельно, так что никто из них ничего не заподозрил. Да и кто будет возмущаться, если деньги по-прежнему платят⁈

Новые листовки отпечатали заранее по моему заказу в том печатном доме, который готовил агитационный материал перед поединком Пирры.

Его хозяин трясся и икал от ужаса, но магия е-баллов сработала и на него.

Тем более, было обещано, что его участие останется в тайне.

Ну а подменила их, разумеется, Дженни. Группы подходили за листовками в разное время, так что она успела выкрасть их у каждой по отдельности.

Только раз чуть не случился прокол. Один чересчур галантный агитатор полез помогать, но девушка и тут выкрутилась.

А дальше всё пошло как по нотам.

Мы снова установили палатку, и Ботан с Сквидвардом приступили к работе, раздавая смельчакам разные виды лекарства.

Ведь тесты продолжались. Второй раз всё прошло гораздо проще и спокойнее, поскольку агитаторы теперь работали в нашу пользу.

Всё делалось экспромтом, «на живую нитку», но план сработал!

Повторить такой же трюк во второй раз уже не удастся, но нам это и не потребуется.

Всё было затеяно с той целью, чтобы привлечь первых пациентов. После ночи все, кто получил лекарство, вернулись значительно поправившимися и без явных симптомов Лихорадки.

Люди, едва стоявшие на ногах от слабости, сейчас бегали как живчики, толкаясь друг с другом в очереди.

И это известие стало главной информационной бомбой среди простых игроков.

Ведь теперь они собственными глазами видели, что лекарство действительно работает!

Спарта не обманула!

Значит, мы действительно прибыли, чтобы спасти город!

Уверен, что к вечеру слухи разлетятся по всему Вавилону. И тогда никакие агитаторы не смогут остановить бедняков от желания получить лекарство.

Следовательно, Спарта всё-таки смогла выйти победителем из этого тайного противостояния!

Я довольно киваю своим мыслям, наблюдая, как Гюнтер посылает отряд поддержки на помощь фалангистам вокруг палатки.

Если раньше им приходилось сдерживать толпу недовольных, то теперь всё изменилось.

Сотни простых игроков пытаются пробиться вперёд, лишь бы скорее получить свою порцию лекарства. Настроение изменилось на сто восемьдесят градусов.

И это лишь первый шаг!

«Посмотрим, как вы поступите дальше», — думаю я, кидая взгляд на массивные очертания Вавилонской Башни.

Ведь война ещё далека от завершения.

* * *

Морж мрачно потёр шею. Сегодня весь день не задался. Начиная с того, что на улице дул сильный ветер, из-за чего мужчина был готов обматерить как Систему, так и строителей Вавилона за слишком широкие улицы, и заканчивая тем, что кураторы были очень недовольны их работой.

Как он это понял? Лица Вихта и Роба говорили об этом достаточно ясно!

— Вы что, чёрт возьми, натворили⁈ — кричал на них красный от ярости Вихт. — За один день вы умудрились испоганить всю проделанную работу! Чем вы вообще думали, беря такие листовки? У них же было содержание совершенно противоположное тому, что нужно. Не хватило ума спросить, как и почему⁈

— Но вы же сказали…

— Что я сказал, не важно! — прорычал Вихт.

Морж глубоко вздохнул.

То-то он чувствовал, что где-то их да наеб… обманывают, что подтверждалось и охраной вокруг кураторов.

Четыре мускулистых игрока с большими дубинами в руках внимательно следили за ними, не забывая оглядываться по сторонам.

С чего бы такое беспокойство? Неужели кураторам настолько нужна охрана? А ведь говорили, что Вавилон — спокойный город…

— Короче, разъясняю ситуацию для вас, убогих, — демонстративно вздохнул Вихт, пока Морж и остальные агитаторы стиснули зубы.

Их обманули, и теперь они виноваты. Но разве это не абсурд? С каких пор жертву винят за то, что на неё напали, обокрали или что-то хуже? Это полный бред!

— Ночью на печатный дом было совершено нападение. Сожжена новая партия листовок, поломан печатный станок, — раздражённо потёр переносицу куратор. — Из-за этого с бумагой у нас сейчас проблемы. Новые листовки в ближайшие дни никто не напечатает, так что придётся работать языками, как вы умеете. На этом всё, можете идти.

Их отшвырнули, как мусор, что вызвало новую волну злости в душе Моржа.

— А деньги? — упрямо спросил он.

— А из-за кого, по-вашему, у нас сейчас проблемы, а? — гадко ухмыльнулся Вихт. — Из-за вашей глупости! Не следовало вестись на уловку наших врагов.

«Угу, а вчера он заливал совсем другое. Если это вообще был он. Наверное, поэтому охрана теперь следует по пятам. Боится за свою шкуру, упырь», — подумал про себя Морж, не выказывая своих мыслей.

— Сегодня вы работаете бесплатно. Будете исправлять свои ошибки, — махнул рукой Вихт и начал объяснять их новую задачу. — Значит, сделаете вот что…

* * *

Стоило ли говорить, что всё пошло совсем не так, как ожидал Вихт?

Конечно, нет!

Морж сразу понял, что дело гиблое, когда на вопрос об оплате услуг он мог лишь пожать плечами.

Мало кто был готов работать задаром, особенно осознавая, что это вовсе не их вина.

«Тупые кураторы. Тупой Вихт. Тупая работа!» — ворчал про себя Морж, пытаясь убедить очередного игрока продолжить работу. «Это всё временно. Только сегодня. Завтра будет оплата».

— Да нахрен мне в это лезть вообще тогда? — спросил младший агитатор. — Вон, Спарта уже раздают лекарства. Скоро все пойдём на нормальную работу, а не это…

После этих слов он ушёл, не дожидаясь ответа Моржа.

Морж злобно сцепил зубы, покосившись на кураторов, которые стояли на краю площади и злорадно наблюдали за их неудачами.

«Вот же упыри…»

Но Моржу ничего не оставалось, как вздохнуть и двигаться дальше. Работа сама себя не сделает, как бы он не хотел обратного…

* * *

Спустя несколько часов уговоров, подначиваний и прочего Моржу и его команде всё-таки удалось собрать неплохую толпу из нескольких десятков игроков.

Конечно, это было намного меньше, чем орда, которую он собрал позавчера, но и бедняки в Вавилоне не дураки!

Бедность очень быстро вырабатывает в человеке правильные инстинкты. Особенно инстинкт самосохранения. Это богач может «щёлкать клювом». Его от неприятностей спасёт охрана или знакомства. Или в худшем случае можно откупиться.

Бедняк же чует неприятности за версту. От нынешней ситуации не просто пахло, от неё воняло керосином, или чем похуже.

Так что те, что поумнее сделали ноги, остались или самые глупые, или самые жадные.

Деньги не дают, активно не уговаривают. Очевидно, поняли, что сила теперь не на стороне кураторов и тех, кто за ними стоит.

— Лорд-Колдун пошёл прочь! — жиденько зазвучали лозунги, но особого отклика они не получили.

Никто не стал подхватывать крика и устраивать суету, надеясь урвать что-то во время общей неразберихи.

Морж это сразу понял. Вокруг палатки собралась группа из полусотни игроков, но, мельком окинув взглядом орущую толпу, они спокойно её проигнорировали.

Этого не предусматривал план! Почему они не присоединились? Если сегодня не будет успеха, так ведь и завтра им ничего не заплатят!

Морж нахмурил брови, понимая, что таким образом ничего не добьётся.

Отойдя в сторонку от своих «крикунов», он покружил в стороне и вынырнув сбоку «подрулил» к одному из ожидавший, ухватив того за локоть:

— Слышь, а чего молчат все? Пришибленные какие-то, серьёзные? Случилось что ли чего?

Тот вырвал руку, освобождаясь от хватки Моржа.

— Так понятно же. Ждут лекарства от Спарты. Тут как бы очередь полноценная стоит, не видишь чтоль? — он указал на ряд игроков, терпеливо ожидавших приёма.

Какого чёрта⁈

Морж удивлённо пожевал нижнюю губу, затем быстро вернулся к мрачным кураторам.

— Так дальше дело не пойдёт. Без Е-баллов не будет результата. Да и народ уже к Спарте не так негативно настроен, — доложил он Вихту. — Надо людей «подогреть»…

Тот грозно плюнул на землю.

— Ну так разгромите палатку, и дело с концом! — рявкнул он.

— Нас слишком мало для этого… — начал возражать Морж.

— Мне плевать! Делай свою работу! Остальные бедняки подключатся, как только увидят, что можно пограбить! — приказал куратор.

Роб меланхолично пожал плечами, словно говоря: «Нам по барабану, что ты придумаешь, но сделать ты обязан».

— Да чтоб вас Великая Система… — начал Морж.

— Что ты там бормочешь? — угрожающе хмыкнул Вихт.

— Ничего, босс. Просто думаю, — приторно улыбнулся Морж, в душе проклиная всё вокруг.

Хотите полноценной атаки? Будет вам атака!

* * *

«Ненавижу понедельники!» — мысленно выругался Морж, убегая от разъяренной толпы.

Он был уверен, что сегодняшний день обязательно должен быть понедельником!

Атака на палатки полностью провалилась.

Мало того что его люди не достигли цели, они даже не смогли приблизиться!

Когда толпа пошла в атаку, игроки, ожидавшие лечения, как с цепи сорвались и ринулись им навстречу.

И когда они поняли, что целью атакующих были лекарства и их уничтожение, то пришли в неистовство и ответили слаженным и мощным ударом.

— Лекарство для народа! — заорали больные и выздоравливающие и ринулись в бой.

Несмотря на свой недуг, дрались они как звери. Зло и отчаянно. Особенно старались те, кто вчера уже получил первую дозу препарата и сегодня испытывал заметное облегчение.

— Уроды, — вопили выздоравливающие, — из за вас мы отказывались от спасения! Вы врали про Лорда-Благодетеля! Бей врунов!

Ещё пару дней назад крушившая палатки городская беднота, сейчас стала самым преданным их защитником.

Ведь трудно признать себя идиотом. Гораздо легче найти виноватого. Не они обвиняли Лорда-Варвара. Их обманули!

Моральный дух крикунов без того был подавлен отсутствием денег. А под напором толпы быстро рухнул ниже плинтуса.

Крики и ругательства кураторов и агитаторов не смогли одолеть численного превосходства защитников.

Крикунов выбили с площади, начав полноценную погоню за зачинщиками.

Морж не знал, что стало с Вихтом и Робом, но видел, как на них с охраной налетела разъярённая толпа.

Он сомневался, что четвёрке мужчин с палками хватит сил отбиться от нескольких десятков.

Морж вместе с подчинёнными поспешил по тёмным улочкам, надеясь ускользнуть от преследователей.

Однако те тоже хорошо знали местность. В очередном узком проходе Морж и его спутники остановились как вкопанные: проход между домами оказался завален!

Стражники ещё не успели расчистить все пути, и привычный маршрут Моржа был заблокирован.

— Назад! Быстрее! — крикнул он подчинённым, но было уже поздно. С противоположной стороны улочки появилось сразу семь бедняков, злорадно улыбаясь при виде пойманных в ловушку Моржа и его команды.

Морж судорожно дыхнул в руки, чтобы ощутить хоть каплю тепла в пальцах.

Сейчас всё и случиться.

Их будут бить… И бить будут больно! Возможно, даже ногами!

— Гаси неблагодарных! — рыкнули из стана противника.

— Мамочки! — успел вскрикнуть Морж, прежде чем получил удар кулаком в лицо.

Как же он ненавидел понедельники…

* * *

Во мраке Вавилонской Башни скрывались множество комнат, недоступных глазам обычных жителей «города свободы».

В одной из них горели сейчас десятки факелов, отгоняя тьму в самые дальние углы помещения.

Путь к ней вёл через сеть узких коридоров, тупиков и гулких тёмных залов, в которых гуляло эхо, а стены были не видны.

Если бы Джастину, молодому, но подающему надежды адепту «архитекторов» пришлось выбираться обратно, он никогда не нашёл бы путь.

Впрочем, живым он выбраться не рассчитывал. Ведь он провалил дело, порученное самим Учителем.

Джастина привели сюда двое крепких служителей башни с дубинками в руках.

Парень шёл за ними механически переставляя ноги, словно сломанная кукла.

Комната вынырнула из темноты как оазис в пустыне. Неожиданный. Невероятный. Убранство здесь было строгим и аскетичным.

Курильницы, дающие чуть сладковатый аромат. Гобелены с изображением кирпича и лопаты, священных символов «архитекторов».

И десять неподвижных фигур, сидящих на простых ковриках из грубой ткани.

Некоторые из них были одеты в доспехи, другие в шёлковые костюмы богатых граждан. Была среди них даже одна дама в роскошном платье.

Лица всех их скрывали маски.

Кроме одного.

Худой, даже хрупкий старик, одетый в обноски, словно нищий. Он единственный не носил здесь маску.

Лицо его постоянно меняло выражение, словно он прислушивается к голосу, звучащему внутри, и выражает ему то согласие, то неодобрение, а то посмеивается над неслышными шутками.

Джастин сделал несколько шагов, а потом упал перед стариком на колени, уткнувшись лицом в пол

— Учитель, операция против Спарты провалилась, — произнёс он.

— Вот как? И что же случилось? — безмятежно спросил тот. — Мне казалось, что всё шло по плану.

— Лорд Спарты каким-то образом убедил жителей принять лекарство. Оно подействовало. А дальше уже слухи и излечение Лихорадки сделали своё дело, — быстро проговорил Джастин.

— Подними голову, — ухмыльнулся старик. — Этого стоило ожидать.

— Но Учитель! — вскинулся Джастин, ощущая, как чувство вины начинает грызть его изнутри.

Он должен был преуспеть. Обязан был! Но подвёл всех…

— Что же нам теперь делать? Если мы проиграли здесь, то…

— Мы не проиграли, — ухмыльнулся старик. — Мы не можем проиграть. Наше учение единственно верное, поэтому оно всегда побеждает. ВСЕГДА! — повысил он голос, и тот гулко разнёсся по всем пустым залам и коридорам.

— Я… я не понимаю, — пролепетал Джастин.

— Если бы всё прошло, как задумано, мы бы избавились от серьёзного противника за пределами нашего величественного города, — с улыбкой пояснил старик. — Да, это могло бы стать невероятным успехом, для всего Вавилона…

Он сделал паузу, заставив тишину звенеть.

Джастин молчал, внимательно слушая своего лидера. Остальные фигуры не двигались

— Теперь всё иначе. Вместо удара по Лорду Спарты, удар был нанесён Лорду Вавилона! — провозгласил старик. — Если великий Меджнун не в силах излечить свой город без помощи пришельца, колдовства, какого-то варвара, какой же он могущественный и великий Лорд? Способен ли он вообще управлять Вавилоном?

— Так кто же тогда одержал победу? — удивился Джастин.

— Тот, кто извлёк из этой ситуации наибольшую выгоду — это, разумеется, мы, — ухмыльнулся лидер.

Стервятник окинул собравшихся довольным взглядом, и тихо захихикал.

— Не забывайте, братья и сестры, мы — архитекторы! Мы — сердце этого города! И мы и есть сам Вавилон!

Глава 20

И всё же, как поразительно меняется ситуация всего за пару дней!

Ещё позавчера весь Вавилон проклинал Спарту, наша резиденция была буквально в осаде, а толпа готова была разорвать любого спартанца на части.

Теперь же всё стало точно наоборот!

Разгневанный народ у стен моей резиденции рассеялся, простых игроков на Спарту никто не натравливает, а у входа в наш медпункт уже скопилась огромная очередь.

И всё это благодаря нашему удивительному лекарству, слухи о котором распространились по всему Вавилону.

Те, кто едва передвигался из-за Лихорадки, теперь сияют счастливыми лицами и сами рассказывают своим друзьям и близким о чудодейственном средстве.

Они же помогают бороться с ложными слухами.

Мне даже не пришлось прилагать особых усилий — игроки Вавилона сами приняли меры, чтобы обеспечить безопасность нашего госпиталя и разнести о нём информацию до самых отдалённых уголков Вавилона.

Как удивителен человеческий разум!

Только жители осознали свою глупость и недальновидности, а также поняли, что их обманывали, они стали одними из самых активных защитников того, что ещё вчера ненавидели всей душой!

Некоторые бедняки даже добровольно создали полноценную «добровольную уличную дружину», которая теперь охраняет наш расширенный медпункт.

Фалангистам даже нет нужды теперь вмешиваться в конфликты, опасаясь нарушить «Договор о статусе гостя», другими словами, невольно причинить ущерб местному жителю. Дружинники всё делают за них.

Тем даже пришлось побегать, ведь попытки агитаторов и их кураторов вернуть всё в прежнее русло не ослабли.

На третий день раздачи лекарства они вновь попытались раскачать толпу, используя, видимо, остатки бюджета, и натравить её на палатки.

Но ничего у них не вышло

Добровольная дружина, вооружённая дубинками и обыкновенными камнями с мостовой, дала погромщикам бой и одолела их ввиду явного преимущества.

Наглецов потом гоняли по городу не один час, отлавливая среди переулков. Людям требовалось выпустить пар, и погромщики оказались для этого отличным средством.

Так что после этого побоища силы агитаторов выдохлись, и больше я о них не слышал.

В общем, мой план по восстановлению имиджа Спарты удался, и мы, наконец, смогли наладить работу Сквидварда и всех его помощников.

В первые три дня нам хватало одной палатки, но затем пришлось значительно увеличить как штат медпункта, так и количество приёмных мест.

Потому что к нам хлынул поток игроков со всего города!

Казалось, что на площади и её подступах собралась половина Вавилона!

Не говоря уже о целых кварталах, которые привозили своих больных на носилках, паланкинах или просто волокли их на своих спинах.

«На выезд» мы работать не могли и с собой лекарства тоже не выдавали, несмотря на мольбы и угрозы.

Дело в том, что едва в Вавилоне убедились, что средство действует, как на него резко появился спрос на «чёрном рынке». Так что желающих взять лекарство «для тётушки, она, бедняжка, совсем не ходит», а потом толкнуть «на сторону», появилось огромное количество.

В результате нам пришлось пересмотреть всю систему оказания медицинской помощи.

Раньше Сквирдвард практически всё делал самостоятельно, но сейчас наш доктор оказался буквально нарасхват.

Поэтому к нему стали направлять только тех, кто пришёл впервые. Доктор определял заболевание и прописывал лечение.

Больным Простудой он выдавал синий талон, а Лихорадкой — красный.

Затем те направлялись в отдельные палатки, где уже принимали лекарство.

После этого в талоне пробивались отверстия подобием современного компостера.

На следующий день пациенты проходили мимо «палатки первичного приёма» сразу за лекарством.

После второй дозы талон забирали. Двух приёмов средства хватало для гарантированного излечения.

Между тем Сквидвард и Ботан смогли сделать важные выводы из своих экспериментов.

Ведь в течение первых трёх дней они продолжали раздавать лекарства с разными соотношениями и пропорциями для выявления наиболее эффективного варианта. И они его нашли!

К нашему удивлению, это лекарство состояло из трёх долей мёда, одной доли прополиса и одной доли кофе.

Как эти гении решили добавить в нашу вакцину такой необычный компонент, я до сих пор не мог понять.

Было это случайностью или нет, но данный вариант лекарства действительно работал лучше других.

Ботан даже разработал собственную теорию о причине успеха этой комбинации.

Согласно его словам, кофеин, содержащийся в кофейных зёрнах, резко поднимал тонус организма и создавал эффект «исцеления».

Проще говоря, пациенты чувствовали себя бодрее и верили, что они уже почти здоровы благодаря лекарству. Кофеин усиливал резервы организма, тем самым облегчая процесс восстановления и даже немного ускоряя его.

Как бы это ни работало, мы с Сквидвардом только разводили руками: если б всё было так просто на Земле, врачи вместо антибиотиков советовали бы пить кофе.

Также мы выяснили, что для лечения обычной простуды достаточно кофе с мёдом, а для лечения лихорадки требуется добавление прополиса.

Достаточно интересное открытие, которое в будущем можно использовать для привлечения посетителей в кофейню, распространяя информацию о лечебных свойствах кофе с мёдом.

Как говорится, лучше заниматься профилактикой, чем испытывать на себе весь ужас болезни.

Наверняка в Вавилоне найдётся немало богачей, готовых ежедневно пить такой напиток, лишь бы не заболеть.

Для того чтобы усилить наш медпункт, мне пришлось обеспечить его дополнительным персоналом.

Для этого я объявил набор добровольцев в резиденции, и на зов тут же откликнулись почти все.

Слишком устали люди от сидения в четырёх стенах, а здесь возможность выйти на улицу и какое-никакое, но разнообразие.

Волонтёрство — дело благородное, поэтому отказывать никому не стали, разделив людей на смены.

Стоит отметить, что особую радость у пациентов среди работников медицинской службы вызвали сотрудницы ночного клуба «Незабудка».

Да, Стриптизёрши тоже благородно решили помочь страждущим.

Их повседневные наряды, к которым в резиденции уже начали привыкать, для улицы мы сочли чересчур откровенными, так что для девушек пришлось пошить белые халатики. Но оно того стоило.

После их появления в медпункте, мне пришлось поставить дополнительный десяток фалангистов, не столько для защиты лекарств или Сквидварда, сколько для охраны палатки с танцовщицами.

Туда пытались попасть все. Даже здоровые.

Дурдом, короче.

Тем не менее работа продолжалась относительно спокойно, и к пятому дню раздачи лекарств почти все бедняки были исцелены.

В то же время я ожидал официальной позиции Канцелярии, особенно Меджнуна. Он не давал никаких комментариев по поводу происходящего.

Казалось, главный дворец Вавилона был погружен в молчание.

Мэнфи говорила мне, что её брат недавно болел Лихорадкой, но уже должен был выздороветь.

Всё же, чем выше уровень игрока, тем легче он переносит болезни.

В Спарте от Лихорадки в первую очередь страдали новички и низкоуровневые поселенцы. В Вавилоне эта особенность ударила гораздо сильнее из-за огромного количества игроков и ограниченных возможностей для их развития.

Страшно представить, сколько тушканчиков потребовалось бы, чтобы поднять каждого жителя Вавилона до 5–8 уровня.

* * *

В то же время я ждал реакции от Вавилона, и, наконец, получил её.

Неофициально, конечно, но всё же. На четвёртый и пятый день среди игроков начали появляться посыльные — слуги, дворецкие и стражники, которые пытались купить лекарство для своих господ.

Однако им пришлось уйти ни с чем, так как я заявил: «До тех пор, пока не будет исцелён последний бедняк, Спарта не продаст лекарств!».

Ох, какая волна восторга среди игроков поднялась…

И теперь я, из Лорда-Варвара и Лорда-Колдуна, превратился перед толпой в Лорда-Благодетеля.

Мелочь, но приятно.

Так вот, к шестому дню все бедняки получили свою порцию лекарства и эпидемия сошла на нет.

А вместе с тем мы едва ли не обнищали, истощив запасы мёда, прополиса и, особенно, кофейных зёрен.

Вместо того чтобы паниковать и печалиться, я открыто объявил о дефиците товара, указав на его ограниченность и призывая успеть приобрести его до того, как будет слишком поздно.

Затем я бесцеремонно поднял цену на лекарство от простуды до 50 Е-баллов, а на сильнодействующее средство — до 100 Е-баллов.

Богачи и чиновники были шокированы такими расценками, но слуги и стражники с кошельками всё равно потянулись к нашей резиденции, что, безусловно, меня обрадовало.

Ведь лишних Е-баллов не бывает.

Местные богачи фактически не имели выбора, так как лекари Вавилона оказались неэффективными.

Что могли они поделать против такой болезни, как Лихорадка, когда полноценная фармакология ещё даже не зародилась, а товары, способные значительно укрепить здоровье, попросту отсутствовали?

Мне же повезло найти «Сладкую Жизнь» и раздобыть такие уникальные средства, как мёд и прополис.

А что уж говорить о других? Другим фракциям повезло гораздо меньше.

На седьмой день после моего прибытия в город к резиденции пожаловал отряд «Чёрной Стражи» под командованием Базальта.

— Ба, какие люди в Вавилоне! — усмехнулся Биба, увидев заходящих во двор нашей резиденции солдат.

— Тихо ты, а то ведь услышит и голову открутит. Ему труда не составит, — шикнул на него сдержанный Гюнтер.

Да, мы чуть не вступили в бой с Базальтом и его солдатами, но, к счастью, всё обошлось. Так что нет причин сейчас открыто идти на конфронтацию.

Тем более что стражники пришли явно не просто так, заглянуть на огонёк и поделиться сплетнями.

— Что привело тебя ко мне, Базальт? — прямо спрашиваю я у гвардейца, который в ответ сдержанно кланяется.

— Я приветствую тебя, Лорд Спарты, — отвечает он, не обращая внимания на недружелюбные взгляды моих фалангистов, — Лорд Меджнун приглашает тебя в свой дворец.

— По какому поводу? — интересуюсь я.

— Он желает наградить тебя за твои деяния, как это и положено великодушному Лорду, — заявляет Базальт.

Я же тихо усмехаюсь.

Ага, «великодушный»… Хорошо он выкрутился.

Как будто Меджнун хочет сказать: «Не я не смог спасти город, а я решил позволить тебе сделать то, что ты сделал. Без моего дозволения не было бы спасения».

Ну, не мне его упрекать в попытке сохранить лицо при плохой игре.

— Хорошо, в таком случае я с радостью навещу своего друга-правителя! — отвечаю я, кивая своему сопровождению.

Отдельно обращаю внимание на Пирру, чьи глаза едва ли не прожигают в Базальте дыры.

Тот стоически отвечает взглядом, не изменившись в лице.

Эх, романтика! Интересно, сможет ли моя воительница пробить эту «стену из базальта» и достичь успеха?

Впрочем, вмешиваться я не собираюсь.

Сейчас бы попкорна, да запереть эту парочку на тренировочном полигоне — вот это было бы зрелище!

Раздав указания Хрюше и Богучарову, я, прихватив Пирру и Третьего с десятком фалангистов, выдвигаюсь в сторону дворца.

Поглядим, чем встретит нас Меджнун.

* * *

Пройдя уже знакомый маршрут и сдав оружие на входе в тронный зал, я первым вхожу внутрь, под грозный скрип гигантских дверей.

— Прибыл Лорд Спарты! — объявляет на весь зал Базальт, взяв на себя роль церемониймейстера.

— Лорд Шурик! Как я рад видеть тебя в своей обители! — смеётся, явно фальшиво, Меджнун, одетый сегодня почему-то в лёгкие шелковые одежды, а не в привычные мне доспехи. Неужели у него пропала паранойя? Или здесь что-то ещё?

Лорд Вавилона выглядит бледным, с острым блеском в глазах и едва заметно выступающими скулами. Кажется, он заметно постарел за то время, пока мы не виделись.

Похоже, Мэнфи не соврала, когда говорила, что ее брат болен Лихорадкой. Хоть он и пытается вести себя, будто всё в порядке, признаки болезни все ещё заметны.

Кстати, сестра правителя сейчас отсутствует. Возможно, именно поэтому Канцелярия хранила молчание, ведь её лидер, Лорд Меджнун, едва ли не валялся в полубреду в своём богатом дворце?

Даже слова Мэнфи о совете министров, который проходил без Лорда, приобретают теперь совершенно иной смысл.

Неужели они уже успели мысленно похоронить своего правителя в уме и начали играть собственную игру? Вот почему последние решения Вавилона кажутся такими хаотичными.

Город мог бы продолжать функционировать как обычно, но полноценная стратегия потеряла свой прежний фокус из-за болезни Меджнуна.

Но почему он тогда не обратился ко мне через сестру или сам, чтобы получить лекарство?

Не доверял? Не верил в эффективность препарата?

Или считал себя выше таких вещей?

Сейчас сложно найти ответ на эти вопросы, но одно ясно: Меджнун всё ещё слаб после болезни, именно поэтому он сменил тяжёлые доспехи на лёгкую ткань.

Как интересно…

— И я рад видеть тебя в здравии, Лорд Меджнун. Пусть ты будешь править долго, — улыбаюсь я в ответ. — Если бы я знал о твоём недуге, я бы немедленно выслал своих лучших лекарей.

— О, это лишь мелочь, не более, — фыркает Меджнун. — Тебе ли не знать. Правители не могут быть слабыми и больными. У них просто нет такого права. Иначе быстро лишатся всего, что имеют.

Я удивленно поднимаю брови. Совсем не таких слов я ожидал от гордого Меджнуна. Неужели он настолько близко подошёл к краю?

Лорд не может быть слабым.

Меджнун, прекрасно понимая, что представляет из себя Вавилон, делает всё возможное, чтобы не показать ни малейшей слабости перед подчинёнными.

Но на этот раз что-то явно пошло не так.

Совет министров без участия самого Лорда, странные события в Вавилонской Башне, эпидемия среди бедняков, недовольство и возмущение граждан города, и, конечно же, удар по торговле из-за катаклизма.

Я думал, что Меджнун сидит во дворце и ничего не делает, но он, оказывается, вполне сносно разгребал последствия «сезона дождей», начиная от открытого противостояния Канцелярии до угрозы голодного бунта в городе.

И всё же город устоял, как и его Лорд. Это нельзя не уважать.

— Моя сестра уже сообщила мне о заключённом между вами договоре, — не без неудовольствия произносит мужчина. — И я намерен исполнить его в полной мере! Вавилон благодарен тебе, Лорд Шурик. Ты ускорил очищение наших улиц от эпидемии, за что я, как Лорд города, выражаю тебе свою благодарность.

Видно, что Меджнуну неприятно произносить эти слова, но иначе его просто не поймут.

Я спас Вавилон от Лихорадки, и это факт.

Как правитель Вавилона, Меджнун вынужден меня как-то наградить.

И именно поэтому он воспользовался договором с Мэнфи, как бы говоря: «Вот она, твоя награда. Этого должно хватить».

Но как он узнал о договорённости? Сдала ли меня Мэнфи, или Меджнун узнал об этом иначе?

Мне не хочется, чтобы каждый мой договор с девушкой становился известен её брату.

Нужно будет задать ей несколько неудобных вопросов при следующей встрече…

— Я сделал то, что считал нужным. Ничего более, — киваю я, — К тому же, я привез несколько подарков для тебя, Лорд Меджнун, в знак благодарности за то, что ты позволил мне помочь вашему городу.

Я беру у Малого непромокаемый плащ и сапоги из кожи варана, после чего лично подхожу к лестнице, ведущей к правителю Вавилона. Невероятная наглость, но у Меджнуна нет выбора.

Я лично вручаю ему подарки, и он обязан их принять, как бы ему это ни было неприятно. «Чтобы Лорд всегда держал ноги в тепле и никогда не простужался», — как объявил я.

Передав мужчине предметы, я добродушно улыбаюсь и наклоняюсь вперёд, чтобы меня слышал только Меджнун.

— Я правильно понимаю, что весь этот «сезон дождей», катаклизм, который повредил многим поселениям, ни что иное, как очередное «испытание» Вавилона?

Глава 21

Как только я произношу слова об испытании, Лорд Меджнун резко меняет выражение лица.

Однако, быстро оправившись, он снова надевает маску равнодушия. Я достаточно внимателен, чтобы заметить этот его прокол, и он тоже это понимает.

— Базальт, выведи всех из тронного зала, — сухо приказывает правитель Вавилона.

— Но, Мой Лорд… — аккуратно произносит Базальт.

Он явно не хочет оставлять своего Лорда наедине со мной.

Какой удар по моему самолюбию! Местная «Чёрная Стража» не доверяет мне!

А может, это, наоборот, комплимент? Меня считают способным нанести урон самому Меджнуну, чей уровень, как ходят слухи, запредельный.

— Это приказ, — строго повторяет Меджнун, глядя на главу своей гвардии.

Базальт, мрачно переводя взгляд на ухмыляющегося меня, и стискивает зубы. Неужели ты думал, что всё пойдёт по-твоему? Не в этот раз!

