Возвращение демонического мастера

Книга 1

Глава 1

— Нейт, собирайся, иначе мы все пропустим, — поторапливал отец, пока я натягивал штаны. Мама хотела помочь, но я гордился тем, что достаточно взрослый, чтобы одеваться самостоятельно. Разве что со шнурками у меня возникали некоторые проблемы. Тут уже без помощи мамы было не обойтись…

Наконец, когда с одеждой было покончено, отец как обычно посадил меня на свои крепкие мускулистые плечи, и мы поспешили на центральную площадь Дайварда. Это небольшой, можно сказать захудалый городок на внешнем кольце Великой Спирали, единственным достоинством которого является фабрика, где мой отец и работает.

Я практически не помнил прошлый День воздаяния, единственное, что отложилось в моей памяти, это огромное количество людей. Так было и сейчас, нам приходилось проталкиваться через это море людей.

До этого момента я, кажется, даже и не видел стольких. Казалось, что тут, в Дайварде собрались все люди мира.

— Папа! Папа! Откуда они все?!

— Из окрестных деревень, — ответил он. — В этом году сюда приедет сам Ахон, наместник провинции!

В тот момент я понятия не имел, что это за человек, но слышал его имя пару раз. Да и не имело это совершенно никакого значения, ведь я пришел совсем не по этой причине. Раз в несколько лет спиральные лорды, которых люди порой называют великими небесными лордами, избирают десять счастливчиков, которые попадут на самый верх Небесной Спирали. Они станут апостолами лордов, героями, что будут охранять мир и нести слово лордов на всех небесных витках, сокрушать лезущих из нижних витков демонов и все в таком роде.

Стать таким героем — честь, и каждый ребенок, рожденный в свободных мирах, мечтает однажды стать одним из апостолов, избранным гением, силу которого разглядели всезнающие лорды и дали возможность вознестись.

Но я был слишком мал, чтобы считать, что меня могут выбрать. Обычно избранными становятся юноши и девушки от пятнадцати до двадцати. Как и любого другого ребенка, в Дне воздаяния меня интересовало совершенно другое. В нашем городе этот день отмечался настоящей ярмаркой, полной циркачей, фокусников и бардов, рассказывающих удивительные истории о мирах и героях Небесной Спирали.

Разве может быть что-то лучше, чем навернуть каких-нибудь вкусностей и послушать увлекательные истории? Возможно, в этом году даже будет театр теней! Но все это потом, сначала официальная часть.

Для сегодняшнего дня в городе была выстроена специальная трибуна из камня, перед которой выстроились ровные ряды учеников школы Багрового возмездия, самого крупного учебного заведения в наших краях, готовящего молодых людей к тому, чтобы однажды попробовать свои силы и стать избранным.

Мы встали далеко не в первых рядах, но благодаря тому, что мой отец был высок, а я сидел у него на плечах, мне все было отлично видно.

При появлении невзрачного седовласого мужчины в длинных темных одеждах толпа зашумела. Может это он и есть, тот самый наместник? На шум он улыбнулся и успокаивающим жестом призвал всех сохранять тишину.

Он что-то говорил, но я не особо вникал, в первую очередь думал о вкусностях. Например о яблоке в меду… И так увлекся этими размышлениями, что едва не пропустил момент, когда явился один из Вечных.

Вернее, одна из них…

Просто в один момент над трибуной вспыхнул свет, и над ней появилась огромная, метров пять в высоту женщина, целиком состоящая из металла. От этого зрелища у меня даже губы пересохли. Несмотря на то, что она была искусственным созданием, Вечная была прекрасной и изящной, облаченной в длинное платье, подобранное в тон её серебряной металлической коже. Как может существовать столь прекрасное и одновременно столь невероятное существо?

При её появлении даже толпа смолкла, а некоторые повтягивали головы в плечи. Она смерила всех присутствующих сияющими голубыми глазами, похожими на два кристаллика льда, и улыбнулась.

Тепло и нежно.

— Приветствую вас, претенденты, что решили пройти по Спирали и стать апостолами спиральных лордов. Я, Деларэль, явилась, чтобы избрать достойных и покарать тех, кто заслужил кару. Что-ж… Я вижу среди вас достойных, и вот они: Юмал Айригот, Саризим Фейтау…

Она зачитывала имена, и по большей части это были ученики из школы. Тот, кто был назван, делал шаг вперед и бил себя кулаком в грудь, после чего отходил в сторону.

“Счастливчик” — слышалось в толпе.

“Ты достоин”

“Будь гордостью Дайварда!”

— Двадцать три в этом году… — покачал головой отец, и в отличие от других возгласов, радости в его словах я не слышал. — Слишком много.

Я непонимающе нахмурился, но Деларэль тем временем уже перешла к другой части сегодняшней церемонии.

— Мои поздравления претендентам. Вы станете героями, как и все, кто был до вас. Тем же, кто не прошел — не расстраивайтесь. Становитесь сильнее, и возможно в следующем году вам повезет, — все тем же веселым и радостным голоском подытожила Вечная. — А теперь перейдем к менее приятной части. Десять преступников, злостных нарушителей закона, что отравляют наше общество! Они отправятся в ад, страдать за свои грехи!

На этом я уже потерял интерес к происходящему. Какая разница, кто там будет страдать? Да и вряд ли я увижу хоть одного из них посреди этой толпы. Преступники сами не придут сюда, но это не важно. Говорят, что их присутствие не обязательно, они так или иначе отправятся в ад.

Как и в случае с избранными, Вечная стала называть имена.

Воры, насильники, убийцы — все они это заслужили.

Так я думал в момент, когда Вечная зачитывала имена. Да и не только я, а все присутствующие. Они чуть ли не ощущали, как их общество очищается от подонков и негодяев. Аплодировали каждому имени, крича, что так им всем и нужно.

— Натаниэль Крейн.

В тот миг мое сердце ёкнуло. Это мое имя!

Но нет, этого не могло быть. Я не преступник, я просто мальчик, худшим преступлением которого была незаправленная кровать и мелкие пакости, что я порой делал. Но не мог же я попасть в ад.

Это просто совпадение. У нас просто одинаковые имена.

Мой отец не стал задерживаться на площади, но известие очень быстро разнеслось по городу, и к концу дня уже все знали, что пятилетний мальчуган из дома номер четыре приговоренный.

Избранным, как и приговоренным, даровано ровно семь дней на то чтобы закончить со своими делами: попрощаться с близкими, отдать последние распоряжения. Но у первых в итоге есть выбор, они могут не становиться претендентами и не входить в портал, что возникнет в центре города по истечению срока, но тем самым навсегда закрыв себе путь к внутренним виткам Великой Спирали и обретению настоящей силы. Но сам выбор есть! Что же до приговоренных, то через семь дней их утащат в ад демоны независимо от того, где они находятся. Им не нужно приходить на площадь, не нужно знать, что они приговорены, демоны так или иначе доберутся до них. Можно прятаться хоть на крае мира, итог будет один. По той же причине приговоренного нельзя трогать, давая ему возможность насладиться жизнью последние дни.

Эта неделя пролетела быстро, и все, что я запомнил из неё, это ужас и страх.

Родители успокаивали меня, говоря, что я не могу быть приговорен, и все же их взгляды и улыбки изменились с того дня. Я читал в них неозвученный вопрос, что такого я мог совершить, что такого я могу совершить в будущем, ведь Вечные не ошибаются. Великие спиральные лорды не могут отправить ребенка в ад, не имея на то веской причины.

Я не выходил из дома ту неделю, но даже так я ощущал ненависть к себе от окружающих. Каждое утро под дверью отец находил тухлые овощи, а однажды ночью в окно моей спальни прилетел камень.

В отличие от Вечных, обитатели нижних витков предпочитают являться тихо, без пафоса и лишних слов. У тебя под ногами просто откроется портал, и сильные руки утащат тебя на другую сторону.

Со мной это произошло во время сна, отчего я даже не успел попрощаться с родителями, просто проснулся от того что кто-то сильный тащит меня куда-то вниз. Опустив взгляд увидел уродливую тварь напоминающую червя состоящего из сотен и сотен рук. Она тащила меня через межмирье, а затем выбросила во владения Рамуила.

Я ещё толком не успел отойти от шока, как передо мной появился толстый уродливый демон, покрытый гнойниками. Мерзкая тварь без лишних церемоний схватила меня за горло, подняла и осмотрела, игнорируя мои тщетные попытки высвободиться.

Миг спустя он отшвырнул меня к остальным, таким же приговоренным, испуганным, потерянным и лишенным надежды…

Их было много, по меньшей мере две сотни человек. Мужчины и женщины, молодые и старые, но я был единственным ребенком среди них. Нас отвели на огромную открытую площадку с выстроенными вокруг зрительскими трибунами. В самом центре этой арены валялась груда оружия, на которую один из демонов указал рукой, говоря, что мы должны вооружиться. Люди начали брать оттуда кто меч, кто копье, и я решил, что не буду от них отставать. С оружием у меня больше шансов.

Глупый мальчишка. Я думал, что у меня есть хоть какие-то шансы…

Моим оружием стал маленький кинжал, ржавый и тупой, но это лучше, чем ничего. Меч был слишком тяжел для меня.

Но, как я и сказал, я был глуп.

И в тот день я умер в первый раз. Жуткой и болезненной смертью, выпотрошенный и брошенный умирать на песке. В тот миг, лежа посреди бойни, я молился о скорой смерти, но та, как назло, всё не приходила.

Долгие минуты, казавшиеся вечностью…

Но смерть в конечном итоге приходит, вот только не навсегда. На двенадцатом витке Спирали нет смерти в привычном понимании. Люди, демоны… Они не умирают там без воли Рамуила.

Первый год, наверное, был самым тяжелым. Я был слаб, неумел и все, что мог делать, это умирать. Пару раз мне везло, и я выживал достаточно долго, чтобы успеть спрятаться под трупами других воинов. Если мне удавалось просидеть так до звука горна, то меня возвращали обратно в клетку, к другим пленникам. Но такое случалось совсем уж редко, чаще меня убивали ещё в первые минуты схватки. Порой даже “свои”, посчитавшие, что лучше убить меня сразу, быстро и гладко, чем позволить демонам-гладиаторам истязать меня медленно.

А бои проходили каждый день, а иногда даже по два или три раза, если Рамуилу было скучно или к нему заглядывали гости.

Пленники содержались в ужасных условиях. Мы жрали объедки, и это если повезет, потому что демоны часто забывали нас кормить. Мы не могли умереть от голода, но сам голод никуда не пропадал. Каннибализм среди пленников тоже был в порядке вещей, и разумеется, кто мог быть лучшим кандидатом в пищу, чем я?

До того момента мне и в голову не приходило, что человек может съесть человека.

День шел за днем, год шел за годом, смерть шла за смертью…

Впрочем, не все так уж ужасно. Выжить в ста схватках, убить по меньшей мере двухсот демонов — и ты становишься воином арены. Их даже демоны уважают. Таких немного, и у них есть дома, женщины, хорошая еда и другие роскоши, что может предложить этот виток. А все потому, что они сильные бойцы.

Звучит просто? На деле же почти невыполнимо. По крайней мере для такого, как я. Счетчик обнуляется, стоит тебе хоть раз умереть. Свободных воинов может быть всего двадцать, так что кому-то придется подвинуться и вернуться к рабам, поэтому любого, кто начинает приближаться к финалу счетчика, убивают эти самые бравые воины. Причем делают это группой, чтоб наверняка.

И вот в таком паршивом, забытом спиральными лордами местое мне приходилось существовать. А вскоре я узнал, что выход есть. У правой руки Рамуила, Сангранира, был меч, который именовался Пожирателем души. Убитый им уже не возрождался. Этому демону приводили тех, кто потерял себя, превращался в пустое безумное мясо, неспособное не то что сражаться, но даже мыслить.

— Все в конечном итоге станут такими, — сказал мне однажды один из приговоренных. — Рано или поздно.

С годами я становился старше, сильнее, но этого было мало. Сколько бы я не сражался, сколько бы не пытался, но не мог приблизиться к заветным ста победам. А затем я встретил его… Мириона.

Я отлично помню день, когда впервые увидел его. Белые одежды, горделивый вид, длинные седые волосы и борода. Он был словно один из спиральных лордов, явившихся на нижний виток, чтобы спасти людей. Но я ошибся. Он был таким же приговоренным, как и остальные, а вовсе не спасителем, и все же, он отличался.

Позднее я узнал, что он действительно был могучим воином в прошлом. Разящий меч утреннего тумана, так его называли в родных краях. Третья ступень Возвышения. Когда я услышал это, то едва не задохнулся от восторга, ведь он должен был быть таким же сильным, как сам Рамуил. Но это была преждевременная радость.

Он лишился сил.

Не знаю, за какие преступления, он никогда сам об этом не говорил, но спиральные Лорды выжгли его меридианы и отправили сюда.

И он стал мне учителем, практически вторым отцом.

Он показал мне путь к силе, да и не только мне, всем желающим, но своим настоящим учеником он выбрал именно меня.

Десятилетия мы были вместе, сражались плечом к плечу, превратили горстку отребья в нечто вроде войска. Тактика, строй. Мы все увереннее сражались против демонов на арене, и все меньше теряли людей. “Армия небесной надежды” — так он нас называл, и Рамуилу это не понравилось. Он понял, что из веселого представления схватки на рене превращаются во что-то угрожающее. Восстание.

Учитель был слишком самонадеян.

И его казнили у меня на глазах с помощью Пожирателя души.

Так я вновь остался один. Попытки сохранить то, что он пытался сделать, ни к чему не привели, без выдающегося лидера, тактика и мастера боевых искусств всё развалилось. Из армии небесной надежды мы превратились в маленькие группировки, где каждый хотел быть спиральным генералом.

А я…

Я продолжал сражаться, теперь уже в одиночку, храня всё то, что дал мне Мирион. Его техники, его идеалы…

И так прошло больше ста лет.

* * *

Это была схватка равных, чьи силы могли стирать с лица земли города. И я был одним из этих воинов.

Тысячи и тысячи костяных клинков возникали в воздухе чтобы обрушиться на Рамуила подобно гигантскому цунами. Но и владыка двенадцатого витка был не так прост. Вспышка, и половина из мечей обращаются в ничто. Он просто уничтожил их одним взмахом руки.

Я взмыл в воздух, устремившись к нему. Он вновь взмахивает рукой и атакует уже меня. Я использую костяные клинки как щит, блокируя его атаку.

Мы с Рамуилом сталкиваемся в ближнем бою, порождая взрывную волну сносящую всё вокруг.

Его парящий в небесах дворец падает на нижний город, но я даже не смотрю туда. Там уже нет живых.

Рамуил больше не улыбается. В момент, когда я бросил ему вызов, он посчитал это шуткой, забавной игрой. Человек, пусть даже избранный воин, посмел бросить вызов правителю двенадцатого витка — смешно! Но теперь он понимал, насколько я силен, и я ощущал то, чего он, возможно, никогда раньше не испытывал.

Страх.

Я обрушился на него сверху, нанося удар, и его впечатало в землю. Рамуил ответил какой-то техникой, отчего алые небеса полыхнули, но меня уже там нет, и мы снова сошлись в схватке, выкладываясь на все сто. Рамуил силен, даже сильнее меня, но есть то, чего он лишился за тысячелетия правления — опыта. Он давно не сражался, давно не бросал никому вызов.

Не было среди его противников достойных, и вот он я: человек, что потерял всё, человек, который провел всю свою жизнь в бесчисленных сражениях, человек, единственный смысл существования которого — прикончить демона.

И итог этой схватки был предрешен.

Рамуил лежал у моих ног едва живой, его алая как кровь броня, которой он так кичился, сломана, а легендарное копье, которым он по многочисленным историям сразил своего предшественника, теперь просто мусор.

— Пощади… Я же… Я же всё тебе дал…

— Дал? Ты всё у меня отнял. Мирион, Юл Эй, Роланд, Фендриг, Гавер, Ютатос… У меня не осталось никого. И все из-за тебя!

Рамуил засмеялся. Его смех отдает безумием.

— Даже если ты убьешь меня, ничего не изменится. Я лишь винтик огромной маш…

Костяной клинок возник в воздухе за моей спиной и пронзил сердце демона. Его лицо исказилось болью, отчаянием и страхом. Теперь он ощущал на себе то, через что проходили все, кто жил под его пятой.

Я думал, что буду радоваться, когда он сдохнет, но чувствовал только усталость. Он отнял у меня всё, и это не изменить этой смертью.

Я опустился на колено и вонзил руку ему в грудь, а через несколько секунд вытащил небольшой позолоченный ключ.

— Так это правда… Ты была права, Юл… — вздохнул я и едва не разрыдался. До этого момента я не позволял себе скорбеть о тех, кто был мне дорог.

Я поднял взгляд и увидел неподалеку от нас двустворчатую деревянную дверь, на которой изображено Древо вечности. Тряхнув головой, я поднялся и направился к ней, вставил ключ в замочную скважину, повернул, и дверь отворилась.

Спустя пару шагов я оказался в высокогорном храме, но знал, что всё это ненастоящее. Это игра с пространством, субизмерение, которое Рамуил использовал в качестве хранилища. И в самом центре храма находился алтарь, на котором лежала янтарная, кристально чистая сфера, внутри которой словно вращалась спираль, состоящая из тысяч и тысяч частичек.

Его главный секрет и главная ценность.

Сфера вечности, вещь, что способна менять саму реальность, исполняя желания.

Я протянул к ней руку и осторожно взял, ощущая легкое покалывание в пальцах.

— Мои поздравления, — внезапно раздался голос рядом.

Я рефлекторно попытался призвать костяные клинки, но ни один не появился. То ли пространственное кольцо тут не работает, то ли они все закончились во время схватки.

Передо мной возникла женщина, высокая, гораздо выше обычных людей. Она буквально возвышалась надо мной, облаченная в белоснежное платье, которое создавало странный эффект глубины. Как, смотря на звездное небо, ты ощущаешь его безграничность, так ощущалось и это платье, и это было одновременно жутко и странно. А в глазах женщины словно вращались спирали, что лишь дополняло этот чуждый миру образ.

— Кто ты? — мой голос предательски дрогнул.

— Не твой враг, — улыбнулась она.

— Это уже мне решать.

Её улыбка из приветливой стала снисходительной.

— Я повторю свой вопрос. Кто ты такая?

— У меня много имен, но чаще всего меня называют Вечностью.

— Ты… дух Спирали? — я не мог в это поверить.

— И так тоже. Но едва ли я дух. И даже называть меня богом было бы принижением моей сути.

— Ты тут из-за этой штуки? — спросил я.

— Разве она не носит мое имя?

— Юл говорила, что она исполняет желания.

— Да, так и есть.

— А цена? Всегда есть цена.

— Цена уже уплачена, — женщина продолжала улыбаться, но едва ли мне было комфортно от этого. — Или ты думаешь, что все те люди, которых ты пережил, погибли зря?

— Что?..

— Сфера вечности формируется из людских душ. Причем душ сломленных, людей, которые желают завершить свое существование. Ты думал, что Рамуилу просто нравилось ломать тех, кто попал в его земли, но нет. Это место ни что иное как горн, в котором из боли и страданий выковывается сфера Вечности. Приговоренные — это материал, а сражения и бесчисленные смерти — это переплавка.

— Но если у Рамуила была такая вещь, почему он не использовал её? В смысле… Он не был одним из сильнейших владык ада, но с помощью этого мог получить немыслимую силу, разве нет?

— Всё верно. Он мог бы стать равным лордам, если бы не два “но”. Во-первых, она не завершена. Этой сфере до завершенности не хватает ещё около тысячелетия.

— Безумие… А что со вторым?

— Она не принадлежит Рамуилу.

— А кому? Тебе?

— Лордам.

— Что?.. — одно открытие сменялось другим. — Ты говоришь, что Рамуил создавал эту штуку для лордов?..

— Верно. Конкретно эта предназначалась лорду справедливости.

— Но… Зачем ему это?..

— А чего хотят сильные люди?

— Ещё больше силы.

— Вот тебе и ответ. Лорды — мастера первой ступени. Они достигли пика своих сил и не способны стать сильнее, как бы не старались. Они стали богами, но хотят подняться ещё сильнее.

— И эта вещь действительно может им помочь?

— Пробиться через преграду существования? Да.

— А мне?

— Используя её, ты можешь получить силу как у них. Я дам её тебе, но не более. Но, ты действительно хочешь потратить свое желание на это?

— А что ещё я могу попросить? Оживить мертвых?

— Например, — пожала женщина плечами. — Сосредоточься на ней, направь в сферу силу и просто пожелай.

Я сжимал сферу в кулаке, погружаясь в собственные мысли. Я действительно могу пожелать всё, что захочу?

Но что же я хочу?

Ответов?

Силу?

Вернуть к жизни учителя?

Вновь увидеть родителей?

Убить лорда справедливости?

Я сжимал её всё сильнее и сильнее, сам того не понимая.

Но… Я хотел всё это! Ни что-то одно, а всё сразу!

А ещё я хотел вернуть свою прежнюю жизнь, чтобы не было ни Рамуила, ни демонов, ни бесконечных сражений.

И сфера ответила на эти желания, но совершенно не так, как я ожидал…

* * *

— Нейт, собирайся, иначе мы все пропустим.

Я моргнул, а через секунду запнулся о спущенные штаны и упал на пятую точку, больно отбив себе зад.

Что это?

Мне потребовалось несколько секунд, чтобы осознать, что я больше не в руинах дворца Рамуила, и рядом со мной больше нет раненого властелина двенадцатого витка. Была лишь моя комната, точно такая, какой я её и запомнил.

— Нейт? — в дверях появился отец, такой высокий. Он всегда был таким высоким? — А мне казалось, что ты уже научился сам одеваться. Давай помогу.

Он поднял меня, легко, словно пушинку, помог натянуть штаны, застегнул подтяжки и в два счета завязал шнурки на моих ботинках.

— Ну вот, теперь ты готов. Давай, поторапливайся, ты же не хочешь опоздать?

— Опоздать куда? — я всё ещё был растерян, не понимая, что происходит. Это сон? Наваждение? Или может я вообще мертв? Рамуил обманул меня и теперь я валяюсь рядом с ним?

— Как куда? Сегодня же День воздаяния! Не хочешь же ты пропустить появление Вечной?

Глава 2

Я помню этот день очень хорошо. Как я мог забыть день, который разделил мою жизнь на до и после? Но теперь я воспринимал происходящее уже иначе. Больше не было радости, возбуждения и мыслей о вкусностях. Нет, сидя на плечах отца я размышлял о том, что произошло.

Я почти убил Рамуила, а затем та сфера вечности… Она исполнила мое желание? Если подумать, то да… Я вновь увидел своих родителей, мой учитель всё ещё жив, пусть и далеко отсюда. В это время он ещё не попал на двенадцатый виток Спирали. Я вернул себе прежнюю жизнь, но надолго ли? Сейчас это больше похоже на злую шутку вселенной. Вернуть меня в прошлое лишь для того, чтобы через семь дней я вновь отправился в Ад? Не смешно!

И все же кое-что очень сильно отличается в этот раз. Пусть моему телу сейчас и пять лет, но вот разум в нём того воина, каким я стал в аду. Со всеми знаниями, которыми обладал.

Всё повторялось один в один. Вот мы идем сквозь толпу, вот смотрим на появившегося наместника, который толкает ту же саму речь. Один в один, даже люди вокруг те же, что и в прошлый раз. Но даже сейчас речь главы нашей префектуры проходит мимо меня. Очередные слова о том, как мы велики и важны для Спиральной империи и лордов, как лорды хороши, о том, как мы будем стараться в будущем, и куча другого дерьма.

Я внимательно осматривал окружение. Даже и не думал, что настолько соскучусь по голубому небу и теплому свету солнца. В аду тоже есть небо, кроваво красное, а свет его холодный. Первые недели у меня от его света жутко болели глаза. Но вот это небо такое красивое, приятное и родное, что наверное первые полчаса, что мы шли, я смотрел исключительно на него.

Потом я рассматривал здания, людей и их одежду. Все было другим. Архитектура демонов более грубая, порой нелепая. Дом в виде огромного черепа? Я таких видел с десяток. Пирамиды, покрытые шипами? И такого хватало. Здесь же были аккуратные домики из белого кирпича и с глиняной черепицей; маленькие брусчатые улочки, если не считать центральных; фонари, которые каждый день зажигаются с помощью спирального артефакта, что был изготовлен далеко отсюда, во внутреннем витке.

Говорят, что города во внутренних витках разительно отличаются от наших. Я слышал истории о гигантских башнях из металла, уходящих в небеса, и о парящих кораблях. Большую часть из этого рассказывал Мирион, но к сожалению, я мало что помнил. Слишком много времени прошло с его смерти. А ведь он знал сотни, если не тысячи историй, которым развлекал свою армию.

Но от мыслей меня отвлекло появление Вечной.

— Приветствую вас, претенденты, что решили пройти по Спирали и стать апостолами спиральных лордов. Я, Деларэль, явилась, чтобы избрать достойных и покарать тех, кто заслужил кару. Что-ж… Я вижу среди вас достойных, и вот они…

Всё повторялось. Те же имена, те же молодые люди выходили вперед и отдавали честь Вечной, а я невольно ждал того, что будет дальше. Изменится ли ход истории? Назовет ли эта дева из стали мое имя?

Какая-то частица меня боялась узнать это, желала сбежать с площади как можно дальше, но разумом я понимал, что в этом нет смысла. Демон-привратник всё равно до меня доберется, теперь-то я это знал.

— Натаниэль Крейн.

Когда Вечная произнесла мое имя в этот раз, я испытал странное облегчение, а на моих губах заиграла едва уловимая улыбка. Я поднял взор к голубым небесам.

— Через семь дней вы отправитесь в ад, страдать за свои грехи. Попрощайтесь с близкими и завершите свои дела, чтобы понести кару с чистой совестью.

— Пошла ты, тварь, — прошептал я, посмотрев прямо на Вечную.

Теперь-то я знал, что вся эта “кара”, что творил лорд справедливости, не более чем способ возвыситься самому, переступить преграду первой ступени и перейти в божественный.

— Всё нормально, Нейт, не волнуйся, — бормотал отец, уводя меня прочь с площади, и я знал, что это он в первую очередь говорит себе, а не мне. — Это просто человек с таким же именем, как у тебя, не более.

К сожалению, это было не так. Через семь дней привратник придет, чтобы забрать меня, и к тому моменту я буду готов.

* * *

К концу дня мой оптимизм несколько поуменьшился. Я так привык к своей силе, что совсем забыл, каково быть слабым пятилетним ребенком. И какими бы знаниями о техниках я не владел, к тому же большая их часть демонические, это не имеет значения, если тело к ним не готово.

Первым делом мне предстояло разобраться с сосредоточием, внутреннем сосудом для одного из типов энергии. Техники, которые передал мне учитель, требовали спиральное сосредоточие, но помимо этого я изучил достаточно и демонических техник, как например костяные клинки, которыми я пригвоздил Рамуила после нашей схватки. И именно демонические техники я собирался использовать, ведь сосредоточие не создать за семь дней, тем более в моем возрасте. Под руководством учителя Мириона, я создал свое первое сосредоточие чуть больше чем за полгода. Скорее всего, сейчас я справлюсь быстрее, но точно не за неделю, а следовательно придется выбирать демонический путь.

Вечером родители уложили меня спать, после чего внизу разразилась ссора. Помню, как больно мне было слышать это тогда, но сейчас, взрослым разумом, я понимал родителей. Что бы я не делал, эта неделя будет тяжелой для них.

Пока они ругались, я выбрался из постели и быстро оделся, хотя координация юного тела оставляла желать лучшего, но со временем это исправится. Открыв окно, я выбрался на улицу и втянул носом ночной воздух.

Как же хорошо…

Я наслаждался каждым моментом пребывания дома, но даром терять время не собирался. Отдых можно оставить на потом, когда разберусь с привратником, что явится по мою душу через семь дней.

Миновав несколько улочек, я вышел к краю города, а затем пошел дальше, через поля. Если я правильно помню, то там находится старый заброшенный склад господина Уривада, на которого и работает мой отец. Его в будущем году собираются снести и построить новый фабричный цех, но пока склад стоит на прежнем месте и не используется.

— Это должно быть где-то здесь… — тихо произнес я, обходя высокий каменный забор. Если я ничего не путаю, то где-то тут находится совсем небольшой подкоп, через который кто-то вроде меня нынешнего может пролезть внутрь. И действительно, память не обманула, и я нашел совсем небольшую дыру, через которую и пролез.

Склад представлял собой ветхое деревянное здание высотой в два этажа, внутри которого валялась целая куча мусора: ящики, металлические трубы, прочий никому не нужный хлам. Теперь нужно придумать, как всё это использовать. В прямом противостоянии с привратником у меня не было и шанса, а следовательно нужно выработать тактику схватки. Благо я примерно представлял возможности того демона и как его можно убить.

— Что-ж… За дело!

И я занялся подготовкой поля боя, но за вечер сделал не так уж и много. Слишком уж слабым было мое тело, поэтому я лишь смог немного расчистить главное здание от мусора, вытащив все, что не пригодится, к границе территории.

Очень надеюсь, что за эту неделю сюда никто не явится и не увидит, что я делаю.

Вернулся домой перед самым рассветом и не успел толком заснуть, как пришла мама меня будить.

— Нейт, завтрак готов, поднимайся. И, наверное, мы сегодня тебя не поведем к господину Дурьяру.

Господин Дурьяр был местным учителем. За пару месяцев до Дня воздаяния родители решили, что самое время мне начать получать образование. Этот старый господин учил меня и ещё нескольких детей работников фабрики писать и читать и обещал в ближайшее время научить основам математики. И за это мне хотелось сказать родителям спасибо. Это в детстве я считал образование пустой тратой времени, а вот, став старше, был благодарен тому, что хотя бы научился читать. А ведь образование во внешних витках доступно далеко не каждому. Обычно у крупных фабрик и заводов имеется свой учитель, который учит детей работников, но и только. Оплатить частные уроки могут лишь знатные дома.

И на самом деле я был бы не прочь сходить сегодня на занятия, но не когда проспал в лучшем случае час. С кислой миной я выбрался из постели, почистил зубы и спустился на первый этаж в общую кухню. Дом, в котором мы жили, рассчитан на две семьи, моей и семьи Вилазар, что занимает две комнаты на первом этаже. Две комнаты на втором принадлежат нам, и лишь столовая рассчитана на всех.

— Ну что, говорят, ты попадешь в ад, мелкий, и демоны будут рвать тебя когтя-я-я-ями, ра-а-ар, — рассмеялась Хлоя, младшая дочь соседей, изобразив демона. Скверно изобразив, надо сказать, Эта черноволосая, смуглая девочка была на три года старше меня и жутко любила меня дразнить. Вот и сейчас она надеялась, что я расплачусь. Так, собственно, в прошлый раз и случилось, но теперь я лишь улыбнулся.

— Конечно, но ты умрешь раньше, — не остался я в долгу и зловеще ухмыльнулся. — Перед тем, как туда отправиться, я позабочусь, чтобы ты ответила за все свои издевки. Например, выковыряю тебе глаза.

Хлоя икнула, отступила и разрыдалась сама, а затем убежала к себе, а я вдруг почувствовал маленький укол вины. Она же глупый ребенок, и чего это я вдруг опускаюсь до её уровня? Мог бы просто проигнорировать.

— Нейт, — укоризненно покачала головой мать, вынося кашу. Она видела и слышала лишь последнюю часть беседы. — Зачем ты так?

Я в ответ лишь пожал плечами и сел за стол. Мать все ещё неодобрительно поглядывала на меня, словно ожидая извинений, но в итоге не стала давить, учитывая ситуацию. Да даже если бы давила, я бы не стал извиняться. Перед Хлоей? Вот ещё. В детстве я эту девицу терпеть не мог, но после всего пережитого те её подколки были просто детскими шалостями, не более, и по правде говоря, я был рад видеть даже её.

Легкий завтрак, и я отправляюсь гулять, несмотря на все просьбы мамы.

— Нейт, только не уходи далеко.

— Конечно, — соврал я.

Я отправился в парк неподалеку и сел там у дерева так, чтобы меня в случае чего могла увидеть мать. Зачем? Да за тем, чтобы она особо не волновалась пока. Пусть думает, что я играю где-нибудь тут.

Поза для медитации, и я погружаюсь в себя, стараясь нащупать вокруг духовную энергию. Получилось это практически сразу, навыки-то никуда не делись, но вот её количество совсем не радовало. Это во внутренних витках энергии целое море, и её, по словам Мириона, становится все больше от витка к витку. В нижних витках её тоже довольно много, хоть чем ниже, тем больше она вытесняется демонической.

Сокрушенно вздохнув от неприятного открытия, я сложил руки на животе в символе “Единство”. Мирион рассказывал, что именно через него лучше всего создавать первое сосредоточие, потому что он сплетает потоки энергии спирали воедино. А вот второе сосредоточие лучше создавать через “Гармонию”, потому что она подразумевает слияние двух энергий, спиральной и духа или стихийной. В моем случае это, скорее всего, будет демоническая.

Мирион учил первым делом с закрытыми глазами представить мир вокруг себя настолько реалистичным, насколько это вообще возможно. “Фантазия в момент формирования себя играет ключевую роль. Если ты не можешь представить энергию вокруг себя, то ты не сможешь и взаимодействовать с ней”.

Как же мне тебя не хватает, старик…

Но мне и не потребовалось сильно напрягаться, чтобы начать взаимодействие с энергией в мире. Лишнее доказательство того, что некоторые навыки, завязанные на разум, а не тело, никуда не делись. И вот я уже окружен сотнями тонких, едва уловимых ручейков энергии, что больше похожи не на воду, а на нити, кружащие в воздухе. Словно художник карандашом пытался обозначить ветер.

Я потянулся к нитям разумом, одновременно делая концентрацию на символе “Единство” у себя на животе. И вот первая нить потянулась к символу, втянулась в него и проникла в меня. Даже и не верится, что в этот раз я получил первую крупицу энергии так просто.

Но я быстро стер с лица довольную ухмылку и вернул концентрацию. Одна за другой нити тянулись к символу, проходили через него и поглощались моим телом. А дальше мне нужно слить их в реку, поток, закрутив его в спирали, центр которой в будущем и станет сосредоточием.

Нити поглощались одна за другой, а в животе уже начал формироваться теплый сгусток силы, ещё не сосредоточие, а лишь его зачаток, но прогресс был просто удивительным. Я все ещё не смогу создать его за неделю, но и полгода не потребуется. Месяц, может чуть больше.

И вдруг все закончилось. Энергии не осталось, я поглотил все нити, что были вокруг, и это было ещё одним досадным открытием. Сколько потребуется времени, чтобы спиральная энергия тут восстановилась? Час? День? Больше…

Будь я во внутреннем витке, не имяя ограничений в энергии, я вполне бы мог создать его за пару дней, и тогда смог бы придумать, чем удивить демона-привратника.

— Эй! — возглас вывел меня из медитации, и я хмурым взглядом окинул приближающихся. Хлоя, больше не ревущая, но и радости особой на её лице я не заметил.

— Хаппонг, может ну его? Он лишь глупый ребенок, — сказала ему Хлоя, но у парня было другое мнение.

— Малышня, тебя что не учили, что девочек обижать нельзя?

Говорил Хаппонг, девятилетний сын местного мясника. Он был самым крупным из местной детворы, что не удивительно, ведь его отец на две головы выше моего отца и даже мог похвастаться вторым шагом десятой ступени возвышения.

— Чего молчишь? — нахмурился он, а его подпевалы, братья Колин и Авок, демонстративно встали чуть по бокам от меня. — А?

Я все ещё молчал, сидя на земле и разглядывая компанию.

Они и раньше меня доставали, но так, можно сказать беззлобно, если попадал под руку, а вот сейчас агрессия из них так и прет. Видимо, Хлоя пожаловалась, что я её оскорбил, и троица пришла учить малышню уму-разуму. Впрочем, судя по лицу, девчонка уже немного пожалела об этом поступке.

Лорды!.. Вот неужели у меня нет других дел, кроме как разбираться с детьми?

— Тебя не учили, что нужно отвечать старшим?

— Меня учили быть вежливым лишь с теми, кто этого заслуживает, — равнодушно отозвался я и, отряхнув штаны, поднялся на ноги. — Хочешь, чтобы к тебе обращались как к старшему, так вначале заслужи это.

— Ах ты, — мальчишка сердито оскалился и сжал кулаки, но пока сдержался, а вот один из его подручных, Авок, видимо решил выделиться и попытался ударить меня. Не сильно, просто шлепнуть по лицу, и мне было достаточно просто отступить на шаг, чтобы, промахнувшись, он повалился на траву.

— А?

— Э?

Я сдержанно улыбнулся на то, как он пытался встать.

— Ты что, думаешь, что раз тебя собираются сожрать демоны, то можно никого не бояться и никого не уважать? — вновь завел старую песню Хаппонг.

— Так и есть, — подтвердил я. — Вы не страшнее демонов. Мелюзга, считающая себя крутой. У меня нет ни единой причины вас бояться или уважать.

И вновь улыбка, но теперь уже самая издевательская, которую мог изобразить.

Тут Хаппонг уже не выдержал, оттолкнул оказавшегося на пути Авока, размахнулся и попытался ударить меня. Но я был меньше его и опытнее его, а паренек не дрался ни с кем умелым, это было видно по слишком широкому замаху.

Я без особого труда увернулся от удара, сделав шаг влево, и одновременно с этим ударил Хаппонга в живот. Бил сильно, как только мог, но парень этого словно и не заметил. Он скривился от удара, но на движениях это нисколько не сказалось.

А вот это уже скверно. Я слишком слаб в этом теле. Опыт-опытом, но какой толк, если силы ударов недостаточно? Он на четыре года меня старше и на две с лишнем головы выше.

Секундная заминка, и он снова делает шаг ко мне, замахиваясь, но и второй удар цели не достиг. Я юркнул мальчишке за спину, одновременно пнув по голени, отчего он чуть не упал на одно колено.

— Всё? — спросил я.

— Хватайте его!

Авоку и Колину повторять не нужно было, и они вдвоем набросили на меня. От Колина я ускользнул, прыгнув тому под ноги и проскользив между ними, а вот Авок меня достал. Я даже не успел понять как, но он ухватил меня за рукав куртки и прежде, чем я успел вырваться, подоспел Хаппонг.

Он не сдерживал свою злость и со всей силы врезал кулаком мне в лицо. Тело пятилетнего ребенка такой удар выдержать было не в силах, и я рухнул на траву. Тут же подключились братья, начав пинать меня. Подняться и сбежать было нереально, так что я сгруппировался, чтобы снизить урон.

— Хватит, он же ещё мелкий, — фыркнул уже улыбающийся Хаппонг. — Того глядишь и помрет, если будем сильно бить.

— Жри землю, придурок! — Колин расхохотался и, вырвав кусок земли с травой, сунул его прямо мне в лицо.

— Тьфу, — плюнул на меня его брат.

— Знать не знаю, будут ли там тебя демоны жрать, но теперь мы каждый день будем учить тебя манерам. Будешь знать, как правильно кланяться демонам, чтоб они тебя пощадили.

— Пхахахаха!

— Ахахахаха!

Они уже развернулись, уходя, а я вспоминал, как мы вставали на колени перед Рамуилом, когда он посещал загон для прецедентов. Как на потеху ему выводили людей и пытали, заставляя демона весело хохотать.

Я стиснул зубы и поднялся.

Чего это я валяюсь на земле? Я привык драться с противниками гораздо сильнее, чем сам, привык к тому что малейшая ошибка будет грозить смертью.

Я поднял валяющийся неподалеку камень и поспешил за ребятнёй. Хаппонг, что-то весело рассказывающий Хлое, заметил меня в самый последний момент. Ошибка. Нельзя оставлять за спиной недобитого противника, особенно кого-то вроде меня.

Первый удар пришелся в колено, и я отчетливо услышал хруст и вопль нестерпимой боли. Парень рухнул на колени, а я ударил камнем второй раз, теперь уже в голову. Оставшаяся троица настолько испугалась происходящего, что просто оцепенела, а я уже повалил Хаппонга на землю, усевшись сверху.

— Ты будешь учить меня манерам? — спросил я и ударил вновь, выбивая ему пару зубов. — А? Ну и где твои уроки? Почему ты молчишь? Тебя не учили уважению к младшим?

— Стой! Ты же его убьешь!

— Хватит!

Я занес камень для нового удара, но остановился. Хаппонг рыдал, пытаясь закрыть лицо руками. На камне, моих руках и, кажется, даже на лице, была его кровь.

Ну и что я творю?

Я ведь и впрямь могу его убить.

Поднявшись, я оглянул эту троицу и миг спустя неторопливо побрел прочь.

— Псих!

— Чокнутый!

— Ты за это ответишь!

— Мы родителям расскажем!

Они что-то тявкали вслед, но мне было плевать. Я отбросил окровавленный камень и вышел из парка, направившись в сторону выезда из города. У меня слишком много дел.

Глава 3

— Ну и что ты устроил, Нейт?! Ты хоть представляешь себе, что сделал с этим бедным мальчиком?! — ругалась мама, а отец с важным видом кивал, подтверждая всё ею сказанное. Я уже даже стал жалеть, что вернулся домой под вечер, решив эту ночь поспать нормально, и в итоге нарвался на серьезный разговор. — А если бы он и впрямь умер? Мясник приходил, орал на весь дом! Ты же ему зубы выбил!

Что любопытно, помимо отца тут присутствовала ещё и сестра, и вот это стало для меня сюрпризом, потому что я не помню, чтобы у меня была старшая сестра. Вернее, не помнил до того момента, пока не увидел её. Это так странно — вспоминать родного человека… А все дело в том, что cестра покинула наш дом? когда мне было два с чем-то года, и в данный момент должна учится в школе Багрового возмездия, той самой, ученики которой вчера становились претендентами. И вот уже два с лишним года она тренировалась для того, чтобы стать одной из них.

Она уже открыла внутри себя сосредоточие, это я чувствовал, даже не открывая собственное. Но любопытен не факт того, что я почти не помнил сестру, а того, что не помнил её приезд. И то ли память меня подводила, то ли что-то изменилось. В любом случае, она тоже присутствовала в комнате и неторопливо потягивала травяной чай, равнодушно поглядывая на нашу ссору.

Длились эти нравоучения и причитания добрых полчаса, итогом которых стало обещание так больше не поступать. На этом всё и кончилось. Родители собрались и куда-то ушли, возможно договариваться с мясником о компенсации, оставив присматривать за мной сестру.

— И зачем ты это сделал? — спросила она, выждав минут десять после ухода родных.

Любопытно, что она первая, кто действительно спросил меня о причине, а не сразу поставил в позицию виновного.

— Потому что страх — это тоже сила. Он больше меня, сильнее и старше, но зная, какие у меня клыки, они больше не отважатся ощутить их на своей шкуре.

Сестра удивленно вскинула правую бровь, с легким любопытством посмотрев на меня.

— Либо он станет относиться к тебе серьезно, и тогда тебе не поздоровиться.

— В таком случае мне нужно сделать так, чтобы он больше не встал, — немного зловеще улыбнулся я, на что сестра, в этот момент отхлебнувшая чаю, поперхнулась.

— Ты точно мой младший брат? — откашлявшись, нахмурилась она.

— До Дня доздаяния был им.

— А потом?

— Потом мне сказали, что я попаду в ад.

— Ох, так вот в чем дело. Выброси это из головы, Нейт. Серьезно. Ты слишком мал, чтобы попасть в ад, и уж тем более не совершил ничего, за что это заслуживаешь. И если сегодня ты устроил драку из-за мыслей вроде “раз уж я отправляюсь в ад, то заслужу это”, то прекрати. Через неделю, когда ничего не произойдет, тебе будет стыдно.

Ах, сестрица, знала бы ты, насколько неправа. Я действительно отправлюсь в ад, нет никакой ошибки. Вернее, отправлюсь, если всё пройдет плохо, но если я справлюсь, то все действительно решат, что Вечная говорила о человеке с моим именем. Может это какой-нибудь странствующий преступник из дальних земель, что забрел сюда.

Но по правде говоря, я понятия не имею, что будет, если всё пойдет по плану. Если я могу убить демона-привратника, явится ли за мной другой? Как на это отреагируют те, кто контролирует этот процесс? Я ведь до конца не понимаю, что за артефакты используют лорды для подобных манипуляций с пространством. Сами демоны-привратники могут перемещаться между витками напрямую, но в города им обычно путь закрыт, но даже так они способны забрать приговоренных.

— Нейт? Ты меня слушаешь?

— Разумеется, — оторвался я от своих мыслей. — Как я могу не слушать свою старшую сестру?

— Тебе точно пять лет? — нахмурилась она. — Уж слишком осмысленно разговариваешь.

— Дети быстро растут, — пожал я плечами. Особенно быстро, если проводят двести лет на нижних витках, бесконечно убивая демонов. Удивительно, как я не свихнулся за все это время.

У сестры не нашлось, что ответить, и я решил, что лучше всего будет забрать инициативу разговора в свои руки.

— Старшая сестра, можешь рассказать мне об учебе в Багровом возмездии?

Тут она улыбнулась, немного сдержано, сразу давая понять, что и ждала чего-то подобного от меня. Разумеется, детям, мечтающим когда-нибудь стать претендентом, интересны подобные рассказы, и я не исключение. Когда я закончу с демоном-привратником, мой путь тоже ляжет в школу Багрового возмездия.

— Я не могу тебе многого рассказать, — после небольшой паузы, сделанной скорее для важности, чем по необходимости, сообщила сестра. — Часть обучения в школе засекречена, и я никому не могу рассказать о нем.

И она стала рассказывать.

Каждый год в школу Багрового возмездия поступает свыше пяти тысяч учеников, а к концу первого года обучения их остается в лучшем случае тысяча. Связано это с очень тяжелыми тренировками, каждая из которых призвана отсеять слабых и максимально раскрыть потенциал тех, у кого он есть.

— Существует три обязательных боевых дисциплины: меч, копье и лук. Ученик, который желает поступить на второй курс, должен получить ранг владения одной из них. Это значит, что он должен уметь использовать базовые оружейные техники, наполняя оружие энергией спирали, а также знать в достаточной степени по меньшей мере пять боевых техник.

— Что значит “знать в достаточной степени”? — сразу уточнил я.

— Это значит, что он должен владеть ей без срывов. Срыв это…

— Когда техника разрушается, и это повреждает меридианы, — закончил я за сестру.

— Верно, — удивилась она. — Не ожидала, что ты знаешь это. Когда техника слишком сильна для тебя, или уровень контроля за внутренней энергией недостаточно хорош, техника разрушается, а откат от неё бьет по энергетической структуре тела. Если повреждений слишком много, и их вовремя не устраняют, то практик вообще может потерять возможность использовать внутреннюю энергию. Меридианы просто выгорают, и если это происходит, то уже ничто не способно их восстановить.

— Прям ничто? — уточнил я.

— Ничего на внешних витках, точно. Насчет внутренних не уверена. Мы не так уж много знаем из того, что происходит за горными хребтами приграничья, а мастера хотя бы девятой ступени являются редкими гостями и не любят делиться подробностями о устройстве внутренних витков. В любом случае, даже если способы есть, для таких, как мы, они недоступны, и если меридианы будут уничтожены, то твой путь возвышения закончится тут, на внешних витках.

— Понятно, — кивнул я. Нечто подобное мне говорил и Мирион, но я решил убедиться, тем более много времени прошло, и возможно, я что-то забыл или не так запомнил. — А когда становятся претендентами?

— Обычно после третьего года обучения, но это решаем не мы, а Вечные. Они оценивают силу практиков, решая, кто из них достоин войти во врата и оказаться во внутренних витках. Некоторые, даже закончив все три года обучения, так никогда и не получают эту возможность.

— А если кто-то попробует пройти через врата? Я слышал, что в Гадрусе есть врата, идущие сквозь хребты.

— Они есть, — кивнула сестра. — Но их сторожит страж, а он по меньшей мере седьмой ступени. Какой бы гений среди нас не ходил, ему ни за что не победить его.

— А ты видела этого стража?

Сестра кивнула.

— Да, он очень похож на Вечную, но… проще что ли. Ростом с человека.

— А если прошмыгнуть с караванами?

Насколько я слышал, раз в несколько месяцев из внутренних витков к нам приходят караваны за данью, что мы отсылаем.

— Не получится, — помотала она головой. — Страж видит всё и убьет любого, кто попытается пройти.

— А как он понимает, кто имеет право пройти, а кто нет?

— Клеймо. Каждый ставший претендентом или родившийся во внутренних витках получает особое клеймо, которое здесь получить попросту невозможно. Клеймо обычно четко говорит, где ты рожден или как попал во внутренние витки.

— А если попытаться преодолеть хребты? — поинтересовался я.

— Ну… — сестра чуть не рассмеялась, но вовремя себя одернула. — Ты просто не понимаешь, о чем говоришь, Нейт. Хребты приграничья настолько широки и опасны, что путь только через врата займет больше недели. Неделю по хорошей прямой дороге, а горы… Разумеется, чисто теоретически, можно попытаться отправиться туда и спустя месяц тяжелого и смертельно опасного пути дойти до внутреннего витка, но мне о таких смельчаках слышать не доводилось. Вернее, я слышала много о тех, кто отправился, но ни об одном, что достиг цели. Возможно, они нашли там лучшую жизнь, а возможно погибли от непогоды, в схватке с демонами или кровавыми культами и сектами. Говорю же, там действительно опасно. Но даже если практику повезло, если он прошел все препятствия, избежал схваток с врагами и дошел до конца, то ему всё-равно придется сложно.

— Почему?

— А сам подумай. Я уже говорила: клеймо для внутренников — это всё. По нему легко можно понять статус человека, а если его нет, то для тебя закрыты почти все дороги. На входах в города необходимо показать клеймо, для обучения в их орденах оно тоже необходимо. Если ты собрался отправиться дальше, выше по спирали, то вновь тебе понадобится клеймо.

— Без клейма ты там никто, я понял.

— Именно. Но, по правде говоря, даже не став претендентом, тут вполне можно жить. Школа Багряного возмездия тренирует одних из лучших учеников провинции, и их с радостью возьмут на службу как знатные дома, так и альянсы белых культов. Те, кому не хочется быть стражником или телохранителем, всегда могут пойти к Странникам гор, которые совершают вылазки в хребты, охотясь на зверей, собирая травы и давая отпор культистам.

— Ты же говорила, что в горы ходят только сумасшедшие.

— Так странники гор такие и есть, — тут сестра уже от души рассмеялась. — Другие там просто не приживаются! Совсем безбашенные ребята, а уж какие истории они порой рассказывают… Но даже они далеко не забираются. Случаи, когда они доходили до середины хребта, совсем уж редки, их буквально по пальцам пересчитать.

— Ну а ты?

— Что я?

— Ты уже закончила два года обучения, и сейчас на середине третьего. Ещё полгода и…

Сестра нахмурилась и тяжело вздохнула, бросив на меня тяжелый взгляд. Я что, спросил что-то не то?

— Понятия не имею. К моменту, когда я закончу, до следующего Дня воздаяния будет ещё полгода. На них я уже подыскала небольшую подработку телохранителем одной купчихи. Вернее, я уже её телохранитель, но лишь на полставки, а когда закончу, предлагают полный день с проживанием и питанием. И, по правде сказать, меня это устраивает. Я взяла второй шаг десятой ступени, может через пару лет усердными тренировками дойду до третьей, но думаю, это мой потолок. Я не талантлива и не сильна. Сомневаюсь, что Вечная выберет меня, но даже если такое случится, я откажусь.

— Многие считают это честью.

— Бросить свой дом, друзей и семью в погоне за… эфемерной силой?

— Разве не все вокруг этого хотят?

— Многие. Но видимо, я слабачка. Одна из худших в классе, если уж говорить прямо. И чем дольше я учусь, тем больше сожалею о том, что пошла по этому пути. Но не все так плохо. В конце концов, воины уважаемы в нашем обществе. Чем выше твои ступени, тем значительнее твое положение. Вот у отца и матери нулевые ступени, и? Кто с ними считается? Вот ты выбил зубы сыну мясника, и пусть у него протез вместо ноги, но он уважаемый человек. И если бы его отпрыск выбил зубы тебе, то никто даже извиняться бы не стал. Он бы фыркнул и сказал, что это детские шалости. Но зубы выбил ты, и вот уже родители бегут слезно молить его о прощении и несут накопленные за многие месяцы деньги.

— Что?!

— А ты думал почему я тут? Они попросили у меня взаймы, вот я и прибежала, как смогла.

— Но ты же тоже второй шаг, ты бы могла вмешаться!

— И что бы я сделала? Я ученик школы, Нейт. Всё, что я делаю, так или иначе отразится на школе. Если бы я вступилась за вас лично, то ещё неизвестно, чем бы все это кончилось. Он мог бы напасть на меня, а затем вызвать градоначальника и обвинить в нападении меня. И даже если бы я отстояла вас, что бы было дальше? Он бы затаил злобу на вас, а я не могу быть рядом постоянно. Даже сегодня я смогла прийти только потому, что в школе нет занятий в ближайшие дни из-за выпуска. Мама и папа целы, ты цел, и это главное. А деньги… Пусть он подавится этими деньгами. Мы заработаем ещё.

Я опустил глаза, впервые почувствовав себя по-настоящему виноватым. Когда я выбивал тому придурку зубы, то не думал о последствиях. Поступал так, как делал это обычно на арене. Там главное убить врага и выжить самому, здесь же все гораздо сложнее.

— Вот теперь я вижу, что тебе стыдно, — не без удовольствия заметила сестра. — Родители разумеется тебе этого не скажут, но раз уж ты такой разумный, то скажу я. В следующий раз, когда решишь кому-нибудь надрать зад, подумай о том, кто будет за это отвечать.

— Или надери зад так, чтобы это не смогли доказать, — улыбнулся я.

— Или так, — улыбнулась сестра в ответ, прищурив слегка светящиеся голубые глаза. — Ты до ужаса жуткий малый, Нейт.

Ты даже не представляешь, насколько…

Глава 4

Сестрица Мия отбыла в тот же вечер, стоило родителям вернуться, а позже я невольно подслушал их ночной разговор и убедился, что сестрица мне не соврала. Они действительно заняли у неё деньги, чтобы заплатить мяснику, и кажется, тот в итоге оказался удовлетворен таким исходом. Другое дело, что отец был уверен, что мы переплатили, что тех денег хватило бы на исцеление двух Хаппонгов, а мать его успокаивала, что лучше так, чем вызвать недовольство мясника.

Он правда настолько влиятельный в этом городе? Никогда бы не подумал. Впрочем, я не очень-то и помню особенности городских устоев, уж слишком маленьким был. Это уже от сестры, перед её уходом, я узнал, что в городе у нас всего три человека обладают вторым шагом десятой ступени: мясник, градоначальник и глава надзирающих, следящих за порядком.

Обычно те, кто действительно развивает свои способности, не задерживаются в Дайварде, уж слишком маленький этот городок. Самый крупный в окрестностях, но лишь из-за наличия сразу двух заводов. Тут сильным воинам банально нечего делать, а вот Варандер, главный город провинции, где и располагается центральный штаб Багрового возмездия, может похвастаться практиками гораздо более высокого шага. Да и День воздаяния там проходит намного более торжественно. Я слышал, что там площадей больше десятка, и на каждой появляется своя Вечная.

Тогда с чего бы к нам заявляться лично наместнику Ахону?

Эта мысль почему-то зацепила и показалась странной. Наместник руководит Варандером, зачем ему выступать у нас? Впрочем, так ли это на самом деле важно? Скорее всего, напоминание простому люду, что о них помнят. Может наместник каждый год выступает в разных городах, и просто совпало, что в этот он оказался у нас.

Утром я пообещал матери, что ничего устраивать не буду, но она всё равно не отпустила меня на улицу, да еще и отец нашел тухлые овощи под дверью. Кхм… А я уже стал об этом забывать. Вот ещё одна причина, почему сестра была не против оплаты мяснику. Сейчас слухи о том, что я попаду в ад, только набирают обороты, и он легко может их использовать для нашей травли, учитывая его влияние.

Тем больше у меня причин пережить эту неделю, показав всем, что никуда я не отправляюсь.

На складе все было по прежнему, и я вернулся к подготовке ловушек для предстоящей схватки с демоном-привратником. Я уже определился с местом, где должен находиться, когда он появится, а дальше все зависело от моего точного расчета. Но все складывалось не настолько хорошо, как хотелось бы. Во-первых, у меня не хватало сил для некоторой работы. Приходилось изловчаться, придумывать систему рычагов, что отнимало много времени. Во-вторых, очень не хватало нормальных инструментов. И не было никакой идеи где бы их взять…

Так закончился мой третий день. Вернулся я уже затемно, выслушал очередную порцию недовольства от родителей, обещавших, что завтра меня запрут в комнате. Их беспокоила эта ситуация, но не мог же я прямо сказать, чем занимался все это время.

Четвертый день я начал с завтрака, после чего сбежал из своей комнаты по водостоку, не спрашивая матушкиного разрешения. Она бы все-равно не позволила. Но в этот раз первым делом я отправился вовсе не на склад, а на отцовский завод. Где же мне ещё было взять инструменты?

Там работает больше пяти сотен человек, так что затеряться в такой толпе было несложно. Тем более что в пристройке рядом с заводом находится школа. Детишки часто на перерывах заглядывают внутрь, чтобы повидать родителей и пообедать вместе. Я тоже часто ел вместе с отцом, когда посещал занятия. Я довольно быстро нашел несколько нужных инструментов: пилу, молоток, стамеску, немного гвоздей…

Я думал, будет сложно вытащить всё это, не попавшись, но я просто сложил нужное в сумку и со спокойным видом вышел с территории. Меня так никто и не заметил. И лишь спустя минут десять я хлопнул себя по лбу, спрятал сворованное в кустах и вернулся назад, к школе. Дождался, когда наступит обеденный перерыв, и ученики разойдутся, а вместе с ними и учитель Дурьяр отлучится справить нужду, и проник внутрь через приоткрытое окно.

— То, что нужно! — ухмыльнулся я, забирая перо и чернила. А затем, немного подумав, прихватил и коробочку с обедом учителя. Пусть он не обижается, мне, растущему организму, нужнее, а он через несколько часов уже будет дома. Ну а дальше выбрался из класса тем же путем и вприпрыжку поспешил прочь.

Теперь можно было возвращаться на склад.

Тут практически сразу продолжил работу, и с инструментами она пошла чуть быстрее. Наконец я мог делать всё как следует. Подготовил некоторые элементы будущих ловушек, во время перерыва нашел металлическую трубу и сточил с её края металлическую стружку в чернила. Хорошенько всё перемешал, разделся и стал чертить линии на коже.

Первым делом спираль на животе, в той части, где в будущем должно сформироваться первое сосредоточие. Следом стал чертить линии примерно на том месте, где должны располагаться меридианы: по две на руках и ногах и шесть на торсе.

— Вроде не ошибся, — хмыкнул я, разглядывая собственную мазню.

Мое нынешнее тело слишком слабое и неподготовленное, так что, чтобы немного ускорить собственное возвышение, я решил искусственно заложить основы будущих каналов внутренней энергии.

Удовлетворенно кивнув, я уселся в позу медитации и стал втягивать в себя энергию из окружающего мира, комбинируя это с дыхательной техникой.

“Многие недооценивают дыхание, мой мальчик. Дыхание — это естественный цикл. Вдох-выдох. Начало и конец. Со вдохом ты поглощаешь энергию, разгоняешь её по телу, с выдохом выплескиваешь в мир”.

Кажется, я даже сейчас слышал голос Мириона.

Так я просидел порядка трех часов, втягивая и выпуская энергию, и поскольку в этот раз я действовал более аккуратно, то той всё ещё было довольно много в окружающей среде. Выходя из меня, энергия развеивалась вокруг, чтобы в будущем я вновь мог её собрать. В прошлый раз по привычке я поглощал её так, словно собирался удерживать в себе, но у меня не было сосуда для этого, вот и получалось, что та энергия рассеивалась, становилась такой маленькой, что я не мог её использовать. Со временем она бы вернула себе форму “линий”, но далеко не сразу. Теперь я такой ошибки не совершал и выпускал её почти такой же, какой она была.

Вдох, закрутить её в животе, пропустить по зачаткам каналов, выдох.

И снова. И снова. И снова…

В какой-то момент мне даже пришлось заставить себя остановиться, а то я уж слишком увлекся этой медитацией. В ней я ощущал странный покой, единение с природой и миром, и могу с уверенностью сказать, что не испытывал подобного на нижнем двенадцатом витке. Даже энергия Спирали там искажена, теперь я это отчетливо понимал.

— Это всё конечно хорошо, но я ещё не закончил с сегодняшними делами, — сказал я сам себе и, быстренько перекусив бутербродами, что позаимствовал у учителя, вернулся к подготовке.

Вернулся домой затемно, получил очередную порцию ругани от родителей и завалился спать. Всё-таки такие нагрузки на это тело избыточны. И это подтвердилось утром, когда вместо того, чтобы проснуться на рассвете, я проспал на несколько часов дольше.

Недовольно пробурчал, быстро оделся и спустился вниз, где уже ждала мать.

— Вкусно пахнет, — отметил я.

— Садись завтракать, — недовольно буркнула мать. — Сегодня опять куда-то собираешься? Нейт…

— Мам, дай мне ещё несколько дней.

— Я боюсь, как бы что не случилось. Слухи о тебе уже распространились. Я боюсь, как бы…

— Не стоит, — оборвал я её. — Обо мне не нужно беспокоиться. Просто есть одно дело, которое мне нужно сделать, только не мешай. На следующей неделе, когда все поймут, что слухи беспочвенны, я вернусь к обычной жизни. А пока просто доверься мне. Хорошо?

— И когда ты стал таким взрослым?.. — изумилась мать. — Ладно. Но сегодня ты возьмешь с собой еду. Мне очень не нравится, что ты последние дни ничего толком не ешь.

— А вот это было бы очень кстати, — улыбнулся я. Она хотела сказать что-то из напутствий, но видимо передумала и начала складывать мне вязанку с обедом. Поблагодарив её, я забрал обед и поспешил из дома, правда у крыльца наткнулся на Хлою.

— Ты заплатишь за то, что сделал! — зашипела она как змея. — Через три дня ты отправишься в ад, а мы будем веселиться, пока тебя будут жрать демоны!

Стоило мне сделать всего шаг, как она попятилась назад, упала на пятую точку, а ещё через секунду бросилась бежать, крича что-то неразборчивое.

— Дети, — покачал я головой.

В этот раз её слова про ад и демонов уже не так задевали. Но кое в чем она была права. Три дня… Именно столько у меня осталось, чтобы закончить все приготовления. Благодаря вчерашним упражнениям, сегодня я чувствовал себя весьма неплохо. Руки словно налились силой, да и усталости как не бывало.

“Медитация— всё, что нужно практику, чтобы восстановиться”.

Я был не во всем согласен с учителем, но возможно лишь потому, что не достиг его уровня в тот момент. Но даже в моем нынешнем состоянии медитация и дыхательные техники уже сделали меня сильнее на следующий день. Совсем на чуть-чуть, но сильнее. Энергия, которую я поглощаю без сосредоточия, разливается по телу, укрепляя мышцы и внутренние органы, подготавливая организм к будущему накоплению энергии.

А тем временем день схватки всё приближается…

Глава 5

Накануне отмеченного срока я никуда не ходил, решив, что лучше всего будет первую половину дня провести дома и выспаться, набираясь сил. Большая часть подготовки уже завершена, остались лишь финальные штрихи, хотя и самые грязные и важные во всем дальнейшем плане.

Ближе к вечеру я сказал матери, что снова иду спать, затем вылез через окно и по водостоку спустился вниз. По пути забрал кое что из припрятанных вещей и прокрался на ферму господина Юнора, что живет дальше по улице.

Немного стараний, и вот я уже в курятнике, смотрю на встрепенувшихся из-за незваного гостя куриц.

— Извините, — равнодушно сказал я им, доставая бутыль и нож. На мое счастье рядом было ведро, так что, поймав первую курицу, я и глазом не моргнув отрезал ей голову и стал сцеживать туда кровь. Затем повторил это. И снова. Я убил всех куриц господина Юнора, и мне было искренне жаль, но между жизнью десятка кур и своей я без сомнения выберу свою.

Полученную кровь я перелил в бутыль, после чего выбрался на улицу и поспешил прочь. Последний недостающий компонент я получил, теперь пришел черед подготовки.

Вернувшись на старый склад, я кровью принялся наносить письмена на пол и стены, выстраивая огромную демоническую ловушку, из которой привратник не должен сбежать. Она не даст ему телепортироваться, ограничит силы и заметно повысит мои шансы.

Завершив конструкцию, я подвесил себя, используя канат, в самом центре склада. Мне нельзя ничего касаться ногами, иначе демон, как и в прошлый раз, может появиться прямо подо мной, и тогда я физически ничего не успею сделать.

Закончив с приготовлениями, я облегченно выдохнул и стал ждать. И, если подумать, это было самое долгое и неприятное ожидание в моей жизни. Я мог неделями сидеть в клетке, ожидая очередного боя, но сейчас всё было иначе. Одна ошибка, и мне придется пройти через ад снова. Уверен, что смогу прикончить Рамуила в этот раз гораздо быстрее, может уже через пятьдесят лет, а не двести, но даже так это слишком. Лучше я наведаюсь к нему в другой раз, когда стану достаточно сильным в верхних витках.

Болтаться на веревке — то ещё удовольствие конечно, но даже так я постарался использовать свободное время с пользой. Поза для медитации обычно не важна, но в обычной как-то удобнее медитировать. И все же у меня получилось.

Вдох, закрутить энергию в животе, пропустить по зачаткам каналов, выдох.

И так раз за разом.

Я един с миром.

Я един с природой.

Я един со стихией.

Я един со спиралью.

Я есть сила, сила есть я…

Так продолжалось, пока я не услышал первых петухов на улице.

В этот же момент я открыл глаза и положил руку на рукоять ножа, что покоился у меня на поясе.

Счет пошел на минуты. Он скоро появится.

— Эй, что ты там делаешь?! — послышался внезапный возглас, заставивший меня вздрогнуть и повернуть голову.

На склад зашла Хлоя.

— Что за ерунду ты тут устроил?! — опешила она, увидев кровавые символы на стенах.

— Уходи отсюда! Немедленно! — закричал я. Демон должен вот-вот появиться, и если Хлоя останется, то легко может стать его завтраком. — Беги отсюда!

— Хватит кричать! — фыркнула она. — Я сама могу решить, куда и как мне ходить! Что за игру ты тут делаешь? Тебя твоя мать потеряла, уже думает, что тебя правда демо…

Она заткнулась на полуслове, потому что прямо под тем местом, где я висел, появилась сияющая алым светом воронка, из которой ко мне потянулось множество рук. Хлоя при виде этого истошно завопила, а я качнулся и в нужный момент рассек веревку.

С высотой приземления я немного не рассчитал и больно ударился бедром, но дыра уже спешила ко мне. Счет шел на секунды. Я одним движением рассек левую ладонь и мазнул по незавершенному участку магической конструкции. Комната в тот час засияла, сделанные кровью письмена вспыхнули, озаряя склад алым сиянием.

— А-а-а-а! Что проис…

— Беги! — рыкнул я на эту дуру, а в следующий миг магия вытолкнула демона в наш мир.

Как можно описать демона-привратника? Да легко: здоровенный, метров десять, червяк, покрытый множеством человеческих рук. И вот сейчас вся эта туша оказалась тут, забившись в конвульсиях.

Демона тут же поразило алыми молниями, а через миг часть символов выгорело.

— Тц… — недовольно поморщился я. Этого оказалось недостаточно, но я и не делал больших ставок на то, что это сможет его убить. Лишь немного подпалил и разозлил. А вот то, что демон такой большой, оказалось крайне неприятным открытием. Я надеялся, что он будет меньше раза в два, а то и в три…

Червяк изогнулся и подпрыгнул вверх, но лишь для того, чтобы с грохотом приземлиться на землю, заставив ту вздрогнуть. От удара Хлоя не удержалась на ногах, а я устоял только потому, что инстинктивно ожидал чего-то подобного.

Шок от перехода стал проходить, и демон, приподнявшись на множестве рук, развернул свою “пасть” в нашу с девочкой сторону.

— Плохо…

Демон рванул прямо на нас, да с такой скоростью, словно им из пушки выстрелили. Я бросился в сторону, и лишь благодаря тому, что демону был нужен я, упавшую на пятую точку Хлою не сожрали в тот момент.

Я едва успел ускользнуть, а привратник на полной скорости влетел в стену сарая, едва ту не проломив. Ну и силища… Стоит отдать должное строителям, делали на совесть. Окажись конструкция чуть слабее, демон бы вырвался на улицу, и тогда весь план пошел бы по одному месту. Пока он внутри магического конструкта, созданного на основе магии крови, он не сможет скрыться в прослойке между мирами.

— Сюда! — крикнул я, привлекая внимание.

Демон оттолкнулся множеством рук от стены и пола, развернулся ко мне и бросился снова.

— Хороший мальчик, — злобно ухмыльнулся я и дернул веревку.

Заготовленная ловушка сработала, и заостренные металлические трубы, на заточку которых я потратил огромное количество времени и сил, врезались в бок чудовища, протыкая его шкуру. Он завопил от боли так истошно, что это скорее всего слышали даже на окраине города.

Плевать!

Сейчас не до этого.

Демон рычал, бился в агонии, но был ещё жив. Раны оказались недостаточно сильными, чтобы его прикончить.

В этот момент в себя пришла плачущая от ужаса Хлоя и бросилась бежать. Вначале я порадовался, но затем увидел, как демон поворачивается к ней.

— Нет! Нет! Нет! Нет! Дрянь ты такая! Я тут! ЭЙ! Это я тебе нужен!

Мне не нравилась Хлоя, этому ребенку не хватает ремня, причем регулярного, но я совсем не хотел, чтобы её сожрал демон, хотя, видят Лорды, это и избавило бы меня от некоторых проблем.

Я побежал прямо на демона, который уже готовился к рывку, чтобы в один присест сожрать несчастного ребенка. Я оказался быстрее. Прыгнул, ухватился за одну из торчащих из туши труб, и демон из-за этого в момент броска скривился от боли, и его снесло немного в сторону. Он вновь влетел в стену, и кусок крыши несчастного сарая с грохотом рухнул. К счастью, не нам на голову, а снаружи.

Я не смог удержаться на трубе, проклятое слабое тело, кубарем покатился по земле, и кажется даже на пару секунд отключился. Рев демона вернул меня в чувства, и я, не заметив поблизости соседку по дому, рванул к следующей ловушке.

Прыжок, и я перепрыгиваю веревку, а демон уже несется ко мне.

— Давай, тварь! Давай!

Одна из рук задела триггер ловушки, и слева в демона врезалось здоровое бревно, к массе которого я добавил камни. Я больше полудня его подвешивал, мудря с системой рычагов, и это сыграло свою роль. Демона толкнуло в сторону, и он напоролся на подготовленные деревянные колья.

Все ещё мало…

Будь демон таким, как я предполагал, то он бы сдох ещё от металлических труб в теле, но я предусмотрел и это.

Пока демон пытался вытащить себя деревянные колья, я бросился к другому магическому конструкту. Надавил на рану на ладони и мазнул проступившей кровью по незавершенному участку.

— Сдохни, — ухмыльнулся я и отступил, видя, как засиял круг. Демон что-то почувствовал, забился в конвульсиях, пытаясь снять себя с кольев, но слишком медленно. Конструкт уже вступил в контакт с кровью демона, разлившейся по полу возле ловушки, и запустил реакцию. — Эндо квар азуки-то!

И демона скрутило. Он больше не пытался снять себя с деревянных пик, а его полный боли рев наполнился отчаянием и агонией.

Пора!

Я рванул вперед, прыгнул прямо на него. Десятки рук пытались схватить меня и разорвать, но в них не было силы, так что, не обращая внимания, я размаху вонзил нож в плоть демона и рассек её. Я резал и резал, снова и снова, слыша, как бьется в агонии парализованный демон.

Мышцы у него были особенно прочные, но я хорошо заточил свой нож, так что они в конечном итоге тоже поддавались, пусть часто и не с первой попытки. Наконец пошли органы, и я добрался до его сердца. Демон словно почувствовал это и замер, перестав дергаться, а я, ухмыльнувшись, вонзил в орган нож. Меня с ног до головы залила жгучая горячая кровь чудовища, но, не обращая на это внимания, я протянул руку и, нащупав внутри небольшой камень, вырвал его.

Демон издал новый рык, на этот раз последний, а затем просто рухнул, чуть было не придавив меня. Упади он чуть иначе, и у меня могли возникнуть серьезные проблемы с тем, чтобы выбраться, но видимо дух Спирали сегодня на моей стороне, и я выбрался без посторонней помощи.

Я был грязный, покрытый толстым слоем вонючей демонической крови, в одной руке демоническое ядро, в другой — верный нож, но чувствовал себя самым счастливым человеком на свете.

Я победил. Несмотря ни на, что я победил, выжил и освободился.

— Ты… ты его убил? Ты… правда его убил?

Я повернулся и увидел прячущуюся Хлою.

— Убил, — кивнул я. — Но ты этого не видела.

— Что? — она удивленно моргнула.

— Что слышала, — я специально пошел по широкой дуге, чтобы она не сообразила, что я собирался перекрыть ей выход. — Хлоя, ты забудешь обо всем, что тут произошло, обо мне, о демоне, обо всем. Ни тебя, ни меня тут не было.

— Но демон же…

— Мы не знаем, кто его убил, — настаивал я. — Пусть взрослые сами придумают истории. Про странствующего мастера меча, про лордов справедливости или что ещё. Но повторю — ни тебя, ни меня тут не было. Ты ничего не видела и ничего не знаешь.

— А если я расскажу всё? — с вызовом воскликнула девочка своим привычным раздражающим тоном.

— Тогда я тебя убью.

Хлоя дернулась как от пощечины.

— Т-ты не посмеешь! Все узнают!

— Это будут уже мои проблемы, — пожал я плечами. — Но тебе это не поможет. Никто не должен узнать о том, кто убил этого демона, и если ты посмеешь об этом рассказать, то я заставлю заплатить и тебя, и твою семью.

— Но ведь… ты убил демона… ты герой, как…

— Пообещай мне, — потребовал я от побледневшей девушки. — Но знай, если ты нарушишь обещание, то умрешь не только сама, но и твои родные.

— Ты… Ты монстр! — закричала она.

— Верно, — дружелюбно, но из-за этого ещё более жутко, улыбнулся я. — Но не стань я им, то не стоял бы сейчас перед тобой. Обещай.

— А если я не стану…

— То я убью тебя прямо сейчас и обставлю всё так, что тебя растерзал демон. Никто и не подумает, что это устроил я. Обещай, Хлоя, я не могу тратить время на тебя.

— Об… Об… Обещаю…

— Умница.

Глава 6

Демона обнаружили в тот же день, буквально через час после окончания схватки, что не удивительно, ведь он так вопил, что не услышать его было попросту невозможно. Он своим ревом разбудил все улицы на окраине, да и сигнальные артефакты в местном отделении ордена правосудия сообщили о демоническом прорыве и кровавой магии. И пока воины разбирались с последствиями, я как ни в чем не бывало отмывался в речке неподалеку.

И все это время я размышлял, стоило ли действительно оставлять Хлою в живых. Достаточно ли сильно я её запугал, чтобы она держала язык за зубами? Основная проблема в том, что она считает мой поступок хорошим, ведь я убил демона, и будь я простым практиком, то этим можно было бы хвастаться, но…

Во-первых, я приговоренный, и все об этом знают. Демон пришел именно за мной, и я его убил. А раз он пришел именно за мной, то все теории о человеке с таким же именем рухнут. Во-вторых, как именно я убил демона. Мне пришлось использовать демонические техники, и сразу возникает вопрос — откуда я их узнал? Их применение сродни преступлению.

Нет, если бы Хлоя проболталась, то никто не считал бы меня героем, скорее возникли бы вопросы, на которые я не хотел бы давать ответы.

Спрятав сердце демона в лесу, я вернулся домой, и к тому моменту родители уже знали, что произошло на складе неподалеку. Тот день прошел странно. Я видел что-то в их взглядах, но ни отец, ни мать не задали ни единого вопроса относительно случившегося. Возможно, они сами боялись узнать ответ.

— Если будут спрашивать, скажите, что я всю ночь был у себя, — сказал я им, после чего завалился спать. Видит спиральный дух, я очень сильно устал…

* * *

По официальной версии некто вызвал демона на границе города, а затем убил его. Все были уверены, что это какой-то фанатик из демонической секты, возможно даже тот самый Натаниэль Крейн, ведь я-то оказался жив и здоров.

Тот день окончательно изменил что-то в моих с родителями отношениях. Мы отдалились, но едва ли я мог рассказать им правду о том, через что мне пришлось пройти, так что я просто отпустил ситуацию и стал жить обычной жизнью. Однажды они забудут об этом дне. По крайней мере, я на это надеюсь.

А вот кто точно не забудет и не даст забыть мне, так это Хлоя. После того дня девушка сильно переменилась и из злой приставалы превратилась в просто приставалу. Она больше не дразнила меня, не провоцировала, но порой буквально ходила хвостом, выясняя, чем именно я занимался. Часто я не мог покинуть дом, не обнаружив ту крутящейся где-то поблизости.

Раздражает…

Особенно раздражало это во время медитации, когда я занимался дыхательным упражнениями, используя символ Единства, а она садилась где-нибудь рядом и начинала болтать без умолку, сбивая мою концентрацию.

— А тебе не скучно таким заниматься?

— Нет.

— А ты научишь меня?

— Нет.

— А я могу повторять за тобой?

— Нет…

И так каждый раз.

Я больше не форсировал свое возвышение, потому что понимал, что не готов. Редко когда сосредоточие создают практики меньше пятнадцати лет. Именно этот возраст считается оптимальным, когда тело готово создать в себе сосуд для силы Спирали. Начать практику с десяти-двенадцати лет и к пятнадцати полностью сформировать энергетическую систему — таков стандартный путь.

После того, как разобрался с демоном, я понял, что мне не нужно спешить и создавать сосредоточие прямо сейчас, даже если я знаю, как это сделать. Решил, что повременю хотя бы до лет десяти, но базовые практики для укрепления себя не прекратил.

И, кажется, я всё-таки где-то просчитался…

— Ой! — внезапно воскликнула Хлоя, когда я стал подниматься, закончив с медитацией.

— Что? — бросил я на неё хмурый взгляд.

— Твои глаза!

— М?

— Они светлые!

* * *

— Святые спиральные лорды! — выругался я, смотря на свое отражение в зеркале. И вот даже не знаю, радоваться этому открытию или наоборот злиться. Мои глаза! Мои проклятые глаза! Они светлые! А это могло значить только одно — я завершил свое сосредоточие. Вернее, оно сформировалось само, вопреки тому, что я перестал делать хоть какие-то упражнения по его развитию. И это было проблемой. Ладно само сосредоточие, я могу просто не наполнять его силой, а вот глаза — это очень показательно. Их не спрячешь. Пока что они просто светло-серые, но когда я дойду до управления моей основной стихией, она проявится в глазах.

Ещё раз выругавшись, я сделал глубокий вдох и отправился в свою комнату. Уселся на кровать и погрузился в медитацию, но на этот раз заглянул внутрь себя. Всё верно, сосредоточие завершено, а ведь ещё вчера там ничего не было. И от него тянутся пробудившиеся меридианы, расходясь по конечностям.

Десятая ступень… Первый шаг…

Стоит ли теперь заняться формированием узлов силы на меридианах? А если да, то каких? Стоит ли мне использовать спрятанное ядро демона-привратника и поглотить его силу?

Нет, однозначно нет.

Мне нужны узлы для техники истинного равновесия силы. Без неё нет даже смысла пытаться поглотить демоническую энергию, ведь я не смогу её спрятать. Любой практик второго-третьего шага сразу поймет, что со мной что-то не так. Но с помощью истинного равновесия силы я смогу спрятать демоническую энергию, а когда перейду на второй шаг, то сформирую демонические обратные меридианы, что позволят полноценно её использовать. Да, в прямом столкновении с практиком того же шага я буду слабее, ведь у него будет больше узлов силы, но это лишь в том случае, если бой будет не насмерть.

А почему я вообще так зациклился на демонических меридианах? Я же в верхних витках, тут почти нет демонов, да и проблем это может вызвать целую кучу. Дилема… Это в аду я мог использовать демоническую технику пожирания сути, поглощая силу убитых демонов. Но она не сработает на обычных практиках, а демонов тут ещё пойди найди.

Всё дело в техниках. Мои сильнейшие техники именно демонические, основанные на магии крови и демонической энергии. Мирион передал лишь то, что мы тогда могли постичь, и описания некоторых других техник, которые я познал лишь частично.

Но опять же, как мне собрать достаточно силы с демонов в этом мире?

Если только мне самому их не призвать…

Соблазнительная и очень опасная мысль. По силам ли мне вытащить низших демонов из ближайших витков? С камнем привратника это вполне осуществимо. Рискованно, но осуществимо…

Тряхнув головой, я выкинул это из мыслей, принявшись ждать возвращения родителей. У меня для них большая новость.

* * *

— Наш сын гений! — кричал отец.

— Неужели мне все это не снится? — причитала мать, вытирая проступившие слезы. А я сидел и как идиот пялился на них. Вот уж не думал, что родные так бурно отреагируют на то, что я взял первый шаг десятой ступени возвышения.

А к вечеру явилась старшая сестра и, толком даже не поздоровавшись, схватила меня за лицо и пару секунд изучала глаза.

— Ничего себе, первый раз такое вижу… — пробормотала Мия, а затем скомандовала. — Раздевайся!

Вздохнув, я стянул с себя рубашку и устроился на полу. Объяснять, зачем это нужно, мне не требовалось. Мирион не раз проделывал подобное. Сестра села за моей спиной и положила обе руки мне на грудь.

— А теперь сосредоточься на своем сосредоточии, — потребовала она. — Просто дыши, представляя, как пропускаешь энергию через себя.

Я так и поступил, позволяя сестре перехватить контроль над потоком силы внутри меня. Главное не сопротивляться, иначе это может повредить меридианы, особенно такие, как у меня.

Длилось это наверно минут десять, пока наконец сестра не отпустила энергию внутри меня и не поднялась, вытирая проступивший на лбу пот.

— Ну как, Мия, что скажешь? — тут же с волнением поинтересовалась матушка.

— Он создал сосредоточие, в этом нет никаких сомнений, — кивнула сестра, а отец тем временем протянул ей бокал с водой. — Поначалу я подумала, что может это просто проявление. Такое иногда бывает при зарождении сосредоточия, когда энергия собирается, но в итоге, так и не сумев закрепиться, распыляется. Такое часто бывает, когда ученики тренируются, но у Нейта оно полностью сформированное и стабильное. Невероятно! Ему ведь сейчас сколько, пять?

— Через три недели шесть.

— Удивительно! Но в то же время и плохо. Он ещё слишком молод, чтобы пытаться управлять энергией в своем теле. Оно в активной фазе роста, а это чревато серьезными повреждениями меридианов. Теперь нужно, чтобы его тело и энергия внутри гармонично развивались, пока он не повзрослеет.

Вот этого-то я и боялся. Излишнего внимания к своей персоне. Тц…

Будь мне хотя бы десять, все было бы проще, а так…

Но в то же время хорошо, что я не попытался поглотить демоническую энергию из ядра, иначе Мия могла бы заметить её следы. Вряд ли я быстро смогу гармонично использовать технику истинного равновесия силы.

— Думаю, что должна показать Нейта своему учителю, чтобы он решил, как нам лучше поступить.

— Ты приведешь его?

— Приведу? Ох, нет конечно. Я отправлюсь с ним в Варандер, и учитель посмотрит на него там.

— А он не слишком мал, чтобы отправляться в такую дорогу? Туда же добираться не одну неделю.

— Не волнуйтесь, всё будет хорошо. Мы отправимся в ближайшее отделение багрового возмездия, а там есть врата, — заулыбалась Мия. — Я доставлю его в целости и сохранности, в конце концов он же мой гениальный младший братец.

Уже следующим утром меня подготовили в путь. Мама собрала мои вещи, а старшая сестра убрала их в пространственное кольцо, что вызвало у меня легкое удивление. Это артефакт очень высокого ранга, откуда оно у неё?

Озвучив вопрос, я получил довольно простой ответ.

— От школы. Оно принадлежит школе багрового возмездия. Каждый из учеников, кто выдерживает первый год, получает такое во временное пользование, но по завершении учебы мы должны его вернуть.

— Вот как. Удивительно… — протянул я. Вот бы мне достать такое, тогда можно было бы положить в него сердце демона и не опасаться, что его кто-нибудь обнаружит.

— Если поступишь в школу, тоже со временем такое получишь. Это очень удобно. Можно хранить под рукой целую кучу вещей.

— А какой размер хранилища? — тут же уточнил я.

— Примерно вон как тот шкаф, — сказала сестра, указав на шкаф, где хранилась моя одежда. Не так уж и много, если подумать. — А у магистра ордена и старших мастеров кольца размером с эту комнату.

Видимо, это должно было меня впечатлить, но у меня и самого было похожее, и оно было таким большим, что туда мог поместиться весь Дайвард. Маленький подарок от Ютатоса, отца Юл. Специально, чтобы я мог хранить там «материал» для своих оружейных техник.

— Ну что, ты готов?

— Вроде да.

— Тогда забирайся мне на спину.

— Тебе на спину? Зачем?

— А как ты думаешь мы доберемся до отделения школы? Я покажу тебе, как перемещаются практики боевых искусств!

Глава 7

Сестрица явно собиралась меня впечатлить, применив какую-то технику шагов для перемещения, но у неё не получилось. И все же стоит отметить, что она двигалась очень хорошо и очень быстро, намного быстрее, чем я ожидал от мастера второго шага.

Её техника была очень любопытной: девушка не столько бежала, сколько скользила вдоль дороги. Я пока не мог разобраться, как именно она это делала. Очень напоминает стихийную технику ветра или льда, но насколько я слышал, прикоснуться к стихии на десятой ступени практически невозможно.

В любом случае, Мия оказалась полна сюрпризов. Да и обо мне, висящем у неё за спиной, она не забывала, и закрывала нас слабым покровом силы, который принимал на себя большую часть потоков ветра.

И все же ей тоже нужно было делать отдыхи.

— А как называется эта техника?

— Техника шагов странствующего ветра.

— Научишь?

— Извини, она принадлежит школе. Но если тебя туда возьмут, сам научишься, её не сложно получить.

— Значит, ты всегда так до нас добираешься?

— Да, — кивнула сестра, доставая из пространственного кольца бурдюк с холодной водой. — У школы есть несколько отделений на территории провинции. В Варандере мы бываем не так много времени, лишь когда надо пройти особые тренировки, посетить хранилище техник или решить какие-то вопросы. Почти всегда мы тренируемся и выполняем задания в региональных отделениях. Незадолго до прошлого Дня воздаяния меня приписали в Руханское отделение, а до этого я была в Носимидском. Оно находится далеко на востоке, и даже с помощью техники мы бы туда добирались больше дня. Поэтому я и не навещала вас раньше, а сейчас у меня появилась такая возможность.

Тут она не соврала, сестра стала чаще нас навещать. Ненадолго, буквально на полдня, но старается заглядывать.

— А далеко Руханское?

— С техникой часах в двух пути от Дайварда.

Сестра вдоволь напилась и протянула бурдюк мне. Отказываться не стал, как раз чувствовал легкую жажду.

— По правде сказать, мы туда и идем. Напрямую до Варандера мы будем добираться не одну неделю, но в Руханском отделении есть переходные врата, ведущие в штаб.

— У багрового возмездия есть собственные врата?

— Да, около десятка разбросаны по всей провинции.

— И нам разрешат ими воспользоваться? — заинтересовался я.

— Буду надеяться. Мой учитель на месяц покинул региональное отделение, а я не хочу показывать тебя кому-то другому, так что буду требовать открытия их в столицу.

— А, хочешь, чтобы именно вы “открыли гения”?

— Да, ты определенно слишком умен для пятилетки.

— Мне почти шесть, — напомнил я. — Без трех недель.

И сам чуть не рассмеялся, понимая, насколько нелепо это звучит. Это всё скверное влияние Хлои, которая постоянно сравнивает себя с другими детьми, основываясь на возрасте.

— Да-а-а-а, это определенно мно-о-о-о-огое меняет, — улыбнулась Мия, убирая бурдюк. — Ну что, ты готов? Продолжим путь.

Вздохнув, я вернулся к ней на спину. Не нравилось мне быть “рюкзаком”, но ничего не поделаешь. Сам я техниками шагов в нынешнем виде не владею, у меня даже ни одного узла силы не открыло, чтобы применять техники. Всё, что мне пока дает сосредоточие, это возможность усиления тела, полное или частичное, а также ускорение заживления ран. Пока не очень большое, но чем сильнее станет мое сосредоточие, чем больше меридиан я сумею создать в теле, тем сильнее будет эффект.

Мастер Мирион как-то хвастался, что если бы до того, как у него выжгли меридианы и сосредоточие, его ударил мечом простой человек, то он бы этого даже не заметил. Каким бы острым не было оружие, оно не пробьет кожу.

Сейчас мне до такого далеко.

Сестрица, пока я размышлял об этом взяла разгон, но не прошло и пары минут, как она резко затормозила, потому что на дорогу с криками выскочило несколько людей.

Что происходит?

Сестра быстро затормозила, а перепуганные люди бросились к ней. Лишь сейчас я заметил, что на них кровь.

— О, хвала лордам! Багровое возмездие тут! Пожалуйста, помогите! — кричала одна дородная женщина, заливаясь слезами.

— Помогите нам! Там… Там!..

Мия опустила меня на землю и попыталась успокоить взволнованных людей. Я тоже пытался понять, что они говорят, но чего-то кроме “там”, “мертвы”, “скорее” и “спасите” от них добиться было сложно. Но в конце-концов из кустов выскочил ещё один, худой жилистый старикашка, и вот он смог объяснить уже обстоятельно.

Полчаса назад на их небольшую деревню в полукилометре от дороги напали. Кто? Пока непонятно, но судя по куцым описаниям, группа кровавых сектантов.

— Я видел синего ворона над деревней.

— Люди альянса мясников? — удивилась Мия. — Откуда они тут, так близко от столицы?!

Но откуда крестьянам знать такое. Они лишь молили практика помочь, ведь в деревне осталось много женщин и детей.

— Нейт, извини. Тебе придется остаться с этими людьми.

Мия побледнела, но несмотря на страх старалась сохранять невозмутимый вид перед этими испуганными людьми. Она достала из пространственного кольца маленькую алую трубку, дернула за торчавшую снизу веревку, а через миг та хлопнула, и в небо устремился огненный шарик и, поднявшись высоко, расцвел множеством огней.

— Я позвала на помощь, сюда точно кто-нибудь должен явиться, а я… — теперь в её руке появился одноручный обоюдоострый меч. — Я должна отправиться туда.

— Брось! Ты же одна! — воскликнул я, понимая, насколько это опасный поступок. Среди сектантов точно будут практики, и в лучшем случае они будут с девушкой примерно на одном уровне.

— Не волнуйся, — улыбнулась сестра. — Они тоже видели сигнал и уже собираются бежать. Мое появление лишь сильнее их напугает, так что не волнуйся. Да и твоя сестрица сильная, разве я тебе не говорила?

“Ты говорила, что одна из худших в классе…” — подумал я.

— Присмотрите за моим младшим братом, пожалуйста, — поклонилась она, уперев кулак в ладонь.

— Да, конечно, конечно… — забормотал один из крестьян, хватая меня за плечо и пытаясь прижать к себе.

Бросив на меня короткий, немного обеспокоенный взгляд, сестрица кивнула и, развернувшись, скрылась в лесу. Я смотрел ей вслед и не сразу уловил разговоры, что шли между моими новыми “опекунами”.

— Да что она может в одиночку?

— А вдруг она великий мастер?

— Да откуда ученице быть великим мастером.

— Но она может спугнуть культистов.

— Да-да!

— Даже если умрет, то выиграет время пока не придут другие.

— Надо спрятаться и переж…

Услышав “даже если умрет”, я сбросил со своего плеча руку и отступил, сердито взглянув на сказавшего это. И меня возмутило не столько то, что он сказал, а как это было сказано. Небрежно, неважно. Он говорил о жизни моей сестры, спешащей спасать людей, рискуя столкнуться с более сильным противником, как о какой-то мелочи.

— Спрятаться и переждать? Трус! — прорычал я, смотря прямо ему в глаза. — Ты бросил своих близких и знакомых, спасая свою шкуру, и смеешь так уничижительно относиться к тому, кто храбрее тебя? Тому, кто идет на смерть ради незнакомых людей?!

— Мальчик, ты…

— Заткнись! Мне тошно смотреть на отбросов вроде вас. Бегите, прячьтесь и надейтесь, что рядом окажется тот, кто вас спасет. В следующий раз рядом может никого не оказаться.

Мужчина вновь хотел возразить, но тут же заткнулся, втянув голову в плечи, а позади полная женщина испуганно зашептала.

— Его глаза светятся… Светятся…

Плюнув им под ноги, я развернулся и последовал за Мией.

Необдуманный поступок с моей стороны. У меня только-только открылось сосредоточие, я не могу использовать ни одну из известных техник, так на что я рассчитываю, ввязываясь в этот безнадежный бой?

На то, что моя сестра останется в живых!

Я прошел через два столетия лет ада не для того, чтобы бросать своих родных на произвол судьбы. Или чем я буду лучше тех крестьян, что бросили всех и бежали прочь вместо того, чтобы сражаться? Я слышал, как они просили спасти свои семьи у сестры, но сами при этом палец о палец не ударили.

Как же раздражает…

Угнаться за Мией я не мог, как бы не старался. Слишком короткие ноги, слишком слабое тело. Пусть оно уже крепче, чем раньше, но это даже не близко тот уровень, который мне нужен. И уж тем более не тот уровень, с которым я решился бы вступать в схватку с противником, что может использовать боевые искусства. Но с другой стороны, благодаря сосредоточию я уже не такой беззащитный и могу кое-чем удивить своих врагов.

Мысленно я уже прикидывал примерные возможности своих противников. Вряд ли среди них будет кто-нибудь выше третьего шага десятой ступени, но даже это для меня слишком много. Обладают ли они демоническими техниками? Если и так, то вряд ли сильными.

И пока я обо всем этом размышлял, впереди показалась деревня. Несколько домов горели, а на дороге неподалеку от въезда я заметил несколько тел. Две женщины и ребенок.

— Сволочи, — пробормотал я, сцепив кулаки.

Мии видно не было, как впрочем и сектантов. Я должен её найти как можно скорее.

Я побежал по дороге вглубь деревни, натыкаясь на все большее количество трупов. Культисты тут порезвились будь здоров. Жестокие твари, которые как никто заслуживают ад, через который прошел я, но я не слышал о том, чтобы они становились приговоренными. Доводилось слышать теории о том, что у них какие-то особые контракты с правителями нижних витков, что даруют им возможность избегать правосудия лордов.

Рядом раздался женский крик, и я не думая ни секунды бросился туда, влетел в дом и застал совершенно обычного на вид мужчину с мечом в руках. У его ног вся в крови, зажимая рану на животе, лежала уже немолодая женщина.

До этого момента я не задумывался, как выглядят культисты. В страшилках старших они носят одежду из человеческой кожи и делают доспехи из костей, но этот выглядел почти нормально. На улице, проходя мимо, я бы не обратил на него никакого внимания. Разве что глаза, в которых можно было заметить алые огоньки, говорящие, что он использует демоническую энергию.

Культист неторопливо повернулся, а затем ухмыльнулся, продемонстрировав неровные желтые зубы.

— И кто это тут у нас? — внезапно спросил другой человек, и чья-то сильная рука ухватилась за мой шиворот и подняла мое хилое тельце над землей. — Мальчик, неужели мы только что прикончили твою мамку? Аха-ха-ха-ха…

Что-то я размяк за месяцы спокойствия. Даже боевую медитацию не активировал, когда оказался внутри, а стоило бы. Тогда я бы не оказался в таком неприятном и унизительном положении.

Я дернулся, но почти сразу понял, что это бесполезно. Не тот момент, чтобы пытаться высвободится.

— Что? Уже смирился с судьбой? Не боись, скоро ты присоединишься к своей мамке, — заговорил стоящий рядом с женщиной.

— Да перережь ему глотку уже, — фыркнул тот, что меня держал. — Видел сигнал? Сюда скоро придут псы лордов.

— Пф-ф-ф-ф, им же хуже. Йо-Туг их размажет.

— Ага, а если кто из мастеров явится?

— Когда явится, нас тут уже не будет.

Мужчины говорили об этом спокойно, а первый приближался ко мне лениво, доставая из-за пояса странный кинжал с сияющим синим камнем в рукояти.

Какое знакомое сияние…

Пожиратель душ…

Вернее, это некое его подобие. Если меч, принадлежащий Санграниру, был могущественным артефактом, который вдобавок позволял использовать накопленные души, то этот кинжал скорее всего лишь собирает их. А используют их уже гораздо позднее.

— Не дергайся, парень, и сдохнешь быст…

Культист совершил смертельную ошибку, когда недооценил мелкого мальчишку. Он просто хотел ткнуть мне кинжалом в грудь, толком даже сил не прикладывая, и в последний момент я, применяя все свои силы, ударил по его руке ногой. Кинжал развернуло в противоположную сторону и он вонзился мужчине в грудь. — Что?.. Как это…

Он захрипел, отшатнулся падая на спину и бледнея на глазах. Кинжал уже начал поглощать его душу, а его товарищ от неожиданности разжал пальцы, чего я только и ждал.

Упав на пол, я тут же рванул к кинжалу. У меня не было оружия, так что я собирался использовать трофейное.

— Ах ты, щенок! — послышалось позади, и лишь развернутая боевая медитация спасла меня от смерти.

Культист вытащил из пространственного кольца кнут, состоящий из костей и пропитанный демонической энергией. Его удар без труда рассек уже мертвое тело товарища, но не попал по мне, зато я успел вооружиться кинжалом.

— Сдохни!

Кнут просвистел над моей головой, обдав жаром, но я на это лишь недобро усмехнулся. Опасное оружие, способное прикончить нынешнего меня, будь оно в умелых руках, но против меня сражался дилетант. Слишком размашистые движения, ужасная точность и контроль оружия. Хорошего оружия, надо сказать.

— Да перестань ты скакать!

Комнату уже покрывал не один десяток дымящихся борозд, но культист так и не смог меня задеть, зато сам он побледнел и покрылся потом. Кнут видимо был прожорливым и активно тянул силы из хозяина, что нормально с подобным оружием. Оно либо подпитывается от владельца, либо силой жертв, а раз вокруг лишь трупы, а на мне ни царапины, силы кнут тянул из культиста.

— Стой, погоди… Твои глаза…

— Дошло, да? — ухмыльнулся я и бросился к мужчине. Кнут вновь одарил меня волной жара, но снова мимо. Зачем этот тип вообще таскает с собой оружие, которым совершенно не умеет владеть? Даже я навскидку мог придумать сразу несколько простых боевых стилей с использованием этого оружия для разной дистанции ведения боя, а этот размахивает кнутом как придется.

Пока он пытался вернуть себе оружие, я уже оказался рядом. Клинок без труда рассек ему бедро, отчего культист истошно заорал, припав на одно колено.

Теперь мы были на одном уровне.

— Стой… Погоди…

— Ты что, не можешь справиться с маленьким ребенком? — издевательски спросил я и ударил его кинжалом в горло. Культист захрипел и, зажимая рану руками, рухнул на землю, забившись в конвульсиях, а я совершенно спокойно наблюдал за его мучениями. Теперь он сам знает, каково это — умирать в муках. Все же я не мог тратить на него время и уж тем более оставлять за спиной.

Точные удары кинжала вначале в сердце, затем в сосредоточие оборвали его жизнь, а я тем временем ухватил его руку и быстрым движением отсек палец с кольцом. Стоило восхититься, что у сестры есть пространственное кольцо, как я обзавелся собственным. Интересно, что в нем. Вряд ли что-то ценное. Оно даже на вид более кустарное, словно неудачная попытка ученика-кузнеца создать вещь. У второго культиста нашлось аналогичное.

Неплохо-неплохо.

Забросив кольцо в карман, я направился на выход, не забыв при этом захватить трофейный кнут. Надеюсь, с сестрой ничего не случилось за время схватки.

Глава 8

Оставляя мертвых культистов позади, я выскочил на улицу. Меня немного беспокоили слова одного из них. “Йо-Туг их прикончит”. Кто такой этот Йо-Туг? Раз они говорили об этом с такой уверенностью, есть ощущение, что он по меньшей мере третьего шага, а может даже четвертого.

В пятый я верил слабо, таких мастеров в наших краях по пальцам одной руки пересчитать. Они либо переходят во внутренние витки, либо бросают свою возвышение. По крайней мере, в разговорах с сестрой я не слышал, чтобы во внешних витках были воины выше первого шага девятой ступени. Это вершина, которой можно достичь в наших землях из-за малого количества энергии. Даже за всю жизнь они не накопят достаточно силы, чтобы прорваться до второго шага девятой ступени во внешних витках.

И все же третий шаг — это серьезно. Реально ли с ним справиться человеку второго? Да, если он превосходит противника в опыте. Разрыв в техниках и силе не должен быть очень большим. Но есть ли этот самый опыт у Мии?

У меня этого опыта хватит на армию, но тело… Пусть я сделал его крепче, немного освоился с координацией и движением, мое тело все еще остается самой большой слабостью.

Звуки схватки неподалеку я услышал раньше, чем увидел, и поспешил на шум. Сестра сражалась сразу с двумя культистами, и к сожалению, преимущество было далеко не на её стороне. Её левая рука кровоточила и безвольно болталась вдоль тела, в то время как правой сестра отражала мечом атаки противников.

— А ты хороша, дрянь! — хохотал один из культистов.

— Надо прикончить её так, чтобы тело было целым. Найду ему отличное применение, — смеялся второй.

Они играли с ней, действуя слаженно и почти синхронно. Сестра при всем желании не могла контратаковать, да ещё с такой раной.

— Ублюдки… — прорычал я и скользнул в кусты неподалеку.

Хоть один плюс от моего тела — я маленький, меня сложно заметить. Эта парочка так увлеклась схваткой, что похоже даже не использовала боевую медитацию и не заметила моего нападения. Поймав удачный момент, я взмахнул кнутом, и тот обвился вокруг руки атакующего Мию культиста.

— Что?.. — опешил он, а в следующий миг я дернул цепь, и та с хрустом отрезала тому руку.

Заливаясь криком, культист отшатнулся, неверящим взглядом смотря на отсутствующую конечность. Второй тем временем уже поворачивался, замечая меня. Что-ж, ему же хуже.

Дернул цепь на себя, бросаясь вперед. Культист сделал прямой выпад, целясь мне в голову, но сразу видно, что он был не готов к схватке с таким маленьким противником. Уверен, что движения он оттачивал с расчетом на равного или превосходящего по комплекции врага. И все же полностью увернуться я не смог, клинок чиркнул меня чуть выше виска, рассекая кожу, но я этого даже не заметил. Когда тебя каждый день разрывают на куски, свыкаешься с болью и учишься её игнорировать.

Зато я сумел подобраться практически вплотную и ударить в открывшееся слабое место — ногу. Впрочем, и противник оказался проворнее прошлых и прежде, чем я успел опутать конечность хлыстом, врезал коленом прямо мне в лицо.

Блок.

Закрылся руками в последний момент, но удар всё-равно был довольно жестким. Как же мне не нравится снова быть слабым.

— Нейт! — крикнула сестра.

Меня подбросило в воздух и откинуло на несколько метров, и я всё же приземлился на ноги. Руки жутко болели, гораздо сильнее, чем царапина на голове. Повезло, что я долго укреплял это тело, иначе этот удар переломал бы все кости.

Но эта опасность лишь будоражила меня. Я уже и забыл, насколько это весело — сражаться не на жизнь, а на смерть.

— Щенок! Да как ты посмел?! — воскликнул тот, что избежал моей атаки. Однорукий тем временем достал что-то из пространственного кольца и закинул себе в рот. Скорее всего, это какая-нибудь лекарственная пилюля, что останавливает кровотечение и снимает боль. Но полностью прийти в чувства культисту не дала напавшая со спины сестра. К несчастью для неё, культист это заметил и парировал атаку подобранным мечом. Но теперь за Мию я мог не волноваться. Они с культистом были примерно равны по силам, но так было до того, как мужчина лишился ведущей руки. Меч в левой руке он держал плохо и не был способен применять уже отработанные техники, в отличие от сестры.

Но я отвлекся. У меня и своих проблем в лице второго культиста хватало. И он однозначно был второго шага десятой ступени возвышения и вполне мог использовать какие-нибудь базовые техники, что собственно и продемонстрировал.

Он скакнул ко мне, вновь атакуя мечом, и клинок словно раздвоился в момент удара. И любой из них мог быть настоящим.

Пытаться отразить два у меня не вышло бы с моей скоростью и силами, а отразить один — это шанс пятьдесят на пятьдесят. Нет уж, я так рисковать не собирался, поэтому просто упал на спину, пропуская оба меча над собой. С моими маленькими габаритами это было невероятно просто.

Перекатом ушел вправо, в то время как противник попытался наотмашь меня достать. Клинок вполне мог бы меня достать, но я выставил перед собой кнут. Меч высек сноп искр из зачарованного оружия, но не перерубил. Повезло.

В этот раз я тоже ответил, пользуясь возникшей дистанцией и тем, что противник не успел полностью развернуться. Культист попытался отпрыгнуть назад, но не успел. Кончик кнута скользнул по его лицу, рассекая щеку и глаз.

Не стоит меня недооценивать.

Пока он пытался прийти в себя, я бросился вперед, смещаясь вправо, уходя в его слепую зону. Прыгнул, одновременно скручивая кнут, и в прыжке набросил его на шею.

— Кха!

Я оказался у культиста на спине, уперся ногами, одновременно натягивая оба конца кнута и создавая импровизированную удавку.

— Кха-кха…акх… — хрипел он, попутно пытаясь ударить меня мечом в слепую. Один раз даже почти получилось, острие чиркнуло по плечу.

— А как тебе такое? — я влил в хлыст энергию, и тот стал источать алое сияние, а вместе с этим оборвался и хрип. Небольшое усилие, и голова культиста падает на землю, а рядом грузно плюхается и его тело.

Тут же обратился внутрь себя, проверяя, сколько энергии осталось, и с прискорбием ответил, что едва ли треть. Усиление и подпитка кнута сожрали очень много. Хотя чего я ещё хотел от только что сформированного сосредоточия?

Перевел я взгляд на старшую сестру и немного успокоился. Она стояла, тяжело дыша над телом однорукого культиста. Похоже, лорд удачи сегодня на её стороне. Но радость от её вида тут же улетучилась из-за того, как именно она на меня смотрела. Шокировано, с опаской.

— Нейт… Как… Как ты это сделал?.. Как вообще возможно, что…

Ну да, я почти шестилетка с едва открывшимся сосредоточием. Последнее не делает тебя тут же сильным бойцом, для этого нужны тренировки и очень много практики. То, как я дрался и двигался — ненормально для ребенка. И уж тем более кто-то вроде меня не должен убивать, не моргнув и глазом.

— Я могу объяснить… — немного виновато улыбнулся я, и сестра что-то хотела сказать, но в этот момент мы оба ощутили невероятную жажду крови. Прежде чем я успел хоть что-то сделать, откуда-то сверху свалилась массивная фигура, приземлившаяся совсем рядом с сестрой.

Стоит отдать Мие должное, её тело среагировало практически на автомате. Она выставила перед собой меч, на который тут же пришелся удар массивной металлической дубины, и одновременно попыталась отступить, но этого оказалось недостаточно. Сила и скорость были таковы, что меч разлетелся на множество осколков, а саму девушку отбросило на полтора десятка метров. Её тело кубарем покатилось по земле, и больше она не поднялась.

— МИЯ! — закричал я, собираясь броситься к сестре, но вовремя себя одернул.

Новый враг выпрямился и посмотрел прямо на меня своими белесыми глазами.

Возрожденный…

Откуда тут вообще взялся возрожденный, да ещё такой силы?!

До этого мне лишь в детских страшилках доводилось слышать о них. Особенно их любила рассказывать Хлоя, чтобы пугать меня, а теперь я столкнулся с ним лицом к лицу.

Крупный, почти два с половиной метра ростом, с бледной, отдающей синевой кожей, с ничего не выражающим лицом и стеклянным пустым взглядом. Оживший мертвец, которого воскресил какой-то очень могущественный культист.

Насколько же он силен? Третий шаг? Четвертый? Или он достиг пика, став мастером? В любом случае, он на порядок превосходит по силам старшую сестру и меня соответственно. Есть ли у меня хоть один шанс с ним справиться?

Будь на его месте обычный практик, то я бы скорее всего сказал нет. Сила плюс опыт — страшная комбинация, но когда тебе противостоит враг, воскрешенный с помощью запретных искусств, то всё становится иначе. У этой твари нет опыта, лишь сила, а одной силы частенько бывает маловато.

Да, я смогу его прикончить!

— Эй, верзила! Я тут! Что, испугался ребенка?! — крикнул я, привлекая его внимание, и верзила скакнул вперед. Быстро, даже слишком. Лишь благодаря тому, что примерно такой реакции я и ожидал, сумел отпрыгнуть в сторону. Возрожденный не сумел затормозить, пронесся мимо и врезался в стену дома неподалеку.

Он зарычал и взмахнул своей массивной дубиной, снося стену. Видимо, ему не понравилось, что та возникла на пути. Что сказать, глупое создание. Сильное, но глупое. И в этом и был мой шанс. Я не мог противостоять ему напрямую, слишком уж большая разница в возвышениях, но используя хитрость и знания, можно вывернуть ситуацию в свою пользу.

Возрожденный, закончив со стеной, неторопливо направился ко мне, словно больше не опасаясь, что я куда-то убегу. Значит, вот что за Йо-Туг, о котором говорили те парни. Да, даже будь тут десяток бойцов как Мия, вряд ли бы у них получилось его одолеть. Слишком неравные силы. Тут нужен мастер, воин, достигший максимального пятого шага на десятой ступени возвышения.

Я взял трофейный кинжал и привязал его к концу такого же трофейного кнута.

— Ну давай, здоровяк, посмотрим, из чего ты сделан, — ухмыльнулся я, начав раскручивать кинжал, одновременно смещаясь в сторону.

