Экспансия: Основание. Том 2

Глава 1

Исаевск

Перун

— Игорь Владиславович, тебя тут требуют с Орбитала, причём срочно, — раздался голос Леонова, и я, лежащий под брюхом тяжёлой техники, почувствовал, как острый металлический носок сапога моего наставника и «правой руки» впивается в голень. Больно ведь, зараза! — Вылазь давай, хватит там с Андерсен тискаться, пока я Сидоровичу не пожаловался. Дела зовут.

— Дела, блин. Их все не переделаешь, а у меня ещё час свободного времени, — пробурчал я и вновь ощутил куда более болезненный удар тяжёлого сапога. Видимо, всё действительно серьёзно… — Да иду я, иду! Даже расслабится не дают. Крис, держи тестер, и чтоб без меня под эту «красотку» не лезла, вечером закончим вместе. Поняла?

— Ты бы так с девушками обращался, как с этим монстром, — деланно надула губы Шпилька, забирая прибор.

— Ну если бы какая-нибудь знакомая девушка могла доставлять разрывные снаряды на расстояние под сто километров, я бы, не думая, женился на такой. Эх, мечты, мечты, — я с нежностью провёл по выкрашенному в пятнисто-зелёный цвет борту трофейной САУ. Надо бы в родовой цвет перекрасить, но сперва до ума доведём.

— Ты — псих, ваше сиятельство, — на полном серьёзе произнесла Андерсон, пытаясь вкрутить последнюю оставшуюся шпильку. Да уж, Шпилька шпильку…

— Голубки. Вы там ещё долго ещё шушукаться планируете? Игорь, код вызова — дважды оранжевый, — напомнил о себе наставник, звонко стукнув по броне самоходки. Пришлось всё же вылезать, пока он мою прелесть не покарябал.

— И кто там такой настырный? — вытерев руки, испачканные в смазке, спросил я у Леонова.

— Не знаю, но требуют тебя лично. Я сказал, что ты занят, но на той стороне кто-то шибко настырный, да и сам знаешь, оранжевым кодом просто так не семафорят, — пожал плечами Леонов.

— Ну, тогда я вижу два варианта, либо меня назначили Императором, либо это по поводу «заблудившихся» в лесу наёмников, — предположил я. — Выведи на терминал в моей каюте. Раз так хотят поговорить тет-а-тет, что ж, поболтаем.

Зайдя в каюту, накинул мундир и, усевшись в кресло перед экраном, придал лицу скучающее выражение, отжимая мигающую кнопку.

Ну вот, так и знал! Судя по тому, что из динамиков не полился торжественный гимн, а на мониторе не затрепыхался флаг Империи, императором мне сегодня не быть. Но мы и не торопимся… так что подождём…

— А ты не торопился, барон, — честно говоря, я почему-то ожидал увидеть Панфилова, куратора нашего сектора, но сейчас на меня смотрел незнакомый мужчина в возрасте, причём в форме службы внутренней безопасности станции. И, судя по знакам отличия, не самой низкой должности, но и не самой большой.

— Всего хорошего! — стоило только ему открыть рот, как я отключил связь.

На консоли замигала лампочка вызова, и я нажал подтверждение.

— Похоже, какой-то сбой… Вот заработало, — незнакомец, увидев, что связь установилась, повернул голову в мою сторону. — Исаев, какого чёрта…

Мой палец ткнул в кнопку, экран вновь погас, а я откинулся на спинку, слушая требовательную трель вызова.

Пятьдесят пять… Пятьдесят шесть… Соединение.

— Исаев, какого чёрта происходит? Как ты смеешь обрывать связь? Это нарушение протокола…

— Похоже, какой-то идиот взломал канал связи, ещё и при этом наглость имеет форму уважаемой службы внутренней безопасности надеть, — задумчиво произнёс я, глядя на возмущающегося мужчину. — И чем только эта самая служба занимается? — и потянулся к кнопке отключения.

— Стой, Исаев! Я и есть служба безопасности! То есть я, виконт Нечаев Герман Георгиевич, являюсь заместителем начальника третьего отделения собственной безопасности, — воскликнул безопасник.

— Прям целый виконт и зам, который не умеет здороваться при первом знакомстве? — сделал я удивлённое лицо. — У вас там всё настолько плохо с кадрами?

— Не перегибай… те, Игорь Владиславович! — возмутился Нечаев. — Я к вам по серьёзному вопросу, а вы ведёте себя словно подросток!

— Так, представляться мы вас научили, пускай и с третьей попытки. И данный факт свидетельствует о наличии зачатков интеллекта. Следовательно, меня вы вызвали не случайно, тыкая наугад на кнопки, — констатировал я. Блин, лучше бы свободное время с Морозовой или Крис провёл, да и Астрид проведать не мешало бы. — Но вот вытягивать из вас тему разговора у меня нет никого желания. Давайте сделаем так, вы соберётесь с мыслями, или лучше пусть для вас секретарь речь накатает, у вас же есть секретарь? Отлично! Так вот, как только это сделаете, вы или он, наберёте меня вновь. И я, может быть, вам даже отвечу. Договорились?

— Да как вы смеете? Я по чрезвычайно важному делу! Вам выдвинуто обвинение в нападении! — уже перешёл на крик сбшник, видя, как я вновь потянулся к консоли.

— Вот это неожиданно. У нас появились защитники животных? — удивился я. — Но раз так, то можете им передать, что мы ведём учёт и стараемся выбивать зверя без ущерба для популяции.

— Какое зверьё? Что вы несёте? — опешил Нечаев. — Нам стало известно, что вы атаковали группу наёмников, которые вели поиски Симоновых. Связь с ними пропала, а буквально пару дней назад мы узнали, что вы заказали снаряды и запчасти для техники, что была у них.

— А-а-а, вы про этих бедолаг? — произнёс я. — Ну да, моим разведчикам попались остатки их колонны. Даже удивительно, как такие профессионалы, которых наняли для поиска пропавшего рода, могли настолько сбиться с маршрута, что попали на мои территории. Хотя, с другой стороны, что можно ожидать от людей, которые в лес берут вооружение, больше подходящее для осады какого-нибудь городка, чем для поисковых работ.

— Случиться может всякое. Может, они обнаружили следы, ведущие в вашем направлении, — тут же ответил Нечаев, но как-то слишком поспешно. — А по поводу вооружения это их выбор. Может, они привыкли работать именно с ним.

— И тут я спорить с вами не буду. Каждый работает с тем, с чем привык, — кивнул я в знак согласия. — Тем не менее, их выбор оказался ошибочным. К моменту появления моих разведчиков в их лагере не осталось ни единого выжившего. Но если вы не верите мне на слово, могу скинуть видео с персональных регистраторов погибших. Думаю, кадры вас впечатлят.

— Было бы неплохо. Нет, не то чтобы я вам не верю, но, Игорь Владиславович, сами понимаете, в свете сказанного, мы должны изучить все доступные материалы, чтобы снять с вас всякое подозрение, — тон сбшника сменился, стал более неуверенным. Разговор явно пошёл не по его плану.

— Конечно, я распоряжусь, и вам перешлют их в ближайшее время. Кстати, вы так и не сказали, что за род выдвинул обвинения в мою сторону. Я, конечно же, понимаю, что это не более чем недоразумение, но за любые ошибки, даже мелкие, нужно отвечать. Причём всем, — я пристально посмотрел на Нечаева, и тот окончательно разнервничался. Намёк вышел максимально прозрачным.

— Вы же понимаете, до завершения расследования нам не рекомендуется раскрывать подобную информацию, дабы избежать ненужных эксцессов, — заюлил Нечаев. — Как только мы разберёмся в данном недоразумении, всю информацию вы сразу же получите.

— Что ж, тогда буду ждать результатов. Но всё же, сообщите обвинителю, что чем дольше будет брошена тень на имя моего рода, тем тяжелее буду последствия для него и всех, кто был в этом замешен, — угроза в моём голосе читалась вполне отчётливо.

— Я вас услышал, Игорь Владиславович, — закивал, словно болванчик, Нечаев. — Думаю, мы максимально быстро всё уладим и вместе посмеёмся над этим недопониманием.

— Весело будет, это я вам обещаю, как патриарх рода Исаевых — произнёс я, не отводя с мужчины серьёзного взгляда. — А вот кто смеяться будет, время покажет. И раз у вас вопросов больше нет, то, думаю, вам пора приступать к работе.

— Всего хоро…

Дослушивать этого придурка, явно пляшущего под чужую дудку, я не стал. Не знаю почему, но было у меня ощущение, что этот звонок никак не связан с теми людьми, которые послали наёмников.

Просто кто-то третий, увидев удобную возможность, решил разыграть карту, задействовав козырь в виде Нечаева, и прогадал. Так что дело, скорее всего, заглохнет, если оно вообще заведено, и всё постараются спустить на тормозах.

Но нет худа без добра. Этот самый виконт Нечаев имел несчастье засветиться передо мной, тем самым нарисовав мишень у себя на лбу. Осталось только вовремя его использовать.

— Игорь, закончили? — в дверь каюты постучались, и я услышал голос наставника.

— Ага, представляешь, на нас пытались повесить трупы наёмников, наивные… — я в подробностях пересказал разговор с сбшником, пока мы спускались обратно в ангар.

— Ладно, с этим понятно, — недовольно произнёс Леонов, который терпеть не мог все эти танцы с подставами и лживыми улыбками. — Что с ресурсами решать будем? Морозова требует расширить теплицы, а Айземаны с Хиго рекомендовали обустроить нормальную посадочную площадку для воздушного транспорта, раз Исаевск де-факто становится столицей сектора.

— И где я тебе всё это найду? — огрызнулся я, и так беспрестанно думая об этом. Город рос, требовал для своего развития всё больше и больше, а зависимость от Кембеллов, с их поставками руды, мне нравилась всё меньше и меньше.

Предъявить им за пропуск наёмников я не мог, отношения наши не улучшались и вряд ли улучшатся, если только патриарх и наследник разом не помрут, что очень вряд ли.

Наиболее оптимальным вариантом было бы, если матриархом станет Льялл, Ивара я почему-то на должность патриарха совершенно не рассматривал, но опять-таки всё упиралось в её мужа и пасынка.

— Ладно, тогда будем расширять зону поисков. Нам жизненно необходимо найти выходы руды. Снимайте разведчиков с восточных и северных направлений, и перекидывайте на юг, попробуем удачу там, — произнёс я, указывая на карте ещё не открытые территории.

— Но там опасно, — прищурился Леонов. Сам-то он был не против славной драки, но о жизнях подчинённых беспокоился, как никто другой. Только никто об этом, кроме меня, не подозревал. — И, если ничего не найдём, только время и ресурсы потратим.

— Лучше, чем ждать подлянки от Кембеллов, или тем паче пускать их род под нож, — ответил я, невольно хмурясь от своих мыслей. — Так что отзывай разведчиков и формируй отряды заново. Самые опасные направления возьмём на себя. Посмотрим, насколько на юге действительно жарко.

И южное направление действительно показало, что прогулка по лесу может быть не самым опасным времяпрепровождением на Перуне.

Огромные пространства, покрытые редкой растительностью, чередовались с подтопленными низинами, постепенно сменяющимися натуральными болотами. Машины вязли в жиже, замедляя и без того небыстрое продвижение.

А нам ещё требовалось проводить разведку месторождений, попутно отстреливая особо наглую живность, которой тут оказалась каждая первая тварь.

Особенно мне запомнился болотный червь, умудрившийся сожрать наш багги. Благо, водитель со стрелком успели десантироваться до того, как их утащило вместе с машиной под трясину.

И что самое плохое, ближайший обходной маршрут этого болота требовал сделать приличный круг. В первый день знакомства с «червяком» я подумывал перекинуть часть транспорта на Скате, и уже на нём двинутся дальше, вот только болотная «глиста» имела своё мнение на этот счёт. В общем, Скат уцелел, но его пилот обзавёлся преждевременными седыми волосами.

По итогу я заморочился и организовал самую настоящую рыбалку. Несколько крупных туш тварей, под завязку набитых взрывчаткой, начинённой крупной шрапнелью, должны были обеспечить серьёзное несварение твари.

К сожалению, болотный глист оказался то ли тупым, то ли чересчур голодным и при этом чрезвычайно живучим, но приманок, а соответственно и взрывчатки ушло столько, что я уже начал сомневаться в целесообразности затеи. И тем не менее, наша взяла.

Нет, тварь мы не убили. Разведчики утверждали, что видели под толстым слоем ряски гиганта, уползающего ещё дальше на юг, но тем не менее путь оказался свободным.

После болот опять началась холмистая местность, где мы стали задерживаться ещё дольше, так как Клаус, наш геолог, вроде на что-то наткнулся, но, полдня провозившись в грязи и земле, он пришёл к выводу, что жила слишком мелкая, и тратить на неё время и ресурсы стоит только в крайнем случае.

В общем эта неделя шла в каком-то диком темпе. Ранний подъём, завтрак, сбор в общем зале, постановка задач и погрузка в машины. И возвращались мы уже глубоко за ночь. И то не всегда. Пару раз другие отряды переночевали в относительно безопасных местах, но после нападения мелких тварей я приказал так больше не рисковать.

Таким образом я, как и все участвующие в разведке люди, к концу недели оказался морально и физически вымотан. И тем не менее, несмотря на отсутствие результатов, были и позитивные моменты.

Во-первых, мы почти добрались до границ моих владений на юге, нанеся все интересные места на карте.

Во-вторых, во время поездок пришлось не плохо так пострелять, так что я заранее воткнул в каждый из отрядов рекрутов, пускай привыкают не только выживать в лесах, но и работать в отрядах.

Ну а, в-третьих, существенно пополнили бестиарий местной живности. Снимки самых выдающихся тварей я по приезду скидывал Исааку и тут же получал заказы на них. Так что, несмотря на опасения Леонова, финансово мы почти ничего не потеряли. Вот только с рудой проблемы остались.

— Не подходи ко мне, — громко пробурчал я, увидев, как ко мне мчится посыльный. — Ты же явно нехорошими новостями, да?

Мы только вернулись с разведки, причём умудрившись собрать все плюшки планеты. Твари, трясина и аномалии. Пришлось не слабо, как и подраться, так и полечить, так что чувствовал я себя, как выжатый лимон. Такой же сморщенный и едкий для окружающих.

— С вами хочет поговорить барон Жилин, — не обращая внимания на мои слова, доложил посыльный. — Говорит, у него срочное дело.

— Жилин? — я попытался вспомнить, кто это. — Стоп, так это же те, что сели западнее Вилсонов. Я думал, померли уже давно. Они же с момента посадки на связь не выходили.

— Так точно, они самые, — кивнул посыльный. — Просили связаться, как только вы явитесь, в любое время суток.

— Понятно. Кажется, я уже чую запах денег, и это, определённо, придаёт мне сил, — сбросив поддоспешный комбинезон, запихнул его в стойку к остальной броне. — Давай тогда организовывай связь и скажи, чтобы кофе пару литров принесли в рубку.

Посыльный, козырнув, развернулся и умчался выполнять приказ, а я посмотрел ему вслед. Надо бы слугу или служанку завести, негоже здоровому лбу кофе по «Черепахе» носить.

— Фёдор Иванович, а вы куда собрались? — тормознул я проходящего мимо наставника, насвистывающего весёлую мелодию. — Неужто спать?

— Ну как бы да, — совсем не стесняясь, кивнул Леонов. — Личный состав прибыл в сохранности, техника с бронёй на обслуживании, а старые кости требуют отдыха.

— Вот сядешь в рубке и будешь отдыхать, слушая, что нам будут предлагать Жилины. Не одному же мне там куковать. Тем более, чую, что там работа будет по твоей части.

— Драка? Ну ради такого я готов не поспать пару часов и послушать вашу аристократическую белиберду, — взбодрился Леонов, а губы растянулись в улыбке. Весьма недоброй…

Обсуждая результаты разведки, поднялись в рубку, где на экране уже горела надпись вызова. Дал знак дежурному, и тот включил видео со звуком.

— Доброй ночи, Игорь Владиславович. Заранее приношу извинения за свою настойчивость, — поприветствовал меня с экрана мужчина, облачённый в тяжёлую броню.

Старинная, массивная, даже сказал бы, что огромная даже для тяжёлой, она носила многочисленные следы заплат, причём поставленных не шибко умело, что могло свидетельствовать, как о низкой квалификации их механиков, так и вовсе об их отсутствии, в связи с гибелью.

— Моё почтение, Иван Артёмович, — ответил я на приветствие, автоматически сравнивая поведение этого барона и поведение сбшника. Колоссальная разница. — Ничего страшного, думаю, ваша ситуация оправдывает некоторые нарушения этикета.

Жилин производил положительное впечатление своими манерами, даже несмотря на то, что по его лицу нельзя ничего было прочесть. Нет, не потому что он хорошо владел своими эмоциями, просто вся его голова, за исключением щёлок для глаз, была обмотана бинтами, на которых в некоторых местах проступала свежая кровь.

И тем не менее, голос звучал твёрдо, ни грамма раболепства перед человеком, от которого, возможно, будет зависеть его жизнь.

— Тогда, если позволите, сразу перейду к делу, — увидев, как я кивнул, он продолжил. — Я вынужден обратиться к вам за помощью. Наш десантный модуль при посадке угодил в аномалию, благо, что самым краем. К сожалению, мы потеряли ремонтную мастерскую и часть специалистов. Именно поэтому мы не смогли выйти на связь сразу.

Жилин замолчал, переводя дыхание. Судя по всему, говорить ему было тяжело, но прежде чем я предложил ему сделать паузу, он продолжил.

— Но и это не было главной проблемой. Как мы выяснили чуть позже, место оказалось чрезвычайно неудачным для создания города. Фактически вся местность вокруг ДМа оказалась заполнена аномалиями, — барон кому-то кивнул, и вместо него на экране появилась карта местности.

На ней крупными отметками были указаны места выявленных аномалий, и, судя по всему, они образовывали кривой овал, начерченный дрожащей рукой алкоголика. Вот только, пускай и кривой, но полностью замкнутый.

— Воздух? — уточнил я, когда на экране вновь появился Жилин.

— Почти полностью перекрыт. Разрывы между аномалиями слишком малы. Хиго пытались пробиться, но, едва не потеряв дирижабль, отказались от контракта. Хоть карту воздушных аномалий они составили, и получается, что мы находимся практически под куполом, — бесстрастно произнёс барон, словно речь не шла о нем и его людях.

— Ваши соседи? Нет, я не против вам помочь, но вы не из нашего сектора, и логичнее было бы вначале обратиться к ним.

— У некоторых из них свои проблемы, а некоторые… — мужчина впервые замялся.

— А некоторые падальщики, которые ждут не дождутся, когда вы помрёте от голода и можно будет прийти и забрать ваши ресурсы? — закончил я за него.

— Именно так, — не стал отрицать он очевидного.

— Тогда почему вы считаете, что я так не поступлю?

— Мы знаем ваш род, Игорь Владиславович. Вы всегда держали своё слово, чего бы это вам ни стоило. Да и новости мы просмотреть успели. Ваше благородство по отношению к наследникам Магро и Штейн многое о вас говорит, — опять-таки без малейшего намёка на лесть произнёс Жилин. — Так что, если вы дадите слово, мы примем ваши условия и достойно вознаградим.

Вот и дивиденды за спасение Валентино и Астрид подъехали. Немного не так, как я планировал, но тоже неплохо.

Я взглянул на сидящего в стороне Леонова, но тот лишь пожал плечами. Инициативу он проявит во время драки, сейчас же предпочтя просто слушать.

— Что ж, Иван Артёмович, я гарантирую что мы предпримем все возможное, чтобы вытащить вас из столь затруднительной ситуации. Единственное, нам нужно немного времени, чтобы подготовиться и добраться до вас, — сказал я, придя к решению. — Кстати, как у вас с запасами еды и воды?

— Воды достаточно. А вот с едой беда. Припасы почти израсходованы, и нам приходиться охотится на тварей, что периодически проникают к нам под землёй, — мужчина потрогал рану на голове и едва слышно прошипел. — Но думаю, ещё неделю-полторы мы сможем протянуть.

— Хорошо, тогда я пока обдумаю, как лучше все организовать, но уверен, что максимум через неделю мы пожмём друг другу руки, — произнёс я.

— Тогда до скорой встречи, Игорь Владиславович.

— Всего хорошего, Иван Артёмович, — попрощался я с бароном, и едва экран погас, посмотрел на наставника. — Ну что, Фёдор Иванович, готов вспомнить молодость и помахать лопатой?

Глава 2

Фронтир

Корабль спас-службы Империи «Сарк»

— Как он тут вообще оказался? — капитан «Сарка» повернулся к помощнику, уже как пару минут стоящему у него за спиной с разинутым от удивления ртом. Услышав вопрос капитана, рот он закрыл и развёл руками.

Действительно, было сложно подобрать рациональное объяснение имперскому кораблю, вплавленному в кусок астероида. Причём в секторе, находящемся на приличном удалении от основных трасс.

— Капитан, ответ из Центра, — привлёк внимание двух мужчин оператор связи, закончив внимательно перечитывать присланное сообщение. — Корабль идентифицировали как «Прометей», судно разведывательного класса серии «Предел»

— Так их же ещё вроде только проектируют, даже на стапелях не закладывали, — присвистнул помощник.

— Ну не из будущего же он прибыл⁉ Тем более в таком состоянии… — капитан был удивлён не меньше членов экипажа, но ему по должности полагалось выглядеть спокойным.

— Также гриф операции повышен до гостайны. Необходимо оставаться на позиции и дождаться «Беспокойного». До его появления в эфир не выходить, в случае обнаружения посторонних кораблей — уничтожить. Даже наших, — последнюю фразу радист добавил от себя, в сообщении оно явно звучало по-другому.

— Не нравится мне это дерьмо, Серж, — склонившись над пультом, вполголоса произнес помощник. — Присылать целый авианосец СБ ради одного разведчика, да ещё и этот приказ…

— Сэр, от «Прометея», помимо аварийного, идёт ещё один сигнал, очень слабый, но я нащупал его, — вновь отвлёк мужчин радист. — Пробую усилить.

— Выводи на экран!

— Доброго времени суток, господа! Если бы вы знали, как я рад вас видеть, — с центрального монитора на малочисленный экипаж «Сарка» смотрел молодой, коротко стриженный мужчина в форме с нашивками мастер-пилота. — Позвольте представиться, майор внешней разведки Дьяков Михаил Сергеевич, и я буду чертовски благодарен, если вы соизволите вытащить меня и моих товарищей отсюда.

* * *

Исаевск

Перун

Марш к месту посадки Жилиных у нас был запланирован на пятый день после разговора с главой этого рода. К этому моменту мы, благодаря разведчикам, имели примерное представление, с чем предстоит столкнуться, а также дождались оборудование из столицы.

Род Жилиных специализировался на добыче полезных ископаемых и был ещё теми «землекопами». Даже их ДМ, при приземлении, в отличие от многих, должен был расти не вширь или высоту, а в глубину.

Поначалу, придя в себя после приземления, они так и поступили, вгрызаясь в породу скального уступа, на который так неудачно приземлился модуль. Вот только пройдя несколько уровней вниз, они столкнулись с парочкой неприятностей.

Из многочисленных шахт-нор на них ринулись твари, отдалённо напоминающие обезьян. По началу немногочисленные, да и не отличающиеся крупным размером они были восприняты «шахтёрами», как забава, пострелять да мясца свежего откушать.

Но праздник быстро подошёл к концу, когда, пробив стенку очередного тоннеля, покорители неземных недр очутились в большой пещере, набитой под завязку куда более крупными особями. И что хуже всего, некоторые из местных обитателей обладали дарами.

В общем, из первого отряда, как и из второго, ринувшегося ему на помощь, выжило всего двое, которые и успели передать о находке, прежде чем подорвали шахту, ведущую к жилым уровням. Ну и себя вместе с ней заодно.

Жестоко, но для Жилиных это была не первая планета, и они не понаслышке знали, к чему может привести проникновение на базу такого количества тварей.

И тем не менее, другого выхода, кроме как продолжать рыть тоннели, чтобы выбраться из кольца аномалий, у рода не было. Они тщательно выбирали маршрут, следили за передвижением «мартышек» и старались пересекаться с ними как можно меньше.

Но тут Перун преподнёс очередной сюрприз. Чем дальше Жилины уходили от проторенных «обезьянами» маршрутов, тем твёрже становился грунт, пока в один прекрасный момент род не лишился одного из буров, сточившегося за считаные часы при попытке пробить сверхпрочную породу.

Следующие попытки также показали, что единственный путь дальше лежит через ту самую пещеру, в которой уже погибло два отряда. Скрепя сердце и понимая, что времени на долгие раздумья у них нет, Иван Жилин решился атаковать.

Собрав всех способных держать оружие и расширив тоннели так, что по ним могли проехать пару БТРов и даже один танк, чья броня должна была принять на себя первый залп даров «обезьян», они пошли на прорыв и прогадали.

Нет, учитывая превосходство в огневой мощи и обладая информацией, которая была у Жилина на тот момент, упрекать его в недальновидности было глупо.

Вот только всё пошло не по плану, едва патриарху и его людям стоило появиться в пещере. Они рассчитывали столкнуться с сотней тварей, а по итогу схлестнулись чуть ли не с четырьмя сотнями, пару десятков из которых в первые же минуты продемонстрировали свои дары.

Со слов патриарха, едва им стоило появиться в пещере, как в её полу, стенам и даже потолку моментально образовались дыры, и оттуда ринулся десант обезьян. И в отличие от людей, дружественного огня они не боялись, появляясь прямо посреди отрядов.

По итогу, потеряв всю технику и порядка полусотни людей, Жилины отступили обратно в тоннель, и то лишь благодаря младшему брату патриарха, заткнувшему своим даром проход.

К сожалению, сам он при использовании Дара двигаться не мог и погиб спустя пару минут, когда одна из одарённых тварей пробила лазейку в породе и без всякого почтения снесла ему голову.

Славная смерть, спасшая многие жизни. И это не мои слова, так сказал Иван Жилин, пересказывая нюансы сражения, не скрывая и не приукрашивая ничего, как любят делать некоторые рода, трансформируя свои поражения в тактическое отступление или, более того, чуть ли не в победу.

Так что выслушав патриарха Жилиных и обсудив всё с Леоновым, пришёл к выводу, что лобовая атака в нашем случае не вариант. Тем более вернувшиеся разведчики доложили, что к подножию скального основания ведёт узкая тропа, невероятно петляющая между аномалий, и пока мы не разобьём плацдарм в толще породы, на свободном пятачке максимум, что может поместиться, так это то самое оборудование, которое в спешном порядке доставили к нам из столицы.

И чтобы получить горнопроходческий щит (большое устройство для рытья тоннелей) пришлось изрядно потратится. Причём проблема была не в стоимости бура, хотя была она далеко не маленькая, а в том, что он предназначался для добычи орданиума и платить приходилось за молчание продавца.

В отличие от стандартного оборудования, которым укомплектовывался ДМ любого рода, эти буры были узкоспециализированными, и покупка такого моментально сообщала всем интересующимся, что кто-то наткнулся на богатую жилу.

Так что едва мне стоило сообщить Исааку Айземану о требуемом оборудовании, как тот встал в стойку, почувствовав запах добычи. Пришлось хорошенько щёлкнуть его по носу чёрствым пряником, пригрозив прекращением поставок в случае чересчур высокой цены. Заодно проверил, насколько он может быть уступчив.

Мужчина осознал и клятвенно заверил, что Айземаны не допустят утечки и никто от них не узнает, для кого предназначалось это оборудование. Формулировка выходила хитрая и мало чего обещающая, так как отвечал он только за свой род. Но пару недель до того, как каждый первый аристо на планете будет в курсе, что Исаев где-то обзавёлся жилой орданиума, у меня было. А там на сцену выйдут уже Жилины, и это станет их головной болью, которая, тем не менее, принесёт прибыль и мне.

И вот настал тот самый день, когда дирижабль Хиго доставил это самое оборудование, и мы приступили к формированию походной колонны.

Бур оказался довольно компактным, даже меньше чем я предполагал изначально, всё же Исаак проявил инициативу и подсуетился, так что агрегат уместился на одну из двух платформ, на которых мы планировали отправиться к Жилиным.

Так что сейчас, завершая последние приготовления перед выходом, наш технический гений Андерсон, облачившись в рабочий экзоскелет, с лёгкостью порхала по ангару, перенося много килограммовые балки и запасные части для бура.

Спецброня Крис отличалась от средней брони рода лишь размерами, которые максимально приближались к штурмовой, и дополнительными манипуляторами в количестве четырёх штук, расположенными в районе пояса.

Это чудо-юдо Крис собирала лично, и пока она не давала повода сожалеть о потраченных на броню ресурсах.

— Нравится, господин патриарх? — подхватив трёхпалым манипулятором ящик с оборудованием, спросила Шпилька, заметив, как я пристально наблюдаю за ней. — Могу даже станцевать, если хотите.

— Кхм-кхм, — раздался кашель Сидоровича, стоящего неподалеку и что-то чиркающего на планшете, следя за погрузкой. — Доченька, может, уже закончишь ерундой маяться и не будешь отвлекать Игоря Владиславовича от дел?

Голос у мужчины звучал скорее умоляюще, чем угрожающе, уж больно ему не нравилось, что мы с Крис стали чаще общаться. И если других строгий отец ещё мог приструнить, то со мной это не прокатывало, да и Крис ему задачу не упрощала от слова «совсем», всё чаще и чаще заигрывая со мной.

— Да я уже закончила, пап! — девушка, работающая без шлема, подмигнула мне, но всё же решив, что пока хватит заставлять нервничать отца, пошла к БТР, где ей предстояло трястись всю дорогу до Жилиных.

— Игорь Владиславович, если есть пару свободных минут, я хотел бы с вами переговорить, — едва Крис ушла подальше, подошёл ко мне Сидорович.

Было даже странно смотреть, как обычно невозмутимый мужчина, словно выточенный из чёрного камня, сейчас потел и почти заикался, словно первоклашка перед завучем.

— Я позабочусь о ней, не переживайте, — облегчил я задачу мнущемуся отцу несносной дочери, которая кидала взгляды в нашу сторону с дальнего конца ангара. — С ней всё будет хорошо.

— Не сомневаюсь, господин. Но я не про сегодняшнюю операцию.

— Я тоже. Она будет под моей защитой столько, сколько сама захочет, —произнес я. — Никто не причинит ей боль, об этом я позабочусь, но вот вы своей гиперопекой толкаете дочь на всякие глупости.

— Позвольте начистоту, господин? — поднял на меня глаза Андерсен.

— А были случаи, когда вы мне лгали или что-то утаивали? —прищурился я.

— Я серьёзно, мой патриарх, — уже немного раздраженно произнес мужчина. — Дочка тянется к вам, это видно всем, и по городу уже идут слухи. Вам мало Морозовой, или вы собираетесь организовать гарем? Нет, понимаю, что патриарху столь древнего рода такое дозволяется, но я прекрасно осознаю положение Крис и то, что максимум что ей светит это стать наложницей.

Я не удержался и хмыкнул. И кто успел слухи про Морозову пустить? То-то последнее время я заметил некое напряжение между Анастасией и Шпилькой. Забавно будет, если выйдет, что источниками слухов были они сами и теперь дуются друг на друга из-за выдуманных вещей.

Очередной головняк, с которым нужно будет разобраться по приезду. Не хотелось бы возвращаться в город и оказываться между двух шипящих друг на друга девушек. Мне подобного общения с аристо за глаза хватает.

— Это не смешно, Игорь Владиславович, — воспринял мой смешок на свой счёт Сидорович. — Я понимаю, что даже статус наложницы довольно почётен, но нам предстоит долгий и уж точно кровавый, путь наверх, и я не хочу, чтобы дочка пострадала из-за того, что влюбилась по глупости. Тем более, когда она не принадлежит роду.

— Знаете, Кевин, будь на вашем месте кто-нибудь другой, он бы уже поковал вещи для отправки в столицу, будучи изгнанным из рода, — с нажимом произнёс я, наблюдая, как бледнеет чернокожий мужчина. — И нет, не из-за вашей дочери, а за то, что вы считаете, буду я позволю кому-то поднять причинить вред людям моего рода или моим близким.

— Я не сомневаюсь в вас, мой патриарх…

— Сомневаетесь, а значит, допускаете возможность поражения, а значит, рушите само основание нашего рода, — покачал я головой. — Но на этот раз я вас прощаю. Будем считать, что ваши отцовские инстинкты на мгновение преобладали, но наша беседа смогла привести вас в чувства. Следующего разговора уже не будет.

— Я вас понял, мой патриарх, — слегка поклонился Андерсон, а я почувствовал, как обжигает спину взгляд Шпильки. — Разрешите идти?

— Кевин, — остановил я уже повернувшегося мужчину. — Повторюсь. Я позабочусь о ней, независимо от того, будет она принадлежать роду или нет. И нет, ни я, ни кто другой не посмеет на неё давить, принуждая к чему-либо.

— Спасибо, Игорь Владиславович, я вас понял, — посветлел лицом мужчина. — Я буду держать себя в руках, и подобного больше не повторится.

Мужчина ещё раз поклонился и ушёл следить за подходящей к концу погрузкой, а я краем глаза отметил, как ему наперерез устремляется Шпилька, уже почти забравшаяся в бронетранспортёр.

Да уж, надеюсь, я не сделал только что хуже и не закрутил очередной виток в противостоянии Крис и Анастасии. Надо же, в Исаевске идёт тихая война, а я ни слухом, ни духом. Совсем расслабился.

Хотя… Я на мгновение представил Морозову и Андерсен в роли наложниц… Вышло неплохо.

— Чего улыбаешься? — отвлёк меня от размышлений Леонов. — Уже в предвкушении хорошей драки?

— Можно и так сказать, Фёдор Иванович, можно и так сказать, — не стал переубеждать я наставника и, подхватив оружие, направился в сторону второго транспорта, занявшего место во главе колонны.

Первые десятки километров пути прошли без каких-либо происшествий. Достаточно изученная территория, знакомое зверьё и отмеченные аномалии позволяли развить приличную скорость, так что большую часть пути мы преодолели с относительным комфортом. А вот территория Жилиных оказалась куда менее гостеприимной.

И я не имею в виду уже знакомые топи, сменяющиеся скальными образованиями, тонкими и высокими, выглядевшие настолько необычно, что Клаус, которого мы взяли в качестве эксперта по горным породам, сперва решил, что они вообще творение человеческих рук. Ну или нечеловеческих.

Но нет, при ближайшем рассмотрении было видно, что это природные образования, подвергшиеся многократному воздействию аномалий, которых тут оказалось столько, что маршрут наш петлял словно пьяный заяц тёмной ночью.

Твари, обитавшие в этом безумном лабиринте, тоже были далеки от нормальности.

Вынужденные жить на стыке двух стихий, воды и камня, да ещё и посреди аномального поля, звери предсказуемо были небольшими, по крайней мере особи крупнее льва нам не попадались.

Вот только эволюция с помощью эфира взрастила идеальных охотников, использующих свои дары по максимуму.

Прикинуться куском камня, причём даже на ощупь, я потом лично проверял, легко! Зарыться в выжженный солнцем суглинок, чтобы проползти в нём не одну сотню метров и вылезти посреди отряда? Конечно, сделаем это дважды!

Ах, противник приспособился к этим финтам? Так держи лобовую атаку, отвлекающую от тварей, затаившихся на скалах или прущих из-под земли. Но что самое плохое, даже отбив атаку, мы не успевали перегруппироваться и контратаковать, так как зверьё, едва почувствовав, что проигрывает, отступало под прикрытие аномалий.

Протискиваясь между невидимой или видимой, тут от аномалии зависело, смертью, монстры уходили от возмездия лишь для того, чтобы собраться и вернуться ещё большей стаей.

Но куда большей проблемой стали эти самые аномалии. Разведчики, конечно, разведали один из безопасных маршрутов, но едва мы углубились по нему, как выяснилось, что часть аномалий просто исчезла, а некоторые образовались на некогда свободном пространстве.

Благо, узнали мы об этом фактически безболезненно, потеряв один из мелких дронов, круживших вокруг нас по спирали.

И с этого момента скорость нашего движения существенно упала, а мне пришлось вооружиться специальным устройством, в простонародье называемом «мета» от слова метатель.

Небольшое оружие, выполненное в виде духового ружья, было снаряжено крохотными шариками с напылением из орданиума, которые при накачке эфиром провоцировали срабатывание аномалий.

Удовольствие дорогое, но позволявшее выявить, как и обычные аномалии, так и так называемые «подлянки».

Последние имели свойство срабатывать в тот момент, когда какой-нибудь неудачник пересекал её границы, но срабатывала она с приличной задержкой, не давая бедолаге успеть покинуть опасную зону.

Так что, пересев на гравицикл, я уже механически перегонял эфир в пулю, загнанную в патронник, и стрелял по сторонам.

Прямо. Налево. Направо. Вверх. Вниз. Проехать на двадцать метров вперёд. Повторить. И кто говорил, что покорение планеты увлекательное занятие?

Идущие за мной бойцы ставили цветные колышки, обозначая границы обнаруженных аномалий, чтобы двигающийся за нами крупный транспорт ненароком не снёс себе что-нибудь, зацепив бортом или крышей аномалию.

Последние три километра мы подвергались нападению трижды, и так как шёл уже четвёртый, я резонно предполагал, что вот-вот начнётся следующее. И тем не менее, будучи наготове, всё же его прозевал.

Я только отметил очередную аномалию, оказавшуюся от нас всего в семи метрах, как земля заходила ходуном, и вокруг меня, на настоянии пяти метров, выросли каменные стены! Но твёрдыми они были недолго.

Изогнувшись, стенки сомкнулись, и я словно очутился в гигантском яйце. Едва это произошло, как скорлупа завибрировала, и я увидел, как стенки стали покрываться тонкими трещинами, через которые хлынула густая жидкость…

Было слышно, как снаружи по «яйцу» колотят мои бойцы, не рискуя стрелять, чтобы ненароком не задеть меня, но, судя по всему, непонятный монстр обладал поистине непробиваемым даром, так что результата от их стараний было немного.

Что ж, спасение утопающих дело рук самих утопающих. Я извлёк Аспид, при этом не выпуская из второй руки «метатель» и сфокусировав эфир на острие клинка, метнул его в сторону ближайшей стенки. Серп промелькнул, на мгновение разрезав жидкость и растёкся по стенке.

Та, завибрировав, пошла очередной порцией трещин и количество киселя, который в окулярах визира теперь смотрелся словно студень, резко увеличилось, добравшись мне почти до щиколоток.

Индикаторы брони мелькнули красным, но тут же сменили цвет на зелёный, заставив меня напрячься. Пускай программа и престала считать эту дрянь опасной, но все-таки было что-то в начале, что заставило её сработать.

Так что, запрыгнув обратно на гравицикл, я попробовал подняться на нём повыше, но тварь оказалась сообразительной и пустила слизь ещё и с потолкла, так что теперь меня заливало со всех сторон. И, кажется, пятки стало припекать. Или это просто самовнушение?

Но время веселья подошло к концу. По рации сообщили, что, помимо гигантского яйца, в обход аномалий из-под земли поползли новые твари, так что сейчас мои парни занимались тем, что использовали сожравшую меня тварь в качестве прикрытия для тылов.

Визор опять мигнул красным, и теперь я уже точно ощущал неприятное жжение, словно на рану солью посыпали. Щиплет, но терпимо.

А тем временем яйцо уже больше чем на половину наполнилось желудочным соком твари, очередная попытка выстрелить эфиром оказалась бесполезной, а гравицикл, пару раз чихнув, упал вниз, увлекая меня за собой. И по итогу я очутился в студне по самую макушку.

Чую, будь в обычной броне, уже был бы переварен, но тяжёлая была достаточно крепка и пока держалась, так что я недолго думая зашагал вперёд, к ближайшей стене.

Студень почти не оказывал никакого сопротивления, и путь у меня занял считанные секунды. Разговоры по рации пускай и звучали оживлённо, но какой-либо паники я не слышал, подчинённые были опытными и действовали согласно обстановке.

Так что, добравшись до стенки, я сосредоточился на собственном спасении. Закачав эфира в клинок, воткнул в преграду, чуя, как не ведавший преград Аспид с трудом вскрывает шкуру бронированной твари.

Она словно высасывала всю энергию из оружия, сводя мой дар на нет, и тем не менее прежде чем я опустошил своё ядро, сантиметров на десять клинок вошёл в тело твари, где благополучно и застрял, едва кончился эфир.

— Не, ну я так не играю, — раздражённо произнёс я, совершенно не прельщаясь возможностью помереть, будучи переваренным гигантским яйцом.

Тем временем системы брони вновь сработали, обращая отдельное внимание на перчатки, разразившись чередой сообщений.

— Многочисленные деформации бронепластин. Возможна разгерметизация, — снизошёл до голосового предупреждения помощник, и значит, дело реально плохо. Голос я разрешил подавать ему только в самых крайних случаях.

Пока думал, что делать, посмотрел на руку и увидел, что часть металла, очень прочного, между прочим, потеряла свой естественный цвет, став зеленовато-коричневым, причём трансформация была в тех местах, где я передавал эфир на клинки.

— Взрываю! — раздалось предупреждение по рации, а спустя пару мгновений я почувствовал, как «яйцо» тряхнуло.

Похоже, парни увидели телеметрию с моей брони и решили вскрыть скорлупу взрывчаткой. И, судя по всему, безуспешно.

— Новая волна! На скалах «гарпии»! — прозвучал другой голос, и я услышал, как усилился треск стрельбы. Видимо, твари не оценили попытку моих бойцов разбить «яичко», перейдя в массированное наступление.

Броня изменялась все сильнее, и спустя пару мгновений помощник сообщил, что студень проник внутрь. Вот теперь руки реально припекло.

Времени, как и выбора мне совсем не оставили, так что нажав «красную кнопку», образно, конечно, я извлёк из специального контейнера на внутренней части кирасы крупный кристалл тримития.

Очередная команда, ввод боевого коктейля, притупляющего боль и позволяющего мне остаться в сознании при любом раскладе, и я с дикой скоростью начинаю впитывать весь объём кристалла, чувствуя, как ядро трещит по швам от переизбытка энергии.

Мир сначала окрасился в зелёный, потом в красный, а после вернулся к привычным краскам, только очень ярким, словно кто-то выкрутил контрастность на максимум.

Поглощение целого кристалла и последовавшая накачка организма энергии словно встряхнули меня. Жизненные показатели скакнули из жёлтой зоны и тут же обратно, но даже такого краткосрочно допинга хватило, чтобы зарядить аспиды по максимуму, вогнав оба клинка в стенку яйца-монстра, и выпустить энергию наружу.

Руки теперь словно в кипяток опустились, клинки ярко вспыхнули, на мгновение ослепляя, но я почувствовал, как некогда непреодолимая преграда поддается, и я падаю вперёд, устремляясь наружу.

Тем временем избыток энергии словно энергетический луч, продолжал бить вперёд, и я, не в силах его остановить, направил туда, где он точно не сможет причинить вред моим людям, кружащимся вокруг яйца, то есть в аномалию.

Алый поток вонзился в отмеченную колышками «подлянку», и я почувствовал облегчение, замечая, как быстро истекает лишнее из ядра, а после мир в очередной раз вздрогнул.

Ощутил, как меня отрывает от земли и закидывает обратно в скорлупу, спасая от обжигающего ливня из раскалённого песка, что при учёте поврежденных доспехов было чрезвычайный актуально. Но это я додумывал уже позже, когда полностью пришёл в себя, обнаружив, что меня тащат куда-то в сторону.

К счастью, больше всех пострадал именно я. Мощнейший взрыв и жгучий песок изрядно покосили нападавших тварей, но почти не нанесли вреда моим людям. Лишь один из них, находившийся ближе всех, лишился нагрудной брони, но сам отделался лёгкими ожогами.

Но это всё мелочи, самой главной новостью оказалось то, что аномалия, в которую угодил эфир, исчезла.

Это мы заметили не сразу, а спустя пару часов, когда я окончательно пришёл в себя и удостоверился, что отряд готов двигаться дальше.

И каково же было моё удивление, когда, делая «контрольные выстрелы», я не обнаружил «подлянки» на своём месте. Зато трижды всё перепроверив, буквально просеяв землю, где когда-то она находилась, один из бойцов обнаружил кристалл странной формы.

Выглядел он как застывшая паутина, размером с кулак штурмовика. По прозрачным нитям скользили фиолетовые искры, и двигались они в определённом порядке, пускай и по сложной траектории.

Не подпуская никого, я присел перед кристаллом, протянул руку и тут же отдернул её, чувствуя, как из непонятного образования наружу начала рваться энергия.

Даже если брать самый крупный кристалл тримития со склада, который мы добыли за всё время нахождения на Перуне, то этот артефакт превосходил его по мощности, как гоночная машина — самокат.

Так что, поймав брошенный контейнер для кристаллов тримития, аккуратно поместил артефакт внутрь, а для большей верности засунул кейс в ещё один, чтобы не так «фонил», крепко призадумавшись, что же с ним делать, но ничего толкового с ходу на ум не приходило.

Использовать его на себе для прокачки дара было чистой воды безумием. Продать, значит, нужно придумывать о том, как мы его нашли, а это потянет за собой столько неудобных вопросов, что станет только хуже.

Одна информация о том, что я смог уничтожить аномалию, поднимет такую бурю в обществе, что нас может как вынести на гребне волны на вершину, так и снести к чёрту. Неоправданный риск, в общем.

Тем более, второй раз у меня подобный фокус повторить не вышло. Придя в себя окончательно, истратил ещё один кристалл тримития, применив выпущенную энергию на «подлянку», которая располагалась рядом с пропавшей, и получил пшик.

Но тем не менее попробовать стоило, ведь отсутствие результата тоже результат. Успокоив себя этой мыслью, сел на новый гравицикл и принялся прокладывать путь дальше. У меня сегодня по плану ещё спасение рода Жилиных.

Глава 3

Хорс, имперская столица на Перуне

Резиденция Кембеллов

— Добрый день, бабушка, — бледное лицо Дугальда Кембелла расцвело, моментально сменив привычную угрюмость на детскую радость.

— Добрый, добрый, мой мальчик, — проскрипела госпожа Син, не спеша бросаться к сидящему в инвалидном кресле внуку.

Обведя взглядом небольшой кабинет, принадлежащий старшему Кембеллу, женщина, поджав тонкие бледные губы, уставилась своими жёлтыми зрачками на Дугальда.

— Прости, я подвёл тебя, — парень, с нетерпением ожидавший прибытия женщины, тем не менее, и дико боялся этого момента, не зная, как она себя поведёт, узнав о его неудаче. — Но я всё исправлю, клянусь богами!

— И как же ты планируешь сделать это, Дугальд? — госпожа Син стала обходить сидящего в кресле родственника, пристально смотря на него. — Ты — тот, на кого я потратила столько лет. Посвятила в родовые тайны. Я ожидала от тебя совсем других результатов, мой мальчик.

— Это всё проклятая кровь Кембеллов! Это их вина! — воскликнул Дугальд и попытался подняться, на мгновение забыв о своих увечьях. — Их и этого ублюдка Исаева! Если бы не он, то мои территории приумножились, этот старый козёл Кембелл давно бы подох под забором, а я вернулся в род, которому действительно принадлежу!

— Но ты не справился, несмотря на всю дарованную тебе силу, — женщина зашла за спину Дугальда и неожиданно крепко, для такой древней старухи, вцепилась пальцами в шею парня.

Кембелл едва не вскрикнул, но, помня, что эту страшную женщину слезами и мольбами не умилостивить, стиснул зубы, пытаясь не закричать. Вышло не очень. Старая мегера прекрасно знала, куда нажать, чтобы человек испытывал ужасную боль, так что спустя пару секунд Дугальд уже кричал во весь голос, но ни один из его приближенных не посмел войти в покои господина.

— Ну-ну, мой мальчик, не плачь, ты же мужчина, а вам не предстало проявлять подобную слабость даже при самых близких, — спустя десять минут пыток произнесла Син, проведя высохшей, словно пергамент, ладонью, по мокрой от слёз щеке внука. — Ты же понимаешь, что я должна была тебя наказать за твою ошибку?

— Да, бабушка, да. Я всё понимаю! — закивал Дугальд, чувствуя, как отступает боль.

— Вот и отлично, — ласково улыбнулась старушка, заставив сжаться сердце внука. — Тэмин, Соджун, зайдите.

Едва стоило Син тихо произнести имена своих слуг, как тут же открылась дверь и на пороге показались двое невысоких мужчин в обычной имперской одежде без гербов рода.

Но не это удивило Дугальда, он знал, что бабуля предпочитала действовать скрытно и вряд ли прибыла на Перун с официальным визитом, а вот длинные футляры, исписанные древними иероглифами, заставили сердце парня биться словно бешеное. Он знал, что за этим последует, и готов был пережить очередное наказание от бабушки, но только не получить ту силу, что была заключена в больших чёрных пауках, которых достали слуги.

— Ничего, мой милый мальчик, ты справишься, а после исправишь свою ошибку, — взяв одну из собственноручно выращенных тварей, Син положила её на обнаженную грудь парня. — А твоя бабушка проконтролирует, чтобы ты больше не допускал подобных оплошностей.

Дугальд с ужасом смотрел в крошечные зелёные глазки многолапой твари, а та, словно растягивая удовольствие, несколько секунд смотрев в ответ, а после, сверкнув длинными и тонкими клыками, вонзила их в район сердца.

Будущий патриарх рода Кембеллов терпел вечность, целую секунду, прежде чем заорать от обрушившейся боли, ощущая, как расплавленный свинец заменяет его кровь и трансформирует его тело в нечто иное.

* * *

Территория Жилиных

Перун

— Вот на скольких планетах уже побывал, и всё равно каждый раз природа найдёт, чем удивить, — Леонов, выбравшись из бронетранспортера, подошёл ко мне.

Скала, на короткую приземлился модуль Жилиных, вблизи действительно впечатляла и подавляла. Огромный блин высотой не меньше четырёхсот метров, изуродованный аномалиями, но выглядящий неимоверно крепко даже на глаз. Впрочем, неудивительно, учитывая, сколько орданиума должно быть скрыто в его недрах.

— Думаю, сверху вид ещё круче, так что приступаем! — ответил я, в последний раз стреляя вверх из «меты».

Крошечная болванка пролетела метров пятнадцать вверх, а после над нами расцвёл фиолетово-красный купол.

Отлично, значит, сверху мы прикрыты, а то достали эти местные «пернатые» с невероятно твёрдым клювом. Пока ехали, успели обзавестись парочкой дыр в броне, хорошо, хоть не проткнули никого насквозь.

Платформа с буром подъехала к одной из стенок утёса, приглянувшейся Клаусу, и, немного повозившись, мы спустили с транспорта механизм.

Процесс сам по себе был не сложный, вот только каменный пятачок, на котором приходилось работать, был совсем крохотный, и все разом там поместиться не могли, так что основная нагрузка легла на Шпильку с её чудо-костюмом.

Тем временем остальные бойцы так же не сидели сложа руки, возводя укрепления и копая траншеи между аномалиями. Чую я, что стоит нам только включить бур, как в гости явятся местные обитатели.

Была мысль использовать куб-приманиватель, но лишний раз «светить» подобной технологией я не хотел, так что решил приберечь её на самый крайний случай.

— Всё готово, командир, можно приступать, — доложила мне Андерсен, вертя в руках пульт управления.

— Давай, — я кивнул, и девушка принялась щёлкать тумблерами на панели управления.

Бур издал дикий скрежет, впиваясь ротором в скалу, и оттуда повалили клубы пыли, а по броне застучали мелкие камушки. Я посмотрел на нашего механика, но та махнула, мол, всё в норме, и, нажав очередную кнопку, поддала «газу».

Аппарат ещё сильнее затрясся, переходя на ультразвук, но вперёд двинулся куда бодрее, оставляя после себя дырку в скале диаметром метра в четыре.

Тесновато, конечно, но выбора особого не было, более крупное оборудование стоило куда дороже и привлекло бы куда больше внимания.

— Контакт. Вижу первых тварей. Наземники. Летуны тоже объявились, но сквозь аномалии нападать не рискуют, — по рации раздался голос командира отряда, оставленного прикрывать наши тылы, а спустя семь секунд раздались выстрелы и взрывы. Минами мы запаслись в дорогу изрядно, так что засеяли ими всё, до чего смогли дотянуться.

— Игорь, тут Жилины на связь вышли, у них, кажется, очередные проблемы, — Леонов высунулся наполовину из бронетранспортера. Зачем, непонятно. Рация работала исправно. Неймётся, похоже, старому, кулаки чешутся.

— Давай выводи на меня, — приказал я, приглушая в броне внешние звуки, а спустя мгновение передо мной появился Иван Жилин.

— Добрый день, господин Исаев, — барон, как и прежде, был исключительно вежлив, и, несмотря на то что у них случилось, что-то явно нехорошее, грубить и истерить не спешил.

— Здравствуйте, Иван Артёмович, — поприветствовал я его. — Хотя, судя по тому, что у вас на плече висит автомат, а позади суетятся люди, добрым его назвать можно с большой натяжкой.

— Действительно, — кивнул он. — Возникла очередная проблема. С нижних уровней полезли твари, причём в немалых количествах. Мы уже обрушили несколько тоннелей, но если продолжим так делать, то добираться вы до нас долго будете.

— Есть один вариант, но только если вы готовы рискнуть, — я задумчиво посмотрел на мужчину. — Среди тварей много одарённых?

— Докладывают о пятерых, но это только те, кого смогли обнаружить и уцелеть при этом. Предлагаете использовать нас в качестве приманки? — тут же сориентировался Жилин. — В принципе, вы можете обвалить внутренние проходы, направив их вглубь базы на нижние уровни, но нам необходимо время, чтобы перенести часть турелей туда.

— Надеюсь, вы понимаете, что если нас что-то задержит по пути, то вас просто сметут? — уточнил я на всякий случай.

— Тогда вам просто нужно успеть вовремя, — безразлично пожал плечами Иван, только что подписав на верную смерть часть своих людей. Возможно, что и себя тоже. — Так что нам не стоит терять время. До встречи. Надеюсь, скорой.

Попрощавшись с Жилиным, направился в сторону образовавшегося тоннеля, попутно слушая командную частоту.

Разбушевавшееся зверьё пёрло на заграждения с упорностью, граничащей с безумством, но сквозь грамотно построенные минные поля добирались единицы. Да и те под шквальным огнём даже дары применять не успевали, так что за тылы можно было не переживать. Выходит, осталось разобраться с одной-единственной проблемой.

Пройдя по уже укреплённой тонкими, но прочными балками шахте к рычащему механическому «чудищу», по рации позвал Клауса, контролирующего движения бура и не дававшего уйти с проложенного маршрута.

— Игорь Владиславович? Пока всё идёт по плану — подойдя ко мне, доложил геолог. Он выглядел слегка озадаченным. — Правда, порода тут оказалась гораздо прочнее, чем рассчитывали, но бур хорош, надёжный, так что особой потери в скорости нет. Даже слегка увеличили, только Андерсен переживает за своего подопечного.

— Звучит отлично. Сколько по времени займёт выход к ДМ?

— Часа четыре, может, пять, но вряд ли больше. Я думаю мы сможем обойти крупные пустоты… Б**, ну можно же поаккуратнее! — выругался мужчина и стряхнул с планшета, который держал перед собой, остатки мозга «обезьяны».

— Если такой умный, попроси своих братьев по разуму, чтобы вылезали из своих дыр, предварительно согласовав с нами, — огрызнулся один из бойцов, который метким выстрелом приговорил тварь, решившую высунуть лишнюю часть тела из норы из обвалившейся стенки. — Огнемётчика сюда, тут хвосты подпалить нужно.

Мимо нас прошагал боец с тяжёлыми баками за спиной и, рассмотрев небольшую пустоту, которую не смог запаять бур, воткнул туда раструб огнемёта и нажал на спусковой крючок.

Вылетевшая смесь мгновенно вспыхнула, выжигая нору на добрый десяток метров, если там, конечно, столько было.

Датчики брони тут же сообщили о падении кислорода в пробитой шахте. Даже страшно представить, что ощущали мартышки в самом лазе. Кажется, даже сквозь толщу породы я слышал их вопли.

— Клаус, у нас небольшие корректировки, — повернулся я обратно к геологу. — Идём максимально быстро, пробиваем путь в пещеру, где Жилины впервые столкнулись с одарёнными «макаками». Насколько это сэкономит нам время?

Изначально я планировал копать в обход, пробивая один слой орданиума за другим, медленно, но верно, но, если в ближайшее время мы не отвлечём «обезьян» от этого рода, спасать будет некого, а в моём «личном деле» появится первая хреновая метка.

Пускай вслух меня обвинить в неудачной операции никто не посмеет, но осадочек, как в том древнем анекдоте, точно останется. Да и не люблю я проигрывать, особенно там, где можно получить прибыль.

— Часа в два с половиной уложимся, — нахмурился мужчина. Идея лезть в логово тварей его явно не прельщала. — Если разгоним бур, уложимся в два, но с Андерсен сами разговаривайте.

— Куда она денется? — сурово произнёс я, направляясь к фигурке, точнее, фигурище, заметной даже в облаке пыли.

Крис с грустью посмотрела на вгрызающуюся в скальную породу машину, но спорить действительно не стала, пообещав выжать из бура всё возможное.

И тем не менее, несмотря на все старания девушки, к пещере мы вышли лишь через два с половиной часа, попутно вскрыв ещё одну, поменьше. Из-за которой, собственно, и произошла задержка.

Бур, способный сканировать перед собой лишь на небольшую дистанцию, сообщил об обнаруженной пещере и, пробив её стенку остановился. Режущие кромки раскрылись будто лепестки, позволяя увидеть, куда же мы попали.

Пещера оказалась красивой и, судя по всему, опасной. И если первое было обусловлено множеством кристальных друз, которые причудливо переливались в свете прожекторов, то вот шевелившаяся масса на полу пещеры, отдалённо напоминавшего чашу, отвечала за второй пункт.

Стоило нам только выбраться наружу, как из непонятной жижи на поверхности показалась голова, действительно с натяжкой смахивающая на представителя семейства обезьяньих.

Широкая морда, обросшая коричнево-красным мехом, которая сейчас в свете фонарей блестела из-за толстого слоя слизи, была направлена в сторону, словно тварь смотрела на кого-то другого, но я, определённо, ощущал внимание, исходящее от неё.

Существо тем временем поднималось медленно, рывками, будто снизу его периодически подталкивали, и давало рассмотреть себя со всех сторон.

Некогда мощное, грузное тело сейчас смотрелось изможденным, а ниже пояса виднелись многочисленные рваные раны, явно несовместимые с жизнью, уж больно хорошо было видно торчащие тазобедренные кости.

И тем не менее, когда подземный «зомби» полностью показался на поверхности, он необычайно шустро помчался в нашу сторону, даже не думая проваливаться в ту лужу дерьма, из которого выбрался.

Более того, следом за ней стали всплывать и другие твари. Причём не только «обезьяны», но и какие-то огромные тараканы, жуки, даже безглазая рыба, размахивая плавниками, взвилась в воздух, чтобы через пяток метров упасть и вновь появиться. И лишь одно объединяло их, все они были в разной степени сохранности.

Впрочем, время любования подошло к концу и настало время поработать. Прущий на нас мёртвый зверинец огнемётчик встретили стеной огня, а в центр озера полетели гранаты. Морозова, наверняка, мне потом мозг проест за то, что не захватил пару образцов «живьём», но время поджимало, и аккуратно действовать не получалось.

И всё же, несмотря на то море огня и боли, что мы принесли с собой, тварь, засевшая в глубине жижи, не сдавалась. Я, наконец, смог нащупать тонкие нити эфира, идущие от прущих на нас монстров и уходящих в центр озера.

Обугленные туши, управляемые словно марионетки, продолжали рваться вперёд, даже потеряв большую часть тела. Мимо меня проскакало одноногое существо, чей прежний облик было уже трудно представить, и со всего размаху ударилось о броню бойца справа, обдав волной пламени. Эффектно, но неэффективно.

Пещера, залитая огнём и пляшущие в нём твари, создавали впечатление ада, разве что котлов не подвезли. Да и мы тут добровольно оказались, а у местных «чертей» вилы отсутствовали. Зато присутствовали рога, копыта и ещё много чего.

Располовинив очередной труп шестиногой крысы размером с волка, я с неудовольствием смотрел на таймер. Шёл уже второй час, и по плану мы должны были уже выйти к главной пещере. Время стремительно утекало.

Жилин пару раз выходил на связь, и по напряжению в его голосе можно было понять, что им сейчас ой как нелегко. Мимоходом обронив, что они почти потеряли нижний уровень и половину второго, он уточнил наше положение и немного приуныл, узнав, что до главной пещеры мы ещё не добрались.

Слушая вполуха его голос, понял, что патриарха всё же прижало. Перехватив взмахнувшую лапами-клинками гусеницу, вонзил Аспида в то место, где у неё должна была быть голова, вспарывая протухшее мясо.

Не встретив сопротивления, оружие рассекло туловище, и наружу вывалилась требуха, тут же запёкшаяся в раскаленном воздухе. И тем не менее тварь продолжала дёргаться, стремясь обвить меня и сковать движения.

