Трон костей

Пролог

Две тысячи лет назад.

Вскоре после гибели Истинного Пламени.

— Зачем мы здесь? — спросила Лиамара, когда её ноги коснулись сухой почвы. Вокруг расстилалась огромная, казавшаяся бесконечной каменистая пустыня, обдуваемая сильными ветрами.

— Решил, что тебе нужно развеяться, — ответил Таргарон и тепло улыбнулся женщине. Когда они были так близко, она с легкостью улавливала отголоски его эмоций и мыслей. Пусть Истинное Пламя и мертво, но связь между Дланями все ещё существовала.

Это место Лиамаре не нравилось, слишком напоминало обитель Истинного Пламени.

— Вижу, что тебе тут не нравится, — вздохнул он, похлопав девушку по латному наплечнику. — Этот мир суров. Катаклизм затронул его и почти уничтожил, но… тут по-прежнему живут люди. Они преодолевают трудности и продолжают бороться, поэтому я и хотел тебя с ними познакомить.

Лиамара поморщилась. Ей хотелось развернуться и уйти, убраться как можно дальше отсюда, но… Таргарон был, наверное, единственным из братьев и сестер, кто не отвернулся от Лиамары.

— Думаешь, мне станет лучше после встречи с ними?

— Ты винишь себя в том, что случилось, — Таргарону даже не нужно было обращаться к связи, чтобы это понять.

— А разве в этом нет моей вины? Я была на страже в тот день! Я должна была остановить Дитя Пустоты! Я… — злость и чувства вины овладели девушкой. Эти чувства были такими яркими и невероятно сильными, что Лиамара хотела вернуться назад, в те времена, когда она не знала их. — Лучше бы я умерла, но остановила его… Лучше бы…

— Лиамара, — Таргарон обнял её, прижав к своей груди. — Все хорошо. Слышишь? Все хорошо.

Его голос удивительным образом успокаивал, а его эмоции… Он правда переживал, правда беспокоился о ней. Это не было притворством или безразличной вежливостью как в случае с остальными.

— Тебе одиноко?

— Да, — Лиамара не стала лгать.

— Мне тоже. Я помню миг, когда осознал, что произошло. Помню эту боль, словно кто-то вонзил руку в грудь и вырвал сердце, а вместе с ним и что-то важное. Дитя Пустоты… Ты когда-нибудь думала о том, насколько точным было это имя?

— О чем ты?

— Дитя Пустоты принесло пустоту всем нам, — Таргарон похлопал кулаком себя по груди. — Он не просто разорвал связь и принес смерть в нашу вселенную, но и внес пустоту в сердце каждого из нас. И если не пытаться её чем-то заполнить, то она разрастется и поглотит тебя изнутри.

— Думаю, это Тьма. Он принес её в наш мир, и теперь она разъедает все, чего коснулась. Нас в том числе.

— Я бы даже сказал, что нас в первую очередь. И именно поэтому мы должны бороться с этим, Лиамара. Не позволять ей пустить корни. Если мы позволим, то станем такими же, какими когда-то были Князья.

— Ты драматизируешь. Мы Длани Света, а не Князья Тьмы, и никогда ими не станем.

Таргарон улыбнулся и утвердительно кивнул.

— Да, ты права. Идем.

Они спустились с холма в расщелину между песчаными скалами и продолжили путь уже по запутанным лабиринтам. Проходы то сужались настолько, что приходилось идти боком, то расходились так широко, что могла бы пройти целая толпа.

— Ты уверен, что тут кто-нибудь живет? — с легким сомнением сказала Лиамара. — Это место мертво. Я даже толком растительности не вижу…

— Мы почти пришли.

Не прошло и пары минут после этих слов, как Лиамара стала замечать следы жизни людей. А вскоре, пройдя перекресток, они оказались перед навесом, который закрывал вход в пещеру.

— Люди этого мира живут в пещерах?

— Некоторые, — Таргарон пожал плечами. — Но это временно. Я поручил Стражам поменять орбиту планеты. Думаю, пара десятилетий, и на месте этих скал будут цветущие сады. Я приведу в этот мир животных из окраинных миров, которых не затронул катаклизм. Столетие, а может два, и они воздвигнут города. Мир наполнится жизнью. И все будет…

— …ничего не будет как раньше, — Лиамара покачала головой.

— Не будет, — нехотя подтвердил Таргарон. — Пойдем.

Он первым вошел в пещеру. Лиамара, помедлив на входе, все-таки сделала шаг во тьму проема. Таргарон практически сразу создал парящий огонек, освещающий путь, но на мгновение девушка почувствовала себя плохо, оказавшись в полной темноте.

Таргарон рассказывал о том, как живут местные люди, о редких, но мощных дождях, что затапливают эти каменные лабиринты.

— Разве это не опасно?

— Немного. Но на поверхности вода слишком быстро испаряется. Мы сделали водоотводы, к тому же… сейчас увидишь.

Они продолжили спуск вниз, и Лиамара сразу обратила внимание на то, что тоннель явно обработан людскими руками. Стены выравнены, кое-где укреплены.

Спустя чуть более получаса они вышли в огромную пещеру, в самом низу которой находилось гигантское подземное озеро. Но жители пещеры жили вовсе не на его берегу, а на десяток-другой метров выше, в вырезанных в скале выемках, соединенных веревочными мостами. Берег же был усеян немыслимым количеством фосфорисцирующих грибов и водорослей, которыми, судя по всему, и питались местные жители.

— Тут… довольно мило.

— Рад что тебе нравится.

— Это все ты сделал?

— Нет, они сами. Я лишь даю советы, проверяю их готовность и решимость.

— Решимость? Решимость для чего?

— Я собираюсь разделить с ними мою силу.

* * *

— Немного не рассчитала, — Лиамара пришла в этот мир довольно грубым методом, и приземление едва ли было мягким. Выбравшись из образовавшегося после падения кратера, Длань осмотрелась, заметив вдали крупный город со множеством небесных шпилей. И Лиамара могла сказать абсолютно точно, что в последний свой визит луна была целой.

— Что я вообще тут делаю? — спросила она саму себя, смотря на город вдали.

Девушка думала подняться в воздух и полететь в город, но одернула себя.

Люди не летают, — насколько она помнила. — Значит, стоит пойти пешком.

Лиамара не хотела представать перед смертными как божество, каким она, по сути, и была, решив сохранить свое появление инкогнито от общественности. Первым делом она погасила пламя внутри себя, отчего её глаза перестали гореть золотым, а светлые волосы — источать едва заметное свечение.

На секунду ей показалось, что этого достаточно, но затем она взглянула на свои руки и нахмурилась. Её доспехи светились сами по себе, и изменить их она не могла. А раз она не могла их изменить, то лучше всего будет избавиться.

Она сосредоточилась на броне, и та исчезла, не оставив после себя ни следа.

— Так-то лучше, — улыбнулась девушка, окинув взглядом свое обнаженное тело.

Какая-то часть её разума подсказывала, что люди обычно не ходят голыми, но она сочла это мелочью и решительным шагом направилась в сторону города.

* * *

— Ну и что тут у нас? — зевнув, поинтересовалась старший легист Лейси Глоу, когда инспектор протянул ей дело.

— Полагаем, что фурия, потерявшая контроль.

— Понятно, — кивнула та, забирая бумаги и проглядывая содержимое папки. — Нет, стоп, тут какая-то ошибка. Её И-показатель равен нулю. Она не может быть фурией.

Инспектор на это лишь пожал плечами.

— Ничего не скажу насчет показателей, но эта женщина опасна. Прочитайте дело, если не верите.

Лейси прищурила взгляд и вновь вернулась к содержанию отчетов, хоть и считала это пустой тратой времени. Она работала в Зеленом Этаже, а тот в свою очередь отвечал за фурий, а не простых людей.

— Стоп… В неё стреляли?

— Именно, — кивнул инспектор. — Я говорил с легистом, что это сделал, и тот уверен, что попал.

В отчете говорилось, что у придорожной закусочной на юге от города появилась неопознанная женщина без одежды. Она вела себя странно, отчасти неадекватно. В итоге на место прибыли легисты и попробовали узнать, что с ней произошло, возможно оказать помощь, но та отказалась с ними идти. Она полностью проигнорировала просьбы пройти с ними, а затем и вовсе отправилась на кухню, где съела готовящийся десерт.

Учитывая обстоятельства и то, что она фактически совершила кражу, один из легистов, не дождавшись прибытия фурии, попытался задержать её, используя силу, после чего оказался в реанимации. Легист, писавший отчет, говорил, что преступница просто толкнула его напарника, и тот отлетел к стене с такой скоростью, словно его сбил грузовик. После этого он применил оружие, целясь по ногам, но безрезультатно.

— Это и впрямь странно, — нахмурилась Лейси. По рапорту это просто обязана быть фурия, но И-показатель говорил обратное. — Как её задержали?

— А никак. В смысле она сама последовала за легистами, когда прибыло подкрепление, и вообще была на удивление послушной. Возможно, девочка просто потеряла контроль и, осознав, что наделала, решила вести себя хорошо, чтобы её не отсекли от дара.

Лейси кивнула.

— Личность ещё не установили?

— Нет. В данный момент идет проверка биометрических данных, но и с этим не все гладко. Мы не смогли взять её кровь для теста ДНК.

— Не смогли проколоть кожу? — догадалась фурия.

— Именно.

— А сама она как-нибудь себя называла?

— Вершительница Судеб.

— Серьезно?

— Что сказала, то и говорю. Если бы я был верующим, то сказал бы, что у нас в изоляторе сидит Длань Света, — расхохотался мужчина, а вот Лейси его шутку не оценила. Они живут в странное время. По Риндерону уже ходит мужчина, называющий себя Владетелем и говорящий о создании четвертого Домена, так что появление Длани Света было бы не таким уж удивительным.

— Я хочу на неё посмотреть.

— Пойдем.

Они спустились на несколько этажей ниже, оказавшись в блоке изолятора, где содержались задержанные фурии, дожидающиеся решения суда. Тут держали разных фурий, начиная от совсем юных девочек, которые не смогли удержать под контролем свой дар после пробуждения, заканчивая настоящими преступницами. Но последних было меньшинство.

Они подошли к одной из камер со стеклянной стеной, благодаря чему вся комната была как на ладони, и там Лейси увидела сидящую на кровати молодую девушку. На вид ей было может чуть больше двадцати, длинные светлые волосы, пухлые губы, зеленые глаза.

На ней была обычная серая одежда, которую выдают всем, кто содержится в изоляторе дольше суток.

Остановившись возле стекла, Лейси несколько секунд разглядывала блондинку, после чего, используя цифровой ключ доступа открыла дверь и вошла в изолятор. Неизвестная окинула легиста безразличным взглядом.

— Я хочу уйти.

— Боюсь, это невозможно. Вы напали на служителя закона, и теперь вашим делом будет заниматься суд.

— Если я извинюсь, этого будет достаточно?

— Человек пострадал!

— Я могу его вылечить. Я вовсе не хотела кому-то вредить, просто мне сложно контролировать силы, когда я контактирую с такими хрупкими созданиями, как вы.

— Вы правда верите, что вы Длань Света?

Блондинка явно хотела подтвердить сказанное, но затем нахмурилась и задумалась.

— Не знаю. Я пока не уверена.

— Не уверена, что Длань Света?

— Не уверена что нужно это подтверждать. Я ведь не хотела являть себя миру, но в итоге все-равно выдала себя. Как вы думаете, Лейси Глоу, мне стоит объявлять миру о том, кто я есть?

— Откуда вы знаете мое имя?..

— Я знаю многое. Я считываю окружающий фон, то, что осталось от единения, которое дарило Истинное Пламя. Это сложно, отрывисто и односторонне, но для такой, как я, это так же легко, как дышать.

Женщина поднялась, и почему-то Лейси ощутила панический ужас, оказавшись перед ней. Словно фурия оказалась на расстоянии протянутой руки от солнца, которое вот-вот сожжет её, не оставив даже пепла.

— Ч-Что вам нужно?

— Я разыскиваю человека. Того, кто носит в себе тьму Таргарона. Его называют… — девушка задумалась. — Теон Альдрим.

Глава 1. Союз

Теон думал, что примет смерть Руннэт гораздо легче, чем это оказалось в действительности. Даже после всего, что с ними произошло, какая-то частичка его продолжала любить эту женщину, и эта частичка умерла вместе с ней.

Но в тоже время Теон ощущал странное умиротворение, словно кто-то сбросил тяжелый груз с его плеч. Теперь все стало максимально просто: есть враги, которых нужно уничтожить, враги, к которым у него нет ни грамма жалости.

— Теон, — осторожный стук в дверь прервал его размышления. — Я не помешала?

Самина выглядела уставшей, впрочем, у неё в последнее время было много работы. Именно она проводила встречи с Арбитражем и занималась урегулированием сложившейся ситуации.

— Нет, проходи, — он жестом пригласил её присесть, но Самина это проигнорировала. — Какие новости?

— Арбитраж все отрицает, — фыркнула она, едва сдерживая гнев. — Говорят, что произошедшее в больнице — чистейшее недоразумение. Кто-то отдал приказ, но никто не говорит, кто именно. Они боятся тебя и того, что ты можешь предпринять. И… я даже немного удивлена, что ты бездействуешь.

— Думаешь, мне стоило обрушить пирамиду Арбитража на город?

— А? Нет… — замялась фурия. — Это было бы чересчур.

— Я хотел это сделать, поддавшись гневу, — честно признался мужчина. — Хотел бы стереть в пыль их твердыню… Но…

— Имеешь в виду меч?

— Нет. Меч важен, но даже будь он на месте, я бы вряд ли стал его использовать. Мы те, кто собирается исправить мир, убив Старых Богов. Те, кто вернет привычный порядок вещей и вернет все на круги своя. И именно поэтому я решил, что лучше не уничтожать все, чего мы уже добились, в порыве бессмысленной ярости.

Самина улыбнулась краешками губ и согласно кивнула.

— Значит, продолжаем играть в героических фурий?

— М?

— А, это выражение такое, — махнула она рукой. — Имеется в виду, что мы будем героями. И первый шаг для этого уже сделан. Продюсеры Майли дор-Хэттсен проявили большую заинтересованность в предстоящем интервью. Ты ведь о нем не забыл?

Теон забыл. Ему потребовалось несколько секунд, чтобы вспомнить недавний разговор, во время которого предложили пообщаться с прессой на собственных условиях. Тем более, когда Дети Света приложили все силы, чтобы имя Владетеля ассоциировалось с ними, а этому нужно было положить конец.

— Когда?

— Сложно сказать. У них свое расписание, но судя по тому, что мне говорили, они ОЧЕНЬ заинтересованы, так что скорее всего это случится со дня на день.

Кивнув, Теон отвернулся к окну, разглядывая двор перед зданием. Там Пирсон занимался тренировкой новобранцев: заставлял их бегать в полном обмундировании, с оружием в руках. Бойцы, среди которых были даже фурии, пыхтели, потели, но продолжали преодолевать трудности.

— Присмотри за ним, — сказал он Самине. Та бросила на мужчину непонимающий взгляд.

— За кем?

— За Пирсоном.

— А что он? Ты же не думаешь, что он шпион? Он сражался за тебя и сделал очень многое.

— Я не делаю выводов, просто замечаю странности. Он талантливый командир, имеет спецподготовку и явно не первый раз участвует в настоящем бою.

— Он служил в Домене Силы, — пожала плечами Самина. — Почти три года, если верить досье. Участвовал в нескольких боевых операциях, помогая устранять Опустошителей.

Теон лишь снисходительно улыбнулся, не став объясняться, что жутко раздражало фурию. Её брови вновь сошлись на переносице, а губы превратились в тонкую полоску.

— И что смешного я сказала?

— Ничего.

Ответ Теона лишь ещё сильнее её разозлил, но мужчина не собирался объяснять собственные мысли, решив, что лучше пусть она сама думает об этом.

Сказанное Саминой на самом деле не объясняло вообще ничего. С момента пробуждения Теон узнал, что никаких военных конфликтов не было уже несколько десятилетий. Риндерон и Немланд живут в относительном мире, заключают сделки и не претендуют на территории друг друга. И из-за этого Арбитраж размяк. Они разучились воевать, разучились действовать слаженно, и даже когда у них появилась удачная возможность покончить с Владетелем, они её благополучно упустили.

Служба в Домене Власти ничего не дает. Половина из новобранцев были его членами, покинув службу по тем или иным причинам, но никто из них не годился на роль лидера. Подготовка же Пирсона выше всяких похвал. В этого человека определенно было многое вложено, и Теон не верил, что он простой солдат из Домена Силы.

— Просто следи за ним, — добавил он.

— Теон, мне это не нравится. Чувствую себя…

— … моим помощником, — закончил он за неё, и брюнетка скривилась.

— Да, наверное, именно им.

— Просто доверься моем чутью, Самина. У этого парня куча секретов, и если они начнут лезть наружу, я не хочу, чтобы это стало сюрпризом.

— Ты… правда думаешь, что он шпион? Да брось! Будь он шпионом, то не стал бы тебя защищать. Он с легкостью мог бы устроить диверсию, и все мы полегли бы в той больнице.

— А я разве говорил, что его приставил к нам Арбитраж?

Теона позабавило, как лицо фурии от этого вопроса удивленно вытянулось.

— Стой… Если это не Арбитраж, то… кто?

И вновь сухая улыбка, вызвавшая у Самины очередную порцию раздражения. Теону нравилось смотреть, как фурия злится, и он ничего не мог с этим поделать. Словно в злости и проявлялась её истинная красота.

— Это мы и должны выяснить, — на этом Теон закрыл обсуждение данного вопроса. Пирсон на данный момент доказал свою преданность, и допрашивать его на глазах у всех, и уж тем более привлекать к этому Кригера, слишком радикально и необдуманно.

Самина что-то пробурчала себе под нос и уже развернулась, чтобы уйти, но помедлила, остановившись у двери.

— Теон, ты ведь в порядке? — спросила фурия, с лица которой слетело раздражение, сменившись обеспокоенностью.

— А разве не похоже? Я в полном порядке, Самина. Правда.

Она ему не поверила, это слишком хорошо читалось в её взгляде. Теон ожидал, что она уйдет, но вместо этого девушка решительным шагом направилась к нему, обняла, а затем нежно поцеловала.

Это было так странно…

Самина не демонстрировала своих чувств и не проявляла нежность так открыто. На памяти Теона она сама целовала его лишь во время разрядок, а в остальное время старалась держать дистанцию. Это Арвин частенько донимала его и могла наглейшим образом устроится у него на коленях, требуя внимания.

А теперь Арвин нет…

Мысль об этом наполняла сердце Теона гневом и давала волю призракам. Стоило поддаться злости, как на диванчике неподалеку возник старый учитель Теона. Утрен как всегда зловеще скалился, демонстрируя гнилые зубы.

— Ты видишь их? Призраков?

— Они не настоящие, — мягко ответил Теон, не став спрашивать, откуда именно фурия знает о них. Скорее всего, рассказала Руннэт. — Пока я это помню, все нормально.

Самина хотела что-то сказать, но в дверях кабинета появилась Нефис дор-Мантэс. Сестра Лифэтты провела последние несколько дней в штабе Домена, решив, что так безопаснее, учитывая, что в недавних событиях она сыграла не последнюю роль.

— Простите, не хотела вам помешать.

Стоило гостье это сказать, как Самина тут же выскользнула из объятий, поправляя немного помявшуюся блузку. В глазах Нефис от вида смутившейся Самины заиграли озорные огоньки, но ничего комментировать она не стала.

— Ты не помешала. Что-то хотела?

— Да. Со мной только что связался Кайл Зиммер, глава ЗиммерТех. Он прибудет сюда уже через несколько часов. Надеюсь, вы не против?

— Нет. Он оказал большую помощь Домену Власти и всегда будет желанным гостем здесь.

— Так ему и передам, — кивнула Нефис и отправилась на выход, но не удержалась и напоследок добавила. — В следующий раз хотя бы двери закрывайте. У вас тут с каждым днем народу все больше становится. Устраивать бесплатные представления — такая себе идея.

Теон усмехнулся, проводив фурию взглядом.

Уж кто бы говорил о представлениях.

— Что ж… в таком случае пора встречать гостей.

* * *

Зиммер немного задержался, но его появление действительно впечатляло. Он явился не на простом флаере, которых Теон уже успел повидать, а на нескольких огромных летающих машинах, каждая из которых была размером с небольшой дом. К счастью, на территории Домена хватало места для них.

Теон наблюдал за прибытием главы одной из немландских корпораций из своего кабинета, и лишь когда транспорт пошел на посадку, неторопливо направился к выходу.

Сам Зиммер прибыл на небольшом легком флаере, в остальных же прибыли сотрудники его компании, которые должны будут разобраться с останками гигантского робота. То, что осталось от боевой машины, уже на следующий день перевезли на территорию Домена, но не без проблем, разумеется. Арбитраж попытался наложить на него свои руки, но все проблемы уладили Кригер и его Пёс.

Но изначально Теон посылал туда Кригера совсем по другой причине. Нужно было отыскать следы Зарда, убедиться, что он мертв, и забрать его темницу, в случае если это так. Но никаких следов Старого Бога обнаружить не удалось. Но раз Молотобец после смерти Руннэт не явился, то Королева Шипов как минимум смогла его ранить.

К моменту, когда Теон подошел, возле флаера уже была Нефис, кивнувшая Теону в знак приветствия. Первой из флаера вышла какая-то молодая светловолосая девушка со множеством веснушек на лице. Заметив Нефис, та сморщила гримасу и показала женщине язык.

Дор-Мантэс никак не отреагировала на этот неприличный выпад, оставаясь бесстрастной и терпеливо дожидаясь, когда из флаера покажется сам Зиммер. Теон ожидал увидеть мужчину в возрасте, с почтенной сединой в волосах, но вместо этого увидел молодого мужчину в самом рассвете сил.

Но возраст — последнее, на что Теон обратил внимание при первой встрече. У Кайла Зиммера не было ног, и перемещался он на кресле с четырьмя ногами, немного напоминающими лапы паука.

— Теон Альдрим, позволь представить тебе моего старого друга Кайла Зиммера, — представила его Нефис, и гость тут же протянул руку для рукопожатия.

— Очень рад, — Теон ответил на рукопожатие.

— И я. Вы даже не представляете, как сильно я хотел с вами встретится.

— Именно по просьбе Кайла я и решила с тобой связаться и договориться о сделке, — прояснила Нефис. — Решила, что если уж он поверил в возвращение Владетеля, то стоит и мне всерьез обдумать перспективы сотрудничества.

— Вот как.

— А это Фэри, моя помощница, — представил Кайл свою веснушчатую спутницу. Та сделала что-то вроде неуклюжего реверанса, при котором ухитрилась вновь показать язык Нефис. — У неё не слишком хорошие манеры, но она профессионал в области механики. Я бы вряд ли смог построить Арбетоса без её помощи.

Прояснив несколько технических вопросов вроде размещения сотрудников ЗиммерТех, Теон провел гостей в приемную, после чего отправил Самину за кофе. Фурию это, разумеется, разозлило, но внешне она это почти не показала, лишь напоследок бросила гневный взгляд, говорящий: «Я тут не для того, чтобы кофе готовить».

— Как я понял со слов Нефис, вы искали со мной встречи с момента появления.

— Верно, — кивнул он. Зиммер волновался, на его лбу то и дело проступал пот, а в руках была заметна легкая дрожь. — Как вы, наверное, уже заметили… Я уже давно не могу ходить самостоятельно. И знаю, как это выглядит. Я — один из крупнейших поставщиков медицинского оборудования, человек, у которого так много денег, что он построил робота, стоимость которого несколько миллиардов кредитов, но не в состоянии сделать себе ноги.

— Кайл, — заботливо сказала Нефис, взяв его за руку. Кажется, Теон впервые слышал из уст старшей дор-Мантэс такой тон.

— Да… Я знаю.

— Так в чем причина? — Теону было глубоко плевать на его внутренние проблемы и комплексы. Понятно, что ноги для него больная тема, но делать скидку на его состояние Теон не собирался.

— Я болен. Это какое-то редкое генетическое заболевание, которому даже название не дали. Настолько редкое, что мне удалось найти записи лишь о нескольких таких случаях. Теперь его называют болезнь Зиммера. Мои кости разрушаются. Это происходит медленно, но уверенно. По самым оптимистичным прогнозам, у меня есть ещё где-то лет пять, прежде чем разрушение станет фатальным. И именно поэтому я не могу даже поставить себе протезы, их просто не к чему крепить.

— А фурии-лекари? Они способны вылечить практически любую болезнь, — пока что Теон не слишком понимал, к чему ведет этот человек. За деньги Ткачи-целители могли исцелить любую болезнь, и Теону раньше не доводилось слышать о хвори, которую невозможно вылечить.

Кайл кивнул.

— Я тоже так думал в самом начале, но и это не помогает. После курса лечения мне становится лучше, но ненадолго. Я бы мог нанять себе персонального лекаря, которая лечила бы меня несколько раз в день, но позитивный эффект не длится долго, а после его окончания болезнь лишь ускоряет свое течение. Она неумолимо пожирает меня день ото дня.

— И вы думаете, что я могу помочь? — это было слишком очевидно. Вряд ли он бы завел этот разговор просто так. — К сожалению, я не лекарь. И едва ли могу что-то сделать с вашей проблемой.

— Я в отчаянии, господин Альдрим. Или называть вас Владетелем?

— Просто Теон.

— Хорошо… И я цепляюсь за любую возможность. Любой шанс. И в итоге это привело меня к древним легендам: Старым Богам, Дланям Света и Владетелю. Говорят, что во времена Света времени не было. Люди не старели, не умирали, не болели. Я слышал о том, что Владетелю выковали меч, несущий в себе частицу Истинного Пламени. И возможно… такая же частица может спасти и меня. Остановить мое время. Или даже… повернуть его вспять! — на этих словах Кайл невольно потер край потерянных ног.

Услышав это, Теон едва сумел скрыть удивление. Рэман-дал-Тор был создан тайно. Семьсот лет назад он открыто его не демонстрировал. Этот меч должен был быть тайным оружием против Могдина, и тем удивительнее, что кто-то читал в нем о легендах, учитывая, что само возвращение Могдина было стерто из истории.

— Я готов пойти на очень многое… Теон. Я готов вручить вам контрольный пакет акций ЗиммерТех, если вы действительно сможете мне помочь.

— Кайл! — охнула сидящая рядом с ним светловолосая девушка, но тот даже не обратил внимание на это.

Отчаявшийся человек… Это можно использовать.

— Так что ты можешь мне предложить?

— Так вы мне поможете?! — оживился он.

— Я этого не говорил. Несколько мыслей у меня есть, но сейчас я хочу услышать, что получу взамен.

Разговор прервал внезапный звонок на телефон Самины, которая так же присутствовала в комнате, но в самой беседе не участвовала. Теон смерил девушку сердитым взглядом, заставив её смутиться.

— Прошу прощения, — сказала она присутствующим и вышла из зала.

Как только дверь закрылась, Зиммер продолжил:

— Все, что будет угодно.

— Я хочу эту боевую машину.

— Арбетоса?! Нет… я… я не могу. Он… — замешкался Зиммер, но затем вздохнул и согласно кивнул. — Хорошо. Если вы мне поможете.

— Что?! Нет! — возмутилась Фэри. — Он наше детище! Мы не можем просто отдать его… — девушка кажется готова была разрыдаться.

— Разумеется, он должен быть в рабочем состоянии, а не в виде той груды металла, какой есть сейчас, — Теон не обратил внимание на истерику девицы, продолжая гнуть свою линию.

Стоило заговорить о роботе, как мужчина сразу стал мрачнее тучи. Похоже, что эта штука, собранная на основе Стража Света, была для него чем-то большим, чем просто дорогой игрушкой. Но Теона это не волновало. В первую очередь это грозная боевая машина, которая должна будет сделать Домен ещё сильнее.

Но это было только начало. Теон продолжил называть условия, и каждое из них было по-настоящему грабительским. Деньги, ресурсы, оружие и оборудование. Он собирался получить все это. Кто-то назвал бы это не этичным, но Теон воспринимал это так же, как грабеж деревень войсками во время марша. Это война, и приходится приносить жертвы, чтобы победить. Домену нужно стать сильнее, окрепнуть, и сделать это в кратчайшие сроки. Враг может нанести удар в любой момент.

Это лишь первые битвы из многих.

* * *

— Вот я дура, — Самине хотелось сгореть со стыда. Забыть выключить звук на звонке во время таких важных переговоров, это было просто верхом непрофессионализма.

Вряд ли Руннэт допустила бы такую ошибку.

Сокрушенно вздохнув, Самина бросила хмурый взгляд на коммуникатор на своем запястье и включила повторный набор. Хотелось узнать, кто такой умный решил её побеспокоить, тем более звонок шел на личный канал, а не рабочий.

— Самина? — голос показался фурии знакомым.

— Да. Это кто?

— Лейси Глоу. Мы раньше работали вместе, помнишь?

— Лейси… — Самине пришлось напрячь память, чтобы вспомнить.

Лейси была таким же следователем Зеленого Этажа, как и Самина в прошлом, и они даже вместе вели несколько дел. Последнее, правда, было больше года назад.

— Ты должна мне пиво.

— Я думала, ты забыла, — цокнула языком собеседница.

— Такое я не забываю. Так что ты хотела?

— Слушай… Тут такая странная ситуация. Мне тут вручили одну странную женщину, и я понятия не имею, что с ней делать. Знаю, как это звучит… Все свидетели говорят, что она фурия. Она отправила одного легиста в больницу, и в неё даже стреляли.

— И? Мне учить тебя, как обращаться с фуриями? Ты ведь в курсе, что я больше не работаю на Зеленый Этаж?

— В том то и дело. Эта женщина — не фурия. У неё отрицательный И-показатель. Она не может касаться Иного, но при этом нечеловечески сильна.

— Ладно… это и впрямь странно, — согласилась Самина. — Но я все ещё не могу понять, почему ты звонишь именно мне.

— Потому что по слухам, что ходят в отделе, ты теперь заделалась чуть ли не вторым лицом в Домене Власти. А женщина, о которой я тебе говорю, представилась Вершительницей Судеб.

— Что-то знакомое…

— Дланью Света, — напомнила бывшая коллега.

— Да она сумасшедшая, — рассмеялась Самина.

— На твоем месте я бы тоже рассмеялась, но… когда я нахожусь рядом с ней, то чувствую что-то странное. Вряд ли смогу объяснить. Она словно подавляет тебя одним лишь своим присутствием. Есть в ней что-то… И да, я прекрасно понимаю, как это звучит, но в конце концов в мир вернулся Владетель спустя семь сотен лет… Да и она говорит, что хочет найти Теона Альдрима.

— Ты правда хочешь организовать встречу между Владетелем и сумасшедшей, говорящей, что она Длань Света, Лейси? — Самина даже не попыталась скрыть сарказм.

— Ох… Но ты же можешь сказать ему? Я пришлю её фотографию. Вдруг он все-таки захочет с ней встретиться. Если он откажется, то ладно, я пойму. Но попытайся, хорошо? У меня острое чувство, что это важно…

— В этот раз пивом не отделаешься.

— Скотч, коньяк или бренди?

— Бренди.

— Договорились.

На этом разговор завершился, но Самина еще некоторое время размышляла об услышанном. Это было очень странно, как не посмотри.

Вершительница Судеб разыскивает Владетеля… больше похоже на глупый анекдот.

Самина вернулась в конференц-зал, бросив на Теона виноватый взгляд. Участвовать в обсуждении ей не пришлось. Теон и сам неплохо вел беседу, хотя, по мнению Самины, все-таки переборщил с требованиями. Он чуть ли не разорить ЗиммерТех пытался, а ведь этот человек пришел им на помощь в трудной ситуации.

В конце концов Зиммер взял время, чтобы подумать, и удалился. Теон распорядился выделить ему одну из комнат.

— Ты правда сможешь ему помочь? — спросила фурия, как только Зиммер покинул комнату.

— Нет.

— Но… ты же сказал…

— Кригер может попробовать укрепить его кости, хотя с биологическими материалами он работает на порядок хуже, чем с металлом или камнем. Но это вряд ли решит проблему. Скорее существенно замедлит болезнь, но не более.

— А то, что он говорил про Свет? Ты же сделал что-то подобное для Вестры, разве нет? Тогда я не поняла, но после его слов…

— Я не бог, Самина. Не уверен, что даже Старые Боги способны остановить время для какого-то человека навсегда. Я остановил время Вестры лишь на несколько часов. Это предел моих сил.

— Тогда к чему все эти требования? Ты даешь ему надежду на будущее, которое не можешь дать.

— Разве я сказал, что вылечу его?

— Вроде нет, — задумалась она, вспоминая все сказанное Теоном.

— Я сказал, что у меня есть несколько мыслей относительно того, что делать с этой ситуацией. И я не соврал. Кригер может попробовать изменить структуру его костей.

— Этого мало, ты же понимаешь?

— Галатея.

— Что?

— Ему нужно найти Галатею.

— Погоди… Это та женщина, что могла забирать жизни и отдавать их другим? — Самина припомнила старые истории, попутно поставив зарубку себе в памяти, что нужно прочитать все, что есть по временам Теона и тем, кто его окружал.

Теон кивнул.

— Дарующая жизнь, так её прозвали. Но это лишь одна из граней её дара. Возможно, она сможет излечить его своей силой, или… забрать болезнь и передать его другому.

— Это правда возможно?

— Да. Я слышал, что она такое проделывала со своими врагами. Находила самых больных и немощных людей и переносила их хвори на своих врагов, заставляя тех жить в мучении. Представь себе, каково это — проснуться утром с язвами по всему телу и невыносимыми болями? И эти болезни нельзя так просто убрать. Они словно… проклятие.

— Но разве это не то, что сейчас с Зиммером? Болезнь, которая не уходит!

Теон улыбнулся краешками губ.

— Вполне возможно, что так оно и есть. И это ещё одна причина держать его поближе. Это ключ к поискам Галатеи.

Самина смерила Теона недоверчивым взглядом. Она не одобряла такой подход к людям и не собиралась скрывать этого.

— Ты просто пытаешься его использовать.

— А он использовать меня. Такова жизнь. В конце концов это он пришел ко мне, а не я к нему.

Спорить фурия не стала, решив, что лучше будет переключиться на другую тему.

— Слушай, мне сейчас звонила бывшая коллега из Зеленого Этажа. Говорит, что к ним привезли женщину, называющую себя Вершительницей Судеб.

— Лиамару?

Самина ожидала, что Теон рассмеется или сухо улыбнется, как делал это обычно, но его лицо при этом было предельно серьезным.

— Да. Кажется так её звали. Она даже фотографию прислала, вот, — Самина перевела браслет в широкий режим, и над её рукой появилось голографическое окно с изображением молодой светловолосой женщины.

Теон мгновение всматривался в лицо «Длани», а затем, к удивлению Самины, дрогнул. Словно кто-то ткнул иголкой ему в спину.

— Где она сейчас?

— Полагаю, в Зеленом Этаже, в изоляторе. Обычно туда доставляют фурий.

— Готовь машину. Мы едем туда, немедленно.

— Стой, ты же не шутишь? Ты всерьез думаешь, что она та, за кого себя выдает? Да быть не может!

— Самина, машину, — повторил Теон тоном, который не терпел пререканий.

— Хорошо… сейчас все будет.

Глава 2. Зацепка

Самина покинула комнату, поспешив выполнить приказ Теона, а тем временем сам Владетель едва мог сдержать дрожь в собственных руках. Лиамара, Вершительница Судеб, неужели она на самом деле пришла в этот мир? Это слишком невероятно, чтобы быть правдой, и в то же время… лицо той женщины на фотографии точно такое, какое он видел в недавнем сне.

Воительница в золотой броне, спросившая, кто он такой. Теон хорошо помнил её голос, взгляд и ту невероятную силу, что она источала. И эта сила действительно пугала. Старые Боги сильны, сравнявшись с ними по силам, Теон смог расколоть луну, но это лишь частица силы Таргарона. Каждый из его врагов обладал лишь фрагментом, а не всей целиком, и Теону тяжело было представить, насколько велика на самом деле сила Длани Света.

В нетерпении Теон покинул комнату и направился вниз, за мгновение до того, как выйти на улицу, подавив вновь проявившуюся дрожь, но стоило ему сделать лишь один шаг наружу, как мужчина тут же замер.

Почти вся территория Домена была полна призраками людей, которых когда-то сожрал Банрат-тан-Азур. Не только те, кто был поглощен по дозволению Теона, но и тех, которых он поглотил гораздо раньше, до того, как стал пленником.

— Свет… — тихо прошептал Теон, по-настоящему шокированный таким зрелищем. Призраки и раньше доставляли ему проблемы, но сейчас это было что-то другое. Они что-то беззвучно шептали, протягивая руки к небесам. Это выглядело одновременно жутко и завораживающе, словно они возносили молитву кому-то.

— Теон, — Самина мягко коснулась его плеча, заставив мужчину вздрогнуть и резко отпрянуть. — В чем дело?

Мужчина тут же оторвал взгляд от помощницы и окинул окружающее пространство беглым взглядом, но призраки пропали, словно и не было сейчас этого жуткого, потустороннего молебна.

— Я в порядке, — спустя несколько секунд ответил Теон, завертев головой.

Самина смерила его недоверчивым взглядом и недовольно поджала губы. Она прекрасно видела, что Теона что-то беспокоит, но мужчина и не думал делиться с окружающими тем, что с ним происходит.

— Все готово? — спросил он.

— Вроде, — пожала плечами фурия. — Зиммер предложил воспользоваться его личным флаером.

— Очень мило с его стороны.

— Теон, я все ещё считаю, что использовать его в своих целях — это подло.

— Самина, я помогу ему, если будет возможность, и возьму ровно столько, сколько он сам позволит взять. К альтруизму я не склонен, так что ты сейчас обращаешься не к тому человеку. А теперь не тратим время.

Пилот флаера уже ожидал возле транспорта и при их приближении поклонился, открывая дверь. Но перед тем, как Теон и Самина погрузились в транспорт и отправились в путь, их перехватил Кригер. Старый друг Теона выглядел как всегда мрачно и жутко, но в то же время он был единственным, в ком Теон был уверен даже больше, чем в самом себе.

— Я слышал, вы отправляетесь в Домен Правосудия. Я пойду с тобой, — сходу заявил он, но Теон покачал головой.

— Нет.

— Ты же не думаешь, что там и впрямь Длань Света? Это абсурд. Ловушка.

— То, что я думаю, тебя не касается. Лучше займись Алчущим. Мы сделали передышку, а теперь самое время начать контрнаступление.

— Но…

— Это приказ. С каких пор ты перестал их слушаться?

— Алчущий… — прорычал кузнец. — Хорошо. Я принесу его голову к твоим ногам.

Теон кивнул.

Первой внутрь флаера забралась Самина, а уже следом забрался сам Теон, сразу обратив внимание на том, что внутри этот флаер отличался от транспорта, что присылала за ним Нефис. Воздушное судно было специально адаптировано под особые нужды Зиммера, но это не мешало и простым людям с комфортом на нем летать.

Транспорт плавно поднялся в воздух и неторопливо поплыл в сторону города, взяв курс на одну из трех черных башен, в которой находилось главное управление Домена Правосудия.

— Ты уверен, что мы не слишком быстро отправились? — спросила Самина. — Возможно, все же стоило взять с собой Кригера или ещё кого-нибудь. Можно было попробовать договориться и доставить её сюда.

— Нет, — Теон покачал головой. — Если она та, о ком я думаю, то у нас мало времени. Я хочу встретится с ней раньше, чем это сделают Старые Боги. А у Кригера есть другая работа.

— Думаешь, Длань может перейти на их сторону?

— Я ничего не думаю, Самина. Если это Вершительница Судеб, то её появление — не какая-то мелочь, и я должен выяснить, зачем я ей понадобился.

— А если… она хочет тебе навредить?

— Вряд ли. Ты не понимаешь, насколько велика сила Дланей. Они боги богов. Она может уничтожить не просто этот город, а превратить весь этот континент в пыль одним взмахом руки.

— Тогда я все больше начинаю подозревать, что это не она. Вряд ли бы настолько сильное существо могли просто схватить простые легисты.

— Не нам судить о мотивах высших сущностей.

Самина одарила мужчину саркастической улыбкой и отвернулась к окну, а Теон продолжил размышлять о Лиомаре. Откуда она знает его имя? Почему явилась сейчас, а не когда он убил Могдина? В голове крутилась куча вопросов, но пока что мужчина не мог придумать ни одного ответа. Длань Света стала неизвестной переменной, которая может полностью перевернуть игру.

Флаер летел довольно быстро, и уже через пятнадцать минут они подлетали к центру города. Транспорт сделал круг вокруг площади, дожидаясь разрешения на посадку, после чего приземлился в одну из специально оборудованных ячеек на крыше башни Домена Правосудия.

Верхние этажи и крыша каждой из трех башен напоминали медовые соты огромного улья. Одновременно этот «воздушный порт» мог вмещать по меньшей мере несколько десятков флаеров разного размера от простых, размером с автомобиль, до тех, что способны переправлять ударные отряды.

Автоматические крепления зафиксировали флаер и развернули его дверью к подъехавшему трапу. Первым вышел Теон, жестом показав Самине, чтобы та держалась чуть позади. Ей, в отличие от мужчины, достаточно одной-двух пуль из кренталя, чтобы умереть.

— Держись позади, — шепнул он ей. У выхода с трапа их уже ожидал небольшой отряд солдат во главе с какой-то черноволосой женщиной в деловом костюме. Чуть в стороне держались фурии с оружием наготове. И все же, если это и была ловушка, то слабая. По сравнению с небольшой армией, что привела Хэлен в свое время, эта горстка людей и фурий была совсем слабой.

Все они были наготове, но не показывали слишком открытой враждебности.

— Добро пожаловать в Домен Правосудия, Владетель.

* * *

Флаер поднялся в воздух, и Кригер ещё несколько мгновений смотрел ему вслед. Владетель вновь отправляется в стан врага, не взяв его с собой, предпочтя ту женщину. Самину. Бесполезную и слабую. Даже новенький, Пирсон, по мнению кузнеца, куда полезнее чем она, а ведь тот не обладает силами.

— Я уже растопила горн, — сказала ему Алетра, как только он вернулся. Девушка набросила жаропрочный фартук на голое тело, видимо считая, что выглядит сексуально, и это должно было произвести впечатление на мужчину, но Кригер просто отметил это про себя как факт. — Так что, будем сегодня делать мне оружие?

— Нет.

Девушка округлила глаза, надула и без того пухлые губы, свойственные дорнийцам, но почти сразу взяла себя в руки.

— Что-то случилось?

— Теон отправился в Домен Правосудия, один. Но это не имеет значения. У меня есть другая работа.

— Мы отправляемся искать убийцу Арвин, да? — от одной мысли об этом руки и ноги девушки объяло алое пламя. С момента смерти подруги Алетра выплескивала свой гнев на металл, помогая Кригеру ковать сталь, но жажда мести терзала её.

— Нет. Мы отправимся за Алчущим. Создателем Бездушных.

— Что?! Но… разве тот, что кто-то похитил меч Теона и убил нашу подругу не важнее?! — вспылила фурия, и пламя теперь объяло её целиком. После проведенной с мужчиной разрядки дар её стал развиваться даже слишком бурно. И в прошлом её контроль оставлял желать лучшего, а теперь все вокруг буквально полыхало, стоило ей хоть чуть-чуть разозлиться. — Он обещал, что мы найдем того, кто это сделал и…

— И мы сделаем это, — голос Кригера как всегда мало что выражал. Он и в прошлом не славился на эмоциональность, а уж с его новым обликом и подавно. — Когда придет время. В данный момент мы знаем лишь то, что сюда прибыли солдаты Домена Силы, и все.

— Возможно, те трупы… тоже дело рук Бездушных? — предположила Алетра, начав успокаиваться.

— Нельзя исключать эту вероятность. Пока мы не знаем больше, нет смысла распылять силы на поиски иголки в стоге соломы, лучше сосредоточимся на том, что нам известно.

Кригер считал так же, как и Алетра. Поиски того, кто забрал Рэман-дал-Тор были первостепенной задачей, но никаких зацепок нет. Все записи с камер видеонаблюдения были стерты начиная от момента, когда застрелили Генриэтту. Не понятно, ни кто именно убил людей из Домена Силы, ни куда в итоге делось тело Управляющей.

— Но нам ничего неизвестно, ты же сам это только что сказал.

— Вовсе нет. На самом деле решение твоей проблемы дало нам очень хорошую зацепку.

— Я не понимаю…

— Таисия Мей, — напомнил Кригер, и от упоминания этого имени Алетра скривилась. — Когда появились Бездушные, она им приказывала. Ты что, уже забыла?

— Все тогда произошло так быстро и… — девушка сделала глубокий вдох. — Думаешь, она была этим Алчущим?

— Не думаю. Вестра говорила, что столкнулась сразу с двумя незадолго до пробуждения Теона, а мы в это время уже были в пути. Нет, Бездушными управлял кто-то другой, но раз они охраняли Таисию, значит она была с ним связана. Они были любовниками, друзьями или даже родственниками. Как бы то ни было, Таисия Мей — это нить, по которой мы рано или поздно доберемся до Алчущего. Что тебе известно об этой женщине?

Алетра нахмурилась, пытаясь вспомнить любую важную информацию.

— Не так много, — в конце концов высказалась она. — А полезного для нас — почти ничего.

— Сосредоточься, Алетра. Любая зацепка. Любая мелочь, которая может показаться тебе незначительной.

— Извини…

— Тогда план «Б», — сказал Кригер и направился в сторону выхода из кузни.

— Постой! — Алетра тут же бросилась на поиски своих штанов.

Кригер припомнил брошенную Нефис дор-Мантэс фразу о том, что Зиммер взломал автодок для того, чтобы её подлатать, и логично решил, что этот умник может взломать не только медицинское оборудование.

Кайл Зиммер обнаружился неподалеку от своего робота, отдавая приказы.

— Эй, безногий, нам нужно поговорить.

— Да как ты смеешь! На себя бы посмотрел, образина! — зашипела светловолосая девица, которая постоянно ошивалась рядом с Зиммером.

— Тихо, Фэри. Не нужно его злить, — Зиммер Кригеру не нравился. Вечно улыбающийся и располагающий к себе. Обычно такие люди являются самыми прогнившими. — А вы, я так полагаю, Кригер… Мы ещё не знакомы. Я…

— Я прекрасно знаю, кто ты. Мне нужна твоя помощь.

— Если тебе нужна помощь, то может для начала узнаешь такое слово как «ВЕ-ЖЛИ-ВОСТЬ»?! — вновь огрызнулась девчонка.

— Фэри!

— Если хочешь, я займусь её дрессировкой. Научу приносить мячик и отучу тяфкать на людей.

— Ты охренел?! Я не собака!

— Разве? А по мне отличий нет.

— Ах ты…

— Хватит! — не выдержал Зиммер, наконец решив повысить голос. — Так что вы хотели, господин Кригер?

— Мне нужно найти одного человека. Точнее всю имеющуюся о нем информацию. Всех, кто с ним связан: родственников, друзей, любовников. Это возможно?

— Для этого мне придется получить доступ к центральному архиву Арбитража, — задумался Зиммер. — Но даже при всем желании я не уверен, что у меня получится. Скорее всего понадобится получить прямой доступ к серверам.

— А где они находятся?

— В Домене Разума.

— Значит туда мы и отправимся.

— Вас туда не пустят, — покачал головой Зиммер. — Если, конечно, вы не собираетесь пробиваться туда силой.

Кригер мог бы, но, немного поразмыслив, решил, что это плохой вариант, и Теон бы не одобрил подобных действий. Пока что с Доменом Разума у них никаких прямых конфликтов не было, и учитывая, что именно они заведуют всеми финансами в Риндероне, с ними без прямой необходимости ссориться нет смыла.

— А может, вам проще попросить об этом сестру Лифэтты? — все удивленно посмотрели на слегка запыхавшуюся Алетру, примчавшуюся за Кригером под конец их разговора. — Она же Архонт и по идее должна иметь доступ туда, куда не могут попасть простые фурии.

Глава 3. Домен Правосудия

— Да вы просто спятили, — Нефис обвела взглядом всех присутствующих: и уродливого Кригера, и Кайла, и его ненормальную девицу с замашками уличного хулигана. Ещё в комнате присутствовала меднокожая девушка с густыми рыжими волосами, которую Нефис видела от силы пару раз и понятия не имела, как ту зовут. — Не собираюсь я подставляться и проникать в базу данных Домена Разума. Тем более у меня и так есть туда доступ через зашифрованный канал.

— Правда? — обрадовался Кайл. — Это просто замечательно!

— Тогда найди нам все, что есть на Таисию Мэй, — Крегер скрестил руки на груди, отчего Нефис стало слегка не по себе. Было что-то жутко-отталкивающее в этом человеке, и речь даже не о его внешнем виде.

— Кто это?

— Просто найди.

Нефис фыркнула, но отказывать не стала и быстро ввела в поисковике нужное имя. Браслет отправил запрос на сервер, и уже через несколько секунд пришел ответ.

— Дайте мне минутку… — сказала Нефис, начав изучать полученное личное дело, и практически сразу заметила в нем странности. Пробелы. Очень много пробелов. У этой женщины есть лицензия фурии, но при этом она не приписана ни к одному из Доменов, что было абсурдом. Так или иначе любая фурия приписывалась к какому-либо Домену и обязана была проработать там как минимум пять лет. Но эта Таисия Мэй была призраком до двадцати двух лет, когда ей и выдали лицензию.

Все это Нефис зачитала вслух присутствующим.

— Родители, братья, сестры, друзья? Дай мне хоть что-нибудь.

— Говорю же, с этим досье что-то не так. Его словно… подчистили. Некоторые пункты, которые должны быть тут, попросту отсутствуют.

— Значит, никакой полезной информации… — задумался Кригер.

— Не может быть, чтобы совершенно ничего не было! — вспылила дорнийка, и её на несколько секунд охватило алое пламя. Нефис про себя отметила этот сильный дар, но вместе с тем плохой контроль юной фурии. — Должно быть хоть что-то! Эта сука уже много лет крутилась вокруг моей матери.

— Матери? Кто твоя мать?

Девушка тут же замялась и потупила взгляд, не спеша отвечать, но вместо неё это сделал Кригер.

— Йондра Велв. Насколько я слышал, она жрица Истинного Пути.

— А, та, что погибла несколько дней назад в пожаре? Сочувствую, девочка, — обратилась Нефис к молодой фурии, но не похоже, чтобы та была хоть на каплю опечалена случившимся. — Я не была с ней знакома лично, но слышать доводилось. Эта женщина была крайне влиятельна в Риндероне.

— Возможно, ты знаешь тех, кто был близок к Йондре, раз ты слышала о ней? — Кригер зашел с другой стороны, и Нефис задумалась.

— Я знаю таких, но вряд ли вам это что-то даст. Йондра Велв плотно пустила корни в этот город, и едва ли какая другая жрица с ней сравнится. Все адепты Истинного Пути, наделенные хоть какой-то властью, тесно с ней общались. А это почти весь высший свет Риндерона. Это будут сотни имен.

— Мне они нужны, — Кригер был тверд. — Они все. И желательно с кратким пояснением, кто они и чем занимаются.

— Попробую что-нибудь сделать, — нехотя согласилась Нефис. В конце концов, она в Домене Власти в качестве гостя, а для гостей здесь не так уж много дел. — Но как по мне, это пустая трата времени.

* * *

Нефис сдержала свое слово, и уже через несколько часов на столе Кригера лежала небольшая стопка листов со списком имен. Алетра протянула руку, чтобы взять один из них, но мужчина легко ударил её по ладони.

— Ай! Ты что?!

— Не трогай, — сказал он ей, продолжив изучать документы. Алетра вновь вспыхнула пламенем, но быстро успокоилась, поняв, что на Кригера это не действует.

Мужчина тем временем внимательно вчитывался в имена и описания.

«Управляющая Школы…»

«Посол…»

«Старший легист…»

«Проверяющая…»

«Младший директор…»

Одно имя сменялось другим, одна фамилия — другой. Кригер внимательно читал длинный список и пытался выстроить в голове какую-нибудь связь, помимо Истинного Пути. Мужчина и сам не знал, что именно ищет.

Наконец, прочитав внимательно весь список, Кригер отложил бумаги и откинулся на спинку стула.

— Ничего? — догадалась Нефис, и на её губах на мгновение возникла победная улыбка, словно говорящая: «а ведь я говорила, что так и будет».

— Не совсем, — не согласился кузнец.

Вновь взяв в руки всю стопку, он стал отделять лист за листом, попутно ещё успевая подчеркивать некоторые имена маркером, а когда закончил, протянул помеченные листы Нефис.

— И что это? — нахмурилась она, проглядев бумаги. — Вы отметили Архонтов?

— Остальные меня не интересуют.

— Почему?

— Теон поручил мне найти Алчущего. Того, кто создает и управляет Бездушными. Таисия Мей является приближенной к нему, а следовательно, скорее всего, часто с ним контактировала.

— Тогда я могу точно сказать, что половина списка не актуальна. Я писала лишь про тех, с кем общалась, по слухам, Йондра Велв, а не Таисия Мей. Пусть они и были вместе, но у них могут быть разные круги общения.

— Алчущий или такой же близкий к нему в данный момент имеет доступ к высшим каналам связи. Бездушные участвовали в нападении на Теона в больнице, а значит тот, кто их послал, был прекрасно осведомлен о ситуации.

— И все равно мне кажется это притянутым за уши. Мы понятия не имеем, как этот ваш Алчущий получил эти сведения. Вариантов может быть масса!

— Верно. Но это пока что наша единственная зацепка. А раз нет других, то я собираюсь пройтись по всем и каждому, пока не узнаю правду.

— Пройтись? В смысле? — опешила Нефис, осознав, что именно Кригер имеет в виду под «пройтись». — Стой! Это очень плохая идея. Большая часть, а может быть и вообще никто, из этого списка ничего не знает. Тут нужно решить вопрос иначе.

— Я вспомнила, — внезапно сказала Алетра, которая украдкой все-таки заглянула в списки имен.

— Что ты вспомнила?

— Её, — фурия указала на имя женщины. — Чирида де-Йорг. Я её знаю.

— И?

— Нет, ты не понимаешь. Я её знаю.

Кригер бросил на девушку мрачный взгляд.

— Можешь выражаться конкретнее? — попросил её мужчина.

— Я помню, как после одного из… наказаний, когда эта конченая сука думала, что я потеряла сознание, она звонила этой Чириде. Я урывками помню их разговор. И… — Алетра поморщила лоб, пытаясь вспомнить детали той беседы. — И она что-то говорила о «подходящем материале», и почему-то речь была словно о людях, а не каком-то сырье. Возможно, все это ерунда…

— …а возможно, это именно то, что мы искали. Фабрика, где производят Бездушных, — если бы Кригер умел улыбаться, то, вне всякого сомнения, сделал бы это. — Тогда самое время навестить эту Чириду.

* * *

— Добро пожаловать в Домен Правосудия, Владетель, — сказала Теону женщина, сухо улыбнувшись. В её взгляде не было и намека на радушие, лишь настороженность и опасение, а также некая уверенность в собственных силах. Она пыталась смотреть на Теона свысока, но это было свойственно практически всем хоть что-то из себя представляющим фуриям. Они смотрят на мужчину сверху вниз ровно до того момента, пока на личном опыте не осознают, насколько велика пропасть между ними.

— С кем имею честь?

— Янрис дор-Уон, временно исполняющая обязанности главы Зеленого Этажа.

— Замена Хэлен, — зловеще усмехнулся Теон. При упоминании предшественницы женщина едва заметно дернула щекой.

— Можно сказать и так. Собрание по вопросу новой должности должно будет состояться через несколько недель. Скорее всего, я займу этот пост на постоянной основе.

— Что-ж, тогда поздравляю. Наверное.

Пусть Теон и не видел Самину, но даже так ощущал её неуверенность. Это был первый раз, когда фурия явилась на свое прошлое место работы с того момента, как её зачислили в преступники. И пусть сейчас она получила помилование, но не факт, что к ней тут будут нормально относиться.

— Что привело вас сюда? Признаться по правде, меня крайне удивило оповещение службы безопасности о том, что судно из ЗиммерТех везет на своем борту самого Теона Альдрима.

— Как я понимаю, недавно вы захватили одну женщину. Блондинку. Я хочу её видеть.

— Не очень понимаю, о чем вы, — нахмурилась женщина.

— Самина.

— Она не врет, — это была одна из причин, почему он взял с собой помощницу. Крайне удобно иметь рядом того, кто может определять, говорит ли человек правду.

— Разумеется, я не вру, Самина Лэмфорд, — Янрис обожгла помощницу Теона испепеляющим взглядом, но девушка с готовностью выдержала её взгляд. Теон даже заметил на губах стоящей рядом фурии что-то вроде насмешливой улыбки. — Уж кому как не тебе это знать.

— Мне не важно, знаете ли вы о ней или нет. Её доставили сюда, и я хочу её видеть.

— Допустим, та, о ком вы говорите, здесь. Зачем вы хотите её видеть? Кто она?

— Это вас не касается, — Теон смерил женщину высокомерным взглядом. Мужчина терял терпение. Он должен был немедленно увидеть Лиамару, раньше, чем в дело вступят Старые Боги.

— Все, что происходит в этом здании, меня касается, — не согласилась Янрис. — И не нужно так на меня смотреть. Я вас не боюсь, и даже слухи о том, что вы причастны к смерти моей предшественницы, меня не волнуют. Я никому не позволю указывать мне на моей территории.

Позади Янрис возник Утрен, старый учитель Теона и один из самых ненавистным ему людей. Он подошел к женщине со спины, и его руки сомкнулись на её шее. Призрак словно пытался душить её, но сама временная глава Зеленого Этажа не замечала потустороннего воздействия.

— И все же я вынужден настаивать. — Теон не собирался просто уходить, но и создавать конфликт на пустом месте с его стороны было бы глупо. Ему нужны союзники, а не новые враги. — Мне нужно её увидеть.

— Я все ещё жду ответа на вопрос, — не собиралась отступать Янрис. — Кто она?

— Кое-кто очень важный. Думаю, в ваши базы она занесена как Вершительница Судеб.

— Что? — Янрис едва не рассмеялась. Активировав свой браслет и пролистав список заключенных, содержащихся в изоляторе, она сильно удивилась. — Ерунда какая-то… У неё нулевой И-показатель. Она не фурия. И что это за имя такое, Вершительница Судеб?

— Раз она не фурия, то я могу её забрать?

— Не так быстро, — Ярис не позволила Теону взять инициативу. — Даже если она не фурия, она преступница, обвиняемая в нападении на легистов, и предстанет перед судом. Насколько я помню, Домен Власти собрался взять на себя заботу об Опустошителях, но пока что все, что он делает, это создает проблемы другим и укрывает предателей от справедливого наказания, — последние слова глава Зеленого Этажа произнесла, смотря точно на помощницу Теона, недвусмысленно намекая, о ком именно идет речь.

— Я была помилована, Янрис, и ты это прекрасно знаешь. — фыркнула Самина.

— Я-то знаю, но это касалось лишь уже свершенных преступлений. У меня очень много к вам вопросов относительно того, что случилось в Течфордской больнице. Домен Силы пытается все замять, но трупов уж слишком много.

— Все вопросы к Домену Силы, — Самина пожала плечами, и глава Зеленого Этажа сердито сверкнула глазами.

Похоже, в прошлом эти две фурии не слишком ладили.

Поняв, что не увидев задержанную женщину, Теон не уйдет, Янрис согласилась сопроводить их в изолятор, но лишь при условии, что она тоже будет присутствовать при разговоре.

Это решение далось главе Зеленого Этажа с трудом. Будь её воля, она бы просто вышвырнула этих двоих из Домена Правосудия, но всерьез опасалась проблем. Общественность видела в Теоне вестника перемен, а вот внутри Доменов уже были в курсе о том, сколько людей и фурий погибло с момента его пробуждения.

Она не хотела бойни на территории Домена Правосудия, тем более из-за какой-то неизвестной девицы.

Башня Домена Правосудия внутри оказалась полой и имела огромный атриум, занимавший добрую половину этажей. Внутри этого атриума на разной высоте находились своеобразные «островки», полные зелени. Похоже, в них легисты могли отдохнуть во время рабочего дня.

— Мило тут у вас, — сказал Теон, разглядывая атриум через прозрачную стенку лифта.

— Мы заботимся о своих работниках, — отметила Янрис.

Лифт остановился, и глава Зеленого Этажа попросила следовать за ней. Они шли втроем, но Теон не сомневался, что где-то рядом находится в готовности как минимум один, а то и несколько боевых отрядов.

Янрис не обманула и привела прямиком в изолятор, где содержались фурии. И их реакция на появление мужчины была совершенно разной. Одни испуганно таращились на него, не веря своим глазам, другие что-то спрашивали. Одна ненормальная, покрытая татуировками с ног да головы, разделась догола и терлась грудью о стекло, ухитряясь при этом ещё его и облизывать.

Теон даже не посмотрел на неё, несмотря на все попытки привлечь внимание.

— Если я правильно поняла, о ком вы говорите, то она должна находится вот тут, — сказала Янрис, подводя гостей к одной из камер.

— Если это шутка, то вы о ней пожалеете, — Теона охватил гнев. Ему после встречи с Сиобаном было гораздо сложнее контролировать собственные эмоции, потому что злость Банрат-тан-Азура по-прежнему была где-то там, разливаясь в его разуме как керосин, ждущий любой маленькой искры.

— О чем вы? — начало было Янрис, но все мгновенно все встало на свои места. Камера была пуста. — Минутку… что-то не так. Она точно должна быть здесь. Любое освобождение проходит через мое одобрение, поэтому… — женщина начала изучать данные в своем браслете. Теон терпеливо ждал, но с каждой секундой его терпения становилось все меньше. — Странно… Кто-то отдал приказ на перевозку. Буквально минуту назад транспорт с ней покинул здание Домена.

— Мне казалось, вы тут главная.

— Я. Но это приказ первостепенной важности. Его отдал кто-то из Старших Архонтов.

— Кто?!

— Я не знаю. Подобные приказы обезличены. Кто именно из Старших отдал его, скрывается, это стандартная практика.

— Можете его отозвать?

— Могу попробовать…

Женщина попыталась связаться с транспортом и отозвать его, но не получилось. Приказ, исходящий от Старших Архонтов, носит первостепенную важность и куда выше, чем указания главы Зеленого Этажа.

— Они едут по земле?

— Да.

Теон повернулся к ближайшей стене, вскинул руку и коснулся Иного. В следующую секунду здание содрогнулось, а в стене перед ним появилось идеально круглое отверстие. И в стене что была дальше. И в следующей…

Теон проделал себе короткий путь и тут же им воспользовался, слыша позади возмущенные крики Янрис. Мгновение спустя Теон оказался снаружи, окидывая взглядом центральную улицу Риндерона с высоты птичьего полета.

Грузовик. Лиамару перевозили по земле, следовательно нужно было изучать дороги.

Теон пролетел круг по центральной улице, высматривая военный транспорт, который должен был выделяться. С каждой минутой тот уезжал все дальше, и тяжело представить, чем именно это обернется в будущем.

Но внезапно Теон заметил хорошо знакомые очертания. Именно такие бронированные грузовики использовал Домен Силы во время нападения на больницу. Мужчина спикировал вниз, бросившись наперерез транспорту, и приземлился прямо перед ним.

Водитель заметил мужчину слишком поздно и с запозданием дал по тормозам. Но, даже если бы водитель этого не сделал, Теон все-равно бы остановил машину с помощью силы.

Транспорт тут же стал сдавать назад, словно пытаясь удрать, и Теон просто разорвал его пополам, отбрасывая в стороны части кузова вместе с людьми, оставляя нетронутой только центральную платформу внутри.

И на этой самой платформе, словно и не заметив, что только что произошло, гордо стояла она. Длинные золотистые волосы развивались от порывов ветра, и увидев её, Теон понял, что все было не зря.

Это действительно женщина из его сна.

Глава 4. Длань

— Теон Альдрим. Я искала тебя, — женщину, кажется, совершенно не впечатлило совершенное Теоном. Она спрыгнула с платформы, единственного, что осталось от транспорта, на землю, попутно избавившись от наручников, что сковывали её запястья. Она разорвала их так легко, словно это был не металл, а бумага.

— Значит, это действительно ты… — мужчина все еще не мог поверить, что рядом с ним сейчас находится настоящая Длань Света. Та, о ком слагали легенды. — Думаю, нам стоит поговорить, но это не лучшее место.

— Веди.

— Ты умеешь летать?

— Ты спрашиваешь у Длани Света, может ли она летать? — на красивых губах мелькнуло что-то вроде снисходительной усмешки.

— И впрямь, глупо с моей стороны, — согласился Теон и поднялся в воздух. Женщина, чуть помедлив, полетела следом, и уже через пару минут они приземлились на одну из крыш неподалеку от центра. Тут было тихо, никто в ближайшее время не должен их побеспокоить. Да и лишних ушей тут быть не должно.

— Прости за мой скепсис, но… ты точно та, за кого себя выдаешь? Разве Длани Света не должны быть чем-то большим, чем простые смертные? К примеру, сиять, пускать молнии из глаз и сотрясать землю одним лишь голосом.

— Я могу, но я не вижу необходимости в таком. Я пришла сюда тайно, лишнее внимание мне ни к чему. Этот мир весьма развит и давно не видел кого-то вроде меня, так что явление Длани вряд ли приведет к чему-то хорошему.

— С этим я не могу поспорить. И все же… зачем в таком случае называться своим именем?

— Чтобы привлечь твое внимание. И, как видишь, это сработало. Стоило мне сказать, что я Длань Света, которая разыскивает Теона Альдрима, как ты практически сразу явился.

Теону захотелось рассмеяться. По её словам, все было легко и просто, а на деле — совершенно иначе. То, что он узнал о ней, было не более чем случайностью. Если бы коллега Самины не позвонила и не прислала фотографию, этой встречи не случилось бы. Зато Старые Боги узнали бы о Длани, и тяжело представить, как бы они поступили затем. Возможно, попытались бы убить её, как Таргарона.

По мнению Теона, то, что для Лиамары было само собой разумеющимся, просто верх наивности и надежды на чудо. Но называть Длань, существо, что живет дольше, чем сам этот мир, наивной он не решился.

— Явился, и что дальше? Зачем именно ты пыталась меня найти?

— Я… Я не знаю, — задумалась женщина.

Она и впрямь не знает зачем хотела меня найти? Что за вздор!

— Не знаешь? Как такое возможно? Вряд ли ты проделала близкий путь.

— Так и есть. Мне пришлось пройти больше сотни миров, прежде чем я попала сюда, но я действительно не знаю, какова причина. Впервые за несколько тысяч лет кто-то коснулся древней связи, и она ожила, вспыхнула так ярко! Я почти забыла, каково это — ощутить с кем-то контакт. Как ты это сделал?

— Понятия не имею, о чем ты говоришь. Я просто видел сон, который видел прежде тысячу раз, а затем… ты просто возникла из воздуха, спросив кто я. И откуда ты узнала мое имя, кстати? Не помню, чтобы тогда ответил тебе.

— Оттуда же, из сна. До того, как ты разорвал контакт, я смогла вытянуть из тебя обрывки информации. О том, как выглядит сейчас этот мир, о том, кто ты такой. По той же причине я сейчас так легко разговариваю на вашем языке.

— Удивительно, — Теон не уставал поражаться, насколько удивительными были эти древние силы.

Но куда больше Теона удивила Лиамара. Она вела себя не так, как он предполагал. Она словно даже не пыталась говорить с позиции силы, хотя в отличие от многих местных фурий имела на это полное право. Она казалась простой наивной девушкой, которая просто заблудилась и теперь понятия не имеет, что делать дальше. Но Теон не на секунду не забывал, кто на самом деле стоит перед ним.

— В какой-то момент я опасался, что ты пришла в этот мир по мою душу, — прямо сказал Теон. Этот вопрос он хотел прояснить сразу.

— Возможно, и стоило бы. Будь на моем месте кто другой, так бы и случилось. Ты несешь в себе Тьму Таргарона, для других Дланей ты как бельмо на глазу и одновременно демонстрация того, чего они сами боятся.

— Тьма Таргарона… Значит… Банрат-тан-Азур — это тоже фрагмент Таргарона?

— Ты не знал? — удивилась Лиамара, причем так искренне, словно ребенок, открывший для себя удивительную истину.

— Только догадывался. Он порой показывает мне обрывки прошлого, и я уже успел понять, что Банрат и Таргарон как-то связаны, но до этого момента у меня не было конкретики в этом вопросе. Но как в Длани Света может быть Тьма? Разве вы не были самыми «чистыми» из созданий Истинного Пламени?

— Когда Истинное Пламя пало, — голос Лиамары дрогнул, и Теон лишь сейчас вспомнил обрывки легенд, что именно Вершительница Судеб должна была стоять на его страже, но не смогла остановить Дитя Пустоты и уберечь Пламя от рокового удара.

Если это правда… Возможно, она до сих пор себя корит за это.

— То Великое Единство, стирающее границы человеческого разума и искореняющее смерть, исчезло, было разрушено, но перед этим каждого из тех, кто был связан, коснулась тьма. Простые люди этого практически и не почувствовали, но Длани с их силой — другое дело. Тьма коснулась каждого из нас, и она как болезнь разъедает изнутри. Кто-то борется, кто-то уже сломался…

— Сломался? Хочешь сказать, что кто-то из Дланей превратился в отродье тьмы?

— Да, но вам нечего бояться, — подтвердила она. — И ты, носитель тьмы Таргарона, олицетворение того, с чем мы, Длани, боремся каждый день, каждую минуту своего существования. Потому что эта Тьма однажды выйдет наружу, изменив нас до неузнаваемости. Думаю, тебе не нужно рассказывать что-то ещё. Ты и сам прекрасно знаешь, каково сдерживать свою тьму

Теон кивнул.

— Нам даже проще, ведь твоя Тьма персонализирована и является отражением чужой воли, а вот наша подбирается незаметно и меняет тебя так, что ты этого и сам не замечаешь.

— А почему ты не собираешься меня убивать, как другие?

— Потому что Таргарон был моим другом.

Одной лишь этой фразы было достаточно, чтобы Теон чуть было не ухмыльнулся. Если Таргарон был её другом, следовательно Старые Боги, убившие его — это враги. Если он сможет заручиться поддержкой Длани Света, то у Старых Богов не будет ни единого шанса на победу.

— И одна лишь мысль о том, чтобы навсегда уничтожить его частицу, причиняет мне боль, — закончила Длань свою мысль.

— В таком случае, ты поможешь мне отомстить его убийцам? Они называют себя Старыми Богами. Они убили его и похитили его силу, и я собираюсь воздать им за содеянное, но это непросто. Они превосходят меня по силам и…

— Нет, — твердо сказала Лиамара, резко отвернулась и сделала несколько шагов прочь от Теона.

— Нет? Но почему? Разве ты не ненавидишь их? Они…

— Я прекрасно знаю, что они сделали, Теон Альдрим!

Когда женщина повернулась, Теон невольно отступил. Её глаза вспыхнули золотым пламенем, а хлынувшая во все стороны волна силы была настолько мощной, что будь Теон простым человеком, его бы просто превратило в пепел. Он ощущал невероятную ярость этой женщины и её возмущение.

Но все резко пропало.

— Извини, — женщина потупила взгляд. — Я давно ни с кем не общалась и уже стала забывать, что стоит сдерживать свои эмоции рядом с такими хрупкими созданиями, как вы.

— Давно это сколько? — не сдержал Теон любопытства, переводя дух. Её мощь была просто запредельной, гораздо выше, чем продемонстрировал тогда Сиобан, а ведь это лишь малая кроха её сил.

— Не знаю. Последний раз я общалась с кем-то вскоре после смерти Таргарона.

— Это ведь тысячи лет…

— Да, наверное.

— И чем же ты занималась все это время?

— Сидела на границе с Пустотой и ждала.

— Чего именно?

— Когда Тьма меня полностью поглотит. Я собиралась дождаться этого момента, и когда настало бы время, просто шагнула бы в Пустоту, позволив той меня поглотить. Но, судя по всему, до этого ещё далеко, поэтому я и тут. Решила узнать дальнейшую судьбу Тьмы Таргарона.

Две тысячи лет одиночества и ожидания… По сравнению с семистами годами Теона это кажется сущей ерундой. Но больше всего удивляло, что Лиамара пошла на это добровольно. Она могла в любой момент уйти, но просто ждала в полном одиночестве. Ждала момента, когда она сможет просто оборвать свою жизнь. Или, как иногда бывает с самоубийцами, она пыталась найти причины жить., в глубине души надеялась, что появится кто-то, кто в последний момент спасет её.

Может, она тут именно поэтому, просто сама этого не понимает?

В любом случае, я не собираюсь отказываться от своих планов.

— Я не собираюсь вмешиваться в твое противостояние с учениками Таргарона.

— Ты собираешься просто простить их?

— Я уже наказала их. Их собственная сила стала их же темницей. Они запечатаны внутри своей силы и не способны причинить кому-то вред.

— Они нашли способ обрести свободу, — покачал головой Теон. — Они все ещё привязаны к своей темнице, но они не внутри неё.

Эти слова удивили Лиамару, а затем она нахмурилась и задумалась.

— Освободится можно лишь снаружи. Видимо, кто-то открыл одну из темниц, а затем пленник помог освободиться другим. Но это мог сделать лишь тот, кто управляет Светом так же, как Длани.

— Хочешь сказать, что их освободила другая Длань?

— Нет, не думаю. Но кто-то, кто сохранил в себе искру Истинного Пламени. В конце концов, не только Длани сражались в той войне.

— Страж?

— Возможно, но разумных Стражей нет. Ими управляло либо само Истинное Пламя, либо Арвирос. Да и в любом случае, все это не имеет ни малейшего значения. Даже если они все или кто-то из них освободился, это ничего не меняет. Я уже наказала их однажды и не собираюсь делать этого вновь. Даже если они убили Таргарона, все это уже в прошлом. Их повторное заточение ни на что не повлияет.

— Ещё как повлияет! Они ломают этот мир! Слышишь?! С каждым годом они все сильнее нарушают баланс! Раньше в этом мире царила гармония, но после их пробуждения баланс нарушился. Мужчины, использующие силу, больше не рождаются! Теперь лишь женщины могут касаться Иного, и дар уже начинает увядать. Пройдет ещё несколько столетий, и ни останется ни одного Ткача Иного. И после этого ты говоришь, что их смерти ничего не меняют?!

— А ты нагл, Теон Альдрим, — тонкие брови Лиамары сошлись на переносице, а в глазах вспыхнула золотая ярость. — Врешь мне, смотря прямо в глаза.

— Вру?! Да это чистая правда! Они яд этого мира! И если мы…

— То, что ты в это веришь, не делает твои слова правдой.

— О чем ты? — напрягся Теон, невольно отступив на шаг под тяжелым взглядом горящих желтых глаз.

— Не ученики Таргарона нарушили баланс этого мира, и не из-за них мужчины с даром больше не рождается.

— А кто же тогда виновен?

Теон все это время думал, что причина в Старых Богах. Даже Руннэт так думала, обвиняя в этом «Шлюху».

— Посмотри в зеркало, Теон Альдрим.

— Что? Но я… Я ничего не делал! Да и зачем мне это? Ты ошибаешься! Или… — Теон судорожно думал, пытаясь понять, что он мог такого совершить, чтобы исказить баланс. — Луна! Это из-за луны?

— Нет. Луна тут совершенно не причем, но я точно знаю, кто виноват в этом преступлении. И этот человек стоит прямо передо мной.

Глава 5. Сломанный баланс

— Ты хочешь сказать, что в нарушении баланса мира виноват я? — Теон не мог поверить в услышанное. Он бы рассмеялся, если бы не та уверенность, с которой говорила Вершительница Судеб. — И что луна тут совершенно ни при чем? Что за вздор! Я не делал ничего такого, что могло бы привести к подобным последствиям.

— Ты сделал многое. Например, убил ученика Таргарона.

— Могдина? Он был чудовищем!

Впрочем, как и я сам.

— Хочешь сказать, что его убийство — всему причина?

— Косвенно.

— Объясни! — потребовал Теон. Он слишком привык говорить с позиции силы, позиции правителя, который завоевал почти весь мир. Он даже и не сразу понял, что повысил голос на ту, что способна обратить его в пыль одним лишь взглядом.

Лиамара задумалась, окинула взглядом своих, теперь уже золотых, глаз город, после чего тихо начала рассказ.

— Я хорошо помню, каким этот мир был раньше. Катаклизм, вызванный гибелью Истинного Пламени, сильно ударил по многим мирам, часть из которых была просто стерта, а другая пострадала так сильно, что жизнь на них была почти невозможна. Этот мир был из последних. Катаклизм изменил его орбиту, отчего одна часть мира превратилась в сплошную пустыню, а другая оказалась окутана вечными льдами.

Но люди смогли выжить. Они укрылись в пещерах, где питались водорослями, грибами и рыбой, обитающей в подземных реках и озерах. И именно в этом мире Таргарон нашел свое предназначение. Он, как и многие Длани в тот момент, был потерян, лишен предназначения. Кто-то остался в мире Тьмы, чтобы продолжить войну, а кто-то попытался восстановить нашу вселенную после катаклизма. Таргарон был из последних.

Он исправил орбиту этого мира, принес растения и животных с окраинных миров, и все ради того, чтобы вернуть в этот мир жизнь.

— Ты видела все это своими глазами?

— Да, — Лиамара оживилась.

Когда она обвиняла Теона в преступлении, то казалась суровой и безразличной одновременно, но сейчас она рассказывала о чудесных временах, как казалось ей самой, и это было слышно в голосе.

— Видела и «пещерных людей», и как зацвели поля. Я… — кажется, Длань немного засмущалась, — тоже принимала участие в этом. Я помогала ему. Меняла ландшафт и занималась другими вещами. Но не слишком долго. В какой-то момент я поняла, что начинаю жить его идеями и целями. Таргарон был этому рад, а я не очень. Но это была не единственная причина. Он собрался совершить нечто невозможное, опасное и глупое, и я не хотела в этом участвовать. Он собирался разделять себя с остальными.

— Разделить себя? Я не понимаю…

— Ты ведь знаешь, что когда Истинное Пламя правило этой вселенной, не существовало смерти, болезней, или чего-то подобного. Люди жили в гармонии и равновесии, мысли и чувства были общими. Каждый был как открытая книга для других, отчего легко можно было находить общий язык. Это был идеальный мир. Как жаль, что он этого не понял…

— Он?

— Неважно, — отрезала Лиамара. — Таргарон собирался все это вернуть. Пусть не в размахах всей вселенной, но хотя бы в рамках одного конкретно взятого мирка. Он называл это…

— Последний Час, — догадаться об этом не сложно, ведь именно к этому сводилась вся вера Детей Света. К тому, что настанет Последний Час, и мир объединится.

— Верно. Последний Час. Момент, когда время перестанет существовать. Исчезнет смерть, страдания и боль. Мир остановится, чтобы продолжить существовать в вечности.

— Больше похоже на вечный ад, — Теону всегда так казалось, когда речь заходила о старом мире, управляемом Истинным Пламенем.

— Он говорил так же… — печально произнесла Лиамара, вновь не став объяснять, о ком именно идет речь.

— Пока что ты рассказываешь мне то, что известно из старых сказок и никак не связано со мной.

— ВСЕ это взаимосвязано, — не согласилась Длань. — Таргарон должен был разделить себя с людьми, в какой-то мере каждый из них стал бы Таргароном, а он бы стал частью их. Образовался бы симбиоз, цель которого — Великое Единение.

— А он сам? Что случилось бы с ним самим, после этого Единения?

— Этим этот план мне и не нравился, и именно из-за этого я отказалась участвовать в этом безумстве. Он не знал. Да и откуда? Никто никогда не пытался занять место Истинного Пламени! В лучшем случае он бы стал одним из этих людей, влился бы в их общество. В худшем… он как личность растворился бы в сознании остальных. Теперь мы этого уже не узнаем.

Стать частью общества… Связать себя с людьми…

Это Теону кое-что напоминало. Его самого, Банрат-тан-Азура и призраков, которые так любили сводить его с ума. Они словно создавали что-то подобное, но в какой-то иной, извращенной и безумной форме.

— Но этот план был не так прост. Таргарон не мог просто передать частицу себя человеку, та бы просто выжгла его изнутри. Чтобы совершить задуманное на должном уровне, он провел эксперимент. Он взял одиннадцать человек, которых счел достойными, и наделил их силой. Сделал первыми Ткачами Иного, как их впоследствии стал называть. Он развивал их силу, чтобы в какой-то момент дать частицу себя, возвысить, сделать их бессмертными и первыми людьми, что войдут в Великое Единение. Но все пошло прахом.

— Они его предали. Я в курсе, — Теон невольно стиснул зубы от закипающего внутри гнева. Банрат-тан-Азур злился, вспоминая то время.

— Предали, но тебя никогда не интересовало, почему?

— Потому что они были алчны. Они захотели ещё силы.

— Отчасти, — кивнула Лиамара. — Но это не все. Они не хотели становиться частью коллективного сознания. Они хотели продолжить жить как жили, быть единственными, а не первыми из многих. Поэтому они его убили.

— Меня вообще удивляет, что они оказались на это способны. Он отдал им крохи, лишь малую часть. Как они смогли нанести удар такой силы, что тот оказался смертельным?

— А вот здесь мы подступаем к главной теме нашей беседы, к тому, что ты так хотел узнать. Таргарон не мог дать Свет всем. На взращивание тех, кого теперь называют Старыми Богами, у него ушли долгие годы. А это были лишь одиннадцать человек, и их сила по наследству не передавалась. Поэтому он пошел по другому пути. Он решил превратить каждого человека в Ткача Иного. Это было сложно, я бы даже сказала почти невозможно, но он придумал, как. От столетия к столетию их должно было становиться все больше, а за счет слияния и взаимодействия мужской и женской энергии от поколения к поколению дар должен был крепнуть. Спустя тысячи лет, когда все жители мира превратились бы в сильных и могущественных Ткачей, ему было бы достаточно просто внедрить в Иное свою силу, мгновенно связав всех вместе.

То, что Теон услышал было невероятным. Выходило, что Ткачи Иного — это что-то вроде зародыша? Зародыша будущих сверхлюдей, которые были бы так же могучи, как Старые Боги?

Безумие… Просто Безумие!

— Но Таргарон был убит раньше, чем сумел завершить свой план, — продолжила Вершительница Судеб. — И все же его детище продолжило жить и дальше. Он создал три полюса, на трех континентах. Мужской, женский и управляющий, в который и должна была быть внедрена его сила. Мужской позволял рождаться мальчикам-Ткачам, Женский — фуриям.

— Значит, один из этих полюсов был разрушен?

— Разрушен тобой, — уточнила она.

— Но я ничего не разрушал! — фыркнул Теон. — Ты можешь сказать прямо, что именно я сделал, разрушило этот мужской полюс?!

Лиамара ответила, но вовсе не словами. На её губах возникла едва заметная полуулыбка, а в голове Теона стали появляться смутные образы. И это были не какие-то чужие картинки, а его собственные воспоминания.

— Коснись, — предложил Теон Кригеру, но тот сомневался. Лишь спустя минуту кузнец прошел к кристаллу и коснулся его, а уже через секунду отшатнулся, схватившись за голову.

— Что это?! Оно… Оно было в моей голове! Эта… ярость… эта… Оно… Оно живое!

— Это Таргарон, — прояснил Теон, и от услышанного имени Кригер вздрогнул, удивленно уставившись на Владетеля.

— Невозможно! Это самолично Длань Света?! Я в это не верю!

— Самолично — сильно сказано. Таргарон мертв уже две тысячи лет, предан и убит. То, что ты видишь, лишь один из оставшихся после него фрагментов. Сгусток его гнева и фрагменты воспоминаний, заключенные в кристаллизованном Свете. И я хочу, чтобы ты выковал из этого оружие.

— Нет! — воскликнул Теон, отшатнувшись от женщины и схватившись за голову. Все мгновенно встало на свои места. Все вопросы нашли свои ответы.

Почему мужчины перестали рождаться лишь после Небесного Раскола.

Как Старые Боги могли убить Таргарона, но при этом не разделить между собой такой жирный кусок. И почему его нашли глубоко в пещерах в неделе пути от Бонхарда.

— Нет! Нет! Нет! Нет!

— Именно так, Теон Альдрим, — печально произнесла Лиамара. — Всему виной твоя ненависть. Ты так ненавидел Старых Богов, так желал оружие, способное их победить, что даже не подумал о том, что уничтожаешь нечто важное. А теперь весь мир пожинает плоды твоей ненависти.

* * *

— Все готово, госпожа, — сообщила служанка, и Тристи удовлетворенно кивнула, разглядывая обнаженного мужчину, лежащего на металлическом столе. Он был крепким и сильным снаружи, но сломленным внутри. Его гениталии были удалены, а на теле хватало свежих следов пыток. Взгляд мужчины был затуманен от дурмана, но это тоже все было необходимой частью древнего ритуала.

Ей нравился этот момент с того самого дня, когда отец показал, как это делается. Было что-то невероятное в этом моменте превращения безвольного куска мяса в идеальное оружие, способное подобраться к жертве вплотную так, что она даже не осознает этого.

Тристи положила руку ему на грудь и вслушалась в размеренный стук сердца. Галатея следила за этим, оставаясь чуть в стороне и не скрывая саркастическую полуулыбку. Но Тристи было совершенно плевать на это, ведь мать не понимала всю интимность этого момента. Это было сродни разрядке, но гораздо более изощренной и сложной. Когда одна душа полностью переходит под контроль другой.

Другая служанка принесла Тристи небольшой металлический кейс, который уже через минуту она поспешила открыть. Внутри на подставке находился изящный костяной кинжал, остротой не уступающий стальным аналогам, но одновременно таящий в себе гораздо большую силу.

Фурия осторожно извлекла кинжал из кейса и не менее осторожно коснулась острием того места, где располагалось сердце. Капля кровь тут же стала растекаться по костяному клинку, игнорируя все законы физики, и мужчина одновременно с этим задрожал.

— Тихо, тихо, — ласково заговорила Тристи, поглаживая свободной рукой его по волосам. — Скоро все закончится. Очень скоро.

Взор человека немного прояснился, но в нем все еще хватало тумана.

— Повторяй за мной. Слово в слово.

— Я… Повторю…

— Я отдаю тебе, моя госпожа, владычица костей, свою душу, плоть и кровь.

— Я… отдаю тебе, моя госпожа… владычица костей… свою душу, плоть и кровь, — мужчине было тяжело говорить, словно невидимые руки взяли его за горло.

— Отныне мои боль и печаль принадлежат тебе.

— Отныне мои боль и печаль… принадлежат тебе. Агрх…

В этот раз сопротивление было велико, но «материал» был хорошо обработан, так что это мелочи, маленькие ухабы на пути, не более того. Женщина надавила на кинжал, и тот погрузился глубже в плоть.

— Я буду твоими руками, глазами, ушами до самой смерти.

— Я буду… Я буду…

— Я буду твоими руками, глазами, ушами до самой смерти, — настойчиво повторила она.

— Я буду твоими руками… гла-гла-глазами, ушами… до… до… самой смерти.

Тристи улыбнулась и что есть сил надавила на костяной кинжал. Клинок пронзил сердце мужчины, и тот тут же обмяк. Небольшой камушек на рукояти кинжала, ранее бывший прозрачным, едва заметно засветился и превратился в зеленый. Как только это произошло, Тристи извлекла необычное оружие, и рана в груди у мужчины тут же исчезла, словно её и не было.

— Встань, — приказала она, как только служанка отвязала пленника от стола. Стоило прозвучать этим словам, как мужчина занял вертикальное положение, а затем слез со стола, встав перед фурией в полный рост. Тристи, окинув взглядом его широкие плечи и мускулистую фигуру, протянула своей новой марионетке кинжал. — Теперь он твой. Береги его.

Бездушный поклонился и удалился, а Тристи перевела взгляд на другие столы, на которых тоже лежали скованные люди.

Да, сегодня у меня много работы.

Глава 6. Следующая темница

— Твой босс умеет уйти эффектно, — хмыкнула Янрис дор-Уон, хмуро посмотрев на сквозную дыру в стене здания, а точнее на дыры, ведь Теон Альдрим проломал в общей сложности десять стен для того, чтобы уйти. Затем Янрис смерила Самину все тем же холодным взглядом. — В следующий раз говори ему, чтобы использовал лифт.

— Непременно, — Самина смогла выдавить из себя вежливую улыбку. — Думаю, мне пора…

Помощница Теона уже собралась покинуть здание, справедливо рассудив, что мужчина вряд ли сюда вернется. В конце концов, он и сам может о себе позаботится, а оставаться одной в стане потенциального врага фурии не хотелось. На своем прошлом месте работы без поддержки она ощущала себя слишком уязвимой.

— Я бы хотела, чтобы ты немного задержалась.

— Не думаю, что удерживать меня — это хорошая идея.

— Ничего такого, — Янрис примирительно подняла руки и улыбнулась, но вот взгляд оставался холодным. — Просто предлагаю выпить кофе.

Самина недовольно поджала губы. Она догадывалась, о чем собирается поговорить нынешняя глава Зеленого Этажа. Разговор предстоял неприятный, но глупо было ожидать, что его получится избежать. Рано или поздно кто-нибудь из Домена Правосудия так или иначе его бы инициировал, и Самина решила, что лучше всего будет прояснить все здесь и сейчас.

На лифте в кафетерий они спускались в полной тишине. Никто не спешил начинать разговор раньше времени. Самина невольно размышляла о том, что сейчас лифт опустится на несколько этажей ниже, и там её уже будет ждать команда захвата.

Но Янрис не обманула. Они вышли на этаже кафетерия, подошли к одному из автоматов для варки кофе, и глава Зеленого Этажа начала делать заказы.

— Сахар? Сливки?

— Просто черный. Без сахара.

— Следишь за фигурой? — усмехнулась фурия, на что Самина криво ухмыльнулась, когда женщина отвернулась, чтобы забрать заказ. — Держи.

Женщины отошли чуть в сторону от других фурий и заняли один из столиков у самого края площадки, с которой открывался отличный вид на атриум Домена Правосудия.

— Так о чем ты хотела поговорить? — прямо спросила Самина, решив, что стоит побыстрее закончить с формальностями.

— Как будто ты не догадываешься. А ведь тебе пророчили неплохую карьеру, Самина. Возможно, к сорока ты бы уже занимала мою старую должность. А к пятидесяти возглавляла бы Зеленый Этаж. И вот, смотря на тебя, у меня так и вертится на языке вопрос: оно правда того стоило? Член этого мужика правда настолько хорош, что ты предала сестер?

На лице Самины не дрогнул и мускул.

Провокация… Пытается вывести из равновесия. Самина тоже прекрасно знала эту методику.

— Янрис, хватит этих дешевых манипуляций. Я была следователем, помнишь? И не хуже тебя знаю, как проводятся допросы. Если ты пытаешься меня разозлить, то старайся лучше.

— И все же скажи мне, что я не права. Скажи, что не спала с ним.

Самина промолчала, и Янрис победно ухмыльнулась. Признавать это вслух фурия не собиралась, но и врать было выше её гордости. Пусть женщина думает, что хочет.

— Видишь? О чем я и говорила. И я даже могу тебя понять. В тот момент, когда он разрушил стену, я ощутила его силу. Необъятную, словно океан! Разрядка с ним, наверное, что-то невероятное. Продавай он себя, то очередь выстроилась бы на годы вперед, и я тоже была бы в ней, но… этого мало, чтобы предать своих сестер. Свой Домен.

— Предать… — Самина усмехнулась и отставила чашку. Все-таки Янрис удалось пусть и немного, но вывести фурию из равновесия. — Как будто у меня был выбор! Я оказалась между молотом и наковальней. Думаешь, я не пыталась все уладить миром? Я организовала встречу с Хэлен, пыталась сделать хоть что-то, а в итоге меня скрутили и уложили лицом в землю, обвиняя в терроризме. А что я сделала? Что я вообще могла сделать? Узнай ты Теона поближе, поняла бы. Он как буря. Им невозможно управлять. Если он что-то решит, то что бы ты не сделала, все бесполезно.

— Значит, если бы была возможность, ты бы вернулась домой?

Янрис подалась вперед, чем приоктрыла через вырез пиджака вид на округлую грудь, и Самина одновременно с этим ощутила едва заметное дуновение энергии Иного, которую выделила фурия.

Ей пришлось сделать над собой усилие, чтобы не рассмеяться.

Она что, меня соблазняет?

Это был довольно обычный для фурий условный сигнал. Фурия подается чуть вперед и выплескивает в воздух крупицу своей силы, показывая, что готова к более близкому знакомству. Это своеобразная форма флирта, доступная только фуриям.

— Ты предлагаешь мне вернуться? — Самина попыталась скрыть сарказм в своем голосе.

— Именно, — тембр голоса Янрис стал более мягким, даже холодок и равнодушие в глазах пропали, и это позабавило Самину ещё сильнее. — Когда я полноценно займу пост главы Зеленого Этажа, то сделаю тебя своим заместителем.

— Одним из, — мысленно поправила её Самина. Заместителей у главы обычно около трех-пяти, в зависимости от загруженности и пожеланий руководителя. По крайней мере официально в отделе кадров имеется пять должностей заместителя.

— И что же я должна буду сделать для этого? — Самина изобразила интерес, и тоже наклонилась поближе, но в отличие от собеседницы не спешила касаться Иного.

— Помочь ускорить развал этого балагана. Домен Власти… Это просто смешно! Три Домена, так было всегда, и незачем превращать трио в квартет. Этот мужчина — выскочка, и лишь благодаря его силе с ним считаются. Но для всех, у кого есть хоть капля мозгов, очевидно, что это временно. Искусственно вызванный кризис, который должен нас встряхнуть.

— Ты думаешь, за этим стоит Арбитраж? — этот разговор становился все более абсурдным.

— А ты думаешь, что этот мужчина — на самом деле Владетель? Все это сущий бред! Он эксперимент либо Домена Силы, либо Арбитража. Я склоняюсь к первым. Новый Домен вберет в себя все, что касается Опустошителей, а затем, когда эту марионетку-Владетеля уберут, он станет частью Домена Силы.

Самина едва сдерживала улыбку. Янрис с такой уверенностью говорила об этой теории заговора, что не оставалось сомнений: она в это верит.

— Я хочу развалить этот карточный домик раньше, чем он обретет форму. Ты внутри, ты его помощница. Ты можешь значительно ускорить процесс, а если при этом сможешь обличить Домен Силы в этой схеме, то это значительно укрепит нас. Мы создадим недоверие к Домену Силы, и Арбитражу ничего не останется, кроме как заняться реструктуризацией!

— Янрис…

— Что? — нахмурилась фурия, не понимая, почему Самина так странно улыбается.

— Ты просто дура.

— Советую осторожнее выбирать выражения, — от располагающего тона не осталось и следа, как и от энергии Иного в воздухе. — Ты не у себя дома, Самина Лэмфорд, а учитывая действия твоего босса и повреждении собственности Домена, я могу тебя арестовать за порчу правительственного объекта.

— Хватит пустых угроз. Именно поэтому я и говорю, что ты дура. Нет никакого заговора, — рассмеялась Самина. — Точнее есть, но ты от него так же далека, как от нас берега Немланда. Владетель вернулся. Это не уловка, не заговор, и не что-то ещё. Я сама видела гроб, в котором он провел семь сотен лет.

— Тебе могли внушить, что…

— Нет. Это не мистификация, я тебе говорю точно. Можешь не верить, но это так. И именно поэтому я не ставлю на Домен Правосудия или Домен Силы. Теон Альдрим куда сильнее, чем тебе кажется, а если ты начинаешь в этом сомневаться, выйди ночью на улицу и посмотри на луну.

Губы Янрис превратились в тонкую полоску, она испепеляюще смотрела на собеседницу, но Самину это лишь смешило. Она начинала понимать, с какой позиции Теон смотрит на мир. Все эти надменные могучие фурии, смотрящие на всех сверху вниз… Янрис даже не понимала, насколько она незначительна, несмотря на занимаемую должность. Враги Теона — Старые Боги, каждый из которых сильнее, чем сотни фурий. И все эти рассуждения о переделе власти между Доменами так же нелеп, как рассказ ребенка о том, что перенос мультиков на час вперед вызван разумными Опустошителями.

— Похоже, мы не договоримся, — фурия откинулась на спинку сидения, скрестив руки под грудью.

— Нет, не договоримся, — подтвердила Самина. — Знаешь, если бы ты предложила мне это хотя бы неделю назад, до того, как нас всех пытались убить в Течфордской больнице, я бы, наверно, е всерьез об этом задумалась. Но не сейчас…

Руннэт не отступила от своих убеждений до самого конца. Встретила превосходящего врага и отдала жизнь, веря, что Теон сможет изменить мир к лучшему. И я буду верить в это.

— Я свободна? — на всякий случай уточнила Самина.

— Разумеется. Но как бы тебе не пожалеть о своем решении, Самина.

— Могу сказать тебе тоже самое, Янрис. Мир меняется, и гораздо быстрее, чем может показаться. Если продолжишь цепляться за прошлое, рискуешь оказаться за бортом истории.

Эти слова привели нынешнюю главу Зеленого Этажа в ярость. Она ничего не произнесла, но было видно, как побагровело её лицо от услышанного. Одарив женщину снисходительной улыбкой, Самина поднялась с места и направилась к выходу неторопливой и уверенной в себе походкой.

Наверное, Королева Шипов поступила бы точно так же.

* * *

Рыцарь убивает Рыцаря.

Ещё одна фигура уходит с игровой доски, и значимых фигур, способных перевернуть игру, становится все меньше. В игре Башен на доску могут вернуться лишь пешки, а крупные фигуры, увы, уходят безвозвратно.

В этот раз никто не прерывал игру Сиобана, отчего тому пришлось прервать её самому и оглянуть собравшихся в комнате. Атмосферу, царившую в помещении, иначе чем мрачной не назовешь.

Лейва как обычно стояла возле окна, наблюдая за городом с высоты птичьего полета. Джасмаэль сидела на диванчике, на том же месте, что и во время их прошлого собрания, и накручивала черный локон на указательный палец.

— Сложно поверить, что его больше нет, — наконец разорвал тишину Сиобан, привлекая внимание женщин. Джасмаэль перестала играть с волосами и подняла взгляд на мужчину, а вот Лейва не обернулась, продолжив невозмутимо возвышаться над городом.

— Он был тем ещё придурком, — согласилась брюнетка, — но… мне тоже будет его недоставать.

Глупо было бы отрицать, что каждый из Старых Богов связан с остальными. Пусть не так крепко и сильно, как на это рассчитывал Таргарон, создавая свой безумный план по объединению мира, и все же каждый из его учеников чувствовал потерю Зарда. Словно кто-то вырвал кусочек души, ничего не отдав взамен. Каждый из Старых Богов ожидал такого, но не думал, что эта потеря будет такой сильной. В конце концов, когда был убит Могдин, все они были ещё запечатаны.

Это заставляло Сиобана усомниться в том, что среди них действительно будет противостояние, о котором он так долго размышлял. Они слишком сильно связаны друг с другом, чтобы устраивать полноценное кровопролитие. И тем не менее… сила Длани была слишком велика.

— Он виноват сам, — заявила Лейва, не поворачивая головы. Она как и прежде смотрела только на город. — Мы обговаривали это много раз. Не делать необдуманных поступков, не лезть на рожон без плана. И вот итог: уже второй из нас мертв.

Лейва словно злилась, но… как-то уж слишком напускно. Обычно она выбирала такой тон, когда проводила какие-то сделки. И уж кто-кто, а Сиобан с Джасмаэль прекрасно знали, как по-настоящему злится Лейва.

— А Эрдрис так снова и нет, — словно невзначай указала на один существенный пробел Джасмаэль. — Кажется, она в очередной раз решила проигнорировать наше маленькое собрание. Она выходила хоть с кем-нибудь на связь?

Эрдрис, или как знают её простые люди, Хозяин Ночи, пробудилась последней из присутствующих, но при этом из раза в раз избегала остальных. Так было всегда, и даже смерть Зарда этого не поменяла. Эрдрис словно и не хотела иметь ничего общего со Старыми Богами.

— Нет. Ни весточки. Последний раз она связывалась со мной несколько десятилетий назад, — сообщил Сиобан.

— Ну и плевать, — фыркнула Джасмаэль. — Мы и без неё справимся.

— Лейва, — обратился к блондинке Сиобан. — Ты ведь отправилась за Зардом, так ведь?

Впервые за время начала разговора она повернулась и впилась взглядом в мужчину, скрестив руки за спиной и гордо выпятив грудь.

— И? — холодно ответила Лейва.

— Почему ты не вмешалась в схватку?

— А зачем? Он сказал, что будет сражаться сам. Вы же знаете Зарда. Он считал себя сильнее всех, даже сильнее Дарвина, хотя это было сущей глупостью. Дарвин был сильнейшим из нас.

— А его темница? — Сиобан прекрасно знал, что даже если она у Лейвы, то она её не отдаст. И это мгновенно делает её сильнейшей среди Старых Богов. Но она об этом не скажет до самого конца.

— В руках у Альдрима, — и глазом не моргнув, сообщила Лейва. Сиобану оставалось лишь гадать, врет она или нет. — Как и темница Могдина.

А вот эта новость повергла всех в шок. Сиобан удивленно воззрился на женщину, да и побледневшая Джасмаэль сделала то же самое.

— Три частицы Света. И нас трое… — пробормотала “Шлюха”.

— Теперь у нас нет численного преимущества, — кивнула Лейва. Если он объединит силы двух темниц и Рэман-дал-Тора, то у нас не будет и шанса на победу. Он сотрет нас в порошок. Сиобан, ты ведь понимаешь, что это значит?

Мужчина скривился под взглядом “богинь”.

— Это не выход.

— Нет, это как раз выход. Ты можешь сколько угодно рассчитывать на мирный исход, но истина в том, что Теон Альдрим нас ненавидит. Он убьет каждого из нас, одного за другим, рано или поздно. И мы должны сделать это раньше, а для этого нам нужна ЕГО помощь.

Сиобан выругался и на несколько секунд прикрыл глаза.

— Хорошо.

— Где он? — на лице Лейнвы на мгновение мелькнула довольная ухмылка. — Где ты её спрятал?

— В Бонхарде.

— Ну разумеется.

— Я чего-то не знаю? — Джасмаэль надула свои прекрасные губки и сердито посмотрела на собеседников.

— Сиобан полтора столетия назад нашел своего брата.

— Что?! И вы молчали?!

— Ты же помнишь, что Дарвин не только самый сильный из нас, но и самый нестабильный. Он даже хуже Могдина. Я всегда считала, что Таргарон ошибся, избрав его. Без обид, Сиобан, но он варвар и чудовище.

— Я не обижаюсь, — несмотря на то, что Сиобан любил Дарвина, он был полностью согласен с Лейвой. Но Сиобан не стал освобождать брата вовсе не из-за характера, а из-за силы, которая рвала ткань реальности. Есть много легенд о том, как Дарвин сражался с монстрами и чудовищами, которых впоследствии стали называть Опустошителями, и после одной из них люди прозвали его убийцей драконов. Но бардам, писавшим эти легенды, было невдомек, что источником всех бед был сам Дарвин. — Но, думаю вы правы… Пришло время его разбудить.

Глава 7. Облик

— Значит, это и есть твоя крепость? — поинтересовалась Лиамара, окидывая взглядом внутренний двор бывшей Школы и приземляясь рядом с мужчиной.

Вершительница Судеб отправилась вместе с Теоном, приняв его приглашение стать гостьей Домена Власти.

— Не слишком впечатляет?

— Если сравнивать те башни — да, но ваши предки жили в пещерах, питаясь рыбой и водорослями, так что мне все же приятно видеть, чего вы достигли. Думаю, Таргарон был бы горд, что, несмотря на все случившееся, вы живете полной жизнью на поверхности.

Теон кивнул, а тем временем им навстречу уже вышло несколько человек, включая Лифэтту.

— Самина ещё не вернулась? — спросил мужчина у фурии.

— Нет, а это кто? — серебряноволосая девушка перевела взгляд на незнакомку.

— Я Лиамара, старая знакомая Теона, — представилась она, в этот раз не став именовать себя титулом, об этом они договорились ещё во время пути. Лиамара не собиралась вмешиваться в конфликт между Теоном и Старыми Богами, решив занять позицию наблюдателя. Её цели по-прежнему были туманны, и возможно, даже она сама не знала, зачем осталась, но раз уж представилась такая возможность, Теон решил ей воспользоваться.

— Очень приятно, — слегка неуверенно кивнула девушка.

— Распорядись, что бы для неё приготовили комнату и обращались, как с очень важным гостем. Обеспечишь её всем необходимым.

Лифэтта слегка нахмурилась, ещё раз окинула гостью взглядом, но затем согласно кивнула. Это в девушке Теону и нравилось — исполнительность. Она не задавала лишних вопросов и четко следовала приказам.

— Встретимся позже, — сказал Теон Лиамаре, и та удалилась в сопровождении серебряноволосой фурии, а мужчина облегченно выдохнул. Находясь рядом с этой женщиной, у него не получалось расслабиться. Её взгляд, её голос — все это заставляло Банрата-тан-Азура шевелиться на границе сознания.

Как только женщины скрылись в здании одного из жилых корпусов, Теон отправился на поиски Кригера. Он не собирался рассказывать ему о своей вине, но поиски меча теперь перешли в разряд главного приоритета. Лиамара сказала, что если меч будет возвращен на законное место, то она поможет вернуть в мир мужскую энергию Иного.

Кригер обнаружился в малом конференц зале, да ещё и не один. Помимо него там так же присутствовали Кайл Зиммер, Нефис дор-Мантэс и Алетра. Дорнийка при появлении Владетеля обожгла мужчину взглядом, впрочем, для Теона это уже было привычно. Девушка не питала к нему никаких положительных эмоций.

— Что-то случилось? — поинтересовался Теон, окинув эту компанию взглядом, попутно сделав вид, что не заметил помощницу Зиммера, которая выглядывает из-за окна, пытаясь рассмотреть, чем занят её работодатель. А ведь они находились на третьем этаже…

— Думаю, я нашел зацепку относительно порученной работы. Возможно, мы нашли место, где создают Бездушных.

Теон удивленно вскинул брови. Он конечно ожидал, что Кригер будет рыть носом землю, если придется, и найдет логово Алчущего, но чтобы настолько быстро?

— Где?

Вместо ответа Кригер слегка повернул голову, бросая взгляд на Алетру. Та немного замялась, но уже через секунду ответила.

— Чирида де-Йорг, она руководит школой благородный девиц. Это закрытое учебное заведение, созданное специально для всестороннего образования молодых девушек.

— Всестороннего это какого? — спросил Зиммер, поправив чуть-чуть съехавшие очки. Алетра, услышав вопрос, немного поежилась, но вместо неё ответила Нефис.

— Это действительно всестороннее учебное заведение. Там буквально обучают всему, что нужно успешной женщине. И речь идет не только о фуриях, но и о обычных девушках из знатных семей. Там в зависимости от возраста преподают все, начиная от простого этикета, заканчивая юриспруденцией, экономикой и менеджментом. Половина Архонтов хотя бы год, но учились там.

— Ты тоже? — слегка удивилась Алетра.

— Недолго. После выпуска из Школы я провела там два года. Училась основам управления и другими полезными навыкам. Это строгое место, но оно дает то, что нужно, отбрасывая лишнее. И все же я считаю, что это бессмыслица. За все то время, что я провела в стенах этого места, я не замечала ничего подозрительного.

— Я уверена в том, что слышала.

— “Материал” — это могло быть что угодно.

— Я уверена, что речь шла о людях!

— Так может она говорила про новых учениц. С чего ты взяла, что речь шла о Бездушных?

— Предчувствие! — вспылила Алетра. В её глазах и волосах вспыхнули огоньки пламени, но она очень быстро взяла себя в руки и погасила их.

— Едва ли предчувствие — это хорошее обоснование для того, чтобы вломиться на территорию пансиона.

— Может Зиммер решит эту проблему? — Кригер обратился к мужчине. Тот слегка растерянно улыбнулся и активировал компьютерный терминал, чтобы встроен в его кресло.

— Простите, но там используется защита уровня H-88. Это защита правительственного уровня, к ней можно получить доступ только изнутри. И они не заказывали у нас оборудования, так что я не могу воспользоваться даже им, — подытожил Кайл, немного покопавшись в Сети. — Извините.

— Тебе не на что обижаться, Кайл, — мягко сказала Нефис, положив свою руку на руку мужчины.

За окном что-то ботнуло, а затем послышался треск, но когда присутствующие повернулись на шум, то ничего не увидели.

Надеюсь, она не сломала себе шею.

Теон от этой мысли невольно усмехнулся.

— Проверьте. Возможно, эта зацепка никуда не ведет, а возможно, это именно то, что мы ищем. С Алчущим нужно разобраться быстро, пока он не доставил слишком много проблем. На данный момент их может видеть только Кригер.

— Возможно, я смогу решить этот вопрос, — осторожно вставил Зиммер. — Если дадите мне время и возможности, я смогу создать прибор, способный видеть этих… Бездушных. Но желательно добыть живой образец для опытов.

Алетра удивленно вскинула бровь, а вот Кригер утвердительно кивнул.

— Попытаюсь, но ничего не обещаю. Этих существ проще брать мертвыми. Живыми они опасны, даже будучи связанными по рукам и ногам.

— И все же постарайтесь.

— Теон, значит, ты даешь отмашку? — спросил Кригер.

— Да. Но постарайтесь действовать не слишком грубо. Как я понял, это довольно уважаемое место, мы должны выяснить, что там происходит, и при этом не устроить бойню.

— И как же мы это сделаем? — вздохнула Нефис. От Теона не укрылось, что она сказала “мы”, а значит уже начала ассоциировать себя с Доменом Власти. — Даже если мы попробуем провернуть трюк с новенькой ученицей, которая хочет посмотреть, как проходит обучение, то это может занять много времени. Там ограниченное количество мест, и экскурсию могут провести только одобренной кандидатке, а для этого нужен аванс в размере миллиона-двух кредитов. Мы можем заплатить, но даже так это случится не завтра и даже не через неделю. Речь идет о месяцах.

— Слишком долго, — отрезал Теон.

— Попробовать замаскироваться под прислугу? — задумался Кайл. — Если они используют какие-нибудь клининговые агентства, то я бы мог взломать их базу и сделать нас временными сотрудниками.

— Там свой персонал, постоянный, — покачала головой Нефис.

— Все куда проще, народ, — рассмеялась Алетра, заставив присутствующих смерить меднокожую фурию недоуменными взглядами. — Кто мы? Домен Власти! И что мы делаем?

— Сражаемся со Старыми Богами? — осторожно уточнила Нефис.

— Нет! — фыркнула Алетра. — Это то, что мы делаем тайно, а на виду…

— Сражаемся с Опустошителями, — понял Теон.

— Именно!

— Предлагаешь устроить ложную тревогу? — уточнил Кайл.

— Ложную? Зачем? У нас есть собственный Опустошитель, забыли? — девушка победно улыбнулась, видимо ощутив себя самой умной из присутствующих.

— Даю добро. Делайте. Но чем меньше будет крови, тем лучше.

* * *

Наконец Теон оказался наедине с самим собой в своем кабинете. В этот момент он ощущал неимоверную усталость, не столько физическую, сколько моральную.

Слова Лиамары о том, что именно он виновник нарушения баланса, подкосили его возможно даже сильнее, чем сам факт Небесного Раскола. Все это время Теон считал, что во всем виноваты Старые Боги, даже Руннэт была уверена в этом, но… Все оказалось куда смешнее. Это все он. Владетель! Владетель действительно нарушил баланс, как об этом говорилось в учебниках. В том, что этот мир теперь лишен мужчин-ткачей, виноват только он.

Гнев кипел внутри, словно извергающийся вулкан, и в этот раз это был его собственный гнев. Злость на самого себя.

— Во всем виноват я… Только я… Моя жадность… моя гордыня… моя слабость…

Словно подтверждая это, за столом появилась Реналия дор-Гур. Она была одной из любовниц Теона во времена, когда тот ещё не стал Владетелем. Реналия предала его во время Ночи сотни огней, когда Держатель Скал был повержен, и Теон получил свою первую корону.

Женщина была обнажена, потому что за минуту до смерти пыталась соблазнить его, подобраться поближе и возить в сердце кинжал, но просчиталась. Чтобы не попасть в пасть Банрат-тан-Азуру, она ударила кинжалом себе в сердце, но даже так демон поглотил её раньше, чем наступила смерть. Теперь на её пышной груди красовалась уродливая, вечно кровоточащая рана.

Реналия улыбалась, таращась на Теона белесыми стеклянными глазами. Все так же ухмыляясь, женщина провела своей белой худой рукой по груди, а затем запустила пальцы в рану, пока не погрузила руку по самое запястье.

К горлу Теона подступил ком. Женщина ковырялась в ране, пока не извлекла оттуда ещё бьющееся сердце, обливающееся кровью. Теон невольно отступил, наблюдая за тем, как кровь заливает столешницу и бумаги. Реналия буквально бросила свое сердце к его ногам, заливаясь беззвучным смехом.

— Прочь… Прочь с моих глаз! — зарычал Теон и чуть было не бросился на призрака, но уже через миг Реналия пропала. Не было ни сердца, ни крови, но легче от этого Теону не стало. Он вдруг ощутил, словно задыхается, как невидимые руки схватили его за горло.

Теон оперся о стол, пытаясь восстановить дыхание, но это оказалось не так просто.

Что если я сплю? Все ещё сплю? Все это кошмар…

Я в гробу, и сейчас его поместили в место, где мало воздуха…

Такое случалось…

Но легче от этих мыслей не становилось. Напротив, это лишь усугубляло нехватку воздуха. Тряхнув головой, Теон заметил, как его тень от руки, касающейся столешницы стала разрастаться. Наверное, впервые за очень долгое время Банрат смог проявить себя, воспользовавшись слабостью мужчины. Черная рука поднялась из тени, демонстрируя сжатый серебряно-золотой куб-головоломку.

— Я… знаю… Я… решу… — пробормотал Теон, и тень вернулась на прежнее место, а Теон снова ощутил, что может дышать. Банрат напомнил Теону таким жутким способом, что ему нужно оружие взамен меча. Темница Могдина — подходит, но проблема была в том, что Теон, в отличие от Руннэт, не мог её открыть.

Лиамара может!

Но прежде, чем Теон отправился на поиски Вершительницы судеб, в комнату вошла сердитая Самина. Она отворила дверь чуть ли не с ноги и не менее грозно захлопнула её за собой.

— Да как ты мог меня там бросить?!

— Извини. Я знал, что с тобой ничего не случится, — устало ответил Теон. Ему сейчас было вовсе не до неё.

Фурия сняла курточку и бросила её на ближайший стул, а затем решительным шагом подошла к Теону вплотную. Она несколько мгновений сердито на него смотрела, буравя взглядом, но уже через секунду складки на её лице разгладились, и она повисла на его шее, припав к губам.

Её поцелуй был жарким, полным желания и силы Иного. Самина даже не скрывала своего возбуждения, делясь им с мужчиной. Это было необычно. Фурия была крайне раскованной и горячей в постели, но это проявлялось не сразу. Вначале всегда скованная и сдержанная, крайне пассивная, и лишь спустя время, когда Теону удавалось подобрать “ключик”, появлялась настоящая Самина, страстная и неутолимая.

Сейчас Теон слегка удивился тому, что её рука уже оказалась у него в штанах.

— Что-то не так? — и все же внутреннее напряжение Теона не укрылось от неё. Фурия отстранилась и с легкой обеспокоенностью посмотрела на него.

Теон хотел солгать, но вспомнил, что эта женщину не проведешь.

Какой же неприятный порой малый дар…

Взгляд Самины сместился чуть в сторону, на столешницу, а затем в её взгляде мелькнуло что-то вроде понимания.

— Тебе её не хватает, да? — Самина совершенно неправильно поняла причину его беспокойства.

— Да… — Это не было ложью. Как бы Теон не хотел выкинуть из своего сердца Руннэт, она все ещё была там.

Самина на мгновение прикрыла глаза и закусила нижнюю губу, словно пытаясь на что-то решится.

— Теон… Я тебе не рассказывала, но… из-за наших разрядок мой дар эволюционировал. Я теперь не регенератор, а морф.

— Это прекрасно.

Для женщины это очень много значило, но Теону в тот момент было на это совершенно плевать. Все его мысли были заняты проклятым кубом и тем, как решить головоломку, чтобы высвободить скрытую там силу.

— А это значит, что я могу сделать вот так… — Самина вновь приблизилась, чтобы его поцеловать, но лишь в последний момент Теон понял, что фурия меняется. Её волосы стали более волнистыми и сменили цвет на ярко-рыжий, почти огненный. Носик стал чуть более вздернутым, губы изменили форму на более округлую.

Нет!.. Нет!.. Нет! Это… невозможно!

Их губы слились в поцелуе, но недолгом. Теон практически сразу его прервал, довольно грубо отстранив от себя женщину.

— Это все ещё я, — голос был Самины, но вот лицо и фигура… Она была точной её копией. — Но, я могу и так.

Эти слова уже были произнесены голосом старой возлюбленной Теона настолько точно, что мужчине не верилось, что перед ним фальшивка. Самина удивительно точно скопировала тембр и даже манеру говорить.

— Я могу стать ею для тебя. Не постоянно, но на такие моменты, когда мы вдвоем.

Фурия потянулась к нему, и Теон на краткий миг поддался. Его чувства ярко вспыхнули, как давно в прошлом, но практически сразу потухли.

— Хватит, Самина, — твердо сказал он.

— Прости, — вздохнула фурия, возвращая себе прежний облик. — Просто я подумала… Извини, это и впрямь так себе идея.

— Если хочешь походить на неё, не делай это ТАК.

Самина застыла, словно ей дали пощечину.

— Хорошо, — чуть отойдя от шока, сказала она. — Я наверное пойду. Приду вечером, ты не против?

— Как хочешь, — сухо ответил Теон, отворачиваясь. Самина пару секунд помедлила, а затем мужчина услышал удаляющийся стук каблуков.

Наверное, зря я так с ней, — мелькнуло у него в мыслях, но уже через секунду он выкинул это из головы. Все, что его сейчас интересовало, это головоломка.

Глава 8. Истинное лицо

Теон отдал распоряжение о том, чтобы к нему привели Вершительницу судеб и переключил все свое внимание на головоломку. Она лежала на столе перед ним и манила своей силой. Казалось, что достаточно протянуть руку, и вот она — частица силы Длани, но на самом деле сила эта недосягаема.

Что только Теон не делал с этой головоломкой, даже пробовал сломать, но все бесполезно.

Наконец на пороге его кабинета появилась Лиамара. Женщина сменила одежду на более удобную, но все ещё такую же мешковатую и невзрачную. Теон мысленно отметил, что она бы просто восхитительно смотрелась в каком-нибудь платье, но говорить об этом Длани не спешил. Она для него все ещё оставалась загадкой.

— Вас все устраивает, Вершительница? — вежливо поинтересовался он.

— Более чем, хотя для меня это все в новинку. Я понимаю, как устроено ваше общество, как живут люди, и в то же время я лишь сейчас пропускаю это через собственные эмоции.

— Понимаю.

— Так зачем ты хотел меня видеть? — прямо спросила Лиамара, стоило её взгляду упасть на куб, лежащий на столе.

— Это темница Могдина. Одного из учеников Таргарона.

— Я знаю. Именно я создала её, — голос женщины звучал равнодушно и отрешенно, словно мыслями она где-то далеко.

Теон кивнул. После её появления в этом мире многое встало на свои места. Раньше оставалось загадкой, по какой причине Старые Боги оказались запечатаны, а теперь все становилось очевидно. Это сделала Лиамара.

— В таком случае, могу я прямо спросить?

— Что именно?

— Когда эти люди, его “ученики”, предали его, подло воспользовались слабостью и убили его, почему вы ограничились заточением? Почему не стерли их с лица земли?

Лиамара нахмурилась и поджала губы. Было видно, что для неё самой это больная тема, но Теон очень хотел знать ответ на этот вопрос, поэтому не собирался отступать.

— Думаю, он бы этого не хотел.

— Он? Таргарон?

Она кивнула.

— Ты просто не знал его, не видел, сколько сил он приложил, чтобы наполнить этот мир жизнью, и сейчас я вижу, что у него получилось. Пусть он не стал таким, каким видел его Таргарон, но… — Лиамара замолчала, на несколько секунд прикрыв глаза. Было видно, как побагровело от гнева её лицо. — Если хочешь знать, в тот миг, когда я пришла в этот мир после его смерти, я собиралась их убить. Собиралась стереть в пыль весь этот мир… Но что-то меня остановило. Я оказалась лицом к лицу с этими перепуганными людьми и вдруг осознала, что мой брат не хотел бы этого.

Ты понятия не имеешь, чего бы он хотел!

Теон тряхнул головой, прогоняя наваждение. Впервые с момента встречи с Сиобаном Теон потерял контроль и позволил Банрату влезть в мысли. Подавив вспышку чужого гнева, Теон поднялся из-за стола.

— Я принимаю то, что вы не собираетесь сражаться с его учениками. И все же мне нужна ваша помощь, Вершительница.

Лиамара бросила на мужчину печальный взгляд.

— Помогите мне её открыть, — Теон взял головоломку со стола и протянул её Лиамаре, но Длань не спешила забирать её.

— Я не могу.

— Пожалуйста. Это важно, — настаивал Теон. Ему захотелось надавить, как он делал обычно, но перевес сил, к сожалению, был не на его стороне, и к тому же Владетелю просто нечего предложить взамен.

— Извини. Я сказала, что не буду вмешиваться. Если тьма Таргарона хочет их смерти, то ты должен сделать это сам. Я не буду мешать, но и помогать не стану.

Теон едва не цокнул языком от досады.

— Можете хотя бы дать ключ к решению?

— Нет.

Лиамара не собиралась прогибаться, и все же Теон не терял надежду. Эта женщина пришла с какой-то целью, даже если сама она её не понимает. Что-то заставляет её остаться, и пусть сейчас она не хочет помогать, но кто кто сказал, что она не изменит своего решения в будущем?

— В таком случае забудем о учениках Таргарона и головоломке, — Теон небрежно бросил куб на пол, и Банрат-тан-Азур тут же её проглотил. На лице Лимары возникло легкое удивление. Видимо, она уже приготовилась к тому, что Теон будет пытаться её переубеждать. — На завтрашний вечер у меня приготовлены планы. Я буду участвовать в телешоу, где буду давать интервью, и… я бы хотел бы взять вас с собой.

— Меня? Зачем?

— Вы ведь хотели посмотреть этот мир? То, каким он стал, и прочувствовать его жизнь на себе, разве нет?

— Да, наверное, — в словах Длани слышалось сомнение и в тоже время легкая заинтересованность. Когда речь не заходила о Таргароне, Старых Богах и остальном с ним связанным, читать Лимару было проще простого.

— Вот я и покажу вам высшее общество. Думаю, вам понравится.

* * *

— По мне это очень-очень хреновая идея… — подытожила Самина, закуривая. Женщина лежала на помятых простынях, мокрая от пота. Обычно Теону нравилось смотреть, как она нежится в кровати, но не в этот раз. Сейчас, бросив на неё взгляд, Теон ощутил лишь легкий приступ раздражения.

Самина все-таки поменяла свою внешность, правда вряд ли сделала это специально. Она не выглядела как Руннэт, и все же переняла часть её черт. Черные волосы стали более волнистыми и приобрели красный отлив, глаза остались прежними, а вот форма носа и губ немного изменились, в целом придав лицу больше сходства с лицом бывшей возлюбленной Теона.

Эти изменения произошли не сразу, а постепенно, во время разрядки. Лицо Самины менялось, словно искало наиболее приемлемую форму. В какой-то момент, всего на несколько секунд, Теон увидел под собой Руннэт, которая вновь превратилась в Самину.

Внутри женщины что-то происходило. Какая-то борьба. Самина очень хотела быть похожей на Руннэт, и её дар на уровне подсознания пытался исполнить это желание. В конце концов Самина пришла именно к текущему облику, который не менялся уже больше часа. Видимо, этот тот облик, в котором фурии комфортно.

— Ты правда так считаешь?

— Соблазнить Длань Света?! Ещё бы… Не подумай, я не ревную, — тут фурия немного лукавила, — Просто… Она не фурия и не купится на твои чары. Ты можешь быть обаятельным, это да, но я все-равно сильно сомневаюсь, что из этого выйдет что-то хорошее.

— Ты мыслишь слишком узко, Самина. И я не говорил “соблазнить”, я сказал “сблизится”.

Фурия снисходительно улыбнулась.

— Когда речь идет о красивых женщинах, а она безумно красива, “сблизится” из твоих уст значит лишь одно.

— Ты не права.

— Да что ты? — хитро ухмыльнулась девушка, а затем её облик стал меняться. Мгновение спустя на постели лежала обнаженная Лиамара, призывно поглаживающая внутреннюю часть бедра. — Если скажешь, что тебе не нравится вид, я в тебя выстрелю. Даю слово.

Словно подтверждая свои слова, Самина кивнула на пистолет, лежащий на тумбочке возле постели.

— Нравится, — Теону даже не пришлось лгать. И все же это не отменяло факта, что перед ним фальшивка.

— Ну так вперед, я вся горю, — мужчина не переставал удивляться тому, насколько точно Самина ухитряется копировать голос.

— В другой раз, — Теону действительно пришлось сделать над собой усилие.

— Зануда, — с досадой буркнула Самина, возвращая себе прежний облик. Не свой обычный, а именно тот, в котором она находилась последний час, что лишь подтверждало размышления Теона о её даре и сомнениях. — Вот превращусь в Кригера в следующий раз, будет тебе уроком…

Тут уже пришел черед Теону дернуть щекой и надеяться, что это лишь шутка.

— Так значит, спать с ней ты не собираешься? — на всякий случай уточнила фурия.

— Я не знаю, чем это чревато, — ответил Теон, накидывая рубашку. — Так что нет. Но её сила невероятна, и глупо не попытаться её использовать. Она уже обозначила свою позицию, но… Что если она начнет считать нас друзьями? Она ни с кем не общалась очень и очень давно. Мы первые люди, которые говорят с ней за тысячи лет.

— Значит, хочешь привязать её к нам…

— Не одобряешь?

— Немного. Но я согласна, что стоит попробовать. В конце концов, даже если она не вмешается в войну со Старыми Богами, она, возможно, вылечит Зиммера.

Теон кивнул.

— Тогда почему ты говорила, что это очень плохая идея?

— Плохая идея брать её на вечернее шоу.

— Надеялась, что я возьму тебя?

— Немного.

— Извини. Лучше, чтобы пошла она. И это не только позволит нам с ней узнать друг друга получше, но и заявить кое-что.

— Старые Боги знают её в лицо, — догадалась Самина.

— Именно.

— Я бы могла занять её место, — девушка вновь изменилась, принимая облик Длани.

— Пусть лучше будет оригинал. Если они поймут, что это фальшивка, то момент будет упущен. Пусть думают, что Лиамара на нашей стороне.

— Хороший блеф… — одобрительно хмыкнула Самина, не спеша избавляться от облика Вершительницы. — Но я все-равно хочу пойти. Пойдешь в сопровождении двух дам, так даже более солидно.

— Нет. У меня для тебя есть работа.

— Ещё одна?

— Завтра Кригер отправится в закрытый пансион для девочек.

— Я что-то такое слышала…

— Все должно пройти тихо. Не стоит создавать лишнюю шумиху.

Самина сделала кислое лицо, и пусть облик у неё был другой, мимика осталась прежней.

— Не думаю, что у него получится…

— Именно поэтому возглавляешь все ты. С твоей новой силой должно быть гораздо проще. Вы проникните внутрь и все исследуете. Если там действительно готовят материал для Бездушных, покончите с этим.

— Не думаю, что я справлюсь. Кригер никого не слушает, кроме тебя.

— Я прикажу, и он станет, — судя по выражению лица, Самина в этом очень сомневалась. — Относись к Кригеру проще. Завоюй его доверие, и он начнет относится к твоим словам, как к моим.

— Завоюй… легко сказать… — сокрушенно вздохнула фурия. — Я заставлю его подчиняться, даже если придется превратится в тебя. Кстати, а это хоро…

— Даже не думай. Если он тебя раскусит, то убьет. Сразу, не задавая вопросов и не разбираясь, кто ты на самом деле. Такие трюки с ним не проходят.

— Ладно…

— И когда ты уже сменишь облик?

— А мне он нравится. Я чувствую в нем силу. Пламя! — рассмеялась Самина и выскользнула из постели, не забыв потушить окурок о пепельницу. Она сделала круг вокруг мужчины, скользнув рукой с его плеча на спину. В конце концов она оказалась прямо перед ним с лукавой улыбкой на лице.

— Что?

— Ты одел рубашку, но не штаны.

— И?

— Ты меня разозлил, и я собираюсь отыграться, — сказала фурия с легким вызовом и опустилась на колени. — Смотри прямо на меня, Теон Альдрим, прямо в мои прекрасные зеленые глаза и наслаждайся. А затем каждый раз, когда будешь говорить с ней, вспоминай этот момент…

Вот же лисица…

* * *

— Все готово? — спросила Самина, подходя к фургону. У раскрытой задней двери стоял Пирсон, занимаясь подготовкой снаряжения, а чуть в стороне Алетра бросала палку опустошителю, словно тот был простой дворнягой. Забавно, но это уже не казалось таким уж странным. После того, как Теон вернулся, мир понемногу сходит с ума. Старые Боги, Длань, игры с Опустошителем…

— Почти, — отозвался Пирсон, поворачиваясь, и на его лице отразилось легкое удивление. — Решила сменить имидж? Тебе идет.

Самина нахмурилась, а затем метнулась к зеркалу заднего вида.

— Раскол… Да что это за ерунда? — буркнула она, разглядывая свой облик. Лицо, к счастью, принадлежало ей, а вот волосы изменили цвет и теперь были темно рыжими.

Самине, с одной стороны, нравилось изучать новые грани дара и тот факт, что теперь она с легкостью может принимать чужой облик. Было в этом что-то будоражащее и новое — почувствовать себя кем-то другим, попробовать посмотреть на мир чужими глазами. Но, что гораздо более удивительно, от смены облика менялись ещё и чувства. Проведенное с Теоном время в облике Лиамары было совсем не таким, как обычно.

Но с другой стороны, её дар менял черты её настоящего лица, и это жутко. Утром Самина заглянула в зеркало и увидела совершенно незнакомую женщину. Попытки вернуть себе истинный облик проходили со скрипом. Фурия могла по щелчку пальца превратится в Лиамару, Вестру или кого-то ещё, но никак не могла стать собой. И даже когда это получилось, не прошло и часа, как волосы самовольно изменили цвет, а девушка этого даже не заметила.

Самина собиралась вернуть им прежний цвет, но, покрутив головой и осмотрев себя с нескольких ракурсов, пришла к выводу, что Пирсон прав. Ей и впрямь идет.

Если ещё немного подкорректировать оттенок глаз и… нет-нет-нет… Хватит.

Тряхнув головой, фурия отлипла от зеркала, решив, что пока сохранит этот цвет волос. Но только сегодня!

— Это тебе, — Пирсон протянул Самине компактный энергетический пистолет-пулемет, рассчитанный специально под фурий без боевых способностей. Урталевый магазин аккумулирует энергию, передаваемую в оружие, после чего при нажатии спускового крючка выпускается высокоточный энергетический заряд.

Самина покрутила оружие в руках и удовлетворенно кивнула. Пусть она и привыкла к пистолету, но иметь при себе что-то более скорострельное, учитывая, как сильно выросла её внутренняя энергия, было гораздо лучше.

— Жаль испытать времени нет, но по словам Зиммера поставщик надежный.

— Ладно, если все пройдет нормально, то нам оно и не понадобится, — улыбнулась Самина. — Значит, ты с нами?

— Буду прикрывать твою спину, — кивнул мужчина, тоже улыбнувшись.

Самине нравился дружелюбный и надежный Пирсон. Встреть она его хотя бы годом ранее, может у них что-то бы и получилось, но не сейчас. Теон слишком крепко вошел в её жизнь. Пусть она не любила его в обычном понимании этого слова, Самина все меньше представляла себе жизнь без него.

Группа, что должна отправиться к пансиону, которым руководит Чирида де-Йорг, будет небольшой. Теон сказал действовать тихо, не устраивая бойню, так что и брать с собой много человек Самина смысла не видела. В конце концов с ними должен был идти Кригер, а тот уступал по силе лишь Теону. Нефис отказалась сразу. Сестра Лифэтты “залегла на дно” и вела дела прямо с территории Домена Власти. Несмотря на все уговоры и факт того, что она единственная уже была внутри, фурия не пошла на встречу.

И все же кое-чего Самина добилась. Зиммер обещал оказать техническую поддержку и отправил с группой многофункциональный дрон, который должен был помочь, да и в случае чего Нефис обещала быть на линии и делиться информацией.

По итогу в группу вошло пятеро: Самина, Пирсон, Кригер, Лифэтта и Алетра. Насчет того, чтобы брать последнюю, учитывая не самый лучший контроль силы и вспыльчивый характер, Самина сильно сомневалась, но на этом настоял Кригер, так что пришлось соглашаться.

— Раз все готовы, загружаемся, — махнула рукой Самина, и села на пассажирское сидение впереди. За руль сел Пирсон, а остальные сели сзади. Пёс, самая главная звезда сегодняшнего дня, устроился у ног своего хозяина и звучно похрапывал. Лифэтта то и дело бросала на него опасливые взгляды и старалась держаться поближе к выходу.

Дорога заняла несколько часов, и за это время Самина успела несколько раз заснуть и проснуться от того, что немела то одна, то другая часть тела. Особенно ныл копчик, отчего фурия даже ловила себя на мысли, что может вообще от него избавиться, но в итоге останавливала себя от таких сложных метаморфоз.

Наконец впереди показался пансионат благородных девиц мадам де-Йорг, попасть в который было делом проблематичным. Он находился гораздо дальше, чем Школы, и был окружен густым лесом и болотами. Единственная ведущая туда дорога больше напоминала лесную тропинку, по которой тяжело проехать машине.

— Думаю, спрашивать, точно ли мы едем туда, смысла нет? — хмыкнул Пирсон, прилагая усилия, чтобы не съехать с колеи и не врезаться в дерево.

— Вы на правильном пути, — послышался голос Нефис из динамика дрона. — Просто обычную дорогу практически не используют. Для перевозки всего необходимого используют грузовой флаер.

— Жаль, что мы его не использовали, — вздохнула Самина, прекрасно понимая, что тогда их давным давно бы обнаружили.

Пирсон остановил машину примерно в двух километрах от пансиона, и оставшийся путь они проделали уже на своих двоих. Идти было тяжело, тем более они специально ушли с дороги, взявшись чуть левее, отчего скорость передвижения совсем упала.

Зато вопроса “долго ли ещё” задавать не пришлось. Они практически сразу поняли, что пришли на место. И как не понять, когда перед ними совершенно внезапно оказалась вырубленная зона, которая заканчивалась огромным забором. На вскидку он был даже выше того, что создал Кригер для Домена Власти.

— Охренеть, — высказала мнение обычно мало эмоциональная Лифэтта, смотря на стены высотой метров двадцать.

— А это точно школа для девочек? — на всякий случай уточнил Пирсон.

— Вот я тоже начинаю сомневаться, — хмыкнула Самина. Таких высоких заборов даже в Школах фурий не ставят, а сюда обычно принимали девушек которые либо уже освоили дар, либо им не обладали. — Больше похоже на крепость.

— Или тюрьму, — кивнул Пирсон. — Есть идеи как попасть внутрь?

— С этим разберусь я, — Кригер опустился на одно колено и коснулся рукой земли. Несколько мгновений ничего не происходило, но Самина ощущала потоки энергии Иного, волнами расходящиеся в воздухе.

— Впечатляет, — одобрила Лифэтта, когда мгновением позже прямо перед ними образовалась лестница, уходящая куда-то под землю.

— Кто первый? — спросил Пирсон, тоном словно намекая на себя, но точку в этом вопросе поставил Кригер.

— Пёс.

Ручной Опустошитель тот час бросился вниз, и лишь выждав десять секунд следом пошел его хозяин, бросив напоследок:

— Так и собираетесь стоять как вкопанные?

— Вот ещё, — усмехнулась Самина и спустилась во мрак.

Глава 9. Пансион

Самина не переставала удивляться способностям Кригера. Если к телекинезу Теона ещё можно было привыкнуть, в конце концов это тоже форма воздействия энергии Иного на материю, то “Созидание” Кригера поражало её каждый раз. Одного его прикосновения было достаточно, чтобы материалы меняли свою структуру и перестраивались так, как мужчина задумал.

Превратить землю в камень? Проще простого.

Впрочем, при более детальном изучении его силы становится ясно, что ту не все так просто. Кригер меняет структуры только в рамках типа материала. К примеру, превратить обычный камень в мрамор или гранит легко, но превратить дерево в металл он не может, так как у них была слишком разная структура.

Но даже так, этот дар невероятен. Кригер с неописуемой легкостью создал подземный тоннель с идеально ровными и прочными стенами. У бригады рабочих на его рытье и укрепление ушли бы месяцы, а он управился за пару минут.

Первым шел Пёс и словно разведывал дорогу, а следом ступал его не менее жуткий хозяин. Лифэтта и Алетра шли следом, а Самина с Пирсоном замыкали группу. В качестве импровизированного фонаря выступала Алетра, руки и плечи которой были окутаны пламенем.

В какой-то момент Кригер резко остановился и посмотрел наверх, затем коснулся правой стены тоннеля рукой, не спеша ничего объяснять.

— Мы миновали стену, — наконец прервал он свое слегка затянувшееся молчание. — Открываю путь наверх?

Задав вопрос, мужчина посмотрел на Самину, отчего у той по спине пробежали пробежали мурашки. Кригер и впрямь воспринимает её как главную, следуя приказу Теона, но спокойнее почему-то от этого не становилось.

— Давай, — кивнула Самина, и кузнец приступил к созданию нового прохода. Вскоре у тоннеля появилось ответвление, выходящее на поверхность. Кригер сделал точную копию спуска вниз, не забыв про ступеньки.

Первым, как обычно, на поверхность ринулся Пёс.

— Зиммер, ты на связи? — проверила Самина канал связи.

— Да.

— Мы внутри. Что дальше?

— Мне нужно подключиться к их системам. Я бы воспользовался дроном, но как оказалось, у них тут есть радарные установки. Меня засекут раньше, чем я приближусь к оборудованию.

— Хорошо… — вздохнула Самина. — От меня что требуется?

— Найди какой-нибудь ретранслятор. Узел, где соединяются несколько кабелей. Вряд ли они они используют отдельные линии для каждой из систем безопасности. Если я подключусь к ним, то возможно смогу взять под контроль часть систем. А если найдешь радарные установки, то будет вообще замечательно…

— Ладно-ладно, я поняла… — закончив разговор с Зиммером, Самина повернулась к Кригеру и его питомцу. — Твой зверь точно не подведет? Нам нужно лишь немного паники.

— Он сделает, как нужно, — сухо ответил Кригер, потрепав чудовище по голове, на что монстр довольно щелкнул своей тройной пастью. Затем он присел, ухватил Пса за одну из костяных бронепластин и заставил посмотреть прямо на себя.

Самина не слышала, что именно он шептал Опустошителю, но стоило мужчине отпустить монстра, как тот вприпрыжку помчался прочь.

— Что ты ему приказал?

— То, что от него требуется. Носиться, пугать, не жрать. Избегать сражений и опасности.

Самина удовлетворенно кивнула и повернулась к Лифэтте и Алетра.

— Вы двое отправляетесь назад и ждёте сигнала, — приказала фурия. — Изобразите боевой отряд, прибывший на помощь.

— Ну уж нет, — возмутилась Алетра, встав в позу и скрестив руки на груди. Этого Самина и опасалась, уж слишком скверный характер у этой дорнийки, но прежде чем она успела поставить зарвавшуюся фурию на место, вмешался Кригер. Он не кричал и не угрожал, просто обратился к ней своим обычным тоном.

— Ты пойдешь.

Алетра обожгла его сердитым взглядом, а затем недовольно цокнула языком.

— Ладно… — сдалась фурия. — Но только в этот раз.

И когда это она стала его слушаться?..

Лифэтта в отличие от Алетры не возражала. Девушка и так прекрасно понимала, какую роль будет играть в предстоящей операции. После того, как пёс вызовет хаос на территории пансиона, и будет отправлен запрос о помощи, Алетра и Лифэтта изобразят эту самую помощь, отправленную Доменом Власти. В дальнейшем они потянут время, изображая преследование Пса, а Самина и Кригер тем временем займутся изучением пансиона и попытаются разузнать, существует ли связь между де-Йорг и таинственным Алчущим, создающим Бездушных.

— Пирсон, пойдешь с ними, — немного подумав, решила Самина.

— Мне казалось, что я буду прикрывать твою спину, — предпринял он робкую попытку остаться.

— Им твоя помощь будет нужнее, — покачала головой Самина.

— Как скажешь, — мужчина не стал спорить.

Юные фурии ушли по тоннелю в сопровождении Пирсона, а Самина с Кригером начали выжидать. Протокол при появлении Опустошителя довольно прост и одинаков для всех ситуаций — полная эвакуация.

— Зиммер, есть что-нибудь?

— Нет. Тишина. Они не поднимают тревогу по основным каналам.

— Дерьмо… Если у них есть несколько боевых фурий, и они решат избавиться от угрозы самостоятельно, это станет проблемой.

— Тогда идем, — решил за всех Кригер. — Посмотрим, что происходит, своими глазами.

Самина предпочла бы ещё немного подождать, но в итоге решила, что мужчина прав. Что если хорошо обученный отряд боевых фурий уже устранил Пса?

— Минутку, — Самина сосредоточилась на своей внешности. В первую очередь изменила цвет волос на пепельный, затем занялась лицом: поменяла форму глаз, губ, оттенок кожи, сделала все, чтобы перестать быть похожей на себя прежнюю.

— Ладно ты, но я доверенное лицо Теона и участвую в целой куче дел. Нельзя, чтобы меня опознали.

Кригер молча кивнул, никак не отреагировав на перемены во внешности девушки.

— Ну вот и поговорили…

* * *

— Госпожа де-Йорг! Госпожа де-Йорг!

Управляющая пансионом как раз завершала дневной обход, когда её нашла одна из помощниц. Молодая девица бежала сломя голову и даже ухитрилась упасть, не добежав до женщины каких-то десяток шагов.

— Дарина, сколько раз тебе говорить. Ты — леди, веди себя соответствующе! Что бы ни случилось, хоть небеса начали рушиться на голову, ты должна уметь правильно себя подавать, — смерила Чирида холодным взглядом свою помощницу, заставив ту раскраснеться и потупить взор.

— Пр…прошу прощения…

— Так что случилось?

— Опустошитель, госпожа. Только что доложили, что на территории пансиона появился Опустошитель!

— Опустошитель? Что за вздор! — фыркнула женщина, смерив помощницу ледяным взором. Если бы Опустошитель действительно появился на территории, то об этом сообщили бы из центра слежения. Прорывы реальности, через которые Опустошители попадают в этот мир, оставляют хорошо заметные следы.

— Но это… — начала было оправдываться Дарина, но Чирида в этот момент услышала какой-то шум, доносившийся снаружи. Она подошла к окну и вышла на балкон третьего этажа, окинув передний двор пансиона взглядом.

В нескольких сотнях метров от главного входа бежало три ученицы, а за ними по пятам гналось четвероногое чудовище, покрытое костяной броней. Пальцы Чириды уже легли на замок, что позволяет обнажить клинок, спрятанный в трости, но что-то её остановило.

— Он их сейчас сожрет! — испуганно воскликнула Дарина, но де-Йорг в этом уже сомневалась. Существо словно играло с девочками, дышало в затылок, то нагоняя, то отставая. Опустошители так себя не ведут. Они ненасытны и жестоки, пожирают все живое, до чего могут дотянуться, и даже сытыми охотятся и убивают. Им аюсолютно не свойственно заигрывание с жертвой.

Размышления подтвердились, когда девочки почти добежали до черного хода в правом крыле, и стоило им это сделать, как Опустошитель изменил направление и скрылся из вида. А ведь его добыча даже не успела захлопнуть за собой дверь.

— Хвала Свету, они в безопасности.

— Дарина, немедленно отправляйся в центр безопасности и передай мой приказ. Всех девочек нужно немедленно спрятать в бункере.

— В бункере? — удивилась она. — Но разве мы не должны покинуть пансион по протоколу?

— Ты уже успела стать тут главной? — брови старшей фурии взметнулись вверх.

— Нет, госпожа. Простите, госпожа, — задрожала помощница и побледнела. — Будет исполнено, госпожа.

Девушка убежала, а Чирида ещё несколько мгновений смотрела на двор перед пансионом, постукивая пальцем по рукояти трости. Она не понимала происходящего, и это её беспокоило.

Активировав браслет-коммуникатор на запястье, она пролистала список контактов, пока не нашла нужное имя, и выбрала “позвонить”.

— Чирида, сестрица, как необычно, что ты вдруг решила мне позвонить. Что-то случилось?

— Можно сказать и так, Тристи. Ты случайно ничего не знаешь о Опустошителе, что оказался на территории моего пансиона.

— Опустошитель? На фабрике?

— Не называй это так. Это в первую очередь МОЙ пансион, а уже затем твоя фабрика.

— Как хочешь, — отмахнулась сестра. — Так что тебе нужно? Мне прислать боевую группу?

— В этом нет необходимости. Ты думаешь, я не способна справиться с Опустошителем?

— Тогда зачем ты звонишь мне? — устало вздохнула Тристи. — У меня и так проблем полон рот. Через несколько часов Теон Альдрим собирается отправиться на ток-шоу Майли дор-Хэттсен, и я уже опасаюсь того, что он может выкинуть.

— Ты сама захотела стать Старшим Архонтом, — подметила Чирида.

— Так мы закончили?

— Почти. Я звоню потому, что этот Опустошитель ведет себя странно.

— Странно? Это как? Поет песни и трахает фурий?

— Он не убивает. По крайней мере показатели всех учениц говорят, что они целы, — Чирида специально проверила все подключенные к системе пансиона личные коммуникаторы. — Я видела, как он пугал беззащитных маленьких девочек, но именно что пугал, а когда они достигли убежища, даже не попытался его вскрыть. Просто ушел, словно…

— Им кто-то управляет? — догадалась сестра.

— Верно.

— Сразу могу сказать: я тут не причем. Большая часть экспериментов с Опустошителями после скандала были свернуты. Как хоть выглядит этот монстр?

— Небольшой. Размером с крупную собаку. Вряд ли прошел даже первую эволюцию.

— А ты уверена что это НЕ собака? Может твои девочки просто переодели пса?

— Я могу отличить собаку от Опустошителя, не считай меня дурой.

— Извини-извини. Хотя… Занешь… По слухам, у Альдрима есть ручной Опустошитель. И говорят, он как раз напоминает собаку.

Чирида хотела съязвить, но передумала, всерьез задумавшись.

— Думаешь, у меня гости?

— Вряд ли сам Альдрим. Он сейчас занят, да и он не из тех людей, которые будут скрываться. Но кто-то из его подручных — может быть.

Когда Тристи заговорила о том, что в пансион может прийти Владетель, в горле тут же пересохло. Попадаться ему на глаза — последнее, что было нужно женщине.

— И что, во имя Света, им тут понадобилось?

— Кто знает… Но я тут ни при чем. Нас ничто официально не связывает.

— Ладно… я все решу, — Чирида сделала глубокий вдох и оборвала связь. Разговоры с младшей сестрой её всегда утомляли. Альдрим и Тристи похожи в том, что являются нарциссами с манией величия, постоянно желающими больше и больше.

Быстрым шагом Чирида дошла до лестницы, спустилась на второй этаж и прошла в левое крыло, большая часть которого закрыта для входа постояльцев и персонала. Пройдя по коридору, она вошла в небольшую комнату со множеством мониторов.

— Где он? — спросила Чирида, даже не став уточнять, о ком говорит.

— Тут, — один из техников вывел изображение с Опустошителем на самый большой из мониторов.

— Он кого-нибудь убил? Или хотя бы ранил?

— Нет. Даже странно. Просто носится кругами. Один из охранников попробовал его подстрелить, но у него крайне прочная броня…

— В таком случае забудьте о нем пока.

— Что?

За слежение отвечало три техника, и все они сейчас удивленно уставились на начальницу

— На территорию пансиона кто-то проник или собирается проникнуть. Монстр — отвлекающий маневр.

Больше ничего объяснять не пришлось, в конце-концов эти люди профессионалы. Пусть Опустошитель и сбил их с толку, ведь это крайне нетипичная ситуация, но это легко было исправить.

— Правое крыло — чисто. Левое крыло — чисто.

— Старое крыло — тоже ничего.

— Ищите лучше.

— А это что?..

— Выведи на главный экран.

Чирида прищурилась, рассматривая очертания серого фургона, вставшего на обочине дороги.

— Это наши? — уточнила она на всякий случай.

— Нет, — довольно быстро ответил техник, бегло сверившись с расписанием. — Точно нет.

Губы де-Йорг растянулись в зловещей усмешке.

— Замечательно. Подготовь боевую группу. Устроим им горячий прием.

* * *

— Пирсон, зачем ты присоединился к Домену Власти?

Вопрос стал для мужчины сущей неожиданностью. Он повернулся, бросив удивленный взгляд на развалившуюся на боковом сидении Алетру.

— Странный вопрос. А ты почему? — не остался он в долгу. — Насколько я слышал, ты вообще не любишь мужчин. Зачем идти за одним из них?

— А кто сказал, что я иду именно за ним? — девушка улыбнулась, но вот темно-зеленые глаза оставались холодными. — Мои причины тебя не касаются.

— Ну в таком случае и мои тебя касаться не должны, — пожал плечами Пирсон и отвернулся.

— Эй, да как ты смеешь так со мной… — вспыхнула Алетра из-за такого отношения, но её немного охладил спокойный, но твердый голос другой фурии.

— Хватит, Алетра. Он прав. Если спрашиваешь, то будь готова и сама отвечать, — Лифэтта сидела рядом, прикрыв глаза и скрестив руки под грудью, отчего со стороны могло показаться, что она дремлет или медитирует. — Если вам интересно, то я присоединилась к Домену Власти, потому что хочу быть его мечом. Разить его врагов. И, разумеется, спасать людей от Опустошителей.

— Как благородно, — фыркнула дорнийка и закатила глаза, а затем уже гораздо тише добавила, — Просто признай, что тебе нравится, когда он разит тебя своим мечом.

Пирсон на этих словах насторожился. Ещё не хватало, чтобы эти две боевые фурии подрались во время боевой операции.

— Нравится, — подтвердила Лифэтта, приоткрыв глаза, и на её тонких губах заиграла победная ухмылка. — И будь ты менее упертой, поняла бы, насколько хорош его меч.

Алетра зарычала, и её руки тут же окутали языки алого пламени.

Пирсон уже решил вставить свои два слова, чтобы не допустить накаления ситуации между фуриями, но его внимание привлек какой-то блеск чуть впереди. Мгновение замешательства, а дальше в дело вступили инстинкты. Он резко рванул в бок, прячась за приборную панель, и одновременно с ним подголовник сидения взорвался.

— Вниз! — закричал Пирсон, а через миг по фургону открыли массированный огонь. Стекла посыпались, в ушах звенело от грохота выстрелов, но даже так мужчина смог завести двигатель и дать задний ход.

Машина нехотя тронулась, но проехала не больше десятка-другого метров, врезавшись в дерево.

— Аргх! — закричала Алетра. — Моя рука! Они прострелили мне руку!

— Ни звука, — тихо бросил Пирсон, затаившись. Алетра утихла. Лифэтта тоже молчала, и её состояние для мужчины оставалось загадкой.

Прошла примерно минута, прежде чем совсем рядом с транспортом послышались шаги. Таинственный стрелок решил проверить, живы ли люди. Наконец за дверью появилась мужская фигура в камуфляже и боевой разгрузке.

Он просунул ствол винтовки через окно, затаился и, не заметив никакого движения, осторожно просунул руку внутрь и потянул за ручку, открывая дверь.

В тот момент, когда дверь отворилась, но солдат ещё не успел взять на прицел мужчину, Пирсон ударил ногой по оружию, одновременно выхватывая пистолет.

Три выстрела, и каждый угодил в цель. Обычно это были голова и грудь, но у противника был шлем и бронежилет, поэтому Пирсон стрелял в уязвимые точки брони. Захрипев, враг стал заваливаться, но мужчина уже выскочил на улицу и перехватил его, используя как живой щит. Пока один открывал дверь и проверял убитых, второй страховал поблизости.

Автоматная очередь ударила по телу смертельно раненого солдата, и Пирсон открыл ответный огонь.

Одна пуля мужчины прошла мимо, три остальные попали в цель, сбив противника с ног, но не убив. Отбросив уже мертвый “щит”, Пирсон подхватил оброненный автомат и несколькими выстрелами добил второго бойца.

В следующий миг плечо вспыхнуло острой болью. Вражеская пуля прошила его насквозь, и боец Домена Власти поспешил укрыться за ближайшим деревом.

— Шесть… Нет… Семь, — считал Пирсон солдат противника, которые прямо сейчас стреляли в него с противоположной стороны дороги. — Ладно… бывало и хуже…

Глава 10. Пожар

— Впечатляет, — не сдержалась Самина, когда они с Кригером вышли прямо к пансиону. Первое, что бросалось в глаза — старинное здание, построенное по меньшей мере сотню лет назад. Это читалось во всем: в высоких окнах, изящных колоннах, узорах фасада, в горгульях, что подпирали крышу, в статуях и фонтанах, которых хватало на территории пансиона. Скорее всего, до того, как превратиться в частную школу для девочек, это место было дворцом какого-нибудь богача.

Но впечатляли девушку не только старые постройки, а то, насколько хорошо за ними следили. Здания отлично выглядели, и даже беглого взгляда было достаточно, чтобы понять: на уход за пансионом уходит целая куча денег.

Внезапные выстрелы, прозвучавшие где-то вдали, заставили Самину припасть на колено и схватиться за оружие, а вот её мрачный спутник практически никак не отреагировал на этот шум, лишь повернул голову в ту сторону, но уже через несколько секунд полностью потерял интерес.

Не прошло и пары секунд, как зазвучали новые выстрелы, но уже гораздо ближе.

— Скорее всего, стреляют по Псу, — предположила Самина.

— С ним все в порядке, — по голосу Кригера сложно было понять, это он так успокаивает женщину, или точно знает. И если первое, то лучше было бы сказать обратное. Многие в Домене Власти с облегчением бы выдохнули, узнав, что Опустошитель убит. Пусть Кригер и контролировал его, но Опустошитель остается Опустошителем.

— Если его ранят — я почувствую.

А вот последние слова заставили Самину нахмуриться, но задавать вопросы она не стала. Сейчас не то время и не то место.

Кригер уже направился в сторону ближайшего входа в пансион, но Самина поспешила его остановить. Она схватила мужчину за руку и дернула на себя, но с таким же успехом она могла бы попробовать остановить мчащийся грузовик. Кригер был подобен глыбе, а попытка его остановить закончилась тем, что девушка просто упала.

— Что? — обыденно-безэмоционально спросил кузнец.

— Камера! Ещё несколько метров, и ты бы попал прямо под её объектив! — буркнула фурия, поднимаясь на ноги. Лишь после этого её уродливый спутник поднял голову и заметил маленькую камеру, которая снимала вход в пансион.

Тем удивительнее было то, что больше камер Самина и не увидела до этого момента, хотя ожидала, что территорию пансиона будут очень хорошо охранять.

То, что ты не видишь камер, не значит, что их нет, — сказала она сама себе.

— Мне её сломать? — уточнил Кригер.

— Нет. Тогда они точно будут знать, что мы рядом. Может, попробовать сделать проход в стене? А ты можешь разрушить часть стены, а потом восстановить все, словно ничего и не было?

Кригер кивнул, и Самина, приободрившись, дала добро. Мужчина подошел к ближайшей стене, коснулся старого камня, и Самина ощутила исходящую от него силу. По камню пошла рябь, словно по воде, а затем он стал деформироваться, подобно пластилину, пока не образовался пролом.

— Я первая, — решила девушка и шагнула внутрь, оказавшись в какой-то просторной комнате, напоминающей учебную аудиторию, разве что столы были выстроены кругом, и не было доски.

Следом за фурией вошел Кригер, а стена за ним стала возвращаться в исходное состояние. Это было так удивительно, что Самина на несколько мгновений засмотрелась на это зрелище. После всех совершенных с ней изменений, сейчас стена выглядела совершенно нормально, словно несколько секунд назад в ней не было дыры, через которую могли пройти люди.

— Так и будешь стоять столбом? — поинтересовался Кригер, и девушка тут же тихо выругалась.

Нашла время удивляться.

Кригер смело шагнул в коридор и осмотрелся, заставив Самину в очередной раз чертыхнуться. Мужчина уж слишком напоминал ей Теона своим поведением. Даже находясь на территории врага, он не считал нужным прятаться или таиться. Сейчас, когда стоило быть осторожным, он действовал слишком уж прямолинейно.

— Так и поседеть можно… — буркнула Самина и тут же проверила концы волос, вдруг мысли материальны, но уже через мгновение чуть не рассмеялась. Волосы действительно были почти седыми, ведь она ранее сменила их цвет, превратившись в платиновую блондинку.

— Кригер? — мгновение замешательства, вызванное шуткой, привело к тому, что Самина потеряла Кригера из вида. — Кригер?! Куда ты запропастился?

Девушка закрутила головой, прошла чуть дальше по коридору до поворота и выглянула из-за угла.

Никого.

Вернувшись, она ещё раз заглянула в учебное помещение, через которое они и попали в пансион, но и там мужчины не оказалось. С другой стороны коридор заканчивался тупиком.

— Раскол! «Я прикажу ему», говорил он. «Он будет тебе подчиняться», да-да! Что бы я ещё раз пошла с ним куда-то… — зло процедила Самина и пошла по коридору, следуя единственным возможным маршрутом. Внутри было тихо: ни учеников, ни персонала, ни охраны. Всех уже должны были эвакуировать, и прямо сейчас если тут и остались люди, то немногочисленные охранники, которым было поручено убедиться, что всех вывели.

Самина проверила одну из попавшихся на пути комнат, оказавшейся чем-то вроде небольшой подсобки, где хранились учебные пособия для девочек. Бегло окинув комнату взглядом и не заметив ничего, что могло бы заинтересовать, фурия пошла дальше.

Ещё одна комната, и тоже лекторий, правда немного другой. Судя по стендам и плакатам с изображением человеческого тела, тут преподавали что-то медицинское. Самина даже учуяла запах, напоминающий больничную палату.

Мотнув головой, она вышла обратно в коридор, прошла чуть дальше, дойдя до развилки, и чуть было не столкнулась с выскочившей откуда-то женщиной-охранником.

— Почему вы ещё тут?! Все должны быть… — начала говорить она, но с каждым словом выражение её лица менялось все сильнее. Брови сошлись на переносице, взгляд стал настороженным. — А кто вы вообще?

— Я… — хотела попытаться отболтаться Самина, но затем взгляд женщины скользнул ниже, прямиком на пистолет-пулемет, висящий на плече.

Рука охранницы метнулась к висящему на бедре пистолету.

— Стойте! Все не так!

— Ни с места! — мгновение спустя вражеское оружие уже было наставлено на Самину.

Как же не хочется получать пулю…

Самина сильно сомневалась в том, что простым охранникам тут раздают кренталевые пули, соответственно они обычные, а значит бояться нечего. Дар регенератора легко с ними справится, и все же… боль от раны никуда не денется.

Держа фурию под прицелом, женщина потянулась к браслету-коммуникатору, чтобы вызвать поддержку, но за её спиной возник Кригер. Самина даже и не поняла, откуда он взялся. Он двигался настолько тихо, что охранница и пнять ен успела, что кто-то подошел сзади.

Руки Кригера легли работнице службы безопасности пансиона на голову. Резкое движение, хруст костей, и вот Самина уже смотрит не в глаза, а в затылок.

— Ты что, нахрен, натворил?! — зашипела на него Самина. — Мы должны были зайти сюда тихо! ТИХО! Понимаешь?! Никого не убивая! Раскол! И что теперь мы с этим делать будет?!

Самина руками показала на труп женщины со свернутой шеей.

Кригер слегка наклонил голову, разглядывая тело ничего не выражающим взглядом.

— Она бы в тебя выстрелила.

— И что? У них… — на всякий случай Самина взяла пистолет из рук трупа, изучила магазин и убедилась в своей догадке. — … нет кренталя. Я регенератор. Обычными пулями меня убить почти нереально.

Тут Самина слегка слукавила. Травмы головы все-таки нежелательны. Одно дело — восстановить легкое или печень, а другое — мозг. Тогда, во время первой встречи с Теоном, ей, можно сказать, повезло, и снаряд не повредил ничего по-настоящему важного в её голове.

— Незачем было её убивать!

— Если ты ждешь извинений, их не будет. А тело… — Кригер схватил труп за ворот одежды и поднял его так легко, словно тот ничего не весил, а затем коснулся ближайшей стены, вызывая рябь.

Самина не могла поверить своим глазам… Он просто погрузил тело в стену.

— Ты…

— Замуровал её, — буднично отозвался мужчина, словно говорил о какой-то ерунде.

— Но… её же теперь не найдут…

— А разве не в этом цель? Ты хотела избавиться от тела. Я избавился.

— Дерьмо… — Самина отшатнулась от него и покачала головой. — А если мы ещё кого-то встретим? Ты всех так… замуруешь?

— Если потребуется — да.

Да он больной! Просто гребаный псих!

В голове Самины легко нарисовалась картина, как Кригер убивает людей, одного за другим, и затем скрывает их тела в стенах и полу. Пройдут годы, прежде их обнаружат. А затем, в голове мелькнула мысль о том, что он способен провернуть такое с ещё живым человеком.

* * *

Пули застучали по дереву. Пирсон насчитал по меньшей мере семерых стрелков, и нет гарантий того, что ещё несколько бойцов прямо сейчас не пытается зайти к нему с тыла и фланга.

Припав на колено, он высунулся из укрытия, дав короткую очередь по противнику. Одного из солдат сбило с ног пулей, но об успехе ещё говорить было рано. На тех, что он хорошо рассмотрел, было новейшее снаряжение с экзо-усилением. Это ещё не полноценная экзо-броня или мех, но что-то близкое, а бронепластины, которые используются в этом снаряжении, могут останавливать даже крупный калибр. Получаются высокомобильные и одновременно хорошо защищенные солдаты.

Пирсон бросил взгляд на собственное плечо и поморщился. Ткань пропиталась кровью. На мужчине был бронежилет, но тот закрывал лишь жизненно-важные органы. Нащупав в одном из карманов штанов шприц-инъектор, он незамедлительно вколол содержимое рядом с раной.

Через несколько секунд ожидания мужчина почувствовал, что боль уходит, а плечо начинает неметь. Состав обезболивает рану на полчаса, а заодно останавливает кровотечение. То, что надо, когда получил пулю, и нет возможности оперативно получить медицинскую помощь.

Боковая дверь фургона отворилась, и оттуда выбралась Алетра, попутно морщась от боли. Кажется, девушке прострелили руку чуть ниже локтя. Следом за дорнийкой на улицу выскочила младшая дор-Мантэс. На первый взгляд Лифэтта не пострадала.

— Эй! Прячтесь за машину! — крикнул Пирсон девушкам, заметив, как Алетра собралась выскочить на людей и ударить по солдатам магическим огнем. — Вы не…

Но, судя по всему, слушать его никто и не собирался. Алетра решительно выскочила прямо к стрелкам, скрывающимся на той стороне дороги. Разумеется, те не упустили шанса пострелять по такой удобной мишени. Пирсон выругался и мысленно представил, как девушка падает, продырявленная множеством пуль, но этого не произошло.

За спину Алетре метнулась Лифэтта, закрывая фурию от пуль с помощью какого-то барьера, издали напоминающего массивное крыло дракона или другого существа с перепончатыми крыльями. Увидев это, Пирсон присвистнул, но куда больше его впечатлило то, что произошло дальше. Алетра буквально вспыхнула. Алое пламя объяло все её тело, отчего даже Лифэтта была вынуждена отступить, убрав защиту. Впрочем, дорнийке это уже было не нужно. Пули просто плавились, не достигая её. Подобно живому факелу девушка медленно шла вперед, а затем ударила по позиции врага двумя мощными струями пламени.

— Просто охренеть… — тихо прошептал Пирсон, ловя себя на мысли, что не хотел бы стать её врагом. И судя по тому, как остолбенела Лифэтта, для неё устроенное подругой тоже стало большим сюрпризом.

Враг стал отступать, но Алетра и не думала давать им уйти. Она бросилась прямо к стрелкам, игнорируя короткие очереди, что давали по ней отступающие бойцы. Струя пламени ударила вначале одного, сжигая мужчину до костей, затем второго и третьего. Никакая броня не способна защитить от такого потока пламени.

— Алетра, хватит! — закричала Лифэтта, пытаясь утихомирить разошедшуюся фурию. Лес по правую сторону от дороги уже начал полыхать, а огонь распространяться очень быстро.

— Лифэтта! Надо уходить! — крикнул Персон, подбегая к дор-Мантэс и хватая её за руку. — Если мы останемся, то просто сгорим!

Серебряноволосая фурия собиралась возразить, она не собирается бросать подругу, но и до неё очень быстро начало доходить, что ситуация выходит из-под контроля. Лес начал полыхать уже и на другой стороне дороги. Если они задержатся ещё ненадолго, то уже не выберутся.

— Да… Хорошо… — Лифэтта под конец бросила слегка растерянный взгляд на удалившийся вглубь леса огненный силуэт, едва различимый на фоне остального пламени, после чего последовала за мужчиной.

Первым делом Пирсон бросился к машине, но на полпути увидел расходящуюся под ней лужу.

Бензобак пробит! — мысль ужаснула его, и мужчина рефлекторно дернул девушку назад.

Полыхающая ветка дерева упала совсем рядом с машиной, и этого хватило, чтобы разлившееся горючее вспыхнуло.

— Раскол!

Они успели отойти буквально на пару метров, прежде чем случился взрыв. И все могло бы закончится плохо, если бы не Лифэтта. Как и во время нападения на Алетру, дор-Мантэс закрыла Пирсона полупрозрачным энергетическим крылом.

— Спасибо…

Лифэтта молча кивнула, но все-таки напоследок бросила взгляд на горящий лес, туда, где должна была быть Алетра.

— Бежим, — сказала фурия, и вместе с Пирсоном они поспешили по дороге, спасаясь от распространяющегося огня и дыма.

Они успели пробежать несколько десятков метров, когда перед ними рухнуло горящее дерево, преградившее путь к отступлению.

* * *

— Меня напрягает, что мы уже минут десять ходим по этому месту, и никого не встретили, — буркнула себе под нос Самина, идя следом за Кригером. Они осмотрели уже почти весь первый этаж левого крыла, но так не нашли ничего подозрительного. На первый взгляд это была классическая академия или институт, просто лектории и аудитории, в которых преподавали разные науки.

Чем дольше они тут находились, тем больше у Самины возникали сомнения, действительно ли они пришли, куда надо. Это Теон с Кригером не боялись ответственности. Это их можно посчитать монстрами, которых если и возможно убить, то приложив недюжинные старания. А вот Самина, даже несмотря на свой дар, вполне себе смертна. Одна кренталевая пуля — и она умрет как простой человек. Веселого в этих мыслях было мало. И с каждой проверенной комнатой на душе становилось лишь тоскливее.

Они закончили с осмотром левого крыла пансиона и вышли в центральный холл. Он представлял собой просторное помещение с Y-образной лестницей ведущей на второй этаж.

Самина в очередной раз поразилась местной роскоши, она словно действительно попала в особняк какой-то очень богатой аристократической семьи: мраморные статуи по бокам от входа, массивная люстра с как минимум сотней ламп, нависающая над головой, пол из красного дерева.

— Разделимся, — сказал Кригер тоном, не терпящим возражений. — Ты отправишься на второй этаж, я осмотрю первый. Мы тратим слишком много времени на…

Цок. Цок. Цок.

Перестукивание каблуков, раздавшееся где-то наверху, заставило мужчину замолчать и повернуть голову в сторону лестницы. К ним кто-то шел, и Кригер, судя по всему, даже и не думал прятаться.

Через несколько мгновений на лестницу вышла уже не молодая женщина, худая, с острыми чертами лица, в строгом наряде и с собранными в пучок черными, с легкой сединой волосами. Она остановилась на площадке, где две лестницы объединяются в одну, и смерила вторженцев высокомерным взглядом темных как бездна глаз, положив руки на длинную трость.

— Вам тут не рады, — сказала она. — Если вы сдадитесь и расскажете, кто вас послал, то, может быть, я сохраню ваши жалкие жизни.

— Жалкие? — рассмеялся Кригер, и от его смеха Самина невольно вздрогнула. — Кого ты называешь жалким, Дармэлла?

От услышанного лицо женщины дрогнуло, прищурив глаза она по-новому посмотрела на мужчину.

— Давно меня так не называли… Теперь меня называют Чирида де-Йорг. Кто ты?

— Присмотрись получше, — Кригер сделал несколько шагов женщине навстречу и остановился на границе лестницы. — Последний раз, когда мы встречались, ты споткнулась о тело Дэралина, которому я размозжил голову.

— Кригер… — весь напускной вид как водой смыло. В глазах женщины действительно блеснул страх.

— Собственной персоной. Пришел за твоей головой. А после я найду и твою мать, Галатею, и принесу ваши головы к ногам Теона.

— Это лицо подходит тебе гораздо лучше прошлого, — с омерзением прошипела женщина. Её руки слегка дрожали, сжимая рукоять трости. — Цепной пес Альдрима… Ты никогда не был одним из нас, что и доказал, убив Дэралина. Но я рада, что теперь ты здесь.

Де-Йорг повернула защелку у основания рукояти трости и извлекла оттуда скрытый клинок, по которому тотчас заструилась энергия Иного.

— Пора навечно вычеркнуть тебя из истории, Данэс Кригер.

Глава 11. Прошлое и настоящее

Сорок два года назад…

Кригер терпеть не мог подобные встречи «старых друзей». Руннэт называла их «воссоединением семьи», но в этой «семье» Кригер чувствовал себя лишним. Так было и во времена империи Владетеля, так было и сейчас.

Облаченный в черный фрак, он ходил по комнате, разглядывая присутствующих безразличным взглядом. Тут собрались почти все, кто был при дворе Теона в давние времена. Они веселились, пили, делились успехами и вспоминали старые деньки.

— Данэс, мой мальчик, — улыбнулась ему подошедшая Галатея в роскошном пышном платье с глубоким вырезом. Дарующая Жизни была красивой, и в тоже время эта красота была холодной. Она была таким же изгоем среди соратников Владетеля, уж слишком пугал её дар, но в отличие от Кригера этот самый дар был нужен. Если на кузнеца все, кроме, наверное, Руннэт, кидали косые взгляды, то о Галатее старались говорить только хорошее. — Ты постарел.

Галатея бесцеремонно взяла мужчину за руку, и Кригер тут же ощутил воздействие её силы. Внутренности вспыхнули огнем, а затем пришел черед и кожи.

— Так-то лучше, — улыбнулась она. — Рада была тебя увидеть.

Кригер так и не успел ничего сказать ей в ответ и лишь бегло оглянул свои помолодевшие, но все ещё покрытые мозолями руки. Когда он пришел сюда, на вид ему было около пятидесяти, а сейчас, по ощущениям, чуть больше двадцати.

— Я думала, в этом году ты не придешь.

Кригер развернулся и окинул взглядом Руннэт, такую же красивую, какой он встретил её впервые.

— Не нашлось дел получше, — ответил кузнец, взяв бокал с выпивкой с ближайшего столика.

А еще потому, что Теон, скорее всего, хотел бы этого.

Это была главная причина, почему он здесь. Те, кого собрал Владетель вокруг себя, его «семья» — он считал это важным, что это объединение людей ради общей цели.

— Я рада, что ты тут.

— Не все думают так же.

— Не обращай на них внимания, — улыбнулась Руннэт. — Ты один из нас. Так или иначе.

Кригер кивнул и сделал глоток.

— Я слышал, у тебя кто-то появился.

Руннэт удивленно посмотрела на собеседника, затем поджала губы и слегка потупила взгляд. Обсуждать личную жизнь с Кригером не хотелось.

— Я не осуждаю. Думаю, он хотел бы, чтобы ты была счастлива, — ещё один глоток, и в бокале ничего не осталось.

— Да… Думаю, хотел бы… — голос женщины слегка дрогнул, но Кригер не обратил на это особого внимания. Чувства людей друг к другу часто были ему непонятны. Долг и преданность — это просто и понятно, а вот любовь со всеми её сложностями для Кригера всегда была загадкой, а ещё удобным рычагом давления на человека, благодаря чему тот легко может сломаться. — Послушай… Об этом ещё никто кроме Галатеи не знает… И думаю, будет лучше, если останется в секрете.

— О чем ты?

— Я беременна.

От этой новости даже лицо Кригера дрогнуло.

— Это не шутка?

— Я бы не стала шутить о таком, — совершенно серьезно ответила Руннэт.

— А отец? Это тот самый…

— Да, — сухо ответила руннэт, явно не желая развивать тему своих взаимоотношений. Похоже, личность избранника Королевы Шипов не знает никто.

— Поздравляю, — Кригер знал, что Руннэт хотела детей. Теон их иметь не мог, да и у Королевы Шипов, как выяснилось уже после смерти Владетеля, были свои проблемы с деторождением. Шестьсот с лишнем лет ей потребовалось на то, чтобы суметь зачать. — Какой срок?

— Пять недель.

— Пол уже известен?

Руннэт отрицательно помотала головой.

— Мне это не важно. Я не Галатея, чтобы об этом беспокоится. Этому ребенку я дам все, что только смогу дать.

Кригер про себя отметил, что ещё не видел Руннэт такой счастливой и окрыленной со времен Небесного Раскола.

— Извини, вынуждена тебя оставить.

— Конечно, — Руннэт поспешила на встречу с Шейном, который только что прибыл, и Кригер, проводив её взглядом, решил поискать себе уголок, чтобы провести остаток вечера в тишине.

Но все пошло прахом, когда рядом с ним присел Дэралин. Светловолосый и коренастый, он всегда был в хорошем расположении духа. Под руку с мужчиной была Дармэлла — старшая дочь Галатеи из известных Кригеру. Если у Королевы Шипов с рождением были проблемы, то число детей Дарующей жизнь за эти сотни лет исчислялось десятками. Впрочем, далеко не каждый из рожденных ей удостаивался внимания матери и долгой жизни. Слабых и бесполезных она хладнокровно отбрасывала, оставляя стареть и умирать.

Дармэлла была могучей фурией, поэтому ей и повезло, но сам факт её присутствия тут раздражал Кригера. Когда Теон пал от руки Могдина, ей было всего семь лет. При виде Кригера та скривилась, прекрасно зная, какого он о ней мнения.

Поставив на стол перед кузнецом две бутылки крепкого виски и пару бокалов, Дэралин занял место справа.

В такие моменты Кригер понимал почему терпеть не мог эти встречи. Пьяный Дэралин не умолкал, непрестанно травя байки. Это было одной из самых неприятных и скверных его черт. Обычно мужчина был молчалив и тих, но чем выше был градус алкоголя в его крови, тем болтливее тот становился.

И Кригер был его любимым слушателем. В основном потому, что молчал, не вклиниваясь и не перебивая, а Дэралин заливал его историями словно из рога изобилия. Но больше всего Кригера раздражала не пустая болтовня Дэралина, а то, что тот всегда приукрашивал, менял факты налету или просто рассказывал небылицы. Кригеру приходилось делать над собой усилие, чтобы не вырвать этому мужчине язык.

Данэс терпеть не мог ложь. Ложь, пусть даже такая незначительная, порождала недоверие, а оно в свою очередь — хаос и предательство. Дочь Галатеи тоже была не слишком высокого мнения об этих историях, но старалась этого не показывать. Между ними были какие-то романтические отношения, до которых Кригеру было столько же дела, сколько и до историй Дэралина.

И все же одна вещь все-таки интересовала.

— Дэралин, почему тебя назвали бабским именем? — мужчина, в этот момент опрокидывающий очередную стойку перед тем, как продолжить очередную байку, поперхнулся выпивкой и округлил глаза.

— И вовсе оно не бабское! — откашлялся и запротестовал он, а вот его спутница зашлась веселым смехом. Кригер не понимал, что смешного в этом вопросе. Его это действительно интересовало. Как не посмотри, Дэралин всегда считалось женским именем. — Забери свои слова назад!

— Или что? — Кригер бросил на мужчину хмурый взгляд, заставив того поежиться. И все же Дэралин прикусил язык и быстро опрокинул две стопки, одну за другой.

— Ну ты и мудак, Данэс. Всегда таким был, сколько помню. Ни чувства юмора, ни такта. Руннэт и Шейну стоило тебя похоронить вместе с Владетелем.

Кригер тут же поднял взгляд, уставившись на Дэралина, который из-за алкоголя, похоже, сам не понял, что именно сказал.

Дармэлла прекратила смеяться и побледнела. До неё смысл сказанного дошел мгновенно, и она поспешила заткнуть мужчине рот.

— Что ты сказал? — вкрадчиво поинтересовался Кригер. — Что-то насчет Руннэт и Шейна. Повтори.

— Что слышал! — фыркнул Дэралин, оттолкнув пытавшуюся его унять дочь Галатеи. — Надо было закатать в кренталевый гроб и тебя. Ты сраный пережиток прошлого!

Дэралин вскочил на ноги, его немного шатало. Он действительно не понимал, кому и что именно говорит, в отличие от Дармэллы. Она с ужасом переводила взгляд то на своего кавалера, то на Кригера.

— Кренталевый гроб? Для тебя же, Дэралин, лучше, если это какая-то шутка.

— Да, это шутка. Просто шутка! — забормотала женщина, пытаясь образумить пьяного глупца.

— В жопу шутки! В жопу Кригера! Достало, что мы танцуем вокруг него и делаем вид, что Владетель откинулся из-за Могдина!

Кригер все ещё сидел на диване, постукивая пальцем по деревянному подлокотнику под левой рукой.

— Что? Сказать нечего?!

— Нечего. Не вижу смысла говорить с трупами.

— Ч…

Мало кто заметил, с какой скоростью Кригер создал себе оружие, но каждый в зале увидел результат. Удар молотом пришелся в челюсть Дэралину, превратив в кашу лицо мужчины. Смесь крови и мозгов полетела в разные стороны. Неподалеку послышались крики.

Первой в себя пришла Дармэлла, сообразив, что будет следующей. Не думая, она ударила по Кригеру чистой энергией Иного, сбивая мужчину с ног, и постаралась сбежать, воспользовавшись моментом. И все же в последний момент она споткнулась о мертвое тело и упала, слегка порвав платье.

Кригер поднялся на ноги, а пол зала уже стал деформироваться. Кузнец собирался убить тут всех и каждого. Обычно Кригер не испытывал эмоций, но сейчас он, наверное, впервые был по-настоящему зол.

Кригер поудобнее взялся за молот и решительным шагом направился в сторону испуганной дочери Галатеи, но внезапно позади него возник Зарим. Портальщик перенесся за спину Кригеру и взял его шею в захват.

— Какого хрена на тебя нашло?!

— Предатели! — прорычал разъярённый кузнец и, схватив Зарима за одежду, сбросил мужчину с себя. Взмахнув молотом, Кригер чуть не раздробил тому грудь. Лишь потому, что тот создал под собой портал, ему удалось избежать удара со смертоносным оружием кузнеца. — Я прикончу вас всех…

Но, несмотря на все силы Кригера, единственным, кто пал в тот день от его руки был Дэралин. Пока Зарим отвлекал Кригера, подоспела Руннэт. Руки и ноги мужчины тут же оплели лозы, правда почти без шипов. За считанные мгновение Кригер оказался скован и не способен пошевелить даже пальцем.

— Зачем ты это сделал? — Руннэт была бледной как мел, но в её голосе все равно звучала решительность. — Зачем?..

— Вы предали его! Предали!

Услышав это, женщина отступила и опустила взгляд, а секунду спустя просто отвернулась, не в силах смотреть на старого товарища.

— Тебе тоже было смешно, Руннэт? Тоже веселилась, смеялась надо мной, скрывая правду?! Сотни лет водили меня за нос…

— Это нужно было сделать! Как ты не понимаешь?! Он совсем обезумел. Эта война сводила его с ума, у нас просто не было выбора…

— Выбор есть всегда, Руннэт. Ты свой сделала. А я сделал свой, когда убил Дэралина. И совершу его снова, когда приду по ваши души. Каждого из вас…

* * *

Если бы Кригер мог улыбаться, он бы это сделал. Кто бы мог подумать, что порученная Теоном работа сведет его с дочерью Галатеи. А там, где дочь, неподалеку и мать. Дарующая никогда не теряла связь со своими «полезными» детьми.

— Расскажи мне, где скрывается Галатея, и я быстро тебя убью, — сказал Кригер, смотря, как багровеет лицо женщины.

— Убьешь меня? Быстро?! Не смеши меня! В прошлом ты действительно был силен, и тогда я бы не рискнула связываться с тобой, но все меняется.

Чирида де-Йорг с гордо поднятой головой продолжила спуск с лестницы, отбрасывая в сторону ножны от скрытого в трости клинка.

— Слышал о модифицированных фуриях? — усмехнулась она, продолжая неторопливый спуск. Свободной от трости-клинка рукой она выдернула из пучка длинную золотистую заколку, распуская волосы. Чирида коснулась Иного, и энергия потоком хлынула в неё, одновременно меняя цвет волос на серебристый, а меч в руках фурии замерцал, словно его лезвие было сделано из алмаза.

Кригер припал на колено, превращая часть пола в любимую кувалду, но прежде, чем успел выпрямиться, тишину разорвала автоматная очередь. Стреляла Самина, но, к сожалению, ни одна из пуль цели не достигла. Чирида взмахнула мечом, и все пули превратились в пыль.

Кузнец бросил на Самину косой взгляд, на что та виновато пожала плечами.

— Стоило попытаться.

— Ты займись ими.

— Ими? — не поняла девушка, но уже через секунду заметила, что на втором этаже появились вооруженные люди. Ещё несколько бойцов с отличным вооружением показались из входа в противоположное крыло. В общей сложности три десятка.

— Убейте женщину, а этот уродец — мой, — крикнула Чирида бойцам, и те незамедлительно открыли огонь по Самине, не сделав ни единого выстрела по Кригеру. Напарнице Теона ничего не оставалось, кроме как укрыться в левом крыле пансиона, откуда они только что пришли, и солдаты бросились следом.

Кригер мог бы прихлопнуть их всех одним махом, но решил не вмешиваться, позволив им беспрепятственно преследовать Самину.

— Ты даже не поможешь той бедной фурии? — покачала головой Дармэлла.

— Она может сама о себе позаботится. А если её убьют простые пешки, значит она не достойна находится возле него.

— Значит, Владетель и впрямь вернулся… А я-то надеялась, что это все глупая шутка, — покачала головой фурия, дойдя до конца лестницы. Теперь её от Кригера отделяла буквально пара шагов.

— Он живее всех живых. И никто не укроется от его возмездия.

Чирида, услышав это, лишь плюнула ему под ноги.

— Возмездие… А что насчет тебя? Ты получишь по заслугам?! Скольких ты убил? Скольких ты пытал? Дэралин уж точно не заслужил того, что ты с ним сделал.

— Он предал Теона.

— Он не участвовал в заговоре, сукин ты сын. Он узнал о том, что случилось, уже после. Единственное его преступление — это то, что он молчал. И ты его убил. Безжалостно, даже глазом не моргнув.

— Хочешь услышать, что мне жаль? Мне не жаль. Он, ты, все вы — вы его предали. Его преступление не в том, что он молчал, а в том, что, узнав правду, бездействовал. Он не попытался что-то предпринять. Не попытался найти Теона, не попытался заставить ответить предателей. Он, как и все, сделал вид, что это нормально. Вот ваше преступление, и вы за него ответите.

— Похоже, в тебе действительно нет ничего человеческого. Спасибо. Мне теперь будет гораздо проще сделать это…

Чирида сделала рывок вперед, на мгновение превратившись в размытый силуэт. Кригер не ожидал от женщины такой прыти. Все, что мужчина успел сделать, это отступить и поставить блок, используя молот. Кончик «алмазного» клинка вонзился в рукоять молота, и в следующую секунду оружие в руках мужчины рассыпалось, превратившись в пыль.

Отступив ещё на несколько шагов, Кригер разорвал дистанцию.

— Мой малый дар всегда считался бесполезным. Я могла ослаблять молекулярные связи внутри предметов, но даже тратя десятилетия на его тренировку, до такого, как ты, мне было далеко. Но благодаря модификации я могу сделать вот это, — женщина демонстративно провела острием своего клинка по перилу рядом, превращая его в пыль. — Ты Созидатель, а я Разрушитель. Твоя идеальная противоположность. Твоя сила бесполезна против меня.

— Правда? — хмыкнул Кригер и влил свою силу в пол. Тот пошел рябью, и женщину должно было поразить несколько каменных пик, но все решил один единственный взмах меча.

— Убедился? Это не единственный сюрприз за сегодня. Зарим!

Чуть позади женщины открылся портал, из которого вышел старый знакомый Кригера. Портальщик даже помолодел с последней встречи, а это значит, что совсем недавно контактировал с Галатеей. Но он был не один. Его сопровождала какая-то незнакомая молодая девушка, на вид лет двадцати с короткими серебристыми волосами.

При виде Кригера, Зарим поморщился и отвел взгляд, словно стыдясь, что находится тут.

— Спасибо, Зарим, ты очень вовремя. Зара, дорогая, будь добра, блокируй этого мужчину.

— Да, мадам, — кивнула девушка, и Кригер почувствовал, как сила, текущая в нем, испарилась, словно ему на шею одели ошейник из кренталя.

— Долго я сдерживать его не смогу, — предупредила девушка слегка сдавленным голосом, а на её лбу проступила напряженная венка.

— Не волнуйся, долго и не придется, — хищно ухмыльнулась Чирида. — Больше никакого снисхождения, Кригер. Я не буду такой мягкотелой, как Руннэт.

Кригер окинул троицу взглядом, а затем рассмеялся жутким, потусторонним смехом.

— Что смешного? — с презрением поинтересовалась Чирида.

— Вы не учли одну крайне важную деталь.

— Какую же?

— Я теперь ещё и Опустошитель…

Глава 12. Форма

— Назад! — крикнул Пирсон, закрываясь от жара руками. Огонь подступил со всех сторон, голова шла кругом от дыма. Они протянут ещё минуту-две, вряд ли больше, если не выберутся.

Пирсон с Лифэттой отступили, попытавшись пройти по дороге в противоположную сторону, но огонь уже добрался и туда.

— Я… — Лифэтта зашлась кашлем. — Я… кха-кха-кха… Я попробую взлететь и вытащить нас.

— Взлететь?! Ты умеешь летать?!

— Нет, просто попробую использовать два крыла, а не одно…

— Ты раньше такое делала?

— Нет, а у тебя есть идеи получше?

— Раскол…

— Обними меня, — попросила Лифэтта. Пирсон немного помедлил, но исполнил просьбу девушки. — Вот так, да. Держись крепче.

Девушка на мгновение прикрыла глаза и коснулась Иного, а когда Лифэтта открыла их, они полыхали фиолетовым пламенем. Пирсон почувствовал, как волна незримой силы проходит сквозь его тело. За спиной у фурии возникло одно массивное полупрозрачное крыло из фиолетовой энергии, но этого было мало для полета, и прямо сейчас девушка прилагала все силы, чтобы создать второе крыло.

— Давай, Лифэтта, ты сможешь, — подбадривал её мужчина. Это все, что ему оставалось в данной ситуации, но подбадривание дало свои плоды. Буквально через несколько секунд после этого позади Лифэтты появилось второе крыло. Оно было меньше и менее четкое, но сам факт его появления вселял надежду на спасение. — Ещё немного. Постарайся.

Крыло стало деформироваться и менять размер. Судя по лицу фурии, едва ли ей это просто давалось. От перенапряжения у неё носом пошла кровь, а кожа стала мертвецки бледной. В следующий миг девушка вскрикнула, её глаза закатились, и Пирсону на мгновение показалось, что она потеряла сознание, но затем фурия прижала его к себе с такой силой, что у мужчины затрещали ребра. Взмах двух призрачных крыльев, такой сильный, что заложило уши, поднял людей в воздух. Второй взмах лишь закрепил результат. Ими словно выстрелили из пушки, настолько сильными были взмахи. Парочка взмыла над лесом, и Пирсон не без удовольствия ощутил прохладный свежий воздух и сделал глубокий вдох.

— Лиф! У тебя получилось! Получ… — мужчина осекся, почувствовав, что хватка девушки слабеет, а она, судя по всему, теряет сознание. — Лифетта! Очнись!

Воздух гудел в ушах. Они все ещё летели вверх и вперед, но совсем скоро это изменится. Траектория полета уже начала меняться, ещё секунда-две, и они начнут падать.

— Лифэтта! — теперь Пирсон и не пытался скрыть панические нотки. Они начали падать, и пусть пожар остался позади, но падение с высоты в несколько десятков метров не сулит ничего хорошего. — Приди в себя! Лифэтта!

Все было бесполезно. Сколько бы он не старался привести девушку в чувства, у него это не получалось. Вершины деревьев тем временем становились все ближе и ближе.

Выбора нет!

Пирсон прижал девушку к себе как можно крепче, уткнувшись лицом в её макушку, и сосредоточился на тлеющей внутри неё энергии Иного. Её сила сейчас была подобна почти потухшим углям. Мужчина мысленно потянулся к ним, распаляя их, заставляя пламя вспыхнуть вновь, а когда это получилось, он вдохнул её, пропуская через себя, и тотчас об этом пожалел.

Её сила была просто огромной, гораздо больше, чем он пропускал через себя когда-либо. Она буквально выжигала мужчину изнутри, боль от неё была просто невыносимой.

Я выдержу! Выдержу! Во что бы то ни стало!

Зарычав, Пирсон выпустил полученную силу, формируя из неё привычную для Лифэтты форму: крыло, гораздо больше и прочнее, чем обычно. Оно укрыло мужчину и девушку словно кокон, приняв на себя удар деревьев.

* * *

— Пирсон… Пирсон очнись…

Мужчина тут же открыл глаза и едва не потерял сознание от нахлынувшей боли. Его тело, казалось, было разорванно на куски, которые после разделки хорошенько прожарили.

— Пирсон…

Над ним нависала Лифэтта, бледная, ослабшая и перепачканная в крови.

— Хвала Свету, ты жив… — тихо произнесла она. — Извини… Это все я… Я виновата… Я потеряла контроль… Не помню, как использовала силу…Прости…

Девушка бормотала и извинялась, не останавливаясь, а Пирсон, все ещё пытаясь прийти в себя, не мог понять, за что именно. Память о произошедшем вернулась не сразу, а когда это случилось, он мысленно выругался.

— Насколько все плохо?

— Не знаю… У тебя много ожогов, и кажется рука сломана.

Судя по тому, что последнего он не чувствовал, это та самая рука, на которой он использовал инъектор.

— Пирсон…

— Да?

— Нам надо уходить… и быстро. Пожар. Он все ещё разрастается, и если мы не поторопимся, то вновь окажемся в ловушке.

— Понял… — ответил Пирсон, на несколько мгновений прикрывая глаза и собираясь с силами.

Нужно подняться. Подняться и идти… Я смогу… Смогу!

* * *

— Сраный Кригер! Сраный Кригер! Я это тебе ещё припомню… — ругалась Самина, убегая от преследователей. Над головой просвистела короткая очередь, заставившая девушку пригнуться, а затем перекатом скрыться за первой попавшейся дверью.

Этот урод даже пальцем не пошевелил, чтобы мне помочь! Сбросил на меня целую кучу солдат, и разбирайся, как хочешь…

Накатившая злость стала проходить. В конце концов, он оставил на неё простых людей, пусть вооруженных, но людей. Среди них не было фурий, а следовательно, у них лишь численное преимущество.

Девушка оказалась в одном из лекториев. Судя по находившимся тут вещам, здесь девушкам преподавали физику.

Жаль не химию… Найти бы банку с серной кислотой и…

В коридоре послышались быстрые шаги, заставившие фурию занять укрытие и приготовиться к бою. В дверь вошли двое бойцов, один сразу взял под контроль направление Самины, второй — противоположную сторону.

Фурия и заметивший её солдат открыли огонь практически одновременно. Разница была лишь в том, что Самина укрылась за опрокинутой партой. Результат, впрочем, оказался не таким хорошим, как она надеялась. Это в фильмах простого деревянного стола достаточно, чтобы защититься от пули, а в реальности металлический снаряд с легкостью прошил деревянную столешницу.

Одна пуля пробила ей грудь, вторая попала в голень.

— Сволочи! — зарычала от боли фурия.

Её противнику тоже досталось. Один энергетический заряд ударил его в грудь, но так и не прожег бронепластину. А вот со вторым ей повезло, он угодил мужчине куда-то в область горла, отчего тот захрипел и рухнул на пол.

Второго тоже задело, удар пришелся в наплечник. Вслед за этими двумя в аудиторию вошли ещё несколько солдат, уже точно зная, где находится девушка. У Самины не было и шанса. Её изрешетили пулями быстрее, чем она смогла предпринять хоть что-то.

Значит, вот что она чувствовала…

Лежа на полу, ощущая, как кровь заполняет легкие, Самина невольно подумала об Арвин. Совсем юная фурия лежала точно так же, истекая кровью, не способная ничего предпринять.

Каждый новый вдох давался тяжелее предыдущего, и удивительно, но Самина в этот момент не ощущала боли. В неё выпустили столько пуль, что все внутренности превратились в одну кровавую кашу, но при этом Самина ничего не ощущала. Лишь странную легкость и… свободу?

Иное было совсем рядом, ей было достаточно втянуть его, чтобы излечиться, но она выжидала. Ждала, когда охранники пансиона подойдут поближе. Она слышала их шаги и отголоски переговоров.

Над ней нависло несколько фигур, облаченных в прочную высокотехнологичную броню, шлемы которой полностью скрывали лица.

Так мне будет проще.

Самина сделала судорожный вдох, пытаясь втянуть воздух полными кровью легкими, а вместе с этим в неё хлынул поток силы. Ткани начали стремительно регенерировать, залечивая раны, но этого было мало. Самина хотела выжать из своего тела гораздо больше, чем изменение черт лица и цвета волос. Она могла превратиться во что-то другое, гораздо большее, чем просто человек.

Её ногти вытянулись и заострились. Не думая ни о чем, фурия вонзила их в голень ближайшего человека.

— Она жива! — закричал другой.

Солдаты открыли огонь, и Самина в этот момент закрыла голову второй рукой, стараясь изменить её таким образом, чтобы обеспечить максимальную защиту. Из её кожи стали расти костяные пластины, принявшие на себя свинцовый дождь.

Крепче! Они должны быть крепче!

Одновременно с этим фурия пыталась перестроить свои мышцы, делая их гораздо прочнее. Оттолкнувшись от пола, девушка резко выпрямилась, отбрасывая от себя одного из стрелков, а по второму ударив когтями. К сожалению, в этот раз Самине не так повезло. Когти не смогли рассечь броню, лишь оставили на бронепластинах глубокие борозды.

Ещё выстрелы. Две пули пробили бедро, одна насквозь пробила живот, ещё одна чиркнула по виску. Ещё пара миллиметров, и она бы пробила голову, а так оставила лишь глубокую кровоточащую борозду.

Опасно!

Самина лишь в этот момент осознала, что все может закончится всего одной пулей. Регенерация мозга — самое сложное. Сотня пуль в грудь гораздо лучше, чем одна в голову. Страх захлестнул девушку, и она атаковала подобно загнанному в угол зверю. Её лицо изменилось, став больше напоминать морду зубастого животного. Повалив ближайшего солдата, она впилась зубами ему в горло, вырывая крупный кусок плоти.

В тот момент Самина не думала о том, что именно делает, в первую очередь сосредоточившись на перестройке и отдав контроль инстинктам.

Броня… Мне нужна броня! Крепче! И я сама должна двигаться гораздо-гораздо быстрее…

Фурия никогда прежде не меняла себя так сильно. Ей нужно было перестроить ткани и кости ради того, чтобы превратить себя в максимально живучую и смертоносную тварь. Это было непросто, силы на подобные трансформации утекали как вода сквозь пальцы. Её тело, привыкшее к вполне определенной форме, сопротивлялось подобным изменениям.

Форма Самины становилась все более смертоносной и все менее похожей на человека. Оставшиеся солдаты открыли по ней огонь, но большая часть пуль была остановлена костяными бронепластинами на спине фурии. Самина буквально в несколько прыжков оказалась в противоположном конце комнаты, ускользая от свинцового дождя, оттолкнулась от стены и в прыжке ударила хвостом одного из врагов, отчего его очень крепко приложило о ближайшую стену.

Хвост?! У меня есть хвост?!

Этот факт Самину очень сильно удивил, она и сама не заметила, как его создала.

За считанные секунды девушка ухитрилась убить четверых, и как минимум вывести из строя одного. По крайней мере тот, кого она отбросила, так и не поднялся на ноги после удара о стену.

Но врагов все еще много.

Подобно хищной кошке Самина выскочила в коридор, поражая когтями сразу двоих. Одному она распорола горло, другому выпустила кишки, пройдя когтями в щели между бронепластинами, и не замедляясь проследовала дальше, выискивая новую жертву.

В этом облике в Самине пробуждалось что-то первобытное. Она переставала воспринимать людей как людей. Это просто добыча. маленькие мышки, с которыми она может поиграться, прежде чем съесть.

Фурия повалила ещё одного солдата, вгрызлась ему в горло и с каким-то странным удовольствием проглотила его кровь.

Ещё! Я хочу ещё!

Фурия рвала солдат на куски, ела их плоть, и это лишь сильнее распаляло азарт. Её тело жаждало развития, новой эволюции, чтобы стать ещё более смертоносной.

Самина начала приходить в себя, лишь когда выстрелы стихли. Больше никто в неё не стрелял, никто не пытался убить, а соответственно и охотится стало не на кого.

В облике монстра она прошлась по пустым коридорам, залитым кровью, в поисках новой жертвы, но никого так и не нашла. И лишь это начало возвращать её на землю.

Что происходит?

Ещё несколько секунд назад она чувствовала невероятную силу, но стоило закончится еде, как накатила жуткая слабость. Самина припала к ближайшей стене и взглянула на свои окровавленные руки, уродливые, с длинными когтями и покрытые костяной броней.

— Ниэт… Это… нэ ия… — голос казался чужим, жутким и потусторонним. Почему-то фурия вспомнила Кригера в этот момент.

Закрыв глаза, она попыталась вернуть себе прежний облик, но зверь, зародившийся внутри неё, сопротивлялся. Ему нравилось, как девушка выглядит, нравилась охота, и он не хотел возвращаться к «обычной» жизни.

Самина зарычала нечеловеческим рыком от усилий, с какими она пыталась вернуть себя, и в конце концов это начало получаться. Пальцы стали возвращать себе естественный вид, костяные наросты просто отваливались, со звоном падая на пол.

Перестройка тела была такой болезненной, что в процессе Самина несколько раз отключалась, и лишь когда она взглянула на свои руки и увидела нормальные человеческие пальцы, облегченно выдохнула.

— Я… это я… — тихо прошептала она и обрадовалась тому, что голос тоже звучит практически нормально. Но одновременно с этим она обратила внимание на вкус крови во рту.

Человеческой крови.

Воспоминания о том, что она творила в прошлом облике, были такими нереальными, словно все это было сном, но нет. Все это было на самом деле. Она рвала на куски людей когтями, ела их мясо и пила кровь.

От осознания этого фурии стало дурно, живот скрутило тугим узлом, и её вырвало. Девушку затрясло, и она сжалась на полу в клубок, плача от ужаса. Она превратилась в чудовище, и ей это понравилось…

Глава 13. Пески и вода

— Опустошитель? — рассмеялась Дармэлла, продолжая смотреть на мужчину сверху вниз. — Ты, видимо, тронулся головой! То, что сейчас твое лицо больше напоминает подгнивший чернослив, ещё не делает тебя «опустошителем».

— Как скажешь, — лицо Кригера слабо передает эмоции, но он уже давно не чувствовал такую радость и живость.

Предатели! Те, кого так хотел убить Теон, те, кто предал его! Зарим и Дармэлла! И если с Руннэт Теон проявил слабость, то головам этой парочки он будет рад.

— Ещё не поздно отступиться, Кригер, — обратился к нему Зарим, и это было огромной ошибкой. — Теон Альдрим так или иначе будет вновь заточен. Ему не место в этом мире. Но ты…

— Хватит болтать. Я пришел за вашими головами, и если вы не собираетесь отрезать их самолично, то нападайте. Не тратьте мое время.

— Ублюдок, — прошипела де-Йорг. Зарим и впрямь верил, что все ещё можно разрешить миром, то вот по взгляду Дармэллы было ясно, что она собирается убить Кригера так или иначе.

Чирида использовала технику шагов, напоминающую ту, что использовал Мастер Шу.

Скорее всего, её обучил Шейн.

Фурия была быстра, а её клинок — ещё быстрее. Кригер даже не видел его, но этого и не требовалось. Чирида была слишком предсказуемой и целила в сердце. Кузнец без труда перехватил клинок голой рукой, позволив ему углубиться в плоть лишь на полсантиметра.

— Давно я не видел собственной крови, — хмыкнул Кригер, опуская взгляд.

— Что?.. — опешила Дармэлла, пытаясь высвободить меч. Клинок потух, превратившись в совершенно обычный меч, а попытка фурии влить в него ещё силы Иного ни к чему не привела.

— В чем дело? Проблемы? — спросил Кригер, наблюдая за тщетными попытками женщины освободить оружие. Она вливала в меч силу порцией за порцией, а Кригер её поглощал. Иное растекалось по его телу, придавая сил. Это чем-то отдаленно напоминало разрядку, но не требовало, чтобы партнеры раскрылись друг другу. Нет, тут не было никакого единения душ.

Кригер играючи вырвал меч из рук фурии и отшвырнул его в сторону. Пальцы мужчины практически схватили Чириду за горло, но дочь Галатеи в последний момент исчезла, провалившись в портал, открывшийся под ногами, чтобы появиться в паре десятков метров в стороне.

— Спасибо, — бросила Чирида Зариму. Портальщик не спешил вступать в схватку, прекрасно осознавая, что в ближнем бою мало на что способен.

— И это все? Двое могущественных Ткачей Иного лишили меня сил и при этом не способны ничего сделать? Вы такие жалкие…

Кригер устал играть в оборону и в этот раз сам ринулся в бой, выбрав своей целью ту самую фурию, что блокировала его. Для того, чтобы оказаться на вершине лестницы, у него ушло меньше двух секунд. Зарим явно не ожидал такой прыти и все, что успел сделать, это открыть портал перед кузнецом. Кригер едва не вбежал в него, но вовремя успел остановиться. Ещё один портал открылся прямо под его ногами, отчего мужчина провалился в пространственный разрыв по пояс. Зарим тут же сузил проход, пытаясь разорвать кузнеца пополам.

— Слабо…Слишком слабо… — прорычал Кригер, буквально руками разрывая ткань реальности. Границы портала рвались и трескались, приведя портальщика в замешательство. Он впервые сталкивался с тем, что кто-то смог противостоять его силе. — Это все, что ты можешь, Зарим? В таком случае у тебя проблемы.

— Это у тебя проблемы! — зарычала Дармэлла и, размахнувшись, попыталась снести мужчине голову. Меч опустился Кригеру прямо на шею, но несмотря на усиление Иным, погрузился в крепкую плоть меньше чем на пару сантиметров.

— Быть не может…

— Быстрее, Чирида, сделай хоть что-нибудь! — прокричал Зарим, пытаясь все же закрыть портал и перерубить им кузнеца. Обычно это давалось ему легко, таким образом он мог без особого труда убить человека, но в этот раз все было иначе. Разрыв просто не закрывался.

— Заткнись! — гаркнула на него фурия, делая новый замах и целя в то же место. — Просто сдохни!

— Только после тебя! — фыркнул Кригер, освободив одну руку из портала и схватив женщину за запястье. В её глазах мелькнула паника и ужас, но уже через миг они сменились агонией. Кузнецу достаточно было лишь слегка сжать пальцы, чтобы её рука превратилась в кровавое месиво, но даже тогда Кригер её не отпустил. Напротив, он потянул фурию на себя, одновременно прекращая сопротивление порталу и проваливаясь в него.

— Нет! — закричал Зарим, но было поздно. Кузнец провалился вниз, забрав с собой и Чириду.

Мгновение спустя они оба рухнули на песок, что тут же поднялся в воздух облаком пыли. Одного этого было достаточно, чтобы понять: они оказались где-то на юге. Такой мелкий рассыпчатый песок Кригер видел лишь в пустыне, что южнее Бонхарда.

Дармэлла кричала от боли. Если расширенный портал просто пропустил Кригера, то вот женщине повезло гораздо меньше. Закрывшись, портал отсек ей одну ногу в области колена, а вторую у самой стопы. Сейчас дочь Галатеи беспомощно барахталась в песке, пытаясь куда-нибудь сбежать. Видя, что та никуда не денется, Кригер осмотрелся и поморщился. Он понятия не имел, где находится. Вокруг лишь барханы и бесконечные пески.

— Юг, будь он не ладен…

Солнце было ещё высоко и нещадно палило, но это ни что с жаром доменной печи или огнем Алетры, когда девушка теряла контроль. Покрутив головой, Кригер не заметил никаких примечательных деталей рельефа, одни лишь бескрайние песчаные дюны.

Плохо. Возвращение займет время.

Рыдая от боли, Дармэлла пыталась уползти, и это вызывало у Кригера лишь раздражение. Она пыталась спастись вместо того, чтобы с честью принять воздаяние за содеянное.

Подойдя к женщине, он пинком перевернул её на спину и навалился сверху.

— Пощади… — шептала она. — Пощади… Я расскажу тебе о матери… Расскажу, где её искать… Но пообещай, что оставишь меня в живых.

— Ты прожила больше семи сотен лет, Дармэлла. Это не один десяток поколений. Ты видела империю Теона в её зените, её падение и тот мир, который был после. И все равно цепляешься за жизнь. Тебе не хватает смелости заглянуть мне в глаза и сказать: «Убей меня, я это заслужила». Ты барахтаешься в земле, словно жук, и молишь меня о пощаде, предавая собственную мать.

— Сукин ты сын… — прохрипела фурия. Теперь ей все стало ясно. Кригер не пощадит. Надежда с самого начала была маленькой, но после слов о предательстве она рухнула окончательно. — Гребаный пес Альдрима… Придет и твой черед! Однажды, ты ответишь за все, что сотворил…

— Возможно. Но я встречу смерть лицом, без страха и ни о чем не жалея.

— Хотя бы убей меня быстро…

— Нет.

Мужчина уже предлагал сделку: быстрая смерть в обмен на информацию, но фурия отказалась.

Кригер схватил её за горло, и женщина попыталась ударить его целой рукой, но с таким же успехом она могла бить кулаками камень. Схватив второй рукой за воротник блузки женщины, Кригер играючи его разорвал, заставив фурию брыкаться ещё сильнее. Обнаженная грудь фурии Кригера интересовала мало, ему было нужно то, что находится за ней.

Когда его пальцы стали погружаться в плоть, ломая ребра, женщина забилась в агонии.

— А вот и оно, твое прогнившее сердце, — женщина была ещё жива, когда Кригер извлек из её груди ещё трепещущее сердце. Дармэлла прекратила дергаться, и её взгляд остекленел.

Вот и все.

Поднявшись на ноги, Кригер ещё раз окинул взглядом изуродованное тело.

— Ты её не спас, Зарим, — рассмеялся Кригер, все ещё сжимая сердце в руках. Портальщик стоял чуть в стороне, в этот раз один. Фурию-блокиратора он оставил где-то в другом месте. — Впрочем, как и всегда. Сколько тебя знаю, ты вечно пытаешься кого-то спасти, но всегда неудачно. Вечный неудачник, ни на что не способный.

— Мы же были друзьями, Данэс. Все мы…

— Только не пытайся лить про «ещё не поздно». Поздно стало в тот момент, когда вы предали Владетеля. Предали того, кто вам доверял.

— И что, убьешь меня сейчас?

— Если ты скажешь, где искать Галатею — да.

— А если не скажу?

— Я убью тебя последним.

Их разделяло несколько десятков метров, и Кригер отлично понимал: что бы он не предпринял, у него не получится убить портальщика сейчас.

— Я не знаю, где Галатея. Она ведет довольно замкнутый образ жизни. Все, как и раньше. Ты не найдешь её, если она сама этого не захочет.

— Так пусть захочет, — Кригер швырнул сердце Дармэллы прямо в Зарима. Оно попало портальщику в грудь, оставив большое красное пятно. Зарим испуганно отшатнулся. — Или я буду находить и убивать всех её дочерей и сыновей. Плевать, Ткачи ли они, и знали ли они вообще о Теоне Альдриме. Пусть эта древняя сука сама меня найдет, иначе я не остановлюсь.

Зарим замер, ошалело смотря на вырванное сердце, утопающее в песке.

— Нет. Хватит убийств… Хватит смертей…

Кригер резко припал на колени и ударил кулаком по песку, заставляя его затвердеть. Ноги портальщика в мгновение ока оказались в ловушке.

— Теперь если сбежишь, то только лишившись ног, — Кригер медленным шагом направился к мужчине, не без удовольствия наблюдая за тем, как он тщетно пытается выбраться из плена.

Осознав безвыходность своего положения, Зарим вновь воспользовался порталом как оружием. Проход стал открываться прямо под ногами Кригера, но в этот раз кузнец был готов. Заметив возмущения Иного под ногами, он прыгнул, минуя портал, а затем ещё раз, минуя второй.

Кригер реагировал гораздо быстрее обычных людей, а вот Зарим, понимая, что палач Владетеля уже все ближе, терял самообладание. Он открывал портал за порталом, но никак не мог поймать кузнеца в ловушку. Тот был слишком быстр и ловок, чтобы позволить себя схватить. И тогда Зариму ничего не осталось, кроме как подпустить мужчину достаточно близко.

Когда их с Кригером разделяло каких-то два три метра, Зарим пошел на отчаянный шаг. Он вновь отворил портал, настолько большой, насколько был способен. Ценой этого стали ноги, все, как и предсказывал Кригер, но в этот раз кузнец не стал уклоняться.

Они оба рухнули вниз. Кригер практически схватил Зарима за ворот одежды, но внезапно их разделил мощный поток воды. Лишь мгновение спустя кузнец осознал, что она повсюду.

Зарим удалялся, оставляя в воде кровавый след и… улыбался. Позади него открылся портал, унося Ткача потоком воды, но сам Кригер не успел пройти следом.

НЕТ!

Вода была повсюду, воздух заканчивался, и судя по тому, как темно вокруг, он глубоко. Оставалось лишь плыть на свет, что слабо виднелся далеко вверху.

Рывок. Рывок. Рывок.

Кригер прилагал все силы, перестраивал воду, стараясь сделать её тяжелее, а себя легче, тем самым проталкивая наверх. Легкие горели огнем, требуя приток воздуха.

Кузнец не любил работать с жидкостями и тем более с чем-то газообразным. Это было слишком сложно для него, и процесс часто шел совсем не так, как он надеялся. Оно дело — превратить песок в стекло или медь в железо, но совсем другое — сделать из воды, например, масло. И все же выбора у него не оставалось.

Прекратив попытки выбраться из водной бездны, Кригер попробовал воздействовать на воду и отделить от неё кислород, пригодный для дыхания. Первая попытка закончилась провалом.

Вторая тоже. Вместо кислородного пузыря перед мужчиной образовалась странная вязкая субстанция, тут же потерявшая форму и растворившаяся в воде.

Ещё раз!

Счет шел на секунды. В глазах уже темнело и мысли начинали путаться.

Вода перед мужчиной забурлила, словно кипяток, а затем появился огромный воздушный пузырь, сразу устремившийся вверх. Кригер едва его не упустил, лишь в последний момент успев потянуться к нему и зачерпнув из него воздуха ртом.

Мало, но это дало ему ещё как минимум минуту-две. Теперь Кригер не сомневался, что поверхности достигнет.

* * *

Казалось, что Самина просидела целую вечность, смотря перед собой. Никто её не беспокоил, никто не пытался убить. Девушка просто сидела и размышляла о том, во что превратилась, и как теперь с этим жить. Одно дело — стрелять в людей, которые пытаются тебя убить, и совсем другое — вгрызаться в их кишки, получая несказанное удовольствие от вкуса свежих потрохов.

Её вновь замутило, но к тому моменту в желудке уже было пусто. Она избавилась от всего в нем, насколько это было возможно, и жалела, что нельзя так же легко избавиться и от воспоминаний.

Внезапный шорох неподалеку вывел её из размышлений. Фурия попыталась встать и поискала взглядом хоть какое-то оружие.

Затаив дыхание, она замерла, но уже через секунду облегченно выдохнула. В дверном проеме показался Пёс.

— Раскол… Это всего лишь ты… — Самина устало улыбнулась, едва не рассмеявшись тому, что, наверное, это первый в истории случай, когда фурия оказалась один на один с Опустошителем и была этому рада.

Монстр при виде девушки клацнул пастью, а затем прошел в комнату, поглядывая по сторонам ленивым взглядом. Подойдя к Самине, он сел и слегка наклонил голову на бок, заглядывая фурии в глаза.

— Что?

Но ответа не последовало.

Сглотнув вязкую слюну, Самина протянула руку и потрепала монстра словно обычную собаку, хотя из-за брони это было не так уж и просто. И все же, кажется, этому жуткому созданию, которого обычно так боятся фурии, нравилось.

— Не будешь меня есть? — вот вроде ради шутки спросила девушка, на что зверь вновь клацнул пастью и издал странный гортанный звук. Понять, что творится в этой голове мог, наверное, лишь Кригер.

Кстати, о нем…

— Где твой хозяин?

И вновь понятного ответа не последовало. Сложно было понять, понимает ли её зверь вообще. И все же появление Опустошителя заставило Самину хоть немного шевелиться и вспомнить, где именно она находится.

— Тогда пойдем его поищем?

Но перед этим фурия решила поискать себе хоть какую-то одежду. Девушка очень хотела принять душ, смыть с себя засохшую кровь, но вряд ли сейчас стоило об этом думать. То, что её до сих пор никто не нашел, само по себе чудо.

Первым делом она вспомнила о подсобном помещении кабинета биологии, там вроде бы висели медицинские халаты. Быстро найдя нужное помещение, фури нашла халаты там же, где и видела. Правда стоило взять один в руки, как белая ткань тут же покрылась красными пятнами. Фурия ощутила новый приступ тошноты и омерзения, но пересилила себя и облачилась таки в халат. Перед тем, как идти дальше, она задержалась у раковины и попробовала смыть кровь хотя бы с рук и лица.

Пёс тем временем стоял на страже, терпеливо дожидаясь, когда девушка закончит. Смыть кровь полностью у неё не получилось, но по крайней мере теперь она не выглядела так, словно искупалась в томатном супе.

— Идем мальчик. Ты же мальчик?

Пёс бросил на неё странный взгляд, словно говоря: «Ты в этом ещё и сомневаешься?». Он пошел впереди, разведывая дорогу. По пути Самина подняла с пола целую укороченную штурмовую винтовку. Это было обычное оружие, а не энергетическое, созданное для фурий, но искать свое в целом море крови и трупов Самина не хотела.

Когда они с Псом покинули левое крыло, то самое, что полностью обследовали ранее, и вышли в зал, девушка облегченно выдохнула. Тут не было никаких врагов, но и Кригера тоже. Самина не заметила даже особых следов битвы, которая точно должна была быть. Разве что один из поручней лестницы отсутствовал.

— Ну и что, во имя Света, тут произошло? — пробурчала девушка, прислушиваясь.

Ничего. Гробовая тишина.

— Кригер! — крикнула она, решив пойти на риск.

И вновь ничего.

— Раскол… Куда он запропастился?

И что мне делать дальше?

Самина даже не могла связаться с остальными из-за потерянного во время схватки браслета. Вероятно, из-за трансформации порвался ремешок, и теперь поиски связи станут тем ещё занятием. Наушник в ухе тоже отсутствовал.

Бросив хмурый взгляд на обратный путь, Самина решила, что не будет возвращаться. Она не хотела видеть тела и уж тем более к ним прикасаться.

— Попробую найти телефон, — решила она и пошла дальше, держа оружие наготове. Пёс вел себя смирно, разгуливал по комнатам как у себя дома и, судя по всему, никого не чувствовал. Самина то и дело теряла его из виду, но стоило ей отправиться на поиски, как монстр сам находил фурию.

— Никого, да?

Самина даже не знала, радоваться этому или нет.

Она обошла все правое крыло, но так и не обнаружила ни намека на телефон или что-то похожее. Людей тоже не было, ни учениц, ни учителей, ни вооруженной охраны. Пансион словно вымер.

Когда Самина уже собиралась вернуться и, возможно, пойти на второй этаж, Пёс встрепенулся и куда-то рванул. Выругавшись, Самина бросилась следом, но тут же непонимающе застыла. Пёс сидел перед огромной картиной, изображающей какую-то старую охоту аристократов.

— Вот уж не думала, что ты окажешься ценителем искусства, — не слишком удачно пошутила девушка и уже собиралась пройти дальше, но оглянула картину ещё раз. Все же странно, что Пёс вот так просто будет сидеть перед картиной, да и та была такой огромной, что за ней запросто можно что-то спрятать. — Только не говори, что ты чуешь потайную комнату?

Пёс вновь клацнул своей челюстью.

— Ну ладно… Проверим…

Самина осмотрела края картины и с трудом заметила какой-то двигающийся механизм, но как его запустить оставалось загадкой.

— Тут должен быть какой-то скрытый рычаг… А, к Свету… — фыркнула она и превратила один из своих пальцев во что-то похожее на нож. — Жуть…

Решив, что сейчас не лучшее время для размышлений о том, что с ней стало, фурия просто начала резать полотно, нисколько не сожалея о порче предмета искусства, утешая себя, что вряд ли это оригинал. Скорее всего какая-нибудь копия для отвода глаз.

— Хороший мальчик, — похвалила она ручное чудовище, смотря на открывшийся перед ней проход. За картиной находилась дверь, и это было одновременно хорошей и плохой новостью. Хорошей, потому что за ней могло быть то, что они искали в этом месте. Плохая же заключалась в том, что Самина понятия не имела, как эту дверь открыть. Она целиком сделана из стали и больше напоминала сейфовую.

— Охренеть… Но теперь я готова поставить на кон месячное жалование, что за ней что-то важное.

Глава 14. Вентиляция и красная дорожка

— Ну и что мне с этим делать? — Самина почесала затылок и с легким недоумением осмотрела дверь, затем постучала по металлу и убедилась, что любая попытка её вскрыть с помощью силы обречена на провал. Толщина двери слишком большая. — Думай, Самина, думай…

Фурия подошла к небольшой панели, находящейся рядом с дверью. Беглый осмотр заставил её тихо выругаться. Она прекрасно знала, что это за замки, такие использовали в Зеленом Этаже. В них два уровня допуска: по браслету, в который зашит цифровой ключ, и биометрическая система распознавания. И если с первым уровнем допуска Самина ничего не могла поделать, то со вторым есть шанс, учитывая её дар, но обдумав дальнейший план хорошенько, она пришла к выводу, что и это не вариант. Фурии нужен образец, и где его взять, идей было не так много.

— Может, вернуться к трупам и попробовать скопировать кого-нибудь из них? — спросила она пса, на что опустошитель по-обычному клацнул челюстями и зевнул. Кажется, Псу было скучно просто торчать у этой железной двери.

Возвращаться в левое крыло девушке не хотелось. Одна лишь мысль об этом вызывала у неё приступ тошноты.

— Нет… — покачала она головой. — Должен быть другой выход.

Оставив тайный проход в покое, фурия обошла соседние помещения, пытаясь представить размер секретной комнаты.

— Может, попытаться проделать дыру в стене? — задумалась она.

Девушка постучала по преграде, после чего сокрушенно вздохнула. Звук был глухой, а значит стена толстая. Возможно, внутри она тоже усилена металлом.

— Раскол! Чтоб тебя, Теон Альдрим. Чтоб тебя, Кригер! — на последнего она злилась даже сильнее, не понимая, куда именно мог запропаститься кузнец.

Самина уже собиралась вернуться назад, все же пойти в левое крыло и найти кого-нибудь, чьи глаза и отпечатки могут открыть дверь, но в последний момент взгляд фурии зацепился за маленькую решетку неподалеку от потолка.

Вентиляция!

Несколько мгновений радости сменились глубокой задумчивостью. Вентиляция высоко, и судя по всему, довольно маленькая. И все же Самина не без труда, но крайне оперативно соорудила себе из парт горку, позволившую добраться до решетки. Пёс все это время с легким любопытством наблюдал за фурией, но при этом стоял на входе, не позволяя никому подкрасться незамеченным.

Вентиляция действительно оказалась маленькой. Туда даже ребенку было бы проблематично пролезть, а уж про взрослого и говорить нечего. Но Самину это не остановило. Голова проходит, значит остальное тело можно пропихнуть.

— Ладно… Пёс, если я не вернусь через час, то… не знаю… Возвращайся домой что ли. Или приведи помощь.

Опустошитель не двинулся, продолжая таращиться на Самину своими «мертвыми» безжизненными глазами, от которых по спине бежал холодок. Встречаться взглядом с этим монстром было тем ещё удовольствием.

Штурмовую винтовку пришлось оставить, она была слишком громоздкой, чтобы пролезть внутрь. Ругаясь как заправский сапожник, Самина забралась внутрь вентиляции и стала пытаться продвигаться. Для начала ей пришлось избавиться от бедер и груди, затем уже заняться костями, попутно слушая их противный хруст во время деформаций. Пришлось попотеть, размещая внутренние органы так, чтобы они продолжили функционировать, как полагается.

Лезть было чертовски сложно, Самине даже пришлось слегка переделать руки, чтобы с большей эффективностью протакливать себя дальше по шахте.

— Давай, Самина… — бормотала фурия себе под нос, подбадривая себя и отбрасывая мысли о том, что есть определенный шанс тут застрять. Пусть он мал, учитывая способности её тела, но когда ты оказываешься зажат со всех сторон и даже не можешь набрать полную грудь воздуха, подобные мысли нет-нет, да приходят.

Фурия преодолела пару метров вентиляционного канала, двигаясь вдоль стены таинственной комнаты, пока впереди не показался резкий спуск вниз на несколько метров.

И самое печальное в этой ситуации, что спустится туда задом Самина не могла. Лишь головой.

— Чтоб их… нельзя что ли было сделать шахту ну хоть на чуть-чуть пошире, а? — буркнула она, начав медленный и осторожный спуск. Фурия старалась переносить свой вес вниз неторопливо, медленно, одновременно упираясь руками и ногами в стены шахты. Падать головой вниз уж очень не хотелось.

И все же пришлось, правда, когда до конца оставалось всего-ничего, так что Самина отделалась маленькой шишкой. Она протолкнула свое тело дальше, углубляясь в темный проход, но вскоре он раздвоился. Мгноение подумав, девушка повернула налево. Шахта стала спускаться немного под углом, что облегчило перемещение, а ещё немного погодя, Самина заметила ответвление, где виднелся едва заметный свет.

Выход!

Кое-как она повернула и спустя ещё немножко усилий оказалась перед решеткой как та, что была наверху. Ещё минута на то, чтобы избавиться от преграды, и Самина с огромным облегчением вывалилась в какую-то небольшую комнатушку, освещенную тусклой лампочкой.

— Наконец-то, — прошептала она, начав восстанавливать исходную форму, и лишь закончив с этим, осмотрелась. Шахта привела её в какую-то небольшую подсобку с кучей хлама. — Если окажется, что я проделала этот путь, чтобы попасть в прачечную, то будет очень смешно.

Закончив с метаморфозами Самина довольно потянулась. Все-таки, в обычном человеческом виде ей намного комфортнее.

Ещё бы волосы самовольно не меняли цвет, и было бы совсем замечательно.

Поскольку оружия с ней больше не было, Самине пришлось импровизировать, поэтому она добавила на свою правую руку несколько когтей-клинков. Выглядело это изменение довольно угрожающе.

— Главное самой не порезаться, — хмыкнула она и толкнула дверь из кладовой. Та была не заперта и вывела девушку в какой-то старый и угрюмый коридор, освещенный редкими тусклыми лампами. Здесь не было ни намека на роскошь и величие, лишь сырость, плесень и какие-то трубы.

Шахта вентиляции тянулась дальше вдоль левой стены, именно в ту сторону и пошла Самина. Девушка шла по пустому коридору, слушая капающую где-то в отдалении воду, минуты две, пока не оказалась в просторном, но не менее тусклом помещении. И вот тут её ждал крайне неожиданный сюрприз.

Тут были люди. Очень и очень много людей. На вскидку не меньше полусотни. Они лежали на простеньких кроватях, выстроенных рядами, и к каждому были подсоединены капельницы.

Самина подошла к ближайшему. Это оказался мужчина, не молодой, с пивным брюшком. Наклонившись над ним, фурия заглянула в его глаза и нахмурилась. Тот смотрел в потолок и никак не отреагировал на то, что девушка поводила рукой перед его лицом. Он словно спал с открытыми глазами.

Но вот что она заметила сразу, так это следы пыток. Отсутствующие ногти, синяки по всему телу, ожоги и свежие порезы.

Фурия прошла к следующему, но увидела тоже самое. Все они словно спали с открытыми глазами, и все были так или иначе побиты и ранены.

— Что за дерьмо тут творится? — Самина никак не могла понять, где именно оказалась. Это госпиталь или что-то другое?

И лишь после того, как она обошла ещё нескольких человек, отметив, что женщины тут все-таки есть, но их гораздо меньше, чем мужчин, решила посмотреть на капельницы. Этикетки на них отсутствовали, но присмотревшись внимательно к содержимому, девушка резко отступила, осознав, что именно находится внутри.

— Это Блеск! Во имя Света, их всех пичкают Блеском…

* * *

Флаер неторопливо поднялся в воздух, когда последние лучи солнца стали искриться на крышах домов. Ещё полчаса, и окончательно стемнеет.

По последним донесениям от Зиммера, в пансионе де-Йорг что-то произошло, но из-за того, что посланный с ними дрон оказался поврежден, Теон не мог понять, что именно. Туда в качестве поддержки уже было послано несколько солдат Пирсона и несколько новеньких фурий, включая тех, что участвовали в обороне больницы, но сам Теон пока что бездействовал.

Сегодняшний вечер был важен. Гораздо важнее чем могло показаться на первый взгляд и все отменять, мчась на выручку подчиненным он не стал, несмотря на то что хотел так поступить.

С ними Кригер, а значит они справятся.

По крайней мере, именно так Владетель себя успокаивал.

Оторвавшись от собственных мыслей, он перевел взгляд на девушек, сидящих напротив. Таких разных, но по-своему прекрасных.

Лиамара была облачена в белоснежное облегающее платье с глубоким вырезом, невольно приковывающим взгляд к выразительному бюсту. Золотистые волосы были уложены в изящную прическу. Про украшения тоже не забыли, на шее висела дорогая подвеска, а уши украшали драгоценные серьги, похожие на две капельки.

За этот образ отвечала Вестра, и надо признать, Длань Света выглядела просто сногсшибательно.

Сама же Вестра сидела рядом. Сегодня она по обязанностям заменяла Самину, и в отличие от Лиамары на девушке был строгий черный официальный костюм с галстуком.

— Ты ведь в курсе, что могла одеть платье? — на всякий случай уточнил Теон. Он уже достаточно узнал девушку и помнил, что она любит платья, в отличие, к примеру, от Алетры. Вестра удивленно посмотрела на него, моргнула, а затем виновато улыбнулась.

— Не то что бы я могла затмить красоту госпожи Лиамары, но думаю, что если бы ты явился туда в сопровождении двух девушек, это восприняли бы немного неправильно. А так сразу видно, что я твоя помощница, и мне не будут уделять слишком много внимания.

Немного подумав, Теон согласно кивнул. В этом строгом костюме её примут за прислугу и проигнорируют. И все же Теон видел, что Вестру охватывает легкий ажиотаж. Скорее всего, ей хотелось сопровождать Теона именно как девушка, а не как помощница.

Вернув внимание на Лиамару, Теон заметил, что та теребит подол платья.

Нервничает?

— Волнуешься? — озвучил он свои мысли вслух.

Лиамара задумалась и молчала довольно долго. В какой-то момент мужчина даже подумал, что она ничего не скажет, но затем она все-таки подняла на него свои золотистые глаза.

— Думаю… да. Для меня все это в новинку. Я уже и не помню, когда последний раз одевала нечто подобное… — Она провела рукой по мягкой ткани платья. — И люди… Мне тяжело с ними общаться. С тобой проще, я чувствую отголоски связи, но с остальными… Я не знаю, о чем они думают, я не знаю, как выбирать тему для разговоров и как себя правильно вести. По правде сказать, — она смущенно улыбнулась. — Я понятия не имею, как вы живете без связи. Как определяете, что нужно сказать и как поступить в той или иной ситуации. Мне приходится десять раз подумать перед тем, как что-то сказать, ведь я не знаю как вы отреагируете. Вдруг мои слова вас оскорбят?

— А каким был старый мир? — спросила Вестра.

Теон даже и не заметил, как в её руках появился карандаш и блокнот. Лиамара с легким любопытством посмотрела на неё и вновь задумалась, но на этот раз размышления Длани длились не долго.

— Он был проще. Представьте себе мир, где не было секретов, где все знают все друг о друге. В том мире люди не болели и не умирали, все мы жили в Свете Истинного Пламени.

— Но если люди не болели и не умирали, — нахмурилась Вестра. — То как рождались дети?

— Никак. Они не рождались.

— В смысле… не рождались?

— Нас всех создало Истинное Пламя, вдохнуло в нас жизнь и остановило время в нашей вселенной.

— Кстати об этом, — спохватилась девушка. — Я в старых книгах много чего читала. Там не раз упоминалось «остановившееся время», но нигде и никогда не говорилось, что это значило. Время же не могло действительно замереть, как на какой-нибудь фотографии?

— «Остановившееся время» значит, что Истинное Пламя остановило многие процессы разрушения во вселенной. Фактически остановило круг перерождения. Вы дышите, поглощаете жизнь растений или животных, берете чужую энергию и одновременно умираете сами, перерабатывая её. Истинное Пламя все это остановило. Сделало все это ненужным для существования.

— Не очень представляю, как это возможно… — чем больше Вестра слушала Лиамару, тем сильнее хмурилась, при этом сама Длань говорила о прошлом словно о чем-то чудесном.

— Ничего удивительного, в то время мир был иным. Его ещё не исказила Тьма. Если хочешь представить себе мир прошлого, то представь, что все преступления и войны просто исчезли. Что, выходя на улицу и встречая других людей, ты знаешь их как самого себя. В какой-то мере это и есть ты. Ты проживаешь день без боли, страха и сомнений, а следующий день точно такой же, как предыдущий. Детям нет смысла рождаться, потому что никто не умирает. А если что-то такое все-таки происходит, то на следующий день погибший просыпается в своей постели, как ни в чем не бывало. И так со всеми мирами. Каждый новый день мир обновляется, восстанавливаются поломанные травинки, возвращается потерянный скот.

— Значит, тогда… — Вестра посмотрела на Теона. — Когда меня ранил Опустошитель, ты остановил мое время?

— Рэман дал Тор несет в себе частицу Истинного Пламени, — кивнул мужчина. — Но это мелочь, по сравнению с тем, что рассказывает Лиамара. Остановил его на несколько часов.

— И все равно это потрясающе! — не согласилась девушка. — Жаль, что я не помню, каково это…

Лиамара вновь задумалась. Похоже, что ей и впрямь было сложно ориентироваться в том, как жить среди людей, и она каждый раз обдумывала свои поступки. Возможно, сказывалось то, что её появление в этом мире прошло не так уж и гладко, отчего Длань ухитрилась оказаться под стражей у легистов.

— Вот, — совершенно внезапно Лиамара ткнула девушку пальцем в лоб, отчего та отшатнулась и схватилась за голову.

— Ай…

— Слишком сильно? — удивленно моргнула Лиамара. — Извини. Вы все такие хрупкие, мне сложно рассчитывать силу.

В этом она была совершенно права. Самина рассказала, что первый прием пищи в Домене закончился разбитой кружкой и погнутой ложкой.

— Все нормально… — пробормотала Вестра, потирая лоб, а затем округлила глаза, уставившись на Лиамару. — Больше не болит… А ведь секунду назад… Погодите… Вы…

— Я остановила твое время, — Лиамара сказала об этом так буднично, словно ничего и не произошло. — Немного не так, как делало это Истинное Пламя, но результат схожий. Твое время остановилось, сегодня ты не постареешь ни на минуту, тебя не смогут убить или причинить боль.

— Но… я чувствую себя нормально… — Вестра потрогала свое лицо, грудь, бедра, словно пытаясь почувствовать изменения. Лиамара не попыталась её в чем-то убедить, а лишь ласково улыбнулась.

— Ты применила свои силы? А я думал, что ты решила не вмешиваться, — отметил Теон.

— Это незначительное вмешательство, ни на что не влияющее.

Сама наивность.

То, что Лиамара только что сделала с Вестрой едва ли можно назвать незначительным. Фурия сейчас стала практически такой же бессмертной, как Теон, пусть и на сутки, но даже этого достаточно, чтобы совершить очень и очень многое. К примеру, если бы Теон сумел открыть темницу Могдина и передал её Вестре, то та смогла бы выжить после её применения.