Вовремя. Возрожденный вновь ускорился, и на то место, где я только что стоял, обрушилась дубина, разворотив землю. Ух… Он быстрый на рывках, но при этом медленный на разворотах. Какая-то особая техника, что противник использовал, будучи живым? Вполне возможно.

Пока он вытаскивал дубину из образовавшейся небольшой воронки, я метнул кинжал с привязанным кнутом, и тот попал возрожденному в руку, но… кожу не пробил. Максимум чуток оцарапал, и это было скверным открытием. Я продолжал бежать, стараясь оказаться у нежити за спиной, попутно возвращая кинжал для новой попытки. Но разумеется, он не стал давать мне такой возможности. Неторопливо обернувшись, он нанес размашистый горизонтальный удар, но уж слишком небрежно. Дубина пронеслась у меня над головой, лишь немного обдав порывом ветра, даже пригибаться не пришлось.

Отступил, поспешив атаковать его сбоку. Я раскручивал цепь, нанося удар за ударом и попутно уворачиваясь от атакв. Кружил вокруг, как делал это обычно с более сильными противниками, пытаясь истощить, но это плохая тактика против ожившего мертвеца.

Да и «пробивной» силы мне явно не хватало.

Перекат, перекат, раскрутить цепь и рубануть кинжалом на её конце.

У меня получалось. Медленно, но получалось. На теле противника появлялись всё новые и новые раны, но проблема в том, что он мертвец. Если бы это был человек, то он бы уж истекал кровью.

Радовало, что тварь не слишком умная. Она двигалась и действовала по определенным шаблонам, которые благодаря моему опыту было легко предугадать. Часто он просто колотил своей дубиной, желая попасть по мне и даже не пытаясь использовать технику.

Тем временем я копил силы для решающего рывка. Собрал всю силу, что была, и влил энергию в оружие. Если все получится, то он станет гораздо менее опасным. Когда возрожденный в очередной раз бросился в атаку, я воспользовался этой возможностью и скользнул вниз, набрасывая кнут на его ногу. Я попытался повторить тот же трюк, что и с безголовым культистом. Если я отрежу ему ногу, но это заметно уменьшит прыть возрожденного, а там и прикончить его будет проще.

Кнут запылал демоническим пламенем, а я натянул его что есть сил, пытаясь отсечь конечность, но… я стал слишком самоуверенным. Кожа нежити слегка задымилась, но визуально я не заметил, чтобы кнут хоть на немного погрузился в плоть.

Он слишком крепкий!

Эта мысль пришла с запозданием, а в следующий миг возрожденный дернул ногой.

Я ничего не успел предпринять, лишь сгруппироваться в воздухе, когда отправился в полет, что закончился болезненным приземлением. Похоже, что я отключился от удара, потому что, очнувшись, понял, что лежу у какого-то дома, и есть предположение, что я влетел прямо в него. Чудо, что вообще сейчас дышу, но боль сильная, и тяжело дышать, а это значит, что у меня как минимум сломаны ребра.

Мутный взгляд заметил неподалеку какое-то движение, и пришлось приложить усилие, чтобы сфокусироваться.

Гребаный Йо-Туг. Стоит как ни в чем не бывало. Я думал, что первый удар был недостаточно сильным, что мои руки недостаточно крепки, но нет. Этот тип при жизни использовал какую-то технику укрепления тела, стальную кожу или что-то похожее, отсюда и такой маленький урон даже с демоническим оружием. Будь я хотя бы на третьем шаге, то все бы получилось, но с почти истощенным сосредоточием это изначально был провальный план.

Я слишком расслабился, слишком много времени провел в окружении детворы, слишком размяк… И вместе с этим стал слишком самоуверен, обретя силу, способную сокрушить даже Рамуила.

“Спираль не любит самоуверенных гордецов”

Да, учитель, я об этом практически забыл…

Вначале я думал, что возрожденный пойдет ко мне, но вместо этого здоровяк развернулся и размеренной походкой, волоча дубину за собой, пошел по направлению к сестре.

Нет-нет-нет-нет…

На меня накатила паника, но…

“Разум должен оставаться холодным. Паника ещё никому не помогала”.

Да, и вновь ваши уроки мне помогают, учитель…

Морщась от боли, я приподнялся, на одной руке, лишь сейчас заметив, что вторая сломана, причем где-то в плече. И тут мой взгляд упал на кинжал, тот самый, который я привязывал к кнуту. Сам кнут похоже разорвало, а вот кинжал уцелел и лежал в метрах двух от меня.

И что толку с этого кинжала? Я не смогу им пробить кожу возрожденного, и уж тем более в нынешнем состоянии. Я даже встать не могу, что уж…

Но мысль оборвало едва заметное сияние камня в его навершии.

Верно…

Камень. Почему я сразу об этом не подумал?

Это оружие высасывает жизненную энергию из жертвы, аккумулируя её в камне. Прямо сейчас внутри него как минимум несколько человеческих жизней. А может даже больше? Я отлично помнил, насколько страшен был хозяин Пожирателя душ, как легко он исцелял даже самые тяжелые раны, используя жизненные силы.

Но могу ли я его использовать так же? Непохоже, что этот камень отдавал энергию хозяину кинжала. Что если дело не в камне, а именно кинжале? Скорее всего, на него нанесены руны, что лишь поглощают жизнь. Но смогу ли я использовать камень без кинжала?

Да какая разница?

Если я не сделаю хоть что-нибудь, Мия погибнет, а следом, скорее всего, и я. Эту тварь может и упокоят, но перед этим она прикончит ещё очень много людей. Не для того я выживал два столетия в аду и убил Рамуила, чтобы сдохнуть от рук какого-то зомби.

Нет, я его прикончу.

Прикончу, а затем стану сильнее, войду во внутренние витки и найду учителя.

И я пополз к кинжалу, игнорируя боль. Он наконец казался в моих руках, и я постарался выдавить камень. Не вышло, тот слишком прочно сидел, зато, присмотревшись внимательнее к рукояти, я действительно заметил демонические руны.

Мне нужно что-то, чтобы выковырить камень из рукояти.

Я закрутил головой и заметил простой камешек как раз подходящей формы. Схватил его и со всей силы ударил по рукояти, стараясь углом попасть прямо по драгоценности. И ещё раз. Ещё.

Возрожденный тем временем уже оказался рядом с сестрой, схватил её за волосы и стал поднимать над землей.

Нет! Нет! Нет!

Ещё удар.

И ещё.

Каменюка в руках развалилась от очередного удара, но дело свое сделала. Наполненная жизненной энергией сфера выпала из обрамления и покатилась по земле. Я поймал её, сжал в руках и без сомнений закинул себе в рот.

Концентрат из чистой энергии творит настоящие чудеса. Я ощутил, как в меня вливается огромный поток силы. Я пару секунд пытался его сдержать, а затем направил по недавно сформированным меридианам, попутно открывая узлы силы.

Узел бесконечного меча

Узел танца на краю

Узел древесного спокойствия

Узел восхождения на гору

Узел легкой поступи

Узел беззаботной жизни

Ублюдки… Скольких же людей вы погубили?! Эта сила… Тут энергия не пары человек, как я думал, а десятков. Я ощущал по меньшей мере три десятка оттенков энергии, текущей по меридианам.

Раны исцелялись, а я поднял трофейный кинжал и ногтем, используя хлещущую из меня энергию, выжег на рукояти две новые руны.

Сестра очнулась и закричала, увидев перед собой монстра. Она попыталась использовать на нем какую-то рукопашную технику, но возрожденный даже не шелохнулся. Он лишь выше поднял трепыхающуюся Мию. Что бы он не собирался с ней сделать, я этого не позволю.

Теперь я мог использовать технику шагов “Скользящий ветер”, которой научил меня Мирион. Для неё нужны лишь узлы легкой поступи и восхождения на гору. Быстрый словно ветер, я оказался рядом с ними, одновременно направляя энергию в кинжал.

Взмах, и сияющий полутораметровый клинок без труда рассекает плоть возрожденного.

— НЕ СМЕЙ ТРОГАТЬ МОЮ СЕМЬЮ!

Мия вместе с отсеченной рукой нежити упала рядом, а я стремительно атаковал, на мгновения превращаясь в фантом.

Возрожденный зарычал, размахиваясь своей дубиной, но мимо. Я был слишком быстрым. Играючи ускользнув от его удара, я взмахом клинка атаковал нежить, но монстр заблокировал атаку дубиной, и вот металл я перерубить не смог, лишь оставил на оружии лишь насечку.

Возрожденный ударил в ответ, но я даже не пытался увернуться, а использовал охранительный покров. Сбоку от меня сформировался барьер из энергии, который поглотил большую часть удара.

— И это всё, на что ты способен?! — зарычал я, бросаясь вперед.

Янтарная техника демонического меча. Тысяча порезов!

Рывок, взмах, и вот я уже стою позади Возрожденного, тяжело дыша. Кожа горит, внутренности горят от перегрузки, но какая разница, ведь я победил.

Сияющий клинок исчез, превратившись в моих руках в обычный серебристый кинжал, а нежить позади просто развалилась на десятки мелких кусочков.

Меня переполняла сила. Как же я соскучился по чувству свободы, что она дает.

Но этот миг эйфории закончился полным отчаянием. Внутри меня словно что-то надорвалось, а затем я упал на колени, закашлявшись кровью.

* * *

— Это невозможно, — тихо прошептала Мия Крейн, видя, как её младший брат с легкостью уничтожил возрожденного, что при жизни был по меньшей мере воином четвертого шага. Прямо на её глазах этот маленький мальчик использовал незнакомую технику шагов, одновременно обращая кинжал в духовный меч. Да такую технику могут использовать только Мастера! Это было не духовное усиление, когда клинок заостряется за счет техники, а именно меч, сотканный из энергии, где кинжал выступал лишь рукоятью.

Один взмах сияющим клинком, и возрожденный, что внушал ужас, превратился в гору разрубленного на мелкие кусочки мяса.

“Невозможно!”

“Он гений?”

Но даже если это было так, Мия никак не могла взять в толк, откуда мальчику известны подобные техники. Лишь в легендах настоящие гении создавали техники на ходу, с нуля, но на практике лишь мастера могут похвастаться таким, и то, чаще всего это не уникальные техники, а вариации уже существующих. Те их просто дорабатывают и изменяют под себя. Но Нейт при всем желании не мог прежде видеть духовный меч, чтобы понять, что это за техника. Даже сама Мия видела её лишь однажды, во время тренировки мастеров.

Нейт стоял, тяжело дыша, и меч, что он сжимал в руках, погас, вновь превратившись в кинжал. Он запрокинул голову к небу, улыбнулся, но уже через секунду упал на колени, заливая землю хлынувшей изо рта кровью.

— Нейт! — испуганно крикнула Мия и вскочила на ноги, сбрасывая оцепенение. — Нейт!

Она в два шага оказалась рядом с ним, но к тому моменту мальчик был без сознания. Коснувшись шеи, она прислушалась к пульсу, и тот был очень слабым. Нейт был при смерти. Что бы он ни сделал для получения той силы, теперь это его убивало.

— Младшая ученица! — послышался возглас позади, и на миг дрогнувшая Мия расслабилась.

Это было пятеро таких же учеников, но годом старше. У двоих были копья, остальные с мечами.

— Младшая ученица, я Эвун, третий год, докладывай, что тут случилось! Это ты звала на помощь?!

— Да, тут… Тут сектанты! Быстрее, у вас есть зелья жизни?! Мой брат умирает.

— Ох! — тут же опомнился один из учеников и парой секунд спустя вытащил из пространственного кольца невзрачный сосуд. — Вот!

— Спасибо, — искренне поблагодарила она его, быстро откупорила склянку и влила мальчику в рот. — Пей… Тебе нужно пить… Вот так… Вот так… Я не позволю тебе умереть после всего, что ты сделал… Держись… Пожалуйста…

* * *

Когда я открыл глаза, то не почувствовал себя отдохнувшим. Напротив, казалось, что я долгое время тренировался, а затем просто рухнул без сил. Всё тело болело, отдавалось неприятной ломотой, онемением и другими неприятными проявлениями. А еще я чувствовал какую-то странную пустоту.

— Ох, он очнулся!

Это голос сестры, я узнал его сразу.

Сделав небольшое усилие, разлепил глаза, которые никак не желали открываться, а когда таки смог, то понял, что лучше бы этого не делал…

Для начала, в комнате находилась не только сестра, но и еще двое мужчин. Один примерно одного возраста с отцом, крепкий и сильный, с легкой сединой в волосах, а второй — худой старик с длинной бородой, облаченный в белоснежную мантию. И именно последний стоял, склонившись надо мной и втыкая в мое хилое тело иголки.

Акупунктура? Ох, блин…

— Не двигайся, — мягко, но вместе с тем не терпящим возражения голосом, сказал лекарь. По крайней мере, я решил, что он лекарь, раз занимается подобными практиками. — Если я попаду не туда, то это плохо для тебя закончится. Ты меня понял?

— Да…

Я почти не узнал свой голос. Хриплый, режущий слух. Неужели я настолько сильно ранен?

— Не двигайся, Нейт, доктор Вэй тебе поможет.

Воспоминания о схватке с воскрешенным не радовали.

Я перегрузил себя. Поглотил слишком много силы, которую мое тело просто не в состоянии выдержать. Была надежда, что с чистой жизненной энергией будет не так, как с демонической, что скорость восстановления окажется достаточно быстрой, чтобы исцелять повреждения меридиан, но я ошибся. Сила была слишком велика, и теперь…

Прикрыв глаза, я обратился внутрь себя, сосредоточившись на сосредоточии и… ничего. Там была абсолютная пустота. Ни намека на спиральную энергию, а это могло значит только одно. Я выжег свое сосредоточие. Спалил меридианы потоком силы.

Идиот!

Глупец!

Мне хотелось закричать, разломать что-нибудь, но вместо этого я сделал глубокий вдох и погрузился в медитацию. “Разум должен оставаться холодным. Паника ещё никому не помогала”. Я помню учитель. Даже спустя столько лет, я помню.

Это не конец.

Я ещё не сдался.

* * *

— Значит, он сражался вот этим? — поинтересовался учитель Эйлив у своей ученицы. Мия Крейн утвердительно кивнула.

— Да, этот кинжал лежал рядом с ним.

— Любопытно… — задумчиво произнес он, разглядывая клинок сектантов в своих руках. Воин уже не первый раз имел дело с работами культистов и по одному лишь виду сразу мог сказать, кому она принадлежит. Альянс мясников — группа культов, что поклоняется Бартомату, демону тринадцатого нижнего витка. Демону резни, откуда и исходит данное название. Но несмотря на общего “кумира”, это целая группа независимых культов, что грызутся между собой. И этот кинжал принадлежал культу Федаса Кровопускателя. — И в то же время странно.

— Учитель?

— Видишь эти руны? — он продемонстрировал выжженные на рукояти символы. — Я таких не знаю. Это должен быть кинжал, что поглощает души. Такие сектанты часто используют для жатвы, передавая собранную силу своему господину, но камень отсутствует, а эти руны ломают суть заложенной конструкции. Я не знаю, когда точно они были нанесены, но одно точно — это было сделано гораздо позже создания самого кинжала. И мне интересно, Мия, мог ли их начертить твой брат?

— Руны? Откуда моему брату знать их? — девушка немного растерялась, но Эйлив хорошо её знал и не сомневался в том, что она говорит правду. — Ему шесть, он даже спиральное письмо полностью не освоил, что уж говорить про руническое.

— И тем не менее, по твоим словам, он использовал техники, которые не должен был, и убил возрожденного, которого даже ты, ученица второго года, не смогла победить. Как же он это сделал?

— Я…

— Думаю, я могу ответить на этот вопрос, — к ним подошел лекарь Нэвир.

— Как он? — тут же поинтересовалась Мия.

— Он… Говоря прямо, он плох. Жизни ничего не угрожает, но в остальном, увы, я вас сильно разочарую. Я полагаю, что он поглотил огромное количество энергии, достаточно чистой, чтобы это его не убило, и в то же время слишком большое для него.

— Он поглотил энергию камня души, — Эйлив показал лекарю кинжал с пустым гнездом.

— Скорее всего, — согласился лекарь. — В обычной ситуации это должно было просто выжечь его изнутри, но он каким-то образом смог направить эту энергию, открыв узлы силы.

— Невероятно! — охнула Мия.

— Да, и впрямь. Полагаю, что в момент битвы он был по меньшей мере четвертого шага или даже мастером. Я бы сказал, что этот мальчик был настоящим гением, что рождается раз в сотни лет. Я не слышал, чтобы в таком юном возрасте создавали первое сосредоточие.

— По легендам, лорд Вершитель создал сосредоточие в семилетнем возрасте, — припомнил Эйлив. — И на моей памяти это был самый ранний случай его создания.

— Даже те, кто создает его в девять лет, часто считаются гениями.

— То есть… Мой брат супер-талант, который превзошел даже лорда Вершителя? — Мия просто не могла в это поверить.

— Возможно, — пожал плечами старый лекарь. — Но теперь мы этого уже не узнаем.

— Почему?

— Я же говорю, твой брат поглотил слишком большую силу. Он выжег свое сосредоточие, а вместе с ним и меридианы.

— Но… Ведь должен быть способ…

— Мия, — одернул её наставник. — Ты же отлично понимаешь, что это значит.

— Но… Он же…

— Мне жаль, — лекарь склонился в поклоне. — Он был гением, и мы его потеряли. Этот юноша больше никогда не сможет заниматься боевыми искусствами.

Глава 9

— Ты опять тут заперся? — в комнату бесцеремонно вломилась Хлоя и по-хозяйски уселась на кровать, пока я сидел на полу и изучал целую кучу книг.

На девушку я даже не посмотрел, и это был один из маленьких, жутко раздражающих её способов “отомстить”. Удивительно, как легко она раздражалась, стоило только её демонстративно игнорировать.

Дети…

— Не против, если я у тебя немного посижу? — спросила она, и лишь этот вопрос заставил меня поднять глаза и посмотреть на неё.

Потухший взгляд, свежий синяк на лице. Небольшой, она по опытности успела сделать холодный компресс, чтобы тот не слишком разошелся.

— Отец?

— Я упала.

— Ну да, — кивнул я, не став развивать тему.

И это ещё одна причина, почему я изменил свое мнение о Хлое. Это в моей семье всё хорошо. Работящий и любящий отец, заботливая мать, старшая сестра, что поступила в школу Багрового возмездия. А вот в семье Арли всё не так радужно. Три года назад во время родов второго ребенка скончалась жена, оставив Глейва Арли на руках с двумя детьми. И это сильно подкосило мужчину, он начал выпивать и поднимать руку на детей. Хлоя, как старшая, принимала удары за двоих.

Она дразнила меня, зло подшучивала и доставала, потому что ей просто нужно было выпустить накопившийся внутри негатив. Едва ли мне тогда это нравилось, но теперь я хотя бы её понимал. Если подумать, то её подначки всегда были какой-то мелочью, и момент, когда она подговорила Хаппонга, был самым серьезным проступком за всё время. Прежде она никогда сама не поднимала на меня руку, ограничиваясь лишь словами. Видимо, тогда я её слишком напугал той угрозой, дав излишнюю волю “жажде крови”. Она действительно поверила, что я убью её за те глупые дразнилки.

Что поделать, я слишком привык общаться с демонами…

— Если хочешь, можешь переночевать у меня в комнате. Тут отец тебя не достанет, мой не позволит.

— Нет, тогда достанется Юхану.

— Понимаю, — вздохнул я.

К сожалению, я ничем не мог ей помочь в нынешнем состоянии. Вернее, я бы мог прокрасться к её отцу в комнату и перерезать глотку во сне, но что тогда будет с Хлоей и её братом? Да и со мной? Просить отца вмешаться? Нет, он не станет. Вернее уже пытался, но получил довольно жестокий отпор. Единственная, кто действительно может помочь — моя старшая сестра, но после сражения с возрожденным я её видел лишь один раз. Она говорила, что её квартируют куда-то на север, и она не скоро вернется.

Девочка просидела у меня на кровати минут двадцать, если не больше, не издав при этом ни звука. Для такой болтушки это была целая вечность. Удивительно, как при таком языке без костей она сохранила мой секрет о демоне.

— Ты правда понимаешь, что тут написано? — спросила она, ложась на живот и подпирая голову руками.

— Более-менее, — ответил ей, делая очередные пометки в блокноте.

— Несколько месяцев прошло. Ты правда веришь, что сможешь восстановить свое сосредоточие?

— Я не намерен сдаваться, — твердо сказал я, не отвлекаясь от исследований.

— Но твое сосредоточие уничтожено. И я не слышала, чтобы кто-то мог создать новое.

— Ты не права, — покачал я головой, поднимая нарисованную собственноручно карту меридианов. — Уничтожено мое сосредоточие Жизни, но существует ещё два: Силы и Разума, — я ткнул в сердце и голову, где имелись соответствующие пометки. — Проблема лишь в том что они вырастают из узлов силы на меридианах Истинной несокрушимой силы и Бесконечного разума.

— И ты думаешь вырастить новое сосредоточие в одном из них?

— Нет. Я не смог вырастить меридиан, идущий к сердцу. Чтобы это сделать, нужно достичь первого шага седьмой ступени, а для разума — третьей ступени.

— Кха… — выдала Хлоя уронив голову на кровать. Но тут же затрясла темными волосами и пренебрежительно поджала губы. — И какой толк от этого?

— Никакого. Но сам факт того, что из узлов силы можно вырастить новое сосредоточие, поразителен. Мне доводилось слышать, что каждый новый шаг, начиная с третьей ступени, это не открытие узлов силы, а создание малых сосредоточий. И мастер первой ступени — это человек вообще без узлов силы.

— Я ничего не понимаю…

— Эх… Я говорю, что это значит, что можно вырастить сосредоточие из любого узла силы, просто для этого нужна специальная техника.

— И где ты её возьмешь?

— Во внешних витках? Нигде. Тут её не найдешь, да и вряд ли в первых внутренних витках такую встретишь.

— Тогда это бессмысленный разговор.

— Вовсе нет. У меня есть шанс создать новое сосредоточие, пусть и очень слабый. И… рискованный.

— Ла-а-а-адно… Ты меня заинтриговал, — сказала Хлоя и перевернулась на спину, свесив голову и уставившись на меня. — Я слушаю.

— Помнишь, год назад я убил демона?

— Бр-р-р-р-р… Конечно помню! Как мне это забыть? Кстати… Ты правда бы меня убил, если бы я об этом рассказала?

— А сама как думаешь? — мягко улыбнулся я.

Девочка вздрогнула, подскочила и села, поежившись.

— Так что там с демоном?

— Я вырезал из него ядро. Прямо сейчас оно спрятано в лесу.

— О… Жуть какая… Надеюсь, он не возродится из него.

— Нет. Не возродится.

— Приятно слышать. Так что с тем ядром?

— Я собираюсь его поглотить.

Хлоя при этих словах округлила глаза и побелела.

— Но ведь это… запрещено. Это темные искусства, демонические. Они опасны и…

— Без них я был бы сейчас в аду, Хлоя. Я понимаю, что это тебя пугает, но это мой единственный шанс. Демоническое сосредоточие создается гораздо выше Жизни, вот тут, где печень.

— Ох…

— Оно имеет свои меридианы, схожие с обычными, но наполняющиеся другой энергией.

— Ты хочешь стать демоническим мастером?

— В верхних витках это самоубийство. Мою энергию сразу же почувствуют все местные сигнальные артефакты, и даже если жить как демонический сектант или культист, я не добьюсь многого, ведь демонической энергии в верхних витках почти нет.

— Тогда я ничего не понимаю…

— Я создам сосредоточие, а затем опустошу его, выжму из себя всё, что смогу, и в этот момент наполню его энергией Спирали.

— Такое действительно возможно?..

— Теоретически. Проблема в практике. Не похоже, что хоть кто-то из ученых, писавших эти труды, пытался прикоснуться к демоническим искусствам. Но вот в этой книге, — я поднял одну из книг и показал девушке, — говорится, что структурно меридианы демонической и спиральной энергии не отличаются. У них разные пути течения, но я вполне в состоянии их срастить. Вот только…

— Только что?

— Да так, — отмахнулся я, решая что не стоит девочке этого знать.

Проблема была в том, что в таком случае у меня не будет возможности использовать демонические техники. Раньше была хорошая надежда на технику Истинного равновесия силы, но она существовала для того, чтобы уравновешивать энергию в двух разных Сосредоточиях. Совсем отказаться от демонических техник не хотелось, ведь это было моим козырем в будущем.

Хлоя пожала плечами.

— Ну да ладно. Не хочешь — не говори, — в её голосе звучала легкая обида, но мне не пять лет, чтоб купиться на такую банальную манипуляцию. — А ты не думал таки покраситься?

Задавая последний вопрос, девочка протянула руку и коснулась пальцами моих волос, отчего я раздраженно дернул головой.

— Мне и так нормально. А что, тебе не нравится?

— Мне-то как раз нравится, но остальные дети на улице за спиной тебя белым психом называют.

— Плевать, как они меня называют, — пожал я плечами.

Волосы… Ну да. Побочный эффект сгоревших меридиан — они стали седыми, и теперь я разгуливаю по улице с белоснежной шевелюрой. Лекарь Нэвир говорил, что с возрастом цвет может вернуться, но за последние месяцы у меня не появилось ни одного темного волоска.

— Ну да, если подумать, то я единственный твой друг. Ты не играешь с нами. Хотя Хаппонг все грозится, что как-нибудь тебя побьет. Я говорю, что он идиот, и лучше к тебе не лезть.

— Для его же блага, — кивнул я. Мое тело всё ещё достаточно сильное, да и я регулярно тренирую координацию и оттачиваю свои движения. Если он думает, что сможет хоть пальцем меня тронуть спустя год моей реинкарнации, то глубоко заблуждается.

— Вот-вот. Завтра День воздаяния, ты пойдешь на праздник?

Я поморщился. Это самый ненавистный праздник в моей жизни, по понятным причинам.

— Не уверен.

— Боишься, что Вечная снова назовет твое имя?

— Страх — это не та эмоция, что я испытываю, — сухо ответил я. — Просто для меня это не праздник. Представь себе, что он устраивался бы в честь смерти твоей матери.

Хлоя вздрогнула и помрачнела.

— Теперь ты меня понимаешь?

— Да…

— Отлично.

* * *

Но несмотря на сказанное, я всё-таки пошел на праздник. Отец с матерью настаивали, говорили, что я провожу слишком много времени за книжками последние недели, и грозились больше ничего мне не покупать, если бы я отказался.

Пришлось пойти навстречу, в конце концов им правда пришлось раскошелиться, чтобы купить все те книги по медицине. Мия тоже поучаствовала в этом, видимо ощущая вину из-за случившегося, но я ни в чем её не винил. Она поступила как должно, а я поступил, как должно было мне. Все остальное не важно.

Я жив, и даже если лишился сосредоточия и меридиан, для меня это не конец. Две сотни лет в аду многому меня научили, и я намеревался использовать эти знания на полную, когда придет время. А пока у меня есть возможность насладиться спокойными деньками. Видят лорды, мне этого очень и очень не хватало.

В этот раз я вновь сидел на плечах у отца. Ему почему-то нравилось меня так носить, ну а я не возражал, равнодушно наблюдая за толпой. В этом году людей было меньше, видимо, в этот праздник наместник Ахон не осчастливил наш небольшой городок своим визитом.

По пути отец купил мне медовый леденец, и я с удовольствием им полакомился. Сладости и вкусная еда — это одна из тех вещей, которых мне очень не хватало в Аду. Еда там была паршивая, и даже поднятие в воинской иерархии владений Рамуила глобально это проблему не исправило. Многие демоны вообще мясо ели сырым, считая готовку пустой тратой времени, а приговоренных кормили не лучше, чем свиней, отвратительной полутухлой бурдой.

Помню, что после своего перерождения и убийства демона несколько недель объедался всевозможными вкусностями. Впрочем, сильно с этим не перебарщивал. Баловать себя нужно в меру, потому что я не раз видел, как воины Рамуила слишком увлекались выпивкой и женщинами, теряя форму и силы. Я самолично прикончил нескольких таких, до этого считавших себя непобедимыми.

Как же давно это было…

— Твоя мама говорит, что ты начал ладить с Хлоей. Мне казалось, что она тебя раньше доставала, — внезапно заговорил отец.

— Было дело.

— Я рад, что вы начали ладить. Друзья — это важно.

Ага, особенно учитывая, что нас связывает тайна, открой она которую, я бы её убил. Хотя… сейчас уже не уверен. Но в те дни, год назад, не сомневался бы не секунды.

До начала непосредственно церемонии было ещё какое-то время, и отец всеми силами пытался меня развеселить, водил к уличным фокусникам и артистам, но так и не смог выдавить из меня улыбки. Что поделать, я повидал за свою жизнь слишком много дерьма, чтобы подобное могло меня по-настоящему радовать.

А ещё он пытался выдать за забавную байку прошлый год, когда мое имя назвала Вечная, которая вроде бы должна меня развеселить и успокоить, но на деле только раздражала. Но этого я не собирался ему показывать, возможно, он успокаивает больше себя, чем меня. Всё таки, учитывая прошлогодние события, была в нем некоторая нервозность.

Но вот прозвучал звон колокола, оповещающий всех, что скоро должно начаться главное событие сегодняшнего дня. Вместо наместника в этот раз речь говорил градоначальник, господин Динрим, но та была такой же скучной, как и речь наместника. Толпа впрочем так не считала и активно поддерживала его радостными возгласами.

Единственное, о чем я думал, смотря на этого человека: замешан ли он в том, что происходит? От Рамуила я выяснил, что те, кого забирают демоны, не столько преступники, заслуживающие кары, сколько жертва демонам, чтобы те вырастили сферу вечности. Она по сути была таким же камнем, как тот, что я проглотил, но вмещала в себя не десятки или сотни, а скорее всего миллионы жизней. Тысячи лет Рамуил формировал её, и ведь Вечные называют имена лишь тех, кто живет или находится в округе. И сколько таких городков вроде нашего? Тысячи? Больше? По десять человек из каждого, каждый год, и это уже десяток тысяч жизней минимум. И так на протяжении тысячелетий…

Но я увел мысль немного не туда. Лорды, какими бы божественными силами их не наделяли, такие же воины Спирали, как те ученики, что стоят сейчас в самом центре, перед трибуной, дожидаясь, когда эта созданная лордами машина назовет их имена, просто они достигли предела. Стали мастерами первой ступени, вершины боевого искусства. Они не боги. Они не видят всё, несмотря на общепринятое мнение. Они могут летать, могут стереть Дайвард одним движением пальца, но они не вездесущи и не всезнающи. Откуда они берут имена тех, кого надо приговорить? Самое логичное предположение — градоначальник. Он записывает имена в какой-то список, который затем передает посланнику лордов.

Придет время, когда мы с ним это обсудим. Но не сейчас. Не сейчас…

— Может, в следующем году и твоя сестра окажется среди них, — голос отца в этот момент звучал странно. С одной стороны, он хотел, чтобы Мия реализовалась, вышла за пределы практика, застрявшего на третьем шаге мастерства, но с другой стороны, его пугала сама мысль, что она отправится во внутренние витки.

— Она гарван, так что вряд ли. И даже если окажется, она не пойдет во внутренние витки.

— Она сама это сказала? — тут же спросил он. Они что, это не обсуждали с ней? Боялись спросить?..

Но нас прервали. Вечная начала торжественно произносить имена претендентов. В отличие от приговоренных, тут не было точного количества, и обычно принято считать, что Вечные отбирают только тех, кто точно выдержит испытания на той стороне.

И в этом году было больше человек, целых пятнадцать, но вопрос, кто из них действительно отважится отправиться на ту сторону горного хребта? В том году лишь пятеро, остальные предпочли остаться тут. И на самом деле это не такая уж потеря. Этих трусов тут почитают, ведь их признали лорды, и для них найдутся “хлебные” места. В охране, страже или орденах. Но для меня они были слабаками, что отказались от силы ради спокойной жизни во внешних витках.

В самой слабости нет ничего плохого. Та же Мия не стремилась к силе и здраво смотрела на свои возможности. Меня раздражало почтение, которое им оказывали. Если бы к ним относились как к обычным практикам, я бы и слова не сказал. Каждый сам выбирает свой путь, но часть тех, кто отказывается, отказывается как раз потому, что не хотят трудностей. Хотят осесть где-нибудь, где перед ними будут кланяться и почитать, а причина почтения лишь в том, что тебе повезло, и ты “понравился” голему лордов.

За год, что я прожил уже осмысленно, я видел нескольких таких. Они носят драконов на рукавах в качестве традиции, и по большей части это самодовольные ублюдки, считающие окружающих недостойными нормального отношения. К счастью, не один из таких в городе не жил, а лишь задерживался проездом в столицу из южных земель.

Хотя ладно, я немного ошибся. Есть у нас один из тех, кто носит драконов. Мясник. Тот самый отец Хаппонга, который год назад заставил моих родителей унижаться. Но в защиту мясника скажу, что не его вина, что он остался. Хлоя говорила, что он напился и повздорил с каким-то другим воином, в итоге схватки он лишился ноги. Конечность успели срастить, но восстановление заняло слишком много времени, и не обошлось без осложнений, отчего тот до сих пор хромает, так что свой шанс тогда он упустил.

Но от мыслей меня отвлек голос Вечной, начавшей зачитывать список приговоренных. Прозвучало десять имен, и ни одного из них я не знал. Отец выдохнул с облегчением, но, как оказалось, слишком рано. В тот день произошло эпохальное событие. Впервые за всё время Вечная произнесла одиннадцать имя.

— Натаниэль Крейн.

— Ах ты стальная сука, — не смог сдержаться я, растягивая губы в злобной усмешке.

Похоже, Вечная никак не хочет оставлять меня в покое. Если я в этот раз прикончу демона-привратника, то она будет каждый год называть мое имя?

— А разве она не назвала уже всех?

— Почему приговоренных больше десяти?

— Крейн… А разве этого имени не было в том году?

Толпа вокруг была удивлена. Такое происходило впервые, и они не знали, как реагировать, в отличие от меня…

Глава 10

— Почему ты такой спокойный?! Ты что, ничего не собираешься предпринять? За тобой же придет демон через неделю! Разве тебе не нужно готовиться? Не нужно делать хоть что-то? — бормотала Хлоя, расхаживая по комнате. Похоже, новость о том, что мое имя было произнесено второй раз, сильно её тревожила.

— Хлоя, я очень рад, что ты за меня беспокоишься, но не стоит.

— Как не стоит, если ты весь день сидишь в этой позе медитации и ничего не делаешь?

— Хлоя, — все так же спокойно, но чуть более твердо сказал я. — Я предполагал, что так будет. И в этот раз у меня была не неделя, а целый год подготовки.

— Что?.. — девочка сбилась с шага и едва не упала, запнувшись о собственные ноги. — Но когда? Как? Тот склад же снесли!

— Склад снесли, так что я нашел другое место. Оно дальше, но так даже лучше.

Девочка удивленно округлила глаза.

— И что важнее, почему ты мне об этом не говорил?! Я думала, мы друзья!

— Не говорил потому, что знал, что ты напросишься и будешь мешать, — вздохнул я. В такие моменты я уже не уверен, какая Хлоя мне нравится больше: старая или новая. Та, что меня дразнит, или та, которая лезет в чужие дела. Но хотя бы язык за зубами она держать умеет, этого не отнять.

— Конечно буду! И вообще, я могу помочь!

— Нисколько не сомневаюсь.

— Сегодня ты мне покажешь свое новое логово?

— Думаю, будет лучше если ты не станешь в это лезть, — покачал я головой.

— Ещё как буду! Я не брошу своего друга драться с демоном одного, — заявила Хлоя.

Я устало вздохнул, покачал головой, а затем вернулся к медитации. Пусть она и не дает такого же эффекта, что и раньше, я не пренебрегал ей. Это очищает голову от лишних мыслей и позволяет здраво обдумать положение дел.

У меня снова неделя, но в этот раз я на порядок лучше подготовлен, и мне действительно нет необходимости торопиться. Всё уже готово, осталось внести последние штрихи в общий план.

Хлоя всё-таки увязалась со мной, и я даже не стал её отговаривать. Почему? Удивительно, но мне порой хочется поделиться с кем-нибудь тем, что у меня внутри, через что я прошел и кем был на самом деле. Хлоя не выдала меня, показала, что ей можно доверять, и в итоге через какое-то время я рассказал ей о двух столетиях ада. Не вдаваясь в подробности, конечно. Вряд ли девятилетний ребенок готов к подобному роду откровениям, важен сам факт, что у меня есть человек, с кем я смог этим поделиться. Быть… собой, а не тем, кого изображал большую часть времени.

Поэтому я и хотел показать ей, что именно сделал, пусть она в полной мере и не оценит гениальность.

Путь был долгим и тяжелым, глубоко в лес. Я, благодаря каждодневным тренировкам и тому, что создал сосредоточие в прошлом, значительно превысил свои обычные возможности, поэтому путь для меня был гораздо легче, чем для Хлои. Но стоит отдать девчонке должное, она не ныла, даже когда под конец пути почти валилась с ног.

— Сюда, — сказал я, указав на маленькую расселину между корнями столетнего дерева.

— Туда?!

— Да. Надеюсь, ты пролезешь, — и не дожидаясь её ответа, с довольной усмешкой полез внутрь. Взрослый человек сюда не пролез бы, но для меня это было сущим пустяком. Хлоя помялась пару минут снаружи, но всё-таки полезла следом.

К тому моменту, как она спустилась, я уже успел пройти вглубь пещеры и зажечь лампу.

— Прошу в мое маленькое демоническое логово, — не смог удержаться я от шутки. Хотя… смотря на окружение, шуткой это уже не выглядело. Все стены были покрыты магическими письменами на языке демонов, на полу имелось несколько кругов. Увидь такое матушка, у неё бы сердце от ужаса прихватило. Убежище настоящего культиста или адепта демонической секты. Но что поделать, я был вынужден бить врага его же оружием.

— Ничего себе! — охнула девочка, оглядывая пещеру. — Как ты нашел это место?!

— Случайно, — пожал я плечами. — Когда я ещё не выжег меридианы, то искал место для медитаций. В городе собирать энергию не вариант — там и так хватает практиков первого шага, и те, кто выше, частенько по пути в столицу заглядывают. Так что я искал уединенное место, где была бы энергия спирали, и случайно нашел это слабенькое место силы.

— Тут… место силы?! Правда?!

— Да, и если будешь тут медитировать, то у тебя неплохие шансы в скором времени создать свое собственное сосредоточие.

Хлое девять, думаю, за год, если не будет отлынивать, она сможет создать сосредоточие. А с моим наставничеством и того быстрее, но я пока не решил, нужно ли помогать. Учитель говорил, что к этому нужно относиться со всей ответственностью, ведь неосторожными словами или действиями я рискую сбить ученика с пути. Поторопившись, взвалив на неё больше, чем требуется, я рискую вызвать девиацию силы в теле, если уровень энергии превысит уровень её контроля. С такими вещами лучше не торопиться, пусть все идет своим чередом.

— Но эти письмена выглядят жутко… Это…

— Кровь, — кивнул я. — Но не волнуйся, не человеческая. Я охотился на зверей, ставил ловушки.

— Понятно…

И всё же письмена завораживали Хлою. Она ходила от одной схемы к другой, внимательно рассматривая каждую.

— А что именно тут написано?

— Вот этот круг, а так же вон тот и тот, должен сдерживать демоническую энергию внутри общей конструкции, — ответил я, но увидел, что девочка не очень поняла. — Это маскировка. Что бы тут не произошло, сигнальные артефакты в городе этого не почувствуют. А те, что внутри… скажем так, это то, что поможет в дальнейшем.

Пещера была не очень большой, где-то полсотни моих шагов в длину и два десятка в ширину. Форма вытянутая, но не прямая, а немного изогнутая. За месяцы, что я тут обосновался, успел неплохо обустроить всё под себя: и зону для медитации организовал, и даже лежанку соорудил, чтоб если что оставаться ночевать. Организовал рабочее место, но пока что были проблемы с покупкой бумаги и чернил. Родители мне денег не доверяли, предпочитая покупать то, что я прошу, самостоятельно. И все же кое-что я сюда из бумаг принес.

— Нам нужно вернуться к утру, а у меня ещё много дел, так что… спрячься вон там.

— Прятаться? Зачем? — не поняла Хлоя.

— Затем, что я собираюсь призвать демона, и будет лучше, если он тебя не увидит.

— О-о-о-ох…

— Давай-давай…

Убедившись, что девочка укрылась за камнем, и её почти не видно в точке призыва, я начал подготовку. Зажег свечи, закончил схему призыва и главное — воспользовался камнем душ демона-привратника. Без него вытащить демона во плоти на эту сторону было бы невозможно. Единственное, что расстраивало, это потратит очень много энергии из камня. Скорее всего несколько использований, и он просто рассыпется, но… через шесть дней по мою душу придет другой привратник.

Последнее — нужно было написать имя демона. Это дарует определенную власть над ним, но чем сильнее демон, тем сложнее использовать этот трюк. Рамуил, если бы я вписал его имя в круг, лишь посмеялся бы, а камень разрушился.

“Экакок-Пожиратель-Камней”

— Что-ж… Приступим.

Без собственной спиральной энергии было сложно активировать подобные конструкции. В прошлый раз я использовал кровь как катализатор, теперь у меня была душа демона, и я использовал её энергию.

Схема засияла, но первые секунды ничего не происходило. Прошло порядка минуты, прежде чем в самом центре открылся портал, из которого буквально вылетел уродливый мелкий толстый демон. Маленькая рогатая голова, крупное пузо и вместе с этим маленькие тонкие ножки, едва способные поддерживать тушу. А вот руки были длинными, но такими же худыми, как ноги.

Вылетев, демон врезался в окружающий схему барьер и тут же отпрянул, обожженный им. Камень при этом мигнул алым, говоря, что потратил какую-то часть имеющейся энергии.

— Что?! Где я?! — завопил он на демоническом, в ужасе бросился снова, но вновь налетел на барьер. — Арх! Что это?..

— Ну привет, Экакок, — улыбнулся я, присаживаясь по ту сторону барьера. — Давно не виделись.

— Человеческий ребенок? Кто ты? Что происходит? Откуда ты меня знаешь?!

— Успокойся.

— Немедленно выпусти меня, иначе я полакомлюсь твоими глазами! Ты хоть представляешь, кого ты вызвал?! Я один из ужасающих демонов двенадцатого витка, и если…

— Ты мальчик на побегушках у Ютатоса. Выносишь его горшок по ночам, убираешь кузню, драишь кухню и приносишь выпивку. Каждый демон пинает тебя под зад и смотрит, как ты катаешься по полу как мячик.

— Откуда ты это знаешь?..

— О, я много чего знаю о тебе, — зловеще ухмыльнулся я. — Не смотри на мой облик, он обманчив.

— Хорошо… Что тебе нужно? — Экакок был не глуп. Труслив, злопамятен, но не глуп.

— Зиргул. Ты принесешь мне его.

— Что?! Нет-нет-нет-нет! Ты спятил! Откуда ты знаешь об этом мече?! Ютатос хранит его в надежном месте, и даже если я смогу туда проникнуть…

— Да брось, кому ты это рассказываешь? — рассмеялся я. — Ютатос большую часть дня пьет, изредка разжигая кузницу. Зиргул валяется на дне его сундука, и сильно сомневаюсь, что он вообще его открывает.

— Я понятия не имею, откуда человеческому ребенку такое известно, но нет! Ни за что! Меня прикончат, если пропажу обнаружат!

— Если ты мне его не принесешь, то я тебя прикончу. Видишь это? — спросил я, указывая на круг идущий за барьером. — Понимаешь, что это?

Демон дернул кривым ртом, забегал глазами по кругу, и в них отразилось понимание.

— Ты не посмеешь! Меня… Меня будут искать.

— Кто? Ютатос? Он найдет нового, решив, что ты сбежал, или что тебя кто-то прихлопнул. Никому не будет дела до такого ничтожества, как ты. Ты это знаешь, я это знаю. Так что у тебя лишь один путь остаться в живых — принести мне Зиргул.

— Нет… Я не могу…

— Хорошо. Я отправлю тебя назад и дам время, равное… — я изобразил задумчивость, взял миску и положил в неё спиральное благовоние. Поджог его, отложил и повернулся к демону. — Одного спирального благовония. Когда оно догорит, я призову тебя снова. Принесешь Зигрул, и я отправлю тебя назад. Нет — и ты умрешь. Выбор за тобой.

Не дав демону возразить, я активировал схему, и под ним открылся портал в ад, возвращая его на двенадцатый виток.

— Всё закончилось?.. — осторожно спросила Хлоя, выходя из своего укрытия. — Почему ты его не убил? И… о чем вы говорили?

— Он полезнее живым, — улыбнулся я.

— Неужели я и впрямь видела настоящего демона…

— Ты и в прошлый раз видела, — пожал я плечами.

— Тогда я слишком испугалась, — надула она губки. — А сейчас я могла спокойно его разглядеть. Но он… какой-то маленький… и не очень-то и страшный.

— Он прислужник. Мелкий слабый демоненок, который прислуживает более сильным. Но не обманывайся, не будь барьера, он нас бы прикончил.

С ним у меня было бы куда больше проблем, чем с демоном-привратником, столкнись мы в бою. Думаю, он сравним по силам с восьмой ступенью.

— И… что теперь?

— Что теперь… хм… Подождем немного. Он скоро должен вернуться.

* * *

Спиральные благовония догорели, но я всё-таки дал немного времени мелкому демону на то, чтобы принести мне меч. Ну или чтобы подготовиться к грядущей смерти.

— Ладно, я устал. Прячься, — сказал я Хлое, и та незамедлительно спряталась в то же место, а я повторил призыв.

Вспышка, и демона выбросило в наш мир, и я едва сдержал довольную ухмылку, когда увидел в его руках Зиргул. Знал, что он принесет оружие. Этот мелкий демон слишком любит свою шкуру, и я это знал.

— Хорошая работа, Экакок.

— Рано радуешься, человек. Тебе не будет никакого толку от этого меча, — фыркнул демон и продемонстрировал кривую усмешку. — Не знаю, кто ты, но этот меч не сможет использовать такой, как ты.

— Не переживай об этом.

Демон прижал клинок к груди и смотрел на меня недоверчивым взглядом.

— Какие гарантии, что ты меня не убьешь, если я его тебе отдам?

— Никаких, — я улыбался, сложив руки за спиной, и с насмешкой наблюдал за страхом этого демона.

— Издеваешься?.. Разве ты не должен… ну не знаю, убеждать меня?

— С чего бы? Ты и так принес мне то, что я хотел. Я могу убить тебя в любой момент. Это ТЫ должен убеждать меня, Экакок.

— Агх…

— Начинай.

— Да кто ты вообще такой?..

— Не очень похоже на мольбы, — покачал я головой. — Ты даже не стараешься, Экакок.

— Я не стану унижаться! Хватит! Довольно с меня! Если уж мне суждено сдохнуть, то я хотя бы сделаю это с достоинством. Хочешь убить меня — вперед, либо скажи, чего ещё тебе нужно?

— Пока не знаю, — почесал я подбородок. — Но обязательно придумаю. И ты подумай. В следующий раз я жду от тебя подарок, и постарайся, чтобы он меня порадовал.

Демон зарычал, оскалил острые, немного поломанные зубы, но это меня не впечатлило. Я не понаслышке знал, какое место он занимает в иерархии двенадцатого витка. Лишь чуть выше, чем приговоренные.

— Положи меч на край ограничивающей печати, а сам отступи. Я отправлю тебя назад. Но помни: я могу вытащить тебя сюда в любой момент.

Всё еще сердито скалясь, Экакок выполнил приказ, хоть и ожидал, что в любой момент активирую печать аннигиляции, но я действительно не собирался его убивать, и вскоре демона выбросило обратно на двенадцатый виток.

— И… ты вновь его не убил…

Я вскинул левую бровь и, обернувшись, посмотрел на Хлою.

— Вот уж не ожидал от тебя такой кровожадности.

— Но он ведь демон. Враг!

— В какой-то мере, — согласился я. — Но его смерть ничего мне не даст, да и… как не странно, я потрачу гораздо больше энергии из камня, пытаясь его убить, чем вернув назад.

— Правда?

— Да. Первый призыв самый энергозатратный, я разрываю ткань реальности, и после этого остается что-то вроде прохода, который облегчает новые призывы. Он довольно быстро срастется, так что уже завтра его не будет.

— Звучит сложно… А что за меч?

— Зиргул, — улыбаясь как кот, наевшийся сметаны, я шагнул внутрь печати и взял оружие в руки, вытащил его из ножен и залюбовался янтарным основанием и черным клинком.

— Красивый… Это руны?

— Ага. Они самые.

— Ого… Значит, это особенный меч.

— Да. Он… почти живой.

— Это как?

— Увидишь.

Все с той же довольной улыбкой я прошел к сколоченному из хлама столику и положил его на предварительно заготовленный лист бумаги с очередной магической конструкцией, состоящей из двух кругов. На первом лежал меч, на второй я положил камень души демона.

— Ак’хи воль атаксу ю манэф гархэн Зиргул. Зигргул т’хэну ютачи-фай.

И с последними словами порезал себе палец кинжалом, пролил несколько капель на янтарную основу.

— Ох…

Меч впитал кровь, и одновременно с этим камень с душой стал пульсировать, а линии на бумаге — светиться алым светом. В конечном итоге клинок задрожал, а камень с душой рассыпался в пыль, заставив девочку рядом изумленно ахнуть.

Бумага загорелась, не выдержав потока энергии, но это было неважно. Дело сделано. Зиргул теперь принадлежит мне. Жаль, что Экакок не видит этого, он бы скорее всего вопил: “Откуда ты знаешь заклинание привязки?! Его знал только Ютатос!”.

Ютатос изготовил меч для Мар Эй, матери Юл. По рассказам старого кузнеца, она была настоящим мастером меча. Это оружие он собирался передать Юл, но Рамуил запретил той носить нечто подобное. И тогда Ютатос отдал его мне, чтобы я оберегал его единственную дочь. Мы с ним не всегда ладили, но нас объединяло одно — мы оба любили Юл.

Учитывая историю этого меча, мне было неприятно от того, каким образом я получил его в этот раз, но видит Дух Спирали, сейчас он мне намного нужнее, чем Ютатосу.

Эх… кто-ж знал, что так выйдет. Я планировал ближайшие пару лет провести в мире и спокойствии, занимаясь тренировками и просто наслаждаясь мирными деньками. А после того, как мне бы стукнуло десять, и тело было бы готово к возвышению, я бы начал по-настоящему готовиться.

— Камень… Он рассыпался… И как же ты теперь будешь создавать демоническое сосредоточие?

— Через шесть дней я получу новый. А с этим, — я провел по янтарному основанию. — у меня не должно возникнуть никаких проблем с демоном.

— Уверен? — с сомнением уточнила Хлоя.

— Более чем, — я отошел, едва заметно взмахнул пальцем, и меч ожил. Он поднялся в воздух и, сделав круг по пещере, юркнул в ножны, что я повесил себе на спину. — Можешь даже не сомневаться.

Глава 11

Я приоткрыл глаза и бросил короткий взгляд на поднимающееся солнце. Время почти пришло. Демон-привратник должен появиться очень скоро.

— Ну что, готов, Зиргул? — погладил я навершие меча у себя за спиной, ощутив в ответ вибрацию клинка. — Да, скоро я пущу тебя в ход.

Проверив веревку на поясе, я спрыгнул вниз и повис на ветке. В пещере было слишком мало места для схватки с привратником, а раз так, то я даже не попытался таиться, решив устроить схватку прямо в лесу, но разумеется, как можно дальше от собственного логова. Если его найдут, это станет серьезной проблемой.

Приближение демона я почувствовал раньше, чем его увидел, и в тот миг, когда подо мной раскрылся провал, из которого потянулись руки, я поступил как и в прошлый раз: раскачался на веревке. Зиргул выскользнул из ножен и легким движением рассек её. Я приземлился на ноги аккурат на нужном конце конструкции и завершил печать одним движением пальца.

Магические руны засияли, а затем демона вышвырнуло из подпространства в нашу реальность.

— Ну ты и жирный, — рассмеялся я.

Демон был раза в полтора больше прошлого. Тем лучше для меня, значит его камень души вмещает больше энергии. Демон забился в припадке, ломая деревья, но тут случилось то, чего я не ожидал. Он прекратил брыкаться, раскрыл свою огромную пасть и исторгнул крупный ком плоти, а затем ещё один.

Я нахмурился, не понимая, что происходит, и на всякий случай отступил подальше. Оба кома забурлили, а затем лопнули, высвобождая две широкоплечие темнокожие фигуры с единственным рогом во лбу. Фехамеры? Эта разновидность демонов обитает на тринадцатом витке, а не на двенадцатом, куда меня должны были утащить. Что происходит?

Фехамеры напоминают людей по телосложению и росту, к ним принадлежал тот самый чемпион тринадцатого витка, которого я сразил, и в награду за которого Рамуил отдал мне Зиргул. Они неторопливо поднимались, сбрасывая с себя остатки оболочки.

Вопрос: демон привел их с собой в качестве подмоги или транспортировал? Хороший вопрос. Очень хороший вопрос. Но для меня он не имел никакого значения, и прежде, чем демоны окончательно пришли в себя, я метнул Зиргул.

Меч вонзился первому в грудь, пронзая ту насквозь. Он завопил от боли, ухватился за клинок, пытаясь его вытащить, и тем самым совершил роковую ошибку.

“Вращение”

Простая команда, и клинок закрутился подобно гигантскому сверлу, перемалывая внутренности и пальцы демона. Второй тем временем бросился ко мне с яростным криком. Я жестом попытался вернуть Зиргул, но едва живой демон, даже будучи выпотрошенным и лишенным пальцев, ухитрился навалиться на оружие всем телом и не позволил его вернуть.

— Ах ты… — пробормотал я.

Шаг назад, ещё один, и ещё…

Демон задел ногой растяжку, и в него врезалась подвижная ловушка с кольями. Демона пригвоздило, но фехамеры весьма живучи, и даже с кучей дыр в туше он пытался снять себя с пик.

И у него это получилось бы, если бы не Зиргул. Я смог высвободить меч, и тот вонзился тянущемуся ко мне демону в затылок, выйдя через рот.

— Ты же не думал, что я буду драться с вами честно? — улыбаясь, спросил я у едва живого демона. Он пробулькал что-то в ответ и таки испустил дух.

Я освободил Зиргул и направился к подозрительно притихнувшему привратнику. Кажется, он пытался прорыть себе путь в подпространство, но лишь бессильно взрывал землю. И, тем не менее, он вполне мог повредить целостность конструкции, так что нужно заканчивать с ним как можно быстрее.

Зиргул мгновение висел у меня за спиной, а в следующую секунду вонзился в тушу, заставив привратника визжать от боли.

“Вращение”

Оружие вгрызлось в его плоть словно бур, перемалывая всё, что его коснется. И фехамеры были гораздо толстокожее, отчего меч без труда проделал сквозное отверстие в привратнике, сделал круг и приступил к новому.

А я просто наблюдал, чувствуя даже какую-то легкую досаду. Я привык сам драться с врагами, лицом к лицу, сокрушая их своей силой, но сейчас мне просто нечего было им противопоставить и приходилось использовать подобные ухищрения.

Демон совершенно ничего не мог сделать против меча. Тот проделывал в нем дыру за дырой, а привратник метался из стороны в сторону, даже раздавил своей тушей тело одного из фехамеров, заставив меня досадливо поморщиться. Надеюсь, камень души цел. По правде говоря, то, что демонов было трое, мне даже на руку как раз по этой причине.

И вот наконец силы покинули привратника. Он просто рухнул, подергиваясь, а я с насмешливой ухмылкой подошел к нему вплотную и заглянул в один единственный глаз, что располагался у него над пастью. Руки из последней тут же потянулись ко мне, но весьма медленно.

Я отвел руку в сторону, и рукоять Зиргула легла мне в ладонь. Взмах, и сразу три демонических конечности упали на землю, а истекающий кровью демон даже не смог закричать, лишь издал едва слышный хрип.

— В следующий раз пусть пришлют кого-нибудь покрупнее, — с этими словами я вонзил клинок в глаз. Демон вздрогнул, а через десяток ударов сердца затих, на этот раз уже окончательно.

Я оценил поле боя и удовлетворенно кивнул. Всё, не считая двух новых демонов, прошло почти так, как я предполагал. Легко и непринужденно. И хорошо, что я не решился устраивать схватку в логове. Эта туша заняла бы большую часть пещеры, и даже если бы я смог её там прикончить, то как бы я вытаскивал наружу её потроха? А тут пусть звери разбираются или служители орденов. Но вначале нужно вытащить камни душ…

* * *

День шел за днем, месяц сменял месяцем, и это были хорошие спокойные деньки. Я, как и планировал, больше не практиковал пока боевые искусства, ограничивался обычной медитацией, но, тем не менее, не оставлял попыток создать новое сосредоточие и без создания демонического.

В конце концов, мое тело очень молодое, гибкое и развивающееся, и шанс, что на месте прежнего однажды появится новое, не нулевой. Успехи делала и Хлоя, изредка я наблюдал за её медитацией и тем, как закручиваются вокруг неё потоки энергии, втягиваясь в живот. Да, однажды она точно создаст сосредоточие, в этом я не сомневался.

Утром и вечером я тренировал тело, чтобы в будущем оно было готово, а день проводил за чтением книг и изучением медицины. Изредка также помогал Хлое в практике с мечом, вернее с деревянной палкой, но суть одна.

Я никогда никого прежде не учил. Это делал Мирион, и в прошлом я не очень понимал его мотивов, был благодарен, но не мог поставить себя на его место. Сейчас же, помогая Хлое, я кажется стал ближе к этому пониманию. Меня радовало то, как она преодолевала себя, как делала успехи.

Я ощущал гордость за своего ученика.

Ещё одним радостным известием стало то, что Мия закончила обучение в Багровом возмездии и должна в скором времени сдать экзамены на поступление в Орден бесконечного меча. Услышав это, родители очень обрадовались, да и я одобрил решение сестрицы. Это довольно крупный орден, хоть и не столичный. Единственным минусом было то, что он находится очень далеко на западе.

— Когда я обустроюсь, то обязательно перевезу вас туда, — обещала сестра.

— Мия, мы не можем, — причитала мама. — Дайвард же наш дом. Мы не можем просто так всё оставить. А как же работа отца?

— Ничего страшного, я смогу нас обеспечивать. Да и для Нейта, когда подрастет, там найдется работа. Я видела его талант, даже без сосредоточия при правильном обучении из него может выйти очень умелый воин.

— Ох, ну не знаю… Мы не хотим висеть на твоей шее.

— А может так будет лучше? — вмешался отец. — Я не боюсь тяжелой работы, и пусть она будет даже не такой высокооплачиваемой, как нынешняя, но главное, что мы будем вместе.

— Вот, правильное решение! — улыбнулась сестра. — Только дайте мне немного времени.

Для меня это решение было крайне неприятным известием. Во-первых, придется оставить тут свое логово и обустраивать новое. Смогу ли я найти настолько хорошее и удобное место там, уверенности нет. Во-вторых, придется оставить Хлою и надеяться, что она сама сможет положить себе путь. Больше я не смогу быть её учителем.

Я размышлял об этом, пока родные обсуждали будущие планы, и из-за этого я чуть было не пропустил другую важную новость, переворачивающую с ног на голову нашу жизнь.

— Думаю, уже можно сказать вам с братом радостную новость: у вас будет братик или сестричка.

— Мама! Правда?! — обрадовалась Мия.

Они что-то весело обсуждали, строили планы, а я вот конкретно так подзавис, удивленно таращась на родных. Брат или сестричка?! Что?! Когда они успели?! Вот уж не думал, что подобная, вполне обычная и жизненная новость, так сильно выбьет меня из равновесия.

* * *

— А он миленький, — улыбаясь, сказала Хлоя, нависая надо мной. — И как тебе чувствовать себя старшим братом?

За этот год она очень сильно вытянулась, став почти на две головы выше меня.

— Понятия не имею… — нахмурился я, разглядывая спящего в колыбели ребенка. — Если подумать, я вроде вообще первый раз младенца вижу.

— Правда? — не поверила Хлоя.

— Ага, — подтвердил я.

— Как его назвали?

— Велис.

— Велис? Как звали лорда Северных ветров?

— Ага.

— Мне нравится. Красивое имя. По легендам, лорд Северных ветров был защитником слабых и пал в схватке с демоном Гардиром, вторгнувшимся во внешние витки. Ты про это ничего не знаешь?

— Понятия не имею, — всё так же сухо ответил я.

— Такое чувство, что ты не рад его рождению, — надула губки Хлоя.

— Нет, я… Не знаю… Он такой невинный. Пришел в этот мир, полный боли и страданий. Я был таким же, но этот мир превратил меня в того, кем я являюсь сейчас… — я замолчал, а затем тряхнул головой. — Забудь. Его рождение наталкивает меня на очень странные мысли. Идем.

Мы как обычно вышли на улицу и прошли в парк неподалеку от дома.

— Опять медитировать? — сокрушенно вздохнула Хлоя.

— А ты с ребенком предпочла бы понянчиться?

— Конечно.

— Ну так вперед.

Девочка даже сбилась с шага, не поверив в услышанное.

— Ну уж нет. Я не хочу быть похожа на всех этих мамочек, вытирающих слюни детям! Я стану воином, как ты! Медитация так медитация! Ещё совсем чуть-чуть, и я прорвусь! Создам сосредоточие!

И в этом я с ней был совершенно согласен. Даже странно, что она его до сих пор не создала, словно что-то мешает ей прорваться. Хлоя без труда собирает энергию в себе, и порой я даже ощущал едва заметные колебания силы внутри неё. Казалось, что сосредоточие вот-вот завершит форму, но затем оно разваливалось. Дело не в физиологии, скорее проблема в голове. Что-то пугает её при мысли о создании сосредоточия. Может то, что она скажет об этом отцу?

Я не лез в её семью, да и она не просила.

— Слушай, Хлоя, у меня к тебе предложение.

— М?

— Я же говорил, что в скором времени мои думают перебраться в Тенрис?

— Да, ты говорил. Есть вести от сестры? — её голос тут же дрогнул, и я прекрасно знал, почему.

— К сожалению, нет, — и это меня немного волновало. Мия после того, как вступила в Орден, очень много нам писала, чуть ли не каждую неделю приходили письма. Но затем их стало меньше, а сейчас последнее пришло больше месяца назад. — Но уверен, у неё всё хорошо. Может, Орден отправил её на какое-нибудь задание.

— Да, вполне возможно, — немного печально улыбнулась Хлоя.

— Я бы мог взять тебя с собой.

— А?

— Тебя и брата, разумеется. Переговорил бы с Мией, мамой и папой. Мы все прекрасно знаем, как он с вами обращается. Если потребуется, я ускорю свое возвышение. Создам демоническое Сосредоточие и пророщу новые меридианы, и тогда смогу поступить в школу Багрового возмездия, и ты тоже. Ты ведь почти прорвалась. Мои родители позаботятся о твоем брате, а мы поможем им финансами.

— Отец нас не отпустит…

— А мы не будем спрашивать. Плевать, что он думает.

— Ты хочешь, чтобы мы сбежали?

— Если не хочешь сбегать, я могу сделать так, чтобы он исчез. Одно твое слово, Хлоя, и его не станет.

Девчока побледнела, взглянув на меня.

— Нет, Нейт. Нет. Это чересчур. Он такой, лишь когда выпьет, а потом просит прощения. Ему просто одиноко, а мы слишком напоминаем маму…

— Да-да, — вздохнул я. Вот поэтому я и не лез в её семью. — И все же подумай над моим предложением. Ты мой друг, хранящий мои тайны, а для меня это не пустой звук. Если попросишь о помощи, то я помогу.

— Спасибо, я знаю, что могу на тебя положиться, — кивнула она, едва не заплакав, и поцеловала меня в щеку. — А теперь давай займемся медитацией. Я должна прорваться… Должн…

— Эй, голубки!

От разговора нас отвлекло несколько ребят, решительным шагом направлявшихся к нам. В этот момент у меня даже появилось легкое чувство дежавю, разве что в прошлый раз Хлоя была с ними.

— Чего тебе, Хаппонг? — рассердилась девочка.

— Тошно мне смотреть на вас, вот что! — рассмеялся он, и это показалось мне странным. После того, как я выбил ему зубы, он больше не был таким самодовольным придурком. — Ну что, мелкий, готов прощаться с жизнью? Я долго терпел тебя, а теперь пришел черед платить! Я тебя размажу.

— Да, он тебя размажет! — весело согласились братья-подпевалы.

Я покачал головой, отряхнул штаны и выпрямился, сложив руки за спиной.

— Видал, мелочь?! ВИДАЛ?! — с этими словами Хаппонг указал на свои глаза. Теперь те были светлыми. — Я теперь Воин! Я теперь мастер боевых искусств! Что, уже наделал в свои штанишки?! А?!

— Ты прорвался. Поздравляю. И? — спросил я.

— Что “и”? — мое равнодушие, кажется, его немного задело. Он ожидал увидеть страх в моих глазах, а увидел насмешку. — Я собираюсь намять тебе бока, вот что! И в этот раз никакие камни тебе не помогут!

Хлоя при этих словах рассмеялась, лишь ещё сильнее разозлив Хаппонга.

— Даю тебе одну единственную возможность развернуться и уйти.

— Вот ещё!

— Что-ж, ты сам захотел этого. Как бы потом не пожалеть! — с этими словами он размахнулся, попытавшись меня ударить, а я вошел в боевую медитацию. К сожалению, она самая базовая, без возможности использовать внутреннюю энергию, и выстраивается только на пяти органах чувств. Но для такого, как Хаппонг, и этого хватит.

Я без труда ушел в сторону, затем отпрыгнул назад. Развернувшись, паренек попытался меня схватить, но его пальцы нашли только воздух.

— Да хватит скакать! — рычал он.

Забавно, у него поставлен удар. Неужели отец, что раньше учился в Багровом возмездии, тренировал сына? Скорее всего. Я видел в некоторых его ударах отголоски какой-то недоученной боевой рукопашной техники, но парень был слишком глуп, чтобы грамотно проверять то, что изучил. Его удары были слишком прямые, слишком предсказуемые. Ускользая от них, я даже мысленно рисовал, как бы можно было грамотно их применить.

Две сотни лет нескончаемых боев сказываются.

— А вы чего встали?! — рыкнул он на подпевал. Те переглянулись и бросились на меня, но вместо того, чтобы отступить, я бросился им навстречу. Такого они не ожидали, отчего я без проблем проскочил мимо них и в прыжке нанес одному удар под колено, а второму под зад. Оба они повалились на землю, а я приземлился на ноги и, улыбнувшись, повернулся к Хаппонгу.

— Где же твоя хваленая сила, воин?

— Гр-р-р-р-р! — зарычал он и бросился в атаку, но я больше не захотел убегать. Поигрались и хватит. Да и разбивать ему лицо, чтобы потом отдувались родители, не собирался.

Я увернулся от его прямого удара в голову и одновременно нанес костяшкой среднего пальца ему удар под ребро, там, где находится меридиана горного потока. И это было гораздо эффективнее, чем если бы я ударил его под дых. Паренек рухнул на траву, крича от боли, а его левая рука напряглась и выгнулась под неестественным углом в сильном спазме.

— Ай-яй-яй… В чем дело, Хаппонг? — спросил я, смотря на него сверху вниз. — Могучий воин проиграл? А ведь я специально спрашивал, точно ли ты хочешь драки. Когда осмелишься в следующий раз, советую хотя бы в достаточной степени укрепить меридианы.

И отступил от него, поворачиваясь к поднимающимся на ноги братьям.

— Тоже хотите?

— Н-нет…

— Нет…

— Уверены? А может мне вам ноги переломать? — зловеще ухмыльнулся я. — Вы-то не сыновья мясника. Если я вас искалечу, то кто за вас вступится?

Я сделал шаг, и они бросились бежать, позабыв своего вожака, все ещё валяющегося на траве и кряхтящего от неописуемой боли.

— Идем, Хлоя.

— А что ты такое сделал? — осторожно поинтересовалась она, когда мы отошли подальше.

— Ничего особенного, перекрыл меридиану горного потока.

— И… ты сделал это без внутренней энергии?

— Да. Она одна из самых уязвимых меридиан, несложно до неё достать даже кулаком. Главное бить между пятым и шестым ребрами.

— И… он будет в порядке?

— Физически — да, — недобро улыбаясь сказал я. — Его отпустит через пару минут, но это может сказаться на его возвышении. Меридиана повреждена. Не сильно, но без умелой практики или помощи хорошего лекаря там останется небольшой рубец, который в будущем может сказаться на проводимости этого меридиана.

— А Хаппонг вряд ли это поймет…

— Вряд ли. Скорее всего, когда вернется контроль к руке, он будет думать, что ничего не произошло.

— Ты коварен…

— Скорее это будет уроком тебе. Не пренебрегай духовными и дыхательными практиками по укреплению и вычищению меридиан. Они словно река, пока та чиста, в ней будет много рыбы.

— Ну ты и сказанул…

— Так говорю не я, так говорил мой учитель.

Глава 12

Меч вонзился демону в грудь, заставив того ошалело выпучить глаза, а в следующий миг клинок пошел вверх, рассекая того пополам. Бездыханное тело рухнуло на печать, а я зевнул и поднялся с лежанки. Кто бы мог подумать, что убийство демонов может быть настолько скучным занятием.

Дальше я уже, как и раньше, занялся останками и извлечением камня души. Ну, как извлечением… Почти всегда их извлекал, но видимо не в этот раз. Порывшись в останках, я не обнаружил искомого, и не сдержал недовольную гримасу.

Это уже третий демон, в котором нет камня. Тут ситуация почти как с людьми. Мы формируем сосредоточие, демоны формируют камень души. И только что убитый демон так и не смог возвыситься над собратьями.

В итоге я впустую потратил энергию на призыв.

— Чтоб тебя, Экакок, — поморщился я. Останки я сбрасывал в ту самую дыру, что обнаружил ранее, и не похоже, что из-за этого могут возникнуть какие-то проблемы. Возможно, там подземная река, что уносит их за сотни лиг.

Очистив зону призыва, я вписал новое имя и активировал камень с душой демона-привратника. Вспышка, и передо мной оказывается уже хорошо знакомая жирная туша.

— Что за хрень, Экакок? — спросил я. Демон собрался было огрызнуться, но Зиргул устремился к нему и замер в пальце от его горла.

— А ч-ч-что-то не так, господин? — выдавил он из себя подобострастную улыбку. Насквозь фальшивую. Уж лучше, когда он огрызается и ворчит, но сейчас немного не тот момент.

— Прямо сейчас я призвал Тапалоппу, и знаешь что? Он не сформировал камень души. А значит я впустую потратил энергию. Следующие имена не должны быть пустышками, ты меня понял?

— Д-да, господин…

— Отлично, — я мотнул пальцем, и Зиргул вернулся в ножны на моей спине. — Есть новости?

— Д-д-да… Ютатос обнаружил пропажу меча…

— М-м-м-м… — изобразил я интерес, хотя на самом деле мне было плевать. — Но раз ты ещё жив, то тебя не подозревают?

— Думают, что это Квахамир, — довольно осклабился демон.

— Которого я прикончил?

— Да. Я пустил слух, что он говорил о тринадцатом витке, что там ему предложили должность старшего умерщвлителя, но для этого нужно было доказательство намерений.

— И ты сказал, что он утащил для этого меч.

— Разумеется.

— И тебе поверили?

— Я же никуда не пропал, не стал богаче. Живу как жил, до меня никому нет дела. Все думают, что я слишком труслив для подобного.

— Я понял. Так ты принес мне что-нибудь?

Демон что-то недовольно пробурчал, запустил лапу под складку жира и бросил мне кольцо.

— Фу… — теперь уже мой черед был поморщиться. — Выкинешь такое в следующий раз, отрежу тебе что-нибудь. Уяснил? Лорды… Ну и гадость…

Я даже не знал, обо что его вытереть, но в итоге нашел какую-то тряпку и очистил вещицу от вязкой липкой жижи. Затем подошел к лампе и осмотрел руны. Хорошо, очень хорошо. Не идеально, но чего ещё ждать от этого уродца.

— Свободен, — махнул я рукой, и демон провалился в портал. Я примерил кольцо и досадливо цокнул языком — слишком большое. Такое только на шее носить. Но учитывая, что я заказывал его совсем не для повышения своей боевой мощи, это не имело значения.

Я натянул его на на большой палец, прижал и достал из кошеля три других кольца, ранее принадлежавшим культистам. Когда я пришел в себя у лекарей, то думал, что трофеям конец, что Школа багрового возмездия присвоит их к себе, но после выписки мне их вернули. Все кольца и тот кинжал, который я превратил в духовный меч.

— Среди воинов трофеи священны, — сказал мне тогда учитель Мии. — Ты бился с культистами и победил, так что эти вещи по праву твои.

Мия тоже подтвердила, что это одно из правил школы — трофеи с культистов и практиков демонических сект получают их убийцы. И раз я разобрался с тремя, не считая возрожденного, у которого из вещей была только дубина, я получил три пространственных кольца.

И кольцо, что принес мне Экакок, выполняет две функции. Первая — превращает демоническую энергию в энергию спирали. С большими потерями, но важен сам факт. Вторая — воздействие на артефакты и предметы, требующие наличия внутренней энергии. Как например пространственное кольцо, которое, не имея сосредоточия, я активировать самостоятельно не могу.

Да, я бы мог попросить Мию достать из него всё содержимое, но не рискнул. Вдруг там найдется что-нибудь запрещенное, вроде демонических техник, камней души или чего-то подобного. Маловероятно, учитывая уровень культистов, да и не удивлюсь, что в кольцах уже покопались, но тем не менее.

И вот я начал методично извлекать предметы, один за другим.

Провиант, запасная одежда… зелья. Так, а вот это уже интересно!

Всего зелий обнаружилось семь штук. Ни на одном не было этикетки, но форма у фиалов была разная, а обычно принято отталкиваться от этого. Надо бы у кого-нибудь проконсультироваться на этот счет, найти книгу по ним или вроде того. Жаль, что сказать об этом прямо нельзя, появятся вопросы относительно того, как именно я сумел активировать пространственные кольца.

Ладно, зелья в сторону.

Среди содержимого нашел нечто, отдаленно напоминающее бобы, только какие-то странные. А не такую ли штуку съел культист, когда я отсек ему руку кнутом? Очень даже может быть… Выходит, это какое-то лекарство? Причем “бобы” были разными. Большая часть темно-синими и парочка желтыми. Какой же именно он съел?

Не помню…

Помимо прочего нашел немного денег, и вот это прибавило мне настроения. Немного, всего два десятка малых спиров, но учитывая, что я ребенок без работы, а родители редко дают мне деньги, это было очень важным открытием. Уж я придумаю, на что их потратить…

Помимо прочего нашел ещё пару кинжалов, меч, серп, несколько странных инструментов неизвестного назначения, но учитывая, чем промышляли сектанты, я могу предположить их назначение.

— Как только создам новое сосредоточие, обязательно всё это продам, — решил я. — А пока… Эх…

В итоге все вернул в кольца, так было удобнее. А про зелья и впрямь нужно бы разузнать.

* * *

Ничего не предвещало проблем, когда я возвращался домой. Вечерело, всё было как обычно, и когда я стал подходить к дому, то заметил странное оживление возле него. Что происходит?

— А вот и он, мелкий ублюдок! — раздался злобный голос.

— Не смей так говорить о моем сыне! — прорычал отец, но ему не хватило голоса по сравнению с мясником. Именно этот тип был сейчас перед моим домом, да ещё и не один, а в компании двух своих друзей-собутыльников. Да уж, теперь даже нет смысла размышлять, в кого это Хаппонг пошел. Отец вон тоже с прихлебателями для солидности ходит.

Стоило подумать об отпрыске мясника, как показался и он сам. Стоит, жмется к своему отцу как побитый щенок, кем он, собственно, и является.

— Как хочу, так и разговариваю. В прошлый раз ты и твой выродок ещё легко отделались, я был милостлив с вами, но теперь с этим покончено! Да ты посмотри на него! Посмотри! А?! Скажешь, это случайно?!

При этих словах он схватил Хаппонга за плечо и тряханул, отчего у того чуть ноги не подкосились.

Я подошел ближе, но всё никак не мог понять, что за ерунда происходит. Я специально бил по меридианам парня, чтобы не оставить никаких следов. Мой удар никак не мог причинить серьезных повреждений.

Хмурясь, я посмотрел на парня, а он посмотрел на меня.

— Святые лорды… — тихо пробормотал я, теперь понимая, почему мясник настолько зол. Левый глаз парня стал почти нормальным, в нем оставались лишь жалкие проблески светлого цвета.

— А ты?! Да как ты посмел загубить возвышение моего мальчика! — рыча, мясник бросился ко мне, попытался схватить, но я был настороже и вовремя сделал шаг назад, отчего пальцы мясника схватили пустоту.

А он быстр, даже несмотря на хромоту. Ну ещё бы, второй шаг же… Он даже техники должен знать.

— А ну иди сюда, мелкий…

Мясник попытался вновь, но на помощь пришел отец, встав между нами.

— Хватит, Уолтер! — прорычал он. — Он ребенок!

— Ребенок, который сломал жизнь моему! Это не сломанная нога и пара выбитых зубов! Это меридианы, Крейн! МЕРИДИАНЫ! Его меридиан горного потока полностью уничтожен! Его не восстановить, понимаешь?!

— И как мой сын мог это сделать?! Он не владеет боевыми искусствами!

— Откуда мне знать? Но он это сделал! И я уверен, что именно его имя называет Вечная уже второй год подряд!

— Ты бредишь! Это совпадение!

— Да-да, повторяй это себе чаще. Твой выродок опасен! Да ты посмотри, как этот наглец смотрит, сколько у него высокомерия и презрения! Тебя не учили уважению к старшим?! Ты должен стоять на коленях перед моим сыном и просить прощения за то, что сделал!

— Моей вины в этом нет, — сказал я.

— Видишь? Мой сын невиновен.

— Ага, а мой сын сам себе меридиан выжег, да?!

— Нет, это сделал ты. Настолько хотел сделать сына сильнее, что выжег ему меридианы.

— ЧТО?! ДА КАК ТЫ СМЕЕШЬ?! — зарычал мясник, готовый в любой момент броситься на нас с отцом.

— Бил ли я его в меридиан? Да, — не стал отрицать я. У этого были свидетели, и если Хаппонг начнет описывать случившееся, то знающий человек без труда определит, что это было повреждение меридиана. — Но я физически не мог сделать то, что вы описываете. У меня нет внутренней энергии. Повреждение было исключительно физическое, а этого недостаточно, чтобы выжечь его.

— Да откуда тебе, шкету, знать, что достаточно, а что недостаточно?!

— Вы нарушили закон Спирали.

— Что?!

Друзья мясника испуганно переглянулись, а сам Хаппонг стал бледным, как мел. Похоже, что я совершенно прав.

— Вы дали сыну зелье несокрушимого духа! — крикнул я.

Зелье несокрушимого духа обычно пьют сильные воины, чтобы быстро восполнить потерю энергии. Оно довольно дорогое, и его нельзя использовать воинам ниже третьего шага. Если его выпьет тот, кто только открыл сосредоточие, то случится почти то же самое что и со мной, когда я проглотил камень с жизненной энергией, разве что эффект не настолько взрывной. Воин первого шага вполне способен открыть сразу пару узлов силы на меридианах, но при этом всегда есть риск выжечь меридианы.

— Если бы Хаппонг возвышался как полагается, то ничего бы не случилось. Но видимо, вы хотели, чтобы сын казался гением, и решили напоить его этим зельем, рискнув. И теперь пожинаете последствия. Маленькая травма меридиана, и его тело не выдержало. Отец инвалид, и сын инвалид — вы друг друга стоите.

Последнее явно было лишним, но во мне говорила злость. Этот человек уже второй раз угрожает моей семье, и если в прошлый раз я действительно переборщил, то эта трагедия целиком и полностью его вина. Тело Хаппонга могло не выдержать и без моего удара, он должен был понимать риск, когда давал сыну зелье.

— Что… Что ты сейчас сказал?..

— Правду, и больше ничего.

— Нейт! Хватит, — одернул меня отец, но было поздно. Мясник отступил на шаг, окидывая и меня, и отца ненавидящим взглядом. — Извини его, он ребенок, и понятия не имеет, что говорит.

— О нет, он прекрасно знает, что говорит, — недобро усмехнулся мужчина. — И именно поэтому надо преподать ему урок.

— Что? Нет, Уолтер, он…

Мясник использовал технику. Я не уверен, какую, но моей реакции просто не хватило, чтобы среагировать. Он просто возник перед отцом, преодолев разделявшее их расстояние меньше, чем за удар сердца, и ударил.

Хруст ломающихся костей и крик, полный боли.

Отец просто упал, хватаясь за превращенную в кровавое месиво ногу. Мясник ударом ноги сломал её словно тростинку. Вот она разница, между простым человеком и воином второго шага. Перепуганная мать бросилась к отцу, а тот все кричал…

Мясник улыбался, смотря на меня сверху вниз.

— Вот тебе урок, мальчик. Теперь и твой папаша инвалид. Теперь он не сможет работать и обеспечивать вас. Доволен, что сказал правду? В этом мире имеет значение только сила.

Он хотел сказать что-то ещё, но я не собирался слушать. Я вытащил из-за пазухи небольшой нож, которым пользовался по хозяйству, и метнул его отточенным движением. Лезвие вошло прямо в глаз мясника, заставив его отпрянуть и завопить.

— НЕЙТ! — закричала мама, увидев, что я сделал.

Но я даже не посмотрел на неё, я вошел в боевую медитацию и одновременно планировал предстоящее сражение. Мясник тем временем, крича и ругаясь от боли, осторожно коснулся рукоятки ножа, торчащего из глазницы.

— Папа! — закричал Хаппонг, а дружки мясника просто остолбенели, оказавшись не готовыми к такому развитию событий.

— Ты посмел тронуть мою семью и заплатишь за это, — почти спокойным голосом сообщил я мяснику. — Ты целиком и полностью возместишь все причиненные моей семье убытки. Наймешь лучших лекарей, чтобы они восстановили ногу отцу.

— Щенок! Да как ты смеешь… — зарычал мужчина и одним движением вытащил нож из глаза. Я был почти впечатлен этим. Не каждый способен в такой ситуации на подобное, уж мне ли не знать. — Сдохни!

Вновь техника шагов, но в боевой медитации она оказалась менее впечатляющей. Я видел каждое его движение и нож в руке, вокруг которого уже стало формироваться завихрение воздуха. Этот ублюдок действительно собрался использовать воинскую технику против ребенка?

Но я не сдвинулся с места, сложил руки за спиной и просто ждал.

Три.

Два.

Один.

Звон, искры… Меня обдало горячим потоком воздуха, а мясника отбросило назад, а я всё так же стоял со сложенными руками за спиной, наблюдая, насколько же он ошарашен, видя летающий между нами меч.

— Ты сделал калекой моего отца, — сказал я, делая неторопливые шаги по направлению к лежащему на земле одноглазому мяснику. — Я забрал твой глаз. Но мне этого мало. “В этом мире имеет значение только сила” — это ведь твои слова? Вот она, моя сила.

Зиргул сделал круг вокруг меня, а затем выстрелил вперед, остановившись прямо перед целым глазом мясника.

— Может, мне ослепить тебя? Или… — Зиргул переместился к ногам. — Отрезать тебе ноги? А может, отрезать ногу твоему сыну?

— Монстр! — испуганно процедил мясник.

— Именем лордов, остановитесь! — послышался грозный возглас, и я досадливо цокнул языком. — Что во имя Спирали тут происходит?!

Я повернулся к новоприбывшим. Господин Динрим, градоначальник, в сопровождении восьми стражников, каждый из которых был по меньшей мере первым шагом.

Заметить его было несложно, как впрочем и в любом похожем на нашем городе. Любой проезжающий, увидев его, сразу скажет — это местный «хозяин». А все потому, что одет в дорогое алое ханьфу, характерное для айрванов, исконных жителей девятого витка, что переселились в наши земли после катастрофы, уничтожившей с восьмого по одиннадцатый витки. В отличие от гарванов, что жили на этих землях, айрваны чаще всего имеют узкий разрез глаз и черные как смоль волосы. За столетия айрваны превратились из беженцев в настоящих хозяев этого мира, распространяя свою культуру и власть.

Зиргул занял место за моей спиной. Скрывать его я не собирался, уж слишком много людей видели его.

— Добрый вечер, господин Динрим, — изобразил я улыбку, хотя на деле хотел убить этого человека гораздо больше, чем мясника. Возможно, именно он виноват в том, что я оказался в аду. Через пару лет, когда мы доберемся до Тенриса, где сейчас работает старшая сестра, и когда создам новое сосредоточие, я собирался его навестить и всё выяснить. Но сделать это тайно, когда про Крейнов уже все забудут. Неужели придется форсировать собственные планы? — Как видите, у нас с господином Ходасом возникло некоторое… недопонимание.

— Что?!

— Динрим, схвати этого мелкого крысеныша! Он лишил меня глаза!

— А ты ноги моего отца, — сухо заметил я. — Ты ещё легко отделался.

Но я исправлю это оплошность. Со временем. Ты выиграл себе немного времени, мясник, не более того.

— Что это за меч, мальчик?

— Я обязан отвечать?

— Разумеется! Откуда он у тебя?!

— Он мой по праву, а большего вам знать не нужно.

Динрим окинул нас всех нас хмурым взглядом, ещё раз сосредоточил внимание на мече, и я, для наглядности, приказал Зиргулу сделать вокруг меня круг. Градоначальник покачал головой и немного смягчился. Мудрое решение. Видимо, какой-никакой опыт у старика всё-таки есть, и он понял, что даже если они смогут убить меня, то Зиргул прикончит большую часть из его людей раньше.

“В этом мире имеет значение только сила”

Верно. И с моей в этом мелком городке им приходится считаться. Будь тут какой-нибудь мастер или хотя бы пара воинов четвертого шага, и мои дела были бы плохи, но я не сомневался, что с Зиргулом смогу справиться с Динримом и его людьми.

— Динрим, чего ты медлишь? Схвати его!

— Заткнись! Понятия не имею, что ты тут сегодня устроил, но я не собираюсь тебя покрывать. Хватит.

— Лекарь! — крикнул я.

— Что?

— Моему отцу нужен лекарь, и срочно. Мясник все оплатит.

— ЧТО?! — того аж перекосило.

— Или я стребую обе его ноги в счёт долга.

— Мы решим данный вопрос, давайте немного успокоимся, — Динрим примирительно поднял руки. — Вначале окажем помощь раненым, а затем разберемся в сложившемся конфликте и решим, как лучше его будет уладить. Хорошо?

Я несколько секунд смотрел старику в глаза, но затем нехотя кивнул, после чего развернулся и неторопливо направился прочь от дома.

— Нейт! Стой, ты куда? — опешила мать.

— Стой! — воскликнул Динрим.

— Я вернусь утром, — сообщил им всем. — И для всех же будет лучше, если моим родным окажут помощь и будут хорошо обращаться.

Глава 13

Да будут прокляты Хаппонг и его никчемный отец. Как вообще все докатилось до такого? И что больше всего меня злило — я вынужден бросить семью. Теперь нет необходимости откладывать собственное возвышение ещё на пару лет. Я должен все сделать сегодня.

Путь до пещеры я проделал меньше чем за час, используя Зиргул в качестве транспорта. Просто встал на него и заставил лететь. Расход энергии при этом у меча был сильным, но каждая минута на счету. Динрим с мясником могут попробовать использовать моих родных, но надеюсь, им хватит благоразумия этого не делать, иначе никакой пощады не будет.

Но вряд ли до этого дойдет. Динрим “официал”, если от него и стоит ждать проблем, то в соответствии с законом. Да, они с мясником друзья, но открытого конфликта ждать не стоит. Динрим обернет против нас закон, может обвинить меня в нападении, провокации конфликта и всё в таком духе, но не опустится до уровня бандитов, ему нет в этом необходимости. Поэтому я и оставил семью. Пока Динрим будет опрашивать обе стороны, свидетелей, заполнять бумаги, я смогу завершить свое начальное возвышение.

Пещера встретила меня привычной тишиной, и я первым делом сунулся в свой тайник. Вытащил оттуда пространственные кольца и, используя кольцо, что принес Экакок, достал все собранные камни душ.

Двенадцать штук. Было больше, но мне пришлось воспользоваться несколькими для подзарядки камня демона-привратника. Другие камни не позволили бы мне использовать призыв с такими маленькими затратами. Вряд ли всех этих камней хватит, чтобы вытащить Экакока из двенадцатого витка без камня души привратника. Такова уж их особая сила.

Так что этот камень, как самое ценное, я спрятал, а остальные забрал с собой. Пришло время заняться собственным возвышением и созданием новых меридиан.

— Только бы у меня получилось…

Я готовился к этому давно, большая часть схемы уже готова. Я не был уверен до конца, что конструкт справится, сказывался недостаток в знаниях. Я помнил далеко не все, и воспоминания тускнели с каждым днем. В прошлом я мог сидеть в библиотеке Рамуила, как чемпион, планируя свою месть, а сейчас лишь судорожно пытался воспроизвести всё то, что почерпнул, рискуя ошибиться.

— Я справлюсь! — твердо сказал я, выкладывая камни в нужные точки магической схемы. Небольшие корректировки, а затем занялся уже собой. Разделся, взял чернила с металлической стружкой и стал рисовать схему меридиан. В этот раз сосредоточие будет не на три пальца ниже пупка, а на столько же выше. Я решил, что это самое оптимальное место, хоть и придется пожертвовать одним из узлов силы.

Дальше пошли руны, я рисовал их прямо на коже собственной кровью из порезанного пальца. Получалось криво, но это было необходимо.

— Вроде всё, — я последний раз оглянул конструкцию и сделал глубокий вдох. — Я либо возвышусь, либо умру. Третьего не дано…

Решив не тянуть, я занял место в круге и сделал глубокий вдох. Ещё один.

Техника дыхания является основой, через неё практики учатся втягивать энергию мира в себя так же, как воздух. Это делал и я, ощущая, как она кружится вокруг. Эта пещера — отличное место для такого эксперимента, силы тут больше, чем где бы то ни было ещё из мест вокруг Дайварда.

— То Мэку Со Дэку Юма Фатхарэс Гу…

Первыми вспыхнули камни, один за другим, и энергия души демонов потекла по линиям конструкта, напитывая нарисованные руны. Воздух сразу стал тяжелым, я ощутил, как потоки энергии кружат вокруг, создавая мощное давление.

Как много! Точно ли я смогу всё это поглотить и не сгореть при этом? Я не был в этом уверен.

Вдох-выдох.

Вдох-выдох.

Я сложил немного измененный символ Гармонии на животе, начав поглощать из воздуха демоническую энергию и формируя новое сосредоточие в форме обратной спирали. Это самое главное отличие от обычного сосредоточия.

Если вначале я чувствовал лишь теплоту, то постепенно она стала превращаться в жжение, а затем в настоящий жар. Мне словно в живот засунули раскаленный уголь, который выжигал внутренности.

Я знал, что так будет…

Знал…

Пришлось задействовать механизм защиты, иначе меня бы действительно могло выжечь изнутри. Малый круг, начерченный вокруг места, где я сижу, засиял, и сразу стало легче, но полностью жжение не прошло. Хуже всего то, что это только начало. Я лишь сумел сформировать зачаток сосредоточия, который может в любой момент потерять стабильность и выжечь внутренние органы. Демоническая энергия гораздо агрессивнее обычной.

Вдох-Выдох…

Кажется, у меня получалось стабилизировать эту бьющуюся внутри силу.

Много… Слишком много…

Вдох-Выдох…

Вдох-Выдох…

Вдох-Выдох…

Ладно, теперь меридианы. Попытался направить силу по чуть-чуть, но не вышло. Она мощным потоком хлынула по начерченным каналам, причиняя нестерпимую боль. Я согнулся, захрипел, едва не потеряв сознание, но сумел совладать с собой.

Я то и дело менял символы на животе перед собой.

“Гармония”

“Единство”

“Контроль”

“Гармония”

“Единство”

“Контроль”

И снова…

И снова…

И снова…

Тело горело. Казалось, что внутри меня текут реки из раскаленного жидкого металла. И я должен был их контролировать. Каждый из потоков. Стабилизировать и заставить течь туда, куда мне нужно. Я должен совместить их со старыми меридианами, чтобы иметь возможность в будущем использовать обычные техники.

Воздух вокруг меня тоже раскалился, отчего стало очень тяжело дышать. Каждый вдох вместе с текущим по жилам огнем причинял огромную боль.

Я выдержу!

Я справлюсь!

Ради своей семьи!

Ради Мириона, которого я собираюсь найти.

Ради жизни, которую у меня отняли!

Ещё чуть-чуть… Почти…

И в тот миг, когда я почувствовал что дошел до своего предела, что новые потоки завершены, быстро сменил используемые символы на другой.

“Очищение”

Жар уже не жег, а на его место пришло нечто иное. Думаю, это можно назвать “вибрацией”, словно все мои меридианы входят в резонанс с миром и спиралью.

“Очищение”

“Контроль”

“Гармония”

“Очищение”

“Контроль”

“Гармония”

Я выдержу!

Всё закончилось внезапно. Я просто перестал чувствовать жар и давление вокруг, и я, не удержавшись, упал на пол, а через несколько секунд живот скрутило судорогой, и я выплюнул сгусток крови.

— Нет-нет-нет-нет… Нельзя прерываться…

Я был готов отключиться, но этого ни в коем случае нельзя было делать. Я не закончил… Я создал меридианы, буквально выжег их демоническим огнем, но теперь их надо заполнить энергией спирали. Если я не сделаю это сейчас, то в будущем случится отторжение и весь мой пан провалится.

Морщась от дрожи, сотрясающей тело, я вернулся в позу медитации и сложил символ Единства.

— Я един с миром. Я един со Спиралью…

Вдох-Выдох…

Вдох-Выдох…

Окружающая меня энергия начала проникать в тело, даруя удивительное облегчение и приятное чувство прохлады. Сила наполняла меридианы, ласкала их и словно исцеляла. Это было обманчивое чувство, я бы даже сказал опасное. Пусть энергия Спирали и мягче, но это не значит, что она безопасна.

В какой-то момент мне показалось, что всё получилось, но я где-то ошибся. Либо в схеме нарисованной на полу, либо в количестве энергии, либо в чем-то ещё…

Это было похоже на то, словно кто-то набросил мне удавку на шею, а тело скрутило жутким спазмом. Кровь забурлила в венах, потоки энергии в новеньких меридианах то становились раскаленными, то напротив оборачивались льдом.

Я пытался взять все это под контроль, но не мог…

Как можно использовать дыхательные техники, когда ты не можешь дышать?..

Я ошибся… И это возможно будет стоить мне жизни.

Нет!

Я тут не сдохну! Я не сломался в аду и не сдохну сейчас.

Взгляд заметался по пещере, пока не наткнулся на аккуратно выставленные фиалы с зельями и коробку с “бобами”.

Содрогаясь от боли внутри, я выбрался из круга, дополз до трофеев и забросил в рот сразу несколько “бобов”. Затем я протянул руку к красному зелью в обрамленном серебром фиале. Кажется, оно лечебное, но я не уверен до конца. Просто в голове возникло воспоминание после схватки с возрожденным. Лекарь поил меня из похожего фиала. Но проблема в том, что он был именно похожим, а не таким же.

Я был на грани того, чтобы отрубиться, в глазах темнело, и я на последних силах откупорил его и влил себе в горло. Но не допил, тьма поглотила раньше…

* * *

— Ты слишком безрассуден, Натаниэль, — сказал Мирион, сидя на камне.

Учитель был облачен в белую одежду воина с длинными рукавами, и меня всегда поражала эта белизна. Все вокруг носили обноски, и я не исключение. В отличие от тела, одежда не восстанавливалась, когда мы возрождались, а демоны редко выдавали нам новую. Одежда учителя же всегда была цвета чистого снега, отчего казалась неправильной для такого ужасного места, как двенадцатый виток.

— Вы сами говорили, что безрассудство — часть молодости, — улыбнулся я.

— Говорил, но разве это повод гордится?

Улыбка сошла с моих губ, я бросил недовольный взгляд на старика. Он был слеп, его глаза были закрыты алой повязкой, но порой мне казалось, что он видит всё гораздо лучше зрячих.

— Что я в этот раз сделал не так?

— Из-за тебя погибли Юван, Дон и Ханна.

— Они воскреснут через пару часов, — недовольно поморщился я. В этот раз я решил немного удивить демонов и убить старшего воина из вражеской команды. Юван, Дон и Ханна мне помогали, и благодаря этому у нас получилось. Товарищи пожертвовали собой, но я смог совершить задуманное.

Мирион лишь досадливо покачал на это головой.

— А если не воскреснут?

— Всегда воскресают. Они не сломленные, так что вернутся, дайте время.

— Вот это мне и не нравится, Натаниэль. Ты слишком легко говоришь о смерти тех, кто тебе дорог. В погоне за моментом ты забываешь о близких, а ведь они страдают. Или думаешь, умирая там, на поле боя, они не мучились?

— Тут все страдают, — не согласился я. — Это двенадцатый виток! Я сам множество раз лежал там, и что?

— Но это не повод относиться к этому как к должному. Даже если они оживают, смерть — это всегда смерть.

— Они сами этого хотели. Я не просил их следовать за мной и помогать. Это был их выбор.

— Они доверили тебе свои жизни, а ты бездумно разбрасываешься ими. Этот бой не был безнадежным, мог выжить не только ты, но все вы. Все четверо.

— К чему всё это, учитель?! — рассердился я.

— Думай о тех, кто тебя окружает. Часто ты избираешь самый быстрый и кажущийся простым путь, но он не всегда верен. Я боюсь, что эта привычка аукнется тебе в будущем, когда ты выберешься отсюда.

— Вы правда верите, что мы выберемся отсюда? — смягчился я.

— Я это знаю.

* * *

— Ох, Нейт! Нейт! Очнись!

Мне брызнули чем-то в лицо. Я нехотя поморщился и разлепил глаза.

Хлоя?

Она склонилась надо мной и хлопала по щекам, пытаясь привести меня в чувства.

Я оттолкнул её, и тут же перевернулся на бок, исторгая из себя целую кучу густой темной жижи. Девушка сразу протянула мне бурдюк с водой, и я не стал отказываться. После этого стало немного лучше, я наконец-то мог дышать более-менее свободно.

— Что тут произошло? — взволнованно спросила она.

— Я… Я пытался возвыситься. То, о чем я тебе рассказывал, создать новое сосредоточие.

— И? У тебя получилось?

“Нет” — хотел ответить я, но вдруг понял, что это было бы ложью. Я чувствовал, как энергия течет внутри меня. Неужели у меня получилось?

Я закрыл глаза, обратил взор внутрь себя и… замер, шокированный увиденным. Я не знаю, что я сделал, не знаю, как я это сделал, но ничего подобного я никогда прежде не видел. Я создал сосредоточие, вырастил меридианы, но при этом они были очень странными. Мое сосредоточие было не шаром, как должно, а спиралью, и если быть точным, двумя переплетенными спиралями, из которых выходили такие же две линии переплетенных меридиан, расходящихся по телу.

— Невероятно… — едва слышно произнес я.

— Что-то не так?..

— Я не уверен…

Как это вообще возможно?

Похоже, вместо того, чтобы вырастить демонические меридианы и очистить их от изначальной энергии, заменив на силу Спирали, меридианы просто разделились на разные типы энергии. Нечто подобное было у меня, когда я вырастил демоническое сосредоточие, но там всё было иначе. Поскольку энергии спирали на двенадцатом витке лишь чуть больше, чем здесь, демоническая сила всегда доминировала, захватив большую часть меридиан. Сейчас же я видел идеальный баланс между энергиями, где я не ограничен выбором. Единство противоположностей, воплощенное в моем теле.

Но радоваться было рано. Я никогда не слышал ни о чем подобном и понятия не имел, чего можно ожидать от такого тела. У меня не открыто ни одного узла силы, да и само расположение меридиан нестандартное. Смогу ли я вообще открыть необходимые для знакомых техник узлы? И если нет, то что делать в такой ситуации?

Голова буквально болела от всех этих мыслей.

Но главное — я сделал это. Я смог!

— Ох, Нейт!

— Что ещё? — отвлекся я.

— Твои глаза!

— Они стали светлыми?

— Да! Нет… В смысле…

Нахмурившись, я взял одно из трофейных пространственных колец и достал оттуда зеркало. Больше мне не нужно то, что принес Экакок. Взглянув на себя, я мысленно выругался, теперь понимая, что именно так удивило Хлою. В моих глазах отразилось то же, что царило внутри — двуединство энергий. Мой правый глаз стал светло-серым, а левый — ярко-красным.

— Ну и видок, — криво усмехнулся я.

— А мне нравится. Седые волосы, разные глаза. Очень экзотично… — усмехнулась Хлоя.

— Всё это не имеет значения, — бросил я ей, попутно думая, что лучше будет закрыть левый глаз. Во внутренних витках, когда я смогу познать стихию, можно говорить, что была девиация стихии. Красными глаза бывают не только у демонических мастеров, но и у огневиков. — Ты знаешь, что случилось с моими?

— Конечно знаю, их отвели в городское управление. Господин Динрим опрашивает их о случившимся.

Я кивнул. Всё, как я и предполагал. Динрим действует по закону и пытается для окружающих выглядеть достопочтенным и честным чиновником.

— Что-ж, тогда пора назад.

Глава 14

В Дайвард я возвращался уже практически другим человеком. Пусть я всё ещё выглядел как ребенок, но открытые меридианы и двойное сосредоточие превращало меня в воина, практика боевых искусств. А учитывая. что у меня ещё и Зиргул, то я по праву мог считаться сильнейшим в этом городе.

И все это в семь лет.

Я сразу услышал перемены в голосах горожан, наблюдавших за мной. Слухи о том, что случилось накануне вечером, уже успели разойтись, все были в курсе. Что-ж… Сложно скрывать свою силу, когда у тебя есть враги.

Пройдя по центральной улице, я вышел к городскому управлению, высокому зданию с широкой раскинувшейся крышей. На входе меня ждало двое охранников с алебардами.

— Натаниэль Крейн, вам придется сдать оружие, — сказал один из них, на что я пожал плечами.

— Ну, попробуйте.

Меч, висевший в воздухе за спиной, кувыркнулся, опасно сверкнув лезвием, и это заставило охранников переглянуться. Я лишь усмехнулся, вытащил из-за пояса кинжал и отдал его ближайшему, а сам шагнул внутрь управления.

Зиргул задержался снаружи и немного поиграл с охраной, попытавшейся его поймать, но в конце концов взмыл высоко вверх, а затем влетел в одно из широких окон с противоположной стороны дома. Щелк, и клинок вошел в ножны у меня за спиной.

— Мог бы и снаружи подождать, — сказал я ему, улыбнувшись, на что тот ответил едва заметной вибрацией. — Ну, как хочешь.

В кабинет Динрима я вошел без стука. Это широкое помещение, разделенное на несколько секций. В одной стоял письменный стол, сзади возвышались шкафы со свитками, с другой стороны зона отдыха с роскошными диванами со множеством разноцветных подушек. Третьей секцией у самого окна был зеленый уголок с декоративными растениями. Видимо, маленькое увлечение градоначальника.

Кабинет не пустовал. Помимо самого Динрима тут присутствовало ещё несколько человек, в их числе старший инспектор, судя по одежде, что руководит отделением округа. Неожиданно. Я думал, что к этому делу будет привлечен городской инспектор, а не подобный высокий чиновник. Но неприятно это было по другой причине — он намного сильнее меня. Четвертый шаг. И при этом довольно молод.

Заметил ещё нескольких незнакомых мужчин в дорогих одеждах, видимо прибыли вместе со старшим инспектором. И, разумеется, тут нашелся и мясник Ходас. С перебинтованным глазом он лежал на одном из диванов и закидывал в рот солнечные ягоды, довольно редкие в наших краях. Даже переодеться успел, сменив обычный наряд на мантию с драконами. И эта картина заставила меня зло стиснуть зубы.

— А вот и этот маленький ублюдок! — воскликнул мясник, увидев меня. — А мы уж думали, что придется тебя по лесам ловить.

— Я же сказал, что вернусь на рассвете, — сказал я им, встретившись с Уолтером Ходасом взглядом, и не без удовольствия увидел, как тот дернул щекой.

— Во имя Лордов, почему у тебя светлые глаза?

— Я пробудил свое сосредоточие.

— Что?! Чушь! — закричал тот. — Все знают, что ты выжег его. “Падший гений”. Ты никак не мог его восстановить!

— И тем не менее, мои глаза говорят об обратном, — улыбнулся я. — Где мои родные?

— С ними всё в порядке, — сказал Динрим. — Их поместили под охрану, а твоему отцу оказали первую помощь. Его жизни ничего не угрожает.

— Под охраной вы подразумеваете, что они за решеткой? В темнице? — внутри меня все заклокотало от одного лишь представления о том, что мама с маленьким братом сидят в сырой камере.

— Там им самое место, — расхохотался мясник, — И к ним ты скоро присоединишься.

Динрим бросил на него сердитый взгляд, но ничего не сказал.

— В таком случае почему не в темнице этот человек? Он первым напал на моего отца.

— Это ещё надо доказать, — улыбка Уолтера стала слишком довольной.

Старший инспектор пока что молчал, равнодушно наблюдая за этой перепалкой.

— Доказать? Есть свидетели.

— Не все так просто, юноша, — вот теперь заговорил инспектор. — Свидетели говорят иное. Господин Ходас утверждает, что ты напал на его сына, уничтожив его возвышение. Он пришел, чтобы потребовать компенсацию, но ты подло напал на него и лишил глаза. Воин рефлекторно отреагировал на нападение, в результате чего пострадал твой отец, вставший на защиту. Его слово, слово избранного драконами, и его друзей против твоего, мальчик.

— Вот значит как, — кивнул я.

Догадывался, что чем-то таким всё и кончится.

— К тому же мне донесли кое-что любопытное. Твое имя было названо Вечной, причем не единожды. И ровно через неделю после этого в окрестностях города были найдены тела демонов. Тебе есть что на это сказать?

— А даже если есть, что с того? Назовите мне хоть один закон, запрещающий убивать демонов. Или закон, что карает приговоренных.

— Ты забываешься, мальчик! — обычно спокойный Динрим рассердился.

— Убивать демонов не запрещено, в этом ты прав. Но помимо тел были найдены и следы демонических практик, а вот они под строжайшим запретом, и их применение жестоко карается. Кровавые практики, демонические ритуалы — всё это под строжайшим запретом. Это практики кровавых культов и демонических сект, но никак не воинов Спирали и слуг лордов. Так ты занимался демоническими практиками?

— Я разве такое утверждал? — усмехнулся я.

— Щенок! Ты же сам только что это сказал! — взревел рассерженный мясник.

— Нет. Вы спросили, есть ли мне что об этом сказать. И я говорю да, есть. Я рад, что кто-то в наших краях убивает демонов, мне спокойнее живется, зная это.

От услышанного Ходаса аж перекосило. А вот старший следователь поразил меня своим спокойствием, ни один мускул не дрогнул на его бледном молодом лице.

— Не считай нас за дураков, мальчик, — Динрим тоже был зол. — Ты не в том положении, чтобы шутить. Признавайся, и суд будет снисходителен.

— Я ничего не знаю, — пожал я плечами. — Ни о демонах, ни о приговоренных. Я просто маленький мальчик.

Кажется, эти слова разозлили мясника ещё сильнее, но они ничего не могли мне сделать. У них не было ни одного доказательства, что именно я стою за убийством демона, и тот факт, что мое имя было названо, ещё ничего не говорит. Приговоренные, что бы они не совершили, лежат за пределами власти инспекторов. Это суд лордов, и не простым практикам в это лезть.

— И демоническими практиками ты не занимался? — спросил старший инспектор.

— Нет.

— А если я использую браслеты правды? Я вижу в твоем глазу искру Спирали, ты пробудил свое сосредоточие, а значит я могу использовать на тебе браслеты правды.

— Я не смогу вам помешать, — развел я руками.

— Что-ж, очень хорошо, — кивнул старший инспектор и достал из пространственного кольца два серебрянных браслета. На одном был красный драгоценный камень, на другом — зеленый. — Знаешь как они работают?

— Нет, — соврал я.

— Они считывают твою внутреннюю энергию. Твой дух. Если ты соврешь, они это покажут, — с этими словами застегнул их на моих запястьях.

Я осмотрел артефакт на своих руках и мысленно усмехнулся. Я прекрасно знал принцип работы артефактов и как их можно обмануть. Достаточно было поверить самому в то, что ты говоришь правду.

Прикрыл глаза и сделал глубокий вдох. С этого момента существуют два меня. Один — маленький мальчик, Натаниэль Крейн, что родился и все свои семь лет прожил в Дайварде. Он не был в аду. Он не причинял никому зла. Его глаз голубой. Второй — Костяной палач, какое прозвище получил чемпион арены Рамуила, мастер демонических практик и убийца, что шел по трупам к свободе. Его глаз — красный. И сейчас он под повязкой.

— Тогда начнем. Твое имя — Натаниэль Крейн?

Я открыл лишь правый глаз, голубой.

— Да, — и тот час браслет с зеленым камнем едва заметно засиял.

— Хорошо, работает, — кивнул старший инспектор. — Сколько тебе лет?

— Семь, — ответил я, и вновь засиял зеленый браслет.

— Ты напал на этого человека? — он перевел взгляд на мясника, и тут мне пришлось закрыть голубой глаз и открыть правый. Палач напал, глупо было это отрицать.

— Да.

— Ты напал на его сына?

— Нет.

— Что за бред?! — вспылил мясник. — Он напал! Эта штука врет!

— Он напал первым, я лишь оборонялся, — браслет засиял зеленым. Тут можно было обойтись и без уловки, ведь это была чистая правда.

— Как видите, он говорит правду, господин Ходас, — кажется, инспектор едва заметно улыбнулся, а мясник был вынужден прикусить язык. — Ты бил по его меридиану?

— Бил.

— Чтобы разрушить его возвышение?

— Я не использовал духовную энергию, просто хотел, чтобы он не смог использовать руку пару часов. Вина в уничтоженном меридиане лежит исключительно на его отце.

— Да как ты смеешь! — вновь вспылил Ходас, но старший инспектор жестом велел ему молчать.

Каждый мой ответ заставлял зеленый браслет вспыхивать.

— Скажи, что небо красное, — попросил инспектор.

Я хотел было сказать это, но вовремя поменял открытый глаз. Палач всю свою жизнь прожил под красным небом, и браслет мог счесть это правдой, а в просьбе явно бы подвох. Должен загореться красный браслет.

Даже сейчас порой, когда я закрываю глаза, то вижу перед собой красное небо. Думал, что спустя годы это пройдет, но не прошло. Возможно, эти алые небеса будут преследовать меня до конца дней.

— Небо красное.

— Вранье. Видите? — инспектор показал это присутствующим. — Браслеты истины работают.

— Тогда давайте перейдем к главным вопросам, — предложил градоначальник. — Ты убил демона?

— Нет, я никогда не видел демонов, — сказал я.

Правда.

— Что? Да быть не может! — в очередной раз вспылил Ходас.

— Значит, и запретными практиками ты не занимался? Никогда не проводил ритуалы на крови?

— Разумеется, нет.

Правда.

— А откуда меч?

А вот это было опасно. Я не мог им сказать, откуда он у меня.

— Он мой по праву, — ответил я, став Палачом. — Я заслужил его в битве.

— Битве? Какой битве?

— В той, где на кону была моя жизнь.

И все это было чистой правдой. Проиграй я тогда схватку с тринадцатым витком, я бы тут не стоял. Меня бы казнили пожирателем душ. Слишком высоки были ставки, и цена проигрыша была слишком высока для Рамуила.

— Уточни.

— Обладание таким мечом — не преступление, — я поднял на него голубой глаз, решив, что пора заканчивать с допросом. — Я не причастен ни к появлению демонов, ни к каким-то там ритуалам.

И браслет вновь мигнул зеленым.

— Отвечай, когда тебя спрашивают, — проворчал господин Динрим.

Но я и не думал.

— Я ответил на всё, в чем меня обвиняют, остальное не имеет значения.

И всё же они попытались, причем инспектор действовал более хитро и заходил к интересующим его темам порой с совершенно неожиданной стороны, попутно добавляя явно “ложные” вопросы. Но я на это не купился.

— Мы закончили, — сказал инспектор и одним легким движением снял браслеты с моих рук, после чего отправил их в пространственное кольцо.

Мне же пришлось сделать над собой усилие, чтобы не ухмыльнуться. Всё прошло даже слишком легко, и есть подозрение, что дело в моей двуединой структуре меридианов. Я просто разделил свой дух на две части в соответствии с потоками силы внутри. Простому человеку было бы намного сложнее такое провернуть. Если вообще возможно.

— Обвинения в демонических практиках пока сняты, что до конфликта с господином Ходасом, то тут не всё так однозначно.

— А по мне всё более чем очевидно, — не согласился я. — Он напал на моего отца.

— Как мы уже выяснили, ты первый оскорбил его, и он — уважаемый член общины. Более того, избранный лордами, носитель драконов. А твой отец всего лишь простой человек. Он был в своем праве, не говоря о том, какой урон, пусть и не специально, ты нанес его сыну. И поскольку ты ребенок, то отвечать за оскорбление должен был твой родитель. В данном случае отец. Господин Ходас переборщил, но и ты лишил его глаза. В другой ситуации честным было бы отнять твой, но раз ты пробудил свое сосредоточие, да ещё в таком удивительно юном возрасте, то предлагаю, чтобы каждый остался при своих.

— Вот ещё… — сердито буркнул мясник.

— Нет, — твердо и непоколебимо сказал я.

— Вы не хотите уладить конфликт таким образом?

— Он разрушил возвышение моего Хаппи, разумеется я не могу это так оставить.

— Я тоже, — кивнул я. — Господин Ходас задолжал мне ногу.

— Ах ты…

— Довольно! — вновь вмешался инспектор.

— Я вызываю его на воинскую схватку чести.

— Что? — почти синхронно спросили мясник и градоначальник, а вот инспектор нахмурился.

— Я вызываю его на воинскую схватку чести. Разве не так принято улаживать спорные ситуации у воинов, когда они оба согласны?

— Драться с тобой? Вот ещё! — отмахнулся Ходас.

— Юноша, ты же понимаешь, что если я одобрю эту схватку, то ты не сможешь использовать свой летающий меч. Обычное оружие, обычные техники, ведь это схватка чести, а ты по возвышению сильно уступаешь своему противнику.

— Мне не понадобится Зиргул в этой схватке.

Инспектор кивнул, сложил руки за спиной и повернулся к Ходасу.

— Я не собираюсь с ним сражаться! С мечом или без него. Пусть заплатит за мой глаз и убирается прочь.

— Ты так испугался маленького ребенка, что только что создал сосредоточие? — спросил я.

— Я никого не боюсь, щенок!

— Тогда почему отказываешься?

— Не хочу тебя случайно убить.

— Все мы когда-нибудь умрем. Но тебе лучше согласиться на эту схватку, потому что если откажешься, то я рано ли поздно приду за твоими ногами. Обеими. Но если примешь вызов как мужчина, то так и быть, я заберу лишь одну.

— Откуда в ребенке столько надменности? — буркнул господин Динрим, а вот старший инспектор словно размышлял об этом.

— Я не против. Это один из законов Спирали. Если два воина вступили в конфликт, то они могут решить его честным поединком один на один под присмотром служителя власти, — вынес свой вердикт инспектор. — Но обе стороны должны согласиться.

— Я не передумаю.

— А я не собираюсь идти у тебя на поводу, щенок.

— Струсил? — глупая провокация, но я уже убедился, что она сработает. Просто нужно было знать, куда бить словами, а я знал. — Неужели избранный лордами боится схватки с ребенком? А может ты себе отрезал ногу?

Я видел, как побагровело его лицо.

— Знал, что избранных драконов почитают, даже если они не становятся претендентами, но все же, смотрят на них искоса, задаваясь вопросом, а не струсили ли они? И ладно когда это выходцы из знатных домов и кланов, о таких будут шептаться, но никогда не скажут вслух, но ты к ним не относишься. Может… вся та история ложь? Может ты сам себе ногу отсек? Она ведь на месте, чистая рана, лекарь без труда её пришил. Может это все было сделано, чтобы никто не посмел посчитать тебя трусом, не решившим перейти за хребты? Сильный воин с травмой ноги, ты заслуживаешь жалость, но никто не скажет, что ты трус. Так что скажешь? Может так оно и было?

Не знаю, попал ли я в точку, но от этих слов лицо мужчины перекосило практически так же, как когда он напал на отца. Может это и была правда, может он уже давно пожалел о том, что такое сделал. Жалость — это не то чувство, которым можно гордиться. Напротив, оно показывает твою слабость, скребется внутри, подтачивая душу.

— Очень хорошо, щенок, ты получишь свое! Не знаю, когда ты там успел создать сосредоточие, но без своего летающего меча ты пожалеешь, что вызвал меня на бой.

— Увидим.

Глава 15

Несмотря на то, что мясник гораздо сильнее меня в плане возвышения, и возможно уже даже не второй, а третий шаг, всё это не имело никакого значения. Что есть сила без крепкого тела? Да, он знает техники, да, он может легко убить простого человека голыми руками, но… как давно он последний раз держал меч в руках? Десять лет назад? Пятнадцать?

Одно дело стоять за разделочным столом и кромсать топором мясо, а совсем другое — оттачивать боевое мастерство в схватках. Будь на его месте настоящий практик, как воины Багрового возмездия или Орден бесконечного меча, в который вступила Мия, у меня могли бы возникнуть определенные проблемы. Не непреодолимые, но достаточно существенные. Я же, смотря на этого человека, не ощущал вообще никакой угрозы. Он высок и крепок, но заплывшее жиром тело не ощущалось по-настоящему крепким.

Градоначальник привел нас в круг — специальную зону для схваток, которая имеется рядом с мэрией в любом городе. Выглядит это просто как… круг. Круг, наполненный белым песком и обложенный камнями. Чуть неподалеку площадка с камнями для медитаций, где уже устроился господин Динрим и ещё несколько уважаемых горожан, но едва ли этим закончилось. Про схватку стало известно очень многим, и чуть в отдалении уже стала появляться толпа.

Решили посмотреть на избиение младенца?

Мы с Уортером Ходасом встали на противоположных концах круга, и думаю, со стороны это выглядело забавным. Уже побитый жизнью воин выходит драться с семилетним пацаном. Думаю, ему и самому было неудобно под всеми этими взглядами, но и отступить мясник уже не мог.

— Мы собрались перед этим кругом, чтобы решить конфликт двух воинов, идущих по пути Спирали, — громко, почти торжественно объявил старший инспектор. — И я, как старший инспектор Округа белого тигра, Провинции Дремлющего леса, Хафир Дорман, стану свидетелем и судьей этой схватки. Желает ли кто-то из вас отказаться от схватки?

— Нет.

— Нет.

— В таком случае выберете оружие.

— Меч.

— Копье, — сказал мясник, чем меня немного удивил. И это было ошибкой, причем очень глупой. Копье нужно, чтобы держать противника на средней дистанции, и при должном мастерстве оно становится грозным оружием, но когда противник меньше и быстрее тебя, подобный выбор кажется странным.

В руках Дормана появились деревянные меч и копье. Видимо, старший инспектор имеет в своем пространственном кольце целый арсенал тренировочного оружия.

— Настоящие, — покачал я головой, не спеша брать тренировочный меч.

— Для подобных битв рекомендуется деревянное оружие. Здесь нет лекаря с достаточной квалификацией, чтобы быстро оказать помощь в случае необходимости. Если вы оба согласитесь, я не могу запретить, но как старший инспектор не одобряю кровопролития.

— Я собираюсь забрать его ногу, как мне сделать это деревянным мечом? — криво ухмыльнулся я. Инспектор посмотрел на моего соперника, решение было за ним.

— Я собирался просто хорошенько тебя побить, щенок, может что-нибудь сломать, но раз тебе так не терпится умереть, да будет так!

Тренировочное оружие исчезло, а вместо него в руках у инспектора появилось настоящее. Представитель власти оказался весьма предусмотрителен и сразу выдал мне подходящий по комплекции меч: короткий одноручный.

Я принял оружие и быстро оценил его. Неплохо, не идеально, но неплохо. Хороший баланс, неплохо сидит в руке. Вернулся на прежнее место, дожидаясь, когда Ходас заберет копье. Он демонстративно прихрамывал, но я знал, что это уловка. Обычно он делал это не настолько показательно, как сейчас. А может всё дело в той технике, что он применил против меня? Она включала в себя рывок. Что если он перегрузил таким образом ногу?

Если так, мне же лучше.

— Вы готовы? — спросил старший инспектор и, дождавшись утвердительных кивков, взмахнул рукой, ознаменовав начало схватки.

Шаг, и я активирую боевой транс. Теперь я могу использовать его полноценно, а не как раньше, и мир сразу начал двигаться медленнее. Ходас тоже шагнул вперед, приподнимая копье, и как-то слишком довольно ухмыльнулся.

Уже через миг я осознал, почему.

Он сделал рывок с помощью какой-то весьма простой и прямолинейной техники, к которой добавился прямой выпад. Хотел закончить всё одним ударом? Глупо. Уйти от такой атаки не составило труда, даже не обладая в данный момент никакой техникой шагов. Просто шагнул в сторону, немного смещая корпус влево, и тут же контратаковал из слепой зоны. Потеря мясником глаза сделала эту схватку в разы проще.

Сверкнув сталью, клинок полоснул мяснику руку, отсекая маленький кусок кожи у него на правом предплечье и заставив Ходаса смачно выругаться.

— Щенок, ты заплатишь за это!

Ходас нанёс три прямых удара, но я ушёл от них ещё в самом начале движения копья. Боевая медитация плюс опыт — страшная сила. Это раньше, во время первой схватки с демоном, а затем культистами, я был ещё слаб, даже открыв сосредоточие. Мое тело было просто не готово к этой силе, теперь всё иначе. Больше года я не пропускал ни одной тренировки, закаливал себя, как мог, и привыкал к своим скромным нынче габаритам. Отрабатывал стойки и техники, не требующие внутренней энергии, всё ради того, чтобы, когда новое сосредоточие будет создано, я был готов сражаться.

И сейчас я готов. Даже без открытых узлов силы и техник я опасен.

Пока что отступил, кружа вокруг Ходаса, изматывая его и приноравливаясь к тому, как он двигается, а двигается он не так хорошо, как ему хотелось. Видно, что когда-то он действительно неплохо владел этим оружием, и может я даже получил бы удовольствие от схватки с былым Ходасом, но нынешний не просто заржавел, он рассыпался. Не прошло и минуты сражения, как он сбил дыхание и потерял ритм.

Мясник осыпал меня градом прямолинейных техник, самой опасной из которых оказалась “Фантомное копье”. Когда иллюзорное копье бьет первым, а настоящее идет за ним. При должном мастерстве это очень опасный удар. Пока уклоняешься от фальшивого, тебя настигает настоящее.

Но с каждой новой атакой движения мясника становились всё более неуклюжими и предсказуемыми.

Думаю, хватит бегать…

В этот раз я напал первым, чем сильно удивил противника. Ходас рефлекторно отступил, пытаясь вернуть копье после неудачного удара, но слишком поздно. Лишил бы его второго глаза, если бы захотел, но я не хотел. Пока что.

— Ты старый, обросший жиром боров, — сказал я, стряхивая кровь с клинка. Я рассек мяснику щеку. — Может когда-то ты и был неплохим воином, но сейчас ты просто жалок.

Его руки дрожат. Он коснулся пореза, и кажется, до него начинает доходить, что сейчас могло произойти. Он бы мог ослепнуть, возможно навсегда. Вырастить новые глаза реально, но это будет стоить столько, что вряд ли кто-то вроде него способен заплатить такую сумму.

Мясник зарычал, а миг спустя бросился в новую атаку, на этот раз в гораздо более необычную. Это уже не прямой удар, он использовал копье на манер боевого посоха, а затем раскрутил его вокруг себя, заставляя меня отступить.

— Неплохо, — одобрил я. — Всё-таки ты что-то можешь.

Но, как я уже сказал, больше играть от обороны я не собирался.

Два шага вперед, и использую стойку текучей воды, принимая на клинок острие копья. Сместился чуть в сторону, направляя вражеское оружие вниз и ломая атаку, а сам атаковал из слепой зоны, нанося легкий порез по правому бедру.

Мясник тут же нанёс прямой удар в голову, но мимо.

— Ещё чуть-чуть, и ты бы попал, — нахально улыбнулся я, тем самым сильнее разозлив мужчину. — Плохо стараешься.

Я чуть ли не слышал, как он заскрежетал зубами.

Выпад, выпад, разворот и тут же отход в момент, когда я попытался нанести ему новую рану. Похоже, не один я приноравливаюсь к схватке. И почти сразу же получил подтверждение этому, когда мясник воспользовался обманкой и едва не ударил мне по виску древком копья.

Тут же пошла подсечка, но ни одна из атак меня не задела. Я прыгнул и обрушился на мясника сверху, но вместо удара мечом ударил обеими ногами по древку, чуть не выбивая копье из рук. Сальто назад и одновременно маленький росчерк клинка, что рассекает мяснику нос.

Он закричал, покрывая меня проклятиями, а я решил, что пора уже заканчивать. Слишком уж я привык к некоторой театральности на арене Рамуила, ведь чем лучше ты себя показываешь, чем сильнее развлекаешь владыку двенадцатого витка, тем большая награда тебя ожидает. Разумеется, это касалось только избранных воинов, а не простого мяса, что умирает раз за разом. И эта привычка к показушности боя похоже всё ещё где-то глубоко сидит во мне.

Следующая атака принесла неприятный сюрприз. Оказывается, мясник умеет выставлять щит духа, одну из простейших защитных техник.

Почему не использовал её раньше?

Забыл? Не успевал?

Две мои последующие атаки лишь высекали искры из возникающей перед противником стены. Вот она, разница между мной и им. Несмотря на опыт, он способен сейчас защищаться подобной техникой, а я без должной атакующей силы вынужден его ковырять, выискивать брешь в обороне. Щит духа в отличие от покрова или более совершенного доспеха, имеет крайне ограниченную зону и не закрывает всё тело, но до удара он невидим, а Ходас может перемещать его куда угодно, защищая любую часть тела.

— Всё, я больше не буду играть с тобой, — сказал я, вставая в более привычную для сражения стойку.

Первая стойка Костяного Палача: Сокрушающий оковы.

Шаг. Два. Три.

Ходас атаковал, и я встретил его технику своей. Сокрушающий оковы не требует наличия узлов, базовая, но крайне эффективная техника. Я выплеснул чистую энергию за долю секунды до столкновения оружий, добавляя себе ускорение. От столкновений клинков в стороны полетели искры, а затем древко не выдержало и разлетелось на множество щепок.

Кажется, зрители, подошедшие чуть ближе к тому моменту, ахнули.

Ходаса слегка отбросило. Он попытался удержаться на ногах, а я краем глаза заметил, что старший инспектор собирается вмешаться в ход схватки. Видимо для того, чтобы заменить оружие Ходаса или назвать победителя.

Нет.

Менять оружие смысла нет, исход будет один. А закончить схватку… Даже если я победил, то ещё не получил то, что причитается.

Новый рывок, на этот раз гораздо быстрее предыдущего. Ходас выставил перед собой щит, и пусть я его не вижу, но ощущаю вибрацию воздуха.

Первая стойка Костяного Палача: Удар обратной луны.

На миг мой образ размылся, а сам я закружился, получая дополнительное ускорение.

Удар обратной луны — демоническая техника, требующая энергию. Я рисковал, используя нечто подобное на глазах инспектора, пусть он и не из Ордена, и вряд ли имеет много дел с культистами или сектантами, занимаясь внутренними делами перфектуры, а не внешними, но это всё равно был риск, так что я решил обернуть демоническую энергию в энергию спирали. Слить их, чтобы одна маскировала другую.

Меч столкнулся с барьером, тот сопротивлялся доли секунды, а затем со звучным хлопком разрушился, а я продолжил своё движение. Мой меч вспыхнул, больше всего напоминая в тот момент полумесяц, именно поэтому я так его и назвал, и вот я уже позади Ходаса, стряхиваю кровь с клинка.

— Поединок окон… чен… — услышал я, как запнулся старший инспектор. Я закончил схватку быстрее, чем он об этом объявил.

Я неторопливо повернулся и оценивающе посмотрел на вопящего от боли мясника. Я забрал его ногу, ту, что прежде считалась здоровой, и пришить он её уже не сможет. Техника удара обратной луны разорвала её на такие мелкие куски, что вряд ли даже самый великий целитель внешних витков сможет их соединить воедино. Второй ноге тоже не повезло, пусть её задело по касательной, но техника выдрала смачный кусок плоти и костей, так что, даже восстановив её, подвижность там будет отвратная.

Я шагнул к мяснику, но на моем пути возник инспектор.

— Поединок окончен. Ты победил, — произнес он, — Это не битва насмерть!

— А я и не собирался его убивать. Он задолжал мне ногу, и я забрал её.

— Ты переборщил, юноша. То, что ты талантлив, и в столь раннем возрасте освоил воинское искусство, не значит, что им можно так бездумно пользоваться.

Но я не обратил на эти пафосные замечания никакого внимания, потому что я ещё не закончил. Я потратил ещё не всю энергию из своего сосредоточия, так что у меня было ещё одно незаконченное дело, к тому же это дело прямо сейчас сошло с камня и направлялось к нам, недовольно раздувая ноздри.

— Господин Динрим, — громко крикнул я. — У меня есть к вам дело! Я вызываю вас на поединок!

— Что? — пожилой градоначальник аж запнулся об собственные ноги, недоуменно уставившись на меня.

— Я вызываю вас на поединок.

— У меня с тобой нет ссоры, мальчик. Достаточно и того, что ты покалечил господина Ходаса.

— О, в этом вы глубоко заблуждаетесь, господин Динрим. Раз уж я встал на этот путь, то не вижу смысла откладывать свои вопросы, — тем более я уверен, что смогу его одолеть. Он пусть и выше Ходаса по возвышению на один шаг, но за всё время я не видел, чтобы он хоть как-то тренировался. Может в молодости он и был силен, но последние лет пятнадцать вряд ли прикасался к оружию.

— Вопросы? О чем ты?

— Я думаю что достаточно на сегодня кровопролития, — настаивал на своем старший инспектор.

— Вечная назвала мое имя! Имя невинного ребенка! — а в тот момент я действительно таким являлся. — Можно много говорить, что это воля лорда справедливости, но где тут справедливость? Я ни сделал ничего плохого! Так почему оно прозвучало?

— Это ведомо лишь высшим силам! Да и тебя не утащили в ад, мальчик, так к чему твое возмущение? — поморщился Динрим, одновременно с опаской бросая взгляды на другого представителя власти. Почему?

— К тому, что я не верю в справедливость лордов.

— Да как ты смеешь оскорблять их! — послышались гневные возмущения, причем не только от Динрима, но и от зрителей. Но только не старший инспектор, его лицо сейчас напоминало восковую маску, а взгляд не выражал совершенно ничего. Было в этом что-то неуловимо жуткое.

— Лорды может и могущественны, но они такие же воины, мастера первой ступени, и это не делает их богами. Я скорее поверю, что люди вроде вас, господин Динрим, составляют каждый год списки с отребьем, мешающим жить простым людям. Таким, как пьяница Юсуф, которого демоны забрали во время прошлого Дня воздаяния. Он же был безобидным, но портил эстетику города, был бельмом на глазу. И почему же в этом списке внезапно оказался Натаниэль Крейн?

При этом вопросе Динрим прикусил язык и побелел. В его глазах я увидел не волнение, а какой-то первобытный ужас.

Я ожидал новую вспышку злости, обвинения во лжи и еретичестве, но старый градоначальник просто стоял, а старший инспектор бросил на старика очень странный взгляд.

Неужели это правда? Неужели этот старик ответственен за две сотни лет моих мучений?

Не будь тут старшего инспектора, я бы тотчас прикончил и его, и мясника, но в присутствии этого человека приходилось проявлять осторожность. Мои родные все ещё находятся где-то в темнице, и я не хотел рисковать их жизнями.

И прежде чем он успел хоть что-то сказать, оправдаться или соврать, обвинить меня в чуши, его раскроило надвое, от вершины грудной клетки до макушки.

Это было настолько быстро, что я не видел атаку, а ещё миг спустя незримая сила раздавила всех наблюдателей. Просто смяла их, превратив в куски мяса со звучным хрустом.

Нечто похожее случилось и с раненым Ходасом, разве что его не просто смяло, а ещё и протащило шагов двадцать, оставляя полосу из плоти и крови.

Что это за техника?! Кто её использовал?..

Но это был глупый вопрос, и так очевидно. Стоящий со скрещенными за спиной руками старший инспектор. Внезапно его губы, обычно ничего не выражающие, растянулись в жуткой, неестественной улыбке, а глаза заволокла тьма, оставляя лишь две сверкающие алым точки.

Меня обдало жуткой потусторонней силой. Зиргул покинул ножны и устремился к цели, но мужчина лишь усмехнулся, отмахнувшись от оружия словно от мухи, а меня вдруг придавило к земле. Четвертый шаг? Нет… Кем бы он ни был, его силы лежат далеко за пределами внешних витков. Не меньше шестой ступени…

Откуда в нашем захолустье взялся такой монстр? Он убил всех присутствующих, и я даже не заметил, как.

— Т-с-с-с-с… — Инспектор приложил палец к губам. — Ай-яй-яй-яй… А ведь всего этого можно было избежать, мальчик. Я ведь предлагал тебе закончить на Ходасе. Но нет, тебе нужно было продолжать задавать вопросы. Вопросы, ответы на которые не должны прозвучать. Если бы ты держал язык за зубами, то все эти люди были бы живы.

— Кто… Что ты такое?

Он лишь рассмеялся, да и вообще эмоции теперь из него так и хлестали. Из безэмоционального представителя власти он теперь выглядел как охваченный жаждой крови полоумный маньяк.

— Ну здравствуй, Натаниэль Крейн.

Он сделал шаг, я попытался вырваться из зоны контроля, но с таким же успехом улитка могла убежать от кошки. Ему не стоило никаких трудов поймать меня, схватить за горло и оторвать от земли.

Зиргул ожил и ударил мужчину в спину, но даже кожу не рассек, словно врезался в камень.

— Теперь мы можем с тобой познакомиться по-настоящему.

Глава 16

Рука этого существа крепко сжала мое горло, не давая вдохнуть, и я почувствовал себя совершенно беззащитным. Такого не было, даже когда я дрался с возрожденным. И дело было не только в физической силе, казалось, сам воздух тисками сдавливал руки и ноги, не давая пошевелиться.

— Дай-ка я взгляну на твой глаз, — произнесло это существо, так похожее на человека, и свободной рукой ухватило за край повязки на левом глазу. — Как любопы-ы-ы-ытно…

Миг спустя я ощутил, как нечто невидимое проникло в мое тело: призрачные духовные щупальца, принявшиеся изучать мою энергетическую систему. И как бы я не сопротивлялся, у меня не хватало сил.

— И впрямь любопытно, и я пока не знаю, что больше: то, что ты смог обмануть браслеты истины, или твое сосредоточие. Я видел нечто подобное лишь у… — но он не стал озвучивать мысли. Лишь тряхнул головой и рассмеялся.

— Не трогай мальчишку, он может ещё пригодится, — послышался второй голос, и я, скосив глаза, заметил ещё одного человека, сидящего на крыше здания городского управления. Он также был облачен в одежду старшего инспектора, но внешне был чуть старше того, что держал меня.

— И в мыслях не было, — сказал тот, кто судил схватку, и внезапно хватка разжалась, а я рухнул на пятую точку.

Мгновенно воспользовавшись свободой, я отскочил назад, одновременно призывая Зиргул.

Первая стойка Костяного Палача: Шипы синего демона.

В тот же миг второй, ранее стоявший на крыше, появился неподалеку от Хафира Дормана, кажется так назвался первый старший инспектор.

— Ух какой грозный, — рассмеялся первый. — Никогда прежде не видел подобной техники. Мне все больше любопытно, кто ты такой, мальчик. Мы думали, что ты просто очередная ошибка, с которой нужно разобраться, и какой же сюрприз нас ждал.

Я всё ещё не понимал, кто они такие, но одно точно — эти определенно замешаны во всей этой схеме с созданием сферы Вечности. Возможно какие-то “контролеры”, действующие от имени лорда справедливости, следящие за тем, чтобы никто не задавал ненужных вопросов.

— Откуда ты узнал про списки? — спросил второй.

— Догадался, — пожал я плечами. Сейчас лучше значительно приуменьшить собственные знания. Один из них сказал, что я им нужен, а значит у меня ещё есть возможность выбраться из этой ситуации живым. — Как я уже сказал господину Динриму, лорды не всемогущи и не всеведующи. Мы их обожествляем, но даже у их силы есть пределы, и вряд ли хоть один из них будет на самом деле смотреть за преступлениями людей, живущих во внешних витках. Я думаю, у них и своих забот хватает. А следовательно следит кто-то другой, и самым логичным выводом было, что списки составляют местные власти. Градоначальники и старосты деревень.

— Тебе точно семь лет?.. — улыбка сошла с губ первого, и он нахмурился, а я не спешил отвечать на данный вопрос.

— У тебя есть два пути, мальчик, — прервал мои размышления второй. — Первый — ты умрешь. Эти сведения запретны. Любой, кто их знает, должен умереть. Люди вокруг умерли, потому что ты их озвучил.

— А второй?

— Мы сделаем вид, что ничего не произошло.

— Что?..

— Твоего имени действительно не должно было быть в этих списках, но подобные ошибки не редки, а уж случаи, когда кто-то сумел обмануть демона-привратника, происходят постоянно. Впрочем, долго они обычно не бегают. Демон преследует жертву, пока не утащит её в ад. Но ты первый, кто смог такого убить. Первый, чье имя звучало три года подряд. И слухи об этом распространились далеко за пределы Дайварда. Поэтому мы тут, чтобы решить эту проблему. Так что вот наше второе предложение: ты забудешь о том, что тут случилось.

— Вот просто возьму и забуду, — не стал я скрывать сарказма.

— Именно. Забудешь и продолжишь жить, тренироваться и становиться сильнее. А когда ты накопишь достаточно сил, мы явимся вновь, чтобы тебя использовать. Человек, что смог настолько гармонично слить две разных энергии… Таких воинов единицы, глупо ими разбрасываться.

Неужели то, что я сделал, настолько невероятно?

Да, в прошлом я тоже мог использовать два типа энергии, но не на таком тонком уровне. Демоническая и спиральная энергия в моем прежнем теле были разделены и практически никак не взаимодействовали. Сейчас же всё иначе, они соприкасались, влияли друг на друга, находились в противоборстве, но едва ли я ощущал это опасным. Они находились в равновесии, и никакая из сил не могла победить.

— Вы… предлагаете мне работу?

— Не “предлагаем”, — рассмеялся первый. — Мы говорим, как будет. И если нас не устроит твоя сила, то мы тебя убьем. Так что старайся хорошенько.

— И ещё одно условие, — добавил второй. — Ты покинешь этот город. Завтра на рассвете отсюда уйдет караван с нашими людьми, и ты сядешь на него.

— Куда он идет?

— В столицу провинции. Оттуда сам решишь, куда отправиться, но чем дальше отсюда, тем лучше. Лучше вообще в другую провинцию, но это не обязательно. Ты оставил слишком много следов в этом городе, и лучше всего отправиться в места, где тебя не знают.

— Так и поступлю, — сказал им, всё равно я так или иначе думал в скором времени покинуть Дайвард. Нам с семьей придется отправиться в Тенрис, где находится Орден бесконечного меча, в котором должна состоять сестрица Мия. Надеюсь, у неё всё в порядке, а то вестей от ней уже давно не было.

— Тогда иди, собирай вещи и готовься к отбытию. Мы тут… приберемся. И помни, наш уговор действует лишь пока ты хранишь молчание. Тайны должны оставаться тайнами.

* * *

— Ублюдки, — я испытывал странную смесь ярости, возбуждения и веселья.

Я встретился с кем-то непонятным и странным. Слуги Лордов обладают удивительными и пугающими силами, но Рамуил был сильнее и страшнее, а я сумел его прикончить, а значит прикончу и их. Просто не сейчас.

Они считают, что смогут использовать меня как пешку? Возможно, сделать такого же слугу Лордов, как они сами? Если так, то их ждет глубокое разочарование. Я не собираюсь в этом участвовать.

Но для этого нужно стать сильнее, гораздо сильнее, и выйти за пределы ограничений внешних витков. Вопрос лишь в том, как именно…

Тряхнув головой, я выкинул это из мыслей. Они явятся ко мне не завтра и даже не через год. Скорее всего, речь про пять-шесть лет, может чуть больше. Обычно скорость возвышения и способности задаются именно в этот период. Чем быстрее ты копишь силу, тем легче тебе будет в будущем. К примеру, если к двадцати годам практик едва смог добрать силы для второго шага, то даже спустя пару десятилетий он вряд ли перейдет четвертый. А если ты взял второй шаг в пятнадцать-шестнадцать, то считаешься способным, и вполне реально, что однажды станешь мастером десятой ступени.

Я планировал взять вторую ступень, открыть первые узлы в десять-одиннадцать, но теперь окончательно убедился, что больше прохлаждаться не могу. Узлы надо открывать уже сейчас, а вместе с этим максимально укреплять тело через закалку.

Где-то на этой мысли я оказался возле тюремных помещений. Удивительно, но тут не было ни единого стражника, я беспрепятственно прошел к камерам, остановившись у последней, где и находилась моя мать с маленьким братом.

Она тут же осыпала меня вопросами, на которые я пока не мог дать ответа, поэтому молча поискал ключ и выпустил её, бросив напоследок лишь, что нам нужно найти отца. Стражники обнаружились в другом месте, они взяли в кольцо место недавней схватки и прямо сейчас никого не пускали в сады за городским управлением.

Меня с мамой никто не остановил, мы просто прошли мимо, направившись к дому лекаря, где и должен сейчас находиться отец. Дверь открыл совсем незнакомый мне господин.

— Крейны, я полагаю?

— А вы кто?

— Йорик Ваффей, — представился он. — Я работаю на старшего инспектора Дормана.

При упоминании того существа я невольно сжал кулаки, а Зиргул в моих ножнах завибрировал, вторя эмоциям.

— Господин Карим, ваш местный лекарь, имеет недостаточную квалификацию для такого рода случая, поэтому за дело взялся я.

— А вы, значит, имеете?

— Я один из лучших лекарей провинции, — с гордостью заявил он. — Не стоит волноваться, с господином Крейном всё будет хорошо.

У меня было иное мнение, но новый лекарь продолжал заверять нас в обратном.

— Я даже смогу спасти его ногу, хотя лекарь Карим собирался её ампутировать, посчитав повреждения слишком обширными.

— Он… сможет ходить? — дрожащим голосом спросила мама.

— Разумеется. Будь он воином, прогноз был бы неутешительным, но он простой человек, и нет необходимости в восстановлении меридиан. Он будет ходить, даже возможно бегать. Без последствий это, конечно, не пройдет, он будет хромать, скорее всего, но лучше так, чем остаться без ноги.

На этих словах мама разрыдалась и чуть не упала на колени, а я рассердился на себя, на свою слабость. Я хотел немного насладиться мирными деньками, хотел прожить ту жизнь, которой был лишен. Если бы я сразу попробовал создать новое сосредоточие, то смог бы защитить отца от атаки мясника. Я бы уже открыл несколько узлов и мог использовать базовые боевые техники.

— Мы можем его увидеть?

— Разумеется, — кивнул лекарь. — Но он спит и проспит ещё много часов.

Нас провели в комнату на втором этаже, где в постели лежал отец. Его левая нога была перебинтована и облачена в металлическую шину, что фиксировала кости. Пока лекарь что-то объяснял матери о необходимых лекарствах, я подошел к отцу, присел на кровать рядом с ним.

— Прости. Это моя вина. Но я всё исправлю, обещаю.

* * *

Поразительно, но мать не задавала вопросов относительно того, почему нам нужно уехать и что произошло. Возможно, она просто пребывала в некотором шоке, когда к нам домой заявился старший инспектор Дорман и сообщил, что мы выселяемся из города и утром нас конвоируют в столицу. Это существо, маскирующееся под человека, не называло причины, просто констатировало факт — нам надо уехать.

Сборы были быстрыми, но в какой-то момент мне пришлось покинуть дом и отправиться в свое логово, чтобы забрать трофеи. Не мог же я бросить камни душ и душу демона-привратника. Последняя особенно ценна, потому что у меня уже были идеи насчет того, как именно её использовать.

Но сейчас добраться до логова было на порядок проще. Как и в момент, когда я спешил назад, использовал Зиргул в качестве транспорта.

Вещей у нас оказалось не так уж и много, я думал, будет гораздо больше. Пара сумок с самым необходимым и всё. Да и та тварь выдала родителям денег, которых должно хватить на первое время.

И вот до отправления осталось совсем ничего. Отца уже погрузили в фургон, мать с братом на руках следила за тем, чтобы погрузили все вещи, а ко мне подошла Хлоя.

— Значит, ты уезжаешь…

— Да… Раньше, чем рассчитывали, извини.

— Мне будет не хватать твоего старческого бурчания, — сказала она, печально улыбнувшись и едва сдерживая слезы.

— А мне твоего нытья и надоедливых вопросов.

Она не сдержалась и рассмеялась. Хорошо. Мне больше хотелось, чтобы в нашу последнюю встречу она смеялась, а не плакала.

— Ты вернешься когда-либо?

— Вряд ли. Но мое предложение всё ещё в силе, ты можешь отправиться с нами. Просто взять брата и…

Она покачала головой.

— Я не могу.

— Но твой отец…

— Я справлюсь. Как ты преодолеваешь свои трудности, так и я преодолею свои. Это мой путь, а твой… — она скосила взгляд на фургон позади. — Ты дал мне толчок, учитель. Показал, какой я могу стать однажды, и верю, что когда мы встретимся вновь, ты будешь мной гордиться.

Она закрыла глаза, и сделала несколько вдохов используя дыхательную технику которой я её обучил, а когда она их открыла то я замер с открытым ртом. Её глаза… Они из темно-карих превратились в светло-серые. Это значило лишь одно: Хлоя прорвалась. Я знал, что она близка к первому шагу, и вот прямо на моих глазах она это сделала.

— Нейт, нам пора, — послышался возглас матери позади, но я так и таращился на девочку перед собой.

— Что-то не так? — нахмурилась она, даже не понимая, что только что случилось.

— Нет. Всё так, — тепло улыбнулся я. — Я уже горжусь, Хлоя.

От подобной внезапной похвалы она залилась краской.

— Нейт!

— Я сейчас!

— Что-ж… До свидания, учитель, — забавно, но она никогда так меня не называла прежде, и вот уже второй раз за прощание.

— До свидания, Хлоя. Я буду ждать тебя там, — указал я в направлении горных хребтов, ведущих во внутренний виток.

— Постараюсь не заставлять тебя ждать, — она поцеловала меня в щеку на прощание, а затем, улыбаясь, помчалась прочь, видимо не желая показывать мне слезы.

Я думал, что буду уходить из Дайварда с тяжелым сердцем, оставляя Хлою. Но эти светлые глаза… Почему-то взглянув в них, я понял, что у неё всё будет хорошо. Если она будет следовать моим урокам, то однажды станет сильным воином, а значит я могу без оглядки двигаться дальше.

У неё свой путь, а у меня свой.

Глава 17

Путешествие шло неторопливо, и если подумать, то я впервые за все время, не считая двенадцатого витка разумеется, был так далеко от дома. Мы уже давно проехали мимо той деревушки, в которой я дрался с культистами, и продолжали двигаться на северо-запад. Путь до столицы неблизкий, так что я, не желая терять времени даром, практиковался на крыше фургона.

Сам фургон был достаточно большим, одним из многих, и видимо, доставлял какие-то товары из соседней провинции в Варандер, возможно загружался там, закупал новые товары и двигался дальше. Этот торговый караван однозначно не был никак связан с той парочкой. Они наняли его, чтобы отправить моих родных в столицу провинции, хотя не исключаю, что среди караванщиков есть шпионы.

Что это за парочка “инспекторов” для меня всё ещё оставалось загадкой. Одно точно — они использовали какой-то иной тип силы, не относящийся ни к демонической, ни к спиральной. Возможно, какая-то редкая стихийная сила? Но даже если так, у меня маловато знаний в этих областях, а раз я чего-то не знаю, то нужно заполнить проблемы. Но это потом, когда появится возможность побывать в хороших библиотеках. У Рамуила была хорошая, но теперь доступ туда мне закрыт.

Или нет?

У меня есть камень души демона-привратника, и чисто теоретически я могу отправиться в двенадцатый виток самостоятельно. Открыть проход и… Нет! Слишком рискованно. В прошлый раз, став рабом, я получил клеймо, что приковало меня к витку и не позволяло умереть так просто. В этот раз его не будет, но и я недостаточно силен, чтобы противостоять стражам. Библиотека находится во дворце Рамуила, и открыть туда портал не выйдет — дворец экранирован. И все же мне стоит наведаться в двенадцатый виток по одной простой причине — энергия. Во внешних витках нет ни капли демонической энергии, я могу поглощать её только из камней душ убитых демонов, а там я мог бы поглощать силу точно так же, как поглощаю энергию спирали тут, с помощью простой техники дыхания. Но нужно быть осторожным, ведь мои внутренние энергии теперь находятся в тесной взаимосвязи, а значит придется в равной мере усиливать обе.

Начинал я каждый новый день с обычной медитации, вбирал в себя энергию мира, распределял её равномерно, попутно насыщая ей готовые к раскрытию узлы силы. В первую очередь я собирался раскрыть узлы “Восхождение на гору” и “Легкая поступь”, они должны значительно усилить мои ноги и позволить использовать базовые техники шагов.

И чтобы дух не убежал вперед, после этого я занимался тренировкой. Со стороны наверное это выглядело так, словно я танцую на крыше фургона. Иногда перепрыгивал с одного на другой, попутно стараясь использовать базовые приемы рукопашной схватки. И учитывая, что дороги, по которым мы ухали, часто были в ужасном состоянии, трясло фургоны знатно, и это было мне на руку. Мне приходилось концентрироваться на тряске, улучшать координацию и реагировать, если фургон вдруг начинал крениться или трястись.

А вечером или ночью, когда мы останавливались, я украдкой доставал из пространственного кольца один из немногих оставшихся камней душ и по крупицам поглощал его силу. Очень раздражало, что приходилось делать это таким образом, но в противном случае демоническую энергию могут заметить.

Спустя три дня мы прибыли в первый крупный город по пути — Вассадон, и тут мы должны задержаться на два дня. Часть пассажиров покинула караван, но на их смену пришли новые. Вассадон не сильно отличался от Дайнварда, разве что моя родина жила за счет переработки. Туда доставляли руду, а заводы перерабатывали и выплавляли из них какие-то детали и отправляли в столицу провинции по железной дороге.

Всё это было автоматизировано, поставлено на поток, но самое неприятное — местные жители никак не пользовались этими благами. Лишь избранные могли касаться и использовать подобные технологии и устройства во внешних витках. Железная дорога существовала лишь для одной цели — перевозить грузы предприятий, и только для этого. Думаю, многие размышляли о том, как было бы хорошо просто сесть на поезд и поехать, не думая о тягости дороги, но это невозможно. У машин во внешних витках есть цель, и они могут использоваться только для этого. Попытка создать что-то, использующее пар или электричество, карается смертью, если ты не один из хранителей знаний. То же касается и использование без одобрения хранителей. Даже боевые ордена не могут использовать ничего подобного без согласования.

В прошлом я никогда об этом не задумывался, но вернувшись, обратил на это внимание. Даже если магистр какого-нибудь ордена сядет на поезд, перевозящий руду, без дозволения, он будет казнен, несмотря ни на какие заслуги или величие. За ним специально придут из внутренних витков палачи с достаточным уровнем силы, чтобы стереть в пыль любой орден.

В нашем мире хватает машин, но все они используются лишь для одной цели — снабжение ресурсами внутренних витков. И только для этого. При этом артефакты, использующие силу спирали, распространены, и контроль за ними даже близко не такой серьезный. Хранителям знаний нет дела до пространственных колец, путеводных врат и прочих артефактов, но если ты тайком проберешься на поезд с рудой, чтобы прокатиться, тебя казнят. Если ты специально сломаешь машину — тебя казнят. Если ты построишь паровой поршень — тебя казнят.

Почему?

Я подозреваю, что причина в контроле. Внешние витки слишком слабы в плане энергии, и по-настоящему сложные артефакты тут не создашь. Лишь примитивные конструкции, использование которых никак не угрожает правлению лордов. Но для паровых и электрических машин не важен уровень сил. Сегодня нам позволят кататься на поездах и строить паровой двигатель, а завтра мы будем собирать машины, которые ничем не будут уступать Вечным, а из книг в библиотеке Рамуила я узнал, что в прошлом такие машины создавались. Ещё до того, как катаклизм выжег с седьмого по одиннадцатый витки, отслоив внешние и фантомные витки. И даже в двенадцатом я видел последствия, несмотря на то, что до него основные разрушения практически не дошли.

Лорды могут по щелчку пальцев лишить внешние витки сложных артефактов вроде путеводных врат, если им что-то не понравится, а вот с машинами сложнее. Поэтому они просто сильно ограничили их использование. Возможно, запретили бы их вовсе, но учитывая количество ресурсов, что отгружается с заводов, это было бы сложно. Потребности первых витков слишком велики, чтобы ограничиваться лишь ручным трудом. Машины в данном случае были необходимым “злом”.

Но я немного отвлекся. Если Дайнвард перерабатывающий промышленный город, то Вассадон — шахтерское поселение, где руда и добывается. На подъезде к городу мы смогли издалека взглянуть на огромный карьер. И подобных городков во внешних витках тысячи. Где-то добываются металлы, где-то — драгоценные камни, где-то выращивают скот и пшеницу, и все это отправляется прямиком в первые витки.

Как раз с прибытием в Вассадон лучше стало и моему отцу. Из-за лекарств, что ему давала мама, он большую часть дороги провел во сне, а сейчас я заметил, как ему помогли выбраться из фургона и усадили на складной стул, чтобы он мог подышать свежим воздухом.

— Пап, — крикнул я, спрыгивая с фургона.

— О, Нейт, — улыбнулся он, а я невольно внутренне содрогнулся, увидев, как он осунулся. Словно потерял в весе килограмм десять и прибавил в годах. Полагаю, что это последствия лечебных зелий, которые дал тот лекарь, что восстанавливал его ногу. — Удивительно… Твои глаза и впрямь теперь светлые. Я не поверил, когда мать сказала… Как ты смог?

— Думаю, это возраст, — соврал я. — Я создал сосредоточие раньше, чем кто-либо ещё. Возможно поэтому мое тело оказалось достаточно пластичным, чтобы перебороть это.

— Вот как… — улыбнулся он. — Я знал, что мой сын гений.

— Пап… Прости меня. Это все из-за меня… — я склонил голову в поклоне. — Из-за меня ты едва не лишился ноги, из-за меня нас выгнали из дома…

— Нейт… — вздохнул отец. — Не буду отрицать, что ситуация с ногой очень сильно меня беспокоит. Я привык работать, а с такой раной не знаю, когда смогу даже нормально ходить… Но я ни в чем тебя не виню. Слышишь? Ни в чем. Наоборот, смотря на тебя, я горжусь тем, кого вижу, и уверен, что у тебя впереди великое будущее. Так что не стоит переживать из-за моей ноги. Твой старик крепче, чем кажется.

Мы вместе улыбнулись, мне нужно было услышать эти слова из его уст.

Я действительно винил себя, но я прожил слишком много лет, чтобы это тянуло меня на дно. Просто появилась новая зарубка на моем сердце, и пусть остальные ещё не случились и возможно никогда не произойдут, но это не избавляет от уже имеющихся шрамов.

— Спасибо, — сказал я ему. — И я сделаю все, чтобы ты вновь мог нормально ходить. Обещаю.

Я до конца не знал, что старший инспектор наплел моим родителям, но по крайней мере они меня ни о чем не спрашивали. Мне и так приходится во многом им врать, и мне это сильно не нравится. Забавно, но самым неприятным моментом была разлука с Хлоей, как-то попривык к её нытью и тому, что мне есть с кем поделиться своими мыслями. Конечно, у меня есть Зиргул, но это немного не то.

Оставив отца, я отправился гулять по городу. При более детальном рассмотрении Вассадон не отличался внешне от родного городка. Такие же домики, такие же улочки. Словно и не покидал родной городок.

Лавку торговца я нашел довольно быстро, там имелась вывеска с нарисованным мешочком, полным монет. Туда я и заглянул.

— Игрушек не продаем, — сходу заявил мне лысый худощавый усач без намека на радушие. Миленько…

— Вижу, в вашей лавке рады новым клиентам, — не остался я в долгу. — Мне не интересны игрушки. Мне нужны глазные капли.

— Мальчик, приходи с родителями, у меня нет на тебя врем…

Так, я уже раздражен подобным хамским отношениям. Зиргул выскользнул из ножен и вонзился в прилавок, совсем рядом с рукой торговца. Усач издал странный писклявый звук, словно одновременно испустил дух и наделал в штаны.

— Теперь у тебя есть время? — спросил я.

— Д-да… — побледнел он и словно только сейчас разглядел мой едва заметно сияющий глаз.

— Отлично. Так у вас есть капли?

— Д-да…

Я махнул рукой, и Зиргул вернулся в ножны, а торговец облегченно выдохнул.

— Какие именно вам нужны?

— Какие есть?

Торговец принес коробку с довольно широким выбором. Благодаря этим каплям можно изменить цвет глаз. Они стоят огромных денег и где-то на сутки меняют твой цвет глаз. Так любой мог почувствовать себя светлоглазым, но в то же время у настоящих воинов это вызывает лишь смешки. Пусть капли и меняют цвет, но глаза у воинов при этом ещё и светятся за счет энергии. Не сильно, но в них всегда можно увидеть движение энергии. Капли же просто делают глаза светлыми.

— Эти, — решил я, выбрав самый подходящий оттенок к моему правому глазу. — И эти.

— Эти стоят дороже.

— Не удивлен, — усмехнулся я, поглядывая на карие капли. Так могут маскировать себя воины, но опять же, силу воина можно почувствовать и не глядя. Нужно уметь ещё и подавлять ауру. — Сколько?

— Пять старших спиров, а эти — девять.

— Дорого, — покачал я головой. — Мне бы скидку.

— Это и так по себестоимости, — нервно сглотнул мужчина, видя, как меч слегка приподнялся из ножен.

— Правда?

— Продам оба за двенадцать…

Всё равно было дорого, но я заплатил. Мне уже немного поднадоело ходить с повязкой на левом глазу.

Я достал кошель и отсчитал необходимые деньги, отдав больше половины того, что нашлось у культистов. Торговец облегченно выдохнул, когда я отсчитал нужную сумму, забрал пузырьки и направился к выходу.

Следующим этапом было испытание капель. Для этого вернулся к фургонам, забрался внутрь и, убедившись, что никого нет, снял повязку и капнул одну каплю в левый глаз. И через пару минут увидел результат в маленьком зеркале матери. Краснота исчезла, и глаз теперь стал светло-голубым. Он отличался по цвету от правого, но лишь немного. Если вдруг кто заметит, можно сослаться на создание нового Сосредоточия. По крайней мере никто не подумает, что за чуть более другим оттенком левого глаза скрывает красный цвет.

Глава 18

У нас было не так уж много денег, чтобы снимать номер в гостинице, да и отца транспортировать было сложно, так что мы провели ночь в фургоне, а утром я по привычке занялся тренировками. Час на медитацию и дыхательные техники.

Закончив с медитациями и приведением внутренней энергии в “боевое” состояние, я занялся физическими тренировками и по привычке, несмотря на то, что мы никуда не ехали, занимался на крышах фургонов. Каждое мое движение должно было быть отработано до автоматизма.

В руке я держал тренировочный деревянный меч и не использовал внутреннюю энергию во время исполнения техник. Не было необходимости, ведь целью было заставить мышцы запомнить эти движения, а когда придет время, внутренняя энергия сделает удары смертоносными. Ногами же я совершал базу из двенадцати шагов техники скользящего ветра.

— Ну и позорище, — послышался чей-то возглас, и я даже не сразу понял, что он был адресован мне. — Оборванец-гарван, хватит позорить боевое искусство!

Я остановил движение и, удивленно вскинув бровь, глянул вниз, где в фургоны рабочие грузили сумки. Того, кто меня оскорбил, оказалось легко обнаружить. Это был мальчишка лет одиннадцати-двенадцати, одетый в дорогую небесно-голубую одежду, с мечом на поясе. Рядом с ним стоял пожилой мужчина в очках, судя по одежде, слуга или личный учитель.

— Юный господин, проявите снисхождение, не всем же быть таким талантливым и гениальным, как вы, — сказал ему слуга. — Даже у посредственностей есть шансы на величие.

Я? Посредственность?

— Мой взор оскорбляют потуги всяких гарванов-неудачников освоить воинские техники. Их путь — работа в поле или мастерских. Противно видеть, как какой-то неумеха изображает из себя воина. И что это вообще за неуклюжая убогая техника?

Неуклюжая? Убогая? Меня не очень волновало, что он оскорбляет гарванов, я привык к подобному пренебрежению, но вот касательно техник… Этот шкет посмел так назвать технику Мириона?

Я сделал глубокий вдох, прогоняя нахлынувшие эмоции.

— А ты сам кто будешь? — крикнул я в ответ, присев на край фургона и свесив ноги. Паренек не выглядел сильным или опасным. Тоже воин, причем вряд ли даже второго шага. Скорее всего пробудил сосредоточие совсем недавно.

Слуга хотел объявить имя наглого парня, но тот жестом велел ему молчать.

— Я скажу тебе свое имя, а взамен ты выбросишь эту палку и больше никогда не посмеешь взять руки меч! Мне противно от того, что всякие бесталанные бестолочи лезут в боевые искусства! Я Эдрид фэн Юсур, наследник могущественного дома Юсур. Теперь понимаешь, почему тебе стоит навсегда забыть о боевых искусствах?!

Я смотрел на его самодовольную рожу и не мог понять, он идиот или просто придурок. Вроде бы его насмешки должны меня задеть или пристыдить, но вместо этого я был готов разразиться хохотом.

— Ну раз сам наследник дома Юсур говорит, что я бесталанный, то видимо, так оно и есть. Наверное, мне и впрямь нужно бросить боевые искусства, раз уж я никогда в жизни не буду стоить даже ногтя великого Эдрида фэн Юсура.

— Вот именно! — самодовольно заявил парнишка.

— Молодой господин, я думаю, что это был сарказм…

Парень удивленно моргнул, уставившись на учителя, а миг спустя уже бросал гневные взгляды в моем направлении.

— Издеваешься?!

— Над таким придурком грех не издеваться. Кто ты такой, чтобы называть чьи-то техники неумелыми? Кто ты такой, чтобы говорить мне бросить боевые искусства? Лорд могущества? Дух Спирали? Нет. Отпрыск какого-то знатного дома, родившийся с золотой ложкой в заднице. Ха!

— Ах ты! А ну спускайся! Я научу тебя манерам! — крикнул он, хватаясь за меч.

— Неа, — покачал я головой. — Мне и тут хорошо. Если тебе что-то не нравится, тащи свою задницу сюда.

Паренеке зарычал, хватаясь за меч на поясе, а я лишь ухмылялся.

— Немедленно спускайся! Я приказываю!

— С таким же успехом ты можешь приказывать ветру или воде, — пожал я плечами.

— Молодой господин, нет нужды тратить время и силы на этого оборванца.

— Ну уж нет! Он меня оскорбил, а подобное можно смыть только кровью!

— Молодой господин…

Но я уж слишком оскорбил этого придурка, а я от хорошей драки никогда не бежал.

— Хочешь драться? Вперед. Воины всегда решают конфликты через схватки.

— Ты сейчас заплатишь!

— Да-да, — зевнул я.

Стоило отдать должное этому знатному гордецу, на фургон он поднялся без особого труда. Видимо, какие-то навыки у него всё-таки имеются. Я все с тем же скучающим видом наблюдал за его приближением.

— Ну что, теперь сожалеешь о своих словах?

— Меня скорее удивляет, что наследнику знатного рода потребовалось так много времени, чтобы забраться сюда.

Его лицо аж перекосило, а я тем временем неторопливо поднялся на ноги.

— За наглость я лишу тебя руки!

Я хмыкнул, взглянул на деревянный меч в своей руке, размышляя о том, стоит ли взять Зиргул, но в итоге решил, что драться настоящим оружием против кого-то вроде него нет смысла.

— Ты собираешься драться этой деревяшкой? Как печально, — паренек изобразил огорчение.

— Деревяшки более чем достаточно, — ответил я и сделал небрежный взмах мечом, словно разминаясь.

Он напал резко, даже не попытавшись изобразить приветствие. Что за самодовольный индюк…

Боевая медитация, и его движения становятся медленными, я без труда вижу каждую его ошибку. Он использует технику горной поступи, вернее её зачаточную форму, которая почти не требует внутренней энергии.

Паренек сделал выпад вперед, и я без особого труда отвел его клинок в сторону своей палкой ударом по боковой стороне. Юный воин от этого потерял равновесие, едва не полетев кубарем, но в последний момент использовал какую-то незнакомую мне технику и сумел устоять на ногах.

— Тройной удар восходящего сокола! — внезапно закричал он, совершая последовательность из трех ударов, от каждого из которых я играючи отмахнулся деревянным мечом.

— Тройной нисходящий удар сокола!

— Двойной клык сокола!

— Ты ведь в курсе, что у соколов нет клыков? — не удержался я, когда он в очередной раз выкрикивал название техники, которую собирался применить.

— Заткнись! Пикирующий удар сокола!

Парень прыгнул и атаковал меня сверху, но эта атака вызвала у меня лишь насмешливую улыбку, и я легко отошел в сторону, нанося удар ему по бедру.

Юный воин закричал, хватаясь за ушибленное место, но тут же поспешно встал в боевую стойку. В отличие от него, я не использовал боевые стойки, это было ни к чему. Я читал противника не напрягаясь и испытывал от этого скорее досаду, чем радость.

Он слаб. Настолько слаб, что если бы это был реальный бой, я бы прикончил его уже десять раз. Была надежда, что он скрывает силу, но та не оправдалась. Паренек уже покрылся испариной, и каждая следующая атака была медленнее предыдущей.

— Перья соколиного удара!

Четыре последовательных удара, от которых я даже не пытался уклониться. А зачем, если мне достаточно просто сделать пару шагов назад.

— Зачем ты кричишь названия удара перед атакой? — меня ещё с самого начала этой схватки волновал данный вопрос.

— Так подобает сражаться воинам! — рыкнул он в ответ. — Двойной клык сокола!

— Так… Мне надоело.

Я сделал шаг навстречу и встретил его клинок своим тренировочным оружием. Мне не хватает нескольких узлов для полноценного использования оружейных техник, но у меня много опыта в обращении с внутренней энергией, и всего на мгновение я могу укрепить оружие. Так и получилось. Его меч ударился о мою палку, но вместо того, чтобы перерубить её, разлетелся на множество осколков.

Парень удивленно выпучил глаза, не веря в случившееся, а я атаковал прямым ударом ладони его в грудь. Звучный хлопок, и он летит прочь, слетая с повозки и оказываясь на земле.

— Юный господин! Юный господин! — к нему тут же бросился слуга, пытаясь привести паренька в чувства, но пока безрезультатно. Я ударил прямо в сосредоточие, и если бы приложил чуть больше сил и внутренней энергии, то просто-напросто лишил бы его возможности использовать боевые искусства. Повторить мой путь у него точно не получилось бы. Это одно из первых, чему обучают воинов — защита сосредоточия. Даже защита меридиан менее важна, потому что меридианы можно восстановить. Это сложно, порой занимают годы, и даже если удается, не факт, что проводимость будет той же. А уничтожение Сосредоточия — это конец.

— Негодяй! Да как ты посмел! Ты хоть знаешь, кто он такой?!

— Эдрид фэн Юсур, — пожал я плечами. — Он мне своим именем в лицо тыкал уже раз пять.

— Тогда ты должен знать, что…

— Заткнись! — рыкнул я, добавив в голос внутренней энергии, отчего старик тут же испуганно втянул голову в плечи. — Я ударил его в сосредоточие. Не уничтожил его, но скорее всего достаточно сильно задел. Твоему “юному господину” лучше не использовать техники пару недель, чтобы дать телу восстановиться. Но если он вдруг решит бросить мне вызов повторно, пусть имеет в виду, что второй раз я буду драться всерьез и заберу то, что он грозился забрать у меня. Руку. Понял?

— Д-да…

— Отлично. Надеюсь, больше вы мне докучать в поездке не будете.

Я надеялся, что после этой схватки меня оставят в покое. Подобные юнцы, перед которыми все кланяются и лижут пятки, столкнувшись с превосходящим по силам противником, либо стараются больше не связываться с таким, либо привлекают на помощь “союзников” из клана. Но я сильно сомневался, что эти Юсур всерьез пришлют ко мне воинов из-за детской драки, которую тем более начал сам мальчишка. Вот если бы я всерьез отрезал ему руку или уничтожил сосредоточие, это было бы реально, а из-за пары царапин — сомнительно.

Пусть радуется, что мне не хочется навлекать проблем на родных. Не будь со мной семьи, я бы действительно забрал у него руку, как он собирался поступить со мной.

Но… видимо я ошибся, когда решил, что Эдрид оставит меня в покое.

— Эй, ты!

Был уже вечер, когда раздался этот крик, и у повозки появился “юный господин”, правда в этот раз без слуги.

— Ох… — досадливо вздохнул я, прерывая медитацию. — Чего тебе?

— Такой, как ты, не смог бы меня одолеть! Я наследник клана Юсур! А значит ты жульничал! Не мог какой-то безымянный оборванец побить совершенные техники моего клана!

— Так может дело не в техниках, а в тебе? — скучающим тоном поинтересовался я.

— Да как ты смеешь! Я отрабатывал их с четырех лет!

— И дай догадаюсь, отрабатывал в родительском поместье под присмотром мудрого наставника. Скорее всего дубасил деревянную куклу мечом. И изредка наставник проводил спарринги, во время которых ты на практике отрабатывал удары. Я в чем-то ошибся?

Судя по тому, как парень выпучил глаза, я попал в самую точку.

— Знаешь, что я тебе скажу? Техники вторичны, по крайней мере на нашем уровне силы. Ты потомок богатого клана, и скорее всего у вас хватает каких-нибудь личных семейных техник, передаваемых из поколения в поколение, но разве они помогли тебе в схватке со мной? Какие техники использовал я?

— Технику скользящего ветера. Убогую, недоработанную, без капли внутренней энергии! Её преподают почти всем начинающим воинам как базу, но моя техника полета сокола совершеннее!

— Не отрицаю, — я был с ним согласен, его техника более изящная. — Но повторю, тебе она помогла против меня?

— Нет.

— А знаешь почему?

— Потому что ты сжульничал!

— Аргх, а знаешь, пшел бы ты, — на миг мне показалось, что я смогу донести до этого придурка какую-то дельную мысль, но видимо зря.

— Стой! Почему? — и вот в последнем уже звучала мольба.

— Потому что ты всю свою жизнь привык бить куклу, а наставник был больше заинтересован в твоем благополучии, чем в превращении тебя в живое оружие. Я победил не потому, что мои техники лучше, фактически за всю схватку я использовал внутреннюю энергию только раз, чтобы разбить твой меч, и то, едва ли это можно было назвать техникой. Всё потому, что ты не привык сражаться с сильными противниками. В схватках, где малейшая ошибка означает смерть. Тебе в голову вбили десяток техник, заставили отрабатывать их до умопомрачения, но при этом ты совершенно не знаешь, как их применять. Ты не умеешь адаптироваться, не умеешь подстраиваться под оппонента и не умеешь верно оценивать силу противника. Знаешь, что самое обидное в схватке с тобой?

— Что?

— Чувство, что я впустую потратил время. Я всё ещё слаб, и когда ты бросил мне вызов, я подумал: вот оно! Наследник знатного рода, что владеет техниками, уж он-то заставит выложиться меня на полную, а в итоге я вижу ребенка, что словно впервые в жизни держит меч. И чувствую я себя именно как человек, избивший ребенка. Слабого и беззащитного. Я понимаю, что ты увидел: мелкий оборванец пытается освоить воинскую технику шагов. “Пусть он увидит настоящего воина и восхитится! Может я даже дам ему пару советов”. Ты ведь о чем-то таком думал, да? По лицу вижу, что да. Но для меня ты знатный индюк, что всю свою жизнь провел в комфортных условиях, не смотревший смерти в глаза. Но выбив из тебя дерьмо, я подумал, что может уж этот знатный придурок что-нибудь усвоит. Усвоит, что не стоит судить других людей по внешнему виду. Мой учитель говорил: “Есть люди, которым бесполезно говорить. Надо просто пару раз дать им ощутить твой кулак. Истины приходится вбивать им силой”. И вот ты передо мной. Вместо того, чтобы поблагодарить за схватку и урок, ты обвиняешь меня в жульничестве. Каком, кстати?

Он пробормотал себе что-то под нос, а я не расслышал, что именно.

— Не было никакого жульничества. Лишь опыт. Можешь сколько угодно обвинять меня в уловках, но имей в виду, что если твое воинское искусство можно победить мелкими хитростями, то оно не стоит ничего.

— Да кто ты вообще такой?..

— Я тот, кто выживет. Выживет, несмотря ни на что.

Глава 19

— Нейт, ты вновь собираешься спать на крыше?

— Не волнуйся, мам, мне и тут хорошо, — отозвался я, свесившись с краю.

— Я боюсь, что ты там простудишься.

— Вот об этом точно можешь не волноваться, — рассмеялся я.

Что-то проворчав себе под нос, мама скрылась в фургоне, а я как ни в чем не бывало разлегся на крыше и уставился на звезды. Мне нравилось вот так лежать и смотреть в небо, и неважно днем или ночью, чувствовать кожей свежий ветер. Думаю, я никогда не устану наслаждаться этим после двухсот лет созерцания алых небес, что словно застыли на закате.

Если так подумать, то я за все дни пути лишь раз ночевал внутри фургона, потому что пошел дождь, и я не захотел мокнуть, в остальные же дни погода радовала, и я не видел смысла спать в четырех стенах, когда мог проводить ночи на свежем воздухе.

Убедившись, что большая часть людей в караване легла спать, и лишь охранники впереди и позади следят за округой, воспользовался пространственным кольцом и достал один из последних оставшихся камней душ. Помимо этого у меня остался ещё один, не считая души-привратника, и это плохо. Нужны новые, и при этом под большим вопросом, когда я смогу обустроить себе новое логово. В моем нынешнем развитии нужно соблюдать баланс энергий в теле, и если я слишком сильно укреплю спиральную, то в будущем это может вызвать отторжение демонической, что в свою очередь способно меня прикончить.

Энергию из камня поглощал постепенно, крупицами, постоянно одергивая себя, чтобы не втянуть больше, чем необходимо. Вряд ли в такой глуши, где мы сейчас находимся, поблизости есть артефакты, которые фиксируют демоническую энергию, но нужно быть осторожным. Обвинения в демонических практиках караются смертью. По этой причине культисты и темные секты находятся в хребтах, где до них тяжело добраться воинам орденов. Впрочем, та парочка “монстров”, с которыми я столкнулся, заставляют сильно изменить мировосприятие, и всё может быть совсем не так, как кажется на первый взгляд.

Сила внутри камня тонкими ручейками перетекала в мое сосредоточие, пополняя алый виток, и расходилась по дублирующим спиральным меридианам. И когда камень почти полностью опустел, я ощутил всплеск силы внутри и едва сумел сдержать рвущийся наружу стон.

Полминуты борьбы, и камень в руках рассыпался горсткой пыли, а я упал на спину, тяжело дыша. Одежда была мокрой от пота, а сосредоточие горело. Я сделал это… Открыл сразу два демонических узла силы: пылающей ненависти и грызущую погибель. Первый нужен для физического усиления. Фактически это первый шаг к демонической закалке тела, что должна сделать меня на порядок быстрее, сильнее и выносливее. А вот грызущая погибель открылась сама. Я хотел открыть бесконечную жажду, что находится рядом, но видимо, что-то пошло не так. Впрочем, и тот факт, что я открыл пылающую ненависть, уже был крайне важным для моего дальнейшего развития.

Интересно, а я смогу провести двойную закалку тела? Из-за того, что в прошлый раз Мирион стал учить меня слишком поздно, я всю свою жизнь сражался исключительно на демонической, не проходя ту, через которую обычно проходят воины спирали. Но теперь, чисто теоретически, я способен на это. Значит ли это, что мои физические возможности возрастут двукратно по сравнению с прошлым?

Но от этих мыслей меня прервало ощущение чьей-то жажды крови совсем поблизости. Я рефлекторно вскочил на ноги, а Зиргул, повинуясь мысленной команде, оказался в моей руке. Прислушался, но ничего подозрительного не услышал. Спокойная тихая ночь, такая же как прежде.

Показалось?

Вот ещё…

В пару прыжков я оказался на крыше самого последнего фургона и сразу же заметил первую странность. Позади должна была идти охрана, примерно в сотне метрах от нас, выдерживая небольшую дистанцию, но я не видел огня факелов. И если бы не то внезапное ощущение чужой жажды крови, я бы подумал, что всадники просто немного отстали. Но…

Тело отреагировало быстрее, чем разум, быстрым и точным движением останавливая брошенный прямо в лицо метательный нож. Я поднес пойманный кинжал к лицу и принюхался, уловив едва заметный необычный запах.

Оружие было чем-то смазано. Скорее всего яд.

Я ухмыльнулся, заметив приближение теней меж деревьев.

Они атаковали одновременно, да ещё с разных сторон, а я тем временем использовал уже почти полноценную версию скользящего шага, уходя из-под атаки. Добрый десяток кинжалов проскользнул мимо, не задев меня, а я тем временем отправил Зиргул в полет, выцелив одну из теней.

Крик боли длился меньше секунды. Зиргул бил наверняка.

Одновременно с этим на край фургона, где только что стоял я сам, приземлилась фигура, облаченная в черную одежду. Волосы закрыты черной повязкой, а нижняя часть лица скрыта полумаской с изображением демона. За ней появились ещё двое, точно таких же.

— Ребенок? — послышалось удивление одного.

— Это цель? — спросил второй.

— Неважно, свидетелей быть не должно.

Первый метнул кинжал снова, целя мне в голову, но я играючи отбил его трофейным.

— Мне бы очень хотелось знать, кто вы такие. Что вам от нас надо? — спросил я.

Раз уж они удивлены тем, кого увидели, их цель не я, а кто-то другой?

Они, разумеется, не ответили на мой вопрос, зато позади меня, на другом фургоне, оказалось еще двое.

Может предупредить остальных? Сказать, что на нас напали?

Не-е-е-ет… После схватки с мясником я понял, как мне этого не хватает. Схваток на границе возможностей, где любая ошибка может стать смертельной. А ещё сейчас я могу не сдерживаться и использовать техники, которыми обычно пользоваться не мог.

Первым напал со спины. Скользящий ветер, и я ухожу от короткого одноручного клинка, одновременно с этим атакую трофейным метательным кинжалом. Нападающий отскочил, кинжал всё-таки слегка задел одежду, но не кожу.

Следом атаковали ещё двое, причем действовали слаженно и наверняка. Эти типы по меньшей мере второй шаг, а может быть кто-то даже третий.

— А вы точно профессиональные убийцы? Больше похожи на кучку оборванцев, их изображающих, — не удержался я от подколки, но к моему сожалению, никто не отреагировал.

Через миг схватка продолжилась.

Атаковали сразу трое, двое спереди и один, с легкой задержкой, сзади, словно желая застать меня врасплох, но я провел сотни, если не тысячи боев, и нужно что-то большее, чтобы меня достать.

Я позволил первым двум приблизиться, делая вид, что отступаю, а в последний момент развернулся, одновременно с этим перехватывая вернувшийся Зиргул. Взмах, и рука убийцы, все ещё сжимающая кинжал, падает на крышу повозки, и я словно неловким движением отбрасываю её в сторону.

Пытался добить врага, но тот успел отступить, а Зиргул отбил четвертого, вмешавшегося в бой и защитившего соратника. Мне остается лишь досадливо цокнуть языком, да и с другой стороны надвигается угроза в лице ещё двух воинов.

Я бы мог очень быстро покончить с ними, используя Зиргул, но какой в этом смысл? Лишь выкладываясь на все сто можно стать достаточно сильным. Так что нет, этих парней я собирался победить своими силами.

Использовал скользящий ветер, уходя из-под удара кинжалов, и чуть было не напоролся на копье, которое выхватил из пространственного кольца пятый убийца. Наконечник пронесся буквально на расстоянии ногтя от моего горла.

Ух! Это было близко!

Но это был не конец. Копье окутала энергия, и следующая его атака заставила наконечник разделиться.

Первая стойка Костяного Палача: Шипы синего демона!

Мой клинок и копье столкнулись, и к сожалению для копейщика, это противостояние выиграл я. Демонический меч превратил вражеское оружие в щепки, и убийца не думая ни секунды тут же отбросил сломанное древко.

Я практически танцевал между ними. Перескакивал с фургона на фургон, заставляя их преследовать меня и не давая окружить. На их стороне численный перевес и слаженность, на моей — опыт и скорость.

Я больше не позволял им взять меня в окружение и попутно отметил нечто странное. Схватку, как мне кажется, уже заметили, но сигнал тревоги не прозвучал. Охранники, идущие перед торговым караваном, не объявились.

Лишь люди стали выглядывать на улицу, пытаясь понять, что происходит. Я уже слышал несколько испуганных возгласов и криков о помощи, но в схватке участвовал лишь я. Кое-кто от понимания, что на нас напали, а защитников нет, уже успел дать деру в лес.

— Хватит с ним возиться! — прокричал лидер. — Заканчиваем с этим поганцем!

Они разом отпрыгнули в стороны, бросая что-то в меня. Вначале я подумал, что это очередные кинжалы, но нет. Мячик?

Бомба!

Осознание пришло слишком поздно. Я рывком ушёл назад, стараясь оказаться как можно дальше от бомбы, но взрыв всё равно меня накрыл и сбил с ног. Часть фургона буквально разворотило, начался пожар.

Лорды! Как хорошо, что это был не фургон с моими родителями!

И вот тут я разозлился.

Решив воспользоваться моим оглушением, противники ринулись на меня. Один сверху, двое спереди.

Зиргул отразил клинок того, что обрушился сверху, и для этого мне даже не нужно держать меч в руке. Оружие сделает всё само.

Техника Демона Резни: Алые когти.

Мою руку окутала алая энергия, создающая фантомную демоническую руку с длинными острыми когтями, которые без особого труда распороли глотку одному из убийц. Второй выпучил глаза от удивления, но это не помешало ему атаковать мечом.

Техника Демона Резни: Алый покров.

Эту технику я не мог использовать в полной мере, нужно три узла силы, а я открыл только один, но проявившийся на несколько ударов сердца алый покров принял на себя удар меча и позволил мне контратаковать. Когти вонзились в руку убийце и выдрали оттуда здоровенный кусок плоти, и я, используя шаг скользящего ветра, прошмыгнул тому за спиной, рассекая на полосы руку убийцы до самого плеча.

— Этот парень использует демонические техни… — закричал третий, которого замедлил Зиргул, но клинок последнего тут же вошел в его глазницу, повинуясь моей мысленной команде.

— Минус трое, осталось два с половиной… — мрачно заметил я, видя, что дым от пожара стал немного рассеиваться. Найти других убийц получилось далеко не сразу. Увидел, как один из них сходится в схватке с одним из караванщиков и выходит победителем. Человек в черном просто играючи отбил меч и одним ловким движением короткого меча вспорол мужчине живот.

Тут он заметил меня и бросается в атаку, но перед этим по старой доброй традиции метнул кинжалы. Каждый из них я отбил скользнувшим в руку Зиргулом, а следом уже встретил вражеский клинок своим.

Мы обменивались ударами, высекая искры, и звон стали о сталь пробуждал все новые воспоминания. И видит Дух Спирали, мне очень не хватало подобных схваток.

Больше демонические техники я не применял, слишком много вокруг стало любопытных глаз, так что пришлось сильно урезать свой боевой арсенал.

Этот воин был определенно сильнее тех, с которыми я дрался чуть раньше. Чувствовалось мастерство, но при этом у него довольно мало внутренней энергии, и он не мог использовать действительно сильные техники.

Он принял удар на щит, заставляя Зиругл отскочить, и тут же попытался поразить меня кинжалом в голову. Сказывается непривычка сражения с врагом гораздо меньше себя, отчего его трофеем стала лишь пара волосинок с моей головы, зато я ударил ногой ему под колено, одновременно усиливая удар энергией.

Он не успел выставить щит, и моя нога со звучным хрустом сломала воину кость. Он завалился, а я, пользуясь моментом, вонзил Зиргул ему под подбородок. Воин замертво упал на землю, а я огляделся по сторонам, выискивая взглядом остальных. Их точно должно было быть больше. Я дрался с шестерыми, четверо мертвы, остались двое, один из которых лишился руки. Может они отступили?

Это выглядело логичным, но тревожное чувство никуда не уходило, а я привык верить своим ощущениям.

Внезапный грохот совсем рядом заставил меня обернуться. На развороченный фургон приземлилась крупная мужская фигура. Мужчина того же возраста, что и отец, высокий, больше двух метров точно, с массивной мускулатурой и длинными волосами. Он был облачен в кожаную куртку без рукавов с меховым воротником, а нижнюю половину лица прикрывала полумаска с изображением зубастой пасти. Этот здоровяк был вооружен массивной двуручной секирой, которую забросил на плечо.

— Надо же, вот уж не думал, что какой-то сопляк сможет одолеть воинов Таящихся в тени. Чего и следовало ожидать от юного таланта клана Юсур! Аха-ха-ха-ха!

Он принял меня за того знатного придурка? Получается, все это нападение было из-за него?

— Кажется, вы ошиблись, — сказал я ему. — Мое имя не Эдрид фэн Юсур. Он скорее всего забился в какую-нибудь нору и дрожит от страха.

— Ну-да, ну-да… Думаешь, я поверю, что в этом караване был другой юный воин, способный справиться с Таящимися?

— Может я охранник?

— Слишком юный.

— Я не он.

— Можешь говорить, что хочешь, — воин спрыгнул с фургона, и мне даже почудилось, что вздрогнула земля. Он силен, третий или четвертый шаг. Может даже мастер десятой ступени? — В любом случае ты пойдешь со мной.

— Я так не думаю.

— Смелый, хех. А будешь ли ты таким же смелым, когда узнаешь мое имя? Я Бакула, Рубитель голов! Уверен, что ты слышал обо мне!

— Первый раз слышу, — пожал я плечами.

— Серьезно?..

— Ага.

У него аж дернулся глаз от того, каким тоном я это сказал.

— Плевать! Ты пойдешь со мной. За живого цена выше, но сгодится и мертвый, так что советую сло…

Зиргул сорвался с моей руки и устремился прямо в голову Бакулу, но тот оказался готов и выставил не просто щит, а полноценный покров, отчего мой клинок бессильно отскочил от его призрачной брони.

Плохо… На девятой ступени будет несколько узлов, которые позволят использовать оружейные техники с летающим Зиргулом, благодаря чему меч сможет пробивать подобные барьеры, но до этого мне ещё далеко.

— Ничего себе! Летающий меч? Да я даже не слышал о таких техниках, — смеется Бакула. — И после этого ты ещё смеешь мне врать, что не наследник Юсур? Откуда ещё у простого воина могут быть подобные секретные техники?! Но чтобы одолеть меня, этого мало, парень!

Бакула прыгнул вперед, обрушивая сверху свою секиру, но не достал. Я отступил, лишь в последний момент осознавая, что он и не пытался меня задеть. Он влил внутреннюю энергию в оружие, и то, в свою очередь, послало её в землю, отчего вперед из земли вырвались десятки каменных шипов.

Уйти от них я не успевал, так что пришлось пойти на риск и использовать технику Демона Резни: Алый покров. Именно он принял на себя весь удар шипов, а алыми когтями я уничтожил самые опасные из них.

— Что за?!. — опешил Бакула. — Это же демоническая техника.

Я бросил на него ненавидящий взгляд и, развеяв покров, побежал прочь, нисколько не сомневаясь, что тот последует за мной.

Глава 20

Я мчался между деревьями, уводя противника за собой, и буквально ощущал, как смерть идет по пятам. Жажда крови, подпитываемая злостью врага, то и дело вонзалась в затылок штырем, напоминая, что Бакула идет шаг в шаг.

— Хватит убегать, щенок! — заревел он и нанес сокрушительный удар по земле, отчего в стороны выстрелили десятки каменных шипов, разнося в щепки стволы окружающих деревьев.

Силен, ничего не скажешь, да ещё стихийные техники… Их направленность видна сразу: сражение с более слабыми противниками, с простыми людьми или воинами первого-второго шага с минимальными защитными техниками.

Я увернулся от мчащихся на меня каменных пик, одновременно показыв противнику неприличный жест. Удивительно, насколько сильно это его задело, а ведь воин в первую очередь должен сохранять хладнокровие в битве. Чувства важны, как говорил Мирион, гнев, любовь, желание защитить и исправить несправедливость, но ими должен управлять холодный разум.

Одну из пик я отбил Зиргулом и тут же направил его вперед, атакуя Бакулу в грудь. Как и в прошлый раз, мой меч врезался в покров, не пробив его. Воин взмахнул своей секирой и размашистым ударом задел землю, из которой в мою сторону устремилось несколько каменных игл. Они были меньше прежних и имели гораздо большую скорость. Одна все-таки задела меня, но я принял удар на алый покров Демона резни.

— Я так и знал! Ты используешь демонические техники! Как же низко пал род Юсур!

Эта реплика вызвала у меня лишь кривую усмешку.

— Забавно слышать это от преступника, решившего убить ребенка.

— Ничего личного, пацан, но это работа, так что сделай одолжение — сдайся, и я прикончу тебя быстро.

На это я мог ответить лишь ещё одним неприличным жестом.

— Как хочешь!

Он прыгнул, поднявшись в воздух метров на пять, а затем обрушил на землю свою секиру. В этот раз каменных шипов полетело гораздо больше, и сами они были длиннее. Я атаковал в тот же момент Зиргулом, давая мечу мысленную команду ударить Бакулу в спину. Мой клинок снова не достиг цели, оказываясь остановленным покровом, но я и не рассчитывал на иной исход.

— Да перестань, ты же должен был понять, что это не сработает! — зарычал воин, на пару мгновений оборачиваясь на летающее оружие. Этими мгновениями я и воспользовался. Используя шаги скользящего ветра, проскользнул между пик, покрыл себя алым покровом и ударил когтями. Бакула заметил угрозу слишком поздно. По пытался отступить, но скорость не его конек.

Когти Демона резни встретились с его покровом и вспороли его. Не без труда конечно, уж слишком велика разница в наших возвышениях, ни одной обычной техникой я бы его покров не вскрыл. Но демонические техники сильно отличаются от спиральных, и алые когти созданы для вскрывания вражеской защиты. Разумеется, есть способы этому помешать, но нужен хороший контроль и понимание, как подобным техникам противодействовать. И даже если у противника с первым было бы все хорошо, то вот знаний точно не было.

Его покров разлетелся снопом искр, а когти пошли дальше, рассекая одежду на груди мужчины и оставляя три алые полосы. Бакула вытаращил глаза и отступил, не веря, что я смог его достать. Но стоит отдать воину должное, он тут же раскрутил топор, заставляя меня ретироваться.

Больше я не разрывал дистанцию, напротив, старался перевести бой в максимально неудачную для него ближнюю дистанцию. Я не доставал этому здоровяку даже до пояса, отчего он никак не мог по мне попасть.

Секира пронеслась у меня над головой, а в следующий миг когти ударили Бакулу в бедро. Вновь вспышка прорванного покрова, а следом ещё четыре алые полосы появляются у него на теле. Воин отступил, нанося удар ногой по земле и создавая новые каменные шипы, вынуждающие отступить уже меня.

Отскок влево и рывок вперед с помощью шага скользящего ветра. Я обошел все ещё торчащие из земли шипы, а мой противник тем временем применил нечто новое. Когда я оказался совсем рядом, он ударил рукоятью секиры, которую я отвел в сторону, и одновременно с этим его вторая рука наполнилась энергией.

Подловил, гад…

Его кулак несся прямо на меня, и все, что удалось, это выставить блок, одновременно максимально укрепляя алый покров Демона резни. Защита приняла на себя большую часть урона, но она неспособна погасить его полностью, так что кулак врезался в блок. Меня отбросило метров на десять, и я лишь чудом приземлился на ноги.

Хороший удар, ничего не скажешь. Кости не сломаны, но руки онемели так сильно, что я их почти не чувствую. Повезло, что я успел открыть пылающую ненависть до схватки, иначе я бы так легко не отделался.

Восстановиться Бакула мне не дал, обрушившись на меня со своей секирой. В этот раз обошлось без каменных пик, он просто использовал какую-то боевую технику, и мне приходилось уворачиваться.

Пригнуться, отступить влево, прыжок со смещением тела…

Больше он не использовал земляную технику, похоже, он практически опустошил свое сосредоточие. Но радоваться было рано, я тоже сильно потратился, и демонической энергии на полноценный покров у меня больше не было. Максимум могу использовать её как щит раз или два.

Я в очередной раз увернулся, прыгнул и одновременно подхватил метнувшийся ко мне Зиргул. Бакула не успел отступить, и мой клинок обрушился сверху, мощно пройдясь по лицу и рассекая правый глаз.

Воин закричал от боли и ударил ногой по земле, используя остатки энергии, чтобы меня отогнать иглами. Но я не спешил отступать. Напротив, запрыгнул на Зиргул и использовал его как ступеньку, чтобы упасть на противника сверху.

Техника Демона резни: Алые когти.

Руку окутывает алая энергия, создавая длинные острые когти, и их я вонзаю в горло, вырывая крупный кусок мяса.

Бакула захрипел и упал падает на землю, роняя оружие, а я приземлился в паре метров от него.

Бой выжал из меня все соки. Слабоват я все-таки для подобных схваток, но дело сделано. Враг повержен, а я жив.

Сделав несколько глубоких вдохов, я погрузился в быструю медитацию, стараясь хоть немного восполнить силы. Не без досады достал из кармана последний из камней душ демонов и стал вытягивать из него энергию.

Вдох-выдох.

Нужно как можно скорее восстановить баланс энергий в теле, ведь если оставить всё как есть, то спиральная энергия попробует выжечь оставшиеся крохи демонической.

На все про всё у меня ушло минут десять, не больше, после чего я подошел к бездыханному телу воина и стал обыскивать его карманы. Нашел немного спиров, а также “контракт”, где было приказано найти наследника клана Юсур, и его примерное местонахождение. Но в самом контракте не сказано ни кто заказчик, ни куда надо доставить юного наследника в случае его захвата живьем. Лишь цена в пять тысяч спиров за мертвого и шесть за живого. Довольно большие деньги. Даже интересно, чем этот придурок так не угодил таинственному заказчику.

Впрочем, мне это безразлично. Не собирался лезть в дела кланов. Мало ли за что те готовы прикончить друг друга. Во владениях Рамуила всё было точно так же. Его приближенные готовы были рвать друг другу глотки ради своей выгоды. И когда я вырвался из простых воинов, превратившись в одного из избранных, меня тоже пытались использовать.

Оставив мертвеца в покое, я мысленной командой вернул Зиргул в ножны за спиной и быстрым шагом направился в сторону торгового каравана, пытаясь на ходу немного восполнить внутреннюю энергию. Мое сосредоточие сейчас не таким уж большое, и я практически полностью его опустошил. Лишь под самый конец пути я смог использовать технику скользящего ветра для собственного ускорения.

— Я это сделал! Я победил его! Вот тебе, будешь знать, как связываться с воинами клана Юсур! — послышался полный торжества и зазнайства возглас, а спустя несколько ударов сердца, когда я выскочил на сам тракт, увидел уже знакомого Эдрида, что с мечом в руках стоял перед убитым воином в черном. И судя по перебинтованной культе, убил он того самого, которому я отсек руку на крыше. Такая себе победа.

Его пожилой слуга всячески нахваливал молодого господина, а я тем временем закрутил головой, выискивая других врагов. Должен был оставаться ещё один, а возможно даже больше.

— А вот и ты, трус! — крикнул мне наследник Юсур. — Пока ты прятался в кустах, я разбирался с бандитами!

Я никак не отреагировал на эти слова. Да и зачем? Тут хватало людей, которые видели, как я дрался сразу с несколькими, в то время как юный Юсур дрался лишь с одним раненым.

— Стой, ты…

Я не стал слушать, поспешив к фургону, где должны были находиться родители. И когда я увидел маму с братом на руках, то облегченно выдохнул. Отец тоже был в порядке.

— Ох, Нейт, хвала лордам, ты цел! — воскликнула мама, и если бы не брат на руках, то точно бы бросилась меня обнимать.

— Обо мне не нужно волноваться, я могу за себя постоять, вы то как?

— Отделались легким испугом, — облегченно выдохнул мой отец. — Что вообще произошло? Это бандиты?

— Хуже, это убийцы из Таящихся в тени. Похоже, они хотели похитить наследника клана Юсур, но недооценили наши силы.

Убедившись, что с моими всё нормально, я попросил их немного подождать, а сам вернулся к Эдриду, что продолжал кичиться победой над убийцей.

— О, а вот и ты, трус! Неважно, сколько у тебя силы, если внутри тебя цыплячий дух… Что это? — прервал он свою тираду, когда я сунул ему в руки бумагу.

— Контракт на твое похищение или убийство.

— Что?! Я так и знал, что ты имеешь…

— Хватит, — рыкнул я. — А то я заберу то, что причитается за твой проигрыш.

Парень мгновенно прикусил язык. И кто тут говорит про цыплячий дух?

— Это я нашел у их главаря. Можешь сколько угодно бахвалиться тем, что прикончил недобитка, но от большей части избавился именно я. Их главарь назвался Бакулой.

— Бакула, Рубитель голов?! — воскликнул Эдрид, выпучив глаза.

— Слышал о нем?

— Конечно, это известный бандит. Говорят, что он водит дружбу с Таящимися в тени и поэтому избегает правосудия лордов.

Я уже понял, что со всем этим “правосудием” и Днем воздаяния как таковым всё не так просто. Преступления и опасность для общества там практически не важны, по своему опыту знаю, что едва ли к демонам попадают только преступники. Скидывают лишь тех, кто не нужен для функционирования деревень и городов, балласт, от которого можно безболезненно избавиться.

— Стой, — только дошло до этого парня. — Ты убил Бакулу?! Врешь! Такой, как ты, не мог убить Бакулу! Бакула по слухам не ниже четвертого шага или вообще мастер десятой ступени!

— Мне плевать, веришь ты или нет, — пожал я плечами. — Можешь пройти вон туда по следам боя и сам убедиться.

Он в очередной раз хотел что-то там возразить, но мне было плевать на это.

— Я тебя предупредил, что за тобой охотятся, — сказал я. — Дальше это твои проблемы.

И развернувшись, я зашагал обратно к семье. Надо будет вздремнуть и хорошенько перекусить. Видит дух Спирали, я это заслужил.

Глава 21

К моменту, когда я проснулся, к месту схватки уже прибыли инспекторы в сопровождении воинов Ордена божественной справедливости, к услугам которых часто прибегают служители правопорядка. И среди инспекторов я не заметил ту парочку, с которой пришлось столкнуться в Дайварде.

Интересно, они тоже не люди? Инспекторы опрашивали потерпевших, и я исключением не стал. Что сразу не понравилось: на меня надели браслеты истины, но мне даже лукавить или обманывать не пришлось. Их интересовали исключительно убийцы, и я все честно рассказал. Как столкнулся с ними, сражался.

— Как такой юный воин, что только недавно взял первый шаг, смог справиться с почти мастером? Что-то тут не так, — спросил один из инспекторов во время моего допроса.

— Он недооценил меня, — пожал я плечами.

— И всё?

— Он не знал, как биться с кем-то вроде меня.

К счастью, инспекторы не слишком давили. Из контекста вопросов их не столько волновало, как именно я победил подобного противника, сколько поиск потенциального сообщника. Кажется, они считали, что среди караванщиков затесался тот, кто навел воинов из Таящихся в тени на наследника клана Юсур. Но я не имел к этому никакого отношения, поэтому им и не было смысла меня долго допрашивать.

Убедившись, что я непричастен к нападению, а лишь исполнял свой воинский долг перед обществом, мне пожелали доброго пути. Зато я очень заинтересовал воинов из Ордена божественной справедливости. У них не было браслетов, и их вопросы не были официальными, так что я смело от них отмахивался. Похоже, их заинтересовали мои воинские умения, они хотели, чтобы я в будущем примкнул к ним.

Их лидер всячески нахваливал орден и обещал чуть ли не золотые горы, если я туда войду, но это лишь после школы Багрового возмездия. У Ордена божественной справедливости в отличие от Ордена бесконечного меча нет никаких групп для только ступивших на путь воина, им нужен диплом об окончании обучения. По мне это глупо, учитывая возможности, но в ордене существуют старые порядки, когда все воины вначале должны пройти обучения в школах, даже если они по силам сравнимы или превосходят тех, кто служит в ордене. Ведь мало иметь большое сосредоточие и открытые узлы силы на меридианах, нужно умение сражаться, нужен опыт и образование, обучение работе в команде, и ничего из этого у меня, по мнению окружающих, нет.

Впрочем, я и так собирался либо поступить в школу Багрового возмездия, отделения которой есть по всей провинции, либо, если мои способности оценят, я мог оказаться и в ордене сестры. Там должна быть небольшая группа для избранных, но сестра уверяла, что Багровое возмездие лучше, и оно может дать мне гораздо больше, чем школа Ордена бесконечного меча.

В конце концов меня оставили в покое, и я с вздохнул с облегчением, правда потом пришлось выслушать гневную нравоучительную речь матери о том, что я не должен быть таким самонадеянным. Что пусть я воин, но не должен рисковать собой.

Я слушал, кивал, но мы все понимали, что это бессмысленно. Пусть я и выгляжу как семилетний мальчик, но я прожил больше, чем родители вместе взятые. Едва ли жизнь во владениях Рамуила можно было назвать полноценной, но даже так я слишком стар, чтобы меня перевоспитывать. Порой я думал, что может было бы лучше им все рассказать, но… я боялся. Боялся, что они будут смотреть на меня как на монстра, которым я стал. Даже сейчас меня тревожит то, как они на меня смотрят после подобных событий, а если они узнают правду…

Нет. Я не могу. И тем более после появления тех странных существ. Они заметают следы, и если родители узнают правду, то окажутся в смертельной опасности, а я пока недостаточно силен, чтобы их защитить.

Я размышлял об этом как раз в тот момент, когда юный наследник Юсур о чем-то спорил с инспекторами. И о чем бы не был предмет спора, Эдрид похоже не побеждал. Я бы мог подслушать, войдя в боевую медитацию, но не посчитал это нужным. Мне не было никакого дела ни до него, ни до клана Юсур.

В конце концов инспекторы, оставив двух воинов из Ордена божественной справедливости, отправились назад, а мы неторопливо стали готовиться к отбытию.

— Эй! — Эдрид подошел к фургону минут через десять после ухода инспекторов. — Нам надо поговорить.

Я удивленно вскинул бровь, но даже не пошевелился, хотя он всем своим видом показывал, что желает чтобы мы отошли туда, где нас никто не услышит.

— Ну говори, раз хочешь.

Эдрид заскрежетал зубами, но затем сделал глубокий вдох и обуздал эмоции.

— Мы можем поговорить без посторонних?

— Мои родные не посторонние.

— Пожалуйста.

Ого. Тут даже я был удивлен. Ему явно было тяжело выдавить из себя вежливость по отношению ко мне.

— Ладно, — сдался я и последовал за ним. Отошли мы недалеко, но учитывая наши с ним отношения, бдительности я не терял. Мало ли что этот парень решит выкинуть.

— Ты мне не нравишься, — прямо сказал он. — Безродный бродяга, что не достоин стоять перед такими, как я. Но… я признаю твою силу. Ты сильнее меня, и это лишь показывает, что я должен тренироваться ещё усерднее, чтобы однажды тебя сокрушить в честной схватке!

— Если это всё, то я пошел, — зевнув, я уже собрался развернуться.

— Стой! Есть ещё один вопрос, который я хочу уладить.

— Какой?

— Работай на меня. Мне пригодятся преданные люди, когда я стану главой клана, и отец говорил, что нет более преданных людей чем те, которых ты вытащил из грязи и дал им всё, что они имеют.

— Не интересно, — помахал я рукой. — Как только я стану драконом, то отправлюсь за хребты, во внутренние витки.

— А ты… самонадеян. Хотя, учитывая твой возраст и то, как ты сражаешься… Лорды действительно могут признать тебя достойным, если ты конечно выучишь уроки послушания и научишься уважению к старшим.

— Раз мы этот вопрос прояснили…

— Нет! Погоди! Я серьезно!

— Я тоже. Мне не интересна работа на такого, как ты.

Видимо, паренек надеялся на другой ответ. Что я буду целовать ему ноги и называть господином, но я даже перед Рамуилом такого не делал, а он-то внушал настоящий ужас в своих врагов и подданных. Меня пытались сломать, но не смогли, сам властитель двенадцатого витка считал мое своеволие забавным.

— Тогда… Тогда… Стань моим телохранителем до Варандера. Пока я не вернусь в главный дом своего клана! Я надеялся, что инспекторы и воины Ордена божественной справедливости проводят меня, учитывая убийц, но те отказали. Два воина проводят нас до ближайшего города, но и только. Ты обязан сопроводить меня!

— Я обязан родителям своей жизнью. Я обязан учителю за то, каким человеком стал. Тебе, Эридид фон Юсур, я не обязан ничем. Я не наемник.

— Я плачу пятьдесят спиров!

Я уже собирался развернуться и уйти, но когда Юсур заговорил о спирах, остановился. Деньги моей семье нужны. Разумеется, у нас есть кое-какие накопления, но хватит ли их, чтобы начать новую жизнь?

— Двести.

— Что?! Да это грабеж!

— Триста.

— Погоди-погоди…

— Хочешь меня своим охранником? Хорошо. Но вот тебе мои условия: триста старших спиров, с хорошим авансом. Уверен, что у твоего сопровождающего есть деньги. Это первое.

— Первое? — тут он аж поперхнулся от моей наглости.

— Первое, — кивнул я. — Второе: я не твой слуга и не обязан обращаться к тебе вежливо или мчаться по твоему зову. Мое дело — спасти тебя, если по твою душу явятся новые убийцы. Это всё.

— Вот ещё, — фыркнул он. — Если я плачу, то всё должно быть по-моему!

— Ну, ты можешь попытаться заплатить убийцам, что явятся за тобой, но что-то мне подсказывает, что это не сработает. В любом случае, выбор за тобой. Свои условия я озвучил. Хочешь торговаться — цена будет только расти.

— Ладно! Хорошо! Твоя взяла! — крикнул Эдрид мне вслед.

— Жду аванс, — помахал я ему рукой, после чего вернулся к своим и сообщил новости о своем новом статусе.

— Ты уверен, Нейт? Это же очень опасно. На него уже охотились, а значит могут сделать это снова, — забеспокоилась мама.

— Мы так или иначе будем в одном караване, и вместе направляемся в столицу провинции. Если случится новое нападение, мне все равно придется сражаться, и будет лучше для нас всех, если нам ещё и заплатят.

— И сколько? — тут уже задал вопрос отец, мгновенно заработав сердитый взгляд от матери.

— Двести спиров.

— Весьма солидные деньги, — кивнул отец.

— С ними мы сможем закончить твое лечение и найти временное жилье в Варандере. Я понимаю, что вам это не нравится, но из-за меня вы были вынуждены покинуть свой дом, и это меньшее, что я могу сейчас сделать.

— Ох, Нейт. Не нужно так сильно себя винить. В жизни порой происходят плохие вещи, хотим мы этого или нет. Мы ведь и так собирались перебираться в Тенрис, поближе к Мие. Просто пришлось сделать это чуть раньше, чем планировалось.

— Вот и переберетесь, а я сделаю так, чтобы вам было гораздо легче обосноваться на новом месте.

— Погоди, — мать правильно поняла заложенный в тон смысл. — Ты с нами не собираешься?

Я отрицательно покачал головой.

— Думаю, мне придется задержаться в Варандере

— Ты ещё слишком мал! Мы не можем просто оставить тебя одного в чужом городе!

— Я собираюсь поступить в Багровое возмездие. У них как раз должны начаться экзамены через месяц.

— Но я думала, что ты поступишь в школу при Ордене бесконечного меча.

— Мия не говорила, что у меня получится туда поступить, да даже если учителя согласятся меня обучать, едва ли это будет благом. Багровое возмездие — большая и универсальная школа, у них огромное количество разнообразных техник, не говоря о том, что там можно получить боевой опыт. Орден бесконечного меча известный, но он ограничен, и я не слышал, чтобы он выполнял какие-то особые боевые задания. Он хранит порядок в одном своем конкретном регионе, и вряд ли там каждый день приходится драться с культистами и бандитами из теневых сект.

— Нейт, тебе не обязательно с кем-то сражаться, — вздохнул отец. — Всегда можно найти себе спокойную работу.

— Я понимаю, что вы за меня беспокоитесь, но я воин. Не только телом, но и духом. Я не могу просто взять второй или третий шаг возвышения и на этом остановиться. Я хочу сражаться и становиться сильнее, а вам придется просто принять это. Простите. Я собираюсь однажды стать избранным и отправиться во внутренние витки.

Родители на этих словах вздохнули и переглянулись. Кажется, они и сами ждали, что я скажу что-нибудь такое.

— Я действительно хотел бы мирной жизни. Правда… Но порой мы не властны над своей судьбой. Дух Спирали избрал меня, и у меня есть и другие обязательства, которые я должен исполнить.

Глава 22

После того, как я стал телохранителем наследника клана Юсур, произошли некоторые изменения. Паренек перебрался в соседний от моей семьи фургон, хотя прежде обитал в одном из первых, в то время когда моя семья ютилась в последних. Эдрид стал моим “соседом”, и теперь я проводил свободное не на крыше родительского фургона, а на крыше нанимателя. Это было его условие, которое я принял, в остальном же моя жизнь практически не изменилась.

Я всё так же медитировал или тренировался, а в свободное время пытался вспомнить и перенести на бумагу все имеющиеся в голове знания о демонических техниках. Я был глупцом, когда не стал переносить на бумагу всё, что знал, сразу, считал это не таким необходимым. Теперь же я кропотливо выписывал вообще всё, что всплывало в памяти. Какие-то вещи приходилось додумывать, проводить целые исследования для доработки неполных техник. В какой-то момент у меня даже закончилась бумага и карандаши, пришлось покупать у торговцев каравана.

Десятки исписанных блокнотов и тетрадей прямо сейчас хранились в моем пространственном кольце, и если кто-нибудь из инспекторов заглянул бы туда, то я бы заработал себе смертный приговор. Так что с этими записями я работал лишь в моменты одиночества. В остальном же я продолжал размышлять над своими дальнейшими шагами. Багровое возмездие, обустройство нового логова и возможно путешествие на двенадцатый виток. Проще отправиться туда самому, чтобы получить энергию, чем каждый раз вызывать демонов. Мне даже убивать там никого не придется, могу просто медитировать в укромном уголке, как делаю это тут.

И вот, спустя шесть дней пути, мы вышли на дорогу, что ведет прямиком к Варандеру, и это чувствовалось. Если большую часть пути мы проделали по не очень широким дорогам, то центральный тракт провинции был просто огромным. При желании тут могли параллельно друг другу идти пять или шесть караванов вроде нашего. И таких караванов шло к Варандеру десятки, а обратно и того больше.

Но первое, что бросалось в глаза при приближении к столице провинции, вовсе не городские стены, хоть они были огромными и белокаменными, возведенными сотни лет назад, ещё до великой катастрофы, а один из великих спиральных путей. Огромный путь для монорельса, отправляющего товары к первым виткам. Выглядел он как просто огромная прямая линия металла, уходящая куда-то в небеса, но в соотношении её и города можно было сделать вывод, что она по меньшей мере сотня-две метров в диаметре. И ведь я смотрел на неё издали. Страшно представить, как она смотрится вблизи.

Но как оказалось, в сам город нужно было ещё попасть. Если в города, через которые мы ехали, обычно пускали свободно, по крайней мере если мы прибывали туда днем, то тут нужно было пройти целый ряд проверок. Более того, проверяли даже имеющиеся при себе пространственные кольца на предмет запрещенных вещей, и вот с последним могли быть проблемы. Можно, конечно, было попытаться заверить их, что это трофеи, но я решил не рисковать и, сделав небольшой узелок, привязал его к Зиргулу, после чего приказал мечу под покровом ночи найти меня, перелетев через стены.

Закончив с мечом, я отправил его в лес неподалеку, а сам стал проходить вместе со всеми через городские ворота. Больше всего меня волновал артефакт на входе, который должен замечать демоническую энергию, но видимо, техника истинного равновесия силы хорошо работала, и я смог скрыть её за своей собственной энергией.

И вот, спустя много часов ожидания, мы смогли попасть в Варандер, и после маленьких городков столица провинции ощущалась словно другим миром. Больше всего город напоминал муравейник, где кишит множество людей. Торговцы зазывали народ, уличные артисты показывали представления в надежде заработать пару спиров. И наш караван, казавшийся таким большим и значимым, буквально терялся в улочках города.

На центральную улицу нас не пустили, и караван свернул на улицу, что шла параллельно крепостной стене. Как оказалось, там было одно из “стойбищ”, как называли его некоторые местные. Особое место, где стояли сотни и сотни фургонов, и как я понял, оно было не одним единственным на городе. Возле каждых ворот находились такие.

— Мы прибыли в столицу, моя работа закончена, — обратился я к юному наследнику дома Юсур и его слуге. Тот едва ли был рад, скорее всего чувствовал себя обманутым, ведь никаких больше покушений за оставшуюся часть пути не было, а значит и в моих услугах не было никакой надобности. — Так что я жду причитающуюся мне сумму за твою охрану.

— Всё, что ты делал, это сидел на моем фургоне! — возмутился он. — Я заплачу половину.

Я сделал шаг, он попытался отступить, но я схватил его за ворот одежды и притянул к себе.

— Слушай сюда. Я свою работу сделал, и если бы кто-то на тебя напал, то я бы вступил с ним в схватку. Не думай, что ты можешь просто так меня кинуть, высокородный ублюдок, потому что если посмеешь, то обещаю, что однажды глубоко об этом пожалеешь. Я ведь тоже собираюсь в Багровое возмездие, как и ты, и мало ли что может случиться во время опасных миссий учеников.

Он нервно сглотнул, ошалело вытаращил на меня глаза и явно собирался остро ответить, но видимо прочел в моем взгляде, что я не шучу.

— Послезавтра. Приходи в дом моего рода послезавтра, и тебе выдадут всю сумму, — слегка дрожащим голосом сообщил Эдрид, а я в ответ жутковато улыбнулся и “по-дружески” похлопал его по плечу.

— Хорошо. Я приду.

И развернувшись, пошел к своим. Даже если он меня обманул, то я придумаю, как можно будет стрясти с него оставшиеся деньги, но даже если ничего не выйдет, не сильно расстроюсь. В конце концов, после заключения договора мне и впрямь не пришлось ничего делать, а аванс за работу в тридцать старших спиров я получил. Этого уже хватит, чтобы снять комнату для семьи на пару месяцев.

Вернее, я думал, что нам этого хватит, но затем начались совершенно неожиданные проблемы. Мы думали, что найти постоялый дом для ночлега в таком крупном городе будет несложно, тем более что до отборочных экзаменов в Багровое возмездие ещё больше месяца, но не учли моего младшего брата. Никто не хотел пускать семью с младенцем на постой, потому что его плач мог мешать другим постояльцам. Или же требовали арендовать сразу этаж, да ещё по высокой цене, что было верхом идиотизма. Пять спиров в сутки? Да мы разоримся за пару недель. Хорошо хоть отец встал на ноги и может ходить, пусть и с помощью трости.

В общей сложности мы обошли полтора десятка постоялых дворов, но везде нам отказывали. Получив очередной отворот-поворот, мы уже совсем отчаялись и даже собирались вернуться к одному из пройденных, чтобы снять хотя бы на день номер за высокую цену, а завтра с новыми силами поискать ещё, но видимо, Дух Спирали сжалился над нами.

Молоденькая работница постоялого двора подсказала, где можно недорого снять комнату. Немолодая пара в соседнем доме вряд ли будут сильно против маленького ребенка.

Приободренные, мы собрались отправиться по указанному адресу, но перед тем, как покинуть заведение, я вытащил из кармана спир и бросил его девушке, весело подмигнув. Та ловко его поймала и мило улыбнулась.

— Вот же маленький ловелас, — весело сказала мама, потрепав меня за щеку. — Но мал ты ещё заигрывать с девушками.

От такого внезапного комментария в свой адрес я аж крякнул. Заигрывал? Я? И в мыслях не было. Нет, та девчушка была симпатичной, но и только. В моем нынешнем возрасте есть определенный плюс — гормоны ещё не бьют в голову, и я совершенно спокойно мог сосредоточиться на своем развитии, не думая ни о чем лишнем.

В любом случае я быстро выкинул из головы как этот разговор, так и мысли о том, что мне придется в будущем пройти через переходный возраст, потому что дорога, по которой мы шли, проходила совсем рядом со спиральным путем.

— Ох, это так захватывающе, — отец, идущий последним, оказался всех больше впечатлен увиденным. Да и что греха таить, я сам замер, разглядывая огромный монорельс, что в скором времени должен был отправиться в путь.

Я много раз видел поезд, что привозил руду на фабрику, но эта машина ни капли не была на него похожа. Скорее это была огромная механическая гусеница, состоящая из секций, через которую насквозь проходил исполинский рельс, уходящий в небеса.

В данный момент эта машина просто стояла, и к ней тянулись сотни мостиков, по которым тысячи людей перетаскивали различные грузы. Кто-то нес мешки и ящики на руках, кто-то пользовался носилками. В нижние секции вообще завозили железнодорожные вагоны целиком. Мы заворожено наблюдали за этим, и я лишь запоздало понял, что мы чуть ли не единственные, кто так таращился на это. Ну да, для большей части людей это само-собой разумеющееся.

— Ладно, пойдемте, — поторопила нас мама. — Не похоже, что они быстро закончат, а у нас ещё много дел.

Несмотря на то, что мне тоже было интересно посмотреть на старт этой машины, матушка была права. Брат то и дело плакал, устав от дороги и шума улицы.

Район, который указала девушка, мне не слишком понравился, чуть ли не окраина местного гетто, впрочем меня это особо не волновало. Дверь отворила пожилая женщина, которая немного удивилась, увидев на пороге целую семью. Разговаривал отец, пока мы с матушкой и малышом стояли чуть в стороне. И переговоры закончились успешно. Цена также была приемлема, так что спустя уже пару минут мы въезжали в новые апартаменты. Комната была небольшой, но достаточно уютной и чистой, сразу чувствовалось, что за ней ухаживали.

— Раньше тут жил наш сын, — сообщила старушка. — Он погиб два года назад во время похода за хребты, преследовали культистов. Мы долгое время пытались сохранить тут всё в первозданном виде, но в какой-то момент решили, что пора перестать цепляться за прошлое. Да и с возрастом становится всё сложнее сводить концы с концами. Располагайтесь, я не буду мешать.

— Прошу прощения, уважаемая, — я поклонился, проявив вежливость. — А есть ли в вашем доме чердак?

— Есть, а зачем тебе?

— Не мог бы я его занять? Думаю, нам вчетвером в одной комнатке будет тесно, а мне много места не нужно. Если угодно, я могу доплатить за…

— Глупости, — отмахнулась она и, улыбнувшись, потрепала меня за щеку. — Не нужно доплаты. Чердак действительно есть, но он небольшой, и для взрослого там будет неудобно. Но если тебе так угодно, можешь занять его. Но взамен будешь помогать мне мыть посуду по вечерам, договорились?

— Да, уважаемая.

— Ох, зови меня тетя Мирис.

— Хорошо, тетя Мирис.

— Так-то лучше.

Чердак оказался примерно таким, как я себе и представлял. Невысоким, метра полтора в высоту и довольно грязным. Свет сюда давало лишь одно маленькое круглое окошко, выходившее во двор. Взрослый человек тут бы ходил согнувшись, а вот мне было в самый раз.

Оказавшись в новых владениях, я первым делом занялся за уборку. Вымыл пол, протер пыль, залатал маленькую дыру в крыше, решив, что лучше сделать это сразу, чем потом отвлекаться. Затем перетащил спальный мешок, положив его неподалеку от окна.

— Отлично! — заключил я, полностью удовлетворившись новыми апартаментами. Теперь у меня был свой вполне неплохой угол, где я мог медитировать и работать, но в то же время существовало сразу две других проблемы. Первая: из этого места я не могу сделать логово. Учитывая, что сын хозяев этого дома погиб в схватке с демоническими культистами, мне казалось неправильным осквернять их дом чем-то, что имеет отношения к этим практикам. Второе: мне становилось понятно, почему большинство орденов несмотря на наличие штабов в столице провинции обучают учеников далеко отсюда. Энергии Спирали тут так мало, что я вначале не поверил. Да каким бы гением ты не был, сидя в Варандере ты не сделаешь и шага в своем развитии, потому что у тебя уйдут годы, чтобы наполнить своё сосредоточие. Похоже, что в городе было так много воинов, что они вытягивали всю энергию, не давая той восстановиться, а значит для накопления энергии придется выбираться за город или искать другие методы.

К моменту, когда я закончил со своей комнатой, мама уложила Рендала спать, и мы всей семьей спустились есть. Мирис как раз приготовила ужин, а Рем, её муж, растопил печь, чтобы прогреть дом. Так что мы стали знакомиться, попутно набивая желудок и отдыхая после долгой дороги.

За столом мы просидели много часов, и за это время многое обсудили.

— Удивительно, воин всего в семь лет, — причитал Рем, покачивая головой. Похоже, это действительно его поразило. — Гений, не иначе!

— Его ждет большое будущее! Уверена, что он будет отмеченным драконами, — соглашалась Мирис.

В целом ужин прошел отлично, я зарядился хорошим настроением, затем, как и обещал, помог хозяйке помыть посуду, после чего со спокойной совестью вернулся на чердак. Дождавшись момента, когда совсем стемнеет, я открыл окно и стал ждать, а вскоре вернулся и Зигрул. На всякий случай я после этого выгляну на улицу, покрутил головой, но ничего подозрительного не заметил

Проверил, всё ли на месте, и после этого облегченно выдохнул. Закончив с этим, я забрался под одеяло и стал обдумывать, что буду делать дальше. В целом я уже и так всё решил — поступать в Багровое возмездие, но до экзаменов больше месяца, и я не знал, что делать все это время. Наверное, первым делом стоит наведаться в саму школу и попробовать найти учителя Мии. Ведь ему она собиралась меня показать без всяких экзаменов, и возможно, я смогу таким образом либо попасть в школу досрочно, без экзаменов, либо получу какие-нибудь другие бонусы. Может со мной поделятся техниками или ещё чем. Глупые, конечно, мысли, но вдруг.

А ещё предстоял визит в имение клана Юсур, и вот он вызывал во мне легкое беспокойство. Может плюнуть на эти деньги?

Эх, нет, я не могу. Отец ещё не до конца поправился, а наших денег не так уж и много. Те монеты помогут купить лекарства, да и у меня есть несколько мыслей, как ускорить свое развитие.

Так я и уснул, готовясь к тяжелым будням на новом месте.

Глава 23

Имение клана Юсур было действительно огромным и включало в себя не только роскошный мини-дворец, нет, ему принадлежал целый район, на территории которого жило по меньшей мере пару десятков тысяч человек. Крестьяне, рабочие, слуги и воины. И тем удивительнее, что наследник возвращался в столицу всего лишь с одним единственным слугой, без охраны.

До момента, как я попал на территорию клана, я и представить себе не мог, что Юсур настолько богат. Тогда нужно было просить больше за защиту. НАМНОГО больше, а не двести монет. Но что сделано, то сделано, и теперь я однозначно не собирался отказываться от того, что мне причиталось.

В одиночку я плутал по улочкам города и с любопытством поглядывал по сторонам. Гуляя по Варандеру, я замечал, что районы сильно отличались друг от друга в зависимости от того, где какой клан правил. В таких районах помимо налогов провинции жители платили ещё и дань клану, причем схема тут была хитрая, ведь к примеру какая-нибудь торговая гильдия должна была иметь офис в Варандере, и с большой вероятностью он открывался на территории какого-либо клана, и тогда гильдия была вынуждена платить налог со всей выручки, даже если сделки проходили в других провинциях. Взамен же кланы помогали обеспечить порядок на своих территориях, обеспечивали торговцев охраной.

Был конечно вариант открыть председательство на “нейтральной” территории, не принадлежащей клану, но едва ли это было выгодно. Во-первых, нужны были специальные разрешения, и ожидать порой приходилось месяцами, в то время как кланы были открыты для всех желающих, и открыть представительство было легко. Во-вторых, процентная ставка непосредственно у наместника и его управленческого аппарата была в полтора-два раза выше, чем у кланов. Разумеется, у тех, кто работал напрямую с администрацией Варандера, были свои привилегии, но это касалось только действительно крупных гильдий, а вот новички чаще всего не выдерживали и закрывались вскоре после регистрации.

Всё это я узнал из подслушанного разговора на постоялом дворе, когда мы подыскивали комнаты. Тогда я особо не обратил внимание на него, но сейчас всё было немного иначе. Я теперь мог четко разделить территории, принадлежащие кланам, даже не видя флагов. Там было оживленнее, шумнее, в то время как центральные, нейтральные улочки, были довольно серыми и “тихими”. Разумеется насколько мог быть “тихим” город вроде Варандера с населением в несколько миллионов человек.

Судя по увиденному, те, кто работали на клан Юсур, по большей части специализировались на текстиле. И это была ещё одна характерная особенность кланов, у многих из них были специализации, и они в первую очередь старались брать себе под крыло людей, занимающихся нужным им ремеслом. У кого-то были лучшие кузнецы, у кого-то травники, у иных гончары и плотники. Разумеется, даже у Юсур имелись кузнецы и ремесленники, но скорее всего они едва покрывали внутренние нужды клана, что уж говорить про промышленное производство.

Так вот, специализация Юсур — текстиль. Это сразу было понятно по текстильным фабрикам и десяткам лавок, в которых можно было найти как одежду, так и другие вещи вроде ковров, канатов и прочего. На улицах хватало зазывал, кричащих о том, что на фабрику нужны рабочие, что для меня было хорошим открытием. Значит у отца не должно быть большим проблем с поисками работы, когда полностью встанет на ноги.

И вот лавки и основная толпа оказались позади, и я уткнулся в массивный каменный забор высотой в несколько человеческих ростов. Такими обычно обносят города, здесь же это всего лишь ограда внутренних владений, где жили непосредственные члены клана. У массивных деревянных ворот из тысячелетнего дуба стояли двое охранников с алебардами, судя по всему, где-то третий шаг. Весьма серьезные парни, учитывая уровень.

Я подошел к ним и, уперев кулак в ладонь, поклонился в знак приветствия. Те смерили меня хмурыми взглядами, словно я был каким-то оборванцем, хотя одежда у меня была вполне себе нормальной. Да, не дорогая, но уж оборванцем я себя точно обозвать не мог. Это было малость обидно.

Вот сейчас и проверим, чего стоит слово клана Юсур.

— Уважаемые, — разогнувшись после поклона, заговорил я. — Не могли бы вы доложить юному господину Эдриду Юсур, что пришел Натаниэль Крейн.

Один из охранников тут же отвел взгляд, словно я для него перестал существовать, а вот второй слегка презрительно поджал губы, после чего отступил и стукнул по воротам. Спустя несколько секунд открылась маленькая защелка на уровне глаз, и охранник передал послание.

— Ожидайте. Если господа соизволят вас принять, об этом сообщат.

И всё. Я отступил, присел неподалеку от входа на ступеньки и начал ожидать. И к моему удивлению, ждать пришлось не так уж и долго, минут десять, может чуть больше. А то ведь я ожидал, что могу провести на ступеньках не один час, и уже решил, что позволю себе не больше двух часов ожидания.

Дверь отворилась, оттуда показался немолодой слуга в небесно-голубых одеждах и окинул меня заинтересованным взглядом. В отличие от охраны, презрения в его глазах я не заметил, что не могло не радовать.

— Господин Крейн, следуйте за мной, — сказал он, и я, ответив на приветственный кивок, поспешил следом.

Забавно, но что сразу бросилось в глаза — совсем не внутренности имения клана, а то, как двигался слуга. Он буквально семенил, часто переставляя ноги, словно шаркающий старик, движения которого ускорили раза эдак в три. Выглядело это довольно забавно, но кто я такой, чтобы осуждать чужие странности.

Как только взгляд оторвался от слуги, я стал замечать и другие необычности, одна из которых — умиротворяющая тишина, что царила на территории. За пределами стен было шумно и грязно, тут же было очень тихо, словно это место находилось где-то далеко, а не в сердце одного из самых крупных городов мира. Мы шли через зеленый сад по вымощенной каменной дорожке, вдыхая аромат свежей росы.

Странное ощущение, словно оказался в другом мире. Уверен, что это вызвано какими-нибудь артефактами, что лежат в основе имения.

Сама территория была просто огромной, наверное размером с мой родной Дайвард. Может я конечно и преувеличиваю, но пройтись пришлось знатно. Тут тоже хватало домиков, но все они были аккуратными и красивыми, создавая определенный стиль, становясь все больше и больше, пока мы не оказались прямо перед дворцом.

Да, пожалуй, главный дом иначе чем дворцом язык не поворачивалось назвать. Десятиуровневая пагода нависала над гостями подобно башне, словно давя на гостя и показывая величие хозяев дома. Но слуга не дал мне возможности полюбоваться строением, провожая внутрь. Тут же я столкнулся с новыми охранниками, причем в этот раз их было четверо, но ко мне они не проявили никакого интереса. Даже меч, что был обернут в ткань и висел у меня за спиной, не попросили сдать, хотя я до последнего этого ожидал.

Мы вошли в просторный зал, затем прошли через пару не менее просторных коридоров, что создавались словно под великанов, а не обычных людей. Или тут так часто ходят целые процессии из десятков людей, что это нормально? В любом случае, я пока что молча следовал за слугой, разглядывая картины на стенах. По большей части там были изображены истории из прошлого. Сражение лорда Войны с трехголовым драконом черных небес, оборона крепости тысячи голосов от демонических орд, сражение лорда Справедливости и лорда Закона, когда они не поделили сердце юной лорда Удачи, что славилась неземной красотой. Причем каждая из картин писалась каким-то мастером, потому что порой казалось, что полотна оживали. Воины скрещивали клинки, высекая искры, дракон извергал пламя, сметавшее горы.

Наверное, увидь я такое впервые, был бы впечатлен, но во дворце Рамуила хватало похожих картин, разве что они описывали либо события с другой стороны, либо повествовали о каких-то своих героях и подвигах.

И вновь стража, причем облаченная в довольно броскую броню, да и ощущения силы от них велико. Третий шаг, не меньше. Перед нами они отворили дверь, пропуская внутрь, после чего затворили её за нами, мы же со слугой оказались в просторном зале для встреч гостей. Тут было место для главы клана, и перед ним две линии сидений на полу для советников и других старших членов. Но эти места пустовали сейчас, чего было нельзя сказать о месте главы. Там, немного вальяжно, по-хозяйски сидел уже немолодой, но довольно крепкий седовласый мужчина в парадном боевом облачении.

Слуга, выйдя к нему тут же поклонился, и я, решив проявить вежливость, сделал тоже самое.

Небрежный взмах рукой, и слуга засеменил прочь, оставляя меня с главой клана наедине.

— Значит, это ты тот малыш-гарван, что сразил знаменитого Бакулу. Эдрид говорил, что ты ещё ребенок, но я и представить не мог, что настолько. Сколько тебе?

— Семь, господин. Вы, я так понимаю, глава клана Юсур, Несокрушимый Шантар фэн Юсур?

— Всё верно. Так как ты это сделал?

— Сделал что?

— Победил Бакулу, разумеется. Он был воином четвертого шага, как говорят. Чтобы юнец, который только-только открыл в себе сосредоточие и ступил на путь воина, смог одолеть его? Бред! Каким бы гением ты ни был, для сражения с подобным противником этого будет мало.

— Он просто недооценил меня, — пожал я плечами, говоря то же, что и говорил сыну главы клана.

— Да, порой даже самые сильные совершают ошибки, что могут стоять жизни, — подтвердил он и поднялся со своего места, и в следующий миг применил какую-то довольно высокоуровневую технику шагов, что однозначно была гораздо выше уровнем, чем десятая ступень.

Тело среагировало самостоятельно. Я делаю шаг назад, одновременно выхватываю Зиргул из-за спины. Ткань мешает обнажить клинок, но даже так у меня выходит отразить внезапную атаку главы клана.

В его руке был тяжелый полуторный клинок, и будь на месте Зиргула любое простое оружие, его меч играючи расколол бы и ножны, и сам меч. Но Зиргул выдержал, и все же удар оказался очень сильным, и меня с моей массой просто отбросило в сторону, смачно приложив об одну из стен.

На миг зрение померкло, но я силой привожу себя в чувства, и очень вовремя. Клинок противника уже устремляется мне в голову. Отталкиваюсь от стены, ухожу в сторону и одновременно атакую. Зиргул врезается в выставленный Юсуром барьер, высекая из того лишь сноп искр.

Не пробил… Плохо.

Шантар атакует вновь, но при этом не используя каких-либо техник помимо защитных, а ведь я уверен, что у него есть целый арсенал действительно смертоносных умений. Сверху, снизу, справа, снова справа. Он обрушивает на меня целый град мастерских ударов. Это не Эдрид и даже не Бакула, а гораздо более страшный и грозный противник.

Если чутье меня не обманывает, то Шантар — мастер десятой ступени, а может быть даже шагнул на девятую, и в таком случае пропасть между нами становится ещё больше. У меня хватает опыта сражений, но и мой противник не из простых.

Я кружусь, отвожу его клинок, даже не пытаясь блокировать, понимая, что это бесполезно, а Юсур тем временем лишь усиливает напор.

Бью локтем, пытаясь пробить защиту. Неудачно. Отступаю, кружась, чтобы быть менее легкой целью, пока противник проводит серию медленных, но крайне сильных ударов. Каждый из них заряжен настолько, что я ощущаю мощные порывы воздуха после каждого его взмаха.

Не хотел бы я попасть под один из них…

Ему удается меня подловить, когда Юсур отпускает рукоять меча и перехватывает его другой рукой в воздухе. Едва успеваю блокировать, но даже так удар едва не выбивает Зиргул из рук. Рука немеет, так что перехватываю меч левой. Мне не впервой сражаться этой рукой, а вот у противника с этим возникают проблемы. У него было гораздо меньше опыта в сражении с левшой.

Да еще и я без труда зеркалю свой стиль на левую руку. Да, ста процентов эффективности не достигну, но семидесяти-восьмидесяти — вполне.

Пользуясь моментом, прыгаю на стену рядом, отталкиваюсь и кружусь, добавляя ускорение. Он парирует, но вместе с тем открывается, и тут мне везет. Он не успевает выставить защиту, и мой ботинок едва-едва касается его подбородка.

Тц… Ещё полпальца, и я бы мог выиграть схватку. Но увы, инициатива упущена. Теперь Юсур становится осторожнее.

Прыгаю назад, стараясь его подловить, и у меня почти это получается. Он открывается на миг, один единственный миг, чем я незамедлительно пользуюсь, нанося удар. Вспышка, искры, и вновь Зиргул врезается в барьер. Догадываясь, что так и будет, я в прыжке ухожу от его клинка и, проскальзывая рядом, бью ногой по рукояти своего меча, добавляя ему дополнительное ускорение.

Барьер взрывается, но Шантар извернулся, избегая меча, и одновременно с этим бьет по мне в упор “Сокрушающей ладонью”, отчего меня буквально смело, и я кубарем лечу по полу. Но даже так я приземляюсь на ноги, а миг спустя в руке оказывается Зиргул.

Я даже не пытался использовать демонические техники, ограничиваясь лишь искусством меча.

— Неплохо, ты меня почти достал, — рассмеялся глава клана и показал мне свой бок, где ткань была порвана, и на коже виднелась едва заметная царапина. Выходит, я всё-таки сумел его достать. — Видимо, старею.

— У вас в клане нормально вот так внезапно нападать на гостей?

— Скрестить мечи с достойным противником никогда не считалось зазорным, — не согласился он. — Те, кто идут путем воина, должны уметь постоять за себя. К тому же мне было очень интересно, что ты за человек, а это можно было узнать только так. Выходит, что слухи действительно не врали, ты юный гений. И то, как ты двигаешься, как сражаешься, очень многое о тебе говорит, мальчик. Твоя техника владения мечом — это не техника воина, это техника убийцы. Кто тебя ей обучал?

— Вряд ли вы слышали об этом человеке, — я слегка расслабился. Судя по всему, это было что-то вроде проверки, желания посмотреть на меня в деле.

— И всё же, назови имя.

— Он называл себя Арадин, но думаю, что это фальшивое имя, — выдумал я. — Он недолго был в нашем городе и, увидев во мне потенциал, обучил некоторым приемам. Дальше я просто их оттачивал.

— Нет, в твоих ударах чувствуется опыт. Умение мгновенно принимать решения, и такого простым заучиванием ударов не получить.

— Звери. Я охотился на зверей в лесу. Порой мне попадались слабые звери-воины, вот с ними я и тренировался сражаться.

Опять ложь. Звери-воины мне попадались, но крайне редко. Может, если бы я углубился сильнее на юг, где почти нет деревень, то смог бы найти больше, включая хищников, но тогда я не видел в этом особого смысла, а потом уже было поздно.

— Вот как, — задумался он, убирая меч. Тот исчез в пространственном кольце главы клана, да и я сделал вид, что расслабился, но на самом деле понимал, что ему вытащить меч — дело одного удара сердца. Он и во время первого нападения достал его, лишь когда был прямо передо мной. — Будем считать, что я тебе поверил. Да и в твоем стиле чувствуется, словно ты учился драться не с людьми. Думаю, твой учитель был кем-то из орденов, возможно Карающей длани или из Странников гор.

Я не подтверждал, но и не опровергал. Пусть сам верит в то, что придумает, а правда останется при мне.

— Раз с приветствием мы покончили, то давай же поговорим, юный гений. А нам есть, о чем поговорить.

Глава 24

Глава клана вальяжной, немного самодовольной походкой вернулся к своему законному месту, смерив меня насмешливым взглядом. Я же был спокоен, никак не демонстрируя эмоции. Просто прошел ближе к нему, повесил Зиргул за спину и сложил руки там же.

— Даже не представляешь, как приятно видеть настолько талантливых воинов. Я даже навскидку и не припомню никого, кто формировал сосредоточие в столь юном возрасте.

— И, как я понимаю, вы именно поэтому решили проверить мои силы?

— Верно. Одно дело услышать, а другое — ощутить собственной рукой. Понять, что из себя представляет человек, через схватку, и я понял многое, — но развивать мысль дальше он не стал.

Я тоже. Например о том, что я ему не ровня, и во время схватки он просто играл со мной, не показывая даже толику настоящих возможностей.

— Как я слышал, ты собираешься поступить в Багровое возмездие, — и это был не вопрос. Он знал, что я туда собираюсь, впрочем особой тайны из этого я не сделал. Было бы скорее странно, если бы я туда НЕ собирался.

— Всё верно.

— Мой старший сын, Эдрид, тоже поступит туда, — и ещё одно интересное замечание. “Поступит”, а не “постарается поступить”. А ведь туда может поступить далеко не каждый. Там ведь есть целый экзамен, да и процент отсева по этапам очень высокий. Мия говорила, что из тысячи поступает лишь сотня. Но полагаю, что у кого-то вроде Юсур с поступлением проблем быть не должно, ведь Багровое возмездие получает финансирование в том числе и от них. — Тебе известно, что будет после?

— Более-менее, мне рассказывала сестра.

— Она тоже там училась? — заинтересовался он и даже немного подался вперед.

— Да.

— А факультет?

— Голубого кита.

— Пф, — мужчина поморщился и отмахнулся. — Голубой кит и Тысячелетняя черепаха — факультеты для неудачников. Не в обиду твоей сестре, но это истина, которую ты сам поймешь. Там обучают тех, кто обделен талантом, тех, кто в конце-концов упрется в потолок третьего шага, не в силах его преодолеть. Но кит хотя бы не черепаха. Из них хотя бы могут выйти нормальные исполнители, пусть и не хватающие звезд с неба. А вот черепаха — это факультет, в который принимают по квотам тех, кто не прошел вступительный экзамен. Будешь смеяться, но туда порой даже попадают те, кто не создал сосредоточие. Сынки и дочурки важных шишек, которым хочется, чтобы чадо отучилось в Возмездии. Тьфу.

Мужчина нисколько не скрывал презрение как к таким людям, так и к факультету в целом.

— Но с такими навыками и талантами тебе не стоит думать об этих факультетах. Ты попадешь в факультет Феникса, практически уверен. И именно туда должен попасть мой сын, — а вот тут уже другая формулировка. “Должен попасть”, а не “попадет”. В итоге не такой уж клан Юсур всесилен.

— Почему не в Громового дракона?

— Он недостаточно талантлив для этого, увы. Вот тебе, судя по навыкам, как раз место в нем, но к сожалению Феникс — твой предел.

Я нахмурился. С чего это он так решил?

— С момента, как была основана школа Багрового возмездия, ни один гарван не попадал в Громового дракона, — криво ухмыльнулся глава клана Юсур. — Даже будь ты гением, они будут всячески занижать тебе проходной балл, чтобы этого не случилось. Так что если ты не устроишь на экзамене что-то невероятное, не перегонишь всех других участников по баллам не просто на голову, а на пять, то нечего и думать об этом. Да и если всё-таки такое случится, то там тебя будет ждать ад как от учеников, так и от учителей. Так что Феникс — это лучшее решение.

Будет ждать ад? О, в аду я уже был, и вряд ли какая-то школа может быть хуже.

— Но мы немного отвлеклись. Первые полгода обучения будет идти отсев и комплексная оценка навыков, подбираться ваша специализация и создаваться группы, в которых вы будете работать до конца обучения.

— Вы хотите, чтобы я оказался в одной группе с вашим сыном? — догадался я. Это было очевидно после такого долгого вступления и объяснения. Теперь становилось понятно и желание проверить мои силы.

— Именно. Ты весьма проницателен для своих лет. Мой сын, к сожалению, не настолько талантлив, как хотелось бы. Несмотря на все старания, он запоздал с пробуждением сосредоточия на почти год, но уверен, что с годами он наверстает упущенное.

А вот сейчас в нем говорил отец, а не воин. Нет, не наверстает. Чем раньше ты пробудился, тем пластичнее твое тело, тем легче формируются меридианы. И я прямое тому доказательство. Я смог создать новые меридианы только потому, что был слишком юн, когда их сформировал впервые. И если до десяти лет в целом нет разницы, создал ты сосредоточие в девять или восемь, пластичность тела будет одинаковой, да и слишком раннее формирование может выйти боком без должного контроля, но после десяти лет всё меняется. Там промедление буквально начнет убивать потенциал. Между воинами с одинаковыми изначальными силами даже день разницы спустя десять лет превратится в пропасть.

Единственный способ “наверстать” — это безумные адские тренировки на грани жизни и смерти, где ты вгрызаешься в каждую кроху силы. Так рос я, проходя бесчисленное множество битв. Но Эдрид слишком изнежен и самодоволен. За время нашего путешествия я видел, как он тренируется с мечом, лишь однажды, и то, скорее всего он пытался впечатлить меня техникой меча своего клана. Придурок, чесслово.

— Но одному ему будет сложно это сделать. Ему нужны доверенные люди рядом, что прикроют ему спину и помогут идти вперед. У него уже есть достаточно талантливые друзья, и вместе они, скорее всего, станут сильнейшей группой, и я хочу, чтобы ты стал одним из них. Взамен я гарантирую тебе высокую должность в моем клане. Мы ценим таланты, а когда юный Эдрид займет мое место, ты будешь одним из его приближенных. Что скажешь?

— Скажу, что Эдриду нужно научиться перестать прятаться за чужими спинами и драться самому, — не стал сдерживаться я. — Мой учитель говорил, что только слабые собираются в группы, — не став заканчивать продолжением “но нет ничего постыдного в том, чтобы признать свою слабость и положиться на других. Даже слабые вместе могут одолеть сильного. Поэтому, будучи сильным, не относись к слабым с пренебрежением, ведь вместе они могут стать равным тебе”. — Если вы так хотите, чтобы Эдрид стал сильным, то просто бросьте его туда, где у него не остается иного выбора. То, что предлагаете вы, это не способ стать сильнее ему, это способ сделать его жизнь легче, чтобы те, кто талантливее, тащили его за собой.

И ведь не удивлюсь, что остальные “друзья”, что войдут в его группу, тоже сплошь гении и выходцы из кланов поменьше, но более талантливые.

Глава клана Юсур округлил глаза, и я даже на миг подумал, что он разозлится, но вместо этого он кивнул, принимая мои доводы.

— Полагаю, что это значит “нет”?

— Прошу меня извинить, господин Юсур. Я не планирую присоединяться каким-либо группировкам.

— Да, уж… Сразу видно юного гения. Все вы такие. Но я предвидел такой ответ. Если ты согласишься на мое предложение, то мой клан может многое тебе предложить. Артефакты, пилюли, зелья и снадобья. У нас даже есть точка пульса земли, и я могу дать тебе доступ к ней.

Теперь уже пришел мой черед удивляться. Точка пульса земли — это зона выхода спиральной энергии в мир, напоминающей ту, что нашел я для логова, но намного более сильную. Это все равно что сравнить маленький ручеек и гигантскую реку. Если бы я получил доступ к пульсу земли, то скорее всего смог бы получить мастера десятой ступени за пару месяцев.

— По глазам вижу, что мое предложение тебя заинтересовало, — довольно оскалился глава клана.

— Прошу меня простить, господин Юсур, но мой ответ не изменится. Пульс земли — это очень большой соблазн, который поможет мне стать гораздо сильнее за короткое время, но это не мой путь, — и это породит обязательства перед Юсур. Да и пульс содержит стихию земли, что для меня не самый удачный вариант. Гораздо ближе мне стихия смерти, но в этой жизни я не уверен, что смогу её в полной мере использовать как раньше, в конце концов эта стихия считалась запретной, и её практиковали только демонические культисты и сектанты, те, кто имели доступ к демонической энергии, хотя, чисто теоретически, её скорее всего можно было использовать и с обычной внутренней энергией. Тогда та становилась похожей на демоническую.

Что же говорить о классических, то пока я не открыл стихийные узлы, я мог “настроить” себя на одну из стихий, постаравшись усвоить её и в будущем подчинить, или же довериться своему телу, которое само изберет её для себя. Пока что я склонялся к последнему, так как существовала теория, что тело изначально предрасположено к какой-то из базовых стихий, и если пытаться усвоить противоположную ей, к примеру, металл вместо воды, или дерево вместо огня, то это урежет вполовину твой стихийный потенциал. Доказательств не было, но так говорил учитель Мирион.

— Что-ж, не буду скрывать, что этот ответ совсем не то, чего я ожидал, но не удивлен. Гении всегда самодовольны и считают, что могут всего добиться сами. Не стану на тебя давить. Если передумаешь, у тебя ещё есть время до того, как произойдет распределение на группы. А пока можешь идти. Мой сын должен был тебе денег. Слуга выдаст тебе их, а также небольшой бонус как благодарность за спасение.

Я кивнул, не став отказываться.

— Перед тем, как уйду, могу я поинтересоваться, почему юный господин Эдрид возвращался домой лишь с одним единственным слугой?

— С чего вдруг такой интерес?

— Просто любопытство.

Мужчина несколько секунд смотрел на меня, но от былого радушия не осталось и следа. Он понял, что уже не сможет меня использовать, но где-то теплилась надежда, что я передумаю и приму его условия. Зачем портить отношения лишь из-за одного отказа, особенно когда это тебе ничего не стоит?

— Эдрид тренировался с моим учителем на границе с провинцией. Он должен был тренировать его ещё несколько недель, но что-то случилось, и он был вынужден отправиться в путь, а Эдрид — вернуться раньше срока. Я просто не успел отправить ему встречающий конвой, да и он сам был уверен, что ничего не случится. Я был того же мнения. Кто в здравом уме решился бы напасть на моего наследника?

— И тем не менее кто-то решился.

— Я с этим разберусь, — с ноткой зловещности подытожил мужчина. — А теперь ступай, юный гений. И помни, в нашем клане тебе всегда будут рады.

Я вежливо поклонился и пошел на выход. Всё прошло даже лучше, чем я думал. Учитывая могущество клана, я опасался, что Юсур просто кинут меня на деньги, отказавшись платить, но их глава не так глуп. Зачем портить отношения с перспективным молодым воином, когда его можно завербовать?

Сразу за дверью меня ждал слуга, своей привычной походкой уводя меня прочь от зала для приема гостей. Но в этот раз он вел меня совсем не к выходу, а в другое место, туда, где я смог получить причитающиеся деньги.

Казначей клана Юсур оказался простым человеком, и в его глазах не было ни крупицы силы. Немолодой, тучный, с тонкими, неприятными взгляду усиками. Он смерил меня недовольным взглядом, словно я собирался его ограбить, после чего начал отсчитывать нужную сумму.

Ровно сто семьдесят старших спиров, как и было оговорено, после этого он приступил к “бонусу”, и какой-то части меня претила эта подачка, но с другой стороны, от меня зависит семья. Именно из-за меня они оказались в таком проблемном положении, и я должен был всеми силами загладить вину. Сколько бы денег мне не отсчитали, они позволят отцу быстрее восстановиться, а нашей семье — не думать о завтрашнем дне.

Считал казначей тщательно, постоянно сверяясь с какими-то таблицами и диаграммами, что меня немного удивляло. Словно он должен был отсчитать мне не точную сумму, а какую-то долю от чего-то.

— Ровно триста семьдесят старших спиров и двести одиннадцать младших. Поставьте свою печать тут, тут и тут, — он протянул какой-то бланк и ткнул пальцем в нужные места.

— Но у меня нет печати.

Казначей на это нервно дернул щекой, после чего куда-то убежал и вернулся с подносом, на котором было все необходимое для изготовления этой самой печати. Я примерно знал, как это делается, но вот уж не думал, что мне придется заниматься её изготовлением сегодня.

Казначей достал длинную иглу, проткнул мне палец, весьма небрежно, кстати, после чего капнул капнул моей кровью на заготовку. Ещё несколько манипуляций, и он протянул мне готовую печать. Выглядела она как маленький брусок меньше ладони, на нижней стороне которого после второго этапа привязки должен проявиться “узор души”, уникальный для каждого человека. Обычно печати делают в двенадцать-шестнадцать лет, хотя я знавал тех, кто не делал их вовсе. Дорогое это удовольствие. А простым людям вообще для привязки необходима была помощь воина, способного использовать внутреннюю энергию.

— Наполните её своей внутренней энергией для активации. Это завершит её создание.

Я подчинился, и заготовка под артефакт тут же завибрировал в ладони.

— Хорошо, теперь ставьте. Тут, тут и тут, — повторил казначей.

Я ткнул своей печатью в листок бумаги, поднял, чтобы оставить ещё две метки, но замер.

— Оу… — протянул казначей, да и слуга, что все это время терпеливо меня дожидался, удивленно вскинул брови.

— Кхм…

Дух Спирали… Ты со мной крайне жесток…

На что был похож мой узор души? На маску демона, состоящую из множества мелких костей. Такие обычно надевают актеры в театрах, чтобы пугать малышню. А ведь я видел достаточно много личных печатей с узорами, и там крайне редко были изображены привычные вещи. Чаще всего это просто было месиво из линий, а тут…

Я сделал глубокий вдох и поставил ещё две идентичные отметины на бумаге.

— Что-ж… — протянул казначей, что и сам был малость удивлен от увиденного. — Могу поздравить с тем, что у вас очень сильная душа. Я довольно редко вижу настолько четкие изображения, а я по своей работе видел их достаточно. Что же до рисунка… Видимо, из вас вырастет отличный охотник на демонов.

Тут выдохнули и я, и слуга.

— Смотрится конечно жутковато, но… — он пожал плечами. — Скажу по секрету, что это не самая удивительная печать, что доводилось видеть. Знавал я одного господина, у которого на печати красуется дамский бутон.

Слуга и казначей переглянулись, ухмыльнулись друг другу и рассмеялись, словно только им понятной шутке. Они что, всерьез думают, что я не понимаю о чем речь? Пф-ф-ф…

Но я это проигнорировал, сгреб деньги, как вдруг казначей протянул руку и забрал сразу пять старших спиров и десяток младших.

— За печать, — пояснил он, видя мой недоуменный взгляд.

Остальные деньги я забрал без проблем, попутно отметив, что теперь я если и не богат, то смогу обеспечить семью пропитанием и крышей над головой как минимум на полгода, а то и больше.

Покинул я имение клана Юсур без проблем, слуга даже поклонился мне напоследок, и несмотря на то, что на меня напали, я был доволен посещением этого места. Да и денег получил гораздо больше чем рассчитывал, но если Шантар фэн Юсур считает, что таким образом купил меня, то глубоко заблуждается.

Выходя из района, который принадлежал клану, я бросил взгляд на солнце и досадливо покачал головой. Нет, сегодня я не пойду в Багровое возмездие на поиски учителя Мии, да и вообще до конца не уверен, что мне стоит это делать. Да, она уверяла, что он может мне помочь, но чего-то особенного я не ждал. Вряд ли он даст мне кучу секретных техник, а освоить базовые я могу и непосредственно во время учебы.

А ещё что-то нужно делать с душой демона-привратника. Надо как-нибудь зарядить камень, найти место для нового логова за пределами города, да ещё так, чтобы никто это не обнаружил. А ведь это не глухомань как Дайвард, и тут могут быть очень мощные защитные и поисковые артефакты, способные засечь демоническую энергию в округе. А уйти достаточно далеко у меня вряд ли получится.

Вот с этими мыслями я и вернулся домой.

— Ты как раз вовремя Нейт, у нас гости. — улыбнулась мне мама.

— Гости? — нахмурился я. Как у нас могут быть гости, если мы только как день сюда перебрались.

Я прошел в общую для хозяев и нас столовую, где за столом сидел отец и… от вида этого существа всё внутри сжалось. Старший инспектор Хафир Дорман собственной персоной. Они с отцом о чем-то добродушно и весело разговаривали за чаем.

— Натаниэль, — Дорман медленно повернул голову ко мне и улыбнулся той самой жуткой сумасшедшей улыбкой, как когда он прикончил целую кучу народа. — Тебя-то мы как раз и ждем.

Глава 25

Мы с монстром в человеческом обличье смотрели друг другу в глаза, и я всеми силами пытался решить, что делать дальше.

Успею ли я атаковать, прежде чем он убьет отца? Смогу ли защитить мать? Моих сил даже близко не достаточно, чтобы сражаться с кем-то его уровня. Да он бы прикончил Шарима фэн Юсура одним единственным ударом.

— Нейт, где твои манеры, — из коридора вышла мать и провела мне рукой по волосам. — Разве так приветствуют гостя?

Я сделал глубокий вдох и отринул эмоции, сейчас не место и не время поддаваться им. Если бы он хотел убить меня или мою семью, то уже бы это сделал, а значит он тут по другой причине.

Я поклонился, уперев кулак в ладонь.

— Приветствую вас, старший инспектор Дорман.

— Так-то лучше, — удовлетворенно буркнула мама, и в этот момент заплакал брат наверху, так что она поспешила к нему.

— А я как раз рассказывал твоему отцу, какой ты молодец, что вскрыл, что ваш градоначальник господин Динрим долгие годы сотрудничал с горными бандитами, обитающими на западе, близь хребтов.

— Никогда бы не подумал… — покачал головой отец.

— Он долгие годы снабжал их металлом с фабрики для изготовления оружия, подделывая отчеты, но хвала лордам, все это вскрылось благодаря вашему сыну.

Он продолжал рассказывать какую-то витиеватую и дико неправдоподобную историю, но что удивительно, отец при этом согласно кивал, потягивая травяной чай. Он действительно верит, что я раскрыл какой-то там заговор, связанный с горными разбойниками? Да в наших краях они отродясь не водились. Ближе к хребтам — возможно, но до тех земель не одна неделя пути.

— Я просто пришел проверить, как у вас дела, — улыбнулся инспектор, бросив на меня украдкий взгляд.

Ну да, ну да, “проверить”. Показать, что так просто от него не скрыться.

— Могу ли я позаимствовать вашего сына ненадолго? Хотелось бы прояснить кое-какие детали.

— Да, конечно, как мы можем отказать господину старшему инспектору.

Да я и сам был не против поскорее увести эту тварь из дома, одно дело я, а другое дело — они, так что когда мы с этой тварью вышли на улицу, я почувствовал легкое облегчение.

— Ты сейчас думаешь, что смог их немного обезопасить, верно? — тварь ухмыльнулась жутковатой усмешкой, но на вопрос я отвечать не стал. В этом не было смысла, он и так читал меня как открытую книгу. — Идем, нам действительно есть что обсудить.

Мы вышли на улицу, уходя всё дальше и дальше от моего дома.

— Что тебе надо? — прямо спросил я, когда мы удалились на достаточное расстояние.

— Не ожидал, что мы встретимся так скоро, да? Ты приглянулся Гарезу, и только поэтому ещё жив, имей в виду. Но Гарез сейчас далеко, во внутренних витках, так что не дерзи мне, мальчишка, иначе я отрежу тебе язык.

— Что тебе надо? — повторил я, но уже чуть более спокойным тоном.

— У меня есть для тебя одна работа.

— А если я откажусь? — задал я логичный вопрос.

— Тогда я вернусь к тебе домой и на глазах твоей матери распотрошу твоего мелкого братца. Буду вынимать косточку за косточкой из его тщедушного тела, и у меня есть техники, способные сохранять жизнь даже с казалось бы смертельными ранами. Когда я наиграюсь с ним, прикончу твоих мать и отца так же медленно, с чувством, чтобы они прониклись болью и страданиями. И лишь затем я убью тебя, когда ты вдоволь налюбуешься тем, что я с ними сделал. Ну и завершу я твоей сестрой. И да, я знаю и о ней. Специально отправлюсь по её душу. Уяснил?

Я молчал, тихо сжимая кулаки.

— Однажды я тебя прикончу, — пообещал я.

— Ты попробуешь, не сомневаюсь, — расхохотался он. — Но это будет нескоро, и если ты всё ещё будешь жив к тому времени. Ты ошибка, Крейн, и лишь по нашей с Гарезом милости ты ещё жив, так что не испытывай мое терпение.

Он вытащил из своего ханьфу небольшой свиток и протянул его мне.

— Что это?

— Твое задание. Там карта и указания. Прочтешь их потом, в одиночестве, после чего уничтожишь. Но если коротко: на севере, неподалеку от хребтов, есть нечто вроде скрытого храма. Он древний и лишь чудом сохранился. Указания на свитке помогут тебе попасть внутрь и избежать ловушек. Внутри будут находиться сокровища, но их не касайся. Вообще ничего не касайся, когда окажешься в святилище. Возьмешь только статуэтку дракона, её ты узнаешь сразу, изображение есть в свитке.

— И принести эту статуэтку тебе?

— Именно.

— Почему именно я? Почему не ты сам или не твой напарник?

— Мы не можем попасть в тот храм, — поморщился Дорман. — Слугам лордов вроде нас путь в храм закрыт, а замок способен открыть лишь кто-то вроде тебя.

— Кто-то вроде меня? — заинтересовался я.

— Да, с двойной системой энергий, да ещё и идеально сбалансированной. Благословленный Духом Спирали, — при этих словах он поморщился. — Сейчас таких почти нет, а до тех, кто есть, нам не добраться.

— Получается, если ты меня убьешь, то статуэтку не получишь?

— Ищешь рычаги давления? Завязывай. У меня их целых четыре, — он показал мне четыре пальца, намекая на моих родных. — А у тебя один, и то хлипкий. Я могу прикончить одного, если решишь артачиться. Просто сделай это, принеси мне статую.

— И мы в расчете?

— В расчете? О, нет, юный Крейн. Но я на какое-то время оставлю тебя и твоих родных в покое. Иди, учись, становись сильнее, пока я не приду снова, с новой работой, от которой ты не сможешь отказаться. Теперь до конца дней ты мой инструмент.

— Твоих или моих?

— Одного из нас, — каким-то равнодушно-отрешенным тоном ответил Дорман.

— Ты сказал, что нужен идеальный баланс, а для этого мне нужны камни с душами демонов. Думаю, ты и сам видишь перекос в моем развитии. Тут нет демонической энергии, а значит…

Мой собеседник закатил глаза, а затем достал из рукава маленькое серебристое кольцо и бросил его мне.

— Вот, бери, там найдешь всё, что тебе пригодится. И не провали миссию, мальчик, потому что если попробуешь сбежать или вернешься с пустыми руками, пострадают твои близкие.

* * *

Вечером, когда все уже укладывались спать, я принялся за изучение того, что же мне отдала та тварь. Пространственное кольцо оказалось весьма огромным, сразу видно, что работа мастеров внутренних витков, тут подобных артефактов днем с огнем не сыщешь. Если трофейные с культистов были размером со средний сундук, то это… это был целый огромный склад, в который я мог поместить весь этот дом.

Внутри кольца я обнаружил целую кучу камней с душами демонов, причем некоторые из них были уровня, сопоставимого с воинами восьмой ступени. И он так просто отдал их мне? Гребаный псих… Да если я впитаю их, то без каких-либо сложностей смогу подняться до мастера девятой ступени, и теперь уже не демоническая энергия становилась проблемой, а обычная. Вот дела… Никогда бы не подумал..

Помимо них тут хватало и другого хлама. Мечи, копья, доспехи, причем все отличного качества. Да за них я выручу не одну тысячу спиров… Тут даже имелось оружие с выгравированными символами, и цена этой коллекции мгновенно улетела куда-то к лордам.

Для внутренних витков содержимое кольца если не было хламом, то граничило где-то близко с этим. Думаю, подобным снаряжением снабжали простых стражников и бедных воинов, но для внешних витков это сокровище.

— Ух… — выдохнул я, поборов желание прямо сейчас бежать к оценщику с целью продать.

Нет, так нельзя. Слишком уж велика добыча и вызовет очень много вопросов. Лучшим вариантом будет придержать весь этот арсенал до момента, когда поступлю в Багровое возмездие и смогу ходить на боевые задания вместе с другими учениками. Там будет возможность столкнуться с демоническими культистами и сектантами и прибавить по одному-два оружия к полученным трофеям. Мол, выбил этот необычный меч в бою. Мне будут завидовать, но это будет звучать правдоподобно.

Помимо прочего тут имелась и провизия, а значит мне не нужно будет закупаться ей для путешествия. Главное успеть добраться до этой проклятой статуэтки быстрее, чем начнется экзамен для поступления в школу, иначе следующего придется ждать ещё полгода. И учитывая всё это, было крайне досадно не обнаружить ни одного целебного эликсира или эликсира духа. Если бы тут имелась хоть парочка, рассчитанная на воинов девятой-восьмой ступени, смогли бы меня поднять до мастера десятой ступени, но увы и ах. Видимо, придется всего добиваться самому, а не рассчитывать на алхимию.

Теперь же пришел черед свитка. Информации в нем было много, но по большей части совершенно лишней и ненужной. Фактически это была древняя сказка, которую я кажется даже слышал. Это была история о древнем могущественном драконе горного источника, которому поклонялась маленькая деревушка, живущая у подножья гор. То был старый мир, мир до катаклизма и появления хребтов, даже лордов тогда ещё не было, хоть они и заставили мир поверить в обратное, и в те времена существовало гораздо больше удивительного, чем сейчас. Но случилось невероятное: дракон влюбился в жрицу, что восхваляла его и возносила мольбы.

Он настолько преисполнился любовью, что отринул драконью суть, превратившись в человека, воина с невероятной силой. Он встретился со жрицей, но та не поверила, что он и есть её покровитель. Дракон горного источника впервые принял облик человека и не знал, как его сбросить. Он желал явиться ей в своей истинной форме, но осознал, что больше на это не способен. Тогда дракон решил покорить её иными способами. Он стал помогать жителям деревни. Изгнал одержимых зверей, вспахал поля, что способны были накормить тысячи и тысячи голодных, возвел дома, что могли согреть даже самой холодной зимой.

Он работал так упорно, не зная отдыха и покоя, потеряв счет времени, что когда вернулся к своей возлюбленной, та уже была дряхлой старухой, ведь что для дракона миг, для человека целая жизнь. Но дракон по прежнему её любил и не мог так это оставить. Не мог позволить ей умереть.

Он покинул деревню и бросил вызов другим драконам, желая заполучить плод с древа Вечности. И он сражался с ними, боролся до самого конца, и едва живой вернулся назад вместе с плодом, но было уже поздно. Он опоздал даже не на часы, а на минуты.

И сидя перед её кроватью, он впервые в жизни заплакал. Боль его души была гораздо сильнее боли от полученных ран. Она была так невыносима, что он собирался покончить с собой, лишь бы её не чувствовать. Вырезать собственное сердце, убив себя. Но ему помешала молодая девушка, как две капли воды похожая на умершую жрицу. Это оказалась её внучка.

Три дня и три ночи они разговаривали, и только в конце этого разговора дракон стал понимать людей. Он столько сил потратил, чтобы им помогать, но при этом для всех он был чужаком, и вовсе не из-за своего происхождения. Дракона интересовал только сам дракон, а все его старания были в первую очередь проявлением эгоизма. До этого дня он и не знал, что у её возлюбленной был муж, были дети и внуки. Он вообще о ней ничего не знал, но почему-то был уверен, что это не важно. Что стоит ей увидеть его истинную суть, как она тут же его полюбит. Стоит показать, на что он способен, и та непременно станет его женой. И отправившись за плодом древа Вечности, бросая вызов своим собратьям, он не спрашивал жрицу, хотела ли она сама этого.

Финал истории оказался закономерным. Дракон полюбил вновь, но уже внучку, и эта любовь была другой. Эта любовь была жертвенной. Дракон отказался от своей божественности и бессмертия. Он прожил долгую и счастливую жизнь, дав жизнь множеству детей, которые впоследствии основали Вечную гвардию.

— Ох… — тут даже я замер, не веря в прочитанное. Я многое слышал о вечной Гвардии, сотне могучих воинов, вставших на пути катаклизма, в живых из которых осталась лишь горстка. Эту горстку ныне почитают как лордов. Да и история о глупом самодовольном драконе была знакома, но они никогда не были едины. Даже в библиотеках Рамуила ничего подобного нет. Сам факт, что где-то говорится о происхождении Вечной божественной гвардии можно считать ересью и очернением устоев. Вечная божественная Гвардия на то и вечная, что была всегда. Всегда стояла на страже. А в итоге получается, что она ведет свое начало от какого-то мелкого безымянного дракона?

Чушь какая-то…

Нет-нет, я вовсе не обожествляю лордов как большинство, скорее меня удивляет сам факт, что где-то есть упоминания происхождения Вечной божественной гвардии. Более того, Хафир дал мне этот свиток как вполне себе действенное руководство, а значит какая-то часть его правдива.

Но я малость отвлекся.

После смерти дети дракона вместе с телом его супруги похоронили его в храме горного источника. И там они обрели вечный покой.

— И всё? — нахмурился я, заметив, что история закончилась. — Горный источник непонятно где?

Я перевернул свиток, и на его обратной стороне уже менее аккуратно были написаны словно заметки к тексту истории.

“Малантэз — Маланьэрз?”

“Двуглавый пик меченосца — двурогий холм?”

И все в таком духе. Тут было очень много заметок, зарисовок, причем некоторые из них казались полным абсурдом, а другие изображали вполне конкретные места. Кто бы их не делал, но он определенно крайне серьезно воспринял эту историю и попытался понять, где находится та самая могила дракона.

На утро я отправился по магазинам в поисках хорошей карты. И вот тут пришлось попотеть, карты в основном были довольно слабыми, с минимальной детализацией, а вся область у хребтов была серой.

Потратив полдня на обход магазинов, я почти отчаялся, как вдруг мне повезло. У одного из торговцев оказалась карта орденцев, копия, но хорошая, и тут было отмечено многое, в том числе и всё, что находилось близь хребтов. Даже дороги через них, но уходившие лишь на день пути через снега. И заплатил я за эту карту десять старших спиров. Карта не стоила и двух, а орденцам скорее всего их вообще бесплатно отдавали, но пытаться раздобыть такую иными способами у меня просто не было времени, так что пришлось заплатить.

Когда вернулся домой и принялся сверяться с ней по заметкам на свитке, облегченно выдохнул, поняв, что не зря заплатил деньги. Я нашел нужные ориентиры и теперь примерно представлял, куда именно нужно идти. Но земли опасные, учитывая, что карта орденская. Тут показано, что в этих местах обычно бывает много культистов из уже знакомого мне Альянса мясников.

— Им же хуже.

Глава 26

Раз уж я определился с тем, куда мне нужно было отправляться, а именно на северо-восток от Варандера, оставалось теперь решить, как именно туда лучше отправиться. Первой моей идеей было найти караван, но прогулка в район путешественников, как тут называли места куда, приходят эти самые караваны, не дала ничего хорошего. В управлении со мной вначале вообще не захотели разговаривать, посчитав глупым ребенком, который отнимает время у важных дядь и теть. Пришлось бросить на стол пару малых спиров, чтобы меня хоть немного начали воспринимать всерьез.

Лишь звонкая монета заставила этих людей хоть как-то со мной говорить, но вскоре я понял, что зря потратил деньги. Караваны в те края действительно были, но ближайший должен был покинуть город лишь через неделю, и то, если не будет задержек. В довершение, пойдет он туда долгим маршрутом, и даже так, он не довезет меня до нужного места, и ещё дня три-четыре придется идти пешком на восток. Итого путь до тех земель займет у меня по меньшей мере месяца полтора-два, а следовательно не годится.

И что же мне остается, отправляться на своих двоих?

Видимо так.

Полет на мече практически сразу откидываю, энергия внутри Зиргула не бесконечна, и его нужно регулярно подпитывать, я вряд ли смогу преодолеть на нем много. Большую часть пути всё равно придется идти, а техника скользящего ветра мало годится для перемещений на длинные расстояния.

Мне бы раздобыть технику странствующего ветра или путеводной поступи. Первой точно владеет Мия, именно её она использовала, когда мы держали путь к её учителю, но столкнулись с возрожденным, а следовательно, она есть в Багровом возмездии. Но смогу ли я убедить учителя Мии дать её мне, да и освоение техники может занять недели, если не месяцы, а их у меня сейчас нет. Что же остается? А остаются мои демонические способности. Теперь у меня достаточно камней душ для подпитки, но выдержит ли мое тело? Если я смогу открыть правильные узлы силы, то смогу использовать кое-что из техник Палача костей…

С этими мыслями я и покинул караванщиков, отправившись домой. Теперь предстояло самое сложное: сказать родителям, что я ухожу.

* * *

Семья, разумеется, восприняла мой отъезд очень плохо. Мама причитала, что так нельзя, да и цель моего путешествия я рассказать не мог, чтобы не создавать дополнительной опасности. И в конце концов им пришлось принять то, что мне нужно уйти, и к сожалению, из-за этого прощание вышло несколько натянутым. Из положительного: госпожа Мирис дала в дорогу кое-что из своего, пожелав спокойной дороги.

Когда покидал город, Зиргул в полет не отправлял, проверки тут были лишь на входе, так что я без каких либо проблем прошел через ворота и вышел на тракт, и уже по нему продолжил свой путь, используя технику скользящего ветра, благодаря чему передвигался гораздо быстрее, чем бегом, и тратя при этом гораздо меньше сил.

По тракту я двигался чуть больше полудня, после чего свернул чуть в сторону и двинул по огромному пшеничному полю на север и ещё до заката миновал две попавшиеся на пути деревушки. Буквально пробежал через них, вызвав целую кучу эмоций у местных обитателей.

Ближе к закату начался лес, по нему и продолжил путь, но недолго, часа два. Как раз солнце успело окончательно сесть, и я остановился, решив, что пришел черед передохнуть. Костер разводить не стал, ни к чему это, просто забрался на достаточно широкую ветку и уселся на ней, погрузившись в медитацию.

Ох, как же хорошо.

По сравнению с Варандером тут духовной энергии целое море, так что я пользовался возможностью и восполнял собственные запасы, попутно размышляя о том, как быстро я доберусь до нужного места. И если я правильно оценил карту, а я правильно оценил, то мне хватит времени лишь на путь туда, а вот обратно… я не успеваю. Даже если буду бежать, что есть силы, сейчас, а затем и обратно, то всё равно опоздаю на несколько дней.

Должен же быть выход… Надеяться, что за этот месяц я поднимусь до третьего шага, открою новые узлы и значительно увеличу внутреннюю энергию, чтобы хотя бы половину пути проделать, используя Зиргул? Это слишком оптимистичный вариант.

Тогда что?

Разгадка казалась мне очень близкой, практически крутилась на границе сознания, но никак не хотела окончательно оформиться.

Ближе к рассвету я внезапно почувствовал жажду крови, заставившую меня проснуться и мгновенно выхватить меч. Вовремя, потому что ветка, на которой я сидел, с треском разлетелась в щепки.

— Ух!

На меня напала одержимая пантера, по силам примерно равная мне, тоже где-то второй шаг пути воина. Хотя, как я слышал, у одержимых зверей немного другая классификация, но я никогда особо не интересовался. Рядом с Дайвардом подобные хищники не водились, да и тут, по-хорошему, не должны были, но эта огромная кошка видимо не была осведомлена о данном факте.

Я так и не понял, как именно она уничтожила ветку, наверное какая-то звериная техника. Любопытно… Интересно, что ещё она может!

А пантера, как оказалось, могла очень даже многое. Она могла ускоряться, причем становясь на короткие моменты гораздо быстрее меня, могла взмахом когтей посылать в меня волны энергии. Последней она, скорее всего, и атаковала меня в первый раз.

Отходя, я перепрыгнул на соседнюю ветку, одновременно метнув Зиргул в пантеру, но меч вонзился в землю, а пантера, на миг исчезнув оттолкнулась, от ствола дерева и играючи взлетела на высоту в три человеческих роста, почти доставая меня.

Техника Демона Резни: Алый Покров.

Когти высекли алые искры из моей защиты, а вот сама пантера получила от меня пинок ногой, камнем полетев вниз. Дав мысленную команду мечу, я снова отправил его в цель, но снова мимо. Пантера как чувствовала и исчезла, ускользнув от клинка.

— Ну и куда ты делась? — хмыкнул я, поглядывая по сторонам.

Но удар призрачных когтей, порожденных внутренней энергией зверя, дал ответ мне на этот вопрос. Силы в атаки пантера вкладывала знатно, и этот удар едва не пробил брешь в моей броне. Всё-таки у меня маловато сейчас сил для полноценного применения Алого Покрова. Перед сном я осушил один из камней, но чувствую, что в итоге потрачу на эту схватку всё, что поглотил.

Я обрушился на пантеру сверху, используя Алые Когти, но пантера, используя ту же технику, ушла. Неприятная техника шагов… Она позволяет смещаться в пространстве, да так быстро, что я физически не успеваю по ней попасть. А значит надо её подловить.

Несмотря на неудачу в этой атаке, я тут же ринулся в новую. Увернулся от сияющих призрачных когтей, что она в меня метнула, используя технику скользящего ветра, и рубанул своими в ответ, зайдя к ней сбоку.

Почти достал, когти чиркнули ей по морде, и кажется, я даже пару усов отсек, но это царапина, а пантера ушла своей техникой шагов. А ведь я почти её глаза лишил! Пока она отвлеклась на меня, дал мысленную команду Зиргалу ударить её со спины, и вот тут дело обстояло гораздо удачнее. Видимо, у её техники был какой-то откат, вряд ли большой: десяток ударов сердца, может чуть больше, но мой клинок успел до этого, рассекая одержимому зверю бедро.

Дальше схватка пошла гораздо проще.

Раненый зверь отступил, но я ему не собирался позволять сбежать. У меня появились некоторые планы относительно его.

Зверь, сообразив, что не может со мной справиться, стал кружить меж деревьями, не позволяя мне полноценно атаковать, и дополнял это своей странной техникой сдвига в пространстве.

— Да стой ты, кошка драная! — рычал я, уже устав за ней гоняться.

Время от времени одержимый зверь посылал в меня новые порции призрачных когтей, но делал это небрежно, и увернуться не составляло труда. В конце концов я подловил его. Он ускользнул от меча, и я вонзил Алые Когти в зияющую рану, фактически лишая его одной из лап.

Ну а дальше прыжок, я перехватил Зиргул в воздухе и обрушился на пантеру сверху, вгоняя меч ей в основание черепа.

— Фух… — я высвободил оружие и, тяжело дыша, присел на траву неподалеку от туши. — Быстрая, зараза… Устал за тобой бегать…

Но за время этого самого бега у меня появились кое-какие идейки относительно того, что делать с тушкой этой кошки. Превратить её в средство передвижения. Даже в лучшие времена я не был специалистом по некромантии, хоть мои способности и лежали в той же области. Костяным палачом меня прозвали не просто так. Я активно использовал кости для своих техник, превращая их в оружие, доспехи, и чем больше врагов я сокрушал, тем больше костей мог использовать. Но все это было неживым, а тут… создать нежить… вот у Юл Эй это получилось бы легко.

— Лорды… — выругался я. — Обещал же себе не думать о ней.

Я вытащил из пространственного кольца один из камней душ и принялся поглощать его силу, одновременно с этим пробуя применить технику костяного подношения.

Вначале я стал вливать свою силу в мертвое тело, затем вклиниваться в его энергетические потоки, заставляя силу вновь течь по ним и впитываться в кости. Вначале все шло хорошо, энергия из камня проникала в меня, а затем в тело зверя. Я начал чувствовать его кости, и труп даже шевельнулся, казалось ещё чуть-чуть, и у меня всё получится, но затем техника сорвалась, да с такой силой, что мне в голову словно молотом прилетело. Мир закружился, я упал на колени в попытке остановить кровь, что фонтаном полилась из носа.

— Чтоб тебя… — выругался я и поспешно сунулся в пространственное кольцо в поисках пилюль. Раз уж тот урод не дал их мне, пришлось самому купить. Всего несколько штук, но этого должно хватить для путешествия. Но то, что придется потратить одну не из-за ран после схватки, а из-за срыва техники, которую я, казалось бы, отлично знал, раздражало. Да, мне не хватает узлов, чтобы использовать большую часть способностей, но должен же я быть в состоянии призвать хотя бы несколько костяных клинков.

Закинув пилюлю в рот, разгрыз её и сразу почувствовал, что мне стало лучше, но настроение это не улучшило.

Я вернулся к туше и принялся повторять процедуру, но медленнее и уже без желания воскресить тушу. Всё-таки, как уже сказал, даже в лучшие времена я был бездарным некромантом. Нужно хотя бы подчинить себе кости, сделать возможным их использовать для базовых техник.

Но ничего не вышло. Попытка повторить то, что я многие десятилетия делал на автомате, едва не привела к новому срыву техники.

Что-то определенно было не так, но я никак не мог понять что именно.

— У Юл Эй точно бы получилось сказать, в чем именно проблема, — вздохнул я. Ведь именно она и научила меня этой технике, именно она дала мне сильнейшее оружие в моем арсенале. Если Мирион был моим духовным учителем, тем, кто дал мне надежду и цель, то Юл Эй вложила мне в руку меч, с которым я шел к этой цели.

— Нет, Нейт… Нет-Нет-Нет-Нет… Это плохая идея. Это очень плохая идея. Она не помнит тебя… Она не знает тебя… — говорил я сам себе, отговаривая от безрассудного поступка. — Но… Я знаю её.

От одной мысли, что я могу её снова увидеть, голова шла кругом. Между нами было много, слишком много, чтобы проходить через это ещё раз. Да и страшно сказать, что она подумает, когда к ней придет семилетний ребенок. Когда мы встретились впервые, мне уже было за сотню лет, хоть я и не выглядел стариком.

И вот я стоял перед тушей зверя, разрываясь между желанием увидеть Юл Эй и страхом перед этим. И всё же… Я знал, как именно поступлю.

Глава 27

В этот раз мне пришлось постараться при создании магической схемы, благо рядом было вдоволь свежей крови, и даже не пришлось убивать куриц как раньше, лишь одну кошку-переростка. Теперь, когда схема была закончена, а камень с душой демона-привратника полностью заряжен, я мог переходить к следующему этапу — путешествию в ад, прямиком на двенадцатый виток, откуда я две сотни лет пытался сбежать.

Когда у тебя в руках душа демона-привратника, это не сложно, нужен лишь якорь и точное понимание места, куда хочешь попасть. Вот только если в мое отсутствие сюда заявится кто-нибудь из орденцев, привлеченный выплеском демонической энергии, и уничтожит созданный якорь, то я рискую снова застрять в мире демонов. Якорь выполняет роль своего рода веревки, сброшенной в яму. Пока она есть, спуститься и подняться несложно, но если её перережут, выбраться не получится. По той же системе людей и отправляли в ад, демон-привратник скидывал их в эту самую яму, дном которой был двенадцатый виток.

И да, я собирался и так туда отправиться, но все откладывал этот момент. Находил причины отложить. Меня пугала мысль о возвращении туда, ведь одна ошибка, и я снова стану рабом, и мне снова придется пройти через тысячи битв, чтобы обрести свободу. И я не был к этому готов. Ни тогда, ни сейчас.

— Пора взглянуть в лицо своим страхам, — сказал я и, держа камень с душой демона в руках, шагнул в круг.

Мир померк, я провалился в пространство между мирами. Огромное, пустое, пугающее. Я до сих пор помню, как меня тащили через него, хоть это и было две сотни лет назад.

Я падал, но при этом тут не было ветра, отчего ощущения казались ещё более странными. Словно это ты замер в пространстве, а оно смещается.

А затем было падение, причем довольно грубое. Я рухнул на каменную плиту, смачно приложившись плечом. Уж слишком близко и неожиданно от земли меня выкинуло, и я физически не успел сгруппироваться.

Кряхтя и недовольно морщась, первым делом задрал голову и скривился при виде алых небес двенадцатого витка.

— Дом, милый дом… Чтоб его…

Лишь затем я перевел взгляд на огромный город, раскинувшийся в низине плато, на котором я оказался. Специально выбрал это место, так как тут практически никого и никогда не было. Расчет оправдался, тут действительно я не заметил ни одного из демонов.

Радархарт, столица правления Рамуила. Колоссальный по размерам город, который в десяток раз превосходил по размерам Варандер, и над всем этим великолепием возвышался гигантский парящий дворец Рамуила, от которого в разные стороны тянулись гигантские цепи. Он буквально нависал над городом, давил. И его размеры были так велики, что фактически он был отдельным городом, со своими законами и порядками.

Все рабы начинали там, внизу. А наверх попадали только избранные. И мне нужно туда, но рисковать и появляться там было бы самой большой глупостью из тех, что я мог совершить. Никто кроме Рамуила не может просто перемещаться туда, и незамеченным бы это не осталось. А тут я легко затеряюсь с очередной партией рабов.

Закончив разглядывать все вокруг, я поспешил вниз, стараясь не попадаться на глаза демонам. Нужно было замаскироваться, и с целью этого я забрался в один из домов на окраине. Нашел там стандартные детские вещи, накинул сверху капюшон и маску, после чего вышел на улицу. Теперь я со стороны напоминал одного из дагенмеров, это мелкие, слабые демоны, которых все презирали и использовали как слуг. Мой хороший знакомый Экакок как раз из них, но кастой чуть повыше, что прислуживает владыкам.

Плутая по многочисленным запутанным улочкам, что больше напоминали лабиринт, я наконец вышел к рынку, правда без приключений не обошлось. Какой-то крупный демон, которому я попался на пути, едва не пнул меня, но я увернулся, чем сильно обидел переростка.

— Ах ты, мерзкий… — начал было он, попытавшись схватить, но я был слишком быстр и скрылся в толпе, оставив того с носом.

Да, так себе жизнь у дагенмеров, лишь чуть лучше, чем у рабов, но зато их много, и мне с моей комплекцией легко среди них затеряться.

Сейчас, исследуя улочки Радархарта, я в очередной раз убедился, что демоны не так уж и отличаются от людей. Они также строят дома, заводят семьи, любят, ненавидят, обманывают и помогают. Разница лишь в том, что демоны более радикальны что ли. И не любят полутонов. Если любовь, то пылкая и горячая, если ненависть, то до гроба. Ну и демоны эгоцентричны, причем все. Им не свойственна жертвенность, а забота о других заканчивается там, где начинается забота о себе. В большинстве случаев мать будет ценой жизни оберегать свое дитя, демон же при выборе себя или своего ребенка выберет себя. Можно конечно сказать, что подобные есть и среди людей, но их никак не большинство. Демоны же все такие, но вместе с этим сразу ясно, чего от них можно ожидать.

В остальном же характер демона часто можно было определить по расе, каждой из которых присущи характерные черты. Одни не боятся боли и смерти, другие трусливы и хитры. Одни сильны в магии, другие годятся только чтобы прислуживать. Все расы демонов не знал даже я, да и подвидов хватало, в конце концов они свободно скрещивались, хотя среди внутренних каст, коих тут хватало, межрасовые союзы считались чем-то омерзительным и не приветствовались.

Нужный дом найти было сложновато. Бывал я тут всего один раз, да и то мимоходом, но надеялся, что мне повезет, и искомое место найдется само собой. И видимо, Дух Спирали был сегодня со мной, потому что, поплутав по нужному району с полчаса, я наткнулся на ту самую дверь. Её я узнал по особому символу рядом с ней.

Да, это определенно нужное место.

Поднявшись по лестнице одним прыжком, требовательно постучал в дверь, надеясь, что этот жирный демон на месте. Если же нет, попробую призвать его прямо у него же дома. Впрочем, я быстро понял, что обряд проводить нет никакой необходимости.

— Да какого выродка арсаки принесло? Если это ты, Гахатот, я спущу тебя с лестницы…

Дверь распахнулась, и на пороге показался Экакок в одних поношенных трусах. Из его халупы доносился такой смачный мерзкий аромат, что будь у меня выбор, остался бы на улице.

— А ты ещё кто? — нахмурился он, увидев незнакомого дагенмера.

Вместо ответа я толкнул его в грудь ногой, одновременно выхватывая Зиргул из пространственного кольца. Экакок, никак не ожидавший такого подлого удара, покатился по полу, но стоит отдать должное этому комку жира, на ноги он вскочил почти сразу, яростно зашипел и даже, кажется, подготовил какую-то технику, а я тем временем сбросил капюшон, открывая лицо.

— ТЫ?! Что?! Но как ты… Ты же…

— И тебе привет, Экакок, давно не виделись. Несколько месяцев кажется?

— Тут нет печатей, я тебя тут прикончу! — зарычал он, но этим вызывал у меня лишь снисходительную усмешку.

— Ну вперед, попробуй, — перестал я улыбаться и окружил себя Алым Покровом Демона Резни. — Готов поспорить, что прикончу тебя быстрее, чем ты успеешь опомниться.

Экакок никогда не был глупым. Злопамятным — да, трусливым — определенно, но не глупым. Прикинул все за и против и решил, что лучше со мной не связываться. И это было правильное решение.

— Ты стал гораздо сильнее с нашей последней встречи, — зло сплюнул он себе под ноги. — Терпеть не могу таких, как ты.

— Да, я в курсе, — развеяв покров, кивнул я, Зиргул тем временем переместился к стене и встал так, чтобы в любой момент прибить демона, если тот решит что-нибудь выкинуть.

— Чего тебе нужно, человек? Как ты вообще тут оказался?

— Да так, гулял, вот и решил к тебе зайти.

— А как узнал, где я живу? — не унимался демон, но я хотя бы не ощущал от него жажды крови, а значит он отбросил идею напасть на меня.

— Ты уже должен был понять, что я знаю многое, — добавил я излишней загадочности.

— Да, тут ты прав, — скривился он и потер грудь. — А пинать-то было зачем?

— Для профилактики, да тебя и так все пинают.

— Так то те, кто выше, а ты… Ты вообще человек! Это я должен пинать тебя!

— Можешь попробовать, но тогда за сохранность твой шкурки я не ручаюсь.

— Говори уже, что тебе нужно? Ещё имена? Почти не осталось тех, что я знаю, и которых не хватятся.

— Хватит ныть. Радуйся, что я тебя не прикончил.

— Спасибо тебе, сраный добрый господин, — издевательски поклонился демон. — Может мне ещё в благодарность отдать тебе свою жену?

— Ты не женат, — рассмеялся я.

— Так мне же лучше!

— Ладно, хватит шуток, у меня не так уж много времени. Где сейчас Ютатос?

— В верхнем городе, где ж ему ещё быть?

Я кивнул.

— А Юл Эй? — это был очень важный вопрос, потому что я понятия не имел, когда именно она стала его заложницей.

— В закрытой части дворца.

— Ясно… Тогда другой вопрос: Ютатос пьет сейчас или нет?

— Тебе не повезло, он начал пить три недели назад, и пропьет так ещё несколько месяцев.

Юл Эй была дочерью Ютатоса, величайшего кузнеца двенадцатого витка. Рамуил держит Юл в заложниках, заставляя кузнеца работать, но тому разлука доставляет такую боль, что он в конечном итоге начинает пить. Раз в полгода он позволяет им увидеться, и этого времени хватает, чтобы Ютатос вновь начинал ковать, но хватает “запала” лишь на пару месяцев, и Ютатос снова спивается. И этот цикл длился много десятилетий. Мне порой казалось, что Рамуилу доставляет какое-то садистское удовольствие делать это с ним.

— Отведи меня к нему.

— К кому? К Ютатосу? Это бесполезно, человек. Ты не понимаешь, о чем говоришь. Он в нынешнем состоянии не трезвеет, вообще. Вливает в себя столько выпивки, что отключается, а когда просыпается, то снова пьет. Однажды Харакор, один из его помощников, попытался переубедить старика, так тот ему голову молотом размозжил. Он не станет никого слушать. Лишь Юл Эй может заставить его остановиться, но ты не она, так что…

— Ты отведешь меня к нему.

— Что? Ты вообще слышал, что я тебе только что сказал? Он не станет тебя слушать!

— Это ты меня не слушаешь. Я сказал, что ты отведешь меня к нему, так что завязывай ныть, напяливай штаны и идем.

— Что?! Сейчас?!

— Сейчас. Я же сказал, что у меня не так уж много времени.

* * *

Попасть в верхний город можно было двумя путями: полететь или переместиться. Но второй вариант сразу отпадал. Так могли делать только старшие демоны, ближайшие подчиненные Рамуила. А следовательно оставался лишь первый путь — полет. Но иметь крылья для него было совершенно не обязательно. Три раза в день туда отправлялся специальный корабль, выполняющий роль своеобразного подъемника.

Разумеется, пускали наверх далеко не всех, и как раз по этой причине мне нужен был Экакок. У него, как у помощника кузнеца, был допуск, хоть он сам как дагенмер не мог жить наверху. Там вообще не могли жить те, кто был слабее седьмой ступени, если переводить на степень возвышения людей.

— Экакок, кто это ещё с тобой? — остановил нас один из охранников, смерив недовольным взглядом.

— Это мой племянник, уважаемый Рорд, — раскланялся мой провожатый, и я последовал его примеру. — Хочу показать ему, как живут сильные мира сего, а заодно чтобы он помог мне убраться в кузнице. Говорят, Ютатос так напился, что заблевал весь горн, а туалет… кхм…

— Значит хочешь, чтоб этот мелкий выкормыш сделал за тебя самую грязную работу? — по своему воспринял эту историю охранник, и Экакок в ответ досадливо пожал плечами.

— Десять инферов, — и поманил рукой.

— Но уважаемый Рорд, это слишком дорого, — тут же запротестовал Экакок.

— Мне не положено пускать в город кого попало, и я свою работу выполняю, а вот ты, судя по всему, не хочешь.

— Давайте хотя бы сойдемся на пяти, молю…

— Восемь!

— Семь, так и быть.

Экакок ругаясь, недовольно шипя и всеми силами изображая злость, отдал семь монет, после чего нас пропустили. Но стоило нам зайти вглубь корабля, как он облегченно выдохнул.

— С тебя долг человек, — тут же недовольно прошипел он. — Семь инферов — это много! Очень много!

— Да, практически семь старших спиров, я в курсе, — я протянул ему в ответ семь спиров, заставив глаза демона азартно вспыхнуть. Ценность монет была примерно равнозначной только в условиях своих миров, а вот за пределами те мгновенно превращались в ценные редкости.

— Ух-ух-ух! А ещё есть?

Каждый такой спир он сможет продать раз в пять дороже, в конце концов старшие спиры хранят в себе энергию спирали, а тут её почти нет. Инферы же, соответственно, энергию демонов, и думаю, в своем мире я бы мог за демонические монеты неплохо так выручить, но нужен надежный скупщик, а вот с его поиском могли возникнуть проблемы.

— Есть, и я вполне могу обменять их один к одному.

— ПРАВДА?! — воскликнул демон, но тут же заткнул себе рот.

— Правда.

— Ты ведь понимаешь, что я продам их за сумму гораздо большую, чем семь инферов?

— Считай это деловым предложением, если ты сдержишь свою часть сделки, приведешь меня к Ютатосу и не предашь меня, то я готов на обмен. Когда я вернусь, то в следующий раз, призвав тебя, обменяю инферы на старшие спиры один к одному.

— Нет-нет-нет. Ты так можешь вообще меня не призывать.

— Хорошо, давай… — я изобразил задумчивость. — Обмен раз в месяц. Ты — имена и инферы, я тебе — спиры и может что-нибудь ещё ценное из мира людей.

— Идет! Ловлю тебя на слове, человек! Только попробуй обмануть, и я тебя прокляну!

Вот так просто я постарался себя обезопасить. Как я уже сказал, демоны эгоисты, и заботятся в первую очередь о себе. Раньше я для Экакока был проблемой, и я опасался, что он выдаст меня охранникам, а учитывая, что уровень у них гораздо выше десятой ступени, шансов в схватке у меня с ними немного. Теперь же я для него превращался в возможность заработать, и я намеревался по полной воспользоваться его жадностью.

Корабль представлял собой вытянутую платформу с бортами, на которой помещалось порядка тысячи демонов, и порой даже этого было мало, но сегодня мне везло, и та была загружена лишь чуть больше, чем на половину. Не хотелось бы ехать в тесноте.

До нас с Экаком никому не было никакого дела, хотя меня немного раздражал крутящийся вокруг “нюхач”, так обычно называли саратралов, ещё одну расу демонов, которые славились очень хорошим обонянием. Я конечно спрятал свою спиральную энергию за демонической аурой на манер того, как делал это в родных краях, но это не прятало мой запах. Если он почувствует человека, то у меня могут быть проблемы. Но на счастье, тот ходил с затычкой в носу, и даже не смотрел в мою сторону.

Подъем в общей сложности занял минут двадцать, за которые платформа поднялась в воздух и по дуге проплыла примерно половину города, после чего пристыковалась к местному причалу. Тут уже никакой проверки не было, и нас просто подгоняли, чтобы мы быстрее сошли с платформы.

Экакоку даже досталось за нерасторопность, какой-то стражник пнул его древком алебарды под зад, отчего толстый демон упал и покатился по полу. Резво поднявшись, он показал обидчику неприличный жест, после чего засеменил прочь, чтобы не огрести добавки, ну и я соответственно последовал его примеру.

И вот верхний город… Он вызывал у меня чуть меньше ненависти, чем нижний, потому что вошел я сюда уже избранным воином, доказавшим свою силу, отчего ко мне стали относиться уже не как к рабу, а скорее как к кому-то вроде Экакока, а может даже лучше.

И все же я уничтожил это место в прошлый раз, обрушил его на нижний город. По пути Экакок что-то рассказывал, но я почти не слушал, у него вообще была скверная привычка не затыкаться. Он мог поливать грязью всех вокруг, рассказывать тысячу и одну выдуманную сплетню, и в такие моменты достаточно было просто перестать его слушать, всё равно ничего важного не пропустишь.

До кузни пришлось идти прилично, и в основном потому, что она располагалась аккурат перед дворцом. Как я слышал, первая кузня была выстроена прямо внутри стен дворца Рамуила, но грохот молота так раздражал местных обитателей, что они убедили господина выдворить Ютатоса за пределы стен.

— Вот она, мастерская, — с ноткой гордости высказался Экакок, проводя меня к крупному зданию, половину которого занимал исполинский горн. Но сейчас тут царила тишина, прерываемая лишь время от времени разносившимся по пустой кузнице рыком. Я уже и забыл, как громко храпит Ютатос, аж пол вибрирует.

Внутри царил относительный порядок, горн был потушен, а инструменты висели на своих местах.

— Он… — начал было Экакок шепотом, но я жестом его остановил.

— Да, я в курсе, — и уверенным шагом направился ко внутренним помещениям. И вот там порядком уже и не пахло. Комнатушка кузнеца была небольшой и скудно обставленной лишь самым необходимым, и прямо сейчас она больше напоминала помойку. Сотни пустых бутылок, гниющие объедки и храпящий на грязной постели посреди этого великолепия Ютатос.

Кузнец внешне был похож на человека, разве что по росту был выше, чем среднестатистические люди, на пару голов, и шире в плечах. На лбу красовались два небольших матово-черных рога, что лишь на самом конце немного закруглялись назад. В остальном же, если убрать рога и изменить цвет глаз, он бы даже во внешних витках сошел бы за человека.

— Вы тут не убираетесь? — бросил я сердитый взгляд на мелкого демона.

— Он запрещает заходить к себе в комнату, — опасливо прошептал мне Экакок, стоя в проходе. Заходить в спальню кузнеца он побаивался.

Покачав головой, я забрался в свое пространственное кольцо и нашел там одну из заранее припасенных пилюль. Знал, что скорее всего увижу Ютатоса в таком виде.

— Что ты делаешь?.. — испуганно зашипел мой коротышка, видя, как я запрыгнул на постель к кузнеца и, зажав ему нос, заставил открыть рот, после чего протолкнул туда пилюлю.

Реакция пошла не сразу, прошла пара минут, прежде чем демон открыл глаза и злобно уставился на меня.

— Ты ещё кто?! — зарычал он, вскакивая на ноги, да с такой скоростью, что я не успел уйти. Он буквально поймал меня в воздухе и, ухватив за горло, поднял над землей.

— Стой, Ютатос! — И в моей руке возник Зиргул.

Разумеется, кузнец узнал свою работу, и его глаза буквально налились кровью от ярости.

— Так вот кто украл этот меч! Назови хоть одну причину, чтобы не сломать тебе шею, вор!

— Я могу вытащить твою дочь.

На миг его лицо дрогнуло, а затем он швырнул меня в стену неподалеку от двери. Сделал это небрежно, но у нас с ним была слишком большая разница в силах. Чудо, что ничего не сломал при этом. Уровень силы Ютатоса был скорее всего даже выше, чем у той твари, что отправила меня за статуэткой к могиле дракона.

Подняться было тяжело, и даже пришлось закинуть себе в рот одну из целебных пилюль. Быстро они уходят, чтоб его…

Поднявшись, я стащил с головы маскировку, открыв ему свое лицо.

— Что? Человеческий ребенок? Это какая-то шутка? — зарычал он и потянулся к своему кузнечному молоту, что лежал возле кровати. Я бросил короткий взгляд на дверь, но от Экакока и след простыл. Он не захотел попадаться под горячую руку кузнеца. — Кто просил тебя это сказать? Говори, и тогда я лишь раздроблю тебе руки, а не голову.

— Никто, и я действительно могу спасти твою дочь из рук Рамуила.

— Ну хорошо, мальчик, прощай, — сказал демон, сделал два шага до меня и размахнулся молотом, обрушивая его мне на голову.

— Мар Эй, Идущая за бурей.

Молот остановился на расстоянии двух пальцев от моей головы, и я чудом смог удержаться на ногах из-за порыва ветра, разметавшего мусор в комнате.

— Что ты сказал?

— Мар Эй, Идущая за бурей, это имя твоей покойной жены, матери Юл.

Ютатос отступил, опустив молот, и посмотрел на меня такими глазами, словно увидел призрака.

— Никто не знает её истинное имя. Кроме меня и Юл Эй. Она тебе его сказала?

— Да.

— Кто ты такой? — нахмурился он.

— Человек, который может её спасти.

— Хватит, — он рухнул на кровать, роняя молот. — Рамуил её не отпустит. Я пробовал её вызволить, а теперь…

— А теперь ты тут, я знаю, — кивнул я. Ютатос был прикован к мастерской. Он не мог её покинуть при всем желании. Рамуил вытащил кусок души кузнеца и вложил его в горн, навсегда приковав того к мастерской. — Никто не может вытащить её оттуда.

— Даже с этим? — я вытащил из пространственного кольца камень души демона-привратника.

— Откуда он у тебя?!

— Убил одного.

— Ты убил демона-привратника?! Да не смеши меня! Они слабы и поэтому никогда не появляются в нашем мире! Они являются лишь по велению правителей Витков.

— Или лордов. Я был одним из тех, кого приговорили, кто должен был оказаться среди рабов и умирать на потеху Рамуила, но я прикончил демона и забрал его душу.

Ещё до того, как я бросил ему вызов, во времена, когда Юл Эй учила меня костяной магии, я изучал все, что было связано с демонами-привратниками. Их силами, особенностями, и не побоюсь этого слова, я был одним из самых знающих о них воинов. Даже магическая схема, благодаря которой демона выбросило в наш мир, было моим изобретением. Проблема лишь в том, что эти знания в прошлой жизни мне так и не пригодились, так как демона привратника Рамуил при мне так и не прислал. Даже на то злополучное сражение с чемпионом тринадцатого витка я отправлялся иным способом. И кто бы мог подумать, что они пригодятся мне в этой жизни.

— Если бы это было так просто, то любой желающий мог бы прыгать по виткам.

— Верно. Знаешь, как говорят, знание — сила, а у меня очень много знаний. И большая часть заслуги в этом твоей дочери.

Он почти минуту смотрел на меня, ничего не говоря, и всё это время я просто ждал. Ждал, когда он обдумает услышанное и будет открыт к диалогу.

— Что ты предлагаешь?

— Как ты видишь, у меня есть камень души демона-привратника, и я хочу, чтобы ты превратил его в артефакт. Кольцо, на манер пространственного кольца, что поможет мне без проблем пересекать миры.

— Ты слишком многого от меня хочешь, щенок, — огрызнулся Ютатос. — Я конечно мастер-оружейник, и способен создавать вещи вроде этого меча, но то, что ты просишь, это артефакт уровня правителей или лордов. Для такого нужна….

— Вот, — я достал из кольца свиток и бросил кузнецу. Тот открыл его, и лицо Ютатоса вытянулось в изумлении.

— Это…

— Схема, да.

На свитке была сложнейшая магическая схема с вписанными символами, которую воплотить в артефакте мог лишь настоящий мастер. Именно таким был Ютатос в лучшие годы.

— Откуда она у тебя?

— Сам нарисовал, — пожал я плечами. Это была абсолютная правда. Это была одна из вещей, что я сделал за последнее время, квинтэссенция исследований демонов-привратников, воплощенная артефакт. Я готовился и планировал прийти к Ютатосу с ней, но через пару десятков лет. Не раньше, чем смогу чувствовать себя уверенно в этом месте. А сейчас меня вполне способен забить палками любой местный охранник. Уж слишком высок тут уровень сил. Что же до схемы, то её ценность была просто запредельной. За неё бы не то что миллионы старших спиров отдали, а скорее уж небесных спиров, которых во внешних витках было практически не найти, но продавать я её не собирался по вполне понятным причинам. — Сможешь его сделать?

— Не уверен… Оно слишком… сложное. Требуется подготовка, время…

— У меня нет времени, извини. Оно нужно срочно.

Ютатос оторвался от изучения схемы и злобно посмотрел на меня. Мне даже на миг показалось, что он в порыве злости её разорвет, и я даже пожалел, что не сделал копию на этот случай.

— Я могу попробовать.

— Не попробовать, а сделать. Ты должен будешь приложить все силы, всё свое мастерство. Будет всего одна попытка.

На самом деле у меня был ещё один камень, ещё от первого демона, но поврежденный, и я опасался использовать его для артефакта. Чудо что он вообще сохранился до сегодняшних дней.

— Не дерзи мне, — прорычал Ютатос. — Прежде чем что-то требовать, скажи о Юл Эй.

— Как я и сказал, я смогу её спасти. Смогу вытащить во внешние витки.

— В мир людей? Спятил? Её там прикончат!

— Кто способен это делать? У неё уровень Демонического предвестника, — что примерно равнялось шестой ступени. Она лишь немногим слабее Ютатоса в плане силы, но гораздо более искусна в техниках. — Это не внутренние витки, и там в худшем случае она может столкнуться с мастером десятой ступени или воином первого шага девятой. Для неё это ничто.

— Могут прислать ищущих.

— Могут, но вряд ли. В конце концов, я знаю Юл Эй, и она, несмотря на специфику силы, не кровожадна, она не станет убивать людей и сеять смерть вокруг. А с её внешностью скрываться среди людей будет не так уж и сложно. Достаточно спрятать рога и ауру.

— Она не сможет там подпитываться, — не унимался он.

— Мы найдем выход. Это не важно. Я предлагаю тебе вытащить её из этого места, вытащить из лап Рамуила и дать свободу.

— Но тогда я больше не смогу её увидеть… — произнес демон и опустил голову. Он даже выронил свиток, отчего тот упал к его ногам.

Да, они не смогут больше увидится, по крайней мере пока я не достигну того же уровня сил, какими обладал в прошлом. Достаточного, чтобы вновь явиться сюда и прикончить Рамуила, снова.

— Прости, но для тебя я ничего не могу сделать, по крайней мере пока.

Вытащить Ютатоса во внешние витки невозможно. Он был намертво привязан к горну, и попытка вытащить его убьет кузнеца. Буквально разорвет его душу надвое.

— Я его сделаю, — устало вздохнул демон. — Но я сразу хочу прояснить пару вещей, человек. Я тебе верю лишь потому, что ты назвал истинное имя моей жены. Юл Эй не стала бы говорить его абы кому, и лишь поэтому берусь за эту работу. Но знай, если обманешь, если причинишь ей боль, то этот горн меня не остановит. Я найду тебя, даже если это будет стоить мне души. Я буду ковать оружие, лучшее оружие на двенадцатом витке, лишь для того, чтобы тебя прикончить.

Он не блефовал, я это видел.

— Я последний в этом и других мирах, кто желал бы зла Юл Эй. Я слишком многим ей обязан.

По глазам читалось, что ему интересно, что может связывать пленницу Рамуила и человеческого ребенка, но задал он другой вопрос.

— Даже с этой вещью, как ты её вытащишь? Тебе не попасть во дворец.

— Этого и не нужно, я знаю её истинное имя, и это позволит вытянуть её туда, — я указал наверх. — Я уже проделывал это с Экакоком.

— Рамуил этого так просто не оставит. Она слишком ценна для него.

— Плевать. Я знаю, что ему не так-то просто отправлять туда кого-либо, да и лорды не позволят, чтобы он отправлял во внешние витки сильных демонов. Ищущие придут за ними.

— Даже если так, силенок-то у тебя хватит? Чтобы призвать демона с помощью истинного имени, тебе нужно быть с ним примерно на одном уровне.

— Либо иметь камень души со схожей силой, — согласился я.

— У тебя есть камень души демона её уровня?

— Нет, но я что-нибудь придумаю. — у меня был хороший запас камней, и если я соберу его в одну единую схему союза сил, то теоретически этого должно хватить. При наличии готового артефакта, разумеется. Рассчитывать на успех, используя только камень с душой демона-привратника не приходилось. — Но мне так или иначе для этого потребуется кольцо.

Глава 28

Стук молота о наковальню всегда меня успокаивал, было в нем что-то мелодичное. И эта ритмичность, с которой Ютатос ковал, не мешала моей медитации, а напротив способствовала ей. Я буквально подстраивался под ритмичный звон, заставляя энергию в меридианах течь под него.

Так продолжалось уже два дня, и пока кузнец выполнял свою часть работы, я укреплял себя. Энергии в мире демонов было много, так что я медитировал, закаляя собственное тело и превращая его в оружие.

— Гра-а-а-ар! — внезапно зарычал кузнец, заставив меня открыть глаза. В угол, к остальным, полетела ещё одна неудачная заготовка. Перед тем, как приступить к делу по-настоящему, он решил попробовать сделать шаблон, без камня души. Это была бы бесполезная безделушка, но зато он смог бы отработать схему, что я нарисовал. — Я не могу.

— У тебя получится, — спокойно сказал я ему и поднялся, тут же занявшись разминкой затекшего тела.

— Нет, ты не понимаешь, Я НЕ МОГУ. Вообще! Никак! Я не смогу вместить эту схему в кольцо!

Тут уже пришел черед мне нахмуриться.

— Мои руки не те, что прежде, — покачал кузнец головой. — Слишком тонкие линии, слишком глубокая схема. Если у меня и получится, то лишь случайно, если Дух Спирали будет благосклонен!

— Но без него я не вытащу Юл, ты же понимаешь?

— Знаю! Знаю… У меня есть одна мысль. Почему именно кольцо? Почему нельзя сделать другую форму?

— Другую? — я задумался. Никогда о таком не думал. Кольцо — это самая удобная из тех, что пришли мне на ум. Плюс я уже изначально включил в него структуру пространственного кольца. — Например? Меч или что-то такое не годится. Амулет… Возможно, но не слишком практично, да и…

— Браслет, — кузнец обхватил свое запястье пальцами. — То же кольцо, только больше.

— А замок? Конструкция не предполагает стыков и подвижных частей.

— Заложу в основу эманитовый сплав с подвижным основанием и привязкой на владельца. Оно будет расширяться или сужаться по твоей воле.

— Это может сработать, — заинтересовался я.

— Плюс это избавит тебя от проблемы с ростом. Я так понимаю, ты же не навсегда останешься ребенком? Я и с кольцом так планировал, так что разница будет только в размере.

— Хорошо, пусть будет браслет. Тогда может…

— Сделать в нем гнезда под камни? — догадался демон.

— Да.

— Сам об этом думал. Так ты сможешь оперировать силой гораздо большей, чем владеешь, или сможешь прямо во время боя дозаряжаться через артефакт.

— Сразу видно мастера, всё предусмотрел, — улыбнулся я, а кузнец тем временем вернулся к работе, приступив к созданию новой заготовки. Я уже хотел вновь погрузиться в медитацию, как он мне кое-что сказал.

— Скажи ей, что я погиб.

— Что?

— Юл, когда спасешь её, скажи, что я погиб. Она помогает Рамуилу из-за меня, а я кую клинки его воинам из-за неё. Это замкнутый круг, из которого есть только один выход. Если ты спасешь её, она все равно захочет вернуться, чтобы помочь мне, и вновь окажется в ловушке. Нет… Я не хочу такой участи своей дочери. Она должна стать свободной, так что, когда призовешь её во внешние витки, скажи, что я мертв. Скажи, что я выковал этот артефакт для тебя, но Рамуил узнал, и убил меня за это.

С этими словами он стянул с пальца кольцо и бросил его мне.

— Это будет доказательством, если она не поверит.

— Хорошо, если ты так этого желаешь, — кивнул я, убирая вещицу.

И вот передо мной живое доказательство того, что всегда есть исключения. Демон, что ставит жизнь дочери превыше собственной, да и она такая же, если подумать. У Ютатоса тяжелый, вздорный характер, но одного не отнять: дочь он любит намного сильнее, чем самого себя.

— Кто ты вообще такой? — спросил кузнец раздувая горн. — Человеческий ребенок, знающий мою дочь и при этом утверждающий, что сделал схему артефакта, которая даже для меня выглядит невероятно сложной. Мне доводилось слышать о древних старцах в верхних витках, что выглядят молодо, но ты…

— Я могу рассказать, но ты всё равно не поверишь, — улыбнулся я.

— А ты попробуй, я многое видовал на своем веку.

— Я тот, кто убил Рамуила.

От услышанного кузнец издал забавный звук похожий на утиное кряканье, а затем и вовсе рассмеялся.

— Ну да, если ты его убил, то кто же нынче правит? — не смог сдержать издевательской нотки Ютатос.

— Рамуил, которого я ещё не убил, — пожал я плечами. — Я был рабом, одним из тех, кто дерется на арене, погибает и возрождается раз за разом. Две сотни лет я был пленником, как твоя дочь, но в какой-то момент смог накопить достаточно сил, чтобы бросить вызов Рамуилу, и убил его.

— Хорошая фантазия, — хмыкнул демон, не отвлекаясь от работы.

Я не видел причин скрывать свое происхождение, по крайней мере от Ютатоса. Не сказать, что мы с ним были друзьями в прошлой жизни, но нас связывала Юл. Да и вряд ли об этом узнают те твари, что угрожают моей семье.

— Это не фантазия. Ты ведь слышал о сфере Вечности?

Кузнец сбился с привычного ритма и бросил на меня хмурый взгляд.

— Значит слышал.

— Мне интереснее откуда ты слышал о ней.

— От Юл.

— Ну да, ну да…

— Но я не слышал, а держал её в руках. Мне явился Дух Спирали, и кстати, это она, а не он, по крайней мере именно в женском обличии я его видел. Она сказала, что может исполнить мое желание, и я попросил… много чего попросил. Я хотел всего. Вернуться назад, увидеть родителей, вернуть тех, кого потерял… И она исполнила это, правда своеобразно. Я вернулся назад, в свое тело за неделю до того, как попал сюда, и использовал свои знания, чтобы моя жизнь стала иной. Ну а дальше, я думаю, ты и сам догадываешься.

— Занимательная история, — хмыкнул кузнец. — Но ты же не думаешь, что я и впрямь в неё поверю? Чтоб Дух Спирали одарила подобным простого человека… Да и Дух Спирали это миф, это сила, что струится по виткам, но никак не человек.

— Считай как хочешь. Ты просил рассказать, я рассказал, а уж верить или нет — твое дело.

— Рассказал бы тогда хоть что-нибудь из того, что могу знать только я.

— Только ты? Мы были не настолько близки, — виновато пожал я плечами. — Знаю, что ты любишь ромарский грог, с четырнадцатого витка. Хоть пил ты его всего один раз в жизни, когда познакомился с Мар Эй. Ты частенько о нем спрашивал, но вряд ли говорил кому-то ещё о том, что…

И тут я понял, что попал в самую точку. Лицо кузнеца в этот момент вытянулось, и вдобавок он уронил свой молот, что предательски упал тому прямо на ногу.

Тут уже я рассмеялся, видя его ругающегося и кроющего всех демонов нижних витков проклятьями.

И в этот момент в дверь постучали, причем весьма настойчиво. Мы с Ютатосом переглянулись, и он уже хотел было грозно рыкнуть на внезапного гостя, но его опередил гость.

— Открывай, Ютатос, твой господин пришел.

Тут у меня по спине пробежали мурашки. Сангранир, правая рука Рамуила, владелец Пожирателя Душ! Только этого ещё не хватало.

Кузнец бросил на меня испуганный взгляд, а я тем временем рванул к свитку со схемой. Нельзя чтобы её кто-нибудь увидел. Хотел было забрать и неудавшиеся заготовки для кольца, но не успел. Сангранир видимо устал ждать и просто вынес дверь ногой, отчего вся кузня вздрогнула, а я тем временем что есть силы метнулся в жилые помещения и затих.

— И какого хрена это сейчас было? — возмутился Ютатос.

— Ты оглох, кузнец, господин пожаловал, а ты не открываешь дверь.

Сангранир был высоким и статным, с серой, покрытой чешуей кожей и немного напоминал ящерицу. И Пожиратель Душ как всегда был при нем, висел за спиной, источая убийственную ауру.

А следом вошел Рамуил. Он был той же расы, что и Ютатос, и выглядел как молодой красивый юноша чуть за двадцать. В дорогом алом плаще, с собранными в хвост черными как смоль волосами. Улыбчив и обаятелен, а его речами можно заслушаться, но если бы меня попросили назвать самого мерзкого и омерзительного демона, я бы назвал его имя.

— Спокойнее, Сан, — сказал хозяин двенадцатого витка. — Ты же видишь, что наш дорогой Ютатос работает.

— Верно, я работаю, — подтвердил кузнец. — И не люблю, когда меня отвлекают. Что вам нужно?

— Что вам нужно, господин, — тут же поправил его Сангранир.

— Что вам нужно, господин? — скривился, но все же выдавил из себя Ютатос.

— Мне нужно, чтобы ты выковал для меня одну вещицу, ничего сложного, но вначале ответь, почему ты работаешь? Мне казалось, что сейчас ты должен пить.

Вот как! Не “пьешь”, а именно “должен пить”, ведь именно этого хотел Рамуил. Чтоб один из величайших кузнецов страдал. И не удивлюсь, если необходимость сделать вещь — просто предлог, чтобы узнать, с чего это вдруг кузнец вернулся к работе.

— Я захотел сделать подарок для дочери, — ответил он. — Мне приснилось кольцо, и вот теперь я пытаюсь его выковать.

— Подарок, значит…

— Тут есть кто-то ещё? — внезапно спросил Сангранир, положив руку на меч. Почувствовал мою жажду крови, ярость на Рамуила? Возможно… У этого урода всегда было хорошее чутье.

Я использовал пространственное кольцо и быстро выхватил оттуда маскировку, а уже через несколько секунд выскочил в основной зал как дагенмер и тут же замер, наткнувшись на взгляд Рамуила. Меня буквально пригвоздило его мощью. Лорды… Да он способен сейчас меня прикончить одной лишь аурой. Выпустит её, и меня раздавит как таракана.

Пришлось пересилить себя и выдавить.

— Г-господин Ютатос, я закончил с чисткой туалета…

— Это твой слуга? — нахмурился Сангранир. — А как же тот жирдяй?

— Экакок не ожидал, что я так скоро вернусь к работе, прислал племянника вместо себя.

— Ленивый кусок дерьма, — прошипел Сангранир. — Надо будет ему что-нибудь отрезать.

— Вещица, — напомнил Ютатос. — Так что вы хотите чтобы я сделал, господин?

И всё, про меня сразу все забыли, даже не смотрели, и я, пользуясь моментом, поспешил убраться с глаз долой. Я не боялся, что меня узнают, в конце концов они меня и не помнили, а вот почувствовать энергию спирали внутри меня, даже закрытую техникой Истинного Равновесия Силы, кто-то уровня Рамуила вполне мог. Так что чем меньше внимания, тем лучше.

К счастью, долго прятаться мне не пришлось. Оставив схему артефакта, Рамуил и его правая рука оставили кузницу, а мы с Ютатосом выдохнули с облегчением.

— И что ему понадобилось? — спросил я.

— Вот это, — кузнец развернул передо мной схему, и я сразу узнал, что на ней.

— Лорды… — выругался я.

— Ты знаешь, что это? — догадался кузнец.

— Да, то же, что и твой горн.

Ютатос округлил глаза и с неверием посмотрел на меня.

— Для кого?

— Сам догадайся.

— Юл?

Я кивнул.

Чтобы она не сбежала, Рамуил вырвал кусок её души и заключил в маленький медальон, который носил на шее. С помощью него он в любой момент мог её найти и держать при себе. Но это, как мне казалось, должно было случиться гораздо-гораздо позже. Когда она попыталась убить Рамуила, но потерпела неудачу. До этого момента он верил, что сможет подчинить её без принуждения, но после ему оставалось лишь привязать её к себе таким способом.

— Ублюдок, — прорычал Ютатос. — И он просит, чтобы я сделал кандалы для собственной дочери…

— В этом весь он, — кивнул я. — Но главное, что они ещё не созданы, и он не привязывал её к себе.

— А если бы привязал? Как бы ты её вытащил?

— Возможно так же. Её привязка — это медальон, маленький и подвижный предмет. Велика вероятность, что призови я её, то амулет притянулся бы следом.

— А со мной так не получилось бы… — старый кузнец с некоторой жалостью глянул на горн. Та штука была огромной, и некоторые его части уходили на десяток метров под землю. Чисто теоретически, будь я хотя бы на уровне Сангранира, то смог бы такое провернуть, но уж точно не сейчас, ведь чем больше объект, тем сложнее его перемещать между витками.

— Да, не получилось бы. Но Дух Спирали нам благоволит, — улыбнулся я. — Я спасу Юл Эй раньше, чем Рамуил её подчинит.

Глава 29

Когда кузнец приступил к работе я, едва мог унять мандраж. Если он ошибется, то я могу и не вернуться назад. Не был уверен, что треснувший камень с душой демона выдержит мой перенос, а тот, который я использовал, сейчас плавился в горне, смешиваясь с раскаленным жидким металлом.

Работа шла долго, так что я вновь постарался успокоиться с помощью медитации, но если раньше стук молота меня успокаивал, то сейчас напротив вызывал некоторую тревогу. Казалось, что после каждого удара я услышу полный разочарования рык кузнеца, но пока всё было нормально. По крайней мере он не прерывал работу.

Всего у Ютатоса на браслет ушло порядка двенадцати часов, после чего он уставший положил его на стол передо мной.

— Ну вот я и закончил, ребенок, убивший Рамуила, — криво усмехнулся демон.

Я чуть помедлил, не сразу взял браслет, да и Ютатос поспешил напомнить.

— Привязка.

— Ах, точно.

Дальше нужно было сделать примерно то же самое, что я в свое время проделал с Зиргулом. Ничего сложного, тем более все подготавливал сам Ютатос.

И вот наконец браслет был у меня в руках. Вид у него совсем не впечатлял — простое металлическое кольцо с парой выемок под камни. Ютатос мог бы сделать его дорогим украшением, но я был против. Он не должен был привлекать внимания. А так выглядит как обычное украшение бедняка.

Я взял за края браслета, влил в него немного энергии и потянул в разные стороны, растягивая его, затем одел на руку и надавил, уменьшая. Система работала просто замечательно, но тут главное, чтобы он выполнял функции, заложены в схеме.

— Ну что, парень, я свою часть работы сделал, а теперь твой черед.

— Я её спасу.

Он кивнул.

И вот мы стоим, смотрим друг на друга. Блин, это вышло даже как-то немного неловко. Видимо он думал, что я сразу уйду, а я посчитал это невежливым, хоть в мои планы задерживаться и впрямь не входило.

— Думаю, тебе пора, — сказал он.

— Действительно, я и так задержался тут гораздо дольше, чем планировал, — согласился я. Мне хотелось многое сказать кузнецу, о будущем, но какой в этом смысл? Этого не будет, если Рамуил лишится и меня, и Юл. — Надеюсь, мы ещё встретимся, Ютатос.

— А я надеюсь, что нет. Прощай, мальчик, убивший Рамуила.

— Прощай.

С новым артефактом у меня на запястье вернуться было несложно, правда я не стал рисковать и вначале спустился на подъемнике в нижний город, а уже оттуда собирался отправиться к месту, где появился, но в последний момент передумал. Миновал пяток густонаселенных грязных кварталов и вышел к той части, где содержались рабы.

Есть места, откуда демоны могли поглазеть на тренировки рабов, а заодно бросить в них тухлую еду. И вот к одному из таких я и прошел, взглянул вниз и увидел, как рабы учатся сражаться. Издалека я вглядывался в их лица, пытаясь узнать хоть кого-нибудь, но нет. Они выглядели знакомо, но и только. Слишком давно это было, слишком мал я был, чтобы запомнить их.

Странное это ощущение, смотреть на них и знать, что должен быть там. Жалость к ним, сожаление и щепотку… радости. Мне было стыдно за это чувство, но ничего не мог с этим поделать. Я радовался, что избежал этой судьбы в этой жизни.

Хотел бы я им сказать: “Подождите. Я вернусь и освобожу вас”. Но это бессмысленно. Я не наберу нужную силу быстро, а раз я никого из них не знаю, значит они потеряли себя и были принесены в жертву раньше, чем Мирион основал Армию Небесной Надежды. Именно тогда мне перестало быть плевать на окружающих, и я стал видеть в них товарищей.

Но придет день, и я вернусь сюда, Рамуил. Вернусь за твой головой. Снова.

* * *

И вот я вновь вижу голубое небо. В этот момент я не сдержался и облегченно выдохнул, всё-таки легкая нервозность от присутствия на двенадцатом витке у меня оставалась. Страх, что в любой момент всё может пойти не так, что Ютатос сломает камень души, что случится ещё какое-нибудь дерьмо, и я там застряну. Но нет, я вернулся. Снова вижу родное небо, вдыхаю свежий аромат леса и просто наслаждаюсь свободой.

Первым делом огляделся и досадливо поморщился. От трупа зверя мало что осталось. Его буквально растерзала местная живность и растащила по норам. Вот тебе и слуга-нежить…

Ладно, неважно, теперь у меня есть пространственный артефакт, и это открывает передо мной огромные возможности.

Первым делом я поставил на земле метку. Всего я мог сделать таких десять штук и совершенно спокойно между ними перемещаться. И именно благодаря ей я и планировал значительно сократить обратный путь. Мне достаточно будет добраться до храма, забрать ту несчастную статуэтку, а затем воспользоваться браслетом и оказаться тут, всего в паре дней от Варандера.

Что же до Юл Эй, то я не решился прямо сейчас использовать браслет и попытаться призвать её. Причин было две. Первая: на меня тут напали, и на запах крови сюда вполне могло стянуться зверье со всей округи. Трупа уже считай и не было, но это совсем не значит, что они все разошлись по домам. Вторая же причина в том, что я уже сделал один прорыв тут, и вполне мог потревожить какой-нибудь сигнализирующий артефакт. Так что будет лучше, если я совершу обряд гораздо дальше, ближе к хребтам, тогда если кто и будет идти по следу, то могут решить, что я пытаюсь скрыться, и не станут преследовать, сочтя это бессмысленным.

Так что, не став медлить, я поспешил прочь и бежал не останавливаясь больше полудня. Лишь после этого дал себе короткий отдых на перекус, затем продолжил путь.

И так я бежал ещё дней пять. На третий мне по пути попалась деревня, но её я благоразумно обошел по широкой дуге и продолжил свое путешествие дальше. Призвать Юл Эй я решился ещё через три дня.

Прямо с утра, хорошенько выспавшись, я отправился на охоту, поймал несколько кроликов. Одного разделал и зажарил мясо, а вот кровь второго послужила основой будущей схемы призыва. Эта схема была гораздо сложнее, чем у Экакока, но в некоторых аспектах и проще. Например, я даже не пытался выставить какой-либо барьер. Юл его просто сметёт, если захочет. Бессмысленная трата сил. Так что я занимался исключительно схемой призыва, но вытащить Юл — это не вытащить Экакока, она слишком сильна, и мне нужно было добавить к схем призыва ещё и схему сбора энергии, источником которой будут камни душ демонов. Мне больше нравилось делать подобное на камне, нет опасения, что земля нарушит целостность конструкции, но приходилось рисковать. Но я предвидел это, и особые “проблемные” части усиливал с помощью краски и алых лент. В конце концов, мне не нужно было, чтобы схема была целиком и полностью из крови, достаточно чтобы Символы были из неё, а в краске присутствовало достаточное количество металла, пропитанного духовной энергией.

Дальше я установил камни в подготовленные лузы, причем использовал наверное больше половины из того, что у меня было. Благодаря браслету я мог больше не сильно переживать, что останусь без энергии, просто отправлюсь на двенадцатый виток для медитации.

— Вроде всё… — сделал я глубокий вдох и ещё раз бегло прошелся по конструкции. Нельзя было допустить ошибок.

Я присел перед основным управляющим контуром и вписал в него истинное имя Юл.

“Юл Эй, Говорящая с Мертвыми”.

— Лишь бы получилось.

Я приступил, влил свою демоническую энергию в управляющий контур и стал планомерно распределять её по всей, схеме, равномерно подключая к ней кристаллы с душами. Один за другим.

Вместе с этим погрузился в медитацию, буквально слился разумом со схемой, следя, чтобы всё работало нормально. Это было сложно, но у меня хватало опыта, так что вроде всё шло неплохо. Концентрация энергии росла, а вместе с ней и давление на меня. Дышать становилось труднее, пот тек рекой, виски словно тисками сдавило, но я не останавливался.

Ещё немного…

Ещё чуть-чуть…

Камни вспыхивали один за другим, теряя форму и прямо на глазах превращаясь в пыль. Так и должно было быть. Ух…

Всё-таки Юл Эй не какой-то второсортный демон, даже по меркам двенадцатого витка она сильна, не чета никому из нижнего города, а я слишком слаб, чтобы вытягивать кого-то. Наверное, я выглядел как ребенок, что пытается поднять на гору каменного гиганта весом в сотню человек.

Вспышка и удар. Меня выплеском энергии отбросило в сторону, а земля на месте конструкции буквально взорвалась, а через миг меня осыпало земляным дождем.

Закашлявшись, поднялся на ноги и отряхнулся, замечая впереди женскую фигуру.

— Юл? — осторожно позвал я её, чувствуя, как сдавливает горло.

Это действительно была она.

Красивая девушка с бледной кожей, темными, как ночь, раскосыми глазами и длинными черными волосами. Из её лба выходило два небольших черных рога, тянущихся к небесам, точно такие же, как у отца, а сама Говорящая с мертвыми была облачена в изящное легкое светлое ханьфу. Воплощение изящества.

Сейчас девушка-демон, задрав голову, смотрела в небеса, слегка приоткрыв рот. Казалось, что она не могла отвести взгляд от этой бесконечной синевы.

“Я сдержал обещание, показал тебе небо”, — чуть не сорвалось с моих уст, но я сдержался.

Юл Эй хотела увидеть наше голубое небо, это было её заветной мечтой с момента, когда я рассказал ей об этом. Большинство демонов, что не бывали на верхних витках, думает, что оно алое, как внизу.

Я сделал шаг ей навстречу, и под ногой хрустнула ветка, так неудачно попавшая под сапог. И лишь это привлекло её внимание. Девушка оторвала взгляд от неба, и мы встретились глазами. Она удивлена. Ну ещё бы, а я… Я просто расплылся в теплой улыбке и произнес:

— Привет, Юл.

Content

Возвращение демонического мастера
Книга 1

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29