Пустив порцию эфира, отсёк нити, тянущиеся от кукловода к марионеткам, на мгновения лишая его управления. Но это было ненадолго, чёртовы нити были чрезвычайный прочные и, как назло, огнестойкими, так что вся эта биомасса скоро вновь придёт в движение.

— Андерсон, выводи бур в пещеру, Клаус, укажешь направление. Первое звено, прикрытие техники, третье и четвертое, в оборону, второе, со мной! — раскидывая метки командирам звеньев, раздал я приказы, одновременно с этим поглощая кристалл тримития и заряжая аспиды.

Вспыхнувшее на клинках марево вновь начало фокусироваться на остриях, но я не дал этому произойти, распределив эфир по всему лезвию. Один взмах, второй, и сорвавшиеся широкие дуги проложили небольшой коридор в прущих на нас тварях.

Ступая по залитому кровавой жижей полу, от которого уже поднимался пар, я ломился вперёд, к центру чащи, где по-прежнему бурлило прозрачно-коричневое озеро.

Инфракрасные камеры при таком пожарище были абсолютно бесполезны, и мы давно перешли на обычные фонари, встроенные в костюмы, да и света от пламени было предостаточно, и сейчас гроздья кристаллов, причудливо преломляя попадающие на них лучи окрашивали стены пещеры в причудливые тона.

Так что пока добирался до озерца-кукловода, оно успело сменить с десяток цветов, и нырял с разбегу я уже в изумрудную бездну.

Следовавшее за мной звено, остановившись на пяточке возле обрыва, разом залило напалмом бурлящую поверхность озерца, превращая её в спёкшуюся корку, а я стал погружаться, хотя вернее было сказать, протискиваться сквозь десятки, а то и сотни тел всякой местной живности скрепленной между собой той самой жижей.

— Командир, мы развернули эту неповоротливую скотину! — раздался голос Шпильки, перемежаемый помехами. — Выходим на маршрут, можете возвращаться.

— Двигайтесь вперёд! Первое и третье звенья, двигайтесь с буром. Четвёртое, прикрывайте проход. Второе, готовьтесь выдергивать по команде либо через две с половиной минуты! — отдал приказы я, продолжая погружаться-двигаться вперёд.

Будем надеяться, меня услышали. Несмотря на небольшое расстояние, то ли тело, то ли само озеро здорово мешало связи, а мои сенсоры и вовсе отключились, едва я ушёл «под воду» больше чем на пару-тройку метров.

И сейчас я двигался вперёд, ориентируясь лишь на ярко пылающее, словно небольшое солнце, эфирное ядро, которое, без сомнения принадлежало озерному кукловоду.

Связь с поверхностью порвалась окончательно, зато я прекрасно слышал, как скребутся о внешнюю броню твари, оживавшие при моём приближении. Выведенный в угол таймер отсчитывал секунды, и я уже на полном серьёзе начал переживать, что не успею добраться до ядра за отведённые четыре с половиной минуты.

На визор шлема присосалась какая-то дрянь, пытаясь своим изогнутым клювом проковырять дыру в неимоверно прочном стекле, и, судя по вспыхнувшим сообщениям, на пару микронов оно тоньше стало.

Но вот мои ноги, облачённые в тяжёлые ботинки с лязгом, стукнули о каменное дно чаши, возвестив о том, что я почти достиг цели.

Чёртов долбоклюй помимо того, что поцарапал мне броню, ещё и камеры перекрыл, но сейчас я ядро чувствовал чуть ли не всем телом, так что мог найти его и с закрытыми глазами.

— Пятьдесят четыре секунды… Пятьдесят три…Пятьдесят… — заговорил помощник, а до центра твари оставались считаные метры.

Шаг, ещё шаг, а тела тварей, подвластных своему кукловоду, стали смыкаться вокруг меня всё сильнее и сильнее, сковывая с ног до головы.

— Надо же, сообразил, наконец, — раздражённо произнёс я, прикасаясь заряженным аспидом к броне и пуская эфир по внешней оболочке.

Сенсоры и датчики брони протестующе взвыли, сообщая о мелких повреждениях, но очищающее пламя мгновенно спалило оплетавшую меня биомассу, даруя пару свободных метров.

Рывок вперёд, и я чувствую, как натягивается трос, которым я был пристёгнут к одному из бойцов на поверхности. И тут же почувствовал толчок в обратную сторону. Блин, парни решили, что это сигнал!

Упёршись ногами в скалу, перенаправил энергию на ноги и резким прыжком, разрывая нахлынувшие на меня полуразвалившиеся тела на мелкие куски и вминая их в более свежие, вонзил клинок в светящееся и обжигающее ядро кукловода.

В руку отдало так, будто пьяный слон лягнул. Треснувший кристалл озёрного кукловода, используя аспид словно проводник, в мгновение ока затопил меня своей энергией, едва не лишив сознания. А может, и лишив, так как я спустя лишь пару секунд осознал, что меня тянет куда-то вбок и наверх, а в ушах слышался голос командира второго отделения.

— Тащим его! Судя по всему, живой, только молчит чего-то. Быстрее, мать вашу, пока его там совсем не завалило.

И действительно, стоило мне только убить эту тварь, как озеро стало иссыхать, превращаясь просто в обычную могилу, а непонятная жидкость просто утекала куда-то вниз.

По итогу, вытаскивали меня раза в три дольше, чем я погружался, зато отдохнуть успел и привести мысли в порядок, так что, оказавшись на поверхности, сразу же направился вслед за буром, успевшем проложить приличную шахту, лишь в одном месте напоровшись на жилу орданиума.

По итогу, стоило только Клаусу ещё раз сориентироваться, выяснилось, что мы совсем недалеко от главной пещеры, так что до Жилиных было, считай, рукой подать.

Выделив время на небольшую передышку и пополнив боезапас, дал команду Шпильке вновь запустить бур, сломав небольшую перегородку, отделявшую нас от «стойбища» обезьян.

Едва бур выбрался наружу и в очередной раз распахнул створки, как мы тут же высыпались наружу, используя ту же тактику, что и в пещере с озером, то есть заливая огнём всё доступное пространство.

Стоило только пламени вырваться из сопел огнемётов, как огненные цветки закрутились, образуя вихри и следуя порывам мощного ветра двинулись обратно на нас.

— Умная «мартыха» на час, потолок! — сориентировался один из бойцов, меняя огнемёт на щит с мечом и ставя общую для всех метку на визоре.

Я пригляделся и увидел в указанном месте висящую вниз головой обезьяну, сжимающую в руках приличных размеров труп собрата из головы, которого шли потоки воздуха.

— Твою мать, он, что, эфир из твари выкачивает? — неприятная мысль кольнула меня, но руки уже действовали на автомате.

Выхватив пистолет, усиленный кристаллами тримития, вначале превратил в кровавые брызги «батарейку», а после и самого любителя приносить своих же товарищей в жертву.

Стена пламени, едва не докатившаяся до наших позиций, замерла, но сквозь неё, обжигаясь и вопя от боли стали прыгать крупные обезьяны, размерами могущие поспорить с моими бойцами, облачёнными в тяжёлую броню.

Но, как ни крути, на нашей стороне было преимущество в огневой мощи и опыте, так что едва стоило мне обезглавить ещё одну одарённую мартышку, имевшую наглость даром поднимать и метать в нас огромные булыжники, как запал местных обитателей иссяк, и они, вопя и скача по стенам, принялись улепётывать, прячась в многочисленные норы.

— Второй и четвёртый, все доступные отнорки залить напалмом. Шпилька, Клаус, выжмите из бура всё, даже если он загнётся после этого! Чтобы уже через полчаса я одной рукой здоровался с Жилиным, а второй проверял счёт, на котором прибавилось изрядное количество нулей, — размозжив череп «каменной» мартышки, достал приличного размера кристалл эфира.

Блин, а ведь даже если учесть, что я попортил кристалл болотного кукловода, разрубив его на части, то даже в таком состоянии он должен стоить неприлично дорого. Вот же ж дилемма, включить в договор право на пещеру или продать информацию Жилиным?

Тем временем бур пересёк огромную пещеру и врубился в остатки прохода, который совсем недавно обвалили люди Жилина. То ли из-за этого, то ли Андерсен и вправду запустила бур на износ, но скорость прокладки шахты возросла существенно, и мы двигались за ним едва ли не бегом.

И что самое приятное, на всём оставшемся пути, нам не повстречалась ни одна мартышка. Но это радостно для нас, а вот для Жилина и его людей это означало только одно, основная масса тварей сейчас пёрла на них.

И тем не менее, пускай мартышки и проявляли «зачатки» разума, всё же они остались животными, не догадавшимися выставить дозорных, и наше появление позади них стало для местных аборигенов, даже одарённых, неприятным сюрпризом.

Едва пробившись в самый нижний уровень ДМа, мы очутились ровно за спиной одарённых тварей, поддерживающих своих обычных собратьев с тыла.

Моментально сориентировавшись, пристрелил тварь, что попыталась, используя дар исчезнуть в тенях, но не успела на считаные секунды, вначале лишившись задних лап, а после и головы. Жаль, конечно, кристалл, но промедление в данном случае означало чью-то жизнь.

Следом за ней последовала ещё пара монстров, один из которых каким-то навыком кидала на баррикады простых тварей. Стоило только ей помереть, как обычные мартышки повалили обратно, подставляя спины турелям Жилиных, бьющих без промаха.

В общем, это сражение пускай и длилось дольше остальных, но вышло куда легче. В нём даже Клаус отличился, умудрившийся пристрелить из именного пистолета, который ему вручили штурмовики после разведки в лесу, пару обезьян.

Лишь Шпилька всё это время провела у бура, стараясь не смотреть на побоище, но с её историей это понятно. И всё же надо будет с ней поговорить, не хотелось бы чтобы она вновь замкнулась в себе. Но это после, а сейчас…

— Я знал, что вы сдержите своё слово, — переступив через очередной труп макаки, произнёс Иван Жилин, протягивая руку.

— Иначе быть и не могло, — кивнул я, отвечая на приветствие. — А уютненько тут у вас.

Иван непонимающе оглянулся, осматривая длинный коридор, устланный трупами тварей и с выщербленными от пуль стенами.

— Тепло и мухи не кусают, осталось только «кротов» вывести, и база будет просто ещё той конфеткой, о который многие зубы обломают, — я пнул в сторону тушу твари с длинными когтями. — Но об этом позже, а сейчас, думаю, нам стоит побеспокоиться о ваших людях и сообщить моим, что они могут начать поднимать припасы.

Глава 4

Исаевск

Перун

— Игорь Владиславович, при всём моём уважении, я тебя не понимаю! — перечёркнутое свежим шрамом лицо Ивана Жилина выражало удивление. — Тебе предлагают условия, за которые другие соседи, как моего, так и вашего сектора…

— Убили бы? — усмехнулся я, потянувшись в кресле, а после налил себе очередную чашку кофе.

Разговор был неформальный, насколько это могло быть между двумя патриархами, так что некоторые нарушения этикета были допустимы.

— Иван Артёмович, ты сам ответил на свой вопрос. Мой род и так некоторым личностям стоит поперёк горла и стоит только им прознать, что я начал приторговывать орданиумом, причём, прошу заметить, высококачественным, как на меня навалятся даже те, о ком я не слышал.

— Но за вырученные средства вы сможете нанять охрану, — с сомнением произнёс мужчина, уже сам понимая нестыковку в сказанном.

— Ага, круговорот бабла в природе, — рассмеялся я, но миг спустя сделал серьёзное лицо. — Чем больше я продаю орданиума, тем больше охраны нужно и тем больше на меня будут обращать внимание. И это я ещё не говорю о том, что среди этой самой наспех нанятой охраны будет куча непроверенных людей. Так что, думаю, предложенный мною план будет наиболее оптимальным для всех нас. Ну и безопасным, само собой.

— Это затянет торговлю, а мы ещё больше будем вам обязаны. Хотя, казалось бы, куда ещё больше, — недовольно протянул Жилин.

— Контракт читали, уважаемый патриарх? — спросил я, уже не скрывая усмешки.

— Читал…

— Ну и чего тебе ещё надобно, Иван? — уже напрямую спросил я.

— Условия там слишком мягкие. Ты и твои люди полезли в самое пекло, хотя просто могли подождать, пока нас сожрут и занять пустую базу, — ответил Жилин. — А теперь ты просишь меня всего лишь обеспечить поставку руды и оплату за охрану посадочной площадки на границе территорий. Остальные рода меня просто не поймут.

— А тебе не пофиг, что о тебе другие подумают? — теперь уже удивился я. — Особенно после того, как часть так называемых добрососедей тебя попросту кинула? Я бы на твоём месте, через месяцок-полтора наведался в гости к особо наглым, пояснил, что плохо отказывать соседям в просьбах о помощи.

— Не все привыкли быть изгоями, уж не сочти за оскорбление, — без обиняков ответил Иван. Всё же с ним, несмотря на разницу в возрасте, было легко общаться, словно со старым приятелем. — Иногда приходится быть более гибким в планах взаимоотношений, как бы отвратительно это ни звучало.

— Ну тут я бы мог с тобой поспорить. Раз прогнёшься и всё, с колен не встанешь, — возразил я. — Ладно, думается мне, что эта тема больше подходит для разговора за обеденным столом. Контракт подписывать будешь или ломаться продолжишь, словно выпускница на балу?

— Шли бы вы, барон! — мужчина гневно махнул рукой, а после приложил палец к считывателю, и спустя секунду мне пришло сообщение о том, что контракт между родами Исаевых и Жилиных заключён. — Когда приедешь?

— Думаю, дня через два. Хиго обещали обеспечить подвоз материалов, к тому моменту мы уже успеем смастерить временную площадку для дирижаблей, и процесс пойдет куда быстрее, — я прикинул сроки, вроде пока выходило нормально. Должен успеть всё проконтролировать до своего убытия в Хорс. — Тоннель обезопасили?

— Угу. Пришлось заливать тройным слоем бронебетона. В одном месте мартышки умудрились пробиться, но мы успели засечь прорыв и спалили их к чёртовой матери, — Иван потёр пальцами кончик подбородка, как раз там, где заканчивался шрам. — Чую, скала под нами полна сюрпризов. Одна пещера с озером из разлагающихся трупов чего стоит. Тот ещё ларчик с сокровищами мне достался.

— Ничего, не будешь тормозить, род твой станет куда могущественнее, — успокоил я собеседника. — Кстати, если ты против не будешь, я к тебе пару отделений рекрутов во главе с Леоновым пришлю? Помогут в зачистке тоннелей, заодно и потренируются боям в замкнутых пространствах.

К чести Жилина, сразу положительный ответ он давать не стал, иначе я бы в нём немного разочаровался. И всё же, взвесив все «за» и «против», он дал согласие.

— Отлично, тогда ждите их к вечеру, — ответил я, мысленно перебирая состав, который следовало отправить. — И раз всё порешали, тогда до связи, пойду — обрадую Леонова.

— Как твои доберутся, наберу, — кивнул Иван и выключил связь.

Допив остывший кофе, посмотрел на коммутатор. Несколько сообщений, но ни одно не было срочным, так что, встав из-за стола, прошёл в спальню и, усевшись на кровать, решил уделить пару часов тренировке с эфиром.

За всё время, проведённое на планете, мой потенциал изрядно возрос, и это стало заметно даже невооружённым взглядом, так что в ближайшее время не мешало бы озадачиться сдачей зачета на следующую ступень.

К сожалению, данная процедура была обязательной, согласно законам Империи, которая с какой-то маниакальной одержимостью стремилась хоть как-то контролировать одарённых и быть в курсе их прогресса. Так что, пока кто-то излишне ретивый не настучал в канцелярию, нужно будет посетить станцию. Заодно родных проведаю.

Закрыв глаза и отстранившись от внешних раздражителей, сосредоточился на эфирном ядре, что так изменилось за последнее время. Увеличившись в размере, оно ещё теснее слилось с физической оболочкой, так что, думаю, ещё пара ступеней, и уже невозможно будет понять, где оно заканчивается и начинается тело.

Полюбовавшись с минуту на ярко светящееся сосредоточие эфира, стал проваливаться ещё глубже, стараясь вспомнить то ощущение, что возникло, когда чужой эфир кукловода хлынул внутрь меня.

В голове возникли образы различных тварей, которых медленно переваривал этот монстр, поглощая их энергию и постепенно разрастаясь. Бр-р-р, какое же мерзкое ощущение.

И тем не менее, что-то полезное можно было подчеркнуть и из этого, правда, вывернув наизнанку. Из-за постоянных битв я в основном прокачивал навык фокусировки эфира, либо напитывая эфиром клинки, либо посылая лучи чистой энергии во врагов.

Но я же мог не только калечить, но и исцелить, и этот навык сейчас значительно отставал, тем более, что в бою он был неудобен, так как требовал постоянного контакта с раненым. Но после встречи с озёрным кукловодом у меня возникла интересная мысль.

Сосредоточившись, выпустил эфир, словно готовясь в атаке, и вытянул его в небольшую, не больше полуметра, нить. Её поддержание требовало приличной концентрации, но я пошёл ещё дальше, меня полярность эфира, превращая убийственную энергию в целительную.

Получилось это с попытки «надцатой», когда запасы внутреннего эфира были изрядно истощены и я уже было подумал прекратить тренировки на сегодня. В голове гудело, руки покрылись волдырями, но в последний момент цвет нити сменился с красного на зелёный, а жжение в ладонях сменилось приятной прохладой.

— Ну наконец-то! — выдохнув, едва слышно произнёс я, открывая глаза. Естественно, я ничего не увидел, так как целительная нить была слабой, и её мог заметить только очень чувствительный к эфиру одарённый.

Но тем лучше, так как в суматохе боя мало кто обратит внимание на столь слабые лучи энергии, лишь будет в недоумении, почему мои бойцы не падают от смертельных ран. Главное — вовремя вливать в них эфир да самому использовать кристаллы тримития.

Встряхнул головой, окончательно приходя в себя, и посмотрел на часы. Присвистнул. Неплохо так посидел, считай полдня. Проверил коммутатор, убедившись, что ничего срочного не произошло и город живет своей жизнью, не требуя моего сиюминутного вмешательства.

Так что с чистой совестью приняв душ и сходив в столовую, которая по-прежнему функционировала, несмотря на то, что в городе уже открыли небольшой трактир, решил первым делом заглянуть в лабораторию к Морозовой. Тем более, как я узнал у Гюнтера, именно там Астрид последние дни проводила большую часть времени.

— Так осторожнее, осторожнее говорю! — едва зайдя в лабораторию и услышав настороженный шепот Морозовой, потянулся к пистолету. — Не провоцируй его! Блин, он из клетки выбрался!

— Да вижу я, не отвлекайте, пожалуйста! — голосок Астрид звенел от напряжения, но страха я в нём не ощущал, тем не менее, стараясь ступать как можно мягче, двинулся меж уставленных различными приборами столов в соседнее помещение, откуда шли непонятные разговоры.

— Заставь его присесть, — не унималась Морозова.

Я же, раздвинув прозрачную завесу, первым делом осмотрел небольшое помещение, используемое в качестве зверинца для мелких тварей.

Ничего необычного среди многочисленных шкафов и ящиков замечено не было, конечно, если не считать за таковое забившуюся в угол ассистентку, старающуюся не отрывать глаз от документов на столе, и Морозову со Штейн, облачённых словно пасечники, то есть в большие балахоны и шлема. Разве что их одежда была прошита металлическими нитями и выглядела довольно прочной.

— Он сопротивляется! — Астрид, шагнув в сторону, поправила громоздкий шлем с металлической сеткой вместо забрала и открыла мне вид на крупное, размером с кулак, насекомое, внешне напоминающее богомола, только сиреневой окраски. — Что-то мешает…

Девочка повернула голову в мою сторону, и мелкая тварь, воспользовавшись моментом, прыгнула на неё. Но прежде чем я успел выстрелить, Морозова толкнула Штейн в сторону, одновременно с этим опуская на насекомое увесистую киянку, подозрительно заляпанную зелёной краской.

Ксения, ассистентка Морозовой, оторвавшись от бумаг, громко сглотнула и, позеленев, уставилась обратно в бумаги. Судя по тому, что она не упала в обморок, подобное произошло не в первый раз.

— Ну и кто мне объяснит, что тут происходит? — сдвинув какие-то пробирки в сторону и усевшись на край стола, вопросительно уставился я на двух блондинок.

— Ничего особенного, Игорь Владиславович, эксперименты вот проводим — пряча за спину киянку с прилипшими останками твари, неуверенно произнесла Анастасия. — Госпожа Штейн вызвалась помочь в кое-каких исследованиях.

— Это я вижу. Почему без охраны? — строго спросил я.

— Посторонние люди отвлекают Астрид и сбивают настройку, а у нас и так скоро подопытные закончатся. Вот, ещё на одного меньше стало! — неожиданно перешла в атаку Морозова, видимо, оправившись от испуга.

— Но-но, это я пришёл сюда ругать, а не чтобы на меня ругались, — погрозил я пальцем девушке. — В чём суть эксперимента и какое преимущество он может нам предоставить в обозримом будущем? И не надо мне сейчас про продвижение науки говорить, — остановил я набравшую полную грудь воздуха учёную.

— Скучный вы в некоторых моментах, мой патриарх, — покачала головой Морозова. — Астрид, продемонстрируй, пожалуйста, моему господину, чем мы тут занимаемся.

Молчавшая до этого момента Штейн, на которую порой в моём присутствии накатывали приступы робости, кивнула и повернулась к столу.

Морозова же тем временем открыла одной рукой очередную клетку, выпуская наружу «богомола», а второй по-прежнему сжимала киянку. Боевая девица, что тут сказать.

Насекомое не спешило выбираться наружу, но тут я почувствовал, как в девочке всколыхнулся эфир и потянулся наружу. Но, к моему удивлению, направлен он был не на богомола, а на ту самую мелочь, на исследовании которой был разработан куб-приманиватель.

Раздался едва слышимый стрекот, и богомол, дёргаясь словно сломанный робот, принялся выбираться наружу, правда, на него я смотрел вполглаза, наблюдая в основном за Астрид.

Эфир в теле девочки возмущался, и она с трудом контролировала его, но, если сравнивать нашу первую встречу, она делает определённые успехи. Всё же надо будет её лично потренировать.

Ядро Штейн принялось быстро опустошаться, и у меня мелькнула мысль проверить на ней свою исцеляющую нить, попробовав передать свой эфир, но решил не рисковать. Не время пока ей знать обо всех моих способностях.

— Заставь его подпрыгнуть, — шёпотом произнесла Морозова, на что Астрид кивнула, и я увидел, как богомол оторвал передние лапы от стола и потянулся вверх. Но как-то неуверенно, будто не понимал, что от него хотят.

Штейн напряглась, и я заметил, как на её лбу выступили капельки пота. Ещё мгновение, и её ядро опустело.

Девочка, пошатнувшись, стала заваливаться назад, но я успел её подхватить, а Морозова тем временем расплющила насекомое, посадив мне на мундир зелёное пятно приличных размеров.

— Перенапряглась. Видимо, хотела вас впечатлить, Игорь Владиславович, — произнесла Анастасия, стоило мне усадить Астрид на кресло и снять с неё шлем.

Глаза у девочки оказались закрыты, но дыхание было ровным, а сердце билось размеренно.

— Надеюсь, вы такое не каждый день вытворяете? Не хотелось бы, чтобы Астрид надорвалась, — убедившись, что с девочкой всё в порядке, повернулся к Анастасии. В углу раздалось лёгкое хмыканье.

— Нет, такое впервые, — ответила Морозова, сняв шлем и принявшись стягивать защитный костюм. — Уже четвёртый день опытов, и мы достигли приличных успехов. Что вы на меня так смотрите?

Вот действительно, с чего я бы мог так смотреть на красивую женщину, которая под защитным костюмом оказалась облачена в тонкий обтягивающий комбинезон, мало что скрывающий.

— Что? Знаете, как жарко в этой штуке? Приходится одеваться, как можно легче. Ксения, лапочка, можешь Астрид отвести в комнату? — несмотря на сказанное, девушку явно не смутил мой взгляд, да и, судя по движениям, она давала возможность рассмотреть себя со всех сторон.

— Хорошо, Анастасия Олеговна, — кивнула ассистентка.

Подскочив из-за стола и позвав охранника, она вместе с ним унесла девочку прочь из лаборатории.

— И всё же хотелось бы услышать подробности. Что из себя представляет дар Астрид я примерно в курсе, но при чём тут эти насекомые? — дождавшись, с некоторым сожалением, когда Морозова накинет халат, спросил я.

— Если совсем кратко, то малышка не только считывает эмоции, но и может их пересылать. Правда, это очень затратно, особенно, при работе с разумными и, особенно, для детского мозга, — пустилась в объяснения женщина. — Вот мне и пришла мысль попробовать её дар на животных. Я как раз работала с проблемой генератора-приманки, точнее, с остаточными возмущениями, из-за которых звери продолжают нападать даже после его выключения.

В общем со слов Морозовой выходило, что Астрид пыталась использовать дар на всех тварях, что были в лаборатории, но опытном путём выяснилось, что даже эти самые богомолы не обращали внимание на потуги баронессы Штейн.

Но Морозова оказалась чересчур упертой, так что попросила девочку попытаться воздействовать на одну из особей колонии насекомых. И о чудо, это сработало, правда, с неожиданным эффектом. Мелкая тварь послужила ретранслятором, передав команду сидящему в соседней клетке шестиногому «пуделю».

— Вы бы знали, Игорь, сколько времени я потратила, пока сообразила, в чём причина помешательства этой милой собачки, пытающейся без видимых причин выбить дверцу клетки, — сокрушённо произнесла Морозова, а я вспомнил внешний вид «милой собачки» и окончательно пришёл к выводу, что у нас разное понимание этого слова. — По итогу мы выяснили, что Астрид пока может контролировать только одного жука-ретранслятора, а через него живой организм размером не больше богомола, — девушка кивнула в сторону зелёных клякс, которыми были заляпаны весь стол и часть стены, у которой тот стоял.

— Надо же, как всё вывернулось, — не скрывая удивления, произнёс я. — Я, конечно, понимал, какой дикий потенциал у Астрид, но после такого…

— И это ещё не всё, — улыбнулась довольная произведенным эффектом Анастасия.

— Ну если вы и сейчас сможете меня удивить, то я даже не знаю, — заинтриговано сказал я.

— Благодаря Астрид и её связи с жуками, я нашла способ избавиться от побочного эффекта приманок, — окончательно добила меня девушка. — Как только девочка сможет контролировать достаточное количество насекомых, она сможет с их помощью моментально нейтрализовать всякое возмущение в эфирном поле.

— Насть, ты же понимаешь, что подобная информация не должна покинуть этих стен? — веселье разом слетело с меня, и я почувствовал, что выхожу на офигенно тонкий лёд.

— Конечно, мой патриарх, никто лишний не узнает об этом, — склонив голову, произнесла Морозова, но я слышал в её голосе нотки торжества человека, принёсшего роду пользу, пускай и в весьма отдалённой перспективе.

— Что ж, тогда, думаю, стоит продолжат исследования, только ограничь круг лиц, имеющих доступ к твоей лаборатории, и каждое утро мне доклад о результатах, — спрыгнув со стола, сказал я Морозовой.

Полученная информация требовала, чтобы её разложили по полочкам, а красивая женщина, халат которой то и дело распахивался, этому явно не способствовала.

— Так точно, мой патриарх, — Анастасия крутанулась на месте, и её короткий халат задрался, продемонстрировав упругую попу, хорошо подчёркнутую обтягивающим комбинезоном. — Завтра рано утром предоставлю подробный отчёт.

— Буду ждать, Анастасия Олеговна, — покачал я головой и, попрощавшись, направился в сторону одного из ангаров, где с момента нашего возвращения от Жилиных, хозяйничала Крис, занимаясь одним интересным проектом.

Кивнув в ответ на воинское пришествие бойцам-рекрутам, поставленным на входе в ангар, приложил комм к панели и, дождавшись, когда дверь откатится в сторону, вошёл.

Внутри, к моему удивлению, царил полумрак. Впрочем, это скорее из-за того, что снаружи царил яркий солнечный день, а тут работала лишь часть освещения.

— Крист, ты тут? — позвал я девушку, обходя остов шестиметрового металлического гиганта. — Шпилька, покажись, мне некогда в прятки играть.

— Да сейчас, только… Ой, бли…

Откуда-то сверху раздался голос девушки, а после я увидел падающую с верхотуры Шпильку, неудачно оступившуюся на помосте.

Прыгнув вперёд и, расставив ноги, успел перехватить орущую девушку у земли, но высота была приличной, а падающая Шпилька отнюдь не пушинка, так что, прижав Крис к себе, кубарем покатился по полу, замерев в метре от ступни меха.

— Фух, блин, спасибо, Игорь, — произнесла оседлавшая меня девушка, но раздавшийся сверху скрежет заставил меня сменить позицию, укрывая её под собой.

Секунду спустя справа от меня со звоном на бетонный пол приземлился молоток, а потом что-то прилетело в затылок, и свет погас.

Глава 5

Хорс, столица планеты

Перун

— Почему остановились? — Валентино Феррите обратился к водителю, взяв руку сидящей рядом матери. Та, последние дни, с момента получения сыном титула патриарха, была на взводе, словно ожидала какой-нибудь подлянки со стороны главного рода.

— Передают, что какая-то местная живность умудрилась пробраться в один из магазинов, и ее сейчас выкуривают оттуда, поэтому движение на улице перекрыли, — выслушав доклад из головной машины, сообщил водитель. — Обещают через минут пятнадцать открыть.

— Похоже, даже в столице ещё не скоро можно будет себя чувствовать в безопасности, — откинувшись на спинку кресла, произнёс Валентино, некогда бывший наследник рода Магро, а ныне основатель и первый патриарх рода Феррите. — Не переживай, сестренка, тут такое иногда случается, но обычно обходится без жертв.

— Обычно? — вздрогнула смуглая черноволосая девушка, совершенно не походившая на брата. Кровь предков в ней проявилась особенно сильно.

— Мы же всё-таки на новой планете, случиться может всякое, — ответил парень, мысленно чертыхаясь, как-то неправильно он начал успокаивать Киру. — Но вы в безопасности, это я вам гарантирую.

Девушка с матерью переглянулись, а после посмотрели на своего патриарха, пытаясь не показать на лицах даже тень сомнения в его словах. Но выходило это у них с трудом.

Уж кто-кто, а они-то прекрасно знали характер парня и понимали, что как бы тот внешне ни храбрился, особенно после пережитого, но он по-прежнему оставался тем самым Валентино, что предпочитал избегать проблем, и защитник, чего уж скрывать, из него был такой себе, даже учитывая его дар.

Джоран, крепко сжав руку сына, в очередной раз упрекнула себя, что допускает подобные мысли в сторону главы рода, но как мать прекрасно понимала слабые и сильные стороны своего первенца, и в её душе опять стала подниматься волна тревоги.

— Мам, всё будет хорошо, — почувствовав, как крепко сжала его пальцы женщина, произнёс Валентино и ободряюще подмигнул сестре, сидящей напротив него.

Девушка, улыбнувшись в ответ, отвернулась к окну, с интересом рассматривая невысокие здания, так сильно отличавшиеся от тех, которые строили на её родной планете. Впрочем, теперь этот мир будет для неё домом, хочет она этого или нет…

— Назад! На пол! — услышала Кира крик охранника и тут же почувствовала, как их многотонный бронированный автомобиль, словно пушинку, подкидывает в воздух.

Непристёгнутую девушку бросило вперёд, и она, налетев на мать, вдавила ту в кресло. Машина сделала очередной кувырок, и они уже вместе полетели в противоположную сторону.

Острая боль пронзила правую руку Киры, стоило только машине приземлиться на колеса, а на девушку упасть матери. Но прежде чем им обеим удалось подняться, раздался скрежет, и машина тут же лишилась пассажирской двери, а внутрь салона заглянул обмотанный в какое-то тряпьё человек.

Его голову скрывала маска с намалёванной улыбкой, глаз было совершенно не видно, но Кира каким-то шестым чувством ощутила, что неизвестный смотрит прямо на неё.

Маска лёгким движением отшвырнул Дожран, находящуюся в бессознательном состоянии, на землю и стальной хваткой вцепился в руку закричавшей девушки.

Кира, отбиваясь, повернула голову в сторону брата, надеясь хотя бы на его помощь, но в той части машины, где секунды назад сидел патриарх, образовалась дыра с раскаленными краями.

Снаружи раздавались крики со стрельбой и взрывами, но Маска, не обращая внимания на попытавшуюся атаковать его слабым даром девушку, схватил второй рукой её за густую косу и с силой дёрнул, бесцеремонно вытаскивая из кресла наружу.

У Киры от рывка и последовавшей за ним боли на мгновение помутнело в глазах, и она, будто безвольная кукла, упала на землю.

Безмолвный похититель склонился над девушкой, хватая её уже за горло, но неожиданно замер, а Кира вновь закричала, увидев, как трескается изнутри маска бандита и наружу показывается кончик лезвия.

Девушка замахала руками, пытаясь отодвинуть от себя наваливающийся труп, но тот оказался чересчур тяжёлым и грузно рухнул на хрупкую баронессу.

— Кира… Кира, всё хорошо, всё закончилось, — словно сквозь толстое одеяло слышался девушке голос, в котором она с удивлением узнала брата.

— Я… я в порядке, — девушка на мгновение приоткрыла глаза и поняла, что может дышать свободно, а сама она сидит на асфальте, прислонившись к одному из колёс машины. Встряхнув головой и охнув от всколыхнувшейся боли, сфокусировала взгляд на брате. — О, боги, ты весь в крови! А мама, что с мамой⁈

— Всё нормально уже, нападавших перебили, — хищно улыбнулся Валентино, похлопав по тонкой шпаге, которую раньше Кира воспринимала, как блажь брата. — Маму уже осматривают, пара ушибов, но ничего серьёзного.

— Господин, полиция уже в пути, будет с минуты на минуту, — появился один из личных охранников Валентино. — Насчитали семнадцать трупов, все без опознавательных знаков, но у одного из них была странная наколка в виде песчаного дракона.

— Ну, хоть какая-то зацепка, — задумчиво произнёс патриарх Феррите. — Раненных первыми же машинами в больницу, вокруг дома охрану усилить до особых распоряжений…

Кира с широко раскрытыми глазами слушала брата, которого буквально десять минут назад едва ли могла воспринимать, как настоящего главу рода.

И как он так успел измениться за месяц с лишним? Что на него так повлияло? Или кто?

— Ну а тебе, сестрёнка, вместе с мамой, думаю, лучше будет пока пару недель переждать на наших землях. Там уже успели возвести небольшой посёлок, заодно поближе познакомитесь со своими подданными, — произнёс Валентино, подавая руку сестре. — Как тут успокоится, сможете вернуться. Если, конечно, захотите.

— Да, мой патриарх, — поднимаясь, произнесла Кира, впервые вкладывая в эти слова истинное значение, без какой-либо издёвки.

* * *

Замок Кравцовых

Перун

— Да сядь ты уже! — гаркнул немолодой мужчина на суетящегося перед большим резным столом парня. — Достал со своими истериками.

— Но как? Как так можно было облажаться? — только усевшийся в кресло Константин вновь вскочил и, не обращая внимания на гневный взгляд отца, опять принялся мерить шагами кабинет. — Тоже мне, хвалёные наёмники. Даже девчонку захватить не смогли.

— Я изначально говорил, что план сомнительный, — в очередной раз попрекнул сына бывший патриарх, а сейчас старейшина рода. — Ради одного единственного голоса в совете сектора глупо было так рисковать.

Ситуация, по мнению мужчины, сейчас, после провала плана с захватом заложника и шантажом стала куда плачевнее. Да, их первостепенной задачей было либо уничтожить конкурентов в секторе, либо ослабить настолько, чтобы они плясали под их дудку. И поначалу всё складывалось именно так.

Гибель Вилсонов в полном составе в самом начале высадки, неудачная посадка Кембеллов, замедлившая их развитие, мелкий опальный род Исаевых, который приземлился пускай удачно, но столь малой группой, что ещё полгода минимум должен был осваивать только свои территории.

Связи же с куратором обеспечивали Кравцовым доступ к припасам со станции, пускай с перебоями, но всё же.

Да им даже удалось договориться с Пугачёвыми, сойдясь в некоторых ключевых моментах и заключив устный союз. И вот, когда казалось, что до контроля над сектором рукой подать, неприятности посыпались одна за другой.

Территорию Вилсонов прибирает к рукам Исаев, который при этом ещё и успевает наладить отношения с Кембеллами. Сейчас между ними, конечно, не всё так радужно, но и войной пока не пахнет.

А уж когда объявился наследник рода Магро, у патриарха Кравцовых окончательно сдали нервы, и он решил остановить локомотив под названием Исаев. Но, к глубокому сожалению старейшины, неудачно.

— Голос Феррите мог бы спутать все планы этому ублюдку, — продолжал разоряться Кравцов. — До первого совета осталось совсем немного и нужно думать, как взять контроль над сектором. Если бы этот идиот куратор не наломал дров в самом начале, то и таких проблем не возникло бы.

Константин, совсем недавно ставший патриархом рода, считал себя гением в закулисных играх аристократов, и его отец всегда поощрял подобные действия сына, особенно, когда они приносили пользу роду, пускай это и случалось нечасто.

Но у Старейшины были дурные предчувствия насчёт идеи фикс Кости отобрать земли Исаева, внеся раздор между ним и родами, которые можно считать его союзниками, Кембеллами и Феррите. И как оказалось, они были обоснованными.

С молодым родом они облажались, понадеявшись на то, что, похитив сестру патриарха, смогут надавить на него, не привлекая внимание Исаева, но идиоты-наёмники почему-то вместо тихой операции устроили перестрелку посреди города.

— Ты чего молчишь, отец? — спросил Константин, вернувшись обратно в кресло. — Я знаю это выражение твоего лица. Ты сейчас точно думаешь, стоит ли мне говорить какую-то информацию или нет.

— Видимо, теряю хватку, сын, — рассмеялся мужчина.— На самом деле обдумывал вариант, что наёмников перекупили и подставили, чтобы они специально не позволили нам осуществить наш план и усилиться.

— Мне кажется, ты наводишь тень на плетень, — задумчиво произнёс парень. — Да не, это точно попахивает какой-то паранойей.

— Уверен? А тот случай с наёмниками, что пропали в лесах Исаева? — напомнил старейшина. — Мы же тогда тоже попытались воспользоваться ситуацией, и что?

— И наткнулись на людей, что тоже пытались использовать этот инцидент себе в пользу, — согласился Константин. — Блин, но тебе не кажется, что тогда в таком маленьком пруду чересчур много зубастых рыбин?

— Ну, это пока только предположение, — пожал плечами мужчина. — И тем не менее, сейчас предлагаю больше не торопиться, тем более, как мне стало известно, между Кембеллами и Исаевым усиливается напряжение, которое может вылиться во что-то интересное.

— Хорошо, отец, я тебя услышал…

* * *

Исаевск

Перун

— Да аккуратнее несите! — даже не открывая глаза, я понял, что меня тащат за руки-ноги куда-то вверх по ступеням. Хотя, что там гадать, наверняка, в лазарет к Морозовой. — Эй, блин, куда вперёд ногами?

Да уж, какой век космической экспансии идёт, а суеверия с матушки Земли из нас ничем выбить нельзя.

В голове стоял гул, и мысли текли неспешно. Интересно, чем это таким меня приложило, что я отключился. Тело, благодаря постоянной работе с эфиром, было у меня куда крепче, чем у среднестатистического человека, и я должен был выдержать удар, способный иного убить.

— Интересно, Шпильку там не сильно придавило, — подумал я, вспоминая в руках хрупкое девичье тело.

Пока размышлял, меня с грохотом опустили на твёрдую поверхность, судя по всему, это был стол, и я услышал голос влетевшей в помещение Морозовой.

— Что за срочность? Игорь Владиславович⁉ — тут же подскочила ко мне девушка, и пока я что-то пытался промычать, принялась оказывать помощь.

Перевернув лицом вниз, начала ощупывать затылок, и я, наконец, ощутил в ватном теле что-то, кроме онемения. Да что ж такое-то? Пока Анастасия продолжала колдовать, я взглянул на своё эфирное ядро.

Да уж, судя по тому, что на его дне плескались крохи энергии, я не слабо так выложился, сбросив её считай за секунду. Хотя, с другой стороны, много там этой самой энергии оставалось-то после тренировки?

И тем не менее, когда Морозова опять ткнула своими пальчикам в рану на голове, я зашипел и, невзирая на сопротивление ядра, выжал его досуха, пустив целительную волну по телу.

В голове сразу прояснилось, тело на мгновение наполнилось лёгкостью, которое тут же сменилось болью в районе сердца, но боль эта была привычной, от истощения ядра.

— Может, вы, наконец, перестанете в меня тыкать и дадите просто полежать? — извернувшись, я перехватил я руку Анастасии. — А лучше, принесите пару кристаллов, я себя быстрее сам на ноги поставлю, нечего панику разводить.

— Очнулись! — облегчённо произнесла Морозова, ловко освобождаясь от моей хватки. — А теперь лежите спокойно и слушайтесь врача. А вы можете быть свободны, тут я уже сама как-нибудь справлюсь, — сказала девушка стоящим вокруг бойцам.

Попытался повернуться хотя бы набок, но властные женские руки придавили меня обратно, и я почувствовал, как мне лепят на виски небольшие датчики.

— Не дёргайтесь, мой патриарх, — изменившимся тоном произнесла Настя, едва мы остались одни. Больше нежности, что ли, хотя по опять впившимся в рану пальцам, сразу так и не скажешь. — У вас сильное истощение, и я бы не рекомендовала сейчас злоупотреблять эфиром, возможны побочные эффекты. Так что просто расслабьтесь и дайте мне позаботиться о вас.

— Ну раз ты так настаиваешь, — согласился я с ней. — Как там Крис, с ней всё в порядке?

— Да, видела её в коридоре, бледная, но целая, — успокоила меня девушка. — Закончу с тобой и осмотрю её на всякий случай. Но это, скорее, от нервов.

Провозилась со мной Морозова добрые тридцать минут, наложив пару швов и вколов несколько стимулирующих коктейлей, от которых, несмотря на название, меня резко потянуло в сон.

По итогу, если верить комму, оставленному на стоящем рядом столике, проспал я добрых четыре часа, а, следовательно, сейчас уже был поздний вечер.

Успев мельком пробежаться по полученным сообщениям, убедился, что Леонов с командой добрались до Жилиных без проблем и с ходу включились в зачистку новых тоннелей.

А когда я едва закончил читать последнее сообщение, на пороге лазарета появилась Андерсон собственной персоной.

— Кто ты такая? И что делаешь у нас на базе? — задал я вопрос, едва она переступила порог. — Кто пропустил?

— Игорь, ты чего? Это же я, Андерсен. Ты, что, головой ударился? — ошарашенно замерла девушка. — Ах, ну да. Но не могло же тебе память отбить, Настя об этом бы рассказала⁉

— Просто настоящая Шпилька никогда бы платье не надела, — улыбнулся я, глядя на Крис, одетую в весёленькое жёлтое платье с белыми горохами. — Так что сознавайся, кто ты?

— Придурок ты, барон, хоть и патриарх! — возмущено фыркнула Шпилька, отмерев и подходя ближе к кровати. — И шутки у тебя дурацкие.

— Какие есть! — пожал я плечами. — Сама-то как, не пострадала? Да, присаживайся ты, нечего стоять.

— Целая, благодаря тебе, вот и зашла поблагодарить, — при предложении присесть, Крис непроизвольно потрогала свою пятую точку и поморщилась. — Если бы не ты, меня бы точно тем кожухом придавило, если бы целой осталась после падения.

— Да всегда пожалуйста, — принял я неумелую благодарность. — А отец-то за что выпорол?

— За то, что детали с инструментами не закрепила и едва род без патриарха не оставила. Но в основном, естественно, за второе… — не стала отпираться девушка, гневно сжав кулачки. — Больно между прочим!

— Даже не знаю, что сказать на этот счёт, — Сидорович, конечно, был суровым отцом, но при этом очень сильно любил дочку, так что последнюю порку Шпилька пережила в ранней юности. — Хотя давай руку, отблагодарю за то, что порадовала меня своим видом.

Девушка неуверенно протянула руку, и я, дотронувшись кончиками пальцев до её ладони, направил немного эфира в Шпильку, приглушая боль в пострадавшей филейной части девушки. Рука у Сидоровича была тяжёлая, так, что Крис по-любому пришлось нелегко.

Так или иначе, но на пятой точке Крис не осталось и следа от воспитательных работ отца. Об этом я узнал, когда обрадованная и не слишком закомплексованная девушка приподняла подол платья, чтобы удостовериться в успешности лечения и тем самым продемонстрировала упругую попу в синем ажурном белье. Даже странно, зачем такое надевать, если не собираешься никому его показывать…

— Ой! — вроде бы всё же немного смутившись, девушка опустила подол и поправила платье. — Так, действительно, значительно лучше. И да, кстати, если тебе так понравилось, как я сейчас одета, то в следующий раз просто попроси, и не нужно будет рисковать жизнью, спасая меня.

— Договорились, — улыбнувшись, произнёс я, и девушка, крутанувшись на месте и в очередной раз продемонстрировав красивые ножки, попрощалась и выбежала из лазарета. Вот же неугомонная.

Я же, позволив себе поваляться ещё часок, попутно раскидав несрочные дела, решил, что раз выдался незапланированный выходной, то неплохо было бы все-таки посетить баню, насчёт которой мне в своё время вынес мозг Леонов.

Данное строение было собственноручно возведено бойцами рода и выглядело так, словно её перенесли из стародавних времен. Настоящий сруб из местной древесины, с покатой крышей и небольшой открытой верандой.

Тем не менее, несмотря на внешний вид бани, открыв дверь, я попал в современную раздевалку, оборудованную небольшими шкафчиками. Быстро раздевшись, вошёл в ближайшую дверь, ведущую в парилку.

— Игорь! — раздался возмущённый крик, едва я зашел внутрь.

Да уж, похоже, не я один решил расслабиться перед сном. На ступеньках парной, прикрывшись полотенцем довольно скромных размеров, восседала Морозова.

— Извини, думал, никого нет. На входе бирка не висит, — отвернулся я, порадовавшись, что ещё в раздевалке обернул полотенце вокруг пояса. Не то чтобы я был излишне стеснительным, попойки в Академии от такого быстро отучают. Но негоже джентльмену обнажать шпагу в присутствии дамы без намерения пустить её в ход.

— Видимо, забыла повесить, — уже более непринужденно произнесла Настя, судя по звукам, устраиваясь более удобно. — Но раз так произошло, не против составить компанию? А то скучно сидеть одной, да и Фёдор тут недавно хвастался заготовленными вениками. Говорит, эффект просто потрясающий.

— Никто не желает составить тебе компанию? Вот уж никогда в такое не поверю, — повернувшись, я скользнул взглядом по попытавшейся укутаться поплотнее девушке.

Выходило не очень, с такой-то фигурой, так что, поборовшись ещё немного, Настя просто отвернулась и, подложив полотенце под голову, легла на лавку на живот.

— Крис почему-то отказалась сегодня идти, Ксения баню не любит, а с остальными я как-то не особо контактирую. Ни времени, ни желания нет, —немного поёрзав, девушка легла поудобнее и указала на один из веников, которые я успел принести выжидающе замерла. — Только понежнее, мой патриарх.

Прозвучало это довольно вызывающе, и я подумал, что не мешало бы, пока буду в столице, заскочить в какой-нибудь бар, развеяться, всё же не железный.

Несмотря на все намёки со стороны Насти, переводить наши отношения в горизонтальную плоскость я не спешил, так как это, однозначно, повлечёт определённые осложнения и обязанности, как для меня, так и для неё.

— Конечно, — сказал я и принялся аккуратно охаживать девушку, начиная с плеч и медленно опускаясь всё ниже и ниже.

Каюсь, первое время я, не шибко скрываясь, рассматривал лежащую передо мной девушку, отмечая её красоту, о чём Настя была в курсе, нет-нет, да периодически бросая на меня взгляд.

Веник взлетал вверх-вниз, заполняя небольшое пространство сладким ароматом, ускоряющим сердцебиение. Не удержавшись, я прикрыл глаза, стремясь почувствовать эфир, и увидел, как его небольшие частицы, испаряясь с засушенных листьев, витают в воздухе, а после оседают и проникают в наши с Настей тела.

Неудивительно, что Леонов их нахваливал. Даже таких крох мне хватало, чтобы почувствовать благотворный эффект.

И тут перевёл «внутренний» взгляд на лежащую девушку, на секунду сбившись с ритма. В районе сердца, чуть ниже, я заметил крохотный, не больше ногтя мизинца, трепыхающийся огонёк.

Настя о чём-то говорила, рассказывая о своих неудачах и успехах, о чём-то шутила, а я невпопад отвечал, одновременно пытаясь понять, откуда у неё возникло это недоразвитое ядро. То, что его до недавнего времени его не было, я был уверен на сто процентов.

— Эй, Игорь, ты меня вообще слушаешь? — обиженно спросила Настя, немного приподнявшись на руках.

— А, да конечно, — мотнул я головой. — Переворачиваться будешь?

— Обстановка, конечно, располагает, но не сегодня, мой патриарх, — кокетливо произнесла девушка, усаживаясь на скамейку и набрасывая полотенце на грудь лишь для вида. — Думаю, мне пока хватит. Пойду ополоснусь и спать. Завтра вставать рано. Или ты хочешь, чтобы я тебя попарила? Нет? Ну я тогда пошла. Спокойной ночи, Игорь!

Девушка вышла из парилки, а я озадаченно сел на скамейку пытаясь понять, как она умудрилась обзавестись, пускай и бракованным, но всё же ядром эфира, не имея к этому никакой предрасположенности, да ещё и в таком возрасте?

Глава 6

Центр координации полётов (ЦКП)

Фронтир

— Ну и кто из вас, долбодятлов, может объяснить, куда делись два корабля, один из которых авианосец с двумястами членами экипажа? — задал уже в десятый раз этот вопрос невысокий пухлый мужчина с адмиральскими нашивками.

— Максим Никитич, — поднялся со своего места первый зам адмирала. Пожалуй, единственный человек в зале, способный выдержать гнев начальника. — Вряд ли мы тут сможем что-то решить. Это всё же дело безопасников, они забрали «Сарк» под свою юрисдикцию.

— А то я не знаю. Но пропало больше двухсот человек, а эти тормоза из СБ, без обид, Тимур Николаевич, — адмирал покосился на сидящего в самом углу и что-то записывающего в блокнот майора. — К-хм, так вот, эти идиоты только сейчас решили сообщить! Да как только информация всплывёт, над нами весь Фронтир смеяться будет. Но это я как-нибудь переживу, а вот как мне в глаза родным экипажа «Сарка» смотреть, а? Я вас спрашиваю!

— Обломков на последней известной точке маршрута не найдено, так что, возможно, оба корабля направились к следующей цели, но у них случились неполадки, вышли из строя передатчик, — заместитель начал генерировать предположения, в которые и сам-то не особо верил, но лучше так, чем просто сидеть и слушать ор начальника.

— Завязывай, нечего воздух сотрясать, — наконец, оборвал подчиненного Максим Никитич. — Что по информаторам? Возможно ли, что это было нападение одной из банд? Понимаю, версия так себе, но хоть с чего-то начать.

— Толком ничего. Те, с кем получилось выйти на связь, ничего странного не заметили. Контрабанда, нелегальная торговля, наркота — всё идёт своим чередом, — заместитель посмотрел на СБшника.

Тот не особо любил, когда поднадзорные ему служащие имели хоть какие-то контакты с криминальным миром, но майор был давно на своей должности, так что что-то и мог пропустить или проглядеть. Естественно, совершенно случайно.

— И прям ничего странного? — прищурился адмирал, чувствуя, что зам что-то не договаривает.

— Ну, вроде как поползли слухи о новой банде, которая завелась во втором квадранте сектора, но именно что слухи и как на это реагировать, пока непонятно, — мужчина не любил докладывать непроверенные данные, зная импульсивность своего начальника.

— Новые уроды, говоришь? — принялся выбивать пальцем дробь на столе адмирал. — От старых избавиться не можем, так ещё и новые появляются.

Заместитель лишь пожал плечами, чуя, что спокойные деньки заканчиваются.

— Что ж, объявляйте общий сбор, думаю, пора прошерстить сектор и вытряхнуть всю эту шелупонь с моей территории, — поднявшись, Максим Никитич хлопнул ладонью по столу и обвёл взглядом всё высшее командование ЦКП. — С наместником я этот вопрос улажу.

— Но, Максим Никитич, другим секторам это не понравится, — всё же попытался предостеречь командира заместитель. — Стоит нам начать давить гадов, и они полезут к соседям.

— Ничего, переживут, а может, ещё и в плюсе останутся, под шумок прихлопнув пару-тройку своих зажравшихся уродов, — твёрдо произнёс адмирал. — Так что план операции мне к завтрашнему утру на стол. Пора всколыхнуть это болото!

* * *

Исаевск

Планета Перун

Вопреки поговорке, утро у меня началось именно с чашки кофе. Дирижабль, на котором я должен был отправиться в столицу, задерживался примерно на полтора часа, так что времени мне хватило с лихвой.

О своём вчерашнем открытии с Морозовой я решил пока не делиться, чёрт её знает, как она среагирует и не обнаружу ли я по возвращении, что эта сумасбродка сама себя препарировала. Шучу, конечно, но всё же рисковать хорошим учёным я не желал.

В очередной раз перепроверив список подготовленных к продаже товаров, успел ещё заскочить к Астрид, проверив, как идёт её обучение. Среди переселенцев нашлась женщина, когда-то в прошлом учительница младших классов, которая согласилась позаниматься с девочкой.

С учётом времени, проведённом в бегах, знания Штейн изрядно хромали даже в простейших науках, так что на первое время этого хватит, а когда перевезу в Исаевск семью, уже подумаю о нормальных репетиторах.

В общем, к тому моменту, когда лифт вознёс меня в стальное чрево воздушного судна, первостепенные дела на земле были либо направлены в нужное русло, либо не требовали срочного вмешательства, а значит, можно немного расслабиться и насладиться мирной обстановкой, которую гарантировали Хиго.

Кстати, именно на этом дирижабле прибыли мать и сестра Валентино. Судно высадило их ещё вчера в небольшом городке, который стал бурно развиваться, едва новоявленный патриарх получил титул, а вместе с ним и откупные от отца.

И тем не менее, после звонка Валентино, в ходе которого тот сдержанно рассказал о нападении, я принял решение направить в качестве личной охраны девушки и женщины тройку самых опытных штурмовиков с командой техников, способных провести полевой ремонт.

Как бы цинично это ни звучало, но я был в ответственности за того, кого приручил, и безопасность рода Феррите в какой-то степени была на моей совести. По крайней мере, пока Валентино не станет прочно на ноги и как глава рода, и как мужчина.

Хотя, судя по переданной записи с места нападения, первые шаги на этом нелёгком пути он уже начал.

По поводу расследования нападения, ни Валентино, ни имперская полиция ничего интересного сообщить не могли. На текущий момент, в связи с большим наплывом переселенцев, контроль за каждым посетителем, несмотря на всю натыканную по станции аппаратуру, осуществить было невозможно, и мутных личностей становилось все больше, а уж незарегистрированного оружия и того подавно.

Ну нет, так нет, тем более я не сомневался, что конечной целью всего этого цирка была попытка навредить мне, так что уроды себя проявят рано или поздно. И уж тогда-то я спрошу с них по полной программе.

Само путешествие до столицы прошло тихо и спокойно. Немногочисленные аристо по-прежнему сторонились меня, но были и те, кто рисковал подходить, здороваться и даже заводить бессмысленные беседы.

Конечно, в основном это были мелкие дворяне, которым и так не шибко перепадало уважения от сидящих на следующей ступени могущества, но тем не менее это было приятным звоночком. Значит, всё же мои усилия не напрасны. Я даже умудрился заключить пару мелких, почти ничего не приносящих сделок, служащих скорее для налаживания отношений, чем приносящих реальную прибыль.

В общем, неплохой перелёт получился, так что, выйдя из здания аэропорта и разместившись в заранее заказанном бронированном такси, я ощущал себя в прекрасном расположении духа.

Пока машина ехала к офису Айземанов, с интересом рассматривал, насколько изменилась столица за столь короткий срок. Нет, на город-крепость, готовый в любую минуту отразить нападение какой-нибудь взбесившейся твари, он меньше походить не стал, но вот общая обстановка, да, стала другой.

Улицы заполнила зелень, да и людей стало куда больше. Заработали фонтаны, и я поймал себя на мысли, что не отказался бы прогуляться по вон тому парку, вход в который пролегал через высокие ворота с позолотой, что так ярко сверкала на солнце.

Транспорта тоже прибавилось, как наземного, так и воздушного. Причём в отличие от заказанного мною броневика, хватало и обычных, гражданских моделей, с минимальной защитой. В общем, если отрешиться от грубых очертаний домов-крепостей и турельных гнёзд на их крышах, на мгновение можно было представить, что находишься на какой-нибудь цивилизованной планете.

Переговоры с Исааком Айземаном заняли неприлично много времени, так как мне хотелось продать привезённое подороже и купить необходимое подешевле, ему же всё с точностью до наоборот, и наши словесные баталии продлились до самого вечера.

Хотя, если честно, под конец беседы у меня возникло ощущение, что парню было просто скучно до моего появления, и он решил оторваться по полной, ведь первоначальный ажиотаж спал, поставщики определились с покупателями, и сейчас если и шли баталии, то только между мелкими игроками, которые опоздали к главной дележке.

Впрочем, даже в таком случае я был не в обиде. Торги вышли интересные, и каждый из нас остался в плюсе, как бы странно это ни звучало, а полученный мною урок ведения торговых переговоров так и вовсе был бесценный.

И тем не менее, из офиса Исаака я вышел подуставшим, не в физическом, а скорее эмоциональном плане, так что, усевшись в такси, недолго думая, приказал ехать в ближайший приличный бар.

Сидящие напротив меня охранники, которых я нанял по прилёту у того же рода, что охранял мою семью на станции, переглянулись, и я уловил лёгкое раздражение. Они явно надеялись, что я поеду в снятые номера, а не развлекаться. Ну что поделать, парни, сегодня вам придётся отработать потраченные деньги по полной.

Бар, носивший незамысловатое название «Виртхаус», что означало, если память мне не изменяет — трактир, оказался не баром, а рестораном. Впрочем, водитель утверждал, что я не пожалею, посетив данное заведение.

Расплатившись с ним, накинув ещё сверху за проявленную инициативу, вышел из машины и в сопровождении охранников направился ко входу.

— Добрый вечер, господин… — стоявший у двери швейцар слегка поклонился, но дверь открывать не спешил.

— Барон Исаев, — представился я, внимательно следя за реакцией мужчины в ливрее с вышитым на плече гербом в виде зеленой розы.

Странный герб. Такой трудно забыть, но я хоть убей не помню, кому он может принадлежать. Неужто какой-то новоявленный, наподобие Феррите?

— Моё почтение, господин Исаев, — уже чуть ниже поклонился слуга. — Я приношу извинения, но вынужден вам сообщить, что в Виртхаусе могут находиться только представители дворянского рода и поэтому вынужден попросить оставить охрану за пределами нашего заведения. Род Тихомировых гарантирует безопасность внутри ресторана.

— Господин Исаев, мы можем вызвать машину и подождать снаружи. Тем более, судя по всему, мы тут не единственные такие будем, — кивнул один из охранников в сторону стоянки, на которой стояло несколько машин с гербами. Ну да, эти Тихомировы только внутри безопасность обещают, а вот снаружи…

— Хорошо. Так и сделаем, — кивнул я охране и повернулся к швейцару. — Теперь можно посмотреть на ваше замечательное заведение изнутри?

— Конечно, господин барон, — ответил слуга и чуть тише, от себя, добавил. — Спасибо за понимание.

— Что, часто попадаются те, до кого не доходит? — уточнил я у мужчины, на что тот лишь позволил себе грустную усмешку и, приоткрыв дверь, пропустил меня внутрь.

Да уж, нелёгкая у него работа, отваживать всяких высокородных идиотов, которые считают, что им можно всё. Эта мысль мелькнула и тут же пропала, едва ко мне подскочила хорошенькая блондинка, одетая в чёрное короткое платье с открытыми плечами.

Небольшое ожерелье на шее, золотой браслет на руке и тонкая цепочка на левой ноге гармонично завершали образ этой куколки, и мне инстинктивно захотелось ткнуть в неё пальцем, чтобы убедиться, что она настоящая, а не какая-нибудь голограмма.

— Господин Исаев, — продемонстрировав ослепляюще-белоснежную улыбку, хостес обозначила лёгкий поклон, и я заметил небольшую татуировку в виде все той же зеленой розы на плече. — Я так понимаю, столик вы не бронировали, и мы можем предложить вам на выбор лишь пару мест. У нас сегодня выступает Амбер Морисс, и большинство столиков было выкуплено заранее.

— Думаю, я доверюсь вашему выбору, — кто такая эта Амбер я даже в курсе не был, и мне было все равно, где садиться, так что последовал за девушкой, попеременно смотря то на неё, то в зал, который оказался не таким уж и маленьким, несмотря на то, что треть его занимала сцена.

