Берил Керибар

Хранительница света

Beril Kehribar

Schattenthron: Bringerin des Lichts

© 2022 by CARLSEN Verlag GmbH, Hamburg, Germany

First published in Germany under the title SCHATTENTHRON: BRINGERIN DES LICHTS All rights reserved

Cover design © M.D. Hirt; formlabor

© Шомникова Д., перевод на русский язык, 2023

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2024

Мелинде и Эле.

Спасибо за то, что позволяли мне читать вам мои истории, когда мы были детьми.

Сейчас вы можете читать их сами, а я невероятно горжусь тем, какими прекрасными женщинами вы стали.

Плейлист

«Decode» – Paramore

«Shadows» – Sabrina Carpenter

«Bad Dream» – Ruelle

«You» – The Pretty Reckless

«Demons» – Imagine Dragons

«Fear on Fire» – Ruelle

«еverything i wanted» – Billie Eilish

«Last Goodbye» – The Hot Damns (feat. Smokey Jones)

«Lovers Death» – Ursine Vulpine, Annaca

«Diminuendo» – Lawless (feat. Britt Warner)

«My Demons» – Starset

«Phoenix» – League of Legends, Cailin Russo, Chrissy Costanza

«Without You» – Ursine Vulpine, Annaca

«Empires» – Ruelle

«Warriors» – League of Legends, 2WEI, Edda Hayes

«Winter’s Song» – Tommee Profitt (feat. Fleurie)

«Goodbye» – Ramsey, Arcane, League of Legends

«Heroes Never Die» – UNSECRET, Krigarè

Глава 1

Каая

– Ариан, нет, пожалуйста, не надо! – Каая изо всех сил пыталась оттолкнуть от себя своего друга. Но ей не удавалось; она была слишком потрясена кошмаром, который так неожиданно обрушился на нее. Внутри нарастал ужас, пока Ариан вонзал зубы все глубже в изгиб шеи, пытаясь пить из нее. Пить ее кровь.

– Ариан… – Что происходит? Почему он это делает? Горячие слезы жгли глаза и, наконец, неумолимо потекли по щекам. С трудом подавив рыдание, Каая снова толкнула нависшее над ней тяжелое тело. Напрасно.

Еще несколько мгновений назад ее сердце трепетало от волнения, потому что она наконец-то вернула Ариана. Потому что они стали ближе… А теперь оно пульсировало от страха.

В то же время на нее нахлынула усталость. Свинцовая тяжесть, грозившая унести ее с собой в пропасть, пока кровь, такая теплая и влажная, катилась по ее шее, пропитывая кушетку под ней.

– Ариан, пожалуйста, – прошептала Каая.

Чавкающий звук внезапно прекратился, и Ариан поднял голову. Ее кровь выделялась на белоснежной коже и капала с острых клыков на Кааю.

Кап.

Смесь неверия и желания отражалась в чертах его лица.

Кап.

Глубокие черные глаза, похожие на осколки темного льда.

Кап.

– Ариан? – Сердце Кааи продолжало панически колотиться о грудную клетку, заставляя ее голос дрожать.

В конце концов, наконец-то, она смогла до него достучаться. Лед растаял, его взгляд смягчился, а хватка вокруг запястий Кааи ослабла.

– Каая… – он произнес ее имя так осторожно, будто боялся напугать.

Как только обманчивая надежда начала расползаться по конечностям Кааи, дверь в амбар распахнулась.

– Все в порядке? Я слышала… – Ориана внезапно замолчала, осознав, что происходит у нее перед глазами. Она застыла в дверном проеме как вкопанная.

Но прежде чем Каая успела среагировать, Ариан навис над ней. Она подняла голову и с ужасом заметила, как его лицо в мгновение ока исказилось и превратилось в жуткую гримасу. Ничто в нем больше не напоминало того ласкового и дерзкого парня, каким он был до нападения Пертеаса.

С пугающим спокойствием он повернулся к своей тете:

– Исчезни. – Холод в его голосе пробирал до костей.

Ориана проигнорировала его приказ и, вырвавшись из оцепенения, подошла на шаг ближе, отчего Ариан сердито зашипел. Каая вздрогнула, осознавая, что он сидит на ней и защищает, как свое сокровище. Нет. Как свою добычу.

– Ариан, прошу, – тихо произнесла эльфийка. – Ты не хочешь этого. Слезь с нее. Иди ко мне.

Ариан с наслаждением облизнул губы, вечность пялился на свою тетю… а затем действительно встал с кушетки.

– Ориана, не надо! Беги! – выкрикнула Каая, но уже было слишком поздно.

Одним мощным прыжком Ариан достиг эльфийки, сбив ту с ног.

– Ариан, что… – начала она, но, увидев блеск его острых клыков, замолчала.

– Ориана, – прохрипела Каая. – Мы должны его остановить. – Она с трудом приподнялась на локти, но тут ее руки дрогнули.

Эльфийка в то же мгновение отреагировала. Она высвободила одну руку из хватки Ариана и прижала ее к земле. Каая заметила, как ее глаза приобрели цвет зеленого леса, и через секунду амбар затрясся. Из земли вырвались корни, обвиваясь вокруг шеи и туловища Ариана. Тяжело дыша, Ориана выползла из-под него, и Ариан протестующе зашипел.

– О боже, – прошептала Каая. Она пыталась справиться с овладевшим ее ужасом, когда к ней подбежала Ориана.

– Ты в порядке? – Эльфийка скользнула взглядом по кушетке, покрытой темно-алыми пятнами. – Ты потеряла много крови. Позволь мне помочь. – Она коснулась лица Кааи, тихо бормоча какие-то слова.

Из ее ладоней вырвался зеленый свет, и темные пятна начали медленно исчезать из поля зрения Кааи. Магия земли не шла ни в какое сравнение с магией крови, с помощью которой можно было лечить раны за считаные секунды, но она заставила Кааю чувствовать себя намного лучше и сильнее. Ей бы хотелось, чтобы это тепло никогда не заканчивалось, но тут она заметила за спиной эльфийки какое-то движение.

– Ориана, осторожно! – испуганно закричала Каая.

Видимо, когда эльфийка переключила свое внимание с Ариана на нее, ему удалось освободиться от корней. Он выпрямился и теперь смотрел сверкающими темными глазами то на Кааю, то на Ориану. Он тяжело дышал, не двигался. Пока что.

– Огонь его задержит! – громко сказала Каая. Она вспомнила слова Илиаса о том, что огонь – самая большая слабость умбр.

Умбры.

Это была первая пришедшая ей в голову мысль. Потому что Пертеас, правитель Туманности, специализировался на краже душ людей: он превращал их в жаждущих крови демонов теней, которые ему подчинялись. Маг душ, вероятно, что-то сделал с душой Ариана. Подверг ее каким-то манипуляциям, подготовил ее к тому, что должно было последовать. К обращению.

