Юлия Эгерт

Софи

Благодарю

моих замечательных родителей, которые всегда верили в меня, и с чьей помощью я двадцать лет назад начала свой путь в Европе.

А также хочу выразить благодарность любимому мужу Нику, который всегда меня поддерживает во всех начинаниях, и моей подруге и коучу Кате Лега, благодаря которой я завершила эту книгу.

Барселона, август 2022 года.

Глава первая

“Нет, сегодня точно не мой день!”, – вздыхая, думала про себя миловидная девушка с длинными светлыми волосами. Её день, казалось бы, не задался с самого утра.

Вообще-то София не любила ворчать и жаловаться, но, судя по всему, именно сегодня всё вышло из-под контроля. Утром будильник почему-то не сработал вовремя, и София встала позже на полчаса. Она начала быстро собираться, но, даже не позавтракав, все равно опоздала. Профессор-немец терпеть не мог, когда студенты опаздывали, да и вообще приходить на встречи не вовремя считается в Германии очень плохим тоном. Софии пришлось выслушать в свой адрес едкий комментарий профессора, хотя она всего лишь на пять минут позже вошла в аудиторию.

Погода в этот день была серая и дождливая, несмотря на позднюю весну. Впрочем, так очень часто бывало в Рурской области[1], где жила и училась девушка. Климат в этих краях, да и фактически по всей Германии, мягкий, но часто очень дождливый. Хотя София уже успела привыкнуть к немецкой погоде, утром, не теряя ни минуты и собираясь на лекции, она одела неподходящую обувь и промокла уже сразу же по пути в университет. Пришлось ей почти полдня просидеть в мокрой обуви, что было крайне неприятно.

На большой перемене девушка отправилась в любимое студенческое кафе, чтобы наконец не спеша выпить латте. Софии очень нравилась атмосфера, царившая в кампусе Рурского университета. Множество студентов разных национальностей, большие современные лекционные залы, все эти уютные кафетерии… Однако кое-что ее сердило: часто приходилось наведываться в копировальный центр, чтобы переснять отдельные главы или даже книгу целиком. К сожалению, на всех желающих в университетской библиотеке просто не хватало книг – в Германии в отличие от России, откуда была родом девушка, книги – на вес золота, и покупать их далеко не всем по карману.

Стоя у кассы в кафе, где так вкусно пахло кофе и свежей выпечкой, девушка отвлеклась на сотовый, который издал сигнал полученного сообщения, и случайно опрокинула стаканчик с кофе на свою светлую блузку.

“Да что же это такое?! Да уж, мне сегодня однозначно “везет”, – подумала София.

Это было сообщение от мамы, которая прислала ей прошлогоднее фото, на котором они, счастливые, все вместе отмечали день её рождения где-то за городом. София вздохнула и присела за свободные столик в студенческом кафе. Несмотря на юный возраст, она уже больше года жила одна в Германии, вдали от родителей и близких, и очень скучала по ним. Девушка почувствовала, что готова бросить все и, несмотря на предстоящие экзамены, хотя бы на несколько дней поехать на родину, чтобы повидаться с родителями. В общем, настроение у нее в этот день было, мягко сказать, так себе.

После лекций София зашла в супермаркет, чтобы пополнить запасы продуктов, чтобы в общежитии быстро перекусить и сесть за учебу. На носу уже были экзамены. На обратном пути, занятая мыслями о близких, она подошла к пешеходному переходу и не заметила машину, которая сдавала назад. Видимо водитель ее тоже не сразу заметил, но в последний момент дал со всей силы по тормозам. Машина только слегка коснулась Софии, но этого хватило, чтобы девушка упала на колено и до полусмерти напугалась. Сумка из супермаркета вырвалась из рук, и из неё в разные стороны рассыпались фрукты.

– Эй, вы что, ослепли вконец?! – испуганно крикнула она водителю на немецком.

Из чёрной BMW вышел темноволосый молодой человек.

– Извините, я вас совсем не заметил, – с запинкой ответил он.

– Что за ерунда?! Как можно не заметить?! – продолжала София. К тому же у нее теперь ныло колено, на которое она упала.

– Девушка, простите, вы русская?! У вас акцент, – сказал молодой человек по-русски.

– Да, – ответила она тоже на русском, – Вы на меня чуть не наехали!

– Извините! Э-э-э… постойте, я помогу! Давайте подвезу до дома? Где вы живете? – предложил он.

– Не надо меня подвозить, я сама дойду.

– У вас колено кровоточит. Кажется, ничего страшного. Но все равно давайте я вас отвезу! Вы быстрее его дома обработаете.

– Ой, – сказала София, глядя на колено. Кожа была содрана. – Хорошо, я вам покажу дорогу. Тут всего пять минут.

Молодой человек положил её сумку в багажник, и они поехали к общежитию. По дороге София спросила:

– Вы случайно не из университета?

– Нет-нет. Я тут работаю… Приехал из Казахстана в Германию, когда мне было двенадцать. Мои родители – русские немцы. Тут их так называют. Слышали уже? – разоткровенничался он.

– Нет, впервые слышу, если честно, – покачала головой София.

– Ясно. Сразу видно, вы не так давно в Германии. А я тут закончил школу, потом пошёл в бундесвер[2]. А потом сразу работать. А ты, значит, студентка? – внезапно перешёл он на “ты”.

– Да, я приехала в Германию, чтобы получить немецкий диплом и построить здесь успешную карьеру.

– Ясно.

Для Софии было совсем необычным знакомиться с кем-то, кто никогда не учился в университете. Почему-то она была убеждена: чтобы стать успешным в жизни, необходимо получить высшее образование.

– Ну вот, тут я и живу, – сказала она, посмотрев на своего случайного незнакомца. – Спасибо, что подвезли.

– Прости ещё раз, что чуть не снёс тебя. Пока!

София забрала сумку из багажника и, чуть прихрамывая, пошла ко входу в общежитие. Она так и не обернулась. А молодой человек смотрел ей вслед, пока она не скрылась за входной дверью, и что-то ему подсказывало, что они ещё встретятся.

Глава вторая

София Белова была родом из небольшого городка Озёрское на Сахалине. В детстве девочка занималась фигурным катанием, но из-за травмы колена была вынуждена рано уйти из спорта. Кстати, София была уверена, что именно благодаря спорту она стала самостоятельной и целеустремленной и что это помогало ей по жизни.

Рядом с городом, где она жила, находилось несколько озёр. Зимой они покрывались льдом. Местные приезжали туда, чтобы ловить рыбу, кататься на лыжах и санках. В один из ясных дней шестилетняя София приехала на озеро вместе с родителями. В какой-то момент она совсем ненадолго осталась без присмотра и пошла в сторону рыбаков, сидящих в нескольких метрах от отверстий во льду и о чём-то беседующих. Любопытная девочка захотела потрогать воду. Но, потеряв равновесие, упала в прорубь. Хорошо, что рыбаки оказались совсем близко и сразу же вытащили ребёнка. Ну и влетело же ей от родителей! София навсегда запомнила обжигающую холодом воду в проруби и темноту глубины.

Когда Софии было десять, она оказалась в Москве, где жил дядя. Собственно, он и надоумил её родителей на переезд в столицу. Софии очень не хотелось покидать друзей и школу. И спустя годы, она считала родным домом Сахалин, а не столицу. Конечно, со временем София нашла себе новых друзей и в Москве, ведь она была довольно общительной девушкой.

Все близкие считали, что София наделена природной красотой. И действительно, у неё были тонкие черты лица, красивые серые глаза, длинные белокурые волосы и стройная фигура. Однако сама девушка, казалось, не придавала внешности большого значения и считала, что это ещё не самое главное в жизни. София предпочитала юбкам и платьям брюки или джинсы, а к ним – удобную обувь на плоской подошве. Ещё она очень любила рубашки. Конечно были у Софии и туфли на каблуках, но их она надевала не часто, только если на какие-то мероприятия.

О Германии София знала не так много. Первое впечатление об этой стране у неё, как и у большинства земляков, сложилось из военных фильмов. И ещё – из рассказов её дедушки. Дед Софии воевал в последние годы Второй мировой.

– Знаешь, внученька, всё у них, у немцев, не так, как у нас тут, – часто говорил дед, когда София в детстве приезжала к нему в гости.

Дедушку отправили на фронт под конец войны, и он дошёл до самого Берлина. Один раз даже попал в плен, ему чудом удалось бежать. Дедушка рассказывал, что побывал во многих немецких деревнях и видел, как жили простые немцы.

– Дедуль, а что у них по-другому? – спрашивала София, которая, как всегда затаив дыхание, слушала рассказы любимого дедушки.

– Понимаешь, где бы я у них ни побывал, нигде не встретил покосившихся домиков и грязных дорог. Всё чисто и аккуратно. Немцы очень трудолюбивы и постоянно чем-то заняты. Всё у них там, как говорится, по уму…

Еще Софии нравился немецкий язык, который она считала мелодичным и красивым, что вызывало непонимание у родственников. Действительно, как это возможно?! Понятно, когда восхищаются французским или итальянским, но чтобы немецким… Но у Софии, как всегда, сложилось на этот счёт своё мнение. На каком-то интуитивном уровне Софии всегда казалось, что ей было бы комфортно жить в Германии.

Когда она училась в университете в Москве, случайно узнала от одной знакомой, которая прошла стажировку в Германии, что для поступления в немецкие университеты иностранным студентам нужно сдать только лишь экзамен на знание языка. К тому же само обучение в Германии для всех бесплатно! И София загорелась идеей поехать учиться в Германию. К большому удивлению родных, в двадцать один год девушка, проучившись пару курсов, взяла академический отпуск и начала активно изучать немецкий язык.

Вообще родители Софии сначала были совершенно не в восторге от идеи единственной дочери уехать учиться за границу. Одна, да ещё и в чужой стране… Они и слышать ничего не хотели в первое время, когда София объявила им о своем решении. Но дочь проявила настойчивость, и в итоге им с тяжелым сердцем пришлось принять ее выбор.

– Мам, пап, я же вернуть назад после того, как закончу юридический в Германии и несколько лет поработаю там юристом. Зато я вернусь уже с опытом и сразу устроюсь на хорошо оплачиваемую работу в зарубежную компанию в Москве, – уверенно говорила она родителям.

Но родители всё равно переживали за дочку. Сами они сами никак не были связаны с юриспруденцией. Отец Софии работал инженером в зарубежной компании. Мать занималась флористикой, и у нее были постоянные клиенты, весьма состоятельные. Ещё когда София училась в школе, родители полагали, что она поступит на филологию или лингвистику – Софии очень нравился английский и легко ей давался. Но она выбрала другое направление.

София приступила к изучению немецкого с нуля: записалась на курсы, посещала их несколько раз в неделю, а после до ночи сидела за книгами, делая разные упражнения, слушая аудиозаписи. София хотела как можно скорее сдать языковой экзамен в Гёте-Институте и получить сертификат – желанный пропуск в Германию.

Помимо этого София выбрала несколько университетов, где бы она хотела учиться, разузнала, что необходимо для поступления, и разослала документы.

Спустя месяц она получила долгожданное письмо с положительным ответом. Было оно из города с необычным названием Бохум. Так мечта Софии исполнилась – она получила место на языковых курсах при университете. Весной две тысячи четвертого София уехала из России.

Глава третья

Приехав в Германию уже с сертификатом, который подтверждал знания немецкого на среднем уровне, Софии понадобилось всего полгода ходить на языковые курсы, чтобы успешно сдать экзамен. Её зачислили на факультет юриспруденции в Рурском университете[3]. Но с началом занятий девушку ждал неприятный сюрприз: оказалось, что воспринимать немецкий на слух давалось ей значительно сложнее, нежели говорить на нем.

Сначала София многого не понимала на лекциях, и это её сильно огорчало. Она каждый день старалась говорить на немецком, но несмотря на это ей всё равно не хватало практики, так как она почти никого не знала в Германии.

Девушка считала себя довольно общительным человеком, однако никак не ожидала, что в университете окажется не так-то просто познакомиться с немецкими студентами. У неё возникло ощущение, что они не сильно спешили идти на контакт с иностранцами. София несколько раз пыталась познакомиться с кем-то, но кроме обмена приветствиями при встрече это ни к чему не приводило. Девушка полагала, это из-за ее слабого знания языка.

Вообще многое, что на родине Софии было нормой, в Германии обстояло по-другому. Часто студенты в России списывают на экзаменах у тех, кто лучше знает. И последние, как правило, без проблем позволяют это сделать. В Рурском же университете София наблюдала совершенно иную картину. Если она просто хотела посмотреть, что пишет сосед, он рукой закрывал от неё экзаменационный лист. Да и вообще списать у кого-то было практически нереально, так как немецких студентов рассаживали далеко друг от друга, и кто-то с кафедры постоянно присутствовал в аудитории.

Русскоязычные знакомые Софии, которые уже давно жили в Германии, советовали для полного погружения снимать комнату в WG[4] вместе с немецкими студентами. В такой квартире у каждого своя спальня, но кухня и ванная комната – для общего пользования. Однако София была слишком довольна своей комнатой в студенческом общежитии и не рассматривала переезд.

В студенческом городке Бохум находился не один десяток общежитий. София жила в мини-студии. Это была светлая, уютная комнатушка на двенадцати квадратных метров, в которой умещались небольшая ванная комната с душем и туалетом, кухонька с плитой, микроволновой печью и маленьким холодильником, большой письменный стол, стул, шкаф и односпальная кровать. Отличный вариант для студента, как считала девушка: практично и качественно по-немецки.

Где-то спустя год после переезда в Германию, София на лекции оказалась рядом с одним студентом-немцем. К её удивлению, он оказался довольно разговорчивым.

– Ты из Голландии? – спросил он неожиданно.

– Нет, – ответила она ему, улыбнувшись, – из России. А почему ты решил, что я из Голландии?

– Даже не знаю. Может, потому что у тебя светлые волосы и говоришь ты по-немецки, как это делают голландцы. Я часто бывал в этой стране.

– Странно. А мне говорят, что у меня акцент.

– Да, он есть. Но я бы не подумал, что ты из России.

Когда Бьёрн узнал, откуда приехала София, он был даже немного взволнован. Ему всегда нравилось путешествовать, и он уже давно хотел побывать в России. Бьёрну казалось, что она абсолютно не похожа на все те страны Европы, в которых он уже успел побывать. Как правило, многие немцы даже в юном возрасте много путешествуют. Спустя некоторое время после знакомства София и Бьёрн стали встречаться не только на лекции, но и в уютном университетском кафе. За разговорами они порой забывали о времени и болтали о том о сём за чашкой ароматного кофе.

Бьёрну недавно исполнилось двадцать пять. Он был не то чтобы красавец, но довольно высокий, с тёмными волосами и светло-голубыми глазами, худощавого телосложения, и всегда в очках. Судя по манерам, чувствовалось сразу, что он хорошо воспитан. Оставалось Бьёрну учиться в университете не так долго. Однако, по его собственным словам, он всё никак не мог сдать все экзамены, откладывая их на потом, потому что не хватало мотивации доучиться до конца.

Новый друг Софии был единственным ребенком в семье. Его родители являлись потомственными адвокатами, которые еще от своих родителей унаследовали адвокатскую компанию в Бохуме. На лето семья арендовала домик в Испании, на Майорке. Подростком, Бьёрн проводил там все каникулы. Однажды их соседями оказалась испанская семья с мальчиком одних лет с Бьёрном. Глава семьи, как оказалось, тоже работал адвокатом – в одной компании в Мадриде. Семьи сдружились и почти каждое лето старались встречаться на Майорке. Пабло, сын испанцев, и Бьёрн сразу нашли общим язык и стали хорошими друзьями.

Вообще-то Бьёрну больше нравилось изучать иностранные языки и путешествовать. В начале он вообще не проявлял интереса к юриспруденции. И поэтому поступать молодой человек сначала думал на филологию или лингвистику. Но из-за этого его и так не очень близкие отношения с родителями сильно ухудшились. Родители считали, что он обязан продолжить их дело. И поэтому, закончив гимназию, Бьёрн в знак протеста решил вовсе не поступать в университет. Он заявил, что хочет поехать учить испанский на языковых курсах в Испании. Родители пошли сыну навстречу, посчитав, что большой беды не будет, если их сын годик отдохнёт от учёбы.

Бьёрн жил в доме Пабло. Его родители с радостью согласились приютить сына немецких друзей. К тому же Пабло уже давно дружил с Бьёрном, и мальчики прекрасно ладили. По словам Бьёрна, ему очень понравилась Испания, люди там более открытые и не думают всё время о работе. Как минимум свою старость он бы хотел провести в комфортном климате на берегу моря. Спустя год Бьёрн вернулся в Германию, и родители все-таки уговорили его поступить на юриспруденцию.

– Мне кажется, у тебя такая интересная жизнь! – сказала София, когда Бьёрн ей рассказывал о своих путешествиях.

– Ты так действительно считаешь? – казалось, он удивился. – Мне наоборот она кажется немного скучной.

– Почему? Смотри, ты объездил столько стран! Люди в России и за всю жизнь столько не путешествуют.

– Ну, Россия – большая страна. Наверняка в ней и самой много интересных мест. Дело же не только в путешествиях…

– Но всё-таки согласись, что интересно, наверно, увидеть и другой мир?!

София была очень рада их знакомству, ведь её новый друг стал не только интересным собеседником, но одновременно и тем, с кем можно практиковаться в немецком. Бьёрн тоже не был против их встреч. И действительно, стоило ему увидеть Софию в аудитории, как он сразу же подсаживался к ней. Девушка ему понравилась с первой встречи. Она казалась совсем другой в отличие от немецких девушек, которые встречались на его пути.

Сначала София безумно стеснялась говорить с ним на немецком, постоянно чувствовала себя скованно, искала замену тем словам, которые не знала, в английском языке. К счастью, на нем девушка говорила отлично, и он часто выручал Софию на первых порах по приезде в Германию. Но постепенно уверенность росла, да и собеседник щедро хвалил её знание языка. София просила Бьёрна исправлять, если она делала грамматические ошибки, и хотя ему было неудобно это делать, он был рад помочь.

– Правда, что в России люди мало улыбаются? – как-то

спросил её Бьёрн, сидя напротив в студенческом кафе.

– Где ты такое слышал?! – воскликнула она, подняв от удивления брови.

– Ну, говорят, что люди там такие серьёзные …

– Просто в России как-то не принято улыбаться первому встречному, как это делают в Германии: в магазине, булочной, в общественных местах. У нас надо сначала узнать человека получше. Но знаешь, что я заметила в Германии?

– Что же?

– Что люди тут, по крайней мере немецкие студенты, как-то неохотно идут на контакт с иностранцами. Наверно, это из-за того, что многие из нас плохо знают немецкий?

– Хм, – ответил Бьёрн, задумавшись. – Может быть… По правде говоря, я никогда такого не замечал. Может, просто немцы – более закрытые, и им нужно больше времени, чтобы с кем-то подружиться?! Я по Испании сужу. Там люди более открытые.

– Вот! А в России, напротив, довольно быстро знакомятся и становятся друзьями, “открывая” душу другу.

– А что это означает «открыть душу»?

– Ну, понимаешь, у нас настоящие друзья готовы отдать другу последнее, что у них есть. Я, наверно, неправильно подобрала немецкое слово…

– Нет-нет, все верно… “открыть душу”, – поспешил повторить Бьёрн.

Он порой не мог до конца понять, что рассказывала ему София о своей стране и её жителях. Но ему определенно нравилось. Всё было совсем иначе, нежели в его родной Германии. Время пробегало для молодых людей, как всегда, незаметно.

Глава четвёртая

Несмотря на то, что жить и учиться в Германии Софии очень нравилось, всё же некоторые вещи в этой стране она считала весьма необычными. К примеру, то, что все немцы собирают “пфанд”[5] – пустые пластиковые и стеклянные бутылки – и хранят их у себя дома до следующей поездки в супермаркет. Там есть специальные автоматы, которые принимают пустую тару в обмен на деньги. Таким образом считается, что поскольку немцы не выбрасывают бутылки в помойку, а сдают на переработку, то тем самым вносят вклад в защиту окружающей среды. Одновременно с этим Софию всегда удивлял тот факт, что в Германии посылается очень много писем, и какое количество бумаги на всё это расходуется! Если отсутствовать дома месяц, то по возвращении почтовый ящик будет завален письмами.

То что немцы очень экономные люди, было заметно не только по их поведению, но и по внешнему виду студентов. Большинство студентов в университете, где училась София, скромно одевались. В основном и парни, и девушки носили джинсы. Тут не принято выставлять свой уровень благосостояния на показ. Никто из студенток не носил платья, туфли на каблуках или маленькие сумочки и отдельно в пакете – книжки и тетради, как это часто было на родине Софии. У немцев за спиной почти всегда можно было увидеть практичный и вместительный рюкзак.