Людей оказалось тоже довольно много, почти все столы оказались заняты, и, судя по гербам, тут собрался весь цветник столицы. На их фоне я в своём обычном деловом костюме изрядно выделялся. Неудивительно, что на входе меня остановили.

Усадив за столик в уголке зала, с которого толком-то и сцены видно не было, девушка вручила мне меню и, дождавшись, когда я сделаю заказ, упорхнула.

Я с огорчением посмотрел ей вслед. Первую мысль пригласить её на совместный завтрак пришлось отбросить, едва я увидел татуировку или даже клеймо, тут смотря, как она его получила, с согласия или против воли.

Старый обряд, которым пользуются либо, когда вступающий в род кандидат очень ему доверяет, либо наоборот, когда род не доверяет претенденту, но не взять его не может. От планеты к планете вариант клеймения разнится, но общий принцип остаётся прежним, при попытке воспротивится главе рода, отмеченный гербом будет испытывать нечеловеческую боль.

— А, к чёрту! — выругался я про себя и дёрнул головой, выбрасывая лишние мысли.

Я пришёл расслабиться, а не разбираться в чужих проблемах, которых могло и не быть. Всегда оставалась возможность, что девушка пошла на это добровольно.

— Всё нормально, — сказал я официанту, который уже принёс заказ и, увидев мой жест головой, замер. — Можете ставить.

Тот, быстро расставив блюда и не забыв поклониться, удалился, а я не спеша приступил к трапезе под овации, которые, вот же странно, звучали не в мою честь, а для той самой Амбер, начавшей своё выступление.

И надо отдать должное, в этом «трактире» всё оказалось на уровне. И еда, и напитки, и даже певица, чьё лицо я за весь вечер так и не увидел, зато прекрасный голос слушал с настоящим наслаждением. Надо будет пару флешек с записями для Астрид взять, она вроде как увлекалась современной музыкой.

— И как вам сегодняшнее выступление? — услышал я женский голос, когда выступление закончилось и посетители заведения вернулись к еде, а я, прикрыв глаза, получал удовольствие от крепко выдержанного вина.

— Лучше, чем ожидал, — открыв глаза, увидел остановившуюся перед столом девушку с раскосыми глазами и чёрными косами, заплетёнными в хитрую конструкцию на голове.

— Разрешите составить вам компанию? А то остальные столики заняты, — спросила незнакомка и, не дожидаясь приглашения, плавно, будто змея, опустилась в мягкое кресло.

Пристальный взгляд немигающих глаз почти что жёлтого цвета и серо-чёрное платье ещё больше сделали её похожей на хладнокровное создание, и во мне зажёгся огонёк интереса.

— Надеюсь, шипеть не будете? — подняв руку вверх и подзывая официанта, не удержался я от вопроса.

— Змеи становятся агрессивными только тогда, когда им что-то угрожает. Но я уверена, что этой ночью смогу быть спокойна за себя, — лёгкая улыбка коснулась полных губ, и тут же вся холодность незнакомки пропала, а очарование стало настолько сильным, что я на мгновение заподозрил проявление дара.

Стараясь не подать виду, активировал эфирное зрение, убеждаясь, что передо мной сидит непростой человек. Её ядро было довольно сильным, впрочем, как и у большинства присутствующих в зале аристо, но я мог с уверенностью сказать, что на меня она никоим образом не воздействовала.

— Думаю, в моём обществе вам точно ничего не будет угрожать, — догадливый официант принёс ещё одну бутылку вина и бокал, и я, дождавшись, когда он откупорит и разольёт напиток по бокалам, продолжил. — Но мне хотелось бы для начала узнать хотя бы имя леди, чью честь мне предстоит оберегать.

— Если честно, леди предпочла бы остаться инкогнито, — пригубив терпкий напиток, ответила девушка. — Этот вечер слишком хорошо начинается, чтобы портить его титулами и родами, так что можете обращаться ко мне моя леди, а я к вам — рыцарь.

— Звучит интересно, хоть и несколько старомодно, но возражать не буду, — согласился я, подливая ей и себе в бокалы вино.

Несмотря на то, что я уже осилил одну бутылку, чувства опьянения не ощущал, разве что самую малость. Одно из побочных проявлений навыка лечения эфиром.

Привычка организма держать себя в тонусе привела к тому, что я уже на бессознательном уровне нейтрализовывал все вредные вещества, поступающие внутрь и теперь пьянел лишь только в том случае, когда принуждал себя к этому.

Дальнейший наш разговор был из разряда обо всём и ни о чём. Леди рассказывала о столичной жизни, при этом ловко избегая каких-либо моментов, которые могли бы хоть как-то приоткрыть её принадлежность к роду, и тем не менее, я пришёл к выводу, что прибыла она совсем недавно.

В общем, компания оказалась довольно приятной, и вечер в самом деле пролетел незаметно и весело, и незнакомка не отказалась продолжить беседу в более интимной обстановке, так что рассчитавшись и прихватив с собой ещё пару бутылок чертовски дорогого и вкусного вина, мы направились ко мне в гостиницу.

Едва мы вышли из ресторана, как нас встретила моя охрана, при этом других телодвижений на стоянке я не заметил, хотя там по-прежнему стояло несколько машин с гербами.

Задержавшись на минуту, я ожидал, что хоть где-то вспыхнет свет в салоне, но нет, девушку никто не охранял, и это наводило на определённые мысли. Но, раз обещал побеспокоиться о её безопасности, то, как я могу нарушить собственное слово?

До номера мы добрались без приключений, и едва стоило мне закрыть за собой дверь, как с девушки слетели всякие рамки приличий, и она, одним ловким движением скинув платье, под которым ничего не оказалось, очутилась в моих объятиях.

И какой чудак сказал, что змеи холодны и бесчувственны?

* * *

Гостиничный номер

Хорс

Будильник на комме надрывался, пытаясь поднять своего хозяина, но я, чувствуя, как гудит голова, а тело бьёт озноб, в который раз отсрочил подъём на десять минут.

— Блин, а говорят, что в приличных ресторанах нельзя отравиться, — пробормотал я, всё же с трудом разлепив глаза. Состояние было отвратительное, хотя, когда в мозгу вспыхнули картинки прошедшей ночи, на мгновение полегчало.

Повернув голову, убедился, что девушка покинула меня ещё ранним утром, даже не попрощавшись. Впрочем, это было ожидаемо, так что какого-то разочарования я не испытывал.

— И всё же, почему так хреново? — с трудом сев на край кровати, принялся шарить по тумбочке в поиске бутылки с водой и тут понял, что совершенно не ощущаю пальцев. — Твою ж мать!

Кисть правой руки почернела и выглядела так, словно принадлежала мертвецу. Не удержавшись, я даже понюхал её, с радостью убедившись, что трупного запаха нет. И лишь потом сообразил заглянуть внутрь себя.

— Да уж. Обычно с утра люди от похмелья помирают, а я, как истинный аристократ, от какого-то яда, — обречённо произнёс я, опустошая свое ядро более чем на половину и изгоняя из себя дрянь, которой меня напичкала прекрасная незнакомка. То-то мне под утро показалось, что где-то рядом полыхнуло чужим эфиром.

Чуя, как с каждой секундой становится всё легче, я побрёл в ванну. Отравление отравлением, но вряд ли это может послужить уважительной причиной не делать дела.

— Ну что за жизнь-то такая, уже и ночь провести с девушкой спокойно нельзя, — подмигнул я сам себе, глядя, как цвет лица с мертвенно-бледного меняется на нормальный. — Впрочем, нужно отдать должное её умениям, в постели она оказалась ещё той штучкой.

Приняв душ, вышел из гостиницы, предварительно дав указание охране собрать информацию с камер, которые были в гостинице и, наверняка, присутствовали в ресторане.

Секс — это, конечно, хорошо, тем более такой, но попытка убийства меня немного огорчила. А вдруг у меня комплекс какой разовьётся после этого. Я усмехнулся, поймав себя на том, что с интересом рассматриваю идущую по тротуару девушку. Да не, глупости, но найти эту роковую красотку всё равно нужно и узнать, за что же леди так решила поступить со своим рыцарем?

Глава 7

Орбитал

Перун

Орбитал встретил привычным гулом сотен людей, спешащих по своим делам. Центральная улица этого уровня всегда была оживленным местом, но сейчас тут, несмотря на раннее утро, было просто не протолкнуться.

Сегодня у ворот лифта меня ожидала только охрана, так как вся семья оказалась при делах. Даже у мелких сорванцов принимали какие-то важные зачёты, так что из школы их не отпустили. Ну ничего страшного, у меня самого дел до вечера полно, так что так даже лучше.

Первым делом направился в имперскую канцелярию, чтобы подтвердить свой переход на следующую ступень владения эфиром.

На самом деле я планировал это сделать позже, в более торжественной обстановке, как и полагалось у аристо, но попытка отравить слегка изменила приоритеты.

Наверняка, заказчик сейчас кусал локти, не понимая, как я мало того, что выжил, так ещё и чувствую себя превосходно. Следовательно, в первую очередь было необходимо подкинуть ему какое-никакое логичное объяснение.

Нет, конечно, оставался вариант, что я столкнулся с какой-нибудь «чёрной вдовой». Так в Империи называли одарённых женщин, чей дар приводил к смерти партнёров. Это отклонение редко, но встречалось.

Ходит, бродит такая красотка по миру, тоскует от своего проклятия, а тепла человеческого всё же хочется, вот и находит спутника на ночь, а наутро оставляет хладный труп и очередной шрам на сердце.

Грустная история, но что-то я сомневаюсь, что в моём случае всё было именно так. Судя по всем тем мелочам, что мне удалось узнать за вечер, леди действительно была из аристо.

А будь девушка той самой «чёрной вдовой», её бы не пустили в подобное заведение. Подобный дар не только проклятие, но ещё и чёрная метка в высшем обществе. И про таких «одарённых» знают едва ли не с момента их инициации.

Так что та леди целенаправленно искала меня и сейчас, скорее всего, оправдывалась перед заказчиком, но я не мог рисковать и потерять единственную нить, способную вывести меня на него, вдруг он решит ликвидировать неудачливого убийцу.

Так что подкину им версию, что они облажались с уровнем моего дара и, соответственно, с возросшими физическими способностями организма.

И именно поэтому я решил сегодня пройти аттестацию, без всякой помпы и семейного сбора, чем ни мало удивил аттестационную комиссию, не привыкшую к подобному.

Уладив все формальности и заполнив требуемые документы, проследовал в небольшой зал, в центре которого находился постамент со сферой, изготовленной из сложного и поэтому дорогостоящего сплава, способного впитывать эфир.

Из чего-то подобного были созданы Аспиды, разве что качество у них было куда лучше, да и настроены они были именно под дар моего рода.

— Итак, сегодня, комиссия в составе… — начал зачитывать стандартный текст глава комиссии, высокий, худощавый мужчина неопределённого возраста, он же виконт Самсонов.

Читал он минут десять, но это ещё по-божески. Довелось мне как-то присутствовать на аттестации члена одного союзного рода, в прошлом союзного, так там мы час простояли, выслушивая все титулы присутствующих и их заслуги перед Империей.

Так что едва он закончил, я прошагал к сфере и в полной тишине опустил на неё руки. Пальцы тут же погрузились на несколько миллиметров в, казалось бы, твёрдый металл.

Усилием воли «зачерпнул» точно отмеренную порцию эфира и скрупулёзно начал вливать его в сферу. Главная трудность была не в том, чтобы успеть за отведённый период, а наоборот не перестараться и не продемонстрировать лишнее.

Так что, когда раздался гонг таймера, отмеряющего время, я с облегчением выдохнул и отступил назад от засветившегося шара. Кажется, или он светит ярче положенного? Да нет, не должен.

Я с подозрением посмотрел на Самсонова, занявшего моё место у пьедестала и чуть ли не облизывающего шар. Тем временем остальные члены комиссии о чём-то перешептывались, смотря на видимые только им экраны.

— Ну что могу сказать, барон Исаев, — наконец, отлип от шара виконт, — результат очень неплохой для столь молодого выпускника академии. Если бы ещё чуть-чуть быстрее сформировали канал и сделали его пошире, то, думаю, смогли бы попробовать перейти даже на пятую ступень.

— Блин, всё же слегка перестарался, — мысленно выругался я. Привык в боевой обстановке действовать куда быстрее, вот и не рассчитал.

— Если желаете, мы можем повторить попытку, — неожиданно сделал щедрое предложение Самсонов.

Обычно для прохождения аттестации давали одну попытку раз в полгода, чтобы не загружать комиссии какими-нибудь аристо, которые переоценивают свои силы. Но и из этого правила есть исключения, причём весьма дорогостоящие. А тут прям бесплатно предлагают. Всё же что-то заподозрил и решил перепроверить?

— Благодарю за щедрое предложение, но я и подобный-то результат не ожидал. Пришлось выложиться по максимуму, — смахнул со лба воображаемую капельку пота. — Так что зайду в гости в следующем году.

Так что, заверив очередную порцию документов и распрощавшись с комиссией, с облегчением направился к выходу, где и столкнулся в широких дверях с идущим мне навстречу цветасто одетым парнем. Впрочем, надо отдать должное, попугайная расцветка смотрелась гармонично.

— Ба, да это же сам барон Исаев! — низкорослый паренёк с длинными разноцветными волосами, уже было потянувшийся к мечу, расплылся в улыбке. — Давненько не виделись. Как твоё хорошо? Совсем лучшего друга позабыл, даже весточки после выпуска не прислал.

Юморист смахнул невидимую слезу и тут же рыкнул в сторону на какого-то мелкого клерка, пытающегося прошмыгнуть мимо нас.

— Таких бы друзей за ху* да в музей, уважаемый граф Кулясов, — ухмыльнулся я, глядя на Антона и раздумывая, стоит ли радоваться очередному появлению этого персонажа в моей жизни.

Парень был эпатажным, хотя я предпочитал слово «еб****ый», и вёл себя соответственно, порой переходя всякие рамки приличий.

Первое время в Академии его спасали графский титул и тень отца, довольно жесткого, даже по нынешним временам, человека, но однажды Антон перегнул палку и изрядно выхватил от группы мелких, но гордых дворян.

Тех тут же заочно похоронили, но каково же было удивление всей академии, когда возмездия не последовало, а чуть позже выяснилось, что граф устал от выходок сына и решил, что пусть тот самостоятельно выбирается из ямы, которую сам для себя и вырыл.

И именно с того момента «бедолагу» и начали шпынять все, кому было не лень и у кого не хватало мозгов, чтобы понять, что наказание всё же рано или поздно наступит. Но таких хватало, так что почти весь первый курс Кулясов провёл фактически в лазарете.

Он бы и остальные курсы там провалялся, не сомневаюсь, но на его счастье и на мою головную боль, группка идиотов в один «прекрасный» вечер выбила спиной Антона дверь в мою комнату в общежитии.

Разгорячённые парни, которых Кулясов довёл очередной выходкой до белого каления, сделали роковую ошибку, проигнорировав предложение убраться и «любить» друг друга в более укромном уголке, но прежде поставить дверь на место, и по итогу оказались в лазарете вместе с Кулясовым.

Вот с того самого момента у меня появился, по утверждению самого Кулясова, лучший друг и лишняя головная боль. Последнее утверждал уже я.

— Что, тоже вспомнил былые деньки? — по обыкновению громко расхохотался Антон, привлекая внимание всех находящихся в холле. — Эй, ты! Да, вот, ты, с отвратительной стрижкой и жиденькой бородкой в стиле «я не такой, как все эти канцелярские крысы», — ткнул пальцем в сторону опешившего служащего граф. — Найди виконта Самсонова, скажи, что граф Кулясов ожидает его… Есть же тут в этой дыре кафе? Вот, там я его и буду ожидать вместе с моим другом бароном Исаевым.

Не совсем умный клерк открыл рот, видимо, намереваясь напомнить, что здесь имперская канцелярия, но один из многочисленных охранников графа, подхватив неразумного под руку, отвёл в сторону и что-то зашептал на ухо. Служащий закрыл рот и пулей умчался куда-то в недра канцелярии.

— Знаешь, Тоха, у меня только один вопрос, как тебя за всё это время не убили? — усаживаясь за столик в свободном зале, который меньше минуты был забит под завязку, задал я риторический вопрос.

— Может, потому что я — человек хороший и ни у кого рука не поднимается такую лапочку тронуть, — опять чересчур громко рассмеялся Кулясов. Он вообще постоянно хохотал, и если бы я не знал его довольно продолжительное время, то подумал бы, что он на чём-то сидит, но нет, он просто веселый придурок. Страшное сочетание, между прочим, хуже только инициативные дебилы. — Ну или из-за того, что у меня папаша — граф, приближенный к императору, и по совместительству владелец четырёх межсистемных корпораций.

— Кстати, как он? Всё ещё злится? — взяв меню у бледной официантки, которая натурально дрожала, заметив, как плотоядно облизывается Кулясов, глядя на неё. — И прекращай уже кошмарить персонал, Антон.

— Ну вот, всё развлечение испортил, Игорёк, вечно ты так, — закончив с заказом, укоризненно ответил мне молодой граф. — А на счёт папани, естественно. Роду Кулясовых никто не отказывает, а тебе сделали настолько шикарное предложение, что даже я удивился и по-прежнему считаю, что ты сделал глупость. Щас бы руководил какой-нибудь из корпораций, катался словно сыр в масле и проблем не знал.

— Ага, и рода бы лишился, превратившись в одного из десятков миллионов ваших подчиненных, — возразил я.

— Ну, зная тебя, до первой десятки, хотя нет… слишком жирно даже для тебя, двадцатки, вот да, двадцатки наших топов ты бы уже добрался. Впрочем, отцу я сразу сказал, что ты откажешься, но он не поверил, — Антон взял бокал в руки. — Как ты там любишь говорить, всё или ничего? По мне, так отличный тост! Что ж, за встречу!

Звякнув хрусталём, слегка пригубил вино, отметив, что мне уже второй день попадаются хорошие напитки. Сомневаюсь, что в этой забегаловке хранят столь хороший урожай, так что, думаю, это Кулясов с собой привёз. Мажор среди аристократии, блин.

— Так какими судьбами тебя занесло на Орбитал? — спросил я Антона, едва тот залпом осушил немаленький бокал. — Вроде в списках высадившихся вашего рода не было.

— Да кто ж в своём уме полезет в это пекло, уж извини, Игорёк, — махнул рукой Кулясов. — Мы по старинке работаем, медленно, но верно. После высадки ДМов на станции образовалось неприлично много свободного места, которое сейчас скупается и застраивается. Фабрики, перерабатывающие цеха, гидропоника. Вроде даже ходят слухи, то ли собираются верфь расширить, то ли прям новую построить, так что жизнь кипит не только у вас, земных обитателей.

— Давно себя к небожителям-то причислил, скромняга? — не удержался я, на что увидел непонимающий взгляд. Действительно, чего это я.

— Слушай, Игорь, я тут, собственно, чего в эту обитель бюрократии пришёл, — немного подумав, произнёс Антон. — Тут у родни отпрыск подрос, будет на ступень сдавать, а мне туда идти вот вообще не хочется, но нужно. Политика-шмалитика, сам понимаешь. Айда со мной, только даму прихватить не забудь. Если никого нет, можешь Алёну взять, думаю, ей появиться в высшем свете будет полезно.

— Она же тебе яйца выдернет, по самые гланды. И в этот раз я её сдерживать не буду, — хмыкнул я, вспоминая, предыдущую встречу Алёнки с Антоном.

Тот по наивности или наглости решил подкатить к моей сестре, я же его предостерегать не стал, самому было интересно посмотреть на реакцию. Посмотрел, да так, что потом всю неделю вынужден был выслушивать слова восхищения, перемежаемые стонами боли. Сестрёнка меня не разочаровала.

— Ничего, я уже не мальчик, но мужчина…

— И кто та несчастная, которая сжалилась над тобой? — шутка сама напрашивалась, но граф меня проигнорировал.

—… и как-нибудь отобьюсь от твоей бешеной сеструхи. На самый крайний случай кину под танки спутницу, пускай отрабатывает пропуск в высший свет, — с оттенком раздражения произнёс Антон. Судя по всему, своей спутнице он был не шибко рад.

— Что, не уж то тебя будет сопровождать будущая графиня? — Кулясов скривился, и я понял, что угадал. — Вот же бедняжка, надо же было так вляпаться…

— Это ты меня сейчас с дерьмом сравнил? Ну спасибо, друг, — совершенно неискренне обиделся Антон. — Так что, мне тебя в списки приглашённых вписывать?

— Говоришь, там будут сливки общества? Список с собой есть? —уточнил я у молодого графа.

Антон кивнул и подозвал охранника. Тот, едва услышав требуемое, не мешкая протянул мне планшет, на котором оказался внушительный список приглашённых.

— Да ты издеваешься. Почти двести с лишним человек.

— Ага…

— То есть открытие будет идти часа полтора-два, во время которых нужно будет вести себя тихо и скромно?

— Ага…

— А ещё подготовить подарок, причём подгадать так, чтобы он оказался не хуже, чем у остальных?

— Ага…

— И все эти радости мне предстоят для того, чтобы тебе скучно не было? — подытожил я.

— Ага, — на последней фразе граф совсем погрустнел.

— Конечно, участвую. Когда у меня будет возможность довести до инфаркта весь цвет Орбитала, причём за один вечер? — обрадовал я товарища, и злорадная улыбка озарила его хмурое чело. Судя по всему, не я один собрался там развлечься.

Конечно, собирался я туда не только, чтобы шороху навести. В списке оказались мои соседи: Пугачёвы и Кравцовы, с которыми бы не мешало пересечься и установить формальные контакты.

Плюс, Исаак Айземан дал наводку на пару-тройку родов, которые занимались межсекторной торговлей, но знакомиться через конкурента было дурным тоном, так что он предложил мне подождать удобного случая, и, похоже, вот он наступил.

Блин, а удачно я сегодня решил на ступень сдать, так бы боги его знают, когда бы пересёкся с Кулясовым. Так и быть, в честь этого Леди Голову Оторву Быстро и Без Мучений стоит прихватить с собой, на счет радости заказчика пока не уверен.

— Ну наконец-то! — неожиданно противным голосом воскликнул Кулясов, а я, обернувшись, увидел, как в нашу сторону, смешно перебирая ногами, спешит Самсонов.

Это выглядело довольно забавно, когда он одновременно пытался сохранить достоинство и при этом едва ли не бежал, не желая навлечь на себя гнев целого графа. Да уж…

— Ладно, не буду отвлекать от важного разговора, — прежде чем Самсонов добрался до нас, я поднялся из-за стола.

Не стоило быть третьим лишним. Тем более, зная манеру поведения Антона, тот сейчас виконту устроит необоснованный разнос, и Самсонов будет не рад, если при этом буду присутствовать я. Или того хуже, затаит обиду.

— Точную дату скину ближе к концу недели, — пожал мне руку Кулясов. — И передавай привет родным!

— Обязательно. А вот ты отцу про меня не напоминай лишний раз. И это, Тоха, про официантку я не шутил, — строго напомнил я парню.

— Да помню, я помню, обломщик… Ей ещё и премию выпишут, я позабочусь, — произнёс мне уже в спину парень и тут же переключился на запыхавшегося виконта. — Алексей Павлович, здравствуйте, здравствуйте, уважаемый. Как сами, как жена с детьми? Смотрю, лысину под парик прячете, небось за местными официантками приударяете? Ай-я-яй, старый развратник, нельзя портить молодых девушек…

Удаляясь на максимальной скорости в сторону выхода, я не удержался и покачал головой — Кулясов, как обычно, в своём репертуаре.

Выйдя из здания имперской канцелярии, направился к следующей точке моего маршрута, то бишь бирже.

Совсем недавно прибыла очередная порция переселенцев из отдалённого сектора, и я планировал из новичков начать организовывать что-то наподобие рейнджеров, этакая смесь лесничих и полиции.

Несмотря на все усилия, Исаевск и прилегающие окрестности трудно было назвать безопасными, но каждый раз отвлекать штурмовиков и других подготовленных бойцов у меня не было ни желания, ни возможности.

Также не мешало нанять представителей мирных профессий. Город продолжат расти, и, несмотря на бонус от Черепахи в виде инженеров, нам требовались все, даже от простых каменщиков я не стану отказываться.

У здания биржи было не столь многолюдно, как при первой волне переселенцев, так что на размещение заявок потратил совсем немного времени, но даже так, когда я закончил, то увидел, что на часть вакансий уже имеются кандидаты.

— Какая-то ошибка, или у переселенцев всё настолько плохо было на предыдущей родине? — уточнил я у служащей биржи, что принимала мои документы.

— Из-за полного отсутствия смертности, расширения территорий, высокого товарооборота ваш неофициальный рейтинг выше «среднего по больнице», так что мы, как их представители, можем рекомендовать людям те или иные рода, — с охотой пояснила девушка.

— Понятно, — протянул я, слушая её уже вполуха. На комм стали приходить один за другим сообщения о кандидатах, и я понял, что и тут задержусь.

И оказался прав. То ли среди переселенцев оказалось много рисковых, то ли этот самый рейтинг сыграл свою роль, но я смог даже попривередничать, выбирая самых лучших.

По итогу предполагаемый штат рейнджеров будет состоять минимум из тридцати людей, уверенно держащих оружие, и порядка семидесяти работяг. Узкоспециализированных специалистов в этот раз не завезли, но я и так был чрезвычайный доволен набранными людьми.

Так что, выбравшись с биржи, с удивлением понял, что наступил уже вечер, и следовало ехать домой, так как все меня уже ждут.

Ужин протекал как обычно, разве что отсутствовала Алёнка. В окрестностях станции увеличилось количество нападений на грузовые суда, пираты совсем обнаглели, словно престали чувствовать опасность со стороны космических сил Империи, так что последние дни привлекали к патрулированию даже кадетов.

Впрочем, как поведали мне всеведущие братья, ходят слухи, что это из-за проводимой в соседнем секторе операции. Мол, там ЦКП прижали хвосты местным бандюганам, вот часть из них и хлынула к нам.

Но, помимо этого, я заметил ещё странное поведение Милы. Младшая сестра вела себя необычайно тихо за ужином, и при этом упорно избегала моих попыток разузнать, что же происходит.

Пришлось после ужина, когда все разошлись, расспросить по этому поводу маму, но та лишь развела руками. Необычное поведение Милы она заметила ещё неделю назад, но и ей девушка ничего не рассказывала.

Что ж, оставался последний вариант, и я, толкнув дверь, вошел в комнату братьев.

— Ну наконец-то явился, — произнес Боря.

— Мы уже думали, что не сообразишь, — продолжил Женька.

Меня всегда поражала их способность дополнять друг друга, словно они были единым целом. Со стороны смотрелось даже страшновато.

— Если что, мы тебе ничего не говорили, — сказал Женя.

— А то Мила нас убьет, — закончил Борис.

— Завязывайте, голова от вас болеть уже начинает, — пригрозил я братьям.

— Ухажёр у неё новый появился, — сделал паузу Борис, но, поймав мой предостерегающий взгляд, затараторил. — Не из местных. Точнее, теперь местный. Их род выкупил освободившийся ангар, собираются гидропоникой заняться. На это почве в институте с Милой и пересёкся.

— Наглый до неимоверности, — все же не выдержал Женька. — Везде ходит с дружками, пальцы гнёт. На днях объявил во всеуслышание, что сестра станет его, хочет она того или нет.

— А чего она об этом никому не говорит? — удивился я. — И вы почему этого маме не сказали?

— Не хочет она тебе лишних неприятностей доставлять, пока ты там жилы на планете рвёшь, думает, что само рассосется. Ну или ты нас раньше на планету заберёшь, прежде чем этот урод к активным действиям перейдёт. А по поводу рассказать маме… — Боря посмотрел на брата, но тот в этот раз не спешил прийти на помощь. — Предатель… В общем, мы там в школе начудили немного…

— Даже боюсь представить это ваше «немного».

— Да там реально все целые остались, только пару парт в классе поменять и двери.

— И окна, — вздохнул Женька, а я покачал головой.

— В общем, прежде чем мама об этом узнала, Мила нас прикрыла, и, в общем, по итогу мы ей должны оказались, — виновато произнёс Борис.

— Да уж, не перевелись ещё идиоты на белом свете. Да я не про вас, с вами позже разберусь, а про этого идиота-кавалера, — вздохнул я. — С другой стороны, нужно показать новенькими, что случается с теми, кто смеет зариться на членов моего рода. Как, говорите, его зовут?

Глава 8

Орбитал

Перун

— Добрый день, барон Исаев к виконту Калинину, — остановившись перед КПП, стоящим на входе недавно выкупленного ангара, представился я охраннику.

— Вам назначено, господин? — вежливо уточнил мужчина в стандартной сине-серой пятнистой форме, на рукаве которой была изображена красивая птичка. Произнесено это было так вежливо, что я даже усомнился, что прибыл туда, куда нужно.

— Нет, но думаю, если вы сообщите своему господину о моём прибытии, то Олег Максимович выделит немного драгоценного времени для беседы, — ответил я, отмечая, как дрогнули уголки губ служивого.

Слухи о времяпрепровождении виконта Калинина Олега Максимовича и его друзей, несмотря на недавнее появление на станции, стало притчей во языцех, и, похоже, даже слуги посмеивались над разгульным виконтом.

— Я сообщу, но не уверен, что господин сможет вас принять. Он только недавно вернулся с важной… э-э-э… комиссии и, возможно, ещё не до конца отдохнул, — зачем-то пояснил мне охранник. — Тем не менее, пока вы ожидаете ответа, позвольте пригласить вас в гостевую комнату.

Турникет мигнул зелёным, и я, следуя за другим охранником, прошёл к одной из дверей. Зайдя внутрь помещения, очутился в этакой комнатке отдыха, где, видимо, проводили свободное время дежурные по КПП.

Тем не менее, место было чистым, в какой-то степени даже уютным, так что я привередничать не стал и уселся в любезно предложенное мягкое кресло.

— Буду весьма благодарен, если угостите кофе, — произнёс я, на что охранник лишь кивнул, а через минуту я получил приличную порцию горячего напитка. Попробовал и по достоинству оценил. Даже обидно будет тут всё переворачивать всё верх дном, если Калинин встанет на дыбы и не принесёт извинения.

Охранник, уточнив не желаю ли я чего-то ещё, исчез, а я принялся ожидать, прикидывая, по какому из вариантов могут начать развиваться события.

Вчера вечером после братьев я прямиком направился к Миле вправлять мозги и узнавать подробности всей этой истории.

Девушка отпиралась недолго, по итогу расплакавшись и выложив всё как на духу. Странные они всё-таки создания, эти женщины, даже родные сёстры. Вроде и вины её здесь нет, разве только в том, что сразу не сказала, а напридумывать себе успела чёрт-те что.

Так что до самого позднего вечера я только и делал, что успокаивал сестру, а после, пообещав со всем разобраться, отправился к себе и ещё пару часов собирал информацию о Калинине и его сотоварищах.

Компашка оказалась довольно специфической. Все были молодыми, от двадцати до двадцати пяти лет, и являлись отпрысками богатых семей, причём из дворян был только Калинин.

Остальные пятеро были выходцами из семей успешных торговцев, но, судя по полученной информации, рано или поздно должны были в том или ином статусе влиться в род Калининых.

Вот и образовалась вокруг молодого Олега стая прихлебателей и лизоблюдов. Его мать, которая была матриархом рода, большой проблемы в этом не видела и даже поощряла подобное окружение, надеясь воспитать для сына послушных слуг.

На Орбитал вся эта гоп-компания прибыла для развития родового бизнеса, выкупив несколько опустевших помещений, но, насколько я могу судить, молодёжь не шибко была заинтересована в работе, отдавая предпочтение развлечениям, порой переходящим всякие нормы приличия.

— Тридцать четыре минуты, — отметил я про себя, когда услышал шаги за дверью. Именно столько мне пришлось прождать и, значит, сам того не подозревая, Калинин выбрал для себя самый худший вариант.

— Прошу следовать за мной, господин барон, — произнёс давешний охранник, и в его голосе послышались нотки извинения. — Олег Максимович готов вас принять.

Наш путь пролегал через огромный ангар, в котором сейчас вовсю кипели работы, и возводились цеха с лабораториями, так что пока мы дошли до двухэтажного модуля, я успел заметить много интересных деталей.

— Барон Исаев, — пропуская меня вперед, громко произнёс провожатый, а едва мне стоило зайти, закрыл за мной дверь, сам оставшись снаружи.

— Олежа, я, блин, думал, это та самая баронесса пришла, к которой ты яйца подкатывал, — чрезвычайно огорчённо произнёс самый старший из присутствующих, разгоняя рукой облака табачного дыма и вонь алкоголя.

Идиоты даже не удосужились привести себя в порядок перед моим появлением, и я имел «честь» наблюдать перед собой шесть невменяемых тел.

Калинин восседал за столом, пытаясь придать себе важный вид, даже пиджак надел, вот только огромное коричнево-жёлтое пятно на некогда белоснежной рубашке сводило все потуги на нет.

На диванах, стоящих у стен, в расслабленных позах разместились остальные, в разной степени помятости, но всех их объединяло одно — остекленевший взгляд и идиотское выражение на лицах. Да уж, и это высший свет нашей славной Империи, мать вашу!

С трудом удержавшись, чтобы не плюнуть на дорогущий ковёр, подошёл к столу и без позволения уселся на единственный чистый предмет мебели в этом свинарнике.

— Э-э-э, барон, э-э-э… — пока виконт пытался связать хоть пару, его рука, словно обладающая собственным разумом, потянулась к наполовину заполненному янтарной жидкостью стакану и закинула её в открытый рот. — Вы пришли передать весточку от вашей сестры?

Похоже, огненная вода сотворила чудо, превратив дегенерата в дебила. То есть разговаривать он уже может, а вот причинно-следственные связи так и не заработали.

— Скорее, я пришёл обсудить ваше поведение, решить, как вы будете приносить извинения и каким образом будете возмещать моральный ущерб, причинённый моей сестре, — как можно медленнее, буквально по буквам произнёс я, стараясь, чтобы смысл сказанного хоть как-то задержался в его крохотном мозгу. — И если на первое мне, в общем-то, плевать, пока это не касается меня или моих близких, то вот по второму и третьему пунктам я готов выслушать ваши предложения, Олег Максимович.

Секунд на десять в кабинете воцарилась тишина, а после Калинин разразился хохотом с нотками истерики. Спустя мгновение его подхватили прихлебатели, добавив туда смешки гиен.

— То есть ты, барон, пришёл ко мне, виконту Калинину, и что-то смеешь требовать?— уточнил парень, наконец, отсмеявшись и переведя дух.

— Не вижу ничего смешного, виконт, — ответил я, понимая, что вести с ним разговоры бесполезно. Дебил услышал только угрозы своим пропитым разумом. Что ж, пока всё до банальности предсказуемо.

— Да твоя дура-сестра должна была гордиться, что Олег Максимович вообще на неё внимание обратил, — неожиданно вмешался в разговор один из прихлебателей, Глеб Тарасов. — Вшивая баронесска из опального рода ноги его целовать должна за возможность отса…

Да уж, нет ничего хуже для начальника, чем инициативный подчинённый-дол**б. И пофиг на Калинина, этот долбоящер своими словами только что сместил вектор моего гнева с виконта на себя. И не ответить на это я уже не мог.

Запущенная бутылка ещё в воздухе взорвалась облаком мелких осколков, превращаясь в красивую и чертовски опасную шрапнель, а мгновение спустя я с удовлетворением услышал вопли Тарасова.

Парень и до этого на морду лица красотой не блистал, а теперь и вовсе превратился в урода, лишившись обоих ушей и одного глаза. И то, пусть скажет спасибо, что я эфиром осколки поменьше сделал, а то бы в комнате на один труп резко стало бы больше.

— А-а-а-а! Не вижу! Я ничего не вижу! — подскочив на ноги, Тарасов не удержался и упал на сидящего и офигивающего от происходящего товарища, заливая того с ног до головы кровью.

— Ещё кто-то хочет сказать глупости про мою сестру, например, вы, Олег Максимович? — повернулся я к виконту, чьи руки судорожно шевелились под столом.

Сомневаюсь, что он в этот момент самоудовлетворялся, так что появление охраны, мигом наставившей на меня оружие, сюрпризом не было.

— Спокойней, господа, спокойней. Советую не спешить и не делать глупостей, как некоторые личности в этом кабинете — продемонстрировав пустые руки, обратился я к охранникам, а после повернулся к Калинину. — У вас, Олег Максимович, ровно три часа на то, чтобы прийти в себя и явиться к моему дому для принесения извинений и согласования размера откупных за оскорбление сестры, а значит, и моего рода! Иначе, я как патриарх рода Исаевых объявлю войну всем, кто находится в этой комнате.

— Да пошёл ты, сраный баронишка, нашёл, чем пугать. Кем ты себя возомнил? Императором, что ли? Да мы тебя в порошок сотрём, — в окружении охраны виконт окончательно пришёл в себя, правда, стоны лежащего на полу Тарасова и блюющий в мусорку под столом товарища, сводили на нет его угрозы. По крайне мере, мне они показались смешными.

— Два часа, пятьдесят девять минут, виконт, — напомнил я и, уже не слушая несущиеся вслед угрозы, пошёл под прицелом охраны к выходу.

* * *

Кабинет виконта Калинина

Орбитал

— Может быть, всё-таки стоит принести извинения, — робко спросил Кошелев, самый младший из подручных Калинина, как по возрасту, так и по положению, и в очередной раз посмотрел на кровавые пятна на диване и полу.

Вопящего Тарасова унесли сразу же после того, как Исаев покинул территорию ангара, и сейчас в компании царило непонятное настроение. Так-то им было не привыкать к стычкам, вот только на своей планете они были прикрыты матриархом Калининой.

Да и столь скорая расправа над одним из них, да ещё и за такой пустяк, впечатлила молодых людей, привыкших к безнаказанности. А то, что этот психопат-барон ещё и войной угрожал, так вообще ни в какие ворота не лезло.

— Что, струхнул, Кошелев? — с издёвкой произнёс другой член их компании, коренастый и черноволосый, при этом самый отмороженный, Савин. — Олегыч, поехали, найдём его да сломаем пару костей. Он бутылку дорогущего коньяка разбил да Тарса покромсал. Нельзя шакалу это с рук спускать.

И даже было непонятно, за что переживал Савин больше: за пострадавшего товарища или драгоценное пойло.

— Ну не знаю, — задумчиво опрокидывая в себя очередную порцию выпивки, так, чисто, чтобы в норму прийти, а не алкоголизма ради, ответил Калинин. — Мне ещё никто войны не объявлял. Звучит весело, конечно, но как бы не накосячить. Матушка и так мной, как всеми вами, между прочим, последнее время недовольна, так что нужно немного подумать.

— Так он всего три часа дал. Из них почти один прошёл, — опять влез Кошелёк. В отличие от других, он чувствовал себя куда менее защищённым, а на дружеское плечо ему хватало ума не рассчитывать.

Все находящиеся в кабинете непроизвольно посмотрели на старинные часы, висевшие на стене.

— Да глупости это всё, — встряхнул головой Олег. — Ну что этот барончик может нам сделать? Ему даже эта корова побоялась сказать о моих ухаживаниях. Наверняка, думала, что я братцу кости переломаю ненароком, если он возникать начнёт. Так что пока просто посмотрим, что он предпримет, а после пойдём и возьмём силой то, что и так по праву моё.

С каждым мгновением, по мере того, как алкоголь всё глубже уходил по давно проторенной дорожке, голос у виконта звучал всё увереннее, и он уже сам поверил в то, что говорит. Вот только почему-то старался не смотреть на то место, где совсем недавно катался по полу Тарасов.

* * *

Какая-то забегаловка

Орбитал

— Ту ещё задачку вы подкинули, господин барон, — поглаживая длинные усы, произнёс сидящий напротив меня младший следователь имперской полиции, — но всё же я успел.

Несмотря на столь низкое звание, Дроздову Ярославу Ивановичу было уже почти пятьдесят. Смешная карьера для человека, всю свою сознательную жизнь положившего на благо Империи. Но, зная принципиальность этого человека, подобный исход был неудивительным.

— Благодарю, — кивнул я, забрав со стола флэшку и посмотрев на комм. До конца ультиматума оставалось меньше часа, но с полученной информацией я однозначно успею ознакомиться, а соответственно, и план скорректировать.

— Будет шумно? — поинтересовался следователь, с которым мне приходилось довольно часто общаться ранее. Порой даже по разные стороны решётки. Естественно, он был снаружи.

— Не то чтобы сильно, но вашим сегодня определённо придётся покататься по станции, — не стал я от него скрывать.

— На меня могут выйти, уж слишком сильно пришлось торопиться, и я оставил кучу следов, — на лице мужчины не дрогнул ни единый мускул.

Одинокий, не имеющий ни семьи, ни родных, для меня оставалось загадкой, куда уходили все деньги, которые он получал от меня. Ну да это было не моё дело, и я не собирался заморачивался с раскрытием чужих тайн.

— Именно поэтому я плачу вам в три раза больше требуемого, — мягко напомнил я Дроздову. — Или вы хотите увеличить сумму?

— Игорь Владиславович, вы меня сейчас обидеть пытаетесь? — насупился мужчина. — Из того, что я успел просмотреть, пока копировал материалы, этим подонкам не место на станции.

— Как и многим другим, Ярослав Иванович, и как прекрасно, что полиция это осознает. Жаль, только ничего не предпринимает, — ответил я, гадая, к чему он завёл этот разговор.

— Не надо ёрничать, Игорь! Я всегда старался поступать по справедливости, и гляди, к чему это меня привело! — сжав кулаки, злобно произнёс Дроздов.

— Это был ваш выбор, и я его уважаю, честно. Не каждый сможет идти против системы, при этом служа ей на протяжении тридцати с лишним лет, — пожал я плечами, — но, может, вы все же перейдете к делу? У меня в ближайшее время запланировано пару часов приятного общения.

— Я хочу принять ваше предложение, которое вы мне сделали полтора года назад у нас в участке, — следователь обратно катнул в мою сторону чип со своим гонораром за информацию о Калинине.

— У вас что-то случилось? — я не стал спешить забирать внушительную сумму обратно.

— Да.

— Это принесёт мне проблемы?

— Несомненно, но в обмен вы получите мою верность до конца жизни, — слова давались Дроздову тяжело, ведь сейчас этот человек фактически признавал своё бессилие, а для него было легче пустить пулю в лоб, чем сделать такое.

Беру свои слова обратно, теперь мне чертовски интересны его жизнь и его тайны.

— У вас два часа, чтобы уволиться и подготовить личные вещи, к вечеру вы должны быть в столице, по этому адресу, — я перекинул ему контакты Валентино. — Будете ждать меня там. Понятно?

— Так точно. И между прочим, рапорт на увольнение я подал сразу же после вашего звонка, так что сейчас свободен как ветер, — усмехнулся в усы мужчина.

— Уже нет, теперь твоя жизнь принадлежит мне и роду, так что забудь о свободе на ближайшие лет сто, — осадил я ретивого.

— Слушаюсь, мой патриарх, — медленно произнёс мужчина, словно пробуя фразу на вкус. — Разрешите идти, или вам может всё же понадобится моя помощь?

— Иди, собирайся и первым же рейсом на планету.

— Считайте уже там, — кивнул мужчина и, поднявшись из-за стола, направился к выходу, а я посмотрел ему вслед. Кажется, я только что обзавелся будущим шефом полиции.

Ну да ладно. Об этом чуть позже, а пока нужно решить, кому бы первому позвонить, Айземану или Кулясову?

* * *

Ангар Калинина

Орбитал

Повиснув на балке, поджал ноги, пропуская под собой бездумно светившего во все стороны фонариком охранника.

Да уж, шестая точка за три часа, а поведение у бойцов гоп-компании словно под копирку. Впрочем, возможно, их обучали одни и те же люди, тогда это многое объясняет.

— Кажется, нашёл! — раздался шёпот неподалеку от того места, где я запустил бота, закоротившего энергоконтур ангара. — Мля, да тут всё сгорело к демонам.

— Да тише ты! Тут Исаевы могут с минуты на минуту появиться, а ты орёшь, как резанный, — шикнул на говорящего второй боец, которого так удачно подсветил фонарь третьего. — От Кошелевых уже минут тридцать информации нет, а они были последние, кто подвергся нападению взвода спецназа Исаевых.

Круто, однако. Когда я только начал свою маленькую войну, естественно так и не дождавшись извинений Калинина, то товарищи-паникёры в стане врага утверждали, что против них работает отделение, максимум, два, а теперь уже вот и до взвода дошло.

— Господин, нашли неисправность, сейчас починим и дадим свет, — доложил по рации охранник.

— Чего так долго, дебилы? Я вам за что плачу, суки? — благодаря усиленному шлемом слуху, услышал я голос Калинина в рации. — Эй, твари, вы чего замолчали? Я кого спрашиваю?

— Поменьше истерики в голосе, Олег. Такому донжуану не пристало вести себя подобно плаксе, — перехватив оглушенного охранника за горло, я не позволил ему отжать танкетку и поэтому был уверен, что Калинин меня прекрасно расслышал.

— Исаев, падла, что ты творишь, гнида, а? Войны захотел? Я тебе, сука, устрою! — виконт так сильно разорялся, что, кажется, затопил слюной переговорное устройство. — Киреев, он в шестом отсеке, всех туда! Всех! Я хочу увидеть его голову!

— Но… — пытался возразить начальник охраны, тот самый тип, что первым встретил меня на КПП утром.

— Я тебе дам, сука, «но». Теперь пиз**й туда сам и принеси мне его голову, иначе я тебя в шлюз выкину. Без скафандра!

Да уж, походу, парня окончательно накрыло. И далась ему моя голова? С другой стороны, именно в этом и была цель выхода в эфир.

Тот самый Киреев оказался грамотным мужиком, правильно расположив людей в нужных местах, вынуждая меня двигаться максимально осторожно, чтобы не нарваться на засаду. А таймер, отмеряющий время до прибытия полиции неумолимо тикал.

Зато теперь начальник охраны будет вынужден сорвать своих людей с мест, чтобы выполнить команду умственно отсталого господина. Как же им повезло, что я пришёл не убивать.

Подтянувшись, залез в воздухопровод и, не дожидаясь появления самых ретивых бойцов Калинина, перебрался в соседний отсек. По идее в этой трубе при отключении энергии должны были сработать створки, обеспечивающие герметичность, но в переданной Дроздовым информации были обходные коды безопасности, которые я с успехом и использовал во всех шести ангарах, принадлежащих этой компашки.

И именно это мне позволяло передвигаться, почти не попадая на глаза охране, создавая впечатление неуловимости и многочисленности, так как оглушённых бойцов находили в совершенно противоположных частях ангаров.

Но не всё Исаеву масленица, и в модульный домик, возведенный уже людьми Калинина мне пришлось вламываться уже по старинке.

Оглушённые охранники, отхватившие по «бодрящей» порции эфира, синхронно упали на пол, а я, кувыркнувшись, метнул иглу в спускающегося по лестнице противника.

Металлический наконечник звонко стукнул о кирасу, но вражина вряд ли успел обрадоваться, так как снаряд мгновенно распался на мельчайшие частицы, окутав облачком. Минус три.

Медленно поднимаясь по лестнице, я внимательно прислушивался к звукам, но, судя по всему, Киреев действительно выполнил приказ виконта, уведя остальных в другой отсек.

— Что ж, это было на удивление лёгкой прогулкой, — пробормотал я, постучав в дверь, а после приоткрыл её и закинул парочку крохотных горошин.

Прежде чем успел закрыть дверь, вспыхнуло освещение, и я увидел одновременно удивленное и ослепленное лицо Калинина, а после бомбочки, начинённые сонным газом, взорвались.

Прикрыв дверь, отсчитал пару минут, давая активному веществу сработать, оседая на лёгких засевших внутри уродов, вряд ли они всё это время сидели в противогазах, а после зашел внутрь.

Стоящая на столе рация шипела, периодически выплёвывая едва различимые слова. Мой бот, тот самый, что попортил проводку, сейчас доживал последние минуты, генерируя помехи на приличном расстоянии и вгоняя меня в сумасшедшие долги, но об этом я буду думать уже завтра.

Таймер отсчитывал последние минуты, так что, схватив первого из золотой молодежи, оказавшегося ближе всех, подтащил его к столу и сорвав рубашку приступил к грязному делу.

Когда в кабинет ворвался полицейский спецназ с требованием лечь на пол и положить руки на голову, я уже заканчивал с Калининым, медленно потягивая дорогущий виски.

— Надо же, насколько вы пунктуальны, господа полицейские, — произнёс я, глядя на удивлённое лицо спецназовца и застывшие на нулях цифры таймера.

Глава 9

Здание суда

Орбитал

— Новый день и новые заботы… — выйдя из здания суда, я остановился на самом верху каменной лестницы, ведущей в обитель Фемиды, и первым делом ослабил узел галстука.

Ненавижу эту удавку. Но, когда тебе зачитывают приговор, полагается вести себя подобающе аристократу и быть идеальным образчиком высшего общества. Даже невзирая на то, что по итогу судебного заседания у тебя со счёта спишут кругленькую сумму за порчу имущества станции.

Я, обернувшись, бросил взгляд на высокое, давящее своими размерами здание суда и, с трудом сдержавшись, чтобы не показать фигуру из трёх пальцев, стал спускаться вниз, где меня уже поджидали. Веселье закончилось, и настало время подводить итоги.

— Ну, Игорёк, ну ты и сволочь! — из опущенного окна лимузина на меня уставились вечно весёлые глаза Антона. — Такую кашу заварил и всё без меня.

— Если бы я заваривал её с тобой вместе, то сюда бы сам Император прилетел с самой большой ложкой, так что уж увольте, — дождавшись, когда слуга откроет мне дверцу машины, уселся на широкое сиденье и с удовольствием вытянул ноги.

— Что, у полиции до сих пор камеры не класса люкс? — продолжал веселиться молодой граф. — Тяжело было на деревянных нарах спать?

— Приемлемо, со студенческих времен ничего не поменялось, так что можешь себе представить, — не поддержал я его веселого тона. — Лучше скажи, как у тебя успехи?

— Всё прошло без сучка и задоринки, это же я, — произнёс самый скромный парень во вселенной. — Ну а если серьёзно, спасибо, что поделился информацией. Кстати, с тебя много стрясли за порчу имперского имущества и вызов полицейского спецназа?

— Прилично, — озвучил я сумму штрафа, который на меня повесила судья, и Антон удивлённо присвистнул. — Так что гоните деньги, граф.

— Вот всегда поражался вам, барон, как вы умудряетесь из строения типа сортир, построить конфетный завод, — покачал головой Кулясов, беря в руки планшет и начиная колдовать.

Спустя пару минут у меня звякнул комм, и я увидел сообщение, что мой опустевший утром счёт пополнился да настолько, что я ещё и в плюсе таком неплохом оказался.

— Здесь доля и от Айземана, если что, — уточнил Антон, довольный произведённым эффектом — Кстати, Исаак оказался довольно интересным товарищем, даже удивительно, что мы с ним раньше не пересекались.

Несмотря на внушительную сумму, которую мне перевели эти два товарища, я был уверен, что они сами не остались в накладе.

Ещё когда я только прорабатывал план по унижению идиота, посмевшего оскорбить мою сестрёнку, я понимал, что просто так подобную операцию на имперской территории мне никто с рук не спустит, так что решил минимизировать ущерб, а при случае и заработать.

Так что после разговора с Дроздовым я позвонил Кулясову и Азейману, предложив купить информацию о том, у какого рода в самое ближайшее время можно будет отжать бизнес и ценные площади на станции.

Первым пунктом, как я и предполагал, заинтересовался Исаак, вторым — Антон. Конечно, мне пришлось изрядно повозиться во время проникновений на территории уродов, где-то документы уничтожить или наоборот скопировать, где-то вывести из строя дорогостоящее оборудование, но сейчас, глядя на цифры на счёте, я чувствовал, как в груди разливается удовлетворение от проделанной работы.

— Ты ещё на станции задерживаться планируешь? — уточнил Кулясов.

— Нет, и так времени потратил больше, чем планировал, так что, если не сложно, давай заедем домой, с мамой попрощаюсь, а после подбрось до лифта, — ответил я.

— Да без проблем, — кивнул Антон и отдал приказ водителю.

До дома мы добрались довольно быстро, где, помимо мамы, меня встретила зареванная Мила.

В свои планы я их вчера не посвящал, но они меня прекрасно знали и изрядно поволновались, а после того, как утром им сообщили, что я нахожусь в суде, так и подавно.

И всё же как бы мне ни хотелось задержаться подольше, чтобы успокоить родных, дела гнали меня дальше и, обняв их на прощанье, сел обратно к ожидающему меня Кулясову.

Домой к нам заходить он не стал. Если меня не переваривал его отец, то его терпеть не могла моя мать, от которой он однажды за какую-то выходку выхватил клюшкой от гольфа по хребту. Где маман тогда её раздобыла в полицейском участке в три часа ночи, ума не приложу.

В общем, Кулясов её одновременно и боялся, и уважал.

Путь от дома до лифта был раза в два короче, чем от суда до дома, но ехали мы гораздо дольше, особенно, когда въехали в один из деловых районов, и поток автомобилей совсем замедлился.

— Что за хрень происходит? — опустив разделяющую нас с водителем перегородку, раздраженно спросил Антон.

— Пробка, — произнёс уже почти забытое слово водитель и указал пальцем на огромные экраны, располагающиеся на зданиях и стенах домов. — Всем интересно.

— Так, блин, Алёнку на церемонию не бери, — сглотнул Кулясов, глядя на работу «неизвестного» хакера, который транслировал кадры из больницы, где сейчас лежал Калинин со своими товарищами. — И не смотри на меня так, я к ней лезть не собирался, по крайней мере без твоего разрешения, — зачем-то уточнил парень, заработав мой подозрительный взгляд. — Просто ты сам видел, КТО там будет, и если ты за дурацкий комплимент сестре войну объявишь… Не, точно не бери…

Пускай Антон и не самый адекватный человек, но здравое зерно в его словах было. Когда что-то касалось моих близких, я не перед чем не останавливался, заставляя обидчиков ссать кровью. В прямом смысле этого слова.

Мы медленно ехали вперёд, а на экране продолжало крутиться видео, как Калинин, орущий от боли, несмотря на лошадиную дозу обезбола, пустил под себя очередную лужу. В этот момент по простыням расползлось кровавое пятно, а вокруг суетились врачи, не в силах помочь пациенту. И не смогут… я об этом позаботился.

Хорошие кадры выбрал наёмник, пробирающие до самых костей. Одобряю. Так что теперь я был на сто процентов уверен, что до многих дойдёт недвусмысленное послание о том, что моих близких трогать опасно.

— Тебя оштрафуют. Опять, — задумчиво произнёс Кулясов. — Я же правильно понимаю, что трансляция по всей станции?

— Даже не понимаю, о чём ты. Просто какой-то добрый человек решил показать, что бывает с подонками, даже из высшего общества, я-то здесь при чём? — развел я руками, а Кулясов заржал аки конь.

Пробку мы всё же проскочили. Служба безопасности станции тоже свой хлеб недаром ела, так что планируемые полчаса видеонарезки сократились до пятнадцати минут, но и то, даже это было впечатляющим результатом. Надо бы премию кое-кому выписать.

На планету я спускался самой скоростной капсулой, получив порцию неприятных ощущений вначале от невесомости, а после и перегрузки, но зато в разы быстрее.

Выйдя из многочисленных ворот лифта, поймал аэротакси. Охрана меня не встречала, так как я планировал ехать сразу к Валентино, никуда не заскакивая по пути.

Усевшись в повидавшее виды летающее корыто, чей водитель первым среагировал на моё появление, назвал адрес и погрузился в размышления.

По сути, мои дела в столице закончились. Оставалось только проверить, все ли переселенцы готовы к отбытию да забрать Дроздова от Валентино.

— Уважаемый, всё в порядке? — обратился я к таксисту, заметив, как тот резко вклинился между летевших на той же высоте машин.

Я так-то не против лихачества, когда оно обосновано, но сейчас я не особо торопился и таксиста об этом не просил.

— Да всё нормально, господин, — не оборачиваясь, ответил мне мужчина. — Просто некоторые водить не могут, а за штурвал садятся. Права купили, а умение летать не купили.

— И всё же не стоит так торопиться, — произнес я, чувствуя, как настойчиво завибрировал комм.

Такое случалось, когда связь становилась неустойчивой, особенно на высоте, но ощущение чего-то неладного уже кололо меня, подкидывая пока ещё крохотные порции адреналина в кровь.

— Вы бы не могли спустить вот к тому торговому центру? Думаю, мне захотелось пройтись, — пока ещё вежливо попросил я таксиста и тут же почувствовал, как меня едва заметно утапливает в кресло ускорение, похоже, кое-кто прибавил скорости.

— Не самое удачное место для парковки, го-о-о… — не закончив фразу, мужчина затрясся, я, скользнув на переднее сиденье, благо, просторный салон машины позволял подобные маневры, перехватил штурвал одной рукой, а второй продолжал держать таксиста за шею.

Не самая удобная поза, но лучше так, чем разбиться.

— Сиди спокойно. Чем сильнее ты будешь сопротивляться, тем больнее тебе будет, — продолжил я вливать в парализованного мужчину эфир.

Тот лишь сверкнул глазами в мою сторону, и я, вздохнув, добавил энергии, предварительно выжигая нервы на ногах, чтобы, пока этот идиот будет биться от боли в ремнях безопасности, ненароком не вогнал нас в штопор.

Такси летело вперёд, водитель бился в судорогах, я раз за разом задавал вполне логичные вопросы для такой ситуации.

Вот только неудавшийся похититель совсем не хотел проникаться происходящей ситуацией и отказывался рассказывать хоть что-то, лишь орал, всё больше и больше раздражая меня. Всё-таки ночёвка в каталажке и слёзы на лицах близких, доброты мне сегодня не прибавили.

— Блин, ну вот опять день, пущенный коту под хвост, — пожаловался я охрипшему от криков и с красными от лопнувших капилляров глазами мужчине. — Я же пока по-хорошему спрашивал, но раз ты такой упорный, думаю, стоит пообщаться поплотнее.

Резко бросил летательный аппарат вниз, разглядев под нами то ли пустующую стройку, то ли заброшенный дом.

Хотя столица только строилась, появление трущоб, населённых неудачниками, шло едва ли не быстрее. Но здешние обитатели, изрядно битые жизнью, редко предпочитали рисковать непонятно ради чего, так что если наше приземление, более походящее на падение, и было кем-то замечено, то торопиться к месту событий никто не собирался.

У самой земли ткнул в ногу похитителя, скидывая её с педали газа, и выкрутил штурвал. Приземление вышло жёстким, но летающее корыто выдержало, лишь слегка помялось, и, проскользив по бетону, высекая искры, уткнулось в стену.

— Вот тут действительно неудачное место для парковки, а не вот это твоё… — послав импульс эфира, вырубил мужчину и, наконец, разжав руки, толкнул дверцу.

Хрен кто там нас ждал, но корпус всё-таки повело, и мне пришлось повозиться, под конец вырезав часть замка эфиром.

— Ну, блин, ну есть же у людей способность разговаривать ртом. Вот что тебе мешало просто сказать, кто заказчик и куда ты меня отвезти собирался, — бросил безвольное тело к стене, хорошенько приложив затылком.

Этот человек после того, как видел и прочувствовал мой дар, уже был мертвецом, пускай ещё и дышащим, так что церемонится я не собирался.

Приведя его в сознание, вновь обездвижил, при этом оставив полную чувствительность и закатав рукава, приступил к добыче информации.

Сам процесс занял минут десять от силы, и я уверен на все сто, что после непрерывных воплей у этого места среди аборигенов закрепится ещё более удручающая репутация.

Впрочем, несмотря на перенесённые страдания, псевдотаксист, оказавшийся обычным наёмником, коих на чёрном рынке можно было покупать пучками за копейки, был всё ещё жив, хотя и дышал через раз.

Подхватив его подмышки, усадил обратно за штурвал, словно манекен, и поднял в воздух машину, предварительно связавшись с Валентино.

Вкратце обрисовав ситуацию, попросил прислать проверенных бойцов и поскорее. Тот попросил не рисковать и дождаться подкрепления, но, если верить рассказанному мертвецом, мы уже не укладывались в отведённое время, так что, промычав что-то нечленораздельное, направился прямо в засаду.

Несмотря на то, что я гнал изо всех сил и пару раз чуть не вписался в медленно ползущих по воздушной трассе тихоходов, к условленному времени я не успевал. Чёрт его знает, какие были инструкции у встречающих на такой счёт, так что, снизившись и сбросив скорость, выпрыгнул наружу.

Уже покинув машину, извернулся в воздухе и послал импульс таксисту, заставив его утопить педаль ускорения, прямой наводкой направив в сторону возвышающегося завода.

Да уж, если я всё-таки ошибся, и там уже никого нет, то очередной штраф от империи за порчу автоматизированного заводика мне обеспечен.

А нет, не видать им моих кровных. Такси, почти достигнув одной из труб, вспыхнуло огненным цветком, и вниз полетели горящие обломки и куски мяса. Помянем идиота, земля ему стекловатой.

Приземлившись и кубарем покатившись по шикарнейшему газону, выросшему после прохода терраформирующего комбайна, подскочил и, сориентировавшись по клубам дыма, рванул в сторону леса, так удачно прилегающего к заводику.

Солнце светило, птички пели, кроны выращенных в ускоренном режиме деревьев шумели, а туфли предательски скрипели, грозя вот-вот развалиться после забега по полю и лесу, но всё же держались.

Перемахнув через невысокий забор, огляделся. Завод стандартный, планировка знакомая. Отсюда я не видел падения такси, но сомневаюсь, что даже конченые идиоты оставят тылы без прикрытия.

Высокая труба метрах в пятидесяти, лестничная площадка с отличным обзором на лес и непонятная конструкция, напоминающая железнодорожный кран, только на колесах. Так с местами для наблюдателей-снайперов определились.

Блик оптики подтвердил мои выводы, так что, подражая змее, при этом с улыбкой вспомнив Леди, проскользнул вдоль кустов, пытаясь нащупать мёртвую зону.

Бросил взгляд на густую тень от крана, дождался очередного блика с трубы и, отсчитав три секунды, рванул вперёд. Секунда, вторая, и я вжимаюсь в стену, так и не услышав выстрела. Но не время расслабляться.

Подпрыгнув, хватаюсь за поручни и выбрасываю тело вверх, разом преодолевая пару метров. Боги, как же мне не хватает моей брони и Аспидов…

Мысль ещё не успела раствориться в сознании, а я уже очутился на самом верху, балансируя на тонкой металлической ферме (металлическая балка такая). Хреновая, просматриваемая со всех сторон позиция, но мне главное уложиться в четыре секунды.

Четыре… три… два… один.

Сидящий на трубе противник уже должен был поворачиваться в мою сторону, но я, выставив колено вперёд, влетел в небольшую будку и почувствовал, как хрустит под ногой хребет наблюдателя, так неосмотрительно не отрастившего глаза на затылке.

Противник находится в прострации, а значит, он уже труп. Тонкая игла эфира входит ему в нижнюю часть черепа, и он умирает, окончательно и бесповоротно.

— Ну что за предусмотрительные уроды? — перехватив уже почти выпавшую из рук наемника винтовку, убеждаюсь, что она с идентификационным чипом, а значит, стрелять мне из неё не светит.

У меня не получится, а вот у моего мёртвого «друга»… Мозг уже не работает, но сердце гонит кровь по венам и артериям, а значит, чип ещё не зафиксировал гибель владельца.

Вогнав ударную порцию эфира, изогнул тело мертвеца так, что самому страшно стало, и, не снимая его пальца с курка, приложился к окуляру.

В прицельной сетке появилось удивлённое лицо второго наблюдателя, всё-таки заметившего непонятную суету на кране.

Выстрел. И пуля, решившая стать пацифистом, пробив дырку на пару сантиметров выше головы наёмника, умчалась куда-то вдаль. Этот дебил вообще пристреливал свою винтовку?

Впрочем, второй выстрел вышел куда точнее, проделав дополнительную вентиляцию сначала в шлеме, а после и в черепе противника, так и умершего удивлённым.

Третьего наблюдателя я достать уже не успевал, так что покинул будку, содрав с мертвеца патронташ с гранатами. Похоже, единственное, во что этот идиот не напихал электроники.

Приземлившись, добежал до ближайшей двери и проник внутрь здания. Насколько помню, если сейчас поднимусь по лесенке, смогу выйти на третий этаж, а оттуда уже на крышу.

Что ж, продуманно-сделано. Мчась наверх, прислушивался к каждому шороху, но, кроме своего дыхания, ничего не слышал. Выскочив на открытую площадку третьего этажа, встретился буквально лицом к лицу с четвёртым наблюдателем.

Нас разделяло меньше двух метров, так что я прекрасно расслышал, как он уточняет местонахождение «браво» и «гаммы». Не, ну раз ему действительно интересно…

Два метра для меня даже не расстояние, а для человека, догадавшегося выпустить из рук винтовку и не озаботившегося оружием ближнего боя, требуется целая вечность, чтобы успеть среагировать. Так что спустя пару секунд он наверняка здоровался и с «гаммой», и с «бравой», усаживаясь в один из котлов.

Гарнитура, которую наверняка мог отслеживать командир наёмников, разразилась вопросами, перемежаемыми криками, которые я и без неё прекрасно слышал. Походу, основная часть собралась буквально у входа в цех, перед которым догорали остатки такси.

— Ну что за фанаты электроники на мою голову тут собрались? — процедил я, убедившись, что этот ушлёпок оснащён точно так же, как и первый труп. Даже гранаты оказались на месте.

Я прислушался к крикам, посмотрел на труп, потом опять прислушался.

— Ты думаешь о том же, о чём и я, дружище? — схватив за ноги труп, дотащил его до края и, стараясь не засветится, перекинул через край.

Несмотря на приличную высоту, влажный шлепок я услышал вполне отчётливо, так что представляю, каково было оставшимся идиотам снизу.

— Это же Карл! Какого хера? — услышал я удивлённый голос одного из наёмников.

— А это мой лучший друг, мистер граната, — негромко произнёс я, выжимая чеку и посылая патронташ с гранами обратно к владельцу и его товарищам.

Взрыв, кровь, кишки, движуха. М-м-м…

— Они в здании! — заорал самый сообразительный, стараясь перекричать ор раненых, посечённых осколками, а я с уважением посмотрел на второй патронташ, забитый этими малютками.

А сообразительный тем временем продолжал орать, раздавая команды. Плохо, не люблю умных, когда они играют не на моей стороне.

Заскочив обратно под крышу, услышал, как стучат берцы наёмников по металлическим ступеням. Пролёт между первым и вторым этажом. Принято.

Кругляш ненадолго охладил подушечки пальцев, а я, дождавшись, когда первая тройка наёмников проскочит выше и очутится подо мной, кинул гранату в следующую партию.

Взрыв только отгремел, а я уже приземляюсь на площадку второго этажа, ровно между застывшими от неожиданности противниками. Эфирный клинок вспарывает ближайшему коленную чашечку, превращая того на всю жизнь в инвалида. На его счастье, жизнь у него закончилась сразу же, так что он даже огорчиться не успел.

Второй среагировал, подняв на меня дробовик, но удар по кисти изменил направление ствола, и я, слегка надавив ему на руку, помог выбить мозги из третьего товарища, только схватившегося за рукоять автомата.

Любителя френдлифаера я отправил следом за инвалидом, уже полностью переключаясь на автоматчика, не давая его пальцу соскользнуть со спускового крючка и используя мёртвое тело в качестве щита, выпустил весь магазин одной очередью.

Целится было чертовски неудобно, но возгласы боли сообщили мне, что меткость у меня явно выше среднего.

Внезапная боль пронзила ногу, и я заметил, что из икры выглядывает каменный осколок размером с ладонь.

Услышав щелчок бойка, отбросил автомат в сторону, одновременно с этим впитывая остатки жизненной силы из трупа, чувствуя, как осколок вылезает наружу.

К сожалению, силёнок у мертвеца было совсем на донышке, но подвижность я восстановил, так что, кинув очередную гранату в зашевелившихся врагов, со спецэффектами влетел в ближайшую дверь.

— Так, четверо живых-целых, с десяток раненых и шестеро гарантированно мёртвых, — провёл я краткий анализ скоротечной стычки, вставая с пола и беря очередной кругляш в руку, — Результат на троечку, даже с учётом того, что у этих уродов одарённый.

Швырнул в дверной проём кусок двери, и он тут же обратился в пыль. Вначале в него вонзились пули, вот же меткие уроды, а после возник булыжник, одарённый тоже не спал.

— Граната, — изо всех сил заорал я, швыряя очередную деревяшку, наружу. В этот раз среагировал только «каменный». Зато я отчётливо услышал движение в проходе справа, напротив соседнего помещения.

Какая жалость, что архитектор не предусмотрел туда проход из моей комнаты. Непременно жалобу потом напишу. Хотя…

— Не граната! — вновь крикнул я, едва услышал шебуршание зашевелившихся наёмников.

Металлический шарик покинул патронташ, а я вонзил эфирный клинок в стенку, которая оказалась довольно хлипкой, поддаваясь чистой энергии, правда, сжирая эту самую энергию, словно бык помои.

И тем не менее, пока настырные наёмники, оглушённые взрывом, приходили в себя, я успел пробраться в соседнее помещение, ну а дальше всё по стандартному сценарию.

Подсёк, выбил оружие, ударил в горло, перешёл к следующему. И так дважды. И лишь покончив с третьим, последним наёмником, не бросил его тело, а перевалился вместе с ним через ограждения, выжимая досуха.

Всё это время, пускай даже и не такое большое, «каменный» не стоял на месте, осыпая меня камнями, но двигался я куда быстрее, чем он успевал создавать свои снаряды. Так что я отделался лишь многочисленными порезами, которые затянулись ещё до того, как упал на первый этаж.

Приземлившись на высушенный труп, я сразу метнул в стоявшего метрах в десяти от меня врага гранату, нырнув в укрытие. Взрыв ещё не прогремел, а я уже почти оббежал огромный бак и едва не напоролся выросшие каменные шипы.

Но, к несчастью наёмника, я уже уловил принцип действия его дара, да ещё и пульсирующее ядро на столь близком расстоянии выдавало владельца с головой.

Вот оно мигнуло, и сверху упали каменные сталактиты в то место, где всего лишь мгновение назад находился я. Отскочив от стенки бака, перескочил опасную зону и тут же прыгнул в сторону, среагировав на очередное изменение в ядре.

Игра в салочки вышла будоражащей, но скоротечной. Может, при поддержке наёмник и был машиной для убийства, но вот в одиночку…

Я, сблизившись, поднырнул под руку наёмника, ухватил его за челюсть и принялся высасывать эфир, планируя довести врага до беспамятства, но едва энергия потекла в меня, как ядро «каменного» вспыхнуло ярким светом.

Дело в прямом смысле запахло палёным, так как возникшие вокруг нас камни резко раскалились, и мне не осталось ничего другого, как запихнув последнюю гранату каменному прямо в пасть, одним движением свернуть челюсть и отпрыгнуть назад.

Взрыв, фонтан из крови и плоти и тишина, звучавшая похлеще самых бурных оваций.

— Не, ну это было интересно, только, честно говоря, хочется уже домой, — убедившись, что «каменный» и остальные наёмники мертвы на все сто, я направился к выходу, гадая, кто прибудет раньше, полиция или люди Валентино.

Глава 10

Нью-Кембелл

Перун

Силуэт дирижабля заслонил от Льялл Кембелл солнце, и она на мгновение ощутила, как по коже пробежали мурашки. Предчувствие надвигающихся неприятностей ещё сильнее нахлынуло на жену патриарха.

Стиснув зубы, чтобы не поддаться панике и позорно не сбежать с посадочной площадки, женщина гордо вскинула голову. Пускай враги видят, что ее нельзя испугать и она будет со своими близкими до самого конца.

Штыри лифтовой шахты с лязгом встали в пазы стыковочной площадки, и лифт пришел в движение, чтобы меньше чем через две минуты распахнуть створки.

Сделав шаг вперёд, Льялл сжала кулаки, испытывая дикое желание выжечь черноту, клубящуюся во чреве кабины.

— Спокойней, девочка. Не стоит убивать ту, кто когда-то спас твоего ребёнка, — старческий голос заставил женщину вздрогнуть, и зелёное марево вокруг её рук стало медленно растворяться в воздухе.

Тьма в кабине лифта будто втянулась в потолок, и Льялл увидела трёх человек.

— Дугальд, внучок, что же ты стоишь? Поприветствуй и обними маму. Она, наверняка, испереживалась, пока ты лечился в столице, — голос Син Кён Хи звучал до невозможности приторно, но лишь тот, кто не знал эту древнюю старуху, мог поверить в её искренность.

— Она мне не мать, — совершенно безэмоционально произнёс парень, и Льялл опять вздрогнула, осознав, насколько сильно изменился Дугальд. Как внешне, так и внутренне. — Прочь с дороги!

Вытянувшийся вверх и сбросивший пару десятков килограмм сын патриарха положил руку с чёрными ногтями на хрупкое плечо Льял, а после толкнул в сторону, освобождая себе путь.

— Какая трогательная встреча! — воскликнула старушка, смахивая невидимую слезу.

Дугальд, с трудом передвигая криво сросшимися после переломов ногами, направился в сторону машины, а Льялл посмотрела ему вслед.

В чёрно-серой униформе, веками ассоциирующейся с кланом Син, дёргающейся походкой и бледной кожей, он напоминал сломанную марионетку, подвешенную всего за пару ниточек.

— Разве мой маленький мальчик не совершенен? — без тени иронии спросила Син у Льялл. — Он станет достойнейшим патриархом.

— Вы обещали, что дадите время моим детям повзрослеть и уйти до этого момента, — повернулась к старухе женщина.

Та, в отличие от внука, была в традиционном платье светлых тонов, ещё и украсила волосы двумя чёрно-зелёными цветками.

— Не пытайся выглядеть более глупой, чем есть на самом деле, подстилка, — мнимая доброжелательность слетела со сморщенного лица Син. — Или напомнить, что по вине тебя и Дугласа погибла моя дочь и Дугальд остался без матери? А может, ты забыла, как ползала передо мной на коленях, умоляя спасти свою ещё не родившуюся старшенькую. Кстати, как её там, Кенна кажется?

— Кенна, — кивнула Льялл, ни на секунду, не сомневаясь в том, что эта паучиха и так знает, как зовут всех её детей. Такая тварь никогда ничего не забывает.

— Договор был подписан вашей кровью и даром, так что не вздумай делать глупостей и надейся, что, когда Дугальд наиграется с твоей семейкой, он вышвырнет вас прочь. Роду Син и мне лично подобные выродки, позорящие кровь, не нужны, — старуха замолчала, словно переводя дух, но это была лишь привычка играть на публику. Она была не слаба и могла бы изрядно удивить своими возможностями.

— Я это прекрасно помню и понимаю, госпожа Син, — с неимоверным усилием склонив голову, гордая волчица отступила в сторону, пропуская старую паучиху к ожидающей их машине.

Старуха величественно проплыла мимо Льялл, а та так и стояла, опустив взгляд вниз, пытаясь собраться с мыслями и чувствуя, как против ее воли, руки вновь окутывает марево.

— Не стоит делать глупостей, уважаемая Льялл, — девичий голосок прозвучал у самого уха и только сейчас Кембелл поняла, что совсем забыла про третьего пассажира в лифте.

Нет, не так. Разумом она осознавала наличие этого человека, но все её обостренные чувства отказывались вплетать незнакомку в картинку мира, словно та была чем-то лишним.

— Я не позволю вам причинить вред бабушке, а она после вашей провалившейся попытки будет сильно раздражена. Думаю, мы обе прекрасно понимаем, что это будет означать, — жёлтые глаза девушки буквально гипнотизировали Льялл, и та лишь кивнула, подтверждая правоту двигающейся плавно, словно змея, незнакомки.

— Я не сомневалась в вашем благоразумии, уважаемая Льялл, — девушка отступила назад, сбрасывая наваждение своих глаз с жены патриарха и давая рассмотреть себя. — Я Син Агаши, и для меня честь познакомиться со знаменитой волчицей дома Кембеллов.

Закончив говорить, девушка слегка поклонилась, соблюдая правила этикета, впрочем, как и полагается человеку, чьё имя переводится с древнего языка как «леди».

* * *

Окрестности Хорса

Перун

— Внимание! Вы находитесь в зоне ответственности рода Пратт. Бросьте оружие и встаньте на колени!

Зависший в десятке метров над землёй глайдер выглядел угрожающе, особенно, когда знаешь, что может таиться в скрытых кожухами пилонах.

— Может, вам ещё станцевать, дебилы? — ответил я, продолжая укладывать ровно, словно по нитке, трупы на входной площадке.

Произнёс я это обычным голосом. Уверен, аппаратура, установленная на этой летающей железяке, выглядящей, как противоестественная связь блюдца и куба, позволила расслышать меня достаточно четко.

— Внимание! Вы находитесь в зоне ответственности рода Пратт. Остановитесь, или мы вынуждены будем применить оружие!

Сидящий в глайдере либо был идиотом, либо просто тянул время, дожидаясь, когда прибудет начальство, которое «жираф» и которому виднее, что со мной делать.

Лично я ставил на второй вариант. Не могут же мне с самого утра попадаться одни идиоты? Вера в человечество, не покидай меня, пожалуйста!

Так что, наплевав на очередные вопли сверху, пересчитал трупы, не забыв при этом пошарить по карманам.

Ничего интересного не обнаружил. Даже у «каменного». Ни документов, ни жетонов. Единственное, что могу сказать, эти неудачники действительно были из «дешевых».

Оружие, напичканное электроникой, хреновая подготовка, стиль боя, заточенный под имеющегося в банде одарённого. Я бы скорее назвал их охранниками для какой-нибудь «сверхсекретной» лаборатории, проводящей сомнительные эксперименты в глухом углу родовой территории.

— Подзаработать решили, что ли, дегенераты? — перевернув труп одарённого на живот, вспорол пятнистую форму.

— Барон Исаев, прошу вас прекратить противоправные действия на территории, находящейся под имперским контролем и в зоне ответственности рода Пратт! — очнулся после непродолжительного молчания глайдер, пряча оружие обратно в корпус.

— Ну надо же, не прошло и суток, как догадались пробить по базе, и сразу такие вежливые стали, — покачал я головой, тем не менее не обращая особого внимания на телодвижения воздушного патрульного.

Сейчас меня больше заинтересовала выбитая на спине наемника татуировка в форме черепа. Точнее, так решил бы любой обыватель, мимоходом взглянувший на данный «шедевр».

Вот только я не был обычным и знал, что к части тела, которая сейчас напрочь отсутствовала у «каменного», картинка не имела отношения.

Наёмник некогда был абордажником в космофлоте Империи. Судя по затёртым штрихам, которые позже перерисовали в зубы, ему изрядно пришлось повоевать, пока он не дезертировал.

Подобные самоволки на флоте были не редкостью, а после грандиозной стычки в секторе Гаалиия, так и вовсе приобрели массовый характер.

Именно тогда стали появляться многочисленные пиратские банды, зачастую полностью укомплектованные некогда верным Империи «мясом».

Что ж, какой-никакой след. Хотя тату несколько раз перерисовывали и дополняли, но, думаю, банду я найти смогу, а через неё и на заказчика выйти можно.

Что-то меня начинает напрягать количество желающих получить мою голову на блюдечке. Ещё и без выгоды для меня.

Хотя ещё же осталась та странная дверь, подозрительно смахивающая на сейфовую, на которую я обратил внимание, пока собирал трупы по заводу. Она явно была новоделом и к архитектуре данного строения отношения точно не имела.

— Внимание! Господин барон Исаев… — завёл опять свою шарманку глайдер, но тут же крутанулся на сто восемьдесят градусов, выпуская наружу оружие.

— Явились не запылились, — сфотографировав спину с татуировкой, сформировал эфирный клинок и приступил к грязной, но необходимой работе. Не нужны мне лишние люди в расследовании.

Тем временем события на центральной площадке завода кипели вовсю. Выбив хлипкие ворота, из леса выскочил лёгкий броневик с пулемётным гнездом, стрелок которого тут же взял под прицел глайдер.

Следом за ним показался джип, на котором уже чётко можно было разглядеть герб владельца.

Ну а третьей машиной оказался крытый грузовик с кружащимися вокруг него дронами поддержки, которые могли как и прикрыть от вражеских снарядов, так и сами угостить разрывными гостинцами.

Посмотрел я на всё это, и сразу на душе тепло стало. Всё-таки приятно, когда тебя ценят. А Валентино, судя по всему, меня ценил.

Но, впрочем, ожидаемо, это были не единственные гости. Колонна ещё остановиться не успела перед догорающими остатками такси и шеренгой трупов, а с неба буквально упал очередной глайдер, из которого, даже пыли осесть не дали, выскочил человек в имперском кителе, но с родовым гербом и чемоданчиком в руке.

Прикрыв глаза от поднятой пыльной бури и удивлённо посмотрев на машины Валентино, он тем не менее быстро сориентировался и в сопровождении двух охранников, облачённых в средние экзоскелеты, побежал ко мне.

— Господин Исаев, прошу вас отозвать людей барона Феррите, — зачем-то придерживая густую шевелюру, которую колыхало из стороны в сторону под потоками воздуха пропеллеров, взлетающего глайдера. — Это территория…

— Это у вас парик, или вы так переживаете за свою красоту? — не удержался я от вопроса. Не, ну реально интересно было. — Пока думаете над ответом, можете подержать?

Протянул мужчине в сине-коричневом кителе окровавленный кусок кожи со спины наёмника, а сам начал тщательно вытирать руки, используя в качестве тряпки одежду упокоенного.

Представитель Праттов, сомневаться в этом не приходилось, с недоумением посмотрел на истекающий кровью свиток, а потом перевёл взгляд на спину наемника.

Мгновение, второе, и я имел честь наблюдать, как мужчина орошает сапоги охранника своим завтраком.

Молчаливые истуканы переглянулись, но ничего не сказали. Лишь испачканный дождался, пока подопечный закончит и тряхнул ногой. Как дрессированный пёс.

— Блин, мог бы и нас подождать! — Валентино, успевший выбраться из машины, добежал до нас, придерживая болтающуюся в ножнах шпагу.

— Ты же как бы против насилия? — я с сомнением протянул всё ещё испачканную кровью руку, но тот, не обращая на это внимание, с силой пожал её.

— Знаешь, за последний месяц я немного пересмотрел жизненные приоритеты, — улыбнулся в ответ парень, — и мир заиграл новыми красками. Такими яркими…

— Извините, — обратил на себя внимание представитель Праттов, которому явно стало легче. — Позвольте представиться. Я, Генрих Баров, полномочный представитель рода Пратт. К сожалению, Виталий Алексеевич сейчас находится на Орбитале и не может лично с вами переговорить, так что не сочтите за оскорбление.

— Ничего страшного, я прекрасно понимаю. Неудавшаяся попытка убийства спутала планы, и теперь ему необходимо все обмозговать. Вы не против, если я заберу это обратно?

Похоже, только сейчас блондин с шикарным париком, обратное то он не подтвердил, сообразил, что продолжает держать кусок шкуры наёмника в руке.

Он едва ли не кинул им в меня и остервенело принялся вытирать ладонь об идеально сшитый по фигуре китель, не обращая внимания на остающиеся кровавые разводы.

— Я со всей ответственностью смею заявить, что нападение группы «Чарли» на вас не было инициативой кого-либо из Праттов, — как можно убедительнее ответил Генрих, не в силах оставить попытки очистить руку.

— А, ну раз вы так говорите, — саркастически произнес я. — Представляете, уважаемый барон Феррите, меня пытались убить на территории рода люди, которые, судя по всему работают на них же, а теперь их представитель говорит, что это не они. Как думаете, что мне стоит сделать?

— Предполагаю, что просто уйти и оставить все улики заинтересованным лицам не выход, так что для начала, думаю, стоит потыкать мордой этого самого представителя в труп наёмника, если уж он не может понять столь очевидные вещи, — издевательски протянул Валентино.

Цепные псы тут же дёрнулись вперёд, прикрывая собой Генриха, а привёзший их глайдер, по-прежнему висевший в воздухе явно взял нас на прицел.

Но бойцы Валентино тоже не спали, заняв позиции вокруг, а в руках некоторых я увидел раструбы ракетомётов. Кто-то основательно подготовился к заварушке.

— Господа, господа, не нужно нагнетать обстановку! — растолкав охрану, выдвинулся вперёд Генрих. — Барон, я вас заверяю, несмотря на то, что эти люди были наняты нами, их задачи были совершенно иными.

Следующие десять минут речи представителя напоминали попытки рассказать всё и при этом не выдать ни единой тайны рода, чтобы не бросить тень на него. Невыполнимая задача, на самом деле.

Эти самые «Чарли», со слов Генриха, действительно были наняты Праттами для охраны одной из лабораторий, работу которой род старался не афишировать. Поэтому завербованных бойцов перед отправкой поселили на заводе, где они должны были сидеть-тихо и спокойно до отбытия к месту назначения.

Но, судя по всему, командиру отряда было скучно сидеть уже вторую неделю просто так, и он решил подзаработать, перед отправкой прихлопнув барончика. Казалось бы, что могло пойти не так?

Сейчас же Генрих, а через него и сам Пратт, просил войти в положение и не придавать огласке произошедшее. Не то чтобы их особо беспокоила возможность стычки со мной, скорее, они переживали за репутацию, которая у них несомненно упадёт после того, как окружающие узнают о произошедшем.

Всё же трудно им будет объяснить, что род, которому доверили охрану имперского имущества, на котором не должно быть посторонних, это самое имущество использует в качестве перевалочной базы для наёмников.

Объяснениям Генриха я был склонен верить, уж слишком непрофессионально выглядела попытка меня убрать, но соглашаться я не спешил. Вина за Праттами была однозначно, и я планировал выжать из них по максимуму. Правда, не опускаясь до шантажа.

— Как это покинуть территорию? — удивился Генрих, услышав моё требование. — Эта зона находится в нашей ответственности…

— Я готов поверить вашим словам, Генрих, но до того момента, пока сюда не прибудет полномочный представитель имперской полиции и не произведёт фото и видеофиксацию, мне бы не хотелось, чтобы кто-то, даже совершенно случайно, испортил улики. Как пострадавшая сторона я имею полное право требовать, чтобы вы и ваши люди покинули территорию завода.

— П-фф, пострадавший… — всё же не удержался от комментария один из охранников Генриха, видимо, имея в виду трупы наёмников, многие из которых будет трудно опознать, настолько им досталось.

Я же был почти целым, не считая пары каменных осколков, что застряли в теле, когда прорывался к одарённому. Сильного беспокойства они не вызывали, но дискомфорт от их присутствия ощущался.

Но что-то мне подсказывало, что начни я вскрывать себе живот ножом, чтобы вытащить камни, а после, залечив себя самостоятельно, то у присутствующих явно возникла бы масса лишних вопросов.

Тем временем представитель Праттов продолжал наседать, уже буквально умоляя не вызывать полицию, а значит, он дошёл до требуемой кондиции. Сделав вид, что всё же иду им навстречу, согласился оставить всё втайне, но с условием, что в ближайшие два часа территория завода будет находиться под нашим контролем, а люди Праттов подождут за забором.

Генрих явно чувствовал подвох, но больше спорить не стал, и так понимая, что большего из меня не выжить. Тем более задачу, поставленную патриархом, он так или иначе выполнил, не допустив привлечения имперской полиции.

— Игорь, и зачем такие трудности? — спросил поднимающийся вместе со мной на второй этаж Валентино. — Забрали бы трупы да сдали полиции. Или ты беспокоишься из-за потенциальной мести Пратта?

— Не стоит загонять кого-то в угол без особой на то нужды. Тем более придя к соглашению, я поимел неплохой такой бонус, если, конечно, граф не идиот. Вскрывайте! — я ткнул пальцем в странную дверь и отошёл в сторону, пропуская вперёд бойца со сварочным аппаратом.

На мой взгляд, проще было бы сломать стены, но портить имперское имущество без веской на то причины? Уж увольте.

— Всё равно не понимаю, объяснить нормально можешь? — спросил Валентино, но я жестом остановил его и, дождавшись, когда дверь поддастся и отъедет в сторону, вошёл внутрь.

— Бинго! — произнес я, разглядывая огромную комнату, занимавшую минимум четверть третьего этажа и заставленную всякими стойками, ящиками и контейнерами. — Валентино, не затруднит ли тебя заказать пару-тройку грузовиков? Кажется, наёмники были не только тупыми, но и довольно запасливыми.

Парень в ответ кивнул и принялся что-то наговаривать в свой комм, а я направился в сторону овального яйца, до боли напоминающего спутниковую станцию связи.

* * *

Резиденция рода Пратт

Орбитал

— Барон Исаев в сопровождении людей барона Феррите, только что покинули территорию завода. Судя по тому, что час назад к ним прибыло три грузовика, они грузили что-то, помимо трупов наемников. К сожалению, сам процесс погрузки происходил в здании, так что узнать подробностей не представилось возможности, — закончив доклад, Генрих Баров перевёл дыхание, явно гадая, сразу его расстреляют или повесят где-нибудь в густых лесах Перуна.

Сидящий в своем кабинете на станции Виталий Алексеевич смотрел через экран на одного из своих лучших помощников и молчал, заставляя блондина активно потеть.

— Молодец, всё правильно сделал, — наконец, прервав молчание, произнёс граф. — Хорошо, что договорился и не стал давить на барона авторитетом рода. Не понимаешь? Эх, Гена, тебе ещё учиться и учиться… Исаевым ещё со своего основания было фиолетово на все эти титулы и прочую великосветскую мишуру. И попробуй ты его сегодня прогнуть, это повлекло бы куда большие проблемы для нас, чем утечка информации о базировании этих идиотов.

— То есть ликвидировать Исаева мы не будем? — удивлённо произнёс помощник, который уже в уме прокручивал списки исполнителей, готовых на грязную работу. — Он же может разболтать о нашем промахе.

— Нет, всё же ты — идиот, Гена, — сокрушённо произнёс Пратт. — Эта информация всё равно утечёт на сторону. Сколько там было людей? Больше сотни! Кто-нибудь из них по-любому расскажет о произошедшем жене, любовнице, собаке, и уже завтра люди из ИБ будут в курсе произошедшего. И тогда Исаев подтвердит нашу непричастность, позволив свалить всю вину на наёмников.

— То есть…

— Именно, Гена, именно, — кивнул граф своему помощнику. — Пока не найдёте заказчика, с Исаева, по крайней мере в столице и на станции, даже волосок не должен упасть. Так что найми лучших, чтобы и охраняли, и глаза сильно не мозолили барону. Ну и сам его из вида не выпускай, держи на контроле. Всё же интересный молодой человек встал во главе интересного рода.

Глава 11

Хорс

Перун

Несмотря на попытку убийства, очередную между прочим, я считал, что день прошёл неплохо.

Закончив с погрузкой всего того добра, что я с чистой совестью имел право считать боевыми трофеями, мы с Валентино направились в его резиденцию.

Поначалу молодой патриарх всполошился, когда охрана доложила, что за нами неотрывно следуют чужие машины, но после того, как я объяснил ему, что это, скорее всего, люди Пратта, он немного успокоился.

Отпустило же его окончательно лишь тогда, когда он заметил, что ради нас перекрыли целые улицы, дабы мы поскорее свалили с территории рода. С учётом того, что конкретного маршрута они не знали, часть столицы сегодня, определённо, постоит в пробках.

Прибыв в довольно скромный особняк Феррите, я в очередной раз подумал, что нужно обзавестись своим, и тут же отложил на пыльную полку своего разума, нужно было поторапливаться и успеть до отбытия в Исаевск закончить с делами в городе.

Встретился с Дроздовым и сообщил ему, что с должностью главы родовой стражи ему придётся повременить, уж очень нужны его таланты в столице. Предоставив всю информацию, которую удалось получить с трупов наёмников и выжать из Генриха, дал команду рыть до победного, не жалея средств.

Насчёт прекрасной незнакомки из ресторана тоже сообщил. С записей, снятых с камер ресторана и гостиницы, вместо девушки виднелся лишь яркий силуэт. При этом дежурные, следившие за камерами, клялись, что в реальном времени она выглядела нормально. Вот только описать Леди, даже на словах, не могли, как ни старались.

Всё же необычная девушка, я даже заинтересовался. Хотя, кто знает, пересечёмся ли мы вообще когда-нибудь ещё, и не плавает ли сейчас хладный труп Леди в каком-нибудь из местных каналов?

Ну и чтобы Дроздов совсем не скучал, прямым текстом намекнул ему, что сеть осведомителей в столице роду Исаевых тоже не помешает. Учитывая службу в полиции, для него это особой проблемы составить не должно.

Хорошо быть патриархом. Раздал команды и свободен… до какой-нибудь следующей жопы.

В общем, изрядно озадачив Дроздова, с чистой совестью укатил в сторону аэропорта, попутно с этим по телефону доказывая одному из менеджеров Хиго, ответственного за погрузку, что пару тонн незапланированного груза их летающая посудина точно поднимет.

Таки убедил. Только не знаю, я или доплата в пять процентов. Впрочем, это было всяко дешевле, чем заказывать отдельную доставку бывшего имущества наёмников.

В здание аэропорта мы прибыли к самому концу посадки на дирижабль. Огромное здание бурлило, а посадочные ворота ежеминутно извергали или втягивали в себя десятки суетящихся людей.

Честно говоря, поначалу даже подумал, что не успеем к лифту, но неожиданно толпа вокруг нас раздвинулась, и я заметил, что люди с гербами Праттов взяли нас в кольцо и, держа расстояние, двинулись вперед, буквально сметая с пути зазевавшихся бедолаг.

— Это как же они от тебя избавиться хотят… — удивлённо произнёс Валентино, обращая моё внимание на отброшенного в сторону охранником мелкого дворянина.

— Да уж, сегодня Пратту поступит много жалоб, — согласно кивнул я, с недоумением переводя взгляд на пробовавшего возмутиться мужчину, которого тут же скрутили и куда-то уволокли.

Хорошо, хоть Пратт приказал своим людям не скрывать герб, иначе с десяток дуэлей мне сегодня было бы гарантированно.

Так или иначе, к лифту мы успели вовремя и, поднявшись в гондолу, сразу же направился на смотровую палубу, где смог вздохнуть немного свободнее. Все же люблю я высоту и всё летающее. Эта страсть к полёту была общей у нас с Аленкой. Интересно, как она там?

— О, я смотрю, сюда и предателей пускают. Что-то совсем люди Хиго мышей не ловят, — раздался знакомый писклявый голос за спиной, а на меня накатилось ощущение дежавю.

Почти два месяца назад стартовая площадка десантных модулей и кретин с жидкими усиками, посмевший прервать моё прощание с семьей.

— Филлипок, ты ли это, соседушка дорогой? — с максимально добрым лицом повернулся я к говорившему, и низкорослый знакомец с беспорядком на голове, который трудно было назвать причёской, напрягся, словно собирался отпрыгнуть.

Впрочем, это у него при любом раскладе не вышло бы, так как позади Пугачёва стоял другой молодой мужчина, пристально смотрящий на меня с неподдельным интересом.

По сравнению со своим спутником он выглядел настоящим аристо. Дорогая одежда, холённая рожа, явно зашкаливающее чувство собственного величия и лёгкое пренебрежение даже к своему товарищу, который, впрочем, этого не замечал, продолжая гневно смотреть на меня.

— Да как ты смеешь меня оскорблять⁈ Я — виконт Пугачёв, и не какому-то занюханному барону коверкать моё имя! — перешёл на крик излишне возбуждённый недомерок.

Неторопливо ходившие мимо нас аристократы, кажется, стали двигаться ещё медленнее. Я даже заметил знакомые лица, которые присутствовали при моей дуэли с Кембеллом. Вот они вообще сразу сориентировались и постарались занять места поудобнее.

— Надо же… Выходит, вас можно поздравить с получением нового титула? — действительно удивился я.

Не то чтобы я излишне пристально следил за соседями, тем более за теми, кто находился изрядно далеко от моих основных территорий, но присвоение очередного титула не самая рядовая церемония, и пропускать такое чревато. Нужно будет выговор сделать…

Я задумался. А собственно, кому выговаривать? Не Леонову же с Морозовой и Клаусом. Ладно, строго укажу самому себе, потом, к какому-нибудь празднику, сам с себя взыскание и сниму. Хорошо быть самому себе начальником.

— Сам наместник провёл церемонию, — гордо произнёс Пугачёв, вперив свой ястребиный взор в меня. Говорил он это демонстративно громко, пытаясь произвести впечатление на окружающих.

Смотрелось это забавно, но не портить же момент этой курице, не до конца понимающей происходящего.

— Вот теперь, наверное, действительно обидно будет понимать, что сектор возглавляет барон, а не виконт, — Валентино же тактичностью решил не страдать, озвучив появившиеся у нас обоих одни и те же мысли.

На лицах аристо промелькнули улыбки, и даже Кравцов, по-прежнему молча стоящий за товарищем, позволил себе ухмылку.

Узнал я его. Ещё один мой сосед. На Орбитале, в отличие от того же Пугачёва, я с ним почти не пересекался, но был наслышан. Причём плохого гораздо больше, чем хорошего.

— Он ничего не возглавляет! — взбеленился Пугачёв. — А тебе, приживала, вообще не стоит лезть в разговор. Или считаешь, что раз смог основать новый род, тебе в ноги должны кланяться⁉ Ты ещё дышишь лишь потому, что предатель решил сохранить твою никчёмную жизнь ради голоса в будущем Совете.

— Постойте, уважаемый барон Феррите, что это вы задумали? — успел я положить руку на плечо Валентино, прежде чем он выхватил шпагу из ножен.

— Прикончить мерзавца, что же ещё? — товарищ с возмущением посмотрел на меня, при этом пытаясь высвободиться из стальной хватки. — Сейчас я ему покажу «приживалу»! Говно куртуазное!

— В данном случае я одобряю вашу кровожадность, и эпитеты вы подобрали недурственные, мой друг. И полностью согласен с вами, что подобные оскорбления смываются только кровью, — слегка повысив голос, произнёс я, привлекая внимание всех собравшихся на палубе. — Но, во-первых, думаю, нам все же нужно уважать требования славного рода Хиго, запрещающего убивать на борту дирижабля.

После моих слов отступивший на пару шагов Пугачёв заметно приободрился, а Кравцов сменил недовольное выражение на задумчивое.

— Мутный он какой-то — мелькнула у меня мысль, но давать расслабляться этой парочке я не собирался, так что продолжил — Ну а, во-вторых, данный недомерок, именующий себя виконтом Пугачёвым, за время нашей беседы дважды оскорбил меня, назвав предателем. Так что право первой дуэли за мной.

— Но, блин, это же нечестно! — искренне возмутился некогда мирный парень. Кажется, я сломал единственного на всей планете пацифиста… — А может, уступишь? А я тебе сестру в жёны? А? Она хорошая, главное — пореже с ней общаться. Или вообще рот заклеить. Правда, я ещё в детстве пробовал, но почему-то не вышло.

— Тебе бы пересмотреть рекламную кампанию по выдаче сестры замуж, — улыбнулся я на спич товарища, — а то она в девках точно засидится.

— Я между прочим серьёзно. Ну, блин, ну дай мне его первым прирезать, а? Я даже готов штраф выплатить, — Валентино кровожадно посмотрел на побледневшего Филиппа.

— Извини, дружище, но этот говнюк уже давно поперёк горла стоит, тем более я ещё в день высадки пообещал к нему в гости заявиться, — я отпустил Феррите и шагнул навстречу Пугачёву. — Ну что, готов поболтать по-мужски?

Потенциальный собеседник вначале побледнел, потом покраснел, затем, кажется, собрался упасть в обморок, но прежде чем успел это сделать, его подхватил Кравцов.

— Уважаемый Игорь Владиславович, боюсь, как вы уже сказали, дуэли на борту запрещены, да и мой товарищ сейчас не в лучшей форме, так что вызов бросить вы ему сейчас не сможете, — слова белобрысого звучали в общих чертах убедительно, если не вдаваться в подробности, вот только не стоило Филлипку обращать на себя внимание, тем более сейчас, когда его род и род Кравцовых являлись наиболее вероятными соперниками за влияние в секторе.

— В условиях пребывания на судне ни слова не сказано о старой доброй драке, Константин. И за такую дуэль не последует никаких штрафов, проверено лично, — подойдя к испуганно вращающему глазами Пугачёву, схватил его за подбородок. — В семь вечера жду тебя, Филлипок, в спортзале. Если не явишься, найду и лично сброшу с дирижабля без парашюта. Думаю, наместник скажет мне лишь спасибо за то, что я хоть немножко очистил Империю от трусливой плесени, непонятно за что получившей титул.

Оттолкнув от себя застывшее тело новоявленного виконта, повернулся к затаившей дыхание толпе, уже совершенно не стеснявшейся своего любопытства.

— Рекомендую всем прийти немного пораньше, дабы занять места получше, — громко произнёс я, подмигнув одной обаятельной особе, а после направился в ресторан, прихватив с собой Валентино.

* * *

Каюта Пугачёва

Дирижабль Хатори

— Б**… Б**… Б**, — словно мантру повторял шагающий из угла в угол Филипп, с каждой секундой всё больше понимая, что вляпался по самые уши.

Его рука непроизвольно потянулась к графину с выпивкой, но парень тут же сам себя ударил по щеке и продолжил шагами мерить каюту. Нельзя, нельзя идти к этому выскочке пьяным. Нельзя! Хотя, если напиться, боли будет поменьше…

— Не… Не… Не… — сменил пластинку Пугачёв и с силой ударил по стальной перегородке, украшенной тонкой занавеской.

В руке что-то хрустнуло, тряпка накрыла парня, обвив словно живая, и тот принялся её сдирать себя, едва не упав.

На всё это с едва скрываемым злорадством смотрел Константин, но, когда Филипп освободился и посмотрел на товарища, тот сразу же натянул маску сочувствия.

— Всё же прав был, отец, этим самовлюбленным идиотом проще простого манипулировать, — мысленно усмехнулся Кравцов. — И чего только Панфилов нашёл в их роде? Это мы, а не Пугачёвы должны были возглавить сектор!

— Ну что ты замер как истукан, Костя⁉ — с нотками истерики спросил у друга Филипп, обёрнутый в шторку, словно в тогу. — Это же ты предложил подойти к Исаеву. Утверждал, что на дирижабле Хиго нам ничего не угрожает.

— Кто же знал… что ты такой идиот и поведёшься, — едва не произнёс в слух Кравцов, но вовремя исправился. — Кто знал, что он так резко отреагирует на твои слова, да ещё и при посторонних. Ты правильно сказал, он — предатель, и таких, как он, нужно ставить на место при каждом удобном случае!

— Да-да, ты несомненно прав, дружище, — приободрённый Филипп слегка расправил плечи и стал похож на одну из статуй, которые Кравцов видел на Третьем Риме. — И всё же, что же делать? Не то чтобы я боялся, просто будь эта настоящая дуэль одарённых, я моментально превратил бы его в хорошо прожаренный кусок мяса!

Молодой Пугачёв щёлкнул пальцами, и его руку по самый локоть окутало пламя. Жиденькое, чадящее, но Филиппу, сдавшему на шестую ступень перед самой высадкой, так не казалось.

— Согласен с тобой, Фил, — максимально уверенно поддержал товарища Константин, — Исаев — трус и именно поэтому настоял, чтобы драка произошла на дирижабле, где у него есть шанс одержать победу грубой силой. Совсем по-простолюдински.

— Ну, стоит признать, с момента нашего последнего разговора он стал немного крупнее, в плечах там пошире, да и двигается как-то странно, — кажется, у Филиппа начал включаться мозг, и Кравцов насторожился.

— Да, небось, на грядках своих фермерских, мотыгой намахался, — как можно беззаботнее произнёс Константин, в очередной раз порадовавшись, что его недалекий друг совершенно не интересуется ничем, кроме замковой прислуги женского пола да посещения клубов в столице.

— И всё же, как это ни горько признавать, в данном случае грубая сила может возобладать над интеллектом! — кажется, паника опять начала захватывать «интеллектуала», так что Кравцов, усадив друга на кровать, сказал никуда не уходить, а сам выбежал из каюты.

Отсутствовал он недолго, но за это время Пугачёв успел опустошить графин на половину, и его глаза подозрительно блестели то ли от слёз, то ли от возбуждения.

Заработав недовольный взгляд Константина, Фил было поднялся, но тут же был усажен обратно, а ему под нос сунули небольшой, размером с пол ладони инъектор.

— Что это? — с недоумением спросил виконт, разглядывая переливающуюся в прозрачной колбе жидкость.

— Боевой стимулятор, у охраны взял. Классная штука. Повышает реакцию, силу, выносливость. В общем всё, что тебе однозначно пригодится вечером, — пояснил Кравцов, правда, по какой-то причине опустив при этом пару нюансов.

Например, то, что стимулятор действовал максимум десять минут, и то, если у принявшего была хорошая физическая подготовка, чем Пугачёв явно не мог похвастаться.

Или вот то, что эта боевая «отрава» всегда употреблялась в паре с другой химической дрянью, так как вымывала кальций и делала кости бойца необычайно хрупкими.

Всё это Кравцов естественно знал, но к чему расстраивать «пешку» лишними знаниями?

— Спасибо тебе, Кость! Даже не знаю, что без тебя бы делал, — от всей души поблагодарил Филипп.

— Ну что ты, не стоит. Для чего ещё нужны друзья, как не для того, чтобы подставить плечо в трудный момент? — улыбаясь, ответил Кравцов.

* * *

Спортивный зал

Дирижабль Хатори

— Тебе не кажется, что из этого решили устроить целое шоу? — с азартом произнёс Валентино, стоило нам войти в спортзал. — Может, ты даже новое веяние моды открыл, мордобой аристо на борту дирижабля. Не, понятно, что звучит не очень и над названием ещё стоит поработать, но смысл ты ведь уловил?

— Уловил-уловил, не переживай так, мой кровожадный друг, — я направлялся в сторону самого натурального ринга, обтянутого канатами, обходя кучкующихся аристократов и ловя на себе десятки взглядов. — Одного не пойму, что ты-то так возбудился? Такое ощущение что вот-вот пустишься в пляс.

— Да, честно говоря, я всю свою прошлую жизнь мечтал о чём-то подобном. Когда подобным уродам, вроде Пугачёва можно будет рожу начистить, несмотря на их титул!

— А раньше что мешало? — пригнувшись перелез через канаты.

Ринг был небольшим, четыре на четыре метра, впрочем, места, чтобы развернуться хватало.

— Волшебного пенделя, наверное, не хватало, — пожал плечами Валентино, забирая у меня рубашку.

Дабы пресечь возможные слухи, я остался только в тонких чёрных брюках, даже обувь снял. А то потом будут говорит, что спрятал с десяток артефактов.

И тут же уловил возросший интерес с женской стороны, а некоторые, особо смелые и вовсе указывали пальчиками. Чую, вечер в обществе прекрасной половины человечества, несмотря на мою репутацию, обеспечен.

По залу разнёсся звук гонга, и надо мной вспыхнули лампы, ещё ярче освещая ринг. Похоже, дуэль должна вот-вот начаться, а соперника я что-то не наблюдаю.

— Может, мне уже пойти проверить, не пропал ли случаем один из парашютов? — стоило только Валентино пошутить, как послышался гул толпы, и из неё вышел Пугачёв.

Тонкий облегающий спортивный костюм белого цвета, в который оказался облачён мой соперник, подчёркивал все достоинства и изъяны его фигуры. Впрочем, последнего было куда больше…

— Уж лучше бы балахон надел, — покачал головой Валентино, выдав в слух общую оценку всех собравшихся в зале.

В целом, я был с ним согласен. С другой стороны, костюм тоже был не простой. Его волокна, в случае вывиха или того хуже перелома у владельца, могли сформировать подобие жесткого корсета.

С одной стороны, не совсем честно, всё же какая-никакая защита, с другой стороны, это всё же не оружие.

Единственное, что меня насторожило, так это небольшое вздутие в районе пряжки ремня. Обычно там держали капсулы стимуляторов, но сейчас, судя по отсутствию индикации на ней, там было пусто.

Уже почти у самого ринга Пугачёв споткнулся, но Кравцов успел его подхватить и поставить на ноги. Звонко хлопнув по спине, громко пожелал удачи и, развернувшись, направился к одному из немногочисленных кресел, доставшихся «секундантам» и самым привилегированным аристо.

Ведь своё превосходство нужно показывать везде, где только можно, а то вдруг окружающие ненароком забудут, кто ты есть.

Я встряхнул головой, прогоняя лишние мысли и облокотившись о стойку, наблюдал, как неуклюже поднимается на ринг Филипп.

Мне кажется, или он двигаться стал как-то дёрганнее?

Нахмурившись, прикрыл глаза, пытаясь почувствовать эфир внутри противника. Вышло это довольно легко, но ничего странного я не заметил.

Даром, каким бы он у него ни был, он точно не пользовался, так что я, следуя указаниям капитана, вызвавшегося быть судьёй в дуэли, вышел на середину ринга.

— Господин Пугачёв, господин Исаев, — поприветствовал он нас. — Напоминаю, что вы ещё можете избежать дуэли, признав победу соперника. Нет? Тогда напоминаю, что бой идёт до признания поражения либо до нокаута. Использование оружия и даров запрещено. Господа, вам всё понятно? Господин Исаев?

— Да, — кивнул я, не отрывая взгляд от противника, на лбу которого проступили капельки пота.

— Господин Пугачёв?

— Да, понял! — крикнул парень, а в его левом глазу лопнул капилляр, а потом ещё и ещё.

— Тогда… — судья поднял руку, и воцарилась тишина. — Бой!

По залу пронёсся очередной звук гонга, и я увидел, как на меня с нечеловеческой скоростью несётся Пугачёв.

Глава 12

Корабль-мусоровоз «Элеонора»

Фронтир

— Представляешь, если нам удастся раздобыть хоть один действующий истребитель кратов, мы сможем загасить все кредиты, ещё и нашу «старушку» подлатать! — развалившись в кресле второго пилота, вслух мечтал Кирк. — А если парочку, у-у-у…

— Не сглазь, — в который раз произнёс Джеймс, младший из двух братьев Харрисонов. Ему эта авантюра совершенно не нравилась, что он уже неоднократно пытался донести брату.

Любому здравомыслящему мусорщику было давно понятно, свяжешься с чем-то, что хоть микроном соприкасается с проклятыми кратами, быть беде.

Духовники, наставники, властители, первые Одарённые. Небольшая коммуна, появившаяся на заре космической экспансии человечества. Первые их шаги были робкими. Редкие проповеди на новых планетах, помощь переселенцам, спасение попавших в беду.

Но с каждым годом слухи об их добродетели росли, перепрыгивая с одной планеты на другую, уходя в неизведанные дали вместе с кораблями поселенцев, где прочно укреплялись во вновь возводимых городах и поселениях.

Влияние духовников росло, укреплялось. Появились и первые звёздные системы, власть в которой стала принадлежать теократам, умело совмещающим как религию, так и научное познание Вселенной.

То были золотые времена для человечества, пока не случилось нечто такое, что в корне изменило идеологию Первых, превратив их из наставников в кровожадных сектантов, поклоняющихся ушедшим богам и готовых пустить под нож население целых мегаполисов, ради проведения одного единственного эксперимента.

И вот, спустя многие десятилетия некогда гордоенаименование «теократы» сократилось до ёмкого, словно ругательство, слова «краты».

И вот сейчас братья Харрисоны летели туда, где, согласно выкупленным координатам у какого-то пьянчужки в баре, некогда произошла стычка между кратами и зарождающейся Империей.

Времени с того момента, конечно, прошло немало, но пропившее все свои мозги существо, некогда бывшее разведчиком в спас-службе, клялось всеми богами, что собственными глазами видело остатки разбитой техники сектантов.

Услышав точные координаты, Джеймс сразу почуял подвох. Место там было гиблое, огромное астероидное поле, вдоль и поперёк напичканное древними, полуразумными минами. Туда не рисковали соваться даже самые отмороженные пираты, не то что мусорщики вроде них с братом.

В общем, Джеймс сразу сказал своё веское «нет», но Кирк, впрочем, как и всегда, с ним не согласился. Будучи старшим, пускай и всего на минуту, он поставил точку в споре, выкупив у спившегося разведчика координаты и безопасный маршрут к месту отгремевшего сражения.

К удивлению и разочарованию младшего Харрисона, пропойца не соврал и с маршрутом не напутал, хотя мужчина, откровенно говоря, надеялся, что их судёнышко напорется на первую же мину, и они отправятся обратно.

Но нет, пускай и медленно, но братья двигались вперёд, всё больше углубляясь в астероидное поле.

И вот сейчас, когда до места назначения оставалось не больше двух часов, непонятно откуда на экране радара появилось странное сооружение.

Вначале братья даже не поняли, что видят перед собой. Кирк предположил, что это огромный кусок камня, которому придали форму звезды, правда, какой-то корявой, слишком уж разные по длине лучи у неё были.

И лишь когда старенький бортовой компьютер, скрипя своими электронными мозгами, составил объёмную схему обнаруженного объекта, они поняли, что лучами оказались вплавленные в астероид огромные космические корабли.

И вновь Джеймс предложил уйти, чтобы сообщить о находке ЦКП. Те, наверняка, отвалят им неприлично много денег за информацию, и, скорее всего, даже не оштрафуют за полёты в запретной зоне.

Но нет, было уже поздно. Пока младший всё обдумывал, пытаясь подобрать веские доводы, старший успел запустить дрона и пусть и частично, но просканировать «звезду».

— Никого там нет. Я тебе говорю, — защёлкивая прозрачный шлем, произнёс Кирк. — Ты же сам видел данные. Кислорода нет, энергии нет, признаков живых тоже. Эта база заброшена и, судя по всему, достаточно давно.

— И всё равно это опасно! — стоял на своём Джеймс. — Это, определённо, база теократов, и кто знает, как она среагирует на вторжение. Да и вообще, выглядит она странно. Мне это не нравится.

— Ты же читал про этих кратов. Они двинутые были на религии. А под конец войны вовсе свихнулись, вот и построили храм какому-нибудь божку своему из остатков флота! — раздражённо ответил старший, которого всю жизнь бесила трусость брата. — Ты со мной или здесь отсиживаться будешь?

Чертыхаясь, Джеймс всё же влез в скафандр и, настроив удалённое управление «Элеонорой», направил судно к одному из доков, обнаруженных дроном.

Их старенький мусоровоз влетел в ангар и, расставив лапы-опоры, плавно опустился на стальной пол. Свет в шлюзовой камере, выполненной на их кораблике в виде цилиндра, моргнул, и Джеймс утопил кнопку, приводя камеру в движение.

Мимолётное ощущение падения, лёгкая вибрация при столкновении шлюза с полом, а следом лёгкий толчок в спину воздуха, устремившегося наружу.

На скафандрах братьев вспыхнули фонари, освещая внутренности мёртвой базы.

— Пойдём, нужно как можно быстрее добраться до командной рубки, — первым вышел из шлюза Кирк, держа на изготовке старенький автомат, приспособленный для ведения огня в безвоздушном пространстве. Пускай он и был уверен, что на станции никого нет, но уж лучше перестраховаться.

Док, в котором они приземлились, был небольшим, так что на его обследование они потратили совсем мало времени, тем более, что в нём ничего не было, за исключением проржавевших и простреленных в паре мест погрузчиков.

Ворота, ведущие вглубь станции, с наскока вскрыть не удалось, так что, недолго думая, направились по единственно возможному пути, в соседний ангар.

Разграничивающие два дока створки ворот были слегка раздвинуты, и братья, немного повозившись, смогли протиснуться внутрь, где и замерли, разинув рот и забыв, как дышать.

Во-первых, это помещение было на порядок больше предыдущего, и даже мощные фонари не смогли разогнать тьму на другом конце дока.

Ну а, во-вторых, и самое главное…

— Чёрт тебя дери, Джеймс, да мы богаты! — стукнув брата по плечу, радостный Кирк принялся водить из стороны в сторону фонарём. Он то и дело выхватывал очертания различных космических кораблей от одноместных истребителей странной конструкции до серой громадины, застывшей в центре дока.

— Тут что-то не так, — Джеймс не разделил радость старшего брата. — Если это действительно база кратов, то откуда здесь вон тот тягач? Его же только лет через двадцать или около того с момента окончания войны выпускать начали.

— Да какая разница? Главное, что теперь он бесхозный, смотри, сколько на нём пыли налипло! — совершенно не слушая брата, Кирк прилип к небольшой капсуле, встроенной в двухметровое треугольное крыло. Дизайн и компоновка были неизвестными, но старший мусорщик был уверен на сто процентов, что эта штука дорого стоит.

Поняв, что до Кирка достучаться сейчас не получится, Джеймс пошёл дальше в сторону возвышающейся громады, выхватывая из темноты всё новые корабли.

— Слушай, а это случайно не тот корабль, который Центр ищет? Вроде про него по новостям передавали, — младший указал фонарём на серый корпус судна с выбитым названием «Беспокойный». — Кирк! Слышишь⁈

Не дождавшись ответа, Джеймс повернулся к затихшему брату.

— Ну что ты так шумишь? Кому нужно, тебя и так услышит, — улыбаясь, произнёс высокий, под два метра ростом, мужчина, держащий Кирка за горло.

— К-к-к, — начал заикаться младший брат, смотря на незнакомца, одетого лишь в обычную футболку, камуфлированные штаны и берцы.

Казалось, того совершенно не беспокоят отсутствие воздуха и температура близкая к абсолютному нулю. Зато Кирку, у которого из пробитого скафандра стремительно улетучивался кислород, было явно не столь комфортно.

Мысли о брате заставили Джеймса действовать. Вскинув автомат и каким-то чудом нащупав спусковой крючок в неудобных перчатках, вжал его в скобу.

Оружие дёрнулось и распалось на мелкие части прямо в руках мусорщика.

— Ну ничему вы, падальщики, не учитесь, — сокрушённо произнёс мужчина, отшвыривая от себя повреждённый скафандр, в котором уже болтался обтянутый кожей скелет. — Запомни, никогда не поднимай руку на того, кто выше тебя на бесчисленное количество эволюционных ступеней.

Лёгкая пощечина по шлему откинула Джеймса на пару метров, разорвав магнитную сцепку с полом, и тот отправился в полёт, с ужасом наблюдая за ползущей по стеклу трещине.

Он попытался закричать, но тут понял, что рот у него заполнен густой жижей, не дающей даже ворочать языком, а тело онемело. Единственное, что ещё не покинуло начавшего сходить с ума мусорщика, так это слух и зрение.

— Его в зал, пускай ваши послушники немного подкрепятся, — произнёс мужчина, обращаясь к появившемуся у входа ангару существу, тут же позабыв про будущий труп.

Появившийся урод несомненно когда-то принадлежал роду человеческому. Старинный скафандр, ещё времён восхождения теократов, две ноги, две руки. И что самое главное, человеческое лицо, которое на мгновение подсветил выпавший из рук Джеймса фонарь.

Вот только это лицо давно превратилось в исковерканную мутациями маску. А скафандр, судя по торчащим из него кускам плоти и тянущейся куда-то вглубь станции пуповине, давно стал продолжением тела крата.

— Будет сделано, Дьякон, — неуклюже согнувшись, ответило существо. — Пришли вести о твоих братьях. Астарот замечен на Пегарусе, что в соседнем секторе. Судя по всему, там скоро вспыхнет восстание.

— А Белиал чего? — скривился мужчина, так и не понявший причин, побудивших своих спутников взять столь идиотские имена. — Бездельничает, небось?

— Судя по обрывкам информации, он направился к центральным мирам Империи, — произнёс монстр, уже давно забывший свою человеческую сущность. — Мы пытались отследить его, но наши агенты исчезли.

— Да уж, с вами, идиотами, каши не сваришь, — покачал головой Дьякон. — Даже не удивительно, что вы, теократы, проиграли этой вшивой Империи. Но ничего, я ещё дам вам шанс отыграться. Забавно будет смотреть, как человечество само себя пожирает.

* * *

Спортивный зал

Дирижабль Хатори

Резкий удар Филиппа пришёлся… Да собственно никуда не пришёлся.

Сжатая в кулак рука проскользнула в сантиметре от моей скулы, и я тут же отклонился назад, пропуская мимо удар справа.

Не умеет Пугачёв драться от слова совсем. Нет, его, как аристо, определённо, обучали рукопашному бою и владению какой-нибудь родовой железякой. Вот только одно дело — махать кулаками на тренировочной площадке, а другое — в реальной драке.

Поймав ритм атаки, подставил плечо, но прежде чем на покрасневшем лице противника успела проступить улыбка, его ноги оторвались от ринга, и он подлетел на добрый метр.

Грохнувшись спиной на пружинистый пол, Пугачёв зарычал и тут же вскочил. Слишком быстро.

Толпа одобрительно загудела, раздались даже робкие хлопки, которые, впрочем, быстро стихли. Лицо Пугачёва исказилось, растянувшись в зловещей улыбке.

— И это всё, на что ты способен? — разведя руки в стороны и играя на публику, произнёс парень.

Да уж, кто-то явно пересмотрел фильмов про крутых парней.

— Сделай его, дружище! — подбодрил товарища Кравцов, правда, на его лице виднелись признаки беспокойства.

Что, малыши-карандаши, время утекает? Судя по тому, что белки глаз у Филиппа стали абсолютно красными, та дрянь, что вколол ему Кравцов, уже пошла вразнос в организме молодого идиота.

Толпа вновь загудела, уже требуя приступать к действу, и Пугачёв, желая потешить публику, рванул на меня.

Его скорость стала ещё больше, а движения рваными. В паре метров от меня он подпрыгнул, видимо, подумав, что я стою из-за того, что не успеваю следить за ним и, вытянув обе ноги вперёд, полетел в меня.

И вновь толпа ахнула, правда, лишь женская часть. Видимо, посчитали этот балет красивым. Я даже в сторону отошёл, чтобы красота продлилась на пару мгновений дольше.

Ноги, пузо, удивлённая харя с круглыми глазами. Именно в таком порядке пролетел мимо Филипп. Впрочем, удивился он ещё больше, когда моя ладонь успела накрыть его лицо и с силой опустила парня на грешную землю.

Раздался глухой шлепок, и я почувствовал, как под пальцами, что-то хрустнуло, а после стало мокро. Отступив на пару шагов с удивлением посмотрел на руку, обагрённую кровью из расплющенного носа Пугачёва.

Что за хрень? Удар был не настолько сильный, чтобы хрящи сломать, тем более физически здоровому человеку. Только если…

Я бросил взгляд на Кравцова и заметил его довольную улыбку, которая тут же исчезла, едва он понял, что на него смотрят.

— Вот же хитрая тварь, — покачал я головой. — Решил не мытьём, так катаньем своего добиться. Останавливать дуэль сейчас не вариант, если только не признавать проигрыш, а продолжать драку… Так это придурок либо от переломов помрёт, либо сердечко прихватит, как только действие стимулятора закончится. Вон как его прёт.

Филипп, вновь очутившийся на полу, пару секунд с удивлением размазывал по харе кровь, а потом, вскочив, заорал, оросив меня и стоящего сбоку судью слюнями.

— Ты… ты… посмел… меня… Вшивый баронишка! — похоже, мозги у бедолаги стали тоже разжижаться.

Уже не контролируя себя, он замахал руками, стараясь попасть по мне, изредка подключал ноги, вызывая восторженные крики толпы, наконец, получивших требуемое зрелище.

Что могу сказать. Это была одна из странных и тяжёлых драк на моей памяти. Я дрался и при этом пытался не покалечить противника, у которого кости, судя по всему, сейчас были не крепче стекла.

К концу избиения, которое восторженные зрители воспринимали за схватку равных, настолько изгалялся Пугачёв, выполняя финты, я уже тайком подлечивал его, не давая внутренним кровотечениям прикончить парня.

Так что, когда костюм-корсет исчерпал всю энергию и больше не фиксировал переломы, Филипп внезапно для всех упал на пол.

В зале заохали, видимо, подумав, что я применил дар, но подскочивший к нему судья, быстро осмотрев его, махнул рукой дежурившим неподалеку врачам.

Те, перекинув через канаты носилки, окружили Пугачёва и с трудом, точно сломав ему еще пару костей, переместили на носилки. Подхватив их, чуть ли не бегом умчались в сторону лазарета, а я посмотрел стонущему Филиппу вслед. Похоже, это уже становится фирменным знаком, превращать уродов в инвалидов на борту дирижаблей рода Хиго.

— Дуэль считается состоявшейся. Победа присуждается барону Исаеву, — едва моего противника унесли, громко произнёс судья.

В зале кто-то засвистел, кто-то, напротив, принялся хлопать, но мне уже было не интересно, так что я, поблагодарив капитана, направился к Валентино.

— Кравцова не видел? — забрал я протянутое полотенце.

— Свалил, когда ты в третий или четвертый раз этого психа на канатах разложил, — ответил друг, подозрительно косясь на меня. — Он всё же тебя задел?

Валентино указал на едва заметные кровоподтеки в районе живота.

— Не, бандитская пуля, — отшутился я, мысленно чертыхаясь про себя и поспешно натягивая рубашку.

Опять эти проблемы с контролем эфира, как тогда на аттестации. Тело самостоятельно во время схватки попыталось вытолкнуть каменную шрапнель наружу, а я даже не почувствовал

Не, в реальной драке — это крутая пассивка Дара, особенно, если будет работать, даже когда я буду без сознания. Но как же всё-таки палевно…

— Ну-ну, — не поверил мне молодой патриарх. Ну да, он же видел меня перед боем.

Впрочем, лишних вопросов Валентино задавать не стал, предложив мне первым делом привести себя в порядок, а потом отметить победу в ресторане.

Собственно, этому плану мы и последовали, причём ужин у нас вышел довольно оживлённый в плане того, что некоторые аристо не побоялись рискнуть и подойти ко мне с поздравлениями.

Правда, к концу вечера, когда со стола исчезли пустые блюда, сменившиеся лучшим вином, а мы вели с Валентино беседы ни о чём, я уловил лёгкое напряжение в воздухе, а взгляды, к которым почти успел привыкнуть, стали более колючими.

— Уважаемый, не подскажете, что произошло? — тормознул я официанта, ловко лавирующего между столами.

— На господина Кравцова, когда он спустился на нижние палубы, попытался напасть его собственный человек. Благо, другие охранники успели среагировать и убили предателя раньше, чем тот смог нанести вред барону, — с готовностью сообщил молодой парень. — Сейчас господин Кравцов проверяет, что тот мог успеть натворить, чтобы очернить его.

— Например, подменить безвредный стимулятор «боевым коктейлем», — с усмешкой предположил я и заметил удивлённый взгляд официанта. — Мысли в слух. Спасибо за информации. Скажи своему шефу, что барон Исаев доволен обслуживанием.

Официант благодарно кивнул и поспешил к другому столику. То ли уточнить заказа, то ли разнести сплетни дальше. Впрочем, одно другому не мешает.

— И что это означает? Как-то глупо выходит, — задумчиво крутя бокал, спросил Валентино. — Смысл убийце нападать на судне, которое нельзя покинуть? Да даже если и покинешь, далеко ли уйдёшь? Местные твари сожрут ещё на первой сотне метров.

— Готов поспорить, что этот «убийца» ещё месяц назад рыл землю на какой-нибудь богом забытой планете, — вполголоса произнес я. — Зато на самой нижней палубе появился новый переселенец с навыками бойца, достойный охранять целого барона.

— Ты имеешь ввиду…

— Именно. Судя по всему, Кравцов заметает следы. Сейчас на труп повесят то, что это он подменил инъектор, и поэтому не разбирающийся Кравцов вколол лучшему другу боевой стимулятор вместо обычного тоника, — принялся я раскладывать всё по полочкам. — Соответственно, злого умысла со стороны Пугачёва не было, он чётко следовал дуэльному кодексу, не используя запрещённых средств. Отсюда следует вывод, что моя победа не такая уж и заслуженная, ведь бедолагу фактически отравили.

— Но зачем это ему? — спросил Валентино, взглядом провожая молодых девушек, прошедших мимо нашего столика.

За ними, словно клуша, проследовала старая, чопорная дама. Наверняка, их гувернантка. Заметив направление взгляда моего друга, она зыркнула в ответ так, что тот смутился и принялся разглядывать дно бокала.

Да уж, а ведь совсем недавно этот человек собирался прирезать бедного Пугачёва…

— Ну тут ничего сложно. Простейший расчёт и сплошная выгода. Он рассчитывал, что во время дуэли я убью Пугачёва, тем самым спровоцировав отца того объявить мне войну. Момент так себе, но причина более-менее уважительная, так что обвинений в беспределе от других родов не последовало бы, — пояснил я. — А дальше раздел территорий и прочие приятные бонусы. Ну и последующее нападение уже Кравцовых на ослабленных Пугачёвых. По мне, так идеальный план.

— Почему? Мне лично такое не нравится, звучит со всех сторон подло, — продолжая украдкой бросать взгляд сквозь прозрачное стекло бокала на одну из девиц, усевшихся неподалеку, поинтересовался Феррите.

— Я не сказал, что он честный и благородный, просто идеальный. Конечно, если не считать маленького изъяна, — пригубив вино, я кивнул в ответ на незаданный вопрос. — Именно, так. Кравцов, как и всякий, кто чересчур мнит себя великим стратегом, совершил банальную ошибку, недооценил противника, то бишь меня. И именно поэтому ему пришлось в срочном порядке заметать следы.

— И что ты теперь планируешь делать? Расскажешь всё отцу Филиппа?

— Нет, — покачал я головой. — Слушай, мой юный друг, ты уже минут двадцать с той красавицы взгляд не сводишь. И я уверен, что она тобой тоже заинтересовалась. Хочешь, отвлеку её цербера, сбежишь с красоткой.

— Хм, знаешь… — патриарх крепко задумался и встряхнул головой. — Знаешь, нет. Можешь меня считать старомодным, но я не хочу подобных интрижек. Она, конечно, привлекательна, но, кроме физического влечения, я к ней ничего не чувствую, а для такого есть кто и попроще. Не хочется портить глупышке жизнь.

Ответ Валентино мне понравился, и я задумчиво посмотрел на него. Познакомить его с Милой, что ли? Алёнку-то он явно не потянет. А вот младшей сестренке… Хотя нет, пока пару секторов собственноручно не захватит, первоначальный этап отбора у строгого брата, то бишь меня, не пройдёт.

— Мы отвлеклись. Так почему не расскажешь? Разве не проще было бы стравить Пугачёвых и Кравцовых между собой? — вернулся к нашей теме Валентино.

— Проще, конечно, но не так интересно, — улыбнулся я. — Знаешь ли, что-то мне за последнее время надоели все эти интриги, удары в спину и ехидные улыбки зазнавшихся уродов, норовящих приподняться за счёт моей скромной персоны. Так что пора бы заиметь явного врага и немного подзаработать.

Глава 13

Дирижабль Хатори

Перун

Следующие двое суток пути прошли без приключений. Пугачёв продолжал отлёживаться в лазарете, периодически приходя в себя, Кравцов на публике не показывался, по крайней мере мне на глаза он старался не попадаться.

А я играл в древнюю игру «Разделяй и властвуй». Заводил знакомства с присутствующими на борту аристо. С кем-то удачно, с кем-то не очень, но держал себя в рамках, не допуская очередной дуэли. Боюсь, очередного калеку на своём судне Хиго мне уже не простят.

В промежутках между общением, вместе с Валентино проводил время в спортзале. Мне нужно было взять под контроль самовольный эфир, а Феррите не мешало бы подтянуть навыки рукопашного боя.

Но любой отдых рано или поздно подходит к концу, подошёл к концу и мой перелёт. Ещё утром с дирижабля сошёл Валентино. Остановка в его постепенно разрастающемся городке была короткой, но он успел меня представить своей матери и сестре, пока дирижабль разгружался.

Что могу сказать? В них сразу чувствовалось происхождение, горячая кровь предков, вышедших с южных краёв нашей прародины.

Джоран, невысокая плотно сбитая женщина, на которую сын был абсолютно непохож, совершенно не стесняясь проходивших мимо людей, крепко обняла меня и рассыпалась в словах благодарности. Честно, мне даже стало как-то неловко.

Переждав волну благодарности, клятвенно заверил, что как только появится свободное время, непременно загляну к ним, и лишь тогда сумел выбраться из удивительно крепких объятий женщины.

И всё это под пристальным взглядом чёрных глаз смуглянки с белыми волосами. Удивительное сочетание, запоминающееся. Правда, смотрела Кира на меня, как на диковинное существо. Даже стало интересно, какие мысли роятся в столь милой головке.

Впрочем, стоит отдать должное, едва её мать высвободила меня из своих медвежьих объятий, девушка слегка присела и протянула руку. Прокрутив в голове двадцатитомник с названием «Краткий список этикета различных планет», приложил к ладошке губы, обозначив поцелуй.

Вообще, насколько помню, подобное давно не практиковалось, но раз уж Феррите так решила, было бы грубостью проигнорировать.

Раздавшаяся сирена спасла меня от дальнейших благодарностей матери Валентино, так что, распрощавшись с этой интересной семейкой, я направился на готовый отбывать дирижабль. И вот, спустя три с половиной часа, я, наконец, прибыл в пока ещё крохотный, по сравнению со столичным, аэропорт Исаевска.

Оставив одного из своих людей контролировать разгрузку и размещение переселенцев, сел в дежурную машину и сразу же направился в город любоваться на свой новый кабинет.

Дорога от будущего аэропорта до центра города заняла гораздо больше времени, чем я рассчитывал. Даже несмотря на то, что отсутствовал я всего ничего, Исаевск значительно разросся и некогда прямой маршрут превратился в извилистую дорогу со множеством перекрёстков, развилок и, само собой, контрольных пунктов.

В отличие от многих других городков, что стремительно вырастали на поверхности Перуна, проект Исаевска был утверждён ещё до момента высадки, и сейчас город строился строго по плану.

Конечно, смена места первоначальной высадки сказалась на некоторых моментах, те же жилые районы были перенесены ближе к Черепахе, но общая планировка города осталась той же.

Расположенный на небольшой возвышенности ДМ окружали стальные стены внутреннего рубежа обороны. Их возводили в первую очередь, ведь именно здесь, в случае, если враг прорвётся сквозь внешние рубежи, будут укрываться все те, кто не способен держать оружие в руках.

Далее, за внутренним кольцом стен, шли жилые районы, разделённые сетью дорог и подземных переходов.

Наверное, это была единственная часть города, которая более-менее соответствовала статусу цивилизованного города. Пускай невысокие, трех, четырёхэтажные дома, но выглядели они по-современному изящно и стильно. Никаких грубых углов, серых тонов, всё светлое и радостное.

В пока ещё пустынных двориках уже можно было увидеть, как мелкие роботы-инженеры Черепахи размечают места под клумбы или готовятся запустить на проверку очередной фонтанчик.

Конечно, Исаевск строится на вырост, и многие дома будут пустовать ещё не один месяц, но уверен, когда обстановка хоть немного успокоится, новые поселенцы хлынут нескончаемым потоком, едва увидят, где им предстоит жить.

Но, даже несмотря на всю эту красоту и эргономичность, эту часть города тоже окружала высокая стена, служащая вторым рубежом обороны и одновременно отделявшая её от промышленной зоны.

Хотя на данный момент называть пару заводов и ряд ангаров промышленной зоной язык не поворачивался. Основная часть производства по-прежнему осуществлялась в недрах Черепахи, но, судя по тому, что я увидел, скоро жизнь закипит и здесь. Как раз должны к этому моменту закончить возводить и третью стену.

Охранные системы, турели и стационарные орудия для неё я уже заказал. Оставалось лишь дождаться окончания строительства, и можно будет с уверенностью сказать, что Исаевск станет самым укреплённым городом на Перуне. За исключением разве что столицы.

— Подъезжаем, Игорь Владиславович, — отвлёк меня водитель от разглядывания пустынной улицы. Как ни крути, людей у меня было ещё мало, и праздношатающихся посреди рабочего дня было не встретить.

Машина свернула на очередном перекрёстке и упёрлась в небольшие откатные ворота, которые тут же пришли в движение, пропуская нас на огороженную территорию.

Доступ в Черепаху в связи с возросшим количеством поселенцев я закрыл, а так как отгораживаться от своих поданных за стальными стенами не намеревался, поручил построить небольшое административное здание на пару этажей. Располагалось оно на небольшом холме, возвышаясь над большей частью города и давая прекрасный обзор на близлежащие окрестности.

За время моего отсутствия мэрию, как её тут же окрестили, успели возвести, и там даже завелись чиновники. Как это ни печально, но без бюрократии в нынешнем веке никак.

Остановившись перед широким крыльцом, отпустил водителя, приказав привезти Леонова. Тот сейчас был где-то на окраине Исаевска и комм не брал.

Поглядев на выкрашенное в белый цвет здание, наконец, зашёл в него. Внутри меня встретили запах свежеокрашенных стен и охранник, он же сторож.

Поднявшись вслед за ним по лестнице на второй этаж и пройдя по широкому светлому коридору, остановился у двери и, не удержавшись, хмыкнул. На табличке большими золотистыми буквами было выбито «Исаев Игорь Владиславович».

Я на мгновение представил, как перед этой дверью выстроится очередь из желающих пообщаться, и подумал, что не мешало бы хоть диванчики, что ли, вдоль стен поставить, ну да это позже, а пока нужно на кабинет посмотреть.

Первым делом мне в глаза бросился громадный стол, на котором были аккуратными стопками разложены документы, а по центру располагался здоровенный экран, сейчас почему-то повёрнутый боком.

За столом, на чересчур огромном кресле, восседала молодая девушка, лет шестнадцати, которую, будь экран развернут нормально, было бы совершенно не видно.

Абсолютно не обращая внимания на шум от моего появления, она что-то увлечённо рисовала в блокноте. Даже язык от усердия вытащила.

— Кто такая будешь? — с удивлением спросил я, оглядывая помещение.

Внутри больше никого не было, так какого чёрта ребёнка одного оставили у меня в кабинете, да ещё и посреди важных документов? И вообще почему в Исаевске дети без моего ведома⁈

— Гита Чакравати, ваше патриаршество, — подскочив на кресле от неожиданности, встрепенулась юная особа с чёрными волосами и удивительно светлой, чуть ли не белой, кожей. Миг спустя она выбежала из-за стола. — Рада с вами познакомиться.

— Что ты здесь делаешь? И кто тебя сюда пустил? — я повернулся к охраннику, но того и след простыл. Мавр сделал своё дело — проводил начальство, мавр убыл.

Девушка поправила длинную полупрозрачную полоску ткани, хитро обёрнутую вокруг тела, под которой можно было рассмотреть блузку и юбку, и схватила со стола планшет.

— Господин Леонов распорядился здесь находиться и подготовить сводку за время вашего отсутствия. Я разложила документы по стопкам. Вот здесь, — девушка ткнула в самую высокую «башню», — то что требует немедленного рассмотрения. Вот здесь запросы от госпожи Морозовой, а здесь от Кустаса Клауса. А сюда я…

— Так, стоп! — прервал я «затарахтевшую» кроху, начиная что-то подозревать. — Сколько тебе лет, говоришь?

— Вообще-то такие вопросы дамам не задают, Игорь. Мне даже стыдно на мгновение стало, что я, как наставник, не смог донести до тебя это, — раздался голос Леонова у меня за спиной. — Может, прекратишь тормозить и стоять на пороге, как истукан?

Я молча зашёл в кабинет и пропустил Иваныча, одетого в поддоспешник штурмовой брони. Похоже, его выдернули прямо из какой-то передряги. Впрочем, если он всё же прибыл, то ничего страшного не произошло.

— Ги, малышка, сделай нам, пожалуйста, кофейку, — обратился к девушке наставник, и та, кивнув, мгновенно исчезла в коридоре.

— Бойкая девица, — произнёс Леонов, глядя на пустое место, где мгновение назад стояла Чакравати. — Может, все-таки пойдём в кабинет? Или так и будешь в приёмной стоять?

Только после этого я сообразил, что, помимо входной двери, в этом кабинете есть ещё одна. Все так же молча я подошёл к ней и, открыв, теперь уже действительно попал в свой кабинет.

Небольшой, по сравнению с приёмной, но от этого довольно уютный. Вдоль стен стояло несколько пустых шкафов под старину, в которые так и просились трофеи, добытые за эти пару месяцев.

У широкого окна, в котором виднелся стальной панцирь Черепахи, располагался массивный стол из зелёного камня. Под цвет ему были и резные кресла, на одно из которых с деланным кряхтеньем опустился Леонов.

Я же прошёл и уселся во главе стола, про себя отметив, что кресло у меня поскромнее, чем у секретаря будет.

— Ну и кто она такая? И откуда появилась?

— Ты же сам как-то обмолвился, что нечего бойцов гонять просто так. А сейчас и подавно. Карчунов, вон, вообще готов в пещеры без оружия спускаться, лишь бы не таскать тебе бумажки и кофе организовывать. Остальные тоже не особо рады, — Леонов поёрзал на стуле, который жалобно под ним заскрипел. — И вообще не понимаю, чем ты недоволен? Молодая, бойкая, при этом отлично подготовленная, видел я её резюме.

— Не помню, чтобы я таких привозил…

— А ты там всех поимённо помнишь? Новичков уже почти под полторы сотни, — уже начал раздражаться Леонов. — Дроздову я скинул информацию про неё. Он проверил и всё подтвердил, она «чиста». Кстати, привет тебе передаёт пламенный и денег требует. И вообще, не нравится мелкая, иди сам за её стол садись и разгребай бумаги, я своих охламонов больше давать не буду!

В дверь постучались и, дождавшись моего «Войдите», на пороге появилась Гита, ловко балансируя с подносом с двумя чашками кофе и множеством мелких пиал.

Аккуратно, но быстро расставив всё, девушка отошла в сторону и склонила голову, упёршись взглядом в пол.

— Что-то ещё или разрешите идти?

— Для начала, когда говоришь, смотри на меня, а не вниз, — строго произнёс я. Девушка подняла голову и робко посмотрела на меня. — Уже лучше, но если хочешь остаться на этом месте, моих посетителей должен встречать уверенный в себе человек, а не комок нервов.

— Я поняла, Игорь Владиславович, — голос у девушки всё же немного задрожал.

— Хорошо. Пока можешь быть свободной. Как закончу с Фёдором Ивановичем, приноси документы, что подготовила, посмотрим, что ты там навертела. Можешь идти.

— Есть! — пискнула Чакравати и мгновенно исчезла. Тоже, что ли, одарённая?

— Ну вот, взял и напугал девчонку, — укоризненно произнёс Леонов.

— В тебе опять просыпается дед? Будешь проявлять беспокойство за правнучку? — с иронией спросил я, пробуя приготовленный кофе. А что, недурственно вышло.

— Скорее, внучку или дочку, ей двадцать семь, хотя на вид больше шестнадцати никто не даёт. Даже, вон, ты купился, — улыбнулся наставник. — Она, между прочим, имеет пару специализаций, очень умная девочка. Правда, они не подтверждённые, поэтому её никто брать и не захотел, так что пришлось ей обычным разнорабочим идти с остальными.

— И кто такое сокровище откопал? — спросил я, поморщившись.

Опять это неприятное ощущение в районе лопатки. Вроде как слегка покалывает иголкой, только изнутри.

Я пару раз уже направлял туда эфир, но лёгкая боль всё равно возвращалась. Нужно будет вечером наведаться к Морозовой. Регенерация регенерацией, но пусть на всякий случай проверит.

— Ксюшенька Морозовой — наше бедствие ходячее… Они как-то в баре пересеклись, ну и завели разговор, который плавно перетёк в пожар, — увидев удивлённое выражение на моём лице, Леонов вдохнул и махнул рукой. — Потом как-нибудь расскажу, там такое было, что за пять минут не пересказать. Вообще радуйся, что в целый город вернулся, а не на пепелище.

— Серьёзно? Торопишься куда-то? — сказать, что я был заинтригован, значит ничего не сказать.

— Вообще-то да, — отрезал Леонов, явно довольный, что смог туману напустить. — Ты меня из канализации выдернул, между прочим, а парни мои до сих пор там.

— То есть таскать бумажки и наливать кофе патриарху твоим парням это «фи», а ползать непонятно зачем по стокам — норма? Руки, надеюсь, хоть помыл, перед тем как явиться?

— Естественно, норма. Конечно, если не хочешь, чтобы к тебе тёмной ночью из унитаза дерьмодемон выбрался. И я сейчас не шучу, — произнёс наставник. — Мы едва одну семью не потеряли, когда к ним в квартиру через канализацию круглая тварь со множеством зубов забралась. Благо, мужик от вони проснулся чуть раньше, чем эта падла их жрать начала.

— Да ладно…

— Вот тебе и ладно. Я с парнями уже третий день в канализации в ассенизаторов играю. И это при том, что у нас она небольшая. Пришлось даже в Черепахе заказывать стационарные огнемётные точки. Шпилька их немного модернизировала, и теперь они в автоматическом режиме работают, главное — смесь вовремя подавать, — наставник допил кофе и поставил кружку на стол. — Так что у нас теперь под землёй настоящий ад с чертями и огнём.

Я невольно посмотрел под ноги. Да уж, а то совсем недавно думал, чего это Перун удивлять перестал.

— А у других, что? В столице-то канализация явно масштабнее будет. Представляю, что там сейчас водится.

— Ну я отправил информацию куратору о том, с чем нам пришлось столкнуться. Тот поблагодарил и пообещал её распространить по другим родам, но что-то мне подсказывает, что мы первые, кто с этим столкнулся. То ли просто «повезло», то ли место такое, — предположил Иваныч.

— Понятно. Ну, наше дело — предупредить, — согласился я с действиями Леонова. — Ещё что-то важное?

— Да нет, я, собственно, и приехал, чтобы Гиту представить, да патриарха поприветствовать, — усмехнулся мужчина. — Остальное тебе твой секретарь расскажет. Ладно, поеду я. Надо ещё на обратном пути к Клаусу заехать, он вроде что-то убойное сварганил из своих «химикалий», хочу залить пару проблемных мест.

— Угу, помыться, главное, потом не забудь, канализационных дел мастер… — вдогонку уходящему наставнику произнёс я и услышал в ответ злобный рык.

Оставшись в кабинете один, нажал на небольшой выступ в углу стола и дождался, когда его часть поднимется и примет вертикальное положение, трансформировавшись в монитор.

Понятно, оснащение по стандарту. Надпись на вспыхнувшем экране сообщила о подключении к сети Черепахи, а спустя мгновение я услышал голос Черри, искусственного интеллекта нашего модуля:

— Добрый день, Игорь Владиславович.

— Добрый, добрый, — согласился я. — Что ж, раз ты тут, думаю пора поближе познакомиться с моим новым секретарём.

Стоило мне только отпустить кнопку селектора, вызывая Чакравати, как она моментально появилась в кабинете, заставив в очередной раз задуматься о наличии у неё Дара.

Вместе с собой Гита притащила и документы, принявшись их тут же раскладывать у меня на столе, и через пару минут стол попросту оказался погребён под всей этой бумажной кипой.

— Так, тут только самое важное, — закончив, девушка взяла планшет, на котором уже откуда-то возник пёстрый чехол. С чем-то сверяясь на нём, она взяла увесистую папку и раскрыла передо мной. — Разведка доложила о возращении барона Дугальда Кембелла в Нью-Кембелл. Имеется ряд странностей…

Информация, накопившаяся за время моего отсутствия, казалось, лилась из девушки нескончаемым потоком, при этом было сразу видно, что это уже довольно сжатые данные.

Даже страшно предположить, сколько бы я времени разгребал это самостоятельно, а так, благодаря Гите, дело шло значительно быстрее.

И даже несмотря на это, провозились мы «с самым важным» почти три часа, когда и за окном начало темнеть.

— Завтра свяжись с Жилиными, пускай подумают над предложенным планом, — я задумчиво постучал по экрану, на котором сейчас отображалась карта моего и соседского секторов. — Только намекни им, что если согласны, то это нужно подать под соусом совместной разведки дикой территории, а не слаживания войск.

После того, как положение Жилиных выправилось, а на рынок поступил их орданиум, более чем приличного качества, началась непонятная суета на их границе. Хотя, что тут может быть непонятного, такой лакомый кусок из-под носа увели…

— Поняла, — сделала очередную пометку Гита. — Так, следующее. С вами ещё хотел переговорить…

Кто там со мной пообщаться хотел, я узнать не успел. За окном раздался гул сирен, у меня, как и у девушки завибрировали коммы, а на мониторе карта сменилась огромной надписью.

— Орбитал передал информацию, что зафиксировано образование бури в двух секторах от нас, — произнесла Черри и вывела на экран карту с примерным расположением эпицентра. Ну да, не слишком то и далеко. — Класс опасности не известен, поступила рекомендация перевести город на осадное положение. Людей расположить в убежищах.

— Подтверждаю, выполняй, — кивнул я, в какой-то степени даже радуясь, что грядёт буря.

И нет, не из-за того, что после неё будет славная охота. Просто эта бумажная волокита меня изрядно достала, а Чакравати, судя по всему, и не собиралась сбавлять обороты.

Быстро отодвинув от себя документы, мягко, но настойчиво вытолкал из кабинета девушку. Уже выключая свет, увидел, как на окнах опускаются бронированные ставни. Говоря «осадное», Черри ничуть не преувеличивала.

Ещё когда город только закладывался, нам изрядно пришлось поломать голову, пытаясь предусмотреть все те пакости, которые может подкинуть Перун. Заглублённые убежища, располагающиеся в шаговой доступности от домов.

Сами дома, выполненные из сверхпрочных материалов, частично были связаны между собой сетью подземных переходов. Они позволяли при необходимости быстро переместиться из одного места в другое. И к примеру, появиться в тылу противника, как и монстро-, так и человекообразного.

В Черепаху я поехал не сразу. До приближения бури, судя по последним данным, было ещё пару часов, так что я, оставив Гиту в одном из убежищ, поколесил по городу, проверяя, как происходит эвакуация.

В принципе, подобные ситуации мы отрабатывали уже которую неделю, но всегда находились идиоты, которые игнорировали предупреждения. Впрочем, судя по тому, что я сейчас видел, Леонов провёл хорошую воспитательную работу с такими.

Люди направлялись к убежищам без суеты, не создавая давки, и даже фермеры, находившиеся на дальних рубежах города, успели вернуться в центральные убежища.

На полях тоже имелись простенькие укрытия, но в этот раз я решил не рисковать и приказал собрать всех в городе. Единственными, кто оставался снаружи, был Клаус со своей охраной. Но они были в тоннеле в скальной гряде, так что там им точно ничего не угрожало.

— Сто процентов населения Исаевка размещено в убежищах, происшествий в ходе эвакуаций не допущено, — доложила мне Черри, когда мой автомобиль уже въезжал на территорию базы.

В завесе ливня, который обрушился на город всего каких-то десять минут назад, приветливо замигали огоньки ангара, и водитель, чертыхаясь, свернул в сторону.

С таким потоком воды «дворники» не справлялись, а обычная машинка, в которой я сейчас находился, дополнительным оборудованием оснащена не была. Вот ещё один косяк. Не должно быть у меня в городе обычных машин…

Выскочив из транспорта, посмотрел на закрывающие створки. Да уж, снаружи как будто сотню брандспойтов разом включили. Надеюсь, ливневая канализация справится, иначе нас всех к чёрту затопит.

— Черепаха загерметизирована, средства связи отключены и переведены в неактивное состояние. Личный состав на местах, согласно расписанию, — сообщила Черри. — Будут ещё какие-то указания?

— Нет, всё в рабочем порядке, — я поморщился, опять плечо кольнуло. — Морозова на месте?

— Так точно, Анастасия Олеговна в лаборатории. Вызвать её к вам?

— Сам пройдусь, — отмахнулся я, направляясь на второй этаж.

В лаборатории, точнее, в своём кабинете, Настя была одна. Крутясь на стуле, она напевала, одновременно с этим пытаясь печатать и дотянуться до доски, чтобы на ней что-то написать. В общем обычное её состояние.

— Позвольте ворваться в обитель высокой науки? — постучав по косяку двери, привлёк я внимание девушки.

— О, Игорь Владиславович, наконец-то вы приехали, а то тут и поговорить не с кем, скукотища… — радостно воскликнула Настя.

— А Ксения чего? — спросил я, усаживаясь на краешек стола и в открытую любуясь на длинные ноги блондинки.

— Наказана. Теперь пробирки моет, пока косяки свои не отработает, — нахмурившись, сказала девушка. Заметив мой взгляд, она поправила халат, но тот почему-то лишь поднялся выше. — А вы просто поболтать пришли или с какой-то определённой целью?

Последнее было сказано довольно интригующим тоном, но боль в спине вновь дала о себе знать, и я немного сбавил обороты.

— И первое, и второе. Поговорить, особенно с вами, я всегда рад, но вначале не мешало бы меня осмотреть, что-то последние дни в районе плеча периодически болью простреливает.

Я ещё не закончил говорить, а Морозова подскочила и, схватив за руку, настойчиво потащила за собой.

Зайдя в лазарет, она усадила меня на ложе сканера и принялась стягивать с меня пиджак, а следом за ним и рубашку. Ишь, какая бойкая…

Покончив с одеждой, Настя схватила мобильный сканер и принялась водить им по спине, периодически касаясь своими тонкими пальчиками моей кожи.

— Здесь болит? А если вот так? — прикосновения девушки были приятными, чего уж там скрывать, но, когда она ткнула в больное место, я зашипел. — Вот здесь, словно что-то под пальцами перекатывается. И шрам какой-то свежий и неровный.

Я тоже на неправильность шрама внимание обратил ещё на дирижабле. Обычно эфир убирал все следы с кожи, а тут виднелся рубец. Правда, меня все же одарённый задел, так что длительность заживления можно было и этим объяснить.

— Придётся вскрывать, — немного подумав, произнесла Морозова и начала раскладывать на стоящем рядом столике инструменты. — Обезболивающее?

— Обойдусь.

— Я почему-то так и думала, — кивнула Настя, тут же полоснув скальпелем по плечу. Впрочем, к боли я привычный, единственной проблемой стала та самая регенерация, которая на все действия Морозовой стремилась зарастить повреждённую часть тела.

— На, вот держи, — спустя минут десять чем-то звякнула Морозова, а после сунула мне под нос металлическое блюдце с четырьмя кубиками какого-то минерала. Хоть они и были в крови, но я смог разглядеть, что цвет у них тёмно-зелёный.

— Судя по всем это прощальный подарок наёмника, — произнесла Настя, зашивая разрез. — Должны были тебя отравить или, может, забить какой-нибудь сосуд, но твоя регенерация свела всё на нет. Правда, почему-то из организма их вывести не смогла.

— Может, не посчитало само их наличие за угрозу? — предположил я и закрыв глаза, потянулся к эфиру.

— Стой! Думаю, целенаправленно эфиром тебе пока пользоваться не нужно, по крайней мере до утра, — остановила меня Настя, сообразив, что я планирую делать. — Лучше я тебя по старинке перевяжу, а завтра скажу, можно тебе лечиться или нет.

— Ну как я могу не послушаться такого красивого доктора? — улыбнулся я, глядя на стоящую передо мной и разматывающую длиннющий бинт девушку.

— Пациент, ведите себя спокойнее, и вас тогда ожидает награда, — хихикнула Анастасия, вовсю колдуя с повязкой. — Ну вот, руки помнят… Ай!

Из-за внезапно погасшего света девушка вскрикнула, а прокатившаяся по Черепахе дрожь, заставила её оступиться и едва не упасть, но я успел её перехватить, прежде чем она грохнулась на пол.

— Черри, что происходит? — не выпуская Морозову из рук, спросил я.

Освещение в лазарете вновь заработало. Сначала аварийное, а после и обычное.

— Сильный разряд молнии. Громоотводы сработали, отведя большую часть энергии. Правда, мощность всё же была выше прогнозируемой, пришлось отключить питающие контуры. Сейчас всё в норме.

— Хорошо. Держи меня в курсе, — приказал я.

— Есть.

Чёрт, если уж системы Черепахи оказались перегружены, тогда что в городе твориться?

— К-хе, к-хе, мой патриарх, может, вы меня отпустите? Опасности вроде нет? — негромко спросила Морозова, напоминая о себе.

Девушка полусидела, полулежала у меня на коленях. Одна моя рука держала за талию, а вторая покоилась на груди.

— Точно? А вдруг опять свет погаснет, и я не успею тебя спасти? — склонившись, спросил я.

— Я почему-то уверена, что мой патриарх не допустит того, чтобы я пострадала, — ответила Настя, проведя язычком по губам.

Моя рука тем временем, лежащая на груди слегка сдвинулась в район сердца, и я кое о чём вспомнил. Момент, конечно, не самый подходящий, но с другой стороны почему бы и нет?

— Кстати, хотел тебе кое-что сказать, — я увидел в глазах девушки удивление и какое-то потаённое ожидание. — Помнишь, тот вечер в парилке? Я тебя имел возможность хорошенько рассмотреть.

— Да… — Морозова раскраснелась, а дыхание стало тяжёлым. Хм, ситуация становится всё более пикантной, так что стоит поддать огоньку, правда, не так, как девушка ожидает.

— Здесь у тебя, — я вновь сжал пальцы и, услышав вздох, наклонился к её ушку, — образовалось эфирное ядро. Слабенькое, почти не активное, но оно есть, так что добро пожаловать в закрытый клуб одарённых, Анастасия Олеговна.

Чтобы осознать услышанное, девушке понадобилось секунд десять, что с её умом и характером было чрезвычайно много.

— Что⁉ Этого не может быть⁉ — резко выпрямившись, Настя села ровно, и её глаза очутились наравне с моими.

Внимательно смотря на меня, она как будто ожидала, что я рассмеюсь и скажу, что пошутил, но я лишь молча покачал головой.

Девушка, словно робот, положила свою ладошку на мою руку, продолжавшую покоиться на её груди, и убрала в сторону.

— Насть, ты как?

И тут девушка словно взорвалась! Обхватив меня за голову, впилась губами в мои губы, но прежде, чем я успел ответить, соскочила с колен и принялась носиться по лазарету, хватая, казалось бы, первое попавшееся под руки.

— Спектрометр… нет… да… Нет! Анализатор Генриха-Браткина… Возможно… Но если слабое… Да не, должен определить… Блин, да где он⁉

— Анастасия…

— Проверить кровь?.. А зачем? А что тогда проверить?

— Анастасия Олеговна, успокойся! — схватив девушку за плечи, я развернул её к себе лицом, а после с трудом выдрал из рук приборы. — Не суетись, ты — одарённая, и это факт. Даже сейчас, я ощущаю, как бьётся в тебе частичка эфира.

— Но это же невозможно! — произнесла блондинка.

— Я за два месяца слишком часто слышу от тебя это слово, — легонько щёлкнул я учёную по носу, приводя в сознание. — Знаешь, что? Думаю, тебе нужно разгрузить голову, так что пойдём-ка кофе с чаем попьём в столовой.

— Думаешь? Хотя нет, ты прав! Вот только не кофе и не в столовой! — твёрдо произнесла Морозова, выскочив из лазарета.

Я с недоумением, глядя ей вслед, натянул рубашку и накинул пиджак. Выйдя из лазарета, увидел, как Настя выскакивает из кабинета, держа в руках знакомую склянку с коктейлем.

— Чай с кофе слишком обычно для такого момента, а в столовой по любому кто-то будет, так что прошу следовать за мной, мой патриарх! —демонстративно покачивая бёдрами и при этом чуть ли не подпрыгивая от радости, Настя направилась в сторону своей каюты-комнаты.

Глава 14

Исаевск

Где-то на Черепахе

— Как же приятно порой проснуться в чистой кровати и осознать, что тебе никуда не нужно торопиться, — мысли в голове текли медленно, стараясь не потревожить страдающий мозг. — Вдвойне приятно проснуться, обнимая… А кого я собственно обнимаю⁈

Подняв тяжеленные веки, с удивлением уставился на лежащую рядом кирасу от моих доспехов. Чуть выше, на подушке, лежал шлем, почему-то весь в следах от помады, при чём разных оттенков. Но, что хуже всего, позади раздался оглушительный храп.

— Блин, пускай это будет Морозова, ну пожалуйста! Хоть бы это она так храпела… — мелькнула подленькая мысль, и я медленно повернулся.

И всё же не Настя. Звуки принадлежали Леонову, лежащему, слава богам, на диване у стены. Только сейчас я осознал, что нахожусь не в своей каюте.

Ещё раз посмотрев с подозрением на шлем, со вздохом уселся на край кровати и осмотрелся. Ну да, один из кубриков, который забрал себе в единоличное пользование Иваныч.

На столе, расположенном посреди комнаты, стоял столик, заставленный уже пожухлой закуской. А посередине на нём стояли нестройные ряды мензурок из лаборатории Морозовой. Все одинаково пустые.

— Что ты там говорила, Настенька, не рекомендуется пользоваться эфиром? — пробормотал я, поморщившись от головной боли. — Блин, давно у меня такого похмелья не было!

Потрогав плечо и убедившись, что крови нет, пустил волну эфира по всему телу, приводя себя в порядок. Но, судя по всему, погудели мы вчера знатно, так что пришлось проводить процедуру дважды.

— Да, б**, — вырвалось у самого культурного барона Академии, то бишь меня, едва стоило посмотреть вверх. — А, ну тут хоть объяснимо…

Целую минуту я разглядывал криво нарисованные круги на потолке, в центре которых находился светильник, а в паре сантиметрах от него, погруженный больше чем наполовину, торчал один из Аспидов. Второй тоже был рядом, вот только в потолок он оказался вогнан по самую гарду.

— Зато в сохранности, — меланхолично пожал я плечами и посмотрел вниз.

Босые ноги неприятно холодило, зато на поясе обнаружился ремень с кобурой, надетый прям поверх брюк, ну хоть не трусов, и на том спасибо. Из кобуры торчал Симаргл. И почему-то тоже со следами помады на рукоятке, правда, почти стертыми.

— Ну, Настенька, ну я тебе дам «безалкогольный коктейль», — раздражённо пнул Леонова, но тот лишь перевернулся на другой бок и захрапел ещё громче. Да и чёрт с ним!

Прихватив шлем, который, определённо, не давал мне покоя, вышел в коридор, который был непривычно тих. Да не, не мог же я по пьяни начать стрелять, и теперь все забились по углам?

Взглянув на комм, чертыхнулся. Всего лишь пять пятнадцать. Не удивительно, что на базе спокойно. Ну раз так, значит, можно ещё поспать, ничего срочного вроде нет, по крайнеё мере Черри в ухо не орёт.

Дотопав до двери каюты, на всякий случай осмотрел её. Вроде всё нормально, значит, вчера мы до неё не добрались. Воспоминания прошлого вечера стали постепенно возвращаться во взбодрившийся мозг, принося с собой ощущение лёгкого офигевания.

Первая выпитая порция тоника, неторопливые разговоры, медленный танец, резко повысивший температуру в каюте и желание немного освежиться.

Освежиться мы почему-то решили очередной порцией «коктейля», хранившегося в кабинете Морозовой. Я, вроде, собирался сходить за выпивкой сам, но девушка, впившись в меня словно клещ, решила составить компанию.

Дальше как будто всё в тумане, разве что точно помню, как, захватив пару склянок, почему-то потом очутился в ангаре, причём, с одной стороны, меня за руку держала Морозова, а с другой, Крис.

Определённо, припоминаю, как Шпилька, разом отхлебнув половину порции Морозовской выжимки, сказала, что как-то слабенько. Юркнув в закуток, где хранились по большей части, всякие инструменты, извлекла на свет божий бутылку странной формы, заполненную чёрной жижей с запахом кофе.

Указав подчинённой на то, что сокрытие от руководителя на рабочем месте алкоголя строго наказуемо, я тем не менее смешал оба напитка и залпом выпил целый стакан.

Следующая порция тумана была куда гуще, и провал в памяти длился дольше, но удивлённую рожу наставника, открывшего после настойчивого стука дверь, определённо, припоминаю.

К тому моменту я уже был в шлеме, Настя шла неуверенной походкой, неся кейс с Аспидами и Симарглом, а Шпилька волоком тащила молот наставника.

Прежде чем Иваныч успел среагировать, мы уже ворвались в его обитель и чуть ли не силком влили тоника, который почему-то никак не кончался.

Я покачал головой, разгоняя воспоминания. Да уж. Неплохо так посидели. Точно помню, что ещё успел ни по разу потанцевать-пообниматься с обеими девчонками, поговорить по душам с Иванычем и спланировать крестовый поход до самой столицы Империи, дабы показать, что не стоит недооценивать род Исаевых.

Вспомнив об этом, всё же залез в комм, убеждаясь, что до конца контроль над собой во время пьянки не потерял. Никаких распоряжений и указаний на этот счёт в памяти устройства не было.

А то помню, по молодости, в Академии было пару случаев, едва не отчислили. Отделался лёгким испугом, то есть крупным штрафом да парой дуэлей.

— Ну и долго ты, как истукан, перед собственной дверью стоять будешь? — ехидно произнёс внутренний голос, и я, согласившись сам с собой, прислонил палец к сканеру, разблокировав проход.

Не включая свет, сбросил ремень с кобурой на кресло и направился в спальню.

— Твою ж мать, ну что за утро-то такое! — выругался я, чувствуя, как что-то тонкое и острое впилось в босую ногу.

Наклонившись, нащупал неожиданный для моей комнаты предмет, женскую туфельку. Знакомый цвет, знакомый фасон…

— Свет, минимум, — шёпотом произнёс я, и Черри, выполняя команду, зажгла одинокий плафон, едва разгоняя темноту. — А красиво, как ни посмотри…

На кровати спала Морозова. Приобняв скомканное одеяло, она закинула на него ногу и тихо посапывала, демонстрируя подтянутую фигурку в кружевном белье. Жаль, только тыльную сторону.

Я уже было собрался подойти ближе, как неожиданно одеяло зашевелилось, и из-под него показались серебристые волосы, а после и их владелица. Сквозь сон что-то буркнув, Шпилька сбросила с себя ногу Насти и одеяло. После, почему-то крутанувшись пару раз вокруг своей оси, Крис уткнулась лицом в подушку и уснула дальше.

— Всё чудесатее и чудесатее, — пробормотал я, разглядывая спящих в моей кровати девушек.

В отличие от Морозовой на Андерсен была простая чёрная майка и весёлые жёлтые трусики с какими-то зверятами. Утята, что ли? В них она почему-то смотрелась необычайно мило.

— Черри, выключить свет, — прихватив из шкафа запасной комплект одежды, я вышел из спальни, стараясь не потревожить девушек, и направился в общие душевые в казарме.

Приведя себя в порядок, заскочил в столовую и, взяв пару стаканов с кофе, направился в командный центр. После увиденного я точно не усну.

— Не спится, Игорь Владиславович? — поприветствовал меня дежурный, не отрываясь от экрана, расположенного над центральной консолью. В его голосе не было и намёка на насмешку, так что, возможно, что пьянку руководства рядовой состав и не заметил. — У нас всё нормально, без происшествий.

— Что-нибудь необычное? — я поставил перед ним стакан, и он благодарно кивнул.

— Буря не такая сильная, как изначально предполагалось. Черри не зафиксировала значительных всплесков энергии, если не считать вчерашнего вечернего, — начал доклад боец. — В убежищах всё тоже нормально.

Дежурный защёлкал кнопками, выводя на экран видео из коридоров укрытий в городе. Были они пустынны, лишь изредка ходили охранники, чьё дежурство выпало на ночную смену.

— А снаружи как?

— Затапливает потихоньку. Дождь-то не утихает, — очередной щелчок, и вот на мониторе подробная схема Исаевска. — Вот здесь и здесь забилась ливневая. На этом участке канализации отключились камеры. Но там перед самой бурей работали штурмы, могли и повредить чего.

— Аномалии, монстры, сошествие богов? — усевшись в соседнее кресло, на всякий случай уточнил я.

— Ничего подобного, — улыбнулся парень. — Не та это буря, не та.

— Хм, даже не знаю, радоваться этому или нет. — призадумался я. — Знаешь, а выведи-ка резервную станцию связи. Может, с Орбиталом поболтать выйдет?

— Есть. Часам к восьми, думаю, закончим, — пальцы дежурного запорхали над пультом. Мы изрядно перестраховались, запрятав станции как можно глубже, и теперь обратный процесс был не самым быстрым.

— Отлично, вызовешь меня, как связь появится, ну или молния БАРС спалит. Людей из бункеров пока не выпускайте, — поднявшись из кресла, на мгновение подумал, как бы скоротать время.

Спать уже не хотелось, хотя я бы слукавил, если бы сказал, что желания вновь наведаться в свою собственную каюту не было от слова «совсем». Опять припомнилась Леди, и та жаркая ночка. Да, блин, подобные воспоминания совершенно не помогают расслабиться…

Но я — взрослый и рациональный мужчина, так что знаю, что делать в подобных ситуациях.

Стены небольшого спортзала встретили меня тишиной. Впрочем, не удивительно в такую-то рань. Впрочем, ещё час, другой, и сюда потянется народ.

Скинув одежду в крохотной раздевалке, облачился в спортивный костюм и приступил к зарядке, плавно переходящей в тренировку.

Бег, присед, отжимания, подтягивания. Упражнения сменялись одно за другим, вытесняя лишние мысли и оставляя только нужные.

Как закончится буря, нужно будет решать, что делать с Дугальдом. Странность семейных взаимоотношений Кембеллов изрядно меня напрягала, спутывая планы.

Нет, уверен, предложи я той же Льялл решить вопрос с пасынком тем или иным способом, она была бы только рада, вот только её муж в тот же миг собрал бы под ружьё всех своих людей. Мы бы, конечно, победили, но сколько простых людей погибло бы, как с их, так и нашей стороны?

Спрыгнув с турника, переключился на грушу, осыпая её градом ударов. Кулаки мелькали всё быстрее, и отметины на спортивном снаряде уже не успевали исчезать.

Или взять того же Кравцова с Пугачёвым. Сейчас они затихнут на время и не будут высовываться, но, на их месте, я бы уже начал налаживал контакты с Дугальдом.

Удар с правой, разворот на пятке и пробивной в корпус с ноги воображаемому противнику. Груша жалобно звякнула цепями, которыми была подвешена к потолку.

Ещё и этот мутный куратор Панфилов. Он в курсе о причине провала высадки Вилсонов, ещё в наш первый разговор это было очевидно, а значит, он тоже ведет свою игру.

Конечно, можно предположить, что он играет на стороне Пугачёвых и Кравцовых, только то, что именно недалёкому Пугачёву достался титул, а его хитрый сосед остался в простых баронах говорит о многом. Разделяй и властвуй. Разделяй и властвуй!

Груша качнулась в мою сторону. Я, сделав сальто назад, выставил обе руки вперёд, и с них сорвалось алое пламя. Преодолев полметра, оно разорвало снаряд на несколько частей, а я услышал хлопки и детский смех.

— Это круто! — продолжая хлопать, восторженно произнесла Астрид. — А это твой дар или так прыгать и двигаться можно научиться?

— Всему можно научиться было бы желание, и даже без дара — кивнул я, стряхивая остатки эфира с рук. — А ты чего так рано тут делаешь? Ещё восьми нет.

Девочка, одетая в просторный джинсовый комбинезон и в, к-хм, жёлтую футболку с утятами, совсем как у Шпильки, только на пару размеров поменьше, на мгновение задумалась, а потом, кивнув сама себе, достала из нагрудного кармана небольшой матовый контейнер в форме куба.

— Тоже тренируюсь. Обычно тут никого нет, а Хрусту Четвертому место нужно побольше, в каюте тесно, — ответила девочка, садясь прямо на пол и нажимая на ребро кубика.

Верхняя часть откинулась в сторону, и из контейнера, будто чёртик из табакерки, выскочил мелкий таракан коричневого цвета на уж очень длинных тонких ножках.

Выскользнув из клетки, он неловко шмякнулся о пол, но тут же подскочил и зашевелил усиками, причём всеми шестью. Пару секунд он направлял их во все стороны, словно сканируя окрестности, а потом резко, выставив свои спицы-ноги, прыгнул на меня!

Но прежде чем я успел смахнуть его на пол рукой, которую окутал эфир, крепкий с виду панцирь у твари треснул на множество мелких кусочков, два из которых тут же улетели к потолку. И за ними следом устремились тонкие нити паутины, блестящей в свете ламп фонаря.

Оба кусочка прилипли к твёрдой поверхности, и тварь, со странным именем Хруст Четвёртый, взмыла вверх, перелетев через меня.

Я обернулся, провожая непонятную тварь взглядом, и увидел, как другие паутинки зацепились уже за стену, а Хруст сменил направление движения.

— Классно выглядит, да? — довольная произведённым эффектом, спросила маленькая Штейн. — Он так может часами летать. Я как-то у Анастасии Олеговны в лаборатории клетку Хруста Третьего запереть забыла, так полдня за ним носилась, и то пришлось охранника звать, чтобы его поймать.

— А почему Хруст, да ещё и Четвёртый? — спросил я, глядя, как зверушка, сделав кульбит в воздухе, сомкнула панцирь и довольно изящно приземлилась на плечо Астрид.

— Ну просто, когда первый Хруст на себя уронил сканер, он так забавно хрустнул, — немножко виновато улыбнулась девочка. — Второй и Третий так же…

— Сканеры уронили? — подняв со скамейки полотенце, принялся я вытирать пот.

— Нет, Второй врезался в стену, а после упал в какую-то жидкость, над которой Анастасия Олеговна работала. Видимо, важную, уж очень сильно она ругалась, — пояснила она, а я почему-то вспомнил сегодняшнюю попойку. Да не, не может быть такого. Я уверен. Почти. — А Третьего охранник книгой сбил, так как тоже поймать не мог.

— Да уж… А в чём смысл тренировки? — вернулся я к главной сути разговора. Так-то я не против домашних питомцев на борту Черепахи, если только они не угрожают людям. А эта тварь не выглядит белой и пушистой.

— Дар тренирую. Хрусты легче остальных поддаются контролю. Я даже как-то умудрилась троих взять под управление, правда, потом голова болела, и кровь носом пошла, — Астрид поморщилась, видимо, ощущения были куда неприятнее чем она рассказывает. — После этого Анастасия Олеговна сказала тренироваться с Хрустом Четвёртым, приручая его к себе обычным способом. Это должно помочь установить более прочный эмоциональный контакт и упростить использование Дара. Вроде как-то так она сказала. И это работает!

Штейн поднесла ладонь к Хрусту, и тот спрыгнул на руку, а после на пол. Девочка закрыла глаза, и я почувствовал, как тонкий луч её эфира вонзился в крохотное тельце монстра, и тот, изогнувшись, встал на задние лапы, изображая самый настоящий поклон.

— Потрясающе, — без всякого сарказма произнёс я, обходя Хруста, теперь пытающегося изобразить подобие танца. Получалось так себе, но, учитывая его строение и пока ещё слабый дар Астрид, это было большим достижением. — Ты — умница!

Я погладил девочку по голове, и та засмущалась, а щёки покраснели. Питомец, потеряв связь с хозяйкой, принял привычное положение, неожиданно излился трелью и выпустив паутинки, вновь отправился в полёт.

Ещё немного времени проведя со Штейн с её питомцем, стал собираться. Судя по таймингу, развёртывание станции связи вот-вот должно закончиться, так что пора в душ.

— Игорь, — видя, что я поднимаюсь с пола, Астрид резко стала серьёзной. — Можно спросить?

— Конечно, — ободряюще улыбнулся я девочке.

— Когда я смогу увидеться с Кенной и Юной? Я понимаю, у тебя много дел, и мне стыдно тебя отвлекать, — виновато посмотрела на меня Астрид. — Но мне скучно. Вокруг все взрослые, и по большей части меня сторонятся. А я чувствую себя лишней.

На мгновение почувствовал укол совести. Я же действительно взял на себя ответственность за маленького матриарха, но почему-то даже не удосужился увидеть в ней простую девочку, коей она пока и являлась, несмотря на пережитое.

— Астрид, извини меня, — я присел перед Штейн и положил руки ей на плечи. — За всеми этими делами упустил этот момент.

— Я совсем не хотела тебя упрекать, — замотала головой из стороны в сторону малышка.

— Тс-с-с, — прервал я её. — Обещаю, как только будет возможность, я свожу тебя к Кембеллам или на Орбитал к своей семье. Я и сам примерно в твоём возрасте прошел через нечто подобное, так что прекрасно понимаю, что ты сейчас ощущаешь.

В глазах Штейн зажегся огонёк интереса, но прежде чем она успела спросить, у меня запиликал комм, а в зале раздался голос Черри.

— Игорь Владиславович, срочные вызовы от куратора и от патриархов Жилина и Феррите. Код дважды красный.

— А утро так интересно начиналось… Уже бегу, — ответил я разуму Черепахи и обнял девочку. — Как решу очередную проблему, мы обязательно вернёмся к этому разговору, обещаю.

И, отпустив малышку, быстрым шагом направился в сторону рубки, подумав, а может, всё-таки стоило остаться утром в своей каюте?

Глава 15

Орбита Перуна

— Слушай, Владик, не желаешь потанцевать? — в пилотном шлеме Алёны Исаевой раздался шёпот ведомого Ильи Кузнецова.

Многие думали, что позывной девушки был обычным сокращением от отчества, но те, кто знал её поближе, больше склонялись к версии про древнего Влада Цепеша.

Исаева также любила пожестить, порой почти дотягиваясь в изобретательности до своего отмороженного братца.

А после того, как она в учебном спарринге засадила муляж ракеты прямо в дюзу противника, пробив при этом все заслоны и почти добравшись до бронированного кокпита с тыла, эта версия стала официальной в звене «Кома».

— Сбрендил, что ли? Хочешь потом гальюны драить в казарме? — фыркнула девушка, тем не менее выводя на дисплей отметки с расположением всего звена.

Она, как и ещё пять таких же курсантов, сейчас несла боевое дежурство на орбите планеты под руководством лейтенанта Мзимхули Надан, которого будущая элита имперского флота быстро стал называть Хулинада. Естественно только между собой и шёпотом.

— Да скучно же! — нудным голосом прогундосил Илья, один из немногих, кто не опасался взбалмошной девчонки. — А нам ещё полночи куковать. Дурацкая смена, и лишь твоя компания не даёт мне раствориться в печали бескрайнего космоса.

Парень, которого уже не впечатляла планетарная буря, которую было прекрасно видно даже на таком расстоянии, поддал «газу» и, сделав «бочку», завис вверх ногами над истребителем Алёны.

— ХУЛИНАДА. ВЫЛЮБИТ. ВЫСУШИТ. — электронный мозг истребителя Кузнецова преобразовал короткие всплески энергии двигателя Исаевой и вывел на дисплей.

Старый добрый способ общения пилотов, не желающих, чтобы их подслушивали. Работает, правда, на малом расстоянии и в отсутствии поблизости более мощных источников энергии.

— ХНЫК. ХНЫК. МАЛЕНЬКАЯ. ДЕВОЧКА. — ехидно улыбаясь, отстучал Илья, при этом спешно застегивая противоперегрузочные ремни и защёлкивая клипсы шлема.

— ГОВНЮК. — передала в ответ Исаева, а после вышла на общую волну «Комы». — Лейтенант Надан, разрешите совершить облёт подконтрольной зоны?

— Разрешаю, — с трудом сдерживая вздох, ответил чернокожий мужчина с крупными губами и татуировкой, покрывавшей большую часть лица. Кадеты почему-то всегда считают себя самыми умными, но, с другой стороны, сортиры сами себя не почистят…

— НУ. ДЕРЖИСЬ. ПАРШИВЕЦ. — оттарабанила Алёнка, но Кузнецов уже врубил форсаж, резко уходя в сторону. Одновременно с этим он включил тренировочный режим своей машины, тем самым переводя оружие в режим симуляции.

— Какой предсказуемый, — с азартом пробормотала девушка, заставляя свою «кроху» встать на дыбы, не тратя время на стандартный разворот. Ручку вбок и вперёд, и вот уже она мчится вслед за «противником». — Сейчас я тебя сама оттанцую!

Зависший в центре отведённого сектора лейтенант с интересом наблюдал, как два курсанта, уже даже не пытающиеся сделать вид, что патрулируют, кружат вокруг друг друга, поливая из всех стволов и всё ближе подлетая к границе отведённого им сектора. А там меньше двух десятков километров и считай уже в атмосфере Перуна.

Все бортовые компьютеры истребителей были связаны между собой, и остальные члены звена, видя, что командир ничего не предпринимает, уже не шибко стесняясь, принялись обсуждать происходящее, порой комментируя тот или иной удачный заход.

Пока по количеству попаданий лидировала Исаева, но её противник умудрялся принимать их по касательной, зато в ответ стреляя пусть и реже, зато куда точнее.

— Я тебе не проиграю. Исаевы никогда не проигрывают! — стиснула зубы девушка и, заложив очередную петлю, бросила мимолётный взгляд на планету. Надеюсь, Игорю эта буря проблем не доставит… — Ага, попался!

Внезапно для Ильи девушка сделала резкий разворот и, бросив истребитель в сторону, каким-то образом очутилась позади него.

— Пиф-паф, малыш! — услышал он довольный голос засранки, и тут же дисплей вспыхнул красным, а истребитель тряхнуло, бросив в сторону планеты.

— Владик, ты чего⁉ — ошарашенно произнёс Кузнецов, на автомате совершая маневр уклонения. И тут же схлопотал очередное попадание в крыло.

— Обнаружен неизвестный противник! — прозвучал голос бортового компьютера, и на дисплей шлема начали проступать контуры космического судна, скрытого до этого маскирующим полем.

Машина ещё не успела дорисовать картинку, как Илья увидел вспышки залпов со стороны корабля и резко бросил истребитель в сторону.

— Кедр, Кедр, ты меня слышишь⁈ — тут до парня дошло, что его вызывает по рации Владик.

— Совершаю противозенитный маневр! Ухожу с линии огня! — ответил Илья, он же Кедр, ругая себя, за то, что позволил себе на мгновение расклеиться, тем более перед Исаевой. — Машина на ходу. Повреждены пусковые установки по левому борту. Центральное орудие в порядке.

— Кедр, отступай. Владик, почеши этого урода под брюшком, — раздался спокойный голос Хулинада, успевшего проанализировать информацию, поступавшую с кораблей курсантов. — Остальные за мной, максимальное ускорение.

— Противник идентифицирован. Рудокопная баржа серии «Гамильтон», — доложил Исаевой бортовой помощник. — Обнаружено восемь турельных гнёзд.

— И с каких пор у нас шахтёры на свои корыта ставят такие пушки? — вслух спросила девушка, переключая внимание с одной красной зоны, обозначающей сектор обстрела противником, на другую. — Кедр, извини, но, кажется, я нашла противника поинтереснее и побольше!

Машина девушки нырнула в узкую щель слепой зоны, уходя под дно рудокопа.

— Всё вам, девушки, размеры важны, — покачал головой Кузнецов, проигнорировавший приказ лейтенанта и нырнувший следом за Владиком. — Прикрываю.

— Принято. Работаем! — под днищем оказались ещё турели, но девушка успела среагировать, всадив в ближайшую ракету и выскользнув из-под рудокопа.

Залп Кедра оказался похуже. Пушка осталась целой, но, судя по всему, поворотный механизм у неё заклинило, так что особых проблем от неё уже тоже не будет.

— Второй заход! — скомандовала Исаева, закладывая вираж.

Тем временем баржа, окончательно сбрасывая маскировку, пришла в движение, раскочегаривая движки по максимуму.

Заходя на очередной вираж, Владик слышала, как спешащий к ним лейтенант на общей волне вызывает неопознанное судно, требуя прекратить огонь и заглушить двигатели, но его капитан упорно хранил молчание, несмотря на очевидную бесполезность сопротивления.

— Зулус, они на какой-то хер погрузочные шлюзы открывают! — доложила командиру девушка, добавляя на свой счёт очередную развороченную турель.

Впрочем, Кедр в этот раз тоже не оплошал, умудрившись одним выстрелом снести турель и одну из антенн связи.

Тем временем овальная баржа, из пробитых бортов которой вырывались струи газа, стала раскрывать стальные лепестки шлюзов. Исаева с Кузнецовым врубили форсаж, разрывая дистанцию, уходя от возможных неприятностей.

И вовремя. На радарах истребителей отобразился целый рой выпущенных рудокопом снарядов.

Стиснув зубы и преодолевая наваливающуюся перегрузку, девушка скосила взгляд на панель, не увидела отметки ведомого и тут же сбросила скорость.

— Гони, дура! — услышала она голос Кузнецова, чей поврежденный истребитель, несмотря на увещевания пилота, отказывался развивать максимальную скорость.

Но было уже поздно. Неведомый капитан баржи, видимо, не желая просто так отпускать назойливых ос, подорвал ракеты.

Огненная вспышка, чересчур сильная даже для такого количества ракет, почти мгновенно перезагрузила экраны, но Владик успела заметить, как Илья ставит свой истребитель на «струю», разворачивая бронированное брюхо в сторону взрыва и прикрывая собой напарницу.

Вал огня, начинённый стальной картечью, накатил на курсантов, разметав их истребители в стороны словно утлые судёнышки. Кораблик Исаевой мотало из стороны в сторону, по корпусу стучал стальной ливень, а приборы, казалось, сошли с ума, не давая стабилизировать полёт.

На мгновение кокпит истребителя Исаевой погрузился во тьму, но тут же вспыхнула приборная панель, а на интерфейсе поплыли строки кода. Система перезагружалась.

— Владик! Владик! До границы десять километров! Уходи! — едва бортовой комп загрузился, как в шлем ворвался голос Хулинада. — Владик!

Девушка мотнула головой, приходя в себя, и с удивлением увидела, как совсем близко, по космическим меркам, конечно, падает объятый пламенем рудокоп, разбрасывая в стороны слишком правильной формы обломки.

— Граница? Какая граница⁉ — возник в голове девушки вопрос, но, прежде чем там сформировался ответ, её руки уже вцепились в штурвал, уводя истребитель от приближающейся атмосферы Перуна.

И лишь спустя пару минут, когда расстояние между ней и границей невозврата, она осознала, насколько была близка к тому, чтобы рухнуть на планету.

— Владик в порядке. Многочисленные повреждения корпуса, нарушена работа правого маневрового двигателя, орудия выведены из строя, — доложила девушка, наконец, взяв себя в руки и провожая взглядом, падающий на планету корабль.

Рабочее судно, какого-то чёрта оснащенное турелями и несущее на борту ракеты, гибло, медленно распадаясь на части и унося тайны с собой в могилу.

— Твою мать, Кедр… Кедр! — Алёна только сейчас сообразила, что не слышит на общей волне напарника. — Только попробуй сказать, что помер, паршивец!

— Пи***ц, Владик, ну хватит орать… Ты одинаково надоедливая и опасная. Я только потанцевать пригласил, а по итогу сижу, латаю пробитую ногу. Даже страшно представить, что меня ожидает, когда ты в знак признательности подаришь своему спасителю поцелуй, — ответил Илья, в этот момент оказывающий сам себе первую помощь.

По кабине парня, подсвечиваемой лишь светом приборов, медленно плыли тёмные шарики крови, но он на них внимание не обращал. Раз сразу не помер, значит, жить будет.

— Дуб дубом ты, хоть и Кедр, — с облегчением произнесла Алёна, наконец, обнаружив кружащийся неподалеку истребитель ведомого.

Его машина даже на расстоянии выглядела решетом, а при ближайшем рассмотрении, когда Алёна закрепила их машины на жёсткую сцепку, чтобы Кузнецов не улетел куда-нибудь ненароком, так и вообще выяснилось, что, кроме капсулы пилота, ничего целого и не осталось.

Еще и энергией со спасителем делиться пришлось, объединив машины в единый энергоконтур.

— О, а вот и помощь, как всегда вовремя, — глядя, как к ним приближается их звено, вяло произнёс Кузнецов, используя внутреннюю связь между истребителями. Выходит, прилично они улетели, раз товарищи так долго добирались.

— Как думаешь, чем нас наградят? Вот бы в увал на пару суток! — мечтательно произнесла девушка.

— Курсант Исаева и курсант Кузнецов, от своего имени и имени руководства академии объявляю благодарность, и в качестве поощрения за высокую эффективность вам даётся увольнительная на одни сутки, — произнёс Хулинада, успевший убедиться, что опасность миновала, а также получить сообщение из ЦУПа. — Но в связи с нарушением приказов вышестоящего командира вам назначены штрафные работы по уборке территории учебного центра. На эти же самые сутки.

— Так и живём, Алёнка, так и живём. Тебе посоветовать, чем лучше оттирать засохшее дерьмо или сама разберёшься, небось не маленькая? — заржал на общем канале Кузнецов, но в ответ услышал лишь гневное шипение дикой кошки. Остальные курсанты решили благоразумно промолчать.

* * *

Черепаха

Исаевск

В командной рубке царила легкая напряжённость. Людей прибавилось, и все они как один повернулись в мою сторону, едва стоило войти в помещение.

Ответив кивком на нестройный хор приветствий, направился в отдельный переговорный зал, сказав вывести куратора и соседей туда.

Первым на экране появились Иван Жилин, а мгновение спустя Валентино Феррите.

— Доброе утро, господа. Вам тоже не спится в этот «солнечный» день? — поприветствовал я патриархов.

— А ты чего не спал? — с ходу перейдя на ты, спросил Иван. — Я-то понятно. У нас, как этот чёртов ливень начался, «макаки» из всех щелей полезли. Умудрились даже в пару жилых тоннелей пробраться. Пришлось всю ночь патрулировать периметр.

— Я… кхм… тоже сражался. Правда, не знаю, удачно или нет, — задумчиво произнёс я. Действительно, какого чёрта они обе были не просто в моей каюте, а ещё и в кровати?

— А… — уточнить Жилин не успел, так как на экране, после того, как я ткнул на кнопку, появился господин куратор, он же граф Панфилов Роман Алексеевич.

— Доброе утро, господа бароны, — похоже, вот кто действительно не спал.

Всегда бодрый и подтянутый граф сейчас выглядел помятым, с мешками под глазами и растрепанными волосами. Сразу видно, кому думы о государственном покоя не дают.

— Не буду затягивать нашу встречу, времени у вас катастрофично мало, — едва мы поприветствовали его, как куратор тут же перешел к делу. — Эта буря, в отличие от первой, судя по всему возникла не из-за колебания эфира, но легче от этого не стало.

Панфилов сделал пару пассов руками и у меня на экране появилась карта четырех секторов, на которой наш с Феррите сектор был в нижнем левом углу.

— Сейчас вы видите область, которую захватила буря… Что? Вышли на связь? Соединяйте! — произнёс Панфилов и спустя пару секунд на экране появился Кембелл. Дугальд Кембелл.

— Где патриарх? Я требовал соединить с ним! — раздражённо произнес Панфилов, вглядываясь в тёмное лицо изрядно исхудавшего Кембелла. На диету он, что ли, сел?

— Извините, Роман Алексеевич, к сожалению, отцу стало плохо, так что на данный момент род Кембеллов представляю я, — тоном, в котором не было ни капли извинений, ответил Дугальд, при этом смотря на меня.

— Не успел, блин, — отчётливо понял я, предчувствуя, что нарыв в моих отношениях с Кембеллами скоро лопнет и кое-кто пострадает.

— Ладно, без разницы, — отмахнулся куратор. — Я собрал вас, чтобы сообщить, что вслед за бурей двигаются стада тварей. По предварительной оценке, если они не остановятся или не сменят маршрут, что вряд ли, то часов через семь-восемь достигнут Торре.

— Много? — моментально напрягся Валентино, едва услышав название своего города.

— Сотни. Тысячи. Животные имеют странное строение, так что точное количество подсчитать сложно, — Панфилов вывел на экран нечёткие фотографии и пару отрезков видео, на которых с трудом можно было хоть что-то рассмотреть.

И тем не менее этого хватало, чтобы проникнуться. На одном из видео был запечатлен момент, когда по узкой улочке, в свете фонарей под дождём, катится тёмно-синяя капля почти двухметровой высоты.

Где-то за кадром послышались крики, и камеру затрясло, судя по всему, снимавший начал стрелять. Изображение вздрагивало почти минуту, и когда, наконец, замерло, то капли уже не было, зато на ее месте появились темно-синие твари, отдалённо напоминающие крокодилов, только без хвостов и на высоких лапах.

Оператор принялся судорожно перезаряжаться, но твари больше ждать не стали, рванув вперёд. Я уже было подумал, что всё — кранты «документалисту», но тут откуда-то сбоку заработал пулемёт, и крокодилов расплескало по стенам.

— Эту информацию мы получили от рода Боррисов. Они первые столкнулись с бурей и тварями. К счастью для них, эта напасть задела их по краю, но даже так большая часть города у них сейчас в руинах и приличные потери в личном составе, — произнес Панфилов.

— Нас это не касается, — глухо произнёс Кембелл, внимательное изучая карту. — Твари идут через лес и нас не заденут. Это территория Исаева и его выкормыша, пускай он и разбирается.

— Ты кого выкормышем назвал, гнида переломанная? — тут же вспылил Валентино.

Дугальд открыл рот, но его прервал резкий хлопок ладони о стол.

— Бароны, скажу откровенно, — играя желваками, угрожающе произнёс куратор. — Мне насрать на ваши распри, хоть перережьте друг другу глотки, но сейчас ваша задача обезопасить территорию от тварей. И если вы, Дугальд, думаете, что справитесь с другими проблемами в одиночку, а то, что они буду, я вам гарантирую, можете прям сейчас пойти и сообщить своему отцу, что я крайне разочарован в его выборе.

Да уж, забавная ситуация. Технически, Панфилов сейчас палку перегнул, и Дугальд может послать его тем самым дремучим лесом. С другой стороны, куратор действительно может усложнить жизнь роду, и Кембелл это прекрасно понимал.

Панфилов ещё минуту угрожающе повращал глазами, всё меньше напоминая того невозмутимого человека, которого я видел раньше, а после продолжил, поняв, что Дугальд не собирается ни отвечать, ни отключаться.

— Таким образом, у вас есть два варианта. Либо эвакуировать Торре, либо дать тварям бой на подступах к нему, — продолжил Роман Алексеевич. — Мои аналитики рекомендуют второй вариант.

— А что по поводу Пугачёвых или Кравцовых? — решил уточнить я, мысленно соглашаясь с аналитиками. — От них подмоги ждать?

— Нет. Волна тварей заденет их, так что они будут оборонять свои города. Если получится по-быстрому отбиться, направятся к вам на помощь через Кембеллов, — глаз у куратора подозрительно дёрнулся, заставляя меня напрячься. Впрочем, Дугальд тоже выглядел удивлённым.

— Понятно, — кивнул я. — Тогда вопросов больше нет.

— И ещё один момент. Господин Жилин, вы, наверняка, удивлены, почему и вас привлекают к данной операции, так вот, буквально час назад состоялось совещание, на котором было решено, что принадлежащие вам территории, в связи с вашим, так сказать, довольно специфичным расположением, переходят в наш сектор под моё кураторство.

— А что, так можно было? — выразил наше общее удивление Жилин.

— Можно, — не стал вдаваться в объяснения куратор, а мне подумалось, не из-за этого ли он выглядит таким помятым и уставшим. Сомневаюсь, что соседи без боя отдали, пускай и проблемный, но такой ценный кусок земли.

— Так если вопросов больше нет, тогда советую не затягивать с решением данной проблемы. Надеюсь, что по окончании бури увижу вас всех в добром здравии. Всего хорошего!

Панфилов отключился, оставив нас одних.

— Я выделю на защиту Торре семьдесят бойцов, плюс техника, — неожиданно для всех произнес Кембелл. — Они будут готовы выдвигаться в течение часа.

— Мы встретим вас, так что не ломитесь сквозь ворота, — тоном, не терпящим возражений, ответил я ему. — Люди у меня там нервные, могут и огонь открыть.

— Не доверяешь, Исаев? Правильное решение. До встречи у тоннеля, — кивнул мне Дугальд и оборвал связь, даже не попрощавшись с остальными.

— Странный он какой-то, — произнес Иван. — И я сейчас не про его внешний вид.

— Согласен, — качнул головой Валентино. — Игорь, думаешь стоит впускать его людей на свою территорию?

— Сейчас мы с ним в одной лодке, так что думаю до конца бури он не доставит больших проблем, — немного подумав, ответил я. — Хотя требование куратора о его участии звучит странно. Уж слишком оно было обязывающим.

— Так, уважаемые соседи, — произнес Жилин. — Во-первых, рад вступить в ваш небольшой и «дружный» коллектив, — с сарказмом произнёс он, — ну а, во-вторых, если нужно, могу направить вам пару отделений своих ветеранов. Рад бы больше, но «макаки» не угомонятся, да и после показанных крокодилов не уверен, что что-нибудь новенькое не вылезет.

Иван виновато развел руками, впрочем, у меня к нему претензий не было. Думаю, и у Валентино так же.

— Всё нормально, справимся, — успокоил я патриарха. — Единственная просьба, у тебя там мои парни до сих пор по пещерам лазают. Организуй их отправку как можно скорее, и было бы неплохо, если бы они вернулись на глайдере, который тебе недавно доставили, — теперь уже виновато улыбался я.

— Шпионишь… — покачал головой Жилин, впрочем, обвинения в голосе слышно не было. Обычные добрососедские отношения аристократов.

Вот когда мы получше друг друга узнаем, подобная необходимость отпадёт сама собой, ну а пока…

— Распоряжусь прям сейчас подготовить машину, только твоих выдернуть с нижних уровней время займёт. Не захотели отсиживаться, пока «макаки» лезут. Скучно им, видите ли, — сказал Жилин.

— Спасибо, — поблагодарил я, и Иван, попрощавшись со мной и Валентино, отключился.

— Ну а ты, друг мой любезный, — повернулся я к юному патриарху, — готовь город к обороне и прячь людей понадёжней. Чую, что к завтрашнему утру о сражении под Торре будет гудеть вся столица и Орбитал в придачу.

* * *

Обитал

— Вы поторопились! — Панфилов в гневе хлопнул папкой, и лежащие в ней бумаги разлетелись по столу. — Из-за этого привлекли лишнее внимание!

Сидевший напротив него седовласый старик сделал удивлённое лицо, чем ещё больше взбесил Романа Алексеевича.

— Вы думаете, я совсем идиот? Что за игры вы затеяли? — кипел куратор. — Патрульная служба и Академия стоят на ушах! В стычке с неизвестным судном пострадали два пилота, и теперь СБ роет землю носом, лишь бы понять, как рудокоп, неожиданно оборудованный десантными блоками и системой невидимости армейского образца, оказался на орбите планеты!

— Рома, заканчивай истерику и лучше сходи поспи, ты неважно выглядишь, — казалось, крики мужчины на старика совершенно не производили впечатления. — Может, после этого поймёшь, что к чему.

— Это мой проект! Я его разрабатывал, а сейчас вы тянете свои руки, ломая его! — казалось, Роман Алексеевич вот-вот набросится с кулаками на собеседника.

— Юноша, — тон у старика был такой, словно он действительно разговаривает с ребёнком. — Пока ты разрабатываешь свои «гениальные» планы, на доске появляются новые фигуры, о которых ты и не ведаешь. И вот от них как раз таки нужно избавиться, пока они не принесли очередные проблемы. Думаю, к тому моменту, когда буря закончится, на планете станет на один род меньше.

Панфилов хапнул воздух ртом, но в этот раз промолчал, ощущая, что ещё немного и он сам станет фигурой, от которой избавятся.

Глава 16

Исаевск

Перун

— Я этой мелкой сучке голову оторву на хрен! А потом и Сидоровичу. Воспитал, блин, на мою голову! — Леонов, который, казалось, уже успокоился, опять начал закипать.

В чреве бронетранспортёра и так было тесно, но наставник, не обращая на тихие возмущения бойцов, прерываемые смешками, вновь вытащил из креплений свой молот и принялся приводить его в порядок.

Несмотря на общую ситуацию, я тоже не мог удержаться от усмешки, глядя на то, как взрослый мужик, матерясь, пытается отодрать с бойка своего грозного оружия приваренные фигурки зверей.

И ладно бы это были какие-то грозные твари, но что-то мне подсказывало, что милая розовая медузка или вот тот желтый утконос вряд ли могут вызвать что-то, кроме умиления.

Хотя если вспомнить, как он раненым бизоном орал на всю Черепаху, бережно качая своё обновлённое оружие на руках и едва не плача, то можно сказать, что он сейчас был само спокойствие.

Думаю, попадись Иванычу в тот момент Шпилька, даже я бы не смог исцелить пятую точку девушки, не выкладываясь по полной.

А так как я в свете последних событий был заинтересован в сохранности этой самой точки, пришлось выводить Крис из ангара окольными путями, стараясь не попасться под гневные очи наставника.

Но в случае утконоса Шпилька действительно перегнула палку. Уж слишком мило смотрелась зверюшка, напрочь разрушая брутальный образ моей «правой руки».

Я украдкой вытащил Симаргл из кобуры и осмотрел. Вроде ничего лишнего не появилось, хотя моё оружие, вроде, Морозова тащила, может, этого его и уберегло?

— Связи по-прежнему нет. Чёрт! — выругался водитель, и машину хорошенько тряхнуло. — Кажется, кого-то опять переехали…

Бронетранспортёр, взревев двигателем, качнулся, и я схватился за петлю. Похоже, проще вообще её не отпускать. Нос машины резко опустился вниз, но парни уже были наученные, так что с места никто не свалился.

Тональность работы движка вновь сменилась, и машина накренилась на левый борт.

— Очередная речка, командир. Вроде, неглубокая, — водитель подбавил газу, заставляя колёса грести быстрее, выравнивая транспорт.

Ну да, неглубокая, как и остальные семь, которые мы уже пересекли. Вот только раньше их вообще не было.

Теперь же каждое углубление, каждая выемка в земле, мгновенно заполнялись водой и, соединяясь с другими таким же, образовывали настоящие русла бурных рек. И грязь, много-много грязи…

— Перебрались. Держитесь!

Машина вновь накренилась, взбираясь на невысокий холм, и у меня на визоре появилась картинка с внешних камер.

Мы, наконец, добрались до небольшой полянки перед входом в тоннель, ведущим на территории Кембеллов. Залитая бетоном, она блестела в свете пяти мощных прожекторов.

В обычные дни такую люминесценцию было бы видно за многие километры, но сейчас её хватало лишь на то, чтобы пробить завесу дождя и разогнать тьму едва ли больше, чем на пятьсот метров. И это с учётом того, что сейчас был полдень!

Ну, да и ладно, к тьме нам не привыкать. Неудобно, но не смертельно. А вот что действительно порадовало, так это то, что установленный ретранслятор у входа уцелел, в отличие от других, установленных вдоль маршрута Исаевск-тоннель.

— А ты не шибко торопился, — раздался в шлеме голос Дугальда, — я уже начал подозревать, что ты решил нас тут просто утопить.

— Ты бы всё равно не утонул. Общеизвестно — плохие люди не тонут, — ответил я. — Открывайте ворота.

Сразу же после моей команды створки с обоих концов пещеры пришли в движение, давая возможность Кембеллу и его людям попасть на мою территорию.

С одной стороны, я понимал, что теряю время, тем более с учётом того, что из-за ливня теперь даже нет и намёка на дороги, лишь одни направления. Но какое-то даже не шестое, а двадцать шестое чувство шептало, что за всем происходящим скрывается что-то ещё, и рисковать лишний раз я не собирался.

Понятно, что бурю организовали не люди, но вот воспользоваться ею, чтобы провернуть какие-нибудь грязные делишки сами боги велели. По крайней мере я бы воспользовался, если бы совесть позволила.

Ещё до того, как из тоннеля показалась первая машина Кембеллов, до нас успел добраться Потапов на позаимствованном у Жилиных глайдере.

Парящая четырёхместная посудина выглядела почти что точной копией атмосферного истребителя с V-образным крылом.

Вот только отсутствие вооружения, огромный прозрачный купол кокпита и максимальный набор высоты в пятнадцать метров прямо указывал, что это всего лишь гражданский образец. И тем не менее, данная хреновина было лучшим вариантом для того, чтобы обезопасить собственные тылы, на случай какого-либо сюрприза со стороны «дружелюбного» соседа.

Будем надеяться, что Потапов с командой будет чётко следовать полученным инструкциям, а в случае чего, его «звериная» натура позволит выжить и выполнить поставленную задачу.

— А это что за херобора? — тем временем бормотал Леонов, глядя, как из тоннеля, сбивая верхнюю часть потолка, выползает длинный механический червь, из-под брюха которого сыпались искры, высекаемые траками.

Машина, едва покинув тесные своды пещеры, остановилась, а после стала раздаваться вширь, теперь уже походя на броненосца высотой в шесть метров, а длиной все пятнадцать.

Округлая спина с защитными щитками по бокам, вытянутая морда-кабина и выступающие уши локаторы. По крайней мере, судя по внешнему виду, это были именно они.

— И что это? — чуть скорректировав вопрос наставника, спросил я у Дугальда.

— Запасной план, если ты и твой дружок облажаетесь и единственной надеждой будут мои люди, — так и не показавшись из своего танка, видимо, в их семье данная модель была популярной, ответил Кембелл. — Мы все прошли. Можно выдвигаться.

Дождавшись, когда все шесть машин, считая странного уродца, встанут в колонну, дал указание выдвигаться в сторону Феррите. А Потапову, уже по внутренней связи, приказал выдвигаться, едва мы исчезнем из вида.

Путь до Торре, городка, расположившегося почти на самой границе территории, принадлежавший некогда Магро, выдался не лёгким.

Машины постоянно вязли, застревали, пару раз даже проваливались в трясину. И это нормальные вездеходы, про «броненосца» я уж молчу.

Даже Леонов, на что любитель боевой техники, и тот предложил похоронить неведомую «зверюшку» в одном из болот, где та умудрилась застрять, чтобы не мучилась. Впрочем, вполне ожидаемо был послан, на удивление спокойно настроенным Дугальдом.

И тем не менее, несмотря на все трудности, спустя четыре часа, когда отведённое куратором время подходило к концу, вдали я увидел долгожданный город.

Расположенный между лесом и хребтом, был он построен по принципу древних фортов, в форме неправильного треугольника, две стороны которого были обращены к горам, а третья, самая узкая, — к лесу.

Высокие стены, метров под десять, обладали изрядной толщиной и внутри имели проходы. Удобно, правда, ровно до того момента пока противник не возьмёт верх и не проникнет внутрь.

Ещё когда до городка оставалось километров двадцать, я уже имел неудовольствие наблюдать зарево пожаров на дальнем конце Торре. Похоже, твари — буреносцы, как мы их обозначили, чертовски не пунктуальны.

— А я уж было подумал, что вы шашлыков остановились пожарить, — едва нам стоило приблизится к одному из ретрансляторов, тоже уцелевшего под ливнем, как на экране появился Валентино.

Внутренняя подсветка шлема придавала и без того бледному парню мертвенный оттенок, а белоснежные волосы, казалось, шевелились сами по себе.

— Первый раз вижу, чтобы мертвец шутил, — без улыбки произнёс Дугальд, также подключённый к командирской волне.

— Внешний периметр на данный момент прорван. Среди тварей много одарённых, — проигнорировал его Феррите. — Пролом на четвёртом, внутреннем участке заблокировать удалось, но вряд ли надолго, буреносцы внешние врата вынесли. Если их не перекрыть, то основная орда, как только доберётся сюда, просто пройдёт сквозь город.

Перед глазами появилась картинка ворот с вывороченными внутрь створками. Судя по всему, рвануло там знатно. В образовавшийся проход втекала река тварей, тут же разделяющая на ручейки, устремляя по узким улочкам к центру города.

Впрочем, Валентино успел среагировать, подорвав несколько зданий и превратив центральную дорогу и парочку второстепенных улочек в труднопроходимую местность.

Стоило тварям едва задержаться у образовавшихся завалов, как на них тут же обрушивался шквальный огонь из ручного оружия гвардейцев Валентино. Хотя, судя по звукам, периодически прилетало что-то из мелкокалиберной артиллерии. Может быть, миномёты, вроде он заказывал их недавно.

— Второе кольцо обороны мы держим, но твари разбегаются по внешнему периметру и пробираются к центру города, — голос парня звучал спокойно, хотя напряжение в нём чувствовалось.

— Командир, приближаемся. И, кажется, не мы одни хотим попасть внутрь, — отвлёк меня водитель, и я на мониторе увидел стены Торре.

У их основания, под светом фонарей, в болотной трясине, некогда бывшей цветущим лугом скакали аморфные темно-синие твари.

Поначалу они выглядели, как огромные капли, но едва стоящему на кромке стены бойцу стоило выстрелить в одну из них, как тварь лопнула, разделяясь на уже показанных ранее куратором крокодилов-буреносцев.

Две из четырёх появившихся тварей упали на землю, разом обрастая шипастой броней и впитывая в себя пули словно губки. Зато другие два буреносца, напротив, будто высохнув, вонзили острые когти и рванули прыжками вверх по стене.

Неправильные крокодилы, в мгновение ока преодолев десятиметровую вертикаль, взвились вверх, собираясь наказать обидчика, и тут же выхватили по целой очереди на собрата.

Барьер смягчил первые выстрелы, но импульса от попаданий хватило, чтобы отбросить обеих тварей назад, и те, слава богам, не отрастив крылья, рухнули в болото.

— Господин Исаев, говорит капитан Игнатьев, мы готовы открывать ворота, просьба ускориться и не задерживаться, — раздался в рации мужской голос, а я увидел, как в стене образовалась с каждой секундой расширяющаяся щель.

В неё тут же ломанулись капли, но очереди со стен заставили их лопнуть, а взбешённых крокодилов рвануть на обидчиков. Похоже, парни Валентино успели выработать какой-никакой план и теперь придерживались его, довольно эффективно не давая тварям приникнуть сквозь врата.

— Ну, хоть тупые, — произнёс Леонов, всё-таки бросив попытки привести своё оружие в человеческий вид.

Медузу-то он отломал, оставив просто здоровенное розовое пятно, а вот утконос стоически сопротивлялся. Хотя после того, как Иваныч в гневе помял голову зверюшке, та приобрела зловещий беззубый оскал. Думаю, если Леонов каким-то чудом получит герб, я даже знаю, какой ему предложу. Хотя нет, просто поставлю перед фактом. Только прежде Крис спрячу на каком-нибудь необитаемом спутнике.

БТР опять тряхнуло, а снаружи заработал пулемёт. Всё-таки не все твари отвлеклись, и самые быстрые попытались проникнуть внутрь. Но вышло у них не очень.

Дорога на въезде в город была твёрдой, и мы смогли развить приемлемую скорость. Даже «броненосец». Так что самые шустрые капли погибли быстрее всех. Судя по всему, им требовалось какое-то, пускай и очень маленькое, но время, чтобы безболезненно распасться. Но пулемёт оказался быстрее.

— Почти все нонкомбатанты в центральном убежище, — вновь появился на командирском канале Валентино. Дыхание его было прерывистым, а по лицу катился пот. Похоже, парень на месте не сидел. — Остальные в малых. Нужно заблокировать ворота. Я со своими людьми выдвигаюсь ко Второй улице. Выдавим тварей сначала оттуда.

На заднем фоне послышались взрывы и Феррите, обернувшись, махнул рукой. На мгновение мир словно замер. Лицо Валентино посерело, камера затряслась, раздались выстрелы и крики, но через десять секунд всё пришло в норму.

— Мелкая стая решила проскочить по крышам, — пояснил парень, переключив камеру на внешнюю.

Комната, в которой он находился, лишилась крыши, и сейчас пол заливало водой, омывающей трупы нескольких тварей. Были они куда меньше похожи на крокодилов, имея строение тела, очень отдалённо напоминающее бойцов Валентино в доспехах. Но, если смотреть издалека, прикрыв глаза рукой, можно и перепутать. Надеюсь, мимикрировать во что-то более совершенное они не смогут.

— Мы выдвигаемся ко Второй, — повторил Валентино, перешагивая тушу и прыгая вниз. Судя по времени падения, с третьего этажа. — Дугальд, ты и твои люди должны зайти с Четвёртой улицы. Возьмём тварей в клещи и начнём гнать их обратно. Как освободим проход, мои инженеры, под охраной Игоря, завалят и заварят ворота.

— Поправка, товарищ «командир», — произнёс Дугальд, — Думаю, Исаеву с его штурмовиками будет сподручнее пробиваться, а я со своими людьми обеспечу охрану убежищ и прикрытия в случае прорыва.

На лице Валентино возникли сомнения. Он явно не горел желанием оставлять Кембелла в тылу.

— Не переживай, неприятные сюрпризы я устраивать не буду, — усмехнулся всё меньше и меньше походящий сам на себя Дугальд. — Вы все наверняка заметили странное поведение куратора, и пока я не пойму, с чем это связано, ввязываться в другие разборки не планирую. Перенесу удовольствие от сворачивания твоей шеи на следующую неделю. А Исаевскую на последующую.

— Может, мне почаще тебе руки с ногами ломать? Глядишь, в человека превратишься, — без тени сарказма спросил я. — Научился здраво мыслить и даже пытаешься юморить.

— То была ошибка, и я её учёл, — ответил будущий патриарх. — Выставлю своих людей здесь, здесь и здесь. Феррите, пусть твои скинут информацию по малым убежищам. Проверим их и эвакуируем, конечно, если до них добраться не успели.

На общей карте тут же вспыхнули отметки укрытий. Было их немного, всё же городок крохотный, даже по местным меркам, и это при том, что Валентино сразу стал строить с запасом, планируя в ближайший месяц изрядно пополнить ряды своих поданных новыми переселенцами.

Тем временем наша колонна, проскочив очередные ворота, уже внутреннего кольца, выскочила на центральную площадь, являющуюся, по традиции, административным центром.

На ней суетились ополченцы, набранные из мужского населения, способного держать оружие. Сейчас они возводили баррикады, преграждая путь ко в ходу в центральный бункер, где укрылись женщины и не способные сражаться мужчины.

Машины Кембелла, подчиняясь его указаниям, разделились на две части, не считая «броненосца», и направились по определённым маршрутам.

Уродец тем временем, вновь принялся трансформироваться, становясь тоньше и шире, ввинчиваясь траками в асфальтовое покрытие площади, а чешуя на спине стала сворачиваться в трубу.

К сожалению, времени досмотреть, во что же он превратиться не было, но прежде, чем я со своими машинами умчался дальше, Дугальд подкинул интриги:

— Исаев, если станет слишком скучно, просто попроси, и я добавлю огонька, — хохотнул Кембелл, и теперь я увидел знакомые чёрные огоньки в его глазах.

— Непременно, — кивнул я, знаком приказывая водителю остановить БТР в ближайшем проулке.

До места прорыва на транспорте не проехать, по крайней мере быстро, да и огневая мощь штурмовиков будет куда выше турелей растянувшейся в узкой улочке колонны.

— Четыре-три, вы на крышу, — отдал я распоряжение разведчикам, единственным из всего отряда облачённым в среднюю броню.

Те без слов, выстрелив кошками, махом взлетели на третий этаж, исчезнув в темноте. Впрочем, для нас они обозначались зелёными контурами даже сквозь стены.

— Пижоны, нет бы по лестнице… — пробурчал Леонов. — Идём параллельно? Здания зачищаем?

— Мои один-три, твои два-три, — кивнул я. — Три-три, на вас проверка домов. Только быстро. И сразу не стреляйте, тут укрытие недалеко. Связь с ним пропала сразу после прорыва, но всякое может быть, вдруг кто добежать не успел.

— Принято, — тут же среагировали бойцы.

Отделение во главе с Леоновым исчезло в тёмном переулке, выходя на соседний маршрут. Бойцы зачистки, разделившись, вломились в соседние здания. Чую, выставит мне потом Валентино счёт за пробитые перекрытия и проломанные полы-потолки.

Я же со своим отделением двинулся вперёд в максимально быстром темпе, при этом внимательно высматривая противника и готовясь дать отпор.

Твари, собственно, и не заставили себя долго ждать. Первыми скачущих по крыше монстров заметили разведчики, но я приказал им затаиться, пропустив мимо себя.

Не выпуская тварей из виду, разведчики передавали нам их месторасположение, так что, когда на меня с крыши дома прыгнул крокодил, я просто всадил ему в голову Аспида.

Ещё двоих, прежде чем они успели приземлиться, снесли из дробовиков мои бойцы, а четвёртого оглушил занявший удачную позицию у окна на втором этаже «чистильщик».

На соседней улице тоже началась движуха, но, судя по тому, как шум быстро стих, грозный утконос быстро объяснил тварям, в чём те не правы.

— Идём дальше, — коротко бросил я, добив очередную дёргающую лапами тварь.

Следующая стычка у нас произошла метров через тридцать. В этот раз монстры возникли из-под земли, выбив ливневые решётки и выбрасывая свои блестящие и вытянутые, будто бы рыбьи, тела на залитую водой улицу.

Скользя по бурлящему потоку, гигантские угри устремились к нам, вздымая вверх фонтаны воды. У самой крупной особи внезапно поднялся плавник, на острых кончиках которого заплясали искорки.

Но, прежде чем он успел сформировать заряд, с моего клинка сорвался эфир, на мгновение разрезая завесу дождя, а затем и скользящую в нём тварь.

Тело уже мёртвого угря скрутилось кольцом, и искры, уже почти сорвавшиеся с плавника, потухли. Лишь одна, самая крупная успела упасть в воду, и интерфейс в доспехах на мгновение моргнул. Да уж, и это только с неполного заряда…

Тем временем бойцы уже почти прикончили других рыбин, отделавшись парой вмятин на доспехах.

— Один-три, у нас тут какая-то дрянь на стенах прячется, — напомнил о себе Леонов.

Интерфейс заботливо подсветил наставника сквозь здание, показывая, как он раскручивает над собой молот, сшибая с окна второго этажа буреносца, похожего на паука.

А в это же время чистильщики внутри этого здания, сошлись в ближнем бою с буреносцем, напоминающим оранжевого медведя из ядовитой пещеры. Разве что пониже да пожиже.

По крайней мере, хватило твари одного заряда в морду, да тесака в печень. Или что там у этого неправильного медведя вместо неё?

— Забрали четверых из второго укрытия, — появился в эфире Дугальд. — Твари прут всё наглее, но вы можете не торопиться. Ведь всегда можно будет нанять быдло простолюдинское за копейки, так ведь?

— Можно я убью его после того, как это закончится? — спросил Валентино на отдельной волне.

— Уже не уверен, — качнул я головой, одновременно с этим уворачиваясь от очередного буреносца. Верхняя часть тела у него было медвежья, а нижняя принадлежала собаке. Очень крупной собаке. — Уж слишком странное у него поведение. Словно он не он. Тебе ещё сколько идти?

Поднырнув под лапу, оснащённую впечатляющими когтями, крутанул в руке Аспид, подсекая ногу твари. Но та, словно соглашаясь со мной, что это была лишняя часть тела, лишь зарычала, не обращая внимания на потерю, и двинула мне в грудь головой.

— Минут двадцать. Нарвались на капли, которые почему-то не захотели трансформироваться в «нормальных тварей», а огнестрел против них совершенно не эффективный. Словно в резину стреляешь. Пришлось руками поработать.

Валентино я слушал уже в полёте с крыши, откуда меня скинул подоспевший на помощь медведесобаке буреносец.

Впрочем, свалился я удачно, ровно на голову слизняку, заходящему за спину Леонову.

— Нам тоже примерно столько же идти, может, чуть быстрее.

Раздался звук всплеска, почти неслышного в суматохе боя, и я резко подался назад, уклоняясь от выскочившего из-под воды шипа.

Выхватив Семаргл, высадил пол-обоймы в дыру, в которую шип втянулся обратно, и тут же откатился в сторону, при этом толкнув наставника.

Тот, не ожидая подвоха, влетел в стену, подминая под себя крупного крокодила и размазывая его тонким слоем по ещё сухому полу.

Обладатель шипа разочарованно взревел, заставив воду на асфальте задрожать, но прежде чем он закончил свою оперу, я уже с двух аспидов всадил в ближайший люк хорошенький такой заряд эфира.

— Ух, отлично пошло, — мелькнула мысль, когда после резкого выброса эфира по телу прокатился холодок. Впрочем, кристалл тримития быстро привёл меня в форму, оставив лишь лёгкую дрожь.

— Командир, видим пролом! — доложил один из разведчиков. — И есть две новости…

— Давай с хорошей, — произнес я, перехватив на лету прыгнувшую на меня тварь.

Была она мелкой и с виду неопасной, но стоило мне её сжать, как она, тут же извернувшись, оплела правую руку, выпуская внутрь шипы. Не будь на мне доспехов, и с рукой можно было бы попрощаться.

— Командир, они обе плохие, — ответил разведчик, перекидывая картинку со своих камер.

Была она дёрганная, боец скакал по крышам словно кузнечик, не вступая в бой, но при этом стараясь как можно больше получить информации о том, что твориться перед разрушенными воротам.

— Ну ё** твою, — ударив замотанной тварью рукой о стену, я выругался. — Валентино, план меняется. Сбор в этой точке.

Я скинул парню новую метку, а заодно и картинку, полученную от разведчика.

— Да ё**, — незамедлительно последовала реакция от молодого патриарха. — Какого чёрта их там так много и что это за десятиметровая тварь, застрявшая в воротах.

Глава 17

Дикие территории

Перун

— Б**, половина «джонников» всмятку, нах**. У самого Джонни тоже руки-ноги к х**м. Какая-то х**вая посадка вышла, — довольно эмоционально подытожил доклад мужчина в имперском силовом доспехе своему главарю.

Правда, на броне уже давно не было знаков отличия, а номер батальона, к которому некогда принадлежал дезертир, был перечёркнут косой линией заплат.

— Дерьмовые новобранцы, дерьмовая подготовка, дерьмовая погода, дерьмовая планета! — процедил в ответ его командир, одновременно пытаясь курить в замкнутой броне и при этом не задохнуться. Впрочем, вытяжка хоть с трудом, но справлялась с густыми смолами толстой сигары, которая, казалось, тлела и не кончалась во рту головореза уже который год. — Не находишь, что слишком много дерьма в одном предложении? Ладно, не грузи свой череп, пока тот не лопнул, это был риторический вопрос. Сколько там способных выполнять задачу осталось, говоришь?

— Две с половиной сотни, остальные — «недвижимость», — доложил помощник, сверившись с наладонником. — Не маловато-то для штурма?

— Пойдёт. Контакт сообщил, что город будет беззащитен. Основные силы противника убыли в какой-то занюханный городок, Торре вроде, — пнув неведомую тварь, показавшую свою отвратительную голову из сырой земли, главарь посмотрел вверх.

Как же он ненавидит планеты и крыс, что на них обитают. Космос, холодный и безжалостный. Вот где живут настоящие люди. Но порой таким, как он и его подчинённые, приходится забиваться в нору, чтобы переждать опасность…

— Босс! — привлёк внимание помощник, которого подобные зависания командира порой пугали. Не должен главарь банды думать слишком много, так и пулю словить можно прямо в «думалку». — Время тикает.

— Без тебя в курсе, — с раздражением пыхнул сигарой мужчина со шрамами на лице. — Передай, что мы выдвигаемся. И кто не сможет двигаться самостоятельно, останется здесь без оружия.

— Есть! — козырнул мужчина и убежал выполнять указания командира, на ходу раздавая приказы и пинками подгоняя тех, кто, по его мнению, был недостаточно расторопным.

Тем временем бывший командир имперского фрегата Тревор Мантис, а ныне главарь крупной банды, открыл на комме сообщение, ставшее доступным лишь тогда, когда заказчик удостоверился в их приземлении.

— Даже как-то слишком красивая для предательницы, — усмехнулся пират, разглядывая фотографию. — Вот и очередное подтверждение того, что все проблемы из-за баб. Жаль, поразвлечься с тобой не выйдет, ну да не сомневаюсь, что в городке и других красавиц будет полно.

Остановившийся крытый грузовик, забитый бойцами под завязку, обдал Мантиса с ног до головы грязной водой, заляпав экран комма. Зарычав, мужчина стряхнул грязь и, быстро дочитав сообщение, вскочил на подножку машины.

Уже почти усевшись, он оглянулся и увидел, как за головной машиной выстраивается в колонну остальной транспорт.

— Длинная колонна получилась, несмотря на не самую удачную посадку, — усмехнулся флибустьер космоса. — Что ж, тем проще будет показать сухопутным крысам, что я и мои парни имеют право брать всё, что захотят.

* * *

Торре

Перун

— Что думаешь? — Феррите, сделав замысловатое движение левой рукой, запустил крохотную, не больше теннисного мяча, сферу серой хмари в сторону скачущих буреносцев.

Шарик стремительно расширялся, перекрывая небольшую улочку и втягивая внутрь тварей, но прежде чем, сфера застыла окончательно, в нее, с разбегу, запрыгнул Валентино.

— Думаю, что всё же стоит атаковать как можно скорее, — ответил я, останавливаясь перед серым куполом и наблюдая, как из неё медленно выдвигается буреносец, с ничего непонимающей харей.

Хотя тут было трудно не удивиться. Дар Феррите замедлял любые процессы внутри купола, и лишь её создатель мог относительно спокойно перемещаться там.

Так что твари, прыгнувшие на преграду, попросту зависли в серой мгле, не в силах даже пошевелиться, и сейчас Валентино выталкивал их наружу по одной, где уже был я с двумя Аспидами и толпой озлобленных бойцов, которых изрядно задолбал непрерывный ливень и наглые твари, желающие отведать свежего человеческого мяса.

В общем, удивление у твари длилось не дольше пары секунд. Ровно столько, сколько нужно было Леонову, чтобы взмахнуть и опустить молот.

— А они всё прут и прут, — голос молодого патриарха звучал словно на замедленной пленке. — Готовьтесь, я всё.

Едва стоило нам услышать последнюю фразу, как я взял Аспиды на изготовку, а стоящие по бокам штурмовки вскинули дробовики.

Сфера Валентино вздрогнула и стала деформироваться, но не внутрь, а наружу, исторгая из себя одного буреносца за другим. Прямо под нашу совместную атаку. Итог был вполне предсказуем.

— Эта часть улицы зачищена, — на общей волне доложил разведчик, в чью обязанность входило принимать доклады от своих подчинённых и, проанализировав их, доводить до нас. — Но замечены очередные копья буреносцев. Двигаются к центру города по Третьей и Пятой улицам.

Так, «копьё» — это где-то особей пятнадцать-двадцать. В принципе, справится должен.

— Беру их на себя, — без лишних вопросов, как я и предполагал, среагировал Кембелл. — Один из моих «десятков», как раз там поблизости.

— Ещё четыре «копья» движутся по Первой улице, — продолжил разведчик. — Модификации разнообразные, но преобладают «прыги» и «брони».

— Что я пропустил? — вывалившись из своего купола, первым делом поинтересовался Валентино, толком не успев прийти в себя.

Всё же его дар пускай и обладал чертовски мощный потенциалом, но при этом имел ряд недостатков, одним из которых была временная дезориентация после использования.

— Всё по-прежнему, так что не вредничай и жри «чёдали», — впихнул я ему в руку очередной кристалл.

Валентино вяло посопротивлялся, уже больше для приличия, тяжко вздохнул и забрал протянутый кристалл тримития.

Это был уже третий мелкий кристалл эфира, и парня штормило, и от перегрузки, и от осознания суммы, которую он израсходовал, впитывая сконцентрированный эфир.

— Морду «утробе» бить пойдём или как? — глаза Феррите блестели всё ярче по мере того, как переливающийся фиолетовым цветом кристалл таял в его ладони.

— Пора, — кивнул я, поддерживая парня за локоть брони.

Со стороны могло показаться, что я не даю ему упасть, пока он насыщался эфиром, но на самом деле я стравливал из Валентино излишки эфира, не давая тому нанести повреждения организму парня.

— Кембелл, удиви меня. А то мне начинает надоедать работать в качестве мясорубки, — я вызвал Дугальда, знаками показывая своим спутникам выдвигаться навстречу очередной стае буреносцев.

— Десять минут. Рекомендую твоим разведчикам убраться подальше от ворот, — ответил он.

— Стену только не снеси, идиот! — забеспокоился Валентино, вырвавшийся на острие атаки и запустивший очередную сферу, которая тут же принялась растягиваться в стороны.

Серая хмарь почти полностью перекрыла десятиметровую улочку, но пелена вышла тонкой, так что ближайшие твари в ней просто застряли, суча лапами по обе стороны барьера.

— И в кого ты такой умный? В папашу, наверное? — ехидно поинтересовался Дугальд, а на общей карте появилось схематичное изображение территории перед воротами.

Пустое пространство, метров сорок на сорок, залитое бетоном. По его бокам располагалось несколько складов и жилых, но пока недостроенных домов.

И всё это пространство на карте оказалось накрыто овалом, который медленно наливался красным цветом, показывая зону поражения от неведомой «зверушки» Кембелла.

К сожалению, Утробу, ту самую тварь, что сейчас ворочалась во вратах, задеть без угрозы разнести стены не выходило. А значит, придётся по старинке, ручками поработать. Но для начала нужно пробить себе путь.

Выхватив Семаргл, выстрелил в тварь, показавшуюся в окне. «Прыг» оказался шустрым, успев юркнуть внутрь здания. Но туда уже зашли люди Валентино, и тёмные помещения осветили вспышки.

— Фрол, подсоби им! — отдал я приказ одному из штурмовиков, и тот, недолго думая, выломал дверной проём и исчез в здании.

Бойцы Феррите, за редким исключением, были облачены в среднюю броню и вооружены точными, но слабым, по сравнению с нашим, штурмовым оружием. И если бы не дар Валентино, их давно бы уже положило какое-нибудь не самое крупное «копьё» тварей.

Тем временем на улице становилось тесно. Барьер Феррите замерцал и исчез, а на асфальт рухнула куча бесформенного мяса, некогда бывшего смертельно опасными тварями.

Вот только это была первая волна, и следом уже рвались следующие буреносцы. По стенам, цепляясь когтями, скакали юркие твари, а сверху спикировал один из птеродактилей.

Бесцеремонно оттолкнув впавшего в ступор после использования дара Валентино за спину, подставил Аспида под занесшего лапу буреносца и отсек её вместе с головой.

Мимо промчался штурмовик, врезаясь щитом в прущую биомассу. В стороны полетели оторванные клешни, лапы, хвосты и головы.

С боков заработали дробовики, сбивая с лап юрких тварей, выпрыгнувших из люков. Они напоминали крыс-переростков и лишь своим внешним видом выпрашивали пулю в лоб.

Тут же к ближайшей дыре в земле подскочил мой боец, забрасывая туда зажигательную гранату. Почти сразу же из затопленного колодца вырвался столб обжигающего пара, а следом и пламени.

Обваренные в кипятке и обожженные твари полезли наружу, уже не думая о том, чтобы нападать, но люди Валентино встретили их во всеоружии, не давая разбежаться и прийти в себя.

— Оклемался? — пнув набежавшую шестиногую падлу и проломив её череп, рывком поставил молодого патриарха на ноги.

Метнул одного Аспида в завывшего на крыше буреносца, вторым уколол в спину очередную гадину, повалившую бойца в лёгкой броне.

— Ага, — отпрыгнув в сторону, Валентино сделал выпад тонкой шпагой.

Острие оружия вошло в один из многочисленных глаз монстра и проникло в мозг. По крайней мере в черепушке твари что-то подобное точно присутствовало, так как переизбыток металла в голове вызвал мгновенную смерть.

— Тогда извольте поработать, — ухмыльнулся я, сделав жест ладонью в сторону очередного зверья, прущего с удвоенной яростью в нашу сторону. И это, несмотря на выросшую перед нами баррикаду из мяса.

Что-то пробормотав мне в ответ, Феррите, используя мощности своей брони, одним прыжком запрыгнул в пролом на втором этаже. Совсем не аристократично воткнув фамильное оружие в пол, парень начал разводить руки, делая замысловатые пассы. Словно паутину плёл.

Пригнувшись, насколько это можно было сделать в штурмовой броне, я пропустил над собой мощную зверюгу, размером с носорога и пастью крокодила. Этой тварине оказались нипочём выстрелы из дробовика.

И когда она уже почти перелетела через меня, я воткнул руку прямо в незащищённое пузо.

Тварь завизжала и принялась биться, но я, не теряя времени, подмял её под себя, при этом вытягивая эфир. Энергия бурным потоком хлынула из монстра, но я мысленно стукнул себя по рукам и перенаправил ее в сторону Валентино.

Шансы обезглавить парня бесцветной волной эфира, хоть и были мизерными, но я выдохнул с облегчением, увидев, как сотканная серая сеть в его руках, резко потемнела и, сорвавшись с кончиков пальцев, рванула вперёд, полностью заполнив улицу и даже сдирая облицовку с домов.

Феррите издал стон и рухнул на пол, немного перенапрягся парнишка. Ничего, крепче станет. Сегодня точно не помрёт.

Сотканная сеть, словно лазерная, прошивала насквозь прущих тварей. В местах соприкосновения с плетением покровы тварей словно сморщивались, иссыхали, и монстры стали походить на странных, переломанных кукол, так дёргано они стали двигаться.

— А был такой безобидный молодой человек, пока с тобой общаться не начал, — прокомментировал происходящее Леонов, спрыгнув с крыши дома и приземлившись возле меня. Причём прямо на буреносца с переломанным хребтом. Тот, суча лапами, пытался отползти в сторону, но не успел.

— Не мы такие, планета такая, — сказал я, подбирая один Аспид и перехватывая второй, брошенный штурмовиком, на лету. — Кембелл, долго ещё? Или нам готовиться к ещё одной волне?

— Наслаждайся зрелищем.

Позади нас, с центральной площади, донёсся грохот, и спустя секунд тридцать все закоулки городка залило мягким, зелёным светом. В воздухе, на высоте шестого-седьмого этажа зависло небольшое рукотворное солнце, которое через мгновение стало подниматься всё выше и выше, уносясь в тёмные небеса.

— Арта, что ли? — задумчиво произнёс я, провожая непонятную хреновину взглядом.

— Лажа это, а не артиллерия, — веско произнёс Леонов, перепроверяя оружие и бойцов. — Судя по всему, заряжается долго, фейерверк видно аж из космоса, и, что хуже всего, это не наша пушка.

— Да куплю я тебе, куплю пару САУ и РСЗО, отстань уже, — вздохнул я.

— Отдашь меха, которого Шпилька собирает, отстану, — словно невзначай произнёс хитросляпанный Иваныч.

— Как женишься, отдам, — кивнул я, глядя, как из пролома в стене выносят Валентино и аккуратно кладут на тротуар. Вот только зачем непонятно. Вода тут же захлестнула парня по самую макушку, благо, на нём шлем был.

— А точно отдашь? — совсем по-детски спросил сорокавосьмилетний лоб, отвлекая от товарища и вызывая лёгкое чувство офигивания.

— Надеюсь, ты сейчас несерьёзно, — сказал я, стараясь незаметно для окружающих воздействовать на Феррите. Вроде получалось.

Леонов тем временем многозначительно промолчал. Да уж, кажется, шутка вышла из-под контроля.

Валентино закашлял и, придя в себя, попробовал сесть, но едва увидел висящий в небе зелёный шар, тут же вскочил на ноги.

— Сюрприз Кембелла? — настороженно уточнил он.

— Угу, — кивнул я. — Похоже на технику, которую используют на Нави.

— Это та планета, про которую ты рассказывал? На которой вечная ночь? — уточнил Феррите.

Надо же, блин, запомнил тот разговор на дирижабле, хотя я всего лишь обмолвился об этом.

— Кстати, да, — опять кивнул я, наконец-то поняв, что же мне напоминает нынешняя буря.

Всё точь-в-точь, как на Нави, разве что там буря никогда не заканчивается. Ну и подобных тварей там не было. Вроде бы.

Тем временем искусственное зелёное солнце снизилось, повиснув над центром города, а после от неё отделилась такая же зелёная капля, устремившаяся вниз.

— Игорь, я тут подумал, забавно выйдет, если Дугальд сейчас выстрелил не по тварям, а по нам, — задумчиво произнёс Валентино, наблюдая, как с неба падает зелёная комета, стремительно приближаясь к земле.

— Он, конечно, идиот, но не самоубийца, — успокоил я товарища.

Нет, конечно, нельзя недооценивать уровень дебилизма у среднестатистического человека, но Кембелл явным идиотом не был, да и что-то с ним явно произошло за время нахождения в столице.

Ну и система моей брони успела проанализировать и просчитать траекторию падения снарядов, коих оказалось не один, а целых четыре. Все в пределах границ, показанных Кембеллом.

Уже четыре капли разделились на десяток мелких, которые в свою очередь пролились дождём на беснующихся перед вратами тварей.

Вот только в отличие от дождя, принесённого бурей, это ненастье было делом рук человеческих, и вместо живительной влаги на землю пролился огонь.

Пламя взметнулось вверх, и небо озарилось вспышками, в очередной раз окрашивая окружающий мир в мертвенно-зелёный цвет.

— Выдвигаемся, — приказал я, едва разведчик сообщил, что буреносцы не рванули прочь из пожарища, а наоборот, ринулись к гигантскому монстру, наплевав на собственную жизнь, стремясь обеспечить тому безопасность. — Дугальд, как часто твоя херовина стрелять может?

— Минут через двадцать и только ещё один раз…

— Нет, такую «игрушку» мы не хотим, — пробурчал идущий рядом Леонов.

— Либо раньше, но площадь поражения будет меньше, но и выстрелов будет два, — закончил Кембелл.

— Ну вот и план вырисовывается, — кивнул я, переходя на бег. До врат было пару километров, и следовало поднажать, прежде чем твари придут в себя.

— Знаешь, Игорь, будь я параноиком, предположил бы, что это какая-то машина кратов, созданная для взятия городов. Те же ведь тоже биотехнологиями увлекались, — произнёс Леонов, едва нам стоило взобраться на руины, некогда бывшие трехэтажным домом.

По пути нам встретились ещё пару мелких групп буреносцев, но их мы снесли походя, фактически втоптав в переломанный асфальт.

И вот, стоя на груде обломков здания, я смотрел вниз, на площадку перед воротами, залитую огнём, в котором бесновались твари, сгорая заживо.

Не знаю, чем были начинены снаряды Кембелловской артиллерии, но эта дрянь прекрасно справлялась с живой плотью, прожигая её насквозь.

Правда, и неживой материал она не жалела, оставляя приличных размеров воронки в местах куда попадала.

В общем, внизу было жарко в прямом смысле этого слова, и как же было жалко, что этого тепла совсем не доставалось гигантской твари, застывшей в выломанных воротах.

Хотя после комментария наставника я был не совсем уверен, что она именно застряла.

Огромная кишка, обросшая снаружи прочной шипастой броней, медленно содрогалась, выплевывая из себя одного за другим буреносцев разной формы.

Причём, если вначале это были ползучие твари, то сейчас, когда Утроба сообразила, что её выродки так задорно полыхают, у следующей партии появились крылья.

— Кажется, мы только что прибавили себе лишних проблем, — прокомментировал Валентино, глядя, как эскадрилья птеродактилей, едва вывалившись из гигантской твари, замахала крыльями и почти без разгона взлетела в тёмное и дождливое небо.

— Зато от основной почти избавились, — ответил я, глядя, как догорает большинство буреносцев, никак не могущих сбить с себя зелёное пламя.

— Кембелл, сколько эта дрянь…

— Погоди! — прервал меня парень. — Выводите их, мы прикрываем. Быстрее!

Мы с Валентино молча переглянулись, но от комментариев воздержались.

— Готово… — голос Кембелла стал спокойнее. — «Зелёнка» сама по себе работает около двух часов, но могу погасить её в любой момент.

— Или хотим… — задумчиво протянул никак не могущий определиться Иваныч.

— Отлично, вырубай её минут через десять, и пусть сюда выдвигаются рабочие Валентино, будем латать пробоину, — приказал я, знаками приказывая своим бойцам формировать штурмовой «кулак».

— Рассчитываешь завалить эту тварь голыми руками? — с сомнениями произнёс Дугальд — Если вас там сожрут, я просто выжгу всю эту часть города «зелёнкой» и свалю.

Тем не менее приборы моей брони отметили, как от зелёного «солнца» отделились матово-белые капсулы и начали падать в нашу сторону.

«Внимание! Опасная концентрация химических элементов!» — тут же запестрел интерфейс предупреждениями, а неподалеку закричал один из бойцов Валентино. Видимо, в его броне была трещина, и отрава проникла внутрь доспеха.

Тем не менее, зелёный огонь начал стремительно угасать, а обгорелые буревестники, напротив, стали подавать признаки жизни.

— Дугальд, мы ждём тебя. Вперёд! — скомандовал я, и мощный бронированный кулак, во главе которого был Леонов, рванул вперёд, растаптывая в мелкую пыль обгорелые останки буреносцев.

Преодолев половину площадки, штурмовки врезались в стену тварей, выстроившихся полукругом перед Утробой.

Здоровенный монстр тем временем задрожал, выталкивая из себя очередную порцию детёнышей. Хотя нет, ошибочка вышла.

— Какой крупный младенец получился. Это ж сколько он жрать будет? — пробормотал я, увидев, как из передней части Утробы в дождливый мир вывалился шестиметровый монстр гуманоидной формы.

Вот только у порождения было целых четыре ноги-колонны, крупное туловище, защищённое костяными пластинами, лишняя пара рук и отсутствовала голова как таковая.

Заревев, монстр упал на колени, упёршись одной парой рук в землю и подняв вторую к небу.

Между рук возникло фиолетовое сияние, и я почувствовал, как потянуло чистым эфиром. Похоже, тварь обладает даром и не самым слабым. Видимо, всё же пришло время немного раскрыться, иначе без жертв не обойдется.

Штурмовики, которых окружили буреносцы, продолжали пробиваться вперёд, оставляя после себя кровавую просеку, а рассредоточившиеся по территории люди Феррите прикрывали их от атак с воздуха.

Урона было недостаточно, чтобы покончить с птеродактилями, но пока мы с Валентино и Леоновым оббегали основную свалку, уклоняясь от сражения, я пару раз отметил удачные выстрелы, помешавшие клювастым тварям зайти с тыла и атаковать моих людей.

— Вал, ты сейчас только не удивляйся, — по закрытому каналу обратился я на бегу к Феррите, кидая ему крупный кристалл тримития. — И вида не показывай.

Резко затормозив, парень принялся втягивать эфир в себя, не совсем понимая, что я имею в виду. Но, когда на него неожиданно обрушился поток энергии, исходящий уже лично от меня, глаза на экране у него расширились.

— Не тормози, формируй сеть! Пробей мне проход, — гаркнул я на застывшего парня, который на мгновение ощутил, как разом перемахнул пару ступеней владения Даром.

Взмахнув руками, он создал серую дымку, почти сразу сменившую цвет на белый. Послушная взмахам рук молодого патриарха, она стала почти осязаемой, превращаясь в клубок белых лент, которые то расползались в стороны, то сплетались во что-то единое.

И без того бледное лицо Феррите стало будто мел, возле глаз проступили серые вены, а прядь белоснежных волос стала чернее тьмы.

Стиснув зубы, Валентино едва слышно простонал и повалился набок, но перед этим спустил с цепи свой Дар.

Различных размеров ленты обрели плотность, расплёскивая воду в выжженных ямах, и при этом умудрялись проходить сквозь друг друга и броненосцев. При этом задетые твари, прямо на глазах ссыхались, словно успевали за доли секунды исчерпать отведённое время жизни и падали на влажную землю уже иссушенными мумиям.

— Охраняй его, — бросил я Леонову, устремляясь следом за змеями, по пробитому ими проходу.

Основная масса буреносцев, связанная боем с моими бойцами, не успела среагировать на нападение со стороны, и тем не менее последние метры до входа в Утробу я уже скакал по спинам и головам тварей, уворачиваясь от энергетического луча безголовой четырёхрукой твари.

Ну как скакал… Стоило только мне только наступить на какую-нибудь тварь, как она тут же превращалась в кровавый блин. Но всё же от земли я отрывался, так что «i believe, i can fly».

— Надеюсь, не против, что без стука, скотина? — пробормотал я, наконец, пробившись сквозь толпу буреносцев и будто снаряд вламываясь вглубь Утробы и впихивая обратно только показавшую голову очередной твари.

Монстр протестующе заверещал, но мчащийся снаряд весом больше тонны трудно остановить криком, так что с хлюпаньем пробив нечто, напоминающее шлюзовую дверь, только состоящую из мышц и кожи, мы очутились в небольшой, абсолютно тёмной полости внутри Утробы.

Броня автоматически отстрелила фальшфейер, заливая «комнатку» красным цветом, и я замахал Аспидами, превращая прыгнувшего на меня буреносца в сашими, а потом ещё одного и ещё одного.

В общем, минут пятнадцать я просто стоял и посылал волны эфира, разбирая на комплектующие всевозможных тварей, которых насылала на меня взбесившаяся Утроба. С каждой её попыткой твари становились все меньше и меньше, пока я уже просто не раздавил ногой выползшего и угрожающе раскрывшего беззубую пасть червяка.

— Ждала, что со смеху помру, что ли? — недоуменно спросил я, разглядывая тёмное пятно, оставшееся после последнего противника. — Так не вышло, и теперь моя очередь шутить.

Убедившись, что нападения в ближайшее время не предвидится, воткнул руку в пульсирующую стенку и потянулся к эфирной сети Утробы. Сигналы снаружи проходили с помехами, но наши пока успешно отражали нападение тварей и даже умудрились завалить безголового, вот только, «подключившись» к эфирному ядру Утробы, я на пару мгновений уловил схожие пульсации со стороны леса.

Словно там ползут собратья этой твари, стремясь на помощь. А значит, вскоре проблем станет ровно в три раза больше.

— Что ж, если не знаешь, что делать, делай что-нибудь! — с лихвой зачерпнув чужого эфира, я разом отключил мозговой центр Утробы, при этом запуская на максимум производственные способности этой биологической фабрики.

Утробу затрясло словно в припадке, и комнатка махом сократилась в размерах, сдавливая живыми стенами со всех сторон. Как-то всё слишком быстро получилось…

Чтобы прорубить выход наружу, пришлось изрядно поработать Аспидами, вырезая и испепеляя куски плоти, которые почти тут же вырастали обратно, но сантиметр за сантиметром я продвигался вперёд, уже на автомате вылавливая затухающий эфир Утробы и тут же выпуская его наружу.

— Исаев… Исаев! Ты что там натворил? — сквозь помехи я услышал голос Кембелла. — Подох, что ли?

— Не дождёшься, ущербный, — резанув мембрану, я, наконец, увидел темноту бури, а продолжающий лить дождь махом очистил объективы и забрало брони. — Но, знаешь, сейчас я рад слышать даже тебя.

Упав на землю, я с десяток секунд лежал неподвижно, чувствуя, как бешено бьется сердце и колотит по броне дождь.

К чертям такие приключения, вернусь в Черепаху, опять напьюсь и попробую выяснить, что же там произошло у меня в каюте.

— Вставай давай, — вновь раздался голос Кембелла. Только в этот раз не по рации, а снаружи. — Похоже, эту ночь уже переживут все.

Вздохнув, поднялся и огляделся. Площадку перед вратами устилали обгорелые, разорванные, разрубленные, расстрелянные и просто распотрошённые буреносцы, меж которых ходили люди Валентино и Дугальда, порой всаживая контрольные.

Мои же бойцы, за исключением двух оставшихся охранять меня, судя по карте, во главе с Леоновым, направились прочесывать окрестности на наличие недобитков.

Перевёл взгляд на Утробу. Та продолжала содрогаться, увеличиваясь в размерах. Но это был уже неконтролируемый процесс, и сейчас бездумный организм просто разрастался во все стороны, надёжно запечатывая пролом в обороне Торре.

Через пару часов рост прекратится, а через день-другой здесь будет невозможно находиться из-за груды тухнущего мяса, но на данный момент оборона городка была восстановлена.

— Дугальд, — привлёк я внимание наследника. — Будь любезен, запусти вот в этот квадрат своё «солнышко». Желательно, по максимуму.

Я перекинул ему примерные координаты ползущих Утроб. Точность гарантировать не мог, так что взял с упреждением.

— Уверен? — подошёл ко мне будущий патриарх в тяжёлом серо-чёрном доспехе.

Странно, цвета у рода Кембеллов точно были другие. Я повнимательнее посмотрел на его людей, снующих неподалеку, и убедился, что большая часть из них тоже была в тёмно-серой броне.

— Абсолютно, — уверенно произнёс я.

Даже если не попадём, то возникшее пожарище заставит свернуть тварей в сторону от города, а вместе с ними и всю ту орду, что следовала за вожаками.

По итогу так и вышло. Вспыхнувший зелёный огонь послужил барьером, не давая новым мелким тварям приблизится к городу. Да и гибель первой Утробы, видимо, сбила настрой с её собратьев, так что в зоне видимости они так и не появились.

Всё это время мы потратили на зачистку городка, выискивая затаившихся буреносцев. Впрочем, это была уже почти неопасная рутина. С гибелью матки твари поумерили пыл, и лишь забившиеся в одном из пустых убежищ твари смогли дать достойный отпор.

Впрочем, когда я обнаружил на нижнем уровне полутораметровую личинку, миниатюрную копию Утробы, стало понятно, почему так остервенело буреносцы защищали это место.

— Прихватим её с собой. Думаю, Морозовой понравится, — вытащив «гусеницу» наружу, бросил её Леонову.

— Нормальные мужчины дарят женщинам цветы, на крайний случай звёзды, а не вот это вот… — опять затарахтел наставник.

Тем не менее, под его руководством усыпленную тварь быстро затолкали в подогнанный бронетранспортер, при этом стараясь не привлекать внимание.

— Игорь, срочная передача с Орбитала! — возникло передо мной встревоженное лицо Феррите, находящегося сейчас на другом конце Торре. — Нападение!

— Ну как знал… — протянул я, принимая сообщение от Валентино и на внутренней волне приказывая своим бойцам взять на прицел людей Кембелла.

Глава 18

Нью-Кембелл

Перун

— Что за день-то такой? Дурацкая планета! — раздражённо бормотала Кенна Кембел, в очередной раз протирая прозрачное забрало от капель дождя.— Ещё и эта стерва привязалась…

Обернувшись, девушка посмотрела на спешащую за ней Агаши. Лёгкий серебристый доспех гостьи резко контрастировал, как с серо-коричневой формой людей Кембеллов, так и с серо-чёрной униформой бойцов Син, бредущих вслед за той по пустынной улице.

Несмотря на то, что часы на комме утверждали, что сейчас самый разгар дня, из-за бури на улице было темно, словно ночью. И даже мощные фонари, установленные на домах, с трудом разгоняли тьму. И оттого светлый доспех Син особенно выделялся на фоне других.

— Змеюка подколодная, — прошептала Кенна, останавливаясь и сверяясь с картой. Этот район она редко посещала, да ещё этот чёртов ливень…

Но, слава богам, до сторожевой башни, связь с которой пропала минут двадцать назад, судя по всему, оставалось совсем немного.

В последнем сообщении дежуривший там офицер успел сообщить, что у них перебои с энергией и они планируют переключиться на резервный источник питания.

В принципе, в этом не было ничего странного. Эта башня была вспомогательной и её оборудовали по остаточному принципу. А с учётом того, что всё новое оборудование шло на внешний периметр, даже было удивительно, что там хоть что-то работает.

Но, так или иначе, Кенне чертовски хотелось выбраться из душного убежища, где она провела целую ночь в компании Син.

Одно время она даже надеялась, что к ним вломятся какие-нибудь твари и спасут её от приторно-сладких речей Агаши. Но монстры нападать не спешили, так что, едва услышав, что с башней пропала связь, Кенна решила проверить всё ли в порядке.

К глубокому огорчению девушки, Син отстать не пожелала и, с лёгкой улыбкой проигнорировав возражения Кембелл, увязалась следом, прихватив с собой пятёрку своих охранников. Зараза!

Кенна прекрасно понимала, что, если рассуждать взвешенно, причины для неприязни именно к Агаши у неё не было. Вела себя та корректно, без гонора. Разве что свой носик порой совала, куда не следует, но ничего противозаконного за ней замечено не было.

И, тем не менее, Кенна прекрасно видела, как меняются мать с отцом в присутствии дальних родственников. И каждый раз у девушки руки буквально чесались от желания вытащить лук и пристрелить братца, эту девицу и их странную «бабушку».

— Интересно, на сколько её ловкость сможет ей помочь в попытке уклониться от стрел. Вот бы проверить… — хмыкнула Кенна, слегка касаясь лука.

От прикосновения к отполированному тысячами прикосновений дереву на её лице расцвела улыбка. Даже в самые сложные моменты память о предках, которые держали этот артефакт в своих руках, придавала ей сил.

— Надеюсь, ты улыбаешься оттого, что у тебя хорошее настроение, а не от мыслей, как бы ловчее пристрелить меня и моих людей, — с лёгким оттенком любопытства спросила Агаши, как-то совсем неожиданно быстро нагнавшая Кенну.

Шум ливня заглушал окончания слов, и, казалось, что Син не разговаривает, а шипит.

— А что, если и так? — грубо ответила Кембелл. Чувство робости перед незваной гостьей словно смыло дождём, и девушка выпалила эту фразу быстрее, чем подумала. — Вас сюда никто не звал, и в отличие от матери с отцом я больше не намереваюсь притворяться, что рада вашему приезду. Ни твоему, ни Дугальда.

— Да-а-а? А как же знаменитое Кембелловское радушие? Разве не в ваших традициях прислуживать во время обеда, когда приезжают дорогие гости? А мы, какие-никакие родственники, между прочим, — в голосе Син не было и тени иронии, словно она и вправду жалела об упущенной возможности навести мосты.

— Кто-то слишком хорошо осведомлена о том, что происходило в НАШЕМ доме, — Кенна прекрасно уловила намёк на тот злосчастный обед, на котором присутствовал Исаев. Да до каких пор его все вспоминать-то будут⁈

— Ну что ты, какие же могут быть секреты внутри семьи? Более того, скажу откровенно, мне нравятся подобные традиции. Удобны они, как ни посмотри, — сбросив металлизированный капюшон с головы и оставив только небольшую прозрачную маску, Агаши остановилась перед Кенной, преграждая путь. — Можно и поближе к возможному врагу рода подобраться, а можно и оценить, насколько хорош потенциальный жених.

Пышные чёрные волосы Син, выпущенные на свободу тут же промокли и скрутились на серебристой броне в толстые жгуты.

Капли дождя заставляли их двигаться, и на какое-то мгновение Кенне показалось, что девушку со всех сторон оплели змеи, готовые тотчас наброситься, едва почувствуют угрозу своей хозяйке.

— Кстати, раз ты всё-таки разговорилась, — хитро улыбнулась Син, — может, расскажешь, что же именно произошло на дирижабле во время схватки Дугальда и Игоря?

— У братца и спроси по возвращении. Если, конечно, твари его не сожрут, — вспылила Кенна, протягивая руку и намереваясь оттолкнуть «родственницу» в сторону. Но то ли из-за дождя, то ли из-за неверного света фонарей, ей вновь показалось, что один из жгутов волос встрепенулся и потянулся навстречу.

Так что, одёрнув руку, она просто обошла Син, состроившую умоляющую мордашку. Заодно в очередной раз удивившись, как эта «змея» умудряется сочетать в себе детскую непосредственность и поведение потомственной аристократки.

И в очередной раз подумав, какая из этих ипостасей реальная. А может, они обе не более чем маски?

— Дугальд не любит вспоминать о произошедшем, да и бабушка запретила расспрашивать, чтобы лишний раз не травмировать дорогого внучка, — догнала Кенну настырная Син. — Ну, расскажи, как происходил бой между Дугальдом и Исаевым! Ты не почувствовала что-то странное? Может, он использовал дар?

— Что, не веришь, что братец может честно сражаться? — презрительно скривила губы Кембелл, продолжая шагать дальше.

Девушка даже ускорила шаг, топая по лужам, некоторые из которых были едва ли не по колено, но Агаши, грациозно скача аки лань, не отставала.

— В Дугальде я как раз таки не сомневаюсь, — слова Агаши прозвучали весьма двусмысленно. — Но я имела в виду Игоря. Он весьма странный парень, не находишь?

— Что ты имеешь в виду? — резко остановилась Кенна. — Думаешь, он нечестно сражался?

— О, нет, что ты. Я уверена, что Игорь — настоящий рыцарь нашего времени и вряд ли будет играть нечестно, — ответила Син. — Умён, обаятелен, галантен, прям дифирамбы петь хочется, вот только…

— Только что? Ты так говоришь, будто очень хорошо знаешь его, — с подозрением произнесла Кенна.

— Сестрёнка, поверь мне, порой достаточно одной ночи, чтобы узнать о мужчине всё. Конечно, если есть голова на плечах и ты можешь сложить два плюс два, — встав рядом с Кенной, Агаши задрала голову вверх, глядя в чёрное небо, где порой проскакивали разряды молний. — Но есть какая-то в нём загадка, что-то такое, что заставляет его опасаться. И дело тут не просто в его жёсткости.

— Я тебе не сестрёнка! И «ночи»⁉ — слегка заторможенно переспросила Кембелл.

— Ты меня вообще слушаешь? — укоризненно уточнила Син, наклонив голову набок. — Я тебе говорю про его странность, а ты про ночь спрашиваешь…

— Тварь! — неожиданно для себя вспылила Кенна, с трудом сдерживаясь, чтобы не произнести это вслух.

Уже не обращая внимание на «змей», всё явственней скользящих по броне Син, оттолкнула ту в сторону и молча двинулась дальше.

Понятно, что Исаев никому ничего не обязан и целибат соблюдать не должен, но связываться с этой… этой… И вообще, как, когда и, главное, зачем?

— Неужто Игорь что-то задумал против нас? — бешено крутились мысли в голове у девушки. — Да нет, не может этого быть, чтобы он был связан с этими «родственничками». Или всё же…

Погружённая в свои мысли, девушка пришла в себя, лишь уткнувшись в стальную дверь, ведущую на первый этаж сторожевой башни.

Строение действительно напоминало старинную башню высотой в четыре этажа, облицованную гранитной плиткой и окружённую невысокой стеной.

Уже собираясь толкнуть дверь, Кенна с удивлением обнаружила, что панель на стене горит красным цветом, а камера видеонаблюдения непрерывно ходит из стороны в сторону, словно сканирует небольшую площадку перед входом.

— Значит, у них есть энергия, но тогда почему они на связь не выходят? Странно, — Кенна подняла руку с коммом с вшитым универсальным ключом, но, прежде чем успела поднести её к панели, как дверь распахнулась и перед ней возник мужчина в коричневой броне Кембеллов.

Шлем, несмотря на то, что видимой опасности не было, оказался пристегнут, а набедренная кобура, как успела заметить девушка, наоборот оказалась расстёгнута.

— Леди Кенна, — мужчина тут же припал на одно колено, при этом обводя взглядом столпившихся на небольшой площадке перед башней бойцов, особенно уделив внимание людям Агаши.

— Что у вас произошло, Греггор? Почему не выходили всё это время на связь? Энергия, как я вижу, у вас есть, — знаком приказывая подняться, спросила Кембелл.

— Вышибло предохранители, госпожа, — выпрямившись, принялся отчитываться офицер, при этом и не думая выходить из дверного проёма. — Когда заменили и перезапустили систему, выяснили, что передатчик сгорел, а личные радиостанции во время бури работают через раз. Я даже Микаэля послал сообщить об этом, но вы, видимо, разминулись с ним по дороге.

— Видимо. При таком ливне с грозами, ничего удивительного, — согласно кивнула Кенна, у которой рация всё это время транслировала лишь помехи. Связи даже с центральным донжоном не было. — Но всё же, думаю, тебе стоит нас пропустить. Хотелось бы посмотреть, что именно вышло из строя. Как буря закончится, выскажу кое-кому по поводу отсутствия запасного оборудования.

— Да… Конечно, госпожа, — немного замявшись, ответил офицер, топчась на месте, заработав при этом подозрительный взгляд от Агаши. Но прежде чем та успела просочиться сквозь бойцов Кенны, чтобы выяснить, что именно её смущает, на площадку со скрежетом выскочил небольшой тентовый грузовичок.

Машинка была старенькой, рассчитанной человек на пять-семь от силы, да ещё на двигателе внутреннего сгорания. «Ископаемое» буквально захлёбывалось от потоков воды, но, тем не менее, пёрло вперёд, подсвечивая дорогу мощными фонарями.

Столпившиеся на площадке бойцы во главе с Кенной и Агаши с интересом наблюдали за появлением грузовика, теряясь в догадках, зачем сюда прислали эту развалюху.

— Госпожа Кенна, у меня срочное послание от госпожи Льялл, — оглушающе тарахтящий автомобиль ещё не успел остановиться, как его дверь распахнулась, и из неё выскочил мужчина.

Подбежав к Кембелл, гонец прислонил свой комм к комму девушки.

— Судя по всему, информация важная, раз её передают таким способом, — нахмурилась Син, внимательно разглядывая посыльного, отмечая очередную странность.

Форма и расцветка брони у войска Кембеллов была стандартная, даже для личных отрядов членов семьи, но сейчас девушка заметила на правом щитке бойца оскаленную морду волчицы.

В темноте у страшной твари светились глаза, а когда по посыльному скользнул прожектора башни, вся картинка и вовсе засверкала, а волчица словно оскалилась.

— Ничего не понимаю, к чему такая срочность, без нас, что ли, не справятся? — донёсся до Агаши голос Кенны.

Девушка, прочитав сообщение, посмотрела на башню, в проходе в которую по-прежнему стоял офицер, а после повернулась к своим людям.

— В машину! Вроде как у южных врат замечены твари, нужно усилить охрану, — девушка махнула в сторону кузова грузовика своим людям, а сама повернулась к Син. — Места на всех не хватит, так что дальше как-нибудь сами.

Прежде чем Син успела что-либо ответить, Кенна запрыгнула в кабину и, убедившись, что все уселись, дала команду отправляться.

Пара минут, и тарахтящий аппарат исчез в водяной завесе, оставив после себя лишь запах выхлопа, который, впрочем, продержался совсем немного, оставляя Син и её охрану одних у башни.

— Интересно-то как, — задумчиво произнесла Агаши и, проводив взглядом машину, повернулась к по-прежнему стоящему на входе офицеру. — Раз уважаемой леди Кенне пришлось срочно уехать, позвольте тогда нам всё осмотреть.

— Извините, леди Син, но это режимный объект, и находиться здесь имеют право только члены семьи Кембеллов. Вы же к таковым не относитесь, — даже без толики хоть какого-либо уважения произнёс Греггор и шагнул назад, нажимая на кнопку закрытия бронедвери.

Но, прежде чем створки сомкнулись, Агаши заметила, как в темноте коридора, куда отступил офицер, вспыхнули красные глаза волчицы на броне солдата. Точно такие же, как и у посыльного.

* * *

Торре

Перун

— Не стрелять! — торопливо выпалил в эфир Дугальд. — Опустить оружие!

Голос Кембелла звучал напряженно, но, помимо удивления, вполне отчётливо угадывалось сквозившее в нём удивление. Да и лицо, возникшее у меня на визоре, выражало полное непонимание происходящего.

— Исаев, Феррите, только без глупостей! Прикажите своим людям тоже опустить оружие, — требовательно произнёс Дугальд. — Не знаю, что происходит, но я не причастен к этому.

— А кто тогда, Кембелл? — спросил я, глядя тому в глаза. — Какое к чёрту нападение? И почему нас предупреждает какой-то левый человек, а не куратор?

На крутившейся в нижнем левом углу визора картинке вместо привычного диспетчера центра связи или куратора, предпочитавшего общаться из своего кабинета, вещал тип в гражданской одежде.

«Нью-Кембелл атакован… Численность… не меньше ста пятидесяти… Боевая техника… Необходимо обеспечение безопасности…»

Запись была частично испорчена. То ли декодеры Валентино не смогли полностью взломать присланный пакет информации, то ли передатчику неизвестного попросту не хватило силы нормально пробиться до планеты.

Хотя я ставлю на второе, так как, судя по обстановке, вещание велось из рубки какого-то крупного корабля, и капитан этого судна нарушил приказ, связавшись с планетой напрямую.

Император в лице наместника стремился контролировать планету полностью, не давая информации утекать мимо многочисленных ушей Орбитала.

— Это судно рода Син, — нехотя пояснил Дугальд. — У капитана приказ в случае ЧП выйти на связь любой ценой.

— Даже ценой потери корабля? — уточнил Валентино. — Не думаю, что СБшники Орбитала будут церемониться.

— У рода Син и Императора довольно странные взаимоотношения, так что ничего страшнее расстрела капитана и части команды роду не грозит, — пожал плечами Кембелл, словно говоря о чём-то само собой разумеющемся.

Судя по отметкам на карте, сейчас он мчался к центральной площади, отдав команду своим людям прибыть туда, когда понял, что стрелять в них никто не собирается.

По сути, городок мы уже зачистили, так что я так же приказал своим бойцам двигаться к площади. Там уже и решим, что делать дальше.

— Насколько можно быть уверенным, что это реальное сообщение и кто-нибудь просто не выманивает нас? — поинтересовался Валентино.

Он на площадь не спешил, перераспределяя своих людей так, чтобы они могли перекрыть большую часть периметра, на случай очередного прорыва.

Впрочем, судя по всему, на этот раз угроза миновала, да и буря стала постепенно затихать. По крайней мере, молнии сверкали всё реже и реже.

— Куда выманивать? Из твоего городишки? Так я и так не намеревался в нём задерживаться, — раздражённо произнёс Дугальд, явно думая о чём-то своём. — Да и встроенный в видео шифр не оставляет сомнение, сообщение о нападении на Нью-Кембелл — реальность.

— И что ты собираешься предпринять? — задал закономерный вопрос Валентино.

— «Мы» собираемся предпринять, дорогой сосед, — ответил Дугальд. Его машина уже прибыла на площадь, и он с ходу принялся распределять своих людей по транспорту. — Я выполнил свои обязательства, предоставив людей для обороны Торре, теперь ваша очередь исполнить свой долг. На меня напали без объявления войны, следовательно, вы должны помочь мне.

— Феррите не сможет выставить людей, — произнёс я, прежде чем Валентино открыл рот. Вышло, конечно, грубовато, но оголять оборону и так пострадавшего города союзника я не мог позволить, а, зная благородство парня, он может принять необдуманное решение.

— От него я и не собирался этого требовать. Более того, я даже оставлю ему «Солнышко» и расчёт к нему. Артиллерию можно будет подключить к генераторам, и через час-полтора она будет готова стрелять опять, — огрызнулся Дугальд. — Мне же в обмен на это нужны ты, Исаев, и твои штурмовики. Уверен, они будут так же эффективны против людей, как и против тварей.

— Звучит как неплохая сделка. Договорились.

Отказываться я не собирался. И даже не потому, что, как указал Дугальд, это мой долг — прийти на помощь соседу.

Сомневаюсь, что Кембеллам в действительности что-либо угрожает. Врата они отстроили прочные, и без осадных орудий их не взять. А даже если они и есть, то с наскоку через них прорваться всё равно не выйдет.

Следовательно, либо нападающие решили покончить жизнь максимально экстравагантным способом, либо они на что-то рассчитывают. Вот только знать бы на что именно…

Отвлекающий манёвр с целью стянуть все силы к Кембеллам, а в это время атаковать Исаевск? Вряд ли. Едва поступило сообщение с корабля Син, как я отправил сообщение своим, и город в данный момент ощетинился оружием, словно ёж колючками, а минные поля активировались.

Так что сейчас, стоит признаться, меня грызли банальное любопытство и желание разобраться в происходящем. Если Дугальд меня всё же обманывает и это банальная ловушка, то так будет даже лучше. Вызову на дуэль и прикончу официально. Кембелл-старший, понятно дело будет огорчён, но с Льялл, я уверен, смогу договориться.

— Фёдор Иванович, останешься здесь. Возьмёшь пару человек из разведки и штурмовиков. В случае чего ты знаешь, что делать.

— Принято, — судя по недовольному голосу, наставнику данный приказ не нравился, но спорить на открытой волне он не решился.

— Остальные, по машинам! — скомандовал я, убедившись, что все остальные мои люди уже собрались на площади.

Погрузка не заняла много времени, так что, перекинувшись парой фраз с Валентино, я уселся в бронетранспортёр, и мы двинулись следом за машинами Дугальда. Выстроившись в колонну из семи машин.

Несмотря на то, что дождь за время пути почти стих, дорога от этого лучше не стала, да и чернильные облака не спешили рассеиваться.

Впрочем, к тому моменту, когда мы добрались до тоннеля, день уже подошёл к концу, и даже если бы туч не было, это не сильно бы улучшило ситуацию.

Под хребтом проскочили, почти не останавливаясь. Я лишь уточнил, как дела обстоят в Исаевске, и убедился, что ничего крупнее полевой мыши обнаружено не было, успокоился окончательно.

— Уверен, что стоит спускаться? — вызвал я Дугальда, едва вся колонна вышла из пещеры, и машины остановились на краю обрыва.

Ворота города были видны даже отсюда, впрочем, как и орудия, установленные на стенах. И вот именно они меня и смущали.

Судя по тому, что моя броня уже который раз сообщала о зашифрованном канале связи, который уже как минут пятнадцать пыталась «мягко» взломать, выйти на связь с городом у Дугальда не выходило.

А это могло означать только одно. Едва мы спустимся в долину, то будем, как на ладони для охранных систем города, и не совсем понятно, кто ими сейчас управляет, друг или враг.

— Приём, говорит Дугальд Кембелл. Мы возвращаемся, откройте южные ворота, — вместо ответа услышал я на общей волне. Похоже, выдержка парню начинает изменять.

— Чёрт, не отвечают! — выругался Дугальд. — К вратам прорываться придётся в любом случае. Главное — подобраться к ним поближе. Там я смогу подключиться к внутренней сети и открыть нам ворота.

— Меньше всего я ожидал, что сегодняшний вечер закончится кавалерийской атакой, — пробормотал я. — Только после тебя Кембелл.

— Даже не сомневался, что ты так скажешь, — ухмыльнулся Дугальд, и по его команде машины стали спускаться в долину, стараясь максимально рассредоточиться по узкому пространству, давя колёсами и траками посевы и снося теплицы. Впрочем, после бури там мало что уцелело.

* * *

Южные врата

Нью-Кембелл

— Босс, тут хозяева походу вернулись. Что делать-то? — Джонни-Одиннадцать в очередной раз нажал тангетку допотопной рации, пытаясь докричаться до Мантиса.

— Молчит? — в зале управления вратами появился ещё один из «Джонни» и с надеждой уставился на командира, но увидел лишь, как тот обречённо покачал головой. — Походу, все пошло не по плану.

— По плану, не по плану, идиот… Да тут изначально было понятно, что все пошло по пи***, начиная с провалившейся высадки, — взорвался Одиннадцатый, в очередной раз поразившись тупости подчинённых.

Понятно, что «джонники» просто мясо, набранное с одной-единственной целью, но нельзя же брать кого ни попадя. Чудом будет если эти идиоты хотя бы читать умеют.

— Так что делать-то будем? — втянул голову в плечи Сорок пятый, уже привычно не обращая внимание на ор командира. Батя на ферме и похлеще орал, а то и лупил чем потяжелее за косой взгляд. Тут хоть понятно всё было.

— Что делать… Что делать… Танку второй ствол приделать, — продолжал разоряться Одиннадцатый, пытаясь найти выход из ситуации.

С одной стороны, у него странный приказ от командира убивать по минимуму, с другой стороны, тут и «джоннику» будет понятно, что у мчащихся сюда на БТРах и танках защитников таких ограничений нет. А, следовательно, стоит им добраться до города, и драться придётся в любом случае.

— А-а-а, в жопу, — махнул рукой Одиннадцатый. До встречи с Мантисом ещё дожить нужно, а неприятности у него вот, прям перед носом. — Четыре-один, четыре-два, разогревайте «малышек» и засадите стальной хер этих любителей быстрой езды по самые гланды!

Сидящие за пультами управления орудийными системами «джонники» переглянулись, но спорить не стали и, защёлкав тумблерами, стали выводить на позиции турели и пушки.

— А ты пиз*** вниз и смотри, чтобы никакой чёрт сюда не сунулся! — прикрикнул командир на Сорок пятого, но уже больше для острастки, чем реально злясь.

В городе сейчас было почти тихо. Большинство его обитателей оказались заблокированы в убежищах, и лишь редким неудачникам, например, как те двое, что сейчас лежали мёртвыми в углу зала, не посчастливилось очутиться не в то время и не в том месте.

Ну и в центре Нью-Кембелла периодически была слышна стрельба, а главный донжон изредка озаряли отблески взрывов.

— Есть! — козырнул боец, разворачиваясь и щелкая каблуками сапог, явно пародируя виденное в каком-то военном фильме.

Наверное, четыре-пять считал, что выглядит круто, но вот у Одиннадцатого, напротив, возникло непреодолимое желание отвесить мощного пенделя, дабы придать ускорение «бравому» вояке.

Но, прежде чем он успел это сделать, его отвлёк один из операторов.

— Транспорт вошёл в зону поражения. Стрелять можно?

— Нет, бл***, жди, когда они под самые стены подъедут, дебилоид. После этого можешь выйти наружу и прыгнуть им на головы, говна кусок! — начал опять заводится Одиннадцатый. — Стреляйте, кретины!

От крика командира подчинённые разом нажали на кнопки, заставляя систему открыть огонь, вопреки рекомендациям боевого компьютера, упорно отказывающегося атаковать дружественные цели.

Стены и врата вздрогнули от массового залпа, причём, как и дальнобойных пушек, так и пулемётных турелей, чей радиус поражения был явно меньше требуемого.

Прежде чем узкую долину заволокло дымом от разорвавшихся снарядов, Одиннадцатый с удовлетворением отметил, как один из боеприпасов угодил точно в впереди идущий БТР, подкинув машину в воздух.

— Молодцы, можете же, когда хотите! — с ноткой отеческой гордости произнёс мужчина, похлопывая по плечам обоих «джонников». — И это, дебилы, пулемёты отключите, чего они боеприпасы просто так расходуют? — тут же опустил он на землю воодушевившихся было бойцов.

— Замечены дружественные цели. Подтверждено наличие наследника в транспорте, — вывел на экран боевой компьютер, укрупняя изображения и демонстрируя, как сквозь перепаханное взрывами продолжают двигаться машины. Одну из них компьютер даже подсветил золотистым контуром, указывая тупому оператору, что туда стрелять точно не стоит.

— Вот ведь настырные, б**, — процедил Одиннадцатый. — Чего ждёте, вам тут даже цель выбирать не нужно. Грохните этого ублюдка, остальные разбегутся.

— Автоматическое наведение отключилось, — доложил четыре-один, безуспешно щёлкая клавишами. — Похоже, доломать электронные мозги до конца не вышло, не хочет он стрелять по своим.

— Ну так выруби его нах. Тут только слепой промахнётся! — мужчина, не выдержав, оттолкнул в сторону Сорок второго и сам уселся за пульт.

Пара нажатий, удар по пульту, и система, мигнув всеми экранами, ушла на перезагрузку. Его, конечно, за порчу чужого имущества по головке не погладят, ну да и буй с ними, жизнь дороже.

Спустя пару мгновений мониторы в зале вновь ожили, и теперь контуры приближающегося транспорта стали серыми.

— Вот теперь и постреляем, — довольно потирая руки, произнёс Одиннадцатый, наводя все орудия на одну-единственную цель, уж какой-то из двенадцати снарядов точно попадёт в наследничка.

— Ничего личного, парень, но деньги есть деньги, — пробормотал мужчина, откидывая предохранительную крышку с кнопки пуска и занося палец. — И б-у-ум!

Что-то невероятно холодное и шершавое неожиданно коснулось щеки Одиннадцатого. Мужчина, так и держа руку на весу, медленно повернул голову налево и с ужасом заметил, как бьётся в припадке, брызжа пеной из-за рта Сорок первый, а над ним, покачиваясь из стороны в сторону, извивается чёрная змея. Точь-в-точь такая же, что сейчас застыла перед лицом Одиннадцатого.

— Кажется, повышения не будет…— только и успел подумать мужчина, прежде чем чёрная тварь впилась ему в губы.

* * *

Долина перед Нью-Кембеллом

Перун

— Ну и чего они не стреляют? — напряженно спросил Дугальд, сидя напротив меня. — Неужто раскусили наш план?

— Не должны были, — возразил я, хотя сам был не уверен.

После первого залпа, Дугальд убедился, что с хлебом-солью дома его не ждут, так что пришлось срочно переигрывать вариант взятия ворот с наскоку.

Точнее, быструю езду никто не отменял, просто теперь впереди идущие машины были фактически пусты, лишь по одному водителю находилось в них.

Снабжённые дымовыми шашками они должны были проложить путь основным машинам сквозь участок, простреливаемый дальнобойными орудиями, а уж с пулемётами разобрался бы я со своими парнями.

Старая, изжившая себя тактика, в нормальных условиях боя несработавшая бы, но кому, как ни Кембеллу, знать слабые стороны обороны своего города.

— Зафиксирована перезагрузка системы обороны, — доложил бортовой компьютер моей машины, в которого воткнули «мозги» от машины Кембелла. Кому-то потом придётся менять коды обороны, хех. — Зафиксировано наведение орудий…

— Ну, вот и дождался, — бросил я Дугальду, но тот не обратил внимания, приказывая первому смертнику двинутся вперёд.

Бронетранспортёр взревел, выбираясь из ямы, вырытой взрывом, и устремился вперёд, разбрасывая клубы дыма в стороны. Чем дальше он сможет проехать, тем легче будет нам потом.

— Да твою ж мать, чего они не стреляют? — удивлённо произнёс Дугальд спустя пару минут, как наша кавалькада уже преодолела четверть пути, а противник не произвёл ни единого выстрела.

— Стреляют — не нравится, не стреляют — тоже. Ты уж определись, — произнёс я, наблюдая, как впереди идущий бар, растратив запас дымов, замедляется, а его сменяет следующий. Наверняка, первый водила сейчас вне себя от радости.

— Господин, вас вызывают, — неожиданно обратился к Кембеллу боец в серо-чёрной униформе с раскосыми глазами.

— Добро пожаловать домой, братец, — услышал я из рации подозрительно знакомый женский голос, а ворота перед нами стали открываться.

Глава 19

Южные Врата

Нью-Кембелл

Едва колонна проехала сквозь врата, как те стали опускаться, отрезая путь к отступлению. Впрочем, после услышанного, назад я точно не собирался. Уж очень интересная встреча намечалась, а уж драка…

Дотронувшись до шлема условным жестом, увидел, как на визоре вспыхивают зелёные отметки. Бойцы были готовы действовать по моей команде.

Головная машина затормозила возле небольшой, по сравнению с вратами, двухэтажной пристройкой, а следом стали останавливаться и другие.

Дугальд качнулся в мою сторону, но я сделал жест рукой, указывая на отрывающую аппарель, мол, иди первым.

Передёрнув плечами, жест был заметен даже в тяжёлых доспехах, Кембелл вместе со своими людьми стал выбираться из транспорта.

Снаружи было относительно светло. Прожектора на стене давали достаточно света, одновременно разгоняя тени, но при этом не перегружая визоры доспехов.

К тому времени, когда основная масса бойцов выбралась из машин, к нам на встречу из пристройки, видимо, именно в ней располагался центральный узел управления вратами, вышел небольшой, вооружённый лишь холодным оружием, отряд.

Облачённые в серо-чёрную броню они шли полукругом, прикрывая собой владелицу чёрно-серебристых доспехов и знакомого голоса.

Впрочем, в первом случае я оказался не прав. Стоило им подойти поближе, как цепь охраны разомкнулась, пропуская вперёд девушку и давая мне рассмотреть её получше.

Доспехи у незнакомки, пытавшейся в своё время отравить меня, оказались просто серебристыми. А вот оплётшие её твари действительно имели чёрный окрас.

Всё же дар, а не просто любительница необычных домашних животных… С такого расстояния я прекрасно видел, что гибкие тела змей исчезали в пышных волосах девушки.

Забавно, я ещё в тот вечер обратил внимание, насколько тяжелы её волосы, когда…

Я непроизвольно дёрнул головой, отгоняя лишние мысли, и увидел, как из-за полупрозрачной маски, контурами похожей на морду змеи, на меня смотря два жёлтых вертикальных зрачка.

— Агаши, может, ты, наконец, объяснишь, что происходит? И что с бабушкой? — шагнул навстречу сестре и моей неудавшейся убийце, Дугальд.

— Чудны дела ваши, боги, — качнул я головой, заводя руку за спину и не отводя взгляда он немигающих глаз отравительницы. — Зато заскучать не даёте.

— Всё в порядке, она скоро бу… — девушка, заметив мой жест, качнулась назад, а казалось заснувшие на броне твари разом пришли в движение, окутав с ног до головы хозяйку.

— Не убивать! — коротко бросил я на общей частоте, всаживая Аспид в сочленение доспеха Кембелла. Хреновая у него броня, ненадёжная, особенно, если знаешь, куда и как бить.

Напитанный эфиром клинок с лёгкостью проник сквозь прочный металл, моментально парализуя экзоскелет и перегружая операционку брони.

По бокам от меня штурмовики выпустили в воздух целый рой свето-шумовых гранат, моментально залив всё пространство ослепительно-белым светом и сшибая противников с ног мелкой картечью из дробовиков. Убить не убьют, знают, куда целиться, но из строя выведут почти мгновенно.

— Подержи пока у себя, — сказал я Дугальду, пытающемуся перебороть отключившуюся железяку и что-то сказать. Но без встроенных в броню усилителей, слов толком не разобрать, да и грохот поднялся ещё тот. Так что я просто оставил клинок торчать в его боку и отправил парня в полёт.

— Низко пошёл, к дождю, наверное. Хотя нафиг, нафиг такие приметы, — мелькнула мысль и тут же исчезла. Мозг полностью сосредоточился на том, чтобы уклоняться и отбивать чёрные копья, атаковавшие меня со всех сторон.

Похоже, Леди обладала куда лучшей реакцией, чем её родственничек. Ей понадобились считаные секунды, чтобы сориентироваться и перейти от обороны к нападению.

Казалось, чёрные змеи находились повсюду, с глухим стуком ударяясь о броню и тут же рассыпаясь на сотни тонких волосков, чтобы вновь собраться в толстый жгут для следующей атаки.

— Не, ну и вода камень точит, — переждав первый шквал бросков, но рисковать дальше не стал, перешёл в контратаку.

Оставшийся Аспид покраснел, наливаясь эфиром, и я, крутанув мечом, ударил по ближайшей твари.

К моему удивлению, лезвие оружия отпружинило, и меч отбросило в сторону, да ещё и с неприятным ускорением. Будь я без брони, не факт, что удержал бы.

Позади что-то бахнуло, и по броне застучали осколки. Похоже, не все люди Кембелла такие олухи, как их предводитель. Впрочем, я почему-то был уверен, что основное сопротивление оказывают только «серые».

Чуть в стороне от меня промчался штурмовик, выставивший перед собой щит, и с грохотом влетел в толпу скучковавшихся на свою беду противников.

Играл я в студенчестве в древнюю игру под названием «боулинг». Вот сейчас произошло примерно то же самое, разве что после того, как «кегли» разлетелись в стороны, «шар» ещё хорошенько оприходовал каждого из них щитом.

Согласен, поведение не совсем спортивное, но зато эффективное, так что страйк и победа в партии однозначно засчитаны.

Забавно, первая минута боя, а лёгкий мандраж уже прошёл, в голову полезли всякие посторонние мысли, а тело работает на автопилоте, медленно, но верно двигая броню вперёд. Попутно отбиваясь от змей, обломавших свои клыки.

В принципе, осталось только преодолеть пяток-другой метров, свернуть хрупкую шейку отравительнице, и можно будет идти разбираться, что там учудила семейка Кембеллов.

Судя по тому, что в городе было подозрительно тихо, не считая далёких взрывов и редкой стрельбы, появление налётчиков было явно дело рук кого-то из них. Хотя в таком случае всё было предельно ясно.

— Ты можешь минуту постоять спокойно? — врубив внешние динамики, гаркнул я на Агаши. — Обещаю всё сделать быстро.

Но, вот же удивительно, девушка лишь звонко рассмеялась и, сделав с помощью змей кульбит в воздухе, приземлилась на крышу бронетранспортёра.

— Знаешь, я тебе почему-то верю, но эта ночь, уверена, будет довольно интересной, так что, пожалуй, откажусь, — змеи упали подле ног девушки, разом скрыв под собой большую часть не маленьких размеров машины. — Так что и тебе рекомендую не спешить с моим убийством. А может, вовсе спишем то досадное недоразумение на глупость юной девушки? А, господин Исаев?

— Ты уже не столь юна, чтобы списывать свои промашки на неопытность, — хмыкнул я, отмечая, как встрепенулись змеи при упоминании возраста Агаши. — А, следовательно, пороть в воспитательных целях тебя уже поздно. Так что будь послушной и иди сюда сама.

— Послушной? М-м-м, заманчиво, но знаешь, вынуждена в очередной раз отказать. Сегодня мне хочется побыть немного непослушной, — Агаши развела руки в стороны, и десятки змей поднялись с машины и застыли, на мгновение создавая впечатление, что девушка превратилась в дерево со странной без единого листочка кроной. С учётом бьющего за её спиной фонаря это смотрелось впечатляюще и немного жутко. — Взять его, только не убивайте.

Пока между нами вёлся диалог, мои люди закончили «успокаивать» бойцов Кембелла. Кого-то просто обездвижив тем или иным способом, а кого-то и вырубив шекером, коих у нас было пару штук.

С «серыми» оказалось несколько сложнее, но и их ряды штурмовики изрядно проредили, запихнув самых буйных в испорченные БТРы и заклинив все выходы. Такой себе выход, столько техники попортили, зато без трупов.

Остатки же «серых» сгруппировались вокруг девушки, и едва с её уст сорвался приказ, они устремились прямо на меня.

Самый шустрый, издав непонятный клич, бросился на меня, обнажив странный меч с длинной рукоятью. В тоже мгновение атаковала и Агаши.

Отбив Аспидом «змеюку», принял меч крикуна на блок, подставив вместо щита руку, закованную в броню. Вражеский клинок, жалобно звякнул и, даже не поцарапав покрытие, отскочил в сторону.

Непонятно, на что он рассчитывал, кидаясь на ходячий танк с голой железякой. Разве только…

Едва слышимый лёгкий хлопок, и меня окутало облако жёлтого дыма. Почти мгновенно на тело навалилась усталость, словно я пробежал марафон, а сердце забилось будто сумасшедшее.

Анализатор брони с запозданием среагировал, распознав в составе сильнейшие нейролептики, загерметизировал броню и разослал аналогичную команду на доспехи остальных бойцов.

— Без сюрпризов никак? — прогнав сквозь себя эфир, спросил я, перехватывая в полёте ещё одного «серого», прежде чем его меч коснулся доспеха.

— Хрупкая девушка имеет право защищаться всеми доступными способами, — услышал я звонкий голосок, с лёгкостью перекрывший шум боя. — И я ещё много чем могу тебя удивить, но, может, чуть позже, в более интимной обстановке, без лишних глаз?

— Предпочитаю не совершать ошибки дважды, даже приятные, — взмахнув Аспидом, вновь напитанным эфиром, перерубил меч охранника. Схватив его другой рукой за грудки, вмял податливый металл кирасы и перекинул его через себя, при этом придав изрядное ускорение, не упуская из вида девушку.

— Как жаль, я бы была не против повторить, — сокрушённо произнесла Агаши, по-прежнему стоящая на крыше машины.

Время тянет, что ли? А зачем? Так-то у неё в «запасе» осталось всего четверо охранников. Выглядели они, конечно, куда боевитее своих соратников, да и эмблема паука или паучихи, если судить по явно женским глазам, расположенным на брюшке, недвусмысленно сообщала, что эти бойцы из другого теста, но всё же…

Все четверо из элиты «серых» сорвались с места и с удивительной скоростью заскользили вперёд, двигаясь в каком-то хаотичном стиле.

И опять-таки, зачем это, мне было совершенно непонятно. И так было понятно, что их цель это я, могли бы просто добежать без выкрутасов, а то лишь устали.

За пару метров до того, как один из элиты должен был выскочить прямо передо мной, я просто топнул ногой, кроша в небольшом радиусе асфальт и выбивая твёрдую почву из-под ног вражин.

Не ожидавший такой подлянки «серый» был вынужден прыгнуть на меня, точнее, прямо на подставленный кулак. Привет, птичка!

Но, прежде чем произошло столкновение моего кулака с его лицом, «противника» окутали змеи, буквально выдёргивая из-под удара.

— Блин, какая девушка, — пробормотал я, забыв, что динамики были по-прежнему включены, а чёртов комп автоматически увеличил громкость. — Точнее, способности, — тут же поправился я, радуясь, что Иваныч не слышит, а то пару недель плоских шуток с его стороны мне было бы обеспечено. А то и вовсе Морозовой рассказал бы. С него станется.

— Спасибо, милый, — совсем по-детски хихикнула Агаши, полностью окутывая змеями одного из «серых».

Противник резко увеличился в размерах, подрастая на добрый метр и кидаясь на меня.

Со стороны полученный доспех смотрелся странно, вот только стоило мне врезать «серому» в корпус, я словно по обрезиненной стене лупанул. Впрочем, это не помешало мне сбить охранника с ног.

«Серый» кубарем покатился по земле, но стоило мне на мгновение отвлечься на другого противника, как шевелящаяся броня подняла мужчину на ноги будто куклу, и он вновь помчался ко мне. И тут же, выхватив заряд дроби в бок, отлетел в сторону.

— Займитесь оставшимися, даму не трогать, — приказал я подбежавшим бойцам, которые для острастки ещё по разу выстрелили в распластавшегося на асфальте бедолагу. Того вновь подкинуло, но свившиеся в плотный кокон змеи успели поглотить весь урон и лишь после этого распасться.

— Есть! — словно братья-близнецы, штурмовики синхронно разошлись в стороны, взяв на себя двух оставшихся на ногах людей Агаши. А значит, мне осталось самое приятное, раздавить гадину!

Девушка, словно увидев сквозь броню, как я ухмыльнулся, на мгновение обернулась, бросив взгляд в сторону главной башни города, а после шагнула вниз с почти четырёхметровой высоты мне навстречу. В полуметре от поверхности змеи, расстелившиеся по земле, подхватили хозяйку и плавно опустили её.

Агаши неторопливо двинулась в мою сторону, совершенно не обращая внимания, как в паре метров от неё скручивают в бараний рог её охрану. С каждым шагом змеи девушки становились все короче, превращаясь в просто длинные косы, а эфир, который я и так почти не ощущал во время драки, казалось, и вовсе испарился.

Кстати, на счёт эфира. Я покосился в сторону Дугальда, стараясь не выпускать из виду Леди. С самого начала заварушки, если девушка демонстрировала приличный контроль эфира, не давая даже мельчайшей крупице вырваться из-под контроля, то вот Кембелл буквально фонил неприятно знакомой чёрной энергией, которая с каждой минутой становилась всё гуще. Словно кто-то поджаривал парня прямо в броне.

Впрочем, если Агаши рассчитывает, что её братец превратится в берсеркера и всех тут раскидает, её ждёт большое разочарование.

Короткий, приказ и один из бойцов, подойдя к парализованному Дугальду, вот уж иронично-то как, опять он после нашей встречи не может двигаться, вытаскивает по-прежнему торчащий из брони Аспид, а вместо него втыкает шокер.

Кембелл выдержал шесть полных зарядов, прежде чем я остановил бойца. Отключился парень ещё на четвёртом, но одарённые — существа живучие, а рисковать я не собирался. Тем более что благодаря своему дару я чувствовал, где предел у выносливости Дугальда.

— Зря, — замерев в метре от меня, произнесла Агаши, глядя на брата. — Мы не хотели тебе зла. По крайней мере сейчас.

Девушка, медленно поднеся руки к лицу и щёлкнув креплениями, сняла маску. Когда она опускала её вниз, я заметил, как на землю посыпались серебряные чешуйки, а лицо медленно меняло очертания, принимая знакомый вид.

— Странное заявление от человека, пытавшегося меня убить. И кого ты подразумеваешь под «мы»? Что-то мне подсказывает, что не Дугальда, — ответил я, теряясь в догадках, кто же передо мной на самом деле.

Предположим, яды не её дар, а просто инструмент боя, хотя готов поспорить, что естественным путём, ту отраву, которой она пыталась меня отравить, получить не выйдет. Ну да ладно, всякое может быть. Но вот этот её морфизм и змеи одновременно…

— На то были причины, Игорь. Впрочем, они и сейчас остались, но я готова отложить их на время, — улыбнулась девушка, обнажая зубки, а я увидел, как два чересчур длинных клыка втягиваются в верхнюю челюсть. — Думаю, когда ты переговоришь с бабушкой, многое прояснится.

— Это ради её появления ты тянула время? — поинтересовался я. — Надеешься, что она спасёт тебя?

— Спасёт? — непонятная тоска мелькнула в голосе Агаши, но тут же сменилась привычной жизнерадостностью. — Ну ты и шутник. Спасти нужно лишь тех, кто действительно в опасности. Но ведь всем известно, что настоящий рыцарь не сможет убить леди. А ты ведь настоящий, да, Игорь?

Девушка протянула руку, дотронувшись до отметины, оставленной клинком одного из «серых».

— Хочешь, я признаю твою победу и поклянусь служить тебе до самой своей смерти, а, Игорь? Стану твоей до самых кончиков волос? — голос девушки звучал всё проникновеннее и проникновение, и лжи, что удивительно, я не ощущал, а она продолжала говорить, не убирая руки с брони. — Ты же помнишь тот вечер, а это я ещё и десятой доли своих возможностей не показала. Я смогу тебя удивить и даже сейчас. Дать то, что не сможет предложить ни одна из других девушек. Просто прими…

— Похоже, ты окончательно заигралась, Агаши, и выбрала не ту сторону, — произнёс я, наблюдая, как разом сузились жёлтые зрачки девушки, едва она почувствовала, что холодная сталь Аспида упёрлась ей в подбородок. — Пуля или клинок?

С ней уже было все понятно, и не стоило дальше затягивать бесполезный разговор. Тем более что взрывы в центре города зазвучали чаще, и следовало поторопиться, чтобы, наконец, выяснить, кто же заварил всю эту кашу.

— Что ж, я больше не буду пытаться тебя переубедить, и приму свою судьбу. Выбираю меч, — Агаши сделала шаг назад, прежде чем я успел опустить Аспида, и тонкая струйка крови набухла на её коже. — Надеюсь, ты не будешь заставлять меня мучиться?

Не обращая внимания на порез, девушка опустилась на колени и склонила голову. Густые волосы, повинуясь хозяйке, сползли в сторону, обнажая шею. Что ж, пойдёт, пусть и не самый удобный вариант.

— Жаль, что мы не встретились с тобой при других обстоятельствах, — услышал я бормотание Агаши, вставая сбоку от неё и занося меч.

Занявшие вокруг транспорта позиции штурмовики молчали, даже словом не думая вмешаться в происходящее. Они, как никто, знали, что тот, кто подверг угрозе члена рода должен понести наказание. И быстрая смерть не самый плохой вариант.

— Прощай, Леди… — моя рука опустилась вниз.

Глава 20

Южные Врата

Нью-Кембелл

— Ты — труп… Боги… Исаев, ты просто ходячий труп… Ты даже не понимаешь, что сделал, — продолжал причитать прикованный к креслу Дугальд. — Зачем ты убил её? А? Заче-е-ем⁉

Прокрутив запись момента смерти Агаши, запечатлённый со всех возможных ракурсов в третий раз, ничего, кроме криков, от поседевшего парня не добился. Как и в первые разы.

Впрочем, не удивительно. Если судить по тем крупицам информации, что удалось извлечь из его бессвязных выкриков, убийство сестры он воспринял крайне болезненно. Но отнюдь не из-за родственной близости.

Син Кён Хин, бабушка, Паучиха. Мутная старуха, которая, судя по полученной информации, сплела самое настоящее гнездо в Нью-Кембелле. И, судя по всему, готовилась вот-вот откусить голову нынешнему патриарху и возвести на трон внучка. Я отвёл взгляд от экрана и покосился на Дугальда.

Тот уже в четвёртый раз пересматривал, как я взмахиваю Аспидом, стоя над девушкой. В последний момент выдержка покинула Агаши, и змеи-волосы покрыли её шевелящимся покрывалом. Но, прежде чем кокон успел обрести необходимую прочность, меч, напитанный эфиром, пронзил спину Син и вышел чуть ниже и правее груди, пробив сердце.

Находящаяся на здании камера успела запечатлеть момент, как девушка сворачивается калачиком, а под ней растекается лужа крови.

Да уж, то ещё зрелище получилось. И главное, какое правдоподобное…

Чую, закрепится за мной в ближайшее время какое-нибудь хреновое прозвище типа «женоненавистник» или «убийца беззащитных девушек». И плевать всем будет, что эта «беззащитная» сама меня чуть не убила.

Ну да ладно, заключённая сделка, определённо, того стоила, главное сейчас разыграть всё правильно.

— Вырубай его, — повернувшись обратно, приказал я бойцу и продолжил гипнотизировать строку загрузки. Чертовски медленно ползущую по экрану, и краем уха слушая матерящегося отпрыска древнего рода.

Парень уже увидел то, что нужно было увидеть, и теперь держать в сознании одарённого, пускай даже и надёжно связанного, смысла не было.

Кембелл же, услышав, как зашевелился позади него мой человек, стал дёргаться из стороны в сторону, насколько позволяли ремни, стараясь избежать очередного разряда шокера.

Но никто и не собирался опять вырубать бедолагу таким образом. Тем более, как показала практика, странный дар парня приводил его в чувства куда быстрее, чем я предполагал вначале.

Развернув Дугальда лицом к себе, штурмовик неожиданно ловко для человека, закованного в броню, воткнул инъектор в основание шеи парня, при этом умудрившись не снести голову «пациенту» здоровенной перчаткой.

Раздалась очередная порция брани, которая, очень быстро затихла, сменившись громким сопением.

— Готов, вроде бы, — с сомнением доложил боец и, увидев, как я махнул рукой, вкатил подопытному ещё одну порцию «коктейля», который буквально на коленке схимичил один из подчинённых. Рисковать не будем, на эту тушку у меня ещё есть планы.

Тем временем индикатор загрузки заполнился на все сто процентов, и на экране замелькал текст.

— Включить голосовой интерфейс, — произнёс я, не успевая прочитать вываливающийся на монитор поток информации.

— Подключение к внутренней сети… Блокировка… Выполнение маршрутизации… Повторное подключение… Блокировка… Необходима авторизация… — синтезированный голос залил небольшой зал управления Южных врат, заставляя обернуться штурмовика, уже почти выволокшего из помещения безвольную тушку Дугальда.

— Всё в порядке, готовьтесь к отправке, — сказал я, и боец, вновь подхватив Кембелла на руки, направился вниз, оставив меня в одиночестве.

— Необходима авторизация, — требовательно произнесла машина.

— Да-да. Понял ещё с первого раза, — пробормотал я, прикладывая небольшую женскую перчатку со встроенным компьютером к считывающему устройству. — Что ж, посмотрим, что ты успела начудить, милая леди…

— Доступ разрешён… Добро пожаловать @#$!@$!@#. Уровень доступа — системный, — отрапортовала железяка.

— Ну надо же, какая хитрая змейка оказалась, — хмыкнул я, глядя на непонятные иероглифы вместо имени пользователя. — Вывести информацию о состоянии Восточных врат.

— Выполняю… Врата открыты. Зафиксировано нахождение неустановленных лиц, в количестве двадцати единиц. Вооружение — стрелковое. Доспехи — от средних (восемнадцать) до сверхтяжёлых (два).

— Внести корректировку. Присвоить статус «враг», — произнёс я, наблюдая, как контуры налётчиков, а это без сомнения были они, вспыхивают красным. — Георг, подтащи-ка одного серого под камеру ненадолго.

Находящийся внизу у БТРа боец подхватил скованного по рукам и ногам пленника и поволок его поближе к одной из камер.

— Провести анализ «серого», присвоить статус «потенциальная угроза», — продолжал я указывать вводные, одновременно вбивая свои данные и данные своих бойцов уже вручную. Некоторые вещи можно доверить только себе.

— Принято, обрабатываю, — уже не так весело произнесла система.

Понятно, что у неё нет чувств и я так образно говорю, но всё же, когда тебя «на живую» кромсают и перепрошивают код, неприятно будет даже бездушной железяке.

Спустя пару секунд «серые» обрели фиолетовый контур, а мои парни стали зелёными. В общем, всё как обычно, красное — бей, зелёное — лечи, фиолетовое — по ситуации.

— Готово, куда ставить? — громко топая, ввалился в зал штурмовик, таща на плече «чёрный ящик» оранжевого цвета с одного из наших бронетранспортёров.

— Туда, — указал я в сторону сдвинутой фальш-стены, некогда скрывавшей доступ в серверное помещение. Ну и продолжая колдовать над доступом к системе города, замершего в ожидании неприятностей.

Сражения в Нью-Кембелле почти сошли на нет, лишь иногда слышались ожесточённая стрельба и череда взрывов, которые быстро прекращались. Но такая ситуация временна.

Просто одни не знают, что делать, вторые чего-то или кого-то ждут. Лишь я вижу вполне очевидные пути, и мне всего-то нужно выбрать, куда я хочу себе выстрелить: в сердце или голову.

— Подключено, — доложил боец. — Таймер на сколько?

— Два часа с отсрочкой на тридцать минут, — распорядился я, продолжая вбивать команды и коверкая логику городской системы.

— Уверены, что хватит? — задумчиво спросил штурмовик, тем не менее запихнув «ящик» в стойку и ставя стенку на место.

— Более чем, — кивнул я, глядя, как боевая система БТРа интегрируется в систему города.

Понятно, что соотношение в вычислительных мощностях было несоизмеримым, и «город» со временем сможет вычислить и уничтожить «троян», обрубив тому связь, но на те самые два часа я обрету костыль, способный проломить головы всем, кто только решит встать на моем пути.

— Нью? — вслух произнёс я.

— Слушаю вас, командир, — голос системы сменился на привычный голос Черри, искусственного интеллекта Черепахи. Жаль, что это была лишь жалкая имитация, иначе предстоящий бой сменился бы лёгкой прогулкой.

— Проведи анализ на основании ранее полученных директив и выведи информацию на карту, — приказал, поднимаясь из-за стола.

На этот раз процесс занял куда больше времени. Я даже успел спуститься вниз и переброситься парой фраз с разведчиками, прежде чем Нью закончила обрабатывать весь массив данных, при этом стараясь лишний раз не сообщать о себе кому не надо. Впрочем, полученный результат того стоил.

Изображение вытянутого словно кишка города приобрело рельеф и распалось на сектора, закрашенные в различные цвета.

Окраины Нью-Кембелла были черны словно ночь, за исключением южных и восточных врат. Первый район был окрашен в зелёный, второй, соответственно, имел красный оттенок, в паре мест разбавленный фиолетовыми вкраплениями. Судя по всему, кто-то из паучат бабушки Син вёл наблюдение за налётчиками, но в бой вступать не спешил.

Центральные районы тоже особо цветовой палитрой не отличались. Все та же чернота, лишь в трёх местах виднелись скопления огоньков жёлтого цвета.

Это Нью проявила инициативу и обозначила некомбатантов Кембеллов, запертых в убежищах.

Судя по видео оттуда, в бункерах, за редким исключением, все спали сладким сном. Лишь три или четыре человека в противогазах или герметичной броне бродили меж коек, внимательно следя за спящими людьми. Впрочем, эта информация на данный момент для меня была излишней.

Самое интересное сейчас происходило в прилегающих к центральной башне кварталах. В двух из четырёх сейчас шёл ожесточённый бой между «пауками» и налётчиками.

Первые пытались прорваться к башне, вторые отбивались, цепляясь за каждый метр, успев превратить немногочисленные прилегающие здания в укрепточки или руины.

На стороне первых выступали одарённые, придерживающиеся той же тактики, что и Агаши. Боец прорыва или поддержки и пяток сопровождающих. Было их не то чтобы много, но шороху им далось навести знатно, заливая всё огнём, льдом и какой-то кислотно-ядовитой дрянью, обезображивая здания.

Зато у налётчиков оказалось превосходство в техническом плане. Чёрт его знает, как они умудрились протащить на планету сверхтяжёлые доспехи, лишь немногим уступающие нашим штурмовым, при этом ещё и оснащённые энергетическим оружием.

Вот сейчас я имел удовольствие наблюдать картину, как «паук», вскарабкавшийся на гору из каменных обломков, затаился выискивая подходящую цель. А после, вспыхнув огнём, спрыгнул вниз на шагающий танк. Идиот…

Модель сверхтяжа «СТД-08» хоть и была как морально, так и технически устаревшей, но до сих пор состояла на вооружении у абордажных команд, специализирующихся на взятии кораблей. Причём таких, в чьей команде предполагалось наличие одарённых.

Понятно, что под все дары не подстроишься, но «ноль-восьмой» был рассчитан выдержать первые атаки одарённого, а дальше уже подключались остальные.

Вот и сейчас «паук»-идиот, прыгнув на спину сверхтяжу, раскалился ещё больше, надеясь проплавить броню насквозь и поджарить пилота.

Ноль-восьмой зашатался из стороны в стороны, надеясь скинуть с себя огненную пиявку, но та, вплавившись в бронь на пару миллиметров, всеми четырьмя конечностями уцепилась за жертву. «Пауку» бы ещё нить из жопы, чтобы полностью соответствовать образу.

Тем временем поддержка серого, вроде как сковавшего налётчика,выползла из руин и устремилась к сверхтяжу.

Ловко перепрыгивая через каменные обломки, с мечами на перевес, они почти достигли цели, когда пилоту надоело играться или он просто выманивал глупых паучат на открытое пространство.

Первым погиб, если я правильно понял, так как видеокамера, с которой велась трансляция была повреждена, огненный.

Вывернув руки доспеха, его владелец сжал полыхающий череп с двух сторон, перед этим выпустив густую струю пара из отверстий на ладонях.

— Опытный вояка однако, — одобряюще качнул я головой, — сообразил пустить хладагент, предназначающийся для охлаждения доспеха наружу.

Сейчас внутри ноль-восьмого температура прилично подскочила, вероятно, заставив пилота мгновенно взмокнуть, но результат того стоит.

Охлаждающая жидкость мгновенно кристаллизовалась, соприкасаясь с воздухом и остужая все, на что только попадала. В том числе и голову «паука».

«Серый» на мгновение ослепительно вспыхнул, пытаясь спастись от струи хладогена, выжигая её и сплавляя сопла доспеха, но эфира ему не хватило.

Огонь погас, и пилот брони резко сдавил голову противника, лопая её словно перезревший и хорошенько промороженный арбуз.

Спешащим на помощь «паукам» тоже пришлось несладко. Преодолев больше половины пути, первый из них внезапно споткнулся и уже без руки, оторванной выстрелом, упал на покорёженный асфальт.

Судя по траектории, стреляли с крыши соседнего здания. Причём из чего-то крупного. Надо бы отметить эту позицию да парней предупредить.

«Серые», видимо, сообразив, что дело складывается не в их пользу, решили отступить, но тяжело уворачиваться от пуль, когда ты будто на ладони.

Так что обратно до норы в руинах успел добежать лишь один из пятерых. И, честно говоря, я уже собирался переключить картинку, понимая, что «серый» нежилец, но тут чаша весов качнулась в другую сторону.

Красное поле обволокло бойца Син, и свинцовая пуля, бессильно отрикошетив, умчалась куда-то дальше по своим, несомненно важным делам.

Из обломков поднялись двое «пауков». Первым был невысокий и вроде бы лысый мужчина, из-за чёртовой камеры было толком не понять, а второй оказалась женщина, чьи длинные светлые волосы были связаны в пучок.

Обоих покрывало то самое красное поле, спасшее обычного «паука,» и, судя по всему, эта парочка была уверена в даре, так как смело пошла вперёд, даже не пытаясь пригибаться, чтобы не попасть под прицел снайпера.

Впрочем, стрелок довольно быстро, после трёх выстрелов, смекнул, что дело пахнет неприятностями, и я по карте увидел, как его красная отметка быстро спускается вниз.

Тем временем парочка остановилась и вытянула руку. На кончиках пальцев женщины возникло зелёное сияние, и спустя пару секунд сорвавшийся луч упёрся в крышу дома. Бетонное здание вздрогнуло и стало оплывать, будто гигантская свеча.

— Командир, через Восточные врата прошёл отряд численностью в сорок семь человек, — отвлекла меня Нью, показывая, как сквозь ворота марширует в разнобой «коробка» бойцов, пытаясь хоть как-то походить на армейское подразделение.

Выходило, честно говоря, у них хреново. В отличие от тех, кто держал оборону вокруг башни, по этим было сразу видно было, что оружие они держат если и не в первый раз, то приличным боевым опытом похвастаться точно не смогут.

Картинку на экране, показывающем место сражения «ноль-восемь» и одарённых заволокло дымом. Это пилот доспеха напомнил о себе зарвавшейся парочке, выпустив пару маломощных ракет ближнего радиуса.

Дождь из бритвенно-острых осколков засыпал улицу, пронзая насквозь бетонные плиты домов и стальные балки, словно кости, торчавшие из мёртвых туш.

Досталось порции «счастья» и паучьей парочке. Правда, без видимых результатов. Лишь лысый покачнулся, опёршись о спутницу. Ну вот и полезную информацию подвезли, не зря смотрел.

Тем временем, ноль-восьмому, видимо, сообщили, что его атака ни к чему не привела, и он, пятясь назад, словно парализованная улитка, выпустил ещё ракеты.

В этот раз «пауки» решили не выпендриваться и рухнули в небольшую расщелину меж бетонных плит, скрываясь от осколков. К сожалению, камера, через которую я вёл наблюдение, такой способностью не обладала, так что сейчас имел удовольствие наблюдать сообщение о потере сигнала.

Впрочем, появившиеся за долю секунды беспилотники с турелями Нью подсветить успела. Нелегко придётся «паукам», нелегко.

Происходящее сейчас в Нью-Кембелле прекрасно демонстрировало, почему одарённые не являются самой грозной силой в Империи. По крайней мере в массовых битвах. Уж слишком узкоспециализированными они были, как ни крути.

— К нам идут, Нью? — спросил я, усаживаясь в БТР.

— Да, командир. Их сопровождают «пауки», но нападать, похоже, не собираются. Могу проложить маршруты, позволяющие избежать столкновения, — услужливо предложила Нью.

— Ну зачем отказывать себе в веселье? Наоборот, нужно зажечь по полной. Мы же, как-никак помогаем соседу вычистить город, да, дружище? — повернулся я в сторону валяющегося и пускающего слюну в дальнем углу отсека БТРа Дугальда.

Кембелл был все ещё в отключке, но, судя по эфирному ядру, в таковом состоянии он пробудет от силы час, полтора, так что следовало поторапливаться.

— Иваныч определённо будет недоволен, что пропустил такое веселье, — пробормотал я, запуская таймер самоуничтожения Нью.

* * *

Жилой квартал Нью-Кембелла

Костюм Куан Чоя, стоило тому замереть на карнизе, моментально слился с чёрным небом. Лишь ботинки приобрели мокро-серый цвет, делая «паука» совершенно незаметным.

— Особенно для этой швали, — с отвращением пробормотал мужчина, глядя, как внизу по улочке марширует небольшой отряд бандитов. — Даже удивительно, что они смогли прорваться внутрь города. Права госпожа Син, тут точно замешан кто-то из местной семейки.

Тем временем идущий по улице отряд замер, заставив Чоя насторожиться, ища глазами то, что принудило налётчиков в спешном порядке рассредоточиваться в узкой кишке улочки. Кто-то даже залез через окна в здания, разбив стекла.

— Идиоты, только лишний шум создают, — скривился «паук», отстукивая по рации сообщение напарнику, ушедшему по противоположной стороне чуть дальше. — Бао, что происходит? Бао, приём!

Внизу раздались разговоры и звуки передёргиваемых затворов, а Чой, ощущая неладное, распластался на крыше, пытаясь угадать, откуда исходит опасность.

Фонари на зданиях замигали, но прежде чем Чой осознал, что вспыхивают и гаснут они в определённом порядке, внизу начался настоящий хаос.

Раздался грохот опускающихся ставней, разом отсекая тех, кто остался снаружи, от умников, решивших переждать опасность в зданиях.

Одновременно с этим вначале улице появился транспортёр, сходу открывший шквальный огонь по ничего не соображающим налётчикам. Ближайших просто разорвало на клочки, моментально посеяв ужас среди необученного сброда.

Даже не пытаясь отстреливаться, бандиты кинулись искать укрытия, вминаясь телами в броне в узкие бордюры или используя уже погибших товарищей в качестве брустверста, но от турели, чьи снаряды способны прошивать листы металла, это совершенно не спасало.

Некоторые кидались на закрытые окна, молотя кулаками и истерически требуя впустить внутрь. Мольбы успевали смениться угрозами, впрочем, такими же бессмысленными. Открывать никто не спешил.

И Чой догадывался, что дело не в трусости спрятавшегося в здании «мяса». С самого начала бойни он всем телом ощущал, как трясётся здание от частых взрывов.

Кто бы ни подготовил эту ловушку, он довольно чётко рассчитал место и время, заставив неопытного противника разделиться и разом понести потери, сумев деморализовать его почти мгновенно.

— Похоже, и Бао им попался. Надо предупредить госпожу Син, — подумал Чой, последний раз взглянув на гору трупов внизу, и начал медленно отползать назад.

То, что это не люди бастарда Дугальда было очевидно, иначе бы его напарник был бы жив. Следовательно, появился ещё один участник этой неразберихи.

Но оставаться здесь было опасно, так что он просто сообщит об этом госпоже. Даже такая крупица информации даст ей силу повернуть происходящее в свою пользу. В этом покорный слуга Чой был уверен на все сто процентов.

— Да когда ж вы там все помрёте? — уже почти отползший от карниза «паук» замер, ощутив приличной силы толчок под собой. Видимо, кто-то из «налётчиков» отказался сдохнуть быстро, и его решили забросать гранатами.

Выждав пять секунд, Чой попятился назад, но прежде чем он успел выдохнуть, пол под ним вспучился, и он ощутил, как его за ногу утягивает вниз огромная рука.

Оглушённый падением, «паук» замотал головой из стороны в сторону, пытаясь прийти в себя, но тут же получил оплеуху, разом отключившую всё сознательное в организме мужчины.

— Не убил, надеюсь? — прогрохотала ходячая гора, парадирующая очертания человека. — Командир приказал этих уродов брать живьём.

— Ты меня ещё поучи, сопляк, как всяких «крыс» вырубать. Я этим занимался, когда ты пешком под стол только ходить начал, — огрызнулся штурмовик, взваливая на плечо находящегося в отключке Чоя и украдкой проверяя, жив ли тот вообще.

— Наши, похоже, закончили, — не стал пререкаться второй боец, прекрасно заметивший манипуляции напарника с телом. — Сгрузим «крысу» и пошли дальше, а то командир опять куда-то спешит. Нет бы спокойно посидеть да расслабиться.

— Посидеть да расслабиться, говоришь? — ухмыльнулся старшой, раздавливая ногой череп неудачно подвернувшегося трупа налётчика. — А-а-а, точно, ты ж дежурил, когда он с Морозовой и Леоновым вчера ночью кутил, и ещё не видел, что они учудить успели, пока расслаблялись.

— Это ты про молот Иван Фёдоровича? — выйдя на улицу, штурмовик поднял руку, давая понять, что в здании чисто.

— Хех, молот — фигня, — а вот…

Договорить мужчина не успел. Вдали раздались звуки взрыва, а спустя мгновение в небо поднялся столб пламени, видимый даже отсюда.

— Блин, не успели, — разочарованно протянул молодой, на ходу запрыгивая в отъезжающий БТР, едва ненароком не ампутировав руку Чоя, неосмотрительно раскинувшего конечности на полу транспортника. — Не дождался нас Игорь Владиславович…

Глава 21

Восточные Врата

Нью-Кембелл

— Не подскажете, как пройти в библиотеку? — вынырнув из темноты проулка, поинтересовался я у налётчика, решившего по-тихому перекурить, оставив доверенный ему пост.

— Агхр-бухгр-укх… — пробулькал в ответ перерезанным горлом нерадивый дозорный и грузно упал на землю.

— И чего отец находил смешного в этом вопросе? — пробормотал я, стряхивая кровь с Аспида. — Ещё ни один внятно ответить не смог.

Из-за угла здания донёсся лязгающий шум, и пока я вжимался в стену, прикидываясь кучей мусора, мимо меня проехал БМП. А следом пробежали парни в зелёном камуфляже. Эти хоть и были проще экипированы, но по повадкам смотрелись куда опытнее того же любителя покурить.

Да уж, без штурмовой брони я бы сейчас себя чувствовал куда уязвимее. С другой стороны, дела порой проще делать одному и тихо. Тем более, когда кого-то нужно взять в плен в приемлемом состоянии.

Когда, наконец, пробежал последний налётчик, я подкрался к углу и выглянул. Что ж, в принципе, всё, как и транслировали камеры.

Высокие Восточные врата были гостеприимно распахнуты и словно приглашали войти в город всех подряд. Неподалёку от них, внутри периметра, копались бандиты, вяло сооружая блиндажи и роя окопы каким-то древним экскаватором.

Бедный старичок с огромным трудом проламывал прочное бетонное покрытие. Да и делалось это настолько «на отвали» что даже мне, их будущему убийце, стало чуточку стыдно за таких недотёп.

Но, тем не менее, недооценивать их не стоит, тем более, когда у них в товарищах водятся такие занимательные личности, как пилоты сверхтяжёлых мобильных доспехов в количестве двух штук.

В отличие от видимого ранее ноль-восьмого, эти были более современными и носили индекс «шестнадцать» и «восемнадцать».

И если с «младшим», издалека похожим на лишённого предплечий и голеней человека, этакая вытянутая бочка на обрубках и с квадратной головой, всё было предельно ясно, то Восемнадцатый оставался сюрпризом.

Данный доспех имел множество модификаций, каждая из которых даже сильному одарённому могла доставить неприятности. К сожалению, из внешних обвесов я заметил только гипертрофированный наплечник с левой стороны, больше походящий на узкий вытянутый щит.

— Для прорыва, что ли? — продолжал я гадать, короткими перебежками пробираясь между немногочисленным транспортом налётчиков.

Ну кто так технику скопом на вражеской территории ставит⁉ А если какой-нибудь нехороший человек решит подорвать столь заманчивую цель, разом обрубив возможность отступить? Ай-ай-ай…

Магнитный держатель взрывпакета со щелчком прилип к днищу грузовика, и на визоре отобразилось, что ещё одно устройство подключилось к сети.

— Так, ладно, ещё одна самоходка, и можно начинать веселье, — сказал я сам себе, продолжая медленно красться вдоль борта, вслушиваясь в разговоры праздно шатающихся бойцов и надеясь почерпнуть хоть что-то полезное.

По итогу узнал лишь то, что посадка у бедолаг выдалась тяжёлая, да самый лучший притон, где можно почти задарма нажраться да девок пощупать, находится на Хермусе. Вот только знать бы ещё, где этот самый Хермус располагается.

Обогащённый ненужным багажом знаний я, наконец, добрался до небольшого одноэтажного здания, тянувшегося вдоль улицы. Видимо, тут должен был располагаться караул, но, когда, вырезав Аспидом кусок стены, проник внутрь, так оказалось пусто.

Но это оказалось мне на руку, так что к охраняющим проход пилотам я добрался без проблем.

— Мы на стене, проблем не возникло, — доложил разведчик, за чьей отметкой я наблюдал краем глаза. — Помещение зачищено, посылка целая.

— Отлично, — ответил я, увеличивая масштаб карты. Скользнувший луч фонаря на мгновение осветил помещение, заставив меня распластаться на полу. — Что по зрителям?

— Зафиксировали крупную группу «пауков», движутся к нам. Ещё пару наблюдателей удалось найти в прилегающих к территории домах и то лишь потому, что температура меняется в комнате, — доложил другой подчинённый.

Камеры камерами, но большинство из них вывели из строя, и сейчас приходилось вычислять противников, с помощью множества датчиков, встроенных в дома. Автоматически открылась дверь? Нью приняла к сведению и сделала пометку в своём виртуальном ежедневнике. Щёлкнул выключателем или убавил температуру, чтобы было комфортнее наблюдать за происходящим? Добро пожаловать под бдительное око Нью.

Понятно, что и с этим можно бороться, так что мы, наверняка, пропустили парочку соглядатаев, и Паучиха относительно в курсе происходящего, но это хорошо, это то, что мне нужно.

— Второе отделение вступило в бой с налётчиками, — сообщила Нью. — Примерное время прибытия — пятнадцать-двадцать минут.

— Госпожа Син будет тут куда раньше, — пробормотал я, разглядывая, как фиолетовое пятно медленно ползёт по городу в нашу сторону. — Тогда, пожалуй, начнём.

Сенсорная кнопка общего подрыва заложенных зарядов отзывчиво завибрировала, и техника, стоящая у ворот, устремилась к тёмным небесам. В то же мгновение массивные створки ворот стали закрываться, отсекая оставшихся снаружи налётчиков.

Внутри же воцарилась самая натуральная неразбериха. Роющие укрытия бандиты с оторопью смотрели на огненные обломки транспорта, разлетевшиеся во все стороны и покалечившие нескольких неудачников, оказавшихся слишком близко к месту взрыва.

Но больше всего их поразили, как в переносном, так и прямом смысле этого слова, выстрелы, раздавшиеся со стены. Причём именно оттуда, где должны были нести службу их товарищи.

Самые сообразительные укрылись в недорытых окопах и принялись отстреливаться, но с учётом их позиции они лишь попусту переводили патроны.

Впрочем, с ними разберутся мои люди, а сейчас меня интересовали лишь Шестнадцатый и Восемнадцатый, чьи пилоты, в отличие от остальных действовали куда организованнее.

Едва поняв, откуда ведётся стрельба, они прислонились спинами к стене, даже не думая рвануть сквозь закрывающиеся ворота, и открыли огонь из встроенного оружия, поливая свинцовым дождём моих бойцов.

Я же, уже не скрываясь, выбил окно и помчался по направлению сверхтяжей. Прямо передо мной выскочил горящий бандит, бегущий непонятно куда и зачем, даже не пытаясь сбить пламя с себя.

Плавное движение Аспидом, и бедолага, наконец, обрёл покой, а я, выдернув из подсумка дымовую гранату, швырнул её в Восемнадцатого. Небольшой кругляш, пролетев двадцать с лишним метров, прилип к щиту и, разок оглушающе пикнув, взорвался, окутывая противника непроглядным облаком серого дыма, затрудняющего не только визуальное обнаружение, но и ослепляющего системы наведения.

Бочкообразный, среагировав на вспышку, успел перевести орудия в моём направлении, но тут же получил выстрел в голову от засевшего наверху снайпера и покачнулся, тем самым давая мне выиграть столь необходимые метры.

Первый Аспид, напитанный эфиром под завязку, вошёл в сочленение доспеха Шестнадцатого между ногой и пахом, разом пробив все слои брони и вскрывая бедренную вену.

Если владелец не поскупился на дополнительное оборудование, то сейчас ему вкатывают приличную дозу кровоостанавливающего, одновременно пытаясь залатать чуть ли не хирургически тонкий разрез. А следовательно…

Увернувшись от удара короткой рукой, воткнул Аспид уже в бок, именно с той стороны, где должен был находиться автодок.

В этот раз лезвие будто бы слегка упёрлось в толстый слой фольги, но очередная порция эфира, и преграда исчезла, а я вогнал меч по самую гарду.

Жёсткий удар в плечо отшвырнул меня на пару метров и оставил после себя ощущение вывихнутой руки.

Это Восемнадцатый успел сориентироваться и подключился к визуальным системам младшей модели, используя её сенсоры и видеокамеры вместо своих. На самом деле правильный вариант, вот только нужно ещё уметь сражаться, глядя на себя со стороны.

Эфир только начал струиться по руке, вправляя её на место, а я уже прыгнул на стену и, сделав несколько прыжков почти по вертикальной поверхности, очутился за спиной Шестнадцатого.

Семаргл сменил Аспида ещё в полете, и от лёгкой отдачи выстрелов руку прострелило болью. Впрочем, бочкообразному пришлось куда хуже. Усиленные эфиром пули разбили уродливые наросты датчиков и сенсоров на броне Шестнадцатого, оставляя тому единственный выход.

На цилиндре шлема появилась трещина, и верхняя часть поползла вверх, обнажая бронестекло, а за ним бешеные глаза пилота.

На месте Шестнадцатого, я бы ещё после первого пробития разорвал дистанцию, пытаясь уйти от нападающего, и уже на безопасном расстоянии направлял бы старшего товарища, но вряд ли пилот сейчас был в состоянии здраво думать.

Пробитый автодок, в чьей программе была заложена логика, что если он повреждён, то пилоту ещё хуже, накачивал бедолагу всем, чем только можно, пытаясь спасти жизнь владельцу и не подозревая, что этим его и убивает.

Едва щель стала шире, я, уже чувствуя, как сцепление со стеной вот-вот пропадёт, прыгнул прям на Шестнадцатого, формируя в раскрытой ладони узкое эфирное лезвие.

Приземлившись на грудь «бочки», ткнул рукой прямо в щель и сделал движение, будто что-то смахиваю.

Броня глушила все звуки, но я был уверен, что сейчас сидящий внутри неё пилот, несмотря на накачку автодоком, дико визжит, чувствуя, как вскипают и лопаются его глаза под действием эфира. Не смертельно, но дико больно, зато теперь он точно не боец.

И прежде чем на меня опустилась рука Восемнадцатого, попытавшегося спасти товарища, я успел сделать сальто назад, уходя из-под удара. Раздался скрежет и бедному Шестнадцатому прилетело от напарника, отбрасывая на землю и выводя из строя окончательно.

— С такими друзьями и врагов не надо, — пробормотал я, вновь сокращая дистанцию с противником.

Дым уже почти рассеялся, возвращая возможность Восемнадцатому увидеть меня «своими» глазами, но за те мгновения, пока он перенацеливал орудия, я успел прикрепить к его ногам по заряду и, прежде чем он выстрелил, подорвал их.

Кумулятивные заряды одновременно выпустили мощные струи пламени, прожигая броню насквозь, лишая и доспех, и пилота ног ниже колен. Восемнадцатый, видимо, ещё не поняв, что произошло, попытался сделать шаг, чтобы поймать назойливого меня, но тут же рухнул на землю, подставляя спину.

Тут бы можно было бы и поставить точку в жизни пилота, но два языка лучше, чем один, так что пару ударов Аспида, и Восемнадцатый, как и его напарник, отключился, словив лютый передоз от сошедшего с ума автодока.

— Доклад! — я остановился перед поверженным противником и в несколько ударов вскрыл панцирь.

— Территория зачищена, команда эвакуации направляется к вам, командир, — доложил наблюдатель, находящийся на одной из крыш зданий. — Пауки тут.

Ну, последнее он мог бы и не говорить. Толпу ряженных в серое с чёрным я заметил почти сразу, как покончил с Восемнадцатым и Шестнадцатым.

Все, как один, облачённые в одинаковые средние и лёгкие доспехи, они держали руки на виду, показывая свои мирные намерения.

Заметив, что я, наконец, обратил на них внимание, «пауки» расступились, пропуская вперёд человека.

— Госпожа Син, — кивнул я появившейся на другом конце площадки женщине в чёрном балахоне, расшитом серебряными узорами. Расстояние между нами было немаленькое, и, несмотря на то, что я говорил обычным тоном, она, несомненно, меня услышала.

Двигалась эта старуха для своего возраста чересчур бодро, ступая по вздыбленному асфальту и перепрыгивая обломки. Так что, либо она в прекрасной физической форме, либо под балахоном какой-нибудь костюм, напичканный электроникой, а то и вовсе броня. Подобные существа любят чувствовать себя в безопасности.

— Игорь Владиславович, сказала бы, что рада вас здесь видеть, но это было бы неправдой. Не стоит же при первом знакомстве начинать плести паутину лжи, как думаете? — раздался чрезвычайно приятный голос, который совершенно не соответствовал возрасту женщины.

Паучиха сделала пару шагов вперёд и замерла, стоило мне извлечь Аспида, лезвие которого тут же вспыхнуло алым.

— Не уверен, что вам стоит подходить слишком близко, госпожа Син, — ледяным тоном произнёс я, и перед старухой замелькали зайчики лазерных прицелов. Мои люди все прекрасно слышали и действовали согласно обстановке.

Я ощутил всплеск эфира, и тут же перед бабулькой возникло две тени, которые, обретя плотность, оказались бойцами в странных доспехах.

С виду они походили на средние армейские, даже цвет был стандартный, тёмно-зелёный. Вот только торчащие из-за спины дополнительные манипуляторы, по две пары у каждого, заканчивающиеся когтями, говорили о глубокой модификации, как брони, так и самих бойцов.

Нейроинтерфейсы из-за политики кратов, отрицавших на закате своей эры техническое развитие, даже сейчас, спустя десятилетия после их свержения, находились на низком уровне, а значит, этим бойцам имплантаты управления дополнительными конечностями вживляли прямо в тело.

Дорогая и калечащая операция. Как тело, так и разум. А с учётом того, что эти двое ещё и одарённые… Схватка могла бы получиться интересной.

— Не вам, юноша, указывать, что мне делать, — голос Син по-прежнему продолжал изливать патоку, но уже с едва заметным металлическим оттенком. — Вы, видимо, не до конца понимаете, с кем имеете дело, но я не дам совершить вам смертельную ошибку.

Едва заметный жест рукой, и бодигарды, глаза у них на затылке, что ли, расступились в стороны, пропуская свою госпожу.

— Не стрелять, — громко приказал я бойцам, чьи лазерные указатели заскользили по чёрному балахону старухи, при этом сам продолжая внимательно следить за ней.

Я был уверен, что просто пристрелить женщину не удастся, уж слишком сильно бурлила в ней энергия, так зачем переводить боеприпасы попусту?

— Вы — молодец, Игорь. Не многие из вашей породы понимают, что иногда стоит уступить. Может, даже признать поражение, чтобы перевести дыхание и уже потом отомстить обидчику, — старуха улыбнулась. Нет, лицо у неё было по-прежнему прикрыто капюшоном, но я явственно представил, как её узкие бесцветные губы растянулись в снисходительной ухмылке. — Видите, господин Исаев, я честна с вами. И даже готова дать вам возможность уйти сейчас и вернуться позже, чтобы сразиться в более комфортных для вас условиях.

Старуха медленно плыла вперёд, продолжая разглагольствовать, и её голос звучал всё громче и громче, словно кто-то разом включил динамики на прилегающей к Вратам территории.

— Так вы — игрок, уважаемая госпожа Син? — прервал я старуху, медленно убирая Аспид в ножны. — Дайте угадаю. Вы прожили столь много времени, что подобное, — я кивнул на разгорающееся за её спиной зарева пожаров, взрывы, звучащие всё чаще, а стрельба, и вовсе слившаяся в один протяжный грохот, — для вас не более чем шахматная партия с приятными призами?

— Это? Не смешите, молодой человек, это так, лёгкая головоломка, с одним единственным верным решением, — отмахнулась бабулька, и я на мгновение увидел её руки, затянутые в серые перчатки с подозрительно знакомым узором. — Но насчёт остального вы, несомненно, правы. Вот уже пару десятков лет мне скучно, и я рассчитывала, что хоть здесь появятся какие-нибудь интересные соперники.

— Кстати, госпожа Син, а вы в курсе, что шахматы — самый опасный вид спорта? — старуха посмотрела на меня, и только сейчас я смог в тени капюшона рассмотреть жёлтые глаза с крестообразными зрачками. — Нет? Так ведь ходы там порой длятся так долго, что можно уснуть и выколоть себе глаз ферзём. Так что, мне кажется, стоит добавить немного динамики в нынешнюю партию.

Расстегнув боковой клапан на броне, достал свёрток и бросил его к ногам остановившейся старухи. Ударившись о бетон, он распался, и дальше по земле покатилась полупрозрачная маска в форме змеиной морды, обвязанная тугой чёрной косой.

— Кажется, меньше чем час назад я съел вашу пешку, собиравшуюся стать ладьёй, госпожа Син, — произнёс я, глядя, как по бокам Паучихи возникают «пауки».

Старуха молча подняла на меня глаза, и я ощутил, как бушующая в её ядре энергия стала вырывать протуберанцами, насыщая воздух чем-то тяжёлым, мешающем дышать даже в замкнутой броне.

— Ты убил мою внучку. Я казнила целые рода и за меньшее, — процедила старая карга, опаляя меня своим эфиром даже на расстоянии десятков метров. — Но ты сделал неожиданный ход, и я готова дать тебе последний шанс уйти живым, тебе и твоим людям.

Хитрая старушенция. Понимает, что не сможет сейчас играть на два фронта, и ей прямо сейчас необходимо быть со своими людьми, штурмующими центральную базу, где засели налётчики и главный виновник всего этого бардака. И поэтому сейчас вынуждена держать хорошую мину при плохой игре.

— Пожалуй, вынужден буду отказаться. Не в моих правилах поворачиваться к врагу спиной. Мы же с вами враги, уважаемая госпожа Син? — с улыбкой, которую она не могла увидеть за моим шлемом, но, наверняка, ощутила, спросил я, поднимая перед собой Аспиды.

— Не переоценивай себя, Игорь. Сейчас ты не больше чем зародыш игрока. Многообещающий, но всего лишь зародыш, который не понимает, что происходит в Империи, и считает, что занимается чем-то важным, копошась в грязи этой планетки, — голос Син стал безэмоциональным. И сейчас я хорошо ощутил всю тяжесть прожитых ею лет. — Я действительно хотела тебя отпустить, несмотря на убийство внучки, но раз ты хочешь умереть здесь, то почему бы и нет. Буду надеяться, что твоё место займёт более достойный. Убить его!

Стоящие позади неё «пауки» растворились в воздухе и тут же появились в полуметре от меня, атакуя мечами и когтями манипуляторов.

— Нью, воду, пожалуйста, — произнёс я, пропуская над собой коготь, вставая на мостик и уже из этого положения ударяя носком в челюсть паука.

Удар прошёл мимо. Точнее, я попал, но за мгновение до этого одарённый вновь превратился в дым, и нога прошла сквозь него.

Не останавливаясь, сделал стойку на голове, опускаясь на ноги и принимая на оба клинка атаку второго паука. Напитанные эфиром Аспиды отсекли прочные железяки, но меч в руках противника сделал хитрый финт, и его лезвие царапнуло мой доспех, оставляя глубокий порез на боку. Но, прежде чем я успел контратаковать, многолапая падла растворилась в воздухе.

— Сделано, — обрадовала меня Нью, когда я уже было подумал, что она не услышала приказ.

Расположенные по территории гидранты внезапно взлетели в небо, не выдержав давления воды, накаченной системой. Капли рукотворного дождя застучали по броне, стекая по визору и слегка мешая обзору. Впрочем, опыта сражения в подобных условиях у меня за сегодня прибавилось на порядок.

Возникший за спиной «паук» ткнул мечом, целясь в район сердца, но меня там уже не было, зато там оказался Аспид, перерубивший пару фаланг пальцев врагу. Ему не хватило каких-то долей секунды, чтобы уйти, но брызжущая вода мешала его дару.

Второй «паук» исчез, намереваясь очутиться возле меня, но, прежде чем он материализовался полностью, я воткнул меч в то место, где должна была появиться его нога.

— Больно, наверное? — участливо спросил я, глядя, как растекается и смешивается с водой кровь, хлещущая из распоротой стопы.

«Паук» вместо ответа ударил когтями, заставив меня выдернуть Аспид и отсечь лишние части тела противника. Едва он почувствовал себя свободным, как тут же исчез, возникая рядом с товарищем, стоящим в пяти-семи метрах от меня.

— Мы продолжаем, или вы так и будете мною любоваться? — громко спросил я, поднимаясь и призывно покачивая клинками. — Мне почему-то кажется, что своими плясками вы разочаровываете госпожу Син.

Судя по тому, что «пауки» телепортировались одновременно, огорчать старуху они крайне не желали.

А для меня мир будто замер. Капли дождя падали медленно, разбиваясь вдребезги об асфальт, об обломки чадящей редким пламенем техники, о броню стоящих позади Син слуг.

А ещё капли слегка отклонялись под действием эфира телепортировавшихся «пауков», давая мне понять, в какой же точке пространства они материализуются.

Эфир хлынул из моего ядра, насыщая клинки, уже занявшие необходимое положение и покрывающиеся бордово-красным цветом.

«Пауки» появились одновременно и сразу застыли, почувствовав по лишнему килограмму в собственном теле.

Я же, выпустив оружие, отскочил назад на пару метров, одной рукой достав Семаргл, а во второй сжимая крохотную коробочку.

— Вот честно, не советую, — покачал я головой, глядя, как один из противников, пытается вытащить Аспид. Тот, естественно, не послушался, схватившись за рукоять, и тут же лишившись кисти. Фамильное оружие порой само себя может защитить, особенно, если его эфиром под завязку залить. — Говорил же…

Тем временем я ощутил на себе слегка заинтересованный взгляд Паучихи, взмахом руки остановившей по-прежнему толпящуюся за ней охрану.

— Уже интересней стало? — повысив голос, спросил я. — Но и это ещё не все. Прошу обратить внимание вон на тот участок стены.

Повернувшись вполоборота, указал рукой, а то вдруг ещё не заметит, как с края стены скинули человека в лёгком доспехе. Человек пролетел метров восемь и резко остановился, задёргавшись на тросе.

— Думаю, пояснять, кто это, мне не стоит? — уточнил я у Паучихи.

Один из одарённых «пауков» исчез, но тут же появился в паре метров, перерубленный почти пополам, а неподалёку со звоном упал Аспид.

— Тоже хочешь рискнуть и прыгнуть? — уточнил я у второго «паука».

Тот на мгновение повернулся к Син и тут же растворился в тенях, чтобы через секунду появиться в тех же паре метров, только уже по частям.

— Ещё пытаться будете? Хотя не рекомендую. Помимо этого взрывателя, там ещё и альтиметр встроен. Изменится высота без моего ведома, и ба-ба-х, — я изобразил руками взрыв, точнее, попытался, так как с занятыми было неудобно. — А Дугальд и так себя не очень чувствует, и шрапнель во всем теле ему явно здоровья не добавит.

— Я вас услышала, Игорь Владиславович, — вот теперь интерес в её голосе был искреннем. Игрок-наркоман, блин. — Но, может, вы тогда соизволите объяснить, для чего был этот бой? Не проще было бы сразу сказать, что мой внук у вас в плену?

— Баланс, госпожа Син, баланс. До этого вы подослали Агаши, чтобы убить меня, ей это не удалось, и я убил её в ответ. После этого претензии с моей стороны были исчерпаны. И явись вы сюда по нормальному, я, возможно, согласился бы на союз равных и отпустил Дугальда, но вы решили продолжить игру и попробовали убить меня вновь, — я убрал пистолет в кобуру и повесил взрыватель на бок. — И вот опять проиграли, склонив чашу весов в мою пользу. Так что теперь, согласно правилам, которые вы сами себе придумали, мой черёд ставить условия.

— И вы не боитесь, что я их нарушу? — с улыбкой людоеда произнесла старая карга.

— И опять скатиться в обыденную серость бытия? — не оборачиваясь, спросил я, глядя, как Дугальда, словно куклу опять поднимают наверх.

Паучиха промолчала, но я-то прекрасно знал, что как только этот осколок прошлого позволит себе нарушить правила собственной игры, её жизнь станет ещё более скучной, а для таких, как она, это смерти подобно.

— Что ж, я признаю поражение в этой партии, — слегка склонила голову Паучиха. — И смею надеяться, что следующая выйдет не менее интересной.

— Не сомневайтесь, — кивнул я. — Но для начала нам стоит решить вопрос с тем, кто действительно заварил эту кашу.

Глава 22

Нью-Кембелл

Перун

— А-а-а-а! — Дугальд в доспех «паука» с рёвом вонзил механические лапы в прыгнувшего на него наёмника.

Острые когти, пробив броню и плоть противника, показались с обратной стороны. Охваченный чёрным пламенем наследник Кембеллов развёл манипуляторы в стороны, разорвав тушку врага на части. После чего, перехватив половину трупа за ногу, бросил его вдогонку карабкивающимся из окопов налётчикам.

Уже почти выбравшийся по наклонной плите «джонник» поскользнулся на кровавой требухе и кубарем покатился вниз, оглашая воплями всю округу.

Подскочивший к нему Дугальд пинком оглушил бедолагу и, наступив на грудь, поднял манипулятор…

— Брысь от него! — приказал я Кембеллу, громко щёлкнув защитной крышкой взрывателя.

Будущий патриарх, зарычав, резко обернулся в мою сторону, выпуская пламя. Холодный огонь неприятно обжог тело, моментально проникнув сквозь броню, и тут же погас, едва я придавил кнопку.

— Он пока ещё не научился полностью контролировать себя в таком состоянии, так что не стоит обижаться на моего внука, — голос Паучихи подействовал на парня будто ведро ледяной воды, сбрасывая накал охватившего его боевого безумия.

Я же, продолжая играться с взрывателем, покосился на старуху, вновь накинувшую на себя личину добродушной и слабой женщины. Сейчас она явно переигрывала, перебираясь через провал траншеи с помощью охранника.

— Вы убиваете в нем личность, — не осуждая, лишь констатируя факт, сказал я Паучихе. И посмотрел, как пылающий черным пламенем Дугальд рванул дальше, взламывая очередную укрепточку налётчиков. Не завидую я этим неудачникам.

— Я бы с вами поспорила, господин Исаев, но разве вы послушаете доводы слабой женщины? — мягко произнесла Син, занимая место чуть позади и слева от меня.

— Чтобы получить очередную порцию лапши на уши? Нет уж, увольте, — хмыкнул я, знаком подзывая одного из штурмовиков, следующих за нами. — Этого, — я указал на «джонника», — в машину. Осмотреть, оказать первую помощь. После спеленать так, чтобы дышать мог через раз.

Вдалеке загрохотало, и в районе центральной башни в воздух взвились разноцветные сигнальные ракеты. Налётчики, судя по всему, заморачиваться с кодировкой не стали, используя уставную армейскую, и сейчас всему свету сообщали, что в полной жопе. Впрочем, учитывая специфику подготовки этих так называемых «джоников», это было не удивительно.

— Командир, «паучары» вскрыли два доспеха, но понесли потери. Теперь собираются отступить для перегруппировки, — доложил мне сержант, который сейчас был как раз в самом центре сражения.

— Прикрывайте их, но сами на рожон не лезьте, отходите вместе, шороху только перед этим наведите побольше, — приказал я уже на бегу, стремясь догнать умчавшихся Дугальда и его изрядно поредевшую свиту из «паучат».

Пока парни штурмовали основной бастион в лоб, я в сопровождении Син и Кембелла продвигался окольными путями, стремясь проникнуть в донжон с запасного хода.

Располагался он в подвале одного из домов, сейчас забитого налётчиками, будто селёдками в бочке. Там, помимо этого, ещё и тройка «доспехов» затаилась, но Нью быстро их вычислила, предоставив требуемую информацию.

А кроме этого, ещё сообщила об обнаруженных неподалёку от входа паре бронированных грузовиков, способных вместить человек тридцать. Кто-то явно планировал пути к отступлению. И что-то мне подсказывало, что билеты рядовым «джонникам» не продавали.

Ну да, это мелочи, сейчас меня больше интересовали исчезнувший внутри дома Дугальд и возникшие у входа сверхтяжи. Внутри строения уже раздалась стрельба, а через окно второго этажа вырвалось чёрное пламя вслед выпрыгнувшему «джоннику».

— Не боитесь, что ваш подопытный погибнет раньше отведённого ему срока? — уточнил я у Син, выхватывая Аспидов и прикидывая, как бы половчее оприходовать двух «панцирей» и «моль».

Первые, несмотря на название, усиленным бронированием могли похвастаться лишь спереди. Ромбообразная пластина, издалека похожая на щит, укрывала пилота доспеха с головы до пят и обеспечивала приличную защиту. Но при этом изрядно ухудшала манёвренность, так что при столкновении с «панцирем» главное — зайти тому в тыл.

«Моль» же являлась одной из самых лёгких версий сверхтяжей. Кто-то даже причислял её к тяжёлым доспехам, но как в том анекдоте, раз доктор сказал в морг, значит в морг. Только тут, если производитель сказал сверхтяж, а армия это подтвердила, значит сверхтяж.

Впрочем, недооценивать эту «лёгкую» херобору тоже не стоит. В умелых руках она покруче пятёрки «панцирей» будет. Осталось выяснить, насколько мастерски ею владеет налётчик.

Тем временем пилоты доспехов, видимо, придя к согласию, наконец-то пришли в движение. «Моль» юркнула внутрь здания, а оба «панциря» двинулись в нашу сторону, переходя на бег. Что могу сказать…

Количество идиотов во Вселенной через пять минут подсократится. Им бы бежать куда подальше, но нет, решили, что раз в броне, то всемогущи…

— Если Дугальд погибнет, я огорчусь, — ответила женщина, — но, чтобы вывести идеального игрока, нужно постоянно совершенствоваться и рисковать. Позвольте мне, Игорь Владиславович?

— Вы случаем не для себя противника взращиваете? — я посторонился, пропуская госпожу Син вперёд.

— У каждого свои причуды, — старуха скинула капюшон и ухмыльнулась, обнажая белоснежные зубы. Слишком белые, чтобы быть настоящими.

Подняв руки вверх и обнажив тонкие сухие кисти в обтягивающих чёрных перчатках с серебряными линиями, она посмотрела на несущиеся «панцири» с нескрываемым презрением. А я почувствовал, что вместо отведённых пяти минут налётчикам осталось жить максимум две.

— Всем отойти! — приказал своим людям, видя, что бушующая внутри Паучихи такая же чёрная энергия, которая сводила с ума Дугальда вот-вот выплеснется наружу. — Дальше! Ещё дальше!

Честно говоря, я и сам бы был не прочь рвануть, но тогда бы это стало маленькой победой хитрой интриганки и пошатнуло бы и без того хрупкий баланс нейтралитета, установившегося между нами.

Тем временем Син, слегка повернувшись боком ко мне, выпустила накопившийся эфир в сторону налётчиков.

Те мгновенно остановились, будто на стену наткнулись, а спустя мгновение принялись бить сами по себе, будто пытаясь стряхнуть что-то или кого-то.

Били они себя сильно, с оттяжкой, оставляя глубокие вмятины в броне, переходящие в трещины. Но их выкрутасы волновали сейчас меня меньше всего.

Краешек эфира старухи прошёлся и по мне. Вначале я ощутил лишь лёгкое покалывание в районе лодыжки, которое, впрочем, быстро переросло в ощущение множества лапок, ползущих вверх по ногам. И это несмотря на слои гибкого металла лёгкой брони и комбинезона, плотно облегающего всё тело.

Спустя несколько мгновений ощущение мягких лапок сменилось тяжестью десятков маленьких мохнатых тел, плотно прижимающихся к обнажённой коже. Живая, шевелящаяся волна поднималась всё выше, сдавливая в груди и не давая нормально дышать, но я держался, видя, как старуха пристально следит за мной, отмечая малейшие движения.

Тем временем налётчики в доспехах, похоже, окончательно сошли с ума. Один из них упал на землю и принялся кататься по ней, не обращая внимания на арматуру, которая, попадая в трещины в броне, пронзала его насквозь.

Второй же на ногах устоял, но лишь для того, чтобы обдать себя горючей жидкостью из раструба огнемёта и через секунду превратиться в огненный факел.

— Да уж, пилотам сегодня достаётся самая жесть, — мелькнула у меня мысль, ограждая меня от собственных ощущений, что короткая шёрстка чёрных тварей щекочет подбородок, а в ушные раковины проникают их лапки.

— Вы рискуете, уважаемая госпожа Син, — ледяным тоном произнёс я, уже чувствуя привкус хитина у себя на губах.

— Ой, простите, я порой такая неуклюжая и привыкла, что вокруг обычно одни враги и ни одного союзника, — совсем по-девичьи охнула Паучиха и приложилаладошку ко рту.

Сходство с Агаши было просто поразительное, разве что девушку ещё хотелось спасти, а вот эту… кхм… В общем, раздавить да ошмётки сжечь.

— Мы с вами и не союзники, — отрезал я, чувствуя, как все лишнее из-под брони мгновенно исчезло. Интересно, какая у неё ступень? Вторая, третья? Меня задело лишь краем, да и к тому же я уверен, что била она не в полную силу, но ощущения отвратительные. Страшно представить, что ощущали на себе ныне мёртвые пилоты.

Интересная способность, ничего не скажешь. Впрочем, зная, как она работает, можно как минимум снизить воздействие на мозг, обколовшись чем-нибудь по самую макушку. Броня не зафиксировала физического воздействия, так что всё дело было в голове.

Хотя, ведь не факт, что она не может воплощать восьмилапых тварей, просто не показала этого…

— Игорь Владиславович, я буквально слышу, как щелкают шестерёнки в вашем мозгу, — снисходительно улыбнулась Паучиха. — Право слово, не стоит так напрягаться.

— Напрягаться вообще не стоит. Говорят — это сокращает продолжительность жизни, — кивнул я, обходя трупы пилотов и перепрыгивая яму перед входом в здание.

Стальная дверь, блокирующая вход, была выломана, когда ещё владелец лёгких доспехов рванул следом за Дугальдом. Впрочем, далеко налётчик убежать не смог. То ли замешкался у входа, то ли попал под волну эфира старухи и упал с верхних этажей, но сейчас его искорёженная броня валялась у подножия широкой лестницы, ведущей наверх.

В большом вестибюле, помимо этого трупа, было ещё пару десятков. Кого-то прикончил Дугальд, который, судя по звукам, продолжал гонять недобитков где-то на третьем или четвёртом этаже, кого-то сопровождающие его «паучата». Первые были разорваны, вторые нарублены мечами. Но хуже всех смотрелись те, кого задел дар Паучихи. Как думаете, на что способен человек, которому под кожу залезли мохнатые твари?

В общем, зал я прошёл чуть ли не бегом, стараясь как можно реже смотреть по сторонам. И ещё сильнее убеждаясь, что нельзя этой старухе долго коптить небо. Боги, существуют они или нет, мне подобной жалости точно не простят.

Спустившись в сопровождении Паучихи и её охраны в подвальные помещения, быстро сориентировавшись в темноте, благодаря подсказкам Нью, направился в нужном направлении к любезно подсвеченной двери.

Открыв её, с удивлением увидел узкую комнатушку с серыми обшарпанными стенами, едва способную вместить двух взрослых мужчин.

— Блин, зная тягу Кембеллов к старине, тут должен быть канделябр, за который нужно дёрнуть, чтобы открылся тайный проход, — пробормотал я, пропуская догнавшего нас Дугальда вперёд.

Естественно, канделябра не оказалось, зато Кембелл с уверенностью ткнул в обычный участок стены, и на противоположной стороне откинулась крышка небольшой цифровой панели, к которой парень приложил руку. Небольшое перемигивание красно-зелёных лампочек, и казалось бы монолитная стена сдвинулась в сторону.

Чёрный зев прохода осветился ярким светом, демонстрируя длинный белоснежный тоннель, резко уходящий вверх в сотне метров от входа.

— Остаётесь здесь, — приказал я двум штурмовикам, сопровождавшим меня до самого подвала. — Никого не впускать и не выпускать. Особенно не выпускать!

Раздав указания, нырнул в узкий проход следом за Паучихой, едва не задевая верхушкой шлема низкий свод. Да уж, моим бойцам тут при любом раскладе было не пройти в своих доспехах.

Вон, даже Кембеллу пришлось отломать один из манипуляторов, чтобы втиснуться в проход. Но, что самое грустное, догадайся кто поставить в конце тоннеля пулемётное гнездо, и всё, каюк, даже развернуться не сможешь, чтобы успеть убежать.

Наверное, подобные мысли посетили и госпожу Син, так как первым в проход ступил один из «паучков». Дождавшись, когда он достигнет конца тоннеля и подаст сигнал, что угрозы нет, следом двинулись и мы.

Заканчивался потайной ход почти в таком же чулане, разве что был он чуть побольше и располагался не в подвале, а на первом этаже, в самом центре донжона.

Так или иначе, но мы смогли зайти в тыл налётчикам, правда, элемент неожиданности оказался испорчен.

Стоило только «пауку»-разведчику высунуть свою голову наружу, как в этой самой голове образовалось солидных размеров отверстие.

Подозреваю, что и стоящему следующим в очереди на выход Дугальду досталось бы, но госпожа Син всё же подстраховала внучка, послав волну эфира в сторону угрозы.

Выплеск был небольшим, я едва уловил его, но достаточным, чтобы стоящие снаружи бойцы разом позабыли о проникших на вверенную им территорию нарушителях и принялись кататься по полу, пытаясь стряхнуть с себя иллюзорных тварей.

— Не задерживайся! Время — деньги! — толкнул я Кембелла вперёд, выталкивая наружу. Дугальд, едва не упав, споткнувшись о труп, с руганью вывалился в широкий коридор.

Выждав пару секунд, галантно пропустил вперёд Паучиху, и убедившись, что стрелять больше никто не спешит, после вышел сам.

В системе города, взломанной Нью, хранились все схемы помещений, так что я представлял куда идти.

Впрочем, с учётом того, что со мной был будущий владелец этого здания в частности и города в целом, я поступил гораздо проще. Попросту пошёл по цепочке трупов, оставленных Дугальдом, вновь впавшим в боевое безумие.

Изначально предполагалось, что проникновение будет скрытным, но стиль парня и его бабушки, решившей тоже поразвлечься, поставил крест на моих намерениях.

Впрочем, я жаловаться не спешил. Это там, снаружи, где оборону держали «джонники», я ещё мог проявить сострадание к простому «мясу», брошенному на убой.

Здесь же, в башне, нам противостояли настоящие бойцы, отлично владеющие оружием и прекрасно знающие, что такое сражаться против одарённого. Несмотря на всю мощь и прыткость Дугальда, налётчики смогли связать его боем в одном из залов третьего этажа, заставив даже отступить.

Но на беду бандитов, им противостоял не один Кембелл. Стоило только старухе подойти к двери, из которой вывалился внучок в обгорелом доспехе, лишившемся уже второго манипулятора, как я увидел на её лице странную гримасу раздражённости и скуки.

Похоже, Паучихе начинает надоедать эта мышиная возня, и она желает побыстрее добраться до зачинщиков.

В этот раз госпожа Син не стала размениваться по мелочам и выпустила столько эфира, что попавший под её выброс внучок моментально вырубился, а я, успев среагировать, вколол себе солидную дозу транквилизаторов.

Картинка перед глазами поплыла, но прежде чем отключиться, пустил исцеляющую волну эфира, приводя себя в порядок. В принципе, как и думал, сработало, вот только на пару секунд из боя выпал, а значит, при столкновении с Син лицом к лицу, я был бы уже трупом. Грустный вывод, однако…

— Путь наверх свободен, — произнесла Син, присаживаясь рядом с Дугальдом и стягивая перчатку с левой руки.

— Могли бы так сразу сделать, — сказал я, разминая руки. Лечение лечением, но неприятный осадочек после дара старухи всё равно остался. — Ах, да чего это я? Ведь тогда всё было бы слишком легко, а следовательно, неинтересно.

— Верно, — кивнула Син, освободив голову Дугальда от шлема и принявшись нежно хлопать его по щекам.

Со стороны могло показаться, что заботливая бабушка пытается привести в чувства парня, но я видел, как с её ладоней срывается эфир и впитывается в странные образования в груди Дугальда.

Странная техника, явно не распространённая, иначе я бы про такую слышал. И пусть мне было чертовски интересно, но излишнего внимания проявлять не стал, дабы госпожа Син не догадалась, что вижу я больше положенного.

Так что, оставив родственничков, направился дальше, гадая, попадутся мне выжившие или нет?

Не попались. Старуха сработала быстро и чисто, налётчики даже толком сделать ничего не успели, умерев на тех же самых местах, откуда атаковали Дугальда.

Я с интересом уставился на два валяющихся сверхтяжелых доспеха, которые прикрывали проход наверх. Внешне они выглядели пускай и потёрто, но абсолютно цело. Интересно, удастся под шумок их утащить или нет?

— Идём дальше, — прорычал Кембелл, проковыляв мимо меня и направляясь к лестнице.

Выглядел парень ужасно. Некогда вполне упитанный, сейчас он походил на скелет, обтянутый кожей. Большой несуразный череп, лишившийся волос, сверкал в красном свете аварийного освещения, а чёрные круги под впалыми глазами делали Кембелла до ужаса похожим на ожившего мертвеца.

И тем не менее он с каждым мгновением двигался всё увереннее, а я, приглядевшись, отметил, как из опухолей в груди Дугальда распространяется чёрный эфир, вливая силы в его тело.

Третий и четвёртый этаж мы втроём проскочили, не останавливаясь и не обращая внимание на валявшиеся повсюду трупы, чтобы не дать прийти в себя оставшимся противникам в себя.

И даже успели, так как стоило только нам ворваться в огромный зал, заполненный многочисленной аппаратурой и обвешанный экранами, как с пола стали подниматься приходящие в себя виновники сегодняшнего торжества.

— Доброго вечера, госпожа Льялл, — произнёс я, успев схватить рванувшего к мачехе Дугальда и отшвырнуть того к стене. — Я так понимаю, вы сегодня вместо патриарха?

Я кивнул в сторону единственного сидящего в кресле среди находящихся в ЦУ Дугласа Кембелла, патриарха рода Кембеллов. Мужчина находился в бессознательном состоянии, но, судя по тому, что он оказался скован металлическими лентами, это было дело не рук госпожи Син.

— Зря ты пришёл, Игорь, — с горечью произнесла Льялл, переводя взгляд с меня на моих спутников и обратно. — Это семейные дела, и тебя быть здесь не должно.

— И именно поэтому сейчас по Нью-Кембеллу бегает полбатальона всякого сброда, типа этого типа? — я указал на стоящего подле женщины мужчину, облачённого в армейский боевой доспех, выкрашенный в грязно-синий цвет имперских космических сил.

— Но-но, господин барон, попрошу без оскорблений, — прокуренным басом произнёс командир налётчиков, откидывая забрало и выпуская клубы дыма. — Мои люди куда честнее и благороднее, чем подобные вам. Думаю, эта ночь лишнее тому подтверждение.

— Не лезь, Мантис, ты своё дело сделал, так что просто заткнись, — оборвала Льялл говорливого бандита. Хотя после его слов я был совершенно уверен, что он точно не обычный пират. — Игорь, у тебя последний шанс уйти. Отзови своих людей, садись в машину и езжай к себе. И дай мне закончить то, ради чего все это затевалось.

Женщина направила руки в сторону стоящей неподвижно, будто статуя, Паучихи. Сжатые кулачки Волчицы вспыхнули зелёным светом, но прежде, чем она атаковала старуху, я успел сделать три вещи.

Во-первых, уже привычным движением отправил в полёт к стене приготовившегося прыгнуть на Льялл Дугальда.

Во-вторых, сделать три выстрела, разбив шлем и прострелив руки уж чересчур спокойно стоящему командиру налётчиков, опрокинув того на пол между столами.

Ну и, в-третьих, прикрыть своей широкой грудью Паучиху, по-прежнему стоящую и с улыбкой глядящую на Льялл. Игроманка хренова, я же знаю, что ей ничего не стоит остановить Волчицу. Впрочем, та успела среагировать и сместить руки, лишь слегка опалив мне шлем зелёным лучом.

— Зачем, Игорь? Зачем ты ей помогаешь? Ты не можешь не видеть, кто она на самом деле! — оскалилась Льялл, тряся руками. Похоже, то, что я завалил её подельника, не сильно женщину смутило.

— Льялл, поверь, я знаю…

— Да мать вашу, как же вы, высокородные, затрахали со своими стенаниями и игрищами, гниды! — неожиданно раздался прокуренный голос мертвеца. И вместе с ним пол зала покрылся россыпью искр, моментально атаковавших меня и Паучиху.

— Перегрузка систем… Экзоскелет отключён… Броня разгерметизирована… — я успел прочитать и осознать только несколько сообщений, прежде чем визор в шлеме погас и пневмомеханизмы брони в принудительном порядке отстрелили его.

Тем временем Мантис, которому как порядочному человеку полагалось лежать мёртвым с простреленной башкой, чрезвычайно шустро для мертвеца рванул в сторону Дугальда.

Кембелл попытался отпрыгнуть в сторону, но отключённая броня подвела владельца, и тот упал на пол, моментально оказавшись погребённым под роем синих искр.

Мантис оказался подле наследника и, достав из ножен огромный нож, которому больше подходило название «тесак», вонзил в грудь наследника.

Я, преодолевая сопротивление отказавших доспехов, поднял пистолет и, прежде чем наёмник нанёс ещё один удар, всадил пол-обоймы в его подставленную спину.

К моему глубокому удивлению, обычная на вид армейская броня выдержала очередные попадания, давая налётчику время сориентироваться и уйти из-под обстрела, скрывшись за одним из многочисленных столов, напичканных электроникой.

Тем временем Льялл, тоже попавшая под атаку «союзника», пришла в себя и решила довершить начатое, направив зелёный луч в Паучиху.

Тонкий луч упёрся в голубой кокон искр, парализовавший Син, и в стороны брызнули огненные капли. Похоже, эти самые искорки были обычными миниатюрными дронами, оборудованными банальными разрядниками и системой маскировки.

Но, прежде чем дар Волчицы пронзил старуху, Льялл охватило чёрное пламя, выпущенное взбешённым Дугальдом.

Погребённый под дронами наследник из последних сил запустил чёрное копьё в сторону мачехи, несмотря на то, что между ними находился так и не пришедший в себя патриарх.

— Не-е-е-е-т! — Льялл, словно баньши из древних сказок, закричала пронзительным голосом, глядя, как плавится, будто сделанный из воска её муж. — Дуглас!!!

Совершенно не обращая внимание на то, что на ней самой разгорается чёрное пламя, Волчица бросилась к мужу.

— Уже поздно, уходим. Она вот-вот освободится, — в паре метров от убитого патриарха неожиданно возник Мантис и, крепко прижав к себе воющую Льялл, бросился к противоположной стене.

Монолитная, сверхпрочная стенка внезапно пошла трещинами и спустя мгновение осыпалась, оставляя после себя лишь огромную зияющую дыру, в которую тут же ворвался ночной прохладный воздух.

— Чао, мучачос. Можете даже писать мне письма «до востребования»! — сумел я расслышать последние издевательские слова, прежде чем наёмник, продолжая сжимать бьющуюся в истерике женщину, прыгнул вниз.

— Адрес хоть оставь! — крикнул я вдогонку, наконец, поборов сопротивление доспеха и выбравшись из него наружу.

Синие искры дронов уже окончательно потухли, исчерпав заряд своих батарей, и в помещении вновь восстановилось нормальное освещение.

Подойдя к краю, глянул вниз, убеждаясь, что у подножия башни не стало на два трупа больше. И действительно не стало.

Более того, уверен, что у этого Мантиса был подготовлен не один путь отступления, и вряд ли его удастся так просто поймать, но попытаться стоит.

— Уверена, что мы ещё с ними встретимся, — подошла ко мне Син, даже не подумав первым делом проверить, как дела у спасшего её внука. — Льялл, конечно, удивила, не думала, что она решится, но этот Мантис…

— Ясно всё с вами, госпожа Син, — протянул я, чуя что весёлому наёмнику жизнь предстоит невесёлая, раз он умудрился заинтересовать Паучиху.

— Командир, поднимаемся к вам. Налётчиков у входа выбили, если кто и остался, то только те, кто забился в нору, — вышел по короткой волне на меня один из сержантов.

Похоже, с убытием главаря весь запал захватчиков угас, и они начали сдаваться. Хотя, судя по докладам, «пауки» пленников не брали, так что в живых оставались лишь те счастливчики, что попадались на глаза моим парням.

— Донжон зачищен, — спустя пять минут после первого сообщения, доложил вошедший в зал управления штурмовик. Следом за ним поднималась сборная солянка из людей Син и пленников.

Экспресс-допрос показал, что из последних никто не имел ни малейшего представления о планах главаря. Даже его непосредственный помощник, которого пришлось выковыривать из покорёженного доспеха, лишь разводил руками да проклинал слинявшего Мантиса.

Так что либо последний работал в одиночку, либо ядро наёмников свалило в закат вместе с командиром. И в том же самом направлении, что и Льялл со своими отпрысками.

Информации о нахождении в убежищах сестёр Кембеллов и их брата не было, так что смею предположить, что они вместе с матерью сейчас отсиживаются в какой-нибудь норе или мчатся на всех парах к условленному месту встречи с заказчиком.

Жаль, конечно, что Мантис сумел уйти, так что доказательств о вмешательстве третьей стороны нам не предоставить. Так ещё и этот кретин Дугальд собственного папашу пришил, пускай даже и спасая жизнь своей бабули.

Я взглянул на сидящую на полу в позе лотоса Син. Она уже минут десять водила руками над внуком, вливая эфир из своего, казалось, бездонного ядра. Имей я такой запас энергии, мог бы за раз под сотню больных на ноги ставить.

— Командир, вам нужно на это взглянуть! — окликнул меня один из штурмовиков, указывая на пролом в стене. Оттуда лился странный фиолетово-алый свет, причём интенсивность его возрастала с каждой секундой.

Подойдя к краю, я выглянул наружу и обомлел. Всё небо, совсем недавно будто чернильное, сейчас пылало фиолетовым с алыми прожилками.

— Орбитал? — спросил я бойца, крутящего ручки и нажимающего различные кнопки у чудом уцелевшего пульта связи.

— Глухо. И спутников нет. Да даже шумов неслышно, как будто там, — штурмовик поднял палец вверх, — вообще никого нет.

(Конец тому, следующий тут https://author.today/work/312618 )

Наградите автора лайком и донатом: https://author.today/work/306020

Content

Экспансия: Основание. Том 2

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22