В амбаре становилось все жарче и жарче, пока Ориана создавала огненное кольцо вокруг себя и Кааи, чтобы держать Ариана на расстоянии. Это и правда помогло. Ариан отпрянул и ударился спиной о стену.

– Что я наделал? – прошептал он.

С бешено колотящимся сердцем Каая посмотрела на него. Он что, снова стал самим собой?

– Ариан. – Она спешно поправила соскользнувшую с плеча блузку и слезла с кушетки. Стоило ей встать на ноги, и комната будто закружилась перед глазами. Магия земли не была магией крови. Пытаясь справиться с головокружением, она краем глаза заметила несущегося к ней Ариана. Но огонь… Разве он не причинит ему вреда? Каая не хотела, чтобы ему было больно.

– Нет! – услышала она крик Орианы, которая, очевидно, испугалась его возможных действий.

Но Ариан не стал нападать. Вместо этого он перескочил через пламя и обхватил ее тело руками, не позволяя ей упасть.

– Поймал, – прошептал он ей на ухо.

Затем все вокруг почернело.

Илиас

Пожалуйста, будь осторожен.

Она смотрела на него с тревогой в глазах медового цвета, разрушая все запреты. Илиас вздрогнул, вспоминая, как он схватил Кааю за руку. Как он поцеловал ее. Почти поцеловал. Она дрожала под его прикосновением. Его имя на ее губах, ее кожа под его пальцами.

Он тихо вздохнул.

– О чем думаешь? – Голос Киана вырвал его из раздумий.

Лицо Кааи медленно поблекло, заставляя Илиаса вернуться в реальный мир. Утренний туман рассеялся, но воздух по-прежнему был прохладным. Они нашли небольшую поляну в ольховом лесу и устроили привал. Теперь, когда солнце горело высоко в небе, они рисковали быть обнаруженными. Эльфы теней в Эсерии. Илиас все еще не мог поверить, что правда находится здесь. Сбежал из мира-тюрьмы, в которой существовали только тьма и тени. В которую им теперь предстояло вернуться, чтобы забрать тело Неа. Неа… Что-то внутри него болезненно сжалось при мысли о его второй половинке.

Перспектива вновь ступить в разлом между мирами не улучшала ситуацию и пробуждала в нем противоречивые чувства. Он неохотно оставлял позади солнце, свет и, самое главное, Кааю. Но единственное, что имело значение, – это доставить тело Неа в безопасное место, даже если ради этого ему придется столкнуться со своим отцом. Человеком, который пытался убить Неа. Она умерла, потому что Пертеас был властолюбивым, бессовестным ублюдком.

Он ударил кулаком по земле.

– О том, как убить отца.

– С радостью помогу. – В красных глазах Киана отражалась жажда убийства.

Как и Илиас, его лучший друг был потрясен тем, чем Пертеас занимался на протяжении многих лет втайне ото всех. Десятки невинных эльфов пожертвовали жизнями, чтобы король обладал неисчерпаемым источником магии. И все ради того, чтобы воплотить в жизнь абсолютно безумную идею об армии демонов теней. Армии, которая могла бы подчинить эльфов света и захватить Эсерию. Но они вовремя положили конец его экспериментам. Кузница Пертеаса была разрушена. Король, к сожалению, все еще находился где-то там: он пережил смертельную атаку Кааи.

Каая…

Илиас откинул голову на ствол дерева, к которому прижимался спиной, чтобы отдохнуть.

– А о чем ты думаешь на самом деле? – продолжил расспрашивать Киан.

Илиас вздохнул, а затем улыбнулся уголками рта.

– Ты слишком хорошо меня знаешь.

– Мы же выросли вместе. Каким бы я был другом, если бы не знал тебя хорошо? К тому же у тебя сейчас особое выражение лица.

– Это какое? – Приподняв бровь, Илиас вопросительно посмотрел на друга.

– Неа. – Киан пожал плечами и закончил мысль: – Каждый раз, когда ты думаешь о ней, у тебя такое… особенное выражение лица.

Сердце Илиаса на мгновение остановилось. Он не думал о Неа. Не напрямую, по крайней мере.

– Илиас, поговори со мной.

– Предположим, она не захочет возвращаться в свое тело. Что тогда? – Наконец-то он произнес это вслух. Вопрос, который мучил его с тех пор, как они узнали, что душа Неа не погибла, а застряла в Каае.

Киан положил руку ему на плечо.

– Илиас, – осторожно начал он, – несколько дней назад ты думал, что она мертва. Ушла навсегда. Но она еще здесь, понимаешь?

Да, он понимал. Неа все еще была здесь. Не погибла, не исчезла. Была здесь. Живая. Эта мысль наполнила его грудь теплом, грозившим захлестнуть его с головой.

– Конечно, – спустя некоторое время ответил Илиас. То, как она выглядела, не имело значения. Не имело значения и то, любила она его или нет. Все это было неважно, даже если в глубине души причиняло ему боль. – Мы все равно должны забрать ее тело оттуда. Не хочу, чтобы она оставалась с ним.

Киан сжал руки в кулаки.

– Я и подумать не мог, что он способен на такое. Никогда.

Илиас рассказал своему другу о том, что произошло в кузнице душ. Пертеас напал на него – на своего собственного сына. И поскольку твердо верил в то, что убьет и его, и Кааю, он признался в том, что сделал семь лет назад.

«Ты не знаешь, кем она была, верно? Ее звали Неа Уларен. Она была дочерью Эльдана. Настоящей наследницей престола нашей империи. – Пертеас выплюнул ее имя прямо ему под ноги. – Она бы стала самой могущественной эльфийкой Туманности. И потребовала бы свой трон назад, а меня бы осудили как захватчика престола. Я убил ее. У меня не было другого выбора».

Илиас покачал головой.

– А я мог, – хрипло ответил он. – Он одержим властью.

– И местью.

Илиас шумно выдохнул.

– Удивительно, что это раньше не пришло мне в голову. Как я мог позволить ему создавать демонов за моей спиной? Как я мог быть таким слепцом?

– Он был и остается твоим отцом, Илиас. Он никогда не давал тебе поводов в чем-то его подозревать. Главное, что теперь мы знаем правду. Потому что у нас еще есть шанс предотвратить войну.

– Его личную вендетту, ты имеешь в виду. – Илиас фыркнул. – Поверить не могу, что это для него важнее, чем тысячи жизней эльфов. – И хотя кузница и колодец душ были разрушены, бесчисленное множество умбр продолжали подчиняться Пертеасу. Вероятно, он снова найдет эльфов, чьи сущности сможет использовать, чтобы укрепить свои позиции.

– Не стоит недооценивать того, у кого уязвлена гордость. Точно не такого, как Пертеас. Будучи учеником Эльдана, он слишком долго оставался в его тени. В конце концов, после изгнания в Туманность эльфы теней почитали Эльдана, словно он был каким-то божеством.

Илиас подумал о своем отце.

– Трудно принять другого бога, если считаешь себя таковым.

– Боюсь, маги душ получают это представление с молоком матери. Они ведь вот-вот вымрут. Конечно, это заставляет их чувствовать себя особенными.

Слова Киана произвели нужный эффект. Да, магов душ выследили и практически уничтожили другие маги. Поскольку их магия существовала в любых формах, они были настолько сильны, что время от времени впадали в безумие и становились угрозой для всех. Немногие оставшиеся в живых маги душ знали о своей силе и мудро ее использовали – последним из таких был его отец. Хотя он уже не был последним…

– Неа не была такой, – возразил он.

– Она даже не подозревала о своих способностях. – Киан похлопал его по плечу.

Илиас кивнул и прикрыл глаза, желая немного насладиться тишиной, прежде чем они снова отправятся в путь. Он глубоко вдохнул воздух Эсерии, заполняя легкие. Даже кислород здесь казался другим.

– Ну что, идем дальше? – в какой-то момент спросил Киан, протягивая ему руку.

Илиас схватил ее и подтянулся, но как только встал на ноги, едва не потерял равновесие. Боль пронзила его, и он застонал.

– Что случилось? – Голос Киана звучал встревоженно.

– Не знаю. – Он схватился за грудь. – Что-то не так.

Дрожащими пальцами Илиас расстегнул рубашку.

– Там ничего нет, – отметил друг.

Илиас посмотрел на себя, пощупал свой торс.

– Что-то с сердцем, – выдохнул он, чувствуя, как страх охватывает конечности. Боль казалась вполне осязаемой, но он все равно не мог определить причину.

Киан огляделся, но поблизости не обнаружилось никого, кто мог бы их атаковать. Ни одного мага крови, кроме него. А болезней у эльфов не бывает. Их тела к ним невосприимчивы.

– Стало лучше?

Сначала Илиас покачал головой, но затем осознание ударило его, будто кулаком в живот, лишив возможности дышать.

– Каая!

Киан осмотрелся, словно пытался ее где-то найти.

– Нет, – выдохнул Илиас. – С ней что-то случилось.

Как будто в подтверждение его слов, боль в теле постепенно утихла. Илиас, не раздумывая, бросился к своей лошади и перекинул ногу через круп. Через несколько секунд он схватил поводья и посмотрел на Киана.

– Я должен вернуться.

– Но что… Ты уверен?

– Да, я должен пойти к ней.

– Я пойду с тобой, – ответил его друг, тоже пытаясь залезть на коня.

– Нет, Киан. Один из нас должен вернуться домой и убедиться, что с ее телом ничего не случилось.

С телом Неа.

Киан потер лоб, лихорадочно размышляя. Но думать тут было не о чем. Илиасу нужно срочно вернуться к Каае, и кто-то должен забрать Неа до того, как его отец узнает, что она все еще жива… Каким-то образом.

В Каае.

– Береги себя, слышишь? – Киан понимал, что у него нет выбора.

Илиас кивнул.

– И ты тоже, друг мой. – С этими словами он двинулся в путь.

Под стрекот сверчков его конь мчался как белая молния между деревьями ольхового леса с такой уверенностью, будто всю жизнь бегал по этим тропкам. Он перенес Илиаса через ручей и, когда они углубились в самое сердце леса, пробирался сквозь труднодоступные места. Земля здесь была покрыта мхом, который заглушал тяжелые шаги коня так, что Илиас слышал все звуки в округе. Он слышал беззаботные трели птиц и шуршание мелких животных в кустах. Даже в кронах деревьев над ним что-то двигалось. Принц пытался сосредоточиться на этом и не поддаваться беспокойству, царившему у него внутри и затуманившему разум. В другом случае переживания о Каае лишат его рассудка.

Что с ней случилось?

Почему его грудь больше не болит?

У нее снова все хорошо?

Надо быстрее добраться до нее.

Быстрее, быстрее, быстрее.

Глава 2

Каая

Темнота вокруг нее окрасилась в темно-красный. Тишину разорвал крик, пронзивший ее насквозь.

«Мне уже снился этот сон», – промелькнуло в голове. – В озере, когда я чуть не утонула. Ариан был там…»

Постепенно над ней вырисовывался силуэт, и в этот раз он стал четче. «Это не Ариан». Длинные темные волосы ниспадали на его плечи, а глаза сияли словно сапфиры. Когда сознание начало куда-то ускользать, именно его голос избавил ее от страха. В ее грудь полилась любовь. Бесконечная, безусловная любовь. «Мне очень жаль», – попыталась сказать она. – Мне так жаль…»

Темнота рассеялась, и Каая, распахнув глаза, втянула ртом воздух. Еще до того, как догадалась, что находится в гостевой комнате Орианы, она поняла, что за воспоминания видела. Они преследовали ее всю жизнь, сколько она себя помнит. С тех пор как она научилась думать. С тех пор как пережила кровавую чуму и проснулась совершенно новым человеком. С тех пор как душа Неа завладела ею. Это были последние воспоминания Неа. Ее воспоминания о смерти.

Каае стало жарко. Невыносимо жарко. Она отбросила одеяло в сторону и увидела, что ее блузка была слегка расстегнута и соскользнула с плеч. Воспоминания разом нахлынули на нее, и ей стало плохо. «А если это был просто кошмар?» Она нерешительно потянулась к шее. К месту, где ее ранил он. Ариан…

Ничего. Она посмотрела на свои пальцы. И хотя в комнату почти не проникал дневной свет, Каая знала, что там не было крови.

«Кошмар, – подумала она, почти испытав эйфорию. – Глупый кошмар». Она заплела волосы в косу, наслаждаясь прохладным воздухом, ласкавшим ее шею. Поспешно застегнула пуговицы на блузке. А когда тошнота медленно отступила, Каая поднялась с кровати. Спустя мгновение постучали в дверь.

– Да? – прочистив горло, нерешительно отозвалась она. Ее голос звучал хрипло.

В дверную щель просунулась копна рыжих волос.

– Ты проснулась, – заметила Ориана с теплой улыбкой. – Как ты себя чувствуешь?

– Как долго я спала? – вопросом на вопрос ответила Каая.

Эльфийка вошла в комнату и прикрыла за собой дверь.

– Всего несколько часов. Но тебе это было нужно.

Каая тяжело сглотнула, и ее дыхание участилось. Она не осмеливалась произнести вслух слова, обжигавшие ее язык.

– Что произошло?

Ориана отвела глаза всего на долю секунды, но этого хватило, чтобы Каая все поняла. Осознание правды просочилось в сердце, и ее живот сжался от неприятного чувства.

– Каая…

– Он укусил меня. Ариан, – прошептала Каая.

Ориана осторожно кивнула.

– Да.

Каая отступила на шаг, затем еще на один. Почувствовав, как край кровати уперся ей в колено, она опустилась на матрас.

– Где он? Как он?

– Исчез.

Ее слова поразили Кааю, точно удар в живот.

– Ты позволила ему уйти в таком состоянии?

– Когда он отошел, я… я занялась твоим здоровьем. Луана позаботилась о твоей ране. Мы не обратили внимания, а он… Он выглядел растерянным, смущенным. Не сказав ни слова, выбежал из дома. Но Арон ищет его.

Последние слова Каая уже почти не слышала. Ее мысли кружились. Как все могло пойти не так? Что они упустили из виду? Неужели ритуал был проведен неправильно? В какой момент все сломалось? В конце концов, она просто хотела, чтобы Ариан был рядом… На щеках вспыхнул жар, когда она вспомнила, как забралась к нему на колени. Как он прижал ее к себе, а потом поцеловал… За последние три года она так часто думала о том, какими на вкус будут его губы… Тепло начало растекаться по венам, пока Ориана не коснулась ее руки.

– Каая?

– Извини, что ты сказала?

Эльфийка села рядом с ней.

– Есть кое-что, что я должна тебе рассказать.

Каая нахмурилась и в замешательстве посмотрела на нее.

– Я обещаю, это не меняет моих чувств к Ариану и к тебе. – Ориана заглянула ей в глаза, и Каая не могла не кивнуть.

– Помнишь, ты спрашивала, можем ли мы взять для ритуала мою кровь?

Прошло мгновение, еще одно. В ушах Кааи звенело.

«Ариан и я, мы… Мы не прямые родственники».

«Это сложно, Каая. У нас сейчас нет времени на объяснения».

Она совсем забыла о том разговоре. Его вытеснил хаос, о котором приходилось думать в первую очередь.

– Кто ты?

– Я не сестра его биологического отца. Я его вторая половинка.

В ее ушах гудел шум. Оглушительный шум.

Когда Каая снова почувствовала руку Орианы на своей, она вскочила с кровати.

– Ты лгала нам? – Каая тяжело дышала, всеми силами пытаясь сохранить самообладание. Значит, Ориана всегда знала, где находится отец Ариана? Она все это время жила с ним? И выдавала себя за его тетю?

– Каая, это ничего не меняет, честное слово…

– Ты это уже говорила! – воскликнула она, отворачиваясь. – Почему я должна тебе поверить? Я теперь не могу верить ни единому твоему слову! – Каая расстроенно провела рукой по волосам. – Почему? – переспросила она, когда Ориана ничего не ответила. – Почему вы держали это в секрете?

– Все не так просто, – прошептала эльфийка.

– Это ты тоже говорила. – Каая снова повернулась и при виде Орианы, полностью погрузившейся в свои мысли, почувствовала укол в сердце.

– Феродан изменял мне с матерью Ариана.

Каая задержала дыхание.

– Он не хотел, чтобы момент его слабости, как он выразился, перевернул с ног на голову нашу жизнь. Не хотел смотреть на Ариана и вспоминать о том, как он поступил… со мной.

– Для мужа своей матери он был тем же самым, – прошептала Каая. – Напоминанием о ее обмане. Он каждый день говорил Ариану об этом.

И хотя Ариан оставил эти переживания далеко позади, – и снова мог смеяться, – в его душе остались шрамы.

– Знаю. – Боль отразилась на бронзовом лице Орианы. – Поэтому я и решила с ним общаться. Хотела, чтобы эти двое сблизились… со временем. Но…

– Но что?

– Может, им стоит познакомиться друг с другом сейчас.

Каая посмотрела на нее, ничего не понимая.

– К чему ты клонишь, Ориана?

– Ты сказала, что огонь его сдерживает. Как будто он… – Голос эльфийки оборвался, и она подняла на Кааю полные слез глаза.

– Но он его не сдержал. Ариан прошел сквозь огонь. – Каая старалась говорить как можно спокойнее, чтобы не задеть Ориану и, возможно, саму себя, но внутри бушевала буря. Ариан не был… не мог…

– Если он превращается в умбру, Феродан должен с ним увидеться.

Пока не стало слишком поздно… Невысказанные слова повисли в воздухе между ними. Каая боролась с зарождающимся страхом, пыталась цепляться за маленькую надежду, что они ошибаются. Надежду, что Ариан не станет демоном, лишенным чувств и совести и движимым одним лишь желанием убивать.

– Я просто хочу сказать, что, возможно, ему станет лучше, когда он увидит отца. Может, это как-то заземлит его. Вернет к нам, – прервала ее сумбурные мысли Ориана.

– А что, если это оттолкнет его еще дальше? – задыхаясь, прошептала Каая.

– Если случится то, о чем мы думаем… Мы все равно ничего не сможем для него сделать.

Эти слова устремились в сердце Кааи как ножи. Охотничьи ножи, чьи зубчики вонзались в нее, перерезая артерию за артерией, убивая ее мучительно медленно.

– Как только Арон с Арианом вернутся, я отправлюсь на побережье. Феродан находится там в торговом путешествии. Мне надо с ним поговорить. Он в любом случае почувствует через нашу связь, что что-то не так. И… – В глазах Орианы мелькнуло нечто похожее на проблеск надежды. – Может быть, на обратном пути мы сможем навестить Мираэль и побольше узнать о состоянии Ариана.

Каая машинально кивнула. На большее она была неспособна. Она упорно смотрела в одну точку на полу, будто таким образом могла помешать остальному миру вокруг нее рушиться. Земля под ее ногами оставалась на месте. Никуда не подевалась.

Щелчок закрывшейся двери вырвал ее из оцепенения. Ориана ушла, и Каая осталась одна. Наедине со своими мыслями. Она прижала кулак ко рту с такой силой, что стало больно. Но это был единственный способ сдержать рвавшиеся из груди рыдания. Она заперла их глубоко внутри, как и слезы, в которых вот-вот норовила утонуть. Если она сдержит их, значит, все будет в порядке. Как будто ничего не случилось. Все будет хорошо, все будет хорошо. Она сейчас пойдет к остальным и поговорит с Луаной. Скажет что-нибудь очень глупое, а Луана прочитает ей нотации. Вернутся Арон и Ариан, и они все вместе посмеются над этим. Но сначала Каае нужно выбраться из этого перегретого и душного помещения.

Только взявшись за дверную ручку, она услышала голоса с первого этажа и на мгновение остановилась. Ее пульс участился, когда отдельные обрывки фраз начали долетать до ее ушей:

– Тебя вообще не должно быть здесь! – Луана.

– Пусть сначала скажет, чего хочет. – Ориана.

– Я просто хочу убедиться, что она в порядке, не более! – Илиас.

Илиас!

«У каждой души есть вторая половинка, отражение ее самой. И независимо от того, как далеко находятся две души… они всегда найдут путь к друг другу».

Ее сердце подскочило к горлу. Что он здесь делает? Внезапно раздался шум, да такой громкий, что она едва расслышала, что он сказал.

– Мне нужно к Каае. Немедленно. Сейчас.

От удивления она отшатнулась от двери, а на лестнице уже раздавались шаги.

– Она слаба, Илиас! С ней все хорошо, но ей нужно поправиться. Пожалуйста, подож…

– Нет, – ответил он Луане и спустя секунду открыл дверь.

И вот он стоял перед ней. Его грудь тяжело поднималась и опускалась, на лице отражалось беспокойство. Он хмурился, сжав свои обычно полные губы в тонкую линию. Кроме того, на нем по-прежнему была черная рубашка с золотой вышивкой. В тот момент Каая также заметила, что эта рубашка ему невероятно идет, но это было совершенно излишне.

Илиас взглядом нашел Кааю в углу маленькой комнаты и осмотрел ее сверху донизу.

– Ты в порядке, – выдохнул он. – Или нет?

Она едва понимала, что он говорит. Как он здесь оказался? Они с Кианом ведь отправились в путь еще до рассвета. После Кальтеннеста к разлому…

«Ты можешь вернуться в свое тело».

В тело Неа. После того как ее душа укрылась в теле Кааи…

Илиас закрыл за собой дверь и сделал шаг в ее сторону.

– Каая, что случилось?

События последних недель разом обрушились на нее и прорвали последнюю плотину. Из ее горла вырвался громкий всхлип, и она бросилась Илиасу на шею. Он на мгновение застыл, а затем осторожно обнял ее дрожащее тело. Не говоря ни слова, положил руку ей на затылок, чтобы крепче прижать к себе. Она цеплялась за него до тех пор, пока рыдания не стихли, а потом подняла глаза.

– Он укусил меня. – Ее голос был хриплым от слез. Илиас еще сильнее нахмурил брови. – Ариан, – добавила Каая, догадавшись, что он не понимает ее.

– Что-что он сделал? – На лице Илиаса отразилось неверие. Он приложил ладони к ее щекам и изучил ее лицо, шею, декольте.

«Почему здесь так чертовски жарко?»

Она отстранилась от него и опустилась на кровать.

– Луана вылечила меня.

– Вы его воскресили? Ритуал сработал?

– Да. И нет. Не так, как мы рассчитывали.

Не сказав ни слова, Илиас сел рядом.

– Когда он проснулся, он был… другим. Но не сразу. Сначала он выглядел усталым, потом мы поговорили и… мы… Он поцеловал меня. Мою шею и… не только. Сначала там был только его язык, но…

– Каая. – Ее имя сорвалось с его губ тихим рычанием. – Ты уходишь от темы.

Жар разлился по ее щекам.

– Извини.

Рукой, которой только что цеплялся за простынь, он коснулся Кааи.

– Он укусил тебя?

– Да. И он пил кровь.

– Твою кровь?

Она кивнула.

– Как…

– Умбра, – закончил Илиас за нее.

Каая снова кивнула, после чего потрясла головой, чтобы избавиться от этой мысли. Все будет хорошо. Все будет хорошо.

– Почему ты здесь? – Но голос прозвучал как зловещий хрип.

– Мы уже были на пути к разлому миров, когда я почувствовал, что что-то случилось. – В его глазах виднелась боль. – Я почувствовал, что тебе плохо. Вероятно, дело в нашем союзе. – Взгляд помрачнел. – Мне пришлось вернуться, чтобы проверить тебя. Я должен был убедиться, что с тобой все в порядке.

Ей не хотелось думать о том, что все это значило.

– А Киан? Он поехал… к ней?

Илиас напрягся.

– Да. Если мой отец узнает, он пойдет на все, лишь бы уничтожить твое тело.

Тело Неа…

– И ты хочешь это предотвратить. – Сорвавшиеся с ее губ слова были горькими на вкус.

– Я хочу, чтобы ты больше никогда не чувствовала боли.

Каая с трудом сглотнула, но неприятный вкус во рту никак не хотел исчезать.

– То, что Ариан сделал с тобой… Как только я найду его…

– Нет, – перебила она и инстинктивно схватила его за руку. – Он не хотел причинять мне боли. – Только когда произнесла это вслух, Каая поняла, как сильно в это верила. В конце концов, это был ее Ариан… Воспоминания об их поцелуе обрушились на нее. Она поспешно отдернула руку, будто обожглась о кожу Илиаса.

– И тем не менее он представляет для тебя опасность. – Если его и ранило то, что Каая так резко отдернула руку, он не подал виду.

– Это нельзя отменить? Эту… трансформацию?

– Я так не думаю. – Он поставил локти на колени и закрыл лицо ладонями. – Ты должна пойти со мной.

Она непонимающе посмотрела на него. Пойти с ним? То есть в Туманность? Чтобы стать Неа?

– Зачем? – Голос прозвучал холоднее, чем ей хотелось, и это, по-видимому, поразило Илиаса в самое сердце. Его взгляд был полон печали, пока он смотрел на нее.

– Чтобы защитить тебя, Каая.

Каая. Не Неа. Она закрыла глаза.

– Неужели ты думаешь, что я позволю, чтобы с тобой что-то случилось? Разве я могу тебя снова потерять?

Ей казалось или его голос становился все ближе и ближе? Ее сердце билось о ребра, дыхание участилось. Она не решалась открыть глаза, даже когда почувствовала его совсем рядом.

– Скучать по тебе последние две тысячи шестьсот пятьдесят шесть дней было самым трудным, что мне когда-либо доводилось переживать. – Он нежно взял ее за подбородок и провел большим пальцем по нижней губе. По ее телу побежали мурашки, лишая ее возможности ответить. – Да, я хочу поцеловать тебя, – прошептал Илиас, и его горячее дыхание коснулось ее лица. – Но я не стану этого делать.

Опасливо открыв глаза, Каая встретилась с его нежным взглядом.

– Почему нет?

Она что, произнесла это вслух? Уголки его губ очень медленно дернулись вверх. Да, она произнесла это вслух.

– Потому что я хочу, чтобы тебе этого тоже хотелось.

«Я хочу», – едва не ответила она, но промолчала. Неужели она в самом деле этого хотела? Или думала так лишь потому, что ее душа тянется к нему? А если это было так… сможет ли она противиться этому союзу в долгосрочной перспективе?

– Именно это я и имею в виду, – произнес Илиас, заправляя ей за ухо одну из выбившихся каштановых прядей. – Я хочу, чтобы тебе хотелось этого. Здесь, внутри. – Он положил руку на ее бешено бьющееся сердце.

– Можно ли читать мысли с помощью союза душ? – спросила она, тяжело дыша. И хотя он уже был не так близко, как несколько секунд назад, в воздухе еще висело напряжение.

Улыбка Илиаса стала шире, и он покачал головой.

– Нет, но я полагаю, все это сбивает тебя с толку. Меня тоже. – Он так и не убрал руку. Жар ощущался огнем, пылающим глубоко внутри нее, готовым поглотить ее вместе с кожей и волосами. Его прикосновение лишь сильнее разожгло пламя внутри.

– Тогда… – начала она, – как думаешь, чувствовал бы ты то же самое, не будь я… ей?

Илиас не успел ответить. Дверь с громким скрипом распахнулась, заставив их отпрянуть друг от друга. Луана стояла в дверном проеме и смотрела на них.

– Не хочу вас беспокоить, – сказала она, приподняв брови, – но Ариан с Ароном скоро вернутся.

– Где они были? – поинтересовался Илиас.

– Ариан убежал после того, как потерял контроль, и Арон последовал за ним. А мне тем временем пришлось ухаживать за раненой. Но, как я погляжу, – добавила эльфийка, бросив взгляд на Кааю, – тебе уже лучше.

– Д-да, спасибо.

– Вы собираетесь оставаться здесь, наверху?

Каая покачала головой.

– Нет, мне нужно поговорить с Арианом.

– Я бы не стал этого делать, – вмешался Илиас. Он вскочил на ноги и встал перед ней. – Он может снова причинить тебе боль.

Каая тяжело сглотнула. Как бы ей хотелось сказать, что она знает, как себя защитить. Но как долго она сможет продержаться с одним мечом, если перед ней предстанет демон? От этой мысли ее горло сжалось.

– Луана могла бы…

– Я тоже буду присутствовать, – перебил ее Илиас. – Пожалуйста.

– Чем бы вы тут ни занимались, – произнесла Луана, – пора закругляться. Они уже здесь. – Не успела она закончить предложение, как Каая услышала, что внизу открылась дверь.

Глава 3

Несколькими часами ранее

Ариан

– Поймал, – прошептал он Каае на ухо. Увидев, что она падает, Ариан бросился к ней, чтобы подхватить ее. Чтобы защитить. Как делал всегда.

Всегда, пока…

Он крепко обхватил руками ее изящное слабеющее тело. Его взгляд невольно опустился на ее губы. Он поцеловал ее… потом… Ее глаза были закрыты, мокрые волосы прилипли к лицу. Мокрые от пота и…

Все звуки вокруг него стихли. Тишина. Кроме…

Ее сердца. Он услышал его. Услышал, как сердце Кааи качает кровь по венам. Биение было слабым. Таким слабым…

Потому что…

Он почувствовал металлический привкус во рту. Вкус затуманил его чувства.

Кровь…

К ее сердцебиению теперь присоединился еще один звук. Шум. Он услышал, как его собственная кровь шумит в ушах. Так громко. Боль пронзила его челюсть.

«Нет», – пронеслось в его голове. – Только не это».

Из его десен торчали острые клыки.

– Нет! – выкрикнул он. Если снова выпьет ее крови, она… – Нет!

Ариан поспешно отпустил Кааю, отчего она упала на землю. Ориана что-то кричала ему, но он ничего не слышал. Он должен был убраться отсюда. Как можно скорее увеличить дистанцию между собой и Кааей. В противном случае он… он…

«Нет».

Ни минуты больше не раздумывая, Ариан развернулся и выбежал из амбара. Свежий, прохладный воздух ударил ему в лицо, но он не остановился. Не останавливался до тех пор, пока не исчез среди сотен деревьев, окружавших хижину Орианы на холме.

Он несколько раз вытер лицо, пытаясь избавиться от крови Кааи, а затем ударил кулаком по одному из древесных стволов.

– Черт возьми! – Его тяжелое дыхание было единственным звуком в тихом лесу. Он снова и снова бил по дереву, пока кожа на костяшках пальцев не треснула и не начала кровоточить. Из его горла вырвался отчаянный крик, и он рухнул на колени.

Что с ним было не так? Откуда взялась эта неутолимая жажда? Как он мог причинить ей боль? Каае. Девушке, которая значила для него больше всего на свете… Он все еще чувствовал ее мягкие губы на своих. Как долго он ждал этого поцелуя? И все же у него во рту остался неприятный привкус. Ее кровь на его языке. Это сводило с ума. Он обезумел от желания, от чувства вины и страха. Ариан гортанно застонал, снова поднялся и, спотыкаясь, помчался глубже в лес. Мимо проносились деревья, но как бы он ни старался убежать от всего этого, ему это не удавалось. Он не мог отключиться. Не мог игнорировать свои чувства и вину.

В какой-то момент – его ноги уже устали и гудели – он опустился на холодную землю в лесу. Он едва не рассмеялся горьким смехом, когда заметил вдали свет, должно быть, исходивший из хижины Орианы. Как долго он бродил без дела? И все ради того, чтобы снова оказаться здесь.

Его мысли продолжали непрерывно кружиться. Ариан не знал, сколько времени просидел в одном положении, пока не услышал звук, за которым последовал голос:

– Ариан?

Испугавшись, он поднял голову. Перед ним стоял человек, которого он никогда раньше не видел. Почему он знал его имя? Ариан медленно поднялся, и мужчина принял оборонительную позу.

– Ты не узнаешь меня?

Он был высоким и крепко сложен. Его каштановые волосы слегка вились, а на светлой коже выделялось несколько веснушек. Ариан задержал взгляд на темно-карих глазах, которые смотрели на него почти с любовью.

Без страха.

Без гнева.

Без недоверия.

Мужчина поднял руки и сделал шаг к нему.

– Это я, Арон.

Ариан резко втянул воздух. Арон. Его брат. Возможно ли это? Последний раз они виделись друг с другом еще в далеком детстве. Еще до того, как он сбежал из дома, потому что отец хотел его убить. Отчим…

– Арон, – прошептал он. Да, Каая успела рассказать о том, что для него сделал брат. Прежде чем он отбросил наконец все запреты и поцеловал ее, пока не…

– Ты не должен быть здесь, я опасе… – Он не закончил предложение, потому что брат преодолел разделявшее их расстояние и обнял его.

Без страха.

Без гнева.

Без недоверия.

Все мысли растворились в воздухе, уступив место единственному чувству – любви. Ариан высвободился из объятий и посмотрел в лицо Арона. Темно-карие глаза приобрели цвет растопленного шоколада.

– Ты жив.

Ариан горько рассмеялся.

– Ты тоже.

– Да, дело было непростое. – Арон засмеялся, намекая на ритуал.

«Сердце, которое перестанет биться ради него». Арон рисковал своей жизнью, чтобы спасти брата.

– Спасибо. – Его голос звучал сдавленно.

Арон сдвинул брови.

– Тебе не за что меня благодарить. Мне стоило сделать это гораздо раньше. Спасти тебя.

– Это не твоя вина. Ты ни в чем не виноват. – Арон и правда не виноват в том, что девять лет назад их дом стал адом на земле. Что проклятый отчим снова начал пить и попытался убить его мать. Ариан тогда вмешался и ранил Сеораса, после чего тот бросился на него с ножом и прогнал прочь из дома.

– Что случилось, Ариан? – Брат указал ему за спину.

– Я напал на Кааю. И Ориану.

– Мы можем поговорить об этом. Обо всем, что произошло, – произнес Арон.

Ариан покачал головой.

– Не думаю, что они хотят со мной разговаривать.

– Я уверен, ты этого не хотел. Ориана сказала, что ты… что твои глаза и…

Ариан обнажил зубы и увидел, как Арон поморщился.

– Ориана сказала, что твои зубы вытянулись и заострились… Из-за того, что ты пил кровь. – Арон скользнул по нему взглядом, задержавшись на белой рубашке, запятнанной кровью. Но он оставался спокойным и снова смотрел ему в глаза, за что Ариан был благодарен.

– Я не могу контролировать свои зубы, – сказал он, проводя языком по клыкам, которые только что были обычными зубами. – Во мне внезапно возникает жажда крови, и они будто сами выдвигаются. Что со мной не так, Арон? Это не я. Я не такой.

– Знаю. – Брат положил руку ему на плечо. Сначала Ариан вздрогнул от прикосновения, но затем мышцы расслабились и по его телу разлилось тепло. – Ты хороший, Ариан. Всегда таким был.

«Мой мальчик с золотым сердцем», – услышал он голос матери в своем сознании. В следующее мгновение Ариан осознал, что она была мертва, и его десны снова начали гореть. Он напрягся, но Арон лишь крепче сжал его плечо. Ариан сделал глубокий вдох и выдохнул, обретая силы под нежным взглядом старшего брата.

– Лучше?

– Да, – ответил Ариан. Так оно и было. Жжение утихло. Возможно, он все же мог контролировать это чувство.

– Давай вернемся к остальным, хорошо? Там мы все обсудим.

Он посмотрел в сторону хижины, чувствуя, как неприятно сводит живот.

– Не знаю. Я боюсь, что снова… выйду из себя.

– Мы справимся с этим, – решительно заявил Арон.

Мы. Он еще раз глубоко вдохнул, готовясь к предстоящему разговору, и кивнул брату. Они медленно двинулись в путь, но пришли к дому куда быстрее, чем ему хотелось. Пути назад не было.

Когда они вошли в хижину тети, Каая и светловолосая эльфийка как раз спускались по лестнице. И пока последняя смотрела на Арона, Каая не отрывала взгляда от него. Ариан не мог понять, что она в нем видит. Его сердце бешено колотилось. Он хотел шагнуть к ней и заключить в объятия, но какое-то движение позади нее заставило его остановиться. Он напряженно наблюдал за появлением еще одной фигуры. Черные как ночь волосы рассыпались по плечам, из-под них выглядывали длинные заостренные уши. Глаза были почти такими же темными, как и его волосы, и контрастировали с его белоснежной кожей.

Белоснежная кожа?

Ариан шумно выдохнул воздух и отступил на шаг.

– Эльф теней.

Каая

– Он один из нас, – поспешно заверила Каая, заметив выражение лица Ариана. Она бы предпочла, чтобы Илиас подождал наверху, пока она все не объяснит. Наверняка Ариан сейчас вспоминал инцидент в ольховом лесу. Илиас действительно был невероятно похож на своего отца. За исключением того, что в его глазах таилась доброта вместо жадности, а в сердце – благожелательность вместо ненависти.

– Илиас, что ты здесь делаешь? – Арон скептически посмотрел на Кааю и Илиаса. Луана уже подошла и прижалась к любимому.

– Он просто кое-что забыл, – ответила эльфийка и поцеловала свою вторую половинку в щеку. Конечно, Луана волновалась из-за того, что Арон находился с Арианом наедине, хотя она, вероятно, почувствовала бы через их связь, если бы с ним что-то случилось.

Ариан выглядел менее встревоженным, чем несколько секунд назад, но был явно смущен.

– Может, кто-то просветит меня, что здесь происходит? – Он переводил взгляд с Илиаса на Луану, будто пытался понять, какую роль эти двое играли во всей этой истории.

– Давайте сначала присядем. – Луана потащила Арона за собой в гостиную.

Когда ни Ариан, ни Илиас не пошевелились, Каая покачала головой.

– Идемте, – потребовала она, обращаясь к ним обоим. – Нам нужно поговорить.

Она сделала шаг вперед и заметила, что Илиас последовал за ней. Ариану потребовалось некоторое время, прежде чем он направился за ними и занял место напротив Кааи.

– Как ты? – спросила она. Илиас сел по левую сторону от нее, Луана – справа, а Арон рядом с эльфийкой.

– Пойдет. А ты? – На лице Ариана появилось искаженное от боли выражение.

– Все хорошо, – ответила Каая, хотя это было ложью. В ее голове между собой боролись тысячи вопросов, но Ариану и так было достаточно тяжело. – Я говорила тебе, что мне помогли в проведении ритуала.

– Да, – нерешительно отозвался Ариан. – Арон и его вторая половинка, Луана. – Он перевел взгляд с брата на светловолосую эльфийку и, казалось, понял, кем она была. – А кто он? – Теперь его взгляд был обращен на Илиаса, который смотрел на него опасно сверкавшими глазами.

– Меня зовут Илиас Иннелис, я сын Пертеаса Иннелиса и, следовательно, наследник Трона Теней.

Ариан прищурился.

– Пертеас? – Он взглянул на Кааю. – Эльф теней, который забрал мою душу?

Каая нервно прикусила губу, прежде чем нерешительно кивнуть.

Ариан рассмеялся, не веря в происходящее.

– Тогда давайте вернемся к моему вопросу: что здесь происходит?

– Я здесь, чтобы защитить Кааю. – Голос Илиаса звучал опасно спокойно, отчего Ариан вздрогнул.

– От меня? – натянуто спросил он.

– От всего, что ей угрожает.

Ариан переключился с Илиаса на Кааю, будто пытался понять, что значат эти слова.

– Я знаю, ты не хотел причинять мне боль, – поспешно вмешалась она. – Мы думаем, что… – Каая на мгновение остановилась и глубоко вдохнула. – Ты знаешь, почему Пертеас забрал твою душу, не так ли?

Ариан провел рукой по волосам.

– Да. Он хотел поместить ее в новое тело. Но ты не сказала мне зачем.

Каая кивнула, но следующие слова просто не хотели слетать с ее губ. Как она должна объяснить ему, что таким способом Пертеас создавал умбр? Что душа Ариана уже была подготовлена для нового тела…

Илиас наклонился вперед.

– Когда смертную душу человека помещают в бессмертное тело, она погибает. Разлагается, а вместе с ней и новое тело. Так Пертеас создает для себя армию демонов – мы зовем их умбрами.

– Умбры… – повторил Ариан. – Я слышал о них раньше. Они выглядят ужасно и питаются… – Он замер. Его глаза расширились от осознания правды. – Нет.

– Похоже, он подготовил твою душу к трансформации, но мы вернули тебя до того, как он успел ее завершить.

– То есть я что-то вроде полудемона?

– Не знаю. Насколько мне известно, ничего подобного раньше не случалось. Каая сказала, что ты полуэльф. Так что, возможно, он не смог провести над твоей душой обычные манипуляции. Я не знаю, – повторил Илиас.

– А какое отношение к этому имеешь ты? – Светло-серые глаза Ариана впились в темно-синие глаза Илиаса.

– Илиас и его друг, Киан, помогли нам вернуть твою душу, – пояснила Каая, пока Ариан продолжал пялиться на Илиаса. Однако он воспринял эту новость лучше, чем она ожидала. – Илиас сражался со своим отцом и рисковал жизнью, чтобы я могла найти и забрать твой камень души.

– Почему?

– Потому что мой отец – монстр, которого надо остановить.

– Что ты тогда здесь делаешь? – вмешался в разговор Арон. – Вы же с Кианом на рассвете отправились в Кальтеннест.

Каая на мгновение прикрыла глаза и сделала глубокий вдох.

– Пожалуйста, позвольте мне поговорить с Арианом наедине.

Илиас положил ладонь ей на колено.

– Об этом не может быть и речи.

Этот жест, разумеется, не ускользнул от внимания Ариана. Он остановил взгляд на руке Илиаса, и боль в его глазах разрывала сердце Кааи. Она посмотрела на Илиаса.

– Это не тебе решать.

Илиас раздраженно выдохнул, отчего крылья носа раздулись, и отдернул руку.

– Если он нападет на тебя…

– Он не станет на меня нападать.

– Я не переживу этого во второй раз.

– Илиас, – прошептала Каая, а затем бросила короткий взгляд на Ариана. – Прошу. Дайте нам пару минут.

Луана поднялась первой.

– Мы с Ароном все равно собирались лечь спать.

Арон ухмыльнулся и последовал за ней вверх по лестнице, а Каая повернулась к Илиасу.

– Пожалуйста.

Эльф теней стиснул челюсти и бросил на Ариана взгляд, который Каая не смогла истолковать. Было в нем что-то предостерегающее.

– Подожду за дверью. – С этими словами он встал и вышел из дома. Дверь с громким стуком захлопнулась.

– Ты не должна мне ничего объяснять, – сказал Ариан, не глядя на нее. – Ты решила, что я ушел навсегда, и нашла себе другого. Тебе не надо оправдываться, мы были просто…

– Ариан, нет! – Каая немного подалась вперед, и теперь ее колени почти соприкасались с коленями Ариана. Затем схватила его за руки. – Я всегда знала, что мы тебя спасем. Для меня просто не существовало другого исхода. Я никогда не переставала верить в то, что мы снова будем вместе.

Спустя мгновение, показавшееся ей вечностью, Ариан поднял взгляд. Каая с ужасом обнаружила в его глазах черные полоски. Совсем крошечные, но они были там.

– Кто тогда он? То есть, кто он для тебя? – Он кивком головы указал на дверь, через которую вышел Илиас.

– Он ничего для меня не значит. – Ложь причиняла ей боль. – Ариан, – прошептала Каая, касаясь его щеки, – ты занимаешь в моем сердце столько места, сколько не займет никто другой. – Эта была чистая правда, хотя от этого становилось только больнее. – Я смотрю на тебя и понимаю, что сделала бы для тебя все что угодно. Я… я люблю тебя. Так сильно, что иногда это даже пугает.

Слезы навернулись на глаза Ариана, смывая полосы и оставляя лишь кристально чистый серый цвет.

– И кто же тогда он? – снова спросил Ариан. – Пожалуйста, скажи мне. Не держи меня за дурака.

– Все сложно, – тихо ответила Каая. – Наши души… связаны друг с другом. – По ее щеке тоже скатилась слеза.

– Что это должно значить? – В его голосе звучала бесконечная грусть, еще сильнее разбивавшая ее сердце.

– Это неважно, Ариан. Потому что я люблю тебя.

– Я тоже тебя люблю, Каая. С тех пор, как ты впервые заснула рядом со мной. – От его слов сердце Кааи болезненно дрогнуло. – Но я сломлен, – дрожащим голосом добавил он.

– Ты не сломлен! – Она придвинулась ближе к нему. – Что бы с тобой ни происходило, мы это исправим. Вместе. – Она нежно прижалась к его губам своими. Как и во время их первого поцелуя, по ее телу пронеслись молнии, ударив током по ее нервным окончаниям.

Ариан тихо застонал, а затем оторвался от нее и прижался своим лбом к ее.

– Но союз душ существует только у эльфов, – заметил он, приблизившись к ее губам. Каая понимала, что он не успокоится, пока не узнает всю правду.

– Нет, есть исключения, – ответила она и рассказала ему об Ароне и Луане. О том, как эльфийка чуть не умерла и как душа Арона вернула ее, чтобы навсегда соединиться с ее душой. Потом Каая поведала о спутнице Илиаса, Неа. Она тоже находилась на грани смерти, когда внезапно образовался их душевный союз, и девушка выпустила душу из своего тела. Душа ее создала разлом между мирами и, в конце концов, нашла себе новое тело. Мертвое, еще теплое тело, только что покинутое другой душой. Тело той самой девушки, которая умерла от чумы.

– То есть, – заключил Ариан, глядя на нее округлившимися глазами, – в тебе дремлет душа древней эльфийской принцессы?

Каая кивнула. Он по большому счету попал в точку.

– Я… Неа. Только в другом теле и без ее воспоминаний.

– Но ваши души, твоя и Илиаса… они же не были по-настоящему соединены, не так ли? Ты сказала, что принцесса умерла во время церемонии.

– Так и есть. Но они все равно связаны между собой. Как будто созданы друг для друга, их влечет друг к другу.

Взгляд Ариана помрачнел.

– Тебя к нему влечет?

– Нет, я… Да, возможно, – призналась она себе. – Очень странным образом. Это не так, как с тобой, Ариан. – Каая пристально посмотрела ему в глаза. – Ты – моя жизнь.

Он фыркнул и отстранился от нее.

– Как я должен бороться с чертовым союзом душ, Каая? Или мне лучше звать тебя Неа? – Она не успела ответить, как Ариан вскочил на ноги, и его черные глаза сверкнули. – Как мне быть? – Он широко развел руки. – Как соревноваться с твоим идеальным эльфом теней?

Каая тоже поднялась и шагнула к нему.

– Прошу, успокойся. Ты потеряешь контроль. Пожалуйста, Ариан. – Она пристально наблюдала за тем, как он сражается за самообладание. Как сражается с самим собой. – Успокойся. Ты можешь это сделать. – Ее сердце бешено колотилось, пока она смотрела, как он вдыхает и выдыхает, вдыхает и выдыхает.

Он сжал руки в кулаки, продолжая размеренно дышать. Каая сделала еще один шаг, подходя к нему ближе, но, кажется, пересекла черту. Ариан сдвинул брови и, прежде чем она успела среагировать, толкнул ее так сильно, что она врезалась спиной в стену. Весь воздух вышел из ее легких.

– Оставь меня в покое, предательница!

В этот момент дверь распахнулась, с грохотом ударившