Главномъ Штабѣ Военно-Историческая Коммисiя при

Дѣйствiя съ 9 по 31 iюля 1877 г.

ОГЛАВЛЕНIЕ

ГЛАВА I

Общее положенiе дѣлъ между первымъ и вторымъ сраженiемъ у Плевны… 1

Мѣропрiятiя съ русской стороны для подготовки перехода за Балканы и усиленiя главной русской армiи; вызовъ войскъ изъ Россiи, переговоры о содѣйствiи Сербiи и Румынiи, участiе войскъ послѣдней. — Положенiе русской главной армiи ко времени неудачи при Плевнѣ 8 iюля. — Мѣры для усиленiя войскъ генерала Криденера. — Общiя распоряженiя по всѣмъ тремъ фронтамъ. — Положенiе дѣлъ у турокъ: перемѣны въ личномъ командномъ составѣ. — Силы и намѣренiя турокъ. — Влiянiе болгаро-мусульманской междоусобицы на русскiя военныя дѣйствiя.

ГЛАВА II

Дѣйствiя за Балканами съ 7 по 18 iюля… 39

Сношенiя начальника Передового отряда главныхъ силъ русской армiи съ Великимъ Княземъ Главнокомандующимъ. — Положенiе дѣлъ у турокъ. — Набѣгъ конницы Передового отряда на турецкiе рельсовые пути 12 iюля. — Новыя предположенiя начальника Передового отряда; наступленiе его на Ени-Загру 17 iюля. — Положенiе дѣлъ у турокъ, наступленiе ихъ на Эски-Загру 17 iюля. — Столкновенiе между русской колонной герцога Николая Максимилiановича Лейхтенбергскаго и турецкой колонной Реуфа-паши 17 iюля. — Общее положенiе дѣлъ къ ночи съ 17 на 18 iюля. — Дѣйствiя русской конницы колонны герцога Николая Максимилiановича Лейхтенбергскаго противъ Реуфа-паши въ теченiе 18 iюля. — Сраженiе у Ени-Загры 18 iюля. — Потери.

ГЛАВА III

Дѣйствiя за Балканами въ теченiе 19 iюля… 92

Положенiе обѣихъ сторонъ въ ночь съ 18 на 19 iюля. — Реуфъ-паша у Джуранли. — Наступленiе на него генералъ-адъютанта Гурко. — Сраженiе у Джуранли 19 iюля. — Отступленiе войскъ Реуфа-паши. — Наступленiе генералъ-адъютанта Гурко къ Эски-Загрѣ; сборъ его войскъ къ Долбока. — Положенiе дѣлъ у Эски-Загры и распоряженiя герцога Николая Лейхтенбергскаго передъ сраженiемъ 19 iюля. — Распоряженiя Сулеймана-паши. — Сраженiе при Эски-Загрѣ 19 iюля. — Отступленiе защитниковъ Эски-Загры за рѣку Тунджу.

ГЛАВА IV

Дѣйствiя Рущукскаго и Османъ-Базарскаго отрядовъ противъ четыреугольника турецкихъ крѣпостей съ 9 по 20 iюля… 127

Общiй очеркъ дѣйствiй Рущукскаго и Османъ-Базарскаго отрядовъ. — Театръ военныхъ дѣйствiй этихъ отрядовъ. — Наступленiе XII корпуса къ р. Лому. — Дѣло у Кады-кiой. — Передвиженiя, вызванныя предполагемой блокадой Рущука. — Дѣло у д. Писанецъ 11 iюля. — Передвиженiя Рущукскаго отряда согласно указанiй Главнокомандующаго отъ 12 и 14 iюля. — Движенiе части XIII корпуса къ югу. — Сраженiе у д. Езерче. — Расположенiе частей Рущукскаго отряда къ 20 iюля. — Расположенiе Османъ-Базарскаго отряда съ 9 по 13 iюля. — Дѣло у д. Енджи-кiой. — Передвиженiя, вызванныя неудачей подъ Плевной. — Расположенiе отряда 20 iюля.

ГЛАВА V.

Событiя на Западномъ фронтѣ отъ 8 по 18 iюля… 219

Расположенiе войскъ генерала Шильдеръ-Шульднера послѣ боя 8 iюля. — Сосредоточенiе IX корпуса въ Бресленицѣ и Болгарени. — Движенiе подкрѣпленiй отъ XI и IV корпусовъ съ 10 по 14 iюля. — Совѣщанiе 14 iюля. — Окончательное сосредоточенiе войскъ въ ожиданiи боя. — Развѣдка Плевненскихъ позицiй съ 12 по 17 iюля. — Дѣйствiя турокъ съ 8 по 17 iюля. — Дѣйствiя отряда Свиты Е. В. генералъ-маiора Скобелева 2-го съ 10 по 17 iюля. Совѣщанiе 17 iюля.

ГЛАВА VI

Второе сраженiе подъ Плевной… 242

Очеркъ ближайшей сраженiю стратегической обстановки. — Описанiе поля сраженiя. — Расположенiе турокъ на позицiяхъ 18 iюля. — Расположенiе русскихъ войскъ въ ночь на то же число. — Диспозицiя для атаки, отданная барономъ Криденеромъ. — Схематическое описанiе сраженiя. — Подготовительный перiодъ сраженiя. — Рѣшительное наступленiе русскихъ войскъ до 4½ часовъ пополудни. — Бой съ 4½ часовъ пополудни до 10 часовъ вечера. — Отступленiе русскихъ войскъ 18 и 19 iюля. — Потери сторонъ.

ПРИЛОЖЕНIЯ

1. Свѣдѣнiе о болгарскомъ ополченiи… 334

2. Росписанiе войскъ, подчиненныхъ г.-л. барону Криденеру ко дню сраженiя подъ Плевной 18 iюля… 337

3. Свѣдѣнiе о потеряхъ, понесенныхъ частями главныхъ силъ русской армiи въ дѣлахъ съ турками въ перiодъ времени съ 9 по 19 iюля 1877 г. включительно… 340

4. Списокъ генераламъ, штабъ и оберъ-офицерамъ частей главныхъ силъ русской армiи, убитымъ, раненымъ и контуженнымъ въ дѣлахъ съ турками въ перiодъ времени съ 9 по 19 iюля 1877 г. включительно… 343

ГЛАВА I

Общее положенiе дѣлъ между первымъ и вторымъ сраженiемъ у Плевны

Мѣропрiятiя съ русской стороны для подготовки перехода за Балканы и усиленiя главной русской армiи; вызовъ войскъ изъ Россiи, переговоры о содѣйствiи Сербiи и Румынiи, участiе войскъ послѣдней. — Положенiе русской армiи ко времени неудачи при Плевнѣ 8 iюля. — Мѣры для усиленiя войскъ генерала барона Криденера. — Общiя распоряженiя по всѣмъ тремъ фронтамъ. — Положенiе дѣлъ у турокъ: перемѣны въ личномъ командномъ составѣ. — Силы и намѣренiя турокъ. — Влiянiе болгаро-мусульманской междоусобицы на русскiя военныя дѣйствiя.

(Атласъ, вып. II, №№ 1, 2 и 3)

зъ сказаннаго во второмъ томѣ вилно, что главныя силы русской армiи, по мѣрѣ ихъ перехода черезъ Дунай, вынуждены были, прикрывая свою единственную переправу Зимница — Систово, раздѣлиться на двѣ главныя группы, а именно: восточную, направленную противъ четыреугольника турецкихъ крѣпостей, и западную — фронтомъ на Никополь — Плевну.

Въ то же время Передовому отряду армiи, подъ начальствомъ генерала Гурко, указана была особая цѣль — захватъ ближайшихъ проходовъ черезъ Балканы. Отрядъ этотъ, двигаясь быстро впередъ, скоро вышелъ изъ раiона, оберегаемаго двумя помянутыми боевыми группами.

Такимъ образомъ, явились три фронта дѣйствiй, въ родѣ трехъ частныхъ театровъ войны. Событiя развивались на каждомъ изъ нихъ вполнѣ независимо и самостоятельно, что допускаетъ описанiе ихъ по каждому фронту отдѣльно. Такъ было до Плевненской неудачи 8 iюля.

Влiянiе Плевненской неудачи сразу отразилось на всѣхъ фронтахъ дѣйствiй главныхъ силъ русской армiи. Съ тѣхъ поръ какъ распоряженiя Полевого Штаба, такъ и ближайшее по нимъ исполненiе войсками не могутъ быть уже разсматриваемы отдѣльно по каждому изъ трехъ фронтовъ съ тѣмъ же, что и прежде, удобствомъ.

Итакъ, независимо взгляда на общее положенiе дѣлъ послѣ 8 iюля, частному описанiю послѣдовавшихъ за тѣмъ событiй по каждому изъ трехъ фронтовъ придется предпослать общiй очеркъ, касаясь преимущественно высшаго начальствованiя обѣими противными армiями. Очеркъ этотъ долженъ, конечно, забѣжать впередъ противъ частнаго описанiя событiй, которое будетъ изложено въ послѣдующихъ главахъ.

Основной мыслью плана дѣйствiй русской армiи на Балканскомъ полуостровѣ было, какъ въ своемъ мѣстѣ изложено, возможно быстрое, безъ потери времени, наступленiе по пути къ столицѣ противника. Великiй Князь Главнокомандующiй русской армiей уже въ концѣ iюня возымѣлъ намѣренiе, выждавъ прибытiя XI корпуса къ Тырнову, двинуться за Балканы съ VIII корпусомъ вслѣдъ за Передовымъ отрядомъ генерала Гурко. Исполненiе такового намѣренiя во всякомъ случаѣ требовало времени, такъ какъ послѣднiй эшелонъ XI корпуса долженъ былъ перейти Дунай только 2 iюля, откуда до Тырнова оставалось еще пять переходовъ. Притомъ, какъ было уже упомянуто, вслѣдствiе замѣчанiй Императора Александра, рѣшено было, прежде всякихъ дальнѣйшихъ действiй за Балканами, выждать прибытiя не только XI, но и IV корпуса, который могъ собраться на правомъ берегу Дуная только въ половинѣ iюля.

Такимъ образмъ, оставалось еще время для окончательной подготовки предполагаемаго похода за Балканы. Подготовка состояла въ техническомъ улушенiи Дунайской переправы у Систова, въ обезпеченiи ее отъ покушенiй турокъ, устройства отъ нея дальнейшей коммуникацiонной линiи въ Болгарiи, въ разработкѣ Балканскихъ проходовъ и, наконецъ, самое важное, въ соотвѣтственномъ увеличенiи главныхъ силъ русской армiи въ Болгарiи въ уровенъ ея крупной стратегической задачѣ, то есть наступленiя за Балканы такъ далеко, сколько потребуется, совершая полный обходъ обширнаго раiона четыреугольника турецкихъ крѣпостей.

Переправа у Зимницы — Систово первоначально состояла изъ двухъ мостовъ (на двухъ рукавахъ Дуная), образующихъ вмѣстѣ одинъ лишь путь для переправы; но такъ какъ одинъ путь никакъ не могъ удовлетворить требованiямъ громаднаго движенiя въ обѣ стороны, то приступлено было къ устройству тамъ же, между Зимницей и Систово, другой переправы, на трехъ мостахъ (черезъ три рукава Дуная), которые, впрочемъ, по причинѣ разныхъ техническихъ затрудненiй окончены были только къ 28 iюля. Съ тѣхъ поръ сообщенiе поддерживалось по двумъ переправамъ; до того же оно совершалось только по одной, вдобавокъ прерываемой по временамъ различными случайностями. Понятно, насколько одно это послѣднее обстоятельство, независимо другихъ, влiяло на медленное сравнительно приращенiе русскихъ силъ на главномъ театрѣ военныхъ дѣйствiй въ Болгарiи.

Этапная линiя отъ Дунайской переправы до Тырнова устроена была на основанiи распоряженiй Полевого Штаба отъ 2 iюля. Этапные пункты приказано было устроить: первые два — непосредственно близъ переправы, на лѣвомъ берегу Дуная — въ Зимницѣ и на правомъ — въ Систовѣ, далѣе: въ Царевицѣ (верстъ 5 отъ Систова), Павелѣ, Иванчѣ, Полекраиште и, наконецъ, въ Тырновѣ. На каждый этапъ выставить не менѣе какъ по одной ротѣ пѣхоты и по взводу казаковъ.

Для занятiя этой этапной линiи приказано было назначить семь резервныхъ баталiоновъ изъ восьми, которые до того времени разставлены были вдоль румынской желѣзной дороги, отъ Кишинева до станцiи Баняса и оттуда по грунтовой дорогѣ до Систова. Въ виду полной безопасности румынской территорiи, рѣшено было вмѣсто указанныхъ баталiоновъ оставить лишь небольшiя команды. Послѣднiй изъ восьми баталiоновъ назначенъ былъ для этапныхъ пунктовъ XIV корпуса въ Добруджѣ.

На линiи Зимница — Систово открытъ былъ къ тому времени военно-временной госпиталь, а именно: два отдѣленiя въ Зимницѣ, одно въ Систовѣ, а послѣ еще открыто по одному въ Павелѣ и Тырновѣ.

Работы по улучшенiю путей черезъ Балканскiя проходы начались тотчасъ послѣ ихъ захвата. Дорога черезъ Хаинкiойскiй перевалъ была первоначально, по мѣрѣ возможности, улучшена средствами генерала Гурко. Извѣстiе о захватѣ южнаго выхода изъ этого перевала достигло Полевого Штаба 3 iюля и на слѣдующiй день отдано было приказанiе единственной, пока, при VIII корпусѣ ротѣ 5-го сапернаго батаiона выступить 4 iюля изъ Тырнова на Хаинкiойскiй перевалъ для разработки дороги. Ротному командиру отпущены были деньги для найма рабочихъ изъ болгаръ[1].

Къ 8 iюля прибылъ въ Тырново 2-й инженерный паркъ съ четырьмя тысячами штукъ разнаго шанцеваго инструмента и семьюдесятью пудами динамита, а равно прибыла и команда инструкторовъ отъ 7-го сапернаго баталiона (изъ Рущукскаго отряда) для руководства саперными работами въ горныхъ проходахъ. Завѣдыванiе всѣми работами по устройству путей черезъ перевалы возложено было на состоявшаго въ распоряженiи Главнокомандующаго инженеръ-генералъ-лейтенанта Кренке.

Намѣренiя и распоряженiя русскаго начальства до сраженiя подъ Плевной 8 iюля клонились вообще къ возможно скорому использованiю одержанныхъ успѣховъ, съ тѣмъ, чтобы перенести дѣйствiя за Балканы. Съ паденiемъ Никополя 4 iюля дѣло, казалось, подвинулось значительно впередъ и Великiй Князь Главнокомандующiй, какъ сказано было, считалъ, что онъ на западномъ фронтѣ окончательно развязался съ турками. Но, готовясь перенести войну за Балканы, необходимо было имѣть въ распоряженiи соотвѣтственные силы.

Хотя турецкая армiя въ Болгарiи была замѣтно слабѣе противостоявшей ей русской, тѣмъ не менѣе крупная стратегическая задача, поставленная послѣдней, требовала соразмѣрнаго превосходства силъ. Задача эта состояла въ полномъ съ трехъ сторонъ обходѣ четыреугольника турецкихъ крѣпостей, обнимавшаго обширный раiонъ между Дунаемъ и Чернымъ моремъ по длинѣ 120 верстъ, въ коемъ укрывалась еще нетронутая главная армiя турокъ. Для облегченiя этой задачи предполагалось, правда, взять Рущукъ, но операцiя эта отнюдь не должна была задерживать наступленiе за Балканы. Великiй Князь Главнокомандующiй, излагая, какъ сказано было, свои предположенiя въ письмѣ Императору Александру отъ 4 марта, думалъ со своей "Дѣйствующей" армiей двигаться отъ Дуная безостановочно за Балканы, предполагая, что подкрѣпленiя, долженствующiя прибыть къ тому времени, будутъ употреблены для обезпеченiя фланговъ, обложенiя и осады крѣпостей и, вообще, для второстепенныхъ цѣлей.

Хотя съ началомъ войны въ составъ дѣйствующей армiи, числившей первоначально только четыре корпуса, включены были еще три, но за то значительная часть войскъ употреблена была для второстепенныхъ цѣлей, то есть для прикрытiя сообщенiй, такъ что вскорѣ выяснилась необходимость увеличенiя главныхъ силъ русской армiи за Дунаемъ.

Увеличенiе главныхъ силъ русской армiи за Дунаемъ могло состояться присоединенiемъ нѣкоторыхъ частей съ лѣваго берега Дуная, исполнявшихъ тамъ цѣли второстепенныя; далѣе, вызовомъ новыхъ частей изъ Россiи, и, наконецъ, участiемъ союзниковъ — румынъ и сербовъ. На дѣлѣ прибѣгли ко всѣмъ этимъ тремъ источникамъ.

Первый изъ этихъ источниковъ могъ дать лишь немного, а именно: 8 iюля рѣшено было присоединить къ главнымъ силамъ армiи отрядъ генералъ-маiора Александрова, командира 1-й бригады 16-й пѣхотной дивизiи, отъ IV корпуса, въ составѣ: 61-го пѣхотнаго Владимiрскаго полка, 1-й батареи 16-й артиллерiйской бригады и 4-го Донского казачьяго полка. Войска эти должны были присоединиться къ IV корпусу. Отрядъ этотъ находился до того на Нижнемъ Дунаѣ, на лѣвомъ его берегу, и состоялъ въ распоряженiи начальника Нижне-Дунайскаго отряда генерала Циммермана. Присоединенiе отряда къ своему корпусу замедлилось необходимостью замѣнить его другими войсками изъ Одесскаго военнаго округа, такъ что переправа отряда черезъ Дунай состоялась не скоро, а именно: пѣхоты и артиллерiи — 16 и 17 августа, а казачiй полкъ перешелъ на правый берегъ Дуная только 5 сентября.

Въ этотъ самый день, 8 iюля, въ который рѣшено было притянуть къ главнымъ силамъ помянутыя части IV корпуса, Императоръ Александръ повелѣлъ двинуть на усиленiе дѣйствующей армiи 2-ю и 3-ю пѣхотные дивизiи, 3-ю стрѣлковую бригаду и 2-ю Донскую казачью дивизiю. Части эти, уже мобилизованныя, находились въ Кiевскомъ военномъ округѣ.

Ожидаемое приращенiе главныхъ силъ русской армiи за Дунаемъ выражалось цифрой: 31 баталiонъ, 30 сотенъ, 104 пѣшихъ и 12 конныхъ орудiй. Впрочемъ, прибытiе подкрѣпленiй изъ Кiевскаго округа ожидалось только въ половинѣ августа. Оставались союзники — румыны и сербы.

Румынская армiя, въ составѣ двухъ корпусовъ, стояла вполнѣ готовая на лѣвомъ берегу Дуная и уже принимала участiе въ военныхъ дѣйствiяхъ; сербскiя же войска приходилось еще приводить въ порядокъ и реорганизовывать.

Сербская армiя была совершенно разстроена и деморализована пораженiями, испытанными въ предыдущемъ году въ войнѣ съ турками. По этой причинѣ и во избѣжанiе политическихъ осложненiй Императоръ Александръ еще въ декабрѣ 1876 года отказался отъ всякаго содѣйствiя Сербiи. Однако, впослѣдствiи сербы ободрились. Тогда Императоръ, уступая просьбамъ сербскаго князя Милана, положенiе котораго въ виду настроенiя его подданныхъ становилось труднымъ, согласился, чтобы Сербiя приняла участiе въ войнѣ противъ турокъ[2].

Въ началѣ iюня, во время прiѣзда князя Милана въ Плоэшти, одобрена была Императоромъ записка, указывавшая въ общихъ чертахъ тѣ задачи, которыя могли бы быть исполнены сербскими войсками въ пользу и въ связи съ дѣйствiями русской армiи.

Въ означенной запискѣ говорилось, что въ предвидѣнiи близкаго участiя Сербiи въ войнѣ необходимо выяснить: гдѣ именно должны дѣйствовать сербскiя войска и какую цѣль имъ поставить. Далѣе, въ самыхъ только общихъ выраженiяхъ, указывалось, что полезно было бы сербамъ пересѣчь путь, ведущiй изъ Босне-Герцеговинскаго театра войны (на которомъ находились въ то время еще значительныя силы турокъ) въ Болгарскiй театръ, или путь Нишъ — Софiя. Наконецъ, указывалось еще третье, болѣе восточное направленiе — занятiе Бѣлградчика (40 верстъ къ югу отъ занятой турками крѣпости Виддина и 22 версты отъ Дуная), чтобы "нейтрализовать всякiя наступательныя покушенiя" гарнизона этой крѣпости. Указывалось въ запискѣ, что послѣдняя задача самая легкая, какъ по причинѣ близости Бѣлградчика къ сербской границѣ, такъ и по возможности дѣйствовать "въ связи съ армiей румынской, которая занимаетъ Калафатъ съ цѣлью обложенiя и бомбардированiя Виддина".

"Однако, принимая во вниманiе, что операцiя на двухъ отдѣльныхъ театрахъ войны потребовала бы силъ относительно гораздо болѣе крупныхъ, числа офицеровъ двойного, двухъ различныхъ основанiй (bases) и, наконецъ, вообще — гораздо болѣе сложной организацiи армiи, кромѣ того, имѣя въ виду, что только сербское правительство само компетентно опредѣлить свои боевыя средства, — предоставляется Его Величеству Князю Милану избрать окончательно одинъ изъ плановъ кампанiи, выше, вкратцѣ, изложенныхъ".

Впрочемъ, дѣло вооруженiя сербовъ подвигалось туго, главнымъ образомъ изъ за недостатка денегъ. Князь Миланъ въ началѣ iюля командировалъ къ Великому Князю Главнокомандующему полковника Катарджи, который изложилъ состоянiе сербской армiи, подтвердилъ выраженную въ письмѣ князя Милана готовность Сербскаго княжества предпринять наступательныя дѣйствiя противъ Турцiи, какъ только оно будетъ имѣть къ тому матерiальныя средства. По этому поводу Великiй Князь писалъ, между прочимъ, Императору Александру 13 iюля:

"Имѣя въ виду значительное содѣйствiе, которое могло бы принести въ настоящую минуту нашимъ войскамъ движенiе сербовъ въ предѣлы Турцiи, я считалъ бы весьма желательнымъ оказать имъ въ возможно скоромъ времени пособiе для безотлагательнаго вступленiя въ дѣйствiе".

Въ заключенiе Великiй Князь ходатайствовалъ, чтобы "повелѣно было, согласно условленному въ Плоэшти, сдѣлать немедленное распоряженiе о выдачѣ сербскому правительству одного миллiона серебряныхъ рублей, въ видѣ аванса отъ имени Главной Квартиры дѣйствующей армiи, на военныя потребности".

Это ходатайство Главнокомандущаго было уважено. Деньги, въ количествѣ одного миллiона золотой монетой, посланы были изъ Полевого Штаба 7 августа.

Изъ дальнѣйшаго описанiя войны видно будетъ, что сербы приняли участiе въ военныхъ дѣйствяхъ противъ турокъ только въ началѣ декабря. Изъ всего сказаннаго явствуетъ, что на ближайшую, немедленную поддержку русскихъ главныхъ силъ за Дунаемъ можно было разсчитывать развѣ только со стороны румынъ.

Румынская армiя ко дню 8 iюля, во время перваго сраженiя подъ Плевной, все еще стояла на лѣвомъ берегу Дуная. Въ своемъ мѣстѣ указаны причины, по коимъ Великiй Князь Главнокомандующiй желалъ скорѣйшаго полнаго присоединенiя румынской армiи къ его операцiямъ, между тѣмъ, какъ русская дипломатiя относилась къ вопросу о заключенiи формальнаго союза гораздо сдержаннѣе. Впрочемъ, изъ предыдущаго изложенiя видно, что румынская армiя одной лишь силой обстоятельствъ сдѣлалась фактически союзницей русской армiи. Въ первое время послѣ объявленiя войны было вполнѣ достаточно участiя румынъ въ видѣ защиты собственной ихъ территорiи[3], но съ перенесенiемъ операцiй русской армiи за Дунай измѣнилась вся обстановка, въ особенности послѣ взятiя Никополя и ухода Османа-паши изъ Виддина.

Между тѣмъ, было ясно, что Румынiя, какъ по соображенiямъ политическимъ, государственнымъ, такъ и въ интересахъ армiи и юной владѣтельной династiи, уже не можетъ ограничиться одной лишь пассивной обороной своей территорiи и что ей придется, такъ или иначе, принять дѣятельное участiе въ наступательныхъ операцiяхъ русской армiи.

Всн это сознавалось румынскимъ правительствомъ и предвидѣно было имъ заранѣе. На основанiи этого и велись переговоры, впрочемъ, долго безуспѣшные. Еще въ срединѣ мая на предложенiя румынскаго дипломатическаго агента въ Петербургѣ генерала князя Гики, относительно участiя румынскихъ войскъ въ дѣйствiяхъ за Дунаемъ, послѣдовалъ отвѣтъ Петербургскаго кабинета, въ которомъ значилось между прочимъ:

…"Его Величество Императоръ не приглашаетъ Румынiю дѣйствовать совмѣстно за Дунаемъ; но если румынское правительство желаетъ предпринять подобное дѣйствiе на собственный счетъ и страхъ, то дѣйствiе это могло имѣть мѣсто не иначе, какъ при соблюденiи безусловнаго единства командованiя въ рукахъ Главнокомандующаго Императорской армiей…

"Однако во время послѣдующихъ переговоровъ относительно плана дѣйствiй обѣихъ армiй румынскiя военныя власти высказали стремленiе дѣйствовать отдѣльно на особомъ театрѣ войны…

"Хотя весьма вѣскiя стратегическiя соображенiя достаточно доказали невыгоды и даже, въ извѣстныхъ обстоятельствахъ, опасности плана, предложеннаго румынами, тѣмъ не менѣе необходимо еще ясно установить и политическую невозможность отдѣльнаго дѣйствiя румынскихъ войскъ"…

Послѣ изложенiя доказательствъ упомянуто объ "общности цѣлей и традицiонныхъ симпатiяхъ, соединяющихъ Россiю съ Румынiей", указывалось на тогдашнюю "славную оборонительную дѣятельность румынскихъ силъ", а также, что "многочисленные знаки довѣрiя и доброжелательства со стороны Россiи въ прошедшемъ, даже ближайшемъ, которые раскрываютъ (révèlent) размѣръ матерiальныхъ и политическихъ выгод, которыя Румынiя можетъ прiобрѣсти подъ влiянiемъ такихъ отношенiй".

Наконецъ, въ заключенiе сказано:

"Въ виду рѣшительныхъ, въ скоромъ времени, операцiй на Дунаѣ, будетъ во всѣхъ отношенiяхъ крайне необходимо, чтобы румынское правительство, не мѣшкая, заявило опредѣленно и формально свои намѣренiя относительно участiя дѣйствующихъ княжескихъ силъ въ будущемъ теченiи войны, которое не можетъ быть инымъ, какъ только или воздержанiе отъ всякихъ наступательныхъ дѣйствiй, или совмѣстное дѣйствiе подъ высшимъ начальствомъ русскаго главнокомандующаго".

Однако, ни эта нота, ни послѣдующiя личныя сношенiя въ бытность въ Плоэшти Императора Александра и русскаго государственнаго канцлера князя Горчакова не привели къ формальному соглашенiю.

Между тѣмъ, князь Карлъ, какъ равно и его министры Братiано и Когольничано одинаково сознавали необходимость перенести дѣйствiя румынъ за Дунай. Во время совѣщанiя ихъ 1 iюля они согласились, что необходимо приступить къ заготовкѣ мостового матерiала для переправы черезъ Дунай, причемъ, однако, оба министра указывали на необходимость "матерiальной помощи со стороны Россiи".

Однако, дѣло формальнаго соглашенiя не подвинулось; а потому румыны, какъ сказано въ своемъ мѣстѣ, уклонились отъ предложенiя генерала Криденера занять Никополь и принять взятыхъ тамъ въ плѣнъ турокъ для дальнѣйшаго ихъ препровожденiя.

На этомъ остановилось дѣло до перваго сраженiя при Плевнѣ.

Извѣстiе о Плевненской неудачѣ дошло до Императорской Главной Квартирѣ въ Бѣлѣ на другой денъ послѣ сраженiя. Императоръ Александръ тогда же имѣлъ объясненiе съ румынскимъ дипломатическим агентомъ княземъ Гикой, на основанiи коего послѣднiй телеграфировалъ князю Карлу:

"Императоръ поручилъ мнѣ передать Вашему Высочеству, что онъ огорченъ и сожалѣетъ, видя, что предложенное румынамъ занятiе Никополя встрѣтило неожиданные трудности и проволочки, вредно отзывающiяся на комбинацiяхъ Великаго Князя. Генералъ Криденеръ задержанъ на мѣстѣ необходимостью охранять городъ и стеречь плѣнныхъ; онъ не можетъ даже помочь направленному въ Плевну генералу Шильдеръ-Шульднеру, которому тамъ угрожаютъ 18.000 турокъ, пришедшихъ изъ Виддина. Императоръ не сомнѣвается въ томъ, что Ваше Высочество, узнавъ объ этомъ, устраните затрудненiя, препятствующiя занятiю Никополя. Занятiе это предложено какъ прямое послѣдствiе словесно условленнаго между Вашемъ Высочествомъ и Великимъ Княземъ, во время пребыванiя Императора въ Букарестѣ. Завтра ѣду въ главную квартиру Вашего Высочества, чтобы поближе познакомить Васъ съ положенiемъ дѣлъ".

Вслѣдствiе этой телеграммы князь Карлъ 12 iюля приказалъ перевести въ Никополь часть 4-й румынской дивизiи генерала Ману, а 13 числа, по прибытiи князя Гики, приказано было всей этой дивизiи изготовиться на всякiй случай къ походу.

Для занятiя Никополя назначенъ былъ отрядъ подъ начальствомъ полковника Розновану, состоявшiй изъ полковъ: пѣхотныхъ — 5-го линейнаго и 14-го доробанцевъ и кавалерiйскихъ — 3-го и 8-го каларашей. Полки эти готовы были къ выступленiю уже 12 числа, но не доставало средствъ для переправы прямо къ Никополю, во избѣжанiе кружнаго движенiя черезъ мосты у Зимницы — Систово. Наконецъ, къ 17 iюля собраны были необходимыя для переправы средства и въ тотъ же день началась перевозка румынъ въ Никополь. Состоялось это наканунѣ второго сраженiя подъ Плевной.

Итакъ, послѣ Плевненской неудачи 8 iюля Главнокомандующiй русской армiей вынужденъ былъ въ ближайшее время разсчитывать единственно на наличныя въ то время свои средства какъ для парированiя неожиданнаго наступленiя турокъ изъ Виддина на Плевну, такъ и другихъ возможныхъ попытокъ ихъ, въ особенности изъ четыреугольника крѣпостей. Объектомъ покушенiй турокъ могли служить самая переправа у Зимницы — Систово, сообщенiя ея съ частями русской армiи, въ особенности находившимися на Балканскихъ перевалахъ и за Балканами, наконецъ, — и самые эти перевалы.

Предвидѣнныя трудности увеличивались еще тѣмъ обстоятельствомъ, что ожидалось значительное приращенiе наличныхъ въ Болгарiи турецкихъ силъ боевой армiей Сулеймана-паши, дравшейся до того въ Черногорiи.

Извѣстiя о вызовѣ Сулеймана-паши на Болгарскiй театръ войны дошли до Полевого Штаба еще 2 iюля. Сила его армiи опредѣлялась въ сорокъ таборовъ. Сулейману приказано, по одному источнику свѣдѣнiй, "идти изъ Албанiи къ Адрiанополю", а по другому — войска его должны были быть "перевезены моремъ въ Варну". Послѣднее считалось въ полевомъ Штабѣ болѣе вѣроятнымъ. По соображенiямъ, тамъ составленнымъ, силы Сулеймана опредѣлялись въ 30 тысячъ человѣкъ; высадка перваго эшелона въ Варнѣ ожидалась въ половинѣ iюля. Съ прибытiемъ всѣхъ войскъ Сулеймана разсчитывали, что "въ пространствѣ между Нишемъ, Софiей, Ямболемъ, Бургасом, берегомъ Чернаго моря, Дунаемъ и границей Сербiи турки будутъ имѣть до 230 тысячъ человѣкъ". Наконецъ, 8 iюля получено извѣстiе, что "турецкiя войска Сулеймана-паши, отправляемыя моремъ изъ Антивари, высаживаются въ устье Марицы у Эносъ и направляются къ Адрiанополю". Дѣйствительно, Сулейманъ 9 iюля прибылъ уже съ 2–3 баталiонами въ Адрiанополь; а 10 числа занялъ желѣзнодорожную станцiю Карабунаръ — исходную точку дальнѣйшихъ своихъ операцiй.

Главнокомандующiй русской армiей успѣлъ ко времени неудачи подъ Плевной 8 iюля перевести за Дунай черезъ единственную переправу у Зминицы — Систово, сверхъ пѣхоты Передового отряда генерала Гурко, еще пять армейскихъ корпусовъ безъ одной бригады пѣхоты и одной бригады кавалерiи, вошедшихъ въ составъ Журжево-Ольтеницкаго отряда, оставленнаго на лѣвомъ берегу Дуная для прикрытiя сообщенiй. Послѣднiй, IV, корпусъ только что успѣлъ подойти къ Дунайской переправѣ главнымъ эшелономъ.

Въ ожиданiи IV корпуса и впредь до открытiя наступленiя за Балканы русскiя войска, повернувшись на три фронта, занимали въ общемъ расположенiе (считая по прямой линiи) сто верстъ въ ширину — отъ Никополя и Бреслянице до низовьевъ рѣки Кара-Лома, и немного больше въ глубину — отъ Дуная (Систово) до Казанлыка за Балканами.

Въ срединѣ этого пространства, въ Тырновѣ, находился Главнокомандующiй со своимъ штабомъ, а сѣвернѣе его въ 40 верстахъ, въ Бѣлѣ, какъ разъ 8 iюля расположилась Императорская Главная Квартира. Тырновъ и Бѣла соединены были телеграфомъ.

Общая идея расположенiя главныхъ русскихъ силъ была въ то время, какъ сказано, слѣдующая:

Подъ прикрытiемъ двухъ заслоновъ, одного фронтомъ на западъ, другого — на востокъ, собрать къ Тырнову массу для удара за Балканы, часть коихъ, южнѣе Тырнова, съ проходами у Шипки и Хаинкiой была уже захвачена.

Городъ Тырновъ, столица Болгарiи, прiобрѣталъ въ то время особо важное значенiе въ качествѣ узлового пункта важныхъ путей, отъ него отходящихъ, а именно: на сѣверъ — къ единственной Дунайской переправѣ Зимница — Систово, на югъ — къ Балканскимъ переваламъ (Шипка, Хаинкiой и Твардица), на западъ — къ Ловчѣ (откуда къ сѣверу — къ Плевнѣ и къ югу — къ Троянову проходу) и на востокъ — на Османъ-Базаръ, откуда къ Шипкѣ и вообще къ западному фронту четыреугольника турецкихъ крѣпостей.

Русскiя главныя силы распредѣлены были въ то время слѣдующимъ образомъ:

На западномъ фронтѣ IX корпусъ генерала барона Криденера подъ влiянiемъ неудачи 8 iюля стянулся въ теченiе 9 числа главными силами къ селенiю Бреслянице, верстъ 15 отъ Плевны, по пути въ Никополь, продолжая занимать послѣднiй (впредь до ожидаемой смѣны румынами). На переправѣ черезъ рѣку Осму, у Болгарени, находился особый отрядъ, прикрывавшiй Систовскую переправу со стороны Плевны. Одинъ изъ полковъ корпуса (124-й пѣхотный Воронежскiй отъ 31-й дивизiи) все еще находился на переправѣ Зимница — Систово.

На восточномъ фронтѣ, противъ четыреугольника турецкихъ крѣпостей, главнымъ образомъ противъ Рущука, стоялъ отрядъ Наслѣдника Цесаревича въ составѣ двухъ армейскихъ корпусовъ, изъ нихъ XII Его Императорскаго Высочества Великаго Князя Владимiра Александровича занималъ фронтъ отъ Дуная у Пиргоса къ Чилново (на Кара-Ломѣ); штабъ корпуса — у Ханъ-Гюръ-Чешме. Правѣе его расположенъ былъ XIII корпусъ генерала Гана, отъ Табачка (на Кара-Ломѣ) до деревни Каранъ-Варбовка, занимая впереди послѣдней Кацелево; штабъ корпуса въ Чилново. Одна пѣхотная бригада этого корпуса (2-я отъ 1-й дивизiи) находилась позади, въ городѣ Бѣлѣ, при Императорской Главной Квартирѣ.

Штабъ Рущукскаго отряда находился въ Обрѣтеникѣ, на шоссе Рущукъ — Бѣла, верстъ 15 отъ послѣдняго пункта. Вообще расположенiе обоихъ корпусовъ Рущукскаго отряда занимало по фронту верстъ 30. Кавалерiйскiе отряды отъ 12-й и 8-й кавалерiйскихъ дивизiй находясь впереди поименованныхъ корпусовъ, наблюдали линiю верстъ въ 30 по рѣкѣ Кара-Лому и Акъ-Лому отъ Дуная и до деревни Констандинецъ (Констанчи) и далѣе, отходя отъ послѣдней рѣки, наблюдали пространство еще верстъ 20 до Паламарцы (Поламарь). Далѣе посты черезъ деревню Водицу связывались съ 13-й кавалерiйской дивизiей, прикрывавшей центръ общаго расположенiя — Тырновъ — со стороны четыреугольника крѣпостей, главнымъ образомъ — по направленiю отъ Османъ-Базара (Шумлы).

Вокругъ общаго центра — Тырнова — стояли войска VIII корпуса генерала Радецкаго и собирались подходившiя XI корпуса генерала князя Шаховского. Расположенiе войскъ въ частности соотвѣтствовало двумъ главнымъ цѣлямъ: во-первыхъ, оборонѣ противъ наступленiя турокъ со стороны ихъ четыреугольника крѣпостей, а именно въ направленiи отъ Османъ-Базара, и во-вторыхъ — предполагавшемуся наступленiю за Балканы; наконецъ, войска эти, дѣйствуя въ общемъ за одно съ Рущукскимъ отрядомъ Наслѣдника Цесаревича противъ покушенiй турокъ съ востока, сохраняли вмѣстѣ съ тѣмъ и связь съ Западнымъ отрядомъ генерала Криденера.

Къ востоку отъ Тырнова, къ сторонѣ Османъ-Базара стояла 13-я кавалерiйская дивизiя генерала Радена, занимая расположенiе въ 20 верстахъ впереди Тырнова, по фронту въ 40 верстъ отъ Чаиркiой черезъ Джулюницу (на шоссе Тырновъ — Османъ-Базаръ), до Елены и Беброво, связываясь влѣво съ 8-й кавалерiйской дивизiей Рущукскаго отряда черезъ Водицу. Непосредственно за ея центромъ стояли главныя силы XI корпуса генерала князя Шаховского: 11-я пѣхотная дивизiя генерала Эрнрота съ 1-й бригадой 11-й кавалерiйской дивизiи, а 1-я бригада 32-й пѣхотной дивизiи — почти на полпути Тырново — Бѣла[4].

Изъ частей VIII корпуса 9-я пѣхотная дивизiя генерала князя Святополкъ-Мирскаго обращена была на югъ, на Балканы, а 14-я генерала Драгомирова стянута въ общiй резервъ къ Тырнову.

Изъ частей 9-й дивизiи 1-я бригада генерала Борейши занимала Хаинкiойскiй проходъ, а 2-я генерала Дерожинскаго стояла въ Габровѣ, занимая Шипкинскiй перевалъ частями Орловскаго полка. Туда же, въ Габрово, прибылъ 7 iюля изъ Тырнова 54-й пѣхотный Минскiй полкъ отъ 14-й дивизiи, отправленный для поддержки, въ виду первыхъ неудачныхъ дѣйствiй противъ Шипки.

Наконецъ, весь Передовой отрядъ генерала Гурко сосредоточенъ былъ 8 iюля у Казанлыка, южнѣе Шипкинскаго прохода.

Войска, сгруппированныя вокругъ Тырнова, связывались съ корпусомъ генерала Криденера казачьими отрядами, занимавшими Сельви и Ловчу.

Таковы были расположенiе главныхъ силъ русской армiи и задачи, поставленныя Главнокомандующимъ разнымъ ея частямъ, въ то время, когда неожиданная неудача у Плевны 8 iюля потребовала новыхъ соображенiй и новыхъ мѣропрiятiй.

Въ 7 часовъ вечера 8 iюля получена была въ Полевомъ Штабѣ телеграмма генерала Криденера о бывшемъ въ тотъ день дѣлѣ у Плевны, въ которой значилось:

"Генералъ Шильдеръ, послѣ ожесточеннаго боя, отступилъ отъ Плевны за Бресляницу, подъ прикрытiемъ Галицкаго полка. Костромской полкъ и Кавказская бригада отошли къ Болгарени. Потери еще неизвѣстны, но должны быть очень велики. Первая бригада сильно разстроена; нуждаюсь въ подкрѣпленiи пѣхоты и кавалерiи".

По полученiи этого донесенiя немедленно рѣшено было поддержать генерала Криденера ближайшими частями IV и XI корпусовъ, для чего назначены отъ перваго изъ нихъ, переправившаяся черезъ Дунай 9 же iюля у Зимницы — Систово, 1-я бригада 30-й пѣхотной дивизiи съ тремя батареями 30-й артиллерiйской бригады; всѣмъ остальнымъ частямъ IV корпуса приказано по переправѣ черезъ Дунай останавливаться поблизости, у Царевицъ, оставивъ парки на томъ берегу у Зимницы; отъ XI корпуса — 1-я бригада 32-й пѣхотной дивизiи съ четырьмя батареями и 1-й бригадой 11-й кавалерiйской дивизiи съ двумя конными батареями. Бригады эти расположены были тогда у Драганова, верстъ 25 сѣвернѣе Тырнова. Части IV подчинялись непосредственно командиру XI корпуса генералъ-лейтенанту князю Шаховскому. Всѣмъ этимъ войскамъ указано было направленiе на Плевну. Разсчитывалось, что они 12 и 13 числа соберуться у Карагача-Болгарскаго, на шоссе Рущукъ- Плевна, въ 23 верстахъ отъ послѣдняго пункта.

Сверхъ того, на усиленiе Кавказской бригады полковника Тутолмина направленъ былъ казачiй отрядъ командира 23-го Донского полка полковника Бакланова въ составѣ 4½ сотенъ и двухъ орудiй[5].

Оба эти отряда временно подчинялись состоявшему при Полевомъ Штабѣ Свиты Его Величества генералъ-маiору Скобелеву 2-му, который, въ свою очередь, подчинялся князю Шаховскому. Разсчитывалось, что съ прибытiемъ этихъ войскъ возможно будетъ атаковать Плевну числа 14–15 iюля, имѣя для этого вмѣстѣ съ войсками генерала Криденера 30 баталiоновъ, 33 эскадрона и сотни и 130 орудiй. Силы эти считались въ то время достаточными для исполненiя операцiи противъ турокъ, появившихся у Плевны.

Независимо указанныхъ мѣропрiятiй, имѣвшихъ цѣлью покончить съ Плевной возможно скорѣе, приняты были одновременно, на всякiй случай, нѣкоторыя другiя, оборонительнаго характера, а именно противъ Плевны и Османъ-Базара.

Еще 9 iюля приказано было завѣдующему переправой черезъ Дунай у Зимницы — Систово занять двумя баталiонами этотъ послѣднiй пунктъ, прикрывавшiй переправу со стороны Плевны. На самой переправѣ долженъ былъ оставаться одинъ баталiонъ[6].

Далѣе, пѣхотные полки, находившiеся въ Габровѣ (12 верстъ сѣвернѣе Шипкинскаго перевала), а именно: 35-й Брянскiй и 54-й Минскiй, приказано было 10 iюля передвинуть первый въ Сельви, важный въ то время узелъ дорогъ на Плевну (верстъ 65), Шипкинскiй проходъ (верстъ 45) и Тырново (верстъ 40); второй — въ Тырново для усиленiя общаго резерва на случай наступленiя турокъ отъ Османъ-Базара.

Итакъ, Плевненская неудача задержала наступательное движенiе русской армiи, на короткое, впрочемъ, какъ тогда казалось, время. Починъ за этотъ перiодъ переходилъ естественно туркамъ. Русскому Главнокомандующему необходимо было принимать соотвѣтственныя мѣры.

Намѣренiя турокъ, конечно, извѣстны не были и самая оцѣнка ихъ нравственнаго настроенiя была гадательна.

Впрочемъ, вообще, нравственное настроенiе турокъ, а слѣдовательно и вѣроятная степень ихъ предпрiмчивости не высоко оцѣнивались Штабомъ русской армiи, въ особенности въ первое время послѣ Плевненской неудачи, когда самый ея размѣръ еще извѣстенъ и оцѣненъ не былъ.

Неудача 8 iюля не считалась важной помѣхой. Она не особенно повлiяла на настроенiе Полевого Штаба, тѣмъ болѣе, что извѣстiю о дѣлѣ подъ Плевной какъ разъ предшествовало свѣдѣнiе о взятiи Шипкинскаго перевала.

Итакъ, 9 iюля, уже послѣ полученiя извѣстiя о неудачѣ 8 iюля и распоряженiй въ видахъ подкрѣпленiя генерала Криденера, Главнокомандующiй писалъ начальнику Рущукскаго отряда Наслѣднику Цесаревичу:

"Ваше Императорское Высочество! Вамъ извѣстны уже тѣ блистательные результаты, которые достигнуты Передовымъ отрядомъ генералъ-адъютанта Гурко. Появленiе этого отряда за Балканами, рядъ побѣдъ, одержанныхъ въ долинѣ Тунджи и, въ особенности, побѣда 4 iюля при Уфлани и взятiе 5 iюля Казанлыка, наконецъ, овладѣнiе Шипкинскимъ горнымъ проходомъ, — все это вмѣстѣ неминуемо должно произвести сильнѣйшее нравственное впечатленiе на турокъ.

"Въ то же время, взятiе приступомъ Никополя, безъ сомнѣнiя, поколебало вѣру турокъ даже въ оборону крѣпостей, составляющую самую сильную сторону ихъ военнаго искусства.

"Этою совокупностью деиорализующихъ непрiятеля событiй необходимо было бы нынѣ же воспользоваться. Мнѣ кажется, что именно теперь, когда извѣстiя о вышеупомянутомъ рядѣ пораженiй успѣли уже достаточно распространиться и даже, быть можетъ, въ сильно преувеличенномъ видѣ, - настало время для энергическихъ дѣйствiй противъ Рущука.

"Я отнюдь не намѣренъ стѣснять свободу дѣйствiй Вашего Высочества; находясь почти подъ стѣнами этой крѣпости, Вы лучше меня можете судить, что противъ нея теперь можно сдѣлать. Но я считаю необходимымъ указать Вамъ на общее положенiе дѣлъ съ тѣмъ, чтобы Вы приняли всѣ мѣры: 1) къ укоренiю доставки всѣхъ средствъ для бомбардированiя крѣпости, съ тѣмъ, чтобы начать противъ нея самыя рѣшительныя дѣйтсвiя при первой къ тому возможности и поскорѣе покончить съ Рущукомъ; 2) для зоркаго наблюденiя за всѣми движенiями Шумлянской армiи. Въ случаѣ, если бы эта армiя перешла въ наступленiе противъ Вашего Высочества, я тотчасъ же прикажу 11-й пѣхотной дивизiи, выдвинутой теперь къ сторонѣ Османъ-Базара, идти на Разградъ, во флангъ непрiятелю.

"О томъ, что именно и когда Ваше Высочество найдете возможнымъ предпринять противъ Рущука, — я буду ожидать возможно скорѣйшаго увѣдомленiя".

На это 12 iюля полученъ отвѣтъ Цесаревича отъ 10 числа, изъ котораго видно было, что онъ предполагаетъ всѣ свои войска употребить для блокады Рущука и ближайшаго ея обезпеченiя со стороны Шумлы выдѣленiемъ "заслона изъ бригады пѣхоты и бригады кавалерiи къ деревнѣ Писанецъ", лежащей на шоссе Рущукъ — Разградъ, версты 24 отъ перваго и верстъ 35 — отъ послѣдняго. Для совершеннаго же обезпеченiя отъ наступательныхъ дѣйствiй турокъ изъ Шумлы Его Высочество просилъ Главнокомандующаго употребить XI корпусъ, а равно и 11-ю и 13-ю кавалерiйскiе дивизiи.

Это послѣднее желанiе Цесаревича основывалось на томъ, что Дунай, минуя Пиргосъ (у котораго лѣвый флангъ войскъ его упирался въ рѣку), дѣлаетъ крутой поворотъ на сѣверъ, къ Рущуку. Такимъ образом Цесаревичу приходилось не только въ общемъ стянуться къ своему лѣвому флангу, но еще и продвинуться болѣе къ сѣверу, открывая при этомъ свой наружный флангъ и сообщенiя.

Изъ предыдущаго видно, что изъ трехъ наличныхъ пѣхотныхъ бригадъ XI корпуса одна, равно какъ и единственная наличная кавалерiйская бригада этого корпуса, уже направлена была на усиленiе войскъ генерала Криденера. Остававшаяся пѣхотная дивизiя генерала Эрнрота съ 13-й кавалерiйской прикрывала Тырновъ со стороны Османъ-Базара. Въ виду этого Главнокомандующiй пришелъ къ заключенiю, что къ обложенiю Рущука можно приступить не ранѣе, какъ по окончанiи дѣйствiй противъ Плевны, то есть по освобожденiи войскъ, посланныхъ туда на поддержку IX корпуса, и по прибытiи всего IV корпуса. Рущукскому отряду послано телеграммой отъ того же 12 iюля приказанiе отложить операцiю обложенiя. Телеграмма эта отправлена была въ Бѣлу на имя Импертора Александра, такъ какъ телеграфная линiя до штаба Цесаревича не доходила. Императоръ, со своей стороны, телеграфировалъ Главнокомандующему:

"Содержанiе телеграммы твоей я передалъ лично Сашѣ. Оно совершенно совпадаетъ съ тѣмъ, что я намѣренъ былъ тебѣ предложить".

Помянутая телеграмма Цесаревичу дополнена была предписанiемъ Начальника Полевого Штаба начальнику штаба Рущукскаго отряда, въ которомъ значилось между прочимъ:

"Если бы движенiе уже началось, то обратить его въ усиленную рекогносцировку, а затѣмъ войсками Рущукскаго отряда занять такое положенiе, чтобы бóльшая часть его силъ была сосредоточена и готова встрѣтить турокъ въ случаѣ наступленiя ихъ армiи изъ Шумлы".

По этимъ же причинамъ и подъ влiянiемъ извѣстiя о ожидаемой высадкѣ Сулеймана-паши, предписанiемъ отъ 9 iюля, посланнымъ послѣ полученiя извѣстiя о Плевненской неудачѣ, отклонено было ходатайство генерала Гурко объ усиленiи его Передового отряда, въ видахъ дальнѣйшихъ наступательныхъ операцiй за Балканами.

Еще до извѣстiя о Плевненской неудачѣ письмомъ Великаго Князя Главнокомандующаго отъ 8 iюля указано генералу Гурко, чтобы "пѣхотой далѣе долины Тунджи не идти". Но за то предѣлы поисковъ кавалерiи не ограничивались. Теперь же, послѣ извѣстiя о дѣлѣ 8 iюля у Плевны, Начальник Полевого Штаба передавалъ генералу Гурко приказанiе не удалялться пѣхотой далѣе Казанлыка, лежащаго у южнаго подножья Шипкинскаго перевала, въ томъ вниманiи, что, можетъ быть, ему придется защищать самый перевалъ Шипку, если войска, на которые это возложено (2-я бригада 9-й пѣхотной дивизiи), будутъ оттянуты для противодѣйствiя возможнымъ покушенiямъ турокъ изъ четыреугольника крѣпостей или отъ Плевны.

Въ то же время Полевой Штабъ находился въ постоянномъ сообщенiи съ генераломъ Криденеромъ. Неоднократныя донесенiя послѣдняго о числительности турокъ въ Плевнѣ были значительно преувеличены, въ Полевомъ же Штабѣ эти свѣдѣнiя были болѣе близки къ истинѣ. Тѣмъ не менѣе 13 числа рѣшено было усилить войска генерала Криденера еще 2-й бригадой 30-й пѣхотной дивизiи, съ тремя батареями, которая 12 и 13 числа послѣ переправы черезъ Дунай прибывала въ Царевицу (близъ Систова).

Направляя помянутую бригаду на усиленiе генерала Криденера, Главнокомандующiй приказалъ сообщить ему, между прочимъ, что онъ желалъ бы поскорѣе покончить съ Плевной, такъ какъ "выдѣленiе трехъ бригадъ пѣхоты и бригады кавалерiи лишаетъ его всякой возможнности продолжать рѣшительныя дѣйствiя, а съ другой стороны, въ случаѣ рѣшительнаго наступленiя турокъ со стороны Шумлы, при указанномъ ослабленiи резервовъ, дѣлаетъ положенiе на лѣвомъ флангѣ не вполнѣ обезпеченнымъ". Впрочемъ, добавлено, что Великiй Князь не желаетъ подвергать риску наступленiе противъ Плевны.

Далѣе говорилось, что свѣдѣнiя генерала Криденера о силѣ турокъ у Плевны преувеличены: "надо полагать, что naximum у нихъ 40–45 таборовъ, а это можетъ составить 25 тысячъ пѣхоты. Кавалерiи у нихъ почти нѣтъ".

Засимъ указывалось, что "двадцать четыре нашихъ конныхъ орудiя, при отсутствiи у непрiятеля кавалерiи, могутъ быть употреблены для дѣйствiй во флангъ и тылъ турецкихъ позицiй. Кромѣ того, имѣется масса кавалерiи. Дѣйствiя ея противъ фланга и тыла непрiятеля могутъ заставить противника оставить самыя сильныя позицiи".

Обращалось еще вниманiе генерала Криденера на развѣдывательную службу кавалерiи, слабому дѣйствiю коей Великiй Князь приписывалъ неудачу 8 iюля.

Наконецъ, Начальникъ Полевого Штаба писалъ, что по приказанiю Великаго Князя напоминаетъ, что "путь отступленiя не на Никополь, а на Систовъ и Бѣлу". Въ случаѣ же успѣха рекомендовалось "развить въ самомъ широкомъ видѣ преслѣдованiе, но при первой возможности возвратить къ своимъ корпусамъ войска, прибывшiя на подкрѣпленiе. Они намъ крайне необходимы".

Въ тотъ же день, 13 iюля, Начальникъ Полевого Штаба писалъ начальнику штаба Рущукскаго отряда, что, по свѣдѣнiямъ отъ войскъ и мѣстныхъ жителей, турки значительно усиливаются на пути изъ Османъ-Базара къ Тырнову, изъ чего онъ заключалъ, что "турецкая армiя начинаетъ изъ-подъ Шумлы наступленiе по направленiю къ Тырнову, или она начинаетъ отступленiе за Балканы, причемъ одна колонна направляется черезъ Османъ-Джума и Османъ-Базаръ на Сливенъ, авангардъ которой подвигается впередъ". Въ заключенiе предлагалось начальнику Рущукскаго отряда держать въ полной готовности XIII корпусъ для наступленiя на правый флангъ турокъ, въ случаѣ атаки ихъ на Тырново. Кратчайшее направленiе для этого корпуса указано на Церковно и Чаркiой и далѣе — по обстоятельствамъ.

Указанныя два предписанiя достаточно ясно очерчиваютъ какъ точку зрѣнiя, такъ и тогдашнѣе настроенiе начальства русской армiи. Считалось необходимымъ скорѣе покончить съ Плевной и возможнымъ исполнить это назначенными силами. Помѣха со стороны турокъ въ видѣ наступленiя изъ четыреугольника крѣпостей принималась въ соображенiе, и дѣлались соотвѣтственныя распоряженiя. Однако, наступленiе ихъ не считалось особо вѣроятнымъ; полагалось даже возможнымъ, что они, устрашенныя успѣхами Передового отряда за Балканами, уходятъ изъ четыреугольника крѣпостей, для прикрытiя путей въ Константинополь.

На случай наступленiя турокъ на Тырново предполагалось встрѣтить ихъ 11-й и 14-й пѣхотными и 13-й кавалерiйской дивизiями съ фронта и, какъ сказано, дѣйствовать XIII корпусомъ имъ во флангъ. Далѣе разсчитывалось притянуть еще къ Тырнову три полка 16-й пѣхотной дивизiи IV корпуса, по мѣрѣ ихъ переправы черезъ Дунай. Наконецъ, въ крайности предполагалось принятуть еще Брянскiй полкъ изъ Сельви и Орловскiй полкъ съ Шипки, возложивъ оборону послѣдней на генерала Гурко. Вообще, рѣшено удерживать проходы черезъ Балканы для скоро ожидаемаго перехода большихъ силъ на южную ихъ сторону.

Таковы были виды и распоряженiя Великаго Князя Главнокомандующаго 13 числа iюля. На другой день, 14 числа, послѣдовали новыя, довольно важнныя распоряженiя.

Наслѣднику Цесаревичу приказано немедленно выдвинуть одну бригаду XIII корпуса къ Церковнѣ. Этимъ требовалось уже частное исполненiе приказанiя, даннаго наканунѣ въ видѣ предваренiя, а именно: держать XIII корпусъ въ готовности къ движенiю на Церковну.

Снисходя къ настойчивымъ ходатайствамъ начальника Передового отряда генерала Гурко, желавшаго развить свои успѣхи за Балканами (о чемъ будетъ подробно изложено въ слѣдующей главѣ) Великiй Князь передалъ въ его распоряженiе 1-ю бригаду 9-й пѣхотной дивизiи, занимавшую въ то время Хаинкiойскiй проходъ.

Силы, направленныя къ Плевнѣ, считались, какъ уже сказано, достаточными[7]. По овладенiи Плевной предполагалось оставить тамъ, до времени, одинъ лишь IX корпусъ и, возвративъ остальныя войска къ своимъ корпусамъ, продолжать наступленiе за Балканы.

Въ тотъ же день получено было извѣстiе о наступленiи большихъ силъ турокъ изъ Плевны на Ловчу. Движенiе это по предположенiю Полевого Штаба могло быть началомъ отступленiя Османа-паши отъ Плевны. Главнокомандующiй, разсчитывая, что 1-я бригада 11-й кавалерiйской дивизiи, посланная наканунѣ въ Караагачъ-Болгарскiй, успѣла замѣтить это движенiе и принять мѣры для его задержанiя, не счелъ нужнымъ измѣнить разъ сдѣланныхъ распоряженiй по сосредоточенiю войскъ для атаки Плевны и ограничился "указанiемъ на необходимость направить главную атаку на правый флангъ непрiятельскаго расположенiя". Въ томъ же предписанiи, данномъ генералу Криденеру, добавлено:

"Если же непрiятель дѣйствительно выступилъ изъ Плевны главными силами, оставивъ въ Плевнѣ лишь аррiергардъ подъ прикрытiемъ укрѣпленiй, то необходимо двинуть вслѣдъ за нимъ бóльшую часть силъ и настойчиво стараться наситчъ его и разстроить".

Для прикрытiя Тырнова со стороны Плевны приказано Брянскому полку: стать на позицiю у Сельви и тамъ держаться, а въ случаѣ совершенной необходимости отходить не на Габрово, а на Балванъ къ Тырнову. Орловскому полку отойти отъ Шипкинскаго перевала къ Габрову, а перевалъ занять 4-й стрѣлковой бригадой изъ Передового отряда генерала Гурко. Впрочемъ, послѣднiя распоряженiя были отмѣнены на другой день, 15 iюля, вслѣдствiе новыхъ извѣстiй, опровергавшихъ прежнiя свѣдѣнiя "о наступленiи большихъ силъ турокъ" изъ Плевны на Ловчу.

Однако, въ тотъ же именно день подошелъ къ Ловчѣ со стороны Плевны турецкiй отряд Рифата-паши.

Тотчасъ послѣ отраженiя атаки генерала Шильдеръ-Шульднера, Османъ-паша рѣшилъ занять городъ Ловчу, лежавшiй верстъ тридцать южнѣе Плевны, на полпути къ Трояновскому перевалу черезъ главный Балканскiй хребетъ. Отъ Ловчи же отходила дорога къ Сельви въ общемъ на востокъ, съ продолженiемъ ея, съ одной стороны, на Тырновъ, а съ другой — съ развѣтвленiемъ на югъ, къ Шипкинскому проходу. Пути эти придавали Ловчѣ въ то время особо важное значенiе. Османъ-паша, подготовляя атаку Ловчи, приказалъ произвести 13 iюля усиленную къ ней развѣдку кавалерiей[8]. А потомъ направилъ туда Рифата-пашу съ шестью баталiонами (отдѣленными отъ прибывшихъ изъ Софiи подкрѣпленiй) при одной батареѣ и съ отрядомъ конныхъ черкесовъ.

Рифатъ-паша появился передъ Ловчей на разсвѣтѣ 15 iюля.

Занимавшiй Ловчу полковникъ Баклановъ, имѣя при себѣ только 4½ сотни казаковъ съ двумя орудiями, встрѣтилъ турокъ на позицiи впереди города. Послѣ канонады, отрядъ въ виду значительнаго превосходства силъ турокъ, отступилъ верстъ десять по дорогѣ въ Сельви, гдѣ остановился на позицiи для дальнѣйшаго наблюденiя за турками, занявшими Ловчу. Вмѣстѣ съ тѣмъ полковникъ Баклановъ сообщилъ о случившемся генералу Скобелеву и просилъ командира Брянскаго полка въ Сельви выслать въ деревню Акенджиларъ (12 верстъ не доходя Сельви) одинъ баталiонъ въ видѣ репли.

Между тѣмъ, войска князя Шаховского, направленныя на усиленiе генерала Криденера, уже подходили и въ тотъ же день, 14 iюля, состоялось на Бресляницкомъ бивакѣ генерала Криденера совѣщанiе послѣдняго съ княземъ Шаховскимъ.

Вообще можно считать, что къ 15 iюля окончился уже рядъ экстренныхъ распоряженiй Великаго Князя Главнокомандующаго, вызванныхъ внезапной неудачей 8 iюля при Плевнѣ. Частности помянутыхъ выше въ общихъ только чертахъ событiй можно уже прослѣдить при описанiи дѣйствiй отдельно на каждомъ изъ трехъ фронтовъ.

Распоряженiя русскаго Полевого Штаба, какъ видно изъ предыдущаго, клонились, главнымъ образомъ, съ одной строны — къ усиленiю войскъ генерала Криденера для атаки Плевны, а съ другой — имѣли въ виду парировать возможное наступленiе турокъ изъ ихъ четыреугольника крѣпостей. Впрочемъ, какъ разъ въ это именно время турецкое начальствованiе переживало такой кризисъ, который дѣлалъ его къ энергичному почину весьма мало способнымъ.

Въ турецкой армiи происходили важныя перемѣны въ личномъ составѣ ея начальниковъ.

Неудовольствiе султана Абдулъ-Гамида генералиссимусомъ турецкой армiи въ Болгарiи Абдулъ-Керимомъ началось довольно давно, а именно уже со времени успѣшной переправы русскихъ силъ черезъ Дунай у Галаца и у Зимницы. Дальнѣйшая слабая дѣятельность Керима-паши все болѣе и болѣе усиливала это неудовольствiе. Оно выразилось, между прочимъ, обмѣномъ депешъ между военнымъ министромъ Редифъ-пашей и Аюдулъ-Керимомъ-пашей, ярко очерчивающимъ обоюдные взгляды и взаимныя отношенiя. Военный министръ писалъ въ концѣ iюня:

"Тырновскiй мутессарифъ сообщилъ намъ вторично депешею, что непрiятель въ числѣ болѣе десяти таборовъ готовится къ нападенiю на Тырновъ. Объ этомъ его извѣстили передовые отряды. Мутессарифъ сообщаетъ также, что бригада (лива) Равфета-паши сегодня утромъ выступила изъ Османъ-Базара. Есть-ли въ Тырновѣ войска, которыя могли бы оказать сопротивленiе непрiятелю? Когда Сафетъ-паша можетъ прибыть туда? Возможно-ли принять всѣ необходимыя мѣры для того, чтобы, съ помощiю Божиiею, населенiе не подвергалось униженiю, опасности и непревидѣннымъ несчастiямъ? Здѣсь нельзя избавиться отъ постоянныхъ пререканiй разныхъ Совѣтовъ и толпы. Хотя переправа у Систова произошла болѣе десяти дней тому назадъ, однако, до сихъ поръ еще не принято никакихъ мѣръ для обороны; это обстоятельство наводитъ насъ на многiя размышленiя. Старанiя вашей свѣтлости особенно необходимы".

На это послѣдовалъ отвѣтъ Керима, въ которомъ онъ, указавъ на нѣкоторыя свои мѣропрiятiя, сказалъ:

"Мы стараемся, жертвуемъ жизнью. Дѣло вовсе не въ такомъ положенiи, какимъ оно представляется издали Совѣтамъ и толпѣ. Между дѣйствительнымъ и кажущимся есть существенное различiе. Было бы несогласно съ правилами разума броситься въ очевидную опасность безъ предварительнаго обсужденiя послѣдствiй этого рѣшенiя? Если Богу угодно, все кончится къ лучшему, но необходимо терпѣть и хорошо размышлять. Невозможно описать затрудненiй, въ которыхъ я очутился, предпринявъ обезпеченiе боевыми припасами и провiантомъ тридцать — сорокъ тысячъ человѣкъ. Непрiятель приложилъ крайнiя старанiя къ переправѣ выше Рущука и у Никополя. Переправа ниже Рущука будетъ совершена съ цѣлью захватить желѣзную дорогу. Вотъ, милостивый государь, что препятствуетъ намъ располагать войсками по нашей волѣ".

Дѣйствительно, нельзя не признать, что далеко не совершенная въ общемъ администрацiя и малая оперативная способность турецкихъ войскъ, не имѣвшихъ войсковыхъ обозовъ, служили весьма серьезной помѣхой для быстрыхъ, энергическихъ наступательныхъ операцiй.

Не смотря на все это, въ видахъ опеканiя и подталкиванiя генералиссимуса, вслѣдъ за переправой русскихъ силъ черезъ Дунай, рѣшено было совѣтомъ турецкихъ министровъ и военнымъ совѣтомъ послать въ Шумлу военнаго министра Редифа-пашу и сенатора, маршала Намыкъ-пашу. Главная ихъ задача была принять мѣры, чтобы воспрепятствовать русскимъ перешагнуть Балканы. Чины эти прибыли въ Шумлу 22 iюня. Однако, и они были безсильны подвинуть дѣло въ смыслѣ требованiй Султана.

Керимъ, не рѣшаясь произвести наступленiе внѣ четыреугольника, думалъ дать отпоръ только въ его срединѣ. Когда же обрисовался фактъ, что удары Передового отряда генерала Гурко направлены прямо на Балканскiе проходы, то общее недовольствiе передалось уже и народу. Съ неудовольствiемъ этимъ приходилось считаться и самому Султану.

Итакъ, частiю въ надеждѣ на улучшенiе хода дѣлъ передачей ихъ въ другiя руки, частiю же для удовлетворенiя общественнаго мнѣнiя и успокоенiя умовъ послѣдовали весьма важныя личныя перемѣны какъ въ армiи, такъ и вообще въ высшихъ правительственныхъ сферахъ. Отрѣшены были отъ должности генералиссимусъ Абдулъ-Керимъ, начальникъ штаба его армiи Неджибъ-паша и комендантъ Рущука Эзрефъ-паша. Приказано ихъ отдать подъ военный судъ въ Константинополѣ, передъ которымъ они должны были оправдываться въ обвиненiи въ упущенiяхъ въ оборонѣ Дуная и Балканъ. Уволено отъ службы еще нѣсколько менѣе крупныхъ чиновъ въ армiи, навлекшихъ на себя разныя нареканiя. Наконецъ, уволенъ отъ должности и военный министръ Редифъ-паша, за "нерадивое управленiе армiей и незаботливость о ея снабженiи". Министра внѣшнихъ дѣлъ Сафетъ-пашу смѣнилъ Арифи-паша; на высоко влiятельную въ мусульманствѣ должность шейхъ-уль-ислама назначенъ Кара-Халиль-эфенди вмѣсто прежняго Керюллакъ-эфенди.

Новый шейхъ-уль-исламъ выставилъ въ мечети Османiэ то самое знамя, съ коимъ султанъ Магометъ II въ 1455 году въѣхалъ въ завоеванный имъ Константинополь. Прокламацiи призывали къ защитѣ вѣры и государства все мусульманское населенiе, способное носить оружiе.

Въ день 5/17 iюля, въ то время, когда еще не состоялось смѣщенiе Абдулъ-Керима, отправлено было Мехмеду-Али-пашѣ, стоявшему тогда еще въ Нови-Базарѣ, телеграфное приказанiе слѣдующаго содержанiя:

"Султанъ приказываетъ смѣстить сердаръ-экрема Абдулъ-Керима-пашу, а васъ назначаетъ главнокомандующимъ Дунайской армiей. Военное министерство пока поручается Мехмеду-пашѣ. Послѣ получки отъ васъ телеграфнаго извѣщенiя о прибытiи вашего превосходительства въ Шумлу и вступленiи въ командованiе, отозваны будутъ въ Константинополь паши Мехмедъ-Намикъ и Абдулъ-Керимъ. До того времени назначенiе ваше содержится въ тайнѣ. Такъ какъ польза государства требуетъ прибытiя вашего въ Шумлу не позже 3–4 дней, то слѣдуетъ вамъ спѣшить возможно больше. Съ возведенiемъ васъ въ столь важное званiе, отъ васъ должны исходить всѣ инструкцiи и операцiонные планы. Вамъ подчиняются муширъ Сулейманъ-паша, Ахмедъ-Эюбъ и Османъ-паша. Для того, чтобы придать операцiямъ болѣе единства и возможности управленiя, необходимо дать войскамъ надлежащую организацiю, присвоивъ частямъ ихъ номера, напримѣръ 1-й и 2-й корпусъ или отрядъ. По выработкѣ операцiоннаго плана слѣдуетъ вамъ о главнѣйшемъ сообщить канцелярiи султана, а о подробностяхъ военному министру".

Мехмедъ-Али, явившись попутно султану въ Константинополѣ, отправился въ Шумлу, гдѣ 9 iюля принялъ команду надъ всѣми войсками на Болгарскомъ театрѣ войны и въ Добруджѣ и непосредственное командованiе Восточно-Дунайской армiей, то есть войскъ въ четыреугольникѣ крѣпостей. Комендантомъ Рущука назначенъ былъ престарелый Койсефли-паша.

Впрочемъ, власть Мехмеда-Али ограничивалась въ дѣйствительности только непосредственно подчиненными ему войсками четыреугольника турецкихъ крѣпостей. Ясно видно это изъ описанiя послѣдующихъ событiй.

Въ это время турецкiя силы въ Болгарiи состояли изъ трехъ армiй: Восточно-Дуйнайской, Западно-Дунайской и Балканской.

Въ день принятiя Мехмедомъ-Али своей должности числилось въ Восточно-Дунайской турецкой армiи, то есть въ четыреугольникѣ крѣпостей, 125 баталiоновъ, 60 эскадроновъ и 42 батареи, не считая иррегулярной конницы. Изъ этихъ силъ 63 баталiона, съ соотвѣтственной частью конницы и артиллерiи, считались свободными для дѣйствiя въ полѣ къ сторонѣ главныхъ силъ русской армiи[9].

Въ Западно-Дунайской армiи Османа-паши числилось: у Плевны и Ловчи 26 баталiоновъ, 6 эскадроновъ и находилось 10 батарей (58 орудiй). Кромѣ того, на маршѣ къ Плевнѣ 20 баталiоновъ и 3 батареи. Въ Виддинѣ, Нишѣ и Софiи — 17 баталiоновъ, 6 эскадроновъ и 3 батареи. Въ Раховѣ, Ломъ-Паланкѣ, Бѣлградчикѣ, Адлiе — 17 баталiоновъ, 6 эскадроновъ и 3 батареи, а всего 80 баталiоновъ, 18 эскадроновъ и 19 батарей.

Въ Балканской же армiи считалось: отъ Шипки къ Филиппополю отступали въ то время 10 баталiоновъ. Около Ени-Загры было 10 баталiоновъ, 6 эскадроновъ и 3 батареи. Въ Казаль-Аидаль-Ямболи — 4 баталiона, 2 эскадрона. Въ Адрiанополѣ — 3 баталiона, 3 эскадрона и 1 батарея. А всего 27 баталiоновъ, 11 эскадроновъ и 4 батареи.

Наконецъ, въ то же время высаживались уже въ Деде-Агачѣ первые эшелоны войскъ Сулеймана — 44 баталiона съ 4 горными батареями. Всего въ общемъ числилось 276 баталiоновъ, 89 эскадроновъ и 69 батарей. Численность этихъ войскъ опредѣлялась безъ малаго въ 200 тысячъ. Въ цифру эту не вошла довольно многочисленная иррегулярная конница[10].

Мехмедъ-Али прежде всего потребовалъ себѣ сильныхъ подкрѣпленiй, до 50 баталiоновъ, но удовлетворить его въ полной мѣрѣ было невозможно. Ему предлагали сначала всего пять баталiоновъ; однако, вслѣдствiе его настоянiй, уже 10 числа послано было приказанiе посадить 14 баталiоновъ на суда въ Сухумѣ и Батумѣ и направить въ Варну. Независимо сего, приказано приступить къ формированiю еще 36 баталiоновъ.

Между тѣмъ, въ тотъ самый день, 9 iюля, въ который Мехмедъ-Али принималъ команду въ Шумлѣ, высадившiйся какъ разъ въ Деде-Агачѣ Сулейманъ-паша получилъ телеграфное предписанiе военнаго министра, коимъ онъ назначался "главнокомандующимъ на Балканахъ". Это предписанiе подтверждалось еще особой депешей изъ султанскаго кабинета, въ которой, въ числѣ другихъ орiентирующихъ свѣдѣнiй, сообщалось о назначенiи Мехмеда-Али-паши "главнокомандующимъ Дунайскихъ силъ", а также о назначенiи Османа-паши командиромъ Западной Дунайской армiи съ предоставленiемъ ему права притянуть къ себѣ войска изъ Ниша и Софiи.

Сулейману не сообщалось о какомъ-либо подчиненiи его Мехмеду-Али; напротивъ того, какъ онъ, такъ и Османъ приглашались сноситься непосредственно съ военнымъ министромъ.

Такимъ образомъ, явились, въ сущности, три турецкiя, независимыя другъ отъ друга, армiи, связанныя только указанiями изъ Константинополя. Мехмедъ-Али фактически низводился къ положенiю командующаго одной изъ частныхъ армiй, дѣйствующихъ на общемъ театрѣ войны. А такъ какъ онъ не пользовался даже титутомъ генералиссимуса подобно Абдулъ-Кериму, то этотъ номинальный главнокомандующiй всѣхъ турецкихъ силъ на Болгарскомъ театрѣ войны при сношенiяхъ со своими, въ сущности, сотоварищами, лишенъ былъ даже хотя бы формальнаго престижа и нѣкотораго нравственнаго влiянiя. Это положенiе дѣла не замедлило проявиться въ самое короткое время.

Мехмедъ-Али, замѣнивъ Керима, смѣщеннаго "за бездѣйствiе", рѣшилъ въ кратчайшiй срокъ произвести обѣими Дунайскими турецкими армiями, Восточной и Западной, концентрическое наступленiе на линiю сообщенiй русскихъ силъ Систовъ — Тырново; къ этому наступленiю Мехмедъ хотелъ притянуть и Сулеймана, спецiально для усиленiя войскъ, бывшихъ подъ непосредственнымъ его, Мехмеда, начальствомъ. Это казалось тѣмъ болѣе необходимымъ, что Османъ отъ 10 числа доносилъ, что онъ, вслѣдствiе занятiя русскими Ловчи, опасается за путь отступленiя въ случаѣ движенiя своего на востокъ, почему вынужденъ оставаться у Плевны.

Въ видахъ облегченiя исполненiя общаго наступленiя Мехмедъ требовалъ, чтобы Сулейманъ поскорѣе отбросилъ русскихъ за Балканы, а затѣмъ безотлагательно принялъ участiе въ оперцiяхъ сѣвернѣе этого хребта.

Сулейманъ, въ свою очередь, отвѣтилъ 11 iюля, что онъ раньше 14 числа ни въ какомъ случаѣ не можетъ предпринять какихъ либо операцiй; что противникъ до того времени можетъ безъ препятствiй съ его, Сулеймана, стороны, сдѣлать къ югу отъ Балканъ успѣхи, способные угрожать Адрiанополю. Въ заключенiе Сулейманъ добавилъ: "По этимъ причинамъ со своей стороны считаю соотвѣтственнымъ, чтобы ваше превосходительство энергическимъ ударомъ въ тылъ непрiятелю задержали его наступательное движенiе и этимъ дали бы мнѣ время, нужное для сосредоточенiя моихъ дивизiй".

При такихъ обстоятельствахъ Мехмеду оставалось повременить и пока подготовить средства. Онъ 12 iюля сообщилъ Осману, что въ тотъ самый день въ Софiю прибылъ Салиль-паша съ шестью баталiонами, которые при содѣйствiи отряда изъ Плевны могутъ быть направлены для занятiя Ловчи, откуда они могутъ поддержать Сулеймана при прорывѣ его черезъ Шипкинскiй проходъ.

"Эта поддержка — добавлялъ Мехмедъ-Али — очень необходима, потому что этимъ облегчаются операцiи обѣихъ Дунайскихъ армiй". Для той же цѣли, облегченiя Сулеймана, Мехмедъ-Али обещалъ въ день атаки Шипки произвести сильную демонстрацiю одной бригадой отъ Османъ-Базара на Тырново.

Этими сношенiями собственно и ограничились попытки связать дѣйствiя трехъ турецкихъ армiй, направленiемъ ихъ операцiй къ одной общей цѣли. На дѣлѣ каждая изъ нихъ дѣйствовала отдѣльно. Дальнѣйшiй ходъ событiй въ каждой изъ этихъ армiй будетъ изложенъ въ своемъ мѣстѣ, при частномъ описанiи дѣйствiй по каждому изъ трехъ фронтовъ.

Таково было общее положенiе дѣлъ, среди коего разыгрались событiя въ короткiй перiодъ между первымъ и вторымъ сраженiями при Плевнѣ. Нѣкоторыя изъ событiй этого перiода, да и многiя другiя въ теченiе войны въ Болгарiи, не могутъ быть достаточно разъяснены и поняты, если упустить изъ виду послѣдствiя стихiйно разразившейся взаимной религiозной и племенной вражды между двумя различными частями населенiя края, въ коемъ велась война. Сигналомъ къ новому взрыву прискорбныхъ проявленiй взаимной ненависти послужило появленiе русскихъ войскъ въ Болгарiи; ознаменовалось оно обоюдными насилiями всякаго рода. Свидетелемъ всего этого явился прежде всего Передовой отрядъ генерала Гурко. Вотъ что пишетъ объ этомъ бывшiй его начальникъ штаба[11]:

"Вообще взаимное уничтоженiе было всеобщимъ грустнымъ явленiемъ въ теченiе всей кампанiи, начиная съ переправы. Всюду съ приближенiемъ нашихъ войскъ мусульманское населенiе поспѣшно бѣжало и ознаменовало свое бѣгство рѣзнею и грабежами. За то и болгаре, почуявъ силу на своей сторонѣ, не оставались въ долгу и подвергали оставшихся турокъ кровавымъ репрессiямъ[12]. Во всѣхъ этихъ кровавыхъ дракахъ первый примѣръ подавался турками. Въ общемъ итогѣ болгаре были въ проигрышѣ, во-первыхъ, потому, что наши власти всюду сдерживали болгаръ, тогда какъ турецкiя власти возбуждали мусульманъ; во-вторыхъ же, потому, что большинство турокъ уходило до прихода нашихъ войскъ. Зато временное возвращенiе турокъ въ мѣстности, занимаемыя нашими войсками, ознаменовалось невообразимыми изтязнiями и ужасною рѣзнею. Такъ было въ Ловчѣ, послѣ занятiя турками 15 iюля, въ Ески-Загрѣ, въ долинѣ Тунджи и въ Еленѣ. Но особенно сильныя звѣрства проявлялись тамъ, гдѣ дѣйствовалъ Сулейманъ. Какъ наступленiе, такъ и отступленiе его армiи всегда сопровождались самыми ужасными и неслыханными жестокостями. Города Ихтиманъ, Отлуккiой и Татаръ-Базарджикъ, такъ и окрестности, конечно, не скоро забудутъ отступленiе армiи Сулеймана въ концѣ декабря 1877 г. и въ началѣ января 1878 г. Это печальное явленiе было отличительною чертою всей войны; его можно было предвидѣть заранѣе, но избѣжать не было никакой возможности. Только быстрое и неожиданное занятiе городовъ, какъ напримѣръ Систова, Тырнова, Софiи, Филиппополя и другихъ, спасло жителей отъ неизбѣжныхъ звѣрствъ и разоренiя. Сладить съ дикимъ необузданнымъ фанатизмомъ мусульманъ и съ весьма понятными вспышками мести болгаръ не было никакой возможности".

Тамъ же значится при описанiи дѣйствiй послѣ занятiя Эски-Загры 10 iюля:

"Духъ племенной вражды, послѣдствiе четырехвѣковаго тяжелаго гнета, проявился въ скоромъ времени вспышкой мести и вокругъ города запылали турецкiе чифлики и турецкiя деревни. Во время движенiя нашихъ кавалерiйскихъ полковъ къ линiямъ желѣзной дороги, большiя толпы болгаръ слѣдовали за полками, грабили въ тылу полковъ мусульманское населенiе, предавали огню ихъ имущество".

Русское начальство старалось направить указанное настроенiе болгаръ въ пользу общему дѣлу. Съ этою цѣлью въ занятыхъ городахъ обыкновенно образовывались изъ вооруженныхъ болгаръ особые отряды, преимущественно для полицейской службы; въ частныхъ случаяхъ отряды эти употреблялись и для другихъ цѣлей въ видахъ облегченiя службы войскъ.

Вообще же русскому начальству приходилось не только усмирять турецкое населенiе, но не разъ унимать и болгарское; понятно, что это причиняло не мало заботъ и увеличивало труды войскъ, въ особенности кавалерiи, вынужденной гоняться за шайками башибузуковъ и черкесовъ. Все это, зачастую, весьма невыгодно влiяло на ходъ русскихъ военныхъ операцiй. Приходилось не только постоянно выдѣлять отряды для защиты болгаръ, но и не разъ втягиваться въ бои, даже при невыгодной обстановкѣ, бои, не имѣвшiе въ сущности стратенической цѣли и разыгрываемые главнымъ образомъ съ цѣлью защитить болгарское населенiе или дать ему время убраться подальше.

ГЛАВА II

Дѣйствiя за Балканами съ 7 по 18 iюля

Сношенiя начальника Передового отряда главныхъ силъ русской армiи съ Великимъ Княземъ Главнокомандующимъ. — Положенiе дѣлъ у турокъ. — Набѣгъ конницы Передового отряда на турецкiе рельсовые пути 12 iюля. — Новыя предположенiя начальника Передового отряда; наступленiе его на Ени-Загру 17 iюля. — Положенiе дѣлъ у турокъ; наступленiе ихъ на Эски-Загру 17 iюля. — Столкновенiе между русской колонной герцога Николая Максимилiановича Лейхтенбергскаго съ турецкой колонной Реуфа-паши 17 iюля. — Общее положенiе дѣлъ къ ночи съ 17 на 18 число. — Дѣйствiя русской конницы колонны герцога Николая Лейхтенбергскаго противъ Реуфа-паши въ теченiе 18 iюля. — Сраженiе у Ени-Загры 18 iюля.

(Атласъ, вып. I № 12 и вып. II №№ 4, 5, 6 и 7)

адача, возложенная на Передовой отрядъ русскихъ главныхъ силъ, была въ сущности вполнѣ закончена съ занятiемъ Шипкинскаго перевала 7 iюля; тѣмъ не менѣе, начальникъ его, генералъ Гурко, считалъ необходимымъ воспользоваться особо выгодной, по его мнѣнiю, обстановкой для дальнѣйшаго развитiя своихъ успѣховъ за Балканами. Вотъ что писалъ онъ по этому поводу Великому Князю Главнокомандующему, 8 iюля, изъ Казанлыка:

"Занятiемъ вчерашняго числа перевала Шипки войсками VIII корпуса благополучно окончился первый эпизодъ дѣйствiй Передового отряда за Балканами. Льщу себя мыслiю, что дѣйствiя въ долинѣ Тунджи удостоились Вашего одобренiя; въ пятидневныхъ бояхъ съ 2 по 6 iюля Богъ помогъ мнѣ уничтожить всѣ турецкiя силы, бывшiя въ этой долинѣ. Но для того, чтобы не уничтожить моральнаго дѣйствiя на турокъ моего внезапнаго появленiя за Балканами, выразившагося въ страшной паникѣ и полнѣйшей безсвязности дѣйствiй, нужно было бы нмедленно продолжать движенiе впередъ".

Дальнѣйшiя свои предположенiя генералъ Гурко излагалъ такъ: "оставивъ въ Казанлыкѣ" (впереди Шипкинскаго перевала) "часть болгаръ съ восьмью горными орудiями, съ остальными войсками двинуться на Адрiанополь".

Но исполненiе указаннаго движенiя генерала Гурко обусловливалось извѣстнымъ срокомъ для отдыха людей и лошадей; далѣе, усиленiемъ Передового отряда и, наконецъ, пополненiемъ огнестрѣльныхъ и продовольственныхъ припасовъ.

По отношенiю перваго генералъ Гурко, говоря, какъ выше сказано, что нужно бы немедленно продолжать движенiе впередъ, добавилъ:

"Къ несчастью, для этого мои войска, вслѣдствiе неимовѣрныхъ трудовъ и тропической жары у подножiя Балканъ, такъ устали, что требуютъ отдыха до 11 числа включительно".

Далѣе онъ просилъ вернуть ему 30-й Донской казачiй полкъ, придать регулярную бригаду 13-й кавалерiйской дивизiи и одну пѣшую 9-фунтовую батарею.

Въ заключенiе въ упомянутомъ письмѣ значилось: "для того, чтобы дѣйствiя мои имѣли успѣхъ, повторяю, надо двѣ вещи: подкрѣпить меня возможно скоро артиллерiей и кавалерiей и не терять ни минуты на высылку мнѣ сухарей, патроновъ и перевязочныхъ средствъ. Промѣшкай я здѣсь день — и могу лишиться моего настоящаго грознаго для турокъ положенiя".

Генералъ Гурко излагалъ эти общiя свои соображенiя, имѣя въ виду, что часть главныхъ силъ русской армiи, какъ тогда предполагалось, послѣдуетъ за нимъ за Балканы въ возможной скорости. Будучи убѣжденъ, что для лучшаго обезпеченiя дальнѣйшихъ операцiй необходимо, не мѣшкая, воспользоваться выгодной, по его мнѣнiю, обстановкой, генералъ Гурко въ тотъ же день, 8 числа, обратился непосредственно къ генералу Борейшѣ (занявшему Хаинкiойскiй проходъ 1-й бригадой 9-й пѣхотной дивизiи) съ предложенiемъ присоединиться къ Передовому отряду, для нападенiя на желѣзнодорожный узелъ Тырново-Семенли. На слѣдующiй день, 9 iюля, вечеромъ полученъ отвѣтъ генерала Борейши, въ которомъ сказано было, что отрядъ его имѣетъ совершенно отдѣльное и самостоятельное порученiе, почему къ Передовому отряду присоединиться не можетъ. Послѣднее подтверждено было предписанiемъ Начальника Полевого Штаба генералу Гурко отъ 12 iюля, въ которомъ значилось, что "Главнокомандующiй находитъ необходимымъ удерживать и разрабатывать Хаинкiоскiй проходъ, черезъ который пролегаетъ ближайшiй путь на Ени-Загру, и потому не считаетъ возможнымъ перемѣщать нынѣ 1-ю бригаду 9-й пѣхотной дивизiи отъ Хаинкiоя".

Отрядъ генерала Гурко собранъ былъ къ тому времени, 8 iюля, около Казанлыка въ числѣ 9½ баталiоновъ пѣхоты, 25 эскадроновъ и сотенъ, 14 горныхъ и 16 конныхъ орудiй. Въ то число входили: 4-я стрѣлковая бригада генерала Цвѣцинскаго, при коей находились 1-я и 2-я пѣшiя сотни 7-го Кубанскаго пластунскаго баталiона, всего 4½ баталiона; 1-я, 2-я, 3-я, 4-я и 5-я дружины Болгарскаго ополченiя подъ командою генерала Столѣтова; драгунская бригада Герцога Евгенiя Максимилiановича Лейхтенбергскаго (полки 8-й Астраханскiй и 9-й Казанскiй, всего 8 эскадроновъ); 9-й Кiевскiй гусарскiй полкъ, 4 эскадрона; Донская казачья бригада полковника Чернозубова (полки 21-й и 26-й, всего 11 сотенъ); Уральская казачья сотня, конно-пiонерная команда и взводъ 30-го Донского казачьяго полка, 16-я конная и 15-я Донская казачья батареи, два взвода 10-й Донской, 1-я и 2-я горныя батареи, изъ коихъ послѣднiя въ составѣ 6 орудiй. 6-я дружина отправлена была въ Тырновъ съ транспортомъ раненыхъ и плѣнныхъ; одна сотня 26-го полка оставалась у Хаинкiоя, а взводъ 10-й Донской батареи остался при 30-мъ Донскомъ казачьемъ полку по ту сторону Балканъ.

Войска эти отдыхали отъ понесенныхъ трудовъ, тяжелыхъ въ особенности по случаю знойной погоды. Во время отдыха пользовались обильной, хорошей пищей. Вначалѣ по прибытiю къ Казанлыку выдавались пшеничные галеты изъ захваченныхъ турецкихъ складовъ, а потомъ и свѣжiй печеный хлѣбъ; изъ этихъ же складовъ воспользовались и вещами, въ особенности для замѣны пришедшей въ негодность обуви, а частiю даже и мундирной одеждой и предметами походнаго снаряженiя.

При 4-й стрѣлковой бригадѣ 10 iюля былъ отслуженъ благодарственный молебенъ, передъ самымъ началомъ коего ординарецъ Главнокомандующаго привезъ благодарность Его Императорскаго Высочества и награды: начальнику отряда генералу Гурко званiе генералъ-адъютанта Его Величества, а Герцогу Евгенiю Максимилiановичу Лейхтенбергскому — генерала Свиты Его Величества. Другой ординарецъ Главнокомандующаго, прибывшiй послѣ богоуслуженiя, привезъ генералу Гурко орденъ Святого Великомученика Георгiя 3-й степени и 120 знаковъ отличiя для нижнихъ чиновъ отряда.

Въ тотъ же день, 10 iюля, еще рано утромъ, получено было генераломъ Гурко письмо Великаго Князя Главнокомандующаго отъ 8 iюля, а вскорѣ за нимъ, въ тотъ же день, предписанiе Полевого Штаба отъ 9 числа.

Въ письмѣ, между прочимъ, было указано, чтобы "съ пѣхотою дальше границы Тунджи не идти, но зато кавалерiя должна всюду шнырять, по всѣмъ направленiямъ, не стѣсняясь предѣлами этой долины. Она должна всюду являться и безпокоить непрiятеля, какъ только далеко можетъ и силъ хватитъ, но въ то же время осторожно, чтобы вседа бить навѣрняка, уничтожать телеграфы, но не роняя столбы и собирая и пряча проволоки, съ тѣмъ, чтобы при нашемъ наступленiи опять все можно было употребить въ дѣло; такимъ же образомъ портить и желѣзную дорогу".

Письмо это составлено было еще до полученiя въ Полевомъ Штабѣ свѣдѣнiя о неудачѣ при Плевнѣ 8 iюля; зато предписанiе Полевого Штаба дано уже подъ ея впечатлѣнiемъ; въ немъ послѣ изложенiя современной обстановки значилось между прочимъ:

"Въ этомъ положенiи, при неразъясненiи, какой оборотъ приметъ наступленiе противника отъ Плевны, Великiй Князь полагаетъ необходимымъ, чтобы ваше превосходительство не удалялись съ пѣхотой далѣе Казанлыка; наоборотъ, на случай неблагопрiятнаго исхода дѣлъ, быть готовымъ занять пѣхотой проходъ и тѣмъ освободить части 9-й пѣхотной дивизiи для другого направленiя.

"Къ сему считаю нужнымъ присовокупить, что, по полученнымъ по телеграфу свѣдѣнiямъ, корпусъ Сулеймана-паши, дѣйствовавшiй противъ Черногорiи, перевоится моремъ въ Эносъ и слѣдуетъ желѣзной дорогой на Адрiанополь, куда начнетъ прибывать головными частями во вторникъ ближайшей недѣли" (то есть 12 iюля).

Полученныя вновь извѣстiя и указанiя создавали для Передового отряда совершенно новую обстановку и генералъ-адъютанту Гурко пришлось къ ней примѣнить свои дальнѣйшiя предположенiя и дѣйствiя.

Самое важное изъ новыхъ обстоятельствъ было, конечно, ожидаемое появленiе войскъ Сулеймана-паши. Впрочемъ, слухи о прибытiи ихъ доходили до начальника Передового отряда еще съ вечера 8 числа.

Для дальнѣйшихъ соображенiй генералу Гурко приходилось, принявъ во вниманiе ближайшую обстановку и послѣднiя полученныя указанiя, не упускать изъ виду и содержанiя инструкцiи, данной Передовому отряду еще 20 iюня, коей опредѣлялись роль и цѣли послѣдняго, насколько инструкцiя эта могла быть еще примѣняема въ данное время.

Съ занятiемъ Балканскихъ проходовъ исполнена была главнѣйшая задача Передового отряда, возложенная на него помянутой инструкцiей. Предполагалось въ ней далѣе, по занятiи проходовъ, "довольствуясь охраненiемъ проходовъ, кавалерiю выслать за Балканы съ цѣлью поднять тамъ населенiе и разсѣять турецкiе отряды"; наконецъ, сказано было, что "подъ прикрытiемъ Передового отряда будетъ приступлено къ разработкѣ проходовъ черезъ Балканы для движенiя обозовъ и тяжестей армiи, съ тѣмъ, чтобы армiя могла быть двинута въ долину Марицы".

Событiя къ данному времени далеко опередили предположенiя инструкцiи. Весь Передовой отрядъ очутился уже за главнымъ хребтомъ Балканъ, побѣдоносно завладѣлъ долиной рѣки Тунджи, отдѣляющей его отъ хребта Караджа-Дагъ (Малые Балканы).

Далѣе, "поднятiе мѣстнаго населенiя" совершалось само собой даже противъ желанiя русскихъ начальниковъ и далеко не въ пользу ихъ операцiй; испыталъ это на себѣ и генералъ Гурко, какъ это видно изъ дальнѣйшаго хода дѣлъ.

Наконецъ, занятiе Шипкинскаго и Хаинкiойскаго проходовъ частями 9-й пѣхотной дивизiи совершенно освобождало генерала Гурко отъ заботъ по ихъ охраненiю. Понятно, что онъ, считая себя до времени совершенно свободнымъ, искалъ новыхъ цѣлей не только впереди главной Балканской цѣпи, но и впереди Малыхъ Балканъ, въ долинахъ рѣкъ Марицы и Сазлы-Дере. Предметъ являлся тамъ самъ собой и операцiя вполнѣ соотвѣтствовала какъ обстановкѣ, такъ и послѣднимъ указанiямъ Главнокомандующаго. Предметомъ этимъ были двѣ желѣзнодорожныя линiи. Первая изъ нихъ отъ Константинополя, присоединивъ къ себѣ у Демотики вѣтвь отъ порта Деде-Агачъ, направлялась далѣе на Адрiанополь, узловую станцiю Тырново-Семенли, Филиппополь и оканчивалась тогда верстъ 60 за этимъ городомъ у станцiи Бѣлово, по направленiю къ городу Софiи. Отъ помянутой узловой станцiи Тырново-Семенли проходила особая желѣлезнодорожная линiя, сначала на сѣверъ къ Ени-Загрѣ верстъ 50, откуда дѣлала поворотъ на востокъ, по направленiю черноморскаго порта Бургасъ, но доходила тогда только до города Ямболь.

Каждая изъ двухъ этихъ линiй пролегала верстъ 50 отъ Казанлыка; онѣ какъ будто подставляли фланги свои ударамъ, оттуда направленнымъ. Съ другой стороны, было извѣстно, что турецкiя войска, отступившiя отъ ближайшихъ частей Балканъ, и остатки разбитыхъ въ долинѣ Тунджи собираются, съ одной стороны, у Ени-Загры, а съ другой — у Филиппополя, имѣя возможность сообщаться упомянутыми рельсовыми путями, которые, сверхъ того, могли служить для подвоза подкрѣпленiй и войскъ Сулеймана-паши, а потому генералъ Гурко предпринялъ порчу и отчасти разрушенiе участковъ этихъ желѣзнодорожныхъ линiй.

Донося Главнокомандующему въ письмѣ отъ 10 iюля объ указанныхъ намѣренiяхъ, генералъ Гурко вполнѣ сознавалъ, что выгодное его, до времени, положенiе можетъ вскорѣ измѣниться, съ прибытiемъ ожидаемой армiи Сулеймана-паши; почему въ томъ же письмѣ спрашивалъ, не найдетъ ли Великiй Князь полезнымъ передвинуть бригаду 9-й пѣхотной дивизiи, находящуюся въ Хаинкiой, къ Казанлыку, во избѣжанiе дробленiя силъ, тѣмъ болѣе, что Хаинкiойскiй проходъ, по мнѣнiю его, можно было во всякое время открыть, если бы турки даже и заняли его; "тогда — добавлялъ генералъ Гурко — въ случаѣ надобности Орловскiй полкъ, занимающiй верхъ перевала Шипки, можетъ быть употребленъ для другихъ цѣлей, а имѣя здѣсь десять баталiоновъ пѣхоты и шесть дружинъ, можно удерживать перевалъ противъ вчетверо превосходящихъ силъ".

Генералъ Гурко, рѣшивъ "основательно попортить" желѣзную дорогу, избралъ участки по обѣ стороны узловой станцiи Семенли-Тырново, а именно сѣвернѣе ея верстахъ въ 12 у Карабунара и западнѣе верстахъ въ 20 у станцiи Каяджикъ. Принимая же въ разсчетъ довольно значительное разстоянiе до этихъ пунктовъ отъ Казанлыка и возможность наступленiя турокъ отъ Ени-Загры, генералъ Гурко рѣшилъ занять особымъ отрядомъ выходы изъ Малыхъ Бвлканъ у Эски-Загры, который могъ бы служить опорой (репли) для пущенной въ набѣгъ кавалерiи, находясь всего въ разстоянiи верстъ 30–40 отъ указанныхъ станцiй.

Хотя, какъ сказано, преполагалось дать отдыхъ всѣмъ войскамъ Передового отряда по 11 число iюля включительно, но въ виду настоятельныхъ просьбъ изъ Эски-Загры съ одной стороны болгарскаго, а съ другой и мусульманскаго населенiя, взаимно враждовавшихъ и не довѣрявшихъ другъ другу, рѣшено было еще 10 числа занять этотъ городъ и набѣги на желѣзныя дороги начать днемъ раньше, чѣмъ прежде предполагалось, а именно 11 числа; наконецъ, ускоренiе операцiи соотвѣтствовало новой обстановкѣ — ожидаемому прибытiю армiи Сулеймана-паши. Впрочемъ, въ операцiи этой не участвовала 4-я стрѣлковая бригада, болѣе остальныхъ нуждавшаяся въ отдыхѣ.

Городъ Эски-Загра занятъ былъ еще днемъ 10 числа отрядомъ командира Казанскаго драгунскаго полка полковника Корево въ составѣ: его же полка съ 6-й сотней 26-го Донского казачьяго при двухъ орудiяхъ 16-й конной артиллерiйской батареи. Мусульманское населенiе сдало оружiе. Приняты были мѣры для охраненiя порядка и высланы разъѣзды по направленiю: на востокъ — на Ени-Загру, на юго-востокъ — на станцiю Карабунаръ, на югъ — на станцiю Гечерли и городъ Чирпанъ.

Положенiе противныхъ сторонъ къ югу отъ главнаго Балканскаго хребта было къ 11 числу слѣдующее:

Русскiя войска занимали Шипкинскiй перевалъ частью Орловскаго пѣхотнаго полка, а южный выходъ изъ Хаинкiойскаго прохода занятъ былъ 8 iюля авангардомъ, а потомъ, 10 iюля, — и всѣмъ отрядомъ генерала Борейши въ составѣ: 1-й бригады 9-й пѣхотной дивизiи (33-й Елецкiй и 34-й Сѣвскiй полки), 4-й и 6-й (4-фунтовыми) батареями 9-й артиллерiйской бригады, сотней 26-го и полусотней 23-го Донскихъ полковъ. Отрядъ этотъ укрѣплялъ позицiю у Хаинкiоя. Конницей его, подъ начальствомъ подполковника Скугаревскаго, произведена была 10 iюля развѣдка къ Ени-Загрѣ, причемъ силы турокъ, тамъ находившихся, опредѣлены въ шесть баталiоновъ, около двухъ полковъ кавалерiи при шести орудiяхъ; кромѣ того, виднѣлись на станцiи поѣзда, высаживающiе войска, или же обозы, — чего разглядѣть было нельзя.

Южнѣе Шипкинскаго перевала, въ Казанлыкѣ и окрестностяхъ были расположены главныя силы Передового отряда генерала Гурко, имѣя впереди, въ Эски-Загрѣ, особый отрядъ полковника Корево.

Турецкiя силы, противостоявшiя въ то время указаннымъ русскимъ войскамъ, состояли: изъ ближайшихъ двухъ турецкихъ отрядовъ, составленныхъ изъ войскъ, занимавшихъ прежде линiю обороны Балканъ. Первый изъ нихъ, подъ непосредственнымъ начальствомъ Реуфа-паши, находился у Ени-Загры въ составѣ 12 баталiоновъ, 3 эскадроновъ, около 1.500 черкесовъ при 4 батареяхъ, изъ коихъ одна горная. Кромѣ того, находились еще подчиненные Реуфъ-пашѣ отряды: три баталiона въ Сливно и столько же въ проходахъ Демиръ-Капу и Жупанци-Месари.

Другой отрядъ собирался у Филиппополя изъ войскъ, отступившихъ отъ Шипки подъ начальствомъ Хулусси-паши, въ составѣ семи бвтвлiоновъ съ одной батареей.

Впрочемъ, главнымъ противникомъ генерала Гурко была прибывавшая моремъ изъ Черногорiи и тогда собиравшаяся еще армiя Сулеймана-паши, который съ первымъ эшелономъ, 2–3 баталiона пѣхоты, высадился 9 iюля въ гавани Деде-Агачъ, соединенной особой вѣтвью съ желѣлезнодорожнымъ путемъ, идущимъ отъ Константинополя черезъ Адрiанополь и Филиппополь.