Софии очень нравилась немецкие порядок и чистота на улицах города. Место, где она жила, было не исключением. О Бохуме девушка узнала, что до семидесятых годов двадцатого столетия город считался шахтёрским и был ничем не примечательным местом. Долгое время там одновременно работало почти шестьдесят шахт по добыче угля. До сих пор в Германии, особенно в южных землях, бытует мнение, что Рурская область, через которую протекает река Рур и где и находится Бохум, – это промышленный регион.

Бьёрн рассказывал, что раньше воздух в городе был настолько грязным, что свежевыстиранное белье, вывешенное сушиться на улице, буквально через несколько часов приобретало темный цвет. Однако те времена давно прошли, и шахты закрылись. Бохум стал зелёным городом, ничуть не хуже других немецких городов.

В Бохуме, как и во всём Вестфалене, почти не сохранилось старинных построек, нежели чем в других немецких землях, где часто встречаются знаменитые “фахверковые домики”[6]. Дело в том, что ближе к концу Второй мировой войны Бохум, как и вся промышленная Рурская область, сильно пострадали от бомбёжек британских истребителей. Многие старинные здания не подлежали восстановлению, и уже после капитуляции Германии в той войне на их месте были построены другие, более современные дома. Свою известность современный Бохум получил благодаря открытию заводов по производству автомобилей марки Opel и Рурского университета.

София любила природу, часто по выходным, когда не было лекций, она каталась на роликах, выходила на пробежку или просто гуляла в местном парке всего в нескольких минутах от центра Бохума. София всегда зачарованно смотрела на старинные виллы и усадьбы, расположенные вдоль парка. Казалось, они навсегда застыли в величественном безмолвии. Проходя мимо них, девушке нравилось представлять, как выглядели люди в то время, чем они занимались и как проводили свободное время.

В центре городского парка высилась башня Бисмарка, со смотровой площадки которой открывался прекрасный вид на город. София читала, что “железный канцлер” Отто фон Бисмарк, в честь которого в своё время и были построены такие башни по всей Германии и даже в других странах, стал первым канцлером Германской Империи. Немцы многим обязаны ему, ведь именно благодаря Бисмарку, который объединил разрозненные государства в конце XIX века в единую Германскую Империю, аграрная страна превратилась в процветающую индустриальную.

Софии нравилось жить и учиться в Германии. Не нравилось, пожалуй, только одно: часто дождливая и серая погода. Однако она считала, что в этом есть одно большое преимущество: такая погода располагает к учёбе и работе.

Глава пятая

Когда София училась на языковых курсах при университете, она сдружилась с одной русскоязычной девушкой. Мария училась на факультете немецкой и английской филологии и мечтала в будущем преподавать языки маленьким детям. Её подруга была очень яркой девушкой с длинными тёмными волосами. Она всегда казалась весёлой, беззаботной и была очень разговорчива. Мария в отличие от Софии точно хотела остаться в Германии после учебы. А еще девушка пользовалась успехом у мужчин и сама не имела ничего против новых знакомств. Однако она часто признавалась Софии, что это вовсе не так легко – найти свою любовь. Мария искренне удивлялась, почему её подруга равнодушна к мужскому полу и сосредоточена исключительно на учёбе.

Однажды после лекций Мария предложила Софии пойти на дискотеку. Точнее, спуститься на нулевой этаж: в их общежитии было помещение, где по четвергам устраивали дискотеку. Она называлась необычно – «На лекцию» и пользовалась большим успехом у студентов со всего Бохума и не только – пускали на неё всех желающих.

Любительницей дискотек и вечеринок София не была, предпочитая громкой музыке, замкнутому пространству, незнакомцам и алкоголю вылазки на природу. А по пятницам у нее были занятия, так что никуда идти в четверг вечером она не планировала. Но Мария настояла, прочитав ей в очередной раз лекцию, что она так ни с кем и не познакомится, если продолжит безвылазно торчать в своей комнате.

“Что же мне такое надеть?” – думала София, разглядывая содержимое своего шкафа. В конце концов выбор пал на короткое черное платье, подчеркивающее фигуру. Сильный макияж девушка никогда не любила. И в этом она была похожа на большинство немок, которые почти не используют макияж. На дискотеку София всего лишь накрасила тушью ресницы, нанесла немного тонального крема на лицо и блеск для губ, заколола наверх свои длинные белокурые волосы, оставив по бокам две пряди, и пошла в комнату к Марии. Та уже заждалась. Она приготовила горячий глинтвейн для подруги, после которого у Софии резко поднялось настроение и даже захотелось танцевать.

На дискотеке София заказала себе бокал красного вина, и тут её взгляд случайно упал на парня у барной стойки. В нём она узнала молодого человека, который тогда чуть не наехал на неё. Он тоже сразу заметил девушку и тут же направился к ей в компании какого-то молодого человека. София почувствовала, как у нее сильнее забилось сердце. Она даже хотела уйти, но это, наверно, выглядело бы очень странно со стороны.

– Привет! Помнишь меня? – сказал парень, с улыбкой подходя к Софии. – Кстати, меня зовут Максим. А это мой друг Родион.

– Я София, – ответила немного смущённо девушка. – А это моя подруга Мария, – добавила она.

– О, а вы друг друга знаете? – удивлённо подняла вверх брови подруга.

– Да, – ответила София, мельком взглянув на Максима. – Познакомились недавно в супермаркете.

Было похоже, что Родиону сразу приглянулась Мария: он поспешил пригласить её потанцевать. Молодые люди удалились, оставив Максима и Софию молча стоять у столика.

– А ты вообще танцуешь? – спросил Максим.

– Э-э-э… я вообще, честно сказать, не любитель дискотек. Это Мария настояла, чтобы я пошла, – чуть покраснев, ответила она.

Тут заиграла медленная песня, и Максим взял Софию за руку:

– Пойдём потанцуем!

Он часто бывал на вечеринках и знал, что девушкам нравится, когда парни берут инициативу в свои руки. И хотя Софию абсолютно не интересовали парни, которые так далеко были бы от студенчества, все же она призналась себе, что ей приятно находиться в его компании.

Максим положил руки на тонкую талию Софии, а она слегка обняла его за плечи. От молодого человека приятно пахло каким-то свежим одеколоном. Его тёмные волосы были аккуратно уложены назад. Потанцевав, молодые люди вернулись назад к столику. Родиона и Марии все еще не было. “Наверно, они пошли заказать что-то”, – подумала София. Она посмотрела на спутника и решила спросить:

– Максим, а ты тут часто бываешь?

– Просто Макс, если хочешь, конечно. Именно тут – нет. Но вообще на дискотеки я часто хожу. А почему бы и нет?! А ты?

– Я не часто, много задают, – ответила София и испугалась, не выглядит она ли занудой.

– А ты сама вообще откуда из России? Страна-то огромная, – усмехнулся он.

– С Сахалина.

– О, как круто! Там, наверно, пингвины повсюду ходят.

София засмеялась. Максим отметил для себя, что у неё очень милая улыбка.

– Ну да, пингвины там и правда водятся. Только не везде, конечно, – пошутила девушка.

– Софи, давай я возьму нам ещё вина? – предложил Максим. – Тебя уже кто-то называл “Софи”? Мне просто кажется, что это звучит не так скучно, как “София”.

Софию смутил вопрос. Ей показалось, что он считает её скучной.

– Прости, но мне уже пора возвращаться. Очень рада была знакомству, – внезапно выпалила девушка и поспешила выбраться из-за столика, направляясь к выходу.

– Ты обиделась?

– Вовсе нет. Прости, Макс, но завтра у меня занятия с девяти утра до четырёх вечера.

Обычно девушки, с которыми Максим знакомился на дискотеках, так себя не вели, и это ещё больше подогрело его интерес. Он сразу же вызвался проводить Софию до комнаты, «а то мало ли, кто в это время по общаге ходит». Макс довёл её до комнаты и напоследок поцеловал в щёку. Заперев за ним дверь, София упала на кровать и отключилась.

Глава шестая

Максим Руди был на несколько лет старше Софии. Красивый, высокий, хорошо сложённый, он умел производить впечатление. У него были тёмные волосы, которые он аккуратно укладывал назад, карие глаза и обаятельная улыбка.

Родители Макса переехали в Германию из Казахстана и привезли с собой двенадцатилетнего сына. Мама Максима, чистокровная немка, происходила из семьи поволжских немцев. В начале двадцатого века они жили на территории России в специальной автономии, носившей название Республика Немцев Поволжья. Однако в 1941-м году, когда началась Великая Отечественная война, тысячи немцев сослали в Казахстан. Уже там мама Максима познакомилась с его отцом.

Мать с отцом были простыми людьми. В новой стране большого успеха они не достигли, но на жизнь им вполне хватало. Мама почти каждый день ходила убираться в дома состоятельных немцев. Отец работал на заводе – собирал автомобили марки Opel. В то время этот концерн считался самым крупным работодателем в Бохуме. Как-то раз отец взял с собой на завод маленького Макса, чтобы показать, как делают автомобили. Эта экскурсия произвела сильное впечатление на мальчика, и он твёрдо решил связать судьбу с автомобилями.

В Германии Максим пошёл в немецкую школу, не говоря ни слова на немецком. Он до сих пор помнил, каково это – сидеть на уроках и ничего не понимать. Часто он был готов провалиться сквозь землю, когда к нему обращалась учительница или одноклассники, а он ничего не мог сказать в ответ. К счастью, он познакомился с одним мальчуганом по имени Родион, чьи родители приехали в Германию из Украины по так называемой “еврейской линии”.

В отличие от Максима, Родион по-русски говорил с сильным акцентом, потому что приехал в Германию в возрасте двух лет. Именно поэтому он предпочитал общаться исключительно на немецком, хоть хорошо понимал русский. Родители Родиона были, в отличие от родителей Макса, людьми предприимчивыми и открыли небольшой магазин, где продавали “русские” продукты. С помощью друга немецкий Максиму с каждым днём давался всё легче.

После школы Макс пошёл в “бундесвер”. В то время служба была обязательной, но молодые люди могли выбрать между социальной работой и армией. Идея ухаживать за бабулями и дедулями Максиму, мягко говоря, не очень нравилась с самого начала, поэтому он выбрал армию. Там его научили ничего не бояться и, как он позже говорил полушутя-полусерьезно, сделали из него настоящего мужчину. После “бундесвера” Максим вернулся к родителям.

Частенько по вечерам после работы его отец выпивал, а после начинал рассказывать, что “как только он сына на ноги поставит, наконец поедет жить из этой дождливой страны на море в Крым”. Там якобы жили какие-то его родственники, которых, правда, никто из семьи никогда не видел. Пьяный отец, бывало, поднимал руку на мать, которая в силу мягкого характера всё прощала.

Не удивительно, что Максим хотел поскорее переехать в отдельную квартиру и думал, куда бы устроиться на работу, чтобы накопить денег. Поступление в университет он вообще не рассматривал, да и быстро поступить у него бы не получилось при всём желании. Дело в том, что он закончил “Реальшуле”[7] – среднюю школу, а не гимназию, хотя учился в школе очень даже неплохо. А с аттестатом средней школы в Германии не берут в университет.

Макс мечтал в будущем открыть собственный автосервис и уже хотел было пойти учиться на механика. Однако его школьный друг Родион предложил поработать летом. Так Максим стал официантом в афганском ресторане. Чаевые действительно были неплохие. Но этих бы денег все равно не хватало, чтобы оплачивать съемную квартиру. Поэтому когда шеф-афганец предложил Максу дополнительно подзаработать, развозя и передавая какие-то свёртки, он с радостью согласился.

Максим не знал, что внутри этих посылок, но когда он поднимал эту тему в разговоре с другом, Родион шутил:

– Да какая тебе разница, что внутри?! Смотри, ты уже неплохо заработал! А будет ещё лучше.

Но случайно Макс стал свидетелем телефонного разговора шефа, и понял, что он развозит на самом деле: это были какие-то наркотики. Конечно, он был не в восторге от этого, но не стал расспрашивать шефа. Так как деньги ему платили действительно хорошие, а другой работы на примете не было, он решил остаться в ресторане до конца лета, а дальше идти учиться на механика.

Глава седьмая

Утром от недосыпа у Софии трещала голова, но идти в университет всё равно было надо.

“Мария-то точно не пойдёт никуда, – думала София. – Она вчера так зажигала с другом Максима, что даже не заметила, как я ушла”.

От общежития до университета было рукой подать. Дорога занимала у Софии не больше пятнадцати минут, и обычно в пути она слушала музыку в наушниках. Студенческий городок располагался на окраине, в живописной холмистой местности, в окружении лесов и красивых ухоженных полей. Весной поля становились полностью жёлтыми – цвёл рапс, из которого в Германии производят растительное масло.

Когда София впервые оказалась в университете, она была поражена, как много здесь иностранных студентов. Каких только языков она не слышала в студенческом городке! В Рурском университете около пятидесяти факультетов, где учится почти сорок тысяч студентов со всего мира, неудивительно, что он входит в десятку самых крупных в Германии. На территории кампуса расположен не один десяток многоэтажных зданий. В них находятся многочисленные лекционные залы и аудитории для семинаров.

Кампус был построен в шестидесятые годы из невзрачного серого бетона. Видимо, в то время немецкие архитекторы не сильно придавали значение тому, насколько красиво будут выглядеть постройки. Ходили слухи, что кто-то отказался поступать в университет из-за его внешнего вида. Однако самой девушке, как ни странно, нравилось это место!

В центре кампуса возвышалось большое здание причудливой формы, в котором располагалась большая библиотека на несколько этажей. Туда София часто ходила позаниматься и за книгами. Рядом находились административные корпусы и “менса” – большая столовая для студентов. Там они обедали, обсуждали события учебного дня, а зачастую – укрывались от ненастной погоды. В столовой продавались сувениры, что было абсолютно не похоже на университет Софии в России. Например, там можно было купить разноцветные майки с логотипом университета, кружки, ручки и блокноты.

Однако любимым местом Софии в университетском кампусе стал ботанический сад, а точнее, японский уголок. Там в пруду плавали большие медлительные карпы кои, а весной красиво цвели сакуры, заполняя это место нежно-розовым цветом. Это место чему-то напоминало Софии её родной Сахалин, который в первой половине двадцатого века был частью Японии. Кое-где на острове ещё оставались следы японского прошлого.

Отличительная черта немецкого университета – учебное расписание. Студенты в начале каждого семестра сами выбирают, какие лекции и семинары будут посещать и по каким предметам будут сдавать экзамены в конце семестра. Это было очень удобно, по мнению Софии, ведь в свободные от учёбы дни большинство иностранных студентов подрабатывает. Однако такая учебная система, удобная для иностранцев, некоторых немцких студентов, напротив, расхолаживала. Они, как правило, не работали, потому что получали стипендию и поэтому никуда не спешили, растягивая учёбу в университете на долгие годы.

После лекций София мечтала только об одном— спать! На парковке возле общежития ей в глаза бросилась чёрная машина, та самая, которой Макс тогда чуть не наехала на неё. Девушка сделала вид, что ничего не заметила. Внезапно дверь со стороны водительского сидения открылась, Максим вышел из машины и помахал Софии. Она остановилась и махнула в ответ, не успев дойти всего несколько метров до подъезда.

Почему-то у Макса эта тихая девушка по имени Софи, как он сам решил называть её, целый день не выходила из головы. Признаться честно, он хотел проверить, действительно ли она такая недотрога, какой показалась на дискотеке. И поэтому он решил вечером подкараулить её возле общежития.

– Привет Софи! Ты сегодня без сумок ? – крикнул он ей.

– Привет! Ещё не ходила за покупками.

– Какие планы? – спросил он.

– Ты знаешь, я вчера немного притомилась… Наверно, пойду спать.

– Да, я заметил, что ты сильно устала, когда провожал вчера до комнаты.

Она покраснела и почувствовала, что мурашки побежали по телу.

– Извини, мне пора. Давай, может, увидимся в другой раз? – предложила София.

– Да, без проблем, я просто решил сказать тебе “Привет” перед вечерней сменой.

– А где ты работаешь? Я просто сейчас тоже в поисках работы…

София в ближайшем будущем планировала найти подработку. Девушка, будучи студенткой немецкого вуза, автоматически получила право работать определенное количество дней в году. Ну а пока родители присылали ей деньги на жизнь в Германии, хотя сама учеба в немецком университете была бесплатной. Но Софии хотелось финансовой независимости от родителей. Она слышала от знакомых, что лучше всего подрабатывать секретарем в офисе, работа нетрудная, а оплачивалась хорошо. Еще многие студенты устраивались официантами – неплохие чаевые, особенно в выходные дни.

– Я не думаю, что тебе подойдет такая работа, как у меня, – вздохнув, ответил Макс девушке. – Целый день на ногах… Я официант в «Херате». Знаешь такой ресторан?

– Нет, – покачала она головой.

– Афганский. Очень, кстати, вкусная кухня!

– Хм, – задумчиво сказала София. – А там надо работать каждый день?

– Обычно раз пять в неделю, но график плавающий. А что ты обычно делаешь после лекций? – сменил Макс тему.

– Учусь! Ну, ещё хожу на пробежку и катаюсь на роликах вокруг озера, когда нет дождя.

– На роликах я не катался, а вот бегом тоже занимаюсь. Может, как-нибудь побегаем вместе? Завтра у меня, например, нет смены.

София смутилась, но что-то её подтолкнуло согласиться.

– Отлично, тогда завтра в пять! Встречаемся здесь, – ответила она.

Стоило Софии зайти в свою комнату, как раздался стук в дверь. На пороге стояла Мария.

– Подруга, я должна тебе рассказать такое! – она протиснулась мимо Софии в комнату.

София поняла, что шансов на сон у неё теперь точно нет.

– Вчера Родион, друг того парня, с которым ты зажигала, остался у меня ночевать.

– А разве я с ним зажигала?

– Ну, ты с ним весело проводила время, ты же не станешь этого отрицать, дорогая?

– Да, мы неплохо пообщались. Максим его зовут, кстати. Но он совершенно не мой тип.

– Почему же? Он так влюблённо смотрел на тебя весь вечер.

– С чего ты взяла это?!

– София, мне кажется, что только ты не замечаешь явных вещей! А знаешь, почему? Потому, что ты думаешь только об учёбе!

– Ну, собственно поэтому я тут.

– Ладно, с тобой бесполезно спорить. Говорю тебе: ты понравилась этому Максиму. Так что действуй!

– Да мы даже телефонными номерами не обменялись! Ладно, расскажи лучше, что у тебя с его другом? Родионом, кажется, по имени?

– Да! Когда вы с Максимом ушли с дискотеки, мы ещё долго танцевали, выпили по бокальчику. В общем, расслабились. Потом – где-то часа два ночи было, кажется, и дискотека уже заканчивалась. Мы вышли на парковку возле общежития, чтобы попрощаться, а у него не заводится машина, представь!

– И что же потом? Мог же такси вызвать?

– Как же! У него закончились деньги. Я ему предложила переночевать у меня в комнате на надувном матрасе.

– О, Мария! И дальше что было, дай угадаю, – сказала София, которая хорошо знала свою подругу.

– А вот и нет! Между нами ничего не было. И такое впервые со мной случается. Мы долго разговаривали, а потом просто оба уснули, и всё!

– Что он тебе такого рассказал?

– Много всего! Например, он так же, как и я, любит потанцевать. И он очень общительный, ну прям как я. И знаешь, что мне кажется? – продолжала подруга. – Нас с тобой впереди ждут очень интересные времена!

Глава восьмая

В пять вечера Максим уже был у общежития. София вышла из дома в чёрном спортивном костюме, который облегал её стройное тело. Длинные белокурые волосы она заколола наверх. Молодые люди побежали вдоль аккуратных частных домиков, по улице параллельной парку.

София всегда восхищалась ухоженностью немецких домов. Ей казалось, что немцы продумывают то, как украсить территорию, вплоть до самых мелочей. Они обожают ставить в саду разные глиняные фигурки гномиков, уточек, зайчиков. А на Пасху они вешают на деревья декоративные пасхальные яйца разных цветов.

– Я должна тебе признаться, – сказала София на ходу, – мне надо делать паузы. Я совмещаю бег с быстрой ходьбой.

– Хорошо, давай так, – улыбнулся Макс своей белозубой улыбкой, особо выделяющейся на фоне смуглой кожи.

– Ты, наверно, недавно был на море? – спросила девушка, переходя на шаг.

– На море? – удивленно переспросил Макс. – С чего ты взяла?

– Ну, ты такой загорелый…

Не успев закончить фразу, София услышала громкий смех молодого человека, быстрым шагом идущего рядом с ней.

– Слушай, с тобой не скучно! – воскликнул Макс, посмотрев на смутившуюся девушку. – Да я просто часто в солярий хожу. Знаешь, в Германии многие так делают: и мужчины, и женщины. В этой стране мало солнца.

То, что солнечных дней не так много, София давно успела заметить, впрочем, это не мешало ей каждый день ходить пешком в университет и бегать в парке. Движение на свежем воздухе помогало ей отвлечься от учебы.

– А в России разве не ходят в солярий?! Там вроде тоже не сильно жарко, – вдруг спросил Макс. Софию в этот момент размышляла, о чём бы ещё спросить молодого человека.

– Нет. Может, не считают модным, как в Германии… А в Казахстане как?

– Ой, да я понятия не имею! Был там последний раз в двенадцать лет. Знаешь, я как будто между двумя культурами застрял: и на родине уже не свой, и для немцев чужой. А ты, кстати, часто на пробежки ходишь? – спросил Макс, посмотрев на девушку.

София ходила на пробежки после лекций почти каждый день. Однако она неохотно совершала пробежки, когда в Германии были праздничные дни, и вообще старалась уехать куда-то в это время. Особенно тяжело ей было оставаться одной на Рождество или Пасху, – главные праздники в Германии, и видеть, как немцы встречаются с родственниками и близкими, как они приезжают навестить друг друга, смеются, обнимаются и ходят вместе гулять. «Нет, не все немцы такие закрытые и зануды, как многие полагают», думала София в такие моменты.

Тем временем молодые люди свернули в парк и остановились у холма.

– Наверху есть смотровая площадка, с которой открывается красивый вид, – сказала София, – Побежали?!

Они с лёгкостью молодости быстро поднялись на холм.

– Это место мне очень нравится, – София развела руки в стороны, как будто обнимая все пространство. – Тут так красиво: эти величественные деревья, маленькие домики внизу и зеленый парк. Даже чем-то напоминает родину, – добавила она и посмотрела на Макса с некоторой грустью.

И снова этот взгляд! Такой беззащитный, как будто она не воспринимает его всерьез, абсолютно не понимает, что нравится ему. Когда она так смотрела, Максиму хотелось обнять её. Он не смог больше сдерживать себя, быстро притянул девушку к себе и нежно поцеловал в губы. От неожиданности у Софии подкосились колени, но она быстро высвободилась из его объятий.

– Максим, мы же только недавно познакомились…

– Я старался сдержаться, но не смог, – ответил он. – Ты мне нравишься. Очень нравишься. Хотя я до сих пор не разобрался в тебе.

София смущенно посмотрела на него:

– Давай будем просто друзьями!

На обратном пути они то бежали, то шли пешком. Оба молчали, погруженные каждый в свои мысли. На стоянке они попрощались и, даже не обнявшись, расстались.

Каждый день после лекций возвращаясь в общежитие, София смотрела на стоянку, но чёрной машины не было. Макс больше не приезжал. Хотя у Софии хватало дел, девушка часто возвращалась мыслями к тому внезапному поцелую в парке. На самом деле Максим ей тоже нравился, несмотря на то, что не отвечал её представлениям об идеальном парне и не учился в университете, как она, они даже толком и не поговорили ни разу. Но она скучала по нему.

Его машина появилась на стоянке спустя пять дней. София, не узнавая саму себя, радостно пошла навстречу к машине. Макс ждал её, облокотившись на капот. И, когда они приблизились, он просто поцеловал её в щёку.

– Привет Софи! Ты знаешь, в последние дни я работал как проклятый, не мог заехать раньше. Хочешь, я угощу тебя самым вкусным мороженым в городе? Если ты еще, конечно, не знаешь, где такое продается в Бохуме, – сказал он, одарив девушку улыбкой.

София, к собственному удивлению, согласилась. Ей хотелось немного отвлечься от учебы. И еще она была рада видеть Максима.

На самом деле эту неделю Макс работал в обычном режиме. Он просто не решался ехать к ней после того, как София оттолкнула его в парке.

“Может, я ей вообще безразличен?” – эта мысль сводила его с ума. Он еще никогда не встречал таких девушек. Она запала в его душу, и поэтому он решил увидеться с ней ещё раз, чтобы понять, интересен ли он ей вообще.

Кафе-мороженое, куда они направились, находилось в самом сердце Бохума, на верхнем этаже торгового центра. Оттуда открывалась обзорная панорама на оживлённую улицу Кортурштрассэ, которая проходила через весь центр города. Она соединяла красивый городской парк и оживленное место скопления уютных кафе и ресторанов в городе – Бурмуда Драйэк.

Бывало после лекций София ездила на метро в центр Бохума. Там она любила прогуляться по торговой улице, заглянуть в красиво украшенные витрины магазинов (в праздничные дни это было особое удовольствие) или зайти в большой книжный магазин “Майершэ”, в котором девушка запросто могла провести целый час, листая разные книги.

София заказала любимое фисташковое мороженое, которое она полюбила в Германии. Максим взял клубничное.

– Расскажи о родителях, – попросила София, сидя за столиком в кафе. – Ты вроде тогда в машине сказал, что вы приехали по немецкой линии?

– Так и есть. Что тут рассказывать? Лучше приходи, сама с ними познакомишься! Они тебе всё и расскажут.

– Ты меня прямо так сразу приглашаешь к себе домой?! – удивилась София.

– Ну да, а что, – пожал плечами Макс. – Мои родители любят поболтать. А ты сама что думаешь делать: остаться в Германии или вернуться домой после учёбы? – спросил он ее, повернув разговор в другое русло.

– Ой, я ещё толком не знаю. Я думаю, я смогу после учебы найти достойную работу. Мне тут нравится. Хотя погода, конечно, не очень.

– Ой, к немецкой погоде невозможно привыкнуть. Уж извини.

Они рассмеялись.

– А какие у тебя планы на будущее, Макс? – спросила София, впервые назвав его так.

– Вообще мне с детства нравятся автомобили. Я бы хотел открыть свой автосервис и еще, может, заниматься экспортом немецких машин. Например, в Казахстан, Россию, Украину…

– А ты бы не хотел пойти учиться?

– Ты знаешь, в Германии далеко не все поступают в университет. Нужны очень хорошие оценки и “абитур”, немецкий аттестат, который получают после гимназии. Я бы предпочёл открыть своё дело, чем сидеть за партой.

– А мне нравится учиться, – ответила извиняющимся тоном София. – Посещать лекции, ходить после лекций в кафетерий, в библиотеку…

– Видишь, мы с тобой такие разные, – усмехнулся Макс.

Он заплатил за мороженое, и они вышли на улицу. Погода – удивительное дело – располагала к прогулке. И молодые люди решили пройтись.

– А какое место в Бохуме тебе больше всего нравится? – спросил Макс.

– Городской парк, – ответила София не раздумывая. – Я просто очень люблю природу. А тебе?

– Центр города симпатичный, но, кстати, и городской парк очень даже ничего. Можем там как-нибудь вместе прогуляться или даже на пробежку сходить.

Было почти восемь вечера, и Максим вызвался подвезти Софи к общежитию. Из центра до студенческого городка было совсем недалеко, особенно на машине. Уже спустя десять минут они уже были на парковке.

– Давай все-таки обменяемся телефонами, на случай, если тебе еще раз захочется поесть мороженое в моей компании, – улыбнувшись, предложил Максим.

– Отличная идея! – сдержанно ответила София.

На прощание Макс поцеловал ее в щёку и уехал, не спросив, когда они увидятся в следующий раз, и так и не разобравшись, что София чувствует к нему.

Глава девятая

София была очень рада за подругу, которая в последнее время просто порхала от счастья. Марии очень понравился Родион, с которым она познакомилась на студенческой вечеринке. Ей казалось, что со стороны её новой симпатии были похожие чувства.

– Привет! Где ты ходишь? – громко воскликнула Мария и чуть не сбила подругу с ног, буквально напрыгнув на неё в коридоре. – Тут такая классная возможность подвернулась заработать за вечер пару сотен евро!

– Привет Мария! И что же там нужно делать, интересно? Надеюсь, ничего дурного… – без особого энтузиазма ответила София, пытаясь открыть ключом дверь в свою комнату.

– Ну, тебе бы я точно не стала ничего дурного предлагать, – засмеялась подруга. – Короче, Родион мне тут позвонил и сказал, что в Дортмунде в эту пятницу открывается новый салон Audi. Будет банкет по этому случаю… Слушай, пусти меня уже к себе, а то держишь на пороге! – обиженно воскликнула Мария.

– Ой, прости! Может быть, чаю? – София открыла дверь, пропуская подругу в комнату.

– Нет, ничего не буду, дай просто сяду, а то мы с Радиком много где были, – подмигнула Мария. – Я тебе все расскажу. Так вот, их тоже туда пригласили.

– Кого?

– Ну кого- кого?! Родиона, Максима, да весь их ресторан.

– Ой, нет, я, наверно, тогда не пойду!

– Почему? Я думала, ты не прочь найти подработку. Странно, что Макс тебе не рассказал об открытии центра, вы же встречаетесь.

– С чего ты взяла, что мы встречаемся?! Просто были на пробежке и потом еще мороженое ходили есть. Даже не знаю, друзья ли мы … И потом, он мне сказал, что такая работа, как у него, – не для меня.

– Видно он тебя очень бережёт, подружка, – сказала Мария. – Потому что на этом вечере придется побегать. Нужно будет разносить подносы с закусками и бокалами, собирать грязную посуду. Сбор персонала в девять вечера. Родион сказал, что заплатят как минимум сотню.

– Послушай, это же Дортмунде, в соседнем городе! А как мы доберемся назад? Я так понимаю, что эта “автопати” может и за полночь закончится. Не люблю ходить поздно одна…

– Ну это совсем не проблема. Ребята на машине. Кстати, они нас и туда тоже могут захватить. Ну что, ты согласна?

София задумалась. С одной стороны, деньги ей бы пригодились. Но с другой стороны, там же будет Максим, придётся его просить… София и сама не знала, что её на самом деле останавливало. Но в итоге девушка решила принять заманчивое предложение подруги.

– Кстати, чуть не забыла: там дресс-код, тёмный низ и светлый верх. Со светлым верхом у тебя точно проблем не будет, ты блузки носишь. А вот найдётся ли у тебя чёрная юбка, дорогая? А то ты почти всегда в джинсах, скрывая под ними свои прелестные ножки, – Мария подмигнула и упорхнула к себе.

В пятницу София с самого утра ощущала напряжение, мысль о вечерней работе тревожила её. И если бы не Бьёрн, с которым она встретилась за чашкой кофе, она бы нервничала до самого вечера. В последнее время София редко встречалась со своим немецким другом. Но ей очень нравились их посиделки. В компании Бьёрна ей было всегда интересно и легко. София ловила себя на мысли, что ей бы хотелось, чтобы её будущий парень был таким же интеллигентным, как Бьёрн.

Накануне София заглянула в гости к Марии поболтать о том о сём. Зашла речь и о Бьёрне.

– Посмотрите на нее, с виду скромница, а у самой уже два жениха, – от души рассмеялась Мария.

– Это не смешно! Он мой хороший друг. Просто друг, понимаешь? Совсем не мой тип.

– А что с ним не так?! Он что, страшный?!

– Нет, но…

– Ты мне битый час рассказываешь, как тебе с ним интересно, как ты рада встречам в кафе, и при этом он не твой тип?! Вот ей-Богу, не понимаю я тебя, подруга.

Её слова заставили Софию задуматься. С Бьёрном ей было интересно проводить время, но её не тянуло к нему как к мужчине. Ей нравилось общаться с ним как с другом.

– Не мой тип – это значит, мне нравятся другие мужчины, – сказала София.

– Вроде Макса? – Мария подняла брови.

– Да, я считаю его симпатичным. Но общаться мне интереснее с Бьёрном, понимаешь?

– Завидую тебе белой завистью, – вздохнула Мария. – Оба мужика от неё без ума, а она тщательно выбирает и никуда не спешит.

Софии было неприятно, когда подруга начинала подшучивать над ней, в такие моменты она казалась себя сердцеедкой.

Сидя напротив Бьёрна в студенческом кафетерии, София вспомнила вчерашний разговор с подругой и почувствовала себя неловко.

– Кстати, что ты делаешь в субботу вечером? – неожиданно спросил Бьёрн перед тем, как они собрались выходить из кафе.

– В эту субботу? – уточнила София. – Учусь, как всегда. Ты нет? – По правде говоря, она не ожидала, что Бьёрн решится её куда-то пригласить.

– Тоже учусь, но я подумал, может сходим вместе на мюзикл “Звёздный Экспресс”[8]? Ты ещё не смотрела его?

– Мюзикл? Нет, я даже не знала, что в Бохуме такое есть, – засмеялась девушка.

– Он классный. Более того, знаменит на всю Германию. Я ходил как-то давно, и мне понравилось. Начало в шесть. Как тебе идея пойти туда вместе?

– Давай сходим! Может, встретимся тогда на вокзале в половину шестого? Нормально?

– Да, думаю, мы успеем туда добраться. Я же на машине. Тогда я тебя заберу. А билеты заранее куплю в интернете. И кстати, я приглашаю! – Бьёрн помнил, что София находилась в поисках работы.

София слышала от Марии, что у немцев принято делить счёт пополам. Бьёрн выбивался из общего правила, и ей была приятно, что он пригласил её. Но София твёрдо решила отдать свою часть денег перед началом мюзикла – ведь она должна кое-что заработать на банкете.

Добираться до нового автоцентра в Дортмунде София решила сама. “Дорога займёт всего час, – подумала девушка, проверяя смс на телефоне. – И Мария уже, наверно, сказала Радику, что придёт с подругой. Ну а он в свою очередь поделился новостью с Максом”.

Мария собиралась ехать с Родионом, им перед работой нужно было куда-то заглянуть.

Ровно в девять вечера София подошла к главному входу в новенький автосалон, в витринах которого виднелись шикарные автомобили, блестящие от падающего на них света.

К её удивлению, вход был закрыт, и девушка задалась вопросом, а как, собственно попасть внутрь. Неожиданно ход её мыслей был прерван знакомым голосом.

– София привет! Какими судьбами ты тут?!

– О, Макс! А ты разве не знаешь? Тебе Радик ничего не сказал? Я подрабатываю на открытие салона.

Максим всегда отлично выглядел, но сегодня, отметила София, был особенно хорош. На нем была классическая белая рубашка и черные брюки. Такой стиль ему очень шёл.

– Нет, он ничего не говорил, поэтому я, собственно, так удивлён, что ты тут, – покачал головой Максим. – Ты когда-нибудь работала официанткой?

– Если честно, нет, – слегка покраснев, ответила София.

– Ясно, тогда мне нужно будет подстраховать тебя на всякий случай.

– На какой случай?

– Если вдруг ты опрокинешь поднос с шампанским на званых гостей… негромко засмеялся он.

– Ужас какой, – вздохнула София, – не пугай меня.

– Я просто пошутил. Пойдёмте, фрау Белова. Вход для обслуживающего персонала сбоку.

Глава десятая

Только когда они очутились на кухне, София осознала весь масштаб мероприятия. Царила суматоха. Туда-сюда бегал персонал, не все закуски и напитки для гостей были готовы, а до начала банкета оставалось меньше часа. Софии дали задание готовить канапе, красиво укладывать их на тарелки и затем расставлять на подносы. Менеджер, который руководил обслуживанием банкета, сказал, что ожидается несколько сотен человек. Мария и Родион уже были на кухне и разливали по бокалам напитки.

Где-то через час стали прибывать первые гости. Софии сразу бросилось в глаза, какая элегантная собралась публика. Девушки и женщины были в дорогих платьях, мужчины – в деловых костюмах. Скорее всего, эти люди принадлежали к высшим слоям общества, подумала София. Вообще в повседневной жизни немцы чаще всего они носили что-то практичное, например, джинсы и кроссовки. Женщины практически не делали макияж, и при этом хорошо выглядели даже те, кто в возрасте.

Уже в Германии Софии пришлось пересмотреть свой гардероб, чтобы не сильно выделяться на фоне немецких студентов. С одной стороны, Софии нравилось, что внешнему виду тут не придавали большое значение, но с другой стороны, она скучала по туфлям на каблуках, которые пылились в шкафу. Она была очень рада, что наконец появилась возможность надеть их завтра на мюзикл.

Вскоре салон был до отказа заполнен людьми. Они стояли за высокими столиками, расположенными напротив небольшой сцены, и о чём-то разговаривали друг с другом. Звучала классическая музыка, которую играла на рояле девушка с длинными белокурыми волосами. София еле-еле успевала предлагать гостям закуски и напитки. К некоторым гостям она подходила с подносом сама, другие же сами звали девушку и делали заказ.

Внезапно у одного столика она увидела Бьёрна. И он её тоже сразу заметил.

– О, София, какой сюрприз! – с удивлением произнес он.

– Не думала, что тебя тут встречу, – улыбнулась ему в ответ София. – Да, я подрабатываю на этом банкете. А ты тут один?

– Я пришёл…Э-э-э… Ты отлично выглядишь… – Бьёрн не успел закончить предложение, как к нему подошла девушка – та самая пианистка.

Софии сразу же бросились в глаза её шикарные длинные серьги, сделанные из какого-то драгоценного камня – их невозможно было не заметить, так как они они волшебно блестели.

– Дорогой, – она положила ему руку на плечо.

– Хайди… Познакомься, это София. Мы учимся на одном факультете. София, это Хайди… – сказал Бьёрн и добавил после небольшой паузы, слегка смутившись: Моя девушка.

Бьёрн уже очень давно знал Хайди, с которой познакомился на одном празднике друзей его родителей. Девушка была, судя по всему, очень элегантная и любила роскошь. У неё были большие голубые глаза, худощавое телосложение и довольно высокий рост. Встречались они по выходным, когда Бьёрну не нужно было учить и готовиться к экзаменам.

– О, приятно познакомиться, – приветливо улыбнулась София. – Вы отлично играете!

София была удивлена – она и не знала, что у Бьёрна есть девушка.

– Приятно познакомиться с друзьями моего молодого человека, – сказала Хайди. – А то он такой закрытый. А вы случайно не чешка? У вас слышится акцент…

– Нет, я из России.

– Очень интересно. Но, знаете, вам по-любому нужно будет избавиться от акцента, чтобы после учёбы найти достойную работу, – улыбнувшись сказала Хайди. – Если собираетесь остаться в Германии.

Бьёрн за всё это время не проронил ни слова. Во-первых, он не ожидал увидеть Софи на вечере. И, во-вторых, он был обескуражен высокомерием Хайди.

– Простите, я должна идти, – София была ошарашена бесцеремонностью человека, который видел её впервые в жизни.

– До встречи в университете, Бьёрн!

– Пока, София. До встречи, – быстро ответил он.

– Приятная девушка. Но у неё и правда сильный акцент, – ответила Хайди на недоумённый взгляд Бьёрна.

София скрылась за дверью туалетной комнаты. Ей надо было немного прийти в себя. Слова Хайди задели её. А еще неприятнее было то, что Бьёрн ничего не ответил. К тому же он пригласил её на мюзикл, в то время как у самого была девушка. Нет, София вовсе не ревновала его к Хайди. Но его поведение как минимум было странным.

– София, ты тут? – внезапно раздался знакомый голос. – Тебя все потеряли.

Это был Максим. София даже не знала, сколько времени она на самом деле провела в туалетной комнате.

Она вышла в коридор.

– Я конечно извиняюсь, что кричу на всю округу, но я же пообещал, что присмотрю за тобой, мало ли что… Что у тебя с лицом?!

– Одна высокомерная особа сделала замечание на счёт моего акцента.

– Ты все-таки пролила шампанское – и прямо на её платье?! – засмеялся Макс.

– Лучше бы это было именно так, – слегка улыбнулась София – Ладно, забудем. А что, банкет уже разве подходит к концу?

– Поэтому я тебя разыскиваю уже минут пятнадцать. Шеф сказал, что некоторые официанты могут уже идти. И у меня, кстати, твоё вознаграждение. Вот! – Макс протянул Софии конверт.

– Благодарю. Сколько там?

– Сто евро на каждого. Не так плохо за несколько часов работы, правда?

– Да, здорово! Максим, ты случайно не видел Марию? Я думала, может, они с Родионом меня подвезут.

– О, они уже уехали. Очень спешили, – улыбнулся он. – И поручили мне доставить тебя домой в целости и сохранности.

В планы Софии не входило, чтобы Максим подвозил её, но автобуса в это время ей точно не дождаться. Она даже была рада, что до общежития она доедет с комфортом. По дороге София решила не придавать большого значения словам девушки Бьёрна. В конце концов, подумала она, это никак не повлияет на её дружбу с ним. Однако от мюзикла в субботу она решила отказаться и, не откладывая в долгий ящик, послала Бьёрну смску.

– Давай сходим как-нибудь в “Бермуду”? – предложил Макс, паркуясь напротив общежития.

– Ты имеешь в виду “Бермуда Драйэк”?[9]

– Да, и даже более определенное место: кафе “Мандрагора”. Там классно!

– О, давай! Я там ещё никогда не была. Может, в понедельник в шесть?

– Мне подходит! Ну давай, спокойной ночи. И кстати, поздравляю с боевым крещением на кухне, – добавил он с улыбкой.

Максим понимал, что с Софией ему не нужно спешить, и он, хотя никогда не пытался дружить с девушками, решил поиграть в её друга.

Глава одиннадцатая

Получив сообщение от Софии, Бьёрн расстроился, хотя и предвидел, что девушка откажется с ним идти. И в этом виноват был он сам: не рассказал, что у него есть девушка.

На самом деле Бьёрн уже долгое время собирался предложить Хайди сделать паузу в их отношениях. А после её слов в адрес Софии он решился наконец и назначил встречу в субботу вечером.

Хайди, как и всегда, опоздала.

– Привет дорогой! Извини, я была у Марлен, красила волосы, – сказала , картинно поправив свои красивые длинные волосы.

Она хотела было поцеловать Бьёрна, но он уклонился.

– Садись, нам нужно кое-что обсудить.

– Что произошло? Всё в порядке? У тебя такое озадаченное выражение лица, дорогой…

– Послушай, Хайди, я давно уже хотел это предложить, и сейчас настал тот самый момент. Нам нужно сделать паузу.

– Какую паузу? О чём ты? Что я такого сделала?

– Ты тут ни причем, хотя порой могла бы вести себя не так высокомерно.

– А вот в чём дело! Из-за этой русской ты бросаешь меня! Давно ты уже с ней встречаешься?

– Я не понимаю, о чем ты. Я же сказал, мы просто вместе ходим на лекции.

– И спите тоже вместе, да? – громко произнесла она.

– Я не намерен перед тобой отчитываться. Думай, что хочешь.

– Хорошо, тогда ответь, почему ты хочешь, чтобы мы перестали встречаться? Ты даже не знаешь, захочет ли эта, как её, София быть с тобой!? После всех лет, что мы вместе! Я не понимаю…

Бьёрн действительно не знал, есть ли у Софии какие-то чувства к нему, или же он просто её хороший друг.

– Хайди, послушай… мы очень разные с тобой. Просто пойми и прими это. Мы можем остаться друзьями, если хочешь…

– Не нужна мне твоя дружба! Ты любишь её, верно? – Хайди посмотрела ему прямо в глаза.

Бьёрн, чуть-чуть помедлив, ответил:

– Она стала для меня важным человеком. Я открыл ей свою душу.

– Что ты сделал?!

После банкета Бьёрну было как-то не по себе. Он даже пропустил в понедельник семинар, на который всегда ходил вместе с Софией. София же в девять утра была в аудитории. Когда по рядам стали передавать список, где нужно было расписаться присутствующим, София, осторожно посмотрев по сторонам, решила расписаться и за Бьёрна. Обычно он никогда не пропускал семинары по корпоративному праву. Ей показалось очень странным, что в этот раз Бьёрна не было.

На перемене она увидела его в коридоре возле окна. Бьёрн что-то смотрел в своем телефоне.

– Всё хорошо? – спросила она осторожно.

– Привет! Я проспал, – соврал он.

На душе у него было тяжело. Хотелось как можно скорее поговорить с Софи.

– Может, пойдем сейчас в кафе? У тебя есть время?

– У меня как раз пауза между парами. Ты же знаешь…

Они устроились за своим обычным столиком. Бьёрн заказал кофе с молочной пенкой. София начала первой:

– Я бы хотела вернуть тебе деньги за билеты на мюзикл, раз я не смогла пойти…

– Нет-нет, я не возьму ни цента! – поспешил уверить её Бьёрн. – Софи, послушай, мне очень стыдно перед тобой. Я хотел извиниться за тот вечер. И за слова Хайди… и что раньше не рассказал тебе о ней.

– Да всё хорошо… Хотя меня, конечно, удивило, что ты промолчал в тот момент, – добавила она, улыбнувшись.

– Не знаю, почему не сделал этого. Э-э-э… В любом случае я не должен был допустить, чтобы она тебя оскорбила.

Бьёрн замолчал. Повисла пауза. Они смотрели друг на друга. Первой нарушила тишину София.

– Действительно, мне неприятно было услышать её слова. Но не переживай, всё в порядке! Хотя, знаешь, по сути, она права, мне нужно избавится в будущем от акцента.

Бьёрн очень ценил её искренность.

– Ты прекрасно говоришь по-немецки, и акцент у тебя не такой уж и сильный. Софи, прости, что я не сказал тебе, что у меня есть девушка… точнее, была…

– Вы расстались?

– Да, позавчера.

– Мне очень жаль. Она красивая, и видно, что очень талантливая.

– Да, она такая. Но я в какой-то момент, и уже довольно давно, понял, что мы с Хайди разные люди. Всё никак не мог решиться поговорить с ней…

– Понимаю… Знаешь, ты лучше ходи на семинары, – сменила тему София. – А то каждый раз я за тебя не смогу расписываться, – добавила она со смехом.

– Ты за меня расписалась?!

– Ну да. Если будет много пропусков, то не допустят до экзамена…

– Спасибо, конечно! Просто в Германии это не принято…

Софии слегка покраснела. В этот момент Бьёрн хотел только одного: признаться ей наконец, как она важна для него, и что он больше всего на свете хотел бы, чтобы она стала ему больше, чем просто друг. Но он не спешил. Немцы обычно не спешат. Бьёрн ждал инициативы с её стороны, не подозревая, что в ближайшем будущем ему придётся пожалеть о своём промедлении.

Глава двенадцатая

“Бермуда Драйэк” в Бохуме и окрестностях знали все! И любили за особенную атмосферу. Вдоль длинной улицы расположены десятки уютных кафе, ресторанчиков и диско-баров, где вечерами в будни и особенно по выходным дням собираются молодые люди и наполняют это место особой энергией юности. Часто там устраивают дискотеки, в кафе играет живая музыка или проводятся какие-то концерты. Это место придаёт особый шарм студенческому городу. Именно там, в одном из кафе, София планировала найти себе подработку.

Максим и София встретились в кафе “Мандрагора”, одном из старейших заведений “Бермуды” и первым кафе в Германии, где в 1977 году начали подавать вкусные французские крепы. В меню современной “Мандрагоры” были абсолютно разные блюда. София отдала предпочтение блинчику с шоколадным кремом. А Макс выбрал шницель по-венски. И оба взяли “Радлер” – подслащенное лимонной газировкой пиво, очень популярный в Германии напиток.

Они ели и болтали о банкете в автоцентре, о Марии и Родионе, между которыми, судя по всему, закрутился бурный роман, об учёбе Софии и планах Макса насчёт будущей работы. Софии нравилось общаться с Максом, хотя она должна была отметить – встречи с Бьёрном были для неё более интересными в плане того, что представляет из себя жизнь в Германии.

– Тебе, кстати, очень идёт, когда ты наверх закалываешь волосы, – заметил Максим в середине разговора.

– Спасибо. Послушай, хотела тебя попросить: ты говори мне, если вдруг ещё будет работа наподобие той, где мы были. Я, конечно, уже выслала резюме в несколько мест, но мало ли…

– Без проблем. Рашид, мой шеф вообще любитель таких мероприятий, и у него много полезных контактов – без запинки ответил Макс – Он часто развозил свёртки знакомым его босса.

Молодые люди допили “Радлер” и расплатились. На улице, как назло, начался дождь.

– Этого только не хватает, – проворчал Макс. – До метро, где мы припарковались, минут пятнадцать быстрым шагом.

– Значит, побежали! – потянула его за рукав София.

Они сели в машину, порядком вымокшие. По дороге к общежитию просто молчали.

– Может, хочешь выпить кофе? – уже на парковке спросила София.

– У тебя? – уточнил Максим, он не ожидал, что София может ему такое предложить.

– Да, у меня в комнате. Я недавно купила новую кофеварку.

– С удовольствием, – кивнул он.

– Мы ненадолго. Мне рано вставать.

До встречи с Софией у Макса, конечно, были девушки: так, мимолетные знакомства, которые случались на дискотеках. С каждой Макс встречался от силы пару месяцев. Потом ему становилось скучно, да и серьёзные отношения он заводить не стремился. Как правило, в Германии довольно поздно женятся. Максим никуда не спешил. Больше всего его интересовали автомобилями.

Максим сидел на стуле у письменного стола. Девушка сварила не очень крепкий кофе, так как было уже довольно поздно, и протянула чашку Максиму. София же села напротив его на кровати, так как у нее в комнате был всего один стул. Видно было, что Максиму нравилась её комната.

– Ни разу ещё не был в студенческом общежитии, – сказал он

– И как тебе?

– Очень даже прилично. И уютно. У нас по приезду в Германию были хуже условия, – засмеялся он.

– А где вы тогда жили? – спросила София.

– Что-то наподобие лагеря для русских немцев. Ничего интересного. Я предпочитал больше находиться на улице, – сказал он, снова засмеявшись.

– Хочешь – покажу тебе фотографии моей семьи? – предложила София.

Он молча кивнул. Девушка подошла к полке с книгами и, потянувшись к самой верхней полке, достала фотоальбом. Макс отметил про себя, что у Софии была красивая фигура. Однако она почему-то не носила юбки или платья.

В Москве у Софии был парень. Виделись они только по выходным, он был старше её и по будням работал допоздна. Он стал её первым мужчиной. Любила ли она его? Сама София не могла ответить на этот вопрос. Вряд ли это можно было назвать любовью. Ей было интересно с ним, но в итоге отношения не сложились, и они спокойно расстались. Ей некогда было страдать, все мысли были заняты переездом в другую страну.

София положила альбом перед Максом на стол, принялась показывать ему фотографии, что-то пояснять. Макс видел, что она сильно скучает по родным.

– У твоих родителей хорошая квартира в России, судя по фото. Они, наверно, хотят, чтобы ты вернулась?

– Да, именно так. Но я пока не знаю. В Германии мне очень нравится. Ну и сначала мне нужно бы закончить учебу… Знаешь, это очень хорошо, что ты тут живёшь с родителями, – сказала она.

– Почему с родителями? Я уже живу отдельно, снимаю квартиру, – соврал Макс.

– Я имею в виду, что у тебя тут вообще кто-то есть из близких. Мне бы тоже хотелось иметь рядом семью. Это же такая моральная поддержка! Мне их не хватает. Должна тебе признаться, хоть я тебя пока еще мало знаю, я очень рада, что познакомилась с тобой.

Максим, не долго думая, притянул Софию к себе, обхватив её руками за талию, и уткнулся ей головой в живот. Девушка замерла от неожиданности. Она не ожидала этого и долю секунды не знала, как отреагировать. Но вот она обняла его и нежно погладила по волосам. Максим поднялся, притянул её лицо к своему, нежно поцеловал Софию в губы. Страсть овладела обоими, и уже не было сил противиться тому, что должно было произойти.

Они целовались и раздевали друг друга. Софии очень хотелось сделать Максу приятно. Она опустилась перед ним на колени, нежно притронулась к нему руками, а потом губами.

– О, Софи… – стонал он от удовольствия. – Что ты делаешь со мной?!

Она чувствовала его страстное желание наконец стать с ней одним целым. Ещё никогда ей не было так хорошо с мужчиной, как в ту ночь! Его мускулистое тело приятно пахло. Он был таким нежным и одновременно требовательным. Он двигался то быстрее, то медленнее, пока вдруг у неё все не сжалось внутри, она вскрикнула и ощутила приятное тепло, медленно растекающееся по всему телу. Это был её первый, но не последний оргазм в ту ночь. Они ещё несколько раз занимались любовью и уже поздно ночью, уставшие, наконец уснули в объятиях друг друга на узкой кровати в комнате в студенческом общежитии.

Глава тринадцатая

В восемь утра предательски зазвенел будильник. Они быстро собрались, позавтракали кофе с бутербродами, и Максим повёз Софию в университет. Они, как юные любовники, были немного смущены, но одновременно счастливы и, несмотря на короткую ночь, полны энергии.

– Хочешь, побегаем вместе завтра? – предложил Макс. – У меня сегодня вечерняя смена.

– Конечно, заезжай за мной, – ответила София. – Ну все мне пора. Пока!

На лекциях мысли Софии были заняты тем, что случилось вчера. Она пыталась понять, нужны ли ей сейчас эти отношения. Даже Бьёрн заметил, что София какая-то другая: очень молчаливая. Софии было очень хорошо вчера ночью, но мысль о том, что эти отношения могут помешать учебе, не шли из головы. Она решила – предложит Максиму остаться просто друзьями, если он, конечно, захочет после всего того, что произошло между ними.

Максим же был спокоен. У него ещё никогда не было такой девушки, как София. Весь день Макс думал о ней, вспоминал их первую ночь любви. Он хотел быть с ней. На следующий день он еле дождался вечера. София ждала его, но только он собирался поцеловать её в губы, как она отвернулась и выпалила:

– Максим, всё происходит слишком быстро. Я боюсь, что заброшу учебу, если так и дальше пойдёт. Прости меня…

– Ты хочешь сказать, что то, что было между нами вчера, – это ерунда, правильно я тебя понял?

– Нет, вовсе не ерунда!

– Тогда почему ты думаешь, что наши отношения станут для тебя проблемой?!

София от переполнявших её эмоций не могла стоять на месте. Собираясь с мыслями, она пошла по обычному маршруту для пробежек. Макс последовал за ней.

– Ты мне нравишься, – сказала она на ходу. – Но отношения – это время, а мне надо много учиться. Понимаешь?

– Ну хорошо! Давай не будем торопить события и пока останемся друзьями. Но мы же можем пойти вместе в парк?! – спросил он.

Она кивнула ему и улыбнулась. Был тёплый летний день, и лучики солнечного света пробивались сквозь сочно-зелёную листву. София обожала это время года, когда в Германии ещё не начались затяжные дожди. Молодые люди бежали молча, потом шли быстрым шагом. В какой то момент, в глубине лесопарка, куда редко доходят люди, они замедлились и, остановившись, посмотрели друг на друга. Одного взгляда было достаточно, и вот они уже страстно целовались.

Макс сел на прошлогоднюю листву, прислонившись спиной к высокому дереву, и притянул Софи к себе, устраивая на коленях. Его ладони проскользнули под её спортивной кофту, нежно дотронулись до упругой груди. Она тихо застонала от удовольствия. Они стали заниматься любовью в лесопарке.

Шорохи листвы, скрип деревьев заставляли Софию вздрагивать, как будто бы их кто-то мог их увидеть. Но одновременно это разжигало в ней страсть. Она стонала от удовольствия всё громче и громче, пока снова уже знакомое ей приятное тепло не растеклось по всему телу. После, приведя одежду в порядок, они лежали в объятьях друг друга на спортивных куртках на траве и смотрели в небо.

– Макс, все так быстро, – прервала молчание София. – Я правда не знаю, как быть. Что нам делать?

– Я тоже, наверно, не знал бы, что делать в такой ситуации, если бы не влюбился в тебя.

…Страстная любовь захлестнула Софию с головой. Теперь она уже не могла думать об учёбе, как это было раньше, потому что она всё время думала о нём. Довольно часто после университета и когда у Макса не было работы, они встречались у неё в комнате. Она не помнила, чтобы они много разговаривали, так как, оставаясь наедине друг с другом, они тонули в волнах удовольствия, которое, казалось, будет длиться бесконечно.

Глава четырнадцатая

Однажды, когда у Софии был свободный от работы день (она недавно устроилась на подработку в кафе), Макс предложил познакомиться с его родителям. Признаться себе честно, она думала, что это было слишком поспешное решение, так как в последние недели времени у неё ни на что не хватало. Но девушка с радостью приняла предложение, чтобы не обидеть своего парня.

Родители Макса жили на улице Маркштрассэ. Этот район Бохума известен тем, что там живут многочисленные русскоязычные немцы-переселенцы из разных уголков постсоветского пространства. Подходя к подъезду, София услышала, как кто-то говорит по-русски, и у неё возникло ощущение, что она оказалась на родине.

Обстановка в квартире родителей Макса ей казалась очень знакомой и напомнила дом её дедушки. По традиции, хорошо знакомой Софии, родители Макса к их приходу накрыли шикарный стол: закуски, горячее, сладкое. “Этим отличается немецкое застолье от нашего” – подумала София, которая несколько раз бывала на немецких праздниках в студенческом общежитие.

Маме Максима было на вид лет пятьдесят. Она оказалась очень приятной и простой в общении, они с Софией сразу нашли общие темы для разговора за столом. В то время как папа Макса казался более сдержанным.

– Ой, София, мы так рады, что сын наконец-то завёл себе девушку. Да ещё такую, как ты! А то мы уже начали с папой переживать, что он всё один да один.

София и Максим переглянулись, но оставили слова мамы без комментариев.

– А как вы кстати познакомились?

– Возле университета, где учится София. Я подвёз её с тяжелыми сумками, – Максим сказал правду, утаив подробности их первой встречи, чтобы лишний раз не давать маме повода для беспокойства.

– Да, София, вы знаете, Максим у нас очень добрый парень. Если вам что-то нужно, вы всегда обращайтесь, не стесняйтесь!

– Ой, спасибо вам большое! Это так приятно, ведь мои родные живут в России.

– Да Максим рассказывал нам! Как ты, бедная девочка, вообще тут одна?!

– Ну, я уже не одна, – улыбнулась София. – Мы вместе. А вообще дел хватает. Хожу на лекции, занимаюсь дома, несколько раз в неделю подрабатывая по вечерам официанткой, занимаюсь спортом, усиленно учу немецкий…

– Какая ты умничка! А вот я так и не выучила язык! Папа знает немного, а мне он прям не идёт.

– Я работаю на заводе, не знаю, говорил ли вам сын, – наконец присоединился к разговору старший Руди. – Там немецкий хоть какой, но нужен. А маме он зачем? Она всё равно на уборках.

– Софиечка, понимаешь, мне совсем не нравится этот язык! Он такой грубый.

– А мне напротив немецкий всегда нравился, – сказала София, увидев удивление в глазах мамы Макса. – Может, вам по чуть-чуть его изучать?! Всё-таки для жизни в Германии это необходимо.

– Да вот и мои немцы, у которых я убираю, говорят: “Лиза, ну начни уже хоть немного учить язык. Ты такая интеллигентная женщина! Ты можешь достичь большего, живя в Германии”. Я, между прочим, дома бухгалтером была. Но не нравится он мне, этот немецкий, и всё! Хоть убей меня…

– Ну ладно, хватит об этом, – вмешался папа Макса. – Мы с мамой собираемся по-любому ехать жить на пенсию в Крым, когда сын уже крепко будет на ногах стоять. Там нам немецкий не нужен. Ну а что, София, вы планируете делать в Германии?

– Получу диплом и устроюсь работать по профессии. Хочу стать адвокатом.

За столом повисла пауза. Видно, родители Максима не ожидали услышать от скромной на вид девушки такие амбициозные планы.

– Ну хорошо, мам, пап, давайте уже будем чай пить, и нам нужно ехать. У меня завтра с утра работа.

– Приезжайте к нам почаще, дети, – сказала мама Макса, – Софиечка, очень приятно с тобой познакомиться.

Глава пятнадцатая

София чувствовала – за последние недели жизнь стала похожа на американские горки, настолько она была насыщена разными событиями. Бьёрн, конечно, заметил: с его подругой что-то происходит. София изменилась, стала задумчивее, улыбалась чему-то, сидя на лекции, глядя в одну точку. К тому же у неё теперь не часто находилось время сходить с ним в студенческое кафе.

Как-то после лекций он вызвался проводить её до общежития. Он пока так и не признался, как сильно она нравится ему. Хотя планировал сделать это в ближайшее время – возможно, именно сегодня. София не знала, что Максим решил устроить ей сюрприз и ждал её возле общежития. Увидев Софию в компании незнакомого парня, он поспешно вышел из машины и направился к ним.

– Привет, Максим! Что ты тут делаешь? – спросила София по-немецки.

– Привет! Кто это такой? – ответил он на русском.

– Мой друг с факультета, – продолжала София на немецком, чтобы Бьёрн мог понять, о чем речь. – Бьёрн, это Максим… мой парень, – добавила она практически без паузы.

Бьёрн не ожидал, что у Софии кто-то появился. Не то чтобы он сомневался, что она может найти себе кого-то. Просто он всё надеялся, что со временем он сможет стать ей больше, чем просто другом, и поэтому никуда не спешил. Только сейчас он понял, что слишком медлил.

– Софи, увидимся завтра на лекции, – сказал Бьёрн и поспешно ушёл, оставив их с Максом наедине.

– Почему ты злишься? Я же просто дружу с ним, – спросила София. – К тому же мне нужно с кем-то практиковать немецкий!

– Злюсь, потому что не верю в дружбу между мужчиной и женщиной, Софи, – нервно ответил он. – Это всегда приводит только к одному.

– И к чему же?! – спросила она, лукаво посмотрев на него. – Прекрати, Макс! У меня есть ты.

– Прости. Просто он зовёт тебя “Софи” и смотрит таким влюблённым взглядом, – добавил Макс. – Ты что, не замечаешь?

– Тебе показалось. Он просто хороший друг. Нашёл тоже, к кому ревновать. Бьёрн вообще не мой тип. Пойдём лучше ко мне. Я так соскучилась…

В субботу Максим, София, Мария и Родион решили покататься на роликах. Встретиться они договорились уже на месте: на парковке у озера.

Озеро Кемнадер-Зе[10] располагалось на окраине Бохума, всего в десяти минутах езды от общежития Софии. Озеро было излюбленным местом отдыха местных жителей, которые приезжали сюда в конце рабочего дня, по выходным и на праздники. Вокруг озера пролегала хорошо асфальтированная дорога длиной чуть больше восьми километров, которую обожали пешеходы, спортсмены и велосипедисты. Также возле озера находилось несколько уютных ресторанчиков, где можно было выпить прохладительный напиток после занятия спортом или поесть. И хотя летняя погода довольно редко надолго воцаряется в Рурской области, в жаркие дни люди старались вырваться на целый день на озеро и на природу.

Надев ролики, друзья не спеша покатили по велосипедной дорожке вокруг озера. София лучше всех в компании каталась на роликах, никто не мог сравниться с ней в скорости. Но посоревноваться толком не получилось. Всего полчаса прогулки: и над озером стали сгущаться тучи.

– О нет, Радик, мы попадём под дождь, – грустным голосом сказала Мария. – Может, вернёмся назад?

– Давайте присядем в кафе и переждём, – предложил Родион.

– Ты как будто первый год в Бохуме живешь! Если дождь начнётся, то скорее всего надолго, переждать не выйдет. Хотя, может, и не начнётся…

– Нет, это не безопасно – кататься по мокрому асфальту, – сказала Мария. – Я боюсь, что упаду или в лучшем случай промокну до нитки. Радик, поедем без них! Раз они такие смелые, пусть сами и катаются.

София и Максим продолжили прогулку на роликах уже вдвоем.

– Ты классно катаешься! – сказал Макс. – Долго училась?

– Да нет! Как-то увидела тут на озере людей на роликах и подумала, что тоже хочу. В итоге купила сначала самые дешёвые ролики в магазине “Алди”. Правда, тормоза быстро у них стерлись, так что пришлось купить уже хорошие, дорогие.

– А у меня, интересно, быстро тормоза сотрутся, если я буду так стараться угнаться за тобой?! – засмеялся Макс, который буквально на днях купил себе новые ролики по настоянию своей девушки.

– Глупый, ты редко катаешься, – вслед за ним засмеялась София. – Не сотрутся.

Дождь все-таки начался.

– Может, давай укроемся где-то?! Пока доедем до машины,вымокнем до нитки, – предложил Макс.

– Вот сейчас я не откажусь, – ответила София. – В укрытие!

Ближайшим укрытием от дождя стал мост над рекой Рур, которая впадала в озеро. По бокам росли ветвистые деревья. Влюблённые расстелили под ними одеяло, которое прихватили с собой для пикника, и уселись на него. Максим обнял Софию.

– Софи, ты, наверно, самое лучшее, что случилось со мной за последнее время! – сказал Макс

– А ты – у меня, – без промедлений ответила София. – Но мы как-то мало общаемся с тобой, не замечаешь? – заметила она и прильнула к нему, нежно поцеловав в губы.

– Да, ты права, – ответил Макс ей своей улыбкой. – Надо чаще общаться, но я не могу перестать наслаждаться тобой, когда мы наедине, – сказал он быстро, перед тем как подарить ещё один страстный поцелуй. – Но, послушай, я хотел тебе рассказать кое-что…

– Давай потом, милый, тут так романтично под дождем и так красиво, – сказала она, прижимаясь к нему ещё плотнее.

Максим стал расстегивать кофту Софии, его рука скользнула ей на молнию джинсов. Он нежно положил ее на одеяло и навис сверху.

– Постой, Максим, наверно нам нужно быть осторожнее …

– Софи, я люблю тебя… – не останавливаясь, шептал он. – Просто доверься…

– И я люблю тебя…

В тот день под дождем они беззаботно и с полной отдачей любили друг друга, ещё не подозревая, что это лето окончательно перевернёт их жизнь.

Глава шестнадцатая

Последние несколько недель выдались у Софии очень непростыми. По вечерам после лекций она подрабатывала в кафе. В выходные приходилось задерживаться на работе до полуночи, до последнего посетителя. Девушка ловила себя на том, что иногда забывает полноценно поесть. Уже несколько дней подряд София чувствовала себя немного странно: её часто подташнивало.

“Вряд ли это может быть из-за еды!, – размышляла девушка. – А может это…?! Не может быть!”

Она всё не решалась сходить в аптеку. Но в итоге заставила себя купить тест на беременность, который подтвердил опасения. “Только не это! – думала София в панике. – Что теперь мне делать? ”

Девушка ещё и сама не определилась, хочет ли оставить ребёнка. Но в любом случае София хотела поговорить с Максом. Но не знала, как он отреагирует на такую новость, ведь у Макса были большие планы на будущее: он хотел и открыть своё дело.

Как-то после лекций, в один погожий осенний день они вместе не спеша гуляли по лесопарку. Погода стояла на удивление сухая. Листва на деревьях становилась разноцветной и нарядной. Но было уже прохладно, и София надела плащ и берет. Было тихо-тихо, и казалось, что вокруг ни души. Молодый люди держались за руки, периодически останавливались и целовались. Макс в этот день хотел поговорить с Софией на счёт своей работы в ресторане, но боялся её реакции.

Внезапно тишину прервал чей-то мужской голос, который на настойчиво потребовал от молодых людей остановиться. София обернулась и увидела двух офицеров полиции. Они предъявили свои документы и проверили у влюблённых паспорта, которые, к счастью, были с ними.

– Максим Руди, пройдемте с нами. Вы знаете, почему мы здесь, или вам сообщить об этом?

Макс побледнел и с грустью посмотрел на Софию.

– Милый, что происходит?! – спросила девушка на немецком.

– Фрау Белова, этот молодой человек кем вам приходится? – обратился к Софии один из полицейских.

– Он мой парень, – ответила она.

– Максим Руди задержан по подозрению в торговле наркотиками.

– Что?! Наркотики?! – София была в шоке от услышанного. Она с ужасом посмотрела на Макса, который, однако, смотрел в сторону.

– Вы что-то знали об этом?! – продолжал один из офицеров, обращаясь к Софии.

– Она не в курсе! – поспешил ответил Максим. – Моя девушка не знала об этом. Отпустите её.

– Нет, я не знала. Макс, скажи что-то! Это не ошибка? Ты и правда…?! – у Софии по щекам полились слёзы.

Полицейские надели наручники на Максима. Софию пригласили на допрос в полицейский участок, где она дала показания, что ничего не знала о том, чем в ресторане занимается Максим на самом деле. Её отпустили. Максима она больше не увидела.

“Оказывается, он врал мне всё время! Как он мог?!” София еле держалась на ногах, выйдя из полицейского участка. Казалось, что мир внезапно перевернулся с ног на голову! Девушка даже не помнила, как добралась до своей комнаты. Она села за стол и, уронив голову на руки, заплакала. Сколько времени она так провела, София не знала. Постепенно она успокоилась. Ей срочно нужно позвонить Родиону и всё узнать, ведь в конце концов они с Максимом вместе работали в этом проклятом ресторане, думала она. Она уже потянулась за телефоном, как в дверь постучались. София вздрогнула.

“Неужто это снова полиция?!” – подумала она.

На пороге стояла заплаканная Мария.

– Этот подлец Радик бросил меня! – выпалила она со слезами на глазах. – Ты представляешь?! Все же было хорошо. – Она плюхнулась на кровать Софии. – Он даже меня со своими предками планировал познакомить. А потом вдруг сказал, что нам нужно расстаться!

– Мне очень жаль. – София вернулась за стол. – Ты пыталась с ним поговорить?! Что он сказал?!

– Как же, поговоришь с ним! Он уехал куда-то из города, насколько я поняла. Понятия не имею, что произошло.

София, кажется, понимала, о чем идет речь. Но она решила ничего не рассказывать подруге. Похоже, Мария не в курсе, что Максим и Родион связаны с наркотиками.

– Прости, я на минутку в ванную комнату, – София вдруг почувствовала, как желудок свело спазмом. – Мне нехорошо с утра. Я сейчас.

Из ванной комнаты София вышла бледная. Мария с удивлением смотрела на подругу.

– Софи, у тебя все в порядке? Выглядишь ты так себе.

София в изнеможении опустилась на кровать рядом с Марией.

– Я беременна. Только пожалуйста, никому не рассказывай.

– О, Боже! – воскликнула Мария. – От Макса?!

– Конечно, от него. Мы же встречались.

– В смысле, вы больше не вместе?!

Рассказав о беременности, София решила, что скрывать другие новости не имеет смысла.

– Я не знаю, сказал ли тебе Родион, почему он так быстро уехал из Бохума. Максима арестовала полиция за то, что он торговал наркотиками. Скорее всего, Радик был в курсе и тоже этим занимался.

– Не может быть! – ахнула Мария. – А как же ребенок?!

– Я еще не знаю, что мне делать с ребёнком… Мне нужно подумать, – ответила София.

– Подруга, ты еще в большей яме, чем я, – вздохнула Мария. – Прости меня за нытьё. – Она обняла Софию. – Мы обязательно что-то придумаем!

Глава семнадцатая

София безуспешно пыталась дозвониться Родиону, чтобы узнать у него, чем именно Максим занимался в ресторане. Номер всё время был недоступен, и у неё возникло ощущение, что он поменял сим-карту. София была ужасно подавлена и обижена на Макса за то, как он с ней поступил. Она считала, что он просто предал её, обманывая всё это время.

Вместе с тем ей было очень жаль его. Она не знала, что ему грозит, посадят его в тюрьму или нет. Ей необходимо было проконсультироваться с адвокатом. Но София никого не знала, кроме… Бьёрна, хотя настоящим адвокатом он ещё не стал.

Они встретились возле торгового центра – впервые за долгое время.

– Привет, Софи! Рад тебя видеть. Немного удивился, когда ты позвонила… Надеюсь, у тебя все в порядке?

– Мне нужно срочно с тобой поговорить. Есть тут какое-то кафе, где не очень людно?! Или пойдем лучше в парк!

– Парк так парк. Так что случилось?

– Я тебе все расскажу. Давай сначала сядем где-то.

София и Бьёрн прошли мимо озера с утками, которых София всегда любила кормить во время прогулок в парке, и устроились на скамейке под ветвистым деревом.

– Макса, моего парня, арестовали несколько дней назад, – начала рассказывать София. – Я не знаю, с кем еще можно поговорить об этом, кроме тебя. Может, ты сможешь что-то подсказать…

– Что он сделал?

– Как оказалось, он был как-то связан с торговлей наркотиками, работая в одном ресторане, где, очевидно, этим занималось начальство. Я думаю, он просто развозил их, выполнял поручения шефа… – она опустила полные грусти глаза, – Что теперь с ним будет?! Я думала, может ты знаешь?!

Бьёрн молчал какое-то время, обдумывал, как лучше ответить своей хорошей подруге.

– Я думаю, будет зависеть от ситуации. Если докажут его непосредственную причастность к торговле, то ему грозит до пяти лет лишения свободы. Он просто их развозил или всё же торговал ими? Я не знаю, какие у полиции улики против него. Если он не был полностью вовлечён в это дело, то может обойтись и просто штрафом. Ещё будет зависеть от количества наркотиков. Ты знала про Максима?

– Господи, Бьёрн, я понятия не имела. Это шок для меня. Он меня обманывал всё время, понимаешь? Ничего не говорил. Я думала, он просто работает официантом, и я ему верила, – заплакала София.

Она уткнулась лицом в грудь Бьёрна, и он впервые держал её в объятиях. Но, конечно, он желал бы, чтобы это случилось при других обстоятельств.

– Я поговорю с родителями. У них много связей. Постараюсь что-то узнать как можно скорее. Скажи мне, как фамилия твоего парня?

– Руди. Его зовут Максим Руди.

Спустя несколько дней Бьёрн назначил Софии встречу в том же самом месте.

– Я через родителей навёл справки о Максиме. Уже было первое слушание, и он, скорее всего, получит два года лишения свободы, так как он занимался распространением наркотиков в довольно больших количествах. Но он не получал за это деньги, по сути отвечал только за логистику. Всем остальным занимался его шеф, который к счастью, тоже сейчас под следствием. Оказывается, за шефом Максима давно была установлена слежка.

– Два года?! – У Софии потемнело в глазах.

“Что делать?! Ждать эти два года?! Но кого ждать?! Того, кто меня однажды предал, но кого я продолжаю любить всем сердцем?!” – думала София.

– Тебе не нужно больше идти в полицию, ты не знала ничего о делах Максима. – Бьёрн помолчал. – Мне… очень жаль, Софи.

– Спасибо тебе, Бьёрн.

– Что ты теперь будешь делать? Я могу ещё как-то помочь? – спросил он.

– Не знаю даже… Мне кажется, я просто сплю, всё это происходит не со мной…

Сначала София хотела увидеться с Максимом, ведь в тюрьме разрешены свидания, но поразмыслив, она оставила эту идею. Также она не посчитала нужным звонить его родителям, хотя они наверняка были убиты горем. Макс пользовался ей всё это время. Ей было очень больно от его предательства. Под сердцем она носила его ребенка и продолжала его любить, и от этого её сердце разрывалось на части.

“Что теперь мне делать?! Родить ребенка – одной, в чужой стране? Или вернуться в Россию, где всё привычно и где рядом родные? Но что скажут мои родители? И смогу ли я потом когда-то вернуться сюда?”

Глава восемнадцатая

Вдобавок к остальным неприятностям прибавилась ещё одна:, Софии не хотели продлевать студенческий вид на жительство, который был необходим, чтобы учиться и легально находиться на территории Германии. Причиной тому стали финансы: на банковском счёте должна быть определенная сумма. Но у родителей Софии возникли трудности, а у самой девушки таких денег и подавно не было.

Выход был только один: просить кого-то одолжить ей деньги. Но София не знала, кто может помочь. По всему выходило, что ей придётся вернуться в Россию. Да ещё и в положении. Голова шла кругом. София уже начала искать недорогие рейсы в Москву, понимая что даже этот учебный год она вряд ли сможет закончить. Да что и говорить: возможно, она вообще никогда не вернётся в Германию.

Никто в университете пока не знал, что скоро ей придётся уехать. Только Бьёрну София решила доверить свой секрет. Марии она тоже доверяла, но Бьёрну больше.

Бьёрн был ошарашен новостью. Однако не подал вида, хоть ему и сложно было скрывать свои чувства к Софии. Он обещал подумать, что можно сделать. Конечно, одолжить деньги – было бы проще всего. Но деньги Бьёрн и не мог ей одолжить – у него не было нужной суммы. И, к сожалению, обратиться за помощью к родителям он тоже не мог, они все еще были обижены на него за разрыв с Хайди.

Бьёрн засел за компьютер и стал искать в интернете информацию, как иностранному студенту можно легально остаться в стране.

Он и не подозревал, каким окажется самый популярный ответ. Такая мысль не приходила в голову Бьёрна. Закрыв ноутбук, он задумался, глядя перед собой в окно. По стеклу безжалостно барабанил немецкий дождь. Молодой человек сидел неподвижно какое-то время, а потом улыбнулся сам себе. На следующее утро он перезвонил Софии.

Они встретились в своём любимом кафе и, как всегда, заказали кофе с молочной пенкой. София была само очарование, но вела себя так скромно, как будто вовсе не знала о своей привлекательности. Почему-то Бьёрну подумалось: в будущем она станет хорошей матерью. Переживая, как София отреагирует на его предложение, он взволнованно сказал:

– Ты, наверно, даже не догадываешься, но я уже давно люблю тебя. Я полный кретин, что всё это время скрывал от тебя свои чувства. Я опоздал с признанием, ты выбрала Макса. Но я хочу быть с тобой. Я хочу… хочу предложить тебе стать моей женой! Тогда тебе не нужно будет возвращаться в Россию…

София он неожиданности выронила чайную ложечку, которой помешивала свой кофе. Она, конечно, догадывалась, что нравится Бьёрну, но не подозревала, что он влюблён в неё, хотя об этом ей говорила Мария. Вообще в Германии считается, что до тридцати очень рано вступать в брак. Принято сначала выучиться, поработать, увидеть мир и только уже потом обзавестись семьёй. Обычно это случается после тридцати пяти, а то и сорока лет.

– Бьёрн, прости, – начала София, – я не знала о твоих глубоких чувствах… Но было бы неправильно принять твоё предложение. Я очень ценю всё, что ты делаешь для меня. Но ты же знаешь, я встречалась с Максимом, пока его не арестовали. Я его до сих пор люблю… – её глаза наполнились слезами, и ком подступил к горлу: так больно ей было вспоминать его.

– Да, я все понимаю, – кивнул , он видел, как она страдает, и ему было больно не меньше.

– Я тебя люблю, но как хорошего друга, ты понимаешь? Как я могу выйти за тебя?! И есть ещё кое-что, чего ты не знаешь: я беременна от Максима.

Бьёрн не ожидал это услышать и был сильно озадачен.

– На каком ты сроке? Ты думаешь оставить ребёнка?

– Я была у врача. Он сказал, что срок четыре недели, – ответила София. – Я ещё не решила, оставить ли ребёнка.

Глядя на девушку, которую он любил всем сердцем, Бьёрн вдруг осознал, что ему абсолютно всё равно, какое решение примет София по поводу ребёнка. Он хотел, что она была рядом с ним всегда.

– Софи, послушай, мне на самом деле не важно, что ты в положении. Я влюбился в тебя в тот самый день, как ты села рядом со мной на лекции. До этого моя жизнь не имела смысла. Я не знал, для чего я живу, что делаю… А теперь я знаю. Ты спрашиваешь, как ты можешь выйти за меня, если любишь другого? Но я почему-то уверен, что в будущем ты сможешь ответить мне взаимностью. Нам просто не хватило времени, чтобы узнать друг друга лучше. Ты не пожалеешь, уверяю тебя!

София молча слушала своего, как она ещё сегодня утром считала, хорошего друга, который, как выяснилось, уже давно влюблён в неё.

– Ты знаешь, я вчера, кажется, все форумы изучил и, получается, оптимальный вариант – если расписаться в Дании. Там не требуют столько документов, как в немецком загсе. И свидетельство о браке из Дании без проблем признают потом в Германии. Нам, конечно, придётся жить вместе, потому что могут быть проверки со стороны немецких госорганов…

– Бьёрн, постой… Допустим, мы распишемся, но что ты скажешь своим родителям? Они меня даже никогда не видели!

– Ты познакомишься с ними, после того как мы поженимся, – спокойно ответил он. – За них можешь не беспокоиться.

София сказала Бьёрну, что хочет еще раз всё обдумать и обещала позвонить. Дома она села за свой письменный стол. Перед окном росли деревья. На них птицы строили гнезда и выводили потомство, и так из года в год. Казалось, что у них нет таких проблем как у людей. Был ли вообще у Софии выбор, кроме, как принять предложение Бьёрна?

Она почему-то не могла представить себя беременной в России. И это её пугало. Как будто там ей не место, несмотря на то, что там жили её родители и родные. С другой стороны, как она может выйти замуж за человека, которого любит не больше, чем просто как хорошего друга?! Она же будет обманывать его и себя тоже? “Может, и вовсе не нужна эта любовь, страсть? Максим предал меня”, – думала девушка. Её любовь закончилась полным поражением, и лишь одно согревало душу: ребёнок, от которого она, конечно, не могла избавиться.

На следующий день София позвонила Бьёрну и сказала, что согласна стать его женой и хочет оставить ребёнка. Это был один из самых счастливых дней в его жизни.

Глава девятнадцатая

После звонка Софии Бьёрн решил всё рассказать родителям, ведь он ещё жил в их доме и был от них финансово зависим. Дом родителей располагался недалеко от водохранилища Кемнадер-Зе, в окружение восхитительной природы. Бьёрн вырос в этом месте, которое, на первый взгляд, могло бы предложить всё для счастливого детства.

Недалеко от дома находился большой конный двор, где маленький Бьёрн брал уроки верховой езды. Конный спорт пользуется популярностью у многих немцев. Ещё у него была забавная собака породы Миттельшнауцер, которую он практически всегда сам с удовольствием выгуливал, и с которой проводил много времени, когда не был в школе. Тем не менее, Бьёрн не считал своё детство счастливым.

В последнее время сын ещё больше отдалился от родителей, особенно после того, как им стало известно о его расставании с дочкой их друзей. За ужином Бьёрн решился на разговор:

– Отец, мама, у меня есть девушка.

– Это замечательно, сын, – сказал отец. – Ты молодой мужчина. Это логично. Но всё-таки, мне кажется, тебе не нужно было так спешить и отказываться от Хайди, ведь ты её уже давно знаешь, и мы дружим с её родителями…

Отец Бьёрна считал, что он во всём прав. И это ужасно раздражало сына. Именно поэтому Бьёрн тогда уехал в Испанию, заявив, что не желает поступать на факультет юриспруденции. Отец был всегда занят. И даже в выходные он часто уезжал куда-то. На сына у него редко оставалось время. Бьёрн очень любил мать. Ему было жаль, что отец так холоден с ней. Он практически никогда не видел, чтобы его отец был нежен к ней или говорил ей приятные слова. Только во время летних отпусков в Испании, казалось, отец Бьёрна добрел – после нескольких бокалов красного вина. Тогда он украдкой обнимал жену, полагая, что их сын не видит этого, и шептал ей что-то на ухо.

В такие редкие моменты Бьёрн был счастлив за родителей. Он определённо хотел бы, чтобы в будущем в его жизни отношения сложились иначе. И он был уверен, что София – именно та девушка, которая ему нужна.

– Отец, забудь о Хайди, – перебил его Бьёрн. – Это уже в прошлом. Я вам пытаюсь сказать, что я хочу жениться на моей девушке.

За столом повисла пауза. Родители Бьёрна с удивлением посмотрели друг на друга, а потом на сына. Первой тишину прервала его мать:

– Дорогой, но вы ведь только недавно начали встречаться, правда?! Кто она вообще?

– Её зовут София. Ей двадцать один. Она из России, и вся её семья живёт там. Мы знакомы уже где-то год. Мы вместе учимся на одном факультете.

– Она русская?! Ты хоть что-то знаешь о её семье?! Чем они занимаются?! Ты даже не представил её нам, – сказал отец Бьёрна нервным голосом. – Потом, ей всего двадцать один! А тебе двадцать пять. К чему такая спешка?!

– Она что, забеременела от тебя?

– Да, мам, она беременна. И я люблю её.

Мать Бьёрна ахнула от неожиданности и прикрыла рот рукой.

– Главная проблема для Софии в том, что ей не хотят продлевать студенческое разрешение на пребывание. По-другому она никак не сможет остаться тут и должна будет через месяц вернуться в Россию. А я не хочу её потерять!

– И поэтому ты хочешь жениться на ней?

– Отец…

– Сын, послушай, должен же быть какой-то другой выход, – перебила его мама. – Вы ещё такие молодые. Может, ей сделать аборт? У неё ещё всё впереди, как и у тебя! А вдруг ей только лишь нужен паспорт Евросоюза? Ты подумай, не спеши.

– Мама, я обо всём подумал. И даже о том, что мы после свадьбы сначала будем жить в её комнате в студенческом общежитие и параллельно искать отдельное жильё. Кстати, мы будем расписываться на следующей неделе.

– Сын … – мать Бьёрна не успела договорить, как вмешался отец:

– Ну хорошо, допустим, вы женитесь. А как ты собираешься финансировать вашу совместную жизнь с… Софией, кажется так её по имени? Надеюсь, ты не надеешься, что мы будем спонсировать вас?!

– Не переживай, отец! Я обо всем подумал. Мне ещё где-то полгода осталось учиться. Сейчас я уже пишу дипломную работу. Пока я получаю стипендию, а София подрабатывает официанткой. На первое время нам хватит. Ну и там я уже найду работу в сфере юриспруденции.

Глава двадцатая

София всегда считала, что она контролирует все события в её жизни. А сейчас ей казалось, что она с трудом понимала, что вообще происходит. Она даже на какой-то момент забыла, что беременна. Поговорив с Бьёрном, она позвонила родителям. Они, конечно, были шокированы новостями. Больше всего, казалось, они были расстроены тем, что не смогут присутствовать на бракосочетание своей дочери. Однако София уверила их, что скоро они приедут к ним в гости, чтобы познакомиться и отметить свадьбу. Про ребёнка она пока не стала рассказывать.

Оставалась всего несколько дней до поездки в Данию, и София вспомнила, что ей нужно подобающе выглядеть в загсе. У неё не было времени и больших денег, чтобы сшить шикарное длинное платье, да и нужно ли оно вообще, учитывая обстоятельства?! Девушка нашла недорогой интернет-магазин. София выбрала короткое платье белого цвета на тонких бретельках, которое подчёркивало фигуру, белые туфли на невысоком каблуке и белую кофту тонкой вязки с длинным рукавом на случай, если в помещении будет прохладно. В поездку София брала бежевое пальто.

Через несколько дней София и Бьёрн отправились в Данию, в небольшой городок Рибе недалеко от границы с Германией. В Дании не нужны свидетели и можно заключить брак даже тем парам, которые не проживают на территории этой страны. Особенно любят приезжает интернациональные пары, которые которые хотят избежать бюрократических проволочек со сбором и оформлением документов. К тому же в Дании есть некоторые коммуны, где брак можно заключить буквально за один день. Бьёрн выбрал именно такое место, подал заявку через интернет, но тем не менее они с Софией решили задержаться на несколько дней, чтобы отметить это событие.

София волновалась. Датский загс представлял собой старинную постройку. Возможно, в прошлом это был домом какой-то знатной семьи. Под потолком висели старинные люстры, кругом были расставлены подсвечники, в которых горели свечи, на стенах висели портреты люди прошлых эпох. София никогда не бывала ещё в таком необычном месте.

В зал через тяжелые деревянные двери вошла женщина с короткой стрижкой и на немецком языке пригласила молодых людей сесть. Она расположилась на противоположной стороне стола и положила перед собой документы, которые Бьёрн занёс накануне. Женщина зачитала речь, которую принято произносить при бракосочетании. Потом молодые люди расписались в свидетельстве о браке и впервые поцеловались, хотя этот поцелуй и не был мимолетным. Всё было очень быстро.

День бракосочетания выдался солнечным и безветренным, несмотря на зиму. Поэтому после загса Бьёрн и София решили прогуляться по городку, который по своей архитектуре напоминал Германию. Проходя через мостик над небольшим каналом, Бьёрн взял Софию за руку. Она замедлила шаг и посмотрела на него.

– Софи, ты должна знать, я очень рад, что ты теперь моя жена, – сказал он.

– Бьёрн, я тоже рада… Спасибо за всё, что ты сделал для меня. Я просто не могу до сих пор поверить в происходящее. Прости! Пообещай, пожалуйста, чтобы мы также и дальше останемся хорошими друзьями, как и раньше.

– Будет только лучше, поверь мне, – сказал он, наклонился к Софии и поцеловал её в губы.

Ближе к вечеру они вернулись в отель. На следующий день им нужно возвращаться в Бохум. София пошла в душ. Она стояла под тонкими струями, и ей казалось, что с этого момента начинается совершенно другая жизнь. Расписавшись с Бьёрном, она решила взять его фамилию, чтобы проститься с прошлым, и теперь по документам её звали София Рэш.

София надела белый махровый халат, и вышла из ванной комнаты. Бьёрн лежал на кровати и смотрел телевизор. Увидев Софию, он вскочил и быстро подошёл к ней.

– Какая же ты красивая, – сказал он. – Я люблю тебя, Софи.

Бьёрн дотронулся до ее волос, собранных в пучок, и расстегнул её заколку. Белокурые локоны струями упали ей на плечи. Он поцеловал ее. София ответила, хотя ей и казалось странным целовать вчерашнего друга. Губы Бьёрна тем временем опустились на её шею, покрывая нежную кожу легкими поцелуями. София хотела было уже остановить его, сказать, что не хотела бы спешить, но он уже расстегивал её халат, под которым была лишь ночная рубашка. Он бережно уложил ее на большую кровать, которая стояла посреди комнаты.

В постели Бьерн был совсем другим, не таким страстным, как Максим, как показалось Софии, хотя она не могла сказать, что ей с ним было неприятно. Бьёрн довольно быстро получил оргазм и, обняв Софию, крепко уснул, оставив её погружённую в раздумья. В ту ночь она, кажется, так и не смогла уснуть. А когда всё-таки сон притуплял сознание, ей снился Макс, он был где-то далеко и как будто нуждался в её помощи и звал её. И тогда она просыпалась, боясь во сне прокричать его имя.

В Германии Бьёрн и София отдали датское свидетельство о браке на признание в немецкий ЗАГС в Бохуме. Всё получилось, как и рассчитал Бьёрн. Спустя некоторое время немецкая версия свидетельства о браке была готова, София отнесла её в офис по делам иностранцев и подала заявку на бессрочный вид на жительство как супруга немца. Теперь Софии уже не нужно было беспокоиться о продление “внж”, и она сконцентрировалась на учёбе, пока ещё было время. Казалось, всё наладилось, но от себя не убежишь. Ночами она ненавидела себя, потому что считала, что предала свою любовь.

Глава двадцать первая

Бьёрн тем временем переехал от родителей в общежитие. Они заказали в интернет-магазине надувную кровать, так как двуспальную было совсем некуда поставить в комнатушке Софии. Вместе с этим они начали подыскивать квартиру.

Мария не могла ни узнать, что София и Бьёрн стали жить вместе, они теперь часто видеться в общежитии. Для Марии шоком стало известие, что София вышла замуж за своего друга, о чём она, конечно, не упустила случая сообщить Софии. И о том, как она расстроилась, потому что её не позвали на свадьбу в Данию. Вообще отношения между девушками незаметно охладели. У Софии стало меньше времени на общение с подругой, ведь теперь она жила не одна? Или причина была в другом? Почему-то Софии больше не хотелось часто видеться с подругой.

Дружеские отношения между Софией и Бьёрном сохранилась и после того, как они стали мужем и женой. Они всё также обсуждали разные темы, много времени проводили вместе. Что касается близости – Софии казалось, Бьёрн особо не стремится заниматься с ней любовью. Наверно, из-за того, что она в положении, или, может, его мысли занимала работа, поиск квартиры, полагала она. Ей это было, по правде говоря, не важно, так было даже лучше!

Душа, раненая предательством ещё не излечилась, София часто вспоминала Максима, хотя ей казалось, что она никогда не сможет его простить. Однако постепенно боль притупилась. На самом деле Бьёрн понимал, что София всё ещё не забыла Максима, но пытался своей нежностью и заботой заслужить её любовь.

Беременность протекала хорошо. Малыш стал бальзамом для её разбитого сердца. Она знала, что это будет мальчик и часто пыталась представить себе черты лица её ребёнка. София с удовольствием показывала снимки УЗИ Бьёрну или же брала его с собой на очередной осмотр. Ей казалось, что он тоже, как и она, счастлив и ждёт появления ребенка, хотя и не был его биологическим отцом.

Спустя несколько месяцев после бракосочетания в Дании, когда животик Софии уже был хорошо заметен, она наконец познакомилась с родителями Бьёрна. Она сильно нервничала перед встречей. К её удивлению, в доме Рэшей её хорошо приняли. Бьёрну даже показалось, сердца родителей смягчились после того, как они увидели его беременную жену.

– Сын, – сидя за столом, обратился отец к Бьёрну, – мы с твоей матерью подумали, вы с Софией можете пожить в доме твоей бабушки, пока ты начнешь работать и не встанешь на ноги. К тому же дом находится недалеко от вашего университета.

Бьёрн не ожидал услышать такого предложения. Бабушка умерла полгода назад, и её дом возле парка был выставлен на продажу.

– Спасибо, отец, мама, я очень тронут, но нам хорошо в общежитии, – ответил Бьёрн. Он не хотел зависеть от своих родителей.

– Хорошо, ну а что скажет София?! Бьёрн очень упрям, как всегда, – сказал отец Бьёрна, посмотрев на девушку в упор.

– Простите, я не думаю, что моё мнение тут играет роль, – ответила София, возвращая взгляд. – Пусть муж сам решает.

– Хм, вы не только красивая, но ещё и скромная, – усмехнулся отец.

София покраснела, услышав эти слова, и посмотрела на Бьёрна.

– Хорошо, – сказал он. – Отец, мама, если мы с Софией примем ваше предложение.

– Мы будем только рады, – кивнула мама Бьёрна. – Приходите к нам почаще, София, – сказала она.

Молодые люди переехали из общежития в дом бабушки Бьёрна. В доме было два этажа, он казался Софии очень уютным после студенческого общежития. Особенно ей нравился большой сад, где можно будет уже в скором времени гулять с малышом. София и Бьёрн не стали полностью переделывать дом под себя, только организовали одну из комнат на втором этаже дома под детскую и по-немецки заранее купили все необходимые вещи для новорождённого.

В назначенный срок София родила мальчика, которого назвала Алексом. Малыш был таким же светловолосым как и она сама. Со стороны трудно было сказать, на кого похож мальчик. Однако София решила, что он похож на своего биологического отца. А Бьёрн считал, что у Алекса черты лица матери.

София взяла академический отпуск в университете, чтобы заботиться о ребёнке. Тем временем Бьёрн закончил учёбу, получил диплом юриста и начал работать в адвокатской компании своих родителей. Дела у него шли в гору, ведь он рядом с ним были два человека, которые наполняли смыслом его жизнь.

Глава двадцать вторая

Спустя чуть больше года Максима освободили досрочно за хорошее поведение. У тюрьмы его встречал школьный друг Родион, которому каким-то чудом тогда удалось увильнуть от полиции – он уволился из ресторана за неделю до случившегося и уехал на какое-то время из города. Вообще Родиону везло по жизни. Несмотря на свой авантюризм, он почти никогда не попадал в неловкие ситуации.

– Ну как ты, друг? – спросил Родион.

– Могло быть и лучше! – всё с той же белоснежной улыбкой ответил Максим.

– Как с тобой там обходились?

– Да всё в порядке. Не хуже, чем в “бундесвере”. Главное, что я уже на свободе.

– Что будешь теперь делать? – спросил Родион уже в машине.

– Не знаю пока. Буду искать работу. Как у тебя с Марией?

– Ты же не знаешь. Мы буквально за несколько дней до того, как тебя арестовали, расстались.

– Понятно… Чем сейчас занимаешься?

– Работаю в автосервисе. Выучился на механика, пока ты тут рассиживался, – усмехнулся друг. – Ты кстати не хочешь пойти по моим стопам?

– Один раз уже пошёл…

– Прости, Макс, я правда не хотел, чтобы так получилось. Сейчас я полностью чист. И место, где я работаю, очень хорошее.

– Хорошо, я подумаю, – спокойно ответил Максим.

– Ты, кстати, знаешь новости?

Максим вопросительно посмотрел на друга.

– София вышла замуж за Бьёрна и родила ребёнка.

На минуту Максу показалось, что его друг услышит, как громко бьётся сердце у него в груди. Такое он никак не ожидал. Максим думал о Софии каждый день. Он знал, что она сердится на него, и надеялся, что когда вернется, поговорит с ней и объяснит – почему тогда всё ей не рассказал. Его не было лишь год… Он никак не мог предположить, что София за это время выйдет замуж.

– Ты знаешь, где она теперь живет? – спросил Максим, спокойно глядя на дорогу.

– Если честно, нет. Но я думаю, что это можно узнать через общих знакомых.

Максим остановился пока у своих родителей, которые жили всё в той же квартире. Они были безумно рады увидеть сына и приготовили к его возвращению шикарный обед.

– Сынок, как я рада, что ты снова с нами, – мать принялась его целовать уже в который раз, при этом не скрывая слёз радости.

– Мам, не плач. Всё хорошо. Я тоже очень рад вас видеть.

– Надеюсь, сын, ты больше никогда не совершишь подобную глупость! – грозно сказал отец Макса, стоя в стороне и даже не обняв его.

– Нет, отец, не переживай. Жизнь преподала мне хороший урок.

За столом мама Макса вдруг сказала:

– Сынок, а София тебе писала или, может, приезжала? Мы её не видели с того момента, как тебя арестовали.

– Нет, мам, мы расстались с ней за пару дней до этого, – соврал Макс, чтобы не расстраивать её и так много пережившее материнское сердце.

– Как жаль! Хорошая девушка была…

Макс навёл справки, и довольно быстро узнал, где теперь жила София. Он чувствовал, что ему непременно нужно увидеть её, несмотря на то, что она сделала. Спустя несколько дней он взял чёрный BMW, на котором теперь ездил отец, и поехал к новому дому Софии, припарковался на обочине и стал ждать её.

Стоял погожий день, и довольная София с коляской, в которой сидел почти двухгодовалый малыш, возвращалась после прогулки. Её взгляд упал на чёрную машину, и она остолбенела. Ей казалось, что от волнения её сердце вот-вот выпрыгнет из груди. Максим тоже увидел девушку и вышел из машины.

– Привет! – сказала она. – Ты давно в Бохуме?

– Да вот на днях вернулся. А я смотрю, у тебя так много новостей! – сказал он, опустив взгляд на маленького мальчика в коляске.

– У меня ребёнок…

– Да, вижу. Хороший малыш. А ты, как всегда, целеустремленная умница…

– Максим, ты абсолютно ничего не знаешь!

– Конечно… Скажи мне только одно, ты и правда его любишь, этого зануду Бьёрна?! Или вышла за него только из-за немецкого паспорта?!

– Не говори так! Мы всегда хорошо понимали друг друга. И я счастлива в браке с Бьёрном…

– Тогда видно, ты просто спала со мной, раз вы всегда друг друга хорошо понимали. Не думаю, что ты когда-то по-настоящему любила меня, если смогла пойти на такое! – ответил Максим, глядя на Софию испепеляющим взглядом.

– Макс, ты являешься сюда спустя столько времени, не зная, что произошло, и начинаешь оскорблять меня!? Как ты смеешь! И это после того, как ты меня предал…

– Софи, я не хочу продолжать этот разговор. Кто кого ещё предал… Будь счастлива с Бьёрном! – сказал он, сел в машину, нажав со всей силы на газ, и скрылся за поворотом.

Макс был в ярости и даже не сказал Софии о том, что думал о ней каждый день, находясь за решёткой. А она рыдала дома, сидя рядом с кроваткой малыша. Хорошо, что он тем временем крепко спал.

“Я не люблю Бьёрна, я всегда любила Макса. Но он теперь никогда об этом не узнает. И ещё о том, что Алекс – его сын”. София не стала рассказывать Бьёрну о том, что Максим приезжал к их дому. И разве это вообще теперь имело какое-то значение?!

Глава двадцать третья

Максим решил забыть свою любовь раз и навсегда и с головой погрузился в работу. Он не хотел терять время на учебу и сразу устроился в автосервис, где работал его друг Радик. Профессию механика он осваивал в процессе работы и через пару месяцев стал востребованным мастером. Он работал так вдумчиво, аккуратно, отдаваясь делу всей душой, как будто это и было его предназначением. У Максима не было отбоя от клиентов, и шеф автосервиса очень ценил своего подчиненного.

Видя как Максим старается, шеф предложил ему стать партнером по экспорту автомобилей в страны СНГ. К тому же Максим прекрасно говорил по-русски, что было необходимо в этом деле. Конечно же он с радостью принял предложение босса.

Как-то поздно вечером после работы Макс заехал заправиться. Уже не было никого, кроме одной машины марки Volkswagen, которая, судя по звукам из-под капота, отказывалась заводиться. За рулём была какая-то девушка с короткими светлыми волосами.

– Что у вас случилось? – подойдя к машине, спросил Максим.

– Добрый вечер. Вот, машина не заводится. Не знаю, что могло случиться. Утром всё было хорошо.

– Давайте посмотрю. Я случайно механик и ремонтирую автомобили как раз такой марки, как у вас.

– Спасибо огромное! Наверно, мне вас сам Бог послал, – радостно ответила девушка, выходя из машины. – Кстати, я Рита.

– Макс, – ответил он, протянув ей руку, как принято приветствовать в Германии даже женщин. – Я открою капот и посмотрю, что там. А вы сами в Бохуме живете?

– Да, я живу в районе Альтенбохум Кирхе. Знаете, где это?

– Ещё бы! Я живу на Бреншедерштрассе, – ответил с улыбкой Макс.

Некоторое время назад он купил себе небольшую уютную квартиру недалеко от родителей и от центра Бохума.

– Здорово! Так мы почти соседи, – улыбнулась она. – Я просто, знаете, не так давно живу в Бохуме. Я родом из Польши, вернее, мои родители. А я родилась уже тут, в Германии. Переехала из Кёльна после учёбы. В Бохуме работаю офис-менеджером.

– Приятно познакомиться, Рита. А я переехал из Казахстана, когда мне было десять, – сказал Макс. – А я сразу подумал, что ты не немка, – перешёл он на “ты”.

– Почему же? – улыбнулась она красивой улыбкой.

– Если бы ты была немкой, то сразу обратилась бы ко мне на “ты”, а не на “вы”. Мы же вроде одинакового возраста.

– Ты прав, – рассмеялась она.

– У нас немного похожие истории… Что-то серьёзное с машиной?

– Просто сел аккумулятор! Давай вызовем эвакуатор, чтобы он отвёз твою машину к нам на станцию. Завтра аккумулятор поменяем.

– Спасибо! Я просто везунчик, что встретила тебя на пустой заправке. С меня как минимум приглашение на кофе.

– Отличная идея! Кстати вот моя визитка. Позвони завтра и после работы приезжай за машиной. А вечером тогда на кофе.

На следующий день ближе к вечеру Рита заехала в автосервис к Максиму. Она оплатила счёт в кассе и села ждать Макса в специальном помещении для клиентов. Они договорились, что они поедут на её машине.

Ровно в семь вечера появился Максим. Припарковавшись на подземной парковке торгового центра, они поднялись на лифте к выходу на центральную улицу города.

– Сегодня такая жара. Может, по мороженому? Или может ты голодна?

– По-моему, отличная идея. Я стараюсь по вечерам не наедаться, – засмеялась она. – Пусть будет просто мороженое.

– Тут на верхнем этаже есть кафе-мороженое. Пойдём туда, – предложил ей Максим.

Они поднялись на самый верх торгового центра, и тут Максим вспомнил, что именно в этом месте прошло его первое свидание с Софией.

– Ты какой-то грустный стал, – заметила Рита. – Все в порядке?

– Да, просто меня накрыли воспоминания.

– Девушка?

– Да, у нас с ней ничего не получилось, хотя я её любил. Мне пришлось на год уехать, а вернувшись, я обнаружил, что она вышла замуж за другого. И даже родила ему ребенка.

– Печальная история. Я тоже не так давно рассталась с парнем. Мы встречались долгие пять лет.

– Ничего себе! – удивился Максим.

– Да, а потом я переехала в Бохум по работе, а он там нашёл себе другую.

– Мне жаль.

– Ничего. Я уже успокоилась.

– Рита, может, мы откроем новую главу в нашей жизни? Ты и я, разбитые сердца, которые желают снова быть счастливыми!

– Я не против! – улыбнулась она, глядя на него своими зелёными глазами и поправляя светлые волосы.

Макс довольно быстро переехал к Рите. Ему было хорошо с ней. Казалось, призраки прошлого оставили его.

Глава двадцать четвертая

София вынуждена была признать: ей не хватает страсти в отношениях с мужем. Они довольны редко были близки, а когда это случалось, София не могла полностью расслабиться. Однако они, как и прежде, могли общаться на абсолютно разные темы, как лучшие друзья, и это было то, что сближало их. София даже думала, не сходить ли на консультацию к специалисту. Но она никогда не говорила об этом с Бьёрном, боясь его обидеть, и думала, что, наверно, так и должно быть.

“Зачем вообще нужна эта разрушающая страсть?! К чему она в итоге привела меня тогда?!” – уверяла себя София. К тому же они с Бьёрном прекрасно понимали друг друга, им всегда было о чём поговорить. Она твёрдо знала, что муж любит её и сына.

Бьёрн допоздна работал каждый день, старался как мог во благо семьи. Два раза в год они ездили в отпуск. София получила немецкие права, и Бьёрн купил ей новенький Volkswagen Polo. Казалось, что всё было хорошо в жизни Софии Рэш. Но её чувства к Бьёрну спустя почти три года остались такими же ровными, как и ранее. Несмотря на все свои старания, она так и не смогла по-настоящему полюбить его так, как любила Максима.

Алексу было уже почти три. Смышленый малыш уже довольно неплохо – для своего возраста – говорил на русском и немецком. София обожала с ним возиться. Ей казалось, она практически никогда не устаёт, да и Алекс был спокойным мальчиком. В хорошую погоду они ходили на прогулку в парк играли дома в игрушки, слушали музыку. София навестила родителей в России и показала им внука и мужа-немца. Бьёрн очень понравился её родителям. Они не говорили ни на немецком, ни на английском, тем не менее смогли найти с ним общий язык. А у Бьёрна сбылась давняя мечта: увидеть и получше узнать Россию и её людей.

Хотя Софии было в радость находиться дома с Алексом, она все-таки решила, что ей пора бы вернуться к мечтам о профессии. Но доучиться в университете она не решилась и посчитала, что лучше выучиться на ассистента юриста. Бьёрн поддержал её, хотя никогда не торопил с решением. Он пообещал помочь устроиться в адвокатскую компанию.

Для малыша взяли няню, потому что место в садике для Алекса им ещё не дали. В Германии это долгая история – чтобы попасть в садик, нужно записать ребёнка чуть ли ни за два года. Днём София училась дистанционно, а по вечерам возобновила пробежки в лесопарке. Казалось, в её жизни наконец воцарилась гармония.

Как-то София заехала в автосервис, чтобы поменять масло в машине. У механиков было много работы, и какое-то время никто к ней не подходил. Увидев из окна офиса какую-то девушку, явно клиентку, Максим, который уже был к тому времени менеджером, направился в автосервис.

– Добрый день. Я могу вам помочь? – сказал он.

Девушка обернулась, и Макс увидел Софию. С момента последней их встречи тогда у её дома прошло больше года. Она совсем не изменилась, разве что теперь носила короткие волосы по плечи.

– О, Макс, привет! Я не знала, что ты теперь тут работаешь.

– Тоже не ожидал тебя тут увидеть. Как тесен мир! Да, я сначала тут работал механиком. А потом стал с шефом заниматься продажей автомобилей. Он взял меня в партнёры.

– Рада за тебя, правда! Значит, у тебя получилось всё, как ты хотел?

– Так и есть. Как ты сама поживаешь?

– Все нормально, Макс. Приехала вот поменять масло.

В этот момент к ним подошел один из механиков, и Макс, объяснив, что нужно сделать, вернулся в офис. У него было много работы, но он ловил себя на мысли, что периодически вспоминает о ней. Максим не видел, как София после уехала.

– Ты такой-то грустный сегодня! Что-то случилось? – спросила его вечером, лежа в постели, Рита.

– Всё в порядке, не переживай. Просто немного устал. Давай спать!

В ту ночь ему снилось озеро Кемнаде и прогулка на роликах, а потом как они с Софией занимались любовью. “Это сон, это просто сон, зачем ему придавать какое-то значение?!”

Глава двадцать пятая

В отличие от Софии, Мария закончила университет и нашла работу по специальности – преподавателем. В какой-то момент девушки просто перестали общаться, и Мария была сильно обижена на Софию – до конца она так и не понимала, что послужило причиной окончания их студенческой дружбы.

Однажды, прогуливаясь по центру города, Мария случайно встретила Максима, который заехал после работы в цветочный магазин за букетом Рите.

– Мария, как поживаешь?! – первым поприветствовал её Максим. – Сто лет тебя не видел!

– Макс! И я тебя давно не видела. У меня всё хорошо, делаю карьеру, можно сказать. Вот только после Родиона никого путёвого не встретила.

– Ого, жаль это слышать. Это ведь уже давно было.

– Как он, кстати? Видишься с ним?

– Мы вместе работаем в автосервисе. У него всё в порядке. Встречается с одной девушкой уже пару лет. Вроде, у них всё серьезно.

– Ясно. Рада за него, – вздохнула Мария. – Ну а ты как сам? Нашёл кого-то после… неё?

– Встречаюсь кое с кем.

– Серьезные отношения? – усмехнулась Мария.

– Ну, о свадьбе пока не говорили, но я думаю, всё к этому идёт.

– Хм, понятно. А Софию ты видишь иногда?

– Нет. Не так давно она приезжала ко мне в автосервис, но с тех пор мы не виделись. У неё ведь своя жизнь теперь, да и у меня тоже.

– Ты знаешь, Максим, – задумчиво сказала Мария, – я должна тебе, наверно, кое-что рассказать, хотя обещала Софии молчать. Я уверена, она не сказала тебе. Но ты имеешь право знать!

Максим осторожно спросил:

– У неё что-то случилось?

– Нет. Макс. Просто…Алекс – это твой сын, а не сын Бьёрна.

Максима прошиб холодный пот. Мария, словно не замечая произведенного эффекта, продолжала:

– Она вышла за Бьёрна потому, что у неё тогда не получилось бы остаться в Германии. Ей не хотели продлевать студенческий вид на жительство. Ты уже был в полиции. А ей, беременной, пришлось бы вернуться в Россию.

– Я не понимаю, почему она согласилась выйти за Бьёрна? И почему она тогда не сказала мне про сына?!

– Бьёрн её всегда любил, ты же знаешь. Это он предложил ей расписаться. Она была очень сильно обижена на тебя, и ты был под следствием, Макс. Что ты ей мог предложить в тот момент?! У неё фактически не оставалось другого выбора.

Максим молча смотрел вдаль и о чем-то думал.

– Получается, всё могло бы быть по-другому! – произнес он наконец.

– Наверно. Мне кажется, тебе нужно поговорить с Софией.

Глава двадцать шестая

Максим решил во чтобы бы ни стало встретиться с Софией. Движимый чувством обиды, он считал, что она несправедливо поступила, лишив его возможности называться отцом.

Как всегда, в пять вечера София вышла на пробежку, оставив сына с няней дома. Стройная, изящная, казалось, она ничуть не изменилась со дня их последней встречи. Разве что теперь она носила каре до плеч, которое Макс успел заметить тогда в автосервисе.

– Софи, привет! – окликнул он её.

Она замерла на мгновение, не поворачивая головы, и уже хотела было идти дальше, когда он подошёл – и стало невозможно игнорировать его.

– Подожди, не уходи! Хотел увидеть тебя, поговорить.

– Макс, о чём нам ещё говорить?!

– Ты не против, если я составлю тебе компанию?

Сердце Софии сжалось. “Зачем он тут? Что ему нужно?!”

– Макс, по-моему, все уже и так ясно!

– Нет, это очень важно, поверь.

– Хорошо, только недолго, мне нужно отпустить няню.

Они пошли в сторону лесопарка, где – в той жизни, когда были ещё вместе, – совершали пробежки.

– Я смотрю, ты вернулась к бегу? – сказал Максим.

– Да, я много учусь, и мне нужно переключаться на что-то. Скоро у меня экзамен.

– Ты ничуть не изменилась, Софи. Как была амбициозной и целеустремлённой, так ей и осталась.

– О чём ты? Я так и не доучилась. Но сейчас уже я просто хочу получить какую-то “корочку”. Университете с малышом, даже при няне, точно не потяну, а вот профессию получу. Так о чём ты хочешь поговорить?

– Софи, я всё знаю! – внезапно сказал Макс, остановившись. – Почему ты всё это время молчала, что Алекс – мой сын?! Как ты вообще могла утаивать такое от меня?!

– Что-о-о?! Кто тебе это сказал?!

– Я видел Марию недавно. Она мне всё рассказала. И про Алекса, и почему ты вышла замуж за Бьёрна.

– А, Мария… Она, видно, сильно на меня в обиде… Послушай, Макс, это всё уже не имеет значения! Ты меня предал! Ты мне лгал! Я бы никогда не стала встречаться с человеком, который продаёт наркотики!

– Каждый в жизни может оступиться. Тот период в моей жизни – это большая ошибка, за которую я расплатился сполна. Я не говорил тебе просто потому, что не хотел, чтобы ты переживала, а не из-за того, что хотел тебя обмануть. Но Алекс… это наш общий сын, и это совсем другое дело! Я имею право видеться с ним…

– Возможно я бы тебе и сказала, когда ты приехал ко мне после тюрьмы. Но ты обидел меня своими словами. Просто так, ни за что! Ты не знаешь, в какой ситуации я находилась, когда тебя посадили. Одна, беременная, да еще в чужой стране!

– Софи, прости меня! Я не хотел, чтобы…

– Не важно уже… Я жена и мама, и я счастлива. Бьёрн называет Алекса своим сыном. Как ты не понимаешь? Он столько сделал для меня. Нам просто нужно каждому продолжать жить своей жизнью! Да, мы были когда-то вместе, любили друг друга, но это уже все в прошлом.

Максим подошёл к ней – близко, практически вплотную, так что девушка сделала шаг назад, и сказал:

– Тогда на озере, когда мы были близки, я хотел всё объяснить, но ты сказала, что лучше в другой день… Помнишь? В тюрьме я думал о тебе каждый день!

– Ты хотел мне всё рассказать тогда?! – спросила София и почувствовала ком в горле. – Это правда, Макс?

– Да! Ты обвиняешь меня в том, что я предал тебя. А ты разве не предала меня, да и себя тоже, выйдя замуж за того, кого не любишь?! Скажи мне правду: ты больше ничего ко мне не испытываешь?! Ты любишь его?!

– Максим, прекрати, – она опустила глаза, её голос задрожал, – это всё уже не важно… Слишком поздно, потому что …

София не успела закончить – Максим приник к её губам. Она не могла сопротивляться, да и не хотела, потому что желала этого так давно!

– Ничего не поздно! – шептал он. – Я так скучал по тебе! Я люблю тебя!

– И я! О, Макс…

Они занялись любовью в парке на траве, как когда-то давно, когда они были счастливы вместе. Казалось, этих лет разлуки как будто и не было!

– Господи, как же я скучала по тебе! – шептала она, – как я жила всё это время?! Почему всё так получилось, Макс, почему?

– Я просто люблю тебя, Софи. Вот и всё.

– …Что нам теперь делать? – спросила она, когда они медленно шли по тропинке, держась за руки, назад, к дому Софии. – Я не представляю. Это опасная игра…

– Я очень хочу видеть сына!

– Да, только не сегодня. Я имею в виду, как быть с Бьёрном?! Что мне сказать ему?!

– Пока ничего не говори …

Они встретились снова на следующий день в центре города, в торговом центре. Максим сразу понял, что Алекс – его сын. Хотя малыш был белокурым, как мама, форму глаз, черты лица унаследовал от отца.

“И как же я мог не заметить, что мальчик – мой?!” – думал Максим.

– Макс, пожалуйста, только не говори ему сейчас ничего! – предупредила София. – Он сразу всё расскажет Бьёрну.

– Но как мне тогда объяснить, кто я?

– Скажи, что мой давний друг.

Они договорились, что Макс будет видеться с Алексом для начала раз в неделю, чтобы мальчик раньше времени не рассказал всё Бьёрну, которого считал своим папой.

Спустя несколько дней Максим решил расстаться с Ритой. Сказал ей, что снова обрёл любовь, которую по глупости потерял почти три года назад. Потом тихо собрал вещи и ушёл из её квартиры и из её жизни. Она не стала закатывать ему сцены ревности.

Часто будние дни София и Максим встречались в его новой квартире. Они занимались любовью с такой страстью, словно пытались наверстать упущенное. Им было хорошо вместе, и пылкое чувство крепко связывало их. Им казалось, что всё осталось, как прежде. Софии не хотелось думать о Бьёрне, который ни о чём не подозревал. Ей хотелось жить здесь и сейчас, наслаждаясь моментом.

Однако в любовном треугольнике всегда есть проигравшая сторона. И как бы София ни гнала от себя дурные мысли, отрешиться от них было невозможно: как рассказать обо всём Бьёрну, ведь он любит и её, и сына?! Это просто убьёт его! Но рассказать было необходимо.

Глава двадцать седьмая

Бьёрн вернулся с работы, как всегда, поздно. Он почти всегда так поздно приходил домой. В какие-то моменты он даже ловил себя на мысли, что похож на своего отца. Бьёрн понимал, что мало времени проводит с женой. По вечерам он от усталости почти всегда сразу засыпал. Но он очень хотел, чтобы его семья ни в чём не нуждалась, поэтому много работал. В выходные он всегда был с женой и ребёнком. И успел сильно привязаться к белокурому малышу и считал его своим сыном.

София приготовила на ужин вкусное блюдо: запеченный картофель с мясом под сырным соусом.

– Как прошёл твой день? Глаза красные… снова весь день не вставал из-за компьютера? – в последнее время это стало привычной фразой. В последние недели они так ни разу и не поговорили толком, обменивались только дежурными словами. София избегала близости, Бьёрн не настаивал.

– Много работы, – пожал плечами Бьёрн. – А ты прекрасно выглядишь как впрочем всегда! Как малыш, как твоя учёба?

– Все хорошо. Алекс уже уснул. У меня на следующей неделе экзамен… Бьёрн, я хотела с тобой поговорить

Вот уже месяц София виделась с Максом, и сегодня наконец решилась: она скажет Бьёрну, что хочет с сыном уйти от него.

– Я тоже хотел кое-что тебе сказать. Но сначала давай ты.

– Ты знаешь, что я очень хорошо к тебе отношусь, Бьёрн. Я люблю тебя как лучшего друга… – начала София дрожащим голосом.

– О чём ты? Я полагал, твои чувства ко мне за это время хоть немного изменились…

– Да, ты мне очень дорог. Но…

– Софи, ты кого-то встретила?!

– Это… Максим Руди, моя студенческая любовь. Он снова в Бохуме, работает в автосервисе. Я хочу вернуться к нему. И хочу забрать с собой Алекса.

От её слов у него потемнело в глазах. Он сгорбился на стуле, тяжело облокотился на стол, подперев голову руками.

– Тот Максим, который заставил тебя страдать?! Я наверно больше всего боялся, что он вернётся в твою жизнь. Так оно и произошло… И давно вы снова встречаетесь?

– Нет, не так давно. И он изменился! Его отпустили досрочно уже больше года назад. Несколько месяцев назад он случайно узнал от Марии, с которой я раньше дружила, что Алекс – его сын. Он хочет быть со мной, с Алексом. Я люблю его, понимаешь?

– Я считаю Алекса своим сыном, он зовёт меня папой, я забочусь о нём и о тебе. Нет, я не могу отдать тебе Алекса, ведь тогда я потеряю вас обоих.

– Но, Бьёрн…

– Я не желаю продолжать этот разговор! Я торчу на работе, потому что хочу, чтобы мы жили лучше, потому что я люблю тебя и Алекса. А ты, оказывается, обманываешь меня. Но ты же не любишь Макса, поверь мне! Это просто страсть.

– Бьёрн, я никогда не любила тебя как мужчину. Я говорила тебе это с самого начала!

– Ты знаешь, я верил, что твои чувства ко мне изменились. И всё бы так и было, если бы он не вернулся! Кстати, я забыл, у меня ведь тоже есть новость! Через месяц мы улетаем на год в Испанию.

– Мы?! В Испанию?!

– Да! Помнишь, я рассказывал тебе, как после школы жил там какое-то время у друзей? У них ещё адвокатская фирма. Они уже давно предлагали мне поработать с ними над совместным проектом.

– Нет, я не могу ехать с тобой…

– Мы поедем туда. Ты. Я. Алекс. И ты забудешь этого человека.

– Бьёрн…

Но он уже покинул комнату. Софи казалось, почва уходит у неё из-под ног. Она никак не ожидала такого поворота событий.

На самом деле Бьёрн никуда не планировал уезжать. Поездку в Испанию он выдумал спонтанно, чтобы остановить жену от необдуманного шага. Первоначально он хотел сказал, что наконец взял отпуск, чтобы провести время вместе с семьей, поехать вместе на море.

Наутро Бьёрн решил найти Макса. Вычислить, в каком автосервисе Volkswagen работает Максим Руди, ему не составило большого труда. На встречу он отправился в обед.

– Привет, Бьёрн, – Максим сразу его узнал. – Ты, вероятно, хочешь поговорить о Софии. Садись, я сделаю кофе.

– Не утруждайся, я ненадолго. Она всё мне рассказала. Вижу, ты вернулся, чтобы снова терроризировать её.

– О чём ты?! – воскликнул Максим с негодованием. – Мы любили друг друга всё это время и хотим быть вместе.

– Я понимаю: былая страсть вспыхнула ярким пламенем…

– Между вами-то её никогда не было. Ты же знаешь сам – София никогда не любила тебя. Она же тебе всё рассказала с самого начала, ведь так?

– Да, так. Но всё было осталось бы по-прежнему, если бы ты не вернулся в её жизнь. Подумай, сможешь ли ты ей дать то, к чему она привыкла и чего заслуживает?!

– Ах, вот в чем дело! Ты считаешь, что я, значит, бедняк, а ты богатый и такой весь из себя… К твоему сведению, теперь я занимаюсь автомобилями, и как видишь, достойно зарабатываю. У меня есть собственная квартира …

– Сегодня машины есть, завтра их нет. И что тогда?! Где вы будете жить?! Слушай, я прошу тебя, оставь Софию в покое. Она достаточно страдала из-за тебя …

– Если пришёл меня оскорблять, то проваливай, ты ничего не добьёшься! София хочет быть со мной и нашим сыном!

– Ошибаешься, это мой сын! Отец не тот, кто зачал ребёнка, а кто его воспитал! Алекс останется со мной, даже если ты заберёшь Софию. Так и знай! Впрочем, она никогда не оставит сына даже ради тебя.

Глава двадцать восьмая

На следующий день София встретилась с Максом в обед, пока Алекс находился с няней. Они поехали на окраину лесопарка, чтобы спокойно поговорить. Девушка была напряжена.

– Ко мне вчера приезжал твой муж, – начал Максим.

– Бьёрн?

– Он сказал, что ни за что не отдаст Алекса, а без него никуда не уйдешь.

– Макс, я очень хочу быть с тобой, но я не могу потерять сына. Что нам делать?!

– Может, уехать в другой город или даже в другую страну? – предложил Максим.

– Сбежать от Бьёрна?! Ты с ума сошёл! Алекс по документам его сын. Он подаст заявление в полицию в розыск. Он же немец!

– Да, но он не его родной отец. Давай сделаем тест на отцовство, чтобы у нас было доказательство!

– Бьёрн воспитывал его как родного, и Алекс дорог ему. Я не могу так с ним поступить.

– Что ты хочешь этим сказать?! Что ты останешься с ним?!

– Макс, я хочу быть с тобой и Алексом! Я должна ещё раз попытаться объяснится с мужем. Дай мне немного времени.

Бьёрн вернулся домой, как всегда, поздно – Алекс уже спал. Поужинав, он молча прошёл переодеваться в спальню. София последовала за ним.

– Бьёрн, я не могу ехать с тобой в Испанию. Я хочу развестись. Пожалуйста, отпусти нас.

– О, Софи. Ты уже и развода хочешь … Я сказал, что не отдам Алекса. Ты можешь сама уходить в любой момент. Не обязательно разводиться. Это проблематично в Германии, ты же знаешь.

– Но я не могу сама. Я умру без Алекса, ты прекрасно знаешь, как я сильно его люблю!

– София, хватит, я так сегодня устал. Выбирай: или он, или мы…

София заплакала и, повинуясь порыву, опустилась на колени перед Бьёрном.

– Что, ну что мне нужно сделать, чтобы ты отпустил Алекса со мной?! Ты всегда был добр ко мне…

Бьёрн схватил Софию за плечи, заставил подняться.

– Даже слишком добр, Софи! Я всегда любил тебя! Скажи, почему он? Почему тот, кто тебя уже однажды предал?! Как ты можешь любить его после всего этого?!

– Ты делаешь мне больно. Отпусти! Он изменился. Я верю ему!

– А мне ты больше не веришь?! – Всё также крепко сжимая её, воскликнул Бьёрн. – Чем я хуже?! Я знаю, чего тебе не хватает! Тебе не хватает пылкой страсти, ведь так?!

Бьёрн стал целовать Софию.

– Бьёрн, нет! Пожалуйста, не надо! – она пыталась отстраниться, но он крепко её держал, неловко, одно рукой пытаясь расстегнуть пуговички халата. Они давно не были близки, и сейчас обида застлала его разум, и животная страсть, которую он ранее не знал, овладела им. Бьёрн наконец сорвал с Софии халат, стащил с себя брюки вместе с бельем, толкнул девушку на кровать, проник в неё…

– Так он тебя любит, скажи мне? Вот так, да?!

– Бьёрн, пожалуйста, не надо! – сквозь слёзы шептала София.

– В конце концов ты моя жена!

Такого Бьёрна она ещё не знала. Он начал двигаться быстрее и быстрее и в какой-то момент обмяк на ней, откатился в сторону. Ничего не сказав, он подвинулся на свою половину кровати и уснул – или сделал вид, что уснул. София же долго стояла под душем, смывая с себя чужую страсть. Максиму о произошедшем она решила не рассказывать.

Глава двадцать девятая

Прошёл месяц. София больше не предпринимала попыток объясниться с мужем. А Бьёрн больше не затрагивал в разговоре тему Испании, считая, что София уже никуда не уйдёт. В последнее время ей нездоровилось: кружилась голова, пропал аппетит, часто накрывала усталость… На встречи с Максом ей не хватало сил – ни физических, ни душевных. Она и мысли не допускала, что сможет оставить сына, даже несмотря на то, что она любила Максима и хотела быть с ним.

София ценила всё, что Бьёрн сделал для неё, но считала, что другого ничего не остается, кроме как сделать тест на отцовство и после этого подать на развод. Скорее всего, будет необходим адвокат: Бьёрн ни в какую не хотел отдавать ей сына и вообще не соглашался больше затрагивать эту тему. Но сначала ей нужно разобраться с собой. Она быстро худела и слабела на глазах. Тянуть уже было нельзя: она решилась пойти к своему врачу. В клинике в центре города она сдала анализ крови, который показал: София снова беременна.

Пока гинеколог просматривал распечатки анализов, снимок УЗИ, София сидела, погрузившись в глубокие раздумья. Отцом ребёнка, вероятнее всего, был Бьёрн, ведь с Максимом они всегда были осторожны, да и в последнее время, она практически не виделась с ним. Что теперь делать, София не представляла, уверенная, что Макс ни за что не примет её, если узнает, что этот ребёнок не от него.

– У вас внематочная беременность, фрау Рэш. Мне очень жаль! – сказал врач.

– Внематочная?

– Да. Вам известно, что это означает?

– Мне нужна операция?

– Да. При такой беременности яйцеклетка вместо слизистой оболочки матки прикрепляется к стенке маточной трубы, яичника или брюшной полости. В вашем случае плод прикрепился к трубе. Выносить такую беременность невозможно. Лечение проводится хирургическим методом.

Глаза Софии наполнились слезами.

– Фрау Рэш…

– Простите, доктор, я смогу потом иметь детей?

– Если операция проходит успешно, то, конечно, да. У вас четвёртая неделя, на таких ранних сроках возможно, даже получится сохранить маточную трубу, если не будет осложнений.

– А где будут делать операцию?

– Я выпишу направление в ближайшую больницу. Пожалуйста, не затягивайте!

София чувствовала, что почва уходит у неё из под ног. Наверно, это и была расплата за всё то зло, которое она причинила Бьёрну. София решила сначала поговорить с мужем. И вечером, когда Бьёрн вернулся после работы, она вызвала его на разговор:

– Бьёрн, подожди! Я должна сказать кое-что очень важное. Я…

– Софи, не хочу больше слышать об этом…

– Нет, подожди, я совсем не о том.

– Тогда что случилось? Что-то с сыном?

– У Алекса всё хорошо. Бьёрн, я беременна.

– Я так понимаю, я должен поздравить тебя и немедленно подписать документы о разводе?

– Бьёрн, пожалуйста, не нужно так! Большая вероятность, что это твой ребёнок. С Максимом мы в последнее время практически не виделись.

– О Боже, Софи, пожалуйста, скажи, как мне всё это пережить?! Ты даже не знаешь, от кого ребёнок…

– По сути это уже не важно.

– Как ты можешь такое говорить?!

– У меня внематочная беременность, выносить ребенка я не смогу. Нужна операция.

– Ты уверена?

– Я была у врача, Бьёрн. Ты знаешь, я была так не права, я ужасно с тобой поступила. Прости… Я заслужила всё это… – Она закрыла лицо руками.

– Софи, успокойся! Не нужно об этом сейчас! Подожди, я свяжусь со знакомым хирургом. Мы проконсультируемся с ним, посмотрим, что он скажет.

– Хорошо, спасибо. И позаботься, пожалуйста, об Алексе, пока я буду в больнице.

Бьёрн обнял жену впервые за долгое время. София заплакала на его плече.

Позже она встретилась с Максимом и всё ему рассказала. Промолчала только о том, кто отец ребёнка, побоявшись его реакции.

– Операция будет через пять дней. Если хочешь, приходи тоже в больницу. Я предупредила мужа.

Глава тридцатая

Накануне операции у Софии начались сильные боли внизу живота. Хорошо, что Бьёрн обо всем договорился, врач оказался прав, затягивать было нельзя.

Хирург сказал, что операция продлится около часа, но уже прошло несколько часов. Максим сидел в зале ожидания, молча недалеко от Бьёрна, между ними царило тягостное молчание. Один раз Максим попытался заговорить, но Бьёрн не ответил. Во всех своих неурядицах с Софией он считал Максима виноватым. Наконец вышел хирург и сообщил Бьёрну, что возникли осложнения: маточную трубу пришлось удалить, София потеряла много крови, необходимо переливание.

– У вашей супруги группа крови А, резус отрицательный. Какая группа у вас? – спросила врач.

– В, отрицательный резус.

– Нет, к сожалению, ваша кровь не подойдёт. Есть у вас другие родственники, которые могли бы стать донором?

– Доктор, добрый день, – к врачу подошёл Макс. – Моя фамилия Руди. – Может, я могу помочь?

– Простите, кем вы приходитесь фрау Рэш?

– Он… он друг семьи, – сказал Бьёрн, не дав Максиму самому ответить.

– Хорошо, какая у вас группа крови, вы знаете?

– Признаться честно, нет. Я родился в Советском Союзе, там группы называются по-другому.

– Понимаю. Пройдёмте, я направлю вас в лабораторию, возьмём анализ.

Оказалось, Максим может стать донором. Его быстро подготовили к сдаче крови, и какое-то время спустя он снова занял место в зале ожидания, недалеко от мужа Софии.

– Спасибо, – тихо сказал Бьёрн, ощущая ком в горле.

– Это мой долг, – ответил Максим. – Ты бы сделал тоже самое.

– Да, сделал, потому что люблю её.

– Я тоже люблю Софи.

– Что предложишь теперь делать?! Мы любим одну женщину. Как её поделить?

– Ты знаешь, что нужно сделать, Бьёрн. Если бы ты не шантажировал её Алексом, возможно, всего этого бы вообще не произошло. Ты виноват.

Ответить на это Бьёрну было нечего.

Глава тридцать первая

“Какое же это счастье: видеть тебя снова, родной край!” – думала София, ступая по хрустящему снегу. Вокруг всё белым-бело. Солнце такое яркое, что, кажется, ничего не видно вокруг. Но София знала, что она на озере, где часто бывала с родителями, когда была маленькой. На том самом. Но сейчас она уже не ребенок. Она тепло одета в комбинезон, на ногах сапоги, а на голову накинут капюшон с меховой отстрочкой.

“Я здесь совсем одна?!” – София смотрит по сторонам и видит неподалеку каких-то людей, она не видит их лиц. Похоже, что это рыбаки. Обычное дело на сахалинских озёрах. И тут София замечает, что к кто-то идёт к ней. Шаг, еще шаг, и вот уже видно его лицо…

– Макс, это ты?! – кричит София, и от её дыхания на морозе идёт пар.

– Я, я, – улыбается он, подходя ближе.

– Но что ты тут делаешь?!

– Софи, ты сама меня позвала. Разве не помнишь?!

– А где же Алекс?

– Остался в Германии.

– Один?! Он же ещё совсем маленький. Я должна вернуться как можно скорее, – София начинает метаться на льду, пытаясь понять, как ей скорее выбраться на берег. – Кажется, нам туда…

– Нет, Софи, ты не можешь вернуться. Останься со мной! – Максим подходит вплотную к ней, обхватывает руками и начиная толкать вперед. София смотрит не под ноги – на Макса.

– Прекрати, нам нельзя терять ни минуты! Нужно вернуться за Алексом! – кричит София, пытаясь сопротивляться. Но Максим сильнее, и она только скользит по льду.

Ещё шаг, и она теряет равновесие, потому что оступается и понимает, что падает, но не на снег. Она падает в прорубь.

– Макс! Дай мне руку! Скорей! – кричит София, стараясь держаться на плаву. Но он уходит прочь от проруби, – Макс, вернись! Почему ты уходишь?!

Он уже далеко. Её комбинезон тяжелеет в ледяной тёмно-синей воде. И силы уже на исходе. Снова эта прорубь, как в детстве. “Нет, нет, этого не может быть! Мне нельзя тут остаться! Я хочу к сыну! Пожалуйста, кто-нибудь, помогите мне!” София уже начинает уходить под воду, но внезапно чувствует что-то твёрдое, за что можно зацепиться.

– Софи, держись крепче! – слышит она приглушённый мужской голос. – Ещё немного! Давай! – Её вытаскивают из обжигающей холодом воды.

Обессиленная, она лежит на льду в окружении чужих людей.

– Бьёрн, это ты?! – София приоткрывает глаза, но солнце такое яркое, что ей фактически не видно его лица. Но она чувствует, что это он.

– Всё хорошо! Ты жива… – говорит он. И тут её сон внезапно прерывается, и она снова чувствует боль…

Глава тридцать вторая

Максим появился после того, как Бьёрн вышел из палаты. София, бледная, с сухими губами, кажется, спала. А может, была без сознания. Макс точно не знал. В этот момент она совсем не походила на ту девушку, которую знал Максим. Он сел на стул рядом с её кроватью, взял за руку, и внезапно слёзы полились ручьями по его щекам.

– Софи, я знаю, ты меня слышишь! Ты не можешь так просто уйти! Я очень люблю тебя и любил с того самого момента, как мы увиделись на той дискотеке. Я хочу всегда быть рядом с тобой и сыном!

Он не знал, слышит ли она его, но продолжал:

– Прости за все те переживания, которые я причинил тебе.... Если бы ты знала, как сильно ты нужна мне, Софи!

Бьёрн стоял рядом с палатой и через стекло наблюдал за происходящим. Он собирался зайти, чтобы забрать кое-что, но не успел. Увидев как плакал Максим у её постели, Бьёрн понял, что София действительно много значит не только для него.

Перед глазами Бьёрна пронеслись воспоминания, когда он ощущал себя, находясь рядом с ней, абсолютно счастливым. Он вспомнил, как София села рядом с ним в аудитории, и он подумал, что она из Голландии… Наверно, только сейчас он осознал, что проиграл эту игру. Её сердце принадлежало другому. Бьёрн думал, что не может больше насильно удерживать её, шантажируя тем, что оставит себе сына. Решение, которое он принял, было, наверное, самым трудным в его жизни, ведь София была для него всем, и он был просто уверен, что они созданы друг для друга.

Максим же ночевал в палате Софии всю ночь. Она всё время спала. Сам он то дремал, то бодрствовал. И на утро очнулся, почувствовав, как она сжимает его ладонь.

– Софи, Софи, я здесь, – прошептал он.

София приоткрыла глаза.

– Макс, – тихо сказала она, улыбаясь сухими губами.

– Привет, милая. Ты так долго спала. Как ты?

– Дай мне, пожалуйста, попить. – Макс протянул ей стакан с водой. – Мне лучше. Я долго уже тут?

– Нет, – ответил он, – но мне показалось, что прошла целая вечность. Тебе потребовалось вчера сделать операцию. Врач сказал, они должны были удалить маточную трубу.

– Это плохо, Макс. Я ведь не смогу теперь …

– Ш-ш-ш, не говори ничего! Всё хорошо теперь.

– Мне приснился такой странный сон…

– Не говори ничего, – повторил Макс. – Доктор сказал, что тебе нужно поберечь силы.

– А где Бьёрн и Алекс? – спросила София, немного помолчав.

– Я думаю, Бьёрн поехал вчера ночевать к Алексу. Не волнуйся, теперь всё будет хорошо, Софи.

В обед Максим уехал домой, обещав вернуться вечером.

Не успела София загрустить, как в палате появились гости.

– Мамми! Мамми! – крикнул Алекс, бесцеремонно забираясь к ней на кровать.

– Привет, мой дорогой малыш. Я так соскучилась! – София обняла мальчика как можно крепче. – Привет Бьёрн!

Он плохо выглядел, ей даже показалось, как будто он за эти дни постарел на несколько лет.

– Алекс, иди, пожалуйста, поиграй тут с машинкой, – Бьёрн подхватил ребенка и бережно перенес на пол рядом с больничной кроватью. Алекс послушно покатил красный грузовичок. Бьёрн сел рядом с кроватью и тихо произнёс:

– Я только что говорил с врачом. Он сказал, что опасности больше нет и ты поправишься. Я очень этому рад и хотел бы, чтобы ты знала – из больницы ты можешь сразу уезжать к Максиму. Благодаря ему ты жива. И может, ты ещё не знаешь, но он стал твоим донором.

– Макс?

– Да. Моя группа крови тебе не подошла.

– Бьёрн, а как же Алекс?

– Он будет с вами! И ещё вот, – он протянул ей папку. – Это заявление о разводе. Я подписал его сегодня утром. Как ты и хотела.

Слёзы побежали по её щекам. Ей стало безумно жалко мужа.

– Но ты должна знать, – продолжал он, – что по немецким законам супругам даётся год на возможное примирение. Но это тебя не должно смущать. Я не буду стоять у тебя на пути.

– Бьёрн, спасибо тебе… Я даже не знаю… Но что ты будешь теперь делать?!

– Я на следующей неделе улетаю в Испанию. – Он наклонился и слегка дотронулся губами до её лба, поцеловав на прощание, и тихо сказал: – Не сожалей ни о чем! Будь счастлива!

Глаза Софии наполнились слезами. Он улыбнулся ей и осторожно, не привлекая внимания Алекса, вышел из больничной палаты. Софии казалось, что Бьёрн навсегда ушёл из её жизни.

Примечания

1

Рурская область (нем. Ruhrgebiet) входит в состав федеральной земле Северная Рейн-Вестфалия на западе Германии.

2

Бундесвер (нем. Bundeswehr) – немецкая армия, служба в которой в настоящее время более не является обязательной для немцев.

3

Рурский университет (нем. Ruhr-Universität Bochum, www.rub.de) расположен в городе Бохум.

4

Wohngemeinschaft или сокращённо WG – жильё для совместного проживания студентов в Германии.

5

“Пфанд” (нем. Pfand) с каждой пустой бутылки составляет в Германии 25 евроцентов.

6

Фахверковые домики (от нем. Fachwerk – “каркасная конструкция”) – постройки с характерным геометрическим рисунком фасада, созданным каркасными балками, которые расположены с внешней стороны.

7

Реальшуле (нем. Realschule) – средняя ступень школьного образования в Германии, 5–10 классы; после получения аттестата молодые люди могут получать какую-либо профессию.

8

“Звездный Экспресс” (англ. Starlight Express) – один из самых популярных и “долгоиграющих” мюзиклов в Германии (на сцене с 1988 г.). В Бохуме построили театр специально под этот мюзикл.

9

Бермуда Драйэк (нем. “Bermuda3Eck”) – дословно с немецкого “Бермудский треугольник”, район с кафе и ресторанами, популярное место встречи студентов и молодежи в Бохуме.

10

Кемнадер-Зе (нем. “Kemnader See”) – водохранилище, построенное в 70-е гг. XX в. Однако чаще всего его называют озером.

Content

Юлия Эгерт
Софи

Глава первая

Глава вторая

Глава третья

Глава четвёртая

Глава пятая

Глава шестая

Глава седьмая

Глава восьмая

Глава девятая

Глава десятая

Глава одиннадцатая

Глава двенадцатая

Глава тринадцатая

Глава четырнадцатая

Глава пятнадцатая

Глава шестнадцатая

Глава семнадцатая

Глава восемнадцатая

Глава девятнадцатая

Глава двадцатая

Глава двадцать первая

Глава двадцать вторая

Глава двадцать третья

Глава двадцать четвертая

Глава двадцать пятая

Глава двадцать шестая

Глава двадцать седьмая

Глава двадцать восьмая

Глава двадцать девятая

Глава тридцатая

Глава тридцать первая

Глава тридцать вторая

Примечания