Но, разумеется, озвучивать данные мысли Теон не стал, предпочтя промолчать. Если Лиамара и дальше так легко будет разбрасываться силами, то в итоге это можно будет использовать. Для лечения Зиммера, например.

— Не сочтите за невежливость… — осторожно начала Вестра. — Я тут подумала, и… Вот то, что вы описываете, мир, где время остановилось, где каждый новый день как предыдущий, где все знают все про друг друга…

— Да?..

— А какой смысл в таком мире?

— Смысл?

— Да. Какой смысл в таком мире?

— В том, что нет боли, нет страха, нет смерти.

— Но если нет боли, то как понять, что что-то не так?

Лиамара нахмурилась, не понимая, о чем говорит девушка, а вот Теон догадывался.

— Я вот всю жизнь жила, избегая «боли». Плыла по течению, ни о чем толком не думая. Мне было все-равно, что будет потом. Я просто хотела прожить свою жизнь, завести мужа, родить ребенка или даже двух, и все. Но затем, я столкнулась с Опустошителем. Он проткнул меня своими когтями, и это было так больно…

Вестра облизнула пересохшие губы. Было видно, что эмоции буквально захлестывают её.

— Я выжила благодаря Теону, но тот миг, когда его когти оказались внутри… Я поняла, насколько же была бесполезна. Все, что могла, это пожертвовать собой, дав Теону несколько секунд, чтобы взять меч. Это был мой предел в тот момент. Но сейчас я уверена, все было бы иначе. Я бы не победила Опустошителя без сил, но по крайней мере не позволила бы стать легкой добычей. И все это я поняла лишь через боль, лишь через смерть, которая дышала в затылок… Я…

— Кажется, мы прибыли, — остановил её Теон. Девушка тут же смутилась и покраснела, поняв, что чуть ли не кричала, говоря это.

Флаер действительно опустился на землю, и дверь неторопливо поползла наверх. Теон вышел первым, тут же прикрывая глаза от сотен вспышек фотокамер. Они были почетными гостями. Чтобы посмотреть на них, пришли сотни людей, каждый из которых пытался сфотографировать Владетеля.

Перед флаером была расстелена красная ковровая дорожка, ведущая внутрь четырехэтажного здания, со стороны напоминающего огромную плетеную корзинку, только не из дерева, а из черного и белого камня.

Поприветствовав людей улыбкой, Теон развернулся и протянул руку своей спутнице. Лиамара помедлила, словно чего-то опасаясь, но затем приняла его руку и неторопливо вышла. В этот миг вспышек стало гораздо больше, послышались восхищенные крики, но Теон не обращал на это никакого внимания, а вот Длань Света была слегка растеряна. Она смотрела на людей, словно не понимая, что они тут делают.

— Просто приветствуй их улыбкой, — посоветовал Теон, и Вершительница согласно кивнула. У неё была милая улыбка, но ей явно было некомфортно от такого внезапного внимания.

Вестра вышла сама, и, как и полагается, на неё особо внимания не обратили. Она шла следом, держа расстояние примерно в пять шагов. Их флаер довольно быстро поднялся в воздух, поплыв прочь, и Лиамара проводила его странным взглядом, словно последний шанс на спасение.

— Скоро это закончится, — пообещал Теон. Какой-то сотрудник этого места отворил для них двери, но внутрь они не вошли. В один миг вспышки померкли, а крики словно исчезли. Теон резко развернулся и посмотрел на противоположный конец красной дорожки, где ещё минуту назад был их флаер, а сейчас приземлялся другой.

— Теон, — Вестра немного заволновалась, но Владетель не ответил, неотрывно смотря на прибывший транспорт.

Все внутри буквально закипало, ему приходилось прилагать недюжинные усилия, чтобы сдержать нарастающий гнев.

Дверь прибывшего флаера поднялась, и оттуда вышел довольно улыбающийся мужчина, который тут же подал руку женщине в строгом платье. Следом вышел второй мужчина, но он не вызвал у Теона никакого интереса. Скорее всего, это был слуга или телохранитель.

Первого мужчину он знал хорошо. Много раз они пили вместе, обсуждая завоевания. Но лучше всего Теон помнил тот момент, когда этот человек, которого он считал другом, свернул шею Мастеру Шу.

Шейн собственной персоной. Теону даже не пришлось его искать. Но такое наглое явление предателя уже ушло на второй план, ведь та, с кем он прибыл сегодня на вечер, была ни кем иным, как одной из Старых Богов.

Лейва Дарующая сделала свой ход.

Глава 15. "Майли Говорит". Часть первая

Теон застыл, уставившись на гостей, что пришли следом за ними.

Одна из Старых Богов была красива, насколько это можно сказать о уже не молодой женщине лет сорока. Изящная, с довольно острыми чертами лица и темными короткими волосами, одета в строгое закрытое платье, которое лишь подчеркивало образ серьезной дамы.

Шейн же нисколько не изменился. Он был не слишком высок и почти на полголовы ниже, чем женщина, которую сопровождал, но почти в два раза шире. Все те же короткие светлые волосы, гладко выбритый подбородок. Наверное, он единственный из его старых «друзей» помимо Руннэт, кто ни на грамм не изменился за эти семь сотен лет. Ни пластических операций, ни смены имиджа.

Предатель улыбался, что лишь добавляло к ярости Банрат-Тан-Азура ещё и собственную. Как ни в чем не бывало, он махал руками папарацци и всеми силами старался не встречаться взглядом с Теоном. Но это все-таки произошло.

Столкнувшись с холодным и полным презрения взглядом Теона, Шейн стойко это выдержал, даже попытался нахально улыбнуться, но в его взгляде Владетель все-таки уловил искорки страха.

На второго мужчину Теон даже не взглянул. В нем не ощущалось ничего необычного, а его лицо ничего не выражало.

Троица проследовала по красной ковровой дорожке и остановилась буквально в паре метров от входа. В отличие от Шейна, женщина стойко выдержала взгляд Теона с непоколебимой уверенностью и легкой насмешкой.

Банрат-Тан-Азур метался внутри, и Теону приходилось прикладывать неимоверные силы, чтобы его сдержать. Хорошо, что сейчас Черный Демон не настолько силен, как прежде. Рана, оставленная Сиобаном, никуда не делась.

— Кто ты? — прямо спросил Теон, посмотрев на женщину. Ему нужно её имя.

— Лейва, — представилась она, и насмешка заиграла на её губах. — В прошлом меня называли Дарующей. А моего спутника, думаю, представлять нет смысла. Вы и так хорошо знакомы.

— О, да… И за ним один должок, который я намереваюсь стребовать.

— Надеюсь, не сейчас? — вкрадчиво поинтересовалась женщина. — Предлагаю мир, по крайней мере на сегодня. Или ты хочешь устроить драку прямо тут, перед всеми этими камерами?

Теон хотел. Хотел разобраться с этими двумя прямо сейчас. Вырвать сердце Шейну, убить Лейву. Возможно, впервые гнев Теона шел в унисон с гневом Банрата. Сам того не замечая, он потянулся к Иному, собираясь зачерпнуть так много силы, как только мог, но внезапно кто-то взял его за руку.

Резко повернув голову, Теон увидел Вестру, растерянную и взволнованную. Девушка догадывалась, что происходит, и предприняла попытку пресечь публичный конфликт.

— Не надо. Что бы ты не задумал, не делай этого. Тут слишком много людей, и если вы будете биться, то…

Она права.

Теон сделал глубокий вдох, взяв эмоции под контроль. Вестра права: сейчас не время и не место. Улыбка Лейвы стала шире. Она тоже догадалась, что Теон чуть было не сорвался.

Она этого и добивается. Именно поэтому тут Шейн.

Осознание этого лишь укрепило дух Теона. Банрат ещё сопротивлялся, но его гнев тоже стал отходить на второй план.

Время ещё придет. Не сегодня, но очень-очень скоро.

Раз уж Лейва Дарующая смогла выбить его из равновесия, то Теон собирался ответить ей той же монетой.

— Раз уж сегодня вечер старых знакомых, — начал Теон, и теперь уже на его лице появилась едва заметная полуулыбка. — То я хочу представить вам свою спутницу на этот вечер. Вы бы её увидели и так, на записи, но в живую даже лучше.

Теон повернулся и протянул руку Лиамаре, которая все это время держалась чуть позади, и видимо поэтому Лейва не обращала на неё внимания. Та, мгновение помедлив, вышла вперед.

На лице Шейна возникло легкое недоумение со смесью безразличия. Он никогда не встречался с Лиамарой и понятия не имел, кем является эта златовласая красотка. А вот реакция Лейвы была настолько яркой, что Теон не смог сдержать победную усмешку. Он видел, как расширились глаза Старой Богини, как она сглотнула вязкую слюну и как отступила на полшага.

Но этого было мало. Теон хотел отыграться, посеять ещё больше сомнений в разуме этой женщины, поэтому, отпустив руку Лиамары, приобнял её за талию и слегка притянул к себе. Та с легким удивлением посмотрела на него.

Просто подыграй мне, — он впервые попытался использовать ту связь, что сохранялась между ним и Дланью, и передать мысленное сообщение. По лицу Лиамары было сложно понять, получилось ли, но Теон все-таки рискнул и поцеловал свою обворожительную спутницу.

мужчина почувствовал легкое замешательство с её стороны и в этот миг ожидал чего угодно, от простого ступора до гнева Длани Света, но Лиамара ответила на поцелуй, пусть и немного робко.

И в этот момент словно что-то произошло. Вспышки фотокамер исчезли, возгласы толпы тоже, даже земля под ногами словно стала другой. Вместо ковра Теон ощутил немного рыхлый сухой камень, а ещё жар, исходящий вовсе не от Длани, а с словно со стороны, будто они оказались рядом с огромной печью.

Когда Теон отстранился и столкнулся взглядом с Лиамарой, увидел, что её глаза пылают золотым пламенем, но при этом он не заметил во взгляде ни злости, ни возмущения. Лишь нотки удивления и любопытства, а ещё какой-то печали.

Помедлив мгновение, Теон огляделся, но все вернулось на свои места: крики и вспышки папарацци, старые враги, охваченные смятением. Если после явления Лиамары Лейва потеряла дар речи, то этот поцелуй окончательно её добил. Она застыла, не веря своим глазам.

— Так и быть, на сегодня объявим мир, — громко сказал ей Теон, едва не рассмеявшись, а затем взял под руку свою спутницу и поспешил внутрь здания, оставляя врагов позади.

Они прошли чуть дальше, вглубь коридора, прежде чем Теон обратился к Лиамаре.

— Извини. Мне не стоило этого делать.

— Все нормально, — Длань вновь задумалась, прикоснувшись пальцами к собственным губам. — Для людей поцелуи это, вроде бы, нормальная вещь. К тому же ты меня предупредил о том, что собираешься сделать. Но впредь спрашивай разрешения, хорошо?

— Разумеется, — ответил ей Теон, ощутив облегчение.

Это был слишком импульсивный поступок, глупый и опасный, но зато он помог немного утихомирить живущего внутри демона. Банрат после поцелуя окончательно утих, и когда Теон говорил Лейве о согласии на перемирие, то не ощутил ни капли гнева внутри себя, что было просто невероятно.

— Ты ведь только что использовал меня? — прямо спросила Лиамара. — Я знаю ту женщину, она одна из убийц Таргарона. Полагаю, что этот поцелуй должен быть чем-то вроде послания ей. И, наверное, остальным.

— Все верно, — не стал скрывать Теон, но все-таки почувствовал легкую досаду. Похоже, что использовать Лиамару «в темную» не вариант, она не так наивна, как может показаться, — Они теперь думают, что ты со мной.

— Но это не так. Я не стану с ними сражаться.

— Они этого не знают.

Лиамара нахмурилась и в этот раз замолчала надолго, но Теон не спешил её тревожить, терпеливо дожидаясь решения.

— Хорошо. Если хочешь, можешь использовать меня таким образом, но… Я по-прежнему не стану вмешиваться. Если они решат сражаться, я отойду в сторону и не стану тебе помогать. Это ваша война, а моя осталась в прошлом. И за тобой долг, который я однажды спрошу. Так ты вроде сказал тому мужчине?

Услышав последние слова, Теон дернул щекой, но не стал спорить. Быть в долгу у высшей сущности — последнее, что ему было нужно, но иного выхода он не видел.

— Как вам будет угодно, Длань.

* * *

— И что это было? — сердито заворчал Шейн, проводив Теона Альдрима и двух его сопровождающих взглядом. — Я так понимаю, все пошло совершенно не по плану?

— Даже не представляешь, насколько, — кивнула Лейва, лицо которой вернуло бесстрастную маску, но вот внутри у неё все бурлило. Длань Света — здесь! Их ключ к свободе вернулась в этот мир. Они желали этого, но пока что не готовы к этому. У богов нет ни чего-то, что можно предложить взамен на свободу, и нет сил, чтобы попробовать отделить их души от темниц.

Но хуже всего, что Вершительница Судеб, судя по тому, как с ней обращался Альдрим, находится на его стороне. И если это действительно так, то все плохо. Расклад сил сильно изменился, и не в пользу Старых Богов.

Надо срочно позвонить Сиобану, — подумала женщина, теряя хладнокровие, но затем ощутила, как рука Мерфиона легка ей на плечо. Опустошитель, верный слуга, страстный любовник… Он стал для неё целым миром, и пока он на её стороне, Лейва не боялась даже Длани.

— Так кто эта женщина? — не унимался Шейн. В этом мужчине Лейву раздражало все, но в прошлом тот был очень близок к Владетелю, и его знания могли принести много пользы. К тому же, он был одним из тех, кто заковал Альдрима в кренталевый гроб и с легкостью мог спровоцировать того на глупости.

— «Вершительница Судеб» тебе о чем-нибудь говорит?

В ответ мужчина лишь расхохотался, но затем, поняв, что спутница не шутит, нахмурился.

— Да брось. Это не может быть Длань Света!

— Я видела её лицо, и во время их… поцелуя почувствовала отголоски силы. Эта женщина владеет Светом, вне всякого сомнения.

— Это может быть уловка. Хитрый ход со стороны Королевы Шипов.

— Вполне возможно, — согласилась Лейва. — Скажу более, для нас всех было бы гораздо лучше, если бы это было всего лишь уловкой…

* * *

Самина не слишком понимала, что происходит. Больше сотни человек лежат в состоянии транса или комы. Обойдя большую часть кроватей, фурия выбрала своей «жертвой» девушку. Совсем молодую, которой было лет девятнадцать-двадцать на вид.

Вначале Самина попыталась осторожно похлопать её по щекам, пытаясь привести в чувство, но безрезультатно. Она никак не реагировала ни на слова, ни на физическое воздействие. Даже извлечение капельницы с Блеском ничего не дало. Девушка по-прежнему лежала словно в коме.

— Как странно, — вслух сказала Самина, ещё раз взглянув на капельницу. — Обычно Блеск так не работает…

По работе она много раз сталкивалась с этим наркотиком. Он был известен ещё давно, но в последние годы разошелся по стране словно лесной пожар, порождая целую кучу проблем. Блеском его назвали потому, что в жидком состоянии он словно слегка переливался на свету, а когда человек оказывался под воздействием этого вещества, то видел множество блестящих частичек, парящих вокруг.

— Возможно, это какая-то модификация, — хмыкнула Самина, и тут же резко отпрянула от девушки, уставившись в противоположную часть длинного помещения. Она услышала едва заметный шаркающий звук, мимолетный, на который она и внимания не обратила бы в другой ситуации.

Окинув комнату беглым взглядом, она ничего не заметила. Люди, подключенные к капельницам, продолжали лежать на своих местах, никто из них проявлял активность.

— Кто здесь? — громко спросила фурия, прислушиваясь к тишине.

Ничего.

Показалось?

Девушке очень хотелось, чтобы так оно и было, но учитывая место, где она находится, как-то не верилось, что возникший в мертвой тишине шум случаен.

Самина повернула голову к лежащей на койке обнаженной девушке, которую она несколько минут назад пыталась приводить в чувства и вздрогнула, увидев, что та повернула голову и смотрит прямо ей в глаза.

— Эй, — как можно более мягко сказала Самина. — Все нормально, милая. Я тебя не обижу. Ты…

Фурия осеклась, заметив, что взгляд девушки уж слишком безжизненный и стеклянный. Она смотрела, но при этом взгляд словно проходил насквозь. Затем лицо пленницы пансиона дрогнуло, на глазах появились кровавые слезы. Девушка открыла рот, в котором не оказалась языка, и закричала странным, нечеловеческим криком.

Самина резко отступила, заткнув уши, а девушка задергалась. Она, как и остальные люди в комнате, не была привязана к кровати и могла совершенно спокойно двигаться. Пленница перевернулась на живот, встала на четвереньки, её всю затрясло, выгнуло дугой. Слезы из её глаз лились ручьем, а вслед за ними кровь полилась и изо рта и ушей.

— Что за?! — Самина не имела ни малейшего понятия, что происходит. Крик стал тише, в нем появилась довольно ощутимая хрипотца. Пленница, вцепившись в края кровати, со всего размаху ударилась головой в металлическое изголовье койки. — Раскол…

Девушка все так же кричала, и даже удар о металл не заставил её умолкнуть. Но на этом пленница не остановилась, она подалась назад, а затем ударилась снова. Девушка раз за разом билась головой о металлическую поверхность, словно пытаясь проломить себе череп.

— Стой! — шок прошел, и Самина бросилась к ней. Девушка явно была не в себе, скорее всего из-за действия наркотика, нужно было помешать ей навредить себе ещё сильнее.

Разумеется, на возглас Самины та не отреагировала, и фурии ничего не оставалось, кроме как попытаться утихомирить её силой. Самина попыталась стащить её с кровати, скрутить руки и как-нибудь обездвижить, но все тут же пошло не по плану.

Девушка оказалась слишком сильна. Она мертвой хваткой вцепилась в кровать.

— Ну хорошо, раз по-хорошему ты не хочешь…

Самина прыгнула на девушку сверху, взяв её горло в жесткий захват и собираясь лишить её мозг кислорода, тем самым вызвав обморок.

— Да, вот так милая, просто поспи… — зашептала Самина, чувствуя, как у той слабеют руки. — Когда ты очнешься, тебе станет лучше…

Когда они обе рухнули на довольно жесткую койку, Самина отпустила пленницу и перевела дух.

Кровь… Опять кровь…

Запах приятно щекотал нос, вызывал слюноотделение и одновременно с этим тошноту. Внутри девушки одновременно боролся зверь, пробужденный метаморфозами, и её собственное я, для которого каннибализм был неприемлем.

Самина отпустила пленницу и встала на ноги, слегка пошатываясь, затем тряхнула головой и сказала себе, что в порядке.

Я человек, а не дикий зверь.

Удивительно, но помогло. Тошнота отступила, а запах крови немного притупился. Пленница за то время, что Самина пыталась её утихомирить, успела пробить себе голову и злить кровать кровью.

— Если кому-то ещё приспичило проснуться, то милости прошу! — крикнула Самина в пустоту, но никто из пленных даже не пошевелился.

Скорее всего, это из-за капельницы с блеском, которую я отсоединила.

Больше Самина решила так не рисковала и пленников не трогала. Сюда нужно отправить медицинскую службу, что подготовит все необходимое, чтобы привести этих бедолаг в чувство.

И внезапно несчастная раненая девушка вновь пришла в себя. Самина даже не успела толком отдышаться, как та схватила себя за горло, начав рвать на нем кожу.

— Дура! Чтоб тебя! — Самина бросилась к ней, пытаясь остановить чересчур сильное кровотечение. Похоже, что девушка каким-то невероятным образом смогла разорвать свою сонную артерию. Фурия зажала её рану рукой, пытаясь хоть немного остановить кровь, но все это было бесполезно.

Девушка хрипела, смотря все тем же странным отрешенным взглядом, словно её разум сейчас не здесь. А может, так и есть на самом деле? Девушка фактически убила себя, и сейчас отходя в мир иной, она улыбалась.

— Раскол! Что, во имя Света, тут происходит? — прорычала Самина, отходя от уже мертвого тела.

Сердце несчастной перестало биться, а взгляд потерял те крохи жизни, что в нем ещё оставались.

— Ты вмешалась в ритуал посвящения, — мягкий женский голос неподалеку заставил Самину резко обернуться и встать в боевую стойку. Её рука тут же приняла «боевую» форму.

Рядом послышался неторопливый стук каблуков, и прямо к Самине вышла какая-то молодая женщина, примерно того же возраста, что и фурия. У женщины были густые и черные как смоль волосы, заплетенные в две косы, широкие бедра, большая грудь. Она была красива, возможно, даже самой красивой из тех, кого когда-либо видела Самина, и в тоже время было что-то отталкивающее в этой красоте, что-то холодное и пугающее.

— Самина Лэмфорд, признаться, я удивлена. Не думала, что ты сможешь сюда проникнуть. Это место довольно хорошо защищено, и если бы кто-то попытался вскрыть дверь или применить на ней магию Иного, то все это место было бы погребено под землей установленными зарядами.

Самина невольно огляделась, пытаясь найти хоть какой-то намек на установленную взрывчатку, но ничего не заметила.

— Кто ты? Где Кригер?

— Что касается нашего милого Данэса, то он сейчас далеко. Я не знаю, куда увел его Зарим, но вряд ли они сейчас близко.

Вранье! Не верь не единому слову!

— Что же до меня, то у меня очень много имен, и одно из них, вписанное в историю, тебе хорошо известно. Я Галатея, Дарующая Жизнь.

Глава 16. "Майли Говорит". Часть вторая

Для Теона и его спутниц подготовили специальную комнату, где они могли подготовиться к предстоящему интервью. Она была не слишком большой, но относительно удобной и имела все необходимое для того, чтобы скоротать время перед началом шоу.

Лиамара с легким интересом пробовала приготовленные для гостей закуски, Вестра то уходила, то возвращалась в гримерку, решая какие-то технические вопросы, а Теон просто сидел, откинувшись в кресле, и размышлял над недавними событиями.

Явление Лейвы Дарующей, затем этот поцелуй с Дланью и удивительное спокойствие Черного Демона. Банрат во время встречи с Сиобаном был настолько силен, что Теон почти полностью утратил над ним контроль. Такого не происходило, наверное, со времен детства, когда он только учился контролировать того, кто теперь живет в глубине его души.

Вне всякого сомнения, в этом виновата Лиамара. Если Банрат действительно «тьма Таргарона», как она говорит, то возможно, что часть погибшей Длани Света все ещё живет в этом фрагменте. Раньше Теон считал, что в Банрате есть только гнев Таргарона, его ненависть и злоба, но теперь все не так однозначно.

Теон что-то чувствовал к этой златовласой женщине с золотистыми глазами, и эти чувства заставили поцеловать её тогда, на ковровой дорожке. Именно чувства подтолкнули к такому опрометчивому шагу, а разум уже гораздо позже нашел оправдание в виде демонстрации для противников. И чем дольше Теон думал об этих чувствах, тем отчетливее понимал, что они исходят не от него, а от темной сущности, что делит с ним тело.

— Что вас связывало с Таргароном? — поинтересовался Теон. Лиамара, в этот момент увлеченно поглощающая эклеры, бросила на мужчину удивленный взгляд. — Помимо того, что вы оба были Дланями.

— Я не знаю, — после небольшой заминки ответила девушка. — Думаю, нас можно было назвать друзьями.

— Друзьями, значит… — не то чтобы Теон не верил в это, но «друзья» — очень расплывчатое понятие. Для одних это чуть ли не вторая семья, для других — просто люди, с которыми можно проводить время.

— Я понимаю твой вопрос, — Теон немного поежился, когда их взгляды встретились, и глаза Вершительницы засияли золотым пламенем. Казалось, что этот взгляд проникает прямо в его душу, выворачивая все наизнанку. — Но я правда не знаю, что тебе ответить. Любила ли я его? Может быть, как брата. Любил ли он меня? Возможно. Это было время, когда мы лишь начали осознавать друг друга как отдельные личности. Мир Тьмы изменил каждого из нас, так или иначе.

Девушка плотно сжала губы и прикрыла глаза. Теон все ещё ощущал связь, которую она установила в тот момент, когда зашел разговор про Таргарона. Она попыталась заглянуть в душу мужчины, но вместе с этим открылась и сама.

Тоже прикрыв глаза, Теон попытался ухватится за неё, за эту ниточку из золота, что объединяла их. Первая попытка закончилась неудачей. Следом была вторая и третья. Теон сконцентрировался, понимая, что Вершительница вот-вот ограничит его, и тогда он уже ничего не сможет сделать.

Получилось!

Но в тот же миг на него обрушился неконтролируемый поток чужих воспоминаний, к которым он был просто не готов. Теон видел глазами Длани, чувствовал то же, что и она.

Лиамара стояла посреди каменистой пустыни, большую часть которой занимал невероятного размера огненный ураган, целиком состоящий из золотого пламени. Теон через Лиамару ощущал его силу, такую огромную, что невозможно вообразить. Вся сила Владетеля, Старых Богов и даже Дланей казалось такой незначительной по сравнению с тем, что находилось там, впереди.

Длань Света рухнула на колени, заливая твердую землю своей кровью. Теон ощутил её боль, как ту, что причиняли раны, так и ту, что была в её сердце. Она кричала, молила, тянулась к…

Лишь сейчас Теон заметил одинокую черную фигуру, медленно, но уверенно шагающую в самый эпицентр этого шторма. Огненная буря сопротивлялась, нанося по фигуре удары такой силы, что могли испепелить не то что города, а целые миры. Но кем бы ни был этот человек, ему все было ни по чем. Он стойко продолжал идти вперед.

Все это было так невероятно и живо, словно Теон действительно находился там.

В конце концов черная фигура остановилась, вонзила руку себе в грудь и вытащила наружу не менее черное сердце. Огненная буря дрогнула и словно попыталась расступиться, разойтись в стороны, убегая от маленького черного человечка.

Но в следующий миг внутри урагана случилась невероятно яркая вспышка, а затем…

— НЕТ! — услышал Теон крик, и в тот же миг его словно за шиворот схватили, швырнув на пол. Лишь мгновение спустя он понял, что вернулся в гримерку и стоит на четвереньках рядом с креслом, судорожно хватая ртом воздух.

Все тело дрожало, во рту пересохло, сердце в груди билось как сумасшедшее.

Подняв голову, он взглянул на Лиамару. Вершительница вся дрожала, опираясь о стол с закусками. Стоило Теону взглянуть ей в глаза, как все внутри похолодело. Женщина была в ярости.

— Никогда, — сказала она всего одно слово, перед тем как отвернуться. Вершительнице не нужно было продолжать свою мысль, чтобы донести её смысл.

— Хорошо, — Теон и так понял, что это была ошибка. Он понятия не имел, как работает эта связь, и в буквальном смысле влез в её голову, в её память и чувства.

Поднявшись с пола, Теон отряхнул от пыли костюм. Нить, связывающая их, все ещё присутствовала, но мужчина понимал, что второй раз такое провернуть не выйдет. Это получилось только потому, что Лиамара была неосторожна, не ожидала, что Теон способен на такое, как и он сам.

— Это была… смерть Истинного Пламени? — осторожно спросил Владетель, выждав примерно минуту. — А тот черный человек, это… Тёмный?

— Да… — сухо ответила Лиамара. Она так и не повернулась к нему лицом. — Так вы его называете в своих историях. Но я знала его под другим именем…

— Ты любила его? — Теон сам не понимал, почему это спросил, но эффект от вопроса был взрывным. Девушка вздрогнула, а затем Теон ощутил, как комната наполняется её силой. Чистый Свет сочился из Длани, заставляя дрожать воздух.

Но к счастью для всех, это продлилось лишь несколько секунд. Вершительница быстро взяла себя в руки, и Теон мгновенно почувствовал, что стало легче дышать.

Лиамара медленно повернулась, и Теон порадовался, что самоконтроля у неё все-таки больше, чем у ребенка. Сложно представить, что она может устроить, если бы разозлилась.

— Да. И возможно, до сих пор люблю. Но настолько же сильно и ненавижу. За то, что предал меня, за то, что была такой глупой. Я впервые испытала эмоции, они буквально захлестнули меня, такие сильные и яркие, что я поддалась им. И вот к чему это привело…

— Не думаю, что ты могла его остановить, — Теон вспомнил, что видел в её воспоминаниях: раны Вершительницы, её боль. — Ты сделала все, что было в твоих силах.

— Остальные не согласились бы с тобой, — тихо сказала Лиамара. — Но, спасибо. Ты первый, помимо Таргарона, кто сказал такое.

Теон улыбнулся. В этот же момент в гримерку вошла Вестра и удивленно посмотрел на них.

— Что? — спросил Теон.

— Да ничего… Наверное… Просто у вас какая-то странная атмосфера в комнате, — с легким подозрением сообщила юная фурия.

Теон и Лиамара переглянулись.

— Ты что-то хотела?

— Да, — охнула Вестра. — Шоу почти началось, нас ждут.

— Что-ж, в таком случае не будем заставлять их ждать. Чем быстрее мы закончим, тем лучше.

Вестра кивнула, после чего повела их за собой. За время, что она улаживала с руководством детали, она успела тут все изучить.

Спустя пару минут троица вышла в просторную студию, в центре которой находилась декорация, представлявшую собой стильно оформленную стену с большой табличкой «Майли говорит!», стол, за которым и должна сидеть ведущая, и два светлых дивана для гостей.

Декорация была минималистичной, но довольно красивой, а вот за её пределами творился какой-то хаос. Прямо напротив находилась трибуна, за которой сидела добрая сотня людей, наблюдающих за шоу. Она тоже имела оформление, но гораздо более скромное.

А все остальное пространство заполняли люди с камерами, какое-то оборудование с кучей проводов и ящики. Работники студии как муравьи сновали туда-сюда, были слышны сердитые крики и приказы.

Ну и бардак, — невольно подумалась Теону, а вот его златовласая спутница с нескрываемым любопытством разглядывала обстановку.

Не укрылось от взгляда Теона и то, что среди зрителей находятся Лейва и Шейн. Что они задумали, все ещё оставалось загадкой, так что выпускать их из поля зрения Владетель не собирался, попутно радуясь, что Банрат-Тан-Азур ведет себя довольно смирно, учитывая близость одной из Старых Богов.

Вестра провела их к центральной декорации, но зайти на неё им не позволили, сказав, что ещё не время. Они прождали около минуты, прежде чем перед ними показалась невысокая, но довольно эффектная девушка.

Первое, что бросилось в глаза — цвет волос. Они были серебристые, но с голубоватым отливом, отчего в определенном освещении становились совсем синими. Странный цвет, неестественный, но он очень ей шел. У девушки были ясные, небесно-голубые глаза и милое, даже немного детское личико, из-за чего сложно было понять, какого она возраста. Но если судить по едва заметным морщинкам у глаз, около тридцати.

Она была одета в светлое облегающее платье с глубоким декольте, подчеркивающим все достоинства её фигуры.

— Я и не думала, что Владетель такой красавчик, — промурлыкала она, окинув Теона взглядом с ног до головы. — Ох, простите мою невежливость. Я Майли, но думаю, вы и так все знаете.

— Приятно познакомиться, — Теон взял её за руку и галантно поцеловал, вызвав в глазах девушки озорные искорки. Она была фурией, вне всякого сомнения, довольно слабой даже по меркам этого времени, но и этого было достаточно, чтобы ощутить мужскую энергию. — Госпожа Майли.

— Просто Майли, — ответила она, после чего закусила нижнюю губу, буквально пожирая его взглядом. — Надеюсь, мы сегодня устроим хорошее шоу.

Несколько раз моргнув, она посмотрела на спутниц Теона, словно хотела что-то спросить, но её окликнул кто-то из работников.

— Да сейчас я! — крикнула Майли в ответ, не скрывая раздражения. — Прошу прощения, мне нужно идти. Пока можете занимать свои места, мы начнем через несколько минут.

Майли дала отмашку, и их пропустили к декорации, после чего Теон и Лиамара заняли места диване, что был ближе к столу ведущей, а Вестра осталась за кадром, лишь помахав им ручкой в качестве поддержки. Не успели они расположиться, как к ним подбежали две суетящиеся женщины и начали оперативно что-то наносить на лица как Теону, так и Лиамаре.

Вестра предупредила, что скорее всего их будут гримировать перед началом, но это было уж слишком суетливо и навязчиво.

На кануне Самина показала Теону пару выпусков интервью у Майли, чтобы он имел представление, через что ему предстоит пройти, но он так до конца и не понял, какой смысл в этом ток-шоу. По первому впечатлению это был какой-то балаган с музыкантами, комедийными вставками анимации и закадровым смехом. Увиденное казалось Теону странным и не совсем подходящим для его целей, но Самина и Вестра настаивали, что стать гостем шоу — лучшая возможность донести до общественности их цели.

Поэтому оставалось лишь терпеть.

* * *

Вестра волновалась возможно даже больше, чем Теон и Лиамара. Фурия думала, что когда они сядут на этот диван и начнется шоу, то тревоги уйдут, но вместо этого девушка стала только сильнее нервничать. Самина доверила ей ответственную работу, к которой Вестра не была готова, и теперь юная фурия старалась не облажаться.

Девушка наблюдала за Теоном и Лиамарой, отмечая про себя, что между этими двумя что-то произошло. И дело не только в том неожиданном поцелуе на входе, который, без сомнения, удивил всех, но и в чем-то другом. Пока она бегала, улаживая организационные вопросы с местными продюсерами, Теон и Лиамара стали смотреть на друг друга иначе.

А могли ли они?..

Живое воображение Вестры тут же нарисовало крайне яркие картины, и мысли об этом заставили щеки девушки вспыхнуть.

Да нет, брось, у них не было на такое времени.

И все же мысли не исчезали, настойчиво просачиваясь через попытки их отогнать. Образ Лиамары исчез как-то сам собой, сменившись образом Самины, и в этот раз Вестре не было нужды сильно фантазировать, ведь она досконально знала тело старшей фурии.

Зачем я вообще об этом думаю?!

Но в глубине души Вестра прекрасно понимала, почему. Вокруг Теона появляется все больше девушек. Лиамара, а теперь ещё Майли, её кумир. Фурия не могла не заметить, как эта ведущая ток-шоу смотрит на мужчину. А между тем Вестра была от него все дальше.

Арвин, ещё когда была жива, и Лифэтта не раз говорили Вестре, что ей нужна разрядка с Теоном, что ощущения от слияния душ с мужчиной не идут ни в какое сравнению с обычной разрядкой фурий, не говоря о сильном прогрессе в развитии дара.

Но Вестра медлила. Никто не тащил её к нему в постель «за шкирку», и когда казалось, что она набралась смелости, чтобы решиться, то в последний момент трусила. Она несколько раз оказывалась у порога его комнаты, но в итоге разворачивалась и уходила.

Вчера Самина что должна была провести ночь с Теоном и предложила Вестре тоже пойти. Устроить разрядку в троем — в этом не было ничего такого. Те же Арвин и Лифэтта в прошлом не раз такое делали. Но Вестра в очередной раз струсила и отказалась. Причем сама не понимала, почему. Теон ей нравился, и ей определенно нравились мужчины даже больше, чем женщины, но каждый раз что-то останавливало её.

Какая же я дура…

Вестра все-таки смогла выбросить из головы излишне пошлые мысли, сосредоточившись на ток-шоу, что вот-вот должно было начаться. Гримеры уже закончили с гостями и теперь занимались ведущей, которая тоже заняла свое место за столом.

— Минута до эфира! — послышался крик откуда-то со стороны.

И тут Вестра поняла, что забыла нечто важное. Самина сделала небольшие карточки для Теона, чтобы было проще поддерживать разговор и держаться курса. Сама юная фурия сомневалась, что те ему пригодятся, но всякое может быть.

— Да где же они? — пробурчала она, проверяя сумочку. — Должно быть, остались в гримерке.

Выругавшись про себя, девушка припустила из студии, понимая, что как бы не спешила, не успеет до начала эфира. Оставалась лишь надежда, что она сможет их передать во время перерыва на рекламу. Или… она может использовать ускорение времени, чтобы незаметно подбросить их. Правда, учитывая её уровень контроля, девушка могла попасть в просак и оказаться в кадре, вызвав целую кучу проблем.

Вестра вбежала в гримерную и быстро осмотрелась. Так и есть, подсказки обнаружились тут, и лишь сейчас Вестра вспомнила, что давала их Теону, когда они только сюда пришли, но мужчина, судя по всему, так их и не посмотрел.

— Вот же… — с легкой досадой буркнула Вестра, вспоминая, сколько сил Самина потратила на эти заготовки.

Взяв стопку маленьких бумажек, девушка уже было направилась на выход, как на пороге гримерки появился мужчина. Вестра сразу его узнала. Он был одним из врагов, с которыми Теон столкнулся на входе.

Это был крепкий, коренастый мужчина, в два раза шире Вестры в плечах. У него были светлые, непослушные волосы и темно карие, почти черные неприятные глаза. Увидев Вестру, он скрестил руки на груди и оперся плечом о дверной косяк, закрыв ей выход.

Первое, что испытала девушка, увидев его — страх, но практически сразу она взяла себя в руки.

Они ничего мне не сделает.

Первое, что её успокаивало — враг мужчина, а следовательно силой не владеет. Второе — Теон пусть сейчас в студии, но все-равно рядом и вряд ли он просто так проигнорирует нападение на неё. А следовательно, этот тип пришел просто её попугать. Достаточно просто игнорировать все, что он может сказать.

— Что-то потеряла? — поинтересовался он, ухмыляясь. Его улыбка была неприятной и вызывала у девушки чувство отвращения.

— Это не ваше дело, — как можно более вежливо, но одновременно с этим твердо сообщила фурия.

— Да что ты говоришь, — хмыкнул мужчина, даже не попытавшись сдвинуться с места.

— Попрошу дать мне пройти.

— А если нет?

Девушка сглотнула слюну, испытав очередной легкий приступ страха, но тут же его подавила. Она сражалась с Бездушными, а они были гораздо страшнее этого мужчины.

— Тогда я буду вынуждена применить силу, — Вестра коснулась Иного и её глаза едва заметно засветились.

— Смотрю, у котенка прорезались зубки, — фыркнул он и улыбка мгновенно исчезла с его лица, взгляд стал холодным и… страшным.

Вестра даже не успела понять, что произошло. Вот она стоит перед этим мужчиной, а в следующий миг лежит на полу, схватившись за разбитое лицо.

Он меня ударил?!

Девушка убрала руку от лица и увидела кровь. Много крови.

— Что, уже не такая смелая, да? — фыркнул мужчина, захлопывая изнутри дверь. Вестра тряхнула головой и подняла на него взгляд, заметив сияние в его глазах.

Он тоже может касаться Иного!

— Что? Удивлена? — он вновь улыбнулся, но ещё более неприятной и гадкой улыбкой, чем раньше. — Тупая, мелкая сучка, что не может трезво оценивать свои силы. Большая часть нынешних фурий такие. Обладают посредственным по нынешним меркам даром, и уже мнят о себе не пойми что.

— Это вы зря, — Вестра попыталась взять себя в руки. Страх — это последнее чувство, которому нужно позволять взять верх. — Если мы будем драться, то нас услышат. И тогда он придет.

— Да что ты говоришь, — мужчина и бровью не повел. — Это легко исправить.

Он коснулся ближайшей стены, и девушка заметила, как по ней прошла рябь, расходящаяся в разные стороны.

— Теперь это МОЯ комната. Она изолирована от остального мира, я устанавливаю правила этого места. К примеру… Хочу, и тут больше нет воздуха.

Мужчина щелкнул пальцами, и Вестра вдруг ощутила, что не может сделать и вдоха. Она перевела взгляд на мужчину и про себя отметила, что он тоже не дышит.

Значит, все что он применяет, работает для всех.

Щелк.

Воздух вернулся, и Вестра тут же сделала судорожный вдох.

— Лучше?

— Да… — девушка не медлила. Резко поднялась, используя остановку времени, и атаковала, создав призрачный меч, точную копию того, что сделал Кригер, и что остался в штабе Домена.

Враг легко перехватил её руку и ударил ногой в бедро, заставив девушку упасть на одно колено. Ещё один удар в лицо, и Вестра вновь оказалась на полу. Перед глазами все плыло.

Она вновь пропустила удар. Уже второй. Оставалось лишь ужасаться тому, что мужчина движется настолько быстро. Словно это он использует ускорение, а не она.

— Используешь Воплощение? — довольно усмехнулся тот. — Как интересно, я тоже им владею. Точнее освоил, это мой третий дар, приобретенный. Но для таких, как ты, это за гранью возможного.

Приобретенный?

Вестра лишь читала о таком, но не думала, что среди живущих есть кто-то, кто действительно таким владеет. Даже Теон не пользовался ничем другим, кроме Телекинеза.

— Ты что-то притихла. Уже усвоила урок хороших манер? Вставай, дрянь, мы ещё не закончили.

Не без усилий, но Вестра встала, хоть и немного пошатывалась. Похоже, что последний удар вызвал сотрясение.

— Не нравится мне твой взгляд. Слишком дерзкий.

Вестра молчала, продолжая исподлобья смотреть на него.

— Мне вот любопытно, а Теон разозлится, если я тебя убью? — его улыбка стала совсем пугающей. — Но после твоей дерзости это будет слишком просто. Ты умрешь, но далеко не сразу.

— Меня хватятся.

Мужчина чуть не рассмеялся.

— Ты забыла? Я контролирую это место. И время в том числе. Для тебя пройдут дни, прежде чем Альдрим сообразит, что ты куда-то пропала.

Вестра внутри похолодела.

— Но ты симпатичная. И я не люблю брать женщин силой, предпочитая, когда они сами, причмокивая, сосут твой член. Я могу оставить тебя в живых, а взамен…

— Пошел ты, — Вестра плюнула ему под ноги сгустком крови и встала в защитную стойку, создав призрачный меч с помощью силы.

— Что-ж, так даже лучше, — мужчина продолжал ухмыляться, не воспринимая её всерьез. — Знакомая стойка. Это он тебе её показал?

Вестра молчала, сосредоточившись на враге. Она не должна позволить ему нанести третий удар. Ни за что.

— Хорошо, я сыграю с тобой в эту игру. В конце концов, времени у нас очень и очень много.

Мужчина отвел руку, и в ней появился точно такой же клинок, как и у девушки.

Значит, он и впрямь может использовать воплощение.

От осознания этого стало ещё страшнее, но куда больший ужас фурия испытала, когда этот человек атаковал. В один миг тот превратился в размытый силуэт, чтобы возникнуть слева, атакуя в единственное слабое место этой защитной стойки. Все, что оставалось фурии, это сместиться назад и попробовать отклонить вражеский клинок. И у неё это почти получилось, но она кое-чего не учла.

Силы мужчины.

Их мечи столкнулись, высекая сноп магических искр, а в следующий миг девушку отбросило в ближайшую стену, словно она пыталась заблокировать не меч, а металлическую балку в пару сотен килограмм веса.

Она врезалась в стену, закричав от боли, и тут же рухнула на стол с закусками, опрокидывая его. Попыталась встать с пола, но мужчина оказался рядом и схватил её за волосы.

— Какие же вы все слабые… И ещё считаете себя достойными следовать за Владетелем. Да вы просто пыль. Ты и все прочие. И я не могу понять, кто больше жалок, ты и тебе подобные, или он, что позволяет таким отбросам быть своими слугами.

Вестра попыталась создать меч, но от глаз мужчины это не скрылось. Усмехнувшись, он ударил её ногой по запястью, заставляя вновь закричать и зарыдать от боли.

— Кричи, сколько влезет. Тебя никто тут не услышит. Никто не придет на помощь.

— Кха… Тут ты ошибаешься. Он придет…

— Владетель? Только в твоих мечтах.

— Нет. Он…

Сквозь слезы Вестра рассмеялась, а мужчина только сейчас понял, что они в комнате не одни. Отпустив волосы фурии, он развернулся и увидел призрачного старика.

Враг взглянул на Мастера Шу и дрогнул. Несмотря на боль, от Вестры не укрылось, что мужчина побледнел, столкнувшись лицом к лицу со старым мастером меча.

— Нет… Быть не может… Это какой-то сраный несмешной трюк. Ты мертв, старик! Мертв, слышишь?! Я убил тебя!

Вестра не ожидала такой бурной реакции от мужчины, но в этот момент не смогла сдержать себя и рассмеялась. И под этот смех Мастер Шу, тихо произнес:

— За все в этом мире приходится платить, Шейн.

Глава 17. "Майли Говорит". Часть третья

— За все в этом мире приходится платить, Шейн, — голос старика был хриплым, но одновременно с этим мягким, словно ветерок.

Вестра во все глаза смотрела на призрака Мастера Шу, не веря тому, что только что услышала.

Это же проекция. Просто воплощенная энергия, похожая на мастера. Да, она может сражаться, но она не должна говорить!

— Это какой-то трюк, да?! — фыркнул Шейн. — Ты не можешь быть тут!

Вестра не могла не улыбнуться, увидев, что этот грозный мужчина, который ещё минуту назад внушал страх, сам боится и нервничает при виде Мастера Шу.

Старик больше ничего не сказал и встал в свою обычную боевую стойку. Хотя нет, Вестра, присмотревшись, поняла, что она просто похожа на ту, что обычно показывал ей Мастер, но отличается парой деталей. Он держал клинок чуть ниже, а его левая нога едва заметно согнута, а не прямая, какой должна была быть.

— Думаешь, что эта фальшивка что-то мне сделает? Да плевать, даже если бы это и впрямь был настоящий Раон Шу. У меня было семьсот лет практики. Я сотру его в порошок даже с закрытыми глазами!

Шейн бросился на Мастера первым, и это был не бездумный выпад, нет. Это был очень хитрый и мастерский удар. В какой-то миг Вестре показалось, что меч Шейна превратился сразу в три меча, и невозможно было угадать, какой именно был настоящим.

Но Раон Шу без особого труда отбил каждый из них и тут же контратаковал, целя мужчине в горло. Шейн и Мастер обменялись ударами и отступили, насколько это позволяли скромные размеры гримерки.

Девушка все ещё лежала на полу, но при всем желании не могла отвести от схватки взор. Как бы не был омерзителен ей этот человек, но стоило отдать Шейну должное, сражаться он умел.

Стойка менялась за стойкой, причем так элегантно.

Удар, выпад, блок. Вновь удар.

Некоторые из техник, что применяли Шейн и Мастер, казались Вестре просто невероятными, даже можно сказать невозможными. То, под каким углом порой проходила атака, было за гранью воображения, а некоторые удары фурия вообще не видела, и лишь внезапный сноп искр говорил о том, что один из мужчин атаковал.

Старый Мастер Шу был невообразимо силен и быстр, быстрее чем кто-либо, но Шейн не врал, когда говорил про семисотлетнюю практику. Он был с Мастером Шу на одном уровне, а может даже превосходил… И чем дольше длилась схватка, тем отчетливее это становилось понятно.

И тут вернулся страх.

Что, если Мастер проиграет?

Раньше это казалось девушке невозможным, но то, насколько мастерски Шейн владел мечом, говорило, что это более чем возможно.

Я должна помочь!

Живот скручивала боль, кровь покрывала все лицо.

Я смогу! — сказала девушка сама себе, поднимаясь на ноги.

Вестра протянула руку и схватила появляющийся в воздухе короткий одноручный меч, такой же, какой ей сделал Кригер. А затем, немного подумав, добавила к нему второй.

Последние пару дней она практиковалась бою с двумя руками, но до настоящего мастерства ей было далеко. Сейчас девушка создала его для того, чтобы использовать в качестве защиты, а не для атаки.

И тут девушка ощутила что-то странное. Боль в животе утихла, да и разбитое лицо перестало болеть. Она невольно коснулась носа и почувствовала, что он такой, каким и должен быть. Кровь на руках исчезла, и даже немного растрепавшаяся одежда вернулась в исходное состояние. Легкое замешательство сменилось пониманием.

Лиамара остановила её время! Возможно, сила Длани работала со сбоями в этом пространстве, где «властвовал» Шейн, но все же она работала.

— Надеюсь, эта штука не одноразовая, — приободрилась Вестра. Теперь она уже не так боялась за себя.

Смело ринувшись в бой, она атаковала Шейна со спины. Пусть подло, но в такой схватке иначе и быть не могло. Впрочем, у мужчины словно глаза были на затылке, потому что девушка так и не успела нанести удар. В последний момент он, даже не глядя на неё, отражая удар Мастера, ударил девушку сапогом. Вестра заблокировала удар клинками, но это было ошибкой.

Мужчина оказался силен, нечеловечески силен, и руки фурии от удара мгновенно онемели. Её отбросило назад, но она, сделав сальто в воздухе, приземлилась на ноги. Одеревенелость в конечностях почти сразу стала проходить, и девушка тут же ринулась в бой.

— Исчезни, сопля! — рыкнул Шейн, едва не пронзив голову Вестры во время атаки, и лишь благодаря поддержке Мастера Шу вражеский клинок отсек лишь маленькую прядь волос, разминувшись с глазом.

Это было опасно!

Раон Шу вновь перевел внимание Шейна на себя, дав девушке возможность напасть снова, и Вестра им воспользовалась. Она сделала рывок в низкой стойке, и со стороны могло показаться, что она сейчас грохнется лицом на пол, но все это было частью её плана.

Вестра сделала вид, что собирается атаковать ноги Шейна, и когда тот повелся на уловку, пытаясь её остановить, резко подпрыгнула, одним ударом блокируя его клинок, а вторым нанося удар.

Эффект был неожиданным как для Вестры, так и для шейна. Меч девушки отсек мужчине два пальца, не встретив большого сопротивления, и пошел выше, чиркнул по груди, вонзился в щеку и рассек левый глаз.

— Мелкая сука! — взревел Шейн, отступая.

Мастер Шу похлопал Вестру по плечу, хваля за проделанную работу.

— Но не стоит расслабляться. Противник все ещё очень грозен.

— А вот в этом ты совершенно прав, — прорычал Шейн. — Ну, раз я не вижу одним глазом, то и вам он ни к чему.

Шейн хлопнул рукой по стене, и по комнате во все стороны по стенам словно по водной глади прошла рябь. Вестра совершенно внезапно осознала, что оказалась слепа на один глаз.

— Не теряй бдительности, — сказал ей Мастер, на что девушка благодарно кивнула.

Со стороны могло показаться, что все не так уж и страшно. Потеря одного глаза — это же не потеря сразу двух. Но на деле все было гораздо сложнее. Два глаза помогают определять дистанцию до объекта и значительно улучшают координацию. В бою против такого серьезного соперника потеря глаза может стоить жизни.

Но Вестра не теряла самообладание и не давала страху завладеть собой. Она должна будет разобраться с Шейном хотя бы ради Мастера Шу. Она отомстит за него, вместе с его «духом».

* * *

— До эфира три. Два. Один! — послышался крик одного из организаторов «балагана», каким считал его Теон, после чего свет в большей части помещения потух. Освещенными остались лишь главная декорация и зрительские места.

— А вот и вновь с вами Майли дор-Хэттсен с её шикарнейшим, невероятнейшим ток-шоу «Майли говорит!», — внезапно заговорила ведущая, поднявшись из-за стола и изящно выгнув спину в соблазнительной позе. Теону даже показалось, что она сделала это только ради него, но мужчину в данный момент мало интересовали эти соблазнения. Большая часть его внимания была сконцентрирована на Лейве, которая сидела в первом ряду и буквально буравила его своим холодным взглядом.

Где Шейн?

Не заметить отсутствие предателя, так нагло показавшегося ему на глаза, Теон просто не мог. Еще и Вестра куда-то запропастилась. Ещё минуту назад она была тут, а затем просто испарилась. Примерно тогда же пропал и Шейн.

Как же Теон хотел вырвать этому ублюдку сердце, но как часто бывает, сейчас не то время и не то место. Случись это сразу после пробуждения, вряд ли бы мужчину остановили все эти люди вокруг, но многое поменялось. Лейва не просто так привела сюда Шейна. Она пытается спровоцировать его на подобные поступки, а следовательно он ни в коем случае не мог пойти у неё на поводу.

Вестра и Шейн… Шейн и Вестра…

Внутренняя тревога нарастала, но в итоге Теону пришлось её подавить. Если Шейн что-то устроит, то Теон это почувствует, должен почувствовать. К тому же Лиамара остановила время девушки, а следовательно, с ней физически не может ничего приключится.

Как только будет перерыв, я её найду.

— И сегодня в моем ток-шоу просто мега-супер-эпичный гость! Самолично Владетель, Теон Альдрим.

— «Посмотрите, пожалуйста, в камеру», — сообщил кто-то из продюссеров через наушник в ухе. Такой был и у Лиамары.

В зале раздались аплодисменты, даже Лейва хлопала, правда со странным, немного жутковатым выражением лица.

— И для начала представьте свою очаровательную спутницу, — попросила Майли, присаживаясь на место.

— Это Лиа Мейр, — благоразумно Теон решил не называть настоящее имя Длани. Кому нужно, вроде Лейвы, и так поймут, кто именно пришел вместе с Теоном, а остальным не обязательно знать, что Вершительница спустя тысячи лет вернулась в этот мир. — Она…

— …его невеста, — ответила за него сама Лиамара, вызвав у Теона легкое удивление. Они не обговаривали, кем именно её представят, и эта импровизация была крайне неожиданной.

— Невеста, ого! Это так… неожиданно… И теперь меня, да и, наверное, наших зрителей тоже съедает любопытство, как вы смогли охомутать такого человека, как Теон Альдрим? Чем смогли зацепить его, помимо внешних данных, разумеется.

Теон мысленно поморщился. Зря Лиамара сказала про невесту, это слишком все усложнило. Старым Богам будет ясно, что все это чушь, а вот у простых людей вызовет целую кучу ненужных вопросов.

— Я хорошо готовлю. А ещё… — она задумалась. — Могу останавливать время.

— Верно, с ней время буквально останавливается, — подтвердил Теон, желая немного перевести внимание на себя.

— Вот как, — заулыбалась Майли. — Ах, как бы мне хотелось, чтобы мужчина говорил мне такие вещи…

— Мы не в эфире! — совершенно внезапно послышался крик одного из продюсеров, отчего Майли переменилась в лице. Вначале на нем мелькнуло удивление, а затем она побагровела от гнева.

— В СМЫСЛЕ «НЕ В ЭФИРЕ»?! ВЫ ТАМ ОХРЕНЕЛИ ЧТО ЛИ?! НАС ПЯТЬ МИЛЛИОНОВ ЗРИТЕЛЕЙ ЖДУТ!

— Мы не можем понять, в чем дело, — ответили ей, и ведущая, не сдержавшись, врезала кулаком по столу, после чего пробормотала. — Вот же некомпетентные придурки… Всех уволю.

Майли сделала несколько глубоких вдохов, затем достала из ящика стола упаковку каких-то таблеток, быстро приняла их и после этого взглянула на своих гостей.

— Прошу прощения за технические неудобства. У нас обычно такого не случается, но обещаю, что непременно выясню, чей это косяк, и вышвырну его с работы.

— В этом нет необходимости, — вежливо улыбнулся Теон. — Непредвиденные обстоятельства случаются в любом деле.

— И все же я обязательно с этим разберусь, — пообещала ведущая и повернулась к техникам. — Ну что там у вас?!

— Непонятно! У нас тут все в порядке, но почему-то в сеть сигнал не уходит.

— Если не уходит, тогда нихрена у нас не в порядке! Мне плевать как, но почините! Живо!

— Пытаемся!

— Пытайтесь лучше!

— В этом нет никакой необходимости, — мягко сказал какой-то мужчина, входя в студию, а вместе с ним и ещё десяток человек. На них были простые одежды, но кое-что сразу бросилось в глаза, отчего среди людей возникла суматоха.

Оружие.

Все они кроме того, что говорил, были вооружены. Одновременно с этим несколько зрителей поднялись со своих мест и достали пистолеты.

— Вы спятили?! — воскликнула Майли, вскакивая с места. — Вы хоть понимаете, что и где вы творите?!

Главный мужчина жестом приказал своим людям рассредоточиться по залу, взяв под контроль зрителей и съемочную группу, после чего шагнул к сцене, выходя на свет. Таинственный мужчина был не молод, лыс и с густой, аккуратно подстриженной седой бородой. Его лицо могло первоначально показаться приятным, располагающим к себе, но вот его глаза Теону не понравились. Это был взгляд хищника, убийцы или сумасшедшего без жалости и сомнений.

— Погодите, вы же… — Майли опешила, видимо, опознав этого человека.

— Все, кто душой и верой тянутся к Свету, знают мое лицо, — ласково улыбнулся он женщине. — Я Нейрам Фес, верный слуга Света.

Теону было знакомо его имя. Магистр Детей Света, той самой секты фанатиков, что совсем недавно требовала его освобождения, а после этого обрушила на улицы Риндерона один из небоскребов.

Фанатики и террористы… Только их ещё тут не хватало…

Теон на одно мгновение хотел воспользоваться силой и превратить их всех в кровавый фарш, но сдержался. Во-первых, каждый из них носил на себе кусочек кренталя, что мешало ему использовать на них силы точно так же, как и если бы они были фуриями, коснувшимися Иного. А во-вторых, ему было интересно, к чему все это приведет. Насколько он помнил, после теракта их лидер официально осудил его, а тут является на студию с оружием самолично.

— Не стоит волноваться. Мы не причиним никому вреда, если в этом не будет необходимости. Просто расслабьтесь и наблюдайте за тем, как творится история, — крикнул Нейрам в зал, после чего, расплывшись в улыбке, повернулся к Теону и его спутнице.

— Прошу прощения за мою бестактность, Владетель, — мужчина демонстративно опустился на одно колено. — Нам давно стоило встретиться, но, к сожалению, дел было слишком много. Долгие годы мы ждали вашего возвращения и готовились к тому, чтобы сокрушить жиущих во мраке и вернуть Истинный Свет в этот мир.

Теон поднялся с дивана, взглянув на мужчину сверху вниз.

— Что ты хочешь?

— Того же, что хотят все Дети Света. Вы — знамя Последнего Часа, его предвестник. Так было предсказано, и так будет! Вы сокрушите мрак этого мира и принесете в него Свет. Объедините людей и сделаете их… едиными. Так, как было прежде.

Теон нахмурился. Он не понимал, почему этот человек так уверен, что Владетель все это обязан сделать. Ещё большее недоумение у Теона вызывали слова о предсказании.

— Владетель, я приготовил для вас армию верных последователей, не страшащихся отдать свои жизни во имя высшей цели. И чтобы приблизить нас к заветной цели, я хочу преподнести вам дар — одну из частиц Света, что мы хранили долгие сотни лет.

Один из помощников Феса тут же поднес к Теону чемодан и раскрыл его, чтобы продемонстрировать золотой октаэдр с серебрянным узором на своих гранях.

Майли недоуменно переводила взгляд то на вещицу, то на застывшего в легком изумлении Теона, то на дарителя, все ещё стоящего на коленях с довольной улыбкой.

Теон протянул руку и осторожно взял предмет, чувствуя легкое покалывание на кончиках пальцев, ведь в его руках находилось ни что иное, как ещё одна темница Старых Богов. Запечатанная и нетронутая.

Глава 18. Майли Говорит. Часть четвертая

— Это какая-то шутка? — гневно спросил Теон. Темница Старого Бога в его руках совершенно внезапно для окружающих пошла трещинами, а затем взорвалась, раскидав во все стороны металлические обломки.

Это была фальшивка. Магистру Детей Света на доли секунды удалось обмануть Теона, но стоило попытаться прикоснуться к таящейся внутри силе, как он ничего не почувствовал. Такого не было с темницей Могдина. В ней Теон ощущал сокрытую внутри мощь, до которой не мог дотянуться, а здесь ничего, лишь пустая оболочка.

— Вовсе нет, — пожилой мужчина ни капли не изменился в лице от реакции Теона. Он продолжал все так же дружелюбно улыбаться, словно все идет, как задумано. — Разумеется это не настоящий осколок Света. Перемещать его по миру туда-сюда — не самая хорошая идея, как вы понимаете. Он лежит в надежном месте и ждет своего часа.

— В былые времена это можно было счесть за оскорбление. Принести дар, который в итоге окажется фальшивкой.

— Я бы назвал это разумной осторожностью, — не согласился Нейрам. — Если бы вы не распознали ошибку, то скорее всего, вы вовсе не тот, кого мы так долго ждали, ведь только истинный Владетель понимает силу Света.

Нейрам не нравился Теону. Услужливая улыбка, ледяной взгляд убийцы. Этот мужчина был скользким, как угорь, и коварным, как старый лис. С таким стоит держать ухо востро.

— Настоящий осколок будет вашим, обещаю, но лишь после того, как вы примете Детей Света под свое крыло.

Нейрам смиренно склонил голову в церемониальном поклоне и сложил на лбу пальцы в знаке Истинного Пламени. Люди Нейрама поприветствовали Теона таким же жестом, но не стали вставать на колени, чтобы не терять контроль над зрителями и съемочной группой.

— Мы явились сюда посреди этого шоу не просто так. Мы пришли, чтобы вы объявили о союзе на миллионную аудиторию этой грязной женщины.

От словосочетания «грязная женщина» Майли вспыхнула, но ей хватило здравомыслия, чтобы не ссорится с главой фанатичной секты. Женщине оставалось лишь кусать локти от досады. Лиамара же наблюдала за происходящим со скучающим равнодушием. Она не до конца понимала ситуацию, но точно знала, что та никак её не касается, поэтому просто наблюдала.

— Пусть все три континента знают, что Дети Света встали под знамена Владетеля. Пусть еретики и отринувшие Свет страшатся, ведь Последний Час уже близок, — Нейрам встал на ноги и заговорил с таким пылом, словно находился посреди тысячной толпы. Но Теона эта речь не впечатлила, напротив, вызвала небольшой приступ раздражения.

Фанатики, особенно религиозные, крайне опасный народ. Они могут быть удобным инструментом, пусть грубым, но эффективным, и в тоже время могут в любой момент поджечь стул, на котором ты сидишь. Стоит им усомниться в тебе и твоих мотивах, как ты превратишься из ближайшего друга в кровного врага. Как только они поймут, что Теона не интересует ни единый мир Таргарона, ни Последний Час, то обернутся против него.

И все же у них есть темница одного из Старых Богов.

Своими недавними действиями Дети Света показали, что у них действительно есть армия, более того, это скрытая армия. Сотни, а скорее всего даже тысячи людей живут обычной жизнью, но по единственной команде Нейрама они возьмутся за оружие и нанесут удар туда, куда меньше всего этого ждешь.

Эта сила и ресурсы Детей Света нужны Теону для войны, но одновременно с этим он не горел желанием связываться с фанатиками, и уж тем более делать это прилюдно, на миллионную аудиторию. Стоило сегодня заключить сделку на камерах, как уже на следующий день может случится очередной терракт. И это даст Арбитражу крайне удобную возможность приравнять недавно образованный Домен Власти к террористам или им сочувствующим.

Нет. Цена этого союза может быть слишком дорогой. Да и это все может быть ловушкой Лейвы.

Нейрам хотел продолжить речь, но заметив, что Теона она ни капельки не трогает, остановился.

— Что-то не так? — магистр Детей Света нахмурился.

— Я не могу принять вашего предложения, — спокойно, но твердо сказал Теон.

— Не примите? — кажется, этот старик исключал возможность отказа и теперь непонимающе смотрел на Владетеля. — Вы не можете отказаться!

Теон удивленно приподнял правую бровь и усмехнулся.

— С чего вы взяли?

— Пророчество! Оно…

— Мне нет дела до пророчеств, но есть дело до сотен людей, что погибли во время обрушения дома в центре города, — Теон счел, что вся эта ситуация может быть ловушкой и провокацией. Не исключено, что прямо сейчас его все ещё снимают.

— Это все было сделано ради вас!

— А я разве об этом просил? — Теон повысил тон. Он возвышался над магистром, смотря на того полным призрения взглядом. — Просил вас меня «спасать»? Просил убивать за меня? Своим поступком вы очернили мое имя, заставили людей думать, что я заодно с хладнокровными убийцами невинных, а это не так.

— Это жертвы во имя Света. Они обретут в нем спасение и вернутся к жизни, когда настанет Последний Час.

— Мертвые не вернутся, — вмешалась Лиамара, сообщив это таким будничным тоном, что Теон едва не рассмеялся. — Таргарон не включал в свой план воскрешение тех, кто уже ушел. Так могло делать только Истинное Пламя.

— Святотатство! — фыркнул Нейрам, оскорбленный подобными утверждениями. — Все мы будем идти в Свете! Все мы вернемся к жизни, когда настанет Последний Час! Или ты считаешь, что способна уразумить мудрость бога богов?! Кайся, несчастная душа, и в Свете ты обретешь спасение!

Лиамара, разумеется, не спешила извиняться или демонстрировать раскаяние в сказанном. Сказанное ей — чистая правда. По крайней мере, кому как не Длани Света говорить о том, что хотел сотворить другой Длань Света.

Вершительница не стала спорить с фанатиком, лишь смерила его равнодушным взглядом, что, казалось, лишь ещё сильнее подстегнуло гнев мужчины.

— Мне нет дела до Света и Последнего Часа, — прямо заявил Теон. — Но мне есть дело до вещицы, что вы продемонстрировали. Мне она нужна. Оригинал, а не копия, разумеется.

— Я не могу вручить реликвию тому, кто не разделяет наши взгляды.

— Не вы ли только что говорили, уважаемый Нейрам, что я часть какого-то пророчества?

— И не отказываюсь от своих слов, — подтвердил магистр Детей Света. — Но ваши слова полны сомнений и ереси, а ваша будущая… кхм… супруга смеет сомневаться в учении и глаголит полные крамолы вещи. Придя сюда, я ожидал увидеть человека, что так же идет в Свете, но вижу лишь самодовольного глупца! Видит Свет, это изменится, но до тех пор реликвия будет храниться там, где ей и должно быть!

Нейрам отступил, несколькими жестами дав команды своим людям. Все ещё удерживая на мушке зрителей, те стали отступать к выходу вместе со своим лидером. Их план по рекрутингу Владетеля провалился, и у них не оставалось иного выбора, кроме как отступить.

* * *

— У Детей Света действительно есть темница? — голос Мерфиона мало что выражал, впрочем, как и всегда. Опустошитель в людском обличии не отличался особой эмоциональностью. Возможно, даже не испытывал эмоций вовсе.

— Нельзя исключать такой вариант. Три темницы все ещё не найдены. Скорее всего, это одна из них, — заключила Лейва, наблюдая за беседой Альдрима и Феса. Когда Владетель отказался принять предложение Детей Света, женщина почувствовала облегчение. Эти фанатики могли доставить очень много хлопот. Они как тараканы, от которых крайне сложно избавиться. Даже если ты раздавил одного, то где-то под полом может ждать ещё сотня.

— Они уходят. Что нам делать?

— Мы не можем упустить магистра, — сообщила Лейва. — Альдрим точно попытается его захватить, чтобы выудить информацию о артефакте, и мы должны его опередить.

— Это значит?..

— Делай, что считаешь нужным. Но если почувствуешь, что Владетель использует Свет, уходи.

— Понял, — сухо ответил Мерфион, поднимаясь с места.

Один из бойцов Детей Света навел оружие на внезапно покинувшего место мужчину, что-то ему крикнул, но Мерфиону было все-равно. Эти «игрушки» не способны нанести ему хоть какой-то серьезный вред.

* * *

— Боюсь, что я не могу позволить вам уйти, — спокойно, но твердо сказал Теон, сделав несколько шагов вперед. Трое бойцов тут же навели на него оружие, но Нейрам велел им остановиться.

— В таком случае вы совершите самую большую глупость в своей жизни. Если я не вернусь в свою резиденцию, этот город ещё до полуночи утонет в огне. Это я вам обещаю.

Теон нехотя остановился, раздраженно дернув щекой, а на лице магистра расплылась довольная ухмылка.

Этот тип всё предусмотрел.

— Я получу эту вещь, — предупредил Теон. — Не сегодня, но я за ней приду.

— Нисколько не сомневаюсь.

Нейрам продолжил уходить, а Теон едва сдерживался, чтобы не пойти следом, но одновременно с этим понимал, что магистр не блефует. Они уже доказали, что могут устроить в городе хаос, а что, если он прикажет пойти дальше? Пусть Теону не было дела до жителей города, но и становится причиной подобного хаоса он был не намерен.

Внезапно сопровождающий Лейву молодой мужчина поднялся с места и быстрым шагом направился в сторону отступающих Детей Света.

— На место! Живо! — крикнул один из солдат, но прислужник Старой Богини проигнорировал его слова.

Бах. Бах. Бах.

Прогремевшие выстрелы вызвали крики в зрительном зале. Какую-то девушку в первом ряду убило случайной пулей, а вот сам мужчина, кажется, даже и не заметил двух отверстий в собственной груди, продолжая уверенно шагать по направлению к магистру.

Сам Нейрам, ускорив шаг, скрылся в коридоре, ведущем из студии, но несколько его солдат остались, пытаясь разобраться с угрозой. Они открыли шквальный огонь по подручному Лейвы, но пули не причиняли тому вред, лишь рвали ткань черного костюма, но не могли пробить его кожу.

Оказавшись рядом с ближайшим бойцом, мужчина играючи снес тому голову рукой, словно перед ним был манекен из папье маше, а не живой человек. А вот сама Лейва не вмешивалась, с довольной ухмылкой наблюдая за тем, как её человек устраивает бойню.

— Теон, это же не нормально, я права? — осторожно спросила Лиамара.

— Едва ли. Нам только что сорвали вечер, — вздохнул Владетель, наблюдая за тем, как за считанные секунды убив бойцов Детей Света таинственный пуленепробиваемый мужчина пошел следом.

— Ты предпримешь что-нибудь?

— Придется, — нехотя согласился Теон. — Побудешь тут?

— Конечно.

— Эй, Майли, — Теон поверну голову в сторону стола ведущей, под которым пряталась девушка. Услышав свое имя, она слегка высунулась и обеспокоенно посмотрела на мужчину. — Позаботься о моей невесте, сейчас же уведи её отсюда. Если с ней что-то случится, то я оторву тебе голову, поняла?

— Д-Да…

Ни говоря больше ни слова, Теон поспешил следом за Детьми Света, лишь напоследок кинув взгляд на Лейву. Ему не хотелось оставлять Лиамару тут одну, но и позволять Старым Богам получить Нейрама, а следовательно и ещё одну темницу, он не собирался.

— Эй, — окликнул Теон мужчину, когда тот уже подошел к двери, ведущей на лестничную клетку. — Пусть они уходят.

Помошник Лейвы остановился и бросил на Теона равнодушный, практически мертвый, взгляд. Было в этом типе что-то странное и немного жуткое. Похожее ощущение Теон испытывал рядом с Кригером, но с этим мужчиной оно однозначно было сильнее.

— Теон Альдрим. Я очень давно хотел познакомиться лично, — сказал он, поворачиваясь к Владетелю. — Вы вселяете страх в мою госпожу, а мне не нравится, когда кто-то другой это делает.

— Мне очень жаль, — картинно усмехнулся Теон.

Подручный Лейвы бросил взгляд на дверь, ведущую на лестницу, затем на Теона, размышляя, стоит ли преследовать магистра или заняться Владетелем.

— Я упрощу тебе выбор, — Теон щелкнул пальцами, и по ту стороны двери что-то загрохотало.

— Премного благодарен, — улыбнулся подручный, и его лицо на мгновение исказилось, превратившись в жуткую нечеловеческую морду. — Это и впрямь многое упрощает. Думаю, госпожа будет счастлива, когда я принесу ей твою голову.

— Что ты такое? — нахмурился Теон, зачерпывая гораздо больше сил. Тварь в человеческом обличии, что стояла перед ним, вне всякого сомнения, очень опасна.

Опустошитель! Это Опустошитель, прошедший как минимум пять эволюций!

Даже Владетель в этот момент ощутил страх, но вместе с этим и гнев. Лейва держала подле себя такую тварь, скармливала ей Ткачей, скорее всего, сотни лет, чтобы достигнуть такого уровня силы. Больше Теон не видел смысла сдерживать внутреннего демона, позволив его гневу выбраться наружу. Этого монстра нужно убить здесь и сейчас.

Черный поток хлынул от его ног во все стороны, перетекая на стены и потолок. Банрат-Тан-Азур заполнял собой весь коридор, изнывая от голода.

— Приятного аппетита.

Глава 19. Схватка монстров

Тварь больше не скрывалась.

Пусть Опустошитель все ещё выглядел как человек, но та сила, что он источал, теперь заполняла комнату, четко давая Теону понять, кто именно стоит перед ним. Заклятый враг Ткачей Иного, монстр, способный лишь сеять смерть.

Теон ощутил мерзкий привкус гнили во рту и почувствовал легкий приступ тошноты. Одно существование этого монстра вызывало у Владетеля острое чувство омерзения.

— Ты не касаешься Иного, — заметил Опустошитель, не обращая внимания на Черного Демона, что заполнял собой коридор. Он уже почти подобрался к твари.

— Чтобы размазать такую дрянь, как ты, мне нет нужды использовать силу, — Опустошитель только этого и ждет, и Теон прекрасно это понимал.

— Недооцениваешь меня? Очень зря… — ухмыльнувшись, Опустошитель вытянул вперед руку, наставив на Теона два пальца. Так обычно делают дети, изображая пистолет. — Паф…

Теон даже не до конца понял, что именно произошло. Его левая рука, часть грудной клетки, стена позади и стены за ней — все это оказалось буквально вырвано, уничтожено. Стерто.

Он опасен!

— Если будешь сдерживаться, то можешь и погибнуть, Владетель.

В голосе этой твари сквозила насмешка, но внешне Теон не выдал своей обеспокоенности. Мрак окутал его тело, заменяя собой отсутствующую руку. Повреждения были слишком сильными, чтобы быстро их восстановить, так что пришлось отдать часть себя Банрат-тан-Азуру.

Черный Демон подобно бурлящей реке хлынул вперед, поглощая монстра в человеческом обличии. Сотни рук, рвущихся из тьмы, пытались сломать его кости, десятки челюстей вгрызались в его плоть, пытаясь оторвать куски, но Опустошитель словно и не обращал на это внимания и продолжал двигаться к Теону. Руки, цепляющиеся за него, бессильно рвались и исчезали в черной дымке. Лишь когда в стене справа открылась огромная зубастая пасть, Опустошитель хоть как-то отреагировал. Он развернулся и ногой придавил нижнюю челюсть, а рукой перехватил верхнюю. Острый зуб пронзил ему ладонь, но мужчина словно и не заметил этого.

Несколько секунд Банрат и Опустошитель, два жутких монстра боролись, и никто из них не мог одержать победу, пока слуга Лейвы не вскинул свободную руку, нацелив два пальца прямо в пасть Демону.

— Паф! — хохоча безумным смехом, воскликнул он и сделал очередной «выстрел».

Тьму Банрата разорвало на куски, а вместе с ней и все здание. В стене образовалась точно такая же дыра, как и при первом «выстреле», только теперь она шла по косой.

Теон ощутил боль Банрата, но это было царапиной. Болезненной, но лишь царапиной по сравнению с тем разом, когда чистым Светом Сиобан чуть не выжег Черного Демона.

Да, он прав. Нельзя сдерживаться.

Поняв, что от Банрата тут толку практически нет, Теон резко втянул его в себя, одновременно с этим бросив себя вперед, используя силу. Владетель врезался в Опустошителя и вонзил созданные из тьмы когти ему в горло.

Опустошитель ответил ему новой трансформацией. Он все ещё очень походил на человека, но черты лица и кожа стали какими-то искаженными, ненастоящими. Словно монстр натянул на себя человеческое лицо.

Губы твари растянулись в улыбке, а затем он раскрыл рот гораздо шире, чем способен нормальный человек, продемонстрировав целую кучу острых зубов, и впился Теону в шею, вырывая кусок плоти.

— Твоя кровь отдает падалью, — рассмеялся он, и Теон не нашел ничего лучше, чем ударить по Опустошителю куском дома. Груда железобетона, смешанная с другим мусором, врезалась в тварь, пробивая крышу и отшвыривая его высоко в небо.

Теон зажал разорванное горло правой рукой, пытаясь остановить кровь, но с этой раной было что-то не так. Она никак не хотела затягиваться, так что Теон поступил с ней точно так же, как и с рукой: заменил свою плоть телом Банрат-тан-Азура. Это было опасно, ведь таким образом Теон давал существу внутри себя гораздо больше власти, чем следовало.

Взмыв в воздух, Теон огляделся, пытаясь найти, куда упал Опустошитель. Он его больше не ощущал, но в то, что настолько сильная тварь могла умереть от мелочи вроде пары камней, мужчина не верил.

Ну где же ты, мерзость?

Словно отвечая на его мысленный вопрос, Опустошитель себя обозначил. Очередной разрыв пространства, но в этот раз Теон успел почувствовать атаку, прежде чем та достигла цели. После двух «выстрелов» Теону стало ясно, что бессмысленно пытаться заметить саму атаку, хватает и искажений, что идут до неё.

Вот ты где!

Теон камнем рухнул вниз, попутно увернувшись от брошенной в него машины. Замедлив падение, он перехватил транспорт с помощью силы и швырнул его обратно в тварь.

Та отбила удар, злобно оскалившись. С каждой минутой Теон все меньше видел в ней человека, и все больше — монстра. Опустошитель чуть пригнулся и резко прыгнул, развивая такую скорость, что словно им выстрелили из пушки.

Рука твари пробила Теону грудь, вырвав сердце. Пришлось заменить Черным демоном еще немного плоти.

— В чем дело, Владетель? Это все, что ты можешь?

— Да я только начал! — рассвирепел Теон и что есть силы притянул себя вместе с Опустошителем вниз. Они упали на землю с такой скоростью, что образовался кратер, от которого по земле пошли трещины.

— Хороший удар, но этого мало… — Опустошитель ухмыльнулся кровавой улыбкой.

Все-таки я смог пустить ему кровь.

Теон вобрал в себя столько силы, сколько не делал уже очень и очень давно, впервые с момента пробуждения. В тот момент он не думал о том, что все происходит в городе, не думал о возможных жертвах, все его внимание было сосредоточено на чуждом этому миру монстре, которого нужно уничтожить во что бы то ни стало.

Теон коснулся всего пространства, до которого только мог дотянуться. До каждого куста и камешка, до каждой машины и дома. Коснулся всего неодушевленного тысячами, миллионами невидимых рук и притянул это к себе.

Вначале Опустошителя чуть было не сбило с ног прилетевшим грузовиком, затем ему в спину врезался пожарный гидрант. За ней разбитая витрина, чей-то стол.

Ухмыльнувшись, Теон стал отступать.

«Выстрел».

Но в этот раз мимо. Лишь самую малость пострадал и без того порванный и пропитанный кровью костюм. Бесчисленное количество вещей разного размера кружилось вокруг Опустошителя словно ураган, нанося удар за ударом.

Мало! Слишком мало!

Теон ударил разом, собрав все, что только было возможно, и направив это в одну единственную точку, создав в воздухе гигантский шар, в самом центре которого находился враг всех Ткачей. Теон направлял туда все больше и больше вещей, включая даже землю.

За считанные секунды диаметр шара превысил сотню метров, и вся эта махина весом в тысячи тонн сжималась.

«Выстрел»

«Выстрел»

«Выстрел»

«Выстрел»

То и дело в этой конструкции появлялись прорывы, но Теон почти мгновенно их заделывал, продолжая утрамбовывать. Миллиметр за миллиметром, но шар сжимался, ломая находящегося в самом центре Опустошителя.

В какой-то момент внутри шара словно произошел взрыв, и вся конструкция чуть было не развалилась, но Теон не дал этому случится. Зарычав, он с новой силой продолжил начатое, давя монстра внутри словно таракана.

Выстрелы внутри прекратились, а сам Теон перестал что-либо ощущать, но свою работу не прекращал. Шар становился все меньше, его поверхность уже стала практически гладкой от той мощи, какую вкладывал Владетель.

— Уже не смешно? — фыркнул он. От перегруза в глазах темнело, из носа и открывшихся ран хлестала кровь. Но Теон продолжал ужимать шар, пока внезапно сгусток золотого пламени не ударил в его поверхность, заставив ту пойти трещинами.

Из-за столкновения с превосходящей силой Теон потерял контроль над конструкцией, и та стала разваливаться, огромными обломками падая на землю, а вместе с ними упал и Опустошитель, запертый в центре.

Надо его добить!

Не обращая внимания на отсутствующую руку и хлещущую фонтаном из ран кровь, Теон поспешил на место падения заклятого врага. Опустошитель все ещё был жив, сильно ранен, но жив. Все его тело было измолото, словно пропущено через мясорубку, и в нем не было ни единой целой кости. Гора все ещё трепыхающейся плоти и мяса, что пыталась снова стать чем-то похожим на человека, но пока безрезультатно.

Теон почти подошел к нему, чтобы покончить с этой тварью, но внезапно землю перед ним застелило золотое пламя, заставившее резко отступить.

— Отойди от него! Ты его и пальцем больше не тронешь! — закричала Лейва, оказываясь рядом с Опустошителем. Гора живой плоти зашевелилась, и оттуда показалась уродливая рука, потянувшаяся к Лейве. Женщина немедля упала на колени, позволив той коснуться своей щеки. — Все будет хорошо, мой милый.

Теон не верил своим глазам. Лейва с такой нежностью касалась этой руки и так смотрела на то, что осталось от Опустошителя, что не оставалось никаких сомнений в искренности её чувств. И тем не менее, Теон не собирался позволять этой твари жить.

— Лейва, дай мне с ним покончить. Этой твари не место в нашем мире.

Женщина отстранилась от своего возлюбленного и поднялась, встав между ним и Владетелем.

— А тебе место? Ты точно такой же монстр, а может даже и хуже. И он не тварь, у него есть имя — Мерфион.

— Мне плевать, как это зовут. Я его прикончу, так или иначе.

— Я не могу этого позволить, — твердо заявила Лейва. — Возможно, я и слабее Могдина или Зарда как воин, но мне есть что защищать. Так что вперед! Доставай свой меч, и выжжем этот город до тла!

Теон демонстративно отставил руку, и Банрат-тан-Азур услужливо преподнес ему запечатанную темницу Могдина.

— Не вставай у меня на пути, — повторил Теон. — Я держу слово, и если я заключил перемирие, то так тому и быть. Тебя я не трону, но эту тварь я обязан прикончить.

— А я тебе вновь говорю нет, — глаза Лейвы пылали золотым пламенем. Она была готова стоять насмерть, лишь бы не дать Альдриму убить Мерфиона. Это читалось в её взгляде, в её стойке. — Только через мой труп!

— Ты правда любишь… это?

— Я и не жду, что ты поймешь. Ну так что будем делать, Теон Альдрим?

Будь у него в руках Рэман-дал-Тор, вне всякого сомнения, Владетель бы ринулся в бой, не думая не секунды. Но как не посмотри, сейчас у него была лишь запечатанная темница, сила которой недоступна. Блеф, чтобы показать, что он все ещё владеет оружием, да и только. Как бы ему не хотелось признавать, но сегодня он не победил, в лучшем случае свел все к ничьей.

— Хорошо, Лейва, — Теону было очень тяжело произносить эти слова. Банрат-тан-Азур протестовал, но и ему досталось, что сказывалось на влиянии демона на мужчину. — В этот раз я позволю вам уйти. Но советую ещё раз хорошо подумать, что именно ты держишь рядом с собой.

Но Лейва уже его не слушала. Все внимание богини было сосредоточено на том, что осталось от Мерфиона. Теон вновь испытал приступ тошноты, увидев, как она целует обезображенные уродливые пальцы протянутой руки, поэтому просто развернулся и пошел прочь.

Ему нужно отдохнуть. На этот бой ушло слишком много сил.

* * *

Лиамара не до конца понимала, что именно происходит, да и не слишком стремилась узнать. Она всеми силами старалась дистанцироваться от конфликта носителя Тьмы Таргарона и его учеников. Самым простым и логичным решением для этого было просто уйти, покинуть этот мир и отправиться обратно, к границе с Пустотой, но вместо этого она по какой-то причине хотела быть здесь.

Все эти люди со своими жизнями, проблемами, страданиями и радостями… Их эмоции казались Лиамаре чем-то чуждым, незначительным, и в тоже время втягивали её в свой мир.

Ещё из её головы никак не мог выйти поцелуй на входе в это здание. Длань прекрасно понимала, что Теон Альдрим её просто использовал, но в тоже время она была не против. Вкус его губ и прикосновения рук заставляли Длань вспомнить то, что она пыталась похоронить уже многие тысячи лет. Того, кого она любила всем своим сердцем, того, кто её предал и уничтожил привычный ей мир.

Как бы она не хотела ненавидеть его, но любовь все ещё тлела в глубине её души, и поцелуй всколыхнул те давние воспоминания и наталкивал на размышления об очень странных вещах, о которых Лиамара никогда не думала прежде. Например, могло ли быть так, что Таргарон любил её? Она раз за разом возвращалась в прошлое, вспоминая его разговоры и то, как он смотрел на неё. Тогда, потерянная и разбитая, она не замечала этого, но сейчас, когда старая боль и любовь превратились в тлеющие угли, она вдруг осознала, что Таргарон правда испытывал к ней что-то.

— И я вновь все потеряла… — тихо прошептала Лиамара, прикрыв глаза.

Она так и сидела на том диванчике в опустевшей студии. Зрители покинули её вскоре после ухода Детей Света. Лейва, ученица Таргарона, ушла последней. В какой-то миг Лиамаре показалось, что та подойдет к ней, что-то скажет или попробует вымолвить прощение, но в итоге она просто ушла, так ничего и не сказав.

Когда Лиамара видела эту женщину в последний раз, то ощущала испепеляющую ярость. Она хотела стереть учеников Таргарона с лица земли за то, что они совершили, а вместе с ними и весь этот мир. Но сейчас Вершительница поняла, что не испытывает к ней совершенно ничего.

— И зачем я вообще продолжаю существовать? — вновь прошептала она, и из глаз девушки потекли слезы.

— Мисс! Мисс! Вам надо уходить! Тут не безопасно! — в помещение вбежал какой-то худой мужчина и опешил, увидев её. Всех гостей и работников студии уже должны были эвакуировать, и он никак не ожидал увидеть тут кого-то. — Быстрее, я отведу вас вниз.

Вершительница удивленно на него посмотрела, а затем печально улыбнулась и вытерла слезы.

— Да, конечно…

Он вывел её в коридор и провел до самого лифта, но Лиамара внезапно остановилась и нахмурилась.

— Мисс?

— Идите, я сама найду выход. Я кое-что забыла…

— Но…

— За меня не беспокойтесь, — сказала она и пошла чуть назад, затем повернула в правый коридор и прошла дальше. Мужчина что-то кричал ей вслед, но Длань не обратила на это внимания.

Лиамара вспомнила, что вместе с Теоном была ещё одна молодая девушка. Вестра. Примерно на середине ток-шоу та бесследно пропала. Если верить чувствам, то выходило, что помощница Теона сейчас находится в гримерке, но было что-то странное. Длань ощущала её с какими-то помехами, словно кто-то перекрутил в узел ту нить, что их связывала.

Оказавшись перед дверью, Лиамара попыталась её открыть, но та не поддалась, зато она стала лучше понимать, почему связь с Вестрой нарушена. Гримерка в данный момент была изолирована от остального мира, словно вырвана из этого пространства и помещена в другое, смежное.

— Любопытно, — Лиамара слега приподняла левую бровь и призадумалась, стоит ли пытаться в него проникнуть. Вдруг Вестра сама отправилась туда, и если Лиамара пойдет следом, то нарушит какие-то планы Теона. — И что мне делать?

С легкой растерянностью она посмотрела по сторонам, но затем все-таки толкнула дверь, используя свои возможноти. Сила, удерживающая комнату в ином пространстве, лопнула подобно воздушному шарику, с громким хлопком.

Дверь отворилась, и Лиамара вошла внутрь.

— Какого?!. — опешил мужчина, покрытый множеством кровоточащих ран. В обеих его руках было по сотканному из Иного мечу.

Напротив него стояла Вестра, тоже сильно раненая. У девушки отсутствовала часть левой кисти, тело покрывали множественные мелкие раны, но стоило разрушить преграду между мирами, как тело и одежда юной фурии начали стремительно восстанавливаться.

— Кажется, я вам помешала. Простите, — Лиамара собиралась уйти, но Вестра вдруг улыбнулась.

— Нет! Вы раз вовремя, — тяжело дыша, воскликнула фурия, и Лиамара поняла, что та действительно рада её видеть. — Я очень и очень вам рада! Даже не представляете…

Мужчина резко скакнул вперед по направлению к Вершительнице, и попытался поразить её в голову. Длань не стала блокировать атаку, ей это было ни к чему. Острие энергетического оружия ударило её в щеку и тут же разлетелось на тысячи сияющих искр.

Лиамара в тот момент особо не думала, просто ударила мужчину наотмашь тыльной стороной ладони, словно отгоняя муху, но слегка не рассчитала силы, и мужчину впечатало в стену. Каменная кладка не выдержала, разлетевшись на сотни мелких обломков, а тело бедняги понесло дальше.

— Ой…

Вестра округлила глаза, не веря в увиденное, даже подошла к дыре в стене, взглянула вначале туда, затем на Лиамару, и вновь туда.

— Ничего себе…

— Ох… А ведь я не собиралась вмешиваться, — с легкой досадой сказала Длань, оценивая повреждения.

— Справедливости ради, он первый напал.

— Да, наверное, — подумав пару секунд, согласилась Лиамара. И все же в её голосе звучала неуверенность.

Вот именно подобного я и боялась. Я вмешиваюсь даже тогда, когда и не собиралась ничего делать.

— А можно на «ты»? — осторожно уточнила Вестра, подходя к Лиамаре.

— Да.

— Ты просто невероятная! — глаза юной фурии буквально горели. — Я… Просто хотела сказать спасибо за ту вещь, что ты сделала. За то, что остановила мое время. Если бы не ты, то я бы тут, наверное, уже двадцать раз умерла.

— Умереть можно только один раз.

— Да я знаю, — вздохнула Вестра. — Это выражение такое. Я имела в виду, что лишь благодаря тебе я все ещё жива.

Лиамара испытала смешанные чувства. С одной стороны печаль, ведь несмотря на свое слово она продолжает участвовать в конфликте, а с другой, видя ту искреннюю радость и восторг в глазах этой юной девушки, Лиамара и сама радовалась.

— Можно тебя обнять?

— Наверное…

Вестра тут же обхватила талию Вершительницы руками и прижалась щекой к пышной груди блондинки.

— Мягенько…

— Что?..

— Нет. Ничего… Совершенно ничего…

* * *

Шейну потребовалось огромное количество сил, чтобы просто открыть глаза. Казалось, что тело превратилось в одну сплошную отбивную, где нет ни одной целой кости. Рот был наполнен кровью, было больно пошевелить даже пальцем, и тем не менее он был жив.

Чертыхаясь и шипя от боли, Шейн слегка приподнялся на локтях и взглянул на дыру в стене на высоте последнего, четвертого этажа, а затем на машину, на крышу которой он приземлился.

Никто не спешил его добивать. Никто не спешил проверять, мертв ли он.

Чертовы суки…

Шейн выжил лишь потому, что в тот момент, когда та женщина его ударила, успел создать вокруг себя энергетический кокон, который и принял на себя большую часть урона. И все же этого оказалось недостаточно, чтобы остаться невредимым.

— Сегодня я уйду… но не сомневайтесь, вы ещё заплатите за это унижение… — рычал он, пытаясь встать на ноги. — Ещё никто из тех, кто переходил мне дорогу, не остался в живых.

Кроме ублюдка Альдрима, разумеется.

Ноги держали его очень плохо. Кажется, одна из них была сломана, но Шейн умел терпеть боль. Сейчас ему нужно было уйти отсюда, найти безопасное место и отлежаться. Все эти раны — сущая ерунда.

Шейн успел отойти от машины метров на десять, когда неожиданно увидел на противоположной стороне улицы мужскую фигуру.

— Этого ещё не хватало…

Судьба словно захотела посмеяться над ним. Вначале Раон Шу, который уже как семь сотен лет должен кормить червей, восстал в виде духа, а теперь ещё и самолично Владетель. Лишь спустя несколько секунд Шейн понял, что Теон выглядит скверно. У него отсутствовала левая рука и кусок плеча, горло было разорвано, а некогда дорогой и роскошный костюм сейчас представлял собой совсем уж печальное зрелище и больше походил на одеяние бездомного.

Теон тоже заметил его не сразу, но, когда это случилось, он замер, уставившись на своего бывшего товарища.

Они смотрели друг на друга, наверное, полминуты, не говоря ни слова.

— Выглядишь потрепанным, — Теон первым нарушил тишину.

— Лучше на себя в зеркало посмотри, — невесело усмехнулся Шейн, мысленно обдумывая, что теперь делать. Владетель выглядел серьезно раненым, он едва на ногах держится, но недооценивать его было бы смертельно глупо.

— Может разойдемся миром?

— А? — Шейн не мог поверить в услышанное.

Он настолько слаб?! Тогда…

— Ты же это хотел услышать?

— Раскол!.. Ты никогда не умел шутить… — все надежды рухнули в одночасье. — Но может правда разойдемся? В память о старой дружбе.

— Что с Вестрой?

— Той черноволосой? Она жива и здорова. Хорошенько меня отделала…

Теон кивнул, и на его лице отразилось облегчение.

— Так что? Мы разойдемся миром? — ещё раз попытался Шейн. Надежды было мало, но он продолжал цепляться за соломинку.

— Нет. Есть, что сказать напоследок?

Шейн задумался. Пытался придумать хоть что-нибудь. Хоть какой-нибудь выход из ситуации. Что можно предложить Владетелю такого, за что можно было выторговать жизнь?

— Я скажу тебе, где остальные, если пощадишь меня. Скажу тебе секреты Старых Богов. Сколько их, где их логова, что они планируют и как глубоко запустили свои руки во власть, — большую часть из этого Шейн не знал. Он и о Лейве узнал, лишь когда та появилась у него на пороге несколько дней назад, но нужно было выиграть время. Найти способ сбежать.

Теон лишь улыбнулся, холодно и безразлично. Он прекрасно знал эту улыбку. С ней он казнил королей, что пытались откупиться от него. С ней он обезглавил Держателя Небес.

Шейн опустил взгляд и вздохнул, увидев, как под его ногами из черноты формируется огромная пасть.

— Вот срань…

Глава 20. Храм

— Я Галатея, Дарующая Жизнь. — представилась женщина, и Самина вздрогнула. Ей уже не раз приходилось слышать это имя как от Теона, так и от Руннэт. Фактически она была второй по влиятельности женщиной в империи Владетеля, уступая только Королеве Шипов. — А ты, стало быть, Самина Лэмфорд.

— Откуда?.. — девушка опешила, даже невольно коснулась своего лица, проверяя его черты. Нет, оно все ещё оставалось чужим и ничуть не походило на её собственное.

— Я прожила долгую жизнь, — она улыбнулась. — Мне гораздо больше лет, чем Владетелю или его рыжей любовнице. Намного больше. И мне не составляет труда сложить два и два. Твое лицо может и изменилось, но движения, повадки… Ты двигаешься так же, как обычно. Простые люди могут и не заметить такую мелочь, но у меня слишком цепкий взгляд и хорошая память. А уж после того, что ты устроила наверху… У тебя удивительный дар, Самина Лэмфорд. Таких сильных морфов я не видела даже во времена Владетеля. Ты даже смогла проникнуть сюда, — женщина обвела рукой помещение. — Разве это не удивительно?

— Не очень. Это было не сложно.

— Для такой, как ты, действительно не сложно, — согласилась Галатея.

Самина не знала, что делать в сложившейся ситуации. Галатея, вне всякого сомнения, была врагом, но агрессии фурия не ощущала. Старая сподвижница Теона вела себя словно добрая тётушка, встретившая племянницу спустя много лет разлуки.

— Сколько враждебности, — снисходительно улыбнулась Галатея. — Не стоит, я не причиню тебе вреда. Скажу даже больше: нам с тобой есть, что обсудить.

— Как-то я в этом сильно сомневаюсь, — ответила ей Самина, пожалев, что не попыталась протащить с собой в шахту штурмовую винтовку. В тот момент она понадеялась на когти, вот только и подумать не могла, что встретит Галатею. Того, что Самина слышала об этой женщине, было достаточно, чтобы понять: когти не помогут. Дарующая Жизнь могла и забирать её. Одним лишь прикосновением она могла превратить молодого человека в дряхлого старика.

— Ты считаешь меня своим врагом, но это все потому, что ОН тебе это сказал.

— Теон?

— Да. У Теона всегда был талант собирать вокруг себя людей, даже если эти самые люди прекрасно осознавали, что это для них плохо кончится. Вот, например, ты. Что заставило тебя перейти на его сторону?

— Ну даже не знаю, — слегка язвительно ответила Самина. — Может быть, обвинение в терроризме? Я была просто «рыбаком», который случайно поймал кита, но меня сделали полноценным соучастником.

— А что, если я скажу, что могу все исправить? — Галатея улыбнулась краешками губ. — Вернуть тебя к прежней жизни? Ты даже сможешь возглавить Зеленый Этаж. Разве ты не об этом когда-то мечтала?

Эта женщина и впрямь хорошо изучила Самину. В прошлом фурия действительно надеялась к сорока годам занять место Хэлен и упорно к этому шла вплоть до той ночи, когда её вызвали на место преступления с кучей трупов и кренталевым гробом.

— Я не предам его.

— Домен Власти не станет новой Империей, а его крестовый поход против Старых Богов не кончится ничем хорошим. Даже если он победит, что останется от мира к тому моменту? Посмотри ночью на небо и задумайся, а так ли этому миру нужен Владетель? Так ли нужен новый Небесный Раскол?

— Его не будет. Зарда мы убили и без этого. Разберемся и с остальными.

— Зарда убила Руннэт, а не Владетель, — напомнила Галатея. — И заплатила за это своей жизнью.

Раскол! Она знает!

До этого момента Самина надеялась, что информация о смерти бывшей возлюбленной Теона не просочилась дальше стен Домена Власти. Лишь ближний круг знал правду о том, что тогда произошло.

— Его месть ни к чему хорошему ни привела и не приведет, — продолжила Галатея.

— Ты просто боишься.

— И тебе стоило бы. Пойдем, я хочу кое-что тебе показать.

— Я не собираюсь с тобой никуда идти, — твердо заявила Самина.

— Как хочешь, но тогда ты упустишь шанс узнать нечто новое. Это полностью перевернет твой мир, Самина Лэмфорд. Обещаю, что не причиню тебе вреда и ты покинешь это место в целости и сохранности. Или оставайся тут и пытайся выбраться так же, как и попала.

По лицу Галатеи было видно, что та прекрасно знала, что выберет Самина. Развернувшись, она вальяжно и неторопливо, виляя пышными бедрами пошла прочь.

Фурии очень хотелось плюнуть на все и действительно попытаться выбраться обратно через вентиляцию, но, немного подумав, она все-таки пошла следом за этой женщиной.

Нужно узнать, что происходит.

Самина держалась чуть позади, стараясь не отставать, но в тоже время выдерживала небольшую дистанцию. Помимо возможности забирать и отдавать жизненные силы, эта фурия скорее всего владела чем-то ещё, и помощница Теона старалась быть настороже.

Они прошли по длинному темному коридору, затем дошли до перекрестка, где повернули налево, затем ещё одна развилка, но на этот раз Галатея выбрала правый путь.

— Прошу на борт, — Галатея жестом пригласила Смину занять одно из пассажирских мест странной капсулы, немного напоминающей флаер.

— Куда мы едем?

— Увидишь, — уклончиво ответила та. — Я все ещё не заставляю тебя идти. Но уверяю, пойдя со мной, ты не пожалеешь.

У Самины были на этот счет другие мысли, но все-таки нехотя она заняла одно из четырех мест. Довольная Галатея села напротив, и дверца капсулы автоматически закрылась. Через мгновение та пришла в движение, заскользив по круглому тоннелю.

— Хочешь чего-нибудь выпить?

Самина мгновение подумала, но затем отрицательно помотала головой. Сама же Галатея как ни в чем не бывало открыла небольшой встроенный бар, открыла бутылку шампанского и наполнила бокал.

В капсуле было хорошее освещение, и теперь Самина могла гораздо лучше рассмотреть эту женщину. Первое, что бросалось в глаза — сложно понять, какого она возраста. С одной стороны её лицо было практически идеальным, ни намека на морщины, отчего она казалась очень молодой. Возможно даже гораздо моложе, чем Самина, но то, как она себя держала, как смотрела, выдавало в ней взрослую и опытную женщину, прекрасно знающую себе цену.

Галатея была безумно красивой женщиной, но первое впечатление о том, что это отталкивающая, холодная красота, никуда не делось, и Самина никак не могла понять, почему так, но довольно быстро решила, что все дело во взгляде. Казалось, что эти серые глаза тебя препарируют, видят насквозь все, что ты пытаешься скрыть. И это было странное, неприятное чувство.

Галатея пыталась поддерживать беседу, время от времени задавая отвлеченные вопросы, на которые Самина отвечала весьма сухо, а любые её попытки хоть немного прояснить ситуацию заканчивались словами «сама увидишь».

Ехали они минут пятнадцать-двадцать. Часов, чтобы уточнить, у Самины с собой не было. Учитывая скорость, которую их транспорт развивал, они могли оказаться очень и очень далеко от пансиона, возможно на сотню или даже две километров.

Когда капсула остановилась, и двери отворилась, первой вышла Галатея, жестом попросив Самину следовать за ней. Немного поколебавшись, девушка выбралась из капсулы и поняла, что находится в какой-то небольшой комнатке с металлическими стенами и единственной дверью с электронным замком. Самина ожидала увидеть за отворившейся дверью ещё один подземный бункер. Возможно, ещё один Черный Этаж, но вопреки ожиданием за дверью оказалась пещера. Довольно просторная, с электрическим освещением, но было сразу ясно, что она природная.

Стоило им пройти чуть глубже и повернуть, как стены пещеры стали шире, появились рукотворные элементы, словно когда-то давно люди пытались придать стенам правильную гладкую форму. Проход очень быстро принял правильную, прямоугольную форму, появились резные колонны, вырезанные прямо в камне. Самине казалось, что она идет по древнему храму, находящемуся глубоко под землей.

На стенах появились орнаменты, в которые создатель явно вкладывал какой-то смысл, но он ускользал от разума фурии, а ещё через минуту она ощутила явственную пульсацию где-то впереди. Словно невидимое сердце билось где-то там, в глубине темных коридоров, и такт его биения эхом доносился до Самины.

— Что это?

— Уже почувствовала? — ухмыльнулась Галатея, краем глаза взглянув на фурию.

— Что это? — Самина совершенно не понимала, что именно ощущает. Это было похоже на энергию Иного, но она так себя не ведет.

Но Галатея не спешила отвечать на этот вопрос, продолжая играть в таинственность. Самину это жутко раздражало, но любопытство начало брать свое. Древний храм под землей, эта энергия, исходящая непонятно откуда — все это было таким странным и непонятным.

Впрочем, странности на этом не закончились.

— Какого?.. — Самина замерла, увидев арку, целиком и полностью сделанную из человеческих костей. Колонны из черепов, перекрытия из берцовых костей, орнамент из ребер. Это было таким странным, нереальным и отталкивающим, что Самина невольно отступила на пару шагов назад.

Но арка была только началом. Дальнейший коридор тоже был усеян костями. Пол стены, потолок, даже светильники, что рассеивали мрак, были сделаны из черепов.

Самина в буквальном смысле шла по костям, и ей казалось, что она вот-вот услышит их треск под своими ногами, но этого не происходило. Кости были уложены так крепко и по размеру, что между ними не оставалось зазора. Она даже специально пригляделась и не увидела никакого намека на раствор или клей, кости сами по себе были настолько хорошо подобраны и утрамбованы что им не требовалось что-то ещё.

Осознание этого удивило, а затем и напугало. Кто вообще в здравом уме будет использовать такое большое количество костей для того, чтобы украсить помещение? Только полный безумец и психопат. И все же, несмотря на ужас этого зрелища, какая-то часть фурии была в восхищении от того, насколько кропотливой и сложной была эта работа. Она бы, возможно, даже сделала несколько снимков перед тем, как закатала бы тут все в бетон.

Галатея ничего не комментировала и не объясняла, продолжая уводить девушку все дальше по мрачному коридору, пока в конце концов они не вышли прямо в огромное помещение с куполом, и теперь Самина осознала, что не просто так ей в голову пришла мысль о храме. То, что находилось тут, действительно напоминало храм, в самом центре которого находился массивный костяной трон, один вид которого вызвал у Самины легкий приступ тошноты. А ещё она поняла, что странная пульсация исходит прямо от него. Сейчас та была гораздо слабее, почти незаметной, словно девушка уже привыкла к ней, но никуда не пропала, продолжая отбивать ритм.

— Впечатляет, правда?

— Какой безумец построил такое место? — Самина не умела, да и не любила льстить, предпочитая говорить вещи в лоб. И место, где она находилась, ей не нравилось. Каждая клеточка тела внутри неё словно протестовала против того, чтобы быть тут.

— Таргарон, — совершенно спокойно и почти равнодушно объявила Галатея.

— Не может быть, — фыркнула Самина, ещё раз смотря по сторонам. Это место буквально сквозило тьмой. Для постройки этого «храма» были использованы кости тысяч людей. — Таргарон был Дланью! Он не построил бы чего-то столь ужасного!

— Ты так в этом уверена? — хмыкнула женщина, подходя к трону и проводя пальцами по одному из подлокотников. — Разве ты была тут две тысячи лет назад? Видела ли его самолично? Молчишь? То-то и оно…

— А ты? Тебе что, на самом деле две тысячи лет? Ты такая же древняя, как Старые Боги? Что-то мне в это не верится… — в это верилось с трудом, но Галатея вновь не стала отвечать, ограничившись снисходительной улыбкой, словно говорившей «мне нет смысла тебе что-либо доказывать».

— Принято считать, что Таргарон хотел построить лучший мир. И, в какой-то мере, так оно и было, но он следовал принципу «все средства хороши». Перед тем, как строить свой рай, где время остановится, он решил, что не все этого достойны. Вначале он убил всех «нежелательных», тех, кто демонстрировал жестокость, садизм, склонность к воровству и прочее. Его ученики, первые Ткачи, восприняли это… неоднозначно. Но большинство приняло решение своего учителя, и лишь Сиобан посчитал, что так нельзя. Кто будет скучать по отморозкам без угрызения совести? Вот именно, практически никто. Но когда первая волна очищения была закончена, наступила вторая. Она уже пришла на момент рассвета, когда люди покинули подземные города. Когда солнце больше не несло смерть, а земля начала плодоносить.

Этот мир наполнился жизнью. Люди впервые посмотрели в будущее с надеждой и стали забывать, что сделал Таргарон. А затем наступила вторая чистка, гораздо масштабнее и страшнее. Длань решил, что в новом мире есть место только тем, кто целиком и полностью принимает Свет. Любое инакомыслие, даже на уровне «наверное» начало искореняться. Об этом никто уже не помнит, Старые Боги стерли это из истории.

Это был геноцид, население мира сократилось втрое.

— Это все чушь, — отмахнулась Самина. — Хочешь сказать, Старые Боги — герои, что спасли мир убив тирана? Точно так же, как ты и остальные поступили с Теоном?!

— Да, так и есть. Но я вовсе не пытаюсь обелить учеников Таргарона. Сейчас люди думают, что они покусились на силу Длани, и это действительно было так, но уже гораздо позже. Они возжелали больше силы, но эта же сила стала их проклятием. Принято считать, что Тьма Таргарона, та часть его, что была затронута Тьмой после смерти Истинного Пламени, стала Банрат-тан-Азуром — жутким монстром, что оказался запечатан под землей. Но на самом деле Тьма Таргарона есть в каждом, в ком есть хоть крупица его Света. Старые Боги не исключение.

— Больше звучит как попытка оправдаться, — сказала Самина, но в ответ Галатея одарила её ещё одной снисходительной улыбкой. — «Это не мы, это все Тьма виновата».

Разговор прервал тихий хлопок совсем рядом, и лишь тогда Самина заметила появление молодой фурии, лицо которой показалось знакомым.

Это Шион, — вспомнила Самина. — Телепорт.

На вид эта девушка казалась хрупкой, но при этом с легкостью несла на себе двух людей, но кто именно это был, Самина поняла, только когда телепорт положила их на землю.

Пирсон и Лифэтта!

Лифэтта выглядела практически нормально, если не считать перепачканное сажей лицо. А вот Пирсона узнать было тяжело. Его руки, лицо и частично одежда словно обгорели, и лишь слабое движение грудной клетки выдавало жизнь в его теле.

— Что ты с ними сделала?! — прорычала Самина, трансформируя обе руки. Эта трансформация тянула за собой остальные, фурии жутко захотелось принять облик зверя и выпустить девушке кишки, но она вовремя себя одернула. Нельзя терять контроль и позволить «этому» выходить наружу, когда заблагорассудится. — Где Алетра?!

Фурия-телепорт никак не отреагировала на крик Самины и вообще делала вид, словно той тут нет.

— Ученицы пансиона были успешно эвакуированы, — доложила она Галатее. — Территория вокруг объята пожаром.

— Они оказывали сопротивление? — Галатея кивнула на Пирсона и Лифэтта.

— Мужчина уже был без сознания, девушка не успела отреагировать.

— Умница.

Та поклонилась и отступила, а Галатея вновь посмотрела на Самину.

— Знаешь, Самина Лэмфорд, я верю в судьбу. Верю, что все в мире взаимосвязано, и в дни, вроде сегодняшнего, эта вера крепнет как никогда, — Галатея наклонилась к Пирсону и коснулась рукой его щеки. В тот же момент он вздрогнул, застонал, словно ему было больно, а в следующий миг страшные ожоги стали исчезать. — Потерпи немного. Почти все.

Это было просто невероятно. Фурий-целителей не так уж и много, и их сила весьма ограничена. Хороший хирург с современным оборудованием зачастую способен на гораздо большее, но сила Галатеи словно не имела границ. Она излечила мужчину за пару секунд, и иначе чем магией эту силу у Самины язык назвать не повернулся бы.

Мужчина поморщился, а затем открыл глаза и замер, увидев перед собой Дарующую Жизнь. Теперь Самина отлично понимала, что этот титул она получила не просто так.

— Привет, Джойл, столько лет прошло, — мягко сказала Галатея, и Пирсон переменился в лице.

— Нет! Только не ты!

Он тут же попытался встать и отойти, и Галатея в этом ему не мешала. Пирсон ощупал пояс, затем пустую набедренную кобуру в поисках оружия.

— Нет! Нет! Нет! Нет!

Пирсон огляделся, и Самина сразу поняла, что он узнал это место.

— Что происходит? — спросила она одновременно и у Пирсона, и у Галатеи. — Вы знакомы?!

— Все вовсе не так, как ты думаешь, Самина, — попытался оправдаться Пирсон.

— Разумеется, мы знакомы, — снисходительно улыбнулась Галатея. — В конце концов, именно мои руки приняли его в этот мир. Соболезную насчет твоей матери.

— Пошла ты!

— Как грубо, — вздохнула женщина. — Впрочем, в этом нет ничего удивительного. Руннэт тоже была такой в молодости. Пришлось преподать ей немало уроков, какой именно должна быть королева.

— Руннэт? Причем тут Руннэт?

— Так ты им не сказал? Они правда не знают? — рассмеялась Галатея, переводя взгляд с мужчинф на Самину и обратно. — Что-ж… тогда придется мне раскрыть твой маленький секретик. Джойл — единственный сын Руннэт.

Глава 21. Трон костей

— Сын Руннэт? — Самина переводила удивленный взгляд то на мужчину, то на Галатею. — Это шутка?

— Она вам не рассказывала? Не удивительно. Об этом почти никто не знал. Правда, Джойл?

— Теперь у меня другое имя, — фыркнул мужчина, не оставляя безрезультатные попытки найти у себя оружие.

— Да, я слышала, Пирсон, так кажется?

У Самины голова шла кругом от осознания того факта, что сын Руннэт все это время был так близко и при этом совершенно не выдал себя, даже когда Королевы Шипов не стало.

Хотя нет…

Самина детальнее вспомнила день после сражения в больнице. Вечером Пирсон напился, был мрачен и угрюм. Тогда она подумала, что таким образом он просто сбросил стресс после перестрелки, потому что уже на следующий день он вел себя как обычно.

Раскол! Он потерял собственную мать и даже не имел возможности её оплакать…

— Я тебя долго разыскивала, Джойл, — покачала головой Галатея. — Мать хорошо обучила тебя скрываться. А когда у меня все-таки получилось выйти на твой след, ты уже оказался в Домене Власти. Но вот мы снова вместе. Прекрасное семейное воссоединение, не находишь?

— Да пошла ты!

Всем своим видом Пирсон показывал, что вовсе не рад находится тут, в его глазах горела ненависть.

— Сколько враждебности, — покачала женщина головой. Но не похоже, чтобы это хоть сколько-то по-настоящему её оскорбило. — А ведь я, между прочим, хочу тебе помочь. Тебе уже давно пора занять его, — Галатея бросила взгляд на костяной трон, чтобы не оставалось никаких сомнений в том, о чем именно она говорит.

— Тебе придется заставить меня, — Пирсон встал в боевую стойку.

— Что происходит? — Самина окончательно запуталась. У неё не было ни единой мысли насчет того, где она находится, и зачем Галатее нужно усадить Пирсона на тот жуткий костяной трон.

— Самина Лэмфорд, тебе доводилось раньше слышать об Алчущем?

— Конечно. Бездушные уже несколько раз пытались нас прикончить.

— Алчущий — этот тот. кто восседает на Троне Костей. Он позволяет управлять Бездушными, смотреть их глазами, управлять ими напрямую. А то, что ты видела там, наверху, это «сырой материал» для них. Перед тем, как соединить с троном, нужно их «очистить», избавить от чувств, страстей и прочих вещей, что терзают их разум.

— Очистить от чувств? Хотите сказать, что превращаете их в бездушных кукол?

— Жалеешь их? И очень зря. Все, кто лежит там, это пропащие люди. Убийцы, наркоманы, помешанные. Они потеряны для общества и для самих себя, и каждый из них тут добровольно. Невозможно стать Бездушным насильно.

— И ты хочешь, чтобы Пирсон всеми ими управлял?

— Управлял? Нет. Если бы все ограничивалось этим, то я бы просто разрешила дочерям посменно сидеть на троне. Да, эффективность такого близка к нулю, но хоть что-то. Женщины не могут полноценно его использовать. Даже самые сильные фурии могут управлять одним-двумя десятками Бездушных одновременно, тогда как последний Алчущий управлял тысячами. Но дело вовсе не в количестве Бездушных.

— Тогда в чем?

Но вместо ответа Галатея крайне странно улыбнулась и бросила на Шион короткий взгляд. Девушка кивнула и исчезла с едва слышным хлопком воздуха, но уже через мгновение появилась за спиной Пирсона, схватила его за ворот рубашки и потянула на себя.

Мужчина потерял равновесие, а уже через миг они оба пропали, но вновь лишь на доли секунды. Шион переместила их прямо к трону так ловко, что Пирсон уселся прямо на него, а сама фурия-телепорт оказалась позади. Мужчина изменился в лице и немедленно попытался встать, но жуткий трон из человеческих костей ему не позволил.

Кости на подлокотниках ожили, вонзаясь мужчине в руки и притягивая к себе. Пирсон закричал от боли, но сделать больше ничего не смог. Трон притянул его к себе, зафиксировал, пронзив ступни и кисти острыми костями, а в следующий миг Пирсон захрипел, а на его груди появилось разрастающееся красное пятно.

Одновременно с этим зал задрожал, внутри пустых глазниц черепов вспыхнули алые огоньки.

Самина рефлекторно бросилась к Пирсону, чтобы помочь, но налетела на силовой экран, возникший прямо перед ней. Галатея в буквальном смысле заперла её в энергетическом кубе, из которого Самина, как не старалась, не могла выбраться.

Подобные структуры можно разрушить лишь концентрированным воздействием энергии Иного, например, разрубить оружием как у Лифэтты, но у Самины не было ни подобного оружия, не способностей по типу воплощения. Оставалось бессильно молотить кулаками по преграде в потугах её преодолеть.

Самина даже попыталась ударить по ней чистой энергией Иного, но безрезультатно. Она не умела ткать потоки силы во что-то другое, а ни один из её даров не мог в этом помочь. Сила фурии просто рассеивалась как поток воздуха, наткнувшийся на каменную стену.

Тем временем Галатея подошла к мужчине и мягко погладила его по плечам и голове.

— Да, вот так. Дыши. Знаю, что больно, но это скоро пройдет.

Самина вновь ударила по преграде, разбивая руки в кровь.

— Что ты с ним сделала?!

— То, что было ему предначертано с самого рождения. Сделала его наследником Алчущего, повелителем тысячи Бездушных. Его сердце стало частью трона, и теперь они неразлучны. Любая попытка их разъединить убьет его.

— Сука…

— Спокойнее, Самина, — мягко улыбнулась Галатея, подходя к фурии и останавливаясь в метре по другую сторону барьера. — Ты даже не представляешь важность происходящего. Фактически в данный момент я исправляю главную проблему этого мира.

— Что?

— Я объясню. Это место, как я уже сказала, было построено Таргароном. Это точка сингулярности. Сердце мира. Место, где сходятся оба потока Иного, мужской и женский. Точнее раньше сходились. Это место пронизывает сразу два мира: наш и тот, что лежит за гранью, где существуют Опустошители. Именно сев на это трон, Таргарон собирался начать Последний час. Бездушные — лишь побочный продукт моих экспериментов с Троном костей, не более того. Что, если я тебе скажу, что наш добрый друг Пирсон способен дать возможность мужчинам касаться Иного.

— Что? — Самина невольно отступила.

— Мужской источник уничтожен, именно поэтому невозможно создать новых Ткачей-мужчин. И увы, никто из нас не Таргарон, чтобы создать новый. Но, как оказалось, в управляющем элементе был ключ пусть не к полному решению, но к некой «компенсации» возникшей проблемы. Видишь ли, Джойл особенный, как и его отец, как и отец его отца, и так далее. Они имеют связь с троном по какой-то причине. Как только такой мужчина садится на трон, он становится его частью, и все ныне живые Бездушные переходят под его полный контроль. Но самое «вкусное» в другом. Пока он восседает на Троне, любой зачатый ребенок становится Ткачем Иного. Он не может касаться Иного, как делали это Ткачи прошлого, но его тело будет способно принять в себя энергию. Такой ребенок становится проводником. Пирсон, например, способен принять в себя женскую энергию, сделав её мужской аналог, при этом полностью скопировав дар фурии.

— Ты хочешь превратить Пирсона в быка-осеменителя? — одна лишь мысль об этом казалась нелепой, но слова Галатеи прямо говорили, что именно это и было частью её плана.

— Верно. Подумай об этом серьезно. Мужчины, которые смогут вбирать в себя женскую силу, превращая её в мужскую. Можно проводить полноценные разрядки, и дар больше не будет угасать! Таким образом мы восстановим порушенный баланс.

— А Пирсон? Что будет с ним?

— Он будет оплодотворять одну фурию за другой столько, сколько сможет. Возможно, я смогу использовать его и для контроля армии Бездушных, что будет приятным бонусом.

Вот уж хрена-с два я позволю этому случиться!

И все же внутри Самины зародились сомнения. Пирсон стал её другом, но что, если он и впрямь может исправить проблему мира? Теон не способен иметь детей, но даже если бы таковые были, они бы не обладали силой.

— Просто подумай, Самина, — продолжила убеждать её Галатея. — Подумай о мире, который наконец получит то, чего ему так не хватало все эти сотни лет. Если этого не сделать, то уже через сотню лет от фурий останется лишь жалкий пшик. С каждым новым поколением регресс дара становится все ощутимее. Сейчас почти половина рожденных фурий обладают настолько слабым даром, что считай его вообще нет.

Галатея не врала, и Самине даже не нужен был дар, чтобы в этом убедиться. Сейчас хватает фурий, у которых всего один дар, а встречаются и те, у кого дара нет вовсе. Они могут касаться Иного, вбирать его энергию и выплескивать, но при этом такие фурии не способны взаимодействовать с этой силой. Ткачи Иного, что не умеют ткать.

— Госпожа, — вмешалась в разговор девушка-телепорт.

— Да, Шион?

— Я могу… — она бросила робкий взгляд на Пирсона. — Ну…

— Ты хочешь быть первой? Как мило.

— Ох, простите… — стушевалась она. — Я не подумала, что вы…

— Все нормально, — смягчилась женщина. — Первенство меня не волнует. Приступай, если хочешь, но не слишком усердствуй.

Шион кивнула и стала с нетерпением стягивать с себя штаны. Избавившись от них, девушка сняла с себя и трусики, бросив их на к штанам, туда же была брошена и небольшая разгрузка, а вот верх трогать не стала, прямо так направившись к мужчине. Но на полпути она остановилась и ненадолго вернулась к своим вещам. Порывшись в разгрузке, она достала небольшой шприц-инъектор.

— Что это? — с обеспокоенностью спросила Самина. Галатея обернулась, пытаясь понять, о чем спрашивает пленница, а затем понимающе хмыкнула.

— Особая смесь наркотика и виагры. Она сделает его более податливым. И не нужно так осуждающе на меня смотреть. Это нужно в первую очередь ему.

Шион, несмотря на легкое сопротивление Пирсона, смогла запрокинуть ему голову и воткнуть шприц прямо в шею. Как только препарат оказался у него в крови, девушка принялась избавлять от штанов уже мужчину.

— Почему именно сейчас? — спросила Самина.

— Что?

— Сколько Пирсону? Тридцать? Значит, он был зачат тут не настолько давно. Почему ты решила исправить мир только сейчас, а не вместе с его отцом?

— Не в бровь, а в глаз, — вздохнула Галатея. — Скажем так… в тот момент мне было выгодно поддерживать упадок дара. Я специально убивала сыновей, оставляя только дочерей Алчущего, полагая, что в любой момент могу все исправить, но это было ошибкой. Руннэт перед тем, как сбежать, убила отца Джойла, а вместе с ним и надежду. Больше я такой ошибки совершать не намерена. Теперь у нового Алчущего будет столько сыновей, сколько он физически сможет потянуть. И каждый из них в итоге сможет заменить отца.

Пока Галатея все это говорила, Шион уже перешла к делу. Она смазала член Пирсона своей слюной и направила его внутрь себя. Самина при виде этого сморщилась и отвела взгляд, а вот Галатея наблюдала за процессом с довольной улыбкой. Более того, женщина, нисколько не смущаясь, стала трогать себя, стимулируя возбуждение.

— Погоди, ты тоже?

— Разумеется. Не вижу смысла откладывать. Я рожаю каждые пять лет. Это уже вошло в привычку и держит в тонусе организм, — поведала женщина и легким движением избавилась от своего платья.

Шион как раз закончила и с безразличным видом спустилась с бедер Пирсона, а Самина про себя отметила, что не услышала хоть какого-то, даже сдавленного стона с её стороны. Да и сам процесс вышел крайне механическим и скорым.

Кажется, и Галатея это заметила, потому что по окончании цокнула языком и проводила фурию разочарованным взглядом.

— Шион, Шион…

— Да госпожа? Что-то не так?…

— Ты меня разочаровала. Перед тобой сам Алчущий, правитель тысяч Бездушных, единственный мужчина, способный дать тебе ребенка-Ткача, но ты проявила к нему столько же уважения, как к дешевому вибратору.

Фурия тут же покраснела и нервно сглотнула.

— Смотри и учись.

Галатея опустилась перед мужчиной на колени и принялась слизывать остатки семени с его детородного органа. Она делала это так пошло и вульгарно, с таким причмокиванием, что Самине стало тошно.

Пирсон больше не сопротивлялся. Что бы за дрянь ему не вкололи, теперь он был словно в трансе. Он просто сидел, то запрокидывая голову, то смотря на ласкающую его женщину.

— Я должна его освободить, — решила Самина.

Трон костей никуда не денется, если его правда возвел Таргарон.

Когда Галатея наконец закончила с «прелюдией» и заняла место на бедрах мужчины, Самина попыталась этим воспользоваться. Возможно, теперь эта древняя фурия потеряет концентрацию, и барьер ослабнет.

Но первые же попытки выбраться успеха не принесли. Окружающие её невидимые стены были все так же прочны. Попытка их перепрыгнуть с перестроенными ногами закончилась болезненным ударом головой о невидимый потолок.

Выругавшись, Самина уже стала всерьез обдумывать вариант подкопа, но довольно быстро его отмела. Выковыривать кости из земли оказалось практически невозможно, настолько прочно они лежали, а попытки выцарапать себе проход занял бы слишком много времени.

Думай, Самина, Думай!

На счастье фурии, Галатея не торопилась в отличие от своей подручной, получая максимум удовольствия от процесса.

— Лифэтта! Лифэтта! Чтоб тебя… — серебряноволосая девушка по-прежнему лежала без сознания примерно в пяти метрах от Самины.

В конце концов Самина просто уселась в центре своей тюрьмы, пытаясь придумать хоть какой-то план. Биться кулаками о преграду было бессмысленно, это она уже поняла. Сбежать тоже не выходило.

Что же тогда мне делать?

Наконец мужчина кончил, и счастливая Галатея растянулась у него на коленях, обвивая руками шею.

— Усвоила урок, Шион?

— Да, госпожа…

— Я тоже хочу! — совершенно внезапно, даже для самой себя, воскликнула Самина. Шион бросила на неё удивленный и немного подозрительный взгляд, а вот на лице удовлетворенной Галатеи заиграла хитрая улыбка.

— Госпожа, не думаю, что это… — древняя фурия жестом заставила помощницу замолчать.

— Хорошо, но запомни мои слова, Самина Лэмфорд. Если ты попробуешь что-нибудь выкинуть, то пожалеешь об этом, — медленно и очень вкрадчиво сказала Галатея, спускаясь с колен Пирсона.

Барьер исчез так же внезапно, как и появился, заставив Самину вздрогнуть. Возникло острое желание броситься на Галатею, но фурия вовремя себя одернула. Даже если она изменит свои ноги, то не успеет добраться до женщины быстрее, чем та вернет барьер.

— Ну, и чего ты ждешь?

Думай, Самина, Думай!

Теперь она была свободна, но эта свобода могла в любой момент исчезнуть. Нужно было что-то срочно придумать, но любой из планов, что приходил ей на ум, был сущей ерундой. Одно прикосновение — это все, что нужно Галатее, чтобы убить.

Самина настолько погрузилась в свои мысли, что и не заметила, как оказалась перед троном. Пирсон поднял голову и посмотрел прямо на девушку, но в тоже время словно и не видел её. Взгляд словно проходил насквозь.

— Пирсон, ты хоть меня узнаешь? — тихо спросила она, но тот не дал никакого знака, просто таращился на неё неморгающим взором.

— Чего ты ждешь? — сердитый голос Галатеи заставил фурию вздрогнуть. Та стояла чуть ли не за спиной.

Я смогу! Если я сейчас атакую, то она не сможет ничего сделать.

Самина уже приготовилась резко развернуться и попытаться вонзить когти прямо ей в сердце, но вздрогнула, когда пальцы древней фурии коснулись её шеи.

— Раздевайся, — велела Галатея. Самина немного помедлила, но все-таки расстегнула пуговицы и сбросила с себя драный и грязный халат. — У тебя красивое тело, Самина Лэмфорд.

Женщина провела пальцами по позвоночнику фурии, но для Самины эти прикосновения ощущались кончиком кинжала, готового вот-вот вонзиться в плоть.

Внезапно Галатея подалась вперед и прижалась спиной к фурии, её руки прошлись по бедрам Самины и легли на грудь. Пальцы стиснули её, невольно заставив помощницу Теона издать едва слышный вздох.

Самине были отвратительны эти прикосновения, и лишь понимание, что одно усилие мысли Галатеи, и девушка превратится в высушенную мумию, останавливало от поспешных действий. Самина вполне могла сформировать что-то вроде шипа на своей спине и проткнуть сердце этой ведьмы, но цена ошибки слишком велика. Галатее хватит и доли секунды, чтобы убить и исцелится.

— Он смотрит на тебя, — томно произнесла Галатея, продолжая трогать Самину. Левая рука Дарующей все ещё была на груди. Пальцы Галатеи до боли стискивали сосок, словно пытаясь выдавить из девушки пошлые звуки. А вот правая рука скользнула вниз. Пальцы сделали круговое движение по паху, словно рисуя спираль, а затем потянулись к половым губам.

— Когда с ним были я и Шион, он не смотрел. Отворачивался. Я так и не смогла урвать его поцелуй. — в её голосе звучала легкая нотка досады. — Но на тебя он смотрит. Может… он даже тайно в тебя влюблен? Кто знает…

Самина вздохнула с легким облегчением, когда Галатея прекратила её лапать и отступила, но один палец все ещё касался её кожи где-то у лопатки.

— Вперед, Самина Лэмфорд. Час пробил, — легкий толчок в спину, и Самина невольно сделала шаг навстречу Пирсону.

Мужчина правда на неё смотрел, но едва ли в этом взгляде была хоть какая-то осмысленность.

— Вперед! — гораздо жестче сказала Галатея. — Ты же сама этого хотела.

Закусив нижнюю губу от злости, Самина все-таки села на бедра Пирсона. Его твердый как камень член, все ещё влажный от любовных соков Галатеи, коснулся её паха.

Пирсон правда смотрел на неё. Тянулся к ней.

— А как же проявление уважения? — поинтересовалась женщина. — Думаю, я показала хороший пример того, как НАДО это делать.

— Я просто не хочу знать, какая на вкус твоя пизда, — огрызнулась Самина и тут же пожалела об этом. Не стоило проявлять такие яркие эмоции раньше, чем сформируется хоть какой-то план. Но Галатея лишь рассмеялась.

Раскол! Самина, ну и что ты собралась делать?

Девушка и вправду не знала, как быть дальше. Ни один из вариантов плана, которые она прокручивала в голов, е с большой вероятностью не должен был сработать.

И что мне остается?

Самина ощутила головку ствола мужчины, касающуюся её половых губ, и нервно сглотнула.

А может мне и вправду это сделать?

Чем дольше Самина об этом думала, тем больше доводов находила в пользу этого. Может она и не любила Пирсона, и тем более не собиралась рожать в ближайшие годы, но мысль о том, что если родится сын, то он сможет быть Ткачем, пусть не полноценным, но Ткачем, заставляла сердце биться быстрее. Её сын может помочь стольким фуриям…

В какой-то миг Самина даже решилась на это, коснулась пальцами члена мужчины и уже почти направила его в себя, но скользнувшая в последний миг мысль заставила её остановиться.

А что на это скажет Теон?

Он… Он скажет что-то вроде «ты поступила правильно» или «это было твое решение». Не будет осуждать. Не будет злится. Он не воспримет это как предательство или измену. Возможно даже оставит её на прежней должности. Но при этом все будет кончено. В его постели для неё больше не будет места, и эта мысль была подобна кинжалу, воткнутому в сердце.

Нет. Я не могу. Я не предам его…

Пусть он не принадлежит мне, но я принадлежу ему. Душой и телом.

Странно, но стоило Самине он этом подумать, как с неё словно спало наваждение, а разум стал кристально ясным.

А ещё у неё стал зарождаться план. Рискованный, глупый, но ничего другого не оставалось.

Галатея была рядом, буквально в шаге от трона и наблюдала за действиями Самины, словно ожидая подвоха. Так что для начала ей стоило уменьшить бдительность этой древней фурии.

Самина расстегнула рубашку на мужчине и стала целовать его шею и грудь, а сама же первым делом изучила рану на сердце. Из груди Пирсона торчало что-то отдаленно напоминающее наконечник стрелы, лишь самым кончиком выходящее из кожи. При этом кровотечение уже давно остановилось, и не похоже, чтобы мужчина продолжал терять кровь.

— Пирсон, — тихо, почти беззвучно шепнула Самина ему на ухо, изображая что-то вроде приватного танца. — Очень надеюсь, что ты меня слышишь. Я регенератор, слышишь? Эта сука сказала, что ты способен использовать чужие силы. Воспользуйся моими.

Самина положила мужчине руку на грудь и… ощутила прикосновение Галатеи на своем плече.

— Ты считаешь меня дурой, Самина Лэмфорд? Я прекрасно знаю, кто ты, и какие у тебя силы. Только попробуй, и я превращу тебя в дряхлую старуху, больную всеми возможными болезнями!

Самина замерла, не решаясь закончить начатое.

План провалился, вот так легко и просто… Дура!

Но тут Пирсон улыбнулся, слегка вымучено, но между тем так же, как делал это обычно.

Он все понял!

Фурия сделала глубокий вдох и направила в мужчину весь свой поток силы. Его глаза вспыхнули, но вместе с тем девушка ощутила резкую слабость. Её ещё мгновение назад изящные и красивые пальцы за доли секунды превратились в пальцы старухи. Была надежда, что сила регенератора даст возможность хоть что-то противопоставить этой ведьме, но тщетно. Она с такой легкостью выжала из неё жизнь, как если бы Самина была долькой лимона.

В глазах резко потемнело, и девушка уже начала проваливаться во тьму, но прежде, чем это случилось, чья-то сильная рука вцепилась в её запястье. Силы резко стали возвращаться, и лишь тогда Самина осознала, что это Пирсон.

Мужчина высвободил из оков трона обе руки, левой схватив Галатею, а правой прижимая к себе фурию.

— Наглец! — зарычала Галатея. — Ты смеешь пытаться использовать МОЮ СИЛУ ПРОТИВ МЕНЯ?!

Самина ужаснулась, увидев, как начало меняться лицо мужчины под воздействем силы Галатеи. Пусть не так быстро, как это было с ней самой, но так же неминуемо. Пирсон с каждой секундой все больше походил на старика.

Я должна что-то сделать!

Фурия сделала глубокий вдох и коснулась Иного, поглощая так много силы, сколько вообще было возможно, и большую её часть она отправила мужчине. Удивительно, но этого оказалось достаточно. Старение остановилось, пошло вспять, затем снова усилилось. Пирсон сейчас был подобен маятнику, которого кидало из стороны в сторону. То ему двадцать, то семьдесят, то тридцать, то шестьдесят.

Самина бросила взгляд на Галатею, но в отличие от мужчины та не менялась в лице, оставаясь все такой же красивой и сексуальной. Но в этот момент она была целиком и полностью сосредоточена на Пирсоне.

Это мой шанс!

Больше не сомневаясь, Самина добавила к своим пальцам длинные когти-клинки и вонзила их прямо в левую глазницу женщины. Та успела лишь ахнуть, а в следующий миг Пирсон воспользовался силой Галатеи против её самой. За считанные секунды эта красивая молодая на вид женщина превратилась в жуткую уродливую старуху, от былой красоты которой не осталось и следа.

Её пальцы разжались, из раны на глазу хлестала кровь. Галатея отступила, сделала всего лишь шаг назад, а затем замертво рухнула на землю.

Самина тут же взглянула на опешившую Шион, но фурия-телепорт, похоже, даже и не думала вступать в схватку. Воздух хлопнул, и она бесследно исчезла.

— Даже штаны не забрала, — Пирсон немного разрядил атмосферу не слишком удачной шуткой, но Самина все равно рассмеялась, и на душе сразу стало как-то спокойно.

— Плевать… — прошептала Самина и слезла с трона. Мужчина скользнул по её обнаженному телу взглядом, в котором легко читалось и желание, и досада. А также что-то ещё.

Похоже, я и вправду ему нравлюсь…

Но это ничего не меняет. Я принадлежу Теону.

— Думаю, будет лучше, если детали сегодняшнего дня останутся только между нами.

— Да… — мгновение поразмыслив, согласился Пирсон.

— Ладно, а теперь нам нужно отсоединить тебя от этой штуки, — Мужчина смог высвободить только руки, его серце все ещё было проткнуто костяным шипом трона. — Раз ты можешь использовать мои силы, то и дыра в сердце не так страшна.

Пирсон кивнул.

— Главное не отключиться и не потерять концентрацию. Я использую чужую силу, и если расслабиться, она проходит как вода через пальцы.

— Ты уж постарайся, — Самина подняла грязный халат и надела его. Не стоило лишний раз волновать мужчину своими прелестями, тем более что действие препарата все ещё не прошло.

— На счет три я коснусь Иного, ты воспользуешься силой, а я попытаюсь снять тебя с «крючка», — сказала ему фурия подходя к спинке трона. — Готов? Три… два… о…

Внезапно нечто невообразимо горячее пронзило грудь Самины, превращая оказавшиеся на пути органы в пепел. Вместе с этим фурию отшвырнуло прочь от трона на несколько метров, и лишь чудом при этом девушка не потеряла сознание.

— Невозможно! — закричал Пирсон, а Самина, приподняв голову и всеми силами пытаясь залечить рану, наблюдала за тем, как дряхлое тело казавшейся мертвой Галатеи зашевелилось и поднялось.

Её дряхлая обвисшая кожа начала вспыхивать золотистыми огоньками и опадать, открывая совершенно другого человека. Сбросив горящую кожу, перед ними оказалась обнаженная девушка с пышными черными волосами, пухлыми губами и гипертрофированно сексуальной фигурой: слишком большие грудь и бедра при узкой талии. Она бросила надменный взгляд на присутствующих и в её глаза вспыхнули золотым пламенем.

Нет! Этого не может быть…

Самина не слишком хорошо разбиралась в Старых Богах, но эту женщину узнать было попросту невозможно. Слишком часто её изображали, слишком много умов она сводила своими прелестями и своей порочностью.

Джасмаэль Прекрасная.

«Шлюха».

Глава 22. Под личиной

Дыра в груди жгла каленым железом, и боль даже не думала затихать. Начавшаяся регенерация на краях раны выглядела крайне медленной. Самина корчилась на полу, пытаясь встать, пока Джасмаэль демонстративно насадила руки Пирсона обратно на подлокотники Трона Костей.

— Какой же ты все-таки непослушный мальчик, Джойл, — покачала головой «Шлюха» и, схватив мужчину за подбородок, приподняла его лицо, затем наклонилась и поцеловала. В тот же миг Пирсон обмяк, потеряв сознание, а женщина, проведя язычком по нижней губе, выпрямилась и бросила на Самину уничижительный взгляд, не суливший ничего хорошего.

«Шлюха» махнула рукой, и Самину словно ударило невидимой кувалдой. Её подбросило в воздух и ударило спиной об одну из колонн, выстроенную из человеческих черепов. На пару мгновений фурия пришла в себя, но её тут же схватили за волосы и со всей дури врезали по той же колоне. Кости в храме явно были чем-то укреплены, потому что даже от такого мощного удара, что у Самины треснул череп, колона никак не изменилась.

После удара Самина ещё оставалась в сознании, но все, что могла делать в тот момент, это валяться в луже собственной крови с раскроенным черепом, не в силах даже пальцем пошевелить. Кажется, один из ударов сломал ей позвоночник. Фурия ожидала чего-то ещё, но вместо продолжения побоев Джасмаэль опустилась на колени перед Саминой.

— Ну и посмотри, что ты вынудила меня сделать, — с досадой в голосе сказала та. — Ты, наверное, удивлена. Кто бы мог подумать, что под лицом Галатеи скрывается Джасмаэль. Никто. Ни ты, ни остальные ученики Таргарона, ни даже Владетель.

— Как?.. — пробулькала Самина.

— Как мне удалось всех обманывать? Да очень легко на самом деле. Мой изначальный дар, именно как у Ткача, очень похож на твой. Я могла притвориться кем-то другим, изменив лицо и тело, а чтобы обмануть Владетеля, достаточно было просто не использовать Свет. Вот и весь секрет.

Самина вновь начала чувствовать свои руки и ноги. Восстановление шло полным ходом.

Ещё немного и я…

— Извини, — голос «Шлюхи» был бархатным, ласкающим слух.

Самина почувствовала боль лишь на долю секунды, в тот момент, когда до неё донесся хруст ломающихся костей, а затем она вновь потеряла контроль над телом.

— Не хочу, чтобы ты ещё что-нибудь выкинула, — все тем же мягким голосом продолжила богиня, только что раздробившая фурии один из позвонков. — Можешь мне не верить, но я не люблю насилие. Я не Могдин или Дарвин. Мне не нравится причинять боль другим, но порой приходится.

Джасмаэль схватила Самину за ворот того, что некогда было лабораторным халатом, и заставила сесть, прислонив фурию спиной к колонне. И Самина была этому очень даже рада, потому что почти весь их разговор девушка видела лишь промежность «Шлюхи». Теперь она могла смотреть этой дряни в лицо.

В голове у Самины никак не могло уложиться, что Галатея на самом деле «Шлюха». Джасмаэль в легендах описывали глупой, недалекой женщиной, что любила устраивать оригии. И при этом Галатея — самая мудрая из советниц Владетеля и, возможно, самая древняя из живущих фурий. Два этих образа никак не сочетались, но кажется, в этом и была задумка.

Чем дольше Самина размышляла над этим, тем гениальнее становилось осознание, что «Шлюха» — это одна из величайших фикций в истории.

— Какая же ты хитрая, старая стерва, — буркнула Самина.

— Да, — улыбнулась та. — Когда все вокруг видят только большие сиськи и смазливую мордашку, то перестают обращать внимание на другое. Я не люблю прозвище «Шлюха», которым меня так любят именовать, но оно действительно удобно. Когда в тебе видят только глупую куклу для секса, то даже не пытаются задуматься, на что ты ещё способна.

Джасмаэль замолчала, странно поглядывая на Самину.

— Даже не представляешь как приятно с кем-то поговорить. Я имею в виду по-настоящему. Быть самой собой. Не глупой «Шлюхой», не расчетливой Галатеей, а той, кем я являюсь на самом деле. Ты первая за последние несколько столетий, с кем я могу быть по-настоящему честна.

Если бы могла, то Самина рассмеялась бы, но из-за дыры в груди каждый вдох давался с неимоверным трудом. Боли не было, видимо из-за повреждения черепа и позвоночника, но вот небольшая струйка крови, залившая правый глаз, жутко раздражала фурию.

— Думаю, ты знаешь, каково это: смотреть утром в зеркало и не узнавать себя. Со временем начинаешь задумываться, а кто ты вообще на самом деле? По взгляду вижу, что ты меня понимаешь. И все же в этом есть свои плюсы. Например… — она закусила нижнюю губу и на пару мгновений мечтательно закатила глаза. Рука Джасмаэль стиснула свою гипертрофированно большую грудь. — Когда я впервые возлегла с Теоном, это случилось в тот самый день, когда был уничтожен Дармасс. До того дня я избегала его, опасаясь, что он меня узнает, но когда увидела всю ту злость, всю ту ненависть, что он держал в себе при появлении Могдина, не смогла удержаться. Это была самая незабываемая ночь из всех, а уж у меня их было много, можешь мне поверить. В нем было столько ярости, столько чувств, словно тобой овладевает дикий зверь, но приводил в экстаз меня тот факт, что он ничего не знал. Он не знал, кого на самом деле трахает, не знал, что именно с моей легкой руки Могдин обрел свободу.

— Ты больная… — не сдержалась Самина.

Если это и уязвило Джасмаэль, то она это никак не продемонстрировала.

— Жаль такое слышать. Когда ты вызвалась зачать ребенка, во мне затеплилась надежда, что мы с тобой поладим. Пусть не сейчас, но возможно в будущем. Возможно, я бы даже однажды открылась тебе, ведь кто кроме морфа может понять другого морфа. Но видимо, я ошиблась. И мне жаль… Теперь ты знаешь мой секрет.

— Лифэтта…

Джасмаэль бросила короткий взгляд на другую фурию.

— Насчет неё не волнуйся. Я уже говорила, что не люблю насилие, но и просто отпустить не могу, сама понимаешь. Я придумаю как с ней поступить и грамотно использовать её силы.

Странно, но Самина ей поверила. У Джасмаэль сейчас не было причин врать.

— А теперь закрой глаза и расслабься. Я сделаю все быстро, ты ничего не почувствуешь.

Я и так не чувствую.

И все же Самина подчинилась. Бороться уже не было смысла. Она использовала слишком много сил для того, чтобы помочь Пирсону, и процесс восстановления всего тела протекал до боли медленно. Прежде чем она сможет вернуть контроль над руками и ногами, пройдет по меньшей мере час.

— Умница, — ласково сказала Джасмаэль, и Самина почувствовала её губы на своих.

Поцелуй смерти.

Следом за которым пришел жар пламени на горле.

* * *

Кригер был скверным плавцом. Он родился и вырос в месте, где рек глубже, чем по пояс, не было, и умение плавать в детстве так и не приобрел, а когда стал старше, то лишь частично решил этот вопрос. Он взял несколько уроков и худо-бедно научился держаться на воде, но вот применять полученные знания на практике не счел нужным ни тогда, ни позднее.

Зарим это знал, и именно поэтому перенес Кригера далеко в море, надеясь, что тот сгинет в морских пучинах. Но кузнец был слишком упрям, чтобы сдаться и пойти ко дну, поэтому он плыл. Неуверенно, медленно, то и дело уходя с головой под воду, но плыл.

Один раз ему пришлось отбиваться от акул, решивших, что плывущий человек — хорошая добыча. Примерно раз в час Кригер пытался добраться до дна, но воздух заканчивался раньше и приходилось всплывать.

Солнце уже успело сесть и снова взойти, но Кригер так и не увидел ни намека на корабль или сушу. У него даже не было примерного направления. Благодаря солнцу он мог определить стороны света, но не зная своего расположения он мог плыть как к континенту, так и прочь от него. Обогнуть полмира ему не слишком хотелось.

Удача повернулась к нему лицом только через сутки. Нырнув в очередной раз, он практически смог достать до дна. Выплыв на поверхность он сделал ещё один вдох, глубже первого, и на этот раз приложил максимум усилий, чтобы добраться до земли.

Пальцы коснулись песка, и Кригер незамедлительно направил туда энергию Иного. Вода вскипела от тепла, выделившегося при трансформации материала, и в следующий миг мужчину потянул наверх созданный шип.

Теперь, когда у него был контакт с материалом, стало гораздо проще. Первым делом Кригер вытянул из-под воды достаточное количество камня чтобы сделать себе простую одноместную лодку. Немного подумав, он добавил к конструкции несколько воздушных камер, благодаря которым та не должна теперь затонуть, даже если он попадет в шторм.

Затем сделал что-то вроде простого ручного пропеллера, приводившегося в движение педалями. Ну и в завершение сделал себе пару весел и одно копье с цепью, которое одновременно могло и служить якорем, и использоваться для охоты.

Плыть стало несравненно проще, но вопрос, куда именно нужно двигаться, оставался открытым. После недолгих размышлений Кригер решил, что будет пытаться плыть на запад, лишь немного беря на север.

Путь был скучным, но для Кригера это было привычное чувство. Он мог неделями сидеть в комнате, не видя людей, а тут хотя бы он мог рыбачить. Кузнец не считал себя гурманом, но есть сырую рыбу было тем ещё удовольствием.

Примерно на третий день он перестал пытаться использовать педальную систему с лопастью, переключившись на весла. Учитывая физическую силу Кригера и не слишком большой вес лодки, скорость выросла примерно в два-три раза.

Примерно к вечеру он заметил на горизонте корабль, но вопреки всем усилиям, дать сигнал не получилось. Его не заметили, но Кригер не слишком расстроился на этот счет. Наличие корабля означало морской путь, двигаясь по которому рано или поздно придешь в морской порт.

Подкорректировав курс, Кригер налег на весла и продолжил свой путь. Каждая минута промедления означала возможный урон Домену Власти. Один раз Кригер уже подвел Владетеля, когда был ему нужен, и второй раз этого допустить не собирался.

* * *

Тук. Тук. Тук.

Чужое сердце в груди отбивало «неправильный» ритм, и Теона с каждым днем это беспокоило все сильнее. Несмотря на то, что после схватки с ручным Опустошителем Лейвы, прошло уже два дня, его сердце так и не вернулось на место. Вместо него кровь по телу гонял орган, созданный из плоти Банрат-тан-Азура. Если раньше демон был под полным контролем, то теперь он в буквальном смысле держал Теона за сердце.

Владетель понимал, что позволить этому монстру получить контроль над телом было ошибкой, но раны, полученные в той схватке, были слишком серьезны, чтобы просто проигнорировать их и продолжить сражаться. И вот итог. Если руку Банрат отдал без боя, то вот в сердце он впился мертвой хваткой.

Ситуация в Домене стала катастрофической. Отряд, что был послан в пансион де-Йорг, так и не вернулся. Как только Теон об этом узнал, тут же послал ещё людей, и если бы был в лучшей форме, то отправился бы туда сам, но после использования сил такого уровня ему нужен был день-два отдыха. Он не собирался касаться Иного, тем самым заставляя демона немного ослабнуть и потерять контроль. Тогда мог появиться шанс отвоевать сердце.

К счастью, второй отряд благополучно достиг места, но известия принес крайне неоднозначные.

Первое — вокруг пансиона бушевал лесной пожар. Отряд прибыл на место аккурат в момент завершения тушения.

Второе — его зачинщицей, предположительно, оказалась Алетра. Фурию в тот момент уже допросили и собирались отправить в Домен Правосудия, но Теон позвонил Янрис дор-Уон, нынешней главе Зеленого Этажа, и решил данный вопрос. Фурию передали людям Теона. Заодно удалось забрать Пса, личного Опустошителя Кригера, чего нельзя было сказать о его хозяине.

В данный момент Кригер, Самина, Лифэтта и Пирсон бесследно исчезли. Как только пришла новость об этом, в пансион самолично отправилась Нефис со своими людьми, в конце концов пропала её сестра. К делу подключился Зиммер, но и по его каналам была тишина. Эта четверка бесследно пропала.

В самом пансионе было пусто, остались лишь следы битвы и трупы охраны заведения, но никого из людей Домена Власти. Но тоже можно сказать и о де-Йорг. Она тоже испарилась и нигде не появлялась.

Янрис дор-Уон, с которой Теон смог найти что-то вроде общего языка, обещала помочь. Она довольно охотно шла на сотрудничество и, судя по всему, собиралась заручиться в будущем поддержкой нового Домена.

Разумеется, Теон ей не до конца доверял, и вполне возможно, что она тоже ко всему этому причастна, но, с другой стороны, в данный момент она не делала никаких прямых нападок на Домен Власти, да и Алетру она передала спокойно, лишь напоследок, словно в шутку сказала, что теперь за Теоном должок.

Теон бы уже плюнул на все и отправился на поиски сам, если бы имел представления, куда. И это раздражало больше всего. Враг прячется и не спешит делать ходы, ожидая, когда их сделает Владетель.

Его переиграли. Он отправил своих людей, веря, что те справились, но что-то произошло, и теперь он лишился четырех соратников сразу.

Стук в дверь прервал размышления Теона.

— Войдите.

Дверь отворилась, и в комнату вошла Вестра. Девушка все последние дни носила черный деловой костюм, всем своим видом показывая, что выполняет важную работу. Фурия заменила Самину, но, откровенно говоря, справлялась плохо, и в важных вопросах приходилось просить помощи Нефис.

Единственное, что портило общий типаж деловой девушки — искусственные кошачьи ушки, которые она носила на голове. Как-то раз Теон слышал, как Фэри обещала сделать для Вестры вполне рабочий аниматронный хвост, но не раньше, чем их с Зиммером огромный робот вновь будет работать. Пока что мех больше напоминал груду металла, чем боевую машину, и вряд ли это получится быстро исправить.

— Я не побеспокоила? — спросила фурия, и только сейчас Теон заметил массивную коробку в руках девушки.

— Что это?

— Не знаю. Только что тебе прислали. Возможно, это торт или что-то в этом роде.

Девушка поставила праздничную коробку на стол, после чего вытащила из-под праздничной ленты какой-то конверт и отдала его мужчине.

Перед тем как его открыть, Теон принюхался и сразу понял, что помнит этот запах. Терпкий, но с приятным послевкусием. Это был крайне специфичный парфюм, которым пользовалась только одна знакомая ему женщина.

Галатея.

«Дорогой Теон»

«Она сама просила доставить тебе это, а я привыкла исполнять предсмертные обещания».

«Твоя «Г»».

По спине Теона пробежал ледяной холодок, а Вестра уже собиралась открыть посылку.

— Не трогай! — крикнул он, отчего девушка вздрогнула и невольно отступила.

— Я…

— Отойти туда, — Теон указал на дальнюю стену, а сам выбрался из-за стола и подошел к «подарку». Мужчина все-таки коснулся Иного и уплотнил воздух позади себя, чтобы погасить взрывную волну, если это будет бомба. В этом случае Вестра не пострадает.

Теон потянул одну завязку, затем вторую, а внутри тем временем словно взводилась пружина. Наконец все ленты были удалены, и Теон, сделав глубокий вдох, поднял крышку и заглянул внутрь.

Позади испуганно закричала Вестра, а Теон так и застыл с крышкой коробки, смотря на бледное девичье лицо. Реальность пошатнулось, и мужчина в следующий миг оказался в окружении призраков, что словно насмехались над ним. Чужое сердце словно сдавило тисками, а гнев заставлял стискивать зубы с такой силой, что они начали вот-вот начали бы трескаться.

Теперь не оставалось сомнений в судьбе пропавших людей, ведь внутри находилась голова Самины Лэмфорд.

Глава 23. Голова

Самина словно была под водой, в течении огромной необъятной реки, из которой невозможно выплыть. Все, что она могла делать, это смотреть наверх, видеть солнце и тянуться к нему, не в силах приблизиться.

Так она и дрейфовала по течению, наблюдая странные образы, что накатывали на неё словно волны. То ей пять лет, и она наблюдает за тем, как отец и мать ругаются на кухне. Маленькая Самина в тот момент не понимала, что происходит. Почему мама и папа не могут не ссорится?

А в следующий миг ей уже пятнадцать. Генриэтта что-то весело рассказывает, держа её за руку, а Самина в ответ смеется и кивает. Сердце в груди бешено колотится, ведь они идут к комнатам для разрядки фурий. Это будет её первая разрядка.

Но картина обрывается, и вот Самина стоит на месте преступления, закуривая сигарету и пытаясь унять нервную дрожь. Рядом её старшая коллега говорит что-то вроде «ты поступила правильно», «это самооборона». Но перед глазами Самины лишь юная фурия, лежащая на тротуаре с двумя ранами в груди. Она убила своего парня во время секса, не удержав контроль, а когда на место прибыли легисты из Зеленого Этажа, то попыталась сбежать. Самина догнала её, и та, поняв, что оказалась в ловушке, решила напасть. И вот итог…

И вновь Самина ещё ребенок. Ей десять, и мать как обычно уходит на работу в Домен Правосудия. Фурия обещает дочери отвести её на выходных в аквапарк, но этому не суждено будет случится. Ещё до заката к ней домой придет женщина из Зеленого Этажа и сообщит, что мать убили на службе.

Картина блекнет, но лишь затем, чтобы смениться новой.

Самина уже в своей постели, и над ней возвышается Патрик — её бывший парень, с которым она какое-то время даже всерьез думала завести семью. Это была их первая ночь. Мужчина старался, по его лицу и мускулистым плечам капал пот, а Самина стонала и извивалась под ним, изображая несказанное удовольствие, но на деле фурии было лишь немного приятно. Она не ощущала в нем ни крупицы Иного, не могла коснуться его души так же, как касалась души Генриэтты во время разрядки.

В тот момент она ещё тешила себя надеждами, что у них может что-то получиться.

На смену ночи с мужчиной пришел вечер одиночества. Они с Патриком расстались вот уже как неделю, и Самина ещё никогда не чувствовала себя такой одинокой. Она думала о Генриэтте, но та только вступила в должность Управляющей Школы и не могла помочь своей подруге. Поэтому Самина пила. Напивалась до бесчувственного состояния, засыпая, где придется. И лишь благодаря регенерации она могла как ни в чем не бывало приходить утром на работу.

И когда это моя жизнь превратилась в такое дерьмо?

Следующая картина больше походила на злую насмешку. Это был выпускной их группы из Школы. Самине тогда было девятнадцать, она уже знала, что получила направление в Домен Правосудия, прямиком на Зеленый Этаж. Самина, Генри и ещё четыре девчонки отправились на какой-то удаленный пляж, чтобы пить и веселиться. Закончилось это все жаркой оргией шести фурий.

Тогда они были молоды и полны жизни. Одна из тех девчонок стала коллегой Самины, но её убили на второй год службы. Ей не повезло столкнуться с Опустошителем раньше, чем подоспела ударная группа.

Но уже через миг и это исчезло, унесенное волнами, оставляя после себя лишь пустоту и разочарование в собственной жизни. Самина, смотря на собственное прошлое, уже и не знала, есть ли там хоть что-то, за что можно было бы цепляться?

Словно отвечая на этот вопрос, перед взором фурии предстал Теон. Их первая встреча, когда он играючи расправился с двумя боевыми фуриями из Магистериума. В тот момент она не верила, что этот человек действительно Владетель, но очень скоро все изменилось.

Нападение на ДерманТех, побег из Черного Этажа, взрывы в центре города, устроенные фанатиками, создание Домена Власти… Знакомство с Руннэт, которое полностью перевернуло её жизнь. И все это произошло за последние несколько месяцев. Столько событий, что для кого-то хватило бы на целую жизнь.

Самина долго не понимала, почему решила следовать за ним, почему не ушла, плюнув на все. Боязнь кары Арбитража? Отчасти, но было и что-то ещё. Раньше Самина особо об этом не задумывалась, просто двигалась по течению и делала все, что от неё зависело, но сейчас, находясь в этом потоке, она стала понимать, в чем именно было дело.

Теон Альдрим совершенно внезапно придал смысл её существованию, дал ей цель гораздо большую, чем она сама. Смог заполнить пустоту внутри, как духовную, так и физическую.

С ним она вновь почувствовала, что живет, а Руннэт показала, что она может гораздо больше, чем кажется на первый взгляд. Даже будучи сломленной Тусклой, она продолжала сиять и отдала жизнь за то, во что верила, в попытке искупить собственные ошибки.

И все же… как я тут оказалась?

Ах, да…

В памяти тут же всплыли новые образы.

Поцелуй смерти от Шлюхи и жар её рук.

— Стой, — в последний миг прошептала Самина.

Джасмаэль остановилась, её рука все ещё лежала на горле девушки.

— У меня есть последняя просьба. Раз уж ты меня убьешь, то не откажи, будь добра.

— И что же ты хочешь? — улыбнулась богиня.

— Ты же собираешься отрезать мне голову, чтобы я не восстановилась, я права?

Та кивнула.

— Отправь её Теону.

Джасмаэль усмехнулась, поглядывая на фурию со смесью любопытства и подозрения.

— С запиской, что именно ты это сделала. Хочу, чтобы он точно знал, что со мной и кто мой убийца.

— Если надеешься восстановить тело, то даже не надейся, — предупредила Джасмаэль. — Все основные каналы управления силой находятся в теле, ни одного нет в голове. Ты не регенерируешь. Можешь даже не надеяться.

— Тогда… тебе точно нет причин мне отказывать.

* * *

— Как её состояние? — поинтересовался Теона.

— А сам как думаешь? — огрызнулась Фэри, заработав хмурый взгляд от Зиммера, но Владетель не обратил внимания на это. В конце концов, Фэри была весьма полезна для Зиммера, а следовательно, и для Домена Власти. — Она голова! Конечно, все дерьмово.

Голова Самины, подключенная к целой прорве трубок, в данный момент плавала в массивной стеклянной колбе, и на первый взгляд не верилось, что она действительно жива, но это было так.

То, что отрезанная голова Самины подает признаки жизни, первой заметила Вестра, и это напугало её ещё сильнее. А вот Теон мгновенно соорентировался и приказал Зиммеру, как человеку, имеющему самое большое техническое оснащение, предпринять все необходимое, чтобы сохранить ей жизнь.

— Не стоит волноваться, мы поставим её на ноги, — хмыкнула женщина в белом халате, подмигнув мужчине.

Сьюзан Фог, новенькая. Фурия-лекарь, которая должна была прибыть в Домен ещё несколько недель назад, но случилось это лишь накануне отбытия отряда Самины. И именно эта дама была причиной плохого настроения Фэри. Увидела рядом со своим мужчиной соперницу.

Несмотря на внешнюю красоту и привлекательные женственные формы, Теону она не нравилась. Слишком агрессивный макияж с темными тенями и черной помадой, слегка режущий уши низкий голос с хрипотцой, и в довершение вульгарный до невозможности стиль одежды. Под медицинским халатом было лишь дорогое кружевное белье с чулками. И всем было бы плевать на это, но женщина практически никогда не застегивала свой халат более чем на две пуговицы, а порой и не застегивала вовсе.

Завершала образ роковой сексуальной докторши её манера говорить. То, как она подбирала интонации, то, с каким придыханием произносила слова. Она словно заигрывала со всеми вокруг, но её «доступность» была обманчива. За те несколько дней, что фурия провела в Домене, она никого близко к себе не подпустила, и даже с Теоном дальше легкого словесного флирта дело не зашло.

Но она была настоящим профессионалом, так что подобную эксцентричность можно было простить. В конце концов, именно благодаря её помощи Теон уже успел восстановить руку, хотя рассчитывал, что на это уйдет ещё как минимум несколько дней.

— А она молодец, — похвалила Самину Сьюзан. — Я впервые сталкиваюсь с чем-то подобным. Морф и регенератор такого уровня — это нечто невероятное.

— Как она смогла выжить? — Теон до сих пор этого не понимал.

Сьюзан хотела ответить, но в итоге переложила эту работу на Зиммера, а сама поспешила по какому-то срочному делу.

— Вот же шлюха, — проводила завистливым взглядом «соперницу» Фэри.

— Перестань, — укорил её Зиммер. — Она отличный специалист. Куда лучше, чем я, отчего даже немного грустно.

— Мне она не нравится, — буркнула девица.

— Вы мне ответите? — Теон спросил мягко и тихо, но эта парочка от его тона вздрогнула, а Зиммер даже голову в плечи втянул.

— Извините, Владетель. Она жива, потому что замкнула свой организм. Это настолько просто и гениально, что я не могу поверить в реальность подобного. Она создала внутри своей головы сердце, маленькое, размером с фалангу большого пальца, но этого достаточно, чтобы гонять кровь в нынешнем виде, а затем изменила структуру слизистой носа, добавив туда легочные пузыри, и в итоге получилось что-то вроде мини-легких!

— Но есть она не может?

— Нет, разумеется. Сейчас все вещества поступают в готовом виде через трубки. Ни о какой полноценной жизни в виде головы речи не идет. Но она смогла сохранить себя настолько хорошо, насколько это возможно, чтобы дать нам возможность вернуть её к жизни. Но есть проблема…

— Я слушаю.

— Она фурия, а все узлы, которые позволяют им использовать силу Иного, находятся в теле.

— Она не может регенерировать без них, — понял Теон.

— Именно. Похоже, что все изменения она успела сделать до того, как отсекли голову, скорее всего в последний миг, но восстановить себя из отрезанной головы для неё невозможно. Её регенерация сейчас на уровне обычного человека.

Теону было больно это слышать. Это значило лишь то, что несмотря на все её попытки спастись, в итоге девушка будет умирать долго и мучительно в виде одной лишь головы в банке.

Сможет ли помочь Сьюзан? Спорно… В конце концов, и у целительной магии есть свой предел.

Лиамара… Вот кто точно смог бы помочь, но после событий на студии она отстранилась. На попытки Теона убедить её помочь та отвечала твердым отказом, считая, что и так вмешалась больше, чем нужно. Но проблеск надежды был. Вестре удалось подобраться к Вершительнице ближе всего, возможно, та сможет переубедить Длань.

Но до этого момента Самине придется продолжать существовать в банке.

— Значит, мы ничего не можем сделать, — вздохнул Теон. Он терпеть не мог это гнетущее чувство бессилия.

— Не совсем так, — вмешалась в разговор вернувшаяся Сьюзан. — Если бы речь шла про кого-то другого, то я бы этот вариант даже не рассматривала, но учитывая особенности её силы…

— Какой вариант? — заинтересовался Теон.

— Мы можем найти для неё новое тело.

— Ты в своем уме? — огрызнулась Фэри. — Невозможно пересадить человеку голову! Там слишком много нейронных связей, не говоря уже об отторжении. Малейшая ошибка будет стоить Самине жизни!

— Уж лучше так, чем существовать рыбкой в аквариуме.

— И все-равно я против.

— Фэри, ты не врач, — осторожно отметил Зиммер и тут де поежился под гневным взглядом помощницы.

— Значит, вы можете пересадить её голову на чужое тело?

— Тело фурии, — поправила Сьюзан. — Нет смысла использовать донора-человека. Нужно, чтобы у тела изначально были узлы для управления энергией Иного. Ну и, само собой, тело должно быть свежим.

— Свежее тело… — задумался Теон.

— Эй, — нахмурилась Фэри. — Вы же не собираетесь сейчас убить какую-нибудь фурию?

Сказать, что Теон отвергал этот вариант, значило бы соврать.

— Если тело будет принадлежать фурии, то Самина Лэмфорд сможет коснуться Иного через него и вернуть себе силы.

— Это не доказано, — возразил Зиммер. — До этого не было удачных операций по переносу узлов. Мы понятия не имеем, как Самина будет взаимодействовать с чужими узлами. Возможно, она вернет свою силу, а может будет использовать чужие дары! Точно сказать нельзя. И если случится последний вариант, то ничего из нашей затеи не выйдет.

— Решение за нашим боссом, — напомнила фурия-лекарь. — Мы можем оставить все как есть, а можем рискнуть.

Теон вновь посмотрел на Самину и нехотя отметил для себя, что не хотел бы её потерять. Если вначале их знакомства он считал её лишь пешкой, которую в любой момент можно убрать с доски, то теперь все было иначе. Он не мог признаться даже самому себе, что полюбил эту девушку, уж слишком больно ему сделала Руннэт в прошлом, чтобы открываться кому-то ещё. Но и отрицать, что сейчас все его мысли были заняты состоянием Самины, было глупо.

Руннэт…

Мысли о старой возлюбленной не уходили, но Теон пока никак не мог понять, почему. Что-то в его сознании зацепилось за воспоминание о Королеве Шипов и теперь не хотело отпускать.

— У меня есть свежее тело фурии.

— В смысле? — удивился Зиммер.

— О, значит он пойдет кого-то убивать. Как хорошо, что я не фурия, — ухмыльнулась Фэри.

Теон подошел к ближайшему столу и с помощь силы убрал с него все, что там было. Инструменты, бумаги и прочий мусор полетели на пол, а в следующий миг тень под ногами мужчины ожила и переползла на стол.

— Уа-а-а-а! — испугалась Фэри, когда увидела это, а вот Сьюзан подошла поближе и даже попробовала потрогать тень, но тут же отдернула руку, когда возникший во тьме рот чуть было не оттяпал ей палец.

— Лучше не трогай. Он голоден и раздражен. Сложно контролировать Банрата, когда он снаружи.

Когда тьма полностью заполнила поверхность стола, оттуда стало что-то подниматься.

— Это же… — охнул Зиммер.

— Руннэт, — тихо подтвердил Теон, смотря на тело свой бывшей возлюбленной. Её лицо и руки обгорели, глаза отсутствовали, как и большая часть волос, но тело ни капли не изменилось с момента битвы при больнице.

— Боюсь, господин Теон не совсем правильно понял слова насчет «свежего», — осторожно уточнил Зиммер. — Королева Шипов мертва уже не одну неделю.

— Внутри Банрата время не идет. Она мертва меньше получаса.

— Тогда есть не плохие шансы, — оживилась Сьюзан и, подойдя к телу Руннэт, принялась снимать с неё одежду и прощупывать. Кончики пальцев фурии вспыхивали зеленым при касании. — Да, она действительно довольно свежа, но уж очень много повреждений. Одно легкое пришло в негодность. А вот сердце… сердце в порядке. Хороший знак.

— Фэри, что ты творишь?!

— Я не позволю тебе смотреть на других голых баб!

— Я не могу работать с закрытыми глазами…

— А я не могу позволить тебе пялится на огромные сиськи мертвой бабы! Хочешь пялится, пялься на мои!

— У тебя их нет!

— Ах ты…. А вообще, это твои проблемы, а не мои.

Теон даже не смотрел на их перепалку, сосредоточившись на действиях лекаря. Действовала Сьюзан быстро, ведь каждая минута промедления ухудшала состояние тела и делала его менее пригодным для трансплантации.

— А теперь узлы… разрушен… Тц… а этот… разрушен… разрушен… Ох, а вот этот цел. Немного поврежден, но цел.

— Значит, все может получится?

— Да, — немного помешкав согласилась та. — Но оговорюсь, тело в плохом состоянии. Шансы на успех не то чтобы велики.

— Погодите-погодите, — оживилась Фэри, перестав пытаться закрывать глаза Зиммеру. — Вы реально собираетесь сейчас пересаживать голову Самины Королеве Шипов?

— Если босс даст добро.

— О… — протянула она, но тут же нахмурилась. — Погодите. Но ведь Самина и босс того, — она изобразила пошлый жест с помощью указательного пальца и круга. — и Руннэт была его женщиной в прошлом. И если операция пройдет успешно, и они будут вновь кувыркаться в постели, то босс будет спать со своей нынешней или со своей бывшей?

— Фэри! Раскол! Что ты такое спрашиваешь?!

— Но мне правда интересно…

— Это смотря с какой стороны посмотреть, — на удивление серьезно начала размышлять об этом Сьюзан, но тут же помотала головой. — Это обсудим потом. Чем быстрее мы проведем операцию, тем больше шансов на успех. Так что, Теон, ты даешь добро?

* * *

Коготь Мерфиона без особого труда рассек кожу на груди Лейвы, заставив женщину сладко застонать не то от боли, не то от наслаждения, но скорее от всего сразу. Прежде чем рана успела закрыться, он слизнул кровь, а вместе с ней испил и силу, что сочилась из раны.

Крупицы по меркам этой женщины, но для Мерфиона сопоставимые с какой-нибудь слабенькой фурией.

Толчок. Толчок. Толчок.

Лейва извивалась под ним, наслаждаясь тем, как двигается внутри лона его член.

Ещё один разрез, чуть более глубокий.

В прошлом она не позволяла делать с собой подобное, но времена меняются. Раньше за подобное Мерфион провел бы месяц в карцере, теперь же он мог резать её, сколько душе заблагорассудится. Мог даже снимать с неё кожу, а она при этом будет стонать, как похотливая шлюха.

— Да, Мерфион! Да!.. А-а-а-а-ах!..

Опустошитель хорошо успел изучить пристрастия и повадки своей хозяйки, так что мгновенно понял, что она дошла до пика. Его всегда забавлял этот момент. Она становилась такой податливой, такой хрупкой. Сам Мерфион был лишен всего этого. Он не получал никакого удовольствия от этого процесса, если не считать получаемой «пищи».

Он тоже «кончил», впрыснув немного своего сока, отчего Лейва забилась в экстазе.

— Дай… — взмолилась она, когда удовольствие стало сходить на нет.

— Разумеется… — мягко произнес он, заглядывая в затуманенные глаза. Он поднес свой член, точнее то, что она принимала за член, к её губам и она присосалась к нему, жадно глотая выделяемый сок.

— Лейва, ты меня слышишь? — он отстранил её, решив, что достаточно. Если дать слишком много токсина, то она отключится, и весь эффект сойдет на нет.

— Да…

— Хочешь ещё?

— Да! — она уже потянулась рукой, но он не позволил. — Тогда вначале ты должна кое-что сделать для меня.

— Все, что угодно!

— Вот так, умница, — похвалил он её, погладив по волосам. — Дарвин. Вы с остальными хотели его разбудить.

— Да…

— Ты можешь сделать это одна?

— Да…

— И знаешь где он?

— Да…Дай ещё…

— Не сейчас, — покачал он головой. — Не раньше, чем мы его убьем.

— Зачем нам убивать Дарвина? Он… он поможет убить Альдрима.

— Нет. Альдрима убью я, — Мерфион оскалился, обнажая свою нечеловеческую суть. — И для этого мне нужна сила. Твоя, его, всех вас…

Глава 24. Сестры

— Где я? — тихо спросила Самина, ни к кому толком не обращаясь.

Она шла вдоль столиков небольшого кафе с витринными окнами, выходящими на улицу. В дальнем углу официантка в короткой юбочке обслуживала очередного клиента, со стороны кухни доносились приятные ароматы жаренного мяса. Самина тут раньше не была.

Казалось, ещё минуту назад она переживала свои прежние воспоминания, не слишком приятные, но свои, а уже сейчас она находится в месте, которое её не известно.

— Это было мое любимое кафе, — от внезапно зазвучавшего знакомого голоса Самина вздрогнула и резко повернулась. За столиком у окна сидела та, кого тут точно быть не должно.

Руннэт. Но сейчас она выглядела немного непривычно. Самина запомнила её Тусклой, бледной тенью себя самой, но сейчас в этой женщине словно бурлила жизнь.

— Присядешь?

Самина немного помедлила, а затем села на диванчик напротив.

— Как это возможно? Ты же…

— Мертва?

— Да…

— Так и есть, — улыбнулась она. — Но и ты в шаге от этого. Можно сказать, что мы обе с тобой «приведения». Разница лишь в том, что ты ещё можешь вернуться, а я уже нет. Да и не слишком хочу, если говорить прямо.

— А может ты просто галлюцинация, которую создает мой умирающий мозг?

— Может и так, — Руннэт улыбнулась краешками губ. — Если ты думаешь, что я собираюсь тебя в этом разубеждать, то ошибаешься. Решай сама, что это, встреча двух душ на границе жизни и смерти или галлюцинация, вызванная предсмертной агонией.

Самина нахмурилась, все вокруг казалось таким реальным, но одновременно невозможным.

— Твой сын… он у Галатеи.

— Да, я знаю, — улыбка исчезла с лица Руннэт. — Джойл… Видят боги, я не хотела для него такой судьбы, но сама обрекла его на это.

— Что между вами произошло? Тобой, Галатеей, отцом Пир…Джойла. Она сказала, что ты убила прошлого Алчущего.

Рунннэт отвела взгляд и вздохнула.

— Это сложно объяснить. Ты ведь знаешь, что я была бесплодна?

Самина кивнула.

— Во времена, когда я была с Теоном, нам казалось, что дело только в нем. По крайней мере ни одна из женщин, что были с ним в итоге не забеременели, даже Галатея, хотя у Дарующей жизнь уж точно никогда не было проблем с деторождением. Но когда его не стало, то оказалось, что я тоже неспособна зачать. Сотни лет безуспешных попыток, и я уже оставила на это надежду, но, примерно сорок лет назад Галатея сама пришла ко мне и предложила выход. В тот момент я уже начала вынашивать планы по возвращению Теона, но отказываться не стала. Я слишком сильно и долго этого хотела. И в итоге на свет появился Джойл, — Самина никогда не видела, чтобы Руннэт говорила о чём-то с таким сильными эмоциями. Она действительно любила своего сына, больше всего на свете. — Но спустя десять лет Галатея рассказала о своем плане. Способе «починить» мир. Она хотела сделать из Джойла нового Алчущего. Его отец был слишком слаб, пробыл на троне около ста лет, и вряд ли он протянул бы ещё достаточно долго.

— А Галатея? Её сила…

— …она не работает на том, кто стал Алчущим. Такова цена этой силы. Галатея изначально предложила эту сделку для того, чтобы Джойл стал новым Алчущим.

— Почему именно ты?

— Потому что я была самой сильной фурией, а это, как не странно, очень важно в выборе кандидата. Что же до её самой, то по злому року у неё почти всегда рождаются девочки. Но я не могла позволить ей получить Джойла и посадить его на трон, даже если в итоге это спасло бы мир.

— Эгоистично, но… я бы поступила так же.

— Я знаю. Спасибо, что пыталась его спасти.

— Пытаться недостаточно, — покачала головой Самина. — Он все ещё в её руках.

Руннэт кивнула.

— Галатея не сможет спасти мир, Самина. Возможно, сейчас ей и впрямь движут благие намерения, ведь в этот мир вернутся мужчины с силой, но так быть не должно. Такие, как Джойл, не восстанавливают баланс, а лишь ломают весы, которые и без того готовы сломаться.

— О чем ты?

— Хотела бы я сказать, но не могу. Это знание не принадлежит мне. Просто запомни, что если мужчин вроде Джойла станет больше, то все рухнет. Ни один мужчина не должен быть зачат на Троне Костей.

Самина невольно вспомнила про девчонку-телепорта, Шион, но тут же выбросила это из головы. К этому моменту Галатея могла привести к Пирсону уже целую толпу фурий.

— И что мне делать?

— Остановить её.

— Я не смогу! Она же Шлюха! Одна из Старых Богов!

— Я и не прошу тебя её убивать. Думаю, Теон сам с этим справится.

— Тогда что?

— Просто спаси моего сына, Самина. Если получится, уничтожь Трон Костей, созданный Таргароном во время самых темных своих порывов. Взамен я поделюсь с тобой своей силой.

— Силой? — нахмурилась фурия. — Как? Ты же мертва…

— Похоже твои друзья каким-то образом сумели использовать один из моих узлов, чтобы вернуть тебе дар. Именно поэтому я тут, с тобой. Немного задержалась, чтобы попросить об услуге подругу.

— Подругу…

— Да… думаю, это уже не совсем правильное слово, учитывая, кем мы станем в итоге. Думаю, лучше сказать… сестра?

Самина улыбнулась и кивнула.

— Мне нравится. Но… как твой узел могут перенести мне? Разве они не были выжжены при Отсечении?

— Свет. Когда я открыла темницу Могдина, то восстановила их. Восстановила, но практически сразу и выжгла. Видимо, один уцелел, и благодаря этому ты сможешь жить дальше, Самина.

Руннэт подалась вперед и протянула фурии открытую ладонь.

— Если ты возьмешь меня за руку, то вся моя сила перейдет к тебе. Ты станешь новой Королевой Шипов. Взамен я прошу лишь одного.

— Спасти Пирсона.

Руннэт кивнула.

— Я бы сделала это даже без твоей просьбы.

— Я знаю, поэтому и готова отдать тебе то, кем я была. Возможно, эта сила в твоих руках принесет гораздо больше пользы, чем в моих.

Самина протянула руку, чтобы коснуться руки бывшей возлюбленной Теона, но в последний миг замерла, услышав её слова.

— И ещё кое-что. Это не менее важно. Вряд ли такое случится, но… Теон ни за что не должен садиться на Трон Костей…

* * *

— Ты нервничаешь, — совершенно внезапно сказала Вестра, даже не смотря на Теона. — Очень необычно видеть тебя таким. Но мне от этого становится легче. Раз уж даже Владетель нервничает, то и мое волнение вполне нормально. Я едва могу унять дрожь в руках.

Они оба стояли в смежной с операционной комнате и наблюдали за тем, как Сьюзан и Зиммер проводят трансплантацию головы на новое тело. Операция была сложной и кропотливой, но пока что проходила без каких-либо проблем. По крайней мере особых сложностей со стороны Теон не заметил.

Когда манипуляторы автодока, которым управлял Зиммер, начали отделять голову Руннэт от тела, Владетель почувствовал дрожь и в своих руках.

— Все нервничают, — в конце концов изрек он. — Мы все-таки люди, а не боги.

— Боги тоже нервничают, боятся и сомневаются, — не согласилась Вестра. — Лиамара полна сомнений и страхов. Она кажется такой… сломленной и потерянной, что не верится в то, кем она является на самом деле.

— Лишь в легендах герои безупречны, — Теон сложил руки за спиной, не отводя взгляда от механических рук, соединяющих сосуды головы Самины с новым телом.

— Ох, кажется, они сейчас будут пытаться запустить сердце…. — охнула Вестра, прикрывая рот руками. Это был один из самых важных моментов операции. Если сердце не запустится, то есть огромный шанс, что Самина умрет, так и не придя в себя.

— Все будет хорошо, — сказал ей Теон, но в его голосе едва ли была слышна уверенность.

— Да…

К груди Руннэт переместился один из манипуляторов со шприцом. Укол будет произведен прямо в сердце, после чего Сьюзан попытается запустить его с помощью своей силы. Теон затаил дыхание, но позади него внезапно открылась дверь, и на пороге появилась Нефис.

— Теон! Срочный звонок.

— Не сейчас, — отмахнулся он. Кто бы не звонил, Теон считал, что должен быть здесь.

— Это Кригер.

Мужчина замер в нерешительности. Он не хотел уходить, хотел наблюдать за операцией от начала до конца, но едва ли можно было проигнорировать такое известие.

— Иди, — сказала ему Вестра. — Если что-то случится, я немедленно тебя найду.

Сердито цокнув языком, Теон поспешил за Нефис.

— Он что-нибудь сказал?

— Нет. Не захотел со мной говорить, — сердито ответила серебряноволосая фурия. Её гнев был вполне понятен, ведь судьба её сестры все еще неизвестна. — Потребовал тебя, чтоб этого урода опустошители сожрали…

Теон буквально вбежал в свой кабинет и поднял трубку стационарного телефона, на который и был перенаправлен звонок.

— Да, — бросил он в трубку.

— Это я.

— Мне уже сказали. Где ты?

— В полудне пути от Бонхарда.

— Какого хрена ты там забыл, и почему выходишь на связь только сейчас?

— Все из-за Зарима, — ответил Кригер и коротко рассказал о случившемся в пансионе. О том, что они с Саминой разделились, что де-Йорг оказалась одной из дочерей Галатеи, о скоротечной схватке и том, каким образом оказался за тысячи километров от Риндерона.

Гнев Теона, который вспыхнул с новой силой, когда он только услышал голос кузнеца, стал стихать. Кригер сделал все, что было в его силах в той ситуации.

— Ты должен вернуться как можно скорее.

— Работаю над этим. Я в настоящей глуши, здесь даже машину взять негде. Как только доберусь до Бонхарда, попробую найти корабль или самолет.

— Скажу Зиммеру, чтобы отправил за тобой флаер.

— Так будет даже лучше, — согласился Кригер. — Следующая цель Галатея? Пришло время разобраться с Дарующей?

— Да, — сухо подтвердил Теон. Если раньше Галатея была далеко в конце списка тех, с кем нужно покончить раз и навсегда, то теперь она его возглавила.

— Займусь.

На этом разговор закончился. Смысла обсуждать что-то ещё Теон больше не видел. Теперь все зависело от состояния Самины. Если операция пройдет удачно, и она очнется, то поведает больше о том, что именно произошло в том проклятом пансионе.

* * *

Бонхард считался одним из самых древних городов мира. Жемчужина юга, вотчина Держателя Скал. Лейва любила этот город. В конце концов, именно она его и построила почти две тысячи лет назад, ещё до своего заточения. Всего за пару десятилетий она превратила обычную рыбацкую деревеньку в процветающий торговый городок, который в свою очередь разросся в полноценное королевство.

Но, к сожалению, за последние семь сотен лет город пришел в упадок. Он все ещё оставался третьим по величине городом континента, но времена, когда через порты Бонхарда проходило больше трети мировой торговли, остались далеко в прошлом.

И тем не менее она его любила таким, каков он есть, с его маленькими узкими улочками, десятками базаров, раскиданных то тут, то там, с величественными наскальными дворцами, нависающими над портовыми трущобами.

— Ты знал, что Этажи пошли именно отсюда, Мерфион? — спросила она у своего слуги. — К примеру, Зеленый Этаж располагался вон там, — Лейва указала пальцем на нижний уровень наскальных дворцов. — Там жили легисты. Были их дома, казармы, оружейные. А черные, это подземные этажи, там, где находились тюрьмы и прочее. Люди, что оказывались там не видели солнца.

Лейва собиралась поведать спутнику про красный и синий этажи, но заметила, что тот её даже не слушает.

— Тебе совсем не интересно?

— Это бессмысленно, — ответил он. — Просто названия.

Он не был таким раньше.

С момента схватки с Теоном и восстановления от ран Мерфион стал грубее и злее. Особенно она чувствовала это в постели, когда он делал ей больно. Делал это специально, а она не могла сказать ему «нет».

Сейчас Лейва понимала, что полностью находится в его власти и сделает все, что угодно, стоит ему только попросить. Раньше она держала его на поводке, но теперь хозяин и питомец поменялись ролями. Но самое ужасное в том, что Лейва была не против.

Он мог бы даже нацепить на неё поводок и водить её с собой на четвереньках голышом, и она бы это сделала, лишь бы вновь оказаться с ним в постели. Мысли об этом приводили ей в неописуемый ужас, но стоило женщине посмотреть на мужчину подле себя, как этот страх забивался куда-то глубоко в подсознание и затихал. Она была не в силах ему перечить.

Лейва с Мерфионом спустились в нижний город, такой же грязный и многолюдный, как и сотни лет назад. Обновились здания, появились машины и электричество, но нижний город как был трущобами при Держателе Скал, таким оставался и при Арбитраже.

Уже через полчаса они подошли к одному из укреплений легистов, стоящих на страже подземных этажей города. Доступ туда был строго ограничен, но не для Лейвы. Их задержали всего на пару секунд, проверили бумаги и поспешили пропустить.

Чтобы попасть в нужное место, им пришлось преодолеть ещё два блокпоста и пройти по целой сети тоннелей и коридоров, то и дело натыкаясь на закрытые электронным замком двери. У Лейвы был доступ к каждой из них, так что это были лишь маленькие заминками к их цели.

Наконец, когда последняя дверь была открыта, они вошли в хранилище, где находилась темница Дарвина, Убийцы Драконов. Внешне та походила на темницу Могдина, тоже куб, но с иным орнаментом на гранях.

Мерфин первым подошел к ней, провел пальцем по металлической поверхности куба и бросил на Лейву насмешливый взгляд.

— Как это мелочно с вашей стороны, — хмыкнул он. — Найти одного из своих, но даже не попытаться его выпустить. Ты бы тоже так сидела в своей темнице, Лейва, если бы кто-то её не открыл.

— Так лучше для всех. Дарвин нестабилен.

— Да-да, я все это уже слышал, — отмахнулся Опустошитель. — Открой её.

— Это плохая идея. Я договорилась с Сиобаном и Джасмаэль, что мы сделаем это вместе.

— Тогда они не позволят мне убить его. После пробуждения он будет слаб и беззащитен. Лучшей возможности покончить с ним не представится.

Лейва недовольно поджала губы. Она все ещё надеялась, что Мерфион передумает.

— Я против, — покачала она головой.

Полуулыбка исчезла с лица мужчины, он подошел и довольно грубо взял её за горло.

— Ты её откроешь и поможешь убить. Это не просьба, твоего мнения тут не спрашивают.

В душе Лейвы закипел гнев, и даже на долю секунды она хотела обрушить его на этого монстра. Монстра, которого сама создала. Но затем пришло осознание, что если она сможет его убить, то все закончится.

Лейва прошла к темнице Дарвина и взяла её в руки, помедлила несколько секунд, а затем принялась решать головоломку. Поворот туда, поворот сюда, нажать вот здесь.

Щелк.

Щелк.

Щелк.

Открывались один затвор за другим.

Щелк.

Щелк.

Когда прозвучал пятый щелчок, крышка отворилась, и вместе с этим в метре от них появился обнаженный широкоплечий мужчина. Они с Сиобаном были похожи, братья в конце концов, но только Дарвин был шире в плечах и выше на целую голову.

— Ты ещё кто такой?

Он уставился на Мерфиона, пока ещё не заметив Лейву. Этим богиня и воспользовалась.

— Не шевелись, чтобы не произошло, — приказала Лейва. — Не сопротивляйся.

— Лейва?! Что это все значит?! — зарычал Дарвин, но пока в руках у Лейвы была его темница, он был в её власти. Именно поэтому каждый из Старых Богов старался держать свою темницу при себе, ведь в чужих руках она становилась инструментом абсолютного контроля. — Ты за это ответишь! Я тебе обещаю…

Богиня соткала из Света кинжал и вручила его своему личному монстру, а сама отошла в сторону и присела в углу, продолжая держать в руках темницу.

Мерфион был жесток и даже не пытался быстро убить беззащитного бога. Он срезал с него кожу кусками, закидывая себе в рот, вгрызался в его плоть, испивая выходящий оттуда свет. Дарвин кричал, сопротивлялся, бился в агонии, но ничего не мог поделать.

У Опустошителя ушло больше часа на то, чтобы убить Дарвина, и бог к тому времени напоминал больше изуродованный кусок мяса, чем человека. Даже будучи выпотрошенным и разрубленным на куски, он продолжал цепляться за жизнь. Наконец крышка головоломки закрылась сама собой, отсекая силу, таящуюся в ней. Это значило, что Дарвин мертв.

Мерфион съел все. Каждый кусок, каждую кость, даже голову, хотя с ней проблем было больше всего.

Однажды и я окажусь в его желудке, — внезапно осознала Лейва.

— А теперь отдай её мне, — Мерфион, весь в крови, подошел к богине и протянул руку.

Чуть помедлив, женщина отдала темницу. В этот раз Мерфион открыл темницу сам. Он видел, как это делала Лейва, так что теперь воспроизвести её действия с фотографической памятью опустошителя не составляло труда. Как только темница открылась, Мерфион поместил её себе в грудь, сращивая плоть с механизмом.

— Да… — протянул он. — Я чувствую эту силу…

— И что теперь? Убьешь Владетеля?

— Не сейчас. У меня есть план получше.

— План получше? — Лейва нахмурилась и поднялась. — О чем ты говоришь?

— Если бы я просто хотел убить Альдрима, то сожрал бы тебя. Это было бы так просто… Но нет. Мне нужен был Дарвин. Его сила.

Лейва испытала новый укол ужаса, намного более сильный чем раньше.

— Что ты задумал?..

— Я открою портал. Такой большой, каких никогда не было прежде. Тысячи и тысячи Опустошителей пройдут через него, сея смерть и разрушение, — рассмеялся Мерфион. — Я начну настоящее Опустошение!

Глава 25. Опустошение

Кригер прибыл в Бонхард с рассветом. Ему не нравился этот город — слишком грязный, слишком шумный, слишком людный, не говоря уже о жарком и знойном климате. Но в данный момент это не слишком беспокоило Кригера. Он должен дождаться прибытия флаера, отправленного Теоном, не более.

Последний раз кузнец был тут чуть больше ста лет назад, и за это время город остался тем же. По крайней мере, гуляя по его узким улочкам, мужчина не замечал никаких серьезных изменений.

Когда Кригер вышел на одну из четырех рыночных площадей, у него попытались украсть кошелек. Глупому воришке было невдомек, что у мужчины нет при себе никаких денег, и все, что тот получил, это сломанную руку. Проводив улепетывающего вора безразличным взглядом, Кригер продолжил путь, но пройдя сотню метров и проигнорировав добрый десяток навязчивых продавцов, остановился.

И вновь это ощущение…

Когда Кригер почувствовал это в первый раз, не знал, что это такое, поэтому просто следовал за ним. Ощущение было сравнимо с беззвучным шумом, как бы странно это не звучало, исходящим откуда-то издали. Он быстрым шагом направился в нужном направлении, но вновь остановился, когда внезапно источников этого «шума» стало два. Затем три. А после уже и четыре.

Что-то происходило в этом городе, и Кригера это настораживало. Не став больше тратить время, он побежал к ближайшему источнику, бесцеремонно расталкивая вставших на пути людей. Уже через минуту он свернул в один из переулков, пропетлял между домами и вышел в маленький закуток, где уже во всю поглощал свою жертву Опустошитель, причем делал это настолько буднично, словно это был не монстр, потрошащий человеческий труп, а бродячая собака, грызущая кость.

При появлении человека опустошитель поднял окровавленную, уродливую морду с четырьмя глазами и обнажил острые зубы. Тварь передвигалась на четырех конечностях, но при этом задние лапы были на порядок крупнее и крепче, чем передние.

— Я тебе не по зубам, — сказал Кригер, но у Опустошителя на это было свое мнение. Утробно зарычав, он резко бросился вперед, с места беря очень внушительный разгон. Кригер при этом сместился чуть в сторону, коснулся ближайшей стены, и в тот же миг перед мужчиной выстрелили каменные колья, пронзая монстра насквозь. — Я же говорил.

Но убийство одного опустошителя ничего не изменило, напротив, Кригер ощущал, как их становится все больше и больше. Десятки? Сотни? Уже где-то рядом были слышны крики людей, а вскоре зазвучали и выстрелы.

Покинув переулок, кузнец вышел на одну из малых дорог, едва не попав под копыта твари, чем-то напоминающей быка, но размером с грузовик. Чудовище мчалось по дороге, на ходу хватая и пожирая людей, которые не успели спрятаться.

Ситуация выходила из-под контроля. Даже один опустошитель может стать проблемой, а здесь их очень много. Даже если Кригер начнет избавляться от них одним за другим, одному с этим не справится.

* * *

— Операция прошла успешно, — объявила Сьюзан, расстегивая докторский халат и помахивая перед лицом какими-то бумагами. Капельки пота стекали по её тонкой шее и закатывались в ложбинку между грудями, которая невольно приковывала взгляд. — Все прошло даже более гладко, чем я ожидала.

Теон перевел взгляд на лежащую под капельницами и подключенную к аппарату жизнеобеспечения Самину.

— Как скоро она очнется?

— Понятия не имею. Мы совершили поистине невозможную операцию, так что не хочу давать никаких обещаний. Её новое сердце бьется, узел силы реагирует на воздействие. Дальше мы можем лишь оказывать поддержку, но выкарабкается ли она, зависит только от неё.

— Спасибо.

— А теперь с вашего позволения я приму душ и немного посплю.

— Конечно.

Сьюзан ушла, а Теон продолжал смотреть на Самину, размышляя, как бы ещё ей помочь, а также о том, как отыскать Галатею. Нефис уже пыталась выйти на след курьера, что доставил посылку с головой, но не похоже, что это куда-то их приведет. Оставалось надеяться, что Самина, когда придет в себя, сможет что-нибудь рассказать.

Стоило подумать о Нефис, как та вновь объявилась, и, как оказалось, со свежими и неприятными новостями из Бонхарда.

* * *

— Сотни опустошителей…

— Тысячи погибших…

— Эвакуация города…

Сиобан переключал каналы, но на всех говорилось только о том, что происходит в Бонхарде. В конце концов он надавил на кнопку пульта слишком сильно, и хрупкий пластик треснул.

Прикрыв на пару секунд глаза, он активировал телефон и первым делом позвонил Джасмаэль, но та оказалась недоступна. Затем звонок Лейве, но и она не спешила отвечать на звонок.

— Я должна отправиться туда, — заявила Ингрем, заставив мужчину вздрогнуть и повернуться к фурии. Она уже успела облачиться в урталевый костюм и закрепила на поясе парные клинки.

— Нет, это слишком опасно.

— Там гибнут люди. Мой долг вмешаться.

— Не раньше, чем я во всем разберусь. Опустошители так просто не появляются, тем более в таком количестве. Это значит только одно: кто-то, Джасмаэль или Лейва, а может они обе, выпустили Дарвина.

— Твоего брата? — нахмурилась Ингрем. — Но зачем ему устраивать такое?

— Этого-то я и не понимаю. Даже если он потерял контроль над силой, по сводкам опустошителей слишком много, но, если все дело в том, что ему приказали… это многое меняет. Но ни Лейве, ни Джасмаэль нет смысла устраивать такое. Извини, Ингрем, но ты слишком дорога мне, чтобы позволять тебе лезть в мясорубку.

— Но ты же сам туда собираешься, — девушка от злости плотно сжала губы. — Или я ошибаюсь?

— Дарвин мой брат. Если его пробудили, то я должен выяснить, кто.

— А если ты умрешь?

— Я один из Старых Богов. Меня так просто не убить.

* * *

Кригер обрушил молот на голову монстра, превращая её в кровавую кашу, и уже собирался развернуться, чтобы ударить того, что подкрадывался к нему со спины, но энергетический выстрел отбросил второе чудовище, а следующий оглушил, дав ему несколько дополнительных секунд.

— Можешь не благодарить! — бросила ему молодая кареглазая фурия с винтовкой.

— Не время любезничать! — крикнула ей другая, которая в этот момент отражала атаку другого опустошителя при помощи одноручного меча, пока ещё одна девушка пыталась поразить монстра в уязвимую точку.

Ещё две фурии сражались против Опустошителя чуть в стороне, пытаясь не позволить им добраться до нескольких мирных жителей.

Кригер не знал ни их имен женщин, ни того, кем они являются: легистами, солдатами Домена Силы или просто вольными фуриями, но, когда вокруг кишмя кишат Опустошители разного уровня, подобное становится сущей мелочью. Девушек, скорее всего, тоже волновал вопрос, почему Кригер выглядит так, как выглядит, и почему способен использовать силу, но они ничего не спрашивали, без вопросов приняв его в свои ряды. Сейчас для них важно, что он может сражаться на их стороне.

Работали в парах. Так было удобно, и та кареглазая фурия-стрелок досталась Кригеру в напарницы. Несмотря на то, что кузнец считал, что справится и сам, от неё действительно был толк. Она была меткой и глазастой, отчего умерщвлять Опустошителей стало гораздо проще. Фурия била им по глазам и конечностям, делая их легкими целями.

Подстреленный Опустошитель уже начал подниматься, но Кригер вовремя оказался рядом, наступил сапогом тому на горло и надавил, дробя позвонки.

Как раз к этому моменту другие девушки разобрались с оставшимися монстрами.

— Все, путь свободен! Вперед! — крикнула одна из них, являющаяся негласным лидером, и, возглавив строй, повела беззащитных людей к убежищу.

Кригер замыкал строй, не пытаясь оспаривать приказы. В ситуациях вроде этой порядок — это главное, а есть ли у нового командира полномочия на указы — вторично. Эта фурия ведет себя как лидер и внушает другим уверенность в собственных действиях, лишь это сейчас важно.

Покинуть Бонхард Кригер даже не стал пытаться, да и не видел в этом никакого смысла. Напротив, он находился там, где нужно, и занимался тем, чем следовало. Теон основал Домен Власти для сражений, для противостояния Старым Богам и Опустошителям, и он даже не сомневался, что Владетель не станет игнорировать произошедшее в Бонхарде и явится сюда лично.

До убежища люди так и не дошли. Когда до цели оставалась всего одна улица, на них напали. Опустошитель, отдаленно напоминающий человека, буквально снес главную фурию, отшвырнув её в стену ближайшего дома с такой силой, что камень не выдержал.

Минимум третья эволюция… плохо…

Первой отреагировала кареглазая, сделав точный выстрел монстру в голову и выжигая сразу десяток глаз, которыми полнилась его голова. Монстр завопил и ринулся на людей, попутно закрывшись от второго выстрела.

Первый же удар лапы чудовища разорвал пополам старуху, которая просто не успела отступить. Три фурии-ближника ударили почти одновременно, пытаясь помешать монстру добраться до других людей, но тот играючи перехватил древко копья одной из них и рванул его в сторону с такой силой, что его обладательница сбила с ног других фурий своим телом.

— Он играется с ними… — фыркнул Кригер, выходя вперед, прекрасно осознавая, что эта тварь совершенно другого уровня, и эти молодые девчонки с ней не справятся. Запаниковавшие люди тем временем рванули в разные стороны, но их судьба Кригера волновала мало. Хотят сдохнуть в пасти монстров — их право.

Одна из фурий смогла подняться быстрее остальных и даже ухитрилась ранить монстра мечом, ударив его в бок, но тут же за это поплатилась. Он вонзил острые зубы ей в руку и играючи перекусил её.

Кареглазая фурия выстрелила ещё два раза, пытаясь спасти подругу, но не смогла нанести чудовищу урона. Он умело защищал голову, а остальные части тела обладали слишком крепкой броней.

Опустошитель уже занес лапу, чтобы покончить с фурией, но Кригер пришел на помощь раньше. Коснувшись земли, мужчина влил в неё энергию Иного, запустив преобразование, и в следующий миг в грудь монстра ударила каменная пика. Она не пронзила его насквозь, но подбросила того в воздух.

Фурия, лишившись руки, кричала от боли, две оставшиеся паниковали, не зная, что делать, а лидер если и осталась жива после нападения, то как минимум выбыла из игры, так и не выбравшись из дыры в доме.

Монстр приземлился на крышу дома рядом, встал на четвереньки и оскалился, смотря прямо на Кригера. Фурии его теперь не интересовали.

— Уходите, вы этой твари на один зуб, — сказал им кузнец, не сводя внимательного взгляда с Опустошителя. — Я его отвлеку, а вы соберите тех, кто остался, и попробуйте пробиться к убежищу.

Спорить никто из троицы фурий не стал, да и чего ещё ждать от совсем молодых девчонок? Одной из них вряд ли больше шестнадцати.

— Я тебя прикрою, — внезапно объявила кареглазая «напарница».

— Хизер, ты спятила?! — попыталась образумить её вторая.

— Вам всем лучше уйти, — посоветовал Кригер. Опустошитель тем временем стал неторопливо двигаться по краю крыши, словно кошка, готовая к броску.

— Нет, — возразила девушка. — Я прикрою его спину, а вы уходите.

Кригеру не нужна была помощь, но отговаривать эту дуру он не стал. Хочет сражаться? Это её выбор.

— Держись от него на расстоянии как минимум десяти метров, так эффект поглощения будет минимальным, — посоветовал ей мужчина. — Целься по глазам и только им.

— П-поняла! — сказала она и стала отступать, чтобы занять позицию для ведения огня.

Раненую фурию на руки взял мужчина-выживший, один из немногих, кто предпочел остаться рядом с воительницами, и этой маленькой группой они стали уходить, даже не попытавшись проверить, что там с главной. И это было правильное решение, поскольку монстр сейчас сидел на крыше как раз того дома с проломанной стеной.

Опустошитель же не собирался позволить своей добыче так просто уйти. Когда группа почти скрылась в переулке, он бросился им наперерез, но Кригер был к этому готов. Хлопнув ладонью по земле, он сотворил стену, которая не дала монстру добраться до людей. Опустошитель налетел на стену, оттолкнулся от неё и словно пуля метнулся в сторону Кригера.

За спиной, чуть в отдалении раздался выстрел. Хизер стреляла по Опустошителю, прикрывая Кригера. Монстр, уже зная, насколько опасно может быть оружие девушки, тут же прикрыл лицо, закрывая глаза, и кузнец этим воспользовался.

Он встретил чудовище ударом кувалды, собираясь отбить его как мяч, но не вышло. Опустошитель оказался на редкость вертким и подставил под удар бронепластины на локте, отчего оружие соскользнуло в сторону, а сам монстр отрекошетил вниз, на землю. Прежде чем Кригер успел ударить, Опустошитель извернулся и нанес удар когтями на ногах, оставляя на груди мужчины несколько глубоких ран.

Хизер вновь выстрелила. Несколько энергетических зарядов попало твари в грудь, ещё пара в область предплечья, но это лишь немного развернуло чудовище вокруг своей оси и заставило огрызнуться. Оно открыло пасть и выпустило в сторону девушки несколько ответных зарядов, гораздо более плотных и с легкостью прошибающих даже бетон.

Ещё один был пущен в Кригера, но тот в последний момент отклонился в сторону и заряд лишь чиркнул по его плечу, превращая в пепел одежду и немного черной кожи.

Опустошители, как и Ткачи Иного, могут использовать энергию Иного, но делают это не так часто, предпочитая сражаться когтями и клыками как звери. И это было хорошо. Страшно представить, что бы было, умей они ткать полноценные потоки.

Кригер перехватил одну из конечностей монстра и что есть силы потянул вверх, а затем резко вниз, ударяя его об землю. И снова. После третьего удара Опустошитель извернулся и ударил когтями Кригера в лицо, едва не лишив его глаза.

Опустошитель был быстр, но не так силен, как тому хотелось бы. Кригер сжал конечность и стал поворачивать её, ломая кость.

— Теперь не попрыгаешь.

Лишившись одной ноги, монстр стал легкой добычей, и Кригер обрушил ему на голову свой молот. Первый удар не достиг головы — монстр поставил блок руками, но бронепластины на конечностях начали трескаться. Ещё один удар разрушил половину, а третий окончательно сломал костяную броню.

Молот упал снова, ломая кости передних лап, и наконец финальный удар размозжил чудовищу голову.

Кригер замер над телом Опустошителя, а затем вонзил руку ему в грудь, добираясь до сердца, и попытался повторить то, что сделал в день своего освобождения. Чужая сила хлынула в него потоком, и Кригер поглощал каждую её крупицу, чувствуя, что становится сильнее.

Когда он извлек руку из трупа, то от монстра осталась лишь высушенная мумия. Несколько мгновений он смотрел на неё, размышляя, что только что произошло и как именно он это сделал, но в итоге решил, что сейчас не время и не место для этого.

Развернувшись, он направился к фурии-стрелку и обнаружил её всю в крови с дырой в животе. Девушка сидела, прислонившись спиной к стене, и тяжело дышала, зажимая кровоточащую рану.

— Прости… кажется, меня подстрелили… — она попыталась улыбнуться, но вышло не очень.

— Пошли, ты ещё можешь выжить, — обыденно-равнодушно сказал мужчина и просто взвалил девушку себе на плечо. Возможно, в убежище ей помогут.

* * *

— Готовность две минуты, — прозвучало в динамиках, и Теон поднялся с сидения. Их грузовой флаер должен был вот-вот пойти на посадку, а значит и остальные тоже.

За какие-то часы Теону удалось собрать целую армию для того, чтобы отбить Бонхард у Опустошителей, но из-за этого он в какой-то мере оказался в долгу у Янрис дор-Уон, нынешней главы Зеленого Этажа Домена Правосудия. И пусть она сама предложила помощь, понимая, что у Домена Власти в данный момент просто недостаточно людей, чтобы противостоять такому количеству Опустошителей, и не просила ничего взамен, Теон понимал — это услуга, за которую однажды придется платить.

Владетель прошел к ящикам, которые были сложены у самого входа, и с помощью своей силы открыл их.

— Что это? — спросила Вестра, удивленно разглядывая содержимое.

Теон бросил на девушку быстрый взгляд и улыбнулся краешками губ.

— Оружие.

Вестра непонимающе нахмурилась, так что Теон решил продемонстрировать. Он поднял один из предметов, внешне напоминающий слишком длинное и крупное металлическое копье, но стоило Теону сделать легкий жест рукой, как он начал меняться.

Это было специальное оружие, созданное Кригером специально для подобных случаев. Теон не мог сражаться с Опустошителями или Ткачами напрямую без меча или иного источника Света, такого как темницы Старых Богов, но мог использовать оружие с урталевым основанием. И Кригер сделал такое. Его главная особенность заключается в том, что оно может меняться за счет сложной и подвижной структуры. Сейчас оружие выглядело как копье, но стоило сместить некоторые его части, как оно превратилось в вилы. Сложить тут, выдвинуть там, и вот в руках Теона уже что-то вроде огромной пилы.

— Ох… И сколько у тебя таких?

— Двадцать.

Вестра судорожно сглотнула слюну, представляя, насколько велика эта сила, а Теон тем временем доставал одно копье за другим, проверяя, чтобы каждое работало так, как задумано. Кригер не отдал бы Теону оружие с браком, но лучше проверить работоспособность перед боем, чем узнать о неполадке уже в ходе сражения.

Флаер уже начал садится, но Теон не стал этого дожидаться и просто отворил грузовой люк. До земли оставалось метров десять, но ждать, когда флаер опустится, не было никакого смысла, тем более что мужчина собирался разобраться с угрозой как можно быстрее.

Он поднялся в воздух и вылетел на улицу, окидывая Бонхард внимательным взглядом.

— Все такой же, — хмыкнул он, вспоминая времена, когда они вместе с Руннэт организовывали заговор и в итоге свергли Держателя Скал. Прошло так много времени, а город не изменился.

Разглядывать окрестности не было времени, и он полетел прямо в город. Позади два десятка грузовых флаеров уже приземлились, выгружая один отряд боевых фурий за другим. Теон собирался оставить мелочовку, а на себя взять самых сильных Опустошителей.

И практически сразу на него напало несколько летающих тварей, походивших на летучих мышей-переростков, и для фурий, специализирующихся на ближнем бою, это могло бы составить целую кучу проблем, но Теону даже не нужно было смотреть на них. Всех троих он поразил копьями, которые, раскрывшись, буквально разрывали монстров на куски.

Камнем спикировав вниз, мужчина завис прямо над центральной улицей города, на которой была устроена настоящая бойня. Опустошители пировали, пожирая сотни людей, но мгновенно отвлеклись от трапезы, почувствовав сильного Ткача. Мясо — это одно, а вот энергия Иного, идущая от Ткачей, это совершенно другое. Несколько десятков Опустошителей разных размеров и уровней бросились в сторону Теона, словно были уверены, что смогут до него дотянуться.

— Мне же проще.

Теон отправил большую часть копий прямо к ним, лишь в последний момент трансформировав их в пилы, играючи перерубающие костяную броню монстров. За считанные секунды он уничтожил практически половину из тех, кто оказался так глуп, что напал на Теона в лоб.

Но один, скорее всего прошедший третью эволюцию, оказался хитер, и пока его товарищи умирали от множества клинков, скрытых в копьях, он постарался обойти Теона со спины и прыгнул, практически достигнув своей цели.

Теон лишь усмехнулся и играючи поразил эту цель в полете. Копье пронзило Опустошителю грудь, а затем разорвало его на две половины. Когда основная масса монстров, собравшихся на главной улице, была ликвидирована, Теон опустился ниже и стал двигаться вдоль них, выманивая монстров одного за другим.

Твари лезли одна за другой, словно муравьи из разоренного муравейника, и все они были сосредоточены исключительно на Теоне. Каждая хотела оторвать кусочек от Владетеля, но находила лишь смерть от его копий.

Когда Теон только начинал схватку, его беспокоили люди, что остались в городе. Если он на них наткнется, то нужно пытаться как-нибудь их спасти, в конце концов он должен представать героем, но при таком количестве Опустошителей вокруг ни о какой нормальной эвакуации и речи быть не могло. Вот только за те двадцать минут, что он вел зачистку города, Теон видел лишь трупы.

Город вымер, превратился в кладбище, где пируют стервятники.

Но в этом был и плюс, ведь Теон мог не сдерживаться.

* * *

— Раскол! — охнула Нефис, покинув транспорт следующей после Теона. Вестра, немного помедлив, тоже пошла следом. — Это какое-то безумие…

Девушка не сразу поняла, о чем говорит женщина, но стоило окинуть взглядом город, к горлу мгновенно подступила тошнота. По улицам буквально текли реки крови, а монстров было так много, что хотелось бежать без оглядки.

Но Нефис долго смотреть на это не стала, быстро начав отдавать приказания фуриям из Домена Власти. Были так же обычные солдаты, но они должны будут прикрывать тылы и помогать эвакуировать гражданских, пока фурии будут уничтожать Опустошителей.

Вестра посмотрела на другие флаеры, с гербом Домена Правосудия, и ахнула, увидев несколько сотен фурий, что пришли сражаться с монстрами. Кажется, она ещё никогда не видела такого скопления женщин с силой за всю жизнь. Все они были в урталевых костюмах и вооружены.

Руководила всей операцией Янрис дор-Уон, это была одна из уступок со стороны Теона, поскольку большую часть военной силы представляли именно её солдаты.

Нефис приложила руку к уху и прислушалась к тому, что передавало командование.

— Нам поручили зачистку сектора Б-3, — объявила она.

Какие-либо ещё вопросы были излишни, потому что ещё при полете город был поделен на конкретные сектора, и каждый отряд брал на себя один. Делалось это, чтобы зачистка была планомерной, чтобы фурии двигались одной линией, зачищая улицу за улицей, и в случае чего могли прийти на помощь отрядам по соседству.

— Да такими темпами Босс нам никого не оставит, — усмехнулась Шейла, указывая на Теона.

— Рано радуешься, — а вот Нефис была предельно серьезна. — Он физически не сможет перебить тут всех. Опустошители тоже бывают разные. Он выманит тех, кто понаглее, но есть и другие, которые предпочитают не рисковать и атаковать из засады. Потеряешь бдительность — лишишься головы.

Восприняла ли Шейла эти слова всерьез, Вестра не знала, но вот она сама — да. Нефис была единственной из всего их отряда, кто участвовал в операциях по ликвидации этих существ, и к её словам стоило прислушаться.

— Держимся плотно. Если попадается одинокий Опустошитель, окружаем и быстро ликвидируем, — крикнула Нефис всем своим подчиненным. — Тренировки этого не показывают, но Опустошители очень быстро вытягивают из нас силы. Промедление в схватках с ними может стать фатальным.

После этого командование отдало приказ о выступлении, и отряды фурий один за другим начали входить в город. И тут же Вестра поняла, что окружать опустошителей будет сложно из-за слишком узких улочек. Бонхард был старым городом и строился в те времена, когда машин ещё не было, а для повозок и карет строили специальные дороги, но их было не так много.

На первого опустошителя они наткнулись спустя несколько минут после начала операции. Тварь просто выскочила из окна второго этажа и прыгнула на Нефис сверху. Фурия отреагировала мгновенно. Коснувшись Иного, она создала за своей спиной образ демона который перехватил опустошителя за шею и обрушил его на землю, вминая в каменную дорожку. Добила монстра стоящая рядом фурия, нанеся удар копьем тому точно в область сердца.

— Хорошая работа, — сказала е Нефис, и они продолжили путь.

Переулок провел отряд в какой-то маленький внутренний дворик, и тут их ждал первый, не самый приятный, сюрприз. Похоже, что опустошители согнали сюда целую кучу народа, после чего расправились разом. Вся земля была в крови, повсюду валялись части тел, от вида которых Вестру затошнило.

И как оказалось, не её одну. Девушки, что следовали за Нефис, тоже были в шоке, да и что с них взять? Большая часть боевого отряда Домена Власти состояла именно из недавних выпускниц Школ, как сама Вестра. Некоторые из них были даже младше её на пару лет, и говорить о том, что у них не было никакого настоящего боевого опыта, даже не нужно. Эти девушки были совершенно не готовы морально.

— Нет… — пробормотала одна из фурий, что стояла рядом с Вестрой. — Нет! Я… Я не хочу! Не хочу!

Закричав, она растолкала тех, кто был рядом, и бросилась назад, в сторону грузовых флаеров.

— Стой! — закричала Нефис, но было поздно.

Девушка преодолела каких-то метров двадцать, когда на неё прыгнуло нечто. Этот Опустошитель был не таким большим, как тот, что попался ранее, размером со среднюю собаку и напоминал какого-то жука-переростка. Он прыгнул фурии прямо на грудь, вонзая лапы-колья ей в ребра, а хоботком как у комара пронзая горло.

Все произошло настолько быстро, что никто не успел ничего сделать. Другая фурия рядом с Вестрой подняла энергетическую винтовку и попыталась прицелится, но было видно, как дрожат её руки. Подумав мгновение, Вестра положила руку на ствол и опустила его, сама взявшись за меч.

Девушка совершила рывок вперед, а затем одним отработанным ударом урталевого клинка рассекла опустошителя пополам. А следом ещё одного, точно такого же «клеща», который попытался повторить убийственный прием с новой жертвой.

Вестра опустила взгляд и увидела эту юную даже по меркам самой Вестры девушку. Ей было четырнадцать-пятнадцать, вряд ли больше. Она была ещё жива и, хлюпая кровью, смотрела на девушку, моля о спасении.

Совсем ребенок…

Вестра и не заметила, как рядом оказалась Нефис. Старшая достала сигнальный пистолет и сделала выстрел в воздух, призывая на место группу эвакуации.

— Хорошая работа, — похвалила она, после чего опустилась к девушке и, достав из переносной аптечки шприц-инъектор, сделала раненой укол в область шеи, рядом с раной.

— Она выживет? — осторожно поинтересовалась одна из фурий.

— Да, — и глазом не моргнув ответила Нефис, но Вестра не сомневалась, что она не уверена в сказанном. Раны девушки слишком серьезные, и сможет ли успеть помощь, оставалось под вопросом. — Но нам нужно идти дальше.

— Что? Мы не можем её бросить! — возмутился кто-то из девушек.

— За ней придут в течении нескольких минут.

— А если твари вернутся?!

Нефис не ответила. Все и так понимали, что ждет несчастную, но ничего нельзя было поделать. Каждая из присутствующих девушек осознанно вступила в Домен Власти, и пришла пора узнать последствия этого выбора.

* * *

Теон продолжал зачищать город, но не чувствовал, чтобы опустошителей становилось меньше. За время, что он начал зачистку, мужчина убил больше чудовищ, чем за всю свою жизнь.

Разорвав на куски новую волну опустошителей, Теон поднялся выше и посмотрел назад. Объединенные силы Доменов Власти и Правосудия уже начали зачистку, а вот Домен Силы так и не прислал поддержку. Вряд ли они просто проигнорируют такое событие, но никто не говорил, что они не могут задержаться. Придут, когда Домен Правосудия и Власти потеряют целую кучу людей и сил, и помогут разобраться с оставшимися врагами.

Но самым неприятным фактом было то, что именно в их руках находилась хоть какая-то серьезная боевая техника. Домену Правосудия такое просто не требовалось, а Домен Власти ещё не успел такой обрасти. Зиммер обещал, что через несколько часов попытается направить сюда свою боевую машину, но без гарантий.

Впрочем, в машину Зиммера Теон не слишком верил. Непосредственно против Опустошителей, прошедших хотя бы одну эволюцию, пули и взрывчатка малоэффективны из-за окружающего их поля из энергии Иного. Для его разрушения нужны фурии. По той же причине посылать сюда бойцов с обычным огнестрелом значило впустую переводить человеческие ресурсы, ведь они просто ничего не смогут сделать монстрам. Но бронемашины можно было использовать для эвакуации выживших, и Теон, когда все закончится, обязательно припомнит сегодняшний день Домену Силы.

Домен Правосудия имел в своем распоряжении дроны, но для такого большого города, как Бонхард, их было слишком мало. Выходило по одному-два дрона на каждый квадрат. Что до бронемашин, то их просто сюда оперативно не перекинуть, на это потребуется минимум день-два, ведь у Домена Правосудия было всего десять грузовых флаеров, и все они использовались для доставки фурий и их снаряжения сюда.

Внезапно Теон заметил небольшую группу фурий, сопровождающую порядка двух десяток человек. Опустошители дышали им в спину, окружая и зажимая. Ещё пара минут, и у них не будет и шанса. Судя по тому, что это происходило далеко от окраины, фурии из местных и никакого отношения к стянутым силам не имеют.

Недолго думая, Владетель отправился на помощь. Зависнув над землей на высоте метров пяти, он первым делом расчистил путь вперед, стараясь вывести людей из оцепления, и лишь затем пришел на помощь фуриям, отбивающимся от опустошителей с тыла.

Копья с урталевым основаниям и пропитанные силой Иного играючи разрывали монстров на куски, не оставляя тем и шанса. Некоторые из Опустошителей пытались подстрелить Теона, используя сконцентрированную энергию Иного, но для Владетеля это было сущей ерундой.

— Спасибо… Раскол… — обратилась к нему одна из женщин, когда Теон опустился на землю. — Мы не думали, что помощь придет…

От неё же Теон узнал несколько важных вещей. Например, что в данный момент ведется эвакуация жителей. Тем, кто живет на окраинах или в «верхнем городе» проще, но вот глубинные трущобы, где сейчас и находился Теон, это фактически западня. Добраться отсюда можно разве что до порта, но к этому моменту все, что могло плавать, уже уплыло.

— Если бы не ваш человек, то все было бы очень плохо…

— Мой человек?

— Да, уродливый. Без него мы бы все тут погибли ещё до прихода помощи.

Судя по всему, фурия говорит о Кригере. Вначале он помогал фуриям спасать людей, приводя их в убежище, но когда стало ясно, что всем места не хватит, он сделал тоннель, ведущий за пределы города. Более того, именно он воздвиг само убежище, в которое сейчас этот отряд и вел людей.

— Я хочу его увидеть.

* * *

Кригер выглядел уставшим и помятым. Его черный деловой костюм сейчас больше напоминал грязное рванье. Мужчина сидел на каком-то камне и курил, уставившись себе под ноги, и лишь при появлении Теона потушил сигарету об ладонь и поднялся.

Появление Владетеля его не удивило, впрочем, Кригер был таким и во времена до Небесного Раскола.

— Рад видеть, что ты в порядке, — Теон хлопнул его по плечу, на что старый друг устало кивнул. — Хотя удивлен, что все тебя тут считают героем. Спасение кого-либо — это не твой профиль.

— Посчитал, что ты бы приказал именно это. Я ошибся?

— Нет. Спасение людей — это всегда хорошо, когда дело касается репутации. Мы первыми пришли на помощь. Не Домен Силы или Правосудия, а именно мы, и те, кого ты спас, это запомнят и расскажут.

— Я тоже так решил, — кивнул Кригер.

— Ты можешь сказать, что именно тут происходит? Судя по тому, что я слышал, никто не понимает, откуда взялось такое количество Опустошителей.

— Все гораздо хуже чем выглядит, — покачал головой Кригер. — На данный момент зачистка не имеет смысла.

— Поясни.

— Где-то под этим городом портал. Не случайный разрыв, через который протиснулся один опустошитель. Нет, это именно портал, причем такой, через который твари беспрепятственно лезут сотнями. И продолжат лезть, если мы его не перекроем.

Кригер достал новую сигарету.

— Нам остается лишь вытащить всех, кого можно, из города, и начать выжигать его, к примеру лазером со спутника. Опустошителей меньше не станет, сколько бы мы не старались. Нужно разобраться с причиной.

— Старые Боги… — прорычал Теон.

— Больше некому, — согласился Кригер.

— Лейва и её зверек… — Теон почти не сомневался в том, что за этим стоит та женщина. Ведь именно у неё на поводке то чудище.

Возможно, происходящее в Бонхарде — это её месть? Но не слишком ли это даже для Старых Богов? Почему Бонхард? Если она могла открыть портал, то почему делать это тут, а не, к примеру, в штабе Домена Власти?

— Сможешь найти портал?

— Думаю, он где-то у основания скалы, прямо под тем местом, где находится старый дворец Держателя Скал. Там я чаще всего ощущаю появление Опустошителей.

Теон кивнул и направился в сторону выхода.

— Постой, я с тобой.

— Нет, — покачал головой Теон. — Займись людьми. Группы выживших продолжают прибывать. Нужно присмотреть за ними на случай, если придет кто-то сильный.

— Будет исполнено.

* * *

— В смысле, отступать?! — гневно воскликнула Нефис, заставив стоящую рядом Вестру вздрогнуть.

— Отступать? Что происходит?

— Хотела бы я знать… — зло выругалась фурия, после чего начала отдавать приказы девушкам. К этому моменту они уже успели успешно пройти почти десяток стычек с Опустошителями и при этом никого не потерять. Одну девушку ранило, но она отказалась от эвакуации и продолжила сражаться, помогая остальным.

Первый страх и ужас ушел, когда они впервые наткнулись на выживших: беременную женщину, двух стариков и одного мужчину. То, как они благодарили фурий за спасение, то, как полыхала надежда в их глазах — все это очень сильно подействовало на девушек. Они стали понимать, что не просто сражаются с монстрами, рискуя жизнью, а сражаются за таких вот людей. Запертых, испуганных и беспомощных.

Даже сама Вестра это ощутила. Она вдруг осознала, что даже если погибнет тут, то сможет спасти десятки, если не сотни жизней. И каждая из девушек отряда думала точно так же.

— Как бы тут пригодилась сила Длани…

— Лиамара не будет вмешиваться, — покачала головой Вестра.

— Это и раздражает… эгоистка… — Нефис зло сплюнула. — Нам говорят уходить. Теон сообщил, что Опустошителей не становится меньше. Зачистка города бессмысленна, пока твари будут прибывать и прибывать.

— Раскол! Но… мы не можем просто уйти? Мы даже свой сектор не успели до конца зачистить! А люди? Тут же все ещё прячутся люди.

— У нас нет выбора, — покачала головой Нефис. — Мне это нравится не больше, чем тебе, но приказ есть приказ. Теон поручил командование дор-Уон, и не нам оспаривать это решение. Силы Домена Правосудия уже начали отступление, и если мы задержимся, то нас могут просто отрезать и взять в тиски.

Вестра стиснула зубы от злости и негодования. Даже если Опустошителей в городе ещё много, это вовсе не повод бросать людей, которые ждут спасения. Но она ничего не может сделать одна.

Но от мыслей её тут же отвлек внезапный шум рядом.

— Враг! — закричала Нефис. Похоже, что ей передали информацию о приближении Опустошителя с дрона. Через несколько секунд, буквально снеся один из домов, к ним выскочило огромное бронированное существо, напоминающее что-то среднее между жабой и ежом, и при этом размером с небольшой грузовик. Длинные острые иглы на спине Опустошителя задрожали, а затем резко выстрелили в стороны.

Троих девушек убило на месте. Одна успела поставить силовой экран, но игла его пробила и угодила фурии в бедро, и теперь она истекала кровью.

Одна из игл летела прямо в Вестру, но девушка уже рефлекторно успела коснуться Иного и замедлить время, благодаря чему увернуться от этой атаки не составило большого труда.

Такая мощная и быстрая атака мгновенно деморализовала неопытных фурий, чем монстр и воспользовался. Он прыгнул на своих массивных задних «лягушечьих» ногах вперед, собираясь целиком проглотить зазевавшуюся девушку.

Первой отреагировала Нефис, она одним прыжком оказалась рядом с фурией и столкнула её, сама оказавшись лицом к лицу с Опустошителем. Тот раскрыл пасть, собираясь сожрать женщину, но это оказалось не так просто. Появившийся за спиной Нефис демон уперся руками в верхние зубы чудовища, а ногами в его нижнюю челюсть, не давая тому сомкнуть пасть.

Наконец начали приходить в себя и другие фурии. Две девушки открыли огонь из винтовок, ещё одна ударила монстра копьем в бок. Стала действовать и Вестра. Бросив себя вперед, она мысленно обратилась за помощью к Мастеру Шу, и тот ответил на её призыв.

Они разделились: Вестра сместилась вправо, обходя Опустошителя, а старик зашел с противоположной стороны. Первым же синхронным ударом они отсекли опустошителю обе передние лапы, а Нефис ударила мечом в верхнюю челюсть монстра, целясь в мозг.

Но этого оказалось мало. Даже будучи раненой, тварь была очень зла и вновь применила атаку иглами. На счастье в этот раз девушки оказались готовы, и никто не погиб, лишь одной из фурий перебило руку.

Нефис ударила по мечу, загоняя его поглубже в череп, и Опустошитель обмяк и рухнул на землю.

— Ты в порядке? — первым делом спросила Нефис у спасенной фурии.

— Ага… — растеряно ответила та.

— Мы уходим, — бросила Нефис всем, после чего обратилась именно к Вестре. — Извини, Вестра, но они не готовы к такой бойне. Если останемся, то все погибнем. Нужно перегруппироваться, дождаться Домена Силы с тяжелой техникой, иначе никак.

Как бы горько не было признавать, но Нефис права. Настолько сильного вторжения Опустошителей не было никогда. До этого дня рекордом считалось четыре штуки в одном месте, и даже два сразу считалось редкостью.

Фурии уже собирались отправиться в обратный путь, как вдруг ощутили «это». Воздействие опустошителя, но совсем не похожее на то, каким оно бывает обычно. Энергию оно тянуло слабо, но при этом накрывало такой мощной волной страха и паники, что подкашивались ноги.

Что-то приближалось, что-то жуткое и страшное. Что-то, заставляющее в страхе бежать и молиться всем известным богам.

* * *

Все зашло слишком далеко…

Лейва смотрела на город с балкона дворца Держателя Скал. Разумеется, за семьсот лет он не раз перестраивался, но характерные черты сохранял до сих пор. Например, вид на город отсюда открывался просто изумительный. Можно было в деталях рассмотреть каждую улочку, как нижнего города, так и дворцы нижнего ранга. Но сейчас этот вид не вызывал в Лейве ничего хорошего, лишь страх и отчаяние.

Мерфион стоял рядом с ней, и было видно, что это зрелище ему нравится. Он смеялся, наблюдая за той бойней, что устроили полчища монстров.

Убей его. Ударь его в спину! Он не ждет этого, и даже с темницей Дарвина он все ещё уязвим…

Лейва раз за разом повторяла себе, пытаясь решится на это предательство, но каждый раз словно незримая сила хватала её за горло, не давая пошевелить и пальцем. Она просто наблюдала за тем, как умирает город, который она когда-то создала.

Он пережил Ханрайские бунты, набеги Алдейгов, завоевания Владетеля и даже катаклизмы, вызванные Небесным Расколом, но смотря на него сейчас, что-то говорило Лейве, что это конец. Город обречен и больше никогда не сможет стать прежним.

— Прошу, остановись… — Лейва сама не ожидала, что её голос прозвучит таким слабым и дрожащим.

— Остановиться? Зачем? Я только начал. Бонхард будет первым, затем Дармасс, Энкейя, Фиодрин. Один за другим я буду приносить в города Опустошение. Семьсот лет назад Владетель покорил мир, и я сделаю тоже самое.

Эти слова ужасом отдались в душе Лейвы, и он усиливался от собственной беспомощности.

Почему? Почему я не могу ничего сделать?

— И какой в этом смысл? Какой смысл губить этот мир?

— А какой смысл его сохранять? — ответил Мерфион вопросом на вопрос. — Опустошители существуют только для того, чтобы поглощать все, в том числе и вас, наших создателей.

— Создателей? О чем ты? — Лейва опешила, но Мерфион не стал отвечать, лишь загадочно улыбнулся и отвернулся.

— У нас гости.

Лейва невольно сглотнула ставшую вязкой слюну и отступила от края. Через несколько ударов сердца прямо перед балконом воспарил Теон Альдрим собственной персоной. За его спиной парило какое-то странное составное оружие, напоминающее копья, но в данный момент Лейве они больше напоминали крылья.

Спаси меня! Убей его! Убей! Молю! — мысленно вопила она, но не могла проронить и слова.

— Так и знал, что найду вас здесь, — прорычал Владетель, которого явно переполняла ярость.

— Тут хороший вид, — сказал Мерфион. — Да и место крайне показательное. Отсюда ты начал свое Завоевание, свой путь, если можно так сказать. Я решил, что будет символично поступить точно так же.

— Ты этого хотела, Лейва? — Теон проигнорировал слова Опустошителя, обращаясь к богине, и его речь сквозила презрением. — Я знал, что в тебе нет и грамма чести и достоинства, но и представить не мог, что ты готова предать даже свой вид.

— Не разговаривай с ней, — сказал Мерфион. — Она уже давно ничего не решает. Она просто мой питомец.

Питомец?! Да как он смеет…

— Питомец? — эта новость шокировала даже Владетеля.

— Именно, — Мерфион ухмыльнулся и плавно поднялся в воздух. Копья за спиной Альдрима тут же взяли Опустошителя с человеческим лицом на цель, но пока не атаковали.

— Ты…

— Чувствуешь, да? — Рассмеялся Мерфион. — Свет!

Его руки вспыхнули золотистым пламенем.

— У тебя темница…

— Да, — не стал отрицать Мерфион. — Я убил Дарвина, Убийцу Дракона, и получил его силу. Теперь я обладаю мощью не только одного из сильнейших Опустошителей мира, но ещё и силой сильнейшего из Старых Богов.

Теон отступил на несколько десятков метров.

Почему ты ничего не делаешь?! Где Рэман-дал-Тор? Где темница Могдина?! Убей эту тварь во имя Света! Прошу… Освободи меня от него!

— В чем дело, Владетель? Где вся твоя сила? — улыбка на губах Мерфиона стала ещё шире, превратившись в оскал монстра. — В тебе нет ни крупицы Света. Ни тогда, во время нашей схватки, ни сейчас… С какой легкостью я мог бы тебя убить сейчас, но это было бы не весело.

Мерфион вновь рассмеялся полным безумия смехом, от которого кровь стыла в жилах.

Что же за чудовище я выпустила в этот мир?..

— Я не стану тебя убивать. Вместо этого я предоставлю эту честь ему.

Мерфион поднял руку и указал куда-то в сторону моря. Альдрим слегка повернул голову, Лейва тоже посмотрела на море и замерла.

Они оба это ощутили, невероятную мощь и одновременно с этим «опустошение».

Через мгновение богиня увидела, как из воды начинает показываться гигантская голова. Её размеры были, наверное, сопоставимы с дворцом Держателя скал. Чудовище было не просто большим, оно было колоссальным, и даже находясь от берега в десятке, а то и более километров, оно втягивало в себя энергию Иного из воздуха и Ткачей.

Нет! Этого не может быть. Это нереально!

— Вы думали, что Опустошители эволюционируют, превращаясь в людей, но на самом деле все дело в силе, которую вы даете. А он, в отличие от меня, две тысячи лет питался исключительно другими Опустошителями, и эта диета ему приелась. Думаю, он готов попробовать кое-что новенькое.

О Свет! У нас нет и шанса на победу против такого существа. Любая фурия, оказавшись рядом, будет высушена досуха за считанные секунды, а обычное оружие не в силах пробить его броню.

— Ну так что, Владетель. Выбирай. Ты можешь проигнорировать мои слова и попытаться убить меня, или… попытаться убить его. Выбирай, как скоро ты хочешь умереть, а-ха-ха-ха-ха….

Продолжение следует….

Content

Трон костей

Пролог

Глава 1. Союз

Глава 2. Зацепка

Глава 3. Домен Правосудия

Глава 4. Длань

Глава 5. Сломанный баланс

Глава 6. Следующая темница

Глава 7. Облик

Глава 8. Истинное лицо

Глава 9. Пансион

Глава 10. Пожар

Глава 11. Прошлое и настоящее

Глава 12. Форма

Глава 13. Пески и вода

Глава 14. Вентиляция и красная дорожка

Глава 15. "Майли Говорит". Часть первая

Глава 16. "Майли Говорит". Часть вторая

Глава 17. "Майли Говорит". Часть третья

Глава 18. Майли Говорит. Часть четвертая

Глава 19. Схватка монстров

Глава 20. Храм

Глава 21. Трон костей

Глава 22. Под личиной

Глава 23. Голова

Глава 24. Сестры

Глава 25. Опустошение