Въ Деде-Агачъ Сулейманъ получилъ извѣщенiе, что онъ назначается главнокомандующимъ въ Балканахъ; ему, слѣдовательно, подчиняются и войска, бывшiя до того подъ командою Реуфа-паши.

"Цѣль, къ которой вамъ слѣдуетъ стремиться — значилось въ телеграммѣ военнаго министра — это воспрепятствовать непрiятелю сборать большiя силы въ Балканахъ и не допускать, чтобы онъ могъ грозить войскамъ Османа или Ахмедъ-Эюба пашей.

"Поэтому необходимо, какъ можно скорѣе, прогнать русскихъ, находящихся по сю сторону Балканъ, а также съ позицiй въ Балканахъ".

Сулейманъ прибылъ въ Адрiанополь по желѣзной дорогѣ 10 iюля вмѣстѣ съ первымъ эшелономъ своихъ войскъ, 2–3 баталiона. Тутъ онъ получилъ извѣщенiе отъ Реуфа-паши, что "войска его, состоящiя почти исключительно изъ низама и мустафизета, не могутъ считаться способными для военныхъ операцiй", почему Реуфъ-паша предлагалъ перевезти ихъ назадъ въ Тырново-Семенли, съ тѣмъ, чтобы тамъ, смѣшавъ съ боевыми войсками Сулеймана, образовать изъ нихъ два корпуса.

Сулейманъ не согласился на это предложенiе, то есть собственно — на отступленiе, и увѣдомилъ Реуфа-пашу, что онъ еще ночью перевезетъ свои 2–3 баталiона впередъ на станцiю Карабунаръ и предлагалъ Реуфу-пашѣ перевезти туда столько же.

Въ такомъ положенiи засталъ турокъ набѣгъ русской кавалерiи.

Набѣгъ русской кавалерiи на турецкiя рельсовыя линiи назначенъ былъ генералъ-адъютантомъ Гурко на 12 iюля. Для исполненiя его еще 10 iюля была дана слѣдующая диспозицiя:

"Завтра, 11 iюля, войскамъ Передового отряда произвести слѣдующее:

"1) 9-му драгунскому Казанскому полку, съ двумя орудiями и одною сотнею, находящуюся въ Эски-Загрѣ, перейти за рѣку Сiютли (Сазлы-Дере) по дорогѣ въ Кечерли (по линiи желѣзной дороги изъ Филиппополя на Адрiанополь) и, переночевавъ на этой рѣкѣ, на другой день, то есть 12 iюля, выступить въ 3½ часа утра и слѣдовать черезъ Акбунаръ на Кечерли, въ окрестностяхъ котораго разрушить какъ желѣзную дорогу, мосты на ней, такъ и телеграфъ.

"2) 8-му драгунскому Астраханскому полку, съ двумя орудiями казачьей Донской № 10 батареи, выступить въ 4 часа утра и слѣдовать черезъ Эски-Загру въ окрестности Арабаджи на рѣкѣ Сiютли (Сазлы-Дере). Переночевавъ на этой рѣкѣ, полкъ съ двумя орудiями долженъ будетъ на другой день, то есть 12 iюля, выступить въ 4½ часа утра и идти въ Карабунаръ для порчи желѣзной дороги, разрушенiя на ней мостовъ и телеграфовъ въ окрестностяхъ этого города. Оба вышеупомянутые полка должны исполнить возлагаемое на нихъ порученiе съ возможною скоростью и затѣмъ немедленно вернуться въ Эски-Загру.

"3) 9-му гусарскому Кiевскому полку, со взводомъ конной № 16 батареи, выступить съ бивака завтра, 11 iюля, въ 4 часа утра и перейти въ Эски-Загру.

"4) Двумъ бригадамъ Болгарскаго ополченiя и одной сотнѣ казаковъ, находящейся въ авангардѣ на рѣкѣ Тунджѣ, выступить въ пять часовъ утра и перейти въ Эски-Загру.

"Цѣль движенiя Болгарскаго ополченiя и Кiевскаго гусарскаго полка — охранять городъ Эски-Загру до тѣхъ поръ, пока вернутся назадъ оба драгунскiе полка. По возвращенiи же ихъ, они перейдутъ обратно на занимаемые ими нынѣ мѣста.

"Я буду слѣдовать вмѣстѣ съ Кiевскимъ гусарскимъ полкомъ и вмѣстѣ съ нимъ вернусь обратно въ Казанлыкъ.

"Всемъ остальнымъ войскамъ занимать ихъ теперешнее расположенiе".

Согласно этой диспозицiи оба отряда, назначенные для набѣговъ, двинулись къ своимъ цѣлямъ, а остальныя части войскъ своевременно перешли въ Эски-Загру.

Отрядъ командира Астраханскаго драгунскаго полка полковника МацылевичаИзъ этихъ парт, при коемъ находился начальникъ штаба кавалерiи Передового отряда генеральнаго штаба подполковникъ Сухотинъ, подойдя къ желѣлезной дорогѣ, выдѣлилъ для ея порчи три партiи, изъ коихъ средняя направлена была на самую станцiю Карабунаръ, а остальныя двѣ — по сторонамъ.

Изъ этихъ партiй правая и средняя встрѣчены были турецкими войсками силой около трехъ баталiоновъ съ черкесской конницей и не могли исполнить даннаго имъ порученiя. Болѣе посчастливилось лѣвой партiи подъ начальствомъ флигель-адъютанта штабсъ-ротмистра барона Розена. Она состояла изъ своднаго эскадрона, наполовину изъ драгунъ и наполовину изъ казаковъ, имѣя при себѣ команду "динамитчиковъ" штабсъ-ротмистра Кiевскаго гусарскаго полка Бабаева. Этой партiи удалось произвести различныя порчи и разрушенiя.

"На протяженiи около 20 верстъ разрушено: пять каменныхъ мостовъ, каждый длиною 3–4 сажени, четыре трубы, изъ коихъ одна, въ насыпи въ нѣсколько саженъ высоты, потребовала для взрыва 32 фунта дианмита. Сожжены одинъ полустанокъ и нѣсколько караулокъ. На всемъ протяженiи, въ нѣсколькихъ участкахъ, сняты или совершенно уничтожены рельсы и прерванъ телеграфъ; проволока уничтожена, а столбы срублены. Въ разрушенiи помогали сбѣжавшiеся болгары, которые раскидывали шпалы и рельсы и увозили ихъ съ собой"[13].

Отрядъ полковника Мацылевича вернулся въ Эски-Загру 12 числа вечеромъ. Другой отрядъ командира драгунскаго Казанскаго полка полковника Корево, при которомъ находился генеральнаго штаба подполковникъ Фрезе, вернулся въ Эски-Загру въ полночь съ 12 на 13 iюля.

Отрядъ полковника Корево выступилъ съ бивака у Эски-Загры въ 4 часа пополудни 11 числа; дойдя до Скендерли, остановился на привалѣ до 3 часовъ утра 12 числа, откуда направился на станцiю Каяджикъ, имѣя въ авангардѣ 6-ю сотню 24-го Донского казачьяго полка. Въ разныхъ мѣстахъ виднѣлись небольшiя партiи башибузуковъ; на одну изъ нихъ, человѣкъ въ 60, наткнулся разъѣздъ урядника Горшева и, атаковавъ ее, убилъ шесть человѣкъ и захватилъ семь. Той же сотни хорунжiй Дукмасовъ съ десятью казаками "испортилъ желѣзную дорогу и телеграфъ въ трехъ верстахъ отъ станцiи и затѣмъ направился на станцiю Каяджикъ, которую и занялъ"[14].

Для разрушенiй на станцiи выдвинутъ былъ 4-й эскадронъ Казанцевъ маiора Теплова и за нимъ команда "динамитчиковъ" подъ прикрытiемъ полуэскадрона 3-го эскадрона капаитана Щеголева.

Драгуны переправились черезъ Марицу вплавь. Турки никакого сопротивленiя на станцiи не оказали. Показавшiеся на высотахъ праваго берега Марицы за станцiей башибузуки поспѣшно удалились.

Послѣ бѣгства башибузуковъ въ южномъ направленiи, маiоръ Тепловъ отправилъ за ними разъѣздъ для наблюденiя. Команда "динамитчиковъ" была раздѣлена на три части и точасъ занялась разрушенiемъ какъ на самой станцiи, такъ и вправо, и влѣво отъ нея. "Въ 11¼ часовъ послѣдовалъ первый взрывъ — водокачалки. Затѣмъ взорваны и зажжены: желѣлезнодорожная станцiя и прилегавшiя къ ней постройки съ громадными запасами зернового хлѣба. Въ то же время другiя части динамитной команды разрушали дорогу вправо и влѣво отъ станцiи. Все это окончено въ половинѣ перваго часа"[15].

Налетъ на станцiю былъ настолько быстръ, что застигъ всю администрацiю ея врасплохъ. Захвачены: касса, депеши и телеграфный аппаратъ. Арестованы начальникъ станцiи и телеграфистъ.

"По разрушенiи желѣзнодорожной станцiи и послѣ небольшого привала отрядъ отъ Каяджика отправился обртано въ Эски-Загру, куда прибылъ въ 12 часовъ ночи, сдѣлавъ въ этотъ день 70 верстъ"[16].

Генералъ Гурко лично оставилъ Эски-Загру послѣ полудня 13 iюля и съ конвоемъ одной сотни казаковъ направился обратно въ Казанлыкъ. Всѣ остальныя войска, двинутыя впередъ диспозицiей на 11 число, оставлены у Эски-Загры подъ общимъ начальствомъ герцога Николая Максимилiановича Лейхтенбергскаго. Исполняющимъ должность начальника штаба отряда назначенъ былъ подполковникъ Фрезе. Временное командованiе всей кавалерiей поручено было герцогу Евгенiю Максимилiановичу Лейхтенбергскому, при коемъ за начальника штаба оставался подполковникъ Сухотинъ.

Отряду поручено охраненiе выходовъ изъ Эски-Загринскаго ущелья и собиранiе свѣдѣнiй о непрiятелѣ.

Такъ какъ по диспозицiи 10 iюля Болгарское ополченiе и Кiевскiй гусарскiй полкъ предполагалось вернуть въ Казанлыкъ по возвращенiи драгунскихъ полковъ, то оставленiе ихъ въ Эски-Загрѣ свидѣтельствовало о новыхъ, съ тѣхъ поръ, зародившихся предположенiяхъ генерала Гурко.

Новыя предположенiя генерала Гурко изложены были имъ уже на слѣдующiй день послѣ возвращенiя въ Казанлыкъ, въ письмѣ Главнокомандующему отъ 14 iюля, дополнявшемъ предыдущее его письмо отъ 12 числа, составленное въ Эски-Загрѣ. Въ послѣднемъ онъ упомянулъ, что защита перевала Шипки должна быть перенесена въ Эски-Загру. Въ письмѣ же отъ 14 числа онъ болѣе опредѣленно излагалъ планъ активной обороны обоихъ Балканскихъ проходовъ. Соображенiя свои генералъ Гурко основывалъ на временной пока слабости турокъ: "На всемъ пространствѣ отъ Средняго Балкана до рѣки Марицы — доносилъ онъ — нѣтъ непрiятельскихъ войскъ, ходятъ только шайки башибузуковъ и черкесовъ, которыя грабятъ и рѣжутъ болгаръ и жгутъ ихъ дома".

Въ тотъ же день, 14 iюля, вернулся въ Казанлыкъ отрядъ войскового старшины барона Штакельберга, исполнившiй развѣдку на западъ отъ Казанлыка, по шоссе, ведущему въ кружномъ направленiи на Филиппополь. Отрядъ состоялъ изъ 2-й и 5-й сотенъ 21-го Донского казачьяго полка и полусотни 2-й сотни 26-го полка. Баронъ Штакельбергъ выступилъ 11 же числа. Онъ, пройдя Калоферъ (верстъ 35 отъ Казанлыка), дошелъ съ частью отряда до Карлова, лежащаго у подножiя Балканъ въ девяти вестахъ сѣвернѣе шоссе Казанлыкъ — Филиппополь, верстахъ 65 отъ Казанлыка. Возвращаясь въ Казанлыкъ, баронъ Штакельбергъ оставилъ одну сотню на дорогѣ въ Калоферъ, для наблюденiя за пространствомъ къ Филиппополю и вообще къ западу отъ Казанлыка. По собраннымъ имъ свѣдѣнiямъ оказалось, что турки въ числѣ 1.500-2.000 человѣкъ, уходя съ Шипкинскаго перевала 9 чмсла, спустились съ горъ восточнѣе Карлова и что въ Филиппополѣ находится, якобы, 8.000 турокъ при двухъ орудiяхъ.

За все время отрядъ видѣлъ только одну шайку башибузуковъ; казаки, нагнавъ ея хвостъ, успѣли зарубить изъ нихъ шестерыхъ[17].

Далѣе, по свѣдѣнiямъ генерала Гурко, оказывалось, что въ Ени-Загрѣ было собрано 6–8 таборовъ пѣхоты при довольно значительной партiи черкесовъ и что, по толкько что полученнымъ имъ свѣдѣнiямъ, турки, якобы, начали очищать Ени-Загру. Для провѣрки генералъ Гурко просилъ генерала Борейшу произвести туда рекогносцировку[18].

По разнымъ же свѣдѣнiямъ, имѣвшимся у генерала Гурко: у желѣзнодорожнаго узла Тырново-Семенли собирались войска изъ армiи Сулеймана-паши, коихъ тамъ насчитывали около 8.000. Въ Адрiанополѣ собиралась остальная армiя Сулеймана-паши, "но соберется не скоро". У Чирпана (верстъ 45 южнѣе Казанлыка) находилось до полуторы тысячи мустафизета и начинали прибывать бѣглецы изъ Шипки. Въ Филиппополѣ, кромѣ Шипкинскихъ бѣглецовъ, никого нѣтъ. За Калоферомъ вовсе не было турокъ.

Наконецъ, всѣ многочисленныя показанiя одинаково утверждали, что "какъ въ турецкихъ войскахъ, собранныхъ въ долинѣ Марицы, такъ и среди населенiя царствуетъ, пока еще, страшная паника".

Таковы были свѣдѣнiя генерала Гурко, о которыхъ онъ доносилъ Главнокомандующему, добавивъ въ видѣ заключенiя:

"Изъ этой картины Ваше Императорское Высочество изволите усмотрѣть, что настоящее время есть самое благопрiятное для нанесенiя рѣшительнаго удара. Положительно можно сказать, что мы теперь имѣемъ полную вѣроятность одержать блестящiй успѣхъ, въ случаѣ нашего энергическаго наступленiя, и что для этого не потребуется большихъ силъ. Можно, пользуясь теперешнею обстановкою, разбить всю армiю Сулеймана-паши по частямъ, по мѣрѣ того, какъ эти части будутъ прибывать. Если бы въ мое распоряженiе была представлена бригада генерала Борейши и, сверхъ того, была бы придана къ отряду одна 9-фунтовая батарея, то я могъ бы 18 или 19 iюля атаковать позицiю Тырново-Семенли съ большимъ шансомъ на полный успѣхъ, и тѣмъ болѣе, что всѣ укрѣпленiя обращены на сѣверъ; я же предполагалъ бы повести атаку съ запада, то есть съ неукрѣпленной стороны.

"Представляя на благоусмотрѣнiе Вашего Императорскаго Высочества эти соображенiя, считаю своимъ долгомъ присовокупить, что промедленiе въ наступленiи может привести къ весьма грустнымъ послѣдствiямъ: турки опомнятся, забудутъ свои пораженiя въ долинѣ Тунджи и освободятся отъ паническаго страха. Вся армiя Сулеймана-паши соберется и усилится другими отрядами. Позицiя Тырново-Семенли укрѣпится и обратится въ укрѣпленный лагерь. Мало того, узнавъ о моей слабости, Сулейман-паша, по сосредоточенiи всей своей армiи, можетъ перейти въ наступленiе и тѣмъ поставить мой слабый отрядъ въ весьма критическое положенiе. Словомъ сказать, видя на мѣстѣ всю обстановку, я нахожусь въ полномъ убѣжденiи, что рѣшительное и немедленное наступленiе всѣхъ войскъ, перешедшихъ Балканы, обѣщаетъ полный успѣхъ, промедленiе же въ наступленiи, а въ особенности довольно продолжительное, можетъ имѣть дурныя послѣдствiя".

На случай несогласiя Главнокомандующаго съ изложенными наступательными предложенiями, генералъ Гурко предлагалъ все-таки держаться на "очень хорошей" позицiи у Эски-Загры, а отряду Борейши — у Ени-Загры.

"Отойди я къ Шипкѣ, - добавлялъ генералъ Гурко, — и мы выказываемъ передъ непрiятелемъ робость и подчиняемся его волѣ; занимая же Эски-Загру, мы владѣемъ всѣмъ пространствомъ до рѣки Марицы и держимъ непрiятеля въ постоянномъ страхѣ. Въ случаѣ, если мы отойдемъ за Среднiй Балканъ и непрiятель займетъ его, то намъ впослѣдствiи будетъ предстоять трудная задача открыть пути черезъ этотъ хребетъ, что повлечетъ за собой большiя жертвы. Наконецъ, занимая обѣ Загры, мы тѣмъ самымъ защищаемъ оба прохода: Шипкинскiй и Хаинкiойскiй".

Въ заключенiе генералъ Гурко еще разъ настаивалъ на необходимости подчинить ему отрядъ генерала Борейши, указывая, что раздѣльное дѣйствiе можетъ повлечь за собой пораженiе обоихъ отрядовъ порознь.

При рѣшенiи генерала Гурко держаться возможно впереди, не малую роль играла забота о судьбахъ мѣстнаго населенiя, что и было выражено въ помянутомъ его письмѣ; а на слѣдующiй день, 15 iюля, онъ заключилъ свое новое письмо Главнокомандующему словами:

"Уйди я изъ Эски-Загры, болгары станутъ убивать и грабить сдавшихъ оружiе турокъ, а черкесы и башибузуки будутъ рѣзать и тѣхъ, и другихъ".

Наконецъ, генералъ Гурко и въ слѣдующiй день, 16 iюля, доказывая въ донесенiи Главнокомандующему необходимость не отступать и держаться впереди, выказалъ между прочимъ:

"Считаю священнымъ долгомъ донести Вашему Императорскому Высочеству, что отступленiе наше будетъ сопровождаться поголовнымъ избiенiемъ всего болгарскаго населенiя городовъ Эски-Загры и Казанлыка и всѣхъ деревень долины рѣки Тунджи. Я содрогаюсь при мысли, что временное пребыванiе наше въ этихъ мѣстахъ будетъ причиной ужасной участи жителей этого раiона".

Но если генералъ Гурко, представляя предположенiя свои Главнокомандующему, руководствовался только своей частной обстановкой, то послѣднiй долженъ былъ принять въ разсчетъ общее положенiе дѣлъ на всемъ театрѣ войны, весьма тогда осложнившееся.

Для русской армiи, на время, впредь до намѣченнаго удара на Плевну, насталъ перiодъ выжиданiя и относительной пассивности, среди коей волей-неволей приходилось мѣнять взгляды и разсчеты, подчиняясь почину противника. Выразилоь это и въ ближайшихъ сношенiяхъ между Полевымъ Штабомъ и генераломъ Гурко.

Такъ, изъ отзыва генерала Непокойчицкаго начальнику Передового отряда отъ 14 iюля видно, что хотя правый флангъ русской армiи, съ усиленiемъ войскъ генерала Криденера, считался, пока, достаточно обезпеченнымъ, но зато съ другой, лѣвой, стороны явились признаки усиленiя турецкихъ войскъ въ окрестностяхъ Османъ-Базара и Эски-Джумы. Предвидѣлась отсюда возможность наступленiя турокъ на Тырново. Въ указанномъ случаѣ предполагалось встрѣтить турокъ 11-ю и 14-ю пѣхотными дивизiями и 13-й кавалерiйской, приказать XIII корпусу идти на помощь со стороны Рущука и притянуть остатокъ IV корпуса, то есть три полка. Если бы всѣ эти мѣры оказались недостаточны, то положенiе Тырнова могло бы оказаться "очень опаснымъ".

Указавъ, такимъ образомъ, на стѣсненное временно въ общемъ положенiе русской армiи и изложивъ соображенiя въ предвидѣнiи разныхъ случайностей, даже самыхъ неблагопрiятныхъ, Начальникъ Полевого Штаба тѣмъ не менѣе добавилъ:

"Но нельзя же по одной лишь возможности такого исхода отказаться от всѣхъ выгодъ, прiобрѣтенныхъ занятiемъ проходовъ".

Поэтому въ томъ же предписанiи значилось, что Великiй Князь Главнокомандующiй призналъ возможнымъ отдать въ распоряженiе генерала Гурко 1-ю бригаду 9-й пѣхотной дивизiи, которая, по усмотрѣнiю послѣдняго, "можетъ быть употреблена или для набѣга на Ени-Загру, или для усиленiя войскъ въ Казанлыкѣ".

Однако, въ тотъ же еще день, 14 iюля, Начальникъ Полевого Штаба, вслѣдствiе тревожныхъ извѣстiй: будто турки съ утра 13 числа наступаютъ отъ Плевны на Ловчу, — писалъ генералу Гурко "немедленно двинуть стрѣлковую бригаду на смѣну Орловскаго полка".

Впрочемъ, на слѣдующiй день, 15 числа, помощникъ Начальника Полевого Штаба, генералъ Левицкiй, сообщилъ генералу Гурко, что:

"Извѣстiе о наступленiи изъ Плевны на Ловчу невѣрно, поэтому посылать стрѣлковую бригаду на перевалъ нѣтъ надобности — развѣ лишь усилить однимъ стрѣлковымъ баталiономъ[19]. Со всѣми соображенiями вашими Его Императорское Высочество согласенъ. О подчиненiи вамъ 1-й бригады 9-й пѣхотной дивизiи вчера уже распоряжено; на будущее время всѣ войска, которыя могли бы быть направлены небольшими отрядами за Балканы, будутъ безусловно вамъ подчинены, для необходимаго единства дѣйствiй". Добавлено, еще, что одна 9-фунтовая батарея того же числа вечеромъ выступитъ черезъ Габрово и Шипку въ Казанлыкъ. Извѣщенiе это, отправленное съ состоявшимъ при Главнокомандующемъ полковникомъ Вульфертомъ, получено было въ Казанлыкѣ въ полдень 16 iюля.

Такимъ образомъ, генералъ Гурко прiобрѣталъ полную свободу дѣйствiй и не замедлилъ ею воспользоваться. Началомъ новой операцiи назначено было имъ утро слѣдующаго дня, 17 числа.

Свѣдѣнiя о положенiи дѣлъ у турокъ генералъ Гурко долженъ былъ получать, главнымъ образомъ, изъ Эски-Загринскаго отряда герцога Николая Лейхтенбергскаго. Въ приказѣ по Передовому отряду, отданномъ 13 iюля въ Эски-Загрѣ, сказано было въ концѣ: "Назначенiе отряда — охранять выходы изъ Эски-Загрскаго ущелья, собиранiе свѣдѣнiй о непрiятелѣ и отдыхъ кавалерiи".

Приказъ этотъ дополнялся въ извѣстной мѣрѣ отзывомъ начальникомъ штаба Передового отряда полковника Нагловскаго начальнику штаба Эски-Загринскаго отряда подполковнику Фрезе отъ 14 iюля, коимъ предупреждалось, что вслѣдствiе тогдашнихъ распоряженiй Полевого Штаба отрядъ обрекается на роль пассивную и самъ долженъ ожидать наступленiя турокъ. Далѣе высказана увѣренность, что Эски-Загринскiй отрядъ, "обладая 15 эскадронами, не будетъ застигнутъ врасплохъ и что онъ всегда успѣетъ увернуться отъ атаки превосходныхъ силъ". Для этого генералъ Гурко "рекомендуетъ особо быть осторожнымъ и наблюдать за дѣйствiями непрiятеля какъ кавалерiей, такъ и мѣстными жителями".

Кавалерiя отряда герцога Лейхтенбергскаго, нуждавшаяся въ отдыхѣ, не могла развить особо сильныхъ наступательныхъ развѣдокъ въ короткiй перiодъ времени до новой операцiи, предпринятой генераломъ Гурко 17 iюля. Исполненные за это время развѣдки и набѣги, какъ видно изъ донесенiя Его Высочества герцога Николая Лейхтенбергскаго начальнику Передового отряда[20], сводились къ слѣдующему:

Для порчи телеграфной линiи въ окрестностяхъ Хаскiоя, къ югу отъ Филиппопольской желѣзной дороги (верстъ 60 къ югу отъ Эски-Загры), была выслана 13 числа казачья сотня подъ начальствомъ штвбсъ-ротмистра Чиляева. Разъѣздъ этотъ не могъ проникнуть за рѣку Марицу и "угрожаемый сильнымъ непрiятелемъ" отошелъ къ Узунъ-Хассанъ (верстъ 35 южнѣе Эски-Загры). Отъ жителей узналъ онъ, будто турки собрали у Кечерли (станцiя желѣзной дороги) до полуторы тысячи человѣкъ. Далѣе подтверждались имвшiяся уже извѣстiя о передвиженiяхъ турецкихъ войскъ между Тырново-Семенли, Карабунаромъ и Кечерли. Штабсъ-ротмистръ Чиляевъ вернулся въ Эски-Загру 15 числа вечеромъ.

Для усиленной развѣдки къ Ени-Загрѣ (верстъ 30 къ сѣверо-востоку отъ Эски-Загры) 15 iюля отправлено было полтора сводныхъ эскадрона Казанскаго драгунскаго полка "на лучшихъ лошадяхъ" подъ начальствомъ полковника Бѣлогрудова. Ему "поставлена цѣль: непремѣнно дойти до непрiятеля, развѣдать о его силахъ и расположенiи и провѣрить слухъ о движенiи турецкихъ войскъ изъ Ени-Загры на сѣверъ или на югъ, о подходѣ подкрѣпленiй къ Ени-Загрѣ откуда бы то ни было", и въ тотъ же день вернуться на бивакъ.

Полковникъ Бѣлогрудовъ дошелъ почти до самой Ени-Загры и тутъ, преслѣдуя черкесовъ, наведенъ былъ ими на замаскированную четырехъ-орудiйную батарею, которая "осыпала драгунъ снарядами съ разстоянiя не болѣе 300 саженъ". Полковникъ Бѣлогрудовъ "сталъ шагомъ отходить назадъ". Тогда вновь появившiеся черкесы назойливо слѣдовали за драгунами, обстрѣливая ихъ изъ магазинокъ. Полковникъ Бѣлогрудовъ, давъ имъ достаточно увлечся, внезапно повернулъ дивизiонъ кругомъ и повелъ атаку, имѣя въ первой линiи полуэскадронъ подъ начальствомъ маiора Теплова. Черкесы на маленькихъ лошадяхъ не могли ни увернуться, ни защититься противъ драгунъ, рубившихъ ихъ сверху внизъ и положившихъ нѣсколько дѣсятковъ на мѣстѣ. Потери драгунъ состояли изъ 11 убитыхъ и 11 раненыхъ, изъ нихъ холоднымъ оружiемъ — только двое. Въ числѣ убитыхъ былъ и "юный храбрецъ портупей-юнкеръ Боженко"[21].

Изъ донесенiя полковника Бѣлогрудова оказалось, что передъ нимъ было около двухъ полковъ пѣхоты, четыре орудiя и двѣ-три сотни черкесовъ; что станцiя Ени-Загры укрѣплена; что по всей вѣроятности за городомъ и селенiемъ Енджекiой имѣются еще войска; что о передвиженiяхъ отъ Эни-Загры или къ ней ничего не слышно.

На слѣдующiй день, 16 числа, высланъ разъѣздъ изъ дивизiона Кiевскаго гусарскаго полка маiора Тулатова. Дивизiонъ дошелъ до деревни Пишмана (верстъ 10 не доходя до желѣзнодорожной станцiи Карабунаръ), а разъѣзды дошли до деревень Карабунаръ (у желѣлезной дороги) и Гаджалово. Отъ жителей узнали, что въ Карабунарѣ находилось 6–7 таборовъ пѣхоты, шесть пушекъ; что турецкiя войска стянулись къ станцiи Тырново; о движенiи ихъ къ сѣверу ничего не слышно.

Наконецъ, отъ пикета Астраханскаго драгунскаго полка пришло того же 16 числа вечеромъ донесенiе, что онъ отъ бѣжавшихъ изъ Карабунара жителей узналъ, что "тамъ находится шесть таборовъ, шесть орудiй и одиннадцать сотенъ черкесовъ и башибузуковъ".

"Такимъ образмъ, — какъ значится въ донесенiи герцога Лейхтенбергскаго — безпрерывными трудами нашей кавалерiи, ежедневно развѣдывавшей въ нѣсколькихъ направленiяхъ, 16-го вечеромъ были удостовѣрены слѣдующiе факты:

"1) Присутствiе свыше 6 баталiоновъ у Ени-Загры, 2) свыше 6 баталiоновъ пѣхоты съ артиллерiей у Карабунара на желѣзной дорогѣ; 3) какiя-то передвиженiя войскъ на участкѣ между Тырновомъ-Семенли и Кечерли; 4) что на разстоянiи 40 верстъ отъ Эски-Загры въ западномъ и южномъ направленiяхъ находятся только черкесскiя партiи и непрiятельскiе разъѣзды; 5) кромѣ того, къ тому же времени у Эски-Загры собрались бѣглецы-болгары, въ числѣ нѣсколькихъ тысячъ человѣкъ, бѣжавшiе изъ-за рѣки Марицы и рѣки Сазлы; 6) отъ шпiоновъ было узнано о сборѣ мустафизета и башибузуковъ въ Чирпанѣ; 7) по слухамъ отъ жителей, фактъ сосредоточенiя будто бы армiи Сулеймана-паши, перевезенной моремъ изъ Черногорiи въ Адрiанополь"[22].

Независимо того, о весьма важномъ обстоятельствѣ донесъ герцогу Лейхтенбергскому исправляашiй должность Эски-Загринскаго коменданта полковникъ де-Прерадовичъ. Въ запискѣ послѣдняго отъ 15 iюля значилось, между прочимъ, подчеркнутымъ:

"Двое болгаръ, бѣжавшихъ изъ Карабунара, показываютъ, что турецкiя войска въ числѣ 20.000 прибыли изъ Деде-Агачъ въ Адрiанополь и оттуда въ Карабунаръ"[23].

Видно, что это свѣдѣнiе, дополненное, надо полагать, другими же, своевременно дошло до штаба Передового отряда, такъ какъ въ описанiи дѣйствiй его бывшимъ начальникомъ отряднаго штаба полковникомъ Нагловскимъ значится между прочимъ:

"Первыя болѣе точныя, хотя еще и не совсѣмъ опредѣленныя, свѣдѣнiя объ армiи Сулеймана-паши получены отъ Его Императорскаго Высочества герцога Лейхтенбергскаго 15 iюля вечеромъ.

"На основанiи этихъ свѣдѣнiй оказывалось, что армiя эта собирается не у Адрiанополя, а у желѣзнодорожной станцiи Карабунаръ; что числительность ея доходитъ до 30 тысячъ человѣкъ; что, сверхъ этой армiи, у Тырново-Семенли стоитъ другой отрядъ силой около 6 тысячъ человѣкъ, тоже подчиненный Сулейману; что сосредоточенiе у Карабунара началось уже нѣсколько дней и продолжается съ большою поспѣшностью".

Со своей стороны генералъ Гурко доносилъ Главнокомандующему раньше, то есть 14 iюля, между прочимъ:

"У узла желѣзной дороги Тырново-Семенли собираются войска изъ армiи Сулеймана-паши и въ настоящее время тамъ собрано около восьми тысячъ; но сколько орудiй — неизвѣстно. Позицiя у этого узла укрѣпляется… Въ Адрiанополѣ собирается остальная армiя Сулеймана-паши, но соберется еще не скоро".

Но уже черезъ день, а именно въ донесенiи своемъ отъ 16 iюля, генералъ Гурко писалъ, что, по полученнымъ новымъ свѣдѣнiямъ, "въ Карабунарѣ (станцiя желѣзной дороги на Ямбольской вѣтви къ сѣверу отъ Тырново-Семенли) собирается армiя Сулеймана-паши, прибывшая изъ Антивари[24].

"По показанiямъ болгаръ, бѣжавшихъ изъ Адрiанополя, армiя эта должна дойти до 20 тысячъ, по показанiямъ же турокъ — до 40 тысячъ. Въ настоящее время она еще не вся собралась, но сколько именно уже прибыло въ Карабунаръ — пока неизвѣстно. Принимая во вниманiе, что уже болѣе недѣли, какъ ночные поѣзда не ходятъ, небольшую величину турецкихъ вагоновъ и то, что первые эшелоны армiи только недавно начали прибывать въ Карабунаръ, я полагаю, что потребуется еще довольно времени, чтобы успѣла здѣсь собраться вся армiя". Перечисливъ засимъ силы турокъ и въ другихъ еще мѣстахъ, генералъ Гурко, въ видѣ заключенiя, писалъ, что "настоящая минута самая удобная для разбитiя собирающейся армiи по частямъ…".

Все это писано было еще до полученiя помянутаго разрѣшенiя дѣйствовать по усмотрѣнiю.

Операцiя генерала Гурко на Ени-Загру основывалась, сколько можно судить изъ изложеннаго имъ, а равно и высказаннаго впослѣдствiи начальникомъ его штаба, на слѣдующихъ соображенiяхъ:

1) Начальникъ Передового отряда 16 iюля зналъ уже, что армiя Сулеймана-паши собирается у Карабунара; сколько собралось — извѣстно не было, но генералъ Гурко полагалъ, "что потребуется еще довольно времени, чтобы успѣла собраться тамъ вся армiя".

2) Опасной армiя Сулеймана могла сдѣлаться дней черезъ 5–6 и тогда невозможно будетъ устоять противъ турокъ.

3) Отступленiе на Шипкинскiй перевалъ считалось опаснымъ и передавало въ руки турокъ весь край по самые Балканы.

4) Для дальнѣйшихъ цѣлей русской армiи считалось необходимымъ удержать за собой не только перевалы Шипки и Хаинкiоя, но и самые выходы изъ ущелiй.

5) Наступленiе всѣми силами Передового отряда и бригады генерала Борейши на Ени-Загру сулило возможность нанести тамъ туркамъ частное пораженiе.

6) Расположенiе у Ени-Загры, послѣ ея занятiя, представляло ту выгоду, что оно будетъ фланговымъ по отношенiю направленiя турецкой армiи отъ Карабунара на Казанлыкъ — Шипку. Этимъ не только прикрывалась вся долина Тунджи, но и часть края передъ Малыми Балканами.

7) У Ени-Загры отрядъ "становился на ближайшемъ пути соединенiя турецкой армiи, собирающейся въ Карабунарѣ, съ главной армiей, собиравшейся въ Шумлѣ".

8) Въ случаѣ удачи возможно было выиграть время и дождаться подкрѣпленiй отъ главной армiи по окончанiи дѣлъ у Плевны.

9) Въ худшемъ случаѣ возможно было отступить къ Хаинкiойскому перевалу.

На основанiи приведеннаго, генералъ Гурко, получивъ, какъ сказано, въ полдень 16 iюля разрѣшенiе дѣйствовать самостоятельно, рѣшилъ, не теряя времени, двинуть свои войска 17 числа по направленiю къ Ени-Загрѣ съ тѣмъ, чтобы атаковать тамъ турокъ на слѣдующiй день, 18 числа.

Въ диспозицiи генерала Гурко отъ 16 iюля на 17 число сказано было:

Правой колоннѣ, то есть отряду герцога Лейхтенбергскаго (4 баталiона, 12 эскадроновъ, 2 сотни и 12 орудiй), оставивъ одну-двѣ роты Болгарскаго ополченiя и одну сотню казаковъ въ Эски-Загрѣ, перейти въ Кодирбе, близъ Долбока, по дорогѣ въ Ени-Загру.

Средней колоннѣ, подъ начальствомъ командира 4-й стрѣлковой бригады генерала Цвѣцинскаго (4½ баталiона, 2½ сотни и 16 орудiй), выступить изъ Казанлыка въ 3 часа утра и слѣдовать черезъ Софилари и Кисла (Кишлята) въ Канарджи (Чайнакчiй); между Софилари и Кисла сдѣлать большой привалъ, съ варкой пищи, до 2 часовъ пополудни. При этой колоннѣ слѣдовалъ генералъ Гурко.

Лѣвой колоннѣ генерала Борейши, оставивъ одинъ баталiонъ безъ стрѣлковой роты съ полусотнею казаковъ для прикрытiя Хаинкiойскаго перевала, съ остальными войсками (5 баталiоновъ съ ротой, 1 сотня и 16 пѣшихъ орудiй) слѣдовать черезъ Оризари въ Лыджу.

Колеснаго обоза не брать, а лишь вьючный. На бивакѣ во время ночлега, пищи не варить и костровъ не разводить.

По исполненiи этихъ передвиженiй лѣвая и средняя колонны выравнивались по одной линiи, верстъ 30 длиной, сѣверо-западнѣе Ени-Загры, отдѣленныя от нея еще горами Малаго Балкана. Правая колонна появлялась западнѣе Ени-Загры, отдѣленная отъ прочихъ помянутымъ хребтомъ. Всѣ три колонны — въ разстоянiи верстъ 15–18 отъ Ени-Загры.

Однако, положенiе у турокъ было въ то время не то, которое предполагалось генераломъ Гурко, и согласное движенiе его колоннъ уже въ первый день операцiи, 17 числа, встрѣтило помѣху отъ неожиданнаго почина Сулеймана-паши.

Турецкiй главнокомандующiй, какъ сказано было, отклонилъ 12 iюля предложенiе Реуфа-паши, желавшаго отступить отъ Ени-Загры къ югу, и немедленно позаботился о сильномъ занятiи желѣзнодорожной станцiи Карабунаръ, которую избралъ пунктомъ сбора своей армiи. Сулейманъ прибылъ въ Карабунаръ уже 13 числа iюля.

Затѣмъ 15 числа на желѣлезнодорожной станцiи Радне-Михалеси состоялось свиданiе Сулеймана съ Реуфомъ, которому первый передалъ свои дальнѣйшiя приказанiя.

Между тѣмъ, войска Сулеймана, прибывшiя съ нимъ изъ Черногорiи, двинуты были по желѣлезной дорогѣ дальше, къ Карабунару, такъ что 16 iюля, въ день помянутой выше развѣдки Кiевскихъ гусаръ отъ Эски-Загры къ Карабунару, въ окрестностяхъ этого пункта собралось 41 турецкiй баталiонъ, 2 эскадрона и 4 батареи, не считая иррегулярной конницы.

Въ то же время у Реуфа-паши у Ени-Загры было 15 баталiоновъ, 1 эскадронъ, 600 иррегулярныхъ конниковъ и 4 батареи, а Хулусси-паша, перешедшiй изъ Филиппополя въ Чирпанъ, имѣлъ тамъ 8 баталiоновъ, 1 батарею и 150 человѣкъ иррегулярныхъ конниковъ[25].

Сулейманъ-паша организовалъ изъ своей пѣхоты пять бригадъ, въ бригадѣ по два полка, то есть по восьми баталiоновъ, а въ одной — девять; пѣхота Реуфа-паши соединена была въ двѣ бригады, по шести баталiоновъ[26], а восемь баталiоновъ Хулусси-паши считались одной бригадой. Составъ баталiоновъ, привезенныхъ изъ Черногорiи, былъ весьма слабъ, въ среднемъ считалось по 380 человѣкъ въ баталiонѣ. Полки были собственно сводные (не постоянной организацiи). Патронами турки были снабжены достаточно, но за недостаткомъ обоза людямъ приходилось носить на себѣ по 150 патроновъ. Сулейманъ успѣлъ вооружить часть своихъ баталiоновъ ружьями Генри-Мартини; такими же ружьями снабжались и стекавшiеся многочисленные добровольцы изъ магометанъ. Впрочемъ, въ отрядѣ Реуфа-паши было четыре баталiона, вооруженныхъ старыми, съ дула заряжающимися, ружьями. Артиллерiя была снабжена зарядами очень скудно, въ срднемъ — по 70 на орудiе.

Предположенiя Сулеймана въ общемъ и цѣломъ сводились къ тому, чтобы взять Эски-Загру и Казанлыкъ, завладѣть Шипкинскимъ проходомъ, а потому, по его мнѣнiю, всѣмъ тремъ турецкимъ армiямъ: Сулеймана, Мехмедъ-Али и Османа, слѣдовало произвести концентрическое наступленiе на Тырново.

Пока на 17 iюля назначено было Сулейманомъ наступленiе тремя колоннами по направленiю къ Эски-Загрѣ. Движенiе приказано произвести въ слѣдующемъ порядкѣ:

Правая колонна Реуфа-паши (12 баталiоновъ, 1 эскадронъ, около 600 черкесовъ и башибузуковъ и 4 батареи) отъ Ени-Загры должна была идти по направленiю на Арабаджикiой[27] на рѣку Сюитли, верстъ 10 не доходя Эски-Загры. Въ Ени-Загрѣ оставленъ отрядъ: 3 баталiона, 2 орудiя и партiя черкесовъ. Въ томъ же направленiи, на Арабаджикiой, должна была двигаться средняя колонна подъ начальствомъ самого Сулеймана (41 баталiонъ, 2 эскадрона, 500 башибузуковъ и 4 батареи) и тамъ соединиться съ войсками Реуфа. Наконецъ, лѣвая колонна Хулусси-паши (7 баталiоновъ, 150 башибузуковъ и 1 батарея) должна была идти отъ Чирпана до Арабъ-Махле (верстъ 15 не доходя Эски-Загры). Въ Чирпанѣ оставленъ 1 баталiонъ.

Атаку на Эски-Загру предполагалось произвести на слѣдующiй день, 18 iюля. Числительность войскъ Сулеймана, двинутыхъ имъ къ этому пункту, можно принять около 30 тысячъ человѣкъ. Составъ турецкихъ войсковыхъ частей былъ далеко неоднородный.

Такимъ образомъ, обѣ противные стороны предприняли одновременно передвиженiе одна мимо другой: русскiе сѣаернѣе, а турки южнѣе, и только правые колонны противниковъ могли столкнуться, двигаясь другъ другу на встрѣчу, между объектами дѣйствiй обѣихъ сторонъ — Эски-Загрой и Ени-Загрой.

Столкновенiе 17 iюля у Карабунара было неизбѣжнымъ послѣдствiемъ такого положенiя дѣлъ.

Начальникъ правой колонны русскихъ войскъ герцогъ Николай Максимилiановичъ Лейхтенбергскiй извѣщенъ былъ полковникомъ Нагловскимъ 16 iюля о предстоящемъ на слѣдующiй день наступленiи на Ени-Загру.

Герцогъ, съ своей стороны, желая точнѣе выяснить обстановку, приказалъ, еще до полученiя помянутаго извѣщенiя, направить 17 же числа два сильныхъ разъѣзда: одинъ по направленiю на Ени-Загру, въ составѣ дивизiона Казанскихъ драгунъ, а другой, въ составѣ эскадрона Кiевскихъ гусаръ, — по направленiю къ станцiи Карабунаръ. Для разъѣздовъ этихъ назначены были 1-й дивизiонъ драгунъ полковника Бѣлогрудова и 2-й эскадронъ гусаръ маiора Карѣева.

Казанскiй полкъ относительно развѣдки получилъ слѣдующее приказанiе:

"17 iюля выслать дивизiонъ отъ полка подъ начальствомъ полковника Бѣлогрудова по шоссе на Ени-Загру; назначенiе: собрать свѣдѣнiе о томъ, сколько именно непрiятельскихъ войскъ находится въ Ени-Загрѣ, не подходятъ ли къ нимъ подкрѣпленiя и откуда именно. Не отходятъ ли войска отъ города и куда именно. Свѣдѣнiя собрать отъ жителей и посредствомъ разъѣзда. На ночлегъ расположиться на половинѣ дороги между Эски-Загрой и Ени-Загрой. Собранныя свѣдѣнiя послать въ двухъ экземплярахъ: одинъ — въ урочище Ельгово генералъ-адъютанту Гурко, а другой, черезъ пикетъ, — въ Эски-Загру. Разъѣзды имѣть все 17 число и выслать съ разсвѣтомъ 18 iюля. Въ бой не вдаваться".

Что касается маiора Карѣева, то ему указано было "дойти до деревни Азабли" (Азапли, верстъ 13 не доходя станцiи Карабунаръ), "освѣтить разъѣздами мѣстность къ станцiи Карабунаръ и къ югу отъ Азабли".

Распоряженiя эти, какъ вполнѣ соотвѣтствовавшiя положенiю дѣлъ, остались въ своей силѣ и при наступленiи на Эски-Загру.

Диспозицiи на 17 и на 18 iюля доставлены были въ штабъ Геоцога генеральнаго штаба полковникомъ Бунаковымъ въ 4 часа утра 17 iюля.

Изъ диспозицiи видно было, что правой колоннѣ приходилось наступать 17 iюля отдѣленной отъ остальныхъ хребтомъ Малыхъ Балканъ, а потому герцогъ Лейхтенбергскiй, независимо помянутыхъ выше разъѣздовъ, приказалъ еще обслѣдовать соединительные пути черезъ Малые Балканы: одинъ отъ Долбока въ Елховъ (Ельгово), гдѣ онъ предполагалъ штабъ генерала Гурко въ ночь съ 17 на 18 iюля, и другой — отъ Чиркова на Балабанлiй.

Въ Эски-Загрѣ были оставлены двѣ роты 2-й дружины болгаръ и 2-я сотня 26-го Донского казачьяго полка. На командира этого полка полковника Краснова возложена была защита города. Остальныя войска выступили: пѣхота съ горной батареей и сотней казаковъ — въ 12 часовъ дня 17 iюля, а остальная кавалерiя съ 16-й конной батареей и взводомъ 10-й Донской — въ 2½ часа пополудни.

Далеко впереди этихъ войскъ находился въ то время 1-й дивизiонъ Казанцевъ подъ начальствомъ полковника Бѣлогрудова.

Между тѣмъ, турецкая колонна Реуфа-паши, имѣя впереди черкесовъ, выступила изъ Ени-Загры около 10 часовъ утра. Двигалась она вначалѣ по шоссе на Эски-Загру, а потомъ остановилась южнѣе шоссе, у Карабунара, на привалъ, продолжавшiйся съ 3 до 4 часовъ пополудни. Авангардная конница Реуфа-паши пришла въ соприкосновенiе съ драгунами Бѣлогрудова еще гораздо раньше достиженiя Карабунара.

Согласно приказанiю, полковникъ Бѣлогрудовъ съ 1-мъ дивизiономъ Казанскихъ драгунъ направился съ разсвѣтомъ отъ Эски-Загры на Ени-Загру. Слѣдуя по шоссе, онъ на высотѣ с. Долбока выслалъ на Ени-Загру три офицерскихъ разъѣзда и въ поддержку имъ къ Карабунару — полуэскадронъ 1-го эскадрона подъ начальствомъ штабсъ-капитана Толмачева, а самъ съ остальными частями дивизiона пошелъ влѣво къ горамъ, гдѣ у с. Ураевица отыскалъ бивачное мѣсто для ночлега.

Когда разъѣзды донесли, что наступаетъ турецкая конница въ числѣ 4–5 сотенъ, то полковникъ Бѣлогрудовъ пошелъ съ драгунами впередъ, вдоль подошвы горъ, и, спѣшившись на удобной позицiи у селенiя Чиркова, остановилъ наступленiе противника. Отступленiе драгунъ начато тогда, когда появилась пѣхота турокъ и построилась въ боевой порядокъ, а конница ихъ грозила обходомъ праваго фланга драгунъ.

Полковникъ Бѣлогрудовъ отступалъ "перемѣняя своими спѣшенными драгунами позицiи въ лѣсистой и гористой мѣстности, дабы при общемъ наступленiи турокъ дать время своимъ главнымъ силамъ приготовиться къ бою". За это время онъ посылалъ донесенiя какъ въ штабъ генерала Гурко[28], такъ и своему начальству[29]. Изъ полевой записки подполковника Сухотина на имя герцога Николая Лейхтенбергскаго видно, что получено донесенiе полковника Бѣлогрудова отъ Долбока, писанное въ часъ дня, о наступленiи турецкой кавалерiи и отъ Чиркова въ 2¼ часа, что видна большая пыль — движется колонна, примѣрно 2–3 баталiона съ артиллерiей и кавалерiей. Наступаютъ на Эски-Загру".

Вслѣдствiе донесенiй передовой конницы Герцогъ приказалъ двинуть впередъ на рысяхъ, шедшiй еще тогда позади пѣхоты, Астраханскiй драгунскiй полкъ со взводомъ 16-й конной батареи. Опередивъ пѣхоту, полкъ этотъ наткнулся скоро на турокъ. Конно-артиллерiйскiй взводъ съ успѣхомъ открылъ огонь въ направленiи бугра, на которомъ видны были конные люди и флаги. Но въ это же время турки, занявшiе позицiю на высотѣ (наравнѣ) с. Карабунара, неожиданно открыли огонь залпами изъ 8-12 орудiй, скрытыхъ въ хлѣбѣ и кукурузѣ между деревнями Карабунаръ и Баясли. Русскiе снаряды давали туда большiе недолеты, почему артиллерiйскiй взводъ былъ отведенъ назадъ.

Подоспѣвшiя дружины Болгарскаго ополченiя съ 16-й конной батареей стали на позицiю; гусарскому полку со 2-мъ дивизiономъ Казанскаго полка, взводомъ 10-й Донской батареи, всѣмъ подъ командой полковника Корево, указано было направленiе на лѣвый флангъ турокъ, а сотнѣ казаковъ, оберегавшей до того правый флангъ отряда, указано направленiе еще правѣе — къ Чавлукiой. Съ обходной конницей посланъ былъ и начальникъ штаба кавалерiи подполковникъ Сухотинъ.

Расположенныя на лѣвомъ флангѣ 3-я дружина и двѣ роты 2-й дружины вели довольно живую перестрѣлку со спѣшенными черкесами, которые засѣли за опушкой деревьевъ и кустовъ, покрывавшихъ подошву горъ[30].

Обходная колонна оусской кавалерiи до атаки не дошла, такъ какъ турки поспѣшили отступить. Они ввели въ дѣло 4–6 баталiоновъ съ артиллерiей и нѣсколько сотъ черкесовъ. Перестрѣлка кончилась около 9 часовъ вечера.

Огонь турокъ не былъ особенно дѣйствителенъ: весь уронъ 16-й конной батареи ограничивался двумя ранеными лошадьми; болгары потеряли всего семъ человѣкъ ранеными, изъ коихъ четверо остались въ строю, и только завязавшiе дѣло Казанскiе драгуны потеряли убитыми трехъ человѣкъ и одну лошадь.

Герцогъ Лейхтенбергскiй расположился на ночь у с. Долбока, а турки — на мѣстѣ своей первоначальной позицiи у с. Карабунара, въ разстоянiи 7 верстъ отъ русскаго бивака. Такъ кончилась перестрѣлка 17 iюля.

Между тѣмъ, средняя колонна, послѣ весьма утомительнаго 40-верстнаго марша, достигла Чайнакчи, гдѣ расположилась среди ночи, собственно на привалъ, въ ожиданiи наступленiя на Ени-Загру.

Обоюдное положенiе противныхъ сторонъ въ ночь съ 17 на 18 iюля было слѣдующее:

Всѣ три колонны русскихъ войскъ заняли въ ночь съ 17 на 18 iюля положенiе, указанное имъ диспозицiей; однако, правая изъ нихъ не могла участвовать на другой день въ атакѣ на Ени-Загру: она очутилась въ совершенно новой, непредвидѣнной обстановкѣ.

Турецкiя войска, въ свою очередь, далеко не достигли въ день 17 iюля пунктовъ, намѣченныхъ Сулейманъ-пашей. Реуфъ-паша, долженствовавшiй дойти до рѣки Сюитли, ближе къ Арабаджикiой, оказался къ ночи верстъ на 10 сѣвернѣе, въ окрестностяхъ Карабунара (на шоссе), имѣя передъ собою русскую правую колонну. Самъ Сулейманъ, изъ-за затрудненiй по перевозкѣ тяжестей, выступилъ изъ Карабунара (станцiя желѣзной дороги) только въ 11 часовъ утра. Двигался онъ чрезвычайно медленно, такъ что вмѣсто маршевой своей цѣли, Арабаджикiой, верстъ 20 отъ Карабунара, успѣлъ до ночи отойти только верстъ 13–14. Наконецъ, колонна Хулусси-паши, насколько извѣстно, тоже до Арабъ-Махле не дошла[31].

Генералъ Гурко и начальникъ правой колонны въ связь войти не успѣли и взаимно другъ о другѣ ничего не знали. То же самое было у турокъ: Сулейманъ ничего не зналъ о Реуфѣ, Реуфъ — о Сулейманѣ. Турки не подозрѣвали наступленiя генерала Гурко на Ени-Загру, между тѣмъ какъ разъѣзды отряда герцога Лейхтенбергскаго раскрыли передовые части силъ Сулеймана-паши, наступающiя на Эски-Загру, а именно:

Ночью получены были Герцогомъ два донесенiя маiора Карѣева, посланнаго, какъ сказано было, съ гусарскимъ эскадрономъ до Азапли, по направленiю къ станцiи Карабунаръ. Изъ перваго донесенiя, отъ 6 часовъ вечера изъ Кадикiой, видно было, что турки около 6 часовъ преслѣдовали его пушечными выстрѣлами, что конные отряды черкесовъ старались его окружить и что видно было около трехъ таборовъ пѣхоты. Во второмъ донесенiи, въ 8¼ часовъ вечера, сказано, что эскадронъ отступилъ благополучно къ Эски-Загрѣ и что турецкая артиллерiя дошла до Арабаджикiой, а разъѣзды башибузуковъ доѣзжали до Кадикiой, верстъ 6–8 отъ Эски-Загры.

Послѣднее донесенiе получено было въ штабѣ герцога Лейхтенбергскаго въ часъ ночи на 18 число. Одновременно полковникъ Красновъ доносилъ изъ Эски-Загры, что разъѣздами его раскрыто наступленiе большихъ турецкихъ силъ на Мурадли (Муратлiй, три версты южнѣе Эски-Загры), и просилъ подкрѣпленiй.

Такимъ образомъ, ясно обрисовалось общее концентрическое наступленiе значительныхъ силъ турокъ на Эски-Загру. Вдобавокъ къ этому, получено еще и донесенiе "о неудовлетворительности" прохода черезъ Малые Балканы въ долину рѣки Тунджи отъ Долбока къ Елхово. Другой путь черезъ тѣ же горы — отъ Чирково на Балабанлiй не могъ быть обслѣдованъ; онъ находился позади расположенiя турецкой колонны Реуфа-паши. Свѣдѣнiй о томъ, что дѣлается въ остальныхъ русскихъ колоннахъ, — не было.

Итакъ, колонна герцога Лейхтенбергскаго оказалась отдѣленной отъ остальныхъ двухъ хребтомъ горъ, безъ пути черезъ него для артиллерiи и обозовъ. Дорога въ Ени-Загру, единственный теперь путь возможнаго соединенiя съ ними, преграждалась значительнымъ турецкимъ отрядомъ; наконецъ, новыя еще турецкiя силы, нацѣленныя на Эски-Загру, угрожали единственному пути отступленiя герцога Лейхтенбергскаго. Ко всему этому, какъ и часто въ этой кампанiи, присоединялись еще заботы и опасенiя за болгарское населенiе занятаго участка края.

"Такъ въ ночь съ 17 на 18 — сказано въ донесенiи герцога Николая Лейхтенбергскаго — обрисовалась атака на Эски-Загру, почему, признавая важное значенiе за этимъ городомъ, въ стратегическомъ отношенiи, въ особенности въ случаѣ неудачи средней и лѣвой колоннъ, и имѣя свѣдѣнiя о неудовлетворительности прохода у Долбока, наконецъ, считая неудобнымъ безъ боя покинуть городъ, встрѣтившiй насъ съ распростертыми объятiями, я призналъ необходимымъ перейти къ Эски-Загрѣ съ разсвѣтомъ 18 iюля со всѣми дружинами болгаръ, горной артиллерiей и взводомъ 10-й Донской батареи. Кавалерiи же подъ начальствомъ герцога Евгенiя Лейхтенбергскаго приказалъ остаться на позицiи передъ непрiятелемъ и затѣмъ дѣйствовать сообразно съ обстоятельствами, имѣя въ виду содѣйствiе средней и лѣвой колоннамъ, которыя должны были атаковать Ени-Загру".

Бой русской конницы 18 iюля противъ войскъ Реуфа-паши разыгрался слѣдующимъ образомъ:

Болгарскiя дружины, на основанiи полученныхъ приказанiй, начали отходить къ Эски-Загрѣ около 4 часовъ утра 18 iюля совмѣстно съ приданной имъ артиллерiей и 4-мъ эскадрономъ Кiевскаго гусарскаго полка. Колонна эта, съ коей слѣдовалъ герцогъ Николай Лейхтенбергскiй, въ 7 часовъ утра остановилась на привалъ на холмахъ близъ Айданли, въ трехъ верстахъ отъ Эски-Загры.

Въ свою очередь, кавалерiя герцога Евгенiя Лейхтенбергскаго поднялась съ бивака въ въ 5½ часовъ утра и двинулась вдоль шоссе по направленiю на Ени-Загру.

Наѣздники изъ Кiевскихъ гусаръ оттѣснили появившихся черкесовъ. Авангардъ, усиленный 2-мъ взводомъ 16-й конной батареи, приблизившись ко вчерашней позицiи турокъ, встрѣченъ былъ залпами ихъ артиллерiи съ разстоянiя, на которые, какъ дознано было наканунѣ, отвѣчать было невозможно; почему взводъ отведенъ назадъ.

Герцогъ Евгенiй Лейхтенбергскiй отдалъ слѣдующiя приказанiя:

Полковнику Бѣлогрудову съ дивизiономъ Казанскаго драгунскаго полка и взводомъ артиллерiи передвинуться на правый флангъ и затѣмъ постараться взять во флангъ турецкую батарею, какъ пытались еще наканунѣ; кромѣ того, ему же указано было, расположившись уступомъ впереди боевого порядка своего отряда, дѣйствовать въ связи съ нимъ, въ случаѣ наступленiя или отступленiя главныхъ силъ кавалерiи. Гусарскимъ эскадронамъ, бывшимъ впереди, приказано продолжать занимать непрiятеля съ фронта[32]. Эскадрону Астраханскихъ драгунъ и казачьей сотнѣ, бывшей на лѣвомъ флангѣ, - продвинуться спѣшенной цѣпью черезъ сады и виноградники, лежащiе подъ горами, и выбить нѣсколько сотенъ черкесовъ, занимавшихъ ихъ.

Послѣ того оставались еще въ резервѣ четыре конныхъ орудiя и пять эскадроновъ драгунъ Казанскаго и Астраханскаго полковъ, расположенныхъ на шоссе.

Съ своей стороны, турецкiй отрядъ Реуфа-паши началъ свое передвиженiе въ 7 часовъ утра, направляясь отъ Карабунара на юго-западъ на Чавлукiой (направленiе на Арабаджикiой), имѣя въ авангардѣ почти всю конницу, за коей слѣдовали 1-я и 2-я пѣхотныя бригады. Небольшая партiя черкесовъ подвигалась правѣе по шоссе Ени-Загра — Эски-Загра и сѣвернѣе его; они-то первыми наткнулись на передовыя части Кiевскихъ гусаръ.

Реуфъ-паша построилъ свою пѣхоту въ боевой порядокъ, въ одну линiю., которая, даже не развернувшись вполнѣ, длиной своей грозила охватомъ русскому отряду. Турки подвинулись впередъ.

Въ это время драгуны полковника Бѣлогрудова не успѣли еще прибыть на указанное мѣсто, на правый флангъ русскаго отряда.

Въ виду наступленiя турокъ гусары начали медленно отступать вдоль шоссе вслѣдъ за резервомъ, отходя къ позицiи, на которой предполагалось встрѣтить турецкую пѣхоту. Однако, турки скоро остановились, почему отступленiе русской конницы тоже прекратилось.

Слабое дѣйствiе турокъ объясняется тѣмъ, что они были озадачены канонадой сзади, со стороны Ени-Загры, атакованной въ то время генераломъ Гурко.

Между тѣмъ, колонна полковника Бѣлогрудова изъ 2-го и 3-го эскадроновъ Казанскаго полка и 3-го взвода 16-й конной батареи подъ начальствомъ капитана Усова, присоединила къ себѣ 6-ю сотню 26-го Донского казачьяго полка, охранявшую правый флангъ русской конницы. Когда обходъ лѣваго фланга турокъ оказался уже достаточенъ, то артиллерiйскiй взводъ подъ огнемъ "какъ казалось, двѣнадцати турецкихъ орудiй" сталъ на позицiю и открылъ огонь съ разстоянiя 1.200 саженъ, но скоро получилъ приказанiе прекратить его. Часовъ около 11 передовая часть дала знать, будто турки отступаютъ; тогда вся кавалерiя двинулась впередъ, а артиллерiйскiй взводъ при кавалерiи полковника Бѣлогрудова опять выѣхалъ впередъ и открылъ огонь съ разстоянiя около 1.000 саженъ. Турки дѣйствовали противъ него "залпами четырехъ орудiй по очереди".

Турки остановились и даже показали видъ, что переходятъ въ наступленiе. Послѣ этого дѣло прiостановилось, ограничиваясь только возгоравшейся отъ времени до времени перестрѣлкой. Попытка направить часть артиллерiи противъ праваго фланга турокъ не увѣнчалась успѣхомъ, такъ какъ спѣшенному эскадрону Астраханцевъ, бывшихъ съ сотней казаковъ на лѣвомъ флангѣ общаго расположенiя, не удалось вытѣснить черкесовъ изъ садовъ.

Въ виду разыгравшагося боя герцогъ Николай Лейхтенбергскiй рѣшилъ вернуть на поддержку кавалерiи войска, отошедшiя утромъ подъ его начальствомъ по направленiю къ Эски-Загрѣ. Объ этомъ въ донесенiи Герцога сказано:

"Только что дружины успѣли придти на позицiю у Айданли, какъ казаки, бывшiе въ разъѣздахъ въ направленiи къ югу, донесли, что непрiятель будто бы отступилъ отъ Арабаджикiой къ Карабунару. Получивъ въ это же время донесенiе о переходѣ турокъ въ рѣшительное наступленiе противъ кавалерiи, я повелъ дружины на помощь къ ней"[33].

Въ 9½ часовъ утра полковникъ Фрезе писалъ герцогу Евгенiю Лейхтенбергскому: "Его Высочество приказалъ увѣдомить, что онъ снйчасъ са всѣмъ отрядомъ идетъ за вами".

Дано было приказанiе поднять войска и двинуть опять впередъ къ мѣсту боя. Пришлось опрокинуть котлы, не успѣвъ раздать пищи. На полѣ битвы поспѣли, впрочемъ, въ то самое время, когда перестрѣлка почти совершенно прекратилась и обѣ стороны стояли молча другъ противъ друга.

Озанкомившись ближе съ обстановкой, начальникъ отряда рѣшилъ отойти на позицiю къ Эски-Загрѣ; мотивы свои онъ изложилъ въ донесенiи генералу Гурко въ тотъ же день 18 iюля въ 4 часа дня слѣдующимъ образомъ:

"Непрiятель имѣлъ значительное превосходство въ томъ, что у него были орудiя дальняго боя. Имѣя передъ собой превосходнаго противника и принимая во вниманiе крайнее утомленiе людей и лошадей и недостатокъ въ зарядахъ и главное — не зная, гдѣ средняя колонна, такъ какъ, кромѣ 2–3 неясно слышныхъ выстрѣловъ гдѣ-то въ горахъ, выстрѣловъ болѣе не было, я рѣшилъ не атаковать противника, а отойти на позицiю къ востоку отъ Эски-Загры". Силу турокъ Герцогъ, какъ видно изъ того же донесенiя, опредѣлялъ тогда "8-10 баталiоновъ, 12 орудiй и 6–7 эскадроновъ".

Около двухъ часовъ турецкая пѣхота и кавалерiя, поддерживаемая сильнымъ артиллерiйскимъ огнемъ, перешли, на этотъ разъ, казалось, въ рѣшительное, наступленiе, стараясь охватить правый флангъ кавалерiи полковника Бѣлогрудова. Замѣтивъ это, герцогъ Евгенiй Лейхтенбергскiй приказал:

Астраханскому драгунскому полку и эскадрону Казанскаго передвинутся вправо и стать уступомъ назадъ по отношенiю конницы полковника Бѣлогрудова. Гусарамъ же медленно отходить вдоль шоссе, собравшись въ эскадроны.

Колоннѣ Бѣлогрудова отходить возможно медленѣе, отстрѣливаясь отъ противника.

Впрочемъ, турки не наступали рѣшиетльно; дѣйствовали они главнымъ образомъ противъ правой части фронта русской кавалерiи, то есть полковника Бѣлогрудова, да и то — слабо. Въ центрѣ же, на шоссе, къ 2 часамъ дѣло въ сущности прекратилось, а въ четвертомъ часу пришлось уже разыскивать турокъ разъѣздами[34].

Дольше тянулись нѣкоторыя дѣйствiя въ правой части русской боевой линiи. Тутъ эскадроны и сотня полковника Бѣлогрудова встрѣчали попытки турокъ огнемъ спѣшенныхъ частей, въ чемъ принимали участiе 1-й и 4-й эскадроны Астраханцевъ, а 2-й ихъ эскадронъ "въ то же время бросился на лѣвый флангъ отступавшей турецкой кавалерiи и смялъ его".

Подъ конецъ сомкнутыя части черкесовъ понеслись на цѣпь наѣздниковъ-драгунъ. Они были отбиты близкимъ огнемъ 1-й роты 3-й дружины Болгарскаго ополченiя, капитана Федорова, открытымъ внезапно изъ засады. Послѣ этого русская кавалерiя отошла къ прочимъ войскамъ отряда на бивакъ у Айданли.

Потери съ русской стороны были слѣдующiя: убитъ 9-го драгунскаго Казанскаго полка поручикъ Альбовскiй. Нижнихъ чиновъ убито два; ранено 11 человѣкъ. Потери турокъ неизвѣстны.

Войска Реуфа-паши расположились главным образом въ лѣсу у Джуранли, версты 4–5 отъ Айданли. Расположенiе это было раскрыто русскими разъѣздами, которые донесли еще о другой массѣ турокъ, расположенной въ окрестностяхъ Арабаджикiой; это была средняя изъ трехъ колоннъ турокъ, наступавшихъ на Эски-Загру, бывшая подъ непосредственной командой Сулеймана-паши.

Помянутая колонна, какъ уже сказано, не дошла въ теченiе 17 iюля до Арабаджикiой. На другой день, 18 числа, колонна подвигалась впередъ очень медленно, такъ что дошла до рѣки Суйтли-дере, у Арабаджикiой, только въ 3½ часа пополудни. Головная бригада перешла за эту рѣчку и подвинула свои аванпосты до Буюкъ-Кадикiой, верстъ 8 не доходя Эски-Загры. Хотя въ колоннѣ Сулеймана еще во время движенiя слышна была пальба со стороны Реуфа-паши, но Сулейманъ ограничился высылкой туда разъѣзда, который, наткнувшись на казаковъ, вернулся, не исполнивъ порученiя. На дѣлѣ оба турецкихъ отряда, Сулеймана и Реуфа, не имѣя точныхъ свѣдѣнiй другъ о другѣ, ночевали въ разстоянiи 8-10 верстъ одинъ отъ другого.

Такимъ образомъ, отрядъ герцога Николая Лейхтенбергскаго имѣлъ противъ себя турокъ съ фронта и праваго своего фланга. Въ теченiе 18 iюля, точно также какъ и наканунѣ, не удалась Герцогу попытка войти въ связь съ генераломъ Гурко. Онъ не имѣлъ никакихъ свѣдѣнiй о двухъ другихъ русскихъ колоннахъ, а слѣдовательно не могъ составить себѣ понятiя и объ общемъ положенiи дѣлъ. Ближайшая же его обстановка представлялась далеко не благопрiятной.

Только поздно вечеромъ герцогъ Николай Лейхтенбергскiй получилъ черезъ есаула Фролова свѣдѣнiе объ удачномъ боѣ двухъ другихъ колоннъ и взятiи Ени-Загры, а также о томъ, что генералъ Гурко намѣренъ на слѣдующiй день прибыть на помощь Эски-Загрѣ[35]. Обнадеженный поддержкой, Герцогъ рѣшилъ прежде всего обезопасить городъ, почему въ тотъ же еще вечеръ послалъ въ Эски-Загру двѣ дружины болгаръ (2-ю и 5-ю) съ 4 орудiями 2-й горной батареи.

Въ то время, когда колонна герцога Николая Лейхтенбергскаго въ теченiе 18 iюля перестрѣливалась съ войсками Реуфа-паши, генералъ Гурко во главѣ двухъ другихъ успѣшно выполнилъ намѣченную на то число задачу.

Диспозицiя войскамъ генерала Гурко для атаки Ени-Загры 18 iюля отдана была еще въ Казанлыкѣ 16 числа и тогда же разослана во фланговыя колонны, такъ какъ своевременныя сношенiя съ ними могли быть въ теченiе 17 числа затруднительны, въ особенности съ правой, герцога Лейхтенбергскаго, отдѣленной отъ средней хребтомъ Малыхъ Балканъ. Въ диспозицiи этой сказано было:

"18 iюля войскамъ ввѣреннаго мнѣ отряда произвести атаку непрiятельской позицiи у Ени-Загры, для сего:

"1) Правой колоннѣ выступить въ 4½ часа утра и слѣдовать по шоссе къ Ени-Загрѣ; кавалерiя, за исключенiемъ той, которая будетъ назначена въ авангардъ, должна держаться, впредь до приказанiя, уступомъ за правымъ флангомъ пѣхоты.

"2) Средней колоннѣ выступить съ бивака въ 3½ часа утра и атаковать непрiятеля въ промежуткѣ между шоссе и деревнею Кавликiой, стараясь войти правымъ флангомъ въ связь съ лѣвымъ флангомъ Болгарскаго ополченiя.

"3) Лѣвой колоннѣ выступить въ 4½ часа утра и атаковать непрiятельскую позицiю съ сѣвера, со стороны Картача, стараясь войти правымъ флангомъ въ связь съ лѣвымъ флангомъ стрѣлковой бригады.

"4) До тѣхъ поръ, пока не начнутъ дѣйствовать всѣ колонны, бой долженъ быть преимущественно артиллерiйскiй.

"5) Всѣ обозы должны оставаться, впредь до особаго приказанiя, на мѣстахъ биваковъ.

"6) Начальники колоннъ должны озаботиться устройствомъ перевязочныхъ пунктовъ позади своихъ колоннъ и предупредить о томъ всѣхъ командтолвъ баталiоновъ.

"7) Я буду находиться при средней колоннѣ".

Такимъ образомъ, намѣчалась концентрическая, охватывающая атака на Ени-Загру съ отрѣзанiемъ пути отступленiя кавалерiей правой колонны. Очевидно, что цѣль была нанести полное пораженiе довольно значительному отряду турокъ, который, согласно дошедшимъ свѣдѣнiямъ, предполагался въ Ени-Загрѣ, но на дѣлѣ въ данное время, 18 iюля, этого не было.

Реуфъ-паша, какъ уже сказано было, оставилъ Ени-Загру еще наканунѣ, 17 iюля. Въ Ени-Загрѣ онъ, по турецкимъ источникамъ, оставилъ три менѣе надежныхъ баталiона пѣхоты, изъ коихъ одинъ — вооруженный еще старыми ружьями, заряжающимися съ дула, въ добавокъ при ограниченномъ числѣ капсулей (по 30 на ружье); при нихъ остались два орудiя и партiя иррегулярныхъ конниковъ[36].

О наступленiи Реуфа-паши на Эски-Загру генералъ Гурко ничего не узнал ни въ теченiе 17 iюля, ни во всю ночь на 18 число. Впрочемъ, возможность чего либо подобнаго не упускалась изъ виду его штабомъ. Такъ, полковникъ Нагловскiй въ 3 часа 35 минутъ утра 18 числа писалъ начальнику правой колонны герцогу Лейхтенбергскому:

"Сейчасъ выступаемъ изъ Кайнакджи въ Ени-Загру. Если не встрѣтимъ тамъ непрiятеля, а услышимъ выстрѣлы по вашему направленiю, то пойдемъ ему въ тылъ".

На дѣлѣ изъ двухъ предвидѣнныхъ случаевъ, какъ это часто бываетъ на войнѣ, ни одинъ не оправдался, а вышло нѣчто третье: Реуфъ-паша ушелъ на Эски-Загру, но Ени-Загра все-таки турками очищена не была.

Но, какъ бы то ни было, наступленiе двухъ колоннъ войскъ генерала Гурко, а именно средней и лѣвой, началось рано утромъ 18 iюля во всемъ согласно съ полученной ими диспозицiей.

Небольшой турецкiй отрядъ, въ виду полной невозможности защищать самый городъ Ени-Загру, сосредоточилъ свою оборону южнѣе его. Согласно описанiю полковника Нагловскаго, укрѣпленная позицiя, которую заняли турки, лежала къ югу отъ города и представляла одно обширное сомкнутое укрѣпленiе. Однимъ изъ фасовъ этого укрѣпленiя, заднимъ, служила насыпь желѣзной дороги, тянувшееся съ сѣверо-востока на юго-западъ. Остальные фасы были устроены искусственно и представляли сплошное укрѣпленiе полигональнаго начертанiя и имѣли профиль полевыхъ укрѣпленiй. Въ насыпи были продѣланы бойницы. Позади главнаго вала было насыпано много траверсовъ, которые могли служить второю линiею укрѣпленiй, потому что они тянулись вдоль всего фронта укрѣпленiя, въ разстоянiи отъ 50 до 70 шаговъ позади. Большое каменное двухъэтажное строенiе у желѣзной дороги, приспособленное къ оборонѣ, служило обширнымъ редюитомъ. Мѣстность передъ укрѣпленiемъ была совершенно ровная, открытая и не допускала никакой возможности подойти скрытно къ укрѣпленiю. Продолженiе насыпи желѣзной дороги, занятой турками, фланкировало подступы къ укрѣпленiю съ восточной и западной сторонъ[37].

Лѣвая колонна генерала Борейши двинулась, рано утромъ, согласно диспозицiи, имѣя впереди 2-й баталiонъ Елецкаго полка, обѣ батареи, 4-ю и 6-ю, за коими слѣдовали 1-й и 3-й баталiоны того же полка и 1-й и 2-й баталiоны Сѣвскаго. Въ девятомъ часу, придя въ деревню Корте (верстъ 5 не доходя Ени-Загры), колонна построилась въ боевой порядокъ: на правомъ флангѣ — 1-й Елецкiй баталiонъ, далѣе — 3-й и, наконецъ, — 2-й баталiонъ съ обѣими батареями. Въ резервѣ оба баталiона Сѣвскаго полка полковника Жиржинскаго; полусотня казаковъ прикрывала лѣвый флангъ этого расположенiя.

Между тѣмъ, командиръ 21-го Донского полка полковникъ Курнаковъ, шедшiй впереди средней колонны съ тремя сотнями своего полка и 4-й сотней 26-го, достигнувъ д. Кавликiой (5 верстъ не доходя Ени-Загры), выслалъ влѣво взводъ для связи съ колонной генерала Борейши. Стрѣлки 4-й бригады генерала Цвѣцинскаго, прошедшiе наканунѣ 40 верстъ при сильной жарѣ и по труднымъ дорогамъ, теперь съ утра совершили уже 15-верстный переход черезъ горы. Они достигли д. Кавликiой въ 8 часовъ, гдѣ были остановлены на привалъ. Полковникъ Курнаковъ подошелъ къ шоссе восточнѣе Ени-Загры, гдѣ оставался въ ожиданiи наступленiя стрѣлковъ.

Въ то время истинное положенiе дѣлъ мало по малу разъяснилось передъ глазами русскихъ начальниковъ и повлiяло на ихъ рѣшенiя. Съ одной стороны, генералъ Борейша въ 8 часовъ 50 минутъ доносилъ, что "силы непрiятеля не обнаружены. Городъ съ западной стороны не занятъ", а съ другой — полковникъ Нагловскiй писалъ ему въ 8 часовъ между прочимъ:

"Повидимому, за городомъ Ени-Загры есть турецкая пѣхота у станцiи; стрѣлковая бригада будетъ атаковать съ запада", то есть въ томъ направленiи, которое предназначалось для атаки правой колонны. Относительно этой колонны добавлено:

"Правая колонна, Эски-Загрская, задержана у Карабунара; мы видѣли перестрѣлку; но теперь стрѣльба прекратилась.

"Во всякомъ случаѣ правая колонна опоздала и едва ли приметъ участiе въ атакѣ".

Въ то же время, въ 8 часовъ 15 минутъ, полковникъ Нагловскiй писалъ полковнику Курнакову:

"Начальникъ отряда приказалъ немедленно выслать одну сотню къ Карабунару по направленiю на Эски-Загру. У Карабунара былъ непрiятель и перестрѣливался съ правой колонной. Необходимо узнать, чѣмъ кончилась перестрѣлка, и ушелъ ли непрiятель, а если ушелъ, то куда".

По направленiю на Эски-Загру послана была сотня есаула Фролова.

Соотвѣтствующiя приказанiя были посланы тогда же и генералу Цвѣцинскому. Во всякомъ случаѣ пришлось пока вести бой одной лишь лѣвой колоннѣ генерала Борейши, подвигавшейся между тѣмъ къ Ени-Загрѣ.

Вначалѣ появлялись впереди города только одиночные черкесы, а потомъ и гарцовавшiя ихъ группы. Съ ними выѣхали два дальнобойныхъ орудiя, гранаты которыхъ перелетали даже за резервъ наступавшаго отряда генерала Борейши.

Не доходя двухъ верстъ до города, отрядъ былъ прiостановленъ для того, чтобы бывшему на лѣвомъ флангѣ 2-му баталiону Елецкаго полка съ обѣими батареями отряда дать возможность выдвинуться нѣсколько впередъ; огонь послѣднихъ заставилъ турецкiя орудiя сняться и укрыться въ укрѣпленiе за городомъ.

Когда было замѣчено, что турки расположены южнѣе города, у желѣзнодорожной станцiи, то обѣ батареи, 4-я и 6-я, открыли по ней огонь съ разстоянiя 800 саженъ. Елецкiе баталiоны, 1-й и 3-й, ведомые командиромъ полка полковникомъ Громаномъ, направились въ городъ, а 2-й баталiонъ и обѣ батареи обходили его, держась восточнѣе.

Батареи, дѣйствовавшiя, какъ сказано, съ разстоянiя 800 саженъ, переѣхали на ближнюю позицiю, въ 400 саженяхъ. Стрѣляли гранатами по зданiямъ станцiи и по вагонамъ, а шрапнелью по показывавшимся временами турецкимъ войскамъ, а также по укрывавшимся за земляными и досчатыми закрытiями.

Между тѣмъ, боевая линiя колонны генерала Борейши, подвигаясь впередъ, поравнялась съ южной окраиной пылавшаго города. Совершенно открытое пространство, мѣстами до 700–800 шаговъ, отдѣляло русскiя войска отъ позицiй турокъ, которые открыли самый учащенный ружейный огонь[38].

Дальнѣйшее наступленiе войскъ лѣвой колонны, то есть собственно атака, было прiостановлено генераломъ Гурко впредь до прибытiя стрѣлковой колонны генерала Цвѣцинскаго.

Въ это время боевая линiя бригады генерала Борейши представлялась такъ:

На правомъ флангѣ — 1-й Елецкiй баталiонъ и при немъ 3-я стрѣлковая рота Сѣвскаго полка, лѣвѣе его — 3-й Елецкiй баталiонъ, далѣе — 1-й Сѣвскiй, вызванный изъ резерва для заполненiя промежутка между Елецкими баталiонами, образовавшагося во время наступленiя. Лѣвѣе этого баталiона находились обѣ батареи и, наконецъ, на крайнемъ лѣвомъ флангѣ — 2-й Елецкiй баталiонъ; 2-й баталiонъ Сѣвцевъ оставался въ резервѣ.

Между тѣмъ, положенiе дѣла совершенно выяснилось для генерала Гурко. Видно было, что бой у Карабунара все еще продолжается. На основанiи этого генералъ Гурко принялъ свои окончательныя рѣшенiя; по приказанiю его полковникъ Нагловскiй писалъ генералу Борейшѣ въ 11 часовъ:

"Начальникъ Передового отряда надѣется, что, по прибытiи стрѣлковой бригады, станцiя желѣзной дороги будетъ взята и непрiятель будетъ обращенъ въ бѣгство. Такъ какъ у деревни Карабунара идетъ въ настоящее время бой съ нашею правою колонною, то генералъ-адъютантъ Гурко предполагаетъ, по взятiи Ени-Загры, оставить во взятомъ городѣ стрѣлковую бригаду и одну сотню казаковъ, а съ бригадою вашего превосходительства и двумя сотнями казаковъ идти на Карабунаръ, въ тылъ турецкой позицiи".

Соотвѣтствующiя этому приказанiя посланы были полковнику Курнакову и генералу Цвѣцинскому, войска коего уже находились въ то время на полѣ битвы.

Колонна генерала Цвѣцинскаго спустилась съ горъ въ долину въ 9 часовъ утра и перестроилась въ боевой порядокъ, имѣя въ боевой линiи 14-й и 16-й стрѣлковые баталiоны, а 15-й — въ резерве. 13-й баталiонъ оставался еще позади Малыхъ Бвлканъ вмѣстѣ съ обозомъ и прибылъ только вечеромъ.

Слѣдовавшая со стрѣлками 15-я Донская батарея направлена была на желѣлезнодорожную будку, западнѣе станцiи "для обстрѣливанiя анфиладнымъ огнемъ насыпи желѣзной дороги и вокзала", а 3-й взводъ 10-й Донской батареи подъ прикрытiемъ 16-го стрѣлковаго баталiона выведенъ былъ противъ лѣваго фланга расположенiя турокъ и открылъ пальбу шрапнелью.

Въ то время станцiонныя постройки, вагоны и сложенныя дрова уже пылали, будучи зажжены огнемъ 4-й и 6-й батарей[39].

Генералъ Гурко, желая скорѣе покончить дѣло, съ тѣмъ, чтобы во-время двинуться на помощь колоннѣ герцога Лейхтенбергскаго, разослалъ въ 11 часовъ 35 минутъ приказанiе генераламъ Борейшѣ и Цвѣцинскому идти въ атаку.

Атака была поведена: въ центрѣ — 1-мъ и 3-мъ баталiонами Елецкаго полка и 1-мъ Сѣвскимъ съ 3-й стрѣлковой ротой того же полка; слѣва — 2-мъ баталiономъ Елецкаго полка, и справа — 16-мъ и 14-мъ стрѣлковыми баталiонами, причемъ послѣднiй охватывалъ лѣвый флангъ турецкаго расположенiя.

Въ то время, впрочемъ, турки, сильно до того страдавшiе отъ огня русской артиллерiи, поражавшаго ихъ съ двухъ противоположныхъ сторонъ, начали уже очищать свои укрѣпленiя, которыя и были теперь взяты ворвавшимися съ разныхъ сторонъ ротами.

Турки, бросившiеся къ югу вдоль желѣзной дороги на Юрлимишъ, попали подъ близкий огонь стрѣлковъ, занявшихъ насыпь желѣзной дороги, а отступавшiе далѣе — подъ пули и пики казаковъ 3-й сотни 21-го Донского полка флигель-адъютанта поручика барона Розена, занимавшихъ д. Куруджи (Бурунджа), и другихъ казачьихъ частей, ихъ атаковавшихъ.

"Флигель-адъютантъ баронъ Розенъ, прибывъ на рысяхъ въ с. Бурунджа, поставилъ три взвода у мельницы и одинъ взводъ подъ командою хорунжаго Сысоева съ сѣверо-восточной стороны с. Брурнджа; едва распоряженiя эти были окончены, какъ турки, тѣснимые съ юго-восточной стороны бригадою генерала Борейши, а съ юго-западной — стрѣлковою бригадою и огнемъ взвода Донской № 15 батареи, начали отступать по направленiю къ с. Бурунджа; замѣтивъ это, хорунжiй Сысоевъ бросился со взводомъ 3-й сотни въ пики и набросилъ ихъ на три взвода поручика Розена; послѣднiй атакою, въ свою очередь, набросилъ турокъ на сотни, находившiяся подъ начальствомъ полковника Курнакова, который встрѣтилъ ихъ атакою и заставилъ отступить въ большомъ безпорядкѣ подъ огнемъ взвода Донской № 15 батареи опять на с. Бурунджа; замѣтивъ это, полковникъ Курнаковъ отправилъ 4-ю сотню 21-го полка и одинъ взводъ 4-й сотни 26-го подъ командою войскового старшины барона Штакельберга въ с. Бурунджа на подкрѣпленiе поручику Розену. Баронъ Штакельбергъ, прибывъ въ с. Бурунджа и увидѣвъ движенiе массы турецкой пѣхоты при двухъ орудiяхъ, отступающихъ на Бурунджу, рѣшился задержать ихъ и не дать имъ уйти на Эски-Загру, на соединенiе съ той колонной, которая уже дѣйствовала противъ колонны герцога Лейхтенбергскаго у Карабунара (на шоссе изъ Ени-Загры въ Эски-Загру). Для чего войсковой старшина Штакельбергъ спѣшилъ всѣхъ казаковъ, находившихся у него подъ командою, у с. Бурунджи и, подпустивъ турокъ на выстрѣлъ, подъ самымъ сильнымъ ружейнымъ огнемъ, кинулся на турокъ вмѣстѣ съ поручикомъ Розеномъ. Натискъ былъ настолько стремителенъ, что турецкая пѣхота, отступавшая до того въ порядкѣ, была смята и обращена въ бѣгство"[40].

Еще въ началѣ отступленiя турокъ, одно ихъ крупповское орудiе, еще заряженное, взято было первой полуротой 1-й роты 14-го стрѣлковаго баталiона подъ командой подпоручика Лукашевича, а другое было захвачено казаками[41].

Турки, тѣснимые сзади еще и Елецкими баталiонами, "разсыпались какъ горохъ и побѣжали къ юго-востоку, бросая ружья, мундиры, шаровары, сапоги, ища спасенiя въ быстротѣ бѣга"[42].

Генералъ Гурко, тотчасъ по взятiи турецкихъ укрѣпленiй, поздравилъ генерала Борейшу и войска его бригады съ первой побѣдой и приказалъ, чтобы бригада въ 2 часа выступила на деревню Карабунаръ по шоссе въ Эски-Загру. Туда же приказано было идти казакамъ полковника Курнакова. Однако, новое это направленiе не удалось взять такъ скоро, какъ было желательно и первоначально разсчитывалось.

Войска увлеклись боемъ и преслѣдованiемъ, притомъ и устали. Изъ Елецкихъ баталiоновъ 1-й и 3-й преслѣдовали турокъ до Юрлимиша, а 2-й баталiонъ — еще за эту деревню. Въ преслѣдованiи участвовали 6-я батарея и три орудiя 4-й.

Бригада генерала Борейши собралась не скоро и достигла Карабунара уже поздно вечеромъ, между 10 и 11 часами.

Авангардъ отряда подъ начальствомъ полковника Курнакова изъ трехъ сотенъ 21-го Донского полка и взвода 15-й Донской батареи получилъ приказанiе двинуться по шоссе по направленiю на Эски-Загру и войти въ связь съ отрядомъ герцога Лейхтенбергскаго. Полоквникъ Курнаковъ достигъ Карабунара въ 5 часовъ пополудни и двинулся дальше; онъ доносилъ въ 7 часовъ 10 минутъ вечера:

"Не доходя 10 верстъ до Эски-Загры, за темнотою и притупѣлостью лошадей, остановился бивакомъ, пославъ усиленный офицерскiй разъѣздъ въ Эски-Загру, приказавъ узнать, что тамъ дѣлается".

Разъѣздъ этотъ изъ полусотни подъ командой хорунжаго Попова встрѣтилъ драгунскiй разъѣздъ отряда герцога Лейхтенбергскаго и узналъ отъ него, что Эски-Загра еще имъ занята.

Потери русскихъ войскъ въ дѣлѣ при Ени-Загрѣ состояли: убиты — сотенный командиръ 21-го Донского полка есаулъ Петровъ и 14 нижнихъ чиновъ; ранены — Елецкаго полка начальникъ стрѣлковъ маiоръ Булычевъ, пять оберъ-офицеровъ и 84 нижнихъ чина; пропалъ безъ вести одинъ.

Въ этомъ дѣлѣ 4-я батарея израсходовала: гранатъ обыкновенныхъ — 90, картечныхъ — 175; а 6-я: обыкновенныхъ — 126 и картечныхъ — 55. О расходѣ снарядовъ въ прочихъ батареяхъ собственно въ день 18 iюля точныхъ свѣдѣнiй не имѣется.

Потери турокъ неизвѣстны, но во всякомъ случаѣ должны быть очень тяжелы. Генералъ Гурко въ донесенiи своемъ отъ 24 iюля говоритъ: "гораздо болѣе 800 турецкихъ труповъ валялось какъ внутри укрѣпленiя, такъ и по пути бѣгства".

ГЛАВА III

Дѣйствiя за Балканами въ теченiе 19 iюля

Положенiе обѣихъ стронъ въ ночь съ 18 на 19 iюля. — Реуфъ-паша у Джуранли. — Наступленiе на него генералъ-адъютанта Груко. — Сраженiе у Джуранли. — Отступленiе войскъ Реуфа-паши. — Наступленiе генералъ-адъютанта Гурко къ Эски-Загрѣ; сборъ его войскъ къ Долбока. — Положенiе дѣлъ у Эски-Загры и распоряженiя герцога Николая Лейхтенбергскаго передъ сраженiемъ 19 iюля. — Распоряженiя Сулеймана-паши. — Сраженiе при Эски-Загрѣ 19 iюля. — Отступленiе защитниковъ Эски-Загры за рѣку Тунджу.

(Атласъ, вып. I № 12 и вып. II №№ 8, 9 и 10)

боюдное положенiе силъ генералъ-адъютанта Гурко и Сулеймана-паши было въ ночь съ 18 на 19 iюля слѣдующее:

Русскiя войска расположенны были въ двухъ группахъ, изъ нихъ западная, отрядъ герцога Николая Лейхтенбергскаго, — въ общемъ у Эски-Загры, а восточная изъ войскъ, бывшихъ подъ непосредственнымъ начальствомъ генерала Гурко, ночуя въ трехъ пунктахъ, эшелонирована была съ запада на востокъ по линiи верстъ 15 длиной: при этомъ ближайшiя части этихъ двухъ группъ раздѣлялись пространствомъ верстъ въ восемь и находившимся тамъ у Джуранли отрядомъ Реуфа-паши.

Турецкiя войска въ то время огибали Эски-Загру тремя отрядами съ востока и юга. Правый отрядъ Реуфа-паши — у Джуранли; среднiй, главныя силы, подъ непосредственнымъ начальствомъ Сулеймана-паши — въ общемъ у Арабаджикiой, имѣя авангардъ у д. Кадiева, и лѣвая колонна Хулусси-паши — на Чирпанской дорогѣ.

Генералъ Гурко зналъ, что отрядъ герцога Лейхтенбергскаго имѣлъ столкновенiе съ турками въ теченiе 17 и 18 iюля, а затѣмъ получилъ помянутое уже донесенiе о томъ, Эски-Загра еще въ рукахъ отряда Герцога, но непосредственныхъ свѣдѣнiй отъ него не получалъ. Донесенiя Герцога, направленныя 18 iюля по кружному пути, дошли до генерала Гурко только утромъ 20 числа.

Ничего не зная о наступленiи всѣхъ силъ Сулеймана-паши и получивъ свѣдѣнiя о присутствiи колонны турецкихъ войскъ у Джуранли, которая могла состоять только изъ части войскъ, вышедшихъ 17 числа изъ Ени-Загры, генералъ Гурко думалъ "атаковать ихъ съ двухъ сторонъ: съ востока — стрѣлковой бригадой и бригадой 9-й дивизiи, а съ запада — пятнадцатью эскадронами кавалерiи и Болгарскимъ ополченiемъ".

Сулейманъ-паша, съ своей стороны, въ теченiе 18 iюля узнавши о потерѣ Ени-Загры, тѣмъ не менѣе не измѣнилъ своего намѣренiя атаковать 19 числа Эски-Загру, въ которой, по его свѣдѣнiямъ, находилась сильная русская дивизiя.

Вслѣдствiе указанныхъ различныхъ стремленiй обоихъ противниковъ разыгрались на другой день, 19 iюля, два парллельныхъ, совершенно независимыхъ сраженiя: съ одной стороны между главными силами генерала Гурко и почти равносильнымъ ему отрядомъ Реуфа-паши у Джуранли и съ другой — у Эски-Загры, между армiей Сулеймана-паши и отрядомъ герцога Лейхтенбергскаго. Впрочемъ, эти два, какъ сказано, неазвисимыхъ другъ отъ друга сраженiя, хотя и непреднамѣренно, по ходу событiй, связаны были между собой стратегически въ томъ смыслѣ, что отрядъ Реуфа-паши послужилъ Сулейману боковымъ заслономъ, подъ прикрытiемъ коего онъ могъ безъ всякой помѣхи расправиться съ четырьмя баталiонами герцога Лейхтенбергскаго.

Войска, бывшiя подъ непосредственнымъ начальствомъ генерала Гурко, стояли въ ночь съ 18 на 19 число: авангардъ подъ начальствомъ командира 21-го Донского казачьяго полка полковника Курнакова (4 сотни, взводъ 15-й Донской батареи) — у шоссе Ени-Загра — Эски-Загра, на высотѣ у д. Долбока. Главныя силы, переднiй эшелонъ, бригада генерала Борейши (5⅕ баталiоновъ, 16 пѣшихъ орудiй) — у Карабунара, а заднiй эшелонъ, стрѣлковая бригада генерала Цвѣцинскаго (4 баталiона, двѣ пѣшiя и одна конная сотни, 8 горныхъ и 8 конныхъ орудiй) — у Кавликiой (Евлiени).

Полковнику Курнакову приказано было: "открыть на другой день непрiятеля и не упускать его изъ виду".

Генералъ Цвѣцинскiй получилъ отъ начальника штаба отряда слѣдующую записку: "Начальникъ отряда приказалъ завтра, 19 iюля, перейти вамъ со всѣмъ отрядомъ, собраннымъ въ окрестости Ени-Загры, въ Эски-Загру. Выступить вамъ съ бивака въ 4½ часа и слѣдовать по шоссе".

Въ той же запискѣ сказано дальше, чтобы четыре горныхъ орудiя подъ конвоемъ казачьей сотни, бывшей въ распоряженнiи генерала Цвѣцинскаго, отправить въ Хаинкiой. Сотнѣ вернуться въ Кавликiой, откуда наблюдать за дорогами въ Сливно и желѣзнодорожною станцiею Карабунаръ. Она подчинялась командиру баталiона въ Хаинкiой и должна была посылать донесенiя въ Хаинкiой и Эски-Загру. Къ генералу Цвѣцинскому должна была присоединиться въ Карабунарѣ (что на шоссе) другая сотня казаковъ.

Генералъ Борейша получилъ приказанiе начать движенiе на Эски-Загру въ 6 часовъ утра.

Генералъ Гурко, какъ сказано, при наступленiи своемъ 19 iюля имѣлъ въ виду только колонну турокъ, сражавшихся наканунѣ съ отрядомъ герцога Лейхтенбергскаго, тѣмъ болѣе, что отъ разъѣздовъ, посланныхъ отъ отряда влѣво, было получено донесенiе, что до р. Сiютли-Дере нѣтъ непрiятеля; "слѣдовательно, лѣвый флангъ отряда былъ совершенно безопасенъ. Отъ разъѣздовъ же, посланныхъ впередъ, было получено донесенiе, что турки ночуютъ въ Джуранли, что дорога въ Эски-Загру свободна"[43]. Увѣренность въ успѣхѣ была такъ велика, что опасались только, чтобы турки не ушли[44].

Сраженiе при Джуранли 19 iюля разыгралось слѣдующимъ образомъ:

Войска отряда генерала Гурко двинулись утромъ 19 числа согласно полученнымъ приказанiямъ. Полковникъ Курнаковъ уже въ 7 часовъ утра вступилъ въ ружейную и орудiйную перестрѣлку съ турками, оказавшимися южнѣе шоссе, на флангѣ его слѣдованiя. Это была часть войскъ отряда Реуфа-паши.

Отрядъ Реуфа-паши уже въ 6 часовъ утра стоялъ въ полной готовности къ наступленiю на Эски-Загру, согласно диспозицiи, разосланной ночью Реуфомъ-пашей; ожидали только извѣстiй изъ колонны Сулеймана-паши, къ которому рано утромъ посланы были два адъютанта Реуфа. Наконецъ авангардъ турокъ двинулся впередъ по направленiю къ Эски-Загрѣ, но едва началось движенiе изъ Джуранлiйскаго лѣса, какъ сзади и сѣвернѣе турокъ показались казачьи сотни полковника Курнакова.

Реуфъ-паша вызвалъ противъ нихъ одну батарею изъ своего резерва и дѣло началось. Туркамъ вмѣсто наступленiя на западъ, пришлось самимъ отбиваться отъ отряда генерала Гурко, наступавшаго съ востока. Реуфъ-паша задержалъ начатое уже на западъ движенiе на Эски-Загру и выстроилъ боевой фронтъ въ общемъ къ востоку, имѣя правѣе 2-ю бригаду Мухлисъ-паши, а 1-ю бригаду Назифъ-бея — лѣвѣе.

Турки расположились южнѣе шоссе, приблизительно въ разстоянiи полутора версты отъ него. Тутъ тянулись съ сѣвера на югъ три небольшихъ лѣска или рощи, изъ коихъ только двѣ, болѣе сѣверныя, были заняты турками; флангъ ихъ упирался въ южную рощу. Перелѣски были заполнены кустарникомъ. Турки, по обычаю своему, устроили себѣ наскоро закрытiя; между прочимъ, и изъ сноповъ хлѣба, къ коимъ подсыпана была земля.

Мѣстность впереди расположенiя турокъ была ровная, но заросшая высокой пшеницей и кукурузой, а восточнѣе ихъ позицiи находился молодой лѣсокъ. Такимъ образомъ, лѣсокъ представлялъ возможность скрытно отъ турокъ производить разныя за нимъ передвиженiя, а кукуруза дозволяла рускимъ стрѣлковымъ цѣпямъ незамѣтнымъ образомъ подходить довольно близко къ турецкой позицiи; но, съ другой стороны, та же мѣстность, заросшая кукурузой, высокой пшеницей и частiю кустарникомъ, скрывала расположенiе турокъ и способствовала ихъ стрѣлкамъ подкрадываться во время боя къ дѣйствовавшимъ русскимъ батареямъ.

Генералъ Гурко, получивъ извѣстiе о раскрытiи противника, обогналъ колонну генерала Борейши и увидѣлъ, что турки въ весьма значительныхъ силахъ стоятъ въ "перелѣскѣ большого лѣса", окружающаго Джуранли, и начинаютъ развертываться. Ничего не зная о движенiи армiи Сулеймана-паши и разсчитывая взять турокъ съ двухъ сторонъ, генералъ Гурко рѣшилъ свернуть влѣво и стараться обойти правый флангъ, съ тѣмъ, чтобы отрѣзать туркамъ отступленiе.

Предпринимая этотъ маневръ, генералъ Гурко "полагалъ, что Эски-Загринскiй отрядъ, услыхавъ выстрѣлы, поведетъ атаку съ другой стороны". Разсчитывалъ онъ на это тѣмъ болѣе, что соотвѣтственное приказанiе послано было Герцогу еще рано утромъ; наконецъ, бой у Джуранли не могъ не быть замѣченъ въ недалекой Эски-Загрѣ.

Рѣшивъ атаковать турокъ, генералъ Гурко отдалъ слѣдующiя приказанiя:

Полковнику Курнакову оставаться на шоссе и продолжать оттуда перестрѣлку.

Бригадѣ генерала Борейши свернуть съ шоссѣ влѣво и, пройдя лѣскомъ, выстроиться въ боевой порядокъ для атаки для атаки центральнаго лѣса и перелѣска между этимъ и южными лѣсками.

Стрѣлковую бригаду предполагалось двинуть лѣвѣе бригады генерала Борейши для обхода и полнаго охвата праваго фланга турокъ. Основано это было все на томъ предположенiи, что отрядъ герцога Лейхтенбергскаго можетъ, такъ или иначе, принять участiе въ начавшемся дѣлѣ, дѣйствуя съ противоположной стороны, отъ Эски-Загры. Впрочемъ, маневръ этотъ не состоялся вслѣдствiе разъяснившейся впослѣдствiи обстановки[45].

Колонна генерала Борейши выступала согласно приказанiю по шоссе на Эски-Загру и, не доходя поля сраженiя, получмла помянутое выше указанiе, почему свернула влѣво и, перемѣнивъ фронтъ направо (на западъ), развернулась въ боевой порядокъ въ двухъ верстахъ южнѣе шоссе, имѣя въ первой линiи Сѣвскiй полкъ полковника Жиржинскаго (2⅕ баталiоновъ), а позади — Елецкiй, полковника Громана. Вскорѣ, однако, въ виду большого протяженiя позицiи турокъ, пришлось продолжить боевую линiю Сѣвцевъ, ввести въ нее два Елецкiе баталiона и, кромѣ 4-й батареи, еще и 6-ю, которая вмѣстѣ съ 8-й ротой Сѣвцевъ пробыла въ резервѣ всего около получаса.

Турки, съ своей стороны, замѣтивъ движенiе генерала Борейши, тоже потянулись болѣе къ югу, обнаруживая при этомъ свои довольно значительныя силы.

По исполненiи развертыванiя бригады генерала Борейши, она оказалась въ слѣдующемъ расположенiи: въ центрѣ — 1-й и 2-й баталiоны Сѣвцевъ, 4-я батарея полковника Пржевальскаго между ротами послѣдняго; правѣе — 2-й баталiонъ Ельцевъ, а лѣвѣе, уступомъ позади, — 6-я батарея полковника Барановскаго, и, наконецъ, на крайнемъ лѣвомъ флангѣ — 1-й баталiонъ Ельцевъ; 3-й баталiонъ того же полка оставался въ резервѣ.

Всѣ баталiоны были построены въ двѣ линiи ротъ, имѣя стрѣлковые роты въ цѣпи. Находившася при 2-мъ баталiонѣ Сѣвцевъ 3-я стрѣлковая рота того же полка выдвинута была впередъ правѣе 4-й батареи, а 2-я стрѣлковая — точно такъ же, но лѣвѣе.

Мѣстность впереди была закрытая; ее покрывали участки кукурузы, высокая на корню пшеница и кустарники. При такой обстановкѣ не видно было противника съ близкихъ разстоянiй. Пока боевая линiя бригады перестраивалась и двигалась вдали, то указанныя обстоятельства служили ей въ пользу, скрывая ее отъ взоровъ турокъ и отъ ихъ артиллерiи, но по мѣрѣ движенiя впередъ обстоятельства мѣнялись къ невыгодѣ русскихъ войскъ. Наступающiя ихъ цѣпи вовсе не видѣли турецкихъ, тѣмъ болѣе, что турки искусно маскировали свои окопы кустарникомъ, травой и тому подобнымъ; притомъ они пользовались вышками для наблюденiя за противникомъ.

Выѣхавшая впередъ 4-я батарея два раза мѣняла мѣсто, пока нашла себѣ позицiю, съ которой возможно было обстрѣливать турецкую батарею съ разстоянiя 700 саженъ и всю опушку большого лѣса. Открытое мѣсто собственно передъ батареей было всего шаговъ двѣсти ширины, далѣе начинались кусты, которые пришлось прежде обстрѣлять, чтобы очистить отъ турецкихъ стрѣлковъ, и затѣмъ уже перейти къ обстрѣливанiю батареи.

Бывшая на лѣвомъ флангѣ 6-я батарея, подавъ лѣвое плечо впередъ, стала подъ угломъ къ общему фронту бригады. Она заняла позицiю въ разстоянiи 700 саженъ отъ лѣса и косвенными гранатными выстрѣлами поражала батарею турокъ, а также ихъ "колонны, находившiеся на опушкѣ лѣса". Затѣмъ батарея подвинулась впередъ по-дивизiонно и приблизилась къ расположенiю турокъ до разстоянiя 450 саженъ, причемъ 2-й дивизiонъ пришлось "подвинуть немного впередъ, дабы выйти изъ кукурузы мѣшавшей стрѣльбѣ".

Огонь турецкихъ стрѣлковъ, пользовавшихся закрытой мѣстностью, сильно безпокоилъ батарею, почему первоначально пришлось очистить впереди лежащую мѣстность, обстрѣливая ее картечными гранатами черезъ каждыя 50 саженъ, начиная со 100 и оканчивая 450 саженями.

Турки по всей вообще линiи открыли сильнѣйшiй ружейный огонь. Стрѣлки ихъ, пользуясь закрытой мѣстностью, подбирались скрытно и въ особенности назойливо обстрѣливали 4-ю батарею. Они переходили и въ частныя наступленiя.

Итакъ, турки въ числѣ, какъ казалось, 200–300 человѣкъ, пользуясь нѣсколько изолированнымъ расположенiемъ выдвинувщейся впередъ бывшей въ цѣпи 3-й стрѣлковой роты Сѣвцевъ, скрытно подобрались овражкомъ въ тылъ первой полуротѣ. Трукамъ удалось захватить часть 1-го отдѣленiя; остальные стрѣлки повернули назадъ и "очистили себѣ путь штыками". Въ это время командиръ 4-го взвода унтеръ-офицеръ Александръ Новицкiй быстро собралъ свой взводъ и, забѣжавъ лѣвымъ плечомъ, открылъ по обходившимъ туркамъ весьма дѣйствительный огонь залпами съ разстоянiя не болѣе 200 шаговъ. Турки, поражаемые такимъ образомъ огнемъ и угрожаемые атакой бросившихся впередъ сосѣднихъ 5-й и 4-й ротъ Сѣвскаго же полка, поспѣшно скрылись[46]. Здѣсъ былъ раненъ командиръ 3-й стрѣлковой роты капитанъ Висковскiй; команду надъ ротой принялъ подпоручикъ Янковскiй 2-й.

Генералъ Гурко приказалъ генералу Борейшѣ вести пока бой только подготовительный. Для рѣшительныхъ дѣйствiй он ожидалъ, съ одной стороны, прибытiя стрѣлковой бригады, а съ другой — атаки въ тылъ туркамъ со стороны Эски-Загры. Онъ предполагалъ при этомъ, какъ уже сказано, охвативъ правый флангъ турокъ стрѣлковой бригадой, отрѣзать имъ всякiй путь отступленiя.

Между тѣмъ, со времени начала боя полковникомъ Курнаковымъ прошло уже около двухъ часовъ, а воздѣйствiя отряда герцога Лейхтенбергскаго все еще не замѣчалось. Генералъ Гурко заключилъ изъ этого, что противъ Герцога находятся еще другiя значительныя силы турокъ, а потому измѣнилъ свои первоначальныя предположенiя. Онъ рѣшилъ поскорѣе покончить съ противостоявшими ему турками, а засимъ поспѣшить на помощь къ Эски-Загрѣ. Поэтому онъ отказался отъ охвата праваго турецкаго фланга и рѣшилъ, напротивъ, атаковать лѣвый. Съ этою цѣлью онъ приказалъ, чтобы стрѣлковая бригада наступала поскорѣе по шоссе и вызвалъ впередъ на рысяхъ слѣдовавшую съ бригадой 15-ю Донскую казачью батарею полковника Веревкина, съ тѣмъ, чтобъ она стала на правомъ флангѣ общей боевой линiи.

Черезъ нѣсколько времени батарея на полныхъ рысяхъ появилась на полѣ сраженiя. "Какъ только она была замѣчена турецкою артиллерiею, сейчасъ же въ нее были направлены выстрѣлы и хотя дистанцiя была гораздо болѣе 3 верстъ, тѣмъ не менѣе мѣткость стрѣльбы была замѣчательно хороша: всѣ снаряды ложились въ весьма близкомъ разстоянiи отъ батареи, причемъ число недолетовъ и перелетовъ было почти одинаковое. Не обращая вниманiя на стрѣльбу турецкой артиллерiи, батарея вынеслась впередъ и съ разстоянiя около 600 саженъ открыла такой мѣткiй огонь по ней картечными гранатами, что послѣ 4-й очереди турецкая батарея должна была сняться и отъѣхать назадъ саженъ на 300".

Между тѣмъ, въ началѣ десятаго часа замѣчены были у Эски-Загры орудiйные дымки, ясно свидѣтельствовавшiе о возгорѣвшемся тамъ боѣ. Тогда генералъ Гурко послалъ въ городъ генерала Рауха[47].

Около 11 часовъ прибыла на полѣ битвы стрѣлковая бригада генерала Цвѣцинскаго и начала выстраиваться правѣе 15-й Донской батареи.

Стрѣлковая бригада генерала Цвѣцинскаго (4½ баталiона) съ находившимися при ней частями конной артиллерiи (15-я Донская батарея въ составѣ двухъ взводовъ и взвода Донской 10-й батареи) выступила съ ночлега у Кавликiой (Евлiени) въ 5 часовъ утра. Помянутое приказанiе генерала Гурко — двинуть артиллерiю впередъ на рысяхъ, а бригадѣ поспѣшить впередъ — застало колонну на шоссе на привалѣ у ручья. Едва отдохнувъ до того полчаса, не докончивъ варку пищи въ котелкахъ, бригада пошла впередъ[48]. По прибытiи ея 16-й баталiонъ поставленъ былъ лѣвѣе, за курганомъ, на которомъ находился генералъ Гурко, оставаясь въ его распоряженiи въ видѣ резерва; остальные баталiоны расположились пока правѣе, за другимъ курганомъ.

Угрожаемый теперь лѣвый флангъ турокъ еще гораздо раньше обезпокоенъ былъ наступленiемъ русской кавалерiи Эски-Загринскаго отряда, о чемъ будетъ сказано дальше. Подходило время окончательной атаки.

Таково было положенiе дѣла у Джуранли въ то время, когда турки въ началѣ перваго часа повели атаку, направленную на центръ русскаго расположенiя, преимущественно по направленiю на 4-ю батарею.

Реуфъ-паша, вступая въ бой съ генераломъ Гурко, разсчитывалъ на скорую помощь со стороны Сулеймана. Движенiе правой колонны послѣдняго, направленной собственно на Эски-Загру (о чемъ будетъ сказано ниже), подало даже поводъ къ извѣстiю, что войска Сулеймана-паши идутъ уже на выручку.

Между тѣмъ, войска Сулеймана не показывались, а артиллерiя Реуфа, вообще скудно снабженная зарядами и разстрѣлявшая значительную ихъ часть раньше, 17 и 18 числа, вынуждена была уже къ 11 часамъ утра почти совершенно прекратить огонь, чтобы сберечь заряды для стрѣльбы въ рѣшительныя минуты. Кромѣ того, вслѣдствiе обычной массовой стрѣльбы турецкой пѣхоты, сильно уменьшилась наличность патроновъ; Реуфъ рѣшилъ испытать еще атаку на центръ довольно растянутаго русскаго расположенiя.

Атакѣ турокъ предшествовалъ усиленный огонь ихъ артиллерiи; подъ его прикрытiемъ пошла въ атаку 2-я бригада Мухлиса-паши по направленiю батареи полковника Пржевальскаго, обдавая ее и русскую пѣхоту сильнымъ огнемъ цѣпей и залпами сомкнутыхъ частей. Напоръ значительно превосходныхъ турецкихъ силъ вынудилъ русскiй центръ съ 4-ю батареею податься назадъ.

Въ этотъ критическiй моментъ генералъ Гурко приказалъ стрѣлковой бригадѣ идти въ атаку, а 4-я батарея получила приказанiе "жертвовать собой для поддержанiя и воодушевленiя своей пѣхоты". Съ тѣхъ поръ и до конца дѣла 4-я батарея оставалась все время подъ ружейнымъ огнемъ и понесла довольно значительный уронъ[49].

Между тѣмъ обѣ фланговыя русскiя батареи, а именно 15-я Донская и 6-я, во-время замѣтивъ наступленiе турокъ и отступленiе центра, тотчасъ заѣхали плечомъ: первая батарея — направо, а другая — налѣво, и открыли по наступающимъ туркамъ сильный огонь картечными гранатами.

Атака турокъ была отбита; ведшiй ее командиръ 2-й бригады Мухлисъ-паша былъ раненъ и сдалъ команду полковнику Али-Бею.

Хотя главный натискъ турокъ на русскiй центр былъ отбитъ, тѣмъ не менѣе, стрѣлки ихъ, залегшiе на близкихъ разстоянiяхъ, продолжали осыпать пулями 4-ю батарею и части русской пѣхоты. Въ виду этого, генералъ Борейша приказалъ командиру 1-го баталiона Сѣвскаго полка подполковнику Уллагаю оттѣснить турокъ, а 3-му баталiону Ельцевъ поддержать эту атаку. Оба баталiона двинулись впередъ и, пройдя углубленную дорогу, мѣткимъ огнемъ заставили турокъ податься назадъ. Въ это время былъ убитъ команндиръ 3-й линейной роты Сѣвцевъ штабсъ-капитанъ Потеряхинъ и смертельно раненъ той жк роты подпоручикъ Перковскiй; команду надъ ротой принялъ прапорщикъ Стеценко.

Въ то время, когда въ центрѣ горѣлъ еще бой, командиръ Сѣвскаго полка полковникъ Жиржинскiй приказалъ обслѣдовать незанятый турками лѣсокъ, подходившiй къ ихъ правому флангу. Оказалось, что черезъ него ведетъ узкая дорога, пролегающая среди густого кустарника, допуская по сторонамъ дороги движенiе только одиночныхъ людей, да и то съ трудомъ. Далѣе за лѣскомъ виднѣлись "наскоро устроенные ложементы турокъ, прикрытые снопами и срубленными деревьями".

Рѣшивъ атаковать турокъ съ этой стороны, во флангъ, полковникъ Жиржинскiй повелъ по указанной дорогѣ 2-ю стрѣлковую и 7-ю линейную роты Сѣвскаго полка, за коими шелъ 1-й баталiонъ Ельцевъ. Появившаяся изъ лѣса голова колонны была встрѣчена сильнымъ огнемъ; атака не удалась. Тутъ "раненый въ голову Сѣвскаго полка штабсъ-капитанъ Эбергардъ, закрывая рану рукой, бросился впередъ и убитъ былъ пулей въ високъ". Тутъ же ранены командиръ 2-й стрѣлковой роты штабсъ-капитанъ Колендо (послѣ котораго роту принялъ прапорщикъ Высоцкiй), подпоручикъ Таубе и прапорщикъ Ивановъ. Дважды контуженный въ голову и ногу, командиръ 7-й роты капитанъ Тарантулъ остался въ строю. Раненъ былъ и командиръ 1-го баталiона Ельцевъ подполковникъ Россинскiй.

"Полковникъ Жиржинскiй вывелъ колонную изъ лѣсу, перестроилъ въ двѣ линiи ротныхъ колоннъ и, выславъ въ цѣпь на опушку лѣса 2-ю стрѣлковую и 7-ю линейную роты Сѣвскаго полка и 1-ю стрѣлковую Елецкаго, приказалъ находившемуся при немъ начальнику стрѣлковъ маiору Пржецлавскому принять командованiе 1-мъ баталiономъ Елецкаго полка и ожидать пока приказанiй"[50].

Уже сказано было, что, по прибытiи 3-й стрѣлковой бригады генерала Цвѣцинскаго, генералъ Гурко выдѣлилъ изъ нея 16-й стрѣлковый баталiонъ въ видѣ резерва и что онъ въ критическiй моментъ контръ-атаки турокъ приказалъ генералу Цвѣцинскому начать рѣшительную атаку.

Первымъ двинутъ былъ 15-й стрѣлковый баталiонъ полковника Беклемишева, построенный въ двѣ линiи ротъ; за нимъ — 13-й. По мѣрѣ наступленiя цѣпь 15-го баталiона все болѣе и болѣе отдѣлялась отъ цѣпей остальнаго фронта, бывшихъ лѣвѣе, вслѣдствiе чего баталiонъ, будучи поражаемъ въ флангъ и даже тылъ, несъ значительныя потери, пока лѣвый флангъ его не былъ прикрытъ 2-ю и 3-ю ротами 13-го стрѣлковаго баталiона подъ начальствомъ временно командовавшаго баталiономъ маiора Селянко. Скоро въ первую боевую линiю 15-го баталiона вступили и обѣ роты 2-й линiи, а когда баталiонъ, по приказанiю генерала Цвѣцинскаго, наступая, потянулся вправо для охвата лѣваго фланга расположенiя турокъ, то въ образовавшiйся промежутокъ между ротами 15-го и 13-го стрѣлковыхъ баталiоновъ вступила изъ 2-й линiи 1-я рота послѣдняго изъ нихъ.

Во время этого наступленiя 15-я Донская батарея, перемѣняя позицiи, обстрѣливала турецкiя войска, показавшiяся на опушкѣ лѣса. Въ этомъ, какъ будетъ сказано дальше, приняла участiе и 16-я конная батарея полковника Ореуса, только что прибывшая съ кавалерiей отъ Эски-Загры.

Между тѣмъ, атака турокъ была отбита; они значительно ослабѣли. Хотя одинъ изъ баталiоновъ 1-й бригады даже послѣ того, какъ замолчала турецкая артиллерiя, продолжалъ стойко держаться въ лѣсу на лѣвомъ флангѣ турецкой позицiи, обороняя лѣсъ и мѣшая движенiю русской кавалерiи, присланной генераломъ Раухомъ, но 2-я бригада — на правомъ флангѣ — уже пошатнулась послѣ того, какъ раненъ былъ ея командиръ Мухлисъ-паша. Съ этого конца позицiи и началось отступленiе. Турки, сражавшiеся до того, по свидѣтельству генерала Гурко, "великолѣпно", обратились скоро въ полное, самое безпорядочное, бѣгство.

Еще ранѣе "полковникъ Вульфертъ, назначенный командовать лѣвымъ флангомъ (1-й Елецкiй баталiонъ, 2-я стрѣлковая и 7-я линейная Сѣвскiя роты и 6-я батарея), послѣ сильнаго сопротивленiя турокъ ворвался въ самый южный лѣсъ и началъ обходить правый флангъ турокъ. Онъ наконецъ обошелъ турецкую позицiю и началъ появляться даже въ ихъ тылу"[51].

Впрочемъ, охватъ этотъ не помѣшалъ туркамъ уйти въ юго-восточномъ направленiи и спасти всѣ свои орудiя. Обстоятельство это объясняется весьма закрытой мѣстностью и малочисленностью колонны полковника Вульферта, которая никакъ не могла охватить достаточно широкаго пространства. Кавалерiи же на лѣвомъ русскомъ флангѣ вовсе не было. Довольно же значительное количество ея собралось подъ конецъ боя какъ разъ на противоположномъ правомъ флангѣ.

Изъ предъидущаго видно, что единственная конница колонны, находившейся подъ непосредственнымъ командованiемъ генерала Гурко, а именно авангардъ ея подъ начальствомъ полковника Курнакова, должна была по ходу дѣла остановиться на крайнемъ правомъ флангѣ на шоссе. Она и была нправлена для преслѣдованiя турокъ. Взамѣнъ ея подоспѣла кавалерiя изъ отряда герцога Николая Лейхтенбергскаго.

Рано утромъ 19 числа съ бугра у Айданли, гдѣ ночевалъ штабъ отряда герцога Лейхтенбергскаго, замѣчено было съ восточной стороны шоссе наступленiе казаковъ полковника Курнакова и вслѣдъ затѣмъ выстрѣлы бывшаго при немъ артиллерiйскаго взвода. Тогда герцогъ навстрѣчу казакамъ выслалъ Кiевскiй гусарскiй полкъ флигель-адъютанта полковника барона Корфа со взводомъ 10-й Донской батареи хорунжаго Пономарева, съ тѣмъ, чтобы отрядъ этотъ, пройдя нѣсколько по шоссе, свернулъ вправо и открылъ бы огонь во флангъ турокъ, дѣйствовавшихъ противъ казаковъ. Полкъ былъ въ то время въ составѣ трехъ эскадроноаъ, такъ какъ 2-й эскадронъ маiора Карѣева, занимавшiй ночью аванпосты къ югу отъ Эски-Загры, присоединился къ полку только впослѣдствiи, при второмъ движенiи полковника Корфа къ Джуранли, о чемъ будетъ сказано ниже.

Исполняя приказанiе, полковникъ Корфъ, пройдя по шоссе четыре версты рысью, остановился и приказалъ артиллерiйскому взводу сняться съ передковъ, а для связи съ войсками генерала Гурко послалъ командира 4-го эскадрона ротмистра Ренарда съ 1-мъ полуэскадрономъ. Послѣднiй, двинувшись влѣво и пройдя деревню Хриштени, наткнулся на сильную партiю черкесовъ, съ которымъ вступилъ въ перестрѣлку; числительность ихъ опредѣлилъ онъ въ двѣ сотни.

Между тѣмъ, снявшiйся съ передковъ взводъ хорунжаго Пономарева подвергся огню нѣсколькихъ турецкихъ орудiй, съ которыми, впрочемъ, перестрѣливался довольно успѣшно. На помощь ротмистру Ренарду двинутъ былъ 2-й его полуэскадронъ, который при самомъ началѣ движенiя потерялъ выбывшими изъ строя 12 человѣкъ и 10 лошадей, сраженныхъ одной турецкой гранатой. Послѣ этого въ подкрѣпленiе ротмистру Ренарду посланъ былъ 3-й эскадронъ, но отъ Ренарда получено донесенiе, что онъ онъ успѣлъ пройти. Послѣ полуторачасовой перестрѣлки, "выпустивъ всѣ снаряды, находившiеся въ передкахъ, артиллерiйскiй взводъ снялся съ позицiи и отъѣхалъ назадъ". Полковникъ Корфъ, "собравъ полкъ, отвелъ его къ Эски-Загрѣ"[52]. Во время этихъ дѣйствiй гусары понесли довольно чувствительный уронъ. Сильно контуженъ въ грудь пулей корнетъ Афанасьевъ.

Около 12½ часовъ дня прибывшiй къ Айданли генералъ Раухъ приказалъ, чтобы 8-й Астраханскiй драгунскiй полкъ полковника Мацулевича съ 9-мъ гусарскимъ Кiевскимъ и 16-й конною батареею полковника Ореуса направились по шоссе на присоединенiе къ генералу Гурко. Колонна двинулась подъ общимъ начальствомъ командира Кiевскаго полка, при ней находился начальникъ штаба кавалерiи Передового отряда подполковникъ Сухотинъ. Впереди шелъ Астраханскiй полкъ, имѣя 16-ю батарею между эскадронами, а за нимъ Кiевскiй.

Когда колонна, шедшая по шоссе рысью, поравнялась съ деревнею Джуранли, то изъ сосѣдняго этой деревнѣ лѣса открытъ былъ по ней ружейный и артиллерiйскiй огонь, а когда авангард поравнялся съ деревней Колена, то на него изъ лѣса бросились черкесы. Бывшiй въ авангардѣ 1-й полуэскадронъ 3-го эскадрона Астраханцевъ подъ командой дивизiонера маiора Свѣнцицкаго быстро двинулся имъ навстрѣчу, опрокинулъ и преслѣдовалъ до лѣса; встрѣченный тутъ огнемъ пѣхоты, полуэскадронъ отошелъ влѣво. Послѣ этого маiоръ Свѣнцицкiй повелъ въ атаку подошедшiй 2-й полуэскадронъ 3-го же эскадрона, который опять оттѣснилъ черкесовъ до лѣса и врубился въ цѣпь турецкихъ стрѣлковъ.

Между тѣмъ, конная батарея снялась и успѣла дать нѣсколько выстрѣловъ. Когда колонна двинулась впередъ по шоссе, то справа и слѣва появились новыя части черкесовъ, сильно угрожая батареѣ, затрудненной въ то время переходомъ черезъ глубокiй горный ручей. Астраханскiе эскадроны (1-й, 2-й и 4-й) неоднократно ходили на нихъ въ атаку. Во время движенiя убита была коренная лошадь при шестомъ орудiи, которое такимъ образомъ было остановлено; черкесы бросились къ нему, но были встрѣчены картечью орудiя и прогнаны атакой 4-го эскадрона Астраханцевъ, оставшагося при орудiи.

Кiевскiй полкъ тоже подвергался фланговому огню турокъ, причемъ ружейной пулей контуженъ командиръ полка флигель-адъютантъ баронъ Корфъ, а штабсъ-ротмистръ Шнейдеръ 1-й — осколкомъ гранаты сильно въ голову, но, несмотря на это, остался во фронтѣ до окончанiя дѣла.

Когда кавалерiйская колонна приблизилась къ правому флангу отряда генерала Гурко, то полковникъ Ореусъ, какъ было уже сказано, вынесся впередъ и началъ весьма успѣшно обстрѣливать картечными гранатами опушку лѣса, то есть лѣвый флангъ турокъ, споспѣшествуя этимъ окончательному успѣху атаки стрѣлковой бригады.

Прибывшая къ генералу Гурко кавалерiйская колонна полковника Корфа и оставшiйся еще въ резервѣ 16-й стрѣлковый баталiонъ были единственныя части, коими онъ могъ, пока, свободно распорядиться, чтобы идти на помощь герцогу Лейхтенбергскому, къ Эски-Загрѣ. Громадный дымъ, поднявшiйся около полудня надъ городомъ, свидѣтельствовалъ, что дѣла тамъ идутъ плохо. Вслѣдствiе этого генералъ Гурко, замѣтивъ въ два часа дня, что турки, ему противостоявшiе, отступаютъ, немедленно послалъ генераламъ Цвѣцинскому и Борейшѣ приказанiе: не увлекаться преслѣдованiемъ, а собрать свои части и вести къ городу; при этомъ генералъ Гурко увѣдомилъ ихъ о тяжеломъ положенiи Эски-Загринскаго отряда и указалъ на необходимоть поскорѣе идти на выручку. Однако, исполнить это оказалось такъ же трудно, какъ и наканунѣ у Ени-Загры.

Разсчитывая на сборъ своей пѣхоты, генералъ Гурко двинулся къ Эски-Загрѣ пока съ вышепоименованными наличными силами; подъ ихъ прикрытiемъ онъ полагалъ собрать и устроить остальныя части и около 4½ часовъ пополудни повести атаку на турокъ, дѣйствовавшихъ противъ Эски-Загры.

Подойдя къ Эски-Загрѣ около 3½ часовъ пополудни, генералъ Гурко увидѣлъ весь городъ объятымъ пламенемъ. Въ немъ хозяйничали турки. Другiя турецкiя войска видны были за городомъ у входа въ ущелье, черезъ которое ушли войска отряда герцога Лейхтенбергскаго. Замѣтивъ войска генерала Гурко, турки отошли отъ ущелья, заняли возвышенности, лежащiя между ущельемъ и городомъ, и начали окапываться.

Разъѣзды донесли, что въ самомъ городѣ около полка турецкой пѣхоты и много черкесовъ. Хотя разстоянiе до турокъ было менѣе двухъ верстъ, но они канонады не открывали, а генералъ Гурко не хотѣлъ начинать дѣла, не дождавшись своей пѣхоты и остальной артиллерiи. Однако, стрѣлковая бригада подошла къ городу только въ началѣ седьмого часа, а бригада генерала Борейши — около семи.

Наступала ночь; предпринимать что либо было уже невозможно. Генералъ Гурко приказалъ всѣмъ войскамъ отойти къ деревнѣ Долбока, лежащей въ 12 верстахъ отъ Эски-Загры, у южнаго подножья Малыхъ Балканъ, у выхода пути, ведущаго черезъ перевалъ на другую сторону къ деревнѣ Балабанлiй.

Потери въ отрядѣ, бывшемъ подъ непосредственнымъ начальствомъ генерала Гурко, выбывшими изъ строя состояли изъ 2 штабъ-офицеровъ, 20 оберъ-офицеровъ и 398 нижнихъ чиновъ, изъ коихъ убитыми четыре оберъ-офицера и 97 нижнихъ чиновъ. Самую большую потерю понесъ 15-й стрѣлковый баталiонъ, въ коемъ выбыло изъ строя: ранеными одинъ штабъ-офицеръ — маiоръ Савичъ, — четыре оберъ-офицера, убито и ранено нижнихъ чиновъ 202 человѣка. А такъ какъ по имѣющимся свѣдѣнiямъ, въ баталiонѣ къ 23 iюля оставалось въ строю еще 463 человѣка нижнихъ чиновъ, то потери его въ бою 19 числа можно принять безъ малаго въ 30 %. Изъ 12 наличныхъ въ баталiонѣ офицеровъ 19 числа выбыло изъ строя, какъ уже сказано, пять человѣкъ ранеными и контуженными.

Расходъ артиллерiйскихъ снарядовъ былъ: въ 4-й батареѣ — гранатъ обыкновенныхъ 190, картечныхъ гранатъ 375 и зарядовъ картечныхъ 24; въ 6-й батареѣ — обыкновенныхъ гранатъ 73 и картечныхъ 168. О расходѣ снарядовъ въ остальныхъ батареяхъ собственно у Джуранли свѣдѣнiй не имѣктся.

Потери турокъ генералъ Гурко опредѣляетъ въ донесенiи своемъ отъ 24 iюля свыше 1.000 человѣкъ; "плѣнныхъ и раненыхъ", добавляетъ онъ, "было очень мало. Виднѣвшiеся пожары города Эски-Загры и всѣхъ окрестныхъ болгарскихъ селъ производили сильное впечатлѣнiе на войска"… Въ дѣйствительности, сколько извѣстно, потеря отряда Реуфа-паши была болѣе 1.200 человѣкъ.

Безпорядочное бѣгство турокъ не могло быть остановлено ихъ начальниками даже извѣстiемъ о побѣдѣ Сулеймана и взятiи ими Эски-Загры. Бѣгство остановилось лишь у желѣзнодорожной станцiи Карабунаръ. Самъ Реуфъ-паша отправился оттуда экстреннымъ поѣздомъ прямо въ Константинополь.

Сраженiе при Эски-Загрѣ разыгралось одновременно и въ близкомъ сосѣдствѣ съ побѣднымъ боемъ генерала Гурко у Джуранли, но съ другимъ исходомъ. Предшествовавшiя этому сраженiю обстоятельства изложены были уже выше; они состояли въ слѣдующемъ:

Начальникъ Эски-Загринскаго отряда герцогъ Николай Максимилiановичъ Лейхтенбергскiй, отправляясь 17 iюля къ Ени-Загрѣ, оставилъ въ Эски-Загрѣ командира 26-го Донского казачьяго полка полковника Краснова съ двумя ротами 2-й дружины Болгарскаго ополченiя и 2-й сотней 21-го Донского полка.

Когда, въ ночь съ 17 на 18 iюля, обрисовалось наступленiе сильныхъ колоннъ турокъ на Эски-Загру, то Герцогъ рѣшилъ отойти къ этому городу поближе, съ тѣмъ, чтобы удержать его за собой. Причины, побудившiя его къ этому, были слѣдующiя: Герцогъ признавалъ важное значенiе за этимъ городомъ въ стратегическомъ отношенiи, въ особенности на случай неудачи остальныхъ двухъ колоннъ войскъ генерала Гурко, направленныхъ тогда на Ени-Загру; притомъ получено было уже свѣдѣнiе о неудовлетворительномъ состоянiи прохода у Долбока черезъ Малые Балканы, отдѣлявшiе колонну Герцога отъ средней колонны генерала Гурко. Слѣдовательно, при неудачѣ отрядъ Герцога долженъ былъ отступать на проходъ у Эски-Загры. Наконецъ, Герцогъ не считалъ возможнымъ безъ боя "покинуть городъ, встрѣтившiй русскiя войска съ распростертыми объятiями".

Оставаясь на своей позицiи у Айданли, на шоссе въ Ени-Загру, версты три восточнѣе Эски-Загры, Герцогъ рѣшилъ еще вечеромъ 18 числа усилить гарнизонъ города, пославъ въ распоряженiе полковника Краснова 2-ю и 5-ю дружины болгаръ (6 ротъ), 4 орудiя горной № 2 батареи и 6-ю сотню 21-го Донского полка.

Со своей стороны полковникъ Красновъ произвелъ въ теченiе 18 iюля со 2-й сотней развѣдку къ югу и у опушки лѣса у Муратлiй встрѣтилъ полкъ черкесовъ, который оттѣснилъ, и вернулся къ городу. Вечеромъ того же числа ему извѣстно было уже о наступленiи турокъ отъ Карабунара. Въ разстоянiи 10 верстъ отъ города раскрыты были два полка черкесовъ съ артиллерiей, а въ сторонѣ сѣвернѣе, — три баталiона турецкой пѣхоты. Это были передовыя части войскъ наступавшаго Сулеймана-паши.

Между тѣмъ, въ городѣ, среди жителей-болгаръ, составлявшихъ три четверти восемнадцатитысячнаго населенiя, началась паника. Опасаясь обычныхъ неистовствъ турокъ, болгары массами бѣжали по направленiю на Казанлыкъ черезъ Эски-Загринское ущелье, запружая его своими повозками, перегруженными всякимъ добромъ.

Впрочемъ, ночь съ 18 на 19 прошла спокойно. Комендантъ города — состоявшiй при Болгарскомъ ополченiи полковникъ де-Прерадовичъ старался успокоить какъ оставшихся жителей, такъ и установленныя мѣстныя власти и поднять духъ болгаръ извѣстiемъ о побѣдѣ у Ени-Загры и приближенiи генерала Гурко. Это удалось настолько, что онъ въ 9½ часовъ утра могъ донести Герцогу, что "въ городѣ все спокойно… Во всѣхъ церквахъ молебствiя по случаю взятiя Ени-Загры и проповѣди священниковъ".

Однако, самъ Герцогъ, въ то же время, считалъ общее положенiе дѣлъ весьма опаснымъ. Онъ въ 9¼ часа утра доносилъ генералу Гурко, что больныхъ отправляетъ въ Казанлыкъ, что позицiя его "дугой окружена противникомъ" и что онъ "безъ энергической помощи (со стороны генерала Гурко) не въ состоянiи держаться".

Городъ Эски-Загра, который проходилось держать отряду Герцога, расположенъ въ долинѣ непосредственно у южнаго подножiя хребта Караджа-дагъ (Малые Балканы), тянущагося тутъ въ сѣверо-западномъ направленiи. Черезъ этотъ хребетъ вели отъ города двѣ дороги, направляющiяся на сѣверъ: болѣе восточная — на Дервентъ, а западная — на Амзалари; онѣ соединялись въ 13 верстахъ отъ города, на переправѣ черезъ р. Тунджу между д.д. Чанакчи-горное и Тулово (Тулуцъ), откуда ведетъ шоссе на Казанлыкъ и Шипку. Между поименованными двумя дорогами, непосредственно сѣвернѣе города, подымалась особая открытая возвышенность, отдѣлявшая городъ отъ самаго хребта Караджа-дагъ. Мѣстность по обѣ ея стороны была покрыта виноградниками и кукурузными полями.

Эски-Загра представляла собой довольно важный узелъ путей; отъ нея отходили шоссейныя дороги: на востокъ — къ Ени-Загрѣ; на югъ, съ малымъ уклономъ на востокъ, — шоссе къ желѣзнодорожному узлу Тырново-Семенли, отъ котораго у Мурадли (версты три отъ Эски-Загры) отходило въ юго-восточномъ направленiи шоссе на станцiю Радне-Михалеси (по рельсовому пути), Адрiанополь — Тырново-Семенли — Ени-Загра — Ямболь. Наконецъ, отходило еще шоссе на юго-западъ — на Чирпанъ и далѣе на Филиппополь.

Самый городъ Эски-Загра состоялъ изъ группъ небольшихъ домиковъ, раздѣленныхъ лабиринтомъ кривыхъ и узкихъ улицъ, по которымъ въ день 19 iюля передвиженiя войскъ были чрезвычайно затруднительны вслѣдствiе массы обывательскихъ повозокъ и скота, ихъ заграмождавшихъ.

Такъ какъ предметомъ обороны былъ именно самый городъ Эски-Загра, то малочисленнымъ защитникамъ его, по невозможности занять какую либо позицiю впереди, пришлось держать самую окраину города, обращенную къ сторонѣ противника, а именно — южную и часть восточной. Эта линiя обороны длиной въ четыре версты не представляла сколько нибудь удобныхъ артиллерiйскихъ и стрѣлковыхъ позицiй[53]. Эски-Загра окружена была виноградниками, которые съ западной ея а также съ юго-западной стороны (между дорогами въ Чирпанъ и въ Акъ-Бунаръ) подходили къ самому городу; а далѣе къ востоку, до дороги въ Ени-Загру, отдѣлялись отъ города открытымъ пространствомъ шириной отъ 150 до 300 саженъ. Окаймляющая юго-восточный уголъ города роща была рѣдка; глазъ проникалъ ее на довольно далекое разстоянiе. Виноградники тоже, хотя и затрудняли обстрѣлъ, но все же онъ былъ возможенъ.

Къ 9 часамъ утра 19 iюля юго-западная окраина города была занята 2-й и 5-й дружинами Болгарскаго ополченiя съ четырьмя горными орудiями и двумя сотнями казаковъ, въ слѣдующемъ порядкѣ:

На правомъ флангѣ расположена была 2-я дружина болгаръ подполковника Куртьянова, имѣя 3-ю роту впереди города, на самой дорогѣ въ Чирпанъ. Остальныя роты дружины стояли лѣвѣе, по обѣ стороны дороги, ведущей въ Акъ-Бунаръ; стрѣлковыя цѣпи ихъ расположены были: 1-й роты — правѣе дороги, за валомъ виноградныхъ садовъ, а 4-й роты — лѣвѣе дороги, по кладбищу. Въ резервѣ оставались полуроты отъ 1-й и 2-й ротъ, другая полурота 2-й роты находилась въ Эски-Загрѣ въ распоряженiи коменданта города. Бывшiй при 2-й дружинѣ взводъ 2-й горной батареи поручика Гофштетера занялъ позицiю ближе къ городу, за валомъ виноградника, въ которомъ были прорѣзаны амбразуры для орудiй.

Лѣвѣе 2-й дружины, по обѣ стороны шоссе, ведущаго на Семенли-Тырновъ въ Адрiанополь, въ верстѣ впереди окраины города, расположилась 5-я дружина подполковника Нищенко со взводомъ горной батареи капитана Константинова. Взводъ этотъ сталъ на самой дорогѣ; дружина имѣла три роты въ первой линiи. Стрѣлковыя ихъ цѣпи расположились частiю въ виноградникахъ, частiю за снопами сжатаго хлѣба. 4-я рота оставалась въ резервѣ. Промежутокъ между 2-й и 5-й дружинами занятъ былъ спѣшившимися 2-й и 6-й сотнями 26-го Донского полка.

Этой подготовкой къ оборонѣ управлялъ полковникъ Красновъ. Во время же боя распоряжался тутъ комендантъ города полковникъ де-Прерадовичъ, вызванный изъ Конака запиской генерала Столѣтова.

На продолженiе лѣваго фланга указаннаго общаго расположенiя войскъ, занявшихъ позицiю у Эски-Загры, въ разстоянiи четырехъ верстъ отъ него у Айданли, оставались штабъ Герцога, 1-я и 3-я дружины болгаръ; тамъ же находилась вначалѣ вся остальная кавалерiя отряда, то-есть Казанскiй и Астраханскiй драгунскiе полки, гусарскiй Кiевскiй, 16-я конная батарея и взводъ 10-й Донской.

Войска, расположенныя у Айданли, косвенно обезпечивали лѣвый флангъ расположенiя у Эски-Загры и вмѣстѣ съ тѣмъ отступленiе по направленiю на Казанлыкъ. Они, независимо того, могли послужить связью съ колонной генерала Гурко, дравшейся у Джуранли, и поддержать ее. Съ этой именно цѣлью еще съ ранняго утра сдѣлана была описанная уже выше попытка гусарскимъ полкомъ при артиллерiйскомъ взводѣ.

Таково было расположенiе отряда герцога Лейхтенбергскаго въ то время, когда наступавшiе турки уже подходили къ Эски-Загрѣ.

Начальникъ турецкихъ силъ Сулейманъ-паша къ 6 часамъ утра собралъ командировъ своихъ пяти бригадъ, коимъ начальникъ его штаба прочелъ диспозицiю для атаки Эски-Загры. Она составлена была въ томъ предположенiи, что городъ занятъ сильной дивизiей русскихъ войскъ, которую рѣшено было атаковать съ охватомъ ея праваго фланга, отъ Чирпанской дороги. Главныя силы должны были подвигаться на Арабаджикiой. Турки уже и наканунѣ двигались въ порядкѣ въ родѣ боевого, который должны были сохранить и теперь.

Въ первой линiи въ центрѣ находилась 4-я бригада Шукри-паши, имѣя 2-ю, Реджибъ-паши, — правѣе, а 3-ю, Вессель-паши, — лѣвѣе. Во второй линiи находилась 5-я бригада Арифъ-паши и муницiонныя колонны.

Въ резервѣ оставалась 1-я бригада Салиля-паши.

Сулейману извѣстно было, что Реуфъ имѣлъ наканунѣ дѣло съ русскими войсками на шоссе Ени-Загра — Эски-Загра, почему онъ, въ обезпеченiе праваго своего фланга, приказалъ командиру правофланговой 2-й бригады вначалѣ занять позицiю фронтомъ на сѣверъ.

Командиру центральной бригады Шукри-пашѣ, приказано было, когда онъ наткнется на русскихъ, вести пока бой демонстративно-выжидательный, съ тѣмъ, чтобы дать время лѣвофланговой, 3-й, бригадѣ совершить обходъ русскаго расположенiя для охвата праваго ихъ фланга со стороны Чирпанской дороги. Двѣ бригады: 5-я и слѣдующая за ней 1-я, должны были идти за центромъ, такъ какъ для поддержки лѣвофланговой, обходной, бригады съ часу на часъ ожидали прибытiя колонны Хулусси-паши, шедшей отъ Чирпана. Впрочемъ, свѣдѣнiй отъ колонны не имѣлось. Наконецъ, къ Реуфу-пашѣ посланъ былъ адъютантъ Сулеймана съ приказанiемъ тоже наступать на Эски-Загру.

Около 9 часовъ вернулся адъютантъ Сулеймана-паши, посланный къ Реуфу, до котораго онъ, наткнувшись на русскихъ, не могъ добраться.

Герцогъ Николай Лейхтенбергскiй, между тѣмъ, частiю заранѣе, частiю уже во время начавшагося боя 19 iюля, принялъ мѣры для обезпеченiя фланговъ и усиленiя войскъ у Эски-Загры. На правый флангъ отправленъ былъ Казанскiй драгунскiй полкъ полковника Корево, который, пройдя городъ на рысяхъ и миновавъ цѣпь 2-й болгарской дружины, заставилъ поспѣшно укрыться черкесовъ, появившихся противъ этой дружины. Вскорѣ послѣ того, по требованiю полковника де-Прерадовича, полкъ спѣшенными эскадронами 1-мъ, 2-мъ и 3-мъ подъ командою полковника Бѣлогрудова занялъ промежутокъ между лѣвофланговой 3-й ротой 2-й дружины, стоявшей на Чирпанской дорогѣ, и остальными ротами 2-й же дружины; 4-й эскадронъ остался въ резервѣ. Коноводы введены въ улицы города.

Съ другой стороны Герцогъ около 8 часовъ утра направилъ на лѣвый флангъ общаго расположенiя Астраханскiй драгунскiй полкъ, полковника Мацылевича, со взводомъ 16-й конной батареи для дѣйствiя во флангъ наступавшимъ туркамъ. Полкъ сталъ скрытно въ опушкѣ лѣса по-дивизiонно по обѣ стороны артиллерiйскаго взвода. Турецкая конница, бросившаяся на наѣздниковъ полка, "была встрѣчена вышедшимъ изъ закрытiя 2-мъ дивизiономъ полка и опрокинута въ противоположный лѣсъ, оставивъ много всадниковъ и лошадей убитыми и ранеными". Но когда турки (2-я бригада) окончили построенiе своего боевого порядка и открыли огонь изъ десяти, какъ казалось, орудiй, то полкъ вмѣстѣ съ артиллерiйскимъ взводомъ отошелъ на прежнее мѣсто, къ Айданли. За время этого боя артиллерiйскому взводу пришлось сдѣлать около тридцати выстрѣловъ. Наступленiе турокъ на этомъ, самомъ опасномъ для защитниковъ города, направленiи замедлилось настолько, что во-время еще поспѣли туда 1-я и 3-я дружины болгаръ (въ составѣ шести ротъ), направленныя герцогомъ Лейхтенбергскимъ отъ Айданли въ 10 часовъ утра.

Изъ поименованныхъ дружинъ, 3-я подполковника Калитина пристроилась къ лѣвому флангу бывшей уже на позицiи 5-й дружины; она уже подъ сильнымъ огнемъ турокъ заняла расположенiе отъ турецко-еврейскаго кладбища влѣво, имѣя въ первой линiи 1-ю и 2-ю роты, а во второй — 3-ю и 4-ю. Лѣвѣе стала 1-я дружина подполковника Кесякова, имѣя въ цѣпи 2-ю роту, а 4-ю — въ лѣсу, лѣвѣе взвода 10-й Донской батареи поручика Пономарева; въ резервѣ оставались остальныя двѣ роты дружины[54]. Надъ обѣими дружинами начальствовалъ командующiй 3-й бригадой Болгарскаго ополченiя флигель-адъютантъ, полковникъ графъ Толстой; на этой же части поля сраженiя находился и начальникъ Болгарскаго ополченiя генералъ-маiоръ Столѣтовъ.

Турки между тѣмъ продолжали наступленiе. Первый ихъ орудiйный выстрѣлъ раздался около 10 часовъ утра; турецкая пѣхота, скрытая деревьями, кустами и виноградниками, все подвигалась и постепенно усиливала свой огонь.

Наступленiе турокъ направлено было главнымъ образомъ на лѣвую часть расположенiя русскихъ войскъ. Тутъ Сулейманъ выставилъ значительную часть своей артиллерiи и постепенно усилилъ дравшуюся въ этомъ направленiи пѣхоту нѣсколькими баталiонами отъ 1-й и 5-й своихъ бригадъ. Это дало возможность Реджибу-пашѣ значительно протянуть свой правый флангъ.

Наступающая турецкая пѣхота выслала цѣпи настолько густыя, что онѣ представлялись въ видѣ сомкнутаго фронта. Цѣпи эти производили неумолкаемый сильнѣйшiй огонь; за ними подвигались колонны турецкихъ таборовъ.

Когда генералъ Раухъ, посланный генераломъ Гурко къ Эски-Загрѣ, прибылъ къ Айданли, въ 11¼ часа утра, то онъ засталъ тамъ вернувшiеся изъ боя Астраханскiй драгунскiй и Кiевскiй гусарскiй полки, а также 16-ю конную, взводъ 10-й Донской батареи и двѣ роты болгаръ.

Генералъ-маiоръ Раухъ, принявъ команду надъ отрядомъ, ознакомился съ положенiемъ дѣлъ по докладу начальника штаба отряда полковника Фрезе и состоявшаго при отрядѣ генеральнаго штаба полковника Бунакова. Положенiе защитниковъ города оказалось весьма опаснымъ.

Со своей стороны генералъ Раухъ разсчитывалъ главнымъ образомъ на помощь слѣва, со стороны генерала Гурко, поэтому счелъ нужнымъ усилить самое важное мѣсто, то есть лѣвый флангъ общаго расположенiя. Онъ приказалъ оставшимся еще у Айданли двумъ ротамъ 1-й болгарской дружины присоединиться къ ней; туда же, къ лѣвому флангу, направилъ онъ и взводъ 10-й Донской батареи. Кавалерiю же (Астраханскихъ драгунъ и Кiевскихъ гусаръ, съ 16-й конной батареей) генералъ Раухъ направилъ на помощь генералу Гурко для того, чтобы облегчить ему окончательную атаку на Реуфа, преграждавшего ему путь къ Эски-Загрѣ.

Турки между тѣмъ уже вполнѣ устроились. Около 12 часовъ дня густыя ихъ цѣпи и сомкнутыя колонны показались на широкой полянѣ, бывшей передъ 2-й дружиной болгаръ; наступленiе ихъ сопровождалось сильной ружейной пальбой. Но встрѣченные огнемъ болгарской цѣпи и взвода горныхъ орудiй, турки отошли и укрылись въ лѣсу. Послѣ нѣкотораго затишья они вторично пошли впередъ, но и на этотъ разъ отступили.

Въ то же время и 5-я дружина успѣшно отразила всѣ попытки турокъ, будучи въ этомъ поддерживаема искусной и мѣткой стрѣльбой изъ горныхъ орудiй капитана Константинова, который, постоянно мѣняя цѣль, дѣйствовалъ по появившимся сомкнутымъ частямъ турокъ то однимъ, то обоими орудiями. Послѣ чего и тутъ послѣдовало затишье.

Затѣмъ началось новое наступленiе турокъ: появилась густая ихъ цѣпь и послѣдовали новыя атаки на 5-ю дружину. Въ это время ранены были командиръ 2-й роты штабсъ-капитанъ Усовъ и подпоручикъ Бужинскiй. Раненый въ ногу, Усовъ все-таки стремился впередъ, но ободряя болгаръ словами "съ Богомъ юнаци напредъ", палъ тутъ же мертвымъ, пораженный двумя пулями въ голову.

Эта атака турокъ, направленная на 5-ю дружину болгаръ, отбита была товарищеской выручкой 3-й дружины подполковника Калитина. Видя, что турки все сгущаютъ свою цѣпь и выдвинули сомкнутую часть вправо, подполковникъ Калитинъ направилъ 3-ю роту штабсъ-капитана Попова для охвата лѣваго ихъ фланга. Рота, имѣя офицеровъ впереди, шла подъ песню "Болгаре юнаци". Когда она отошла на должное разстоянiе, то подполковникъ Калитинъ двинулъ и 4-ю роту штабсъ-капитана Стесселя; подпоручикъ этой роты Кисовъ, отобравъ рожокъ у раненаго турецкаго горниста, самъ трубилъ атаку. Не доходя 70 шаговъ до турокъ, рота съ громкимъ "ура" ударила на нихъ. Турки не выдержали, прекратили пальбу и въ безпорядкѣ отступили назадъ. Во время этой атаки убитъ былъ командиръ 1-й роты капитанъ Ѳедоровъ и ранены штабсъ-капитанъ Поповъ и поручикъ Живаревъ; оба послѣднiе остались въ строю.

Бой длился уже три часа. Турки успѣли закончить свои передвиженiя. Въ то время, когда центральная ихъ бригада Шукри-паши вела бой болѣе демностративно, командиръ лѣвофланговой бригады — Вессель-паша, исполняя обходъ праваго фланга болгаръ, успѣлъ, занявъ высоты къ сѣверо-западу отъ города, выставить на нихъ свою артиллерiю.

Турки какъ въ центрѣ, бригадой Шукри-паши, такъ и на правомъ своемъ флангѣ бригадой Реджиба-паши, усиленнаго, какъ сказано было, нѣсколькими баталiонами резерва, перешли въ рѣшительное наступленiе; между тѣмъ какъ войска Весселя-паши, завершая свой обходъ, грозили не только полнымъ охватомъ праваго фланга русскаго отряда, но и отрѣзанiемъ ему пути отступленiя.

Въ виду такого положенiя дѣлъ полковникъ де-Прерадовичъ приказалъ понемногу отступать. Во время этого боя командиръ 5-й дружины подполковникъ Нищенко раненъ былъ двумя пулями, въ руку и въ ногу, но остался въ строю до конца; кромѣ него, ранено было пять офицеровъ и убитъ поручикъ Павловъ.

Скоро пришлось отходить и остальнымъ двумъ дружинамъ.

Турки, отбитые, какъ сказано было, атакой 3-й дружины, отойдя за закрытiя, устроились и усиленные свѣжими частями вновь перешли въ наступленiе, обходя колоннами оба фланга 3-й дружины, въ особенности правый. Въ бой пошли уже всѣ резервы дружины; 2-я рота потеряла второго своего командира — подпоручика Дубровскаго, раненнаго въ ногу. Губительный перекрестный огонь турокъ заставилъ подполковника Калитина, мѣняя позицiи, отходить назадъ.

Во время этого отступленiя знаменный унтеръ-офицеръ Аксентiй Цимбалюкъ, раненый въ животъ, упалъ, причемъ сломалось древко; поднявшись, онъ продолжалъ идти, не соглашаясь отдать никому знамени, и передалъ его только по приказанiю дружиннаго командира. "Принявшiе послѣ Цимбалюка знамя два унтеръ-офицера оба пали, равно какъ и всѣ знаменные ряды. Тогда знамя взялъ самъ подполковникъ Калитинъ, но тотчасъ былъ пораженъ пулею насмерть. При паденiи его съ лошади погнулось серебранное копье, уже задѣтое турецкою пулею. Изъ боя знамя было вынесено унтеръ-офицеромъ Ѳомою Тимофѣевымъ. Поручикъ Живаревъ, видя смерть подполковника Калитина, раненый самъ, пытался вынести тѣло своего начальника, но люди, помогавшiе ему, были перебиты. Наконецъ, поручику Живареву удалось положить тѣло на лошадь, но въ тотъ моментъ, когда она трогалась съ своею ношею, турецкая пуля убила ее на мѣстѣ"[55].

Резервовъ давно уже не было, отъ дружины осталась одна слабая цѣпь. Перекрестный огонь турокъ вынесъ изъ строя почти половину людей. Бороться долѣе не было силы. Старшiй изъ ротныхъ командировъ — штабсъ-капитанъ Стессель приказалъ начать отступленiе.

Въ свою очередь и 5-я дружина подполковника Кесякова съ самаго вступленiя въ бой сильно терпѣла отъ выстрѣловъ невидимаго противника, скрытаго деревьями и кустарникомъ. Цѣпи пришлось открывать огонь отъ 400 до 500 шаговъ. Взводъ 10-й Донской батареи, бывшiй при дружинѣ, имѣлъ малый обстрѣлъ — передъ нимъ начинались деревья рѣдкой рощи, а далѣе шли кусты.

Черезъ полчаса сильной перестрѣлки со стороны турокъ выдвинулись изъ кустовъ два ихъ табора и начали поражать стрѣлковую цѣпь залпами, направляя огонь преимущественно на лѣвый флангъ дружины, за которымъ стояли помянутыя два орудiя.

Турки, не выдержавъ огня цѣпи и залповъ поддержекъ, подались назадъ. Но спустя нѣкоторое время, они вновь стали наступать сомкнутыми частями, продолжая пальбу залпами. Вся цѣпь, отстрѣливаясь, отступила назадъ шаговъ на 150. Тогда командиръ бригады полковникъ графъ Толстой приказалъ командиру дружины перейти въ наступленiе. Сигналъ былъ поданъ, цѣпь дружины смѣло тронулась впередъ и подъ звуки любимой болгарской песни "напредъ, напредъ на бой" пошла на сомкнутый строй противника. Шаговъ за 50 подполковникъ Кесяковъ крикнулъ "ура", и цѣпь, дружно подхвативъ возгласъ начальника, бросилась на турокъ, не обращая вниманiя на встрѣчныя залпы. Турки не выдержали удара и повернули назадъ. Во время этой атаки ранены: штабсъ-капитанъ Мехеда, поручики Гюбенетъ, Соллогубъ и прапорщикъ Сарнитъ; подъ полковникомъ графомъ Толстымъ убита лошадь.

Въ то же время лѣвому флангу цѣпи угрожала серьезная опасность: во время ея наступленiя изъ кустовъ выдвинулась турецкая колонна и остановилась лѣвѣе фланга цѣпи. Поражаемая продольно съ фланга, цѣпь была отведена дружиннымъ командиромъ на прежнюю позицiю.

Резерва не оставалось; 4-я рота, бывшая въ прикрытiи артиллерiи, пошла для поддержки атаки. Турки, удлиняя свой фронтъ вправо, обходили лѣвый флангъ позицiи. Орудiямъ, обстрѣливаемымъ перекрестнымъ огнемъ, угрожала опасность быть захваченными. Вслѣдствiе сего генералъ Столѣтовъ приказалъ взять на задки, съ тѣмъ, чтобы отвести орудiя на новую позицiю, для прикрытiя отступленiя дружинъ въ ущелье. Между тѣмъ, 1-я дружина, бывшая вся въ цѣпи, произвела еще одну попытку опрокинуть нахлынувшiя на нее массы, но, поражаемая съ фронта, и, особенно, съ лѣваго фланга, была, наконецъ, вынуждена уступить поле противнику. Дружина, огибая городъ съ востока, стала медленно отходить черезъ кусты и виноградники къ ущелью. Раньше другихъ дружинъ къ ущелью подошли 3-я и 5-я. Передъ входомъ въ главную улицу города капитанъ Константиновъ четырьмя мѣткими картечными залпами, съ дистанцiи около 30 саженъ, заставилъ турецкую пѣхоту остановиься и лечь, а подскакавшую на 100 шаговъ конницу — разсыпаться и отойти назадъ. Въ городѣ дружины были обстрѣливаемы турками-обывателями. Первая рота 2-й дружины останваливала нападенiе черкесовъ, преслѣдовавшихъ дружину. 5-я дружина, устраивая изъ повозокъ баррикады, препятствовала этимъ нападенiю турецкой конницы. За 5-ю дружиною въ ущельи появилась 3-я, за которою подошла и 1-я, отражая огнемъ черкесовъ, обошедшихъ лѣвый флангъ позицiи.

Генералъ Раухъ, видя, что дѣло возстановить невозможно, переѣхалъ къ входу въ ущелье, черезъ которое приходилось отступать войскамъ. Тамъ генералъ Раухъ задержалъ прибывшiя раньше другихъ 2-ю и 5-ю дружины и, расположивъ ихъ въ садахъ и виноградникахъ, пропустилъ впередъ сильно пострадавшiя 1-ю и 3-ю дружины, горную батарею и драгунъ. Послѣднимъ подошелъ полковникъ де-Прерадовичъ и съ нимъ въ порядкѣ 2-я рота 2-й дружины капитана Медынскаго. Огнемъ ея отбита партiя черкесовъ, смѣло ворвавшаяся въ ущелье.

Полковникъ Красновъ съ обѣими сотнями (кромѣ казаковъ отбившихся и соединившихся съ колонной генерала Рауха) отошелъ по Ени-Загринскому шоссе и присоединился къ отряду генерала Гурко; туда же успѣлъ уйти и отрѣзанный взводъ 10-й Донской батареи, при которомъ находился генералъ Столѣтовъ. Поэтому генералъ Раухъ поручилъ временно командованiе болгарскими дружинами полковнику де-Прерадовичу.

Къ 5 часамъ вечера весь отрядъ собрался уже за хребтомъ горъ у д. Дервенткiой, въ 6 верстахъ отъ Эски-Загры. Раненые были уложены на повозки. Обозъ еще заблаговременно отправленъ былъ къ Дервенткiой. Послѣ небольшого отдыха отрядъ отошелъ за р. Тунджу, на лѣвомъ берегу коей и расположился бивакомъ на ночлегъ.

Турки не дѣлали никакихъ попытокъ къ преслѣдованiю. Командиръ лѣвофланговой ихъ бригады — Вессель-паша довольствовался занятiемъ высотъ между Эски-Загрой и помянутымъ ущельемъ, по коему отходили русскiя войска. Сулейман-паша задержалъ всѣ остальныя свои войска передъ городомъ; черезъ него прошли только немногiе баталiоны, штурмуя попутно нѣкоторые дома, упорно отстаиваемые вооруженными болгарами. Впрочемъ, въ городъ проникла масса башибузуковъ и черкесовъ; рѣзня и бой продолжались до ночи и даже еще на другой день утромъ и кончились сожженiемъ города и почти поголовнымъ истребленiемъ жителей-болгаръ.

Потери Болгарскаго ополченiя 19 iюля были слѣдующiя:

Убиты: въ 3-й дружинѣ — командиръ ея подполковникъ Калитинъ, капитанъ Ѳедоровъ, штабсъ-капитанъ Усовъ, поручикъ Поповъ[56] и 5-й дружины — поручикъ Павлов. Ранены: 1-й дружины — оберъ-офицеровъ четыре; 2-й — шесть; изъ нихъ адъютантъ подпоручикъ Поликарповъ "раненъ тяжело въ нижнюю часть лица и въ грудь; раненый въ грудь, развозилъ еще приказанiя подъ сильнымъ огнемъ". Въ 5-й дружинѣ ранены: командиръ ея подполковникъ Нищенко навылетъ въ руку и ногу, но оставался въ строю до конца боя, четыре оберъ-офицера, изъ коихъ два легко раненые оставались въ строю.

Потери нижними чинами убитыми и ранеными были, въ общемъ, 552 человѣка, изъ коихъ: въ 1-й дружинѣ 156 человѣкъ; во 2-й — 48; въ 3-й — 205, и въ 5-й — 123 человѣка. А такъ какъ наличность въ дружинахъ можно принять около 550 человѣкъ въ каждой, то убыль въ дружинахъ 1-й, 3-й и 5-й, въ общемъ, была безъ малаго 30 %, а въ частности — въ 3-й дружинѣ 37 %. Казанскiй драгунскiй полкъ потерялъ одного нижнего чина раненымъ; лошадей убито 8, ранено 2. Въ двухъ сотняхъ 26-го Донского полка убито два казака; лошадей выбыло 11.

Въ Астраханскомъ драгунскомъ полку раненъ прапорщикъ Шатовъ; нижнихъ чиновъ: убито — 6, ранено — 14; свѣдѣнiй объ убыли лошадей не имѣется. Въ Кiевскомъ гусарскомъ полку контужено: штабъ-офицеровъ — 2, оберъ-офицеровъ — 3; лошадей выбыло 13.

Свѣдѣнiй о потеряхъ артиллерiи и расходѣ снарядовъ собственно въ бою подъ Эски-Загрой не имѣется.

Турки по побѣдному донесенiю Сулеймана-паши потеряли выбывшими изъ строя всего 200 человѣкъ. По другимъ же свѣдѣнiямъ потеря ихъ простиралась до 1.500 человѣкъ. Судя по ходу дѣла, потеря турокъ должна была быть, во всякомъ случаѣ, гораздо больше показанной Сулейманомъ.

ГЛАВА IV

Дѣйствiя Рущукскаго и Османъ-Базарскаго отрядовъ противъ четыреугольника турецкихъ крѣпостей съ 9 по 20 iюля

Общiй очеркъ дѣйствiй Рущукскаго и Османъ-Базарскаго отрядовъ. — Театръ военныхъ дѣйствiй этихъ отрядовъ. — Наступленiе XII корпуса къ р. Лому. — Дѣло у д. Кады-кiой. — Передвиженiя, вызванныя предполагаемой блокадой Рущука. — Дѣло у д. Писанецъ 11 iюля. — Передвиженiя Рущукскаго отряда согласно указанiй Главнокомандующаго отъ 12 и 14 iюля. — Движенiе частей XIII корпуса къ югу. — Сраженiе у д. Езерче. — Расположенiе частей Рущукскаго отряда 20 iюля. — Расположенiе Османъ-Базарскаго отряда съ 9 по 13 iюля. — Дѣло у д. Енджикiой. — Передвиженiя, вызванныя неудачей подъ Плевной. — Расположенiе отряда 20 iюля.

(Атласъ вып. I, № 15 и вып. II, №№ 16, 17 и 18)

ущукскiй и Османъ-Базарскiй отряды, прикрывавшiе со стороны четыреугольника турецкихъ крѣпостей сообщенiя русскихъ войскъ, наступавшихъ къ Балканамъ (Систово — Тырново — Шипка), преслѣдовали въ общемъ цѣли оборонительныя. Въ частности же дѣйствiя ихъ, въ зависимости отъ мѣнявшейся обстановки, принимали характеръ одинъ разъ обороны прямо пассивной, другой же разъ — болѣе активной. Успѣхи наступленiя въ центрѣ, на южномъ фронтѣ и неудачи на западномъ влекли за собою каждый разъ новую постановку задачъ отрядамъ, дѣйствовавшимъ на восточномъ фронтѣ.

Наконецъ, на дѣйствiяхъ поименованныхъ отрядовъ въ высокой степени отражались весьма сложная конфигурацiя мѣстности, невыгодное направленiе и распредѣленiе путей, враждебное отношенiе мѣстнаго населенiя, а главное — размѣры театра дѣйствiй обоихъ отрядовъ, длиннаго по фронту при весьма ограниченной глубинѣ.

Войскамъ, расположеннымъ на восточномъ фронтѣ, приходилось прикрывать длинную линiю сообщенiй дѣйствующей армiи на участкѣ отъ Дуная до Балканъ, на протяженiи 100 верстъ противъ сильнаго непрiятеля, находившагося отъ этой линiи всего въ двухъ — четырехъ переходахъ. Базируясь при этомъ на крѣпости Рущукъ и Шумлу, турки могли по желанiю направить ударъ какъ на Систовскую переправу, такъ и на Тырново, выйдя непосредственно въ тылъ русскимъ войскамъ, занимавшимъ Балканскiе проходы.

По всѣмъ этимъ причинамъ дѣйствiя войскъ Рущукскаго и Османъ-Базарскаго отрядовъ, раскинутыхъ по весьма растянутому фронту, распадались на множество частныхъ эпизодовъ. Они, такимъ образомъ, представляютъ длинный рядъ картинъ весьма сложныхъ и разнообразныхъ въ частностяхъ, а потому дальнѣйшему описанiю дѣлъ предпосылается здѣсь общiй очеркъ дѣйствiй обоихъ отрядовъ, а также и болѣе подробное описанiе театра ихъ дѣятельности, дополняющее и развивающее сжатое описанiе, приведенное въ первой главѣ I тома.

Какъ выше указано, 5 iюля письмомъ Главнокомандующаго начальнику Рущукскаго отряда (см. томъ II, гл. X) предписывалось этому отряду перейти съ линiи р. Янтры къ р. Кара-Ломъ для ближайшаго наблюденiя крѣпости Рущука. При этомъ XI корпусъ долженъ былъ, дѣйствуя отъ Тырнова, оказать помощь Рущукскому отряду въ случаѣ угрозы послѣднему со стороны Шумлинской турецкой армiи.

Передвиженiя частей Рущукскаго отряда, во исполненiе этого распоряженiя, еще не были закончены, какъ 9 iюля Главнокомандующiй, подъ влiянiемъ предшествовавшихъ успѣховъ (взятiе Никополя, захватъ Шипкинскаго перевала и удачныя дѣйствiя генерала Гурко за Балканами), потребовалъ уже болѣе рѣшительныхъ дѣйствiй противъ Рущука.

Вслѣдствiе этого Рущукскiй отрядъ съ 10 числа приступилъ къ предварительнымъ передвиженiямъ, имѣвшимъ цѣлью блокаду названной крѣпости. Для поддержки этой операцiи Главнокомандующiй имѣлъ въ виду, въ случаѣ надобности, направить 11-ю пѣхотную дивизiю (XI корпуса) изъ окрестностей Тырнова на Разградъ. Такимъ образомъ, главная задача падала и въ этомъ случаѣ на Рущукскiй отрядъ, въ то время, какъ Османъ-Базарскiй отрядъ долженъ былъ лишь содѣйствовать Рущукскому.

Войска Рущукскаго отряда уже находились въ полномъ движенiи для выполненiя предположенной блокады, когда 12 числа, послѣ того, какъ истинное значенiе первой Плевненской неудачи было выяснено Полевымъ Штабомъ, штабомъ Рущукскаго отряда были получены указанiя, совершенно мѣнявшiя характеръ предстоявшихъ дѣйствiй и относительную роль Рущукскаго и Османъ-Базарскаго отрядовъ.

За выдѣленiемъ части XI корпуса къ сторонѣ Плевны и отъѣздомъ туда же командира корпуса князя Шаховского, Рущукскiй отрядъ уже не могъ разсчитывать на помощь Османъ-Базарскаго. При такихъ обстоятельствахъ выполненiе блокады Рущука признавалось недостаточно обезпеченнымъ, почему мысль о ней была оставлена и начатыя движенiя прiостановлены.

Вслѣдствiе полученныхъ 14 iюля извѣстiй (преувеличенныхъ, какъ то оказалось впослѣдствiи) о сосредоточенiи всей турецкой армiи къ Ески-Джумѣ и Османъ-Базару, Главнокомандующiй, опасаясь за Тырново, потребовалъ отъ начальника Рущукскаго отряда, чтобы XIII корпусъ поддержалъ въ случаѣ надобности Османъ-Базарскiй отрядъ. Это приказанiе вызвало перемѣщенiе почти всѣхъ войскъ Рущукскаго отряда и движенiе къ югу входившаго въ его составъ XIII корпуса. Такимъ образомъ, взаимные отношенiя Рущукскаго и Османъ-Базарскаго отрядовъ совершенно мѣнялись. Вмѣстѣ съ тѣмъ предписанiемъ отъ 13 iюля Османъ-Базарскiй отрядъ, поступившiй за отъѣздомъ командира XI корпуса подъ начальство командующаго 13-й кавалерiйской дивизiей генералъ-маiора Радена для единства дѣйствiй съ войсками, расположенными у Тырнова, былъ подчиненъ командиру VIII корпуса генералъ-лейтенанту Радецкому.

Послѣ второго неудачнаго боя подъ Плевной Главнокомандующiй 19 iюля, предполагая возможность наступленiя турокъ со стороны Османъ-Базара на Тырново, рѣшилъ усилить войска, дѣйствовавшiя въ операцiонномъ направленiи Османъ-Базаръ — Тырново, бригадой генералъ-маiора Эрнрота, стоявшей до того у Чаиръ-кьоя на дорогѣ изъ Разграда въ Тырново. Возможность наступленiя турокъ на лѣвый флангъ Рущукскаго отряда изъ Рущука и Разграда, однако, еще допускалась, вслѣдствiе чего войска этого отряда оставлены, въ общемъ, въ положенiи, занятомъ ими 17 числа.

Наконецъ, 23 iюля, когда въ Полевомъ Штабѣ явилось опасенiе концентрическаго наступленiя турокъ къ Тырнову отъ Плевны и Шумлы, а также изъ-за Балканъ, часть войскъ восточнаго фронта была подана вообще къ югу, а именно: лѣвое крыло Рущукскаго отряда было ослаблено, вмѣсто чего усиленъ правый флангъ XII корпуса; XIII корпусъ сосредоточенъ и поданъ впередъ къ р. Кара-Ломъ и нѣсколько къ югу отъ первоначальнаго расположенiя; Османъ-Базарскiй отрядъ оставленъ на прежнихъ мѣстахъ, но части его, расположенныя къ югу отъ Османъ-Базарской дороги у подножiя Балканъ, занимавшiя Елену и Златарицу, усилены за счетъ XIII корпуса.

Раiонъ дѣйствiй Рущукскаго и Османъ-Базарскаго отрядовъ ограничивался: съ сѣвера — р. Дунаемъ, внизъ отъ устья р. Янтры до Рущука; съ востока — линiею желѣзной дороги Рущукъ — Разградъ и далѣе шоссированной дорогой Разградъ — Ески-Джума — Османъ-Базаръ — Котелъ; съ юга — Балканскимъ хребтомъ до Хаинъ-кьойскаго перевала, и, наконецъ, съ запада — дорогою съ названнаго перевала черезъ Плаково на Тырновъ, шоссе Тырновъ — Бѣла и далѣе р. Янтрою до впаденiя ея въ Дунай.

Въ указанныхъ границахъ раiонъ заключаетъ 130 кв. миль, имѣя форму неправильнаго четыреугольника, вытянутаго въ меридiональномъ направленiи. Размѣры его въ длину, съ сѣвера на югъ, 110 верстъ и въ глубину: 40 — въ сѣверной, 70 — въ средней и 60 — верстъ въ южной части.

Рельефъ разсматриваемаго раiона, образованный складками, предгорьями и отрогами Балканъ, представляющихъ въ общемъ систему складчатыхъ горъ, является весьма сложнымъ. Главный хребетъ или Великiй Балканъ составляетъ южную границу раiона и носитъ въ его предѣлахъ названiе Сливненскаго и Еленинскаго Балкана. Средняя высота его доходитъ до 3.500 футъ, причемъ Еленинскiй Балканъ выше Сливненскаго. Отдѣльныя вершины значительно превосходятъ среднiй уровень, подымаясь до 5.000 футъ (гора Чумерна). Параллельно Великому Балкану, подобно Чернымъ горамъ, сопровождающимъ главный хребетъ съ южной стороны, къ сѣверу отъ послѣдняго верстахъ въ 20 тянется побочный хребетъ, прерываемый во многихъ мѣстахъ долинами рѣкъ и рѣчекъ, текущихъ съ Великаго Балкана въ сѣверномъ направленiи. Этотъ хребетъ, носящiй внѣ предѣловъ раiона, къ западу отъ него, названiе горъ Стража, въ предѣлахъ его извѣстенъ подъ именемъ горъ Развалацкихъ, Алла-Гюню и Кабакоюнъ; направляясь далѣе на востокъ, хребетъ этотъ сливается съ однимъ изъ отроговъ Малыхъ Балканъ — Сакаръ-Балканомъ. Къ сѣверо-востоку отъ названнаго хребта, восточнѣе отъ разсматриваемаго раiона, тянется вторая поперечная складка Балканъ — Дербентъ-Балканъ, отроги котораго входятъ съ востока въ предѣлы раiона и заполняютъ пространство между р. р. Янтрой и Кара-Ломомъ. Высота перваго изъ этихъ хребтовъ доходитъ до 2.000 футъ, средняя же его часть достигаетъ высоты 2.947 футовъ (гора Алла-Гюню). Съ Великимъ Балканомъ хребетъ этотъ связанъ поперечными стяжками или отрогами, отходящими въ сѣверномъ направленiи отъ Великаго Балкана, отъ Хаинъ-кьойскаго перевала и отъ горы Бяла-Крава. Названные хребты и отроги образуютъ двѣ замкнутыхъ котловины — Еленинскую и Старорѣкскую, соединяющихся между собой проходомъ у Беброва, чѣмъ и опредѣлялось значенiе названнаго пункта. Старорѣкская котловина не имѣетъ сколько нибудь удобныхъ путей къ сѣверу и востоку, съ юга же имѣетъ сообщенiе съ г. Сливенъ, черезъ перевалъ того же имени, по которому пролегаетъ вьючный путь, весьма трудный для движенiя. Еленинская котловина имѣетъ выход на югъ черезъ Твардицкiй перевалъ, на западъ же, съ Трѣвненской котловиной, она не имѣетъ сколько нибудь удобныхъ сообщенiй, чѣмъ до крайности была затруднена связь между Еленинскимъ и Габровскимъ отрядами. Къ сѣверу котловина эта соединялась съ Тырновомъ путями: Хаинъ-кьой — Плаково и шоссе Елена — Тырново, переваливавшимъ Развалацкiя горы черезъ ущелье р. Дрентска.

Съ Златарицей Еленинская котловина соединялась дорогой Елена — Златарица, пролегавшей по ущелью р. Елена, и дорогой отъ Беброва къ Златарицѣ.

Къ сѣверу и сѣверо-западу отъ хребтовъ Алла-Гюню и Кабакоюнъ отдѣляются отроги, заполняющiе пространство между р. р. Бебровкой, Джулюницей, притокомъ ея Беюкъ-Дере и притокомъ послѣдней — рѣчкой Кара-Дере.

Отроги Дербентъ-Балкана, наполнявшiе, какъ выше указано, пространство между р. р. Янтрой и Кара-Ломомъ, имѣли слѣдующiя главнѣйшiя развѣтвленiя:

Отходя отъ д. Дербентъ-кьой, что на шоссе между Ески-Джумой и Османъ-Базаромъ, Дербентъ-Балканъ направляется къ д. Посабина въ сѣверо-западномъ направленiи и служитъ водораздѣломъ между бассейномъ Янтры и р. Кара-Ломъ. Отъ д. Посабина, давъ вѣтвь къ сѣверу, запоняющую лѣсистое пространство между Кара-Ломомъ и его лѣвымъ притокомъ Каяджикомъ или Банницкимъ Ломомъ, — отрогъ поворачиваетъ къ западу на д. Сушицу, откуда, круто повернувъ къ сѣверу, слѣдуетъ вдоль праваго берега р. Янтры на д. Ердованлiй и далѣе къ Бѣлѣ, давая на указанномъ протяженiи значительное командованiе правому берегу Янтры надъ лѣвымъ. На высотѣ Бѣлы (близъ д. Балбунаръ) отрогъ этотъ раздѣляется на нѣсколько пологихъ и низкихъ вѣтвей, заполняющихъ пространство между Дунаемъ, низовьями Янтры и Ломомъ. Отрогъ этотъ имѣлъ большое значенiе для Рущукскаго и Османъ-Базарскаго отрядовъ, раздѣляя на первой половинѣ своего протяженiя операцiонныя направленiя: Османъ-Базаръ — Тырново и Разградъ — Бѣла. Части же его и его развѣтвленiй къ сѣверу отъ линiи Посабина — Сушица представляли въ общемъ преграду для наступательныхъ дѣйствiй турокъ отъ Эски-Джумы и Разграда къ Бѣлѣ. Развѣтвленiя того же хребта, отходящiя къ сѣверу отъ деревни Посабина, въ значительной степени затрудняли впослѣдствiи сообщенiе между частями XII и XIII корпусовъ.

Восточную границу раiона въ южной ее части составляетъ одинъ изъ хребтовъ Малыхъ Балканъ — Сакаръ-Балканъ. Ограничивая съ юго-востока и востока Старорѣкскую котловину, онъ достигая въ этой своей части свыше 3.000 футъ высоты, направляется далѣе къ сѣверу къ г. Османъ-Базару въ видѣ пологихъ высотъ, до 2.000 футъ высоты, образующихъ водораздѣлъ между бассейномъ Дуная и р. Беюкъ-Камчика. Скрещиваясь сѣвернѣе Османъ-Базара съ горами Дербентъ-Балкана, хребетъ этотъ направляется къ сѣверу и даетъ многочисленныя развѣтвленiя. Важнѣйшiя изъ нихъ слѣдующiя: 1) Отъ д. Ени-Кiой (въ 20 верстахъ къ сѣверу отъ Османъ-Базара) отходитъ водораздѣльный хребетъ между Кара-Ломомъ и Умурскимъ-Ломомъ, извѣстный въ разныхъ частяхъ своихъ подъ названiями Эшекдюзю, Козлукъ и Доброорманъ; 2) отъ той же деревни на юго-западъ отходитъ короткiй, крутой отрогъ Кириченъ-Баиръ. На всемъ протяженiи средняго теченiя Кара-Лома высоты эти даютъ командованiе правому, долинному берегу Кара-Лома надъ лѣвымъ, что имѣло слѣдствiемъ преимущество турокъ въ борьбѣ съ русскими войсками за обладанiе долиной рѣки Кара-Ломъ; 3) отъ д. Ада-кьой (10 верстъ къ югу отъ Разграда) въ сѣверо-западномъ направленiи отходитъ водораздѣльный хребетъ между р. Акъ-Ломъ и притокомъ ее — Умурскимъ (Сваленикскимъ) Ломомъ. Что касается главной части этого хребта, то онъ, окружая городъ Разградъ своими развѣтвленiями, обходить его съ восточной стороны и, постепенно понижаясь и расширяясь, достигаетъ Дуная на пространствѣ между Рущукомъ и Туртукаемъ, образуя восточными своими склонами правый, долинный, берегъ р. р. Акъ-Лома и Лома.

Рѣки. Важнѣйшими изъ рѣкъ раiона являлись:

Рѣка Дунай, образующая сѣверную его границу. Свойства этой рѣки изложены въ главѣ первой I тома.

Рѣка Янтра беретъ начало на склонахъ Шипка-Балканъ, течетъ сначала въ сѣверномъ направленiи до бокового кряжа Балканъ — горъ Стража, прорвавъ которыя, принимаетъ сѣверо-восточное направленiе до впаденiя въ нее р. Джулинцы, послѣ чего течетъ на западъ и сѣверо-западъ до впаденiя лѣваго своего притока р. Русицы, откуда до впаденiя своего въ Дунай течетъ въ сѣверномъ направленiи. Глубина ея вообще въ сухое время незначительна — отъ 3 до 4 футъ; во время дождей и особенно таянiя снѣговъ глубина ея быстро увеличивается и рѣка становится проходимой лишь по постояннымъ переправамъ. Ширина ея, незначительная въ верховьѣ, въ нижнемъ теченiи даже въ сухое время года свыше 30 саженъ. Броды, удобныя для колеснаго движенiя, находились: у Дольняго-Трембеша, Драганова, Крушицы, въ двухъ мѣстахъ ниже Косово-поле и у д. Чаушево; ниже этого бродовъ нѣтъ. Постоянные мосты имѣлись: въ Тырновѣ — 2 каменныхъ, въ д. Раховица — деревянный и у г. Бѣлы — каменный. На всемъ протяженiи отъ устья р. Джулинцы до Дуная, правый край долины командуетъ лѣвымъ, что невыгодно отражается на обороно-способности рѣки при дѣйствiяхъ противъ силъ, наступающихъ съ востока. Сообщенiя вдоль рѣки пролегаютъ по лѣвому берегу, правый же, гористый и на большомъ протяженiи лѣсистый, не имѣетъ продольныхъ путей. Съ правой стороны Янтра принимаетъ одинъ довольно значительный притокъ — р. Джулинцу или Златарку (въ верховьяхъ эта рѣка извѣстна подъ именемъ Дрентска, а въ низовьяхъ — Лефеджiя). Рѣка Джулинца беретъ начало близъ Хаинъ-кьойскаго прохода и орошаетъ вмѣстѣ съ притокомъ своимъ Еленкой густо-населенную Еленинскую котловину. Развалацкiя горы р. Джулинца прорываетъ по узкому ущелью (5 верстъ длины) между д. Евковцы и монастыремъ св. Николая. Этимъ ущельемъ и пролегаетъ шоссе Елена — Тырново. Еленка и другой притокъ Джулинцы, орошающiй Старорѣкскую котловину, — Бебровка прорываютъ горы Алла-Гюню: первая — по узкому ущелью (10 верстъ длины) къ сѣверу отъ г. Елены, по которому тянется колесный путь Елена — Златарица, вторая же — еще болѣе дикимъ ущельемъ съ отвѣсными боками. Вдоль ея русла вовсе нѣтъ проходимыхъ путей. Въ нижней части своего теченiя р. Джулинца принимаетъ съ правой стороны рѣчку Беюкъ-Дере, въ которую съ лѣвой стороны вливается рѣчка Кара-Дере или Кесаревка. Послѣдняя рѣчка, как и Джулинца, пересѣкаетъ дорогу Османъ-Базаръ — Тырново. Всѣ перечисленныя рѣки и рѣчки имѣютъ горный характеръ и, будучи удобо-проходимыми бóльшую часть года, представляютъ серьезныя препятствiя для движенiя не только во время таянiя снѣговъ, но и напосредственно послѣ дождей.

Рѣка Ломъ, впадающая въ Дунай у самой крѣпости Рущука, образуется изъ слiянiя р.р. Чернаго-Лома (Кара-Ломъ) и Бѣлаго-Лома (Акъ-Ломъ). Направленiе и свойства долинъ названныхъ рѣкъ и ихъ притоковъ имѣли значенiе для развившихся здѣсь военныхъ дѣйствiй, облегчая оборону и затрудняя наступленiе для обѣихъ сторонъ.

Рѣка Кара-Ломъ беретъ начало близъ д. Сепетчи (въ 12 верстахъ къ западу отъ Ески-Джума) и течетъ въ западномъ направленiи до д. Арабларъ, далѣе до д. Гайдаръ-кьой въ сѣверномъ и послѣ нея въ сѣверо-западномъ направленiи до д. Широково, откуда направляется къ сѣверу и ниже д. Кошово сливается съ Акъ-Ломомъ. Длина рѣки около 90 верстъ, ширина вообще не болѣе 15 саженъ, глубина незначительна, не болѣе 3½ футъ, и рѣка была бы проходима въ бродъ вездѣ, если бы мѣстами тому не препятствовали крутые, обрывистые берега. Постоянные мосты имѣлись у д.д. Араблара, Гайдаръ-кьой, Гагово (каменный), Опаки, Абланова, Кацелева (каменный), Острицы, Широково, Табачки и Чевень (каменнный).

Начиная отъ Араблара и до д. Опаки, долина рѣки по лѣвому ея берегу расширяется, въ то время, какъ командующiй правый берегъ слѣдуетъ непосредственно вдоль рѣки. Отъ Опаки до д. Широково рѣка течетъ въ довольно узкой долинѣ, имѣющей, однако, продольные пути; ниже д. Широково она течетъ въ узкомъ обрывистомъ ущельи и движенiе непосредственно вдоль ея русла невозможно. Оборонительное значенiе этой рѣки, проходившей параллельно (въ 40 верстахъ) коммуникацiонной линiи русскихъ войскъ Систиово — Тырново, понижалось неблагопрiятными условiями командованiя береговъ, особенно въ средней части ея теченiя.

Съ лѣвой стороны Кара-Ломъ принимаетъ въ себя рѣку Баницкiй-Ломъ, долина котораго, протягиваясь съ юга на сѣверъ, также пересѣкала пути изъ Разграда въ Бѣлу и послужила русскимъ войскамъ послѣ потери ими линiи Кара-Лома какъ бы второй оборонительной линiей. Глубина и ширина Баницкаго-Лома въ общемъ незначительны, но обрывистые берега дѣлаютъ его удобопроходимымъ лишь въ немногихъ мѣстахъ. Мосты имѣлись на дорогѣ изъ Сушицы въ Чаиръ-кьой, у Кара-Хасана, Копривца, Банницы (каменный), противъ д. Базовецъ и у д. Чилново. Баницкiй-Ломъ течетъ все время въ узкой долинѣ, правый берегъ которой командуетъ лѣвымъ только у Чаиръ-кьой и Кара-Хасана; долина эта имѣетъ ширину до 4 верстъ. Рѣчка Церковница (Каяджикъ) беретъ начало близъ д. Ковачицы, течетъ въ глубокой долинѣ и впадаетъ въ Баницкiй-Ломъ у д. Копривецъ; правый берегъ ея долины у д.д. Церковна и Бейваровка значительно командуетъ лѣвымъ.

Рѣка Акъ-Ломъ (90 верстъ длины) беретъ начало у с. Ада-кьой (11 верстъ къ югу отъ Разграда) и отъ г. Разграда течетъ въ сѣверо-восточномъ направленiи до слiянiя своего съ р. Кара-Ломъ. У д. Писанецъ она пересѣкаетъ шоссе Разградъ — Рущукъ и близъ д. Нисово принимаетъ слѣва рѣчку Сваленикъ (Умурскiй-Ломъ). Глубина и ширина его незначительны. На участкѣ отъ д. Писанецъ до слiянiя съ Кара-Ломомъ рѣка течетъ въ узкомъ ущельи съ крутыми лѣсистыми берегами, изъ которыхъ командующiй правый берегъ образуетъ во многихъ мѣстахъ отвѣсныя скалы до 30 саженъ высотою. Мосты имѣлись: на шоссе у с. Писанецъ и у Нисова 2 моста (всѣ эти мосты каменные). Рѣка Сваленикъ беретъ начало въ 6–7 верстахъ къ югу отъ д. Спахиларъ и на всемъ своемъ теченiи сохраняетъ сѣверо-западное направленiе; глубина и ширина ея весьма незначительны; берега долины въ верховьяхъ доступны, на пространствѣ же между д. Констандинецъ до устья рѣка течетъ по узкому и глубокому ущелью.

Рѣка Ломъ (длина 25 верстъ), послѣ слiянiя образующихъ ея рѣкъ, течетъ въ крутыхъ обрывистыхъ берегахъ и потому переправа черезъ нее была возможна лишь въ немногихъ пунктахъ: Иваново-Чифликъ, Красново (2 моста), Бессарабово, Дулапъ и по мосту на шоссе Разградъ — Рущукъ.

Населенные пункты. Важнѣйшiе изъ населенныхъ пунктовъ раiона, а именно крѣпости: Шумла, Варна и Силистрiя, — описаны въ главѣ первой I тома. Изъ прочихъ населенныхъ пунктовъ раiона для воюющихъ сторонъ имѣли значенiе города: Разградъ, Ески-Джума, Османъ-Базаръ, Тырновъ, Бѣла и Елена.

Городъ Разградъ (11.000 жителей, преимущественно мусульманъ) стоитъ на узлѣ удобнѣйшихъ путей къ главнымъ пунктамъ четыреугольника крѣпостей. По свойствамъ окружающей его мѣстности онъ представлялъ сильную въ тактическимъ отношенiи позицiю. Въ стратегическомъ отношенiи значенiе его обусловливалось тѣмъ, что, находясь на серединѣ фронта Рущукъ — Шумла, онъ замыкалъ лучшiе пути отъ Рущука и Бѣлы къ крѣпости Шумлѣ. При главнокомандующемъ Абдулъ-Керимѣ на него не было обращено должнаго вниманiя; но уже смѣнившiй послѣдняго Мехметъ-Али-паша избралъ Разградъ главнымъ основанiемъ дѣйствiй противъ русскихъ войскъ на восточномъ фронтѣ. Къ укрѣпленiю окружающихъ городъ высотъ было приступлено въ концѣ iюля и къ половинѣ августа здѣсь выросъ сильный временно-укрѣпленный лагерь. Сѣверо-западный, западный и юго-западный его фронты отстояли на 5–6 верстъ отъ города. Занимая Разградъ, турки могли съ почти одинаковымъ удобствомъ угрожать русской коммуникацiонной линiи Систовъ — Тырново и поддержать любую изъ турецкихъ крѣпостей четыреугольника[57].

Городъ Ески-Джума, населенный преимущественно мусульманами (число жителей до 9 тысячъ), находится на узлѣ путей между Разградомъ, Шумлой, Преславомъ и Османъ-Базаромъ. Въ стратегическомъ отношенiи онъ представлялъ какъ бы передовую позицiю крѣпости Шумлы, отъ которой отстоитъ въ 30 верстахъ. Одновременно съ началомь работъ по укрѣпленiю Разграда турки приступили къ устройству укрѣпленной позицiи верстахъ въ 15 къ западу отъ названнаго пункта близъ д. Сарнасуфларъ, что на дорогѣ изъ Ески-Джумы въ Бѣлу.

Городъ Османъ-Базаръ, населенный также преимущественно мусульманами, представлялъ узелъ дорогъ, ведущихъ въ Тырново, Бѣлу, Преславъ и Котелъ. Запирая съ сѣвера лучшiй путь черезъ Малые Балканы и обезпечивая тѣмъ сообщенiе четыреугольника крѣпостей съ долиной р. Тунджи, Османъ-Базаръ получалъ важное стратегическое значенiе. Для прикрытiя Османъ-Базара со стороны Тырнова турки устроили у д. Яйла или Лейле-кьой укрѣпленную позицiю, запирающую выходъ изъ Демаръ-кьойскаго дефиле. Пункты эти были связаны между собою хорошими шоссе, а Разградъ связывался, кромѣ того, съ Шумлой желѣзною дорогою (Рущукъ — Разградъ — Шумла — Варна), что давало туркамъ большiя выгоды при сосредоточенiи войскъ къ любой точкѣ ихъ стратегическаго фронта, длина котораго (отъ Разграда до Османъ-Базара) доходила до 50 верстъ.

Городъ Тырново — древняя столица Болгарiи, имѣлъ значенiе, какъ узелъ путей ведущихъ отъ главныхъ Балканскихъ проходовъ (Шипкинскаго, Твардицкаго) къ важнѣйшимъ пунктамъ средней Болгарiи (Сельви, Бѣлѣ и Османъ-Базару). Въ немъ же находились постоянныя переправы черезъ р. Янтру. Облегающiя городъ высоты представляли хорошiя позицiи, въ особенности на востокъ.

Городъ Бѣла, стоявшiй близъ узловъ важнѣйшихъ путей средней Болгарiи: шоссе Рущукъ — Тырново, Рущукъ — Плевна и дороги Систовъ — Тырново, и обладавшiй постоянной переправой черезъ Янтру, имѣлъ важное стратегическое значенiе и могъ быть важнѣйшимъ опорнымъ пунктомъ войскъ Рущукскаго отряда. Окружавшiя городъ съ востока высоты представляли превосходную оборонительную позицiю.

Городъ Елена — центръ густо-населенной котловины того же названiя. Стратегическое его значенiе обусловливалось нахожденiемъ на узлѣ путей, ведущихъ отъ Твардицкаго и Сливненскаго переваловъ къ г. Тырнову.

Пути сообщенiя. Важнѣйшими изъ путей сообщенiя раiона, кромѣ упомянутыхъ уже въ главѣ первой I тома шоссе: а) Рущукъ — Разградъ — Османъ-Базаръ — Котелъ (110 верстъ) и б) Рущукъ — Бѣла — Тырново — Елена — Твардица (130 верстъ), были:

Пути изъ Бѣлы въ Разградъ: 1) Шоссе изъ Дольняго-Монастыря и далѣе грунтовая дорога на Широково — Острицу — Кацелево — Сваленикъ и Торлакъ и далѣе шоссе до Разграда. Отъ Кацелева можно было воспользоваться еще дорогою на Горченово — Церовецъ — Констанденецъ — Езерче, гдѣ эта дорога выходила на первую. Отъ Горченова имѣлась вѣтвь на Ново-село — Садину — Кызылъ-Мурадъ и далѣе къ Разграду. Дорога (сѣверная вѣтвь) была въ общемъ удобна для движенiя, требовалась лишь разработка длиннаго, въ 3 версты, подъема къ сѣверу отъ Кацелева. Южныя вѣтви пролегали лѣсами, имѣли крутые подъемы и спуски и требовали разработки во многихъ мѣстахъ. 2) Грунтовая дорога на Бешъ-Бунаръ — Банницу — Сенанъ-кьой — Юренджекъ — Горченово, гдѣ соединялась съ южной вѣтвью описанной выше дороги. Дорога эта была пригодна для движенiя обозовъ и артиллерiи въ сухое время года. Разработки требовали: подъемъ между Бѣлой и Бешъ-Бунаръ и спускъ между Юренджекомъ и Аблановой. 3) Дорога на Беш-Бунаръ — Копривецъ — Церковну — Ковачицу, — Паламарцы — Гагово — Карахасанъ-кьой — Спахиларъ — Кызылъ-Мурадъ и далѣе къ Разграду. Дорога эта на всемъ протяженiи, особенно отъ Копривца, удобна для движенiя обозовъ и можетъ быть отнесена къ числу лучшихъ во всемъ раiонѣ.

Пути изъ Бѣлы на Ески-Джуму: 1) Описанная выше дорога на Широково, долиною р. Кара-Лома до Гайдаръ-кьой и далѣе на д. Башларъ — Кьосе-кьой — Окмехмедъ-кьой. 2) Также описанная выше дорога на Бешъ-Бунаръ — Копривецъ — Церковну — Ковачицу и далѣе на Попъ-кьой — Аязларъ — Арабларъ — Чекиндинъ. Обѣ эти дороги были вполнѣ удобны для движенiя и могутъ быть отнесены къ лучшимъ путямъ раiона. Для связи между названными путями могли служить нѣсколько поперечныхъ дорогъ.

Пути изъ Бѣлы въ Османъ-Базаръ: 1) Описанная выше дорога на Копривецъ — Церковну — Ковачицу — Попъ-кьой, Арабларъ — Конакъ — Юсейнлеръ. 2) Гьолъ-Бунаръ — Сазлы-кьой — Кара-Хасанъ — Сыновецъ — Кадя-кьой — Кесарево и далѣе по большой дорогѣ на Османъ-Базаръ. Обѣ эти дороги были удобопроходимы для войскъ и обозовъ за исключенiемъ участковъ Бѣла — Гьолъ-Бунаръ и Сыновецъ — Кесарево, движенiе обозовъ по которымъ безъ предварительной серьезной разработки было весьма затруднительно.

Пути изъ Тырново въ Разградъ: 1) Транспортный путь на Драганово — Сушицу — Сыновецъ — Чаиръ-кьой — Ковачицу — Попъ-кьой — Гайдаръ-кьой — Спахаларъ — Кызылъ-Мурадъ. 2) Шоссе до Кесарово и далѣе по грунтовой дорогѣ на Кадя-кьой — Мансыръ-кьой — Тюрбелеръ — Караагачъ-кьой — Аязларъ — Ени-кьой — Сазлы-кьой. Участокъ послѣдней дороги отъ Аязлара и далѣе былъ затруднителенъ для движенiя.

Пути изъ Тырнова въ Османъ-Базаръ и Ески-Джуму: 1) Шоссе до Кесарова, отъ этого селенiя большой транспортный путь на Лейле-кьой и Хасанфаки до Османъ-Базара и далѣе шоссированная дорога на Ески-Джуму. Отъ Кесарова эта дорога поднимается по длинному и узкому Демаркьойскому ущелью, переваливаетъ черезъ горный отрогъ и крутымъ, неудобнымъ для движенiя артиллерiи, спускомъ выходитъ въ котловину, въ которой расположена турецкая деревня Джумалы-кьой; далѣе она опять круто поднимается, слѣдуетъ на д. Лейле-кьой по высокому горному хребту. На дальнѣйшемъ пути къ Османъ-Базару она два раза спускается въ глубокiя и лѣсистыя лощины. Участокъ пути по Демаркьойскому ущелью потребовалъ серьезной разработки. 2) Упомянутый выше транспортный путь черезъ Драганово на Попъ-кьой и далѣе грунтовая дорога на Аязларъ и Арабларъ, откуда расходились пути: на Ески-Джуму черезъ Чекиндинъ и на Османъ-Базаръ черезъ Юсейнлеръ.

Между описанными путями удобныхъ поперечныхъ путей не было.

Пути изъ Тырнова въ долину р. Тунджи, восточнѣе Хаинъ-кьойскаго перевала. Изъ Тырнова на Елену и Беброво шла шоссированная дорога, удобная для движенiя войскъ и обозовъ. Между монастыремъ св. Николая и с. Евковцы она проходила вдоль лѣваго берега р. Дрентска очень узкимъ и глубокимъ ущельемъ на протяженiи 5 верстъ.

Отъ Беброва на Старорѣку шла грунтовая дорога. Далѣе отъ Старорѣки въ долину р. Тунджи вели слѣдующiя дороги: 1) Колесная черезъ перевалъ Демиръ-Капу (Сливенскiй) изъ Бѣло-село къ г. Сливенъ. 2) Вьючная черезъ Бiатскiй перевалъ, Кечидеры и Беюкъ-Чешме въ д. Бинкосъ. Сливенскiй перевалъ не былъ удобенъ для движенiя, но впослѣдствiи турки разработали его для наступленiя къ Еленѣ. Бiатскiй перевалъ могъ служить лишь для движенiя небольшихъ партiй безъ артиллерiи и обозовъ.

Для сообщенiя между дорогами Тырново — Османъ-Базаръ и Тырново — Беброво — Сливенъ могла служить дорога изъ Джулюницы на Златарицу и Миндiю къ монастырю св. Николая (вполнѣ удобная). Отъ Златарицы имѣлось, кромѣ того, сообщенiе съ Еленой по узкому и глубокому ущелью р. Еленки, а также путь на Беброво черезъ горы. Путь этотъ на первой своей половинѣ былъ затруднителенъ даже для движенiя кавалерiи. Удобныхъ сообщенiй съ Османъ-Базаромъ и г. Старо-Рѣкская Котловина не имѣла. Отъ г. Елены прямо на югъ шелъ удобный колесный путь черезъ Твардицкiй перевалъ въ д. Твардицу. Этотъ путь былъ шоссированъ на всемъ протяженiи, за исключенiемъ участка около 10 верстъ у самаго перевала.

Между Твардицкимъ и Сливенскимъ проходами имѣлись вьючныя тропы изъ с. Миковцъ въ с. Чамдере и изъ д. Трашлы на с. Беюкъ-Чешме.

Изъ приведеннаго обзора дорогъ разсматриваемаго раiона видно, что вполнѣ удобныхъ для движенiя дорогъ было немного, причемъ лучшiя изъ нихъ вели по долинамъ рѣкъ. Большинство дорогъ требовало разработки на нѣкоторыхъ участкахъ. Особенно трудны для движенiя были поперечные пути, связывавшiе операцiонныя направленiя Бѣла — Рущукъ и Тырново — Османъ-Базаръ. Большинство этихъ дорогъ по своей незначительной ширинѣ представляло особенныя затрудненiя для движенiя зарядныхъ и патронныхъ ящиковъ, лазаретныхъ линеекъ и линеекъ телеграфныхъ парковъ, имѣвшихъ троечную или четверочную запряжку. Сравнивая положенiе сторонъ относительно удобствъ, представляемыхъ путями раiона, можно придти къ заключенiю, что турки, имѣя шоссе и желѣзную дорогу, располагали для движенiя, особенно рокаднаго (вдоль фронта), бóльшимъ числомъ удобныхъ путей.

Населенiе. Разсматриваемый раiонъ принадлежалъ къ числу наиболѣе населенныхъ въ Сѣверной Болгарiи. Особенно густо были заселены окрестности Разграда, Ески-Джумы, Османъ-Базара, Елены и Беброва, а также полоса по обѣимъ сторонамъ Тырново — Османъ-Базарской дороги. На квадратную версту раiона приходилось около 50 человѣкъ, тогда какъ для всей Придунайской Болгарiи средняя цифра населенiя на квадратную версту не превосходила 36 человѣкъ. Этнографическiй составъ населенiя раiона не былъ однообразенъ: къ востоку отъ линiи Бѣла — Беброво преобладало мусульманское населенiе, то есть турки и черкесы (отъ 59 до 80 %); къ западу отъ названной линiи преобладало, наоборотъ, болгарское населенiе (отъ 70 до 80 %). Турки особенно густо заселяли окрестности Разграда, Шумлы, Ески-Джумы и весь сѣверный склонъ Балкановъ къ востоку отъ Беброва. Черкесы, поселенные въ Болгарiи послѣ покоренiя Кавказа русскими, были разбросаны отдѣльными селенiями между болгарскими деревнями. Главная масса ихъ группировалась въ окрестностяхъ Разграда и Османъ-Базара, по дорогѣ изъ Разграда въ Шумлу и въ самомъ Разградѣ. Указанный выше составъ населенiя оказалъ замѣтное влiянiе на ходъ военныхъ дѣйствiй Рущукскаго и, особенно, Османъ-Базарскаго отрядовъ, преимущественно въ смыслѣ затрудненiя производства развѣдокъ мелкими разъѣздами. Случаевъ враждебныхъ дѣйствiй въ занятой части территорiи почти не было, зато передъ фронтомъ русскихъ войскъ шайки вооруженныхъ жителей, пользуясь лѣсистой и пересѣченной мѣстностью, создавали трудно-проницаемую завѣсу для русскихъ разъѣздовъ. Съ переходомъ русскихъ войскъ черезъ Дунай, все мусульманское населенiе изъ окрестностей Систова, Бѣлы, Тырнова бѣжало на востокъ, что еще болѣе увеличило процентъ мусульманъ впереди фронтовъ названныхъ выше отрядовъ. Турецкое населенiе частiю было снабжено оружiемъ отъ правительства. Оружiе это было преимущественно старыхъ образцовъ, но встрѣчались и ружья, заряжавшiяся съ казенной части. Вооруженные такимъ образомъ, жители каждаго селенiя составляли отрядъ, подчиненный старшинѣ селенiя.

Кромѣ затрудненiя дѣятельности разъѣздовъ, вооруженныя шайки мусульманъ доставляли много хлопотъ нападенiями на болгарское населенiе, по преимуществу тѣхъ деревень, которыя были занимаемы и потомъ очищаемы русскими войсками. Это заставляло вообще подаваться впередъ съ большою осмотрительностью, такъ какъ очищенiе занятаго разъ пространства безъ крайней необходимости признавалось весьма нежелательнымъ вслѣдствiе риска подвергнуть болгарское населенiе насилiямъ турокъ и черкесовъ. Съ другой стороны, и болгарское населенiе относилось къ оставшимся на мѣстѣ согражданамъ-туркамъ весьма враждебно, что, въ свою очередь, заставляло принимать мѣры къ охраненiю и этой части населенiя.

Продовольственныя средства раiона были весьма значительны. Пшеницы, кукурузы и ячменя было не только достаточно для прокормленiя мѣстнаго населенiя, но имѣлся и значительный избытокъ. Что касается ржи и овса, то таковые имѣлись лишь въ небольшомъ количествѣ. Для перемола зерна въ муку могло служить достаточное число мельницъ, особенно по р.р. Янтрѣ и Баницкому-Лому. Русскiя войска, вступившiя въ предѣлы раiона, могли бы съ послѣднихъ чиселъ iюня воспользоваться обширными посѣвами созрѣвшихъ хлѣбовъ, брошенныхъ на корнѣ бѣжавшимъ мусульманскимъ населенiемъ. Этимъ, однако, воспользовались лишь въ очень ограниченныхъ размѣрахъ. Фуражъ (ячмень, сѣно и солома) имѣлся въ изобилiи. Рогатого скота для довольствiя войскъ мясомъ было также достаточно; только зимой пришлось довольствовать войска пригоннымъ скотомъ.

Свойства и особенности этого раiона, въ общемъ, были неблагопрiятны дѣйствiямъ названныхъ выше отрядовъ. Причинами того были: пересѣченный и, въ общемъ, закрытый его характеръ, условiя командованiя возвышенностей — съ юга и востока по направленiю къ сѣверу и западу, малое количество и плохое состоянiе дорогъ, особенно ведущихъ въ направленiи съ сѣвера на югъ, и враждебное настроенiе большинства жителей раiона — мусульманъ. Нигдѣ, однако, не представлялъ онъ неодолимыхъ преградъ для энергичнаго наступленiя, а продовольственныя и квартирныя его условiя могли даже считаться весьма благопрiятными. Въ водѣ и топливѣ недостатка не ощущалось и санитарныя условiя, представляемыя раiономъ, были также вполнѣ удовлетворительны.

Войска Рущукскаго отряда, продолжая продвигаться впередъ къ крѣпости Рущуку, согласно указанiямъ Главнокомандующаго, изложеннымъ въ письмѣ его начальнику отряда отъ 5 iюля, заняли 9 числа этого мѣсяца расположенiе: отъ Дуная (д. Пиргосъ) по р.р. Лому и Кара-Лому до д. Кацелево, имѣя кавалерiю впереди, а именно:

XII корпусъ. Его Императорское Высочество Великiй Князь Владимiръ Александровичъ.

Авангардъ (генералъ-лейтенантъ баронъ Дризенъ): 1-я бригада 33-й пѣхотной дивизiи, 1-я бригада 12-й кавалерiйской дивизiи[58], 1-я и 4-я батареи 33-й артиллерiйской бригады[59], 19-я конная и Донская казачья № 5 батареи (всего 6 баталiоновъ, 7 эскадроновъ, 16 пѣшихъ и 12 конныхъ орудiй), — на позицiи впереди Ханъ-Гюръ-Чешме фронтомъ къ Рущуку.

Главныя силы:

1-я бригада 12-й пѣхотной дивизiи, эскадронъ уланскаго Вознесенскаго полка, 1-я и 4-я батареи 12-й артиллерiйской бригады (6 баталiоновъ, 1 эскадронъ, 16 пѣшихъ орудiй) — на позицiи лѣвѣе авангарда, на высотахъ къ востоку отъ д. Пиргосъ, въ полутора верстахъ отъ этой деревни.

2-я бригада 33-й пѣхотной дивизiи, 2-я, 3-я, 5-я и 6-я батареи 33-й артиллерiйской бригады (6 баталiоновъ, 32 пѣшихъ орудiя) расположились правѣе шоссе, къ югу отъ него, въ долинѣ Кара-Лома, а именно: баталiонъ 131-го Тираспольскаго, 2 баталiона 132-го Бендерскаго полковъ, 2-я, 3-я и 5-я батареи 33-й артиллерiйской бригады — на позицiи у д. Кошово; баталiонъ Тираспольскаго полка съ 6-й батареей — сѣвернѣе д. Кошово, на лѣвомъ берегу Кара-Лома; 2-й баталiонъ того же полка — впереди Кошова, между Кара и Акъ-Ломомъ; баталiонъ Бендерцевъ — у д. Червенъ.

Резервъ корпуса: 2-й бригада 12-й пѣхотной дивизiи, корпусная артиллерiя: 2-я, 3-я, 5-я и 6-я батареи 12-й артиллерiйской бригады (всего 6 баталiоновъ и 32 орудiя) — у селенiя Ханъ-Гюръ-Чешме, имѣя 47-й пѣхотный Украинскiй полкъ съ 3-й батареей 12-й артиллерiйской бригады за 1-й бригадой той же дивизiи.

Штабъ корпуса съ Донскимъ № 37 полкомъ оставался въ д. Трастеникѣ.

XIII корпусъ. Генералъ-лейтенантъ Ганъ.

35-я пѣхотная дивизiя (Свиты Его Величества генералъ-маiоръ Барановъ) съ ея артиллерiей — 1-ю, 2-ю, 4-ю и 5-ю батареями 35-й артиллерiйской бригады (всего 12 баталiоновъ и 32 пѣшихъ орудiя).

Дивизiя расположилась въ долинѣ Кара-Лома, имѣя по полку съ батареей: 137-й Нѣжинскiй со 2-й батареей — у д. Широково, 139-й пѣхотный Моршанскiй съ 1-й батареей — у д. Каранъ-Варбовка и 140-й пѣхотный Зарайскiй съ 4-й батареей — въ д. Кацелево. Въ резервѣ за этими частями находился 138-й пѣхотный Болховскiй полкъ съ 5-й батареей — въ д. Челново. 2-й баталiонъ Зарайскаго полка былъ выдвинутъ въ д. Сваленикъ для поддержки кавалерiи графа Воронцова-Дашкова.

Общiй резервъ отряда: 1-я бригада 1-й пѣхотной дивизiи, 1-я и 4-я батареи 1-й артиллерiйской бригады, корпусная артиллерiя (третьи и шестые батареи 1-й и 35-й артиллерiйскихъ бригадъ) и скорострѣльная батарея (всего 6 баталiоновъ, 48 пѣшихъ и 8 скорострѣльныхъ орудiй), подъ общимъ начальствомъ командира XIII армейскаго корпуса генералъ-лейтенанта Гана стоялъ въ д. Двѣ-Могилы, гдѣ былъ расположенъ и штабъ корпуса. Скорострѣльная батарея оставалась временно въ д. Павло, въ распоряженiи начальника инженеровъ армiи.

2-я бригада 1-й пѣхотной дивизiи, 2-я и 5-я батареи 1-й артиллерiйской бригады (всего 6 баталiоновъ и 16 пѣшихъ орудiй) составляли прикрытiе Императорской Квартиры, вмѣстѣ съ которой перешли къ г. Бѣлѣ, оставивъ 1-й баталiонъ 4-го пѣхотнаго Копорскаго полка въ с. Павло для прикрытiя госпиталя.

Кавалерiя графа Воронцова-Дашкова: 2-я бригада 12-й кавалерiйской дивизiи, 8-я кавалерiйская дивизiя, 15-я конная и Донская № 9 батареи (всего 12 эскадроновъ, 10 сотенъ и 12 конныхъ орудiй).

Кавалерiя занимала постами линiю Иваново-Чифликъ — Нисово — Констанденецъ — Горченово — Опака — Паламарцы въ 40 верстъ длиной, прикрывая шдавгыя силы отряда со стороны Разгарда и Эски-Джумы. Главныя силы кавалерiи (8 эскадроновъ, 2 сотни и 10 конныхъ орудiй) занимали д. Сваленикъ[60].

Штабъ отряда съ конвоемъ, съ дивизiономъ л. — гв. Атаманскаго полка и 1-й сотней Донского казачьяго № 37 полка оставался въ Обрѣтеникѣ.

Въ общемъ войска Рущукскаго отряда занимали по фронту до 50 верстъ и до 35 верстъ въ глубину. Войскамъ, расположившимся на позицiяхъ, было приказано приступить къ возведенiю укрѣпленiй.

Еще въ ночь на 9 iюля генералъ-лейтенантомъ Дризеномъ были доставлены въ штабъ отряда свѣдѣнiя о расположенiи турокъ въ окрестностяхъ Рущука. Было выяснено, что часть этихъ войскъ сосредоточена за фортомъ Дулапи. Наконецъ, сообщалось, что, по свѣдѣнiямъ, собраннымъ отъ жителей, часть турецкихъ силъ ушла изъ Рущука къ Шумлѣ.

Для провѣрки этихъ свѣдѣнiй, кромѣ посылки мелкихъ разъѣздовъ, былъ произведенъ рядъ развѣдокъ небольшими отрядами изъ трехъ родовъ оружiя по направленiю къ Рущуку и д. Кады-кьой, къ югу отъ Рущука. Кромѣ раскрытiя турецкихъ силъ, нѣкоторые изъ этихъ дѣйствiй имѣли цѣлью порчу желѣзной дороги и телеграфа между Рущукомъ и Разградомъ.

Дѣло у д. Кады-кьой. Командиръ XII армейскаго корпуса Великiй Князь Владимiръ Александровичъ 9 числа лично произвелъ рекогносцировку ближайшихъ окрестностей Рущука. Къ полудню отрядъ изъ 2-го баталiона 132-го пѣхотнаго Бендерскаго полка, 3½ сотенъ Донского № 37 полка[61] и взвода Донской № 5 батареи собрался у д. Иваново-Чифликъ. Откуда отрядъ двинулся подъ личнымъ руководствомъ Его Высочества на д. Кады-кьой, имѣя впереди казаковъ подъ начальствомъ командира Донского № 37 полка полковника Иловайскаго. Деревня была занята послѣ слабаго сопротивленiя занимавшихъ ее турецкихъ постовъ. Въ д. Кады-кьой отрядъ остановился, выславъ 1-ю и 4-ю сотни по направленiю къ Рущуку и 6-ю сотню — къ желѣзной дорогѣ между станцiями Червеноводы и Вѣтово. Командиру этой сотни было приказано разрушить телеграфъ и желѣзную дорогу съ такимъ разсчетомъ, чтобы поврежденiя эти, затруднивъ туркамъ пользованiе названными сооруженiями въ ближайшемъ времени, допускали бы "быстрое ихъ возстановленiе по переходѣ въ русскiя руки".

Какъ только казачiй дивизiонъ полковника Иловайскаго съ двумя орудiями появился на Рущукскомъ шоссе, турецкая кавалерiя, силою, какъ казалось, до 10 эскадроновъ, стала наступать отъ крѣпости противъ позицiи, занятой казаками у д. Кады-кьой. Открывъ орудiйный огонь, полковникъ Иловайскiй оставался тутъ до тѣхъ поръ, пока сотня, посланная къ желѣзной дорогѣ съ цѣлью ея поврежденiя, не выполнила своей задачи; она въ трехъ мѣстахъ взорвала рельсы динамитными патронами, оборвала проволоку желѣзнодорожнаго телеграфа, уничтожила телеграфныя аппараты на полустанкѣ Вѣтово, а на Разградскомъ шоссе испортила телеграфъ и разобрала небольшой мостъ.

Получивъ донесенiе о дѣйствiяхъ сотни, Его Высочество послалъ какъ полковнику Иловайскому, такъ и пѣхотѣ, занимавшей Кады-кьой, приказанiе отступать. Отступленiе было начато по частямъ около 3 часовъ пополудни.

При обратномъ движенiи казаковъ къ Кады-кьой, турецкая конница стала ихъ тѣснить. На отступавшiй дивизiонъ казаковъ былъ направленъ, кромѣ того, огонь турецкой батареи, подошедшей вмѣстѣ съ пѣхотой отъ Рущука. Значительная свита Его Высочества съ большимъ значкомъ, привлекавшимъ вниманiе турецкой артиллерiи, подвергалась также ея огню. Турецкая конница, воспользовавшись тѣмъ, что между казаками и отступившей ранѣе отъ д. Кады-кьой пѣхотой образовался значительный промежутокъ, пытались окружить малочисленный отрядъ полковника Иловайскаго. Казаки принуждены были нѣсколько разъ бросаться въ атаку, чтобы освободить свои угрожаемые фланги, пока имъ, наконецъ, не удалось отойти подъ прикрытiе 2-го баталiона, занявшаго тѣмъ временемъ (около 4½ часовъ пополудни) виноградники впереди д. Иваново-Чифликъ. Преслѣдованiе велось турецкою конницею настолько назойливо, что лишь атаки въ пики 4-й сотни дали возможность увезти орудiя, къ которымъ одиночные непрiятельскiе всадники подскакивали на нѣсколько десятковъ шаговъ и стрѣляли въ прислугу.

Огонь 2-го баталiона и взвода Донской батареи остановилъ, однако, наступленiе турокъ.

Къ этому же времени подошелъ изъ д. Кошово 1-й баталiонъ 131-го пѣхотнаго Тираспольскаго полка, вызванный Его Высочествомъ съ началомъ дѣла. Съ наступленiемъ сумерокъ отрядъ, выждавъ прибытiя изъ набѣга 6-й сотни, возвратился на лѣвый берегъ Лома, выяснивъ, что на Рущукскомъ шоссе нѣтъ значительныхъ турецкихъ силъ.

За время боя отрядъ потерялъ: двухъ казаковъ и одного рядового 132-го Бендерскаго полка убитыми; ранено 4 рядовыхъ Бендерскаго полка и 7 казаковъ. Лошадей въ казачьихъ сотняхъ убито 5, ранено 9.

При занятiи д. Кады-кьой казаками было захвачено въ плѣнъ 13 человѣкъ башибузуковъ и 5 человѣкъ низама.

Въ тотъ же день, 9 iюля, отъ кавалерiи графа Воронцова-Дашкова были высланы для порчи желѣзной дороги два отряда: одинъ на д. Писанецъ (1-й и 3-й эскадроны Ахтырскихъ гусаръ подъ начальствомъ полковника Тевяшева) и другой на д. Торлакъ (1-й эскадронъ Вознесенскихъ уланъ и 5-я сотня Донского № 8 полка подъ начальствомъ ротмистра Де-Поллини). Оба отряда дошли до Рущукскаго шоссе, но дальнѣйшiя движенiя ихъ къ желѣзной дорогѣ были остановлены черкесами и партiями вооруженныхъ жителей, засѣвшими въ густыхъ лѣсахъ. Эти развѣдки также подтвердили отсутствiе турецкихъ силъ на шоссе Разградъ — Рущукъ.

Высланные въ тотъ же день генераломъ Леоновымъ 2-мъ (командиромъ 1-й бригады 8-й кавалерiйской дивизiи) на д. Садину разъѣзды обнаружили въ этой деревнѣ до четырехъ непрiятельскихъ эскадроновъ съ нѣсколькими орудiями.

Графъ Воронцовъ-Дашковъ произвелъ 10 iюля новый набѣгъ на желѣзную дорогу, на этотъ разъ съ бóльшими силами. Оставивъ въ д. Сваленикъ 2-й баталiонъ Зарайскаго полка, состоявшiй въ его распоряженiи, 4 орудiя 15-й конной батареи и весь обозъ, онъ со всѣми остальными войсками (12-й гусарскiй Ахтырскiй полкъ, 2-й, 3-й и 4-й эскадроны 8-го уланскаго Вознесенскаго, 6-я сотня Донского № 8 полковъ и Донская № 9 батарея; всего 7 эскадроновъ, 1 сотня и 6 конныхъ орудiй) выступилъ рано утромъ изъ этого пункта на д. Писанецъ. Въ то же время Донскому № 12 казачьему полку было приказано двинуться изъ Нисово къ д. Бызинъ и установить связь съ авангардомъ генералъ-лейтенанта Дризена.

Въ 11 часовъ утра конница графа Воронцова-Дашкова, испортивъ телеграфъ на шоссе, безъ выстрѣла заняла д. Писанецъ.

Не встрѣчая сопротивленiя со стороны турокъ, Ахтырскiе гусары на рысяхъ подошли къ станцiи Вѣтово, подорвали динамитомъ въ нѣсколькихъ мѣстахъ рельсы, испортили желѣзнодорожный телеграфъ и спокойно возвратились въ д. Писанецъ. Послѣ прибытiя гусаръ графъ Воронцовъ-Дашковъ предпринялъ поискъ по направленiю къ Рущуку двумя колоннами. Уланскiе эскадроны подъ личнымъ начальствомъ графа прошли вдоль полотна желѣзной дороги къ станцiи Червеноводы, а остальныя части отряда были направлены къ д. Бызинъ, которую и заняли, нигдѣ не встрѣтивъ турокъ. Присутствiе ихъ было обнаружено лишь въ непосредственной близости крѣпости, а именно: передъ фортомъ Левантъ-Табiя замѣченъ большой лагерь.

Считая цѣль поиска достигнутою, графъ Воронцовъ-Дашковъ, не понеся никакихъ потерь, возвратился съ отрядомъ въ Писанецъ, гдѣ послѣднiй и расположился на ночлегъ, за исключенеiмъ Донского № 12 полка, вернувшагося въ д. Нисово.

Въ тотъ же день по приказанiю генералъ-лейтенанта барона Дризена произведена была съ позицiи авангарда еще одна развѣдка генеральнаго штаба полковникомъ Штрикомъ, высланнымъ съ двумя эскадронами (2-й эскадронъ Стародубскаго драгунскаго и 2-й эскадронъ Бѣлгородскаго уланскаго полковъ) къ сторонѣ Рущука. Развѣдка эта вызвала наступленiе турокъ отъ этой крѣпости.

Дѣло у д. Пиргосъ было послѣдствiемъ помянутой развѣдки. Полковникъ Штрикъ, выступивъ въ 4 часа пополудни, продвинулся между р. р. Кара-Ломомъ и Дунаемъ и, не доходя до д. Дулапи, встрѣтилъ нѣсколько сотъ черкесовъ, за которыми показалась пѣхота (силою около двухъ таборовъ) и нѣсколько орудiй. Наступленiе турокъ заставило полковника Штрика отойти на авангардъ. Такъ какъ турки продолжали подвигаться впередъ, то около 5 часовъ пополудни 1-я батарея 33-й артиллерiйской бригады, стоявшая на авангардной позицiи впереди Хан-Гюръ-Чешме, открыла огонь по наступающимъ, а 129-й пѣхотный Бессарабскiй полкъ выслалъ боевую цѣпь. Послѣ восьми выстрѣловъ батареи турки отошли и заняли позицiю верстахъ въ трехъ впереди д. Пиргосъ. Между тѣмъ, командиръ 1-й бригады 12-й пѣхотной дивизiи, стоявшей на крайнемъ лѣвомъ флангѣ расположенiя XII корпуса, генералъ-маiоръ Цитлядзевъ, получивъ донесенiе о наступленiи противника, приказалъ полкамъ своей бригады (45-му пѣхотному Азовскому и 46-му пѣхотному Днѣпровскому) занять ранѣе укрѣпленную позицiю впереди д. Пиргоса, въ разстоянiи около версты влѣво отъ позицiи авангарда. 1-й и 4-й батареямъ 12-й артиллерiйской бригады, уже стоявшимъ на позицiи (1-я ближе къ Дунаю, 4-я — правѣе 1-й), было приказано открыть огонь. Огонь этихъ батарей съ дистанцiи 800 саженъ вызвалъ послѣдовательное появленiе двухъ непрiятельскихъ батарей: шести-орудiйной на дистанцiи 1.500 саженъ и четырехъ-орудiйной на дистанцiи 2.000 саженъ. По причинѣ такой значительной дальности 4-я батарея (4-фунтовая) отвѣчать турецкой артиллерiи не могла и бой вела исключительно 1-я (9-фунтовая) батарея противъ ближайшей изъ турецкихъ батарей.

Начальникъ 12-й пѣхотной дивизiи генералъ-лейтенантъ баронъ Фирксъ еще въ началѣ дѣла послалъ въ резервъ корпуса за подкрѣпленiями, откуда и были высланы на усиленiе 47-й пѣхотный Украинскiй полкъ и 3-я батарея 12-й артиллерiйской бригады. Въ это время турки перешли въ наступленiе противъ позицiи 46-го пѣхотнаго Днѣпровскаго полка, занимавшаго окопы правѣе 4-й батареи 12-й артиллерiйской бригады.

Шрапнельный огонь, открытый 3-й батареей 12-й артиллерiйской бригады, пришедшей на рысяхъ и занявшей позицiю правѣе 4-й батареи, заставилъ турецкую пѣхоту отступить, а черкесовъ разсыпаться.

Около 6 часовъ пополудни турецкая артиллерiя была усилена еще 2 орудiями, а пѣхота перешла въ наступленiе противъ крайняго лѣваго фланга 12-й пѣхотной дивизiи (позицiи 45-го пѣхотнаго Азовскаго полка, стоявшаго лѣвѣе 1-я батареи), но была отбита огнемъ артиллерiи.

Около 7 часовъ вечера турки отошли на свою первоначальную позицiю, а съ наступленiемъ темноты (7½ часовъ) стали отходить къ крѣпости.

Потери частей XII корпуса, не смотря на огонь 12 турецкихъ орудiй, были ничтожны (ранены 1 канониръ 4-й батареи 12-й артиллерiйской бригады и 1 рядовой Азовскаго полка). Это объясняется отчасти тѣмъ, что турецкая артиллерiя стрѣляла съ очень большой дистанцiи, главнымъ же образомъ тѣмъ, что русская пѣхота пользовалась окопами, орудiя же стояли въ полууглубленныхъ батареяхъ.

Наступленiе, предпринятое турками, по всей вѣроятности съ рекогносцировочною цѣлью, вызвало развертыванiе почти полутора дивизiй съ русской стороны, но обошлось туркамъ, пострадавшимъ главнымъ образомъ отъ дѣйствiя шрапнели, не дешево. По показанiямъ жителей д. Бесарбово, турками взято было для вывоза раненыхъ 14 подводъ изъ этой только деревни. По показанiямъ болгаръ, бѣжавшихъ изъ Рущука, въ этомъ наступленiи участвовало со стороны турокъ 5 таборовъ пѣхоты, нѣсколько эскадроновъ регулярной конницы и 12 орудiй.

Бой 10 числа вела почти исключительно артиллерiя. Снарядовъ было выпущено четырьмя батареями, участвовавшими въ бою: гранатъ — 231, шрапнелей — 41. Расходъ патроновъ былъ незначителенъ.

Въ дѣлѣ приняла участiе и осадная артиллерiя, стрѣлявшая отъ Парапана, съ лѣваго берега Дуная, во флангъ турецкимъ колоннамъ, наступавшимъ на д. Пиргосъ.

Въ войскахъ XIII корпуса 10 число посвящено было рекогносцировкамъ путей и переправъ черезъ р. р. Кара-Ломъ и Акъ-Ломъ. Рекогносцировки эти выяснили, что бóльшая часть дорогъ въ раiонѣ расположенiя 35-й пѣхотной дивизiи требуетъ исправленiй и что между д. д. Нисово и Червенъ вовсе нѣтъ прямого колеснаго пути. О туркахъ, со словъ болгаръ, знали, что Разградъ и Эска-Джума были заняты ихъ отрядами, силу которыхъ болгары, однако, не могли точно опредѣлить. Число турецкихъ войскъ, собранныхъ въ Шумлѣ, также было неизвѣстно. Вообще, свѣдѣнiя о противникѣ, имѣвшiяся къ этому времени въ штабѣ Рущукскаго отряда, были далеко не полны.

Численность турецкихъ войскъ въ четыреугольникѣ крѣпостей въ дѣйствительности, согласно таблицамъ французскаго военнаго агента при турецкой армiи полковника Торси, доходила до 97.500 чел. при 250 полевыхъ орудiяхъ, 125 баталiоновъ, 60 эскадроновъ и 42 батареи.

Изъ этого числа противъ Рущукскаго отряда были расположены въ первой линiи: въ крѣпости Рущукъ — 35 баталiоновъ, 14 эскадроновъ и 8 батарей (26½ тыс. чел.); въ Разградскомъ лагерѣ — 17 баталiоновъ, 20 эскадроновъ, 6 батарей; у г. Османъ-Базара — 6 баталiоновъ, 4 эскадрона, 1 батарея (4½ тыс. чел.), а всего до 45 тыс. чел., расположенныхъ на фронтѣ до 80 верстъ. Далѣе, для усиленiя войскъ названнаго фронта, изъ гарнизоновъ крѣпостей: Туртукая (10 тыс.), Силистрiя (9 тыс.), Шумлы (13 тыс.) и Варны (9 тыс.) могло быть доведено извѣстное количество войскъ (15–20 тыс.), что давало возможность туркамъ собрать на той или другой части указаннаго выше фронта армiю силою до 40–50 тыс. Таково юыло расположенiе турецкихъ войскъ въ четыреугольникѣ крѣпостей ко времени вступленiя въ командованiе Мехмеда-Али-паши, т. е. къ 9 iюля (ст. стиля).

Новый главнокомандующiй немедленно приступилъ къ выдѣленiю полевой армiи изъ указанной выше общей массы, оставивъ въ гарнизонахъ крѣпостей лишь необходимое число войскъ. Эту армiю, силою до 40 тыс. чел., онъ стянулъ въ перiодъ 9 — 13 iюля къ Разградскому укрѣпленному лагерю. Съ этою цѣлью было направлено въ Разградъ: изъ Рущука — 15 баталiоновъ, 8 эскадроновъ, 4 батареи, которые и прибыли къ Разграду 11 iюля; изъ Силистрiи — 4 баталiона и 1 батарея; изъ Туртукая, 12 баталiоновъ и 3 батареи — и изъ Шумлы 2 батареи. Войска изъ послѣднихъ трехъ пунктовъ подошли къ Разграду 12 iюля. Къ 13 числу въ Разградскомъ укрѣпленномъ лагерѣ сосредоточилась, главнымъ образомъ, армiя изъ 48 баталiоновъ, 22 эскадроновъ и 96 полевыхъ орудiй.

Сосредоточенiе такихъ значительныхъ силъ было предпринято Мехмедомъ-Али однако не съ цѣлью наступленiя, для чего онъ считалъ свои силы недостаточными, а исключительно съ оборонительной цѣлью. Занимая Разградъ, турецкая армiя преграждала лучшiе пути отъ Бѣлы къ Шумлѣ, надежно прикрывала желѣзную дорогу Рущукъ — Шумла и могла угрожать флангу и тылу русскихъ войскъ въ случаѣ попытки послѣднихъ блокировать Рущукъ.

Передвиженiе войскъ изъ Рущука въ Разградъ, вызванное общимъ сосредоточенiемъ армiи Мехмеда-Али къ Разграду, имѣло слѣдствiемъ, какъ будетъ изложено ниже, нѣсколько стычекъ турецкихъ отрядовъ съ кавалерiей Рущукскаго отряда, наблюдавшей шоссе Рущукъ — Разградъ.

Между тѣмъ, 10 iюля начальникъ Рущукскаго отряда Наслѣдникъ Цесаревичъ получилъ отъ Главнокомандующаго изъ Тырнова письмо отъ 9 iюля (приведенное въ главѣ первой настоящаго тома), въ которомъ Рущукскому отряду указывалось приступить къ дѣйствiямъ противъ крѣпости Рущука.

Такъ какъ въ штабѣ Рущукскаго отряда уже былъ разработанъ планъ дѣйствiй противъ этой крѣпости на случай приказанiя Главнокомандущаго, то исполнявшiй должность начальника штаба Рущукскаго отряда генералъ-лейтенантъ Ванновскiй отвѣчалъ 10 iюля Начальнику Полевого Штаба слѣдующее:

"Во исполненiе предначертанiй Его Императорскаго Высочества Главнокомандущаго, занятъ, по приказанiю Государя Наслѣдника Цесаревича, Ему ввѣренными войсками, рядъ позицiй отъ д. Пиргосъ на д. Красна (Красенъ) и отъ сей послѣдней вверхъ по Лому до д. Кацелево, причемъ кавалерiйская линiя наблюденiя и по р. Соленикъ выдвинута значительно впередъ, вдоль р. Бѣлый-Ломъ отъ устья ея до Констанцы (Констанденецъ) и направляется оттуда на д. Опаку и Паламарцы.

"Нынѣ, согласно полученныхъ отъ Его Императорскаго Высочества Главнокомандующаго указанiй, Государь Наслѣдникъ Цесаревичъ намѣренъ приступить къ обложенiю крѣпости Рущукъ, причемъ имѣется въ виду первоначальную линiю обложенiя вести отъ д. Пиргосъ на д. Судшикъ (Чифл. Сыджаковъ), Червеноводы, Абланово и Маротинъ (Мартинъ), съ занятiемъ сей линiи отъ д. Пиргосъ приблизительно до желѣлезной дороги исключительно пѣхотными частями 12-й и 33-й пѣхотныхъ дивизiй, а отъ желѣзной дороги до д. Маротинъ — четырьмя полками кавалерiи, опирающимися на пѣхотныя репли, въ общемъ составляющiя бригаду пѣхоты. Заслонъ облегающихъ крѣпость Рущукъ войскъ со стороны Разграда вѣроятно будетъ состоять изъ бригады пѣхоты и бригады кавалерiи, расположенныхъ въ окрестностяхъ д. Писанцы, дабы общiй резервъ, изъ дивизiи пѣхоты и полка кавалерiи, могъ служить поддержкой одновременно какъ войскамъ облегающимъ, такъ и заслону.

"Не усматривая возможности выдвинуть сей послѣднiй на болѣе значительное разстоянiе впередъ, является крайне желательнымъ, чтобы войска Рущукскаго отряда, имѣющiя сосредоточить всѣ свои силы на обложенiи и дальнѣйшихъ дѣйствiяхъ противъ крѣпости, были бы обезпечены отъ наступательныхъ дѣйствiй противника со стороны Шумлы расположенiемъ, принятымъ войсками XI корпуса. Для сего надлежало бы симъ послѣднимъ концентрировать свои силы около д.д. Попъ-кьой и Аязларъ и выдвинуть линiю наблюденiя своей кавалерiи на р. Соленикъ вверхъ отъ д. Констанцы, далѣе которой, при обложенiи Рущука, кавалерiя Рущукскаго отряда простирать свое наблюденiе не будетъ въ состоянiи. При этомъ присовокупляю, что было бы крайне желательно содержанiе сообщенiй въ тылу Рущукскаго отряда (отъ Главной Квартиры до г. Бѣлы) посредствомъ кавалерiйскихъ постовъ возложить на части 11-й или 13-й квалерiйскихъ дивизiй".

Къ выполненiю сказаннаго Наслѣдникъ Цесаревичъ предполагалъ приступить около 15 iюля, чтобы дать время XI корпусу продвинуться впередъ для обезпеченiя операцiй Рущукскаго отряда со стороны Разграда.

Необходимо было также выждать прибытiя "парка обложенiя", который, въ составѣ 32 орудiй, еще 1 iюля прибылъ въ Зимницу. Кромѣ парка обложенiя, для осады Рущука предполагалось употребить еще 88 осадныхъ орудiй большого калибра.

Желательно было также привлечь 2-ю бригаду 1-й пѣхотной дивизiи, прикрывавшую Императорскую Квартиру въ г. Бѣлѣ, для активныхъ дѣйствiй. Вслѣдствiе этого Главнокомандующiй сдѣлалъ распоряженiе, чтобы эшелоны IV армейскаго корпуса по переходѣ черезъ Дунай слѣдовали безостановочно къ Бѣлѣ и оставались тамъ до сбора всего корпуса[62].

3-я сотня Донского № 8 полка, находившаяся на постахъ летучей почты, должна была присоединиться къ полку послѣ окончательнаго устройства этапной линiи между Систовымъ и Тырновымъ.

Дѣло у д. Писанецъ. Занятiе кавалерiей графа Воронцова-Дашкова д. Писанецъ по шоссе Разградъ — Рущукъ, препятствовавшее сообщенiю между названными пунктами, имело слѣдствiемъ дѣло, разыгравшееся на другой день, 11 iюля, у этой деревни.

Съ утра 11 iюля въ кавалерiйскомъ отрядѣ у д. Писанецъ все было спокойно. Графъ Воронцовъ-Дашковъ уѣхалъ въ штабъ отряда для полученiя указанiй относительно предстоящаго обложенiя Рущука, поручивъ командованiе отрядомъ князю Манвелову. Около 4 часовъ пополудни съ казачьяго поста у д. Кады-кьой было дано знать полковнику Хрещатицкому, командиру Донского казачьяго № 12 полка, находившемуся въ резервѣ постовъ, прикрывавшихъ расположенiе кавалерiйскаго отряда со стороны Рущука, что изъ этой крѣпости по Разградскому шоссе вышелъ большой транспортъ (болѣе 100 повозокъ) подъ прикрытiемъ отряда изъ трехъ родовъ оружiя.

Полковникъ Хрещатицкiй немедленно увѣдомилъ о томъ какъ князя Манвелова, такъ и командира ближайшей пѣхотной части, а именно командира 2-го баталiона 131-го пѣхотнаго Тираспольскаго полка. Баталiонъ этотъ, какъ упомянуто выше, былъ расположенъ на правомъ берегу р. Кара-Ломъ впереди д. Кошово, въ разстоянiи около 10 верстъ отъ Разградскаго шоссе. Полковникъ Хрещатицкiй предложилъ при этомъ командиру баталiона оказать ему содѣйствiе для совмѣстнаго нападенiя на транспортъ. Какъ видно будетъ изъ дальнѣйшаго изложенiя, помощи этой онъ не получилъ.

Между тѣiмъ, князь Манвеловъ, получивъ донесенiе полковника Хрещатицкаго, лично повелъ часть отряда впередъ на встрѣчу транспорту (1-й и 2-й эскадроны Ахтырскихъ гусаръ, 2-й и 3-й эскадроны 8-го уланскаго Вознесенскаго полка, 6-я сотня Донского казачьяго № 8 полка и взводъ Донской № 9 батареи, всего 5 эскадроновъ и сотенъ и 2 конныхъ орудiя). На мѣстѣ бивака отряда въ резервѣ были оставлены 3-й и 4-й эскадроны 12-го гусарскаго Ахтырскаго полка, 4-й эскадронъ 8-го уланскаго Вознесенскаго полка съ 4 орудiями Донской № 9 батареи (всего 3 эскадрона и 4 орудiя). 2-му баталiону 140-го пѣхотнаго Зарайскаго полка, остававшагося у д. Сваленика, было послано приказанiе двинуться къ д. Писанецъ, а четыремъ орудiямъ 15-й конной батареи, уже слѣдовавшимъ къ этой деревнѣ, согласно отданному еще наканунѣ распоряженiю, — ускорить движенiе.

Цѣпь казаковъ, слѣдовавшая впереди отряда князя Манвелова, верстахъ въ трехъ отъ д. Писанецъ по Рущукскому шоссе столкнулась съ турецкими наѣздниками и съ помощью гусаръ отбросила турокъ на главныя ихъ силы которыя, въ свою очередь, остановили русскую конную цѣпь ружейнымъ и артиллерiйскимъ огнемъ. Силы турокъ, развернувшихся къ юго-востоку отъ д. Бызинъ, можно было опредѣлить въ два или болѣе табора пѣхоты, 3 или 4 эскадрона кавалерiи и 6 орудiй. Эти войска и прикрывали указанный выше транспортъ. Отозвавъ наѣздниковъ, князь Манвеловъ остановилъ отрядъ и приказалъ взводу Донской батареи открыть огонь. Въ такомъ положенiи стороны оставались часа полтора, пока княземъ Манвеловымъ не было получено донесенiе отъ поста, наблюдавшаго за лѣвымъ флангомъ, что съ этой стороны отрядъ обходятъ три непрiятельскихъ колонны. Въ то же время было получено донесенiе отъ ротмистра Де-Поллини, оставшагося со своимъ отрядомъ (1-й эскадронъ Вознесенскаго уланскаго полка и 5-я сотня Донского № 8 полка) еще съ 9 числа въ д. Торлакъ (8 верстъ отъ д. Писанецъ по шоссе въ направленiи къ Разграду) и наблюдавшаго къ сторонѣ Разграда, что значительный непрiятельскiй отрядъ изъ трехъ родовъ оружiя наступаетъ отъ этого города къ д. Торлакъ. Въ такихъ обстоятельствахъ князь Манвеловъ счелъ нужнымъ начать отступленiе къ д. Писанецъ.

Начинало темнѣть, а между тѣмъ изъ Сваленика прибыли къ резерву только 4 орудiя 15-й конной батареи; 2-й же баталiонъ Зарайскаго полка, вызванный княземъ Манвеловымъ, находился еще въ 6–7 верстахъ отъ д. Писанецъ. Это обстоятельство побудило князя Манвелова отвести отрядъ на лѣвый берегъ Лома, къ его резерву, гдѣ уже въ это время были приняты мѣры для противодѣйствiя туркамъ, наступавшимъ отъ д. Торлакъ.

Такъ какъ донесенiе ротмистра Де-Поллини было прочитано въ резервѣ ранѣе полученiя его начальникомъ отряда, то командиръ Донской батареи подполковникъ Зотовъ съ четырьмя орудiями своей батареи и 4-мъ эскадрономъ уланъ выдвинулся по шоссе къ сторонѣ д. Торлакъ. Командующiй же 15-й конной батареей капитанъ Воронянскiй, только что прибывшiй изъ Сваленика, занялъ позицiи на высотахъ лѣваго берега Акъ-Лома, съ цѣлью поддержать отступающiй отрядъ князя Манвелова во время перехода его черезъ ущелье р. Акъ-Лома. Около 7 часовъ вечера князь Манвеловъ началъ спускаться въ это ущелье и капитанъ Воронянскiй открылъ огонь по слѣдовавшимъ за нимъ турецкимъ войскамъ. Вскорѣ русская артиллерiя была усилена еще четырьмя орудiями подполковника Зотова, который убѣдился, что къ этому времени со стороны Торлака непосредственной опасности еще нѣтъ.

Турецкiя войска, слѣдовавшiя за княземъ Манвеловымъ, заняли стрѣлками правый берегъ ущелья, поставили у шоссе орудiя, частiю же начали спускаться въ самое ущелье.

Между тѣмъ, отъ ротмистра Де-Поллини было получено новое донесенiе, въ которомъ онъ сообщалъ, что очистилъ д. Торлакъ, которая была занята турецкимъ отрядомъ изъ 2 ротъ и 3 эскадроновъ, а что самъ онъ отходитъ къ Сваленику.

Опасаясь за свой путь отступленiя, которому уже угрожала турецкая пѣхота, князь Манвеловъ рѣшилъ отвести весь отрядъ въ д. Сваленикъ. Отступленiе отряда прикрывали 3-й эскадронъ Ахтырскихъ гусаръ, 4-й эскадронъ Вознесенскихъ уланъ и Донская № 9 батарея. Части эти оставались на позицiи праваго берега Акъ-Лома, пока отрядъ не прошелъ дефиле (узкая балка) по которому пролегала дорога въ Сваленикъ. При отступленiи былъ встрѣченъ 2-й баталiонъ 140-го пѣхотнаго Зарайскаго полка, который вмѣстѣ съ отрядомъ и вернулся въ Сваленикъ.

Потери, понесенные въ этотъ день отрядомъ князя Манвелова, были слѣдующiя: контуженъ осколкомъ гранаты въ грудь 12-го гусарскаго Ахтырскаго полка поручикъ Вельяшевъ, ранено 5 нижнихъ чиновъ, убито 3 лошади и ранено 10[63].

Пока главныя силы кавалерiи графа Воронцова-Дашкова удерживали съ фронта прикрывавшiя транспортъ турецкiя войска, полковникъ Хрещатицкiй выжидал помощи 2-го баталiона Тираспольскаго полка для предположеннаго имъ нападенiя на самый транспортъ. Получивъ записку отъ командира этого баталiона, что ему "не разрѣшено предпринимать что-либо на правомъ берегу р. Акъ-Лома", полковникъ Хрещатицкiй рѣшилъ тѣмъ не менѣе двинуться съ 3-й сотней и ближайшими заставами своихъ постовъ вслѣдъ за уходящимъ транспортомъ. Послѣднiй около 9 часовъ вечера вмѣстѣ съ прикрытiемъ расположился на ночлегъ, причемъ хвостъ обоза сталъ въ самой д. Писанецъ. Полковникъ Хрещатицкiй рѣшилъ дождаться разсвѣта, чтобы атаковать обозъ при его выступленiи. Едва стало свѣтать, какъ транспортъ двинулся на д. Торлакъ. Тогда командиръ полка, выславъ сильный разъѣздъ вправо для отвленченiя вниманiя праваго бокового прикрытiя противника, спѣшилъ 1-ю сотню, пробрался съ ней черезъ деревню и напалъ на транспортъ съ тыла. При этомъ было захвачено 4 повозки съ галетами, убито 4 турка и 1 взятъ въ плѣнъ. Опрошенный плѣнный показалъ, что транспортъ слѣдовалъ въ Разградъ съ продовольственными и боевыми припасами изъ Рущукскихъ складовъ.

Въ авангардѣ генералъ-лейтенанта барона Дризена, а также и въ прочихъ частяхъ Рущукскаго отряда за 11 iюля не происходило ничего выдающагося.

На слѣдующiй день, 12 iюля, по предложенiю штаба Рущукскаго отряда должны были начаться предварительныя передвиженiя войскъ для предстоявшей блокады Рущука. 35-я пѣхотная дивизiя должна была перейти въ д. Сваленикъ, оставивъ одинъ полкъ въ Кацелево. На поддержку кавалерiи графа Воронцова-Дашкова предполагалось выслать отъ этой дивизiи 2 баталiона къ д. Писанецъ. Эти распоряженiя отдавались, впрочемъ, еще до полученiя извѣстiя объ отступленiи князя Манвелова изъ этой деревни.

Какъ выше изложено, кавалерiя Рущукскаго отряда была отброшена отъ шоссе Разградъ — Рущукъ, пѣхота же дошла до д. Сваленикъ, гдѣ къ вечеру 12 iюля собралась вся 35-я пѣхотная дивизiя съ ея артиллерiей. Однако, вернувшiйся изъ штаба Рущукскаго отряда графъ Воронцовъ-Дашковъ, опасаясь за пути, ведущiе отъ Эски-Джумы къ Бѣлѣ, приказалъ 2-й бригадѣ 35-й пѣхотной дивизiи съ 1-й и 4-й батареями 35-й артиллерiйской бригады въ тотъ же день немедленно по полученiи приказанiя выступить въ д. Кацелево, находившуюся на лучшемъ пути между Разградомъ и Бѣлой.

Между тѣмъ вечеромъ 11 iюля въ штабѣ Рущукскаго отряда было получено донесенiе начальника осадной артиллерiи полковника Моллера, что по случаю открытiя падежа скота въ Румынiи въ раiонѣ движенiя транспортовъ подвозка осадной артиллерiи впредь до прекращенiя эпидемiи невозможна. Это извѣстiе въ связи съ извѣстiями о сосредоточенiи турокъ въ окрестностяхъ Разграда и Эски-Джумы, полученными въ штабѣ отряда 12 iюля, заставили Наслѣдника Цесаревича измѣнить предположенiя для дальнѣйшихъ дѣйствiй. Графу Воронцову-Дашкову было приказано обождать съ движенiемъ на д. Писанецъ и пункты предназначенные для занятiя при обложенiи Рущука. Прочно занять Рущуко-Разградское шоссе предполагалось только тогда, когда главныя силы XI корпуса войдутъ въ долину Кара-Лома (къ д. Попъ-кьой).

Но въ то время, какъ Наслѣдникъ Цесаревичъ разсчитывалъ на содѣйствiе XI корпуса и выжидалъ лишь прибытiя его въ долину Кара-Лома, чтобы приступить къ блокадѣ Рущука, часть этого корпуса (бригада 32-й пѣхотной дивизiи съ 1-й бригадой 11-й кавалерiйской дивизiи) выступила по приказанiю Главнокомандущаго форсированнымъ маршемъ въ сторону Плевны для поддержанiя 5-й пѣхотной дивизiи, пострадавшей въ дѣлѣ 8 iюля. Оставленныя на Османъ-Базарской дорогѣ 11-я пѣхотная и 13-я кавалерiйская дивизiи не могли быть поэтому выдвинуты въ Попъ-кьой.

Вечеромъ 12-го начальникомъ штаба Рущукскаго отряда были получены отъ Начальника Штаба армiи два предписанiя. Въ одномъ изъ нихъ сообщалось о движенiи къ Плевнѣ упомянутыхъ выше войскъ XI корпуса на помощь 5-й пѣхотной дивизiи и о направленiи туда же 1-й бригады 30-й пѣхотной дивизiи (IV корпуса). Въ другомъ предписанiи было сказано, что, въ виду невозможности поддержать Рущукскiй отрядъ при обложенiи имъ Рущука войсками XI корпуса, представляется необходимымъ отложить эту операцiю до особаго приказанiя, которое послѣдуетъ тотчасъ же по разъясненiи дѣлъ у Плевны. Если бы движенiе уже началось, то предписывалось обратить его въ усиленную рекогносцировку, а затѣмъ занять такое положенiе, чтобы бóльшая часть силъ Рущукскаго отряда была сосредоточена и готова встрѣтить наступленiе Шумлинской армiи. Для своевременнаго опредѣленiя направленiя этого движенiя предполагалось сосредоточить бóльшую часть кавалерiи къ правому флангу и, если окажется возможнымъ, выдвинуть ее къ сторонѣ Разграда и Шумлы. Кавалерiя должна была при этомъ поддерживать связь съ 13-й кавалерiйской дивизiей.

Эти указанiя совершенно измѣняли задачу Рущукскаго отряда и заставляли его ограничится исключительно обороной путей отъ Шумлы и Рущука на Бѣлу.

Согласно этимъ указанiямъ, Рущукскiй отрядъ занялъ 13 числа слѣдующее расположенiе:

XII корпусъ. Авангардъ (генералъ-лейтенанта барона Дризена) — на позицiи въ 4 верстахъ впереди Ханъ-Гюръ-Чешме фронтомъ къ Рущуку: 1-я бригада 33-й пѣхотной дивизiи, 1-я и 5-я батареи 33-й артиллерiйской бригады, 1-я бригада 12-й кавалерiйской дивизiи, 19-я и Донскакя № 5 конныя батареи (всего 6 баталiоновъ, 8 эскадроновъ, 16 пѣшихъ и 22 конныхъ орудiй).

Главныя силы корпуса подъ начальствомъ командующаго 33-й пѣхотной дивизiей Свиты Его Величества генералъ-маiора Тимофѣева, расположились въ двухъ группахъ: у д. Кошово — 2-я бригада 33-й пѣхотной дивизiи, 2-я, 3-я, 4-я и 6-я батареи 33-й артиллерiйской бригады (всего 6 баталiоновъ и 32 орудiя), и на позицiи впереди д. Пиргосъ — 1-я бригада 12-й пѣхотной дивизiи, 1-я и 4-я батареи 12-й артиллерiйской бригады (всего 6 баталiоновъ и 16 орудiй).

Резервъ корпуса, подъ начальствомъ командира 2-й бригады 12-й пѣхотной дивизiи генералъ-маiора Фофанова, у Хан-Гюръ-Чешме: 2-я бригада 12-й пѣхотной дивизiи, 2-я, 3-я, 5-я и 6-я батареи 12-й артиллерiйской бригады (всего 6 баталiоновъ и 32 орудiя).

Штабъ корпуса и Донской № 37 полкъ — въ д. Трастеникъ, 12-й и 17-й летучiе парки — въ д. Трастеникъ, а 12-й и 17-й подвижные парки — въ Бѣлѣ; 2-е отдѣленiе 4-го конно-артиллерiйскаго парка — въ д. Трастеникъ.

XIII корпусъ. 35-я пѣхотная дивизiя подъ начальствомъ командующаго ею гененралъ-маiора Баранова, была расположена въ двухъ группахъ: въ д. Сваленикъ — 1-я бригада 35-й пѣхотной дивизiи, 2-я и 5-я батареи 35-й артиллерiйской бригады, имѣя баталiонъ у деревни Констанденецъ (всего 6 баталiоновъ и 16 орудiй), и у д. Кацелево, имѣя баталiонъ у д. Крепче, 2-я бригада той же дивизiи, 1-я и 4-я батареи 35-й артиллерiйской бригады (всего 6 баталiоновъ и 16 орудiй).

Штабъ корпуса — въ д. Двѣ-Могилы; парки XIII корпуса — въ д. Обрѣтеникъ; 2-е отдѣленiе 5-го конно-артиллерiйскаго парка — въ Бѣлѣ.

Кавалерiя графа Воронцова-Дашкова наблюдала по-прежнему пространство передъ фронтомъ Рущукскаго отряда и была распредѣлена: три сотни Донского № 12 полка наблюдали пространство отъ рѣки Лома черезъ Кады-кьой къ Писаницѣ и далѣе къ Сваленику, 6-я сотня Донского № 8 полка — на постахъ впереди д. Сваленикъ по дорогѣ къ Писанцу, 2-я сотня того же полка — у д. Констанденецъ, 4-я сотня того же полка — у д. Опака, 4-й эскадронъ 8-го уланскаго Вознесенскаго полка — у д. Церовце, 8-й гусарскiй Лубенскiй полкъ и 2 орудiя 15-й конной батареи, подъ начальствомъ гененралъ-маiора Леонова, — у Крепче, имѣя одинъ эскадронъ въ д. Опака.

Вся остальная кавалерiя, а именно: три эскадрона 8-го уланскаго Вознесенскаго полка, 12-й гусарскiй Ахтырскiй полкъ, три сотни Донского № 8 полка, двѣ сотни Донского № 12 полка[64], 4 орудiя 15-й конной и Донская № 9 батарея (всего 7 эскадроновъ, 5 сотенъ и 10 конныхъ орудiй) — у д. Сваленикъ, гдѣ находился и штабъ начальника кавалерiи.

Общiй резервъ отряда, подъ общимъ начальствомъ командира XIII корпуса, — у д. Двѣ-Могилы: 1-я бригада 1-й пѣхотной дивизiи, 1-я и 4-я батареи 1-й артиллерiйской бригады, корпусная артиллерiя и скорострѣльная батарея (всего 6 баталiоновъ и 54 орудiя).

Прикрытiе Императосркой Квартиры въ городѣ Бѣлѣ — 1-я бригада 1-й пѣхотной дивизiи, 2-я и 5-я батареи 1-й артиллерiйской бригады (всего 6 баталiоновъ и 16 орудiй).

Штабъ отряда съ дивизiономъ л. — гв. Атаманскаго полка — въ д. Обрѣтеникъ. 7-й саперный баталiонъ съ парусиннымъ понтоннымъ полупаркомъ долженъ былъ въ этотъ день выступить изъ г. Бѣлы въ д. Мечку.

Въ теченiе 13 iюля на фронтѣ Рущукскаго отряда все было спокойно. Произведенныя развѣдки выяснили, что ближайшiя окрестности Рущука свободны отъ турецкихъ войскъ. Съ другой стороны, показанiя болгаръ указывали на сосредоточенiе значительныхъ турецкихъ силъ въ окрестностяхъ Разграда. Жители д. Хюсендже (на Рущукско-Разградскомъ шоссе) сообщили генералу Леонову, что за послѣднiе пять дней черезъ ихъ деревню изъ Рущука въ Разградъ прошло до 30.000 турецкихъ войскъ[65]. Рекогносцировка, произведенная для повѣрки этихъ свѣдѣнiй, обнаружила у д. Кызылмурадъ слѣды турецкаго бивака тысячъ на восемь.

Въ ночь съ 13 на 14 число Начальникъ штаба Рущукскаго отряда получилъ отъ начальника Штаба армiи слѣдующiй отзывъ:

"По полученнымъ сегодня отъ войскъ, выдвинутыхъ къ Казаровицамъ и Джулину[66], свѣдѣнiямъ, войска турецкiя на Османъ-Базарской дорогѣ отъ Османъ-Базара къ Тырнову начинаютъ усиливаться.

"По сообщенiю жителей-болгаръ, войска въ значительныхъ силахъ сосредоточиваются въ Эски-Джумѣ и Османъ-Базарѣ[67]. Говорятъ, что тамъ собралось уже до 50.000 человѣкъ.

"Не придавая этимъ свѣдѣнiямъ достовѣрности, но допуская хотя нѣкоторую дѣйствительность, можно сдѣлать слѣдующiя заключенiя: или это можетъ наводить на предположенiе, что турецкая армiя изъ-подъ Шумлы начинаетъ наступленiе въ направленiи къ Тырнову, или она начинаетъ отступленiе за Балканы, причемъ одна колонна ея направляется черезъ Эски-Джуму и Османъ-Базаръ на Сливенъ. Отъ этой-то колонны и выдвинутъ авангардъ, который подвигается впередъ.

"На основанiи этихъ данныхъ и предложенiй Великiй Князь Главнокомандующiй предполагаетъ 11-ю и 14-ю пѣхотными дивизiями и 13-ю кавалерiйскою встрѣтить противника у Казаровицъ[68] и Лесковацъ.

"Но такъ какъ этихъ силъ недостаточно, чтобы остановить наступленiе очень значительныхъ силъ, то Великiй Князь приказать изволилъ, чтобы XIII корпусъ съ частiю кавалерiи Рущукскаго отряда былъ готовъ выступить на помощь означеннымъ войскамъ и былъ подготовленъ къ этому движенiю. При первой необходимости поддержки Великiй Князь пошлетъ приказанiе двинуть означенный корпусъ для дѣйствiя на правый флангъ войскъ, которыя будутъ атаковать Тырново. Кратчайшiй путь будетъ лежать на Церковну — Чаиръ-кьой, откуда, смотря по обстоятельствамъ, слѣдовать или черезъ Трембешъ на Касаровицы[69], или черезъ Кады-кьой[70] на сообщенiя противника.

"Для быстрой передачи приказанiй имѣть постоянную почту отъ Бѣлы до штаба отряда.

"Все расположенiе отряда должно быть немедленно подготовлено къ къ указанному движенiю".

Его Высочество Наслѣдникъ Цесаревичъ, принимая во вниманiе, что разстоянiе отъ указаннаго выше расположенiя XIII корпуса до Кады-кьоя и Козаревицъ было не менѣе 50 верстъ, для прохожденiя которыхъ по крайне дурнымъ лѣснымъ дорогамъ требовался трехъ-дневный маршъ, рѣшилъ немедленно направить часть XIII корпуса къ Церковнѣ.

Вслѣдствiе этого 14 iюля было отдано слѣдующее приказанiе:

"По свѣдѣнiямъ, турецкiя силы собираются въ значительномъ числѣ около Эски-Джумы и Османъ-Базара; сего 14 iюля турки, въ числѣ шести таборовъ, шести орудiй съ конными партiями черкесовъ, напали на часть 13-й кавалерiйской дивизiи у Кесарева, но послѣ перестрѣлки отступили на свои позицiи у Iенидже[71].

"Предполагая, что турки имѣютъ въ виду напасть на Тырново, Его Императорское Высочество Главнокомандующiй приказать изволилъ XIII корпусу двинуться на помощь на флангъ наступающихъ турокъ или идти для дѣйствiй на сообщенiя наступающихъ турокъ.

"Для сего Его Императорское Высочество начальникъ отряда приказать изволилъ: бригадѣ 35-й пѣхотной дивизiи, расположенной въ Кацелевѣ, со своими батареями, 8-му уланскому Вознесенскому полку съ 15-й конной батареей составить авангардъ XIII корпуса подъ начальствомъ Свиты Его Величества генералъ-маiора Баранова и тотчасъ, по полученiи сего двинуться въ Церковно и, по прибытiи въ Церковно, послать донесенiе въ Полевой Штабъ въ Тырново. Бригадѣ 35-й пѣхотной дивизiи съ ея артиллерiей, Донскимъ казачьимъ № 8 полкомъ, находящимся въ Соленикахъ, стянуться въ Еренджикъ[72].

"1-й бригадѣ 1-й пѣхотной дивизiи съ ея артиллерiей, а также и корпусною, перейти въ Кара-Врбовку[73]. По свѣдѣнiямъ, хотя непрiятель очистилъ мѣстность около Разграда, тѣмъ не менѣе мѣры предосторожности съ этой стороны предпринять слѣдуетъ.

"2-я бригада 1-й пѣхотной дивизiи получитъ особое приказанiе, о чемъ будетъ сообщено своевременно.

"Сводной бригадѣ 8-й кавалерiйской дивизiи находиться подъ начальствомъ генералъ-маiора Леонова".

Вмѣстѣ съ тѣмъ командиру XII корпуса было сообщено, что въ случаѣ движенiя 2-й бригады 1-й пѣхотной дивизiи съ разрѣшенiя Его Императорскаго Величества изъ Бѣлы въ Церковну 2-я бригада 33-й пѣхотной дивизiи должна быть отправлена къ д.д. Широково и Пепелина.

Въ общемъ, какъ видно изъ изложеннаго, XIII корпусъ долженъ былъ податься отъ мѣстъ своего прежняго расположенiя на 15–20 верстъ къ югу.

Сообщая объ этихъ распоряженiяхъ Начальнику Штаба армiи, начальникъ штаба Рущукскаго отряда добавлялъ: "Всѣ означенныя передвиженiя будутъ окончены къ полудню 15 iюля, но войска идутъ безъ сухарей и, несмотря на настойчивыя и повторительныя требованiя, транспорты опаздываютъ и привозятъ лишь насущное довольствiе; восьмидневный же запасъ почти весь съѣденъ".

Изложенныя здѣсь распоряженiя Наслѣдника Цесаревича не могли быть, однако, приведены въ исполненiе, такъ какъ въ тотъ же день, 14 числа, часть войскъ 35-й пѣхотной дивизiи и кавалерiи графа Воронцова-Дашкова имѣли серьезное столкновенiе съ турками у д. Езерче., что заставило измѣнить отданныя приказанiя и направить въ Церковну другiя войска, а именно 1-ю бригаду 1-й пѣхотной дивизiи.

Сраженiе у Езерче произошло при слѣдующихъ обстоятельствахъ:

Еще 13 iюля начальникомъ кавалерiи на совѣщанiи съ командиромъ 1-й бригады 35-й пѣхотной дивизiи генералъ-маiоромъ Тихменевымъ и начальникомъ 8-й кавалерiйской дивизiи генералъ-лейтенантомъ княземъ Манвеловымъ было рѣшено, что въ случаѣ появленiя турецкой пѣхоты на Рущукскомъ шоссе между д.д. Торлакомъ и Езерче, немедленно ее атаковать, опасаясь, что присутствiе этой пѣхоты въ указанномъ раiонѣ затруднить наблюденiя кавалерiи за движенiемъ войскъ и транспортовъ между Рущукомъ и Разградомъ.

Появленiе турецкой пѣхоты у д. Езерче 14 iюля и послужило поводомъ къ сраженiю, разыгравшемуся у этой деревни[74].

Около 7 часовъ утра посты 2-й сотни Донского № 8 полка, наблюдавшiе за дорогами изъ д. Констанденецъ на д.д. Торлакъ и Езерче, стала тѣснить турецкая кавалерiя, показавшаяся отъ обѣихъ названныхъ деревень.

Командиръ 2-го баталiона Нѣжинскаго полка маiоръ Егоровъ, стоявшiй съ баталiономъ въ Констанденецъ, поддержалъ казаковъ и отбросилъ кавалерiю противника, за которой въ началѣ десятаго утра показались небольшiя пѣхотныя части.

Генералъ-маiоръ Тихменевъ, находившiйся со своею бригадою въ д. Сваленикъ, пославшiй первоначально маiору Егорову приказанiе прекратить дѣло, получилъ отъ него около 10 часовъ утра второе донесенiе о появленiи непрiятельской пѣхоты и "не рискнулъ оставить ввязавшiйся въ дѣло баталiонъ безъ артиллерiи и поддержки".

Командиръ Нѣжинскаго полка полковникъ Тиньковъ былъ тотчасъ же направленъ съ 1-мъ баталiономъ, 3 ротами 3-го баталiона своего полка и 4 орудiями 5-й батареи 35-й артиллерiйской бригады на поддержку маiора Егорова.

Командиръ 2-го баталiона Болховскаго полка маiоръ Флоренскiй съ 4 ротами своего баталiона и остальными орудiями 5-й батареи былъ направленъ къ д. Констанденецъ въ качествѣ резерва отряда полковника Тинькова.

Остальные части бригады со 2-й батареей 35-й артиллерiйской бригады были оставлены подъ начальствомъ командира Болховскаго полка полковника Буссе на бивакѣ у д. Сваленикъ на случай появленiя непрiятеля со стороны д.д. Писанецъ или Церовецъ.

Донеся о своихъ распоряженiяхъ графу Воронцову-Дашкову, генералъ-маiоръ Тихменевъ отправился въ д. Констанденецъ и на дорогѣ обогналъ 1-ю и 2-ю линейныя роты Болховскаго полка. Роты эти, стоявшiя для прикрытiя кухонь отряда въ Сваленикскомъ ущельи впереди бивака, услышавъ выстрѣлы, двинулись по почину своихъ ротныхъ командировъ на поддержку маiора Егорова. Прибывъ въ д. Констанденецъ, генералъ-маiоръ Тихменевъ нашелъ тамъ маiора Егорова, который съ баталiономъ уже возвратился въ деревню, потерявъ 1 казака и 3 рядовыхъ ранеными. Такимъ образомъ дѣло было здѣсь уже окончено.

Тѣмъ не менѣе генералъ-маiоръ Тихменевъ рѣшилъ не возвращать войска въ Сваленикъ до прiѣзда начальника кавалерiи въ д. Констанденецъ.

Графъ Воронцовъ-Дашковъ, предоставивъ генерал-маiору Тихменеву руководить первоначальными дѣйствiями войскъ, высланныхъ въ д. Констанденецъ, выступилъ изъ Сваленика въ 12 часовъ дня съ 12-мъ гусарскимъ Ахтырскимъ полкомъ, тремя сотнями Донского казачьяго № 8 полка и 2 орудiями Донской № 9 батареи. Къ часу пополудни у д. Констанденецъ собрался такимъ образомъ отрядъ изъ 19 ротъ, 4 эскадроновъ, 4 сотенъ, 8 пѣшихъ и 2 конныхъ орудiй[75].

Принявъ общее начальство надъ войсками, графъ Воронцовъ-Дашковъ двинулся съ кавалерiей въ промежутокъ между дорогами на Торлакъ и Езерче, приказавъ генералъ-маiору Тихменеву двигаться съ пѣхотою вслѣдъ за кавалерiей.

5-я сотня Донского № 8 полка была выдвинута для обезпеченiя движенiя слѣва со стороны Торлака, а 1-я и 3-я сотни того же полка направлены правѣе, въ обходъ лѣсной заросли, находившейся передъ д. Езерче.

Къ 2 часамъ пополудни гусары съ конными орудiями поднялись на одинъ изъ кряжей, верстахъ въ четырехъ отъ д. Езерче. По невозможности за дальностью разстоянiя отвѣчать отсюда непрiятельской артиллерiи, открывшей огонь съ высоты сѣверо-восточнѣе д. Езерче, графъ Воронцовъ-Дашковъ продвинулся впередъ и къ югу, на гребень позади лѣсной заросли, откуда взводъ казачьей батареи открылъ огонь по турецкой батареѣ съ дистанцiи 1.300 саженъ, и сталъ выжидать прибытiя пѣхоты.

Генералъ-маiоръ Тихменевъ, оставивъ для прикрытiя дефиле у д. Констанденецъ 5-ю и 8-ю роты Нѣжинскаго полка, съ остальными частями подвигался по дорогѣ на Езерче.

Движенiе это было задержано труднымъ подъемомъ изъ ущелья Умурскаго (Сваленикскаго) Лома, гдѣ пѣшую батарею приходилось тащить почти на рукахъ.

Около 4 часовъ пополудни головныя части пѣхоты поравнялись съ позицiей, занятой кавалерiей, а въ исходѣ четвертаго часа рядомъ съ казачьимъ взводомъ снялась 5-я батарея 35-й артиллерiйской бригады.

Мѣстность, на которой произошелъ бой 14 iюля, представляется весьма закрытой и пересѣченной. Турки занимали позицiю позади д. Езерче, гдѣ на высотѣ къ сѣверо-востоку отъ деревни была расположена батарея въ 6 орудiй. Пѣхота занимала также и самую деревню.

Впереди этой позицiи тянулась обширная заросль дубоваго кустарника и молодого лѣса, имѣвшая до трехъ верстъ въ длину и ширину. Мѣстами эта заросль подходила къ деревнѣ до 300 шаговъ, мѣстами же отходила шаговъ на 800 и даже до 1.500 шаговъ; между зарослью т деревней тянулись поля и виноградники.

Правый флангъ турецкой позицiи прикрывался глубокимъ обрывистымъ оврагомъ; надъ болѣе открытымъ лѣвымъ флангомъ позицiи командовали пологiя высоты Каиныкъ-Баиръ, тянувшiяся вдоль Умурскаго-Лома, почему этотъ флангъ и былъ болѣе доступенъ для атаки.

Графъ Воронцовъ-Дашковъ, считая, однако, охватъ лѣваго фланга турокъ рискованнымъ, такъ какъ съ этой стороны можно было опасаться подхода къ туркамъ подкрѣпленiй со стороны Разграда, рѣшилъ, пользуясь лѣсною зарослью, атаковать турокъ съ фронта.

Генералъ-маiоръ Тихменевъ, которому графъ Воронцовъ-Дашковъ поручилъ управленiе пѣхотнымъ боемъ, считая, что успѣхъ боя по свойствамъ мѣстности долженъ быть основанъ "на прочности и густотѣ цѣпи или, такъ сказать, на дѣйствiи облавой", тотчасъ же отдалъ слѣдующiя приказанiя: полковнику Тинькову съ 11 ротами Нѣжинскаго полка наступать на д. Езерче правѣе артиллерiи, имѣя четыре роты въ передовой линiи, четыре въ баталiонныхъ резервахъ и три роты за правымъ флангомъ въ полковомъ резервѣ. Маiору Флоренскому, оставивъ двѣ роты Болховскаго полка въ общемъ резервѣ, съ остальными четырьмя ротами наступать на деревню лѣвѣе артиллерiи. Всѣмъ ротамъ передовой линiи было приказано имѣть густыя цѣпи, а ротамъ баталiоннаго резерва двигаться ближе къ первымъ, для лучшаго поддержанiя связи во время прохожденiя лѣса, въ развернутомъ и нѣсколько разомкнутомъ строѣ.

Выѣздъ артиллерiи на позицiю и развертыванiе пѣхоты въ боевой порядокъ прикрывались гусарскимъ Ахтырскимъ полкомъ, который затѣмъ расположился скрытно въ широкомъ оврагѣ за серединою боевого порядка, выславъ 4-й эскадронъ за лѣвый его флангъ. Какъ уже сказано было выше, 5-я сотня Донского № 8 полка наблюдала за лѣвымъ флангомъ къ сторонѣ д. Торлакъ, а 1-я и 3-я сотни того же полка были высланы вправо, для наблюденiя за непрiятелемъ къ сторонѣ Разграда.

Около 4½ часовъ пополудни русская артиллерiя открыла огонь; въ то же время вся пѣхота, кромѣ двухъ ротъ общаго резерва, ставшаго позади и лѣвѣе артиллерiи, вошла въ заросль, получивъ приказанiе держать направленiе на выстрѣлы непрiятельской батареи.

"Съ этого момента", говоритъ генералъ Тихменевъ въ своей реляцiи, "судьба боя перешла въ руки солдатъ", такъ какъ рукводить дѣйствiями частей, совершенно скрытыхъ зарослями, становилось весьма затруднительнымъ.

Вскорѣ и турки выдвинули густую цѣпь изъ опушки деревни въ лѣсъ. Около 5 часовъ обѣ цѣпи встрѣтились и по всей линiи одновременно открылся съ обѣихъ сторонъ усиленный ружейный огонь. Послѣ короткой перестрѣлки русская цѣпь бросилась въ штыки, опрокинула турецкую и вытѣснила ее изъ восточной опушки лѣса. Однако турки, воодушевляемые своимъ начальникомъ Азисъ-пашой, все время находившимся въ цѣпи, до техъ разъ врывались въ лѣсъ, пока, наконецъ, не были окончательно отброшены отъ опушки, причемъ Азисъ-паша былъ убитъ. Нѣсколько ранѣе 6½ часовъ вечера полковникъ Тиньковъ съ 1-мъ баталiономъ и 3-й стрѣлковой ротой своего полка ворвался въ южную часть деревни и на ея улицахъ завязался упорный рукопашный бой.

Турецкая батарея, ослабѣвшая еще ранѣе отъ дѣйствiя 5-й батареи и отвѣчавшая ей четырьмя орудiями, ко времени атаки принуждена была вовсе прекратить огонь.

Между тѣмъ, полковникъ Тиньковъ, выбивая противника изъ-за заборовъ и домовъ, медленно подвигался по улицамъ деревни, охватывая турецкую батарею съ ея лѣваго фланга, почему послѣдняя снялась съ позицiи и отступила за ближайшiя высоты.

Турецкая пѣхота, однако, еще упорно держалась въ восточной и сѣверной частяхъ деревни.

Графъ Воронцовъ-Дашковъ еще во время борьбы за опушку заросли послалъ ординарца въ д. Кацелево къ командующему 35-й пѣхотной дивизiей Св. Е. В. генералъ-маiору Баранову съ запиской, въ которой просилъ его немедленно двинуться на подкрѣпленiе черезъ д.д. Церовецъ и Констанденецъ съ четырьмя баталiонами и 9-фунтовой батареей, стоявшими въ д. Кацелево (въ 20 верстахъ отъ Езерче).

Около 6½ часовъ вечера маiоръ Флоренскiй съ Болховскими ротами, послѣ горячаго боя въ лѣсу, во время котораго изъ четырехъ ротныхъ командировъ изъ строя выбыло три, ворвался въ улицы съ сѣверной окраины деревни, а 1-й, 2-й и 3-й эскадроны гусаръ, двинувшiеся лѣвѣе маiора Флоренскаго, начали охватывать правый флангъ турокъ.

Лишь послѣ ожесточеннаго сопротивленiя турки были окончательно выбиты изъ деревни и отступили къ сторонѣ Разграда.

Чрезвычайное утомленiе пѣхоты не позволило ей преслѣдовать противника. Выдвинутые съ этой цѣлью гусары, двигавшiеся въ колоннѣ по шести, были встрѣчены при выходѣ изъ деревни артиллерiйскимъ огнемъ. Одна изъ гранактъ попала въ колонну и осколками своими вывела изъ строя 5 нижнихъ чиновъ и 5 лошадей. Гусары были отозваны назадъ.

Графъ Воронцовъ-Дашковъ, считая цѣль боя достигнутой и слѣдуя прямому приказанiю Наслѣдника Цесаревича, чтобы на Рущукско-Разградскомъ шоссе отнюдь не занимать никакихъ пунктовъ, приказал генералъ-маiору Тихменеву, послѣ уборки раненыхъ, отвести отрядъ въ д.д. Сваленикъ и Констанденецъ.

Извѣщенiя генералъ-маiору Баранову о томъ, что движенiе его къ д. Езерче уже не представляется необходимымъ, какъ видно, послано не было.

Около 8½ часовъ вечера отрядъ очистилъ д. Езерче и приступилъ къ уборкѣ раненыхъ, разбросанныхъ въ густой и обширной заросли. Уборка эта кончилась лишь послѣ полуночи, и только тогда отрядъ двинулся къ своимъ бивакамъ у д.д. Констанденецъ и Сваленикъ.

Въ этомъ сраженiи русскiе потеряли: убитыми — 2 офицеровъ[76], 79 нижнихъ чиновъ и 4 лошади; ранеными — 4 офицеровъ, 169 нижнихъ чиновъ и 10 лошадей. Турки потеряли одними убитыми 249 человѣкъ, подобранныхъ русскими войсками и болгарами въ слѣдующiе за боемъ дни. Отряду достался транспортъ съ сухарями, много оружiя, патроновъ и лагерныхъ принадлежностей.

Взятые 16 плѣнныхъ показали, что отрядъ имѣлъ дѣло съ 3 пѣхотными полками, 6 орудiями и небольшимъ количествомъ кавалерiи. Съ русской стороны въ теченiе боя было израсходовано: 88 гранатъ, 13 шрапнелей и 33.390 патроновъ.

Незначительное само по себѣ, дѣло у Езерче имѣло, однако извѣстное стратегическое значенiе, укрѣпивъ Мехмеда-Али въ ложномъ его убѣжденiи о предстоящемъ будто бы наступленiи войскъ Наслѣдника Цесаревича на Разградъ.

Записка, посланная графомъ Воронцовымъ-Дашковымъ во время боя, была получена командующимъ 35-й пѣхотной дивизiей генераломъ Барановымъ около 9 часовъ вечера. Оставивъ въ Кацелевѣ баталiонъ съ 4-й батареей 35-й артиллерiйской бригады и пославъ приказанiе командиру баталiона, расположеннаго въ д. Крепче, прибыть въ Кацелево, генералъ-маiоръ Барановъ выступилъ налегкѣ съ четырьмя баталiонами и 1-й батареей той же бригады къ д. Езерче, пославъ объ этомъ донесенiе начальнику Рущукскаго отряда, съ приложенiемъ записки графа Воронцова-Дашкова.

Ночное движенiе генерала Баранова по горнымъ и лѣснымъ дорожкамъ было до крайности утомительно. Только къ разсвѣту 15 числа генералъ Барановъ прибылъ въ Констанденецъ и явился графу Воронцову-Дашкову, ночевавшему въ этой деревнѣ. Здѣсь онъ сообщилъ начальнику кавалерiи, что наканунѣ, 14 числа, еще до полученiя записки о движенiи въ д. Езерче, онъ получилъ приказанiе по войскамъ Рущукскаго отряда о движенiи 15 числа его дивизiи въ Церковну и Юренджекъ, а 1-й бригадѣ 1-й пѣхотной дивизiи въ Каранъ-варбовку для сближенiя съ войсками XI корпуса и для совмѣстныхъ дѣйствiй противъ турецкой армiи, которая, по слухамъ, собрана у Османъ-Базара и можетъ двинуться на Тырновъ.

Въ виду столь важныхъ извѣстiй, графъ Воронцовъ-Двшковъ предложилъ генералу Баранову тотчасъ же вернуться со 2-ю бригадою обратно въ Кацелево.

Донесенiе генерала Баранова о движенiи его къ д. Езерче вмѣстѣ съ запиской графа Воронцова-Дашкова было получено въ штабѣ Рущукскаго отряда 15 числа въ 4½ часа утра. Такъ какъ полученныя извѣстiя давали основанiе предполагать, что бой могъ возобновиться, то Наслѣдникъ Цесаревичъ приказалъ немедленно направить 2-ю бригаду 33-й пѣхотной дивизiи отъ д. Кошово черезъ д. Нисово на Рущукско-Разградское шоссе, между д. д. Писанецъ и Езерче, съ цѣлью не допускать прибытiя туркамъ подкрѣпленiя изъ Рущука и дѣйствовать во флангъ и тылъ войскамъ противника, находящагося у д. Езерче. Вслѣдъ за отдачею этого приказанiя, Наслѣдникъ Цесаревичъ, въ сопровожденiи Ихъ Императорскихъ Высочествъ Великаго Князя Сергiя Александровича и Князя Сергiя Максимилiановича, отправился въ д. Кацелево, куда прибылъ около 2 часовъ пополудни. Вслѣдъ за этимъ въ Коцелево возвратилась изъ д. Констанденецъ 2-я бригада 35-й пѣхотной дивизiи.

Здѣсь Его Императорское Высочество отдалъ въ отмѣну отданныхъ ранѣе распоряженiй, новыя приказанiя, а именно:

1) 2-й бригадѣ 33-й пѣхотной дивизiи возвоатиться въ мѣсто своего расположенiя[77].

2) 1-й бригадѣ 1-й пѣхотной дивизiи продвинуться по дорогѣ на Церковно, насколько возможно, 15 же iюля безъ особаго отягощенiя людей, и составить вмѣсто бригады 35-й пѣхотной дивизiи авангардъ XIII корпуса. Командующему 35-ю пѣхотною дивизiею приказано 2-ю бригаду послѣ большого привала у д. Кацелево двинуть на Юренджекъ, а 1-й бригадѣ изъ Сваленика перейти въ д. Каранъ-варбовку.

3) Начальнику кавалерiи приказано направить эскадроны 8-го уланскаго Вознесенскаго полка въ распоряженiе командира XIII корпуса, а другой кавалерiйскiй полкъ[78] — въ д. Юренджекъ, вслѣдъ за 1-ю пѣхотную дивизiею.

Изъ вышеизложеннаго слѣдуетъ, насколько дѣло у Езерче, неожиданное для штаба Рущукской армiи, спутало разсчеты по передвиженiю частей XIII корпуса къ югу и измѣнило порядокъ предположеннаго движенiя.

Въ 3 часа пополудни Его Императорское Высочество Наслѣдникъ Цесаревичъ съ лицами его главной квартиры изволилъ выѣхать изъ Кацелево и возвратиться въ д. Обрѣтеникъ.

Въ то время, когда 14 и 15 числа части 35-й пѣхотной дивизiи и кавалерiя графа Воронцова-Дашкова вели бой у д. Езерче или стягивались по направленiю къ этой деревнѣ, въ прочихъ частяхъ Рущукскаго отряда происходило слѣдующее:

Командиръ XIII корпуса, получивъ приказанiе по войскамъ Рущукскаго отряда отъ 14 числа, въ тотъ же день вечеромъ приказалъ генералъ-лейтенанту Прохорову съ 4½ баталiонами 1-й бригады 1-й пѣхотной дивизiи[79], съ 1-й и 4-й батареями 1-й артиллерiйской бригады и 4 батареями корпусной артиллерiи съ частью обозовъ выступить на слѣдующiй день, 15 числа, въ 4 часа утра въ Каранъ-варбовку. Остальной обозъ былъ оставленъ въ Двѣ-могилы, пока команды хлѣбопековъ, оставленныя въ этомъ пунктѣ, не перепекутъ муку въ хлѣбъ.

Штабъ корпуса былъ переведенъ въ Каранъ-варбовку, за исключенiемъ корпусныхъ интендантства и казначейства, которыя были отправлены въ Обрѣтеникъ, гдѣ должны были оставаться впредь до приказанiя. 23-й летучiй паркъ переведенъ изъ Обрѣтеника въ Каранъ-варбовку. 23-й подвижной паркъ оставленъ въ Обрѣтеникѣ, куда должна была перейти изъ Двѣ-могилы и скорострѣльная батарея.

Въ теченiе утра 15 числа войска, направленныя въ Каранъ-Варбовку, собрались тамъ и расположились бивакомъ, а около 4 часовъ пополудни командиръ XIII корпуса получмлъ вышеприведенное приказанiе Наслѣдника Цесаревича, посланное изъ Кацелева, о назначенiи 1-й бригады 1-й пѣхотной дивизiи въ авангардъ и о движенiи ея по дорогѣ въ д. Церковну. Поэтому въ 8 часовъ вечера того же дня по дорогѣ въ д. Юренджекъ былъ направленъ авангардъ, подъ начальствомъ генералъ-лейтенанта Прохорова начальника 1-й пѣхотной дивизiи, въ составѣ 4½ баталiоновъ 1-й бригады 1-й пѣхотной дивизiи, 1-й и 4-й батарей 1-й артиллерiйской бригады и 2-го и 4-го эскадроновъ 8-го уланскаго Вознесенскаго полка, только что прибывшихъ изъ Кацелева[80].

Движенiе авангарда оказалось въ высшей степени затруднительнымъ вслѣдствiе плохого состоянiя дороги. Къ 3 часамъ дня 16 iюля авангардъ, не въ полномъ составѣ, достигъ д. Юренджека, то есть едва отошелъ 8 верстъ.

Что касается прочихъ частей Рущукскаго отряда, то положенiе ихъ оставалось неизмѣннымъ.

Свѣдѣнiя о противникѣ, собранные за эти два дня, указывали на то, что что гарнизонъ Рущука значительно уменьшился, вслѣдствiе отхода части находившихся тамъ войскъ съ цѣлью усиленiя турецкой армiи, сосредоточивавшейся у Разграда.

Чтобы помѣшать дальнѣйшему усиленiю этой армiи за счетъ Рущукскаго гарнизона, Наслѣдникъ Цесаревичъ приказалъ на 16 число генералу Дризену занять небольшимъ отрядомъ д. Кады-кьой, лежащую на шоссе Рущукъ — Разградъ. Это распоряженiе соотвѣтствовало намѣренiямъ Главнокомандущаго, отъ котораго Наслѣдникъ Цесаревичъ вечеромъ 15 числа получилъ телеграмму слѣдующаго содержанiя: "Прошу Тебя, если подтверждается, что турки тянутся не только изъ Шумлы, но и изъ Рущука на югъ, насѣдать по возможности настойчиво на отступающiя части, дабы безнаказанно не уходили. Увѣренъ, что графъ Воронцовъ, поддержанный пѣхотою, съумѣетъ это сдѣлать. Увѣдомляйте о вашихъ движенiяхъ генерала Эрнрота, стоящаго у Чаиръ-кьоя, и части 8-й и 13-й дивизiй".

16 iюля войска XIII корпуса продолжали начатое ими 15 числа передвиженiе къ югу съ цѣлью сближенiя съ Османъ-Базарскимъ отрядомъ.

Авангардъ XIII корпуса перешелъ изъ Юренджека въ д. Осиково съ большимъ трудомъ вслѣдствiе крайне дурныхъ дорогъ. 2 эскадрона уланъ, шедшiе въ головѣ авангарда, прибыли въ д. Осиково къ 6 часамъ вечера. Къ 11½ часамъ вечера собрался туда же Софiйскiй полкъ съ 4-й батареей, а остальные части авангарда подтянулись къ д. Осиково только къ 8 часамъ утра 17 числа, совершивъ второй ночной переходъ по ужаснымъ дорогамъ. Бóльшая часть обоза и подвижной лазаретъ стянулись къ Осикову только къ вечеру 17 числа. Дивизiонный лазаретъ прибылъ утромъ 17 числа. Въ теченiе двухъ дней авангардъ нуждался въ продовольствiи, не имѣя даже сухарей. Эти послѣднiе должны были быть доставлены на распряженныхъ обозныхъ лошадяхъ вьюками, такъ какъ колесный обозъ не былъ въ состоянiи поспѣть за войсками. Однако, высланные сухари не дошли своевременно по назначенiю, и авангардъ генерала Прохорова былъ выведенъ изъ критическаго положенiя лишь 18 числа помощью мѣстныхъ жителей-болгаръ, снабдившихъ хлѣбомъ отрядъ, три дня не имѣвшiй уже горячей пищи и сухарей. Вообще, по словамъ генералъ-лейтенанта Прохорова, крайне тяжелое положенiе отряда во многомъ должно было быть объяснено отсутствiемъ точныхъ указанiй о цѣли посылки авангарда и указанiй дальнѣйшихъ его дѣйствiй. Даже прибывъ въ д. Осиково, генералъ Прохоровъ не зналъ — останется ли его отрядъ въ этомъ пунктѣ или вернется обратно[81].

Главныя силы XIII корпуса къ вечеру 16 iюля расположились:

2-я бригада 35-й пѣхотной дивизiи со штабомъ дивизiи и тремя (1-й, 4-й и 5-й) батареями 35-й артиллерiйской бригады — въ д. Юренджекъ, кромѣ баталiона 140-го пѣхотнаго Зарайскаго полка, выдвинутаго впередъ къ д. Крепче. 137-й пѣхотный Нѣжинскiй полкъ, 1-я и 6-я сотни Донского № 8 полка, корпусная артиллерiя, парки и штабы: 8-й кавалерiйской дивизiи и корпусный, — въ деревнѣ Каранъ-Варбовка, въ 6 верстахъ къ сѣверо-западу отъ Юренджека. 2-я бригада 1-й пѣхотной дивизiи, въ качествѣ резерва корпуса, — въ г. Бѣлѣ, въ переходѣ позади главныхъ силъ. Обозъ 35-й пѣхотной дивизiи находился еще въ д. Кацелево.

Кавалерiя графа Воронцова-Дашкова, штабъ которой былъ въ Кацелевѣ, располагалась слѣдующимъ образомъ: у д. Езерче находились баталiонъ 138-го пѣхотнаго Болховскаго полка, 2-я и 5-я сотни Донского № 8 полка и взводъ Донской № 9 батареи. Части эти были выставлены для погребенiя убитыхъ и отысканiя раненыхъ въ дѣлѣ 14 iюля при этой деревнѣ; у д. Сваленикъ 2 сотни Донского № 12 полка. Остальныя сотни того же полка — на постахъ отъ д. Кады-кьой черезъ Писанецъ до Констанденецъ.

У д. Церовецъ — 4-й эскадронъ 8-го уланскаго полка, еще не смѣненный казаками Донского № 12 полка. У д. Крепче — баталiонъ 140-го пѣхотнаго Зарайскаго полка, 8-й гусарскiй Лубенскiй полкъ, 4-й сотня Донского № 8 полка и взводъ Донской № 9 батареи.

У д. Кацелево — 2 баталiона 138-го пѣхотнаго Болховскаго полка, 12-й гусарскiй Ахтырскiй полкъ, 2-я батарея 35-й артиллерiйской бригады и взводъ Донской № 9 батареи. Въ этой же деревнѣ находилась 15-я конная батарея съ двумя эскадронами уланъ, которые должны были присоединиться къ авангарду генералъ-лейтенанта Прохорова, но были задержаны въ Кацелевѣ вслѣдствiе того, что дорога отсюда въ Каранъ-Варбовку была занята обозами 35-й пѣхотной дивизiи.

Въ расположенiи XII корпуса до 16 числа никакихъ измѣненiй не происходило. 17 же числа части этого корпуса перемѣстились слѣдующимъ образомъ:

1) Отъ авангарда генералъ-лейтенанта барона Дризена были выдвинуты для занятiя д. Кады-кьой 2 баталiона 129-го пѣхотнаго Бессарабскаго полка, 2-я батарея 33-й артиллерiйской бригады, стоявшая до того въ Кошовѣ, и сотня Донского № 37 полка. Взамѣнъ этой батареи ко 2-й бригадѣ 33-й пѣхотной дивизiи была выдѣлена изъ отряда барона Дризена одна 4-фунтовая батарея. Баталiонъ того же полка расположился въ д. Иваново-Чифликъ. Отъ 1-й бригады 33-й пѣхотной дивизiи былъ выдѣленъ баталiонъ 130-го Херсонскаго полка съ 19-й конной батареей къ д. Бужична, на правый берегъ Кара-Лома, для ближайшей поддержки Кады-кьойскаго отряда. 12-й уланскiй полкъ съ 5-й конной батареей былъ расположенъ на лѣвомъ берегу Кара-Лома у д. Иваново-Чифликъ. 2 баталiона 130-го пѣхотнаго Херсонскаго полка съ 1-й батареей 33-й артиллерiйской бригады оставались на позицiи впереди Ханъ-Гюръ-Чешме, а 1-я бригада 12-й пѣхотной дивизiи — на позицiи впереди д. Пиргосъ.

2) Резервъ корпуса (2-я бригада 12-й пѣхотной дивизiи съ 4 батареями) былъ передвинутъ къ д. Трастеникъ.

Войска XIII корпуса въ теченiе 17 числа отдыхали на занятыхъ ими мѣстахъ послѣ утомительныхъ маршей 15 и 16 числа. Въ этотъ день генералъ-лейтенантомъ Прохоровымъ была установлена связь съ отрядомъ генералъ-маiора Эрнрота, стоявшимъ у д. Чаиръ-кьой, отъ котораго были получены свѣдѣнiя, что у Спахалара и Кызылмурада находятся турецкiя войска.

Донося объ этомъ командиру корпуса, генералъ-лейтенантъ Прохоровъ просилъ дать въ его распоряженiе оба кавалерiйскихъ полка, приданные корпусу, какъ это было ему обѣщано ранѣе.

Къ вечеру съ постовъ 13-го Нарвскаго гусарскаго полка у д. Попъ-кьой были получены донесенiя о присутствiи турецкой кавалерiи, около полка, съ пѣхотою въ раiонѣ д. д. Сарнасуфларъ, Ени-кьой и Аязларъ.

Кавалерiя графа Воронцова-Дашкова въ теченiе 17 числа оставалась въ занятомъ ею расположенiи.

Посты между д. д. Кады-кьой и Нисово выставлялись отъ Донского № 12 полка. Отъ Нисово черезъ Сваленикъ до Констанденца занялъ посты 12-й драгунскiй Стародубовскiй полкъ, прибывшiй въ Кацелево изъ Ханъ-Гюръ-Чешме въ 7½ часовъ вечера. 8-й гусарскiй полкъ выставлялъ посты отъ д. Констанденецъ до д. Гагово, гдѣ онъ входилъ въ связь со вторымъ эскадрономъ 13-го гусарскаго Нарвскаго полка. Такимъ образомъ, кавалерiя графа Воронцова-Дашкова занимала постами линiю въ 40 верстъ длиною.

Войска Рущукскаго отряда, за малымъ исключенiемъ, сохранили 18 числа положенiе, занятое ими въ предшествовавшiе дни, лишь 2-я и 5-я сотни Донского казачьяго № 8 полка перешли изъ д. Констанденецъ въ д. Каранъ-варбовку. Взамѣнъ этихъ сотенъ для уборки тѣлъ убитыхъ въ сраженiи у д. Езерче начальникомъ кавалерiи были высланы въ послѣднюю деревню двѣ сотни Донского казачьяго № 12 полка, стоявшiя до того въ д. Сваленикѣ; въ поддержку этимъ сотнямъ изъ д. Кацелева въ д. Констанденецъ былъ направленъ баталiонъ Болховскаго полка.

Въ XII корпусѣ второе отдѣленiе 4-го конно-артиллерiйскаго парка перешло въ Обрѣтеникъ изъ Трастеника для присоединенiя къ 12-му и 17-му летучимъ артиллерiйскимъ паркамъ, а 2-й баталiонъ 48-го Одесскаго полка перешелъ изъ Трастеника въ Обрѣтеникъ.

Вечеромъ 18 iюля передовой отрядъ XII корпуса, расположенный въ д. Кады-кьой, имѣлъ небольшую перестрѣлку съ рекогносцировочными партiями турецкой пѣхоты, кавалерiи и черкесовъ, поддержанныхъ четырьмя орудiями, наступавшими отъ Рущука противъ д. Кады-кьой и д. д. Бессарабово и Красенъ. Кромѣ дежурной части передового отряда (двѣ роты 129-го Бессарабскаго полка и 2 орудiя 2-й батареи 33-й артиллерiйской бригады), въ дѣлѣ приняли участiе еще двѣ роты изъ состава передового отряда (того же полка) и вся 2-я батарея 33-й артиллерiйской бригады, сотня Донского казачьяго № 37 полка, сотня Донского казачьяго № 12 полка и 2 эскадрона уланъ.

Съ цѣлью сбора свѣдѣнiй о противникѣ, независимо высылки обычныхъ разъѣздовъ, генераломъ Леоновымъ была произведена рекогносцировка отрядомъ изъ 2 ротъ 3-го баталiона 140-го пѣхотнаго Зарайскаго полка и двухъ эскадроновъ 8-го гусарскаго Лубенскаго полка съ 2 орудiями Донской № 9 батареи. Отрядъ этотъ направленъ изъ д. Крепче вверхъ по долинѣ Кара-Лома на Гайдаръ-кьой и Сютъ-кьой. Турокъ въ этомъ раiонѣ не оказалось; лишь у д. Башиларъ была замѣчена партiя черкесовъ.

Командиръ XIII корпуса въ то же время принялъ мѣры къ тому, чтобы осмотрѣть пути, соединяющiе разбросанныя части его корпуса, и облегчить, по возможности, связь между ними. Выяснилось, что лучшая дорога изъ Каранъ-Варбовки на Церковну идетъ черезъ д.д. Крепче, Гагово и Попъ-кьой долиной р. Кара-Лома, то есть по линiи передовыхъ кавалерiйскихъ постовъ. Другая, тоже сравнительно хорошая, дорога на Церковну изъ Каранъ-Варбовки шла черезъ Сенанъ-кьой, Банницу, Копривецъ и Чаиръ-кьой, то есть значительно позади расположенiя войскъ корпуса. Прямыя же дороги были весьма плохи и притомъ изобиловали крутыми спусками и подъемами.

Вслѣдствiе изложеннаго командиръ XIII корпуса рѣшилъ, съ одной стороны, занять кавалерiйскимъ отрядомъ Ковачицу, то есть упрочить обладанiе первой дорогой; съ другой стороны, — передвинуть авангардъ генералъ-лейтенанта Прохорова изъ Осикова въ Церковну для обезпеченiя второй дороги.

Авангардъ XIII корпуса, во исполненiе упомянутаго рѣшенiя, перешелъ 19 числа изъ Осикова въ Церковну и выслалъ 2 эскадрона 8-го уланскаго Вознесенскаго полка въ д. Ковачицу для поддержки Нарвскихъ гусаръ, занимавшихъ д. Попъ-кьой. Кромѣ того, 1-я и 5-я сотни Донского № 8 полка были выдвинуты въ д. Опаку, откуда, по неимѣнiю фуража, были переведены въ Гагово.

Въ войскахъ XII корпуса въ теченiе 19 числа не произошло ничего выдающагося. Въ этотъ день прибылъ 12-й гусарскiй Ахтырскiй полкъ. Полкъ этотъ, откомандированный отъ графа Воронцова-Дашкова еще 16 числа, былъ ошибочно направленъ изъ д. Кацелево въ Каранъ-Варбовку, венрнулся 17 числа въ Кацелево, гдѣ простоялъ 18 число, и лишь 19 прибылъ къ авангарду генералъ-лейтенанта Дризена въ Ханъ-Гюръ-Чешме. Генералъ Дризенъ, предполагавшiй вначалѣ употребить этотъ полкъ для службы въ передовомъ отрядѣ, отказался отъ своего намѣренiя въ виду крайняго утомленiя полка предшествовавшею его дѣятельностью и разстройства матерiальной части. Ахтырскому гусарскому полку было разрѣшено стать въ резервѣ авангарда и высылать только разъѣзды, а въ Кады-кьой отправленъ 12-й уланскiй полкъ.

Войска графа Воронцова-Дашкова сохранили занятое ими положенiе, кромѣ 8-го гусарскаго Лубенскаго полка, который перешелъ 19 числа изъ д. Крепче въ Горченово, выславъ одинъ эскадронъ въ д. Садину.

Разъѣзды, высланные отъ кавалерiи графа Воронцова-Дашкова, не обнаружили пристуствiя турецкихъ войскъ ни на Рущукско-Разградскомъ шоссе, ни южнѣе его въ окрестностяхъ д. Садины. Зато разъѣзды и посты 8-го гусарскаго полка, наблюдавшiе пространство передъ д.д. Гагово и Попъ-кьой, имѣли столокновенiе съ непрiятелемъ и понесли потери.

Дерени Султанъ-кьой, Сютъ-кьой, Мехмедъ-кьой, Казаннаръ и Сарнасуфларъ оказались занятыми турецкой пѣхотой. Близъ д. Аязларъ, на правомъ берегу Кара-Лома, обнаружена въ опушкѣ лѣса пѣхотная цѣпь на большомъ протяженiи. Въ перестрѣлкѣ съ нею разъѣздъ 13-го гусарскаго полка потерялъ трехъ человѣкъ. Болгары показывали, что около Эски-Джумы и Османъ-Базара въ послѣднiе дни происходитъ большое движенiе обозовъ всякаго рода. Наконецъ, отъ генерала Эрнрота были получены свѣдѣнiя, что еще наканунѣ, 18 числа, около д. Спалахара замѣчены непрiятельскiе посты, прикрывающiе значительный отрядъ, стоящiй у Кызылмурадъ.

Въ тотъ же день, 19 числа, съ цѣлью объединенiя главныхъ силъ корпуса и образованiя изъ кавалерiйскихъ частей, приданныхъ корпусу, отдѣльнаго кавалерiйскаго отряда, по войскамъ XIII корпуса было объявлено слѣдующее приказанiе:

"1) Главнымъ силамъ корпуса: тремъ полкамъ 35-й пѣхотной дивизiи съ тремя батареями, тремъ сотнямъ Донского № 8 полка[82] съ четырьмя батареями корпусной артиллерiи — состоять подъ начальствомъ начальника 8-й кавалерiйской дивизiи генералъ-лейтенанта князя Манвелова, къ которому помощникомъ назначется генералъ-маiоръ Шухтъ (командиръ 2-й бригады 8-й кавалерiйской дивизiи), а начальникомъ штаба — временно генеральнаго штаба капитанъ фонъ-Фохтъ.

"2) Начальника штаба 8-й кавалерiйской дивизiи полковника барона Каульбарса командировать въ авангардъ къ генералъ-лейтенанту Прохорову, поручивъ ему начальство надъ всѣми кавалерiйскими частями онаго (Вознесенскiй уланскiй полкъ, 3 сотни Донского № 8 полка[83] и 15-я конная батарея)".

Наконецъ, 19 же числа, вечеромъ, начальникъ штаба Рущукскаго отряда получилъ отъ Начальника Штаба армiи предписанiе, въ которомъ опредѣлялось назначенiе Рущукскаго отряда, согласно общему положенiю дѣлъ, измѣнившемуся не въ пользу русской армiи вслѣдствiе неудачи второго Плевненскаго сраженiя 18 iюля. Въ предписанiи этомъ были изложены распоряженiя Главнокомандующаго о новой общей группировкѣ войскъ, сообразно измѣнившейся обстановкѣ. Войска, собранныя подъ Плевною, усиливались тремя полками 16-й пѣхотной дивизiи и также 4-й кавалерiйской дивизiей. Часть 14-й пѣхотной дивизiи (Минскiй пѣхотный полкъ) должна была усилить отрядъ генералъ-адъютанта князя Святополкъ-Мирскаго, стоявшiй въ Сельви. 11-я пѣхотная, 13-я кавалерiйская дивизiии и 2-я бригада 14-й пѣхотной дивизiи оставлены въ прежнемъ своемъ расположенiи. Отрядъ генералъ-адъютанта Гурко оставался пока за Балканами. Что касается Рущукскаго отряда, то относительно послѣдняго въ предписанiи значилось:

"Рущукскому отряду оставаться въ настоящемъ его положенiи, причемъ подготовиться къ слѣдующимъ случайностямъ:

"Противникъ можетъ перейти въ наступленiе со стороны Шумлы, причемъ войска его могутъ направиться главными силами черезъ Османъ-Базаръ на Тырново или отъ Эски-Джумы и Разграда на Церковну и Бѣлу, наконецъ, отъ Разграда на Рущукскiй отрядъ.

"Въ первомъ случаѣ XIII армейскому корпусу, задерживая наступленiе той колонны, которая могла бы направиться отъ Эски-Джумы или Разграда на Церковну, главными силами поддержать войска, защищающiя Тырново, и въ этомъ случаѣ имъ поступить подъ команду командира VIII армейскаго корпуса.

"Во второмъ случаѣ корпусъ этотъ долженъ задерживать движенiе противника, а на помощь ему будутъ направлены войска отъ Тырнова черезъ Драганово и Трембешъ, а со стороны Рущукскаго отряда слѣдуетъ направить часть силъ XII корпуса. Въ третьемъ случаѣ Рущукскiй отрядъ долженъ был встрѣтить наступающаго противника всѣми своими силами, а въ помощь ему будетъ направлено подкрѣпленiе отъ Тырнова.

"Во второмъ и третьемъ случаяхъ общее начальство Великiй Князь Главнокомандующiй возлагаетъ на Его Императорское Высочество Наслѣдника Цесаревича. По приказанiю Главнокомандующаго сообщаю вашему превосходительству для доклада Наслѣднику Цесаревичу, съ тѣмъ, чтобы немедленно были приняты всѣ мѣры, соотвѣтствующiя вышеизложеннымъ указанiямъ. Великiй Князь Главнокомандующiй сегодня, 19-го, съ самою небольшою частью Полевого Штаба ѣдетъ черезъ Бѣлу въ Булгарени и лично приметъ начальство надъ войсками, тамъ собирающимися. Полевой Штабъ и всѣ полевыя управленiя остаются въ Тырновѣ".

Такимъ образомъ, на XIII корпусъ возлагались задачи: содержать самую тѣсную связь съ Османъ-Базарскимъ отрядомъ, прикрывать Бѣлу и среднее теченiе р. Янтры со стороны Разграда и Шумлы и, совмѣстно съ XII корпусомъ, встрѣтить наступленеiе непрiятельской армiи, если бы она направилась изъ Разграда прямо на Бѣлу черезъ Кацелево и Острицу. Такъ какъ въ настоящемъ своемъ расположенiи части корпуса не имѣли удобныхъ позицiй и хорошихъ путей для взаимной поддержки и подвоза запасовъ, то необходимо было измѣнить его расположенiе. Наслѣдникъ Цесаревичъ предполагалъ передвинуть части корпуса въ долину Кара-Лома[84] такимъ образомъ, чтобы лѣвый флангъ его оставался на мѣстѣ у д. Кацелева, а правый былъ поданъ впередъ къ д. Ковачицѣ. При этомъ имъ указывалось примѣрное распредѣленiе по-бригадно въ Кацелевѣ, Опакѣ и Ковачицѣ, съ передовыми позицiями у Сваленика, Попъ-кьоя и промежуточной — у Гагово (послѣдняя на два баталiона съ артиллерiей); всѣ позицiи предполагалось укрѣпить.

Въ то время, какъ въ штабѣ Рущукскаго отряда составлялись соображенiя о дальнѣйшемъ способѣ дѣйствiй, генералъ-маiоръ Эрнротъ, согласно приказанiю Главнокомандующаго, 20 числа отошелъ съ своимъ отрядомъ изъ д. Чаиръ-кьоя въ Джулюницу на Османъ-Базарскую дорогу, о чемъ извѣстилъ генералъ-лейтенанта Прохорова.

Съ уходомъ генералъ-маiора Эрнрота къ югу лучшая дорога, ведущая изъ Разграда черезъ Чаиръ-кьой на Драганово къ Тырнову, осталась неприкрытой, что озабочивало командира XIII корпуса. Вслѣдствiе этого имъ было послано приказанiе генералъ-лейтенанту Прохорову перейти съ авангардомъ изъ Церковны въ Чаиръ-кьой. Передвиженiе это, однако, не соотвѣтствовало видамъ Наслѣдника Цесаревича, такъ какъ вслѣдствiе этого увеличивалось и безъ того растянутое расположенiе XIII корпуса, почему авангардъ генералъ-лейтенанта Прохорова и былъ возвращенъ въ Церковну[85].

Для лучшаго наблюденiя за противникомъ между д.д. Паламарцы и Кады-кьой, что на р. Беюкъ-Дере, въ раiонѣ д.д. Попъ-кьой, Сарнасуфларъ, Дралфанъ-кьой, Султанъ-кьой, Сютъ-кьой, Мехмедъ-кьой, Аязларъ и Казаннаръ, кавалерiя авангарда была подчинена, какъ упомянуто выше, полковнику генеральнаго штаба барону Каульбарсу, и для ея усиленiя въ д. Ковачицу были высланы 2 остальные эскадрона 8-го уланскаго полка, 3-я сотня Донского казачьяго № 8 полка и 15-я конная батарея, а также 3-й баталiонъ Софiйскаго полка[86].

Барону Каульбарсу были подчинены также 1-я и 5-я сотни Донского № 8 полка, стоявшiе въ Гаговѣ.

Кромѣ указанныхъ выше задачъ, на отрядъ полковника Каульбарса возлагалось обезоруженiе мусульманскаго населенiя и, въ наказанiе за враждебныя дѣйствiя противъ русскихъ разъѣздовъ, сборъ съ такового, въ видѣ контрибуцiи, десятидневнаго запаса ячменя, фуража и рогатаго скота на весь авангардъ и семидневнаго запаса хлѣба на весь отрядъ полковника Каульбарса.

Въ случаѣ надобности полковнику Каульбарсу была обѣщана поддержка еще однимъ баталiономъ Софiйскаго полка, а въ случаѣ перехода турокъ въ наступленiе — генералъ-лейтенантъ Прохоровъ имѣлъ въ виду двинуться съ авангардомъ на Ковачицу, обезпечивъ себя поддержкой со стороны генералъ-маiора Баранова.

Въ теченiе 20 числа XII корпусъ оставался въ прежнемъ расположенiи. Кавалерiя графа Воронцова-Дашкова собрала въ этотъ день слѣдующiя свѣдѣнiя о противникѣ:

Въ д. Дреновецъ (въ 12 верстахъ къ сѣверо-западу отъ Разграда) обнаруженъ лагерь довольно значительнаго отряда изъ пѣхоты и артиллерiи, въ д. Хасанлари (3 версты къ западу отъ Разграда) — до двухъ таборовъ пѣхоты и трехъ таборовъ черкесовъ, прикрытыхъ пѣхотными и кавалерiйскими аванпостами.

Около д. Кызылмурадъ разъѣзды не замѣтили турецкихъ войскъ. Между тѣмъ, болгары утверждали, что тамъ сосредоточено 34 табора пѣхоты съ артиллерiею и кавалерiей, но что лагерь ихъ расположенъ въ глубокомъ ущелье, почему и могъ остаться незамѣченнымъ разъѣздами.

Для повѣрки столь разнорѣчивыхъ показанiй графъ Воронцовъ-Дашковъ приказалъ генералу Леонову перейти въ тотъ же день съ Лубенскими гусарами изъ д. Крепче въ д. Садину, съ тѣмъ, чтобы на слѣдующiй день произвести рекогносцировку къ Кызылмураду и далѣе, насколько окажется возможнымъ. Въ распоряженiе генералъ-маiора Леонова изъ д. Кацелево были высланы въ д. Садину 2 эскадрона 12-го драгунскаго Стародубовскаго полка съ двумя орудiями Донской № 9 батареи.

Для прикрытiя этого отряда съ лѣваго фланга былъ направленъ изъ д. Кацелево въ д. Констанденецъ 1-й баталiонъ 138-го пѣхотнаго Болховскаго полка со взводомъ 2-й батареи 35-й артиллерiйской бригады.

Генералу Леонову было приказано двинуться на слѣдующiй день на Езерче и далѣе съ двумя сотнями Донского № 12 полка (2-й и 5-й) подъ командой командира этого полка полковника Хрещатицкаго. Съ своей стороны генералъ-лейтенантъ Прохоровъ, узнавъ отъ генерала Леонова о предполагаемой рекогносцировкѣ къ Кызылмураду, рѣшилъ поддержать его, выдвинувъ 21 числа отъ Ковачицы черезъ Гайдаръ-кьой къ Спахалару дивизiонъ 8-го уланскаго Вознесенскаго полка съ 2 орудiями 15-й конной батареи подъ начальствомъ генеральнаго штаба полковника Гудима-Левковича.

Съ тою же цѣлью 2 сотни[87] Донского № 8 полка, стоявшiя въ Гагово, должны были двинуться къ д. Карахасанъ-кьой.

О результатахъ этой рекогносцировки будетъ изложено ниже.

Войска Рущукскаго отряда къ вечеру 20 iюля были расположены въ двухъ группахъ:

XII корпусъ — на шоссе Бѣла — Рущукъ, фронтомъ къ послѣднему пункту, занимая по фронту 15 верстъ (Пиргосъ — Кошово).

XIII корпусъ, отдѣленный отъ XII двѣнадцативерстнымъ промежуткомъ, — на путяхъ отъ Разграда и Эски-Джумы къ Бѣлѣ, фронтомъ къ востоку, занимая по фронту 17 верстъ (Каранъ-варбовка — Церковна).

Расположенiе обоихъ корпусовъ прикрывалось кавалерiей, занимавшей посты отъ Дуная до д. Попъ-кьоя, на линiи до пятидесяти верстъ длиною.

Въ частности войска Рущукскаго отряда были расположены:

XII корпусъ. Авангардъ генералъ-лейтенанта барона Дризена:

У д. Кады-кьой — 2 баталiона 129-го пѣхотнаго Бессарабскаго полка, 2-я батарея 33-й артиллерiйской бригады, 12-й уланскiй Бѣлгородскiй полкъ, сотня Донского № 37 полка; у д. Iованъ-Чифликъ — баталiонъ 129-го пѣхотнаго Бессарабскаго полка, баталiонъ 130-го пѣхотнаго Херсонскаго полка и 19-я конная батарея — противъ д. Iованъ-Чифликъ, на лѣвомъ берегу р. Лома; у Ханъ-Гюръ-Чешме — 2 баталiона 130-го пѣхотнаго Херсонскаго полка, 12-й гусарскiй Ахтырскiй полкъ, 1-я батарея 33-й артиллерiйской бригады, Донская № 5 батарея (всего 6 бат., 9 эск., 16 пѣшихъ и 12 конныхъ орудiй).

Главныя силы:

2-я бригада 33-й пѣхотной дивизiи, 3-я, 4-я, 5-я и 6-я батареи 33-й артиллерiйской бригады — у д. Кошово; 1-я бригада 12-й пѣхотной дивизiи, 1-я и 4-я батареи 12-й артиллерiйской бригады — у д. Пиргосъ.

Резервъ корпуса, под начальствомъ генералъ-маiора Фофанова, — у Трастеника: 2-я бриагда 12-й пѣхотной дивизiи, 2-я, 3-я, 5-я и 6-я батареи 12-й артиллерiйской бригады.

Штабъ корпуса и 5 сотенъ Донского № 37 полка — въ д. Трастеникъ.

12-й и 17-й летучiе и 2-й отдѣленiе 4-го конно-артиллерiйскаго парка[88] подъ прикрытiемъ 2-го баталiона 48-го пѣхотнаго Одесскаго полка — въ д. Обрѣтеникъ.

12-й и 17-й подвижные артиллерiйскiе парки — въ г. Бѣлѣ.

XIII корпусъ. Авангардъ генералъ-лейтенанта Прохорова подъ начальствомъ полковника барона Каульбарса: у д. Ковачица — 8-й уланскiй Вознесенскiй полкъ, 3-я сотня Донского № 8 полка и 15-я конная батарея; въ д. Гагово — 1-я и 5-я сотни Донского № 8 полка; у д. Церковна — 5 баталiоновъ 1-я бригады 1-й пѣхотной дивизiи, 1-я и 4-я батареи 1-я артиллерiйской бригады и 4-я сотня Донского № 8 полка.

Главныя силы корпуса подъ начальствомъ генералъ-лейтенанта князя Манвелова (штабъ д. Каранъ-варбовка): въ д. Индже-кьой — 2-я бригада 35-й пѣхотной дивизiи, 1-я, 4-я и 5-я батареи 35-й артиллерiйской бригады; въ д. Каранъ-варбовка — 137-й пѣхотный Нѣжинскiй полкъ, корпусная артиллерiя, 2-я и 6-я сотни Донского № 8 полка.

Резервъ корпуса (2-я бригада 1-й пѣхотной дивизiи) — въ г. Бѣлѣ.

Штабъ корпуса — въ д. Каранъ-варбовка.

22-й и 23-й летучiе и 22-й подвижной парки — въ д. Широково; 23-й подвижной паркъ — въ д. Обрѣтеникъ; 2-е отдѣленiе 5-го конно-артиллерiйскаго парка — въ г. Бѣлѣ.

Кавалерiя графа Воронцова-Дашкова (штаб. — д. Кацелево): у д. Кацелево — 2 баталiона 138-го пѣхотнаго Болховскаго полка, 2 эскадрона 12-го драгунскаго полка, 6 орудiй 2-й батареи 35-й артиллерiйской бригады и взводъ Донской № 9 батареи; у д. Сваленикъ — 2 сотни Донского № 12 полка; остальныя сотни того же полка — на постахъ отъ Кады-кьоя черезъ д. Писанецъ до Констанденецъ; въ д. Садина, подъ начальствомъ генералъ-маiора Леонова, — 8-й гусарскiй Лубенскiй полкъ, 2 эскадрона 12-го драгунскаго полка, 4 орудiя Донской № 9 батареи; у д. Констанденецъ — 1-й баталiонъ 138-го пѣхотнаго Болховскаго полка и взводъ 2-й батареи 35-й артиллерiйской бригады.

Штабъ отряда — въ д. Обрѣтеникъ.

При штабѣ отряда состояли: дивизiонъ л. — гв. Атаманскаго полка и баталiонъ Невскаго полка.

7-й саперный баталiонъ съ парусиннымъ понтоннымъ полупаркомъ былъ расположенъ въ д. Мечка.

Дѣйствiя Османъ-Базарскаго отряда съ 9 по 20 iюля. Какъ видно изъ главы X тома II, на операцiонномъ направленiи Тырново — Османъ-Базаръ къ 9 iюля находилась бóльшая часть войскъ XI корпуса, подъ начальствомъ командира его генералъ-лейтенанта князя Шаховского, а именно: 11-я пѣхотная дивизiя съ ея артиллерiей занимала с.с. Джулюница и Козаревицъ (на дорогѣ отъ Тырнова къ Османъ-Базару), 1-я бригада 32-й пѣхотной дивизiи занимала Драганово и Одоларъ (на шоссе Бѣла — Тырново), корпусная артиллерiя[89] и паркъ прибыли въ Козаревицъ и 1-я бригада 11-й кавалерiйской дивизiи — Трембешъ-Дольнiй, Лефеджiй и Сушицу, прикрывая Тырново со стороны Османъ-Базара и Разграда.

Отъ расположенiя войскъ Рущукскаго отряда группа эта удалена была на разстоянiе около 30 верстъ.

Расположенiе войскъ XI корпуса прикрывалось прикомандированной къ нему 13-й кавалерiйской дивизiей, бывшей подъ начальствомъ командующаго ею генералъ-маiора Радена, части которой къ вечеру 8 iюля были расположены:

13-й драгунскiй Военнаго Ордена полкъ съ 2 орудiями 20-й конной батареи — въ Еленинской котловинѣ, у Беброва (4 эскадрона, 2 конныхъ орудiя)[90]; штабъ дивизiи, 13-й гусарскiй Нарвскiй полкъ и пять сотенъ Донского № 13 полка, съ четырьмя орудiями 20-й конной и четырьмя орудiями Донской № 6 батареи — у с. Джулюница (4 эскадрона, 5 сотенъ и 8 конныхъ орудiй); управленiе 1-й бригады, штабъ и 1-й, 3-й и 4-й эскадроны 13-го уланскаго Владимiрскаго полка — у д. Кылычларъ; 2-й эскадронъ того же полка — у д. Водица; 17-е кавалерiйское отдѣленiе летучаго парка — въ г. Тырновѣ.

Длина общаго фронта дивизiи отъ Беброва до Водицы превышала 40 верстъ.

Всего въ отрядѣ князя Шаховского было 18 баталiоновъ, 26 эскадроновъ и сотенъ, 80 пѣшихъ и 22 конныхъ орудiй[91].

9 iюля войска Османъ-Базарскаго отряда частiю измѣнили свое расположенiе, а именно: 11-я пѣхотная дивизiя выдвинула авангардъ (42-й пѣхотный Якутскiй полкъ съ 4-й батареей 11-й артиллерiйской бригады) между д.д. Джулюница — Кесарово, а также боковой отрядъ, въ составѣ 2-го и 3-го баталiоновъ 41-го пѣхотнаго Селенгинскаго полка съ 4 орудiями 1-й батареи 11-й артиллерiйской бригады, къ д. Кадя-кьой въ долину р. Беюкъ-Дере. 2-й и 3-й баталiоны 43-го пѣхотнаго Охотскаго полка съ 6 орудiями 2-й батареи 11-й артиллерiйской бригады перешли изъ Козаревицъ въ Джулюницу.

Всѣ пѣхотныя части, расположенныя въ Кесаровѣ, Кадя-кьой и Джулюницѣ, были подчинены генералъ-маiору Радену. Остальныя части 11-й пѣхотной дивизiи съ артиллерiей оставались, какъ указано, у с. Казаревицъ. 1-я бригада 32-й пѣхотной дивизiи перешла изъ Драганова въ Трембешъ-Дольнiй, а 1-я бригада 11-й кавалерiйской дивизiи выдвинута къ д. Чаиръ-кьой.

Въ тотъ же вечеръ командиръ XI корпуса получилъ отъ Начальника Штаба армiи, какъ уже сказано въ главѣ I настоящаго тома, увѣдомленiе о томъ, что 5-я дивизiя, двинутая изъ Никополя въ Плевну 8 iюля, наткнулась тамъ на превосходныя силы противника и послѣ ожесточеннаго боя принуждена была отступить: тремя полками — по дорогѣ на Никополь, а однимъ полкомъ и бригадой кавалерiи — въ Булгарени. Вслѣдствiе этого Его Высочество Главнокомандующiй предписывалъ командиру XI корпуса съ 1-й бригадой 32-й пѣхотной дивизiи, 1-й, 3-й, 4-й и 6-й батареями 32-й артиллерiйской бригады и 1-й бригадой 11-й кавалерiйской дивизiи, съ 18-й конной и Донской № 8 батареями немедленно выступить черезъ Никюпъ и Горный-Студень на шоссе изъ Бѣлы въ Плевну и далѣе къ Болгарскому-Караагачу, гдѣ, присоединивъ 1-ю бригаду 30-й пѣхотной дивизiи, ожидать дальнѣйшихъ приказанiй.

Рано утромъ 10 iюля всѣ перечисленныя выше войска выступили въ указанномъ направленiи подъ общимъ начальствомъ командира XI корпуса; части же, оставшiяся на Османъ-Базарской дорогѣ, то есть 11-я пѣхотная и 13-я кавалерiйская дивизiи, кромѣ 13-го драгунскаго Военнаго Ордена полка, были подчинены генералъ-маiору Радену, командующему 13-й кавалерiйской дивизiей, которому было приказано установить связь съ кавалерiей Рущукскаго отряда и 13-мъ драгунскимъ полкомъ, а всѣ донесенiя посылать прямо Главнокомандующему.

10 и 11 iюля войска Османъ-Базарскаго отряда измѣнили нѣсколько свое расположенiе, имѣя цѣлью сблизиться съ противникомъ, занимавшимъ своими передовыми частями д. Джумалы на Османъ-Базарской дорогѣ, въ 11 верстахъ къ востоку отъ Кесарова, а также облегчить связь съ 8-й кавалерiйской дивизiей и 13-мъ драгунскимъ полкомъ.

Авангардъ, подъ начальствомъ командира Якутскаго полка полковника Красовскаго, продвинулся утромъ версты на три изъ Кесарова впередъ по Османъ-Базарской дорогѣ и приступилъ къ работамъ по ея исправленiю.

Между тѣмъ, къ 2 часамъ пополудни турки заняли стрѣлками д. Демаръ-кьой[92], а конные и пѣшiе ихъ посты показались на высотахъ вправо (къ югу) отъ большой дороги. Полковникъ Красовскiй занялъ 2-мъ баталiономъ Якутскаго полка позицiю въ 5 верстахъ отъ Кесарова, 3-й баталiонъ оставилъ на работѣ, имѣя остальныя войска въ резервѣ. Опредѣлить силы, находившiяся передъ нимъ, онъ затруднялся, не имѣя въ своемъ распоряженiи ни одного кавалериста.

На слѣдующiй день, 11 iюля, согласно приказанiю генералъ-маiора Радена, части отряда расположились:

Въ Кесаровѣ — штабъ 11-й пѣхотной дивизiи и управленiе 1-й бригады, 1-й баталiонъ 41-го пѣхотнаго Селенгинскаго полка и 4 орудiя 1-й батареи 11-й артиллерiйской бригады. 42-й пѣхотный Якутскiй полкъ съ 4-й батареей занялъ позицiю впереди этого селенiя.

Въ Джулюницѣ — 43-й пѣхотный Охотскiй полкъ, полусотня казаковъ Донского № 13 полка и 2-я батарея 11-й артиллерiйской бригады. Отъ Охотскаго полка приказано ежедневно высылать баталiонъ на высоты Бебровскаго ущелья по направленiю въ д. Козлубекъ.

Въ Козаревицѣ — управленiе 2-й бригады, 44-й пѣхотный Камчатскiй полкъ, 3-я, 5-я и 6-я батареи 11-й артиллерiйской бригады и дивизiонный лазаретъ.

Составъ отряда въ д. Кадя-кьой и расположенiе кавалерiи не измѣнились.

Въ этотъ день полковникъ Красовскiй около 7 часовъ вечера произвелъ наступленiе съ тремя ротами, двумя орудiями и 2-мъ эскадрономъ гусаръ, присланнымъ по его просьбѣ изъ д. Иефаны, на д. Демаръ-кьой, занятую партiями вооруженныхъ жителей. Послѣ получасовой перестрѣлки деревня была занята и зажжена, чтобы лишить турокъ возможности укрываться въ ней, и къ 9 часамъ вечера отрядъ, уже въ темнотѣ, вернулся на авангардную позицiю, потерявъ двухъ человѣкъ Якутскаго полка: одного убитымъ, другого раненымъ. По отступленiи полковника Красовскаго турки снова заняли Демаръ-кьой и успѣли потушить зажженные дома.

За весь день отъ кавалерiйскихъ разъѣздовъ не было получено ни одного опредѣленнаго свѣдѣнiя о силахъ и расположенiи противника, не было даже точно выяснено — кто былъ передъ Османъ-Базарскимъ отрядомъ: вооруженные жители и черкесы или регулярныя части.

Вечеромъ генералъ-маiоръ Раденъ получилъ слѣдующее предписанiе Начальника Штаба армiи:

"Направленiе 1-й бригады 32-й пѣхотной и 1-й бригады 11-й кавалерiйской дивизiй къ сторонѣ Плевны открываетъ пути изъ Шумлы и Разграда черезъ Церковну и Чаиръ-кьой къ Бѣлѣ и Тырнову. Великiй Князь Главнокомандующiй вслѣдствiе этого призналъ необходимымъ занять этотъ путь самостоятельнымъ отрядомъ впредь до возвращенiя означенныхъ войскъ или прибытiя IV корпуса. На основанiи этого Его Императорское Высочество приказать изволилъ: двинуть одну бригаду 11-й пѣхотной дивизiи, присоединивъ къ ней 13-й уланскiй полкъ или 13-й гусарскiй полкъ, какъ будетъ удобнѣе, по усмотрѣнiю вашего превосходительства, и направить на Чаиръ-кьой.

"Отрядъ этотъ ввѣрить командующему 11-ю пѣхотною дивизiею[93].

"По занятiи Чаиръ-кьоя кавалерiя его должна выдвинуть свои передовые отряды до линiи передовыхъ отрядовъ, занятыхъ 8-ю кавалерiйскою дивизiею, правый флангъ которыхъ занимаетъ Констанца[94] (на р. Акъ-Ломъ, противъ Разграда), и постовъ и отрядовъ, занимаемыхъ отъ ввѣренной вамъ дивизiи.

"Поддержанiе связи непрерывной между 8-ю и 13-ю кавалерiйскими дивизiями — обязательно.

"Путь отступленiя или, лучше сказать, путь сообщенiя этого отряда долженъ лежать на Драганово и Борушъ.

"У Драганово предполагается построить постоянный мостъ, а до приведенiя этого въ исполненiе поставлено будетъ одно отдѣленiе понтоннаго парка для наведенiя моста въ томъ случаѣ, если временное возвышенiе воды въ рѣкѣ сдѣлаетъ переправу черезъ Янтру въ бродъ затруднительною.

"Для свѣдѣнiя вашего сообщается, что 13-й драгунскiй полкъ занимаетъ тремя эскадронами и двумя орудiями Беброво, а однимъ эскадрономъ — Елену.

"Вмѣстѣ съ симъ ему предписывается, чтобы онъ содержалъ постоянную связь съ ввѣреннымъ вамъ отрядомъ и состоялъ въ подчиненiи вамъ, исполняя, вмѣстѣ съ тѣмъ, свое главное назначенiе — прикрытiе пути отъ Твардицы и Сливенъ къ Тырнову.

"Отрядъ генералъ-маiора Эрнрота долженъ оставаться въ подчиненiи вамъ…".

Въ томъ же предписанiи генералъ-маiору Радену приказывалось озаботиться, чтобы генералъ-маiоръ Эрнротъ давалъ знать отъ себя непосредственно въ штабъ Рущукскаго отряда о свѣдѣнiяхъ, добытыхъ о непрiятелѣ.

Утромъ 12 iюля, во исполненiе изложенныхъ выше приказанiй, отрядъ генералъ-маiора Эрнрота, въ составѣ 2-й бригады 11-й пѣхотной дивизiи, 2-й и 5-й батарей 11-й артиллерiйской бригады и 13-го гусарскаго Нарвскаго полка (6 баталiоновъ, 4 эскадрона и 16 орудiй), выступилъ въ Чаиръ-кьой двумя колоннами: правая (45-й пѣхотный Охотскiй и 13-й гусарскiй полки) — черезъ Кады-кьой, а лѣвая (изъ всѣхъ остальныхъ частей съ обозомъ) — черезъ Драганово.

Для облегченiя людей часть вещей (фуфайки, мундиры и зимнiе шаровары) была оставлена въ с. Козаревицъ подъ присмотромъ команды слабосильныхъ.

Правая колонна, при которой слѣдовалъ начальникъ отряда генералъ-маiоръ Эрнротъ, прибыла въ Чаиръ-кьой въ 10 часовъ вечера, лѣвая же колонна ночевала у с. Драганово и, оставивъ здѣсь тяжелый обозъ, на слѣдующiй день къ вечеру прибыла въ Чаиръ-кьой.

Въ тотъ же день утромъ генералъ-маiоръ Эрнротъ выслалъ 2-й дивизiон 13-го гусарскаго Нарвскаго полка, подъ начальствомъ маiора Самойленко, по дорогѣ къ Каранъ-Варбовкѣ для связи съ правымъ флангомъ 8-й кавалерiйской дивизiи. Дивизiону этому приказано было расположиться гдѣ-либо по дорогѣ между этой деревней и Попъ-кьой, откуда и посылать разъѣзды за дорогу Разградъ — Шумла.

2-й эскадронъ гусаръ маiора Бородаевскаго направленъ черезъ Ковачицу на Попъ-кьой съ цѣлью, 14 или 15 числа, проникнуть также за дорогу Разградъ — Шумла.

По выступленiи отряда генералъ-маiора Эрнрота въ Чаиръ-кьой, части, остававшiяся на Османъ-Базарской дорогѣ, приняли слѣдующее расположенiе:

1) 42-й пѣхотный Якутскiй полкъ, 4-я батарея 11-й артиллерiйской бригады и сотня Донского № 13 полка[95], подъ начальствомъ полковника Красовскаго, — у Кесарева, имѣя впереди на позицiи баталiонъ, 4 орудiя и сотню[96].

2) 3-й баталiонъ 41-го пѣхотнаго Селенгинскаго полка, 4 орудiя 20-й конной батареи и полусотня Донского № 13 полка, подъ начальствомъ командира баталiона подполковника Богацевича, — у д. Кадя-кьой; отряду этому приказано было поддержать связь съ Чаиръ-кьоемъ черезъ д.д. Мансуръ и Тюрбелеръ и съ Кесаровымъ — черезъ Иефаны.

3) Остальные 2 баталiона 41-го пѣхотнаго Селенгинскаго полка, 1-я батарея 11-й артиллерiйской бригады и сотня Донского № 13 полка, подъ начальствомъ командира 41-го пѣхотнаго Селенгинскаго полка полковника Рика, — у Джулюницы, отдѣливъ двѣ роты въ Козаревицъ. На перевалъ между Джулинскимъ и Кесаровскимъ ущельями выслана сотня казаковъ, которой приказано было черезъ Златарицу войти въ связь съ 13-мъ драгунскимъ полкомъ[97].

4) Три эскадрона 13-го уланскаго полка, остальныя сотни Донского № 13 полка и 4 орудiя Донской № 6 батареи — на бивакѣ у д. Кесарово со штабомъ отряда.

5) Батареи корпусной артиллерiи (3-я и 6-я), парки XI корпуса, отдѣленiе 17-го конно-артиллерiйскаго парка и отдѣленiе дивизiоннаго лазарета 11-й пѣхотной дивизiи подъ прикрытiемъ двухъ ротъ Селенгинскаго полка и подъ общимъ начальствомъ полковника Рымашевскаго, командира 6-й батареи, — у д. Козаревицъ.

Съ разсвѣтомъ 13 числа полковникъ Красовскiй занялъ указанную ему позицiю (въ 1½ верстахъ впереди Кесарова) 1-мъ баталiономъ своего полка и 4 орудiями 4-й батареи, а сотню казаковъ выслалъ впередъ на высоты къ сторонѣ д. д. Демаръ-кьой и Енжи-кьой. Около 4½ часовъ утра послышалась рѣдкая перестрѣлка на передовыхъ постахъ, и прискакавшiй казачiй разъѣздъ донесъ полковнику Красовскому, что непрiятельская пѣхота пробирается лѣсомъ на высоты вправо отъ позицiи. Въ то же время 1-я сотня, находившаяся на этихъ высотахъ, начала отступать передъ длинной цѣпью турецкихъ стрѣлковъ, протянувшейся поперекъ всей возвышенности. До 7 часовъ утра цѣпь эта обстрѣливала правый флангъ передового отряда. Хотя стрѣльба, по дальности разстоянiя, была безвредна, но, для предупрежденiя обхода и раскрытiя силъ противника, генералъ Раденъ, прибывшiй изъ Кесарова со 2-мъ баталiономъ Якутскаго полка и 4 орудiями Донской № 6 батареи, направилъ этотъ баталiонъ съ 1-й стрѣлковой и 4-й линейной ротами, подъ начальствомъ полковника Красовскаго, на высоты южнѣе авангардной позицiи, оставивъ 3 роты 1-го баталiона съ артиллерiей на позицiи у входа въ Демаръ-кьойское дефиле.

Полковникъ Красовскiй, пробираясь по густой лѣсной заросли, только черезъ два часа выбрался на высоту и, перестроившись здѣсь въ боевой порядокъ, по-ротно, въ двѣ линiи[98], быстро сталъ наступать. Въ турецкой цѣпи и ближайшихъ ея сомкнутыхъ поддержкахъ было около баталiона (человѣкъ 600); остальныя же турецкiя части не были видны за густымъ лѣсомъ. Отогнавъ непрiятельскую цѣпь, 2-й баталiонъ быстро очистилъ лѣсъ; 1-я стрѣлковая и 4-я линейная роты, охватывая правый флангъ отходившихъ турокъ, ускоряли ихъ отступленiе.

Выйдя на опушку лѣса, полковникъ Красовскiй увидѣлъ къ сторонѣ д. Енжи-кьой до 6 турецкихъ баталiоновъ съ 4 орудiями, которыя встрѣтили Якутцевъ огнемъ; черезъ нѣсколько минутъ прислуга двухъ изъ этихъ орудiй была перебита 2-й стрѣлковой ротой, а самыя орудiя захвачены 5-ю и 6-ю ротами, бросившимися впередъ; турецкiй эскадронъ, находившiйся правѣе орудiй и бросившiйся имъ на выручку, былъ отбитъ залпами 1-й стрѣлковой роты; 2 остальныя орудiя, пользуясь минутной остановкой наступленiя, успѣли ускакать. Когда наступленiе на д. Енжи-кьой, занятую турками, были возобновлено, полковникъ Красовскiй послалъ приказанiе оставленнымъ у входа въ дефиле тремъ ротамъ 1-го баталiона своего полка двинуться на д. Демаръ-кьой, чтобы атаковать противника во флангъ.

Однако генералъ Раденъ не разрѣшилъ движенiя этихъ ротъ такъ какъ въ это время противъ центра и лѣваго фланга передовой позицiи также показались турецкая пѣхота и кавалерiя. Хотя турки ничего не предпринимали и ограничивались безвредной перестрѣлкой съ передовыми разъѣздами, однако генералъ-маiоръ фонъ-Раденъ счелъ возможнымъ послать только 3-ю линейную роту на сѣверный склонъ той возвышенности, на вершинѣ и южномъ склонѣ которой дрался полковникъ Красовскiй. Когда эта рота начала подходить къ лѣсу, небольшая часть турецкой пѣхоты встрѣтила ее учащеннымъ огнемъ, но, затѣмъ, немедленно отступила. Генералъ-маiоръ Раденъ, имѣя въ виду чисто оборонительную роль своего отряда и, поэтому, не считая удобнымъ занимать позицiю впереди выхода изъ Демаръ-кьойскаго дефиле, послалъ приказанiе 3-й ротѣ отойти на передовую позицiю. Въ то же время замѣчая по звуку выстрѣловъ, что полковникъ Красовскiй быстро уходитъ впередъ, и боясь, чтобы онъ не наткнулся на скрытыя и превосходныя силы турокъ, генералъ Раденъ послалъ ему приказанiе не увлекаться преслѣдованiемъ и отступать на ту же передовую позицiю. Прибывшiй въ это же время изъ Кадя-кьоя 2-й баталiонъ 41-го пѣхотнаго Селенгинскаго полка съ 4 орудiями 1-й батареи[99] былъ немедленно посланъ на поддержку полковника Красовскаго, а орудiя оставлены на позицiи.

Приказанiе генерала Радена было получено полковникомъ Красовскимъ въ то время, когда онъ подготовилъ огнемъ атаку д. Енжи-кьой и уже подалъ сигналъ къ общему наступленiю. Наступленiе было тотчасъ же остановлено, и около 11 часовъ утра Якутцы начали отходить, бросивъ захваченныя орудiя, по невозможности протащить ихъ черезъ густой лѣсъ[100]. Турки сначала не преслѣдовали, но около 12 часовъ дня казаки, слѣдившiе за ними, донесли, что они перешли въ наступленiе. Роты, частiю уже спустившiяся съ высотъ, пришлось повернуть и снова открыть огонь. Послѣ непродолжительной перестрѣлки турки начали отступать къ д. Енжи-кьой и полковникъ Красовскiй, оставивъ для прикрытiя и сбора раненыхъ двѣ роты (7-ю и 8-ю), около 3 часовъ пополудни отошелъ на передовую позицiю. Къ 6 часамъ вечера всѣ раненые были собраны и отправлены въ Кесарово. Семь ротъ Якутскаго полка, участвовавшiя въ дѣлѣ, потеряли 7 убитыми, 29 ранеными и 1 безъ вѣсти пропавшимъ; кромѣ того, ранены 1 казакъ и 2 лошади.

Вслѣдствiе того, что турки послѣ 6 часовъ вечера вновь заняли высоты, съ которыхъ спустился полковникъ Красовскiй, и угрожали авангардной позицiи, генералъ-маiоръ фонъ-Раденъ приказалъ авангарду отойти на новую позицiю, непосредственно впереди бродовъ черезъ рѣчку Кара-Дере, что полковникъ Красовскiй и исполнилъ съ наступленiемъ темноты.

Вечеромъ генералъ-маiоръ фонъ-Раденъ получилъ донесенiе изъ Златарицы отъ маiора 13-го драгунскаго полка Колонтаевскаго о томъ, что послѣднiй прибылъ въ это селенiе по приказанiю своего командира полка для установленiя связи съ Османъ-Базарскимъ отрядомъ. При этомъ маiоръ Колонтаевскiй сообщалъ, что 3 эскадрона драгунъ съ 2 конными орудiями расположены въ Бебровѣ, а эскадронъ драгунъ — въ Еленѣ, а также о томъ, что дорога изъ Беброва въ Златарицу непроходима для артиллерiи и обозовъ.

Въ тотъ же вечеръ, 13 числа, было получено предписанiе Начальника Штаба армiи, что по приказанiю Его Высочества Главнокомандующаго "для единства войскъ, расположенныхъ нынѣ у Тырнова и на Османъ-Базарской дорогѣ отрядъ генералъ-маiора Радена (изъ 11-й пѣхотной и 13-й кавалерiйской дивизiй) подчиняется командиру VIII корпуса генералъ-лейтенанту Радецкому".

Утромъ 14 iюля генералъ-маiоръ Раденъ получилъ предписанiе командира VIII корпуса, по которому кавалерiи его приказано было оставаться на своихъ мѣстахъ, 1-й бригадѣ 11-й пѣхотной дивизiи приказано отойти къ с. Козаревицъ, а всѣ три парка[101] направить черезъ Раховецъ въ Сергювецъ для присоединенiя къ паркамъ VIII корпуса. Въ случаѣ наступленiя большихъ силъ непрiятеля со стороны Османъ-Базара, 1-й бригадѣ 11-й пѣхотной дивизiи съ кавалерiей приказывалось отступить отъ с. Козаревицъ на позицiю впереди Шеремета (5 верстъ къ востоку отъ Тырнова), которую займетъ 14-я пѣхотная дивизiя; отрядъ же генералъ-маiора Эрнрота долженъ оставаться въ Чаиръ-кьоѣ и въ случаѣ наступленiя значительныхъ силъ — дѣйствовать по своему усмотрѣнiю, имѣя въ виду, что 14-я пѣхотная дивизiя займетъ позицiю у Шеремета.

Эти распоряженiя генералъ-лейтенанта Радецкаго были вызваны крайней неопредѣленностью свѣдѣнiй о противникѣ и предположенiемъ, что онъ сосредоточился противъ Кесарово въ значительныхъ силахъ.

Между тѣмъ, всѣ донесенiя, полученныя въ это утро отъ разъѣздовъ, высланныхъ отъ 13-й кавалерiйской дивизiи, указывали на то, что турки оставили свои позицiи противъ Кесарова и удалились на юго-востокъ и востокъ, оставивъ только за д. Демаръ-кьой разъѣзды, поддерживаемые незначительной частью пѣхоты и вооруженными жителями.

Того же 14 числа генералъ-маiоръ Эрнротъ послалъ двѣ летучихъ колонны: полковника Каменскаго изъ 2-го баталiона 43-го пѣхотнаго Охотскаго полка при четырехъ орудiяхъ и взвода гусаръ, — съ приказанiемъ осмотрѣть мѣстность по сторонамъ дороги на Попъ-кьой и развѣдать о путяхъ, ведущихъ отъ д. Посабина (5 верстъ южнѣе д. Ковачицы) къ Османъ-Базарской дорогѣ (между Османъ-Базаромъ и Кесаровымъ), и капитана Ласточкина, изъ 2 ротъ Камчатскаго полка, — для осмотра пути отъ Чаиръ-кьоя на Мансыръ-кьой и Тюрбелеръ — Посабина и захвата брошенныхъ турецкими жителями скота въ названныхъ деревняхъ.

Колоннѣ полковника Каменскаго приказано было вернуться въ Чаиръ-кьой 16 числа.

Кромѣ того, генераломъ Эрнротомъ были приняты мѣры къ исправленiю дороги отъ Чаиръ-кьой на Сыновецъ и Кадя-кьой, на случай движенiя на помощь войскамъ, стоявшимъ на Османъ-Базарской дорогѣ.

Между тѣмъ, маiоръ Самойленко, высланный наканунѣ съ дивизiономъ гусаръ изъ Каранъ-варбовки, расположился бивакомъ у д. Опаки, войдя въ связь съ 8-мъ гусарскимъ Лубенскимъ полкомъ, стоявшимъ въ д. Садина.

Съ разсвѣтомъ 14 числа маiоръ Самойленко выслалъ на Разградъ разъѣздъ изъ полуэскадрона, подъ начальствомъ штабсъ-ротмистра Преженцова, за которымъ впослѣдствiи двинулся съ дивизiономъ къ д. Садинѣ. Штабсъ-ротмистръ Преженцовъ, а затѣмъ и маiоръ Самойленко имѣли перестрѣлку съ аванпостной цѣпью противника, занимавшей высоту къ востоку отъ этой деревни и остановившей дальнѣйшiя ихъ передвиженiя. Во время этой перестрѣлки 4-й эскадронъ потерялъ ранеными двухъ лошадей. Къ ночи маiоръ Самойленко отвелъ свой отрядъ къ д. Гагово. Маiоръ Бородаевскiй, высланный, какъ сказано выше, съ цѣлью проникнуть за дорогу Разградъ — Шумла и ночевавшiй съ эскадрономъ гусаръ въ Попъ-кьоѣ, въ 3 часа утра 14 числа выслалъ впередъ 3 офицерскихъ разъѣзда: два — къ Разграду и одинъ — черезъ Сепетчи къ Эски-Джумѣ. Одинъ изъ разъѣздовъ, слѣдовавшiй черезъ Гайдаръ-кьой къ Разграду, былъ остановленъ турецкою аванпостною цѣпью у д. Спахаларъ. Другой разъѣздъ, прорвавъ турецкую цѣпь между д.д. Сарнасуфларъ и Казаннаръ, обнаружилъ за д. Ени-кьой и у д. Дранфалъ-кьой два небольшихъ бивака, послѣ чего, прорвавшись обратно черезъ турецкую цѣпь, вернулся въ Попъ-кьой. Разъѣздъ, направленный на Эски-Джуму, видѣлъ обозъ, болѣе 600 повозокъ, тянувшiйся отъ д. Кади-Ювренъ къ сѣверу, и обнаружилъ у д. Окмехмедъ-кьой турецкiй лагерь на 2–3 тысячи пѣхоты. Встрѣчаемый во многихъ мѣстахъ выстрѣлами вооруженныхъ жителей, устраивавшихъ засады въ лѣсахъ, деревняхъ и засѣянныхъ поляхъ, разъѣздъ этотъ вернулся въ Попъ-кьой только утромъ 16 числа, потерявъ три четверти своего состава.

Подвижныя колонны полковника Каменскаго и капитана Ласточкина встрѣчали богатыя посѣвы хлѣба всякаго рода, брошенные турками, которыми, однако, воспользоваться не представлялось возможнымъ, такъ какъ болгары, опасаясь мести хозяевъ-турокъ, не рѣшались ихъ убирать. Собравъ въ теченiе 14 и 15 числа довольно значительное количество скота, колонны эти вернулись въ Чаиръ-кьой. Турецкими посѣвами удалось воспользоваться лишь въ окрестностяхъ Чаиръ-кьоя и Драганова; впослѣдствiи болгары заготовляли войскамъ хлѣбъ изъ турецкой пшеницы.

Въ теченiе 15 числа отъ отрядовъ маiоровъ Самойленко и Бородаевскаго, утомленныхъ предшествовавшей дѣятельностью, дальнихъ разъѣздовъ не высылалось.

Разъѣзды, посланные въ тотъ же день утромъ изъ Кесарова, донесли, что д.д. Енжи-кьой и Демаръ-кьой оставлены турками. Высланная впередъ сотня Донского № 13 полка открыла турецкiй лагерь верстахъ въ 10 отъ д. Демаръ-кьой по Османъ-Базарской дорогѣ; къ сѣверу же отъ этой дороги турецкихъ войскъ вовсе не оказалось.

Вечеромъ 15 числа генералъ-маiоръ фонъ-Раденъ получилъ отъ командира VIII корпуса два предписанiя, въ которыхъ говорилось, что "вчерашнее приказанiе расположить 1-ю бригаду 11-й пѣхотной дивизiи у Козаревицъ было отдано въ предположенiи наступленiя значительныхъ силъ противника изъ Османъ-Базара. Въ виду же того, что пока не имѣется достаточныхъ свѣдѣнiй о числѣ непрiятельскихъ войскъ у этого пункта, Его Высочество Главнокомандующiй приказалъ: 1-ю бригаду 11-й пѣхотной дивизiи[102] расположить близъ Джулина[103], то есть вновь выдвинуть впередъ, причемъ для встрѣчи противника выбрать удобную позицiю и укрѣпить ее. Эту позицiю у Джулина имѣть какъ передовую, съ цѣлью, въ случаѣ наступленiя значительныхъ силъ противника отъ Османъ-Базара на Тырново, задержать его, пользуясь тѣмъ, что позицiя будетъ укрѣплена, заставить его развернуть свои силы, но не вдаваться въ рѣшительный бой, а отступать на позицiю у Шеремета, которая будетъ занята 14-ю пѣхотною дивизiею".

Обо всемъ этомъ приказано было сообщить генералъ-маiору Эрнроту, предупредивъ, чтобы онъ, соображаясь съ обстоятельствами, дѣйствовалъ по своему усмотрѣнiю, имѣя, однако, въ виду, что рѣшительный бой будетъ на позицiи впереди Шеремета. Кромѣ того, генералъ-маiору фонъ-Радену было сообщено, что ему подчиняются отряды, прикрывающiе его правый флангъ, а именно: 2½ эскадрона 13-го драгунскаго полка съ двумя конными орудiями у Беброва, одинъ эскадронъ того же полка у Елены и ½ эскадрона драгунъ, сотня лкйбъ-казаковъ и 6-я дружина Болгарскаго ополченiя у Златарицы[104]. Отряду у Златарицы было приказано укрѣпиться.

Получивъ эти приказанiя генералъ-маiоръ фонъ-Раденъ сосредоточил въ д. Джулюницѣ части 1-й бригады 11-й пѣхотной дивизiи, расположенной до того въ Кесаровѣ и Кады-кьоѣ, а также двѣ батареи корпусной артиллерiи и полусотню казаковъ. Прочiя части отрядовъ остались на мѣстахъ прежняго своего расположенiя.

Генералъ-маiоръ Эрнротъ, извѣщенный объ этихъ распоряженiяхъ, получилъ также въ этотъ день извѣщенiе отъ генералъ-лейтенанта Прохорова изъ д. Осикова о прибытiи туда авангарда XIII корпуса. Бѣжавшiй изъ д. Кызылмурада болгаринъ сообщилъ генералъ-маiору Эрнроту, что у Разграда и къ юго-западу отъ него у Кызылмурада сосредоточено отъ 20 до 30 тысячъ турецкихъ войскъ трехъ родовъ оружiя.

Извѣстiе о расположенiи турокъ въ послѣднемъ пунктѣ не подтвердилось. Гусарскiй разъѣздъ выяснилъ, что передовыя турецкiя войска, стоявшiя у этой деревни, отошли къ Разграду въ ночь на 15 число.

Съ прибытiемъ авангарда XIII корпуса въ д. Осиково генералъ-маiоръ Эрнротъ счелъ возможнымъ оставить у д. Гагово лишь одинъ эскадронъ, а другiе два отвести къ Ковачицѣ, для обезпеченiя же связи съ войсками, стоявшими на Османъ-Базарской дорогѣ, 18 числа, въ 3 часа утра, былъ высланъ въ д. Кадя-кьой 1-й баталiонъ 43-го пѣхотнаго Охотскаго полка. О распоряженiяхъ этихъ онъ донесъ генералъ-маiору фонъ-Радену.

Между тѣмъ, этимъ послѣднимъ была получена записка отъ генерала Радецкаго, въ которой настоятельно требовалось освѣщенiе мѣстности по Османъ-Казарской дорогѣ.

Такъ какъ вмѣстѣ съ тѣмъ были получены свѣдѣнiя о занятiи вновь турками д. Джумалы, то генералъ-маiоръ фонъ-Раденъ 18 числа усилилъ свой авангардъ, бывшiй подъ начальсвтомъ генералъ-маiора Бодиско, 1-мъ и 2-мъ баталiонами Селенгинскаго полка, которые должны были принять на себя всю охранительную службу, съ тѣмъ, чтобы кавалерiя могла посвятить себя исключительно развѣдыванiю. Съ тою же цѣлью генералъ-маiоръ Раденъ рѣшилъ выдвинуться по Османъ-Базарской дорогѣ до д. Лейле-кьой, чтобы имѣть въ своихъ рукахъ мѣстность, занимая которую, непрiятель парализовалъ всѣ попытки разъѣздовъ проникнуть къ Османъ-Базару. Считая войска, находившiяся уже на Османъ-Базарской дорогѣ, недостаточными для выполненiя этой задачи, генералъ-маiоръ фонъ-Раденъ испрашивалъ разрѣшенiя притянуть на эту дорогу изъ Чаиръ-кьоя весь отрядъ генерала Эрнрота съ его кавалерiей. Еще до полученiя разрѣшенiя на это отъ генералъ-лейтенанта Радецкаго, начальникъ Османъ-Базарскаго отряда приказалъ генералъ-маiору Эрнроту притянуть къ д. Ковачицѣ и послѣднiй гусарскiй эскадронъ (4-й), еще стоявшiй въ Гаговѣ.

Попытки двухъ офицерскихъ разъѣздовъ, высланныхъ 19 числа генералъ-маiоромъ Бодиско, проникнуть обходными путями за д. Демаръ-кьой успѣха не имѣли.

Послѣ полудня того же числа генералъ-маiоръ фонъ-Раденъ получилъ отъ командира VIII корпуса слѣдующее предписанiе:

"По полученной сегодня телеграммѣ отъ генералъ-лейтенанта барона Криденера, онъ, послѣ боя у Плевны, встрѣтивъ несоразмѣрно превосходныя силы, принужденъ былъ отойти на Булгарени.

"Вслѣдствiе сего Великiй Князь Главнокомандующiй приказалъ: для усиленiя войскъ, занимающихъ Тырновъ, передвинуть отрядъ генералъ-маiора Эрнрота изъ Чаиръ-кьой въ Джулинъ, почему прошу ваше превосходительство немедленно сообщить генералъ-маiору Эрнроту, чтобы онъ завтра, 20 iюля, выступилъ съ отрядомъ изъ Чаиръ-кьоя. 13-й гусарскiй Нарвскiй полкъ присоедините къ дивизiи, но при этомъ непременно держите постоянную связь съ авангардомъ XIII корпуса, расположеннымъ у д. Церковна. Пусть генералъ-маiоръ Эрнротъ донесетъ командиру XIII корпуса, что Главнокомандующiй приказалъ: въ случаѣ наступленiя значительныхъ силъ отъ Османъ-Базара къ Тырнову XIII корпусу подать помощь войскамъ, занимающимъ позицiю у Шеремета; въ случаѣ же наступленiя непрiятеля противъ XIII корпуса, командиръ корпуса долженъ сообщить объ этомъ немедленно мнѣ черезъ ваше превосходительство, съ тѣмъ, чтобы можно было сдѣлать движенiе со стороны Тырнова къ нему на помощь.

"Первой бригадѣ 11-й пѣхотной дивизiи, по прибытiи въ Джулинъ 2-й бригады той же дивизiи, отойти въ Лѣсковецъ, на позицiю впереди Шеремета, и присоединиться ко 2-й бригадѣ 14-й пѣхотной дивизiи. Если ясно обнаружится наступленiе сильнаго непрiятеля со стороны Османъ-Базара, то 13-му драгунскому Военнаго Ордена полку и 6-й дружинѣ отойти отъ Беброва къ Златарицѣ, прикрывая нашъ правый флангъ[105].

"Кромѣ того, какъ и прежде было предположено, не вдаваясь на Джулинской позицiи въ рѣшительный бой, 2-я бригада 11-й пѣхотной дивизiи съ кавалерiей должна отходить съ боемъ на позицiю у Шеремета".

Получивъ это предписанiе, генералъ-маiоръ фонъ-Раденъ приказалъ генералъ-маiору Эрнроту выступить 20 числа въ Джулюницу, направивъ 13-й гусарскiй полкъ въ Кесарово. Для связи съ XIII корпусомъ приказано было оставить лишь одну сотню казаковъ въ д. Кадя-кьой. Генералъ-маiоръ Эрнротъ, во исполненiе этого приказанiя, направилъ свой отрядъ тремя колоннами, выступившими въ тотъ же день утромъ:

1) 43-й пѣхотный Охотскiй полкъ съ легкимъ обозомъ — черезъ д. Кадя-кьой, гдѣ къ нему присоединился 1-й баталiонъ того же полка, къ Джулюницѣ.

2) 44-й пѣхотный Камчатскiй полкъ — черезъ Кралъ-Бунаръ и Лефеджiй также къ Джулюницѣ.

3) Артиллерiя съ тяжелымъ обозомъ подъ прикрытiемъ роты Камчатскаго полка — на Драганово и далѣе къ Казаревицу.

Обозы второй колонны и вся третья колонна прибыли въ назначенные пункты лишь 21 утромъ.

13-й гусарскiй полкъ, эскадроны коего, за исключенiемъ одного, оставленнаго въ Ковачицѣ, были 20 числа вновь направлены въ д. Попъ-кьой для лучшаго наблюденiя за непрiятелемъ, получилъ приказанiе о выступленiи лишь утромъ 20 числа и прибылъ въ Кесарово лишь 21-го. Высланные отъ этого полка три сильныхъ дальнихъ разъѣзда къ д.д. Мехмедъ-кьой, Дранфалъ-кьой и Садинѣ не обнаружили присутствiя сколько нибудь значительныхъ силъ турокъ въ изслѣдованномъ пространствѣ. На обратномъ пути одинъ изъ разъѣздовъ наткнулся на засаду и потерялъ одного рядового и 3 лошадей убитыми, 3 лошадей ранеными.

Части, стоявшiя на Османъ-Базарской дорогѣ, 20 числа не измѣнили своего расположенiя. Лишь къ д. Златарицѣ была направлена сотня Донского казачьяго № 13 полка для усиленiя стоявшихъ тамъ драгунъ.

Вечеромъ, по прибытiи отряда генералъ-маiора Эрнрота, войска Османъ-Базарскаго отряда расположились слѣдующимъ образомъ:

Авангардъ, подъ начальствомъ генералъ-маiора Бодиско, — у Кесарова: 1-й и 2-й баталiоны 41-го пѣхотнаго Селенгинскаго полка, 13 уланскiй Владимiрскiй полкъ, 2½ сотни Донского № 13 полка, 4-я батарея 11-й артиллерiйской бригады и 4 орудiя 20-й конной батареи (всего 2 баталiона, 6½ эскадроновъ и сотенъ, 8 пѣшихъ м 4 конныхъ орудiя).

Главныя силы — у д. Джулюницы: 3-й баталiонъ 41-го пѣхотнаго Селенгинскаго полка, 42-й пѣхотный Якутскiй полкъ, 2-я бригада 11-й пѣхотной дивизiи, 1-я, 3-я и 6-я батареи 11-й артиллерiйской бригады и 4 орудiя Донской № 6 батареи (всего 10 баталiоновъ, ½ сотни, 24 пѣшихъ и 4 конныхъ орудiя).

Тамъ же расположился штабъ отряда и при немъ полусотня казаковъ.

Сотня Донского № 13 полка — у д. Кадя-кьой.

Тяжелый обозъ отряда генералъ-маiора Эрнрота, со 2-й и 5-й батареями 11-й артиллерiйской бригады, подъ прикрытiемъ роты 44-го пѣхотнаго Камчатскаго полка, остался на ночлегѣ въ д. Драганово, откуда долженъ былъ на другой день, 21 числа, слѣдовать въ Козаревицъ.

Лишь съ прибытiемъ 2-й бригады 11-й пѣхотной дивизiи на Османъ-Базарскую дорогу генералъ-маiоръ фонъ-Раденъ получилъ возможность направить въ Лѣсковецъ, какъ о томъ будетъ ниже сказано, 1-ю бригаду этой дивизiи (безъ 1-го и 2-го баталiоновъ 41-го пѣхотнаго Селенгинскаго полка), согласно приказанiю генералъ-лейтенанта Радецкаго, полученному 19 iюля.

Что касается Еленинскаго отряда, то за время съ 8 по 20 iюля положенiе его было таково:

Отрядъ полковника Лермантова, состоявшiй изъ 13-го драгунскаго полка съ 2 конными орудiями, высланный для наблюденiя за Твардицкимъ и Сливенскимъ проходами, 8 iюля былъ расположенъ: 3 эскадрона съ 2 конными орудiями — у Беброва, на укрѣпленной позицiи, и эскадронъ съ тяжелымъ обозомъ — у Елены.

13 iюля для связи съ Османъ-Базарскимъ отрядомъ полковникъ Лермантовъ выставилъ въ д. Златарицѣ полуэскадронъ подъ начальствомъ маiора Колонтаевскаго изъ Елены.

Маiоръ Колонтаевскiй засталъ въ Златарицѣ 3-й баталiонъ 55-го пѣхотнаго Подольскаго полка, производившiй 19 числа рекогносцировку отъ Лѣсковеца къ Златарицѣ, который, переночевавъ въ ночь на 14 число въ этомъ пунктѣ, 14 вернулся въ Лѣсковецъ. 14 числа туда же прибыла сотня лейбъ-казаковъ изъ конвоя Главнокомандующаго, которая и поступила подъ команду маiора Колонтаевскаго. Наконецъ, 15 iюля въ Златарицу прибыла 6-я дружина Болгарскаго ополченiя и общее начальство надъ Златарицкимъ отрядомъ принялъ командиръ дружины маiоръ Бѣляевъ.

15 же числа Елененскiй и Златарицкiй отряды были подчинены начальнику Османъ-Базарскаго отряда генералъ-маiору фонъ-Радену.

Такъ какъ расположенiе полковника Лермантова у Беброва могло быть обойдено турками по болѣе южнымъ дорогамъ отъ Старо-Рѣки черезъ гору Тузлужье и д. Юрюклеръ, выходившимъ прямо къ Дольнему-Марену, то эскадроны, стоявшiе въ Бебровѣ, были отведены на позицiю къ Дольнему-Марену 16 iюля, въ Бебровѣ же оставленъ взводъ драгунъ для охраны жителей отъ хищничества башибузуковъ. Новая позицiя имѣла хорошiй обстрѣлъ и давала возможность дѣйствовать въ конномъ строю, но противъ ея лѣваго фланга находилось высокое плоскогорiе, командовавшее всею позицiею, что заставляло держать тамъ дежурную часть.

Враждебныя дѣйствiя жителей, крайне затруднявшiя развѣдки, вынудили полковника Лермантова просить присылки хотя бы одного баталiона пѣхоты, такъ какъ по свойствамъ мѣстности дѣйствiя кавалерiи были весьма затруднительны. Вслѣдствiе этого командиромъ VIII корпуса было приказано командиру 6-й дружины Болгарскаго ополченiя перейти съ дружиной къ Дольнему-Марену, которая и прибыла къ этому пункту 19 числа.

На усиленiе маiора Колонтаевскаго полковникомъ Лермантовымъ былъ направленъ еще взводъ драгунъ; такимъ образомъ, г. Елена остался занятымъ всего однимъ взводомъ драгунъ.

Прибытiе 6-й дружины позволило полковнику Лермантову посылать ежедневно летучiе отряды изъ дружинниковъ и драгунъ, которые быстро очистили ближайшiя окрестности отъ башибузуковъ.

Одновременно съ выходомъ изъ Златарицы 6-й дружины, то есть 19 числа, сотня лейбъ-казаковъ выступила въ Поликраешти для присоединенiя къ конвою Главнокомандующаго, взамѣнъ чего отъ генералъ-маiора фонъ-Радена была послана сотня Донского № 13 полка изъ Кесарова, которая пришла въ Златарицу 20 числа.

Къ вечеру 20 числа отрядъ полковника Лермантова былъ расположенъ:

3 эскадрона и 2 конныхъ орудiя — на позицiи у Дольняго-Марена, подъ личнымъ начальствомъ полковника Лермантова; взводъ отъ дежурнаго эскадрона съ съ 1-й ротой дружины стоялъ въ Бебровѣ; у Елены находились обозы отряда, подъ прикрытiемъ взвода драгунъ, и у Златарицы — три взвода драгунъ и сотня казаковъ.

Дѣйствiя прочихъ отрядовъ, расположенныхъ противъ турецкой армiи, занимавшей четыреугольникъ крѣпостей, а именно: Журжево-Ольтеницкаго и Нижне-Дунайскаго будутъ изложены ниже.

ГЛАВА V

Событiя на Западномъ фронтѣ отъ 8 до 18 iюля

Расположенiе войскъ генерала Шильдеръ-Шульднера послѣ боя 8 iюля. — Сосредоточенiе IX корпуса въ Бресляницѣ и Болгарени. — Движенiе подкрѣпленiй отъ XI и IV корпусовъ съ 10 по 14 iюля. — Совѣщанiе 14 iюля. — Окончательное сосредоточенiе войскъ въ ожиданiи боя. — Развѣдка Плевненскихъ позицiй съ 12 по 17 iюля. — Дѣйствiя турокъ съ 8 по 17 число. — Дѣйствiя отряда Свиты Е. В. генералъ-маiора Скобелева 2-го съ 10 по 17 iюля. — Совѣщанiе 17 iюля.

(Атласъ, вып. V, №№ 11 и 12)

акъ было сказано въ послѣдней главѣ второго тома, полки IX корпуса генералъ-лейтенанта барона Криденера, принимавшiе участiе въ дѣлѣ 8 iюля, отступили частiю къ Бресляницѣ, частiю же къ Болгарени. Къ Бресляницѣ еще 8 iюля и въ теченiе 9 числа прибыли значительныя подкрѣпленiя изъ Никополя[106]. Туда же 9 числа прибылъ и генералъ Криденеръ со своимъ штабомъ. Генераломъ барономъ Криденеромъ отдано было 9 iюля приказанiе по корпусу, на основанiи котораго войска его заняли оборонительное положенiе, сосредоточившись главной массой у Бресляницы, тыломъ къ Никополю, имѣя отдѣльный отрядъ у Болгарени, для непосредственной обороны пути Плевна — Систово, и часть войскъ въ крѣпости Никополѣ.

Подробности этого расположенiя были слѣдующiя: у Бресляницы — штабъ корпуса (бивакъ у Четырехъ Колодцевъ); подъ начальствомъ генералъ-лейтенанта Шильдеръ-Шульднера: 1-я бригада 5-й пѣхотной дивизiи, 20-й пѣхотный Галицкiй полкъ, стрѣлковыя роты 1-й бригады 31-й пѣхотной дивизiи, 2-й баталiонъ 121-го пѣхотнаго Пензенскаго полка, рота 5-го сапернаго баталiона, сборная команда для саперныхъ работъ, 1-я, 2-я, 4-я, 5-я и 6-я батареи 5-й артиллерiйской бригады и 1-я, 2-я и 6-я батареи 31-й артиллерiйской бригады. Всего 20 баталiоновъ, 7 ротъ, 64 пѣшихъ орудiя.

Впереди 5-й пѣхотной дивизiи былъ выдвинутъ авангардъ къ Роднику-Колесовату подъ начальствомъ командующаго 9-й кавалерiйской дивизiей генералъ-маiора Лашкарева, изъ 123-го пѣхотнаго Козельскаго полка, 9-го уланскаго Бугскаго, Донского казачьяго № 9 полковъ, съ Донскою казачьню № 2 батареею (3 баталiона, 4 эскадрона, 6 сотенъ, 6 орудiй).

У Болгарени: 19-й пѣхотный Костромской полкъ, 5-я батарея 31-й артиллерiйской бригады и Кавказская казачья бригада съ конно-горною батареею. Всего 3 баталiона, 12 сотенъ, 8 пѣшихъ и 6 конно-горныхъ орудiй.

Въ Никополѣ: 1-я бригада 31-й пѣхотной дивизiи и одного баталiона 121-го пѣхотнаго Пензенскаго полка (безъ стрѣлковыхъ ротъ), 3-я и 4-я батареи 31-й артиллерiйской бригады и 3½ сотни Донского казачьяго № 34 полка. Всего 5 баталiоновъ (по 4 роты), 16 пѣшихъ орудiй и 3½ сотни казаковъ.

Такимъ образомъ, войска генерала Криденера расположились въ двухъ группахъ, въ 25-верстномъ разстоянiи одна отъ другой, имѣя позади, въ Никополѣ, резервъ, на который, впрочемъ, нельзя было разсчитывать, такъ какъ занимавшiя Никополь войска служили гарнизономъ, имѣя при этомъ на рукахъ большое число еще не эвакуированныхъ плѣнныхъ.

Наконецъ, въ Систовѣ, въ 30 верстахъ позади Болгарени, находился 124-й пѣхотный Воронежскiй полкъ съ 3-ю батареею 5-й артиллерiйской бригады, оставленные для прикрытiя переправы.

За время съ 10 по 17 iюля въ расположенiи войскъ генералъ-лейтенанта Криденера были произведены слѣдующiя измѣненiя: 19-й пѣхотный Костромской полкъ съ 5-й батареей 31-й артиллерiйской бригады выступилъ въ Никополь изъ с. Болгарени 12 iюля, слѣдуя на Пятикладенцы и д. Вабель, куда и прибылъ 14 числа.

По прибытiи Костромского полка въ Никополь, изъ этой крѣпости выступилъ 15 iюля 121-й пѣхотный Пензенскiй полкъ со штабомъ 31-й пѣхотной дивизiи и 1-й, 2-й и 3-й батареями 31-й артиллерiйской бригады и перешелъ въ Бресляницу. Замѣна Костромского полка Пензенскимъ вызывалась крайнимъ разстройствомъ перваго изъ нихъ, сильно пострадавшаго и въ матерiальномъ отношенiи, что затрудняло несенiе полкомъ полевой службы (въ день боя 8 iюля полкъ лишился ранцевъ и части шинелей). Вслѣдствiе значительныхъ потерь, понесенныхъ полкомъ, онъ временно былъ переформированъ въ два баталiона.

Расположенiе IX корпуса прикрывалось: сотней Донского казачьяго № 34 полка, занимавшей посты фронтомъ къ западу, по рѣкѣ Виду, отъ устья вверхъ до с. Гулянцы; Донскимъ № 9 полкомъ, двѣ сотни котораго наблюдали рѣку Видъ между Гулянцами и Кретой, а четыре сотни содержали посты и разъѣзды отъ с. Крета до большой дороги изъ Бресляницы въ Плевну, фронтомъ къ Плевнѣ. Пространство между этою дорогою и селомъ Турскимъ-Трестеникомъ наблюдалось 9-мъ уланскимъ Бугскимъ полкомъ, которому была придана Донская казачья № 2 батарея. Общiй фронтъ охраненiя доходилъ до 35 верстъ.

Дороги изъ Плевны и Ловчи, лѣвѣе Турскаго-Трестеника (къ югу), наблюдались Кавказской сводной бригадой. Бригада до 10 iюля находилась въ Болгарени, по приказанiю князя Шаховского перешла въ Караагачъ-Болгарскiй, откуда 15-го была двинута къ Дренову, 16-го ходила къ Ловчѣ и ночевала въ Пелишатѣ, а 17-го перешла въ Боготъ. Перемѣщенiя эти были вызваны желанiемъ прикрыть сосредоточивающiяся войска XI и IV корпусовъ со стороны Ловчи и необходимостью лучшаго наблюденiя за Плевной съ южной и юго-восточной сторонъ.

Силы, которыми распоряжелся генералъ-лейтенантъ баронъ Криденеръ, были достаточны для удержанiя турокъ въ случаѣ наступленiя ихъ къ Никополю или къ Систовской переправѣ. Для того же, однако, чтобы "скорѣе покончить съ Плевной", какъ того непремѣнно желалъ Главнокомандующiй, для обезпеченiя дальнѣйшаго безостановочнаго наступленiя за Балканы, — было необходимо усилить генерала Криденера.

Какъ уже изложено въ главѣ первой настящаго тома, немедленно, по полученiи вечеромъ 8 iюля телеграммы о неудачномъ исходѣ боя этого дня подъ Плевной, Главнокомандующимъ было рѣшено отправить на поддержку генерала Криденера, во-первыхъ, тѣ изъ частей IV корпуса, которыя уже переправились черезъ Дунай (1-я бригада 30-й пѣхотной дивизiи съ 1-й, 5-й и 6-й батареями 30-й артиллерiйской бригады); во-вторыхъ, одну пѣхотную и одну кавалерiйскую бригаду XI корпуса, съ двумя пѣшими и двумя конными батареями (1-я бригада 32-й пѣхотной дивизiи съ 1-й, 3-й, 4-й и 6-й батареями) 32-й артиллерiйской бригады отъ Драганова и 1-я бригада 11-й кавалерiйской дивизiи съ 18-й конной и Донской казачьей № 8 батареями отъ с. Чаиръ-кьой. Всего на подкрѣпленiе генералъ-лейтенанту Криденеру разсчитывалось направить 12 баталiоновъ, 8 эскадроновъ, 56 пѣшихъ и 12 конныхъ орудiй[107]. Командованiе всѣми войсками, высылавшимися къ Плевнѣ, было возложено на командира XI армейскаго корпуса генералъ-лейтенанта князя Шаховского.

Еще 11 iюля баронъ Криденеръ не зналъ точно о подчиненности ему князя Шаховского. Въ этотъ день онъ, между прочимъ, телеграфировалъ Главнокомандущему:

"Я стою обезпеченно на позицiи въ связи съ Тутолминымъ; ожидаю лишь подкрѣпленiй для взятiя Плевны, у которой турки укрѣпили и безъ того трудно доступную позицiю… Кому ввѣрите общее начальство надъ всѣми войсками, направленными на Плевну".

Положенiе разъяснилось окончательно 12 iюля, когда Начальникъ Штаба армiи телеграфировалъ барону Криденеру: "Великiй Князь Главнокомандующiй поручаетъ командованiе всѣми войсками вашему превосходительству, какъ старшему".

Движенiе подкрѣпленiй, направленныхъ генералу Криденеру, происходило слѣдующимъ порядкомъ: 10 iюля бригада 11-й кавалерiйской дивизiи перешла изъ Чаиръ-кьоя въ Борушъ, бригада же 32-й пѣхотной дивизiи, которая должна была по маршруту дойти до с. Никюпъ-Старый, не успѣла этого выполнить, будучи задержана на бродѣ черезъ р. Янтру. 1-я бригада 30-й пѣхотной дивизiи съ тремя батареями въ этотъ день не успѣла выступить изъ Царевица. Въ теченiе 11, 12 и 13 чиселъ названныя здѣсь части XI и IV корпусовъ продолжали свое движенiе къ Плевнѣ; 1-я бригада 32-й пѣхотной дивизiи, выступивъ 10 изъ Драганова, дошла 11 числа до с. Яйджiй, 12 — до Чаушки-Махала, гдѣ остановилась. 1-й бригада 30-й пѣхотной дивизiи прибыла 11 числа со своими батареями къ с. Овча-Могила, 12 — къ Чаушка-Махала, гдѣ соединилась съ бригадой 32-й пѣхотной дивизiи. Бригада 11-й кавалерiйской дивизiи 11 числа прибыла къ с. Овча-Могила, 12 — къ с. Чаушка-Махала и 13 расположилась въ Болгарскомъ-Караагачѣ. Того же числа въ послѣднiй пунктъ вслѣдствiе приказанiя князя Шаховского перешла изъ Болгарени Кавказская казачья бригада. Такимъ образомъ, къ вечеру 13 числа войска князя Шаховского сблизились съ войсками генерала Криденера на разстоянiе менѣе перехода.

Въ этотъ же день Главнокомандующiй приказалъ и другой бригадѣ 30-й пѣхотной дивизiи, уже переправившейся къ этому времени черезъ Дунай и достигшей Царевицы, свернуть на Плевну для присоединенiя къ войскамъ князя Шаховского. Во исполненiе этого 2-я бригада 30-й пѣхотной дивизiи и выступила изъ Царевицы на Плевну 13 числа въ 8 часовъ вечера.

Съ приближенiемъ указанныхъ подкрѣпленiй генералу Криденеру представлялось необходимымъ для дальнѣйшаго направленiя войскъ къ Плевнѣ и предварительныхъ распоряженiй къ ожидавшемуся бою войти въ личныя сношенiя съ командиромъ XI корпуса княземъ Шаховскимъ. 13 числа въ штабъ XI корпуса прибылъ нарочный отъ генерала Криденера съ предписанiемъ прiостановить движенiе XI корпуса, а командиру его, князю Шаховскому, прибыть въ Бресляницу для личныхъ переговоровъ. Согласно этому командиръ XI корпуса выѣхалъ въ Бресляницу въ ночь на 14 число; пѣхотѣ же своей, сосредоточенной у Чаушка-Махала, приказалъ въ теченiе 14 iюля передвинуться на 6 верстъ впередъ, съ цѣлью стать по обѣ стороны моста черезъ рѣку Осму, нѣсколько сзади с. Вино. Этимъ и имѣлось въ виду облегчить дальнѣйшее наступленiе войскъ на Плевну.

Свѣдѣнiя о противникѣ, добытыя за время съ 9 по 14 число, указывали на то, что Османъ-паша, въ общемъ, не измѣнилъ своего расположенiя, оставаясь у Плевны и укрѣпляя свои позицiи къ сѣверу и востоку отъ этого города. 13 числа распоряженiемъ барона Криденера на разсвѣтѣ офицерами генеральнаго штаба IX армейскаго корпуса были произведены развѣдки расположенiя противника подъ Плевною и всей прилежащей мѣстности съ сѣверной и восточной сторон[108]. Въ развѣдкахъ этихъ приняли участiе и артиллерiйскiе офицеры. Какъ оказалось, съ сѣверной стороны турки не имѣли аванпостной цѣпи, съ восточной же стороны была выставлена лишь рѣдкая пѣшая цѣпь. Вслѣдствiе этого представилась возможность подходить къ турецкой позицiи на 800 и даже на 700 саженей. Съ сѣвера подъемъ на позицiю турокъ оказался крутъ, причемъ центральная часть ихъ позицiй оказалась хорошо укрѣпленной; правый флангъ опирался на редутъ, а лѣвый, подходившiй къ с. Опанцу, укрѣпленъ не былъ.

Офицерами генеральнаго штаба XI корпуса была произведена 13 iюля развѣдка дорогъ на Плевну, выяснившая, что особыхъ препятствiй для движенiя къ Плевнѣ съ востока и юго-востока не имѣлось. Эти свѣдѣнiя, а также добытыя кавалерiей IX армейскаго корпуса и отрядомъ генералъ-маiора Скобелева 2-го, въ составъ котораго вошла Кавказская казачья бригада, были подвергнуты обсужденiю на совѣщанiи 14 числа.

Генералъ баронъ Криденеръ 14 iюля прибылъ на бивакъ къ с. Бресляницѣ, куда для совѣщанiя собрались командиръ XI корпуса князь Шаховской, начальникъ 5-й пѣхотной дивизiи генералъ-лейтенантъ Шильдеръ-Шульднеръ, командующiй 9-й кавалерiйской дивизiей генералъ-маiоръ Лашкаревъ, начальникъ артиллерiи IX армейскаго корпуса генералъ-маiоръ Калачовъ, командиръ 5-й артиллерiйской бригады генералъ-маiоръ Похитоновъ и начальники штабовъ IX и XI корпусовъ — генералъ-маiоръ Шнитниковъ и полковникъ Бискупскiй и присланный изъ Главной Квартиры Свиты Е. В. генералъ-маiоръ князь Имеретинскiй.

Численность русскихъ войскъ, назначенныхъ для дѣйствiя противъ Плевны, вмѣстѣ со всѣми направленными уже подкрепленiями, опредѣлена на совѣщанiи около 24.000 штыковъ и 2.200 сабель при 140 орудiяхъ. Что касается турокъ, то силы Плевненскаго гарнизона, на основанiи свѣдѣнiй, главнымъ образомъ доставленныхъ кавалерiей, добытыхъ ею по преимуществу путемъ опроса мѣстныхъ жителей, были опредѣлены въ 50–60 тысячъ при 60–75 орудiяхъ[109].

Въ виду несоразмѣрности силъ баронъ Криденеръ не рѣшился взять на себя отвѣтственность за начало новаго дѣла подъ Плевной и тотчасъ же по окончанiи совѣщанiя послалъ Главнокомандующему слѣдующее донесенiе:

"По свѣдѣнiямъ, полученнымъ изъ разныхъ источниковъ, число турецкихъ войскъ въ Плевно, возрастая съ каждымъ днемъ, дошло къ сему 14 iюля отъ 50 до 60 тысячъ, изъ которыхъ болѣе 40 таборовъ низама, нѣсколько эскадроновъ регулярной кавалерiи и большое число черкесовъ и башибузуковъ, стекающихся въ Плевно со всѣхъ сторонъ. При этихъ силахъ имѣется, по послѣднимъ свѣдѣнiямъ, отъ 60 до 75 орудiй. Непрiятель занимаетъ весьма сильную, по условiямъ мѣстности, позицiю, простирающуюся по высотамъ, окружающимъ Плевно съ сѣвера и востока отъ д. Опанецъ до д. Гривица, а съ южной стороны Плевно, у д. Радишева, которую онъ еще укрѣпляетъ устройствомъ батарей и ложементовъ. Мы же, съ прибытiемъ въ Богарени частей войскъ IV и XI корпусовъ, будемъ имѣть для атаки этой позицiи около 26.000 при 140 орудiяхъ, считая въ этомъ числѣ и вновь направленную сюда бригаду бригаду 30-й пѣхотной дивизiи. На совѣщанiи сего числа въ д. Бресляницѣ съ командиромъ XI армейскаго корпуса генералъ-лейтенантомъ княземъ Шаховскимъ, причемъ присутствовали начальники 5-й пѣхотной дивизiи и 9-й кавалерiйской дивизiи, начальникъ артиллерiи IX армейскаго корпуса и начальники штабовъ обоихъ корпусовъ, былъ прежде всего поставленъ вопросъ: слѣдуетъ ли, при вышеозначенныхъ условiяхъ, немедленно атаковать Плевно, или испросить на то окончательное повелѣнiе Вашего Императорскаго Высочества.

"Въ виду того, что при такой несоразмѣрности силъ взятiе Плевны стоило бы несоразмѣрно большихъ жертвъ, а неудача могла бы имѣть крайне вредныя послѣдствiя на общiй ходъ военныхъ дѣйствiй, рѣшено, несмотря на доблестный духъ войскъ, готовыхъ на всевозможныя жертвы, испросить предварительно окончательное повелѣнiе.

"Если же таковое послѣдуетъ, то наступленiе на Плевну предположено вести немедленно по полученiи онаго съ восточной и юго-восточной сторонъ города, какъ наиболѣе важныхъ въ стратегическомъ отношенiи и наиболѣе доступныхъ въ тактическомъ. Большею же частью кавалерiи съ конною артиллерiю имѣется въ виду, переведя ее за р. Видъ у Рыбно, дѣйствовать на пути сообщенiй непрiятеля съ Софiею и Виддиномъ".

Отвѣтъ на это донесенiе былъ полученъ лишь 16 iюля.

Главнокомандующiй телеграфировалъ: "Планъ вашей атаки Плевны одобряю, но требую, чтобы до атаки пѣхоты непрiятельская позицiя была сильно обстрѣляна артиллерiйскимъ огнемъ".

Указанiе Главнокомандующаго на необходимость использовать въ возможно полной мѣрѣ превосходство генерала Криденера надъ противникомъ въ кавалерiи и артиллерiи не было единственнымъ.

Еще въ предписанiи отъ 13-го iюля Начальникъ Штаба указывалъ отъ имени Главнокомандующаго о необходимости содѣйствовать атакѣ кавалерiей и конной артиллерiей, которая могла бы обстрѣливать противника съ фланга и съ тыла. 16-го iюля онъ же указывалъ генералу Криденеру: "Сдѣлайте всѣ необходимыя распоряженiя немедленно и начните дѣло сильнѣйшимъ артиллерiйскимъ огнемъ, чтобы вполнѣ воспользоваться превосходствомъ вашимъ въ артиллерiи", и далѣе — "Великiй Князь особенное вниманiе обращаетъ на то, что вы имѣете до 150 орудiй и что ими слѣдуетъ воспользоваться съ тѣмъ, чтобы разгромить противника, употребя для этого хотя бы цѣлыя сутки, и затѣмъ наступать пѣхотою".

Въ этотъ день, 14 числа, 19-й Костромской полкъ, продолжая движенiе, начатое 12 числа, прибылъ къ Никополю, гдѣ и поступилъ въ распоряженiе коменданта крѣпости генерала Столыпина. Штабъ XI корпуса перешелъ въ Болгарени, а пѣхота, какъ сказано уже, подвинулась верстъ на 6 впередъ и расположилась по обѣ стороны моста черезъ р. Осму, причемъ 1-я бригада 30-й пѣхотной дивизiи стала на берегу нѣсколько позади с. Вино, а 1-я бригада 32-й пѣхотной дивизiи — на правомъ берегу рѣки у самаго моста.

15 iюля 121-й Пензенскiй полкъ со штабомъ 31-й пѣхотной дивизiи и 1-й, 2-й и 3-й батареями 31-й артиллерiйской бригады, по смѣнѣ его прибывшимъ въ Никополь 19-мъ пѣхотнымъ Костромскимъ полкомъ съ 5-ю батареею 31-й артиллерiйской бригады, перешелъ въ Бресляницу. Туда же перешелъ 16 числа изъ Никополя 122-й пѣхотный Тамбовскiй полкъ съ 4-ю батареею 31-й артиллерiйской бригады. Никополь же былъ занятъ румынами.

Въ войскахъ князя Шаховского въ теченiе 15 числа произведены слѣдующiя перемѣщенiя: 1) штабъ XI корпуса, 1-я бригада 32-й пѣхотной дивизiи и 1-я бригада 30-й пѣхотной дивизiи перешли на бивакъ къ с. Болгарскiй-Караагачъ, 2) 2-я бригада 30-й пѣхотной дивизiи расположилась у самаго моста черезъ р. Осму, 3) 1-я бригада 11-й кавалерiйской дивизiи перешла въ Пордимъ, выдвинувъ авангардъ изъ трехъ эскадроновъ и 1-й батареи къ д. Пелишатъ и 4) Кавказская казачья бригада въ этотъ день перешла къ Дренову, въ десяти верстахъ къ юго-востоку отъ Пордима.

Съ цѣлью бóльшаго сближенiя IX корпуса съ войсками князя Шаховского баронъ Криденеръ отдалъ 16 iюля слѣдующее приказанiе:

"Части войскъ, находящiяся на позицiи у Бресляницы, перейдутъ сегодня послѣ обѣда: 121-й пѣхотный Пензенскiй полкъ съ 1-й, 2-й и 3-й батареями 31-й артиллерiйской бригады, за нимъ, по прибытiи изъ Никополя, 122-й пѣхотный Тамбовскiй полкъ съ 4-ю батареею 31-й артиллерiйской бригады — на позицiю у Бресляницы, 123-й пѣхотный Козловскiй полкъ съ 6-ю батареею 31-й артиллерiйской бригады, подъ начальствомъ генералъ-лейтенанта Вельяминова, — въ д. Коюловцы, гдѣ и расположится на позицiи фронтомъ къ сторонѣ Плевны.

"5-я пѣхотная дивизiя, за исключенiемъ 19-го пѣхотнаго Костромского полка, съ 5-ю артиллерiйскою бригадою, за исключенiемъ 3-й батареи, съ 1-ю ротою 5-го сапернаго баталiона и сводною саперною командою, подъ начальствомъ генералъ-лейтенанта Шильдеръ-Шульднера, — въ Турскiй-Трестеникъ, гдѣ и станутъ на позицiи къ сторонѣ Плевно.

"Бригада 9-й кавалерiйской дивизiи, подъ начальствомъ генералъ-лейтенанта[110] Лашкарева, остается на мѣстѣ на авангардной позицiи передъ Бресляницею и содержитъ попрежнему разъѣзды и посты къ сторонѣ Плевны, стараясь при этомъ постоянно находиться въ соприкосновенiи съ непрiятелемъ. Обозы перваго и второго разрядовъ и дивизiонные лазареты слѣдуютъ съ войсками, обозы третьяго разряда и парки направляются отъ д. Маселiу въ д. Турскiй-Трестеникъ по большой дорогѣ, ближайшей къ лѣвой сторонѣ р. Осмы.

"122-й пѣхотный Тамбовскiй полкъ, съ 4-ю батареею 31-й артиллерiйской бригады, съ прибытiемъ изъ Никополя становится на позицiи у д. Бресляницы и подчиняется также генералъ-лейтенанту Лашкареву. 19-й пѣхотный Костромской полкъ и 5-я батарея 31-й артиллерiйской бригады остаются въ Никополѣ. 3 сотни Донского казачьяго № 34 полка содержатъ попрежнему разъѣзды и посты по нижнему теченiю р. Видъ и къ сторонѣ Рахова".

Передвиженiя эти были произведены для сближенiя съ войсками князя Шаховского въ виду предположенной атаки на Плевну съ южной и юго-восточной сторонъ, а также для лучшаго пркрытiя пути изъ Плевны въ Бѣлу и на Систовъ, на который теперь бвзировался генералъ Криденеръ.

Войска князя Шаховского 16 iюля перешли: 1) штабъ XI корпуса и 1-я бригады 32-й и 30-й дивизiй съ четырьмя батареями 32-й и двумя батареями 30-й артиллерiйскихъ бригадъ изъ Болгарскаго-Караагача въ Пордимъ; 2) 2-я бригада 30-й пѣхотной дивизiи со штабомъ и тремя батареями заняла позицiю у с. Болгарскаго-Караагача, въ восьми верстахъ отъ Пордима; 3) 1-я бригада 11-й кавалерiйской дивизiи съ двумя конными батареями стала къ западу отъ Пордима (въ 4 верстахъ), между д. д. Сгаловецъ и Пелишатъ; 4) обозы третьяго разряда, подъ прикрытiемъ двухъ ротъ Курскаго полка, передвинулись къ мосту на рѣкѣ Осмѣ, что на большой дорогѣ Систовъ — Плевна; 5) подвижные дивизiонные лазареты 30-й и 32-й пѣхотныхъ дивизiй — въ Караагачъ-Болгарскiй.

Одновременно съ направленiемъ подкрѣпленiй генералъ-лейтенанту Криденеру Главнокомандующiй принялъ мѣры къ возстановленiю связи между войсками, стоявшими подъ Плевной, и главными силами дѣйствующей армiи, расположенными въ окрестностяхъ Тырнова. Съ уходомъ Кавказской бригады къ Никополю, а затѣмъ къ Плевнѣ и Булгарени, на обширномъ пространствѣ между Плевной и Тырновымъ находились въ Сельви, Ловчѣ и Тырновѣ лишь слабые казачьи отряды подъ общимъ начальствомъ флигель-адъютанта, полковника Жеребкова (4½ сотни, 2 орудiя)[111]. 10 iюля части этого отряда, за исключенiемъ сотни лейбъ-гвардiи Казаьчго полка, были подчинены подполковнику Бакланову, командовавшему 23-мъ Донскимъ казачьимъ полкомъ, который, по приказанiю Великаго Князя Главнокомандующаго, присоединивъ къ ввѣренному ему отряду сотню своего полка и остальную полусотню Владикавказско-Осетинскаго полка, долженъ былъ выступить черезъ Сельви и Ловчу на Плевну.

Для возстановленiя нарушенной связи, а также для прикрытiя путей, ведущихъ изъ Плевны на Тырново, Сельви и Ловчу, Великiй Князь приказалъ соединить Кавказскую бригаду съ отрядомъ подполковника Бакланова и подчинить ихъ генералу Скобелеву 2-му. Послѣднему было предписано, ставъ во главѣ Кавказской казачьей бригады, принять мѣры для достиженiя общей связности дѣйствiй какъ между собою, такъ равно съ войсками генералъ-лейтенантовъ барона Криденера и князя Шаховского, которымъ онъ, Скобелевъ, подчиняется. Для исполненiя должности начальника штаба отряда былъ назначенъ генеральнаго штаба полковникъ Паренсовъ. Ближайшей цѣлью дѣйствiй своднаго казачьяго отряда, кромѣ прикрытiя путей, указанныхъ выше, ставилось раскрытiе силъ противника у Плевны. Для свѣдѣнiя генералу Скобелеву было также сообщено, что г. Сельви будетъ занятъ полкомъ отъ 2-й бригады 9-й пѣхотной дивизiи. Во исполненiе сказаннаго 13 iюля Кавказская казачья бригада перешла, распоряженiемъ князя Шаховского, изъ Болгарени въ Караагачъ-Болгарскiй, куда на другой день прибылъ и генералъ Скобелевъ 2-й. Въ этотъ же день баронъ Криденеръ получилъ слѣдующую телеграмму Главнокомандующаго:

"По свѣдѣнiямъ, сейчасъ полученнымъ, турки изъ Плевно въ большихъ силахъ вчера двинулись на Ловчу; не теряйте ихъ изъ виду кавалерiей, а пѣхотой атаковать и не допустить ихъ до Сельви, если туда направятся. А то гоните ихъ по пятамъ. Князя Шаховского увѣдомите о томъ и прикажите немедленно ему идти туда же преслѣдовать, если дѣйствительно окажется, что непрiятель двигается на Ловчу".

Вслѣдствiе этой телеграммы баронъ Криденеръ приказалъ генералу Скобелеву 2-му утромъ 15 числа двинуться отъ Болгарскаго-Караагача черезъ Дреново на Ловчу. Выступивъ въ тотъ же день, Кавказская бригада къ вечеру перешла въ Дреново, гдѣ было получено извѣстiе, что, по слухамъ, турецкiй отрядъ Эдина-паши, силою 4–5 таборовъ, занялъ Ловчу, которую, какъ будетъ сказано ниже, подполковникъ Баклановъ въ виду несоразмѣрности силъ очистилъ послѣ незначительной перестрѣлки.

Тотчасъ же по прибытiи въ Дреново отъ Кавказской казачьей бригады были высланы полусотенные разъѣзды для противодѣйствiя партiямъ башибузуковъ, которые, ободренные прибытiемъ турецкихъ войскъ въ Ловчу, наводнили окрестности этого города и начали жечь деревни и рѣзать болгаръ. Съ появленiемъ разъѣздовъ Кавказской бригады башибузуки вынуждены были скрыться въ Ловчу.

Между тѣмъ, отрядъ подполковника Бакланова, прибывшiй 13 числа въ Ловчу, былъ атакованъ 15 числа турками со стороны Плевны. Уже 13 числа казачiй разъѣздъ, высланный отъ Ловчи къ Плевнѣ, наткнулся у деревень Сотюво и Залково на черкесовъ, которые встрѣтили его выстрѣлами, причемъ были убиты начальникъ разъѣзда хорунжiй Гурбановъ и одинъ казакъ и ранены два казака.

15 iюля, около 6 часовъ утра, показался по дорогѣ изъ Плевны на Ловчу турецкiй отрядъ изъ всѣхъ родовъ оружiя. Подполковникъ Баклановъ вышелъ на позицiю впереди Ловчи, чтобы раскрыть силы непрiятеля. Турки, подойдя, развернулись и открыли огонь изъ 6 орудiй; подполковникъ Баклановъ отвѣчалъ изъ имѣвшихся въ его отрядѣ 2 конныхъ орудiй, но выстрѣлы послѣднихъ вслѣдствiе большой дальности не достигали противника. Простоявъ до 7 часовъ утра подъ артиллерiйскимъ огнемъ и опредѣливъ силы непрiятеля около 5 баталiоновъ и 6 орудiй, подполковникъ Баклановъ отступилъ и остановился на позицiи въ верстахъ 10 позади Ловчи по дорогѣ въ Сельви. Объ отступленiи своемъ онъ донесъ генералу Скобелеву 2-му, а командира Брянскаго полка просилъ выдвинуть изъ Сельви въ видѣ репли баталiонъ къ д. Акинджиларъ. Въ ночь съ 15 на 16 подполковникъ Баклановъ ушелъ въ Сельви, чтобы запастись провiантомъ, и къ утру 16 вернулся на занятую имъ до того позицiю.

Кавказская казачья бригада выступила изъ Дренова 16 числа, въ 5 часовъ утра, на Дойренцы къ Ловчѣ съ цѣлью выяснить силы и расположенiе перешедшаго сюда отряда турокъ. Производство самой развѣдки генералъ Скобелевъ взялъ на себя лично съ 3 сотнями Кубанскаго казачьяго полка и 2 орудiями, слѣдовавшими въ авангардѣ. Полковникъ Тутолминъ съ остальными частями бригады составилъ резервъ и двигался позади.

Въ видахъ большей скрытности движенiя, отрядъ генерала Скобелева отъ с. Дойренцы свернулъ вправо и, направившись глубокою лощиною, обогнулъ с. Павликяне и вышелъ на Плевненское шоссе въ полутора верстахъ отъ окраины г. Ловчи.

Выдвинувъ два орудiя на позицiю и приказавъ имъ открыть огонь, генералъ Скобелевъ расположилъ въ первой линiи три авангардныя сотни; остальныя же 9 сотенъ Кавказской бригады, составлявшiя главныя силы отряда, были остановлены нѣсколько позади. Турки немедленно же отвѣтили частымъ артиллерiйскимъ огнемъ, послѣ чего развернули боевой порядокъ и тѣмъ выказали свое расположенiе на позицiи. Видя, что снаряды далеко не долетаютъ, и въ то же время будучи не въ состоянiи, по мѣстнымъ условiямъ, продвинуться впередъ, Скобелевъ приказалъ прекратить огонь, оставаясь въ вижидательномъ положенiи. Между тѣмъ, турки сами перешли въ наступленiе, но довели его лишь до дистанцiи хорошаго ружейнаго выстрѣла. Простоявъ около 2 часовъ на позицiи и опредѣливъ силы турокъ въ 3–4 тысячи пѣхоты при 10–15 орудiяхъ (не считая башибузуковъ и черкесовъ), генералъ Скобелевъ 2-й приказалъ начать медленно отходить уступами, причемъ въ виду возможности атаки черкесовъ на правый флангъ, сюда была выдвинута остальная часть бригады Тутолмина. На лѣвомъ флангѣ боевого расположенiя отряда мѣстность давала возможность задерживать турокъ огнемъ спѣшенныхъ частей. Въ виду этого находившимся здѣсь сотнямъ приказано было спѣшиться и, удерживая наступленiе противника ружейнымъ огнемъ, вмѣстѣ съ тѣмъ обезпечить отступленiе орудiй, которыя приходилось по одному вытягивать по двумъ узкимъ мостикамъ, перекинутымъ черезъ неширокiе, но топкiе ручьи. Останавливаясь и удерживаясь на рядѣ позицiй, къ 3 часамъ пополудни отрядъ генерала Скобелева отошелъ къ д. Пелишатъ, гдѣ и расположился на ночлегъ вблизи 1-й бригады 11-й кавалерiйской дивизiи. Потеря отряда состояла изъ двухъ раненыхъ казаковъ.

Въ то время, какъ отрядъ генерала Скобелева производилъ развѣдку Ловчи съ сѣвера, отрядъ подполковника Бакланова дѣйствовалъ на шоссе Сельви — Ловча.

Желая вызвать турокъ изъ города Баклановъ нѣсколько разъ переходилъ въ наступленiе; тамъ тотчасъ же поднималась тревога, войска занимали позицiи, но ограничивались выжиданiемъ, не дѣлая ни одного выстрѣла. При этомъ замѣчено, что высоты къ сторонѣ города Сельви укрѣплены ложементами, орудiй видно не было, артиллерiю турки держали на позицiи по дорогѣ въ Плевну, куда, повидимому, было обращено все вниманiе ихъ.

Подполковникъ Баклановъ зналъ, по слухамъ отъ болагръ, что въ ночь казаки ходили къ Ловчѣ съ сѣвера и въ теченiе 2 часовъ вели артиллерiйскую перестрѣлку.

Сношенiй этого отряда съ отрядомъ Скобелева въ послѣднiе дни не было и только 16-го подполковникъ Баклановъ посылаетъ отъ себя съ этой цѣлью разъѣздъ.

Между тѣмъ, въ ожиданiи окончательнаго сосредоточенiя всѣхъ войскъ, предназначенныхъ къ атакѣ Плевны, генералъ-лейтенантъ баронъ Криденеръ принялъ новый рядъ мѣръ для выясненiя расположенiя противника у этого пункта. 15 числа было сдѣлано распоряженiе о производствѣ поиска на лѣвой сторонѣ р. Видъ казачьимъ отрядомъ (1-я, 3-я, 5-я и 6-я сотни Донского казачьяго № 9 полка съ 1-мъ взводомъ Донской № 2 батареи) подъ начальствомъ начальника штаба 9-й кавалерiйской дивизiи полковника Макшеева-Машонова или другого лица, по усмотрѣнiю командующаго 9-й кавалерiйскою дивизiею, но непременно при участiи названнаго штабъ-офицера.

Полковнику Макшееву было приказано сдѣлать рекогносцировку турецкихъ позицiй у с. Опанца и вообще вдоль лѣваго берега р. Видъ, а также собрать всѣ данныя объ удобнѣйшемъ направленiи большой кавалерiйской части, на которую можетъ быть возложено дѣйствiе въ тылу непрiятеля.

Рѣку Видъ отрядъ долженъ былъ перейти у д. Рыбно на разсвѣтѣ 16 числа и двинуться далѣе на Софiйское шоссе къ с. Дольнiй-Дубнякъ. Въ видахъ обезпеченiя обратнаго возвращенiя отряда и переправъ у с. Рыбина и Кацамуница были назначены 1-я стрѣлковая и 2-я линейная роты 20-го пѣхотнаго Галицкаго полка, смѣненныя затѣмъ ротами 122-го пѣхотнаго Тамбовскаго полка.

Выступивъ съ бивака у Колесовата на с. Рыбно, отрядъ полковника Макшеева достигъ его въ два часа пополуночи на 16 число и, перейдя здѣсь р. Видъ, направился балкою къ с. Смаретъ-Трестеникъ и далѣе къ с. Горное-Метрополье. Подходя къ Метрополью, разъѣзды дали знать о движенiи транспорта; немедленно же были выдвинуты двѣ сотни, которыя встрѣчены огнемъ прикрытiя транспорта. Завязалась перестрѣлка, продолжавшаяся ¼ часа, и транспортъ въ составѣ 13 повозокъ съ сѣномъ былъ захваченъ.

Изъ Горнаго-Метрополья отрядъ двинулся на Дольнiй-Дубнякъ. Подходя къ селенiю, разъѣзды вновь донесли о движенiи еще одного транспорта; высланная впередъ сотня встрѣчена выстрѣлами изъ-за кустовъ южнѣе Софiйскаго шоссе, причемъ были ранены два казака (1 смертельно).

Въ 12½ часовъ утра отрядъ полковника Макшеева-Машонова отошелъ по прежнему направленiю черезъ с. Метрополье на д. Рыбно. На д. Опанецъ имъ былъ высланъ лишь офицерскiй разъѣздъ подъ командою корнета 9-го Бугскаго уланскаго полка Ратовскаго для осмотра моста у с. Опанецъ по р. Видъ.

Подходя къ с. Метрополье, передовые разъѣзды были снова встрѣчены выстрѣлами.

Полковникъ Макшеевъ-Машоновъ, не перестраивая отрядъ въ боевой порядокъ, выслалъ впередъ еще нѣсколько разъѣздовъ, которые открыли въ селенiи небольшое число черкесовъ и турокъ и очистили его отъ нихъ. Дальнѣйшее движенiе отряда было выполнено безпрепятственно[112].

Результатомъ дѣйствiй летучаго отряда полковника Макшеева были свѣдѣнiя о силахъ противника въ Плевнѣ, добытыя опросомъ болгаръ и взятыхъ въ плѣнъ турокъ, показанiя которыхъ сводились къ слѣдующему:

Въ Плевнѣ до 60 таборовъ пѣхоты и 10 таборовъ черкесовъ и башибузуковъ, при 50–60 дальнобойныхъ и крѣпостныхъ орудiяхъ, регулярной кавалерiи два полка — около 1.000 всадниковъ; городъ укрѣпленъ со всѣхъ сторонъ, но преимущественно съ сѣверной и восточной; часть гарнизона Плевны, въ составѣ около 10 таборовъ, въ ночь съ 14 на 15 число выступила на Ловчу; на слѣдующiй день, т. е. 17 числа, ожидаютъ прибытiя изъ Ниша въ Плевно 9 таборовъ низама подъ начальствомъ Гафиза-паши.

Въ тотъ же день, 16 iюля, изъ Пордима былъ высланъ генеральнаго штаба капитанъ Гущинъ со взводомъ Рижскихъ драгунъ для производства рекогносцировки Плевненскихъ позицiй съ юго-восточной стороны. Пройдя черезъ Тученицу на Радишево, капитанъ Гущинъ съ гребня, что непосредственно сѣвернѣе послѣдняго селенiя, набросалъ общую картину впереди лежащей мѣстности и расположенiе противника, насколько то позводяли наступившiя сумерки.

Въ то же время съ южной стороны Плевны производили развѣдку генеральнаго штаба подполковники графъ Келлеръ и Веригинъ съ разъѣздами отъ Кавказской казачьей бригады.

Развѣдки продолжались и 17 числа. Дабы провѣрить и получить окончательныя данныя относительно турецкихъ позицiй и подступовъ къ нимъ, а равно съ цѣлью ознакомить начальниковъ частей со свойствами раiона предстоявшихъ дѣйствiй, наконецъ, намѣтить позицiи для артиллерiи, по распоряженiю командировъ IX и XI корпусовъ были произведены вновь развѣдки офицерами генеральнаго штаба, при участiи командировъ артиллерiйскихъ бригадъ и всѣхъ командировъ полковъ и батарей.

Кромѣ того, генералу Скобелеву съ Кавказскою бригадою предписано было произвести развѣдку Плевны съ юга отъ Ловчинскаго шоссе.

Во исполненiе этого генералъ Скобелевъ 2-й двинулся съ 10 сотнями Кавказской бригады и 6 орудiями отъ с. Пелишатъ къ Боготу. Подойдя къ этому селенiю, генералъ Скобелевъ 2-й оставилъ въ немъ бóльшую часть бригады, а самъ съ 4 сотнями Владикавказско-Осетинскаго полка при 2 конно-горныхъ орудiяхъ направился Боготскимъ ручьемъ къ Плевно-Ловчинскому шоссе. Передовыя Осетинскiя сотни свернули къ Брестовцу, а остальныя двѣ сотни Владикавказскаго полка остановились въ нѣкоторомъ разстоянiи за ними. Съ шоссе можно было видѣть окопы Плевны; офицеры приступили къ наброскамъ прилегающей мѣстности. Осетины разсыпались по высотамъ отъ Кришина до Тученицкаго оврага и, поддержанные сомкнутыми частями, подошли къ первому, т. е. южному кряжу Зеленыхъ горъ. Черкесы выскочили на встрѣчу изъ виноградниковъ, но тотчасъ же подались назадъ и завязали в кустахъ перестрѣлку. Осетины бросились за ними и ихъ едва удалось удержать на мѣстѣ, чтобы хорошенько осмотрѣть то, что можно видѣть и безъ боя.

На всемъ пространствѣ къ западу отъ Тученицкаго ручья не было обнаружено непрiятельскихъ укрѣпленiй.

Закончивъ развѣдку, генералъ Скобелевъ началъ отводить осетинъ мимо Брестовца по Ловчинскому шоссе. Отступать пришлось, ведя частую перестрѣлку съ черкесами, число которыхъ постепенно увеличивалось. Отрядъ тѣмъ же ручьемъ вернулся въ Боготъ, гдѣ и соединился съ остальными сотнями бригады. Въ Боготѣ Кавказская бригада стала бивакомъ, гдѣ и должна была ожидать приказанiй на завтра. Къ генералу Криденеру Скобелевъ отправилъ своего начальника штаба генеральнаго штаба полковника Паренсова для доклада относительно результатовъ развѣдки, причемъ этому послѣднему было поручено выяснить необходимость для Скобелева имѣть въ своемъ распоряженiи два или три баталiона пѣхоты и, по крайней мѣрѣ, батарею артиллерiи.

Въ этотъ день войска генерала Криденера стояли на мѣстахъ уже въ полной готовности начать наступленiе, причемъ кавалерiя генерала Лашкарева расположилась у Бресляницы, собравъ всѣ посты и принявъ лишь мѣры для своего охраненiя. 122-й пѣхотный Тамбовскiй полкъ перешелъ въ Коюловцы и соединился тутъ съ остальными полками дивизiи.

Въ виду неоднократныхъ приказанiй Главной Квартиры возможно скорѣе покончить съ Плевной и такъ какъ всѣ необходимыя приготовленiя были закончены, генералъ Криденеръ рѣшилъ произвести атаку на разсвѣтѣ 18 числа. На рѣшенiе атаковать именно 18 повлiяло также извѣстiе о предстоящемъ, будто бы, выступленiи турокъ изъ Плевны въ Ловчу. Около полудня 17 iюля генералъ Криденеръ произвелъ личную развѣдку Плевно, послѣ которой онъ тотчасъ же направился въ ставку командира XI корпуса, съ которымъ и обсуждалъ составленный имъ планъ атаки.

Къ 2 часамъ дня къ ставкѣ командира XI корпуса были собраны начальники отдѣльныхъ частей XI и IV корпусовъ, входившихъ въ составъ отряда князя Шаховского, которыхъ генералъ Криденеръ познакомилъ какъ съ волею Главнокомандующаго, такъ и со своими для атаки предположенiями. Въ этотъ же день, вечеромъ, для той же цѣли, въ с. Турскiй-Трестеникъ были собраны всѣ начальники отдѣльныхъ частей IX армейскаго корпуса.

Предстоящую ввѣреннымъ ему войскамъ задачу генералъ Криденеръ формулировалъ такъ: атаковать непрiятеля, отбросить его и занять Плевну. Относительное количество силъ признано неблагопрiятнымъ: 27 тысячъ штыковъ и сабель противъ 50–60 тысячъ турокъ (не считая черкесовъ и башибузуковъ).

Позицiя турокъ признана малодоступною по природѣ и сильно укрѣпленною.

Начальникамъ частей были также сообщены результаты развѣдокъ, которыми выяснено, что мѣстность на сѣверъ отъ Плевны болѣе укрѣплена, съ восточной же и юго-восточной сторонъ таковая доступнѣе по свойствамъ своимъ и значительно менѣе укрѣплена. Какъ на стратегическiй ключъ позицiи турокъ, генералъ Криденеръ указалъ на мѣстность сѣвернѣе д. Радишево, къ юго-востоку отъ Плевны; онъ высказалъ также, что если находящiяся здѣсь высоты, покрытыя дубнякомъ, будутъ взяты, то успѣхъ обезпеченъ. Въ заключенiе генералъ Криденеръ сказалъ: "что такъ какъ успѣхъ или неуспѣхъ предпрiятiя долженъ повлiять на всю кампанiю этого года, то прежде, чѣмъ рѣшиться на столь рискованное предпрiятiе, онъ съ подробнымъ изложенiемъ обстоятельствъ дѣла отправляетъ нарочнаго къ Великому Князю Главнокомандующему, съ цѣлью испросить окончательнаго рѣшенiя Его Императорскаго Высочества Главнокомандующаго. Если къ вечеру получится подтвержденiе, то атакуемъ, въ противномъ же случаѣ, до дальнѣйшихъ мѣропрiятiй Главнокомандущаго будемъ находиться въ оборонительномъ положенiи".

Въ ночь съ 17 на 18 iюля къ барону Криденеру прибылъ ординарецъ Главнокомандующаго штабсъ-капитанъ Андрiевскiй со словеснымъ приказанiемъ "атаковать и взять Плевну".

Сверхъ того, штабсъ-капитанъ Андрiевскiй привезъ предписанiе Начальника Штаба армiи отъ 16 iюля, въ которомъ, между прочимъ, говорилось:

"Покончить съ дѣломъ при Плевнѣ какъ можно скорѣе необходимо: присутствiе противника на правомъ флангѣ стѣсняетъ всѣ распоряженiя, а возможность движенiя противника на Ловчу и Сельви съ значительными силами можетъ поставить войска, занимающiя горы, въ весьма затруднительное положенiе".

По полученiи отвѣта Великаго Князя Главнокомандущаго немедленно же во всѣ штабы и части отряда была разослана диспозицiя для атаки Плевны съ разсвѣтомъ 18 числа. Отвѣтъ Великаго Князя не вызывалъ какихъ либо измѣненiй въ заранѣе выработанной диспозицiи, но за позднимъ полученiемъ его выступленiе войскъ было назначено часомъ позже.

ГЛАВА VI

Второе сраженiе подъ Плевной

Очеркъ ближайшей сраженiю стратегической обстановки. — Описанiе поля сраженiя. — Расположенiе турокъ на позицiяхъ 18 iюля. — Расположенiе русскихъ войскъ въ ночь на то же число. — Диспозицiя для атаки, отданная барономъ Криденеромъ. — Схематическое описанiе сраженiя. — Подготовительный перiодъ сраженiя. — Рѣшительное наступленiе русскихъ войскъ до 4½ часовъ пополудни. — Бой съ 4½ часовъ пополудни до 10 часовъ вечера. — Отступленiе русскихъ войскъ 18 и 19 iюля. — Потери сторонъ.

(Атласъ, вып. II, №№ 13, 14 и 15)

илы Османа-паши, бывшiя въ его распоряженiи у Плевны въ дѣлѣ 8 iюля, значительно возросли ко дню сраженiя 18 числа; измѣнились вмѣстѣ съ тѣмъ размѣръ и характеръ его позицiй.

Въ бою 8 iюля турки обороняли наскоро укрѣпленную позицiю, обращенную на сѣверъ къ Никополю; къ 18-му же числу расположенiе ихъ представляло изъ себя уже общiя очертанiя и зачатки настоящаго укрѣпленнаго лагеря, усиленнаго сомкнутыми укрѣпленiями полевого и мѣстами даже временнаго типа.

Общее очератнiе турецкаго расположенiя представлялось въ видѣ неправильнаго четыреугольника, растянутаго съ запада къ востоку. Сѣверный фасъ его — бывшая позицiя турокъ въ сраженiи 8 iюля, длиною до 7 верстъ, — былъ обращенъ фронтомъ на Никополь. Восточный, длиною 3 версты, былъ расположенъ перпендикулярно шоссе Плевна — Рущукъ. Южный фасъ, длиною 4½ версты, пересѣкалъ въ западной своей части Плевно-Ловчинское шоссе. Наконецъ, юго-западный фасъ, представлявшiй въ день 18 iюля тыловую часть укрѣпленнаго лагеря, какъ-бы горжу огромнаго люнета, обращеннаго фронтомъ на востокъ, былъ совершенно открытъ, если не считать двухъ укрѣпленiй, изъ которыхъ одно непосредственно обороняло мостъ черезъ р. Видъ, а другое фланкировало съ Опанецкихъ высотъ подступы къ названному мосту съ запада.

Самый городъ Плевна находился въ юго-западномъ углу упомянутаго четыреугольника. Вмѣстѣ съ укрѣпленiями, прикрывавшими его и расположенными на ближайшихъ къ нему высотахъ, онъ представлялъ изъ себя ядро расположенiя турокъ и центръ ихъ обороны.

Въ своемъ мѣстѣ (томъ II, гл. XII) указано значенiе, которое прiобрѣла Плевна уже въ началѣ iюля вслѣдствiе сложившейся тогда стратегической обстановки. Теперь, къ 18 числу, когда главныя силы русской армiи достигли подножiя Балканъ и удалились такимъ образомъ отъ единственной переправы у Систова, значенiе армiи Османа-паши, собравшейся въ Плевнѣ, стало еще болѣе угрожающимъ. Армiя эта находилась всего въ двухъ-трехъ переходахъ отъ этой переправы, по которой пролегалъ единственный путь сообщенiя и отступленiя русскихъ силъ, находившихся въ Болгарiи. Шоссе, отходившее отъ Плевны къ Ловчѣ, выводило въ тылъ Шипкинскому проходу, занимавшемуся въ то время русскими войсками. Наконецъ, Софiйское шоссе обезпечивало удобное сообщенiе Османа-паши съ Софiйской котловиной, съ ея богатыми запасами и собирающимися тамъ подкрѣпленiями. При этомъ за Османомъ-пашею было обезпечено все пространство къ западу отъ Плевны между Дунаемъ и Балканами. Весьма выгодное въ общемъ стратегическое положенiе турокъ у Плевны дополнялось еще весьма благопрiятными тактическими условiями мѣстности. Этими условiями, какъ будетъ видно изъ нижеизложеннаго, турки отлично сумели воспользоваться.

Такимъ образомъ, начальнику войскъ, назначенныхъ для атаки Плевны, командиру IX армейскаго корпуса генералъ-лейтенанту барону Криденеру, при вторичной атакѣ Плевны предстояло рѣшить свою задачу при обстановкѣ, измѣнившейся со времени перваго сраженiя подъ Плевной и стратегически, и тактически въ пользу турокъ. Тѣмъ не менѣе за генераломъ Криденеромъ оставалось превосходство силъ, небольшое въ пѣхотѣ, но весьма значительное въ кавалерiи и артиллерiи. Между тѣмъ, вслѣдствiе неточныхъ свѣдѣнiй о силахъ Османа-паши, обстановка рисовалась командиру IX корпуса еще болѣе трудной, чѣмъ была въ дѣйствительности. По мысли генерала Криденера, поставленная ему задача сводилась къ тому, чтобы разбить и отбросить много сильнѣйшаго противника (50–60 тысячъ человекъ), утвердившагося всего въ трехъ переходахъ отъ Систовской переправы на заблаговременно укрѣпленной позицiи, не рискуя, однако, въ случаѣ неудачи своимъ собственнымъ путемъ отступленiя на эту переправу. Эти соображенiя и привели къ тому, что для атаки съ южной стороны, признанной наиболѣе доступной и угрожавшей, къ тому же, пути отступленiя турокъ къ Софiи, была употреблена меньшая часть русскихъ силъ (колонна командира XI армейскаго корпуса генералъ-лейтенанта князя Шаховского) въ то время, какъ бóльшая часть силъ генерала Криденера атаковала Плевну съ восточной и сѣверо-восточной сторонъ.

Понятно, что на ходъ и судьбу сраженiя 18 iюля, разыгравшагося на возвышенностяхъ, облегавшихъ городъ Плевну съ сѣверо-востока, востока, юго-востока и юга, весьма вѣское влiянiе оказали условiя мѣстности, которыя въ общемъ были слѣдующiя:

Предгорья Балканъ, спускаясь террасообразно къ долинѣ Дуная, сопровождаютъ теченiе р. Вида, образуя его правый нагорный берегъ.

Рѣчка Тученица, правый притокъ р. Вида, раздѣляла поле сраженiя 18 iюля на двѣ части: меньшую — западную (Кришинскiй участокъ), на которомъ дѣйствовалъ отрядъ генерала Скобелева 2-го, и бóльшую — восточную, дѣлившуюся ручьями Гривицкимъ и Буковлекскимъ на отдѣльные участки: Радишевскiй (Плевненскiй), Гривицкiй и Опанецкiй.

Восточная часть поля сраженiя послужила ареною дѣйствiй: южнѣе Гривицкаго ручья — для колонны князя Шаховского и сѣвернѣе ручья — для войскъ IX корпуса.

Городъ Плевна расположенъ въ обширной котловинѣ, образованной высотами, окружающими его со всѣхъ сторонъ въ видѣ кольца, поперечникомъ въ 8-10 верстъ, прорваннаго лишь на сѣверо-западѣ неширокою долиною р. Тученицы. Окружающiя городъ возвышенности, превышавшiя долину этой рѣчки у г. Плевны на 50 саженъ и болѣе и на 20–30 саженъ командовавшiя турецкими позицiями, прикрывавшими Плевну, послужили позицiями для артиллерiи русскихъ войскъ. Турецкiя позицiи къ 18 iюля были расположены внутри названной котловины почти исключительно восточнѣе р. Тученицы, на двухъ грядахъ холмовъ[113], тянущихся съ востока на западъ по обѣимъ сторонамъ Гривицкаго ручья, параллельно послѣднему, и отстоящихъ другъ отъ друга версты на три. Западнѣе р. Тученицы на пологихъ высотахъ, подходившихъ къ городу съ западной стороны, былъ расположенъ лишь крайнiй правый флангъ турецкихъ позицiй.

Понижаясь вначалѣ довольно быстро, гряда эта въ двухъ съ половиной верстахъ отъ высоты (136) слегка повышалась. Въ этомъ мѣстѣ турками было построено впослѣдствiи укрѣпленiе Ибрагимъ-паша (№ 14). К западу отъ Ибрагима-паши тянулся рядъ турецкихъ окоповъ, составлявшихъ южный фронтъ турецкой позицiи. Хребетъ этотъ, образуя далѣе нѣсколько пологихъ вершинъ, увѣнчаныхъ впослѣдствiи укрѣпленiями Атыфъ-табiя (№ 11) и Арабъ-табiя (№ 12), спускался пологимъ скатомъ къ южной окраинѣ г. Плевны. Въ сѣверо-западномъ направленiи, къ долинѣ Гривицкаго ручья, названная гряда отдѣляла три небольшихъ складки, раздѣленныхъ лощинами, образовавшими какъ бы рядъ отдѣльныхъ дворовъ, открытыхъ лишь къ сѣверу, къ сторонѣ Гривицкаго ручья. Изъ этихъ складокъ западная, такъ называемая Бора-баиръ, отходившая отъ названной гряды въ томъ мѣстѣ, гдѣ турками было построено укрѣпленiе Арабъ-табiя, была укрѣплена ими и весьма сильно занята. Бора-Баиръ и западная оконечность описываемой гряды, къ западу отъ Арабъ-табiи, замыкали котловину, въ которой расположенъ г. Плевна, и, вмѣстѣ съ тѣмъ, главный лагерь войскъ Османа-паши, и которая представляла собою какъ бы внутреннее ядро турецкой позицiи. Укрѣпленiя, имѣвшiяся на высотахъ, ограничивавшихъ эту котловину, являлись такимъ образомъ главнымъ оплотомъ расположенiя турокъ.

Отъ позицiи князя Шаховского южный фронтъ турецкихъ позицiй отдѣлялся глубокой лощиной Сулуклiя-долъ, по дну которой протекалъ небольшой ручей. Пологая высота (96), подымавшаяся на лѣвомъ берегу этого ручья, была въ началѣ сраженiя также занята турками.

Турецкiй край лощины возвышался надъ дномъ ея до 20 саж., въ то время, какъ русскiй край — на 50 саженъ, что обезпечивало артиллерiи князя Шаховского до 30 саж. командованiя надъ турецкими позицiями. Обстоятельство это не повлiяло, однако, сколько нибудь замѣтнымъ образомъ на ходъ сраженiя вслѣдствiе значительной крутости внутреннихъ скатовъ занятыхъ турками высотъ, что обезпечивало возможность укрытаго расположенiя и пережвиженiя резервовъ.

Описанный выше южный фронтъ продолжался еще дальше къ западу за р. Тученицу, протекавшую въ глубокой долинѣ съ весьма крутыми берегами. Эта часть позицiи турокъ тянулась отъ южной окраины г. Плевны, по отлогому гребню, отходившему отъ возвышенностей, огибавшихъ городъ съ юго-запада. Передъ фронтомъ этой части турецкихъ позицiй протекалъ незначительный Зеленогорскiй ручей, впадавшiй въ р. Тученицу.

Долина этого ручья отдѣляла турецкiя позицiи отъ лежащихъ къ югу высотъ, извѣстныхъ подъ названiемъ Зеленыхъ горъ. По нимъ пролегало Плевно-Ловчинское шоссе, по которому наступалъ въ сраженiе 18 iюля отрядъ генерала Скобелева 2-го. Описываемая часть турецкихъ позицiй легко обходилась съ юго-запада со стороны Кришинскихъ высотъ (вершина 108) и представлялась наиболѣе уязвимою частью общаго ихъ расположенiя въ тактическомъ отношенiи. Наступленiе въ этомъ направленiи выводило при этомъ атакующаго кратчайшимъ путемъ на путь отступленiя турокъ — Софiйское шоссе, чѣмъ и обусловливалось стратегическое значенiе указаннаго направленiя.

Сѣверная гряда, извѣстная въ высшей своей части подъ названiемъ Яныкъ-баира, представлявшая сѣверный фронтъ турецкихъ позицiй, отходила отъ высотъ, охватывавшихъ съ востока д. Гривицу и послужившихъ въ сраженiи первой артиллерiйской позицiей для батарей IX корпуса, верстахъ въ полутора восточнѣе этой деревни. Гряда эта, длиною до 7 верстъ, заполняла собою пространство между Гривицкимъ и Буковлекскимъ ручьями и представляла для турокъ превосходную позицiю на случай атаки съ сѣверной стороны. По своей высотѣ, особенно въ средней своей части, она значительно превосходила южную гряду, подымаясь надъ г. Плевной и долинами протекавшихъ у ея подножiя ручьевъ до 30–40 саженъ, и въ общемъ представляла самую сильную часть турецкихъ позицiй. При атакѣ съ востока оборона названнаго хребта находилась уже въ менѣе выгодныхъ условiяхъ вслѣдствiе командованiя надъ нимъ главнаго массива Гривицкихъ высотъ, особенно надъ восточною его частью. Тѣмъ не менѣе и съ этой стороны позицiи турокъ представлялись весьма сильными, такъ какъ оба склона хребта — сѣверный и южный — были изрѣзаны глубокими и весьма крутыми оврагами, которые съуживали его мѣстами до 80-300 саженъ, въ промежуткахъ между которыми хребетъ расширялся, образуя рядъ сильныхъ позицiй отъ 1–3 верстъ протяженiя, фронтомъ къ востоку.

Первое такое съуженiе находилось сѣвернѣе д. Гривицы, причемъ ширина верхняго плато гребня не привышала 100 саж. Нѣсколько далѣе къ западу отъ названнаго гребня отходила къ сѣверо-востоку длинная коса, составлявшая передовую позицiю турокъ впереди ихъ Гривицкихъ редутовъ, а къ югу — крутой отрогъ, подходившiй къ западной оконечности д. Гривицы; этотъ отрогъ въ началѣ сраженiя также былъ занятъ небольшими частями турокъ.

По овладѣнiи передовыми позицiями турокъ упомянутые выше коса и отрогъ послужили второй артиллерiйской позицiей для русскихъ батарей, дѣйствовавшихъ противъ Гривицкихъ укрѣпленiй.

Далѣе къ западу слѣдовало новое съуженiе, послѣ котораго верхнее плато хребта вновь расширялось до 1½ верстъ въ формѣ подковы, обращенной отверстiемъ къ западу, и служило главной позицiей турокъ, которая была образована двумя редутами (№№ 7 и 8) сильной профили, траншеями и ложементами для стрѣлковъ. Внутренность подковы представляла всѣ выгоды скрытаго расположенiя для турецкихъ резервовъ. Къ редутамъ можно было подойти или по узкому и совершенно открытому гребню хребта, или сѣвернѣе его, для чего слѣдовало спуститься къ названной выше косѣ въ глубокiй оврагъ, до 30 саж. глубиной, и, затѣмъ, подняться на западный его берегъ подъ трехъ-яруснымъ огнемъ турецкихъ укрѣпленiй. Наступленiе южнѣе хребта было, въ общемъ, выгоднѣе. Здѣсь атакующему предстояло перевалить отрогъ, подходившiй къ д. Гривицѣ, спуститься, затѣмъ, въ лощину съ довольно пологими скатами и, пользуясь мертвымъ пространствомъ, образованнымъ краемъ плато, подойти къ редуту (№ 8) на полтораста саженъ. Зато наступающiй, двигаясь въ этомъ направленiи, какъ будетъ изложено ниже, подвергался фланговому огню батарей съ отроговъ южнаго хребта отъ главной турецкой квартиры.

Высокiй курганъ, находившiйся южнѣе редута, представлялъ хорошiй опорный пунктъ для атакующихъ.

Въ верстѣ позади Гривицкихъ позицiй, описываемый гребень вновь съуживался двумя глубокими балками до ширины въ нѣсколько десятковъ саженъ и, затѣмъ, круто подымался, образуя высоту, извѣстную подъ названiемъ Яныкъ-баиръ, по которой тянулся рядъ турецкихъ укрѣпленiй, обращенныхъ фронтомъ къ сѣверу.

Крайнiй лѣвый флангъ турецкихъ позицiй, такъ называемая Опанецкая группа укрѣпленiй, находился на правомъ берегу ручья Буковлекъ въ углу, образованномъ названнымъ ручьемъ и р. Видомъ. На этомъ участкѣ серьезныхъ событiй 18 iюля не происходило.

Итакъ, изъ предыдущаго видно, что укрѣпленiя турокъ представляли изъ себя два достаточно сильныхъ фронта, сѣверный и южный. Что касается восточнаго фронта обороны, то его образовали собственно укрѣпленiя, расположенныя на крайнихъ восточныхъ оконечностяхъ фронтовъ сѣвернаго и южнаго, а именно сѣвернѣе Гривицкаго ручья — помянутыя Гривицкiя укрѣпленiя и южнѣе его — укрѣпленiе Ибрагима-паши, раздѣленныя между собою широкою долиною Гривицкаго ручья. Этотъ свободный отъ укрѣпленiй промежутокъ до 2 верстъ шириною защищался перекрестнымъ огнемъ съ поименованныхъ укрѣпленiй (особенно съ высоты Яныкъ-баира), игравшихъ по отношенiю къ этому фронту роль фланковъ бастiона. Куртину этого бастiона, запиравшую указанный промежутокъ непосредственно передъ г. Плевною, составляла гряда Бора-баиръ, усиленная укрѣпленiями, защищавшими главную квартиру Османа-паши и мѣстопребыванiе главнаго его резерва.

Наконецъ, юго-западный фронтъ турокъ, какъ уже выше сказано, укрѣпленъ почти не былъ, а по топографическимъ условiямъ мѣстности имъ командовали высоты сѣвернѣе д. Кришина; съ занятiемъ атакующими Кришинскихъ высотъ и особенно высоты (108) обороняющiйся не могъ болѣе держаться въ Плевнѣ и лишался пути отступленiя по Софiйскому шоссе.

Ручьи Гривицкiй и Буковлекскiй, прорѣзывавшiя турецкiя позицiи, по своимъ ничтожнымъ размѣрамъ не имѣли тактическаго значенiя, зато глубокiя долины ихъ усиливали общiй, весьма пересѣченный характеръ мѣстности. Особенною крутизною скатовъ отличалась долина р. Тученицы, разъединявшая раiонъ дѣйствiй войскъ генерала Скобелева 2-го отъ раiона дѣйствiй прочихъ войскъ. Долина ручья Буковлека ограничивалась съ южной стороны также весьма крутыми скатами, что способствовало туркамъ оборонять Гривицкую группу укрѣпленiй при атакѣ послѣднихъ съ сѣверной стороны. Доступнѣе другихъ была по своимъ свойствамъ долина Гривицкаго ручья, по которой пролегало шоссе Плевна — Рущукъ (Бѣла).

Въ общемъ, условiя мѣстности давали большiя преимущества оборонѣ передъ наступленiемъ. На всемъ протяженiи турецкой позицiи не было для наступающаго удобныхъ подступовъ для сколько нибудь крупныхъ частей. Весьма выгоднымъ для турокъ обстоятельствомъ было то, что высоты, охватывавшiя кольцомъ главныя турецкiя позицiи, отстояли отъ послѣднихъ почти вездѣ болѣе чѣмъ на 1.000 саженъ, а чаще всего на 1.200 и болѣе саженъ, что въ среднемъ превосходило полезную дальность 4-фунтовыхъ орудiй атакующаго и понижало успѣхъ работы 9-фунтовыхъ орудiй при стрѣльбѣ гранатами. Стрѣльба шрапнелью вслѣдствiе указаннаго обстоятельства съ Радишевскихъ высотъ была затруднительна, а съ Гривицкихъ высотъ почти невозможна. Удобныхъ артиллерiйскихъ позицiй, болѣе близкихъ къ обстрѣливаемымъ укрѣпленiямъ, не имѣлось, за исключенiемъ косы передъ Гривицкими редутами и высоты (96) передъ южнымъ фронтомъ турецкихъ позицiй, занятыхъ въ началѣ сраженiя турками.

Выгодныя свойства мѣстности были, какъ уже сказано, вполнѣ использованы турками, имѣвшими достаточно времени изучить свои позицiи и усилить ихъ искусственными сооруженiями.

Подъ командой Османа-паши, согласно турецкимъ источникамъ, къ 18 iюля состояло 33 баталiона пѣхоты, 58 орудiй и 7 эскадроновъ регулярной кавалерiи изъ состава I, II, III и V армейскихъ корпусовъ. Кромѣ того, имѣлось до 400 человѣкъ иррегулярной кавалерiи и нѣсколько сотъ милицiи, пѣшей и конной, набранной преимущественно изъ мусульманскаго населенiя г. Плевны.

Всего насчитывалось, по турецкимъ источникамъ, до 22 тысячъ человѣкъ, въ томъ числѣ регулярной пѣхоты: низама до 14 тысячъ и редифа около 6 тысячъ человѣкъ.

Въ командномъ отношенiи эти войска были раздѣлены на двѣ дивизiи по 12 баталiоновъ, по 2 эскадрона и по 2 батареи, т. е. по 12 орудiй въ каждой. Остальныя части, т. е. 9 баталiоновъ пѣхоты, 3 эскадрона кавалерiи и 34 орудiя составляли общiй резервъ Плевненской армiи. Начальникомъ одной изъ дивизiй былъ Адиль-паша, которому была поручена оборона Плевненскихъ позицiй сѣвернѣе Гривицкаго ручья; другой дивизiей, оборонявшей позицiи южнѣе Гривицкаго ручья, командовалъ Гассанъ-Сабри-паша.

Общiй резервъ, состоявшiй въ распоряженiи самого Османа-паши, былъ расположенъ также южнѣе Гривицкаго ручья, къ востоку отъ г. Плевны, въ котловинѣ, защищенной съ востока холмами Бора-баиръ, а съ южной стороны — грядою, составлявшею южный фронтъ турецкихъ позицiй.

Для усиленiя позицiй турками были возведены, согласно ихъ источникамъ, слѣдующiя укрѣпленiя:

1) На сѣверо-западномъ фронтѣ[114]. Для прегражденiя доступовъ въ долину р. Вида съ сѣвера: два редута (№№ 1 и 2), всего на четыре орудiя и на два табора пѣхоты, прикрытые ровиками для стрѣлковъ; эполементъ на два орудiя — на Опанецкихъ высотахъ, обращенныхъ къ сторонѣ шоссейнаго моста на р. Видъ.

2) На сѣверномъ фронтѣ. На высотахъ Яныкъ-баира: у д. Буковлекъ — эполементъ на 2 орудiя (№ 3), фланкировавшiй подступы къ Опанецкимъ укрѣпленiямъ, вдоль по хребту — 3 батареи (№№ 4–6) по 3 орудiя каждая, всѣ фронтомъ къ сѣверу, и окопы для пѣхоты; на восточной оконечности Яныкъ-баира — батарея (№ 6) на 2 орудiя и окопы для табора пѣхоты. Эта батарея обстрѣливала подступы къ лѣвому флангу Гривицкой группы.

3) На сѣверо-восточномъ фронтѣ. Два Гривицкiе редута, №№ 7 и 8, каждый для двухъ орудiй и одного табора пѣхоты; эти редуты были весьма сильной профили и приспособлены къ двухъ-ярусной оборонѣ; траншеи между редутами и по сторонамъ редутовъ[115].

4) На юго-восточномъ фронтѣ. Укрѣпленiе, предназначавшееся къ помѣщенiю шести орудiй, но къ 18 iюля только что начатое постройкою (№ 14); позади — эполементъ (№ 11) на 4 орудiя; къ сѣверу отъ послѣдняго — эполементъ (№ 10) на 2 орудiя. Впереди и по бокамъ этихъ укрѣпленiй шли окопы для стрѣлковъ[116].

5) На юго-западъ отъ г. Плевны. Небольшая батарея на два орудiя (№ 18), а западнѣе этой батареи — земляные окопы для четырехъ таборовъ пѣхоты. Эти укрѣпленiя, возведенныя въ урочищѣ Каялы-дере, имѣли назначенiе прикрывать подступы къ Плевнѣ со стороны Ловчинскаго шоссе.

6) На западномъ фронтѣ. Мостовое прикрытiе на два орудiя и одинъ таборъ пѣхоты (№ 32).

Главная турецкая квартира прикрывалась съ востока батареей на 6 орудiй (№ 9), съ ровиками впереди и по сторонамъ. Эти укрѣпленiя должны были служить для обстрѣливанiя долины Гривицкаго ручья, а также для фланговой обороны Гривицкаго № 8 редута и укрѣпленiя № 14.

Какъ видно изъ изложеннаго, турецкiя позицiи состояли изъ ряда отдѣльныхъ группъ, взаимно оборонявшихъ другъ друга фланговымъ пушечнымъ, а часто и ружейнымъ огнемъ. На сѣверо-восточномъ фронтѣ преимущественное значенiе имѣли укрѣпленiя Яныкъ-баирскихъ высотъ, на юго-восточномъ фронтѣ — укрѣпленiя, непосредственно прикрывавшiя главную турецкую квартиру. Важнѣйшей особенностью системы укрѣпленiя турецкихъ позицiй являлось обширное примѣненiе дальней фланговой обороны подступовъ къ укрѣпленiямъ одной какой либо группы огнемъ изъ укрѣпленiй сосѣдней группы: сѣверный фронтъ турецкой позицiи фланкировался огнемъ Опанецкой группы; подступы къ Гривицкимъ укрѣпленiямъ флнкировались изъ укрѣпленiй главной квартиры и съ Яныкъ-баира. Въ свою очередь, Гривицкiя укрѣпленiя фланкировали подступы къ главной квартирѣ съ востока. Наступленiе въ этомъ направленiи на главную квартиру, пока держались укрѣпленiя на Яныкъ-баирскихъ высотахъ, было весьма затруднительно. Укрѣпленiе № 14 фланкировалось также съ Яныкъ-баира и и укрѣпленiй главной квартиры. Южный фронтъ фланкировался батареей № 18. Только укрѣпленiя на лѣвомъ берегу р. Тученицы не имѣли къ 18 iюля фланговой обороны и поэтому были доступнѣе прочихъ.

Общая длина турецкихъ позицiй, какъ уже указано, доходила до 14½ верстъ.

Для обороны указанныхъ позицiй турецкiя войска въ началѣ сраженiя были расположены такимъ образомъ:

1) На сѣверномъ фронтѣ, включая Опанецкiя и Гривицкiя укрѣпленiя, подъ начальствомъ Адиль-паши: въ Опанецкихъ редутахъ — 2 табора пѣхоты и 4 орудiя; по гребню хребта Яныкъ-баира фронтомъ на Бресляницу — 2 табора пѣхоты и 10 орудiй, фронтомъ на Коюловцы — 1 таборъ пѣхоты и 2 орудiя; Гривицкiя редуты были заняты 2 таборами пѣхоты и 4 орудiями[117]; въ резервѣ за серединою этого фронта имѣлись 4 табора пѣхоты, 4 орудiя и 2 эскадрона конницы.

Итого во всѣхъ укрѣпленiяхъ лѣваго фланга: 12 таборовъ пѣхоты, 24 орудiя и 2 эскадрона конницы.

2) На южномъ фронтѣ, подъ общимъ начальствомъ Гассана-Сабри-паши: въ укрѣпленiи № 14 — 2 табора пѣхоты и 4 орудiя, подъ начальствомъ Ибрагимъ-бея; въ укрѣпленiи № 11 и на прилежащихъ высотахъ — 3 табора пѣхоты и 3 орудiя, подъ начальствомъ Атыфа-паши; правѣе его — 3 табора и 3 орудiя, подъ начальствомъ самого Гассана-Сабри-паши; на высотѣ (96) — 3 табора пѣхоты и 4 орудiя, подъ начальствомъ начальника штаба генералъ-маiора Тахира-паши, взятыхъ изъ общаго резерва Османа-паши.

Итого 11 таборовъ пѣхоты, 14 орудiй и 1 эскадронъ конницы.

Кромѣ того, на лѣвомъ берегу р. Тученицы, на высотахъ западнѣе г. Плевны, 4 табора пѣхоты, 6 орудiй и 1 эскадронъ, подъ начальствомъ Юнусъ-бея.

Итого на южномъ фронтѣ: 15 таборовъ пѣхоты, 20 орудiй и 1 эскадронъ конницы.

3) Въ обшемъ резервѣ, подъ начальствомъ самого Османа-паши, за выдѣленiемъ войскъ для различныхъ назначенiй[118], оставалось 3 табора пѣхоты, 6 орудiй и 4 эскадрона регулярной кавалерiи. Резервъ этотъ былъ расположенъ въ котловинѣ, восточнѣе г. Плевны.

Всего, какъ выше уже сказано, Османъ-паша располагалъ: 33 таборами пѣхоты, 58 орудiями и 7 эскадронами конницы.

Войска генералъ-лейтенанта Криденера въ ночь передъ боемъ съ 17 на 18 iюля были расположены на фронтѣ до 25 верстъ, охватывая позицiи противника широкой дугой съ сѣверо-востока, востока и юго-востока, въ разстоянiи отъ нихъ въ 7-15 верстъ:

1) Въ д. Турскомъ-Трестеникѣ — штабъ IX корпуса, 3 полка 5-й пѣхотной дивизiи[119] (17-й Архангелогородскiй, 18-й Вологодскiй и 20-й Галицкiй полки), рота 5-го сапернаго баталiона[120], 1-я, 2-я, 4-я, 5-я и 6-я батареи 5-й артиллерiйской бригады; всего: 9¼ баталiоновъ и 40 орудiй.

2) Въ д. Коюловцы — 3 полка 31-й пѣхотной дивизiи (121-й Пензенскiй, 122-й Тамбовскiй и 123-й Козловскiй полки) съ 1-й, 2-й, 3-й 4-й и 6-й батареями 31-й артиллерiйской бригады[121]; всего: 9[122] баталiоновъ, 40 орудiй.

3) Въ д. Болгарскiй-Караагачъ — 2-я бригада 30-й пѣхотной дивизiи (119-й Коломенскiй и 120-й Серпуховскiй полки), 2-я, 4-я и 6-я батареи 30-й артиллерiйской бригады; всего: 6 баталiоновъ, 24 орудiя.

4) Въ д. Пордимъ — штабъ XI корпуса, 1-я бригада 30-й пѣхотной дивизiи (117-й Ярославскiй и 118-й Шуйскiй полки), 1-я, 3-я и 5-я батареи 30-й артиллерiйской бригады, 1-я бригада 32-й пѣхотной дивизiи (125-й Курскiй и 126-й Рыльскiй[123] полки), 1-я, 3-я, 4-я и 6-я батареи 32-й артиллерiйской бригады; всего: 12 баталiоновъ, 56 орудiй.

Кавалерiя отряда была расположена на его флангахъ, а именно: 1) въ д. Бресляницѣ — 9-й уланскiй Бугскiй, Донской № 9 казачiй полки и Донская № 2 батарея; всего: 10 эскадроновъ и сотенъ и 6 конныхъ орудiй; 2) въ д. Сгаловецъ — 1-я бригада 11-й кавалерiйской дивизiи (11-й драгунскiй Рижскiй и 11-й уланскiй Чугуевскiй полки) и 18-я конная батарея; всего: 8 эскадроновъ и 6 конныхъ орудiй; 3) въ д. Боготъ — Кавказская казачья бригада (Владикавказскiй и 2-й Кубанскiй полки) съ Донской № 8[124] и конно-горной батареями; всего: 12 сотенъ, 6 конныхъ и 6 конно-горныхъ орудiй.

Сотни Донского казачьяго № 34 полка, состоявшаго при IX корпусѣ, находились: по одной сотнѣ при штабахъ корпуса и 5-й пѣхотной дивизiи, 1 сотня въ Зимницѣ, остальныя 3 наблюдали нижнее теченiе р. Вида.

Всего, за вычетомъ 4 сотенъ Донского казачьяго № 34 полка, генералъ Криденеръ располагалъ 36¼ баталiонами, 32 эскадронами и сотнями, 160 пѣшими и 24 конными орудiями.

Какъ уже изложено въ главѣ V, еще 17 числа, наканунѣ сраженiя, штабомъ IX корпуса была выработана диспозицiя для предстоящей атаки. Войскамъ она была разослана лишь въ ночь на 18 iюля, послѣ того, какъ отъ Главнокомандующаго было получено подтвержденiе отданнаго ранѣе приказанiя "атаковать и взять Плевну".

По собственнымъ словамъ генерала Криденера, при составленiи этой диспозицiи имѣлось въ виду:

"Важность обезпеченiя коммуникацiонной линiи къ единственной переправѣ черезъ Дунай у Систово".

"Труднопроходимость мѣстности южнѣе шоссе (Плевно-Рущукскаго)".

"Болѣе удобная доступность Плевны со стороны Радишева".

"Концентрическое движенiе обѣихъ колоннъ, утвердившись на Гривицкой высотѣ по взятiи на ней редута".

Овладѣнiе "сильно укрѣпленной позицiей сѣвернѣе д. Гривицы" (Гривицкими укрѣпленiями) генералъ Криденеръ считалъ весьма важнымъ, полагая, что "овладѣнiемъ этой позицiей, составляющей восточную окраину Плевненскаго укрѣпленнаго лагеря, прiобрѣтался опорный пунктъ для обезпеченiя своей операцiонной линiи и своего пути отступленiя на Болгарени — Систово".

Эта осторожность, заботливость объ обезпеченiи своего пути отступленiя навѣяна была, какъ выше уже изложено, видимо преувеличеннымъ понятiемъ генерала Криденера о силахъ турокъ у Плевны, которыя онъ опредѣлялъ въ 50–60 тысячъ человѣкъ.

Содержанiе диспозицiи было слѣдующее:

"Завтра, 18 iюля, ввѣренныя мнѣ войска двинутся для овладѣнiя г. Плевною въ слѣдующемъ порядкѣ[125]:

"I. Правый флангъ. Отрядъ генералъ-лейтенанта Вельяминова. 1) 121-й пѣхотный Пензенскiй, 122-й пѣхотный Тамбовскiй и 123-й пѣхотный Козловскiй полки, съ 31-ю артиллерiйскою бригадою (за исключенiемъ 5-й батареи) и сборною командою для саперныхъ работъ, подъ ближайшимъ начальствомъ генералъ-маiора Бѣлокопытова, выступять отъ д. Коюловцы въ 5 часовъ утра и направятся по дорогѣ въ Плевно[126], пролегающей сѣвернѣе шоссе изъ Болгарени въ Плевно на д. Гривицу. Пройдя около 7 верстъ и до достиженiя возвышенности, съ которой открывается д. Гривица, полки развернутся въ боевой порядокъ, имѣя въ первой линiи столько батарей, сколько позволитъ мѣстность. Батареи, занявъ позицiи на разстоянiи вѣрнаго прицѣльнаго выстрѣла, откроютъ огонь. Для дальнѣйшаго наступленiя ожидать приказанiя.

"2) 17-й пѣхотный Архангелогородскiй, 18-й пѣхотный Вологодскiй и 20-й пѣхотный Галицкiй полки, съ 5-ю артиллерiйскою бригадою, подъ начальствомъ генералъ-лейтенанта Шильдеръ-Шульднера, выступивъ въ 5½ часовъ утра отъ д. Турскiй-Трестеникъ, по прямой дорогѣ, ведущей въ Плевно, станутъ въ резервѣ за частями войскъ 31-й пѣхотной дивизiи, на высотахъ, сопровождающихъ съ сѣвера шоссе, ведущее изъ д. Булгарени въ Плевно. За исключенiемъ 3-й батареи.

"3) Два эскадрона 11-го драгунскаго Рижскаго полка и сотня казаковъ Донского казачьяго № 34 полка, состоящая при 5-й пѣхотной дивизiи, высылаются заблаговременно на правый флангъ боевой линiи 31-й пѣхотной дивизiи и высылаютъ разъѣзды по направленiю къ г. Плевно и на западъ на р. Видъ, для охраненiя этого фланга.

"II. Лѣвый флангъ. Отрядъ генералъ-лейтенанта князя Шаховского. 4) 1-я бригада 30-й пѣхотной дивизiи и 1-я бригада 32-й пѣхотной дивизiи, съ 1-ю, 3-ю и 5-ю батареями 30-й и 1-ю, 3-ю и 4-ю батареями 32-й артиллерiйскихъ бригадъ и 1-ю ротою 5-го сапернаго баталiона выступятъ изъ д. Порадима въ 5 час. утра и, направившись между д.д. Сгаловецъ и Пелишатъ, атакуютъ непрiятельскiя войска, расположенныя на позицiи къ сѣверу отъ д. Радишева. По овладѣнiи этой позицiей, отряду продолжать двигаться на Плевно, стараясь занять артиллерiею такiя позицiи на высотахъ лѣваго, южнаго, берега Гривицкаго ручья, съ которыхъ она могла бы поражать во флангъ и тылъ непрiятеля, расположеннаго у Гривицы и къ сѣверу отъ Плевно. Дальнѣйшiя же дѣйствiя сообразовывать съ ходомъ боя на правомъ флангѣ, постоянно сохраняя съ нимъ самую тѣсную связь[127].

"5) Кавказской сводной бригадѣ, съ 8-ю Донскою и горною батареями, подъ ближайшимъ начальствомъ Свиты Его Величества генералъ-маiора Скобелева, выступить отъ д. Боготъ въ 5 час. утра и, ставъ за лѣвымъ флангомъ боевой линiи, стараться пресѣчь сообщенiе между Плевной и Ловчей, имѣя постоянное наблюденiе по направленiю къ обоимъ названнымъ городамъ. Въ случаѣ отступленiя непрiятеля изъ Плевно бригадѣ идти къ западу на Софiйскую дорогу для пресѣченiя непрiятелю путей сообщенiя въ этомъ направленiи.

"III. Общiй резервъ. Подъ моимъ личнымъ начальствомъ. 6) 2-я бригада 30-й пѣхотной дивизiи, со 2-ю, 4-ю и 6-ю батареями 30-й артиллерiйской бригады, выступить отъ Болгарскаго-Караагача въ 4 часа утра, направится къ шоссе отъ Булгарени къ Плевно, дойдетъ до пересѣченiя онаго дорогою изъ Турскаго-Трестеника въ Порадимъ и будетъ тамъ ожидать приказанiя.

"7) Два эскадрона 11-го драгунскаго Рижскаго полка и два эскадрона 11-го уланскаго Чугуевскаго полка, съ 18-ю конною батареею, станутъ у д. Пелишата и будутъ ожидать приказанiя.

"IV. Отрядъ генералъ-маiора Лашкарева. 8) 9-й уланскiй Бугскiй полкъ, Донской казачiй № 9 полкъ и 2-я Донская батарея. Отряду въ 6 часовъ утра выдвинуться отъ д. Бресляницы на Плевно и выставить цѣпь до соприкосновенiя съ непрiятелемъ, зорко наблюдая за передвиженiемъ его войскъ и донося мнѣ немедленно обо всемъ замѣченномъ. Если послѣдуетъ приказанiе перейти на лѣвый берегъ р. Вида, то отряду слѣдовать черезъ д. Рыбинъ на Софiйскую дорогу для самостоятельныхъ дѣйствiй въ тылу непрiятеля.

"9) Батареямъ 5-й артиллерiйской бригады и общаго резерва состоять въ распоряженiи начальника артиллерiи IX армейскаго корпуса.

"10) Патронные ящики имѣть въ частяхъ по одному на баталiонъ, а прочiе за частными резервами.

"11) Паркамъ находиться въ разстоянiи 5 верстъ за войсками.

"12) Лазаретнымъ линейкамъ слѣдовать при частяхъ. Въ отношенiи дивизiонныхъ лазаретовъ и выбора перевязочныхъ пунктовъ руководствоваться прилагаемымъ наставленiемъ.

"13) Обозамъ остаться въ настоящихъ мѣстахъ расположенiя войскъ и быть въ полной готовности къ движенiю. Для прикрытiя ихъ оставить каждому пѣхотному полку до 100 человѣкъ слабосильныхъ въ вѣдѣнiе командировъ нестроевыхъ ротъ.

"14) Нижнимъ чинамъ одѣтымъ быть въ мундирахъ, въ шапкахъ безъ чехловъ и имѣть шинели скатанными черезъ плечо, а также имѣть при себѣ сухарныя порцiи, варенаго мяса, во флягахъ воду. Ранцы оставить при обозахъ.

"15) Я буду находиться при общемъ резервѣ на высотѣ съ южной стороны шоссе въ Плевно, куда и присылать донесенiя о ходѣ боя возможно чаще.

"Къ сему присовокупляю, для объявленiя во всѣхъ частяхъ войскъ, что Его Императорское Высочество, черезъ прибывшаго сегодня ординарца своего, приказалъ намъ непремѣнно взять у непрiятеля Плевно".

Въ общемъ, изъ сущности приведенной здѣсь диспозицiи усматривается, что главная атака должна была вестись съ востока и частью съ сѣверо-востока. Противъ Гривицкихъ укрѣпленiй было сосредоточено 18 баталiоновъ, т. е. половина всей наличной пѣхоты; кромѣ того, за войсками, предназначенными для атаки этихъ укрѣпленiй, былъ расположенъ и общiй резервъ всего отряда. Атака князя Шаховского съ юго-восточной стороны получала вспомогательный по отношенiю къ первой атакѣ характеръ.

Первой задачей войскъ князя Шаховского ставилось, какъ видно изъ диспозицiи, овладѣнiе такими позицiями "лѣваго, южнаго, берега Гривицкаго ручья", съ которыхъ представлялась бы возможность поддерживать фланговымъ артиллерiйскимъ огнемъ атаку войскъ IX корпуса на Гривицкiя укрѣпленiя. Наступательныя дѣйствiя съ южной стороны г. Плевны по лѣвому берегу Тученицкаго оврага совсѣмъ не предусматривались диспозицiей и были произведены по личной иницiативѣ Свиты Его Величества генералъ-маiора Скобелева 2-го.

Подробному описанiю хода сраженiя 18 iюля предпосылается слѣдующiй краткiй его очеркъ.

Русскiя войска двинулись и заняли первоначальное положенiе согласно диспозицiи. Колонна генерала Вельяминова, за которой расположился подошедшiй въ одиннадцатомъ часу отъ с. Булгарени общiй резервъ, развернулсь восточнѣе д. Гривицы, открыла артиллерiйскiй огонь по Гривицкимъ укрѣпленiямъ и оставалась въ общемъ въ выжидательномъ положенiи до 3 часовъ пополудни. Колонна князя Шаховского, въ свою очередь, развернула артиллерiю на Радишевскихъ высотахъ и къ 2½ часамъ дня въ значительной степени ослабила огонь противника. Считая атаку достаточно подготовленной и принявъ движенiе части войскъ правой колонны за переходъ въ наступленiе, князь Шаховской запискою, посланной въ 2½ часа дня, увѣдомилъ генерала Криденера о своемъ намѣренiи начать атаку.

Между тѣмъ, генералъ Криденеръ, не получая свѣдѣнiй о ходѣ дѣлъ въ лѣвой колоннѣ и считая подготовку атаки правой колонны недостаточной[128], былъ расположенъ прекратить бой, отложивъ атаку[129]. Извѣщенiе князя Шаховского о намѣренiи начать атаку побудило его, однако, отдать приказанiе атаковать и войскамъ правой колонны. Наступленiе обѣихъ колоннъ началось около 3 часовъ пополудни и къ 4 часамъ дня достигнуты были существенные успѣхи.

Бригада генерала Горшкова, составлявшая боевую часть колонны князя Шаховского, оттѣснила противостоявшiя ей турецкiя войска въ то время, какъ войска генерала Вельяминова овладѣли передовой турецкой траншеей передъ Гривицкими редутами и заняли ближайшiя къ нимъ подступы. Въ то же время генералъ Скобелевъ, оттѣснивъ перешедшихъ было противъ него въ наступленiе турокъ, повелъ атаку на укрѣпленiя, непосредственно защищавшiя г. Плевну. Успѣхъ казался настолько вѣроятнымъ, что генералъ Криденеръ въ пятомъ часу послалъ генералу Лашкареву приказанiе перейти р. Видъ и преградить туркамъ путь отступленiя.

Успѣхъ русскихъ войскъ былъ, однако, непродолжителенъ. Бригада генерала Горшкова, вступившая въ дѣло съ главными силами Османа-паши, не могла развить одержаннаго успѣха. Подкрѣпленiя посылались ей княземъ Шаховскимъ разновременно и въ незначительныхъ силахъ, такъ какъ послѣднiй не рѣшался расходовать оставшiйся въ его распоряженiи резервъ (1-ю бригаду 30-й пѣхотной дивизiи) впредь до прибытiя подкрѣпленiй изъ общаго резерва отряда. Турки, не имѣвшiя съ юго-восточной стороны серьезныхъ укрѣпленiй, стянули противъ бригады генерала Горшкова до ⅔ своихъ войскъ, остановили ея движенiе и даже оттѣснили ея правый флангъ — что угрожало потерею связи обѣихъ колоннъ русскихъ войскъ, отдѣленныхъ трехверстнымъ промежуткомъ. Въ то же время войска IX корпуса (три полка 5-й, поддержанные затѣмъ тремя полками 31-й пѣхотныхъ дивизiй), имѣвшiя противъ себя сравнительно незначительныя живыя силы противника (не болѣе 6–8 таборовъ), тщетно бились о бруствера турецкихъ сильной профили редутовъ, атака которыхъ по мѣстнымъ условiямъ не могла быть достаточно подготовлена артиллерiйскимъ огнемъ съ первой артиллерiйской позицiи. Хотя артиллерiя IX корпуса и была затѣмъ, въ 5–6 часовъ, переведена на вторыя позицiи въ непосредственной близости атакованныхъ редутовъ, но огонь ея уже былъ закрытъ пѣхотой боевыхъ линiй, отчасти наполнявшей рвы редутовъ, а наступившая въ скоромъ времени темнота не позволяла съ достаточною ясностью отличать своихъ отъ чужихъ.

Слабый отрядъ генерала Скобелева, встрѣченный превосходными силами турокъ, также еще въ пятомъ часу принужденъ былъ прекратить наступленiе.

Между тѣмъ, не только резервы боевыхъ колоннъ были къ 6–7 часамъ почти истощены, но и въ общемъ резервѣ оставался лишь одинъ полкъ съ батареей. 119-й Коломенскiй полкъ, входившiй въ составъ общаго резерва, былъ посланъ еще въ пятомъ часу генераломъ Криденеромъ на усиленiе войскъ князя Шаховского. Полкъ этотъ отбилъ контръ-атаку турокъ, направленную противъ праваго фланга войскъ князя Шаховского, атаковалъ въ свою очередь укрѣпленiя, прикрывавшiя главную квартиру турокъ съ восточной стороны, но не былъ въ состоянiи вырвать побѣду изъ рукъ противника.

Османъ-паша, израсходовавшiй всѣ наличныя войска противъ войскъ князя Шаховского, перевелъ часть войскъ Адиля-паши съ праваго берега Гривицкаго ручья и съ помощью этого подкрѣпленiя удержалъ свои позицiи. Несмотря на громадныя потери, русскiя войска продолжали попытки атакъ до 10 часовъ вечера. Въ колоннѣ князя Шаховского были введены въ дѣло безъ исключенiя всѣ до послѣдняго баталiоны. Въ общемъ резервѣ генерала Криденера оставался лишь одинъ баталiонъ Серпуховскаго полка.

Въ виду невозможности вслѣдствiе жестокихъ потерь и утомленiя войскъ продолжать дѣло, генералъ Криденеръ въ одиннадцатомъ часу отдалъ приказъ объ отступленiи, которое въ колоннѣ князя Шаховского началось уже въ восьмомъ часу. Часть войскъ, несмотря на это, продолжала оставаться во рвахъ Гривицкихъ редутовъ и въ непосредственной ихъ близости, а также въ отнятомъ у турокъ укрѣпленiи № 14 въ теченiе цѣлой ночи и отступила лишь утромъ 19 числа. Кавалерiя отряда генералъ-маiора Скобелева, съ подошедшими сотнями полковника Бакланова, кавалерiя генерала Гильдебрандта и генерала Лашкарева, Серпуховскiй, Галицкiй и подошедшiй отъ Систово къ полудню 19 числа Воронежскiй полкъ прикрыли отступленiе отряда.

Въ частности сраженiе разыгралось слѣдующимъ образомъ:

I. Подготовительный перiодъ сраженiя. А) Дѣйствiя отряда князя Шаховского. По полученiи диспозицiи генерала Криденера, генералъ-лейтенантъ князь Шаховской, въ свою очередь, отдалъ слѣдующую диспозицiю по войскамъ ввѣреннаго ему отряда:

"Непрiятель занимаетъ Плевно и позицiи къ сѣверу, востоку и югу отъ Плевно, на высотѣ деревень Опонесъ (Опанецъ), Букова (Буково), Гривица (Гривца) и Радишево (Радишевъ). Противникъ предполагается въ силахъ отъ 30–40 тысячъ и, кромѣ того, въ Ловчѣ имѣетъ отрядъ силою въ двѣ тысячи. Завтра, 18 iюля, соединеннымъ отрядамъ генералъ-лейтенанта барона Криденера и генералъ-лейтенанта князя Шаховского, подъ общимъ начальствомъ генералъ-лейтенанта Криденера, приказано разбить непрiятеля, овладѣть Плевною и отрѣзать путь отступленiя туркамъ за рѣку Видъ.

"Для исполненiя сего предписано войскамъ, состоящимъ подъ непосредственнымъ начальствомъ генералъ-лейтенанта Криденера, дѣйствовать съ востока на Гривицу, а съ юго-востока и юга на Радишево (Радишевъ) — войскамъ ввѣреннаго мнѣ отряда.

"Наступленiе ввѣренному мнѣ отряду предписываю произвести въ слѣдующемъ порядкѣ:

"1) Правый авангардъ, подъ начальствомъ командира 126-го пѣхотнаго полка полковника Саранчева, въ составѣ одного полка пѣхоты и 2 батарей (126-й пѣхотный Рыльскiй полкъ, 1-я и 3-я батареи 32-й артиллерiйской бригады) — на Згалуице (Згалунце)[130] въ Радишевъ (Радишево).

"Лѣвый авангардъ изъ двухъ баталiоновъ пѣхоты съ полутора батареями (1-й и 2-й баталiоны 125-го пѣх. Курскаго полка, 4-я и ½ 6-й батареи 32-й арт. бригады), подъ непосредственнымъ начальствомъ генералъ-маiора Горшкова, черезъ Пелишатъ также въ Радишевъ.

"По достиженiи Радишева (Радишевъ), обѣ колонны поступаютъ подъ общее начальство генералъ-маiора Горшкова и наступаютъ на высоты сѣвернѣе Радишева.

"2) Главныя силы. 1-й бригадѣ 30-й пѣхотной дивизiи съ 3 батареями (117-й пѣхотный Ярославскiй и 118-й пѣхотный Шуйскiй полки, 1-я, 3-я и 6-я батареи 30-й артиллерiйской бригады), подъ начальствомъ генералъ-маiора Полторацкаго, слѣдовать изъ Пордима черезъ Пелишатъ и Радишеву и оставаться на самой дорогѣ, не доходя Радишева на 2 версты.

"3) Одному баталiону пѣхоты при 4 орудiяхъ (3-й баталiонъ 125-го пѣхотнаго Курскаго полка и 4 орудiя 6-й батареи 32-й артиллерiйской бригады), подъ начальствомъ маiора Домбровскаго, двинуться черезъ Пелишатъ въ Боготъ, гдѣ и поступить подъ начальство Свиты Его Величества генералъ-маiора Скобелева.

"4) Кавказской казачьей бригадѣ (2 полка казаковъ, № 8 Донская батарея и одна горная батарея), подъ начальствомъ Свиты Его Величества генералъ-маiора Скобелева, по присоединенiи къ ней отряда маiора Домбровскаго, предпринимать усиленныя рекогносцировки къ сторонѣ Плевно и на югъ къ сторонѣ Ловчи, для охраненiя лѣваго фланга, причемъ отрядъ маiора Домбровскаго исключительно предназначается для для заслона со стороны Ловчи и, впредь до особаго распоряженiя, для иныхъ цѣлей не употребляется.

"5) 1-я бригада 11-й кавалерiйской дивизiи (11-й драгунскiй Рижскiй полкъ съ 18-ю конною батареею и 2-й и 4-й эскадроны 11-го уланскаго Чугуевскаго полка) слѣдуетъ въ Турскiй-Трестеникъ, подъ командою генералъ-маiора Гильдебрандта, гдѣ и поступаетъ въ распоряженiе и по диспозицiи командира IX армейскаго корпуса.

"1-й и 3-й эскадроны 11-го уланскаго Чугуевскаго полка, подъ командою командира полка полковника Рейсига, присоединяются къ колоннѣ главныхъ силъ.

"6) Правому авангарду выступить съ бивака ровно въ 4½[131] часа утра.

"Лѣвому аванагрду — въ 4 часа утра.

"Колоннѣ главныхъ силъ — въ 5 часовъ утра. Отряду маiора Домбровскаго — въ 4 часа утра. Обоимъ полкамъ 11-й кавалерiйской дивизiи, отправивъ въ 3 часа утра два эскадрона драгунъ, предназначаемыхъ для дѣйствiя на крайнемъ правомъ флангѣ отряда генералъ-лейтенанта Криденера, съ остальными частями, съ 4 часовъ утра, подъ общимъ начальствомъ генералъ-лейтенанта Татищева, произвести усиленную рекогносцировку на пространствѣ Грвица (Гривица), Радишево и влѣво до большой дороги изъ Плевно въ Ловчу, стараясь, по возможности, прикрывать перестроенiе пѣхоты въ боевой порядокъ, а затѣмъ отойти по диспозицiи на назначенныя мѣста.

"7) Артиллерiйскимъ паркамъ выступить въ 6 часовъ утра, подъ начальствомъ подполковника Ходкевича, и слѣдовать, подъ прикрытiемъ одной роты 117-го Ярославскаго полка, непосредственно въ д. Пелишатъ, впереди которой остановиться.

"8) Передовой перевязочный пунктъ позади д. Радишева.

"9) Обозамъ оставаться въ Пордимѣ, гдѣ построить общiй вагенбургъ подъ прикрытiемъ двухъ ротъ Рыльскаго полка.

"10) Вторая бригада 30-й пѣхотной дивизiи съ тремя батареями поступаетъ въ общiй резервъ и всѣ распоряженiя имѣетъ получать непосредственно отъ генералъ-лейтенанта барона Криденера.

"11) Дальнѣйшiя распоряженiя — по мѣрѣ развитiя боя.

"12) Я буду находиться при колоннѣ главныхъ силъ".

Къ моменту выступленiя въ Пордимъ прибыла 1-я рота 5-го сапернаго баталiона, которая была распредѣлена такъ: взводъ назначенъ въ правый и три взвода въ лѣвый авангарды.

Авангарды выступили: правый — въ 5 час. и лѣвый — въ 5½ час. утра. Лѣвый авангардъ двигался по дорогѣ черезъ Пелишатъ на Радишево. Правый авангардъ направился первоначально по дорогѣ Сгаловецъ — Гривица, а затѣмъ проселкомъ перешелъ на первую дорогу, гдѣ и примкнулъ къ хвосту лѣваго авангарда.

Послѣ этого соединенная колонна, начальство надъ которой принялъ генералъ-маiоръ Горшковъ, командиръ 1-й бригады 32-й пѣхотной дивизiи, продолжала движенiе на Радишево, но при этомъ, по причинѣ густого тумана, незамѣтно уклонилась влѣво, свернувъ на проселочную дорогу, идущую по гребню высоты, южнѣе Радишева, на западъ.

Было около 9 часовъ, когда турки, замѣтивъ въ порѣдевшемъ туманѣ движенiе колонны, открыли по ней артиллерiйскiй огонь. Тотчасъ же генералъ Горшковъ приказалъ перемѣнить фронтъ направо и, выстроивъ боевой порядокъ, двинулся впередъ, причемъ Рыльскiй полкъ направился правѣе Радишева, а Курскiй полкъ — на эту деревню и лѣвѣе ея.

Къ 10 часамъ утра Рыльскiй полкъ расположился на позицiи на гребнѣ къ сѣверо-востоку отъ Радишева въ слѣдующемъ порядкѣ: на крайнемъ правомъ флангѣ 2-й баталiонъ (3 роты), передъ которымъ была разсыпана въ цѣпь 2-я стрѣлковая рота; лѣвѣе — 1-я батарея 32-й артиллерiйской бригады; еще лѣвѣе — 1-й баталiонъ, имѣя впереди цѣпь изъ 1-й стрѣлковой роты, и далѣе — 3-я батарея 32-й артиллерiйской бригады. Обѣ батареи выѣхали на позицiю въ 9½ часовъ утра; 3-й баталiонъ съ 3-й стрѣлковой ротой сталъ въ резервѣ въ лощинѣ позади позицiи. Лѣвѣе Рыльскаго полка и нѣсколько подъ угломъ къ нему, до самаго Тученицкаго оврага, расположился Курскiй полкъ съ 4-й батареей 32-й артиллерiйской бригады, выѣхавшей на позицiю около 10 часовъ утра, нѣсколько позже другихъ батарей бригады. Между ротами 1-го баталiона расположилась полубатарея 6-й батареи, выѣхавшая на позицiю въ 10 часовъ утра. Роты 1-го баталiона, имѣя стрѣлковую роту въ цѣпи, лежали въ обратномъ порядкѣ нумеровъ, начиная отъ позицiи 4-й батареи (4-я рота была не въ полномъ составѣ, такъ какъ одна изъ ея полуротъ была оставлена въ Пордимѣ при ранцахъ). Отъ 1-й роты, составлявшей крайнiй лѣвый флангъ боевого расположенiя бригады, въ Тученицкiй оврагъ былъ спущенъ боковой унтеръ-офицерскiй патруль.

Общее протяженiе фронта бригады генерала Горшкова было около трехъ верстъ.

Бригада 30-й пѣхотной дивизiи, подъ командою генералъ-маiора Полторацкаго, съ тремя батареями, составлявшая резервъ колонны князя Шаховского, послѣ нѣсколькихъ остановокъ на пути своего слѣдованiя черезъ с. Пелишатъ, стала въ резервномъ порядкѣ въ полуверстѣ къ югу отъ д. Радишева. Подойдя къ Радишеву, слѣдовавшiй при колоннѣ 1-й дивизiонъ уланъ выслалъ по взводу для связи направо съ войсками генерала Криденера и налѣво — съ отрядомъ генерала Скобелева 2-го; остальные затѣмъ 1½ эскадрона стали за селенiемъ, гдѣ и оставались до вечера.

Въ такомъ положенiи, обстрѣливая турецкую позицiю артиллерiйскимъ огнемъ, войска князя Шаховского оставались до 2½ часовъ пополудни.

Во время этого болѣе чѣмъ четырехчасового боя русская артиллерiя боролась сначала съ турецкой артиллерiей, расположенной въ укрѣпленiяхъ № 11 (3 ор.), № 14 (4 ор.), а съ 11 час. утра также съ полевой батареей, выѣхавшей между названными укрѣпленiями (3 ор.), и четырьмя орудiями на высотѣ (96)[132].

Впечатлѣнiе, произведенное огнемъ артиллерiи князя Шаховского на турокъ, было весьма сильное. Турецкiй историкъ по этому поводу говоритъ: "отрядъ, шедшiй на Радишево, дойдя до этого пункта, открылъ оттуда и съ Ловчинской дороги такой страшный огонь изъ орудiй, что мы не видѣли свѣта Божьяго и молили Господа о помощи; тѣмъ не менѣе батареи наши отвѣчали".

Къ 2½ часамъ, однако, русской артиллерiи удалось заставить замолчать огонь турецкихъ орудiй почти повсемѣстно, несмотря на то, что послѣднiя большею частью были прикрыты окопами. Полевая батарея была сбита огнемъ 1-й и 3-й батарей 32-й артиллерiйской бригады, не продержавшись на позицiи и 20 минутъ. Одна изъ русскихъ батарей, а именно 4-я батарея 32-й артиллерiйской бригады, снявшаяся на мѣстѣ, къ которому турки успѣли пристрѣляться заранѣе, понесла большiя потери (17 человѣкъ убитыми и ранеными). Командиръ батареи полковникъ Аласинъ былъ раненъ. По приказанiю начальника артиллерiи эта батарея была снята съ позицiи около 1 часу дня и замѣнена на позицiи 1-й батареей 30-й артиллерiйской бригады, которая стала между 1-й и 3-й батареями 32-й артиллерiйской бригады.

Дѣйствiе артиллерiи по защитникамъ пѣхотныхъ траншей было также весьма удовлетворительно. Что же касается до неоконченнаго укрѣпленiя Ибрагима-паши, то находившiяся въ немъ орудiя были подбиты, а пѣхота понесла, согласно турецкимъ источникамъ, значительныя потери[133].

До 12 часовъ дня командиръ XI корпуса находился при резервѣ за д. Радишевымъ. Въ исходѣ перваго часа дня имъ была получена отъ генерала Скобелева слѣдующая полевая записка:

"Сталъ согласно диспозицiи на лѣвомъ флангѣ общаго боевого порядка. Усиленная рекогносцировка показала: 1) между Плевно и передовыми укрѣпленiями къ Радишеву сосредоточена значительная пѣхотная сила съ артиллерiей, повидимому общiй резервъ. Масса кавалерiи на нашемъ лѣвомъ флангѣ и на Плевно-Софiйской дорогѣ, и 2) со стороны Ловчи движенiя непрiятельскихъ силъ незаметно.

"Усиленно охраняю, хотя по свойствамъ противника не вѣрю въ рѣшимость его наступить изъ Ловчи.

"Моя главная задача — охраненiе вашего лѣваго фланга, а въ случаѣ успѣха — преслѣдовать до конца.

"Когда ваше сiятельство намѣрены, по ходу дѣла, перейти въ общее наступленiе? Прошу извѣщать меня чаще о ходѣ боя".

Нѣсколько спустя послѣ полученiя этого донесенiя, разъѣздъ отряда генерала Скобелева донесъ князю Шаховскому, что въ кустахъ близъ лѣваго фланга боевого расположенiя Курскаго полка замѣчены массы турокъ.

Дабы не растягивать расположенiя войскъ бригады генерала Горшкова и вмѣстѣ съ тѣмъ обезпечить крайнiй лѣвый флангъ отъ всякихъ случайностей, князь Шаховской приказалъ изъ резерва выслать туда 3-ю стрѣлковую роту 118-го пѣхотнаго Шуйскаго полка, которая и заняла здѣсь высоты и кустарники по дорогѣ изъ Ловчи въ Плевно. Около того же времени, выяснивъ себѣ направленiе фронта предстоящей атаки, а равно то, что наивыгоднѣйшимъ представляется дѣйствiе на правый флангъ турецкаго расположенiя (имѣя цѣлью самый г. Плевну и обходя первую линiю турецкихъ укрѣпленiй), князь Шаховской отдалъ приказанiе перевести общiй резервъ за Радишево, гдѣ и поставить его въ верстѣ южнѣе деревни. При этомъ, для прикрытiя парковъ, расположившихся западнѣе д. Пелишатъ на дорогѣ изъ Радишева въ Порадимъ, оставлена 6-я рота Ярославскаго полка.

Между тѣмъ, генералъ Криденеръ, наблюдавшiй, какъ уже сказано, за ходомъ сраженiя съ высоты восточнѣе д. Гривицы, желая освѣдомиться о ходѣ дѣлъ въ лѣвой колоннѣ, приказалъ начальнику своего штаба увѣдомить о томъ князя Шаховского запиской. Записка эта, помѣченная 12 час. 30 мин., была доставлена по назначенiю во второмъ часу, въ ней значилось:

"Командиръ корпуса покорнейше проситъ ваше сiятельство увѣдомить подробно о положенiи у васъ дѣлъ, а именно: сбиты ли батареи позади Радишева, а также — нашлось ли достаточно мѣста для вывода на позицiи нашихъ бататрей. Признаете ли вы атаку достаточно подготовленною огнемъ. Что дѣлаетъ Кавказская бригада? Есть ли у васъ достаточно зарядовъ? Генералъ-маiоръ Шнитниковъ".

На эту записку, въ 2 часа дня, князь Шаховской послалъ слѣдующiй отвѣтъ: "Радишево занято безъ выстрѣла. Батареи занимаютъ 1-ю высоту къ сѣверу и сѣверо-западу отъ Радишева. Непрiятельскiя батареи на противоположной командующей высотѣ. Число орудiй у непрiятеля противъ Радишева не болѣе 6. Выстрѣлы непрiятельскiе утихаютъ. Мѣста на этой позицiи достаточно. Надо идти для атаки слѣдующихъ высотъ, на которыхъ именно и стоятъ непрiятельскiя орудiя. Отъ Кавказской сводной бригады было только одно донесенiе о томъ, что непрiятель направляется по Ловчинской дорогѣ. Зарядовъ пока достаточно.

"Генералъ Скобелевъ сейчасъ доноситъ — ничего нѣтъ отъ Ловчи. На лѣвомъ флангѣ кавалерiя съ артиллерiею, на Софiйской дорогѣ много пѣхоты видно между Плевно и Гривицкими высотами. Я съ резервомъ въ ½ верстѣ къ югу отъ Радишево".

Какъ видно изъ сказаннаго выше, записка эта, полученная генераломъ Криденеромъ въ 2 часа 40 мин., побудила его отдать приказанiе для наступленiя войскамъ правой колонны.

Въ 2½ часа дня князь Шаховской, съ одной стороны признавъ результатъ дѣйствiй своихъ батарей удовлетворительнымъ, съ другой обративъ вниманiе на появленiе пѣхоты генерала Криденера къ сѣверо-востоку отъ д. Гривицы[134] и усиленное движенiе турецкихъ обозовъ отъ позицiй къ сторонѣ Плевны, а равно на донесенiе генерала Скобелева о томъ, что онъ удерживаетъ противъ себя турокъ и могъ бы поддержать общую атаку, — въ 2½ часа пополудни рѣшилъ начать наступленiе[135], съ цѣлью овладѣть впереди лежащими высотами, какъ то слѣдовало по диспозицiи, отданной барономъ Криденеромъ.

Между тѣмъ, генералъ Криденеръ, не получивъ еще отвѣта на записку, посланную имъ съ капитантом Биргеромъ, приказалъ вторично запросить князя Шаховского о положенiи дѣлъ запискою слѣдующаго содержанiя: "Командиръ IX корпуса желаетъ подробно знать положенiе у васъ дѣлъ, такъ какъ невѣдѣнiе объ этомъ лишаетъ его всякой возможности что либо предпринять. Судя по дыму отъ вашихъ батарей, атака у васъ не подвигается. Генералъ-лейтенантъ баронъ Криденеръ спрашиваетъ — находите ли вы себя въ такомъ положенiи, чтобы атаковать. Если да, то онъ проситъ васъ поспѣшить о томъ увѣдомленiемъ, дабы онъ поддержалъ вашу атаку съ лѣваго своего фланга".

Записка эта, какъ бы предоставлявшая князю Шаховскому право начать атаку по своему усмотрѣнiю, была получена въ 2 часа 50 мин. дня, уже послѣ того, какъ имъ было отдано приказанiе атаковать, но укрѣпила его въ принятомъ рѣшенiи.

На эту записку генерала Криденера князь Шаховской отвѣтилъ въ 3 часа 40 мин. такъ: "Атака батарей началась; траншеи передъ батареями и по бокамъ весьма сильныя. Прошу поддержать съ вашей стороны. Желалъ бы присылки къ Радишеву полка пѣхоты съ 1 девяти-фунтовой батареей".

Б) Дѣйствiя отряда генералъ-лейтенанта Вельяминова. Одновременно съ наступленiемъ войскъ князя Шаховского на турецкiя позицiи со стороны Радишева, колонна генералъ-лейтенанта Вельяминова двинулась для атаки со стороны д. Гривицы.

Подходъ колонны генерала Вельяминова и развертыванiе въ боевой порядокъ совершились слѣдующимъ образомъ:

Въ 5 часовъ утра изъ с. Коюловцы двинулись 121-й, 122-й и 123-й пѣхотные полки 31-й пѣхотной дивизiи съ 1-ю, 2-ю, 3-ю, 4-ю и 6-ю батареями 31-й артиллерiйской бригады, долженствовавшiе составить боевую часть войскъ, назначенныхъ для атаки турецкихъ позицiй со стороны д. Гривицы.

Впереди шелъ 122-й Тамбовскiй полкъ, затѣмъ 123-й Козловскiй и, наконецъ, въ хвостѣ колонны слѣдовалъ 121-й Пензенскiй полкъ; артиллерiя — между полками. Пѣхота двигалась во взводной колоннѣ изъ середины. Густой туманъ покрывалъ всю окрестность, мѣшая правильной орiентировкѣ.

Пройдя верстъ 6, около 7 часовъ утра генералъ Бѣлокопытовъ, командиръ 1-й бригады 31-й пѣхотной дивизiи, отдалъ приказанiе строить боевой порядокъ. 1-я, 2-я и 3-я батареи развернулись въ одну линiю. Правѣе артиллерiи развернулся 122-й пѣхотный Тамбовскiй полкъ, лѣвѣе — 123-й пѣхотный Козловскiй полкъ; 121-й пѣхотный Пензенскiй полкъ съ 4-ю и 6-ю батареями составилъ резервъ.

Развернувшись въ боевой порядокъ и выславъ отъ баталiоновъ 1-й линiи стрѣлковыя цѣпи, дивизiя двинулась впередъ, причемъ правый флангъ прикрывался 3-мъ и 4-мъ эскадронами 11-го драгунскаго Рижскаго полка, а лѣвый — 2-ю сотнею Донского казачьяго № 34 полка.

Около 8 часовъ утра генералъ Вельяминовъ получилъ отъ Рижскихъ драгунъ донесенiе, что впереди и нѣсколько вправо обнаружены турецкiя батареи, прикрытыя съ фланговъ пѣхотою. Дѣйствительно, не прошло и ¼ часа, какъ съ турецкой батареи раздался первый выстрѣлъ. По направленiю выстрѣловъ можно было судить, что противникъ находится исключительно противъ праваго фланга отряда. Причиною ошибочнаго направленiя отряда, двигавшагося въ густомъ туманѣ, было отсутствiе проводниковъ.

Дабы исправить направленiе движенiя, дивизiя быстро перемѣнила фронтъ направо.

1-я батарея продвинулась впередъ и, занявъ позицiю полубатареями на высотѣ южнѣе оконечности балки, огибающей съ сѣвера и запада д. Гривицу, около 9 часовъ утра начала дѣйствовать съ дистанцiи въ 1.150 саж. по огню турецкихъ орудiй, стрѣлявшихъ изъ Гривицкаго № 7 редута[136]. Вслѣдствiе вышеуказанной перемѣны фронта 121-й пѣхотный Пензенскiй полкъ, выдвинутый изъ резерва, развернулся вправо отъ 1-й батареи; лѣвѣе батареи оказались Тамбовцы. 123-й Козловскiй полкъ былъ отведенъ въ резервъ. При резервѣ, т. е. при 123-мъ Козловскомъ полку располагались 2-я, 3-я, 4-я и 6-я батареи 31-й артиллерiйской бригады.

Какъ только разсѣялся туманъ и обрисовалась турецкая позицiя на высотахъ къ сѣверо-востоку отъ Гривицы, правѣе 1-й вызвана 2-я батарея, ставшая у вершины указанной выше балки и открывшая огонь также по орудiямъ, стрѣлявшимъ изъ редута № 7. Дистанцiя была опредѣлена пристрѣлкою въ 1.500 саж., что было болѣе дѣйствительной, не превышающей 1.200-1.300 саженъ. Было это около 9½ часовъ утра.

Вслѣдъ за 2-ю вызвана впередъ 3-я батарея, которая и заняла позицiю на лѣвомъ флангѣ отряда на скатѣ отрога возвышенности, спускавшемся къ д. Гривицѣ; съ этой позицiи батарея эта открыла огонь по полевой батареѣ, стоявшей на холмѣ восточнѣе Гривицкихъ редутовъ. Вслѣдствiе плохой видимости цѣли батареѣ пришлось оставить позицiю и отойти по полубатарейно саженъ на 150 назадъ, потерявъ въ короткое время на первой позицiи отъ огня турецкой батареи 4 нижнихъ чиновъ и двухъ лошадей. Огонь, веденный съ этой позицiи по батареѣ на холмѣ, вынудилъ послѣднюю отступить въ непродолжительномъ времени.

6-я батарея вначалѣ тоже была поставлена на линiи 1-й и 2-й батарей, правѣе послѣдней, для стрѣльбы по редуту № 7, но дистанцiя оказалась для нее слишкомъ велика, почему ее продвинули нѣсколько далѣе впередъ и вправо, откуда батарея и открыла огонь въ 10 часовъ по редуту съ дистанцiи 1.100-1.200 саженъ. Съ этой же позицiи 6-я батарея стрѣляла картечными гранатами по турецкимъ стрѣлкамъ, безпокоившимъ 1-ю и 2-ю батареи, и быстро заставила ихъ удалиться.

И такъ, до 12 час. изъ 13 пѣшихъ батарей правой колонны и общаго резерва дѣйствовали по редутамъ лишь четыре батареи 31-й артиллерiйской бригады, огонь которыхъ вслѣдствiе значительной дистанцiи и плохой видимости цѣлей не могъ быть дѣйствительнымъ.

Въ началѣ перваго часа, по требованiю начальника артиллерiи корпуса, была вызвана 1-я батарея 5-й артиллерiйской бригады (9-фунтовая), которая, смѣнивъ 6-ю (4-фунтовую) батарею 31-й артиллерiйской бригады, заняла позицiю на правомъ флангѣ (правѣе 1-й и 2-й батарей 31-й артил. бригады) южнѣе дороги изъ Турскаго-Трестеника къ д. Гривицѣ; 6-я же батарея 31-й артиллерiйской бригады отведена въ резервъ.

По выѣздѣ 1-я батарея 5-й артиллерiйской бригады открыла огонь шарохами — по "закрытой батареѣ" (въ дѣйствительности это былъ редутъ № 8) съ дистанцiи 1.100 саж. и картечными гранатами — по турецкой цѣпи на косѣ впереди Гривицкихъ редутовъ и по 4-орудiйной батареѣ, появившейся на той же косѣ[137].

Съ вызовомъ 1-й батареи 5-й артиллерiйской бригады канонада усилилась, но подготовка атаки Гривицкихъ укрѣпленiй не подвинулась вслѣдствiе большой, даже для 9-фунтовыхъ орудiй, дистанцiи; русскимъ орудiямъ противодѣйствовали 12–16[138] турецкихъ орудiй, хорошо прикрытыхъ окопами; турецкiя гранаты рвались на высотѣ батарей, причемъ осколки часто перелетали черезъ головы полковъ, стоявшихъ въ резервѣ.

Таковы были дѣйствiя артиллерiи генерала Вельяминова до перехода его колонны въ наступленiе.

Что касается пѣхоты правой колонны, то она, въ общемъ, продолжала занимать расположенiе, занятое ею съ утра.

Только 2-й и 3-й баталiоны 123-го пѣхотнаго Козловскаго полка были передвинуты около часу пополудни на правый флангъ позицiи, имѣя назначенiемъ служить поддержкою 121-му Пензенскому полку при предстоящей атакѣ Гривицкихъ укрѣiпленiй, а 1-й баталiонъ названнаго выше полка продвинулся прямо для поддержки 122-го Тамбовскаго полка.

Ружейнаго огня, за слишкомъ большою дистанцiею до противника, еще открыто не было. Небольшая перестрѣлка произошла лишь на крайнемъ правомъ флангѣ, гдѣ въ балкѣ около 9 часовъ утра показались башибузуки, поддержанные стрѣлками. Вначалѣ дѣйствiя тѣхъ и другихъ ограничивались перестрѣлкою со спѣшенными частями 3-го и 4-го эскадроновъ 11-го драгунскаго Рижскаго полка, которые, какъ сказано выше, прикрывали правый флангъ колонны генерала Вельяминова и поддерживали связь съ бригадою генерала Лашкарева. Но около полудня башибузуки, числомъ около 400 человѣкъ, поддерживаемые приблизительно таборомъ пѣхоты, начали подаваться по балкѣ, тѣсня передъ собою оба эскадрона драгунъ. Драгунская цѣпь отошла по лощинѣ, причемъ преслѣдовавшiе ее башибузуки даже поднялись на восточный край лощины. Въ виду этого командиромъ драгунскаго дивизiона подполковникомъ Немсидзiевымъ отправлено донесенiе въ штабъ корпуса, "что связь между драгунами и уланами (Бугскими) потеряна и что драгуны отошли". По полученiи этого донесенiя, около 2 часовъ дня, на поддержку 2-го дивизiона Рижскихъ драгунъ посланъ 1-й эскадронъ того же полка съ двумя орудiями 18-й конной батареи, который лично повелъ командиръ Рижскаго полка полковникъ фонъ-Викъ. Впрочемъ, когда этотъ эскадронъ съ орудiями прибылъ по назначенiю, то потребность въ его содѣйствiи уже миновала. Башибузуки и турецкiе стрѣлки, наступая балкою, подошли было къ правому флангу расположенiя Пензенскаго полка, были встрѣчены здѣсь огнемъ 1-й стрѣлковой роты (которая съ этою цѣлью выдвинулась еще впередъ и вправо) и отступили, а вмѣстѣ съ тѣмъ возстановилась и связь драгунъ съ бригадою генерала Лашкарева.

Въ 10 час. подошли къ полю сраженiя три полка 5-й пѣхотной дивизiи: 17-й Архангелогородскiй, 18-й Вологодскiй и 20-й Галицкiй съ 5-й артиллерiйской бригадой и стали въ частномъ резервѣ, за позицiей 31-й пѣхотной дивизiи. Въ началѣ одиннадцатаго часа подошелъ и общiй резервъ (2-я бригада 30-й пѣхотной дивизiи со 2-ю, 4-ю и 6-ю батареями 30-й артиллерiйской бригады) и сталъ по обѣ стороны Плевно-Рущукскаго шоссе, въ 3–4 верстахъ не доходя д. Гривицы. Начали прибывать и летучiе парки, а затѣмъ подошли и 4[139] эскадрона 1-й бригады 11-й кавалерiйской дивизiи съ 18-ю конною батареею подъ начальствомъ генералъ-маiора Гильдебрандта.

Почти одновременно съ этимъ (въ 10 час. 15 мин.) послышались выстрѣлы со стороны с. Радишево — то былъ огонь батарей колонны князя Шаховского.

Въ такомъ выжидательномъ положенiи части колонны генералъ-лейтенанта Вельяминова оставались до 3½ часовъ дня, когда Пензенскiй, Тамбовскiй и Козловскiй полки были двинуты для атаки Гривицкихъ укрѣпленiй, о чемъ будетъ сказано далѣе.

В) Дѣйствiя отряда генералъ-маiора Скобелева 2-го. Отрядъ генералъ-маiора Скобелева 2-го, въ составѣ Кавказской казачьей бригады съ Донской № 8 и 1-ю конно-горною батареями (всего 12 сотенъ, 6 конныхъ и 6 конно-горныхъ орудiй), выступилъ съ бивака у Богота въ 7½ часовъ утра, вмѣсто 5, такъ какъ диспозицiя была получена лишь въ 6 час. 5 мин. утра. 3-му баталiону Курскаго полка, съ 4 орудiями 6-й батареи 32-й артиллерiйской бригады, еще находившимся въ пути къ Боготу, было предписано безостановочно двигаться вдоль по Боготскому ручью до Плевно-Ловчинскаго шоссе, гдѣ и ожидать приказанiй; кавалерiя же, имѣя въ авангардѣ двѣ сотни Кубанскаго полка, при 4 орудiяхъ Донской конной № 8 батареи, подъ личнымъ начальствомъ генерала Скобелева, двинулась къ г. Плевнѣ. Главныя силы подъ начальствомъ полковника Тутолмина слѣдовали въ 2 верстахъ позади. Густой туманъ скрывалъ движенiе кавалерiи, но за то и идти приходилось почти ощупью. Отрядъ подошелъ къ Плевно-Ловчинскому шоссе и затѣмъ двинулся далѣе къ Зеленымъ горамъ по направленiю къ Плевнѣ. Въ 8 часовъ авангардъ двинулся на Зеленыя горы, а остальныя сотни Кавказской казачьей бригады съ артиллерiей остановились въ верстѣ позади на Рыжей горѣ, восточнѣе Плевно-Ловчинскаго шоссе; подошедшая пѣхота расположилась за главными силами Кавказской бригады.

Для наблюденiя за Ловчей посланы сильные разъѣзды, а для связи съ княземъ Шаховскимъ и къ сторонѣ Вида назначено по сотнѣ. Сотнѣ, назначенной для связи съ княземъ Шаховскимъ, приказано было соединиться съ нимъ цѣпью, какъ единственнымъ средствомъ ускорить сообщенiе черезъ трудно проходимое пространство. Кромѣ того, отъ Владикавказскаго полка высланъ разъѣздъ (есаула Астахова) для развѣдки переправъ черезъ р. Видъ у д.д. Трнина и Десевицы.

Авангардъ перешелъ первый и второй кряжи Зеленыхъ горъ и, поднявшись на третiй гребень, сталъ въ 300 саженяхъ отъ предмѣстья города.

Съ этой позицiи, когда туманъ разсѣялся, можно было различить турецкiе окопы у юго-западной окраины города. Кромѣ того, вдали, между Плевной и Гривицкими высотами, виднѣлись массы пѣхоты въ резервномъ порядкѣ[140].

Какъ только раздался первый орудiйный выстрѣлъ съ позицiи войскъ князя Шаховского, слѣдовательно, около 9 час. утра, открыли огонь и 4 орудiя Донской № 8 батареи. Турки тотчасъ стали отвѣчать артиллерiйскимъ огнемъ, а часъ спустя перешли въ наступленiе: 4 табора турецкой пѣхоты, подъ прикрытiемъ густой цѣпи стрѣлковъ и съ черкесами на флангахъ, двинулись на третiй кряжъ Зеленыхъ горъ. Подъ напоромъ турокъ авангардъ генерала Скобелева началъ отходить на ту часть перваго кряжа, что западнѣе Ловчинскаго шоссе. По другую сторону шоссе развернулись въ боевомъ порядкѣ остальныя сотни Кавказской бригады. Обѣ конныя батареи были выдвинуты на позицiю; спѣшенные Кубанцы расположились въ прикрытiи орудiй, а Владикавказцы, въ конномъ строю, стали во второй линiи. Роты 3-го баталiона Курскаго полка составили резервъ отряда.

Турецкая цѣпь заняла 3-й и 2-й кряжи Зеленыхъ горъ. По западную сторону отъ шоссе она дальше второго кряжа не поднялась, удержанная здѣсь спѣшенными казаками авангарда; восточнѣе же шоссе турки продвинулись до наружной опушки перваго кряжа Зеленыхъ горъ. Встрѣченная здѣсь ружейнымъ и артиллерiйскимъ огнемъ, турецкая пѣхота остановилась и завязала изъ кустовъ перестрѣлку.

Въ такомъ положенiи, привлекши на себя часть турецкихъ силъ и тѣмъ облегчивъ дѣйствiя войскъ князя Шаховского, отрядъ генерала Скобелева оставался почти до 3-хъ часовъ дня.

Г) Дѣйствiя кавалерiи генерала Лашкарева. Въ 7¼ часовъ утра 9-й уланскiй Бугскiй и Донской казачiй № 9 полки съ Донскою казачьею № 2 батаеею выступили съ бивака подъ с. Бресляница и выдвинулись на позицiю къ черкесскому селу Челисовату; здѣсь, въ 8¼ час. утра, бригада остановилась, выславъ цѣпь разъѣздовъ къ сторонѣ Плевны для наблюденiя за противникомъ.

Въ такомъ положенiи кавалерiя эта оставалась въ ожиданiи приказанiй отъ генерала Криденера, которыя, какъ будетъ сказано ниже, послѣдовали значительно позже, а именно къ 6 часамъ вечера.

Такимъ образомъ, къ 3 часамъ дня закончился подготовительный перiодъ боя. Къ этому времени войска князя Шаховского и вслѣдъ затѣмъ войска IX корпуса пошли въ атаку на противостоящiя имъ турецкiя укрѣпленiя.

II. Рѣшительный перiодъ сраженiя. А) Дѣйствiя колонны князя Шаховского. Въ 2½ часа, какъ сказано выше, князь Шаховской отдалъ приказанiе начать атаку южнаго фронта турецкой позицiи.

Приказавъ усилить огонь батарей, генералъ Горшковъ подалъ въ 3 часа дня сигналъ "всѣ" и "наступленiе", по которому растянутые по гребню Радишевской высоты на три версты 126-й пѣхотный Рыльскiй полкъ подъ командой полковника Ракуза и 125-й пѣхотный Курскiй полкъ подъ начальствомъ подполковника Каменоградскаго, смѣнившаго командира полка полковника Саранчова, раненаго въ началѣ дѣла, двинулись прямо передъ собою для атаки укрѣпленiй южнаго фронта турецкой позицiи. Атака поддерживалась огнемъ артиллерiи.

Какъ только бригада генерала Горшкова подъ прикрытiемъ огня батарей 32-й и 30-й артиллерiйскихъ бригадъ двинулась съ мѣста, турки открыли по ней сильный ружейный огонь изъ траншей и ложементовъ, которыми, мѣстами въ нѣсколько ярусовъ, были покрыты скаты впереди и по сторонамъ редутовъ. Турецкiя орудiя также участили огонь. Уже съ появленiя на гребнѣ Радишевской высоты баталiоны бригады начали нести довольно чувствительныя потери. По мѣрѣ же движенiя по скату потери еще болѣе усилились. Дабы сократить время пребыванiя подъ огнемъ, вырывавшимъ все болѣе и болѣе жертвъ, части были двинуты перебѣжками. Но быстрое движенiе по мягкому и покрытому кустами полю было утомительно. Послѣ небольшой передышки у ручья, гдѣ людямъ разрѣшено было напиться воды, наступленiе продолжалось.

1-й баталiонъ Курскаго полка, имѣя во главѣ своего командира полковника Ракуза, направился противъ позицiи Тахира-паши на высотѣ (96) и въ охватъ послѣдней. 2-й баталiонъ Курскаго полка съ нѣсколькими перемѣшавшимися съ нимъ ротами Рыльцевъ, подъ начальствомъ подполковника Каменоградскаго, наступали правѣе на укрѣпленiе № 11 (впослѣдствiи редутъ Атыфъ-табiя); наконецъ, бóльшая часть Рыльскаго полка, наступавшая на правомъ флангѣ боевого порядка бригады генерала Горшкова, бросилась на укрѣпленiе № 14 (впослѣдствiи редутъ Ибрагимъ-бей-табiя).

Сила огня турокъ доходила до крайнихъ предѣловъ. Значительный подъемъ въ гору по рыхлому полю, подъ лучами палящаго солнца, сдерживалъ быстроту наступленiя. Однако, съ каждою минутою разстоянiе до противника уменьшалось и роты 1-го баталiона Курскаго полка подошли на 300–200 шаговъ къ турецкимъ ложементамъ. Турецкая пѣхота, поражаемая шрапнелью, начала бѣгомъ, продолжая, однако, отстрѣливаться, очищать одну линiю ровиковъ и траншей за другою, направляясь къ мѣсту расположенiя батареи № 12, т. е. на позицiю, занятую войсками Гассана-Сабри-паши. Согласно турецкимъ свѣдѣнiямъ, отступленiе Тахира-паши было отчасти вынуждено движенiемъ войскъ генерала Скобелева, наступавшаго лѣвой стороной р. Тученицы, что угрожало отступленiю перваго.

Съ крикомъ "ура" роты 1-го баталiона Курскаго полка бросились преслѣдовать по пятамъ быстро уходящаго противника. До батареи № 12 оставалось 150–200 шаговъ; въ рядахъ защитниковъ ея уже замѣчалась суета, предвѣщавшая начало отступленiя. Но въ этотъ моментъ появились свѣжiе таборы турецкой пѣхоты. Бѣглый концентрическiй огонь турокъ въ связи съ появленiемъ ихъ сомкнутыхъ частей, начавшихъ охватывать фланги 1-го баталiона, остановили сильно порѣдевшiя и уже перемѣшавшiяся роты и принудили ихъ засѣсть въ ближайшихъ къ батареѣ траншеяхъ. Турецкая пѣхота тоже прiостановилась и залегла. Завязалась перестрѣлка почти въ упоръ.

Тѣiмъ временемъ, въ центрѣ боевого порядка 2-го баталiонъ Курскаго полка съ нѣсколькими ротами Рыльцевъ атаковалъ укрѣпленiе № 3.

Какъ сказано выше, наступленiемъ центра руководилъ подполковникъ Каменоградскiй, не оставлявшiй поля сраженiя до конца, несмотря на полученную контузiю пулею въ грудь. И здѣсь, какъ и на правомъ своемъ флангѣ, турки, поколебленные огнемъ артиллерiи, послѣдовательно очистили выдвинутые впередъ траншеи и ложементы, какъ только Рыльскiя роты сблизились съ ними на 150–200 шаговъ. Преслѣдованiе отступавшихъ было, однако, остановлено огнемъ подоспѣвшихъ къ укрѣпленiю свѣжихъ турецкихъ частей.

Въ тотъ моментъ, когда роты 2-го баталiона Курскаго полка вынуждены были прiостановиться, адъютантъ этого баталiона подпоручикъ Копаневичъ выхватилъ револьверъ и, давъ шпоры коню, съ крикомъ "братцы, за мной", поскакалъ къ укрѣпленiю № 11, орудiя съ котораго уже были свезены. Увлеченная этимъ примѣромъ толпа солдатъ съ нѣсколькими офицерами бросилась вслѣдъ за нимъ. Копаневичъ былъ убитъ на самомъ брустверѣ укрѣпленiя. Турки, не принявъ удара въ штыки, отступили.

Захваченное такимъ образомъ укрѣпленiе № 5, однако, не долго оставалось въ рукахъ Курцевъ: сосредоточенный огонь постоянно прибывавшей турецкой пѣхоты, начавшей охватывать укрѣпленiе, вынудилъ остатки ротъ снова отступить въ ближайшiе турецкiе траншеи и ложементы. И здѣсь, въ центрѣ, противъ укрѣпленiя № 11 (какъ и на лѣвомъ флангѣ) завязалась перестрѣлка почти въ упоръ. Усилiя частей были истощены, большинство офицеровъ и около 40 % нижнихъ чиновъ выбыли изъ строя.

Что касается праваго фланга бригады, т. е. Рыльскаго полка, за исключенiемъ части его, вошедшей въ составъ центра и атаковавшей укрѣпленiе № 11, и двухъ ротъ, оставленныхъ при вагенбургѣ въ д. Пордимъ, то онъ наступалъ на укрѣпленiе № 14 перебѣжками, почти безъ выстрѣла.

По мѣрѣ приближенiя атакующихъ частей огонь турокъ все болѣе и болѣе усиливался: орудiя ихъ встрѣтили Рыльцевъ картечью съ дистанцiи не болѣе 200 шаговъ. Но не смотря на это, Рыльцы, покровительствуемые шрапнельнымъ огнемъ артиллерiи, ударили на турокъ такъ стремительно, что послѣднiе очистили какъ окопы, такъ и укрѣпленiе № 14, не успѣвъ даже вывезти оттуда два орудiя. Послѣ этого Рыльцы, зайдя правымъ плечомъ, двинулись на укрѣпленiе № 11 и батарею № 10. Однако, пройдя въ этомъ направленiи около версты, они были остановлены огнемъ турецкихъ стрѣлковъ, занявшихъ лежавшiе на пути виноградники, а также огнемъ изъ укрѣпленiя № 11 и съ батареи № 10.

Такимъ образомъ, атака Рыльскаго полка имѣла успѣхъ, но онъ не могъ быть развитъ за отсутствiемъ резерва; выбившiеся изъ силъ остатки полка вынуждены были прiостановиться.

Какъ уже сказано, русская артиллерiя, стоявшая на позицiи у Радишева, усиленная передъ началомъ атаки вызванными изъ резерва 3-й и 5-й батареями 30-й артиллерiйской бригады, вела дѣйствительный огонь, поддерживая наступленiе пѣхоты до предѣловъ возможнаго и много содѣйствовала успѣху атаки. Затѣмъ, по занятiи непрiятельскихъ траншей и укрѣпленiя № 14, сперва 1-я батарея 32-й артиллерiйской бригады, по иницiативѣ своего батарейнаго командира, а затѣмъ 3-я батарея 30-й артиллерiйской бригады и 3-я батарея 32-й артиллерiйской бригады, по приказанiю начальника артиллерiи XI корпуса г.-м. Калмыкова, спустились въ лощину и послѣдовательно, одна за другою, перешли на новую позицiю около захваченнаго укрѣпленiя № 14. 1-я батарея, впрочемъ, не найдя подходящей цѣли, скоро снялась и отошла на свою старую позицiю. Обѣ же третьи батареи съ дистанцiи 800 саженъ открыли огонь во флангъ и тылъ орудiямъ, стоявшимъ въ укрѣпленiи № 11, осыпавшимъ атакующую пѣхоту картечными гранатами; съ помощью 1-й, а затѣмъ и 5-й батарей, стрѣлявшихъ съ Радишевскаго гребня, турецкiя орудiя были приведены къ молчанiю, что и помогло 2-му баталiону Курскаго полка ворваться въ означенное укрѣпленiе.

Б) Дѣйствiя колонны генерала Вельяминова. Въ 2 часа 40 мин. дня генералъ Криденеръ получилъ вышеприведенную полевую записку князя Шаховского отъ 2 часовъ дня, въ которой командиръ XI корпуса извѣщалъ начальника отряда, что по его мнѣнiю "надо идти для атаки слѣдующихъ высотъ".

Какъ выше уже было указано, генералъ баронъ Криденеръ не считалъ атаку колонны генерала Вельяминова достаточно подготовленной, но, получивъ извѣщенiе отъ князя Шаховского о необходимости по его мнѣнiю, начать атаку лѣвой колонной, не счелъ возможнымъ откладывать болѣе атаку и правой колонны.

Подъѣхавъ къ полкамъ 31-й пѣхотной дивизiи, генералъ Криденеръ напомнилъ имъ о непремѣнномъ желанiи Великаго Князя Главнокомандущаго, "чтобы Плевна была взята", и отдалъ приказанiе генералу Вельяминову начать атаку Гривицкихъ укрѣпленiй.

Наступленiе, начатое около 3 часовъ, было произведено двумя колоннами: правая — въ составѣ 121-го пѣхотнаго Пензенскаго полка (полковникъ Конаржевскiй), 2-го и 3-го баталiоновъ 123-го пѣхотнаго Козловскаго полка (полковникъ Степановъ), подъ начальствомъ генералъ-маiора Бѣлокопытова, двинулась на Гривицкiя укрѣпленiя правѣе (сѣвернѣе) гребня, тянущагося отъ позицiи IX корпуса къ Гривицкимъ укрѣпленiямъ; лѣвая — подъ личнымъ начальствомъ генерала Вельяминова, въ составѣ 122-го пѣхотнаго Тамбовскаго полка (полковникъ Головинъ) и 1-го баталiона 123-го пѣхотнаго Козловскаго полка, направилась лѣвѣе (южнѣе) названнаго гребня.

Въ резервѣ, за правымъ флангомъ, слѣдовали 18-й пѣхотный Вологодскiй и 17-й Архангелогородскiй полки. 20-й Галицкiй полкъ былъ направленъ въ Гривицкую лощину для связи, при дальнѣйшемъ его наступленiи, съ войсками князя Шаховского.

Колонна генерала Бѣлокопытова наступала, имѣя впереди 121-й пѣхотный Пензенскiй полкъ, 1-й баталiонъ котораго направленъ былъ для атаки траншей на косѣ впереди Гривицкихъ редутовъ; лѣвѣе 1-го баталiона направленъ 2-й баталiонъ; 3-й баталiонъ (три роты) этого полка слѣдовалъ за 2-мъ баталiономъ.

Первоначальныя дѣйствiя Пензенскаго полка были удачны: 1-й баталiонъ двигался безостановочно и, бросившись въ штыки, взялъ первый рядъ ложементовъ; атакованная турецкая батарея принуждена была оставить позицiю; вслѣдъ затѣiмъ баталiонъ бросился на вторую линiю стрѣлковыхъ окоповъ, но встрѣченный резервами вынужденъ было отойти. Въ это время наступавшiй лѣвѣе 2-й баталiонъ, подъ начальствомъ своего командира маiора Ковалевскаго, стремительно атаковалъ турецкiе ложементы на косѣ противъ редута № 8 и опрокинулъ ихъ въ оврагъ[141].

До редута оставалось еще шаговъ 900, но предварительно надо было пройти крутой оврагъ, скатъ котораго былъ обстрѣливаемъ яруснымъ огнемъ изъ стрѣiлковыхъ ровиковъ, траншей и редута.

Слѣдуя по пятамъ отступавшихъ турокъ, 2-й баталiонъ устремился на противоположный берегъ оврага. 3-й баталiонъ (3 роты[142]) послѣдовалъ за правымъ его флангомъ; 2-й баталiонъ выбилъ турокъ изъ траншей, лежавшихъ въ 100 шагахъ впереди и южнѣе редута № 7. Вслѣдъ за симъ маiоръ Ковалевскiй кинулся къ этому редуту, на брустверѣ котораго и палъ геройской смертью, поднятый турками на штыки, и атака была отбита. 5-я, 7-я и 2-я стрѣлковая роты потеряли при этомъ всѣхъ офицеровъ и болѣе половины нижнихъ чиновъ. Въ 7-й ротѣ остались всего 33 человѣка. Остатки 2-го баталiона залегли въ траншеяхъ въ 80-100 шагахъ отъ редута. Попытки повторить атаку были остановлены огнемъ послѣдняго.

3-й баталiонъ, шедшiй въ резервѣ за 2-мъ, поднявшись изъ оврага, атаковалъ опушку рощицы, находившейся въ промежуткѣ между Гривицкимъ № 7 и Гривицкимъ № 8 редутами. Рядъ атакъ этого баталiона тоже отбитъ огнемъ турецкой пѣхоты. Остатки его ротъ залегли большею частью въ кустахъ близъ дорожки, пролегающей къ редуту черезъ виноградники, и отсюда перестрѣливались съ противникомъ.

1-му баталiону совсѣмъ не удалось продвинуться далѣе занятыхъ имъ первоначально ложементовъ и батарей; онъ былъ вынужденъ остаться въ оврагѣ шагахъ въ 300 отъ непрiятельскихъ траншей, отходившихъ къ западу отъ редута № 7. "Атака этого баталiона на редутъ, за крутизною ската, оказалась невозможною".

Такимъ образомъ, усилiе Пензенцевъ было сломлено, не смотря на упорство и отчаянную храбрость этого полка, понесшаго огромныя потери и потерявшаго въ полчаса времени до 20 офицеровъ и около 1.000 нижнихъ чиновъ.

За лѣвымъ флангомъ боевого порядка Пензенскаго полка наступалъ 2-й баталiонъ 123-го пѣхотнаго Козловскаго полка, имѣя за собой въ резервѣ 3-й баталiонъ. Такъ какъ атака Пензенскаго полка на Гривицкiй № 7 редутъ была безуспѣшна, отчасти вслѣдствiе фланговаго огня изъ сильно укрѣпленной и занятой турками рощи между редутами №№ 7 и 8, то на эту послѣднюю, въ поддержку 3-го баталiона Пензенцевъ, былъ направленъ и 2-й баталiонъ Козловскаго полка; когда же въ балку спустились полки 1-й бригады 5-й пѣхотной дивизiи, то явилась возможность и 3-й баталiонъ Козловскаго полка направить для атаки того же пункта.

Какъ только 1-я линiя ротныхъ колоннъ 2-го баталiона Козловцевъ, прикрытая цѣпью стрѣлковъ, показалась по сю сторону оврага на гребнѣ, уже очищенномъ отъ противника усилiями Пензенскаго полка, то она была встрѣчена жестокимъ огнемъ изъ рощи. Роты прiостановились, но ѣхавшiй верхомъ во главѣ баталiона командиръ Козловскаго полка полковникъ Степановъ, уже раненый до того, но не оставлявшiй поля сраженiя, тотчасъ же увлекъ ихъ впередъ, причемъ, однако, палъ смертельно раненымъ тремя пулями. Увлеченный примѣромъ командира полка, 2-й баталiонъ Козловцевъ бросился впередъ и выбилъ турокъ съ опушки рощицы, но всѣ попытки продвинуться дальше не удались. Тогда на помощь былъ двинутъ 3-й баталiонъ Козловцевъ. Двигаясь по гребню высотъ, баталiонъ этотъ понесъ тяжелые потери, вслѣдствiе чего подался влѣво и залегъ за курганомъ въ нѣсколькихъ стахъ шагахъ отъ редута № 8.

Дѣйствiя 1-й бригады 5-й пѣхотной дивизiи, направленной правѣе Пензенскаго полка, какъ будетъ сказано ниже, тоже не увѣнчались успѣхомъ.

Одновременно съ движенiемъ правой колонны, атаковавшей Гривицкiя укрѣпленiя съ востока, лѣвая колонна, подъ личнымъ начальствомъ генерала Вельяминова, произвела атаку на Гривицкiй редутъ № 8, съ юго-востока и юга, имѣя въ первой линiи 122-й пѣхотный Тамбовскiй полкъ, за которымъ слѣдовалъ 1-й баталiонъ 123-го пѣхотнаго Козловскаго полка. При этомъ 3-й баталiонъ Тамбовцевъ направился черезъ д. Гривицу, а 2-й и 1-й баталiоны — сѣвернѣе ея. Спустившись затѣмъ въ лощину, Тамбовцамъ пришлось, подъ огнемъ противника, перебираться черезъ довольно глубокiй ручей, что не могло не разстроить порядка движенiя. Дабы устроиться и подтянуться, головныя части были прiостановлены и баталiоны собрались въ лощинѣ правѣе селенiя Гривицы.

Когда баталiоны устроились, колонна генералъ-лейтенанта Вельяминова двинулась впередъ въ такомъ порядкѣ: впереди 2-й баталiонъ 122-го полка по-ротно въ двѣ линiи (роты въ развернутомъ строѣ), прикрываясь цѣпью 2-й стрѣлковой роты; за 2-мъ баталiономъ — 3-й баталiонъ по-ротно въ двѣ линiи, впослѣдствiи развернувшiйся правѣе 2-го баталiона; наконецъ, въ частномъ резервѣ за этими баталiонами — роты 1-го баталiона. Въ общемъ резервѣ колонны попрежнему оставался 1-й баталiонъ 123-го пѣхотнаго полка.

Огонь турокъ все усиливался и слѣдующую, параллельную первой, лощину колоннѣ генерала Вельяминова приходилось пройти, подвергаясь не только фронтальному ружейному, но и артиллерiйскому фланговому огню слѣва. На подъемѣ изъ второй лощины представилось мертвое пространство, гдѣ баталiоны подтянулись и затѣмъ дружно, съ криками "ура", бросились на высоту. Здѣсь части были встрѣчены такимъ огнемъ, что не могли продолжать движенiе впередъ и вынуждены были залечь за холмомъ, изъ-за гребня котораго открыли залпы по редуту. 1-й баталiонъ 123-го пѣхотнаго Козловскаго полка, подъ командою подполковника Шульца, былъ выдвинутъ на лѣвый флангъ Тамбовцевъ. Направившись влѣво, баталiонъ этотъ перестроился по-ротно въ одну линiю и подъ сильнымъ огнемъ занялъ здѣсь оставленные турками ложементы. Цѣпь отъ стрѣлковой роты баталiона разсыпалась по скату, засѣянному кукурузой. Развернувшись лѣвѣе Тамбовцевъ, роты Козловскаго баталiона тоже открыли залпы по редуту № 8.

Неоднократныя попытки овладѣть редутомъ № 8 соединенными усилiями Тамбовцевъ и 1-го баталiона Козловскаго полка не увѣнчались успѣхомъ, и части эти были вынуждены держаться за холмомъ, продолжая лишь залпы по редуту. Для укрытiя отъ непрiятельскаго огня передовыя части полка вырыли себѣ ровики всего въ 300 шагахъ отъ редута. За неимѣнiемъ шанцеваго инструмента ровики были вырыты тесаками, штыками и просто руками.

Атака полковъ 31-й пѣхотной дивизiи по вышеизложеннымъ причинамъ не была въ достаточной степени подготовлена огнемъ артиллерiи. Съ первой артиллерiйской позицiи поддержать атаку пѣхоты было трудно за исключенiемъ атаки Пензенскаго полка противъ участка окоповъ на косѣ впереди редутовъ, которымъ полкъ и овладѣлъ поэтому сравнительно легко. Лишь съ занятiемъ этой косы получилась возможность, какъ объ этомъ будетъ сказано ниже, воспользоваться ей, какъ второй артиллерiйской позицiей, и перевести на нее бóльшую часть артиллерiи. Помочь полкамъ 31-й пѣхотной дивизiи и съ этой позицiи артиллерiи, однако, удалось лишь въ незначительной степени, такъ какъ ко времени переѣзда большинства батарей атака полковъ этой дивизiи была уже отбита.

Ходъ боя въ колоннѣ князя Шаховского съ 4 часовъ пополудни. Въ началѣ пятаго часа пополудни, какъ сказано выше, наступленiе 1-й бригады 32-й пѣхотной дивизiи прiостановилось по всему протяженiю фронта, какъ вслѣдствiе понесенныхъ ею потерь, такъ отчасти и крайняго изнуренiя оставшихся въ строю людей, находившихся въ движенiи съ 4 часовъ утра по страшной iюльской жарѣ и вынужденныхъ пробѣгать значительное пространство по вспаханному полю еще до момента столкновенiя съ противникомъ.

Между тѣмъ, съ 4 часовъ турки повели рядъ энергичныхъ контръ-атакъ, введя для этого таборы своего общаго резерва и усиливъ свою артиллерiю частью остававшихся еще въ резервѣ орудiй. Вмѣстѣ съ тѣмъ Османъ-паша приказалъ Адилю-пашѣ прислать нѣсколько таборовъ, которые должны были пополнить израсходованный общiй резервъ. На батарею № 12 были поставлены 4 орудiя Тахиръ-паши, отступившаго съ высоты (96). Батарея № 10 была занята еще ранѣе 2 орудiями. Въ пятомъ часу между этой батареей и батареей № 9 выѣхала на позицiю послѣдняя изъ батарей (6 ор.), остававшаяся еще въ общемъ резервѣ Османа-паши. Первый настискъ турокъ пришлось выдержать ротамъ 1-го баталiона Курскаго полка. Нѣсколько турецкихъ орудiй снялись на пунктѣ № 34 (Арабъ-табiя) и открыли фланговый огонь по ротамъ 1-го баталiона; въ то же время турки начали подаваться впередъ, пытаясь охватить его фланги. Вскорѣ они подошли такъ близко, что уже можно было ясно различать ихъ лица. Еще мгновенiе, и роты 1-го баталiона, съ крикомъ "ура" бросились на насѣвшаго противника; этотъ послѣднiй не выдержалъ и далъ тылъ, забывъ даже привычку отстрѣливаться на ходу. Турки снова отошли къ батареѣ (№ 34), изъ которой опять полился дождь свинца. За изнуренiемъ людей и малочисленностью ихъ, русскiе не преслѣдовали; и турки, въ свою очередь, ограничивались здѣсь удержанiемъ за собою укрѣпленiя и не пытались больше выбивать остатки 1-го баталiона изъ занятыхъ ими траншей. Этому много способствовали успѣшныя дѣйствiя отряда генерала Скобелева 2-го на лѣвомъ берегу Тученицкаго оврага. Расположенiе этого отряда, очевидно, сильно безпокоило турокъ, дѣйствовавшихъ у батареи № 34, и заставило ихъ самихъ опасаться подставить флангъ и тылъ огню съ Кришинскихъ высотъ.

Немного позже контръ-атаки противъ ротъ 1-го баталiона Курскаго полка, турки перешли въ наступленiе и со стороны укрѣпленiя № 11 (Атыфъ-табiи). Подошедшая сюда въ началѣ пятаго часа турецкая пѣхота пыталась неоднократно прорвать цетръ боевого порядка бригады генерала Горшкова и повела атаку въ охватъ его праваго фланга.

Къ 5 час. утомленные и перемѣшавшiеся между собою люди бригады генерала Горшкова, бывшiе все время подъ сильнымъ ружейнымъ огонемъ и продолжавшiе нести значительныя потери, съ трудомъ удерживались на завоеванныхъ ими позицiяхъ. Поддержать изнемогавшую въ неравномъ бою бригаду генерала Горшкова становилось необходимымъ, почему, къ этому времени, на подкрѣпленiе боевой линiи были направлены княземъ Шаховскимъ части резерва, а именно: баталiоны 118-го Шуйскаго полка.

Какъ уже было сказано, резервъ отряда князя Шаховского (18-я бригада 30-й пѣхотной дивизiи) въ 3-мъ часу пополудни былъ переведенъ за д. Радишево и расположенъ въ верстѣ южнѣе ея, а остававшiяся еще при немъ 3-й и затѣмъ 5-я батареи 30-й артиллерiйской бригады вызваны на позицiю[143]. Въ 4 часа бригада была придвинута къ Радишеву и полки ея развернуты позади бригады генерала Горшкова, причемъ 118-й Шуйскiй полкъ сталъ въ 1-й линiи, имѣя 2-й баталiонъ правѣе, а 3-й[144] — лѣвѣе дѣйствовавшихъ батарей, а 1-й баталiонъ — въ лощинѣ за 2-мъ баталiономъ. Баталiоны 117-го пѣхотнаго Ярославскаго полка, находившагося во 2-й линiи, расположились: 1-й баталiонъ — въ лощинѣ, позади 2-го и 1-го баталiоновъ Шуйскаго полка, а 2-й и 3-й баталiоны — въ той же Радишевской лощинѣ, позади 3-го баталiона Шуйцевъ.

Когда, около 5 часовъ, командиръ XI корпуса получилъ записку генерала Шнитникова, отправленную изъ-подъ Гривицы въ 4 часа 25 минутъ пополудни, съ увѣдомленiемъ, что на подкрѣпленiе лѣваго крыла направленъ 119-й пѣхотный Коломенскiй полкъ съ батареею, онъ немедленно же двинулъ впередъ Шуйскiй полкъ полковника барона Каульбарса. 2-й и 3-й баталiоны этого полка направились на поддержку 125-го пѣх. Курскаго полка, а 1-й баталiонъ направленъ на помощь Рыльскому полку.

Прибытiе Шуйцевъ усилило положенiе перемѣшавшихся между собою остатковъ Курскаго и части Рыльскаго полковъ въ занятыхъ ими траншеяхъ и ложементахъ впереди и по стронамъ укрѣпленiя № 11 и № 14, а турокъ вынудило прiостановить попытки контръ-атакъ.

Находившiеся на крайнемъ правомъ флангѣ Шуйцевъ, 2-я стрѣлковая, передъ которой слѣдовалъ самъ командиръ полка, 6-я и 7-я роты, а также 3-й баталiонъ оставили укрѣпленiе № 11 влѣво, отбросили обходившiя укрѣпленiе № 14 турецкiя части и вмѣстѣ съ частями Курскаго и Рыльскаго полковъ повели атаку на укрѣпленiя, прикрывавшiя главную квартиру турокъ съ востока. Дружнымъ ударомъ къ 6 час. вечера турки были выбиты изъ ложементовъ, прикрывавшихъ главную квартиру. Батарея № 10 была взята. Русскiя войска дошли до виноградниковъ, прилегавшихъ къ восточной окраинѣ г. Плевны. Во время наступленiя Шуйцы понесли значительныя потери. Здѣсь палъ, около 6 час. вечера, геройскою смертью командиръ полка полковникъ баронъ Каульбарсъ. Находясь на конѣ при передовыхъ ротахъ своего полка, онъ былъ тяжело раненъ въ ногу, но и послѣ этого продолжалъ распоряжаться до тѣхъ поръ, пока двѣ пули, въ грудь и животъ, не положили его на мѣстѣ.

Въ этой атакѣ приняли участiе и роты 1-го баталiона Коломенскаго полка, какъ о томъ будетъ сказано ниже. Что касается 1-го баталiона Шуйскаго полка, то послѣднiй направился первоначально, согласно приказанiя командира полка, на укрѣпленiе № 14, занятое еще до этого Рыльцами, обошелъ его съ правой стороны и зайдя, плечомъ, по иницiативѣ командира баталiона, направился по лощинѣ къ высотамъ Яныкъ-баира, перешелъ Гривицкiй ручей, былъ атакованъ войсками Адиля-паши и отступилъ къ редуту № 14.

Въ свою очередь турки приложили всѣ усилiя къ отраженiю удара русскихъ войскъ на ихъ главную квартиру съ востока. Послѣднiе баталiоны, остававшiеся еще въ общемъ резервѣ Османа-паши, были, какъ сказано, введены въ дѣло. Сверхъ того, были вызваны на подмогу 4 роты, служившiя прикрытiемъ батареѣ № 9. Послѣ упорнаго штыкового боя остатки ротъ Шуйскаго и Рыльскаго полковъ были отброшены обратно къ укрѣпленiю № 10. Дальнѣйшiе успѣхи турокъ были остановлены, однако, 1-мъ баталiономъ Ярославскаго полка, прибывшимъ по приказанiю князя Шаховского на поддержку войскъ праваго фланга. Какъ ни незначительно было это подкрѣпленiе, но оно помогло отразить контръ-атаку турокъ.

Выше было уже сказано, что Коломенскiй полкъ (полковникъ баронъ Гейкингъ) съ 6-й батареей 30-й артиллерiйской бригады, въ началѣ 5-го часа пополудни (въ 4 часа 25 минутъ), направленъ былъ на поддержку отряда князя Шаховского.

Приказанiе полку двинуться впередъ было передано его командиру личнымъ адъютантомъ барона Криденера, а направленiе движенiя было указано генеральнаго штаба капитаномъ Биргеромъ, получившимъ соотвѣтствующiя инструкцiи. Начальникъ штаба поставилъ полку задачей отбить наступленiе турокъ, направленное ими въ обхватъ праваго фланга войскъ князя Шаховского, которое ко времени отдачи приказанiя уже ясно обозначилось. Поэтому полкъ былъ двинутъ въ промежутокъ между укрѣпленiемъ № 14 и Гривицкимъ ручьемъ, причемъ баталiоны полка, выдвинувшiеся въ одну общую линiю, растянулись версты на двѣ.

3-й баталiонъ Коломенскаго полка двинулся прямо впередъ черезъ д. Гривицу; пройдя эту деревню, баталiонъ попалъ подъ перекрестный артиллерiйскiй огонь противника: съ фронта — изъ батарей на лѣвомъ берегу Гривицкаго ручья и справа — съ Гривицкаго № 8 редута[145]. Часу въ седьмомъ вечера стрѣлки вышли на опушку кукурузы и открыли фронтальный ружейный огонь по лагерю противника (въ направленiи пункта Д). Турецкая пѣхота тоже отвѣчала частымъ и непрерывнымъ огнемъ. 11-я и 12-я роты выдвинулись изъ второй линiи на высоту цѣпи стрѣлковъ, атаковали находившiеся передъ ними окопы, но были отбиты и начали постепенно отходить; скоро сталъ подаваться назадъ и весь баталiонъ.

Вслѣдъ за 3-мъ баталiономъ началъ наступленiе 2-й баталiонъ, выславъ 2-ю стрѣлковую роту въ цѣпь и перестроившись по-ротно въ двѣ линiи. Направленiе движенiя этому баталiону было указано командиромъ 2-й бригады 30-й пѣхотной дивизiи г.-м. Божеряновымъ, который сталъ во главѣ баталiона. Баталiонъ, двинувшись лѣвѣе д. Гривицы и шоссе Плевно — Бѣла, началъ быстро подаваться впередъ. Подъ сильнымъ перекрестнымъ артиллерiйскимъ огнемъ противника баталiонъ несъ большiя потери. 2-я стрѣлковая рота, подойдя на дѣйствительный выстрѣлъ, открыла огонь. Отъ 6-й и 7-й ротъ тотчасъ же высланы полуроты на усиленiе цѣпи и для охвата фланговъ турецкой цѣпи, занимаввшей окопы, маскированные виноградникомъ.

За окопами, по скату возвышенности, виднѣлись ложементы въ нѣсколько ярусовъ, выше которыхъ стояла турецкая батарея № 9. Мѣткимъ огнемъ цѣпи турецкiе стрѣлки были вынуждены отойти за первый ложементъ. Понеся большiя потери, цѣпь, усиленная остальными полуротами 6-й и 7-й ротъ, заняла опушку виноградника. Послѣ небольшой прiостановки цѣпь эта, воодушевляемая своими офицерами, бросилась и выбила турокъ изъ перваго ряда ложементовъ, роты же баталiоннаго резерва прiостановились на опушкѣ виноградника. Послѣ занятiя перваго ряда ложементовъ былъ захваченъ и слѣдующiй рядъ, но здѣсь части 2-го баталiона, встрѣченныя огнемъ изъ третьяго ряда ложементовъ и изъ орудiй стоявшей на высотѣ батареи, а равно въ виду приближенiя сомкнутыхъ частей турокъ, вынуждены сперва прiостановиться, а затѣмъ начать отступленiе.

1-й баталiонъ Коломенскаго полка, который слѣдовалъ по непосредственному указанiю генеральнаго штаба капитана Биргера, направился вмѣстѣ съ 6-ю батареею 30-й артиллерiйской бригады еще лѣвѣе 2-го баталiона. Спустившись внизъ по лощинѣ, баталiонъ перестроился по-ротно, выславъ стрѣлковую роту въ цѣпь, и направился въ довольно большой промежутокъ, образовавшiйся между лѣвымъ флангомъ 2-го баталiона Коломенцевъ и правымъ флангомъ Рыльскаго и Шуйскаго полковъ. Слѣдовавшая при баталiонѣ 6-я батарея 30-й артиллерiйской бригады, перейдя ручей у мельницы, тотчасъ же заняла позицiю на высотахъ лѣваго берега Гривицкаго ручья, южнѣе с. Гривицы и открыла огонь по Гривицкому редуту, съ дистанцiи 1.300 саженъ. 2-я и 3-я роты баталiона, слѣдуя за цѣпью стрѣлковъ, лѣвымъ флангомъ своимъ примкнули къ частямъ Рыльскаго и Шуйскаго полковъ и помогли имъ остановить наступленiе турокъ; 1-я же и 4-я роты оставались при батареѣ. Сдѣлавъ съ 1-й позицiи три выстрѣла и убѣдившись въ слишкомъ большой дистанцiи, эта батарея продвинулась впередъ черезъ узкiй съ обрывистыми берегами ручей и здѣсь снова снялась и впереди нѣсколько лѣвѣе первой позицiи, продолжая огонь по Гривицкому редуту. Третья позицiя 6-й батареи была на высотѣ близъ укрѣпленiя № 4, правѣе 3-й батареи той же бригады.

Когда стемнѣло, 6-я батарея начала отходить подъ огнемъ турецкихъ батарей. Перейдя обратно за ручей, батарея снова остановилась на позицiи лѣвѣе с. Гривицы, прикрывая раненыхъ, собиравшихся къ линейкамъ, расположеннымъ на шоссе. Отступавшiя части Коломенскаго полка останавливались и прикрывали фланги батареи. Нѣсколько позже 6-я батарея еще подалась назадъ, отойдя по шоссе до начала спуска въ долину Гривицкаго ручья, гдѣ снова заняла позицiю и, до полученнаго здѣсь въ 12 часовъ ночи приказанiя отступать на Болгарени, оставалась вполнѣ готовою къ бою.

Такимъ образомъ, всѣ три баталiона 119-го пѣхотнаго Коломенскаго полка съ батареею, прибытiя которыхъ ожидалъ князь Шаховской, чтобы воспользоваться ими въ качествѣ резерва, вошли въ бой правѣе укрѣпленiя № 14, въ промежутокъ между этимъ послѣднимъ и Гривицкимъ ручьемъ и, остановивъ наступленiе турокъ, не оказались въ силахъ дать бою благопрiятный оборотъ.

Прибытiе Коломенцевъ для штаба XI корпуса прошло незамѣтнымъ. Ординарцы, высылавшiеся навстрѣчу Коломенскому полку и искавшiе его на прямомъ пути слѣдованiя отъ Гривицы къ Радишеву, каждый разъ докладывали лишь о нерозысканiи этого послѣдняго.

Еще не зная о прибытiи Коломенскаго полка, въ 6-мъ часу вечера князь Шаховской выслалъ изъ остававшагося въ его распоряженiи 117-го Ярославскаго полка 1-й баталiонъ въ поддержку праваго фланга бригады генерала Горшкова. Баталiонъ этотъ, совмѣстно съ Рыльцами и 2-мъ баталiономъ Коломенцевъ, принялъ участiе въ отраженiи наступленiя турокъ.

Между тѣмъ, около 6 часовъ вечера обнаружилось наступленiе значительныхъ пѣхотныхъ массъ турокъ противъ крайняго лѣваго фланга бригады генерала Горшкова, поддержанное огнемъ 4 орудiй, стрѣлявшихъ изъ-за Тученицкаго оврага, и 3 эскадронами кавалерiи.

Для противодѣйствiя этому движенiю турокъ былъ вызванъ изъ резерва 3-й баталiонъ 117-го пѣхотнаго Ярославскаго полка и выѣхалъ 1-й дивизiонъ 6-й батареи 32-й артиллерiйской бригады. Имѣя во главѣ командира полка, баталiонъ направился на поддержку 3-й стрѣлковой роты Шуйскаго полка, какъ извѣстно, дѣйствовавшей на самомъ лѣвомъ флангѣ по Тученицкому оврагу. Атака противника на этомъ пунктѣ не только была отбита, но крайнiй лѣвый флангъ снова подвинулся впередъ и, хотя дорогою цѣною оплачивая каждый шагъ, снова дошелъ до мельницъ у пункта (17) и снова занялъ ихъ двумя ротами.

Одновременно съ только что описаннымъ эпизодомъ, полковникъ Ракуза произвелъ послѣднюю попытку овладѣть батареею № 11. Подъ сильнымъ огнемъ, приведя въ порядокъ остатки Курскаго, Шуйскаго и Ярославскаго полковъ и сформировавъ изъ нихъ роты, полковникъ Ракуза сталъ во главѣ ихъ и повелъ въ атаку. Было около 6 часовъ вечера. Наскоро составленныя сомкнутыя части, имѣя во главѣ офицеровъ, смѣло двинулись на батарею, до которой оставалось 500–600 шаговъ. Полковникъ Ракуза ѣхалъ во главѣ сомкнутыхъ частей на лошади штабъ-горниста, взятой имъ взамѣнъ собственной, убитой подъ нимъ въ началѣ боя. Турки замѣтили приготовленiя къ атакѣ и успѣли укрѣпить свою боевую линiю послѣдними оставшимися еще въ резервѣ 4 орудiями и послѣднимъ таборомъ изъ приведенныхъ отъ Адиля-паши. Батарея и смежныя съ ней траншеи снова оживились и быстро окутались дымомъ, но это не остановило наступленiя: головныя части уже приблизились къ батареѣ № 11 на 200 шаговъ. Но въ этотъ моментъ подъ полковникомъ Ракузой была убита лошадь, которая при паденiи придавила его. По рядамъ раздались крики "полковникъ убитъ". Движенiе впередъ замедлилось, прiостановилось и скоро на флангахъ обратилось въ отступленiе. Видя происшедшее разстройство частей и замѣтивъ прибытiе къ противнику новыхъ подкрѣпленiй, полковникъ Ракуза, освободившiйся изъ-подъ лошади, приказалъ остаткамъ своихъ людей подобрать раненыхъ и снова отойти до ближайшихъ ложементовъ. Турки преслѣдовали только огнемъ. Подавшись шаговъ на 200 назадъ, части опять залегли въ ближайшихъ къ укрѣпленiю ложементахъ и возобновили перестрѣлку. Такъ окончилась послѣдняя частная атака войскъ князя Шаховского.

Между тѣмъ, въ 6½ час. вечера турки возобновили контръ-атаку и со стороны предмѣстья г. Плевны на крайнiй лѣвый флангъ русской линiи. Роты 3-го баталiона 117-го пѣхотнаго Ярославскаго полка, а равно 3-я стрѣлковая рота Шуйскаго полка, лишившись большинства офицеровъ, начали отходить. Тогда на поддержку ихъ были высланы 3 роты 2-го баталiона Ярославскаго полка, составлявшiя единственный и послѣднiй резервъ. 1½ роты были оставлены въ прикрытiе лѣваго фланга. Съ прибытiемъ ротъ 2-го баталiона наступленiе турокъ прiостановилось; послѣ этого атака нѣсколько разъ возобновлялась съ обѣихъ сторонъ безъ какихъ либо рѣшительныхъ результатовъ.

Уже въ 6 час. 15 м. вечера, какъ сказано въ своемъ мѣстѣ, князь Шаховской отправилъ генералу Криденеру записку слѣдующаго содержанiя: 118 "6 часовъ боя, всѣ патроны истощены, раненыхъ болѣе ¼ всего состава, уже начинается безпорядокъ, можетъ легко случиться, что будетъ еще хуже; прошу поддержать".

Таково было положенiе дѣлъ въ войскахъ князя Шаховского къ моменту начала отступленiя, которое началось въ 8-мъ часу вечера.

Около 7 часовъ штабу князя Шаховского стало извѣстно, что Коломенскiй полкъ прибылъ еще до 6 часовъ, вступилъ въ дѣло и израсходовалъ свои силы. Видя полное истощенiе силъ своей колонны и не разсчитывая на скорое прибытiе подкрѣпленiй отъ генерала Криденера князь Шаховской рѣшилъ начать отступленiе подъ прикрытiемъ наступавшей темноты.

Положенiе дѣлъ въ правой колоннѣ отъ 4½ часовъ дня. Съ 4½ часовъ дня до 7 часовъ вечера правая колонна ввела въ бой, кромѣ бывшихъ уже въ дѣлѣ полковъ 31-й пѣхотной дивизiи, полки 5-й пѣхотной дивизiи и бóльшую часть артиллерiи, бывшей до того въ резервѣ, и произвела рядъ отчаянныхъ, но безполезныхъ попытокъ овладѣть Гривицкими сильной профили редутами, упорно защищаемыми турками.

Какъ уже сказано было выше, атака полковъ 31-й пѣхотной дивизiи могла быть лишь слабо поддержана артиллерiей съ позицiй восточнѣе д. Гривицы. Съ цѣлью ближайшей поддержки атаки пѣхоты на Гривицкiя укрѣпленiя артиллерiя получила приказанiе перемѣнить позицiю и стать на только что отвоеванной отъ турокъ косѣ, охватывавшей редуты съ востока и сѣверо-востока. На этой косѣ послѣдовательно въ перiодъ отъ 4 до 7 часовъ вечера расположилось до 8 батарей 31-й, 5-й, а позже и 30-й артиллерiйскихъ бригадъ. Эта артиллерiйская масса въ 64 орудiя, сосредоточенная на фронтѣ около версты и расположенная на дистанцiи 600–700 саженъ отъ редутовъ и занимавшая относительно ихъ охватывающее положенiе, могла бы оказать рѣшительное влiянiе на на судьбу боя. Къ сожалѣнiю, въ началѣ неблагопрiятныя условiя освѣщенiя (солнце закатывалось какъ разъ за редутами), а позже — наступившiя сумерки и, наконецъ, полная темнота сильно вредили успѣху стрѣльбы. Важнѣйшею, однако, помѣхою являлось то обстоятельство, что зарвавшаяся впередъ пѣхота заполнила рвы редутовъ и ближайшiя къ нимъ траншеи, закрыла артиллерiю и не позволила ей стрѣлять по брустверамъ редутовъ. Хотя отдѣльныя батареи и продолжали стрѣльбу шрапнелью по редутамъ, но по необходимости должны были прибавить прицѣлъ, обстрѣливая главнымъ образомъ пространство за редутами и поражая защитниковъ брустверовъ лишь отдѣльными снарядами. О стрѣльбѣ же гранатами по брустверамъ редутовъ, съ цѣлью сбить кроны таковыхъ, нельзя было и думать[146].

Слѣдя за боемъ и видя, съ какими потерями продвигались полки 31-й пѣхотной дивизiи, генералъ-лейтенантъ Криденеръ приказалъ начальнику 5-й пѣхотной дивизiи генералу Шильдеръ-Шульднеру около 4 часовъ пополудни поддержать атаку этихъ полковъ, направивъ свои полки также двумя колоннами. Вслѣдствiе этого 20-й пѣхотный Галицкiй полкъ былъ посланъ на лѣвый флангъ, слѣдомъ за колонной генералъ-лейтенанта Вельяминова, а 1-я бригада 5-й пѣхотной дивизiи — 18-й пѣхотный Вологодскiй, а за нимъ 17-й пѣхотный Архангелогородскiй полки направлены для поддержки праваго фланга, за колонною генералъ-маiора Бѣлокопытова.

Вологодскiй полкъ повелъ наступленiе нѣсколько правѣе пути наступленiя Пензенцевъ. Спустившись въ ближайшую балку, Вологодцы начали нести потери отъ артиллерiйскаго огня съ редутовъ и ружейнаго огня изъ траншей противника, находившихся на сѣверной части косы. Этими траншеями предстояло овладѣть прежде, чѣмъ спуститься въ оврагъ непосредственно передъ редутомъ. Подвигаясь балкою, Вологодцы взяли нѣсколько вправо и съ подоспѣвшими 1-мъ и 2-мъ баталiонами Архангелогородскаго полка начали подниматься по лежавшему впереди скату, занятому турецкими стрѣлками. Послѣдовательно очищая отъ турокъ ложементъ за ложементомъ, полки заняли гребень. Здѣсь они попали подъ огонь Гривицкаго № 7 редута, лежавшаго за труднодоступнымъ оврагомъ съ крутыми, поросшими кустарникомъ, склонами.

Командиръ 17-го Архангелогородскаго полка флигель-адъютантъ полковникъ Шлиттеръ, собравъ части своего полка и ближайшiя роты Вологодцевъ, нѣсколько разстроенныя непрiятельскимъ огнемъ, съ крикомъ "ура" снова повелъ ихъ впередъ. Перебѣгая отъ куста къ кусту, отъ ямы къ ямѣ, означенныя части добрались, наконецъ, до дна оврага, постепенно подаваясь вправо, дабы подготовить охватъ редута съ лѣваго его фланга и тыла. Здѣсь былъ раненъ командиръ 2-го баталiона Вологодскаго полка подполковникъ Петрашевскiй.

Между тѣмъ, по мѣрѣ того, какъ Вологодцы съ 1-мъ и 2-мъ баталiонами Архангелогородскаго полка подавались вправо съ цѣлью охватить непрiятельскiй флангъ, интервалъ между ними и Пензенскимъ полкомъ все болѣе увеличивался. Для заполненiя этого разрыва начальникомъ 5-й пѣхотной дивизiи генералъ-лейтенантомъ Шильдеръ-Шульднеромъ, прибывшимъ въ боевую линiю, былъ направленъ 3-й баталiонъ Архангелогородцевъ. Сопровождавшiй начальника дивизiи, начальникъ штаба дивизiи полковникъ Поповъ былъ въ это время тяжело раненъ.

Было около 6 часовъ вечера, когда почти вся 1-я бригада 5-й пѣхотной дивизiи уже перебралась въ оврагъ передъ редутомъ № 7.

Редутъ, расположенный по ту сторону оврага, командовалъ окружающею мѣстностью. Подступы къ нему обстрѣливались какъ изъ ложементовъ, находившихся по сторонамъ, такъ и изъ отдѣльной батареи съ хребта Яныкъ-баиръ. Всѣ усилiя 17-го Архангелогородскаго и 18-го Вологодскаго полковъ овладѣть редутомъ не увѣнчались успѣхомъ. Съ огромными потерями, штыками вытѣснивъ турокъ изъ ложементовъ и траншей, защищавшихъ подступы къ редуту, полки нѣсколько разъ бросались на самый редутъ, но поражаемые трехъ-яруснымъ огнемъ съ бруствера редута, приспособленнаго къ оборонѣ наружнаго рва и ложементовъ на гласисѣ редута, они каждый разъ отходили обратно въ траншеи, гдѣ и выжидали момента для повторенiя атаки. Съ громадными жертвами войска овладѣли наконецъ ложементомъ на гласисѣ редута, но дальше продвинуться не удалось. При этомъ баталiоны и полки перемѣшались; возстановить же порядокъ и устроиться подъ страшнымъ огнемъ изъ редута оказывалось невозможнымъ.

Между тѣмъ, фланговый и отчасти тыльный огонь съ Яныкъ-баира и, наконецъ, атаки турецкихъ резервовъ понудили правый флангъ податься назадъ. Хотя съ прибытiемъ въ подкрѣпленiе баталiона Серпуховскаго полка изъ общаго резерва, какъ о томъ будетъ изложено ниже, Вологодцы и Архангелогородцы снова пошли впередъ и даже овладѣли наружнымъ рвомъ редута, но дальнѣйшiя усилiя полковъ не привели ни къ чему.

Такъ же неудачны были возобновленныя попытки атакъ на редутъ № 8 колонны, находившейся подъ непосредственнымъ начальствомъ генералъ-лейтенанта Вельяминова.

Одновременно съ поддержкой полковъ колонны генералъ-маiора Бѣлокопытова, на поддержку лѣвой колонны генерала Вельяминова былъ посланъ 20-й Галицкiй полкъ. Прибытiе этого полка не принесло, однако, пользы дѣлу. Полкъ, съ 4-ю батареею 5-й артиллерiйской бригады, былъ направленъ для охвата турецкой Гривицкой позицiи со стороны Гривицкаго ручья. Вслѣдствiе недоразумѣнiя полкъ, однако, принялъ вправо и вышелъ на редутъ, гдѣ расположился за правымъ флангомъ Тамбовцевъ, не принимая активнаго участiя въ дѣйствiяхъ противъ въ дѣйствiяхъ противъ редута № 8.

Въ частности дѣйствiя полка были таковы. Полкъ развернулся сѣвернѣе д. Гривицы, имѣя впереди 3-й баталiонъ въ двѣ линiи ротныхъ колоннъ, за нимъ 2-й и наконецъ 1-й баталiонъ. Спустившись въ лощину, огибавшую д. Гривицу съ запада, 3-й баталiонъ былъ встрѣченъ сначала ружейнымъ, а потомъ и артиллерiйскимъ огнемъ изъ Гривицкаго № 8 редута. Не видя передъ собой Тамбовцевъ и 1-го баталiона Козловскаго полка, на лѣвый флангъ которыхъ полкъ долженъ быть выйти, Галицкiй полкъ взялъ направленiе на редутъ, развернулся, имѣя 3-й баталiонъ на правомъ и 2-й — на лѣвомъ флангѣ, и продолжалъ наступать до тѣхъ поръ, пока не увидѣлъ частей означенныхъ полковъ 31-й пѣхотной дивизiи. Продолжая подаваться впередъ, 3-й и 2-й баталiоны Галицкаго полка подошли къ редуту настолько, что ихъ стрѣлковая цѣпь залегла шагахъ въ 300 отъ укрѣпленiя. Залегшiе подъ редутомъ баталiоны Галицкаго полка открыли по немъ огонь вмѣстѣ съ частями Тамбовскаго и Козловскаго полковъ, но не получая приказанiя атаковать редутъ, оставались до начала отступленiя въ занятомъ расположенiи.

Такимъ образомъ, усилiя полковъ 5-й пѣхотной дивизiи также не увѣнчались успѣхомъ. Для возстановленiя боя генералъ-лейтенантъ баронъ Криденеръ долженъ былъ ввести въ дѣло свой общiй резервъ. За выдѣленiемъ 119-го пѣхотнаго полка съ 6-й батареей 30-й артиллерiйской бригады еще въ 5 часовъ дня на помощь князю Шаховскому, въ общемъ резервѣ отряда оставался лишь 120-й пѣхотный Серпуховскiй полкъ со 2-ю и 4-ю батареями 30-й артиллерiйской бригады и 3 эскадронами съ 4 конными орудiями.

Въ шестомъ часу, получивъ донесенiе, что правый флангъ подается назадъ, генералъ Криденеръ выдѣлилъ на его поддержку за Архангелогородцами 1-й баталiонъ Серпуховскаго полка и одинъ эскадронъ съ 2 конными орудiями. Прибытiе этихъ частей около 7 часовъ вечера дало, какъ сказано, возможность снова продвинуть впередъ правый флангъ, но не могло измѣнить общаго положенiя дѣлъ.

Одновременно съ посылкою поддержекъ на правый флангъ, туда же была направлена и 2-я батарея 30-й артиллерiйской бригады, командиръ которой получилъ личное указанiе отъ командира корпуса. Спустившись въ балку, по которой наступали части колонны генерала Бѣлокопытова, 2-я батарея повернула къ сторонѣ редута № 7 и, поднявшись на гребень противъ этого послѣдняго, снялась лѣвѣе 2-я батареи 5-й артиллерiйской бригады. Огонь батареи былъ направленъ какъ по редуту, такъ и по пѣхотѣ, расположенной позади и по сторонамъ его. Вскорѣ убѣдившись въ невозможности наблюдать за паденiемъ снарядовъ и въ виду потерь, командиръ батареи отвелъ эту послѣднюю назадъ.

Между тѣмъ, командиръ IX корпуса произвелъ еще двѣ попытки возстановить дѣло. Двѣ роты Серпуховцевъ и два конныхъ орудiя были направлены вслѣдъ 1-мъ баталiономъ. Съ приближенiемъ этихъ свѣжихъ частей бой снова возгорѣлся, но повторная атака опять таки не удалась. При этомъ смертельно раненъ маiоръ Князевъ, находившiйся впереди ротъ и воодушевлявшiй ихъ криками "ура", "впередъ". Раненый пулею въ грудь, маiоръ Князевъ закричалъ: "есть одна; впередъ, ребята". Раненый вторично, онъ сказалъ: "есть другая; впередъ, ребята" и только послѣ третьей пули голосъ маiора Князева пересталъ раздаваться во главѣ слѣдовавшихъ за нимъ Серпуховцевъ.

Въ видѣ послѣдней попытки дать перевѣсъ дѣлу въ свою пользу, генералъ Криденеръ послалъ еще три роты Серпуховскаго полка, во главѣ которыхъ сталъ генералъ-маiоръ Божеряновъ, командиръ 2-й бригады 30-й пѣхотной дивизiи, который въ 100 шагахъ не доходя редута былъ раненъ. Во время этихъ, слѣдовавшихъ одинъ за другимъ, штурмовъ, по мѣрѣ влитiя свѣжихъ частей, главная масса полковъ Пензенскаго, Архангелогородскаго и Вологодскаго находилась всего въ 30 шагахъ отъ редута; передовой ровъ былъ уже заполненъ людьми этихъ полковъ; отдѣльные храбрецы уже поднимались на валъ, но въ концѣ концовъ и эти послѣднiя усилiя частей правой колонны не измѣнили положенiя дѣлъ.

Было уже совершенно темно, но выстрѣлы и крики "ура" еще раздавались изъ-подъ редутовъ. Иногда казалось, что редуты уже взяты, но тотчасъ же усиливаваяся канонада и залповый огонь убѣждали въ противномъ.

Такъ продолжалось до 10 часовъ вечера, когда генераломъ Криденеромъ было послано приказанiе отступать.

В) Дѣйствiя отряда генералъ-маiора Скобелева 2-го. Какъ сказано было выше, войска генерала Скобелева занимали выжидательное положенiе на позицiи на первомъ гребнѣ Зеленыхъ горъ. Какъ только съ позицiи с. Кришина было замѣчено, что войска князя Шаховского начали подаваться впередъ, генералъ Скобелевъ отдалъ приказанiе и своему отряду перейти въ наступленiе. Частью своихъ силъ онъ рѣшилъ ударить на турокъ съ тѣмъ, во 1-хъ, чтобы привлечь ихъ на себя и тѣмъ помочь наступленiю князю Шаховского, а во 2-хъ, чтобы, овладѣвъ высотами непосредственно у г. Плевны, получить возможность лично судить о ходѣ боя и тѣмъ обезпечить себѣ выборъ минуты для перехода въ рѣшительное наступленiе.

Въ это время Курскiй баталiонъ уже успѣлъ отдохнуть. Для атаки были назначены 3-я стрѣлковая и взводъ 9-й роты 125-го пѣхотнаго Курскаго полка, затѣмъ 4 орудiя 6-й батареи 32-й артиллерiйской бригады и двѣ осетинскiя сотни Владикавказскаго полка.

Мѣстность въ направленiи движенiя отряда генерала Скобелева представляла рядъ кряжей и лощинъ съ крутыми скатами, притомъ параллельныхъ фронту его наступленiя. Какъ высоты, такъ и лощины были покрыты довольно густымъ кустарникомъ, а равно кукурузою и виноградниками, представлявшими отличное закрытiе для обороняющагося и, наоборотъ, чрезвычайныя затрудненiя для движенiя атакующихъ войскъ.

Стрѣлковая рота съ пѣснями взошла на высоты и оттѣснила турецкихъ стрѣлковъ, живо очистившихъ первый и второй кряжи, а осетины, находившiеся впереди Кришина, усиленные 2-ю сотнею своего дивизiона, опрокинули черкесовъ, угрожавшихъ лѣвому флангу, и отбросили ихъ за пѣхоту. На послѣднемъ кряжѣ Зеленыхъ горъ турки засѣли упорно, и здѣсь закипѣлъ штыковой бой. Но Куряне очистили и третiй кряжъ отъ передовыхъ частей противника, который сосредоточилъ у Плевны, противъ Зеленыхъ горъ, 4 табора (1 таборъ низама и 3 редифа). Свѣжiя турецкiя силы густыми цѣпями неоднократно взбирались на третiй кряжъ, но Куряне каждый разъ отбивали ихъ штыками и огнемъ. Казаки при этомъ содѣйствовали пѣхотѣ, охватывая фланги противника. Наконецъ, въ 12 часовъ дня турки побѣжали. 4 орудiя 6-й батареи 32-й артиллерiйской бригады выѣхали на позицiю и вся первая линiя утрвердилась на высотахъ третьяго гребня, въ то время какъ турки залегли близъ предмѣстiй города, на невысокомъ кряжѣ, гдѣ впослѣдствiи были воздвигнуты такъ называемые Скобелевскiе редуты.

Отдѣленные другъ отъ друга просторною низиною, противники продолжали орудiйный огонь и ружейную перестрѣлку, причемъ поручикъ Прохоровичъ направлялъ огонь своихъ орудiй "преимущественно во флангъ и тылъ колоннамъ, дѣйствовавшимъ противъ войскъ XI корпуса". Въ это время отъ Ловчи показался сильный турецкiй разъѣздъ, а противъ лѣваго фланга отряда генерала Скобелева съ сѣверо-запада вытянулась также длинная вереница черкесовъ, которая постепенно подавалась впередъ въ обходъ этого фланга. Въ виду этого Владикавказскому полку (полковникъ Левисъ) приказано занять западные скаты Зеленыхъ горъ; отъ него же выслана полусотня на подкрѣпленiе аррiергарда противъ черкесскаго разъѣзда изъ Ловчи. Разъѣздъ черкесовъ немедленно же повернулъ и скрылся въ разсыпную по направленiю къ Ловчѣ; 3-я сотня Владикавказскаго полка преслѣдовала его довольно долго, причемъ болѣе крупныхъ частей противника обнаружено не было. Кубанскому полку (полковникъ Кухаренко) приказано занять восточныя скаты Зеленыхъ горъ, оставивъ не менѣе трехъ сотенъ въ резервѣ.

Между тѣмъ, турецкая конница остановилась на линiи своей пѣхоты и начала осыпать пулями лѣвое крыло. При всякомъ движенiи впередъ съ русской стороны она скрывалась на противоположномъ скатѣ горы; было очевидно, что осетинъ манятъ подъ фланговый огонь непрiятельской пѣхоты, поэтому имъ приказано было не подаваться впередъ.

Между тѣмъ, огонь турокъ по третьему кряжу причинялъ русскимъ рядамъ не малую убыль. Артиллерiя сильно терпѣла, въ виду чего въ 3 часа дня на позицiи оставлены только два пѣшiя орудiя поручика Прохоровича, остальныя же отправлены къ резерву. Патроны расходовались быстро, а артиллерiйскiя лошади устали подвозить зарядные ящики по гористой мѣстности. Казаки въ торбахъ подвозили патроны сначала только въ сотни, а потомъ и пѣхотѣ. Кромѣ того, казаки, сколько могли, подвозили воду пѣхотѣ, не взирая на сильный огонь турокъ.

Былъ уже въ исходѣ третiй часъ пополудни; отъ князя Шаховского было получено извѣстiе, что онъ перешелъ въ наступленiе. Съ восточной стороны Зеленыхъ горъ было видно, какъ черная линiя войскъ лѣваго крыла ринулась по склонамъ Радишевскихъ высотъ. Правѣе, въ расположенiи войскъ IX корпуса слышалась сильная орудiйная стрѣльба. Генералъ Скобелевъ рѣшилъ поддержать атаку князя Шаховского возможно энергичнѣе и съ этою цѣлью перешелъ въ рѣшительное наступленiе противъ праваго крыла турокъ. Это оказалось тѣмъ болѣе возможнымъ, что со стороны Ловчи до сихъ поръ ничего серьезнаго не было обнаружено. Изъ Тырнина и Медевена возвратился разъѣздъ есаула Астахова съ докладомъ о возможности переправы черезъ Видъ, что позволяло въ случаѣ надобности выйти въ тылъ турокъ, на Софiйское шоссе, въ случаѣ ихъ отступленiя.

Какъ разъ въ это время турки предприняли вновь весьма энергичное наступленiе противъ позицiи генерала Скобелева на третьемъ гребнѣ Зеленыхъ горъ. Въ дѣло поэтому былъ введенъ весь Курскiй баталiонъ; въ резервѣ же, для прикрытiя знамени, оставленъ только одинъ взводъ. Остававшiяся до того въ резервѣ роты этого баталiона двинулись на выручку 3-й стрѣлковой и взвода 9-й роты, на которые уже готовы были обрушиться нѣсколько турецкихъ таборовъ, наступавшихъ въ двѣ линiи цѣпей, изъ которыхъ передняя находилась уже въ уже въ 20 саженяхъ отъ орудiй поручика Прохоровича. Для защиты орудiй Скобелевъ поднялъ ближайшее звено залегшей въ кустарникахъ цѣпи; къ нему примкнули сосѣди, собралось около полуроты, которая и открыла огонь по наступающему противнику.

Орудiя поручика Прохоровича ни на шагъ не подались назадъ, хотя судьба ихъ висѣла на волоскѣ. Въ это время подоспѣли 3½ роты Курскаго полка и ударили въ штыки на турокъ.

Двѣ сотни Владикавказскаго полка (2-я и 4-я), подъ начальствомъ есаула Пржеленскаго, поддержали пѣхоту; онѣ стремительно ударили въ шашки на правый флангъ турокъ, и тѣ, ошеломленные неожиданностью атаки, бѣжали подъ окопы Плевны. Казаки и пѣхота преслѣдовали бѣгущихъ, но подъ самой Плевной, перейдя Зеленогорскiй ручей, были вновь осыпаны градомъ пуль изъ-за ложементовъ и траншей и, встрѣченные контръ-атакой турецкихъ резервовъ, вынуждены были отойти около 4 часовъ подъ покровительствомъ спасенныхъ ими орудiй. Послѣ этого турки не выходили уже изъ окоповъ, а отрядъ генерала Скобелева снова утвердился на третьемъ кряжѣ Зеленыхъ горъ, гдѣ и держался вплоть до вечера.

Справа со стороны войскъ князя Шаховского сверкали ружейные огни. Можно было замѣтить, что линiя ихъ подавалась назадъ и что атака князя Шаховского отбита. Около 7 часовъ вечера генералъ Скобелевъ приказалъ и своему отряду отступить на широкую вершину, что восточнѣе шоссе, на высотѣ Кришина. Здѣсь заранѣе былъ назначенъ тотъ предѣлъ, на которомъ имѣвшiяся подъ рукою сотни Кавказской бригады съ 6 конными и 8 конно-горными орудiями должны были принять на себя отступленiе пѣхоты генерала Скобелева.

Но едва было отдано приказанiе передовымъ частямъ отходить назадъ, какъ турецкая цѣпь двинулась на Зеленыя горы. Еще разъ роты Курскаго баталiона открыли по нимъ живой огонь, а на лѣвомъ крылѣ сотни Кавказской бригады снова бросились въ шашки. Турки не довели наступленiя до конца и вернулись въ окопы подъ Плевну.

Чтобы не обнаружить передъ ними своего отступленiя (чему не мало помогла наступившая темнота), генералъ Скобелевъ приказалъ казакамъ занять цѣпь въ перемежку со стрѣлками Курскаго полка и поддерживать огонь по всему гребню; затѣмъ, пѣхота должна была отступать, а казаки разыскивать и подбирать раненыхъ, оставшихся въ кустахъ и виноградникахъ. Къ князю Шаховскому посланъ сотникъ Фокъ съ двумя казаками Владикавказскаго полка съ цѣлью узнать о положенiи дѣлъ въ его отрядѣ.

Донесенiе Фока было доставлено генералу Скобелеву утромъ 19 числа, когда отрядъ его уже отступилъ по приказанiю князя Шаховского, полученному наканунѣ въ 10 часовъ вечера. Но еще до полученiя приказанiя командира XI корпуса, когда уже всѣ раненые, подававшiе признаки жизни, были подобраны, передовая цѣпь отошла къ отряду, а 1-я сотня Кубанскаго полка двинула сторожевые посты на Зеленыя горы отъ Кришина до Тученицкаго оврага. Баталiонъ Курскаго полка сталъ у шоссе; Кавказская бригада расположилась правѣе его, ближе къ Тученицкому оврагу; батареи заняли позицiи, ожидая вѣроятнаго наступленiя турокъ, а часть Кавказской бригады была приготовлена къ пѣшему бою, но турки ее не потревожили.

Г) Дѣйствiя кавалерiи генерала Лашкарева. Генералъ Лашкаревъ получилъ около 6 часовъ пополудни записку генерала Шнитникова (какъ извѣстно, отправленную изъ-подъ Гривицы въ 4 часа 35 минутъ дня) съ извѣщенiемъ, что князь Шаховской гонитъ турокъ и съ указанiемъ не упустить удобной минуты перейти р. Видъ съ цѣлью преслѣдовать отступающаго противника. Ровно въ 6 часовъ вечера генералъ Лашкаревъ выступилъ съ кавалерiей (9-й уланскiй Бугскiй, Донской казачiй № 9 полкъ и Донская казачья № 2 батарея) съ позицiи у черкесскаго села за р. Видъ. Въ 7 час. 50 мин. вечера его отрядъ перешелъ р. Видъ у с. Рыбне, куда къ этому времени приказано было стянуться постамъ 9-го уланскаго Бугскаго и Донского казачьяго № 9 полковъ. Въ 10 час. 45 мин. вечера генералъ Лашкаревъ съ отрядомъ своимъ подошелъ къ с. Смаретъ-Трестеникъ и за наступавшею уже темнотою приказалъ остановиться на ночлегъ въ 1½ верстахъ сѣвернѣе названнаго селенiя. Какъ на пути, такъ и на ночлегѣ противника обнаружено не было. Утромъ 19 iюля генералъ Лашкаревъ предполагалъ продолжать движенiе на Софiйское шоссе, но въ 8 час. 45 мин. утра имъ была получена записка начальника штаба IX армейскаго корпуса, отправленная изъ-подъ Гривицы въ 10 час. 50 мин. вечера, съ извѣщенiемъ, что бой кончился неудачно и съ предписанiемъ спѣшить на выручку въ с. Турскiй-Трестеникъ.

III. Отступленiе русскихъ войскъ. Какъ выше изложено, уже къ 7 часамъ вечера генералъ-лейтенантъ баронъ Криденеръ былъ вынужденъ израсходовать весь общiй резервъ отряда, за исключенiемъ 3-го баталiона 120-го Серпуховскаго полка, 4-й батареи 30-й артиллерiйской бригады и 2-го эскадрона 11-го уланскаго Чугуевскаго полка.

Къ этому времени онъ получилъ записку, приведенную выше, отъ князя Шаховского отъ 6¼ часовъ вечера, въ которой послѣднiй извѣщалъ о своемъ трудномъ положенiи и просилъ поддержки.

Такъ какъ въ полученной запискѣ объ отступленiи ничего не говорилось и, судя по прекращенiю канонады, можно было допустить, что турки успокоились, а между тѣмъ немедленное отступленiе могло, дѣйствительно, повести къ безпорядкамъ и перемѣшиванiю частей отряда князя Шаховского, то баронъ Криденеръ немедленно послалъ послѣднему слѣдующiй отвѣтъ:

"18 iюля, 7 час. 10 мин. вечера, № 22; мѣсто отправленiя: Гривица.

"Прошу ваше сiятельство держаться на позицiи во что бы то ни стало. Резервы всѣ истощены. Генералъ-лейтенантъ баронъ Криденеръ".

Въ 7 час. 30 мин. вечера было послано приказанiе командиру 124-го пѣхотнаго Воронежскаго полка немедленно выступить изъ Болгарени и слѣдовать форсированнымъ маршемъ къ д. Гривицѣ[147]. Тогда же командиромъ корпуса было отдано личное приказанiе командиру 120-го пѣхотнаго Серпуховскаго полка полковнику Граве прикрыть 3-мъ баталiономъ своего полка съ находившейся при немъ 4-й батареей 30-й артиллерiйской бригады отступленiе отряда, занявъ позицiю восточнѣе д. Гривицы на шоссе.

Затѣмъ, между 7½-11 час. вечера барономъ Криденеромъ былъ отданъ рядъ распоряженiй относительно предстоявшаго отступленiя.

Около 8 час. вечера генераломъ Криденеромъ было послано приказанiе генералъ-лейтенанту Шильдеръ-Шульднеру постепенно отвести свою бригаду, далеко зашедшую въ обходъ редута съ сѣверо-востока, отступленiе которой поэтому было опаснѣе прочихъ, на первоначальную позицiю къ сѣверо-востоку отъ д. Гривицы. Общее отступленiе всѣхъ войскъ было рѣшено произвести значительно позже, причемъ весь отрядъ предполагалось собрать къ деревнямъ Турскому-Трестенику и Болгарени. Занявъ такое положенiе, генералъ Криденеръ разсчитывалъ прикрыть наилучшимъ образомъ путь отъ Плевны къ Систовской переправѣ, коммуникацiонную линiю Систово — Тырново и Императорскую квартиру въ г. Бѣлѣ на случай наступленiя турокъ отъ Плевны.

Отступленiе войскъ правой колонны къ Трестенику не могло встрѣтить препятствiй, но отступленiе войскъ князя Шаховского къ Болгарени могло быть задержано его обозами, находившимися въ Пордимѣ, на пути отступленiя частей XI корпуса отъ Радишева къ Болгарени. Съ цѣлью выиграть время генералъ Криденеръ отъ себя непосредственно отдалъ распоряженiе около 8 час. вечера объ отступленiи обозовъ частей IV и XI корпусовъ къ Болгарени.

Приказанiе объ отступленiи войскъ послѣдовало занчительно позже — въ 10-мъ часу вечера. Къ д. Гривицѣ былъ вызванъ начальникъ правой колонны генералъ-лейтенантъ Вельяминовъ (прибылъ около 11 час. вечера), находившiйся съ 5 час. дня въ нѣсколькихъ стахъ шагахъ отъ редута № 8, которому генералъ Криденеръ лично отдалъ приказанiе понемногу отводить войска на утреннюю позицiю, занявъ предварительно послѣднюю 20-мъ Галицкимъ пѣхотнымъ полкомъ (кромѣ уже стоявшаго на ней 3-го баталiона Серпуховскаго полка). Самое отступленiе, особенно ближайшихъ къ противнику частей, приказано дѣлать исподволь, предупредивъ о томъ людей, засѣвшихъ во рвахъ укрѣпленiй. Затѣмъ указано по мѣрѣ сбора и устройства частей за позицiею отправить постепенно 1-ю бригаду 5-й пѣхотной дивизiи съ частью артиллерiи на Караагачъ и Болгарени.

Одновременно съ этимъ было послано слѣдующее приказанiе князю Шаховскому:

"18 iюля, 10 час. 50 мин. ночи, № 25; мѣсто отправленiя: у Гривицы.

"Генералъ-лейтенанту князю Шаховскому. Отходите на прежнее мѣсто расположенiя, гдѣ оставили ранцы. Затѣмъ путь отступленiя на Болгарени. Генералъ-лейтенантъ баронъ Криденеръ".

Генералу Лашкареву послана слѣдующая записка:

"18 iюля 1877 года, 10 час. 50 мин. вечера, при Гривицѣ. Бой кончился неудачно, отступаемъ на Турскiй-Трестеникъ и Болгарени. Турки насѣдали, спѣшите на выручку къ Турскому-Трестенику. Генералъ-маiоръ Шнитниковъ".

Тогда же командиру 1-й бригады 11-й кавалерiйской дивизiи генералъ-маiору Гильдебрандту было отдано приказанiе собрать части его бригады, исполнявшiя до того, какъ сказано выше, отдѣльныя порученiя (связь съ княземъ Шаховскимъ и охрана праваго фланга правой колонны отряда), и прикрыть отступленiе отряда.

Ко времени отдачи приказанiя объ общемъ отступленiи войска находились въ слѣдующемъ положенiи:

1-я бригада 5-й пѣхотной дивизiи, сражавшаяся на крайнемъ правомъ флангѣ, отступила согласно особому приказанiю на утреннюю позицiю не въ полномъ составѣ. Часть Вологодскаго и бóльшая часть Архангелогородскаго полковъ осталась въ непосредственной близости редута № 7 въ перемежку съ остатками Пензенскаго и ходившихъ въ атаку баталiоновъ Серпуховскаго полковъ и отступила только на разсвѣтѣ 19 числа. Лѣвѣе расположились Тамбовскiй и Козловскiй полки, съ примкнувшей къ нимъ частью 3-го баталiона Коломенскаго полка, имѣя за собою Галицкiй полкъ. Далѣе, южнѣе Гривицкаго ручья находились баталiоны Коломенскаго полка, къ этому времени уже отброшеннаго турками до линiи д. Гривица — укрѣпленiе № 14. Самое укрѣпленiе было занято Рыльскимъ полкомъ и частями Коломенскаго и Шуйскаго полковъ. Наконецъ, лѣвѣе къ Радишевскимъ высотамъ стягивались къ этому времени Курскiй и Ярославскiй полки, отступленiе которыхъ подъ давленiемъ турокъ началось еще въ 8 час. вечера. Отрядъ генерала Скобелева продолжалъ еще держаться на Зеленыхъ горахъ. Наконецъ, кавалерiя генерала Лашкарева находлась къ этому времени на пути отступленiя турокъ у д. Смаретъ-Трестеникъ, не зная еще ничего о неудачѣ отряда.

Подробности отступленiя частей отряда генералъ-лейтенанта Криденера были таковы:

А) Отступленiе отряда князя Шаховского. Какъ сказано выше, командиръ XI корпуса получилъ въ 7 час. 40 мин. вечера записку генерала Криденера, отправленную въ 7 час. 10 мин., съ приказанiемъ держаться на позицiи во что бы то ни стало. Но приблизительно около этого времени отступленiе войскъ лѣваго фланга уже началось: еще съ 6 часовъ пополудни къ Радишеву и перевязочному пункту медленно тянулись группы людей, частiю раненыхъ, частiю сопровождавшихъ этихъ послѣднихъ; движенiе это постепенно усиливалось и на него, вѣроятно, намекалъ князь Шаховской въ приведенной выше запискѣ, отправленной генералу Криденеру въ 6¼ часовъ пополудни.

Батареи 32-й и 30-й артиллерiйскихъ бригадъ, получившiя приказанiе "отступать", одна за другою начали сниматься съ позицiи и отходить по дорогѣ на Пордимъ. Что касается пѣхоты, то одна часть ея кучками и небольшими командами, начиная съ вечера, въ теченiе всей ночи съ 18 на 19, отходила къ Пордиму; другая же часть, двинувшись изъ-подъ укрѣпленiя № 11 около 10 часовъ вечера, къ 11 часамъ стала собираться на прежней позицiи — на высотахъ сѣвернѣе д. Радишева. Отступленiемъ этой послѣдней части руководилъ командиръ Курскаго полка полковникъ Ракуза: онъ лично обошелъ бóльшую часть боевой линiи, приказывая офицерамъ и солдатамъ спускаться обратно въ лощину, что впереди Радишева, и строиться тамъ по полкамъ и ротамъ, насколько можно было разобраться въ ночной темнотѣ. Сборомъ же вообще войскъ на Радишевской позицiи руководилъ генералъ-маiоръ Горшковъ, пробывшiй на позицiи всю ночь.

Между тѣмъ, укрѣпленiе № 14 еще продолжало оставаться въ русскихъ рукахъ. Здѣсь собралось до полутора тысячъ людей Рыльскаго, Шуйскаго и частiю Коломенскаго полковъ; за выбытiемъ изъ строя старшихъ начальниковъ начальство надъ этими частями приняли: Шуйскаго полка маiоръ Желязовскiй и Рыльскаго полка штабсъ-капитанъ Сочава. Отстрѣливаясь, временами, отъ насѣдавшихъ турокъ и не получая приказанiя отступить, собравшiеся въ укрѣпленiи остатки ротъ остались въ немъ ночевать, обезпечивъ себя постами. Вмѣстѣ съ тѣмъ, въ виду полной неизвѣстности положенiя, были отправлены люди къ генералу Горшкову для полученiя отъ него приказанiя, на то слѣдуетъ ли отступать и въ какомъ направленiи. Приказанiе это было получено около трехъ часовъ утра. Къ разсвѣту и укрѣпленiе № 14 было очищено и занимавшiе его люди Рыльскаго, Шуйскаго и Коломенскаго полковъ согласно приказанiю отошли къ Радишеву и здѣсь поступили подъ общее начальство генерала Горшкова.

Бóльшая часть 119-го пѣхотнаго Коломенскаго полка, дѣйствовавшаго въ промежуткѣ между отрядами генерала Криденера и князя Шаховского и начавшаго отступленiе часу въ девятомъ вечера, отступила прямо на востокъ и къ утру отошла къ Болгарени, за р. Осму, гдѣ полкъ сталъ бивакомъ вмѣстѣ съ 120-мъ пѣхотнымъ Серпуховскимъ полкомъ. Значительная часть Коломенскаго полка, человѣкъ до 400, отступила съ 1-й бригадой 30-й пѣхотной дивизiи къ Пордиму и лишь впослѣдствiи присоединилась къ полку.

Турки не мѣшали отступленiю и не пытались преслѣдовать. По донесенiямъ высланныхъ патрулей, они даже покинули укрѣпленiе № 11 и продолжили окапываться нѣсколько позади, во второй линiи.

На разсвѣтѣ пѣхотныя части, приведенныя уже въ нѣкоторый порядокъ, оставались на Радишевскихъ высотахъ, на тѣхъ же мѣстахъ, которые онѣ занимали наканунѣ передъ движенiемъ въ атаку. Генералъ Горшковъ, не имѣя при себѣ артиллерiи, послалъ съ приказанiемъ привести первую попавшуюся батарею. Посланный прибылъ въ Пордимъ около 7 часовъ утра, откуда на помощь генералу Горшкову была направлена на рысяхъ съ посаженною прислугою 1-я батарея 32-й артиллерiйской бригады.

Около 9 часовъ утра генералъ Горшковъ получилъ приказанiе командира XI корпуса отступить къ д. Пордиму, гдѣ были оставлены ранцы, и далѣе на Болгарени.

Такъ какъ всѣ приготовленiя къ отступленiю въ отрядѣ генерала Горшкова къ этому времени были уже покончены, то онъ началъ постепенно сниматься съ позицiи и отходить. По дорогѣ на Пелишатъ вытянулась колонна раненыхъ, часть пѣхоты составила непосредственное прикрытiе этой колонны, а остальная ея часть подъ командою полковника Ракуза образовала аррiергардъ, замыкавшiй шествiе отряда. Выступивъ изъ Радишева въ 10 часовъ утра, отрядъ этотъ направился къ Пордиму, гдѣ и расположился на высотѣ у сѣверной окраины деревни.

Отступленiе отряда прикрылъ генералъ-маiоръ Скобелевъ 2-й съ двумя сотнями Донского № 23, двумя сотнями Донского № 30 полка и взводомъ Донской № 6 батареи, прибывшими изъ-подъ Ловчи, и 1-й батареей 32-й артиллерiйской бригады, слѣдовавшей на рысяхъ отъ Пордима къ Радишеву по требованiю генералъ-маiора Горшкова, для прикрытiя отряда. Развернувъ сотни Донского № 23 полка, генералъ-маiоръ Скобелевъ вызвалъ на позицiю батарею и, пропустя колонну генералъ-маiора Горшкова, отступилъ къ Пелишату. Попытки турокъ преслѣдовать отступавшую колонну были остановлены огнемъ 1-й батареи 32-й артиллерiйской бригады, выпустившей 30 гранатъ.

Что касается штаба князя Шаховского, то, начавъ отступленiе въ 9-мъ часу вечера и отходя въ темнотѣ, онъ сбился съ дороги и ночевалъ въ полѣ на пути къ д. Пелишату, куда прибылъ лишь утромъ 19 числа.

Дальнѣйшее отступленiе главныхъ силъ лѣвой колонны началось съ 7 часовъ утра отъ Пордима въ направленiи на Болгарени, согласно запискѣ барона Криденера, посланной въ 10 часовъ 50 минутъ вечера. Но засимъ движенiе это было прiостановлено княземъ Шаховскимъ, который, какъ будетъ сказано ниже, просилъ разрѣшенiя генералъ-лейтенанта Криденера остаться въ Пордимѣ, на что и послѣдовало согласiе начальника отряда.

Б) Отступленiе отряда ген. Вельяминова. Какъ выше изложено, въ 11-мъ часу вечера генералъ-лейтенантъ Криденеръ окончательно рѣшилъ отвести войска къ Турскому-Трестенику и Болгарени и генералу Вельяминову было поручено рапорядиться отступленiемъ войскъ правой колонны.

Отступленiе изъ-подъ Гривицкихъ редутовъ и сборъ перемѣшавшихся частей полковъ 31-й, 5-й и 30-й пѣхотныхъ дивизiй продолжались въ теченiе всей ночи и почти цѣлаго дня 19 числа.

Уже около 10 часовъ вечера 18 iюля начали собираться остатки Пензенскаго полка; они были отведены отъ резерва версты на двѣ назадъ и влѣво (приблизительно къ дорогѣ на с. Коюловцы) и здѣсь прiостановлены въ ожиданiи приказанiя, куда слѣдовать далѣе.

Въ полночь, когда приказанiе было получено, остатки Пензенцевъ (около 300 человѣкъ) были направлены на прежнее бивачное мѣсто въ Коюловцы. Знамена полка еще въ началѣ атаки, подъ прикрытiемъ взвода, были отправлены къ расположенiю дивизiоннаго лазарета, а оттуда отосланы къ Коюловцамъ. Въ продолженiе всей ночи съ 18 на 19 съ поля сраженiя продолжали собираться по одиночкѣ и небольшими кучками люди. Человѣкъ около 50 оставались подъ редутомъ, подъ командою поручика Полянскаго, продолжая перестрѣлку съ противникомъ; эта горсть людей только съ разсвѣтомъ 19 iюля отступила по дорогѣ на Турскiй-Трестеникъ.

Около полуночи же 4 роты 3-го баталiона 123-го пѣхотнаго Козловскаго полка были направлены въ прикрытiе отступавшихъ артиллерiи и обозовъ. За ними 5 ротъ (2 Козловскаго и 3 Пензенскаго полковъ) отправлены въ с. Коюловцы забрать ранцы и прикрыть обозъ всей дивизiи. Остальные люди Пензенскаго, а равно 2-го и 3-го баталiоновъ Козловскаго полковъ собирались изъ траншей влѣво, къ 122-му пѣхотному Тамбовскому полку и уже съ этимъ послѣднимъ отошли на Турскiй-Трестеникъ.

Дѣйствовавшiе правѣе Пензенцевъ, 17-й и 18-й полки 5-й пѣхотной дивизiи отступили въ такой послѣдовательности: 18-й пѣхотный Вологодскiй полкъ, получивъ приказанiе объ отступленiи, оставивъ часть людей подъ редутами за невозможностью вывести ихъ вслѣдствiе жестокого огня турокъ, собрался сперва на бивакъ у Турскаго-Трестеника, а отсюда съ остальными войсками перешелъ къ с. Болгарени. 17-й пѣхотный Архангелогородскiй полкъ оставался почти въ полномъ составѣ на скатѣ подъ редутомъ, а частiю во рвахъ редута до утра. Выйдя съ разсвѣтомъ изъ-подъ редута, баталiоны Архангелогородцевъ собрались за позицiею, занимаемою 20-мъ пѣхотнымъ Галицкимъ полкомъ, куда уже собрались легко раненые, а равно и отступившiе въ теченiе ночи. 1-й и 2-й баталiоны Серпуховскаго полка, какъ извѣстно, послѣдовательно выдвинутые изъ общаго резерва генерала Криденера для поддержанiя атаки правой колонны генерала Бѣлокопытова, отошли около 3–4 часовъ утра на мѣсто первоначальнаго расположенiя полка. На разсвѣтѣ 19 iюля отступилъ 3-й баталiонъ Серпуховскаго полка, который до сего времени стоялъ на позицiи и вмѣстѣ съ 20-мъ Галицкимъ полкомъ прикрывалъ отступленiе остальныхъ войскъ праваго фланга, а затѣмъ, къ 11 часамъ вечера, отошелъ на ночлегъ въ Болгарени. 122-й пѣхотный Тамбовскiй полкъ и 1-й баталiонъ 123-го пѣхотнаго Козловскаго полка, составлявшiе лѣвый флангъ отряда генерала Вельяминова, отступили въ такой послѣдовательности: первыми отошли роты 2-й линiи; роты же Тамбовскаго полка, находившiяся въ цѣпи вмѣстѣ съ 1-мъ баталiономъ Козловцевъ, оставили курганъ только утромъ, все время поддерживая перестрѣлку съ противникомъ. Отступленiе Тамбовскаго полка тянулось всю ночь, причемъ первыми, вслѣдъ за 20-мъ Галицкимъ полкомъ, отошли 5-я и 6-я роты Тамбовцевъ. Отступавшiя части Тамбовскаго полка были собраны въ резервный порядокъ за позицiей Галицкаго полка.

Когда, подъ утро, на лѣвомъ флангѣ расположенiя 1-го баталiона Козловскаго полка показались массы турецкой пѣхоты, а затѣмъ выѣхала и батарея, открывшая продольный огонь по ротамъ Козловскаго и Тамбовскаго полковъ, еще остававшимся на курганѣ, то эти послѣднiя тоже начали отходить за Галицкiй полкъ. Отступленiе обошлось сравнительно дешево вслѣдствiе геройской отваги и самоотверженiя группы солдатъ Козловскаго и Тамбовскаго полковъ, — человѣкъ около 50, упорно оборонявшихъ курганъ. Люди эти были отрѣзаны и погибли въ неравномъ бою въ нѣсколькихъ стахъ шагахъ восточнѣе редута № 8.

Такъ собрались изъ-подъ Гривицкихъ редутовъ части пѣхоты генерала Вельяминова. Особенно трудно было отступленiе для тѣхъ, кто остался выжидать разсвѣта въ ближайшихъ къ редуту траншеяхъ и ложементахъ. Еще въ 5 часовъ утра генералъ Вельяминовъ доносилъ генералу Криденеру, что "вокругъ редута нашихъ много; отступить не могутъ: осыпаютъ пулями. Если бъ батарею послать съ полкомъ, то можно бы было выручить. Батареи всѣ ушли". Дѣйствительно, въ это время въ распоряженiи генерала Вельяминова не было ни одной батареи, такъ какъ съ началомь отступленiя пѣхоты батареи получили приказанiе сниматься съ позицiй и отходить къ Болгарени. Такимъ образомъ, участвовавшiя въ бою батареи 31-й артиллерiйской бригады, за исключенiемъ 6-й батареи, отошли за мостъ на р. Осмѣ уже къ 7 часамъ утра 19 числа, причемъ 3-я батарея, перейдя мостъ, стала на позицiю; 6-я же батарея 31-й артиллерiйской бригады прослѣдовала на Коюловцы, а отсюда, вмѣстѣ съ обозами и собравшимися здѣсь частями, утромъ 19 iюля двинулась къ Турскому-Трестенику и далѣе на Болгарени.

Что касается кавалерiи, то въ непосредственномъ распоряженiи генерала Вельяминова находились 4-й эскадронъ Рижскихъ драгунъ, охранявшiй правый флангъ позицiи 20-го пѣхотнаго Галицкаго полка, и сотня Донского казачьяго № 34 полка, наблюдавшая за лѣвымъ флангомъ.

И такъ, къ утру 19 iюля бóльшая часть пѣхоты отряда генерала Вельяминова собралась позади позицiи Галицкаго полка.

Дальнѣйшее отступленiе предполагалось на Коюловцы, гдѣ были оставлены ранцы и артельныя повозки, но около полудня 19 iюля онъ получилъ слѣдующую записку начальника штаба IX корпуса:

"Впереди, надъ Гривицкимъ оврагомъ, гдѣ виноградники, оставленъ вчера ночью баталiонъ Серпуховскаго полка для прикрытiя отступленiя. Присоедините этотъ баталiонъ къ Воронежскому полку, если онъ еще не присоединился, а также Галицкiй полкъ и другiя войска. Затѣмъ, по сборѣ прибывающихъ и раненыхъ, отступите на Турскiй-Трестеникъ, гдѣ займете позицiю.

"Пошлите въ Коюловцы за артельными повозками для варки пищи. Ранцы же изъ Коюловца будутъ отправлены на подводахъ въ Болгарени по распоряженiю полковника Прокопѣ".

Вслѣдствiе этого приказанiя 31-я пѣхотная дивизiя отступила къ д. Трестенику. Турки сопровождали отступающихъ артиллерiйскимъ огнемъ, но безъ вреда для этихъ послѣднихъ. Отступленiе отряда генерала Вельяминова прикрывалъ вначалѣ 20-й пѣхотный Галицкiй полкъ, расположенный, какъ сказано выше, на позицiи позади д. Гривица. На пути къ Турскому-Трестенику отрядомъ былъ встрѣченъ 124-й пѣхотный Воронежскiй полкъ, который, принявъ на себя прикрытiе отходившихъ частей, далъ имъ возможность вытянуться въ походную колонну. Воронежскiй полкъ, какъ о томъ уже было помянуто, еще наканунѣ прибылъ въ Турскiй-Трестеникъ, гдѣ и застало его приказанiе двинуться къ Гривицѣ. Полкъ выступилъ по назначенiю утромъ 19 iюля и на пути командиръ полка получилъ личное приказанiе генерала Криденера прикрыть отступленiе IX корпуса.

Около 3 часовъ пополудни Воронежцы смѣнили на позицiи 20-й пѣхотный Галицкiй полкъ; въ 4 же часа и Воронежскiй полкъ началъ отходить къ Турскому-Трестенику, гдѣ сталъ на общемъ бивакѣ съ остальными частями 31-й пѣхотной дивизiи.

Отступленiе 1-й бригады 11-й кавалерiйской дивизiи произошло лишь 19 iюля. Какъ выше сказано, эта бригада, распредѣленная въ теченiе боя на малые отряды, исполнявшiя самостоятельныя порученiя, получила приказанiе прикрыть отступленiе войскъ къ Болгарени.

Какъ уже сказано, бóльшая часть Рижскаго драгунскаго полка, а именно: 1-й, 3-й и 4-й эскадроны, и два конныхъ орудiя находились въ лощинѣ Буковлекскаго ручья, охраняя правый флангъ войскъ IX корпуса. Согласно приказанiю генералъ-маiора Гильдебрандта идти за д. Гривицу къ перевязочному пункту, полученному въ первомъ часу ночи, эскадроны эти соединились со 2-мъ эскадрономъ своего полка и остальными орудiями 18-й конной батареи и поступили подъ общее начальство генерала Гильдебрандта, который въ 10 часовъ вечера получилъ приказанiе прикрыть раненыхъ, обозы и пѣхоту, возвращавшуюся на первоначальныя позицiи.

Простоявъ въ боевомъ порядкѣ до разсвѣта 19 iюля и получивъ извѣстiе, что с. Гривица не занято непрiятелемъ и что раненые подобраны, пѣхота же отошла къ Турскому-Трестенику, генералъ Гильдебрандтъ началъ отступленiе съ 1-мъ, 2-мъ и 3-мъ эскадронами и конною батареею; 4-й же эскадронъ (3 взвода) Рижскаго полка, слѣдовавшiй въ хвостѣ полка, былъ притянутъ распоряженiемъ генерала Вельяминова на правый флангъ позицiи, которую занималъ Галицкiй полк. (Взводъ 4-го эскадрона еще въ началѣ боя былъ направленъ для связи съ бригадою генералъ-маiора Лашкарева; взводъ этотъ присоединился къ эскадрону только въ 3 часа пополудни 19 числа). Въ 9 час. утра 3 эскадрона Рижскихъ драгунъ съ батареею прибыли къ с. Караагачу и расположились здѣсь на отдыхъ для принятiя сухарнаго запаса и пропуска всѣхъ обозовъ IX и XI армейскихъ корпусовъ, направленныхъ за рѣку Осму. Пропустивъ обозы, генералъ Гильдебрандтъ съ 1-мъ, 2-мъ и 3-мъ эскадронами и 18-й конной батареею продолжалъ движенiе и къ 11 часамъ вечера отошелъ за рѣку Осму и здѣсь сталъ бивакомъ позади пѣхоты. 2-й дивизiонъ Чугуевскаго уланскаго полка, входившiй въ составъ кавалерiйскаго резерва генерала Гильдебрандта, былъ распредѣленъ слѣдующимъ образомъ: въ 9 часу вечера 18 iюля 3-й эскадронъ, съ двумя конными орудiями, какъ выше сказано, былъ направленъ для поддержанiя дѣйствiй пѣхоты генерала Вельяминова; этотъ эскадронъ былъ оставленъ затѣмъ на правомъ флангѣ позицiи Галицкаго полка, прикрывая отступленiе изъ-подъ Гривицы; 4-й эскадронъ Чугуевцевъ, по распоряженiю генерала Гильдебрандта, былъ направленъ для поддержанiя связи съ отрядомъ князя Шаховского, что эскадронъ этотъ выполнялъ до 5 часовъ утра, послѣ чего направился на с. Болгарени, гдѣ и пробылъ весь день 19 iюля.

Первый дивизiонъ Чугуевскаго улнаскаго полка, въ теченiе всего дня 18 iюля находившiйся близъ с. Радишева, около 10 часовъ вечера получилъ приказанiе выставить отъ 2-го эскадрона цѣпь постовъ между с. Гривица и Радишево, а 1-й эскадронъ оставить въ резервѣ позади Радишева. Въ 7 час. утра дивизiонъ снялъ посты и отошелъ къ Пордиму.

В) Отступленiе отряда генералъ-маiора Скобелева 2-го. Въ 10 часовъ вечера генералъ Скобелевъ получилъ, какъ сказано выше, приказанiе отъ князя Шаховского отступить на Боготъ и Пелишатъ; самое же отступленiн началось около часу ночи, когда всѣ раненые были перевязаны и уложены на подводы. Часть раненыхъ уже заблаговременно была отправлена въ теченiе дня до Богота.

Отрядъ генерала Скобелева вытянулся по дорогѣ на Пелишатъ. Раненые слѣдовали между сотнями Кавказской бригады; затѣмъ шелъ Курскiй баталiонъ, а въ аррiергардѣ — сотня Кубанскаго полка. Въ Боготѣ генералъ Скобелевъ 2-й далъ часовой отдыхъ своему отряду, послѣ чего перешелъ въ Пелишатъ. Недоходя Пелишата генералъ-маiоръ Скобелевъ встрѣтилъ вышедшiй изъ-подъ Ловчи отрядъ подполковника Бакланова и 1-ю батарею 32-й артиллерiйской бригады, съ которыми, какъ выше уже сказано, прикрылъ отступленiе бригады генералъ-маiора Горшкова. Утомленная веденнымъ наканунѣ боемъ, Кавказская казачья бригада была направлена прямо въ Пелишатъ.

Возвратясь въ Пелишатъ, генералъ Скобелевъ получилъ отъ начальника штаба IX корпуса слѣдующую полевую записку, отправленную изъ Турскаго-Трестеника въ 11 часовъ 45 минутъ дня:

"Войска обоихъ корпусовъ совершенно разстроены и отступаютъ по направленiю на Булгарени. Вамъ идти возможно поспѣшнѣе черезъ Тученицу и Пелишатъ къ дорогѣ изъ Плевно на Болгарени, для прикрытiя отступленiя нашихъ войскъ.

"По послѣднему свѣдѣнiю, командиръ XI корпуса находился сегодня въ 5 часовъ утра въ Пелишатѣ. Командиръ IX корпуса находится въ Турскомъ-Трестеникѣ. Отрядъ IX корпуса старается удержаться передъ этимъ селенiемъ по направленiю къ Плевнѣ. Спѣшите къ намъ; мы ничѣмъ не прикрыты. Отъ генерала Лашкарева свѣдѣнiй нѣтъ".

Отправивъ въ Болгарени Кубанскiй полкъ, генералъ Скобелевъ съ остальными частями своего отряда оставался въ Пелишатѣ, пока не прошли войска генерала Горшкова, послѣ чего онъ отступилъ къ Пордиму, гдѣ и расположился на ночлегъ.

Г) Отступленiе кавалерiи генерала Лашкарева. Тотчасъ по полученiи приказанiя спѣшить на выручку къ Турскому-Трестенику, генералъ Лашкаревъ двинулся со своею бригадою обратно и около 5½ часовъ дня 19 числа прибылъ къ названному селенiю, сдѣлавъ въ теченiе 8–9 часовъ около 35 верстъ. Не доходя Турскаго-Трестеника, была получена новая записка генерала Шнитникова съ предписанiемъ командира корпуса спѣшить къ Турскому-Трестенику, гдѣ остановилась часть войскъ IX корпуса и гдѣ еще было много раненыхъ. Не имѣя извѣстiй о судьбѣ кавалерiи генерала Лашкарева, генералъ Криденеръ допускалъ даже возможность отступленiя ея подъ Никополь и потому въ запискѣ коменданту этой крѣпости просилъ его снестись съ генераломъ Лашкаревымъ и сообщить ему, чтобы тотъ отходилъ на Турскiй-Трестеникъ или на Болгарени.

Что касается общаго характера отступленiя войскъ генералъ-лейтенанта Криденера послѣ неудачнаго боя 18 числа, то, какъ указано выше, собственно войска, введенныя въ дѣло, несмотря на жестокiя потери, не только въ массѣ не пали духомъ, но частiю до разсвѣта оставались на завоеванныхъ ими позицiяхъ и ожидали лишь подкрѣпленiй, чтобы на другой день возобновить дѣло. Отступленiе этихъ войскъ произошло, какъ сказано, ночью на 19 и утромъ 19 iюля лишь вслѣдствiе приказанiя начальниковъ, причемъ въ общемъ не сопровождалось преслѣдованiемъ со стороны противника, который, судя по турецкимъ источникамъ, также въ свою очередь ожидалъ повторенiя атаки на слѣдующiй день 19 iюля. Подъ непосредственнымъ давленiемъ со стороны турокъ отступилъ лишь лѣвый флангъ войскъ князя Шаховского въ восьмомъ часу вечера 18 числа и послѣднiе эшелоны войскъ правой колонны — части Тамбовскаго и Козловскаго полковъ при отступленiи утромъ 19 числа.

Также въ общемъ безъ большихъ замѣшательствъ отступали обозы и транспорты раненыхъ IX корпуса. Командиръ этого корпуса лично наблюдалъ за эвакуацiей раненыхъ и приказалъ въ ночь съ 18 на 19 iюля снять перевязочный пунктъ корпуса не ранѣе, какъ послѣднiе изъ доставленныхъ туда раненыхъ были перевязаны. Другой характеръ носило отступленiе обозовъ лѣвой колонны. Какъ выше сказано, приказанiе для отступленiя обозовъ частей IV и XI корпусовъ отъ Пордима къ Болгарени было начато вслѣдствiе прямого приказанiя начальника отряда генералъ-лейтенанта барона Криденера, переданнаго черезъ офицера генеральнаго штаба. Вслѣдствiе нервныхъ и торопливо отданныхъ распоряженiй начальника 30-й пѣхотной дивизiи генералъ-лейтенанта Пузанова, находившагося въ этотъ день въ болѣзненномъ состоянiи[148], отступленiе обозовъ и транспортовъ съ ранеными приняло поспѣшный характеръ и постепенно перешло въ безпорядокъ. Возникновенiе безпорядка было облегчено еще тѣмъ, что штабомъ князя Шаховского на этотъ день не было назначено общаго начальника надъ обозами частей обоихъ (XI и IV) корпусовъ.

Не безъ влiянiя на общiй ходъ отступленiя осталось то обстоятельство, указанное выше, что штабъ XI корпуса, начавшiй отходить къ Пелишату въ 9-мъ часу вечера, сбился съ дороги, ночевалъ въ полѣ и, такимъ образомъ, на нѣкоторое время потерялъ связь съ войсками.

Безпорядки, возникшiе въ обозахъ лѣвой колонны, особенно въ транспортахъ раненыхъ, направлявшихся къ Болгарени, отозвались далеко въ тылу не только до самаго Систова, но и на лѣвомъ берегу Дуная[149].

IV. Положенiе, занятое войсками Западнаго отряда послѣ отступленiя. Отступившiе изъ-подъ Плевны войска Западнаго отряда къ вечеру 19 iюля расположились слѣдующимъ образомъ (схема № 15):

У с. Турскаго-Трестеника: 31-я пѣхотная дивизiя съ ея артиллерiей, кромѣ 5-й батареи, находившейся въ крѣпости Никополѣ, 9-й уланскiй Бугскiй полкъ, Донской казачiй № 9 полкъ, сотня Донского казачьяго № 34 полка и Донская казачья № 2 батарея: итого 11 баталiоновъ, 7 сотенъ, 4 эскадрона, 40 пѣшихъ и 6 конныхъ орудiй.

У Болгарени и по дорогѣ въ эту деревню: 17-й пѣхотный Архангелогородскiй, 18-й пѣхотный Вологодскiй, 20-й пѣхотный Галицкiй полки, 2-я бригада 30-й пѣхотной дивизiи, 1-я, 2-я, 4-я, 5-я и 6-я батареи 5-й артиллерiйской бригады, 2-я, 4-я и 6-я батари 30-й артиллерiйской бригады, 11-й драгунскiй Рижскiй полкъ, 3-й и 4-й эскадроны 11-го уланскаго Чугуевскаго полка и 18-я конная батарея; итого 15 баталiоновъ, 6 эскадроновъ, 64 пѣшихъ и 6 конныхъ орудiй. Сверхъ того, 4 сотни Кубанцевъ шли отъ Пордима въ Болгарени, куда прибыли въ часъ ночи на 20 число.

У Пордима: 1-я бригада 30-й пѣхотной дивизiи, 1-я бригада 32-й пѣхотной дивизiи, 1-я рота 5-го сапернаго баталiона, 1-я, 3-я, 4-я и 6-я батареи 32-й артиллерiйской бригады, 1-я, 3-я и 5-я батареи 32-й артиллерiйской бригады, Кавказская казачья бригада (8 сотенъ), 2 сотни Донского казачьяго № 23 полка, 2 сотни Донского казачьяго № 30 полка и взводъ Донской казачьей № 6 батареи (отрядъ подполковника Бакланова), Донская казачья № 8 батарея (6 орудiй) и конно-горная батарея (6 орудiй); итого 12 баталiоновъ, 1 рота, 12 сотенъ, 56 пѣшихъ и 12 конныхъ орудiй.

У Сгаловецъ: 1-й и 2-й эскадроны 11-го уланскаго Чугуевскаго полка; итого 2 эскадрона.

Всего 38 баталiоновъ и 1 рота саперъ, 35 эскадронъ и сотенъ, 160 пѣшихъ и 26 конныхъ орудiй.

Въ сраженiи 18 iюля въ русскихъ войскахъ выбыло изъ строя 176 офицеровъ и 6.856 нижнихъ чиновъ.

Общая сумма потерь доходила до 18 % офицеровъ и нижнихъ чиновъ, принимавшихъ участiе въ бою. Потеря эта легла преимущественно на пѣхоту, которая потеряла выбывшими изъ строя 168 офицеровъ и 6.765 нижнихъ чиновъ, между тѣмъ какъ потери эти въ кавалерiи состояли изъ 14 нижнихъ чиновъ, а въ артиллерiи изъ 8 офицеровъ и 77 нижнихъ чиновъ. Въ процентномъ отношенiи пѣхота потеряла изъ наличныхъ, бывшихъ въ строю, 25 % офицеровъ и 23 % нижнихъ чиновъ.

Наибольшая потеря въ артиллерiи была въ трехъ батареяхъ: въ 1-й батареѣ 5-й — 2 офицера и 10 нижнихъ чиновъ, въ 3-й батареѣ 32-й — 12 нижнихъ чиновъ и въ 4-й батареѣ той же бригады — 1 штабъ-офицеръ и 16 нижнихъ чиновъ; въ пѣхотѣ же потеряли болѣе всего полки Рыльскiй 42,7 %, Пензенскiй 38,7 %, Ярославскiй и Курскiй — по 29 %. По турецкимъ источникамъ, потеря войскъ Османа-паши въ этотъ день доходила до 1.200 человѣкъ.

Несмотря на проигранное сраженiе и жестокiя потери, войска не только не пали духомъ, но, какъ будетъ изложено далѣе, рвались въ бой съ цѣлью отплатить своему противнику. Великiй Князь, осматривавшiй 21 iюля войска, выдержавшiя сраженiе подъ Плевной, нашелъ ихъ духъ превосходнымъ.

Такого же мнѣнiя былъ и генералъ Скобелевъ относительно видѣнныхъ имъ непосредственно послѣ сраженiя войскъ XI корпуса, что и было высказано имъ въ письмѣ его къ генералу Левицкому отъ 20 iюля.

ПРИЛОЖЕНIЯ

Приложенiе 1-е

Свѣдѣнiе о Болгарскомъ ополченiи

Краткое росписанiе Болгарскаго ополченiя

(къ 15 iюня 1877 г.)

Начальникъ ополченiя — генералъ-маiоръ Столѣтовъ.

Начальникъ штаба — полковникъ Рынкевичъ.

Со дня раненiя его 9 августа на Шипкѣ и до назначенiя подполковника графа Келлера временно исполняли обязанности начальника штаба маiоръ Поповъ (до 22 августа) и штвбсъ-капитанъ Ильинъ (до 12 октября).

Командиръ 1-й бригады — флиг. — адъют. полковникъ князь Вяземскiй.

Командовалъ бригадою съ 20 апрѣля по 3 октября 1877 г.; приказомъ по Дѣйствующей армiи 3 октября назначенъ полковникъ Депрерадовичъ.

Командиръ 1-й дружины — полковникъ Кесяковъ.

Командиръ 2-й дружины — маiоръ Куртьяновъ.

Командиръ 2-й бригады — полковникъ Корсаковъ.

Командовалъ бригадою съ 20 апрѣля по 3 октября 1877 г., когда приказомъ по Дѣйствующей армiи командующимъ бригадою назначенъ флиг. — адъют. полковникъ князь Вяземскiй; со дня его раненiя 16 января 1878 г. въ командованiе бригадою вступилъ маiоръ Рѣдькинъ.

Командиръ 3-й дружины — подполковникъ Калитинъ.

Со дня смерти его въ сраженiи 19 iюля 1877 г. дружиной командовалъ штабсъ-капитанъ Чиляевъ (впослѣдствiи маiоръ).

Командиръ 4-й дружины — маiоръ Рѣдькинъ.

Командиръ 3-й бригады — полковникъ графъ Толстой.

Назначенъ приказомъ по Дѣйствующей армiи 14 iюня 1877 г.

Командиръ 5-й дружины — подполковникъ Нищенко.

Со дня раненiя его 19 iюля 1877 г. дружиной временно командовал капитанъ Амосовъ по 22 августа, когда въ командованiе вступилъ маiоръ Поповъ.

Командиръ 6-й дружины — маiоръ Бѣляевъ.

***

Основнымъ матерiаломъ формированiя Болгарскаго ополченiя послужили болгарскiе выходцы, находившiеся въ Сербской армiи во время войны 1876 года, которые послѣ ея окончанiя искали убѣжища въ Россiи и размѣщены были въ Кишиневѣ.

Въ тотъ день, когда 31 марта 1877 г. война противъ Турцiи была рѣшена, въ Кишиневѣ оказалось на лицо около 700 человѣкъ помянутыхъ болгарскихъ выходцевъ, изъ коихъ, съ добавкою около 100 человѣкъ кадровыхъ изъ войскъ Дѣйствующей армiи, сформрованы были три дружины (баталiоны) въ уменьшенномъ, пока, составѣ. Новое это войско наименовано было "Болгарское ополченiе". Начальникомъ его назначенъ былъ генеральнаго штаба генералъ-маiоръ Столѣтовъ. Дальнѣйшее формированiе Болгарскаго ополченiя состоялось уже въ Плоэшти, куда ополченiе перешло послѣ объявленiя войны.

Благодаря значительному приливу болгаръ-добровольцевъ, представилась возможность въ короткiй (полуторамѣсячный) перiодъ пребыванiя въ Плоэшти сформировать 6 дружинъ, раздѣленныхъ на три бригады, по двѣ дружины въ бригадѣ; въ дружинѣ по 5 ротъ. Въ каждую роту назначено было изъ войскъ Дѣйствующей армiи по 1 фельдфебелю, по 4 унтеръ-офицера, по 1 каптенармусу, по 2 барабанщика и по 1 горнисту. Рядовыхъ въ дружинѣ полагалось 930 человѣкъ. Весь офицерскiй составъ взятъ былъ изъ войскъ русской армiи; въ немъ находилось и 7 природныхъ болгаръ, въ томъ числѣ командиръ 1-й дружины подполковникъ Кесяковъ.

Вооруженiе состояло изъ французскихъ ружей системы Шаспо, которыя, впрочемъ, въ сентябрѣ мѣсяцѣ того же 1877 года были замѣнены русскими винтовками Крнка. Патроновъ каждый человѣкъ имѣлъ въ двухъ сумкахъ по 30 штукъ. Прочее снаряженiе состояло изъ холщеваго мѣшка, вмѣсто ранца, поясного ремня съ пряжкой и котелка. Походныя палатки изъ интендантства на полный составъ ополченiя были высланы только въ сентябрѣ мѣсяцѣ 1877 г., а до того времени Болгарское ополченiе хотя и получило палатки, но не на полный составъ; пользовались отчасти захваченными турецкими, лагерными палатками.

Обмундированiе состояло изъ барашковой шапки болгарскаго фасона, мундирной пары темнозеленаго или чернаго сукна и шинели сѣраго сукна по образцу русской. Мундиръ былъ двубортный съ мѣдными пуговицами и съ отложнымъ воротникомъ, въ родѣ морской формы. Сначала выданы были сапоги русскаго образца, предоставляя людямъ со временемъ замѣнить ихъ болгарскими "опанками".

Дружины были снабжены обозомъ изъ парныхъ повозокъ, по 14–15 повозокъ и по 28–30 лошадей на дружину. На заведенiе офицерскаго обоза были выданы деньги особо.

Хотя первоначально предполагалось употреблять ополченiе только "для содѣйствiя Дѣйствующей армiи по охраненiю спокойствiя и порядка въ Задунайскомъ краѣ", однако обученiе ополченiя, въ рядахъ коего было довольно много интеллигентныхъ лицъ, подвинулось въ короткiй перiодъ времени настолько, что признано было возможнымъ приказомъ по армiи отъ 18 iюня 1877 г. зачислить ополченiе въ Передовой отрядъ генерала Гурко, тѣмъ болѣе, что духъ ополченцевъ былъ превосходный.

Къ тому времени, по свѣдѣнiямъ Полевого Штаба — къ 16 iюня, въ Болгарскомъ ополченiи числилось по спискамъ: генераловъ 1, штабъ-офицеровъ 9, оберъ-офицеровъ 72 и нижнихъ чиновъ 7.444; въ числѣ послѣднихъ было нѣкоторое число сербовъ и черногорцевъ. Вслѣдъ за упомянутымъ приказомъ 18 iюня послѣдовало 20 числа того же мѣсяца распоряженiе, по которому, въ видахъ формированiя кадровъ для предполагаемыхъ новыхъ дружинъ, т. е. 2-й очереди, каждая наличная дружина выдѣлила по одной ротѣ, такъ что дружины 1-й очереди остались въ 4-ротномъ составѣ.

Кадры новыхъ дружинъ были соединены въ особую "сводную бригаду" ополченiя. Начальствованiе надъ нею принялъ полковникъ Корсаковъ. Сводная бригада оставалась въ Зимницѣ. Однако формированiе новыхъ дружинъ подвигалось слабо: въ теченiе всего iюля мѣсяца сводная бригада усилилась менѣе чѣмъ на 500 человѣкъ. Она къ 1 августу числила: 44 штабъ и оберъ-офицеровъ и 1.480 нижнихъ чиновъ. Причина столь малаго прилива добровольцевъ-болгаръ сравнительно съ прежнимъ была та, что, съ занятiемъ русской армiею части болгарской территорiи, ополчившiеся жители-болгары предпочитали оставаться вблизи своихъ селъ и околодковъ, воюя со своими сожителями-мусульманами.

Такимъ образомъ, приказъ по Дѣйствующей армiи отъ 4 августа, которымъ объявлено было распоряженiе о сформированiи новыхъ шести дружинъ съ номерами 7-12, не встрѣтилъ подготовленной почвы. Общая числительность всѣхъ 12 дружинъ не только не повысилась послѣ того, но, напротивъ, значительно понизилась вслѣдствiе тяжелыхъ потерь у Эски-Загры 19 iюля, послѣдовавшихъ затѣмъ августовскихъ боевъ на Шипкѣ и естественной убыли отъ болѣзней и самовольныхъ отлучекъ. Такъ, изъ отчета Полевого Штаба видно, что списочное состоянiе Болгарскаго ополченiя (считая и сводную бригаду), превышавшее къ 1 iюля 8 тыс. человѣкъ, къ концу августа было около 6 тыс. и, падая все ниже, къ концу войны достигло во всѣхъ 12 дружинахъ до 5 тысячъ.

Предположенiе сформировать изъ болгаръ-добровольцевъ конныя сотни потерпѣло неудачу; приготовленные для нихъ кадры были расформированы уже въ половинѣ iюля. Впрочемъ, при ополченiи всегда находилось нѣкоторое, небольшое число конныхъ, которые приносили большую пользу, а нѣкоторые удостоились даже награды знаками отличiя Военнаго Ордена. Ко времени отступленiя на Шипку, послѣ боя у Эски-Загры 19 iюля, при штабѣ Болгарскаго ополченiя находилось 57 конныхъ.

Приложенiе 2-е

Росписанiе войскъ, подчененныхъ г.-л. барону Криденеру, ко дню сраженiя подъ Плевной 18 iюля 1877 г

IX армейскаго корпуса

Командиръ корпуса

генералъ-лейтенантъ баронъ Криденеръ

Начальникъ корпуснаго штаба

генералъ-маiоръ Шнитниковъ

Начальникъ артиллерiи корпуса

генералъ-маiоръ Калачевъ

5-я пѣхотная дивизiя^1

Начальникъ дивизiи

генералъ-маiоръ Шильдеръ-Шульднеръ

Начальникъ дивизiоннаго штаба

полковникъ Поповъ

1-я бригада

генералъ-маiоръ Родiоновъ^2

17-й пѣх. Архангелогородскiй полкъ

флигель-адъютантъ полковникъ Шлиттеръ

3 бат.

18-й пѣх. Вологодскiй полкъ

маiоръ Залетинъ (к-щiй)

3 бат.

2-я бригада

генералъ-маiоръ Богацевичъ

20-й пѣх. Галицкiй полкъ

полковникъ Разгильдѣевъ

3 бат.

31-я пѣхотная дивизiя^3

Начальникъ дивизiи

генералъ-лейтенантъ Вельяминовъ

Начальникъ дивизiоннаго штаба

полковникъ Муромцевъ

1-я бригада

генералъ-маiоръ Бѣлокопытовъ

121-й пѣх. Пензенскiй полкъ

полковникъ Конаржевскiй

3 бат.

122-й пѣх. Тамбовскiй полкъ

полковникъ Головинъ

3 бат.

2-я бригада

генералъ-маiоръ Брантъ

123-й пѣх. Козловскiй полкъ

полковникъ Степановъ

3 бат.

9-я кавалерiйская дивизiя^4

Начальникъ дивизiи

генералъ-маiоръ Лашкаревъ 3-й (к-щiй)

Начальникъ дивизiоннаго штаба

полковникъ Макшеевъ-Машоновъ

9-й улан. Бугскiй полкъ

полковникъ Горячевъ

4 эск.

Донской казачiй № 9 полкъ

полковникъ Нагибинъ

6 сот.

Донская казачья № 2 батарея

подполковникъ Рытиковъ

6 ор.

5-я артил. бригада

генералъ-маiоръ Похитоновъ

40 ор.5

31-я артил. бригада

генералъ-маiоръ Гильхенъ

40 ор.6

13-й и 16-й летучiе артил. парки

2 пар.

13-й и 16-й подвижные артил. парки

2 пар.

1-я половина 5-го конно-артил. парка

½ пар.

IV армейскаго корпуса

30-я пѣхотная дивизiя

Начальникъ дивизiи

генералъ-лейтенантъ Пузановъ

Начальникъ дивизiоннаго штаба

полковникъ Кукель

1-я бригада

генералъ-маiоръ Полторацкiй

117-й пѣх. Ярославскiй полкъ

полковникъ Хитрово

3 бат.

118-й пѣх. Шуйскiй полкъ

полковникъ Каульбарсъ

3 бат.

2-я бригада

генералъ-маiоръ Божеряновъ

119-й пѣх. Коломенскiй полкъ

полковникъ баронъ фонъ-Гейкингъ

3 бат.

120-й пѣх. Серпуховскiй полкъ

полковникъ Граве

3 бат.

30-я артил. бригада

полковникъ Свиньинъ (к-щiй)

48 ор.

4-й дивизiонный летучiй паркъ

1 пар.

Отдѣленiе 2-го подвижнаго артил. парка

1 отд.

XI армейскаго корпуса

Командиръ корпуса

генералъ-лейтенантъ князь Шаховской

Начальникъ корпуснаго штаба

полковникъ Бискупскiй

Начальникъ артил. корпуса

генералъ-маiоръ Калмыковъ

32-й пѣхотной дивизiи

1-я бригада

генералъ-маiоръ Горшковъ

125-й пѣх. Курскiй полкъ

полковникъ Ракуза

3 бат.

126-й пѣх. Рыльскiй полкъ

полковникъ Саранчевъ

3 бат.

11-й кавалерiйской дивизiи

1-я бригада

генералъ-маiоръ Гильдебрандтъ

11-й драг. Рижскiй полкъ

полковникъ фонъ-Викъ

4 эск.

11-й улан. Чугуевскiй полкъ

полковникъ Рейсигъ

4 эск.

18-я конная батарея

подполковникъ Гросманъ

6 ор.

32-й артил. бригады 1-я, 3-я, 4-я и 6-я батареи

полковникъ Скворцовъ

32 ор.

10-й летучiй артил. паркъ

1 пар.

10-й подвижной артил. паркъ

1 пар.

1-я половина 4-го артил. парка

½ пар.

Части, не входившiя въ составъ корпусовъ

1-я рота 5-го сапенаго баталiона

шт. — кап. Яковлевъ

1 рота

Донской казачiй № 34 полкъ

подполковникъ Короченцовъ

6 сот.7

Кавказская казачья бригада

Командиръ бригады

полковникъ Тутолминъ

2-й Кубанскiй казачiй полкъ

полковникъ Кухаренко

6 сот.

Владикавказскiй конный полкъ съ Осетинскимъ дивизiономъ

полковникъ фонъ-Левизъ-офъ-Менаръ

6 сот.

1-я Донская конно-горная батарея

войсковой старшина Костинъ (к-щiй)

6 ор.

Донская казачья № 8 батарея

полковникъ Власовъ

6 ор.

1 Непоказанный здѣсь 19-й пѣх. Костромской полкъ находился въ гарнизонѣ крѣпости Никополя.

2 Назначенный Высочайшимъ приказомъ лишь 14 iюля, ко дню сраженiя 18 iюля еще не прибылъ къ бригадѣ.

3 124-й пѣх. Воронежскiй полкъ находился на переправѣ у Систова и только вечеромъ 18 iюля прибылъ въ Турскiй-Трестеникъ.

4 Непоказанныя здѣсь части дивизiи: 9-й драг. Казанскiй полкъ, 9-й гусар. Кiевскiй полкъ и 16-я конная батарея — находились въ составѣ Передового отряда г. — ад. Гурко за Балканами.

5 Не показана 3-я батарея, которая находилась въ гарнизонѣ крѣпости Никополя.

6 Не показана 5-я батарея, которая находилась на переправѣ у Систова.

7 Четыре сотни полка были оставлены въ Никополѣ, изъ которыхъ три сотни содержали посты и разъѣзды по нижнему теченiю р. Вида къ сторонѣ Рахова. Ред.

Приложенiе № 3-е

Свѣдѣнiе о потеряхъ, понесенныхъ частями русской армiи въ дѣлахъ съ турками въ перiодъ времени съ 9 по 19 iюля 1877 г. включительно

Въ какомъ дѣлѣ и какой части

Генераловъ

Штабъ-офицеровъ

Оберъ-офицеровъ

Нижнихъ чиновъ

Убито

Ранено

Убито

Ранено

Убито

Ранено

Убито

Ранено

Безъ вѣсти пропало

Передовой отрядъ г. — ад. Гурко^1

12 iюля у Эски-Загры

9-й гусарскiй Кiевскiй полкъ

-

-

-

-

-

-

2

-

-

2-я горная батарея

-

-

-

-

-

-

2

2

-

Итого

-

-

-

-

-

-

4

2

-

13 iюля при рекогносцировкѣ Ени-Загры

9-й драгунскiй Казанскiй полкъ

-

-

-

-

-

-

10

11

-

17 iюля у д. Карабунара

Дружины Болгарскаго ополченiя

-

-

-

-

-

-

-

7

-

9-й драгунскiй Казанскiй полкъ

-

-

-

-

-

-

3

-

-

Итого

-

-

-

-

-

-

3

7

-

18 iюля на шоссе Эски-Загра — Ени-Загра

Дружины Болгарскаго ополченiя

-

-

-

-

-

-

1

5

-

8-й драгунскiй Астраханскiй полкъ

-

-

-

-

-

-

-

1

-

9-й драгунскiй Казанскiй полкъ

-

-

-

-

1

-

-

5

-

Итого

-

-

-

-

1

-

1

11

-

18 iюля у г. Ени-Загры

33-й пѣхотный Елецкiй полкъ

-

-

-

-

1

4

11

59

1

34-й пѣхотный Сѣвскiй полкъ

-

-

-

-

-

1

1

11

-

14-й стрѣлковый баталiонъ

-

-

-

-

-

-

1

2

-

16-й стрѣлковый баталiонъ

-

-

-

-

-

-

-

5

-

Донской казачiй № 21 полкъ

-

-

-

-

1

-

-

2

-

Донской казачiй № 26 полкъ

-

-

-

-

-

-

-

4

-

4-я батарея 9-й артиллерiйской бригады

-

-

-

-

-

-

1

1

-

Итого

-

-

-

1

1

5

14

84

1

19 iюля у д. Джуранли

33-й пѣхотный Елецкiй полкъ

-

-

-

2

1

2

19

74

2

34-й пѣхотный Сѣвскiй полкъ

-

-

-

-

3

5

35

73

5

13-й стрѣлковый баталiонъ

-

-

-

1

-

1

5

44

1

15-й стрѣлковый баталiонъ

-

-

-

1

-

4

30

154

-

9-й гусарскiй Кiевскiй полкъ

-

-

-

-

-

-

3

7

1

Донской казачiй № 21 полкъ

-

-

-

-

-

-

4

4

-

4-я батарея 9-й артиллерiйской бригады

-

-

-

-

-

-

1

14

-

6-я батарея 9-й артиллерiйской бригады

-

-

-

-

-

-

1

2

-

16-й конная батарея

-

-

-

-

-

-

1

-

-

Донская казачья № 15 батарея

-

-

-

-

-

-

1

7

-

Итого

-

-

-

4

4

12

100

379

9

19 iюля при г. Эски-Загрѣ

1-я дружина Болгарскаго ополченiя

-

-

-

-

-

4

120

32

-

2-я дружина Болгарскаго ополченiя

-

-

-

-

-

-

33

6

4

3-я дружина Болгарскаго ополченiя

-

-

1

-

3

6

105

84

11

5-я дружина Болгарскаго ополченiя

-

-

-

1

1

5

63

35

13

8-й драгунскiй Астраханскiй полкъ

-

-

-

-

-

1

6

14

-

9-й драгунскiй Казанскiй полкъ

-

-

-

-

-

-

-

1

-

9-й гусарскiй Кiевскiй полкъ

-

-

-

1

-

3

-

-

-

Донской казачiй № 26 полкъ

-

-

-

-

-

-

2

-

-

Итого

-

-

1

2

4

19

339

172

26

Всего

-

-

1

7

10

36

471

606

38

Рущукскiй отрядъ

9 iюля у д. Кады-кьой

132-й пѣхотный Бендерскiй полкъ

-

-

-

-

-

-

1

4

-

Донской казачiй № 37 полкъ

-

-

-

-

-

-

2

7

-

Итого

-

-

-

-

-

-

3

11

-

10 iюля у д. Пиргосъ

46-й пѣхотный Днѣпровскiй полкъ

-

-

-

-

-

-

-

1

-

4-я батарея 12-й артиллерiйской бригады

-

-

-

-

-

-

-

1

-

Итого

-

-

-

-

-

-

-

2

-

11 iюля у д. Писанецъ

12-й гусарскiй Ахтырскiй полкъ

-

-

-

-

-

1

-

4

-

Донская казачья № 9 батарея

-

-

-

-

-

-

-

1

-

Итого

-

-

-

-

-

1

-

5

-

13 iюля у д. Хайдаркьой

8-й гусарскiй Лубенскiй полкъ

-

-

-

-

-

-

-

1

-

14 iюля у д. Констанденецъ

Донской казачiй № 8 полкъ

-

-

-

-

-

-

-

1

-

14 iюля у д. Езерче

137-й пѣхотный Нѣжинскiй полкъ

-

-

-

-

2

1

29

72

4

138-й пѣхотный Болховской полкъ

-

-

-

-

-

3

43

90

-

12-й гусарскiй Ахтырскiй полкъ

-

-

-

-

-

-

2

5

-

5-я батарея 35-й артиллерiйской бригады

-

-

-

-

-

-

1

2

-

Итого

-

-

-

-

2

4

75

169

4

Всего

-

-

-

-

2

5

78

189

4

Османъ-Базарскiй и Еленинскiй отряды

11 iюля у д. Демаръ-кьой

42-й пѣхотный Якутскiй полкъ

-

-

-

-

-

-

1

1

-

13 iюля у Кесарово

42-й пѣхотный Якутскiй полкъ

-

-

-

-

-

-

7

29

2

Донской казачiй № 13 полкъ

-

-

-

-

-

-

-

1

-

Итого

-

-

-

-

-

-

7

30

2

14 iюля у д. Сепетчи

13-й гусарскiй Нарвскiй полкъ

-

-

-

-

-

1

7

2

4

19 iюля у д. Аязларъ

13-й гусарскiй Нарвскiй полкъ

-

-

-

-

-

-

1

-

-

14, 16 и 17 iюля у д. Стара-Рѣка

13-й драгунскiй Военнаго Ордена полкъ

-

-

-

-

-

-

1

2

-

Всего

-

-

-

-

-

1

16

34

6

Отрядъ подполк. Бакланова

13 iюля на шоссе Ловча — Плевна

Донской казачiй № 30 полкъ

-

-

-

-

1

-

2

1

-

15 iюля на шоссе Ловча — Сельви

Донской казачiй № 30 полкъ

-

-

-

-

-

-

-

1

-

Всего

-

-

-

-

1

-

2

2

-

Отрядъ г.-л. барона Криденера подъ Плевной

Въ сраженiи 18 iюля при Плевнѣ

Штабъ 5-й пѣхотной дивизiи

-

-

-

1

-

-

-

-

-

17-й пѣхотный Архангелогородскiй полкъ

-

-

-

1

-

7

113

185

82

18-й пѣхотный Вологодскiй полкъ

-

-

-

-

2

10

21

244

181

20-й пѣхотный Галицкiй полкъ

-

-

-

-

-

1

11

29

4

Управленiе 1-й бригады 31-й пѣх. дивизiи

-

-

-

-

1

-

-

-

-

121-й пѣхотный Пензенскiй полкъ

-

-

1

2

6

16

113

564

243

122-й Тамбовскiй полкъ

-

-

-

-

1

5

48

148

20

123-й пѣхотный Козловскiй полкъ

-

-

-

3

1

9

40

356

44

Управленiе 1-й бригады 30-й пѣх. дивизiи

-

1

-

-

-

-

-

-

-

117-й пѣхотный Ярославскiй полкъ

-

-

-

2

1

12

162

227

216

118-й пѣхотный Шуйскiй полкъ

-

-

1

4

9

12

88

555

169

Управленiе 2-й бригады 30-й пѣх. дивизiи

-

1

-

-

1

-

-

-

-

119-й пѣхотный Коломенскiй полкъ

-

-

-

-

4

9

84

258

118

120-й пѣхотный Серпуховскiй полкъ

-

-

2

-

2

9

196

231

83

125-й пѣхотный Курскiй полкъ

-

-

-

-

2

10

139

455

197

126-й пѣхотный Рыльскiй полкъ

-

-

1

3

3

12

420

530

64

1-я рота 5-го сапернаго баталiона

-

-

-

-

-

-

-

3

-

Итого

-

2

5

16

33

112

1535

3807

1423

11-й драгунскiй Рижскiй полкъ

-

-

-

-

-

-

-

2

-

9-й уланскiй Бугскiй полкъ

-

-

-

-

-

-

-

1

-

Донской казачiй № 9 полкъ

-

-

-

-

-

-

-

2

-

Владикавказскiй конный полкъ

-

-

-

-

-

-

3

6

-

Итого въ кавалерiи

-

-

-

-

-

-

3

11

-

1-я батарея 5-й артил. бригады

-

-

-

-

-

2

-

10

-

2-я батарея 5-й артил. бригады

-

-

-

-

-

1

-

6

-

4-я батарея 5-й артил. бригады

-

-

-

-

-

1

-

1

-

5-я батарея 5-й артил. бригады

-

-

-

-

-

-

-

6

-

Итого

-

-

-

-

-

4

-

23

-

1-я батарея 31-й артил. бригады

-

-

-

-

-

1

1

2

-

2-я батарея 31-й артил. бригады

-

-

-

-

-

-

1

1

-

3-я батарея 31-й артил. бригады

-

-

-

-

-

-

-

4

-

4-я батарея 31-й артил. бригады

-

-

-

-

-

-

-

3

-

6-я батарея 31-й артил. бригады

-

-

-

-

-

-

1

-

-

Итого

-

-

-

-

-

1

3

10

-

Управленiе 30-й артил. бригады

-

-

-

1

-

-

-

-

-

3-я батарея 30-й артил. бригады

-

-

-

-

-

-

-

3

-

4-я батарея 30-й артил. бригады

-

-

-

1

-

-

5

11

-

6-я батарея 30-й артил. бригады

-

-

-

-

-

-

1

2

-

Итого

-

-

-

1

-

-

7

24

-

18-я конная батарея

-

-

-

-

-

-

-

1

-

Донская казачья № 8 батарея

-

-

-

-

-

1

-

-

-

Итого въ артиллерiи

-

-

-

2

-

6

10

67

-

Всего

-

2

5

18

33

118

1548

3885

1423

1 Нѣкоторая разница между данными о потеряхъ Передового отряда, приведенными въ настоящемъ свѣдѣнiи и указанными въ текстѣ, объясняется тѣмъ, что въ текстѣ принимались первоначальныя донесенiя начальниковъ частей послѣ сраженiй, а настоящее свѣдѣнiе составлено на основанiи окончательнаго отчета Полевого Штаба.

Приложенiе № 4-е

Спискокъ генераламъ, штабъ и оберъ-офицерамъ частей главныхъ силъ русской армiи, убитымъ, раненымъ и контуженнымъ въ дѣлахъ съ турками въ перiодъ времени съ 9 по 19 iюля 1877 г. включительно

Въ какомъ дѣлѣ, какой части войскъ, чины и фамилiи

Убитъ

Раненъ

Контуженъ

Примѣчанiе

Передовой отрядъ г. — ад. Гурко

18 iюля на шоссе Ени-Загра — Эски-Загра

9-го драгунскаго Казанскаго полка:

Поручикъ Альбовскiй

1

-

-

18 iюля у г. Ени-Загры

33-го пѣхотнаго Елецкаго полка:

Маiоръ Булычевъ

-

1

-

Капитанъ Рылѣевъ

-

1

-

Поручикъ Астафьевъ

-

1

-

Подпоручикъ Беiонъ-Миллеръ

-

1

-

Прапорщикъ Браво

-

1

-

34-го пѣхотнаго Сѣвскаго полка:

Поручикъ Козорилъ

-

-

1

Донского казачьяго № 21 полка:

Сотникъ Петровъ

1

-

-

19 iюля у д. Джуранли

33-го пѣхотнаго Елецкаго полка:

Подполковникъ Россiйскiй^1

-

1

-

Маiоръ Аслановичъ

-

1

-

Штабсъ-капитанъ Писаренко

1

-

-

Штабсъ-капитанъ Поплавскiй

-

1

-

Подпоручикъ Шлянинъ

-

1

-

34-го пѣхотнаго Сѣвскаго полка:

Капитанъ Висковскiй

-

1

-

Штабсъ-капитанъ Потеряхинъ

1

-

-

Штабсъ-капитанъ Эбергардтъ

1

-

-

Штабсъ-капитанъ Колендо

-

1

-

Подпоручикъ Перковскiй

1

-

-

Подпоручикъ Таубе

-

1

-

Прапорщикъ Ивановъ

-

1

-

Капитанъ Татаруль2

-

-

1

13-го стрѣлковаго баталiона:

Маiоръ Селянко

-

1

-

Штабсъ-капитанъ Черемушкинъ

-

1

-

15-го стрѣлковаго баталiона:

Маiоръ Савичъ

-

1

-

Капитанъ Рачинскiй

-

1

-

Штабсъ-капитанъ Скарловъ

-

1

-

Поручикъ Добровольскiй

-

-

1

Подпоручикъ Ивановъ

-

1

-

19 iюля у г. Эски-Загры

1-й дружины Болгарскаго ополченiя:

Штабсъ-капитанъ Михеда

-

1

-

Поручикъ Соллогубъ

-

1

-

Поручикъ Гюббенетъ

-

-

1

Прапорщикъ Сарнитъ

-

1

-

3-й дружины Болгарскаго ополченiя:

Полковникъ Калитинъ

1

-

-

Капитанъ Федоровъ

1

-

-

Штабсъ-капитанъ Усовъ

1

-

-

Штабсъ-капитанъ Стессель

-

-

1

Штабсъ-капитанъ Поповъ

-

1

-

Поручикъ Поповъ

1

-

-

Поручикъ Живаревъ

-

1

-

Подпоручикъ Поликарповъ

-

1

-

Подпоручикъ Дубровскiй

-

-

1

Подпоручикъ Бужинскiй

-

1

-

5-й дружины Болгарскаго ополченiя:

Подполковникъ Нищенко

-

1

-

Капитанъ Сухомлиновъ

-

1

-

Штабсъ-капитанъ Розановъ

-

1

-

Поручикъ Павловъ

1

-

-

Поручикъ Рудомино

-

1

-

Поручикъ Яковлевъ

-

1

-

Прапорщикъ Максютенко

-

1

-

8-го драгунскаго Астраханскаго полка:

Прапорщикъ Шатовъ

-

1

-

9-го гусарскаго Кiевскаго полка:

Полковникъ баронъ Корфъ

-

-

1

Штабсъ-ротмистръ Шнейдеръ 1-й

-

-

1

Поручикъ Савичъ

-

-

1

Корнетъ Афанасьевъ

-

-

1

Рущукскiй отрядъ

11 iюля у д. Писанецъ

12-го гусарскаго Ахтырскаго полка:

Поручикъ Вельяшевъ

-

-

1

13 iюля у д. Езерче

137-го пѣхотнаго Нѣжинскаго полка:

Поручикъ Богдановичъ

-

1

-

Подпоручикъ Хмельницкiй

1

-

-

Прапорщикъ Денисовъ

1

-

-

138-го пѣхотнаго Болховского полка:

Капитанъ Гнилосыровъ

-

1

-

Капитанъ Княжнинъ

-

1

-

Штабсъ-капитанъ Николаевъ

-

1

-

Османъ-Базарскiй отрядъ

14 iюля у д. Сепетчи

13-го гусарскаго Нарвскаго полка:

Поручикъ Всеволжскiй

-

1

-

Отрядъ подполк. Бакланова

13 iюля на шоссе Ловча — Плевна

Донского казачьяго № 30 полка:

Хорунжiй Гурбановъ

1

-

-

Отрядъ г.-л. барона Криденера подъ Плевной

Въ сраженiи 18 iюля подъ Плевной

Штаба 5-й пѣхотной дивизiи:

Полковникъ Поповъ

-

-

1

17-го пѣхотнаго Архангелогородскаго полка:

Подполковникъ Петрашевскiй

-

1

-

Умеръ отъ ранъ.

Поручикъ Жлоба-Подорѣльскiй

-

1

-

Поручикъ Кириловъ 2-й

-

1

-

Поручикъ Шостаковскiй

-

1

-

Подпоручикъ Скочко

-

1

-

Подпоручикъ Горбачевскiй

-

1

-

Прапорщикъ Розенмейеръ

-

1

-

Поручикъ Яснопольскiй

-

-

1

18-го пѣхотнаго Вологодскаго полка:

Подпоручикъ Шумскiй-Коверниковъ

1

-

-

Подпоручикъ Купрiевичъ

1

-

-

Капитанъ Ничикъ

-

-

1

Капитанъ Беркманъ

-

-

1

Штабсъ-капитанъ Баньковскiй

-

-

1

Штабсъ-капитанъ Осиповъ

-

1

-

Штабсъ-капитанъ Лучаничовъ

-

1

-

Поручикъ Симоновскiй

-

1

-

Умеръ отъ ранъ.

Поручикъ Давыдовъ

-

-

1

Подпоручикъ Пеленкинъ

-

1

-

Подпоручикъ Мулюха

-

1

-

Умеръ отъ ранъ.

Подпоручикъ Власьевъ

-

1

-

20-го пѣхотнаго Галицкаго полка:

Прапорщикъ Третьяковъ

-

1

-

Управленiя 1-й бригады 31-й пѣхотной дивизiи:

Штабсъ-капитанъ Iевреиновъ

-

1

-

121-го пѣхотнаго Пензенскаго полка:

Маiоръ Ковалевскiй

1

-

-

Поручикъ Аммосовъ

1

-

-

Поручикъ Костенецкiй

1

-

-

Подпоручикъ Ивановъ

1

-

-

Подпоручикъ Добкевичъ

1

-

-

Прапорщикъ Кирiяковъ

1

-

-

Прапорщикъ Куриловъ

1

-

-

Подполковникъ Потѣхинъ

-

1

-

Маiоръ Родiоновъ

-

1

-

Капитанъ Васичъ

-

1

-

Капитанъ Погожевъ

1

-

1

Штабсъ-капитанъ Кудрявцевъ

-

1

-

Штабсъ-капитанъ Ненадкевичъ

-

1

-

Штабсъ-капитанъ Маркграфскiй

-

1

-

Умеръ отъ ранъ.

Поручикъ Мишуровъ

-

1

-

Поручикъ Филимоновъ

-

1

-

Поручикъ Болдыжевъ

-

1

-

Подпоручикъ Фитинговъ-Шель

-

1

-

Подпоручикъ Даниловъ

-

1

-

Прапорщикъ Емельяновъ

-

1

-

Прапорщикъ Людвигъ

-

1

-

Прапорщикъ Будянскiй

-

1

-

Прапорщикъ Селецкiй-Колбъ

-

1

-

Прапорщикъ Егоровъ

-

1

-

Прапорщикъ Вишилковъ

-

1

-

122-го пѣхотнаго Тамбовскаго полка:

Прапорщикъ Ковпацкiй

1

-

-

Капитанъ Евреиновъ

-

1

-

Поручикъ Гирманъ

-

1

-

Поручикъ Потуловъ

-

1

-

Прапорщикъ Медеръ

-

1

-

Прапорщикъ Марковъ

-

-

1

123-го пѣхотнаго Козловскаго полка:

Поручикъ Пилецкiй

1

-

-

Полковникъ Степановъ

-

1

-

Подполковникъ Шульдъ

-

1

-

Маiоръ Мальчевскiй

-

1

-

Штабсъ-капитанъ Торчинскiй

-

1

-

Поручикъ Навроцкiй

-

1

-

Поручикъ Дзержинскiй

-

1

-

Подпоручикъ Суворовъ

-

1

-

Подпоручикъ Ястремскiй

-

1

-

Капитанъ Сафоновъ

-

-

1

Поручикъ Квѣцинскiй

-

-

1

Подпоручикъ Щенотьевъ

-

-

1

Прапорщикъ Ершовъ

-

-

1

Управленiя 1-й бригады 30-й пѣхотной дивизiи:

Генералъ-маiоръ Полторацкiй

-

-

1

Остался въ строю.

117-го пѣхотнаго Ярославскаго полка:

Поручикъ Хребтуговъ

1

-

-

Маiоръ Ризе

-

1

-

Капитанъ Доброхотовъ

-

1

-

Капитанъ Стеткевичъ

-

1

-

Капитанъ Корицкiй

-

1

-

Капитанъ Ермоленко

-

1

-

Поручикъ Пузиновскiй

-

1

-

Поручикъ Плехецкiй

-

1

-

Подпоручикъ Заранкевичъ

-

1

-

Прапорщикъ Забилло

-

1

-

Прапорщикъ Осиповичъ

-

1

-

Маiоръ Соколовъ

-

-

1

Остался въ строю.

Штабсъ-капитанъ Мелихъ

-

-

1

Поручикъ Коссачевскiй

-

-

1

Остался въ строю.

Подпоручикъ Раевскiй

-

-

1

118-го пѣхотнаго Шуйскаго полка:

Полковникъ баронъ Каульбарсъ

1

-

-

Капитанъ Суворовъ

1

-

-

Штабсъ-капитанъ Стражевскiй

1

-

-

Поручикъ Непокойчицкiй

1

-

-

Подпоручикъ Добровольскiй

1

-

-

Подпоручикъ Жуковичъ

1

-

-

Прапорщикъ Вержбицкiй 2-й

1

-

-

Прапорщикъ Андрiевскiй

1

-

-

Прапорщикъ Агашкинъ

1

-

-

Прапорщикъ Самойловичъ

1

-

-

Подполковникъ Солиньякъ

-

1

-

Маiоръ Михайловскiй

-

1

-

Маiоръ Новаковскiй

-

1

-

Штабсъ-капитанъ Морозовъ

-

1

-

Поручикъ Пероцкiй

-

1

-

Поручикъ Олешкевичъ

-

1

-

Поручикъ Богдашевскiй

-

1

-

Поручикъ Романтовскiй

-

1

-

Поручикъ Хабловскiй

-

1

-

Подпоручикъ Коханскiй

-

1

-

Прапорщикъ Евстиховъ

-

1

-

Прапорщикъ Семковскiй

-

1

-

Прапорщикъ Бѣлугинъ

-

1

-

Прапорщикъ Новицкiй

-

1

-

Прапорщикъ Говорскiй

-

1

-

Маiоръ Куминскiй

-

-

1

Остался въ строю.

Управленiя 2-й бригады 30-й пѣхотной дивизiи:

Генералъ-маiоръ Божеряновъ

-

1

-

Подпоручикъ Василевскiй

1

-

-

119-го пѣх. Коломенскаго полка

119-го пѣхотнаго Коломенскаго полка:

Капитанъ Яцевичъ

1

-

-

Штабсъ-капитанъ Короткевичъ

1

-

-

Прапорщикъ Смоличъ

1

-

-

Прапорщикъ Гефовичъ

1

-

-

Штабсъ-капитанъ Казаринъ

-

1

-

Поручикъ Подчекаевъ

-

1

-

Подпоручикъ Абрамовъ

-

1

-

Подпоручикъ Войткевичъ

-

1

-

Подпоручикъ Заецъ-Заенчковскiй

-

1

-

Прапорщикъ Ощевскiй-Кругликъ

-

1

-

Прапорщикъ Заливскiй

-

1

-

Штабсъ-капитанъ Жураковскiй

-

-

1

Подпоручикъ Волынскiй

-

-

1

120-го пѣхотнаго Серпуховскаго полка:

Маiоръ Князевъ

1

-

-

Маiоръ Чесноковъ

1

-

-

Штабсъ-капитанъ Божбеукъ-Меликовъ

1

-

-

Штабсъ-капитанъ Абраменко

1

-

-

Капитанъ Буткевичъ

-

1

-

Капитанъ Соковичъ

-

1

-

Капитанъ Алонсусъ

-

1

-

Штабсъ-капитанъ Бирюковичъ

-

1

-

Штабсъ-капитанъ Дробинскiй

-

1

-

Поручикъ Матусевичъ

-

1

-

Поручикъ Новосельскiй

-

1

-

Подпоручикъ Ганъ

-

1

-

Подпоручикъ Малаховскiй

-

1

-

125-го пѣхотнаго Курскаго полка:

Подпоручикъ Новаковскiй

1

-

-

Подпоручикъ Конапевичъ

1

-

-

Капитанъ Михайловъ

-

1

-

Штабсъ-капитанъ Сикорскiй

-

1

-

Штабсъ-капитанъ Нищинскiй

-

1

-

Поручикъ Ходаковскiй

-

1

-

Поручикъ Кендзерскiй

-

1

-

Подпоручикъ Лазаркевичъ

-

1

-

Подпоручикъ Кояндеръ

-

1

-

Подпоручикъ Ржешовскiй

-

1

-

Прапорщикъ Павчинскiй

-

1

-

Прапорщикъ Певцовъ

-

1

-

Прикомандированный — 127-го пѣх. Путивльскаго полка.

126-го пѣхотнаго Рыльскаго полка:

Маiоръ Зерцаловъ

1

-

-

Поручикъ Денадель

1

-

-

Поручикъ Голышкинъ

1

-

-

Прапорщикъ Шевцовъ

1

-

-

Полковникъ Саранчевъ

-

1

-

Капитанъ Андреевъ 1-й

-

1

-

Умеръ отъ ранъ.

Капитанъ Александровъ

-

1

-

Штабсъ-капитанъ Мовчуненко

-

1

-

Поручикъ Сигиревичъ

-

1

-

Поручикъ Жадкевичъ

-

1

-

Умеръ отъ ранъ.

Поручикъ Ярошевскiй

-

1

-

Подпоручикъ Протопоновъ

-

1

-

Подпоручикъ Калачевъ

-

1

-

Умеръ отъ ранъ.

Прапорщикъ Чернявскiй

-

1

-

Подполковникъ Каменноградскiй

-

-

1

Маiоръ Черневскiй

-

-

1

Поручикъ Головинскiй

-

-

1

Подпоручикъ Саваровскiй

-

-

1

Подпоручикъ Вишневскiй

-

-

1

5-й артиллерiйской бригады:

Подпоручикъ Нечволодовъ

-

1

-

Штабсъ-капитанъ Афанасьевъ

-

-

1

Поручикъ Гороновичъ

-

-

1

Капитанъ Федоровичъ

-

-

1

31-й артиллерiйской бригады:

Подпоручикъ Побѣдинскiй

-

-

1

30-й артиллерiйской бригады:

Полковникъ Свиньинъ

-

1

-

Остался въ строю.

32-й артиллерiйской бригады:

Полковникъ Алабинъ

-

1

-

Донской казачьей № 8 батареи:

Есаулъ Владимiровъ

-

-

1

1 Въ текстѣ названъ Россинскiй.

2 Въ текстѣ названъ Тарантулъ.

ЗАМѢЧЕННЫЯ ОПЕЧАТКИ И НЕТОЧНОСТИ

(Томъ III, часть I)

Стран.

Строка

Напечатано:

Слѣдуетъ:

2

2 снизу

пять Переходовъ

пять переходовъ

18

14 сверху

Въ 7 часовъ вечера 8 iюля

Въ 10 часовъ утра 9 iюля^1

19

1 сверху

верстъ 25 сѣвернѣе Тырнова

верстъ 15 сѣвернѣе Тырнова

-

9 сверху

полковника Бакланова

подполковника Бакланова^2

-

18 сверху

130 орудiй

160 орудiй

20

13 снизу

И такъ, 9 iюля,

И такъ, 11 iюля,

21

6 снизу

На это 12 iюля полученъ отвѣтъ

Какъ бы въ отвѣтъ на это 12 iюля получено донесенiе^3

25

5 сверху

черезъ Османъ-Джума

черезъ Ески-Джума

-

11 сверху

Чаркiой

Чаиркiой

32

16 снизу

Койсефли-паша

Койсерли-паша

33

12 сверху

Въ Казаль-Айдаль-Ямболи

Въ Казанъ-Айдосъ-Ямболь

42

8 сверху

послѣднiя

послѣдняя

49

15 и 19 сверху

Кечерли

Гечерли^4

51

17 сверху

24-го Донского

26-го Донского

-

16 снизу

урядника Горшева

урядника Грошева

53

6 и 5 снизу

верстахъ въ 65 отъ Казанлыка

верстахъ въ 55 отъ Казанлыка

60

8 сверху

верстъ 35 южнѣе

верстъ 25 южнѣе

-

10 сверху

у Кечерли (станцiя желѣзной дороги)

у Гечерли (у желѣзной дороги)

60

16 снизу

полковника Бѣлогрудова

подполковника Бѣлогрудова^5

91

7 сверху

изъ 11 убитыхъ

изъ 10 убитыхъ

63

15 сверху

одну-двѣ роты

одну роту

-

13 снизу

Канарджи (Чайнакчiй)

Канакджи (Чанакчiй)

65

1 снизу

въ 30 длиной,

въ 20 длиной,

66

18 сверху

Михалеси

Махалеси

67

6 снизу

Сюитли

Сiютли

69

7 сверху

разъѣзда.

разъѣздовъ.

73

9 снизу

Кадикiой,

Кадикiой (Бол. Кадiева),

76

6 сверху

своего отряда

всего отряда

79

3 и 2 снизу

на Чавликiой и одинъ эскадронъ черезъ Чавликiой, Буюкъ,

на Чавлукiой и одинъ эскадронъ черезъ Чавлукiой и Бiюкъ-Дуванджiй,

80

14 снизу

Суйтли-дере

Сiютли-дере

-

12 снизу

до Буюкъ-Кадикiой

до Буюкъ-Кадикiой (Бол. Кадiева).

82

7 сверху

Картачи

Каратча (Корте)

83

8 сверху

Кайнакджи

Кайнакджи (Чанакчiй дольн.)

85

2 сверху

восточнѣе Ени-Загры

западнѣе Ени-Загры

93

3 сверху

у д. Кадiева

у д. Бол. Кадiева

94

13 сверху

(Евлiени)

(Авлiени)6

95

5 снизу

въ 4 часа утра того же числа

въ 4 часа утра 19 iюля

98

10 сверху

правѣе ихъ — 2-й баталiонъ

правѣе ихъ — 3-й баталiонъ

-

13 сверху

3-й баталiонъ того же полка

2-й баталiонъ того же полка

99

9 снизу

Итакъ,

Такъ,

101

16 снизу

(4½ баталiона)

(4 баталiона)7

104

7 и 6 снизу

капитанъ Тарантулъ

капитанъ Татаруль

-

5 снизу

подполковникъ Россинскiй

подполковникъ Россiйскiй

108

4 сверху

12 человѣкъ

11 человѣкъ

-

18 сверху

полковника Мацулевича

полковника Мацылевича

112

6 сверху

21-го Донского полка

26-го Донского полка

115

4 сверху

Окаймляющая

Огибавшая

-

13 снизу

поручика Гофштетера

поручика Гофмейстера

117

3 сверху

Салиля-паши

Салиха-паши

118

6 сверху

лѣвофланговый 3-й

правофланговый 3-й

119

2 сверху

въ лѣсу

въ рощѣ

-

3 свер. и сниз.

поручика Пономарева

хорунжаго Пономарева

121

6 сверху

лѣваго

праваго

123

1 сверху

5-я дружина

1-я дружина

124

13 сверху

подошли 3-я и 5-я

подошли 2-я и 5-я

130

1 снизу

за счетъ XIII корпуса

за счетъ VIII корпуса

133

10 сверху

лѣвымъ притокомъ Каяджикомъ и Баницкимъ Ломомъ, -

лѣвымъ притокомъ Баницкимъ Ломомъ, -

138

13 и 14 сверху

Красново (2 моста), Бессарабово, Дулапъ

Красенъ (2 моста), Бесарабовъ, Дулапи

143

14 и 15 сверху

съ Османъ-Базаромъ и г. Старо-Рѣкская Котловина

съ Османъ-Базаромъ Старо-Рѣкская котловина

146

12 снизу

отъ 5 iюля

отъ 4 iюля

147

5 и 6 сверху

эскадронъ уланскаго Вознесенскаго полка

эскадронъ уланскаго Бѣлгородскаго полка

-

16 снизу

2-й баталiонъ

1-й баталiонъ

148

6 и 5 снизу

10 сотенъ

10 сотенъ^8

155

7 сверху

1 рядовой Азовскаго полка).

1 рядовой Днѣпровскаго полка).

157

6 сверху

22 эскадроновъ

28 эскадроновъ

-

14 снизу

Между тѣмъ, 10 iюля

Между тѣмъ, 12 iюля

-

12 снизу

от 9 iюля

отъ 11 iюля

-

4 снизу

отвѣчалъ 10 iюля

писалъ 10 iюля

158

4 и 5 сверху

и по р. Соленикъ^9 выдвинута значительно впередъ, вдоль р. Бѣлый Ломъ отъ устья

выдвинута значительно впередъ, вдоль р. Бѣлый Ломъ и по р. Соленикъ^9 отъ устья

160

17 сверху

командира 2-го баталiона

командира 1-го баталiона

166

18 сверху

и 22 конныхъ орудiй).

и 12 конныхъ орудiй).

-

10 снизу

1-я и 4-я батареи

1-я, 2-я и 4-я батареи

-

9 и 8 снизу

и 16 орудiй).

и 24 орудiя).

166

4 снизу

2-я, 3-я, 5-я и 6-я батареи

3-я, 5-я и 6-я батареи

-

3 снизу

и 32 орудiя).

и 24 орудiя).

168

6 и 7 сверху

въ городѣ Бѣлѣ — 1-я бригада

въ городѣ Бѣлѣ — 2-я бригада

173

4 и 3 снизу

Ахтырскаго гусарскаго полка; — 4 эскадрона

Ахтырскаго гусарскаго полка — 4 эскадрона

-

2 снизу

и 3-й взводъ

и 2-й взводъ

183

5 снизу

и тремя (1-й, 4-й и 5-й) батареями

и двумя (1-й и 4-й) батареями

184

1 сверху

137-й пѣхотный Нѣжинскiй полкъ, 1-я и 6-я сотни

137-й пѣхотный Нѣжинскiй полкъ, 5-я батарея 35-й артиллерiйской бригады, 1-я и 6-я сотни

186

11 сверху

со вторымъ эскадрономъ

съ четвертымъ эскадрономъ

188

5 снизу

8-го гусарскаго

13-го гусарскаго

192

13 снизу

и Кады-кьой

и Кадя-кьой

-

12 снизу

Дралфанъ-кьой

Дранфалъ-кьой

198

1 сверху

у д. Водица

у д. Чаиркiой

200

11 снизу

съ тремя ротами

съ тремя съ половиною ротами

204

7 снизу

Лермонтова

Лермантова

207

12 и 13 сверху

и 1 безъ вѣсти пропавшимъ

и 2 безъ вѣсти пропавшими

-

3 снизу

для единства войскъ

для единства въ дѣйствiяхъ войскъ

212

2 сверху

и Кады-кьоѣ

и Кадя-кьоѣ

213

8 снизу

въ Джулинъ

въ Джулинъ (Джулюница).

218

9 сверху

3 эскадрона и 2 конныхъ орудiя

3 эскадрона, 3 роты и 2 конныхъ орудiя

-

11 сверху

съ 1-й ротой

съ одною ротой

220

14 сверху

Всего 20 баталiоновъ

Всего 10 баталiоновъ

-

8, 7 и 6 снизу

1-я бригада 31-й пѣхотной дивизiи и одного баталiона 121-го пѣхотнаго Пензенскаго полка (безъ стрѣлковыхъ ротъ),

1-я бригада 31-й пѣхотной дивизiи (безъ одного баталiона 121-го пѣхотнаго Пензенскаго полка и безъ стрѣлковыхъ ротъ),

221

18 и 19 сверху

и 1-й, 2-й и 3-й батареями

и 3-й батареей

222

6 сверху

до 10 iюля находилась

до 13 iюля находилась

-

12 снизу

по полученiи вечеромъ 8 iюля

по полученiи утромъ 9 iюля

-

11 снизу

исходѣ боя этого дня

исходѣ боя 8 iюля

-

5 снизу

съ двумя пѣшими

съ четырьмя пѣшими

224

7 сверху

12 — къ с. Чаушка-Махала

12 — къ с. Болгарскiй-Караагачъ

-

8 сверху

и 13 расположилась

и 13 оставалась

228

9 снизу

и 1-й, 2-й и 3-й батареями

и 3-й батареей

-

3 снизу

Никополь же былъ занятъ румынами.

Никополь же былъ занятъ румынами^10.

229

6 и 7 сверху

изъ трехъ эскадроновъ и 1-й батареи

изъ трехъ эскадроновъ и одной батареи

234

4 снизу

состояла изъ 2 раненыхъ казаковъ.

состояла изъ 2 раненыхъ казаковъ^11.

236

3 сверху

были назначены 1-я стрѣлковая и 2-я линейная

были назначены одна стрѣлковая и двѣ линейныя

246

12 сверху

Атыфъ-табiя

Атуфъ-табiя

252

13 снизу

(№№ 4–6)

(№№ 4–5)

255

5 сверху

Атыфа-паши

Атуфа-паши

-

11 и 12 сверху

14 орудiй и 1 эскадронъ конницы

и 14 орудiй

259

4 и 5 сверху

За исключенiемъ 3-й батареи.

За исключенiемъ 3-й батареи^12.

261

10 и 11 сверху

при себѣ сухарныя порцiи, варенаго мяса, во флягахъ воду.

при себѣ сухари, порцiи варенаго мяса и во флягахъ воду.

262

17 снизу

посланной въ 2½ часа дня

посланной въ 2 часа дня.

263

10 и 9 снизу

(три полка 5-й, поддержанные затѣмъ тремя полками 31-й

(три полка 31-й, поддержанные затѣмъ тремя полками 5-й

266

14 сверху

1-я, 3-я и 6-я батареи

1-я, 3-я и 5-я батареи

269

11 снизу

унтеръ-офицерскiй патруль

унтеръ-офицерскiй патруль^13.

271

1 сверху

Аласинъ

Алабинъ

277

16 снизу

на холмѣ восточнѣе

на холмѣ южнѣе

279

4 снизу

подполковникомъ Немсидзiевымъ

подполковникомъ Немсадзiевымъ

280

16 и 17 сверху

Въ началѣ одиннадцатаго часа подошелъ и общiй резервъ

Въ началѣ одиннадцатаго часа подошелъ и общiй резервъ^14.

284

15 снизу

редутъ Атыфъ-табiя)

редутъ Атуфъ-табiя)

289

5 сверху

редута № 8

редутъ № 7

292

10 сверху

подполковника Шульца,

подполковника Шульда,

293

8 снизу

на пунктѣ № 34 (Арабъ-табiя)

на пунктѣ № 34 (у Арабъ-табiя)

294

14 сверху

(Атыфъ-табiи)

(Атуфъ-табiи)

-

7 снизу

(18-я бригада

(1-я бригада

-

2 снизу

2 часа 30 мин. стала на позицiю

въ 2 часа 30 мин. вызвана изъ резерва и стала

295

17 сверху

121-го пѣх. Курскаго

125-го пѣх. Курскаго

302

7 сверху

Уже въ 6 час. 15 м. вечера

Уже въ 6 час. 30 м. вечера

-

9 сверху

содержанiя: 118 "6 часовъ

содержанiя: "6 часовъ

303

12 снизу

1-я и 2-я батареи

1-я, 2-я и 5-я батареи

313

6 снизу

и 8 конно-горными

и 6 конно-горными

1 О полученiи телеграммы въ 7 ч. вечера 8 iюля говорится въ журналѣ военныхъ дѣйствiй, веденномъ въ Полевомъ Штабѣ, отмѣтка же на бланкѣ телеграммы указываетъ, что она получена 9 iюля въ исходѣ десятаго часа утра.

2 Та же неточность встрѣчается на стр. 28 и 265, третьи строки сверху.

3 Въ журналѣ военныхъ дѣйствiй, веденномъ въ Полевомъ Штабѣ, время отправленiя письма Главнокомандующаго Наслѣднику Цесаревичу о принятiи мѣръ по ускоренiю доставки средствъ для бомбардированiя Рущука отнесено къ 9 iюля, а время полученiя отвѣта на него — къ 12 iюля. Изъ сказаннаго же въ журналѣ военныхъ дѣйствiй Рущукскаго отряда отъ 12 iюля слѣдуетъ, что письмо было помѣчено 11 iюля, а получено въ штабѣ Рущукскаго отряда лишь 12 iюля. Слѣдовательно писанное Наслѣдникомъ Цесаревичемъ отъ 10 iюля не можетъ быть отвѣтомъ на вышеупомянутое письмо Главнокомандующаго. Къ тому же и подлинное письмо Главнокомандующаго помѣчено не 9, а 11 iюля.

4 На страницѣ 60-й, 10-я и 13-я строки сверху, повторяется та же опечатка.

5 Произведенъ въ полковники приказомъ по Дѣйствующей армiи отъ 5 августа 1877 г., а потому здѣсь и въ послѣдующемъ изложенiи названъ полковникомъ ошибочно.

6 Ту же опечатку нужно имѣть въ виду на стр. 101-й, 12-я строка снизу.

7 Двѣ роты 16-го стрѣлковаго баталiона оставлены для прикрытiя обоза и вьюковъ. Порядокъ движенiя колонны былъ слѣдующiй: въ авангардѣ 14-й баталiонъ, затѣмъ 15-й, Донская казачья № 15 батарея, 13-й баталiонъ, два орудiя Донской казачьей № 10 батареи, двѣ роты 16-го баталiона и двѣ сотни пластуновъ.

8 5-я сотня Донского казачьяго № 8 полка находилась при штабѣ XIII арм. корпуса, 3-я сотня № 12 полка — при штабѣ Рущукскаго отряда.

9 По 5-верстной картѣ Сваленикъ.

10 Румынскiя войска были расположены частью у Никопольской переправы, частью впереди города, къ югу; собственно же гарнизонъ крѣпости составляли: 19-й пѣхотный Костромской полкъ, 5-я батарея 31-й артиллерiйской бригады и 4 сотни Донского казачьяго № 34 полка.

11 Такiя потери при рекогносцировкѣ Ловчи указаны въ сочиненiи И. Тутолмина "Кавказская казачья бригада въ Болгарiи въ 1877-78 г.г." Въ донесенiи же ген. Скобелева Начальнику Штаба армiи отъ 17 iюля 1877 г. говорится, что потери заключались въ одной убитой лошади.

12 Фраза "за исключенiемъ 3-й батареи", а также и вывеска на этой страницѣ: "Для сего въ распоряженiе г.-л. кн. Шаховского назначаются два эскадрона уланскаго Чугуевскаго полка", добавлены въ примѣчанiяхъ къ копiи диспозицiи, помѣщенной въ журналѣ военныхъ дѣйствiй 9-й кав. дивизiи; въ подлинной же диспозицiи такой фразы и вывески нѣтъ.

13 2-й баталiонъ Курскаго полка находился въ частномъ резервѣ у д. Радишево: 5-я и 6-я роты западнѣе деревни, 7-я и 8-я роты восточнѣе ея, уступомъ сзади лѣваго фланга 3-я батарея 32-й арт. бригады, а 2-я стрѣлковая рота выдвинута цѣпью впереди деревни, по сѣверному склону высоты.

14 Относится до хвоста колонны общаго резерва; голова же подошла около 9 ч. утра.

Примечания

1

Дорога черезъ Хаинкiйскiй перевалъ разработана была настолько скоро, что командиръ 5-го сапернаго баталiона полковникъ Свищевскiй могъ уже 12 iюля донести, что черезъ эту дорогу, доступную прежде только для легкихъ узкоколейныхъ повозокъ, прошелъ и находится уже за Балканами «первый русскiй штатный ширококолейный обозъ въ составѣ разныхъ повозокъ — отъ лазаретныхъ линеекъ до тяжелыхъ фуръ включительно». Впрочемъ, изъ того же донесенiя видно, что обозы могли слѣдовать только «днемъ, да и то небольшими частями и малыми переходами» съ соблюденiемъ разныхъ предосторожностей, изъ чего видно, что дорога для движенiя большихъ силъ съ артиллерiей и обозами пока еще не годилась.

2

Послѣ первой мобилизацiи части русской армiи, въ то время, когда еще предвидѣлась возможность зимней кампанiи, командированъ былъ въ Сербiю, по приказанiю Императора Александра, генералъ Никитинъ. Ему поручено было содѣйствовать тамъ своими указанiями реорганизацiи сербской армiи. На расходы, исключительно на этотъ предметъ, назначенъ былъ одинъ миллiонъ рублей въ видѣ субсидiи сербскому правительству. Наблюденiе за употребленiемъ этихъ денегъ возложено было на генерала Никитина.

Прибывъ въ Бѣлградъ 12 декабря 1876 года, за восемь дней до истеченiя срока перемирiя, генералъ Никитинъ нашелъ дѣла въ самомъ жалкомъ положенiи. Опасность для Сербiи была, однако, предотвращена продолженiемъ перемирiя еще на два мѣсяца. Наблюденiя генерала Никитина, подтвержденныя личнымъ признанiемъ князя Милана, убѣдили, что разсчитывать на сербскiя военныя силы рѣшительно нельзя. По этой причинѣ русскiе добровольцы, находишiеся въ то время въ Сербiи въ числѣ около двухъ тысячъ (считая офицеровъ и нижнихъ чиновъ вмѣстѣ), были возвращены въ Россiю, а генералъ Никитинъ отозванъ назадъ. Изъ бывшаго въ его распоряженiи миллiона рублей израсходована только небольшая часть. Засимъ русское правительство отказалось отъ всякаго содѣйствiя сербовъ и не желало ихъ участiя въ войнѣ.

Между тѣмъ, открытiе войны, успѣшное занятiе русскими войсками Румынiи, вооруженiя послѣдней — все это подняло опять духъ сербовъ и желанiе принять участiе въ борьбѣ. Положенiе сербскаго правительства, которому приходилось стать поперекъ этимъ стремленiямъ, становилось очень труднымъ. Все это побудило князя Милана искать соглашенiя съ Россiей и съ этой цѣлью онъ, сопровождаемый министромъ Ристичемъ, прибылъ въ Плоэшти — Главную Квартиру Императора Александра, который и принялъ его 4 iюня.

3

Румыны, защищая свою собственную территорiю въ началѣ войны, тѣмъ самымъ способствовали безпрепятственной начальной разстановкѣ русскихъ силъ въ Валахiи. Они послѣ того оберегали часть теченiя Дуная выше Ольты и въ частныхъ случаяхъ содѣйствовали русскимъ войскамъ по частнымъ же соглашенiямъ. Такъ, они, между прочимъ, принимали участiе въ общей демонстративной канонадѣ и бомбардировкѣ изъ батарей, сооруженныхъ по Дунаю, предшествовавшей переправѣ въ ночь съ 14 на 15 iюня у Зимницы — Систово. Румыны канонадой своей способствовали взятiю Никополя и участвовали въ обезпеченiи спуска изъ рѣки Ольты мостовыхъ принадлежностей для второго моста у Зимницы. Наконецъ, въ концѣ iюня они смѣнили уходящiя за Дунай части русскихъ войскъ, защищавшiя линiю Дуная и прикрывавшiя русскiя батареи у Керабiи, Турну-Магурелли и Фламунды.

4

2-я бригада 32-й пѣхотной дивизiи и 2-я бригада 11-й кавалерiйской дивизiи оставлены были на правомъ берегу Дуная въ составѣ Ольтеницкаго отряда генерала Аллера.

5

Въ составъ отряда входили двѣ сотни 23-го Донского полка, двѣ — 30-го, полусотня Владикавказскаго и два орудiя 6-й Донской батареи (отъ 13-й кавалерiйской дивизiи).

6

Въ распоряженiи генерала Рихтера находился Воронежскiй пѣхотный полкъ (отъ IX корпуса) съ батареей 31-й артиллерiйской бригады.

7

Въ тотъ самый день получено въ Полевомъ Штабѣ донесенiе коменданта Никополя генерала Столыпина, коимъ силы турокъ въ Плевнѣ определялись въ 28 тысячъ штыковъ при 56 орудiяхъ; къ нимъ, по тѣмъ же свѣдѣнiямъ, прибывали все новыя войска и было много башибузуковъ.

8

Турецкая конница — черкесы напали при этомъ на русскiе аванпосты, выставленные къ сторонѣ Плевны; причемъ былъ убитъ 30-го Донского казачьяго полка хорунжiй Гурбановъ. Эта стычка подала поводъ къ помянутому извѣстiю «о наступленiи большихъ силъ со стороны Плевны».

9

Это число указано военнымъ министромъ въ отзывѣ его Мехмедъ-Али-пашѣ.

10

Числительность этихъ армiй безъ иррегулярныхъ войскъ, по свѣдѣнiямъ Торси, была: Восточно-Дунайской — 97.500 человѣкъ, Западно-Дунайской — 54.140 человѣкъ (вѣроятно, нѣсколько преувеличено), и Балканской — 17.400 человѣкъ. Наконецъ, прибывающiя войска Сулеймана-паши Торси опредѣлялъ въ 20.000 человѣкъ.

11

Д. Нагловскiй. «Дѣйствiя Передового отряда генерала Гурко въ 1877 году».

12

Дѣйствительно, когда одни болгары стекались подъ знамена дял честной войны за свою родину, а другiе такъ же самоотверженно и безкорыстно служили пришедшей на ихъ спасенiе русской армiи и ея властямъ, находились и простые грабители. Послѣднiе или пристраивались къ русскимъ отрядамъ подъ разеыми предлогами, или незамѣтно слѣдовали за ними съ цѣлью наживы на поляхъ сраженiй путемъ грабежа.

Русскiя власти, обезоруживая по необходимости мусульманъ, тѣмъ самымъ, противъ своей воли, предавали ихъ беззащитными въ руки враговъ, навязывая себѣ новыя заботы по возможному охраненiю мусульманъ.

Съ другой стороны, русское начальство не могло не считаться съ вооруженнымъ мусульманскимъ населенiемъ хотя бы въ видахъ интересовъ своей армiи. Турецкiя власти старались поднять мусульманское населенiе для народной войны противъ русскихъ и съ этою цѣлью раздавали ему оружiе еще до перехода русскихъ войскъ черезъ Дунай. Мусульмане составляли въ общемъ 40 % всего населенiя Болгарiи. Въ мѣстностяхъ же, гдѣ мусульмане жили гуще, усиливаясь еще бѣглецами изъ другихъ областей, и притомъ находили себѣ опору въ своихъ войскахъ, тамъ они, будучи вооружены, дѣлались положительно опасными для русскихъ мелкихъ разъѣздовъ и стѣсняли раiоны ихъ развѣдокъ, что, въ свою очередь, вынуждало русскихъ къ репрессiямъ.

Наконецъ, даже тѣ турки, которые рѣшились покориться русскимъ, все-таки вынуждены были вооружиться, хотя бы для собственной безопасности противъ покушенiй болгаръ; а между тѣмъ русскiя войска во всякомъ вооруженномъ мусульманинѣ вправѣ были видѣть себѣ врага. Естественно, что такiя запутанныя отношенiя не могли не довести, иной разъ, до печальныхъ недоразумѣнiй.

13

Рапортъ командира 8-го драгунскаго Астраханскаго полка отъ 15 iюля 1877 года.

14

Донесенiе командира 2-го дивизiона 26-го Донского казачьяго полка отъ 24 iюля 1877 года.

15

Рапортъ полковника Корево 12 iюля 1877 года.

16

Тамъ же.

17

Въ Карловѣ оказалось, что турецкiе старшины поддерживаютъ тамъ порядокъ и заботятся о безопасности христiанъ: сами они выпроводили шайку башибузуковъ, прибывшую въ Карлово 11 iюля. Съ разныхъ сторонъ получались въ отрядѣ извѣстiя неистовствахъ башибузуковъ надъ боргарами. Впрочемъ, извѣстiе 12 iюля отъ двухъ болгаръ, бѣжавшихъ изъ селенiя Митиризово о томъ, что тамъ башибузуки жгутъ и рѣжутъ, не оправдалось, такъ какъ башибузуки хотя и были въ селенiи, но никакого вреда не причинили. Напротивъ того, при возвращенiи отряда 14 числа, турецкiй кварталъ того же селенiя Митиризово найденъ выжженнымъ болгарами и нѣсколько турецкихъ труповъ валялось по улицамъ.

18

По распоряженiю генерала Борейши произведены были развѣдки отъ Хаинкiоя къ Ени-Загрѣ, кромѣ помянутой 10 iюля, еще 12 и 14 числа; причемъ 12 числа оказалось, что съ южной стороны города пѣхотнаго лагеря уже не было, а осталась часть съ восточной. Съ сѣверной же стороны кавалерiйскiй лагерь остался въ прежнемъ размѣрѣ. Развѣдки 14 числа застали все безъ измѣненiя.

Связью Казанлыку съ отрядомъ генерала Борейши служила 4-я сотня 21-го Донского казачьяго полка, выдвинутая въ Софилари, на рѣкѣ Тунджѣ.

19

Во исполненiе помянутаго приказанiя отъ 14 iюля (надо полагать) направлены были днемъ 16 числа на Шипкинскiй перевалъ «въ распоряженiе князя Мирскаго» 4-я болгарская дружина съ двумя горными орудiями и одинъ изъ баталiоновъ 4-й стрѣлковой бригады. Послѣднiй, впрочемъ, на основанiи помянутаго сообщенiя отъ 15 числа былъ отозванъ обратно.

20

Донесенiе это, обнимавшее перiодъ дѣйствiй Эски-Загринскаго отряда съ 11 по 19 iюля включительно, какъ видно изъ помѣтки на пакетѣ подполковника Сухотина, было представлено въ началѣ августа, между 2–5 числами.

21

«Реляцiя о дѣлѣ 9-го драгунскаго Казанскаго полка 15 iюля 1877 года».

22

То же донесенiе герцога Лейхтенбергскаго.

23

Состоявшiй при болгарскомъ ополченiи полковникъ де-Прерадовичъ вступилъ въ исправленiе должности Эски-Загринскаго коменданта 14 iюля. На обязанности его лежало, главнымъ образомъ, гражданское управленiе, общее спокойствiе и безопасность; съ этой цѣлью, между прочими мѣрами, онъ 16 числа успѣлъ сформировать вооруженную стражу изъ болгаръ въ числѣ 200 пѣшихъ и 95 конныхъ.

24

Два донесенiя генерала Гурко Главнокомандующему отъ 16 iюля.

25

Силы эти показаны по турецкимъ источникамъ. Въ дѣйствительности же должна быть разница, въ особенности въ числе иррегулярной конницы турокъ, которая въ дѣлахъ послѣдующихъ дней дѣйствовала въ значительномъ количествѣ.

26

Эти двѣ бригады пѣхоты предназначались для наступленiя на Эски-Загру. Остальные три баталiона, не вошедшiе въ бригады, должны были оставаться въ Ени-Загрѣ.

27

Такъ заявилъ Сулейманъ передъ судомъ, назначеннымъ надъ нимъ послѣ войны.

28

Съ вызвавшимся охотникомъ портупей-юнкеромъ Верещенко.

29

Реляцiя о дѣйствiяхъ 9-го драгунскаго Казанскаго полка 17 iюля 1877 года.

Такъ же относительно дальнѣйшихъ дѣйствiй дивизiона въ день 17 iюля сказано:

«Къ 4 часамъ пополудни отрядъ соединился съ штабсъ-капитаномъ Толмачевымъ лѣвѣе шрссе и, получивъ подкрѣпленiе въ составѣ одного эскадрона Астраханскаго драгунскаго полка, полковникъ Бѣлогрудовъ снова перешелъ въ наступленiе, отогнавъ непрiятеля до его пѣхоты и артиллерiи, которая занявъ позицiю на высотѣ у с. Ураевица, стояла на мѣстѣ. Здѣсь отрядъ дождался прихода нашихъ главныхъ силъ».

30

Рапортъ начальника Болгарскаго ополченiя генералъ-маiора Столѣтова командиру VIII армейскаго корпуса отъ 29 iюля 1877 года.

31

Медленность турокъ вообще въ этотъ день Сулейманъ объяснялъ потомъ, послѣ войны, во время бывшаго надъ нимъ суда, такимъ образомъ:

«Совершенно справедливо, что мы (то есть онъ и Реуфъ-паша) должны были 29 (новаго стиля) числа соединиться у Арабаджикой, но у насъ не было ни лошадей, ни другихъ средствъ для передвиженя тяжестей и по этой причинѣ войска не могли двигаться съ надлежащей скоростью. Ночь застигла ихъ во время марша, а такъ какъ я не зналъ, гдѣ находится непрiятель, то считалъ продолженiе передвиженiя во время ночи опаснымъ. Поэтому я занялъ высоты и приказалъ моимъ войскамъ расположиться на ночь».

32

1-й эскадронъ гусаръ еще ночью содержалъ аванпосты, коорые прямо обращены въ наступательную цѣпь. Въ поддержку ему рано утромъ направлены были три взвода 3-го эскадрона, къ коимъ присоединился потомъ 4-й эскадронъ, сопровождавшй, какъ сказано было, колонну Болгарскаго ополченiя; 2-й эскадронъ маiора Карѣева отошелъ наканунѣ къ Эски-Загрѣ; онъ получилъ приказане содержать аванпосты по дорогѣ къ Адрiанополю.

33

Донесенiе герцога Николая Лейхтенбергскаго, представленное начальнику Передового отряда въ началѣ августа.

34

Командиръ Кiевскаго гусарскаго полка полковникъ баронъ Корфъ доносилъ въ 2¼ часа, что въ Эски-Загру послалъ полуэскадронъ «тотчасъ послѣ дѣла». А начальникъ штаба кавалерiи подполковникъ Сухотинъ доносилъ герцогу Николаю Лейхтенбергскому въ 3 часа 30 минутъ между прочимъ: «Именемъ Вашего Высочества высланы три сильныя развѣдки: одинъ взводъ — по шоссе на Карабунаръ, одинъ взводъ — въ направленiи на Чавликiой и одинъ эскадронъ — черезъ Чавликiой, Буюкъ, Арабаджикiой, всѣ — съ цѣлью изслѣдованiя, что дѣлаетъ непрiятель, котораго теперь не видно».

35

Есаулъ Фроловъ, какъ будетъ сказано дальше, посланъ былъ изъ-подъ Ени-Загры для отысканя связи съ колонной герцога Николая Лейхтенбергскаго.

36

Генералъ Гурко въ донесенiи своемъ 24 iюля опредѣлилъ гарнизонъ турокъ въ Ени-Загрѣ «изъ трехъ таборовъ низама и двухъ мустафизета при 6 крупповскихъ орудiяхъ дальняго боя и, сверхъ того, 2.000 конныхъ чекесовъ». Самъ Реуфъ-паша въ донесенiи своемъ Сулейману 10 iюля сообщаетъ, что онъ на другой день, 11 числа, ожидаетъ 1.500 человѣкъ черкесовъ; между тѣмъ, въ разсчетѣ войскъ по колоннамъ, наступавшимъ на Эски-Загру 17 iюля, у него значися всего 600 человѣкъ иррегулярныхъ конниковъ, почему можно допустить, что у Ени-Загры могло быть довольно значительное число черкесовъ.

37

Командиръ же 6-й батареи 9-й артиллерiйской бригады въ донесенiи своемъ командиру той же бригады отъ 27 iюля 1877 года говоритъ: «Непрiятель укрывался въ вырытхъ канавахъ близъ вокзала, въ канавахъ за насыпью желѣзной дороги, въ вагонахъ и въ устроенномъ редутѣ траншейной профили». А командиръ 4-й батареи той же бригады въ донесенiи своемъ отъ 28 iюля 1877 года уведомляетъ: «непрiятель былъ расположенъ въ наскоро укрѣпленной позицiи около станцiи желѣзной дороги».

38

Русскiя роты «укрылись за крайними строенiями, вызванные отъ ротъ стрѣлки размѣстились тутъ же, за заборами и оградами, въ домахъ и на крышахъ домовъ. Изъ нѣкоторыхъ мѣстъ, занятыхъ стрѣлками, хорошо видна была вся внутренность укрѣпленiя, что давало возможность бить турокъ безъ промаха». («34-й пѣхотный Сѣвскiй полкъ въ войну съ турками въ 1877-78 г.г.»).

39

Объ этомъ сказано въ донесенiи командира 4-й батареи полковника Пржевальскаго: «Изъ вагоновъ непрiятель немедленно былъ выбитъ нашими гранатами, оставивъ въ нихъ большiе запасы патроновъ; въ непродолжительномъ времени загорѣлись вагоны, вокзалъ и прилегавшiя постройки и дрова, непрiятель искалъ спасенiя за насыпью редута и въ ровикахъ; нѣсколько разъ порывался онъ отступать изъ редута, но поражаемый шрапнелью опять возвращался и часовъ въ 12 дня въ безпорядкѣ убѣжалъ, бросивъ при этомъ бѣгствѣ на дорогѣ два орудiя, которыя и были взяты нашими войсками. Какъ въ вокзалѣ, такъ и въ вагонахъ находилось множество патроновъ и, вѣроятно, въ вокзалѣ же былъ складъ пороха, такъ что взрывы патроновъ продолжались еще долго по удаленiи непрiятеля и, наконецъ, когда строенiе вокзала обрушилось, послѣдовалъ большой взрывъ пороха».

40

Рапортъ командующаго казачьей бригадой Передового отряда Начальнику кавалерiи Передового отряда 27 iюля 1877 года.

41

Подпоручикъ Лукашевичъ направленъ былъ командиромъ баталiона полковникомъ Бежановымъ, замѣтившимъ въ бинокль, что турецкiя орудiя отходятъ на д. Юрлимишъ. (Донесенiе командира 14-го стрѣлковаго баталiона отъ 22 iюля).

42

Донесенiе начальника Передового отряда Главнокомандующему отъ 24 iюля 1877 года.

43

Нагловскiй. «Дѣйствiя Передового отряда генерала Гурко въ 1877 году».

44

Полковникъ Фрезе писалъ полковнику Нагловскому въ 11 часовъ 30 минутъ вечера у Эски-Загры:

«Три донесенiя отправлено сегодня къ вамъ въ Ени-Загру боковой дорогой. До 2½ часовъ мы ничего о васъ не знали и отошли къ Эски-Загрѣ, имѣя съ фронта и съ фланга сильнѣйшаго непрiятеля. Въ деревнѣ Джуранли находится и теперь до 8 орудiй и значительное число пѣхоты противника. Въ городѣ паника, и онъ почти пустъ, все бѣжитъ въ горы и на Казанлыкъ. Наши больные вывезены изъ города».

На это полковникъ Нагловскiй въ 4 часа утра того же числа отвѣтилъ изъ Карабунара:

«Только что получилъ твою записку. Выступаемъ въ 6 часовъ утра. Старайтесь вашею кавалерiею задержать непрiятеля; быть можетъ, намъ удастся его пощипать, хотя я думаю, что онъ уйдетъ. Жаль, что у насъ нѣтъ кавалерiи, а то, дѣйствуя во флангъ и тылъ, мы бы его задержали и пощипали бы».

45

Д. Нагловскiй. «Дѣйствiя Передового отряда генерала Гурко въ 1877 году».

46

«34-й пѣхотный Сѣвскiй полкъ въ войну съ турками въ 1877–1878 г.г.» Тамъ же сказано, что «до начала боя, когда происходило съ нашей стороны передвиженiе частей подъ прикрытiемъ лежвшей стрѣлковой цѣпи, командиръ 4-го взвода 3-й стрѣлковой роты унтеръ-офицеръ Александръ Новицкiй, отличавшiйся замѣчательно мѣткой стрѣльбой, просилъ разрѣшенiя своего ротнаго командира уложить турецкаго военачальника, стоявшаго со свитой впереди черкесскихъ сотенъ, внѣ прицѣльнаго огня нашей винтовки. Со второго выстрѣла всадникъ свалился и былъ вынесенъ за фронтъ».

47

На дѣлѣ, генералъ Раухъ, по прибытiи на мѣсто, принялъ начальство надъ Эски-Загринскимъ отрядомъ. Обстоятельство это было, видимо, въ связи съ письмомъ герцога Николая Максимилiановича Лейхтенбергскаго генералу Гурко отъ 18 iюля, коимъ онъ, ссылаясь на состоянiе своего здоровья, просилъ замѣнить его кѣмъ либо другимъ.

48

Стрѣлки и въ теченiе двухъ предыдущихъ дней, 17 и 18 iюля, не пользовались горячей пищей.

49

Батарея потеряла убитыми и ранеными 15 человѣкъ нижнихъ чиновъ и 30 лошадей, все отъ ружейныхъ пуль; командиръ батареи полковникъ Пржевальскiй приписываетъ этотъ сравнитлеьно съ интенсивностью огня турокъ малый уронъ тому обстоятельству, «что лежавшiе въ кустахъ непрiятельскiе стрѣлки не могли видѣть людей и орудiй, а видѣли только головы лошадей и стрѣляли, такъ сказать, наудачу, мѣтя только въ головы лошадей» (рапортъ командира 9-й артиллерiйской бригады отъ 28 iюля 1877 года № 854). Однако, въ числѣ выбывшихъ изъ строя нижнихъ чиновъ было семь человѣкъ ѣздовыхъ. Обстоятельство это объясняется тѣмъ, что они были спѣшены не сразу, а уже впослѣдствiи какъ это значится въ сочиненiи Николая Воронова «Матерiалы для описанiя дѣйствiй батарей 9-й артиллерiйской бригады въ войну 1877–1878 г.г.».

Въ томъ же сочиненiи говорится, что вечеромъ, послѣ отступленiя къ Долбека, на лицо не оказалось 3-го орудiя: лошади въ немъ были всѣ перебиты, перепрячь не успѣли и орудiе осталось на первой позицiи вмѣстѣ ящичнымъ эшелономъ подъ наблюденiемъ фельдфебеля Широкова. Тотчасъ по прибытiи на бивакъ за этимъ орудiемъ посланъ былъ уносъ при подпоручикѣ Артамоновѣ. Подпоручикъ Артамоновъ проѣздилъ цѣлую ночь, заѣхавъ къ Эски-Загрѣ, гдѣ въ то время свирѣпствовали башибузуки и черкесы, и только утромъ слѣдующаго дня догналъ отрядъ по дорогѣ у деревни Долбока. Орудiе же было привезено фейерверкеромъ Мегеровъ, который впослѣдствiи былъ награжденъ знакомъ отличiя Военнаго Ордена. Для пополненiя конскаго состава батареи генералъ Гурко приказалъ передать ей 15 лошадей изъ интендантскаго транспорта; но лошади эти оказались малосильными.

50

«34-й Сѣвскiй полкъ въ войну съ турками въ 1877–1878 г.г.».

51

«Дѣйствiя Передового отряда и т. д.» Нагловскаго. Полковникъ Вульфертъ, состоявшiй въ распоряженiи Главнокомандующаго и, какъ сказано было, привезшiй 16 числа предписанiе Главнокомандующаго, видимо, посланъ былъ на лѣвый флангъ вслѣдствiе заявленiя генерала Борейши объ опасномъ его положенiи съ просьбой о поддержкѣ. Самое заявленiе не сохранилось, но есть отвѣтъ полковника Нагловскаго генералу Борейшѣ, писанный въ 12 часовъ дня, въ коемъ сказано: «Дать подкрѣпленiя не можемъ… на лѣвомъ флангѣ надо обороняться; полтора баталiона и 8 орудiй могутъ отбить атаку турокъ». Далѣе имѣется полевая записка полковника Вульферта, безъ обозначенiя часа, но, видимо, писанная уже съ мѣста, по принятiи команды, въ которой онъ, между прочимъ, упоминаетъ «подкрѣпленiя, слава Богу, не нужно». Полковникъ же Жиржинскiй, судя по описанiю участiя Сѣвскаго полка («34-й Сѣвскiй полкъ и проч.») отправился принять какъ старшiй команду надъ бригадой, такъ какъ получено было, не оправдавшееся впрочемъ, извѣстiе, что генералъ Борейша раненъ. Такъ же сказано, что при «вторичной атакѣ» (видимо, уже при полковникѣ Вульфертѣ) прапорщикъ Высоцкiй со 2-й стрѣлковой ротой первымъ ворвался въ турецкiе окопы.

52

Донесенiе полковника Корфа отъ 28 iюля.

53

Герцогъ, скоро послѣ начальнаго занятiя Эски-Загры, приказалъ произвести 14 iюля рекогносцировку для выясненiя условiй обороны на случай наступленiя турокъ съ востока или юга. Развѣдка произведена была подполковниками Рынкевичемъ, Сухотинымъ и Ореусомъ. Они выяснили, между прочимъ, что позицiя съ фронтомъ къ югу у Мурадли слаба и что отступленiе съ нея затруднительно. Тогда же былъ составленъ проектъ возведенiя батарей и траншей и сдѣлано было распоряженiе о сборѣ шанцеваго инструмента и рабочихъ отъ мѣстныхъ жителей, но, по недостатку въ инструментѣ, къ 19 числу ни чего готово не было.

54

Таково было окончательное расположенiе 1-й и 3-й дружинъ съ артиллерiйскимъ взводомъ поручика Пономарева; между тѣмъ, вначалѣ двинуты были только шесть ротъ болгаръ; остальныя двѣ, а равно взводъ Пономарева, уже досланы впослѣдствiи по приказанiю генерала Рауха.

55

Рапортъ начальника Болгарскаго ополченiя командиру VIII корпуса 20 iюля 1877 года.

56

Тѣло поручика Попова скрыто было отступавшими болгарами-ополченцами въ оврагѣ близъ самаго города Эски-Загра. Оно, не смотря на присутствiе турок, было впослѣдствiи отыскано тремя казаками Уральской сотни, нарочно для этого открывшимися, и благополучно привезено 22 iюля на Шипку, гдѣ и похоронено.

57

Разстоянiе Разграда отъ важнѣйшихъ пунктовъ четыреугольника крѣпостей: отъ Рущука — 55, отъ Шумлы — 45, Туртукая — 60 и Силистрiи — около 100 верстъ. Отъ Бѣлы Разградъ отстоялъ на 60 верстъ и отъ Тырнова (черезъ Попъ-кьой) — на 80 верстъ.

58

Безъ одного эскадрона Бѣлгородскаго уланского полка.

59

5-я батарея, входившая въ составъ авангарда, была по просьбѣ барона Дризена замѣнена 9-фунтовой 1-й батареей.

60

Прочiя части кавалерiи были расположены: 5 сотенъ Донского казачьяго № 12 полка — въ д. Нисово, по сотнѣ отъ Донского казачьяго № 8 полка — въ въ д. д. Костанденцѣ, Горченовѣ и Крѣпче, 3 эскадрона Лубенскаго гусарскаго полка и 2 орудiя 15 конной батареи — въ д. Опакѣ, 1 эскадронъ того же полка въ Паламарцы.

61

1-я, 4-я и 6-я сотни и сводная полусотня.

62

Предположенiе это не было, однако, приведено въ исполненiе, такъ какъ войска IV корпуса пришлось направить на усиленiе войскъ г.-л. барона Криденера.

63

Въ дѣлѣ 11 iюля обращаетъ вниманiе поведенiе рядового 2-го эскадрона 12-го гусарскаго Ахтырскаго полка Бондаренко. Подъ высланнымъ для развѣдки корнетомъ Воеводскимъ была убита лошадь и онъ былъ бы застигнутъ насѣдавшими черкесами, если бы къ нему на помощь не подоспѣлъ Бондаренко, который подъ частыми выстрѣлами черкесовъ поднялъ Воеводскаго къ себѣ на сѣдло и ускакалъ къ эскадрону, находившемуся въ нѣсколькихъ стахъ шагахъ.

64

1-я, 3-я и 5-я сотни Донского № 8, 2-я и 6-я сотни Донского № 12 полковъ.

65

Эти свѣдѣнiя, хотя и преувеличенныя, объяснялись передвиженiемъ турецкихъ силъ, въ числѣ 10–12 т. человѣкъ, по шоссе отъ Рущука къ Разграду.

66

Джулюница — по дорогѣ изъ Тырнова на Османъ-Базаръ.

67

Въ дѣйствительности, какъ изложено выше, турецкая армiя сосредоточивалась къ Разграду.

68

На 5-верстной картѣ — Козаревицъ.

69

На 5-верстной картѣ — Козаревицъ.

70

На рѣкѣ Беюкъ-дере въ 7 верстахъ къ сѣверу отъ Кесарова.

71

На 5-верстной картѣ — Киндже.

72

На 5-верстной картѣ — Юренджекъ.

73

На 5-верстной картѣ — Каранъ-варбовка.

74

За полнымъ отсутствiемъ свѣдѣнiй съ турецкой стороны, не представляется возможнымъ выяснить цѣль движенiя турецкаго отряда къ Езерче. Можно лишь предполагать, что отрядъ этотъ былъ выдвинутъ со стороны Разграда для прикрытiя сосредоточившихся тамъ войскъ.

75

Нѣжинскаго полка — 1-й и 2-й баталiооны и 3 роты 3-го баталiона (полурота 10-й, полурота 11-й, 12-я и 3-я стрѣлковая); Болховскаго полка — 1-я и 2-я линейныя и 4 роты 2-го баталiона (6-я, 7-я, 5-я и 2-я стрѣлковая); Ахтырскаго гусарскаго полка: — 4 эскадрона; Донского № 8 полка — 1-я, 3-я, 5-я сотни и 2-я, бывшая на постахъ у д. Констанденецъ; 5-я батарея 35-й артиллерiйской бригады и 3-й взводъ Донской № 9 батареи.

76

Нѣжинскаго полка прапорщика Денисова и умершаго отъ раны того же полка подпоручика Хмѣльницкаго.

77

Эта бригада, вслѣдствiе дурныхъ дорогъ, только въ 6½ час. вечера 15 числа пришла въ Червенъ, гдѣ генералъ Тимофѣевъ получилъ приказанiе Наслѣдника Цесаревича вернуться назадъ.

78

Былъ назначенъ Донской № 8 полкъ и, кромѣ того, 15-я конная батарея. Оба полка и конная батарея должны были находиться въ распоряженiи князя Манвелова, начальника 8-й кавалерiйской дивизiи. 8-й гусарскiй Лубенскiй полкъ съ Донской № 9 батареей подъ начальствомъ генералъ-маiора Леонова остались въ распоряженiи графа Воронцова-Дашкова. Въ распоряженiе послѣдняго долженъ былъ поступить также 12-й драгунскiй Стародубовскiй полкъ. Послѣднее приказанiе было приведено въ исполненiе лишь 17 iюля, когда были собраны частiю разбитые по пѣхотнымъ заставамъ и карауламъ, частiю находившiеся въ разъѣздахъ люди этого полка.

79

Баталiонъ Невскаго полка былъ оставленъ въ Обрѣтеникѣ въ прикрытiе главной квартиры Наслѣдника Цесаревича; двѣ роты Софiйскаго полка оставлены при 23-мъ летучемъ и 23-мъ подвижномъ артиллерiйскихъ паркахъ.

80

Прочiе эскадроны, занятые сторожевой службой, присоединились къ авангарду въ ночь съ 16 на 17 iюля, выступивъ изъ Сваленика 15 числа вечеромъ.

81

Письмо генералъ-лейтенанта Прохорова генералъ-лейтенанту Эрнроту, командующему 11-й пѣхотной дивизiей, отъ 17 iюля 1877 года.

82

2-я, 4-я и 6-я сотни.

83

3-я сотня, уже находившаяся въ составѣ авангарда, и 1-я и 5-я сотни, стоявшiя въ Гаговѣ.

84

По этой долинѣ проходилъ самый удобный путь вдоль фронта расположенiя войскъ корпуса.

85

Авангардъ генерала Прохорова, перешедшiй въ Чаиръ-кьой 21 числа согласно распоряженiю корпуснаго начальства, вернулся въ Церковну 22 iюля.

86

Этотъ баталiонъ выступилъ изъ Церковны въ Ковачицу только 21 числа утромъ въ составѣ 4 ротъ.

87

1-я и 5-я.

88

Это отдѣленiе 20 же, вечеромъ, перешло въ д. Кара-Коджалiя.

89

Корпусную артиллерiю составляли 3-я и 6-я батареи 11-й и 32-й артиллерiйскихъ бригадъ.

90

13-й драгунскiй Военнаго Ордена полкъ имѣлъ особое назначенiе отъ Главнокомандующаго, а именно: прикрытiе пути отъ Твардицкаго и Сливенскаго переваловъ къ г. Тырнову, и состоялъ въ его непосредственномъ распоряженiи.

91

2-я бригада 32-й пѣх. дивизiи со 2-й и 5-й батареями 32-й артиллерiйской бригады и 2-я бригада 11-й кавалерiйской дивизiи съ Донской № 4 батареей оставались на лѣвомъ берегу Дуная въ составѣ отряда генералъ-лейтенанта Аллера.

92

На 5 верстной картѣ, приложенной къ описанiю Русско-Турецкой войны 1877-78 года, названiя д. Демаръ-кьой не имѣется. Деревня эта находилась въ 5½ верстахъ къ востоку отъ Кесарова въ полуверстѣ сѣвернѣе большой дороги Кесарово — Османъ-Базаръ.

93

Прим. ред.: генералъ-маiору Эрнроту.

94

На 5 верстной картѣ — Констанденецъ.

95

Эта сотня была сборная: изъ взвода 1-й и полусотни 2-й сотни; 14 числа, въ полдень, она была смѣнена 6-й сотней.

96

Эта новая позицiя, указанная полковнику Красовскому, была выбрана передъ входомъ въ Демаръ-кьойское дефиле, въ 1½ верстахъ отъ д. Кесарово.

97

Командиръ этой сотни въ тотъ же день получилъ записку отъ полковника Лермантова изъ Беброва, въ которой тотъ сообщалъ, что 6 числа имѣлъ дѣло подъ д. Ахметли и затѣмъ, почти ежедневно, — небольшiя стычки съ башибузуками, сосредоточившимися за д. Старо-Рѣка. О противникѣ онъ не могъ дать никакихъ свѣдѣнiй, кромѣ того только, что укрѣпленiе Демиръ-капу, на перевалѣ того же имени, занято 3.000 регулярныхъ войскъ; въ той же запискѣ онъ сообщалъ, что что совмѣстное дѣйствiе невозможно по непроходимости дорогъ для артиллерiи.

98

Въ цѣпи 2-го баталiона была 2-я стрѣлковая рота; за нею, въ первой линiи шли 5-я и 6-я, а во второй — 7-я и 8-я роты; 1-я стрѣлковая и 4-я линейная построились влѣво отъ 2-го баталiона.

99

Этотъ баталiонъ съ орудiями, согласно диспозицiи на 13 число, передвигался изъ Кадя-кьоя въ Джулюницу.

100

Отступленiе черезъ лѣсъ было произведено уступами, подъ прикрытiемъ 7-й и 8-й ротъ, остававшихся все время въ резервѣ.

101

11-е летучiй и подвижной паркии 1-я половина 4-го конно-артиллерiйскаго парка.

102

Съ корпусной артиллерiей.

103

На 5 верстной картѣ — Джулюница.

104

Дружина прибыла въ Златарицу въ 6 часовъ вечера 15 числа и командиръ ея маiоръ Бѣляевъ принялъ начальство надъ всемъ отрядомъ. Баталiонъ Подольскаго полка, смѣненный дружиной, ушелъ въ Тырново.

105

О перемѣщенiи 6-й дружины изъ Златарицы въ Беброво сказано ниже.

106

3 эскадрона Бугскихъ уланъ съ Донскою казачьею № 2 батареею, 123-й пѣх. Козловскiй полкъ, 1-я и 2-я батареи 31-й артиллерiйской бригады, стрѣлковыя роты 1-й бригады 31-й пѣхотной дивизiи и 2-й баталiонъ 121-го пѣх. Пензенскаго полка.

107

Какъ будетъ сказано ниже, по ходатайству барона Криденера, войска его были усилены еще 2-й бригадой 30-й пѣхотной дивизiи, тоже подошедшей къ Царевицѣ. Засимъ, къ 18 числу имѣлась возможность привлечь къ Плевнѣ еще три полка 16-й пѣхотной дивизiи съ пятью батареями 16-й артиллерiйской бригады, стягивавшейся къ с. Турской Сливѣ (въ 15 верстахъ къ югу отъ Систова). Этого, однако, сдѣлано не было. Войска эти имѣлось въ виду двинуть далѣе къ Тырнову, на случай наступленiя Мехмеда-Али къ этому городу.

108

Развѣдка эта была произведена генеральнаго штаба подполковникомъ Мацiевскимъ и капитаномъ Биргеромъ и причисленнымъ къ генеральному штабу штабсъ-капитаномъ Сокальскимъ.

109

Какъ будетъ изложено ниже, въ дѣйствительности силы Османа-паши не превосходили 22–24 тысячъ человѣкъ.

110

Прим. ред. Ошибка въ подлинникѣ. Слѣдуетъ — генералъ-маiора.

111

См. томъ II, глава IX.

112

Стычки отряда полковника Макшеева-Машонова въ турецкихъ источникахъ ошибочно относятся къ 13 iюля.

113

Кромѣ Опанецкой группы укрѣпленiй, расположенной на особомъ отрогѣ, тянущемся сѣвернѣе Буковлекскаго ручья.

114

Наименованiе фронтовъ согласовано съ съ сочиненiемъ Музафера-паши «Defense de Plevna». Расположенiе войскъ согласовано, насколько возможно, съ атласомъ, приложеннымъ къ названному сочиненiю, не вполнѣ сходному съ текстомъ, который, въ свою очередь, не отличается точностью. Такъ, напримѣръ, турецкiе окопы, расположенные по описанiю влѣво и впереди Гривицкихъ редутовъ, какъ то и было въ дѣйствительности, въ турецкомъ атласѣ показаны въ пунктѣ Д вправо отъ редутовъ, что невѣрно. Нумерацiя отдѣльныхъ укрѣпленiй сходна съ вышеуказаннымъ атласомъ. На прилагаемомъ планѣ сраженiя нѣкоторыя изъ укрѣпленiй имѣютъ двойную нумерацiю. Большiя цифры соотвѣтствуютъ цифрамъ турецкаго атласа, меньшiя же соотвѣтствуютъ нумерамъ, которые были присвоены турецкимъ укрѣпленiямъ русскимъ начальствомъ.

115

Сверхъ того, какъ видно изъ описанiя сраженiя, впереди названныхъ редутовъ на восточной сторонѣ оврага имѣлись окопы для стрѣлковъ.

116

Въ самый день сраженiя турками была построена батарея № 12 на 4 орудiя и по сторонамъ ея окопы для пѣхоты.

117

1 таборъ занималъ траншеи впереди и по сторонамъ этихъ редутовъ.

118

Въ укрѣпленiяхъ, прикрывавшихъ г. Плевну съ восточной стороны (1 таборъ и 6 орудiй); гарнизонъ г. Плевны (1 таборъ пѣхоты); войска, занимавшiя мостовое укрѣпленiе на р. Видъ (1 таборъ и 2 орудiя), и отрядъ Тахира-паши.

119

19-й Костромской пѣхотный полкъ съ 3-й батареей 5-й артиллерiйской бригады находился въ крѣпости Никополѣ.

120

Рота эта, согласно диспозицiи на 18 iюля, вошла въ составъ войскъ, подчиненныхъ князю Шаховскому.

121

5-я батарея 31-й артиллерiйской бригады вмѣстѣ съ сотней Донского казачьяго № 34 полка находилась съ 124-мъ Воронежскимъ пѣхотнымъ полкомъ на Систовской переправѣ.

122

Изъ нихъ два неполныхъ: двѣ роты Пензенскаго и двѣ роты Тамбовскаго полковъ конвоировали плѣнныхъ турокъ изъ Никополя въ Систово.

123

Двѣ роты 2-го баталiона Рыльскаго полка были оставлены у Порадима для прикрытiя вагенбурга и въ бою участiя не принимали.

124

Эта батарея, равно какъ и присоединившiеся къ отряду генералъ-маiора Скобелева 2-го утромъ 18-го числа 3-й баталiонъ 125-го пѣхотнаго Курскаго полка и 2-й дивизiонъ 6-й батареи 32-й артиллерiйской бригады были посланы княземъ Шаховскимъ на усиленiе этого отряда по ходатайству о томъ генералъ-маiора Скобелева.

125

Время выступленiя колоннъ назначено часомъ позже первоначально предположеннаго (см. стр. 241).

126

Въ этой диспозицiи, какъ и во многихъ современныхъ ей документахъ, городъ, перешедшiй въ исторiю подъ названiемъ «Плевна», называется «Плевно». По-болгарски названiе его — «Плевенъ».

127

«Для сего въ распоряженiе генералъ-лейтенанта князя Шаховского назначаются два эскадрона уланскаго Чугуевскаго полка».

128

Записка князя Шаховского, упомянутая выше, была получена барономъ Криденеромъ лишь въ 2 ч. 50 м. дня.

129

См.: «Русская старина» 1887 г., стр. 187, статья барона Криденера «Второе сраженiе подъ Плевной».

130

Сгаловецъ. Прим. ред.

131

Особой запиской начальника штаба XI корпуса командиру 1-й бригады 32-й пѣхотной дивизiи было приказано частямъ этой бригады выступать часомъ позже противъ диспозицiи.

132

Число турецкихъ орудiй, принимавшихъ участiе въ бою на южномъ фронтѣ, не можетъ быть установлено съ точностью. Указанiя турецкихъ историковъ сбивчивы и неясны. Показанiя русскихъ артиллеристовъ о числѣ состязавшихся съ ними турецкихъ орудiй также во многихъ случаяхъ разнорѣчивы.

Приведенныя здѣсь цифры являются лишь наиболѣе вѣроятными по сличенiю всѣхъ этихъ источниковъ.

133

Подробности дѣйствiй артиллерiи князя Шаховского въ теченiе подготовительнаго перiода боя были слѣдующiя:

Въ 9½ часовъ послѣдовательно одна за другою въ порядкѣ нумеровъ, начиная съ 1-й снялись батареи 32-й артиллерiйской бригады, слѣдовавшiя при авангардахъ. При выѣздѣ по этимъ батареямъ турками былъ открытъ огонь съ укрѣпленiя № 14 (4 орудiя) и № 11 (3 орудiя), от котораго, какъ было упомянуто въ текстѣ, особенно пострадала 4-я батарея. По выѣздѣ батареями былъ открытъ огонь: по № 14 — 1-й батареей съ дистанцiи 1.000-1.050 саж. и 3-й батареей съ дистанцiи 1.200 саженъ (по измѣренiю дистанцiя оказывается не свыше 1.000 саженъ); по № 11 — 4-й батареей съ дистанцiи 600 саж. (истинная дистанцiя не менѣе 1.300 саж.) и 1-мъ дивизiономъ 6-й батареи съ дистанцiи 725 саж. (истинная дистанцiя не менѣе 1.200 саж.). Въ 11 час. утра дивизiонъ 6-й батареи по приказанiю генералъ-маiора Горшкова былъ отозванъ по неизвѣстной причинѣ съ позицiи, но, не найдя укрытаго мѣста, по иницiативѣ батарейнаго командира, вскорѣ вновь вернулся на позицiю и сталъ рядомъ съ 4-й батареей. Между тѣмъ, въ 11 часовъ, турки выдвинули полевую батарею силою въ 3 орудiя, поставивъ ее въ виноградникахъ между укрѣпленiями № 11 и № 14. Кромѣ того, съ высоты (96) открыли огонь 2 батареи, по 2 орудiя каждая, направивъ таковой на 1-ю батарею, которая поражалась главнымъ образомъ съ фланга. 2-й дивизiонъ этой батареи былъ повернутъ въ направленiи на высоту (96), а выѣхавшiй вновь на позицiю дивизiонъ 6-й батареи поддержалъ 4-ю батарею. Въ 12½ час. дня, приказанiемъ генералъ-маiора Горшкова, сильно пострадавшая 4-я батарея была убрана въ резервъ, гдѣ и оставалась до конца боя. По просьбѣ начальника артиллерiи Калмыкова, князь Шаховской приказалъ выдвинуть на позицiю бывшую въ общемъ резервѣ колонны 1-ю батарею 30-й артиллерiйской бригады, открывшую огонь по укрѣпленiю № 14 съ дистанцiи 1.400 саж. (истинная дистанцiя не превышаетъ по измѣренiю 1.000 саж.). Между тѣмъ, совмѣстнымъ дѣйствiемъ 1-й, 3-й и 1-го дивизiона 4-й батареи, полевая турецкая батарея, стоявшая въ виноградникахъ, была сбита, огонь прочихъ батарей былъ также ослабленъ. 1-я батарея 32-й артиллерiйской бригады, получила возможность направить огонь главнымъ образомъ на пѣхоту противника, которая съ 12½ час. до 2 час. послѣдовательно небольшими партiями занимала окопы и траншеи впереди укрѣпленiй №№ 11 и 14. Около 2 час. дня отъ дивизiона 6-й батареи 32-й артиллерiйской бригады былъ отправленъ 1 взводъ на лѣвый флангъ позицiи для противодѣйствiя туркамъ, наступавшимъ южнѣе высоты (96). Послѣ нѣсколькихъ выстрѣловъ картечными гранатами съ дистанцiи 625 саж., разогнавшихъ колонны, взводъ былъ отозванъ назадъ и весь дивизiонъ, переѣхавъ лѣвѣе своей прежней позицiи, открылъ огонь по турецкимъ окопамъ на высотѣ (96), на дистанцiю 750–900 саж. Что касается 3-й и 5-й батарей 30-й артиллерiйской бригады, то послѣднiя продолжали оставаться въ резервѣ и были вызваны на позицiю (какъ потомъ будетъ сказано ниже) лишь непосредственно передъ атакой, т. е. около 2½ час. дня.

Какъ видно изъ изложеннаго, дистанцiи, указанныя въ дневникахъ артиллерiйскихъ частей, не всегда отвѣчаютъ истиннымъ дистанцiямъ, опредѣляемымъ непосредственнымъ измѣренiемъ на картѣ, что, по всей вѣроятности, является слѣдствiемъ неправильной записи въ дневникахъ частей. Можно отмѣтить однако, что опредѣленныя дистанцiи командиромъ 1-й батареи 32-й артиллерiйской бригады до укрѣпленiя № 14 и примыкавшимъ къ нему траншеямъ № 14 и полевой батареи въ виноградникахъ, командиромъ 6-й батареи по высотѣ (96) — сходятся съ опредѣленiями по картѣ, и огонь таковыхъ въ дѣйствительности нанесъ серьезныя потери турецкимъ войскамъ.

Боемъ артиллерiи руководили: начальникъ артиллерiи XI корпуса генералъ-маiоръ Калмыковъ и командиры 32-й и 30-й артиллерiйскихъ бригадъ полковники Скворцовъ и Свиньинъ. Послѣднiй былъ раненъ около 2½ час. дня осколкомъ гранаты въ грудь, но послѣ перевязки вернулся на позицiю.

134

По всей вѣроятности, это было движенiе частей Тамбовскаго полка, подавшихся впередъ съ цѣлью оттѣснить непрiятельскихъ стрѣлковъ, занимавшихъ склоны высотъ къ сѣверу отъ д. Гривицы и безпокоившихъ артиллерiю отряда генералъ-лейтенанта Вельяминова.

135

Въ реляцiи генералъ-лейтенанта князя Шаховского добавлено — «съ цѣлью облегчить наступленiе частей IX корпуса».

136

Съ позицiи генералъ-лейтенанта Вельяминова былъ виденъ лишь одинъ изъ турецкихъ Гривицкихъ редутовъ, а именно редутъ № 7. О существовавнiи № 8 редута не знали вовсе. Хотя съ нѣкоторыхъ мѣстъ позицiи послѣднiй и былъ нѣсколько виденъ, но онъ былъ маскированъ деревьями и его принимали за батарею.

137

По всей вѣроятности, это была та же батарея, которая дѣйствовала вначалѣ на холмѣ южнѣе редутовъ и была вынуждена къ отступленiю огнемъ 3-й бататреи 31-й артиллерiйской бригады.

138

Точныхъ свѣдѣнiй о числѣ турецкихъ орудiй, противодѣйствовавшихъ артиллерiи генерала Криденера, не имѣется. Можетъ быть установлено однако, что противодѣйствовали артиллерiи IX корпуса 4 орудiя, помѣщавшiяся въ самыхъ редутахъ, 2 орудiя съ восточнаго конца хребта Яныкъ-баиръ и 6-орудiйная батарея (№ 9), дѣйствовавшая со стороны главной квартиры; сверхъ того, съ косы, огибавшей Гривицкiе редуты съ востока, дѣйствовала еще одна турецкая полевая батарея, бывшая ранѣе въ резервѣ Адиля-паши (4 ор.).

139

3-й и 4-й эскадроны 11-го Чугуевскаго уланскаго и 1-й и 2-й эскадроны 11-го Рижскаго драгунскаго полковъ.

140

Генералъ Скобелевъ опредѣлилъ силы турокъ на этомъ пространствѣ до 20 тысячъ. Въ дѣйствительности ихъ могло быть тысячъ 15.

141

Первоначально успѣхи Пензенскаго полка, въ связи съ удачнымъ одновременнымъ наступленiемъ Рыльскаго полка казались наблюдавшему за боемъ генералу Криденеру настолько существенными, что имъ въ 4 часа 35 мин. пополудни было послано генералу Лашкареву слѣдующее приказанiе: «Отрядъ князя Шаховского гонитъ турокъ. Нашъ отрядъ въ полномъ наступленiи. Не упустите удобной минуты перейти за Видъ для преслѣдованiя. Командиръ корпуса надѣется, что вы сами уловите эту минуту».

142

2 роты названнаго баталiона были въ командировкѣ. Онѣ конвоировали турокъ, взятыхъ въ плѣнъ подъ Никополемъ.

143

3-я батарея въ 2 часа 30 мин. стала на позицiю правѣе 1-й батареи той же бригады; не найдя здѣсь подходящей цѣли, переѣхала на позицiю лѣвѣе 1-й батареи, оттуда, какъ сказано выше, переѣхала на позицiю къ захваченному укрѣпленiю № 14. 5-я батарея выѣхала въ 4-мъ часу на высоту (Е), откуда съ дистанци 1.075 саж. съ большимъ успѣхомъ дѣйствовала по укрѣпленiю № 11. Къ ней пристроился впослѣдствiи 1-й дивизiонъ 6-й батареи 32-й артиллерiйской бригады.

144

3-я стрѣлковая рота этого полка была еще въ началѣ дѣла направлена для охраны крайняго лѣваго фланга къ Тученицкому отряду.

145

При этомъ часть людей этого баталiона взяла направленiе на Гривицкiй редутъ и слилась съ частями, охватывающими этотъ редутъ съ южной стороны, и вмѣстѣ съ послѣдними по окончанiи боя и отступила.

146

Въ частности дѣйствiя артиллерiи съ 4 часовъ пополудни до 10 часовъ вечера были таковы:

Къ моменту начала наступленiя изъ 13 батарей отряда генерала Вельяминова и общаго резерва въ боевой линiи находились 1-я и 2-я батареи 31-й артиллерiйской бригады (дѣйствовавшiя съ утра) и 1-я батарея 5-й артиллерiйской бригады, которая послѣ полудня смѣнила отозванную назадъ 6-ю батарею 31-й артиллерiйской бригады. Всѣ остальныя затѣмъ батареи 31-й и 5-й артиллерiйскихъ бригадъ находились въ резервѣ позади боевого расположенiя полковъ 31-й пѣхотной дивизiи.

Съ началомъ наступленiя 1-я батарея 31-й артиллерiйской бригады выѣхала по гребню, полого спускавшемуся къ Гривицкимъ редутамъ съ востока, саженъ на 600 впередъ и открыла огонь картечными гранатами какъ по редуту № 7, такъ и по стрѣлкамъ на косѣ впереди редута. 2-я батарея при наступленiи приняла вправо и, послѣдовательно мѣняя позицiи, постепенно приближалась къ противнику. 1-й дивизiонъ этой батареи былъ выдвинутъ на крайнiй правый флангъ частей войскъ генерала Бѣлокопытова и отсюда огнемъ картечныхъ гранатъ содѣйствовалъ штурму редута № 7.

4-я батарея той же бригады, не получая никакихъ приказанiй, послѣдовала за Козловскимъ полкомъ, когда полки 31-й пѣхотной дивизiи двинулись впередъ, но, двигаясь по густому кустарнику, скоро потеряла съ нимъ связь. Сѣвернѣе д. Гривицы батарея была остановлена и ей приказано прикрыть движенiе войскъ лѣваго фланга отъ огня турокъ со стороны Плевны. Вслѣдствiе дальней дистанцiи до турецкихъ батарей, расположенныхъ у г. Плевны, и необходимости помочь пѣхотѣ, страдавшей отъ огня съ редута, батарея была передвинута впередъ влѣво саженъ на 500 отъ редута № 8, уголокъ котораго былъ виденъ съ батареи. Батарея дала нѣсколько выстрѣловъ картечною гранатою, но сейчасъ же была закрыта пѣхотой, двинувшейся въ атаку. Послѣ этого батарея стрѣляла на 1.500 саженъ противъ батарей со стороны Плевны и около 7 часовъ вечера снялась съ позицiи по приказанiю начальника артиллерiи вмѣстѣ съ другими батареями.

3-я батарея за тѣснотою мѣста на ближней позицiи оставалась назади.

6-й батареѣ было приказано въ 5 час. пополудни слѣдовать за войсками праваго фланга. За позднимъ временемъ, батареѣ выѣзжать на позицiю не пришлось.

Движенiе на вторую позицiю батарей 5-й артиллерiйской бригады началось съ переѣзда 1-й батареи, смѣнившей на первой позицiи, какъ сказано выше, 6-ю батарею 31-й артиллерiйской бригады. Съ началомъ наступленiя Пензенскаго и Козловскаго полковъ, когда передовыя траншеи были оставлены противникомъ, была выслана для ближайшей поддержки пѣхоты 1-я полубатарея подъ командой капитана Костенецкаго, которая и выѣхала на 400 саженъ отъ редута и, потерявъ четвертую часть прислуги въ теченiе получаса времени, пропустила отступавшую пѣхоту и лишь тогда отошла на позицiю саженъ на 700 отъ редута, куда тѣмъ временемъ переѣхала и 2-я полубатарея.

Около 5 часовъ на позицiю правѣе и впереди 1-й батареи 5-й артиллерiйской бригады выѣхала полубатареями 2-я батарея той же бригады. Редутъ № 7 не былъ замѣченъ сразу по причинѣ невыгоднаго освѣщенiя (редутъ приходился прямо на спускавшееся къ горизонту солнце).

Послѣ того какъ первая атака пѣхоты не удалась, 1-я полубатарея 2-й батареи подалась нѣсколько назадъ и стала правѣе 1-й батареи 31-й артиллерiйской бригады; къ 1-й полубатареѣ присоединилась потомъ и 2-я. Нѣсколько позжѣ 2-я батарея снова выдвинулась впередъ и, взявъ вправо, снялась на гребнѣ противъ Гривицкаго № 7 редута. Правѣе этой батареи вскорѣ заняла позицiю 5-я батарея 5-й артиллерiйской бригады. 4-я батарея той же бригады расположилась на высотѣ впереди и правѣе с. Гривица, а затѣмъ продвинулась еще немного впередъ на курагнъ въ 500 саженяхъ отъ редута, ставъ на крайнемъ лѣвомъ флангѣ артиллерiйской линiи, откуда мѣткимъ огнемъ принудила орудiя, стрѣлявшiя изъ редута, прекратить огонь.

Что касается 6-й батареи 5-й артиллерiйской бригады, то она была была вызвана на позицiю лишь въ 6 часовъ вечера. Сперва батарея эта снялась рядомъ съ 4-й батареей 31-й артиллерiйской бригады, но такъ какъ отсюда не было видно цѣли, то она тотчасъ же продвинулась впередъ и стала на позицiи лѣвѣе и нѣсколько позади 2-й батареи 31-й артиллерiйской бригады. Съ этой позицiи 6-я батарея успѣла лишь три пробныхъ выстрѣла, такъ какъ была закрыта пѣхотой, послѣ чего она прекратила огонь одновременно съ другими батареями и, слѣдовательно, въ дѣлѣ почти не участвовала.

147

Полкъ этотъ съ 3-й батареей 5-й артиллерiйской бригады былъ оставленъ на Систовской переправѣ для охраны послѣдней. 16 iюля Главнокомандующимъ было приказано полку войти въ составъ отряда генералъ-лейтенанта Криденера и немедленно слѣдовать къ г. Плевнѣ. Выступивъ вмѣстѣ съ батареей въ тотъ же день въ 9½ час. вечера, полкъ въ составѣ двухъ баталiоновъ и всѣхъ стрѣлковыхъ ротъ (3-й баталiонъ былъ оставленъ въ Систовѣ для несенiя караульной службы), слѣдуя черезъ Царевицу и Овче-Могилу, прибылъ въ Болгарени около 10 час. вечера, сдѣлавъ переходъ въ 60 верстъ. 18 числа, уже къ вечеру, полкъ направился въ Турскiй-Трестеникъ, куда прибылъ поздно вечеромъ. Позднее выступленiе полка изъ Болгарени объясняется тѣмъ, что полку не было извѣстно мѣсто пребыванiя отряднаго штаба, отъ котораго не имѣлось никакихъ указанiй относительно дальнѣйшаго движенiя. Въ Трестеникъ полкъ выступилъ по иницiативѣ командира полка.

148

Генералъ-лейтенантъ Пузановъ, дивизiя котораго была разбита по-бригадно между лѣвой колонной и общимъ резервомъ отряда, въ сраженiи 18 iюля дивизiей не командовалъ.

149

Съ прибытiемъ транспортовъ съ ранеными въ дѣлѣ 18 iюля, 20 iюля, въ Систовѣ въ средѣ жителей города, а также нестроевого элемента войсковыхъ и вольнонаемныхъ транспортовъ возникла паника, вслѣдствiе которой толпы жителей и массы повозокъ устремились къ Дунайскимъ мостамъ. Только благодаря энергичнымъ распоряженiямъ начальника переправы, начальника 3-й саперной бригады генералъ-маiора Рихтера и комендантовъ: Систовскаго — маiора Подгурскаго и Зимницкаго — генералъ-маiора Штольценвальда удалось сохранить отъ поломки мосты, которые были съ этой цѣлью забаррикадированы и заняты войсками, и возстановить порядокъ.

Слухи о близости турокъ, якобы наступавшихъ на Систово отъ Плевны, казались въ первыя минуты ложной тревоги настолько правдоподобными, что имѣли слѣдствiемъ вызовъ на позицiю войскъ, охранявшихъ переправу. Для выясненiя дѣла и успокоенiя жителей, на позицiю южнѣе г. Систова были выдвинуты 6 кадровыхъ дружинъ болгарскаго ополченiя 2-й очереди (каждая численностью въ 200 человѣкъ) и 3-й баталiонъ 124-го пѣхотнаго Воронежскаго полка съ 3-й батареей 5-й артиллерiйской бригады. На подкрѣпленiе этимъ войскамъ съ лѣваго берега Дуная были направлены 2 роты 6-го сапернаго баталiона. Кромѣ того, распоряженiемъ начальника осадной артиллерiи полковника Анчутина на лѣвомъ берегу Дуная была выдвинута на позицiю часть орудiй и приведенъ для защиты мостовъ баталiонъ (съ ружьями) осадной артиллерiи.

Въ Зимницѣ часть жителей бѣжала изъ города и въ расположенныхъ тамъ госпиталяхъ №№ 47 и 63 произошелъ безпорядокъ.

Впрочемъ, порядокъ въ обоихъ городахъ былъ вполнѣ возстановленъ къ утру 21 iюля.

Content

Главномъ Штабѣ Военно-Историческая Коммисiя при Дѣйствiя съ 9 по 31 iюля 1877 г.

ОГЛАВЛЕНIЕ

ГЛАВА I Общее положенiе дѣлъ между первымъ и вторымъ сраженiемъ у Плевны

ГЛАВА II Дѣйствiя за Балканами съ 7 по 18 iюля

ГЛАВА III Дѣйствiя за Балканами въ теченiе 19 iюля

ГЛАВА IV Дѣйствiя Рущукскаго и Османъ-Базарскаго отрядовъ противъ четыреугольника турецкихъ крѣпостей съ 9 по 20 iюля

ГЛАВА V Событiя на Западномъ фронтѣ отъ 8 до 18 iюля

ГЛАВА VI Второе сраженiе подъ Плевной

ПРИЛОЖЕНIЯ

Приложенiе 1-е Свѣдѣнiе о Болгарскомъ ополченiи

Приложенiе 2-е Росписанiе войскъ, подчененныхъ г.-л. барону Криденеру, ко дню сраженiя подъ Плевной 18 iюля 1877 г

Приложенiе № 3-е Свѣдѣнiе о потеряхъ, понесенныхъ частями русской армiи въ дѣлахъ съ турками въ перiодъ времени съ 9 по 19 iюля 1877 г. включительно

Приложенiе № 4-е Спискокъ генераламъ, штабъ и оберъ-офицерамъ частей главныхъ силъ русской армiи, убитымъ, раненымъ и контуженнымъ въ дѣлахъ съ турками въ перiодъ времени съ 9 по 19 iюля 1877 г. включительно

ЗАМѢЧЕННЫЯ ОПЕЧАТКИ И НЕТОЧНОСТИ (Томъ III, часть I)

Примечания