— Как прикажете, — склоняет голову Базальт и отдаёт команду гвардии покинуть тронный зал.

Солдаты спешно покидают зал, бросая на меня полные недовольства взгляды.

— За мной, — говорит Меджнун, небрежно махнув мне рукой.

Я следую за ним и за Базальтом по коридору, который, как выяснилось, находится прямо за троном.

Спустя несколько минут мы оказываемся в небольшом, но уютном кабинете.

Из окна открывается живописный вид на сад и Вавилонскую Башню.

Меджнун без церемоний падает в массивное кресло за рабочим столом и молча предлагает мне присесть напротив на кожаном диване.

Базальт занимает место у дверей.

— Откуда ты знаешь об испытании? — хмуро спрашивает он. — Тебе Мэнфи рассказала?

Я задумчиво смотрю на него. Если Меджнун решит, что Мэнфи выдала мне местную государственную тайну, то её могут обвинить в измене и даже бросить за решётку.

Конечно, я сужу с её слов, а она может сгущать краски. Но уж больно сейчас нехороший у Меджнуна взгляд. Его страхи разгулялись пышным цветом.

Да ещё и мой договор с обещанием награды от властительницы, практически у него за спиной…

Мне то теперь понятно, что Мэнфи та ещё жучка, и вовсе не так откровенна, как старается показаться. Она всё же хранит некоторые секреты своего брата, даже от меня, своего «верного союзника и защитника».

Но и подставлять её не в моих интересах, ведь пользы от Мэнфи куда больше, чем вреда. Она ведёт свою игру.

Здесь каждый ведёт свою игру. Могучий Вавилон на деле оказывается клубком змей, в котором каждая норовит укусить другую за хвост.

Нет, мою союзницу надо отмазывать, и как можно убедительнее.

— Я сам это понял. Это было очевидно, — ухмыляюсь я.

— Очевидно? — саркастически поднимает бровь Меджнун, но я продолжаю.

— С самого начала природа этого катаклизма казалась мне подозрительной. Система ничего не делает просто так, без причины. Кто-то спровоцировал или вызвал этот феномен, но кто? — улыбаюсь я, глядя на замолкшего собеседника. — Интересно, что пострадали все, кто был связан с Вавилоном или находился близко к нему. Прочие фракции, находящиеся чуть дальше от города и не имеющие с ним контактов, практически не пострадали.

И да, это я о «Сладкой Жизни», если что.

— Всё равно этого недостаточно для таких выводов, — хмуро говорит Меджнун.

— До недавнего времени я и сам не мог сложить все факты в одну картину, — соглашаюсь. — Но всё изменилось, когда я прибыл в Вавилон. Здесь катаклизм ударил сильнее всего. Молнии с небес, почти торнадо внутри городских стен, да и наводнение, словно библейский Великий потоп. Слишком много подозрительных совпадений. Ковчег строить не пробовали? Бащня уже есть, почему бы не пойти по проторённому пути? Да ещё эта эпидемия?

— А что в ней удивительного, — возражает Меджнун, мои шутки он игнорирует. — Она бы и так охватила город из за размеров и плотности населения. В других поселениях, я слышал, люди тоже болеют.

— Согласен, болеют, — киваю я. — Но последствия болезни здесь намного серьезнее, чем, скажем, в Спарте.

И это факт. В моём полисе даже игроки с Лихорадкой быстро вставали на ноги после нескольких дней отдыха, травяных настоев и еды… В Вавилоне же ситуация оказалась совершенно иной.

Я последовательно излагаю свои выводы.

Долгое время даже граждане не могли вернуть прежнее здоровье! У последних было достаточно Е-баллов, чтобы вызвать лекаря и закупиться едой и настойками. Но всё это оказалось бесполезным. Словно Система презирала эти методы, не считая их достаточными для выздоровления. Это крайне подозрительно!

Что уж говорить о тех, кто лишился жилья? Здесь даже добавить нечего.

Почему в Спарте и других полисах, как я слышал, всё прошло относительно спокойно и без последствий, а в Вавилоне, целом городе, ситуация оказалась настолько нестабильной?

Стоит вспомнить о многочисленных бонусах, которые предоставляет Система Вавилону. По логике, Вавилон должен был преодолеть болезнь быстрее и легче, чем другие. Но произошло наоборот!

Город стал эпицентром эпидемии, и даже сам Лорд заболел Лихорадкой!

Я киваю на самого Меджнуна. Кто как ни он сам может быть самой явной иллюстрацией к происходящему. Лорд с высокой Выносливостью, наверняка его лечили всеми доступными средствами, а ему так досталось?

Разве это не явное признание того, что здесь что-то не так?

Лорд Меджнун задумчиво молчит. Ну и ладно. Я продолжаю перечислять факты.

— Всё указывает на то, что Вавилон стал центром этого катаклизма. И катаклизм этот многоступенчатый. Сначала в городе происходит потоп и пожары. Почти треть или половина простых игроков теряют свои дома, — перечисляю я, — Затем начинается социальный кризис на фоне эпидемии. А потом и бунты. Если бы не я, волнения могли бы обернуться нападением толпы на самого правителя.

Меджнун смотрит на меня пронзительным взглядом. Он явно понимает ситуацию лучше меня.

— Получается…

— Получается, я спас Вавилон от столкновения твоих же жителей со стражниками и от последующей резни, которая могла бы привести к провалу испытания и падению всего города, — делаю я вывод, откидываясь на спинку дивана.

— И всё же, если ты подозревал это почти с самого начала, зачем помогал с эпидемией? — хмуро отвечает Меджнун, — Зачем вмешивался во всё это? Ради славы, Е-баллов или чего-то ещё?

— Всё просто, — пожимаю я плечами. — Как бы то ни было, Спарте невыгодно, чтобы Вавилон превратился в руины, заселённые кочевниками, разбойниками или кем-то ещё. Мне выгодно иметь этот город как торгового партнёра и место для продажи своих товаров. Ведь чем больше рынок…

— Тем больше выгода, — задумчиво заканчивает Меджнун.

Про мои выводы он поверил, а вот мотивы его не убедили.

Даже сейчас, услышав мой ответ, он не полностью доверяет мне.

Это видно по его прищуренным глазам, напряжённой позе и сцепленным в замок ладоням. Навык «Политика» сейчас мне очень пригодился!

Я прикрываю веки и словно на расчерченной схеме вижу всю ситуацию.

Что у нас есть? Для Лорда Вавилона я скорее конкурент, чем друг или партнёр. Он не может допустить, что я мог хотеть ему помочь, ведь мы едва ли не враждуем.

Это не укладывается в его представление о мире. Он слишком осторожен и мнителен, всегда ищет скрытые подводные камни, даже если их нет.

Чтобы успокоить его беспокойство, мне нужно «выдать себя».

Показать, что моё решение имело двойное дно, что я искал собственной выгоды.

— Прости Лорд Меджнун, возможно, мои слова могут тебе не понравиться, — осторожно говорю я. — Поверь, у меня и в мыслях не было оскорбить правителя Вавилона своими мыслями или действиями, но…

— Но? — вижу, как напрягся Меджнун.

Его пальцы вцепились в подлокотник кресла, а взгляд метнулся в сторону стоящего у двери Базальта.

Интересно, каких же моих слов ты так опасаешься, что решил «валить» целого Лорда в собственном кабинете?

— Дело в прекрасной Леди Мэнфи, — вздыхаю я, — с тех пор, как я увидел её на приёме во дворце, все мои мысли только о ней. Естественно, когда она сообщила мне о бедственном положении Вавилона и попросила о помощи… Я не мог отказать…

— А я то думал, чего у неё сидр в покоях не переводится⁈ — ухмыляется Меджнун. — Оказывается, вот в чём дело!

Меджнун, услышав этот мотив, словно оживает.

Видно, как его взгляд становится увереннее, а поза — расслабленнее.

Он получил нужные ему ответы и, вероятно, уже выстроил свои догадки. Которые позволят ему выдохнуть.

Пусть он думает, что всё сделано ради Мэнфи.

Это ведь так естественно для напыщенного провинциального Лорда-Варвара.

Пусть он верит, что я очарован Мэнфи или, по крайней мере, искренне забочусь о ней, словно о самом ценном сокровище.

Разыграем эту карту и посмотрим, что будет дальше.

Этим ходом я несколько подставляю Мэнфи, ведь теперь ее брат будет внимательно за ней следить.

Но, с другой стороны, она и так подставилась дальше некуда договором со мной. Всё-таки интересно, откуда Меджнун о нём узнал?

Таким образом, теперь мы с Мэнфи действительно становимся союзниками, по крайней мере, в глазах Меджнуна и некоторых других игроков.

— Так или иначе, твоя помощь заслуживает вознаграждения, — решительно заявляет Лорд Вавилона.

— Что касается награды, — ухмыляюсь я, наклоняясь вперёд, — раз я не только помог решить проблему с эпидемией, но и спас Вавилон от последствий испытания, быть может, моя награда должна быть особенной?

— Чего ты хочешь? — прямо спрашивает Меджнун.

— Доступ к стеле Вавилона. Свободный выбор 10 позиций. Любых, — заявляю я.

Меджнун задумчиво сверлит меня взглядом.

— Я готов согласиться на такую награду, но при двух условиях, — говорит он.

— Я весь — внимание, — улыбаюсь я.

— Во-первых, очень узкий круг лиц знает, что все эти недавние события были испытанием. Простые жители об этом не подозревают, даже некоторые министры не осведомлены, — говорит Меджнун, — Я требую, чтобы ты сохранил эту тайну. Никому не нужно знать о причинах происходящего.

— Приемлемо, — задумчиво соглашаюсь я после короткого размышления.

Ведь действительно, я не смогу доказать, что катаклизм был испытанием. Даже если я объявлю об этом всему городу неизвестно, поверят ли мне игроки.

Однако, учитывая мою недавнюю помощь в спасении Вавилона от эпидемии, они вполне могут доверять мне.

Опять же, к чему это приведёт? Наверняка к бунту и полноценному восстанию.

Но мне это не нужно. Вавилон будет разрушен изнутри, и хотя в условиях войны подобные волнения могли бы быть выгодны, Спарта сейчас не обладает силой, чтобы победить город и его защитников.

Под командованием Меджнуна находится сотня «Чёрной стражи», с которыми я даже не знаю, как поступить. К тому же, в городе есть несколько сотен обычных стражников, способных дать отпор моим бойцам.

Да, выучкой моя гвардия их превосходит, но основная масса войска находится на их уровне.

Так что числом они нас могут просто задавить.

Пусть мы и подросли, но Спарта и Вавилон по-прежнему находятся в разных весовых категориях.

— Какое второе условие? — возвращаюсь я к беседе.

— Ты не можешь выбрать чертежи и артефакты военной тематики: осадное оружие, доспехи, вооружение. Короче говоря, всё, что может навредить Вавилону, — заключает Лорд Меджнун.

Хоть и неприятно, но я понимаю его решение.

Таким образом, правитель Вавилона ограничивает мой выбор и не позволяет сократить разрыв в военной мощи между нами.

— Договорились, — киваю я, довольный, и протягиваю ладонь собеседнику. — Заключим договор?

— Конечно, — улыбается в ответ Меджнун, пожимая мою руку.

Наши крайне непростые переговоры завершились, и, похоже, обе стороны довольны их исходом.

* * *

Мэнфи провожает меня до зала, который расположен в самом сердце дворцового комплекса.

Меджнун — тот ещё хитрый жук. Решив, что, раз мы заключили договор с его сестрой, он «позволил» нам его исполнить.

По пути властительница Вавилона молчит и капризно поджимает губы.

Вот уж не знаю, отыгрывает ли она свою роль, ведь во дворце наверняка и у стен есть уши, или правда обиделась на меня.

Надо будет в ближайшее время побеседовать с ней наедине. Заодно предупредить, что наше общение уже стало «секретом Полишинеля». Так что нам придётся выработать новую легенду, первый камень в фундамент которой я уже заложил.

Итак, в качестве наказания Мэнфи лишается своего месячного лимита в 10 предметов из стелы.

Но теперь я не ограничен только выбором артефактов. Я могу получить и чертежи, и рецепты, причём из набора города второго уровня.

Ухх, ну и перспектива! Дух захватывает.

Сама стела не производит на меня впечатления. Она обычная, как и везде, только выполнена из отполированного камня, который отбрасывает блики от света факелов на стенах.

Коснувшись стелы, я получаю доступ к магазину Вавилона.

И вот оно, изобилие выбора! Глаза разбегаются от множества предложений. Здесь и полные латные доспехи, в том числе для ездовых животных, и различные осадные механизмы, такие как требушеты и баллисты.

Даже пламенный меч нашёл среди всего этого!

Но это не просто меч, облитый бензином. Это настоящий меч, охваченный пламенем, безопасный для пользователя и способный наносить АОЕ-атаки на расстояние 5–10 метров. Правда, цена в 500,000 Е-баллов немного шокирует.

Спокойно, не стоит так волноваться, особенно при даме!

Я собираюсь с мыслями и начинаю искать чертежи, так как они меня интересуют больше всего.

Ведь сколько бы могуч не был артефакт, он всегда в единственном экземпляре и не оказывает существенного влияния на массовое или на развитие поселения.

Фолианты с магией могут изменить ход боя, но всегда есть контрмеры к магам, да и стоят они космические суммы.

Магия по-прежнему остаётся элитарным, крайне редким путём развития.

А вот разнообразные постройки могут принести гораздо большую пользу.

И здесь тоже куда ни глянь — всё привлекает внимание.

Ветряные мельницы, различные мастерские 5-го уровня, которые фактически являются небольшими мануфактурам, — вот, откуда в Вавилоне берутся производства практически фабричного уровня.

Ещё нахожу улучшенные версии дорог, защитных укреплений, каменных стен, башен, ворот, мостов и многое другое.

Рынки, биржи, театры, арены, колизеи, ипподромы… Чёрт возьми, город действительно предлагает слишком большой выбор возможностей для строительства.

Если каждый полис был похож на другие своей структурой и содержанием, включая мастерские и производства, то каждый город, можно сделать полностью уникальным, выбрав свой особый путь развития.

Ведь на всё сразу ни у кого не хватит ресурсов.

Глубоко вздохнув, я прежде всего выбираю из предложенного ассортимента ещё одну «открывашку».

Пускай этот артефакт можно попытаться добыть на чёрном рынке. При мысли о бухточке на берегу моря у меня чешутся руки, так что решаю выполнить свою мечту незамедлительно.

Затем, разумеется, я выбираю каменную крепостную стену, форт и подвесной мост.

Они мне необходимы для реализации определённого плана, контуры которого я уже начинаю прорабатывать.

Имя: Чертёж каменной крепостной стены

Описание: Ни один хряк не пробьётся через такую стенку! Только если хряк не научится скалолазанию… в таком случае следует серьёзно опасаться вторжения!

Цена: 50 Е-баллов

Имя: Чертёж форта

Описание: Высоко сижу — далеко гляжу! Так мало того, что ты сидишь высоко, так до тебя практически невозможно добраться ни одному противнику! Впрочем, снаряд из катапульты всех уравняет.

Цена: 50 Е-баллов

Имя: Чертёж подвесного моста

Описание: Однажды понтонщик решил выйти на пенсию. И он решил это оригинальным методом, создав подвесной мост. Теперь понтонщик может сидеть в кресле и получать плату за проход по мосту.

Цена: 50 Е-баллов

Среди всего прочего я также приобретаю и почтовую службу. А именно постройку, что позволяет связываться при помощи голубей и воронов.

Имя: Чертёж почтовой службы

Описание: Забудьте об очередях, ужасном обслуживании клиентов и потерянных посылках! А потом вспомните с ностальгией, потому как Система совершенно не гарантирует доставку ваших писем!

Цена: 100 Е-баллов

Но самое главное, я произвожу покупку последних пяти позиций.

Верфь 1-го и 2-го уровня, чертеж биремы, маяк и компас.

Имя: Чертёж верфи

Описание: Это далеко не сухой док, но и у тебя пока что нету полноценной сварки! Так что улыбаемся и машем!

Цена: 300 Е-баллов

Имя: Чертёж биремы

Описание: Маленькое боевое судно. Годится для десантных операций и морского абордажа. О чём-то большем даже и не думайте!

Цена: 500 Е-баллов

Имя: Чертёж маяка

Описание: Как говорится, в гостях хорошо… а до дома ещё следует добраться! Свет маяка всегда поможет вашим кораблям вернуться в целости и безопасности до берега. Защитит от рифов и опасных течений.

Цена: 500 Е-баллов

Имя: Простой Компас Джека

Описание: Простой, непростой, а этот компас в море укажет туда, куда тебе нужно.

Внимание: возможны перегрузки, истеричные закидоны и прочие капризы

Бонус:

— указывает в направлении желаемого с нечёткой периодичностью

— может работать и как обычный компас

+ 10 к Мудрости

+ 10 к Интеллекту

Цена: 1000 Е-баллов

Спарта должна получить выход к морю. Это невероятный простор для роста.

Чтобы не отставать от Афин, нам тоже нужен корабль. Среди всего, что я нашёл на стеле, наиболее подходящим оказалась бирема.

Ничего более существенного я не обнаружил.

Возможно, у Вавилона такой ограниченный выбор, или Система не предоставляла городу доступ к таким товарам, так как он находится далеко от моря.

Но Спарта — это другое дело. Раз уж мы пока не можем расширяться в степях, найдём альтернативу на море!

К тому же я закупаю чертежи промежуточной верфи 2-го уровня и маяка, чтобы обеспечить безопасность движения будущего флота у берегов. Также приобретаю компас — единственный подобный артефакт во всей стеле.

Как иначе ориентироваться на море, если звёзды в мире Системы расположены иначе, чем на Земле?

Плавать исключительно вдоль берега?

Как будет осуществляться навигация в местных водах — вопрос открытый, но без компаса обойтись нельзя, даже несмотря на его высокую цену.

Итого, за столь короткое время я трачу не меньше 2,500 Е-баллов.

Вот это, я понимаю, зашёл в местный аналог ЦУМа!

Криво улыбнувшись, я киваю ожидавший меня Мэнфи.

Пора возвращаться в резиденцию.

До самого дома, которым я уже стал считать представительство Спарты в Вавилоне, я остаюсь погружённым в свои мысли и планы.

Возможностей стало куда больше и мне не терпится их реализовать.

Но уже на подступах к резиденции я замечаю что-то неладное.

Вокруг снова собирается толпа — не пара десятков, а сотня или две игроков!

Но на этот раз они ведут себя тихо и послушно.

Заметив меня, они расступаются, формируя живой коридор. Без раздумий я продолжаю движение по этому пути, а люди продолжают уступать дорогу мне и моим фалангистам.

Вот так, наверное, чувствовал себя Моисей в своё время…

Добравшись до ворот резиденции, я спрашиваю вышедшего навстречу Богучрова.

— А что это за сборище у нас здесь?

Тот озадаченно вздыхает:

— Они хотят присоединиться к Спарте, Мой Лорд. Все эти игроки желают покинуть город и подчиниться вам.

Глава 22

Народ на улице мы убедили разойтись и вернуться на следующий день.

Для этого не понадобилось никого разгонять, достаточно оказалось просто попросить.

Люди выслушали наше пожелание не создавать на улице заторов и не привлекать лишнего внимания.

Ну а нам предстоит теперь решить, что со всем этим делать.

Для этого я собираю в гостиной тех, кто лучше всего знает обстановку в Вавилоне и может помочь мне в принятии решения.

На совещание это не очень похоже. Сидим почти по-домашнему, с кружками кофе, который быстро вошёл в нашу жизнь. А с его происхождением все как-то уже смирились и старались лишний раз не вспоминать.

— Я не рекомендую с ними связываться, — сразу заявляет Хрюша, относительно толпы бедняков, — ещё вчера они орали под окнами «Смерть Спарте», а сегодня хотят в ней жить!

К её мнению стоит прислушаться. Не стоит забывать, что именно она руководит всем представительством Спарты в Вавилоне.

Кроме того, у Хрюши до всего этого катаклизма образовались удачные знакомства в высших кругах города.

К ней в салон приходили жёны и подруги самых богатых и влиятельных людей Вавилона, а она никогда не упускала возможностью поболтать с ними, пока те проходили свои процедуры.

Да и после мало кто отказывался выпить с Леди Хрюшей чашку травяного чая или бокал сидра и посплетничать. Это стало правилом хорошего тона, а сама Хрюша одной из самых популярных личностей Вавилона.

— Почему ты против? — уточняю. — Если без эмоций, у тебя есть фактические возражения?

— Прежде всего, это самый верный путь ввязаться в неприятности, — говорит Хрюша, — это не просто бедняки. На каждом из них наверняка висит немалый долг. Так что они не просто нищие, а нищие с расходами.

— А если выплатить его? — уточняю, — ведь наверняка сам Вавилон не может получить с этих несчастных ничего.

— Долг, это не только возможность заставить людей работать на Вавилон, но и удержать их здесь, — вздыхает Хрюша, — я пыталась до катаклизма выкупить Ди, так мне просто рассмеялись в лицо! Никто её не отпустит, пока не истечёт год! Даже если погасить всю сумму досрочно!

— Ну ты не сравнивай Ди, и это отребье, — не упускает возможности поспорить Богучаров. — Она гарантированно погашает все платежи по долгу и может считаться идеальной жительницей. С чего бы от неё избавляться. А вот с большинства власти уже, должно быть, отчаялись что-то взыскать.

— Так ты, я так понимаю, за? — перевожу взгляд на Богучарова. — Раз утверждаешь, что их будет легко выкупить?

— Вы неправильно поняли меня, мой Лорд, — фыркает Богучаров, — Зачем нам эти бездельники? Эти игроки сами себе не хотят помогать. Нищие, которые не желают работать или чем-то заниматься. Что они сделали после эпидемии? Пошли на трудовую биржу? Нет! Они пришли проситься к нам, как нахлебники!

— Достаточно, — останавливаю я его. — Я тебя понял. Третий, а твоё мнение?

— У меня нет мнения, но есть информация, — сообщает он в своей обычной невозмутимой манере. — Она может пригодиться Лорду для принятия окончательного решения.

— Что за информация? — уточняю.

— До эпидемии в ночной клуб часто заходил один из чиновников фонда «Свобода от цепей», — объясняет он. — Это официальный фонд Вавилона, который выкупает рабов на аукционах и дарует им свободу. Государственная структура, в общем-то.

— Давай к сути, — подгоняю я его. — Я знаю, что это за фонд.

Третий, как всегда, точен, но уж больно он любит выдавать всё по полочкам и с подробностями.

— Конечно. Я слышал, как этот чиновник жаловался, будучи пьяным, на то, что фонд на грани банкротства. Канцелярия требует Е-баллов, но их приток иссяк, — кратко пересказывает Третий. — Делегации из других фракций уже не так рьяно скупают рабов. Их тоже затронул катаклизм. Аукционы неплательщиков не проводятся. Да и самих должников теперь очень трудно «прижать».

— Почему? — удивляюсь. — Что мешает?

— Когда неплательщиков было мало, их задерживала стража, и остальные не вмешивались, радуясь, что пришли за другими, а не за ним. Но когда разоряться стали целые кварталы, то терять людям стало нечего, — поясняет он, — они стали сопротивляться, отбивать своих у стражников. А после и вовсе стали сбиваться в вооружённые банды и устраивать ловушки и засады на сборщиков долгов.

— И Вавилон, как я понимаю, ничего не может поделать, — усмехаюсь я.

— Вот именно. Как быть фонду? — кивает Третий. — Бедняков не продашь, ведь покупатели сами испытывают проблемы. А требовать возврата долга у тех, у кого ничего нет… Смешно, не правда ли?

— И этот чиновник был бы крайне признателен, если бы нашёлся покупатель, готовый избавить город от этой опухоли и одновременно облегчить ситуацию для Канцелярии, — задумчиво говорю, потирая подбородок.

— Именно так, — опускает голову мой собеседник.

Да, это больше похоже на план…

— Так или иначе, я услышал ваши мнения, но не могу с вами согласиться, — обращаюсь к Хрюше и Богучарову. — Нельзя всех бедняков считать лентяями, не желающими выбраться из нищеты. Среди них много талантливых людей, которым просто не нашлось места в мире Системы, как, например, Ди, Ирма и многие другие тому примером. Да и в упорстве им трудно отказать, вспомните «добровольную дружину» возле нашего медпункта. В храбрости и боевых качествах этим людям не откажешь. Ну и кроме того, вы забываете вот о чём, — я внимательно смотрю на всех собравшихся. — Самое ценное, что есть у Спарты, — это её игроки. Эти люди поверили нам. Они доверяют нам свои жизни. Мы не можем предать их доверие. Если они согласны работать и защищать свою свободу — они часть Спарты. Вы меня поняли?

— Я поняла, — говорит Хрюша вздыхая.

Моя супруга слишком хорошо меня знает, чтобы спорить.

Богучаров задумчиво трёт подбородок, погружённый в свои мысли.

Надеюсь, все поняли суть моих слов.

— В общем, сначала займитесь восстановлением ночного клуба и салона. Потом я возьмусь за нашего чиновника из фонда. Думаю, нам есть что ему предложить.

* * *

Ворчун благодарил саму Систему за то, что единственное место, где он мог от души расслабиться, вновь открылось!

Ночной клуб «Незабудка», владельцем которого был известный во всём Вавилоне Лорд-Благодетель, он же Лорд Спарты, теперь приглашающе раскрыл свои двери, словно зазывая его войти.

Ворчун радостно улыбнулся, предвкушая сегодняшний вечер.

У входа в клуб уже сформировалась очередь из желающих попасть внутрь.

Однако Ворчун лишь презрительно взглянул на этих простолюдинов, надеявшихся пройти «просто так».

— Дальше только по приглашениям, — остановили его у дверей «Незабудки» двое солдат. — Либо отправляйтесь в очередь.

Крепкие парни, которые смотрели на чиновника с высоты на две головы выше его. Вероятно, здесь сыграл роль и тот факт, что сам Ворчун был ростом чуть больше ста шестидесяти сантиметров. Да, природа обделила его в росте, но компенсировала это в других аспектах, о которых говорить прилюдно было бы неприлично.

Одна из причин, по которой ему так нравилась «Незабудка», что здесь сразу выделили Ворчуна из толпы.

Буквально на втором же его посещении, чиновнику вручили специальное приглашение, заверенное печатью клуба.

«Уважаемому ВИП-клиенту», — заявил управляющий заведением.

И как они разглядели в Ворчуне что-то особенное?

В других местах к нему часто относились с пренебрежением, ведь Ворчун одевался скромно, вынужденный скрывать свои доходы.

А тут сразу ВИП! Естественно, он стал завсегдатаем, даже не глядя на другие подобные места.

— О, господа, у меня как раз есть приглашение! — ухмыльнулся Ворчун, протягивая бумагу солдатам. — Совершенно случайно оказалось!

Один из них взял её и внимательно осмотрел, обращая особое внимание на печать.

— Хорошо. Можете проходить, — равнодушно кивнул солдат, освобождая путь. Его коллега поступил так же.

Довольный Ворчун весело взбежал по ступенькам, насмешливо фыркнув в сторону возмущавшихся людей в общей очереди.

— Эй, а чего это он прошёл⁈

— Да, мы тут так-то уже полчаса стоим и ждём!

— Нечестно! Я тоже хочу!

Однако Ворчун не стал наблюдать, как солдаты успокаивают игроков, ведь в его голове уже были куда более приятные и желанные перспективы.

Проходя через ночной клуб, он глубоко вздохнул, ощутив аромат масел, выпивки и чего-то сладкого.

Мёд или что-то в этом роде?

Ах, какая разница! Он пришёл сюда не за сладостями.

Точнее, за ними, но другого рода!

Внутри его ласково подхватила музыка. Струны, ударные и флейты выдавали мотив, одновременно ритмичный и томный.

Мягкий свет резных светильников, драпировки, мягкая мебель и отдельные кабинки в глубине зала. Здесь было абсолютно всё, что позволяло «уважаемым гостям» расслабиться.

Тут и там у шестов танцевали девушки, постепенно избавляясь от одежды.

В углу подиума была даже установлена клетка, внутри которой извивалась танцовщица, привлекая взгляды со всех сторон.

Похоже, она капала на свою грудь каплю за каплей какое-то масло, ещё больше возбуждая зрителей.

Ворчун, как и все остальные мужчины, невольно сглотнул, наблюдая за этой сценой.

Вот она, настоящая свобода, ограниченная только количеством монет в кармане! Тут все равны, и жители, и граждане, местные и приезжие.

А интерьер и девочки роскошнее, чем во дворцах или в гаремах! По крайней мере, Ворчуну хотелось бы в это верить.

«Решено, сегодня я оторвусь по полной!» — подумал он, несмотря на то, что Е-баллов в его карманах оставалось не так уж много.

Можно и день-другой без еды прожить. Главное — забыть обо всем и погрузиться в пьяный угар. На всю неделю вперёд!

Удовлетворённо потирая руки, Ворчун направился к бару. Вечер только начинался.

* * *

Ворчун надеялся забыться, забросить все проблемы и заботы. Именно ради этого он пришёл в «Незабудку».

Он даже потратил последние Е-баллы, чтобы заказать себе и двум танцовщицам выпивку в виде спартанского сидра, но даже это не помогло ему отрешиться от преследующих его проблем.

Резко опрокинув кружку с сидром, Ворчун заливал свои проблемы алкоголем, желая, чтобы мозг окончательно отключился.

«Нужно отдыхать! Я пришёл сюда отдыхать от работы, а не думать о ней!»

Но всё получалось наоборот. Чем больше он пил и общался с красивыми женщинами, тем больше он становился похож на своё прозвище.

В его голове вместо тупой и беззаботной радости накапливались заботы.

А ведь всё шло так легко! Эти самые бывшие рабы как бараны шли на стрижку. Радовались, что попали в настоящий город из лап этих жутких степняков, и платили… платили… платили…

Деньги лились в фонд как из рога изобилия. На каждый вложенный Е-балл, возвращалось десять или даже пятьдесят…

И в одночасье всё прекратилось.

Дрянная эпидемия, грёбаные бедняки, чёртов Вавилон, проклятая Система!

И ему приходилось разбираться со всем этим почти круглосуточно. Канцелярия требовала отчётов и большего количества Е-баллов, не давая ему покоя.

А глава фонда гоняет Ворчуна, и других чиновников, словно они могут вытащить деньги из воздуха.

Разве он этого хотел? Совсем нет! И где же взять столько Е-баллов? Рынок будто схлопнулся, как будто лопнул пузырь!

Даже на новых аукционах, которые стали проходить после катаклизма, покупателей практически не было.

Делегации из Афин, Рима и Москвы серьёзно сократили свои аппетиты, порой даже не появляясь на торгах.

Разве что змееглазые всё так же охотно скупали всех, кто им приглянется. Но они выбирали далеко не всех и по непонятному никому другому принципу.

А остальных приходится выкупать самому фонду. Вкладывать деньги, которых и без того мало.

И которые назад не вернуть.

Но как добиться от игроков оплаты, если они активно сопротивляются⁈

Ворчун слышал, что некоторые его коллеги даже попали в засаду бедняков, которые умудрились избить их палками.

И это ещё считается, что они легко отделались, ведь на помощь им пришла проходившая мимо стража.

А если бы помощи не было? Могли бы их забить до смерти.

Из-за проклятого наводнения у многих игроков просто закончились Е-баллы, не говоря уже о том, что многие лишились своих домов и прежней работы.

Всё это напоминало ему лагерь беженцев. А что можно запросить у беженцев? Ведь у них и так ничего нет!

И они ничего не боятся, ведь привычного устрашения в виде боёв на арене теперь тоже нет. Саму арену, говорят, будут перестраивать.

Ливень затопил подземные помещения, в них до сих пор стоит вода, а сама конструкция дала усадку и пошла трещинами.

— Чего такой хмурый, сладкий? — внезапно поинтересовалась у него блондинка, сидевшая слева.

— Неужели мы настолько наскучили тебе? — поддакнула ей брюнетка справа.

— Да нет, дело не в вас, что вы, — усмехнулся криво Ворчун, — Это по… работе.

— О, расскажи нам, что тебя тревожит, — подлила ему сидра в кружку блондинка.

— Вот-вот, давно известно, что нельзя в себе долго держать. Это вредно для здоровья, — подмигнула ему брюнетка, вынуждая Ворчуна тут же присосаться к сидру.

В горле резко пересохло.

— Ха-ха, ну раз вы настаиваете, — рассмеялся он, — моё начальство требует продать около сотни игроков, если не больше. Но сейчас на аукционах покупателей почти нет.

— Бедняжка, — погладила его по волосам блондинка, — неужели никакие фракции сейчас не скупают игроков? Ведь раньше люди всегда были в цене!

Она так наивно захлопала глазками, словно речь была не о рынке рабов, а о продаже ткани или каких-нибудь украшений.

— Да, вот спрос как-то резко упал, — устало хмыкнул Ворчун, наслаждаясь ощущением женских пальцев, играющих с его волосами.

Только за это он уже был готов заявить, что каждый потраченный Е-балл стоил того!

— А что насчёт тех двух торговцев на первом этаже? — обжигающе прошептала ему в ухо брюнетка.

Ворчун едва сдержал стон от удовольствия.

— Торговцы? — переспросил он, с трудом возвращаясь к реальности.

— Ой ты про этих ужасных людей? — нахмурилась блондинка, — пожалуйста, не говори ничего, они меня пугают.

— Ну ладно, — равнодушно бросила брюнетка.

— Нет-нет, — навострил уши Ворчун, — что за торговцы? Я думал, что знаю всех.

— Таких точно не видел, — рассмеялась брюнетка, — говорят, они из какой-то новой фракции. Приехали сюда за рабами и застряли из за ливня. Ведь они так и не смогли купить то, что нужно. Теперь сидят здесь и сорят деньгами!

— И много у них денег? — Ворчун даже протрезвел от хода разговора.

— Куры не клюют, — поморщилась блондинка, — но все девочки их боятся. Ходят слухи, что они не просто покупают рабов, но и потом делают с ними что-то жуткое.

— Да-да, — расхохоталась брюнетка, пугая впечатлительную подругу, — когда они говорят «аппетитные цыпочки», то так чмокают губами, что все считают, что они у себя там в кластере чужих игроков ЕДЯТ!

— Они даже говорили с менеджером, — прошептала блондинка, — чтобы купить нескольких девушек. Слава богу, он им отказал.

Странные покупатели из неизвестной фракции? Не может же быть всё так просто… Или может?

— А что-нибудь слышно про игроков, которых они купили? — поинтересовался он.

— Говорят, они пропадают без следа! — округлила глаза блондинка.

Ворчун сделал большой глоток сидра. Это был его шанс! Шанс переиграть всех коллег, найдя способ избавиться от ненужных игроков и раздобыть нужное количество Е-баллов.

И пусть даже продадут игроков каннибалам — какая разница? Нет тела — нет дела. Никто не сможет подать на него жалобу.

Гениально и даже изысканно. Всё, что от него требуется, — это предложить этим неизвестным выгодную сделку.

Выгодную для него и для этих папуасов.

— Девчонки, а где, говорите, находятся эти уважаемые бизнесмены? — заинтересованно спросил Ворчун.

Пришло время снова приступить к работе!

Глава 23

Я задумчиво разглядываю потолок кабинета, вытянувшись на диване во весь рост.

Как поступить с более чем двумястами игроками, планирующими покинуть город?

Отказываться от них я ни в коем случае не собираюсь. Ведь это целая толпа, аж 214 игроков!

Почти треть или четверть моей фракции, включая Краснодар и Сладкую Жизнь. С таким пополнением можно сразу приступать к новому испытанию в Спарте. Или, может, лучше отправить их в Краснодар, на форпосты и в ту же Сладкую Жизнь? Это серьёзный вопрос, но сейчас не о нём стоит думать.

Да, перед тем как разойтись мои люди провели с толпой краткую организационную работу. Пришедших успели посчитать, выяснить их профессии и долги.

Высокой квалификацией и уникальными навыками никто похвастаться не мог. Это были разнорабочие, строители, работники мануфактур.

Мужчин гораздо больше, чем женщин. Их труд, на удивление оплачивался выше, даже если это была «приличная» работа, вроде швей или ткачих.

Должников оказалось много, но сами долги совсем невысокие. Максимум пять Е-баллов, а в среднем один-два.

У меня даже в голове не укладывалось, что за сумму, которую я трачу, не задумываясь, эти люди должны работать несколько месяцев.

Имущественное расслоение, мать его, во весь рост.

Так что даже выкупив их по «остаточной цене», я сильно не обеднею. Люди, как ресурс, мне куда важнее, и в Спарте я найду, куда их приставить к делу.

Меня мучил другой вопрос.

Как же вывезти такую ораву из Вавилона незаметно?

Просто так устроить марш не удастся. Если не стражники, то кто-нибудь другой задаст вопрос и побежит докладывать начальству.

И всего через пару часов Меджнун и его гвардейцы узнают обо всём. Сомневаюсь, что он просто так отпустит нас вместе с двумя сотнями его жителей.

Может, он и расстался бы с нахлебниками, но усиливать Спарту точно не захочет.

Кроме того, у меня сильны подозрения, что действия продажного чиновника из фонда больше завязаны на личной выгоде, чем на интересах Вавилона в целом.

Не зря же Хрюша рассказывала, что здесь не любят досрочный выкуп. Вавилону нужны люди. Стела щедро оплачивает Меджнуну его успехи в развитии города.

Так что я очень сильно подозреваю, что людей так просто не отпустят.

Значит, неизбежно будет погоня, столкновение, а там и до войны — рукой подать.

И хотя двести потенциальных работников — крайне желанный приз, он не стоит потери Вавилона как торговой площадки.

Тот ещё далеко не исчерпал себя. Но и игроков вытащить нужно!

Я скрещиваю руки на груди, мрачно уставившись в потолок.

По какой-то причине он не даёт мне нужных ответов.

Пора бы уже!

Может, стоит взглянуть на ситуацию с другой стороны?

Например, со стороны фонда.

Начать следует с того, что была организована встреча между чиновником и нашими «папуасами».

Посыльный от Диско уже рассказал мне, как всё прошло, но я всё ещё жду дуэт наёмников, чтобы узнать все подробности.

* * *

Ворчун был очень доволен тем, что удалось срубить немало Е-баллов на продаже бедняков, которые в последнее время не пользовались особенным спросом.

Удивительно, что нам удалось столкнуться именно с этим человеком.

Если бы кто-то из фонда узнал, что один из его чиновников так просто продаёт «свободных» жителей Вавилона, поднялась бы большая шумиха!

Но коррупция, желание поживиться и «закрыть план», а также заверения «папуасов» в том, что бывшие жители Вавилона не вернутся в город, сыграли свою роль.

Теперь мы формально можем забрать 214 игроков, за которых заплатили «папуасы».

Ворчун же устроит всё в фонде так, что, как будто у многих бедняков вдруг нашлись средства, и они погасили свои долги.

Подозрительно, конечно, но на бумаге всё выглядит законно и прозрачно!

А что будет с игроками дальше, уже не его забота, а наша.

Раздаётся тихий стук в дверь.

— Мой Лорд, к вам Биба и Боба, — докладывает фалангист.

— Запускайте, — командую я, принимая сидячее положение.

В кабинет входят мой дуэт диверсантов, или, может быть, правильнее сказать, «папуасов»?

Бывшие наёмники выглядят безукоризненно, как всегда. На них плотная одежда, скрывающая почти все участки кожи, и теперь даже водонепроницаемые плащи на плечах.

Боба почтительно кивает мне, сохраняя свою обычную маску спокойствия и некоторой отстранённости.

В то время как его молодой товарищ Биба, улыбаясь на все тридцать два зуба, радостно машет мне рукой.

— Присаживайтесь. Как всё прошло? — спрашиваю я у Бобы.

— Как вы и предполагали, приманка сработала, — отвечает он. — Сыграть роль игроков издалека, ищущих рабов, было несложно. Ворчун сам подошёл к нам и предложил вместе отдохнуть.

— Ага, а потом «ненароком» решил поинтересоваться, не требуется ли нам «мясо»? Ха-ха-ха, такого топорного закоса я давно уже не видел! — комментирует Биба, устраиваясь на соседнем диване.

Боба же с достоинством садится в кресло.

— Не возникнет ли проблем с этим Ворчуном? Нам ведь важно не привлекать лишнего внимания. А уж особенно не допустить, чтобы Лорд Вавилона узнал о нашей сделке раньше времени, — спрашиваю я у собеседников.

— Оплата ещё не произведена, была только устная договорённость. Думаю, Ворчун сам не захочет трепать о сделке, — задумчиво отвечает Боба. — Ему и фонду очень давит на плечи вопрос с беднотой. Отчаяние заставляет идти на многое.

— Хорошо, пора приступать к подготовке нашего отъезда, — говорю я.

Чтобы скрыть от властей около 200 игроков, нам нужны профессионалы. И кто может справиться лучше, чем наши старые друзья — кочевники?

— Что задумали, Мой Лорд? — интересуется Боба.

— Нам надо подстраховаться, чтобы как можно меньше хвостов вело к нам, — говорю я. — Поэтому вы двое, под видом «папуасов», отправитесь в почтовую службу и отправите моё письмо Вихру, одному из лидеров кочевников. Уверен, он поможет нам.

— Как прикажете, Мой Лорд, — склоняет голову Боба. Биба повторяет жест коллеги.

Я немедленно приступаю к написанию письма:

«Жду тебя в городе свободы, Вихор. Поторопись, если хочешь получить награду не только для себя».

Подписывать письмо я не стал. Надеюсь, Вихор поймёт мой намёк. Ведь только он, подчинённые и я знаем, где он получил качественные доспехи в подарок от меня. Он должен всё правильно понять.

— Идите, — говорю я, передавая листок суровому Бобе, — и сразу возвращайтесь. У нас ещё много работы.

Наш план приобретает первые очертания.

* * *

— Прошу вас, господин, — низко кланяется мне служанка, впуская внутрь.

В гостевой комнате своего дворца меня уже ждёт Мэнфи, важно закинув одну ногу на другую и попивая кофе.

Хех, она всё-таки сумела раздобыть кофейные зёрна от Мэри.

— Давно не виделись, — улыбаюсь я ей.

— Всего день прошёл, — фыркает девушка.

— Каждый час без тебя — как агония, — театрально вздыхаю я, садясь напротив Мэнфи.

— Зачем ты пришёл? — сухо спрашивает зеленоглазка.

Кажется, кто-то недоволен тем фактом, что ей уделяют недостаточно внимания.

— Хочу рассказать о разговоре с твоим братом, чтобы ты могла поддержать ту версию, что я ему сказал, — отвечаю я.

— И что же ты наплёл моему брату? — с лёгким намёком на любопытство спрашивает Мэнфи, отодвигая чашку на край стола.

— Что я влюблён в тебя по уши и что помогал ему с эпидемией только ради безопасности властительной семьи и по твоей просьбе, — заявляю я.

Минута молчания повисает между нами. Мэнфи пристально изучает моё лицо, нацепив на нос свои очки, ища признаки лжи или что-то ещё, известное только ей.

— Эта версия — правда или особое прикрытие? — внезапно спрашивает она.

Люблю ли я Мэнфи? На моих губах невольно появляется лёгкая улыбка.

— Правда в том, что мы партнёры. Мы в одной лодке, хотим этого или нет. Я не позволю тебе потонуть, но ожидаю от тебя того же, — признаюсь я. — Влюблённый в тебя, я буду менее опасен для Меджнуна, чем если бы он узнал правду о нашем союзе.

— Значит, партнёры, да? — загадочно улыбается Мэнфи, переводя взгляд на содержимое чашки.

— Именно так. Можешь даже сказать своему брату, что контролируешь меня, держишь на поводке, и я — словно твой карманный Лорд. Уверен, ты сумеешь представить наше партнёрство в выгодном свете для Меджнуна, — предлагаю я собеседнице.

Она всё с той же непонятной улыбкой водит пальчиками по краю чашки.

Мэнфи и Меджнун, похоже, не делятся друг с другом всей информацией.

Брат и сестра куда ближе, чем кажется каждому из них.

Если Меджнун узнал о нашей сделке, то либо он допрашивал сестру, либо каким-то образом иначе получил эту информацию.

Мэнфи наверняка сообщила бы мне о допросе.

Следовательно, Меджнун выяснил всё сам, но при этом не наказал свою сестру — не оштрафовал, не ограничил доступ к стеле на будущее, только заставил выполнить её часть сделки.

Всё указывает на то, что братская любовь к Мэнфи для него важнее личной паранойи.

Именно Мэнфи хочет свергнуть Меджнуна с трона, именно она набирает силы, чтобы столкнуть брата с вершины Вавилона.

Меджнун видит многое. Он уже знает достаточно, чтобы запереть сестру в её дворце, как птицу в золотой клетке, и не выпускать оттуда никогда. Но он этого не делает.

— Покажи себя хорошей сестрой, — неожиданно говорю я, возвращая Мэнфи от её размышлений, — скажи, что приручила зверя, которого сможешь использовать в ваших общих интересах.

— Я сама решу, как поступить с этой информацией, — упрямо вскидывает подбородок Мэнфи.

Кажется, мои слова снова задели её за живое. Неужели вся её бравада, это желание младщей сестрёнки выпендриться перед старшим братом? Показать, что она и сама что-то стоит?

Показать ему? Или в первую очередь себе самой? Во втором случае Меджнун запросто может оказаться жертвой её самоутверждения.

Но я им не семейный психолог. Пускай сами разбираются и игрушки в песочнице делят.

— Вот и отлично, — ухмыляюсь я. — В таком случае, если твой брат спросит тебя обо мне в ближайшие дни, будь любезна, скажи, что ничего не знаешь.

— Не знаю о чём? — удивлённо поднимает брови Мэнфи.

— Именно так. Ни о чём, — смеюсь я, вставая с места.

В следующую секунду, когда я уже покидаю с хохотом её гостиную, в мою спину летит одна из пушистых подушек.

— Я тебе ещё поговорю о «ни о чём»! — слышу я вслед.

* * *

Лунный свет озаряет степь, позволяя разглядеть каждый уголок, как будто было днём.

Я поднимаю голову к небу, поражённый тем, насколько знакомо и в то же время незнакомо выглядит этот спутник. Это не была наша земная Луна, но очень на неё похожее небесное тело.

Поэтому все игроки и стали называть его «луной». Ведь суть остаётся той же, не так ли?

И что за разница, что это совсем другая планета, там на небесах находится вообще непонятно что.

Я задумался: существует ли в Системе космос? Есть ли здесь своя Солнечная Система, своя Вселенная? Как устроен этот новый мир, полный загадок и тайн?

И суждено ли мне когда-нибудь узнать ответы на эти вопросы?

С улыбкой на губах я качаю головой своим мыслям. Быть Лордом значит не отвергать чувства авантюризма, которое меня питает.

Сколько ещё территорий и фракций скрыто в тени этого мира?

Сколько новых игроков присоединится к Спарте?

Это неизвестно. Но то, что я знаю наверняка: я сделаю всё возможное, чтобы раскрыть тайны этой Системы и поднять Спарту на такую высоту, чтобы никто не смог смотреть на неё свысока.

— Мой Лорд, пора двигаться дальше, — слышу я голос Вихра, подъехавшего на своём буйволе.

Мы отдалились от Вавилона настолько, что лишь верхушка Вавилонской Башни торчит из-за горизонта.

— Конечно, как наши пассажиры? Не укачало их? — спрашиваю я кочевника. — Да что с ними случится! — усмехнулся мужчина. — Пара часов качки на дне корзин — это сущая мелочь.

— Для кого как, — улыбаюсь я в ответ.

Мы смогли вывезти 214 игроков из Вавилона. Для этого потребовался план, разработанный совместно с Вихром, которому приходилось сталкиваться с контрабандой.

Сначала мы спрятали игроков группами в больших корзинах с двойным дном, которые обычно использовались для перевозки рыбы, фруктов и других товаров.

Но теперь в них прятались сотни игроков.

По моей просьбе Вихор созвал других федератов в Вавилон.

Вместе они сформировали единый караван, официально нанятый «папуасами» через трудовую биржу.

Таким образом, в случае чего все следы вели вглубь степи и к «далёкой фракции каннибалов».

Под покровом ночи, Вихор и остальные кочевники, благодаря подкупленным стражникам, вывезли из города крупный караван, заполненный контрабандными товарами: мясом, тканями и прочим.

Вся группа направилась к Афинам через западные ворота. Мы продолжали движение на запад некоторое время, а затем совершили большой крюк в сторону Спарты.

Ведь никто не должен узнать о нашей авантюре!

Мне не хотелось быть рядом с Меджнуном в момент, когда он узнает о том, что из города ушла его десятая часть!

* * *

Меджнун довольно улыбался, быстро шагая по коридорам своего дворца. Очередное испытание оказалось позади! Да, он немного поспешил, веря в то, что ничто не сможет поколебать его город.

Атака извне?

Это даже не смешно. Стража и гвардия, а также неприступные каменные стены, легко отразят любое нападение.

Кроме того, всегда можно собрать ополчение, а Стервятник будет только рад направить своих чокнутых питомцев на это благое дело.

Ведь если город падёт, то и старик лишится всего, что он сумел достичь.

Да, Стервятник часто увлекается своими играми с «архитекторами», но от него была польза.

Как говорится, держи друзей близко, а врагов — ещё ближе.

Меджнун хорошо усвоил эту пословицу.

Он осознавал опасность разрастающегося культа в стенах Вавилонской Башни, но пока у него была чёрная гвардия, о старике можно было не беспокоиться.

Пока Стервятник не забредёт слишком далеко, его можно использовать. А интриги… они у старого жулика-застройщика в крови. Без них он умер бы со скуки.

Сопровождавший Меджнуна Базальт остановился у дверей зала, где располагалась стела, и привычно встал по стойке «смирно».

Он знал, что его господин предпочитал посещать зал со стелой в одиночестве. «Чтобы хорошенько подумать наедине с самим собой», — всегда говорил Меджнун.

Базальт, как верный подчинённый, всегда помнил о словах своего господина.

И это очень радовало Лорда Меджнуна. Сегодня его радовало буквально всё. Сдержанный снаружи, в душе он был готов танцевать.

Вавилон выстоял! Несмотря ни на что.

Да, пришлось воспользоваться помощью Лорда Шурика, но что из этого?

Десять позиций, которые не могут навредить Вавилону, — это не такая уж большая цена за то, чтобы Спарта подчистила за Вавилоном грязь.

Может быть, этого выскочку стоит использовать?

Решать проблемы там, где это ему невыгодно?

К тому же Шурик сам признался, что питает чувства к сестре Меджнуна.

Верно это или нет — не так важно. Важно то, что Меджнун может использовать этот факт, чтобы привязать Лорда Спарты к себе.

Такой подчинённый может быть очень полезен.

Ведь зачем тратить силы, время и нервы на уничтожение Спарты, если можно её безболезненно поглотить?

Нужно обязательно поговорить с сестрой, чтобы узнать её мнение по этому поводу.

С поглощённой Спартой и её мощностями Вавилону не так много останется до достижения уровня города 3-го уровня.

Тогда можно будет отказаться от этой игры в «свободную торговлю» и перейти к полноценной экспансии на всю степь!

И плевать на то, что подумают остальные!

С новоприобретённой силой двух фракций Вавилон сможет покорить все ближайшие полисы и постепенно объединить степь в единое целое. Звучит заманчиво!

С предвкушением Меджнун прикоснулся ладонью к поверхности стелы, открывая меню магазина.

Ну-ка, давайте начнём покуп… Это что ещё⁈

Внимание! Численность населения фракции Вавилон опустилась ниже критической отметки для города 2-го уровня!

Необходимая численность игроков — 2000.

Текущая численность — 1915 человек.

Функции города 2-го уровня, а также список позиций для «магазина» и «ящика инструментов» для фракции Вавилон временно заблокированы.

Рекомендуем пополнить население города для восстановления функций! Благодарим за содействие!

— Какого чёрта⁈

Заключение. Старт нового тома!

— Кретины! Придурки! Долбоклюи! — яростно рычал Меджнун, круша собственный кабинет.

Сюда, буквально кипя, как чайник с плотно закрытой крышкой, он пришёл сразу из зала со стелой. А уже тут, внутри, позволил себе взорваться.

Базальт терпеливо стоял у входа, не пуская никого внутрь и ожидая, когда буря уляжется.

Спустя полчаса, когда крики притихли, он решился запустить в кабинет одну из служанок, чья смазливая мордашка обычно воспринималась Лордом наиболее благосклонно.

— Лорду что-нибудь нужно? — проскользнула она в дверь.

— Пошла прочь, дрянь! — огрызнулся мужчина, швырнув в неё бутылку с королевским сидром, одну из тех, что подарил ему Лорд Спарты.

— Ай-ай-ай! — невнятно вскрикнула девушка, уклоняясь от дорогого снаряда.

Бутылка врезалась в стену и разлетелась на десятки осколков, разливая содержимое по изысканному ковру.

Продолжение читайте в Томе 8 прямо сейчас: https://author.today/reader/323704

Content

Лорд Системы 7

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Заключение. Старт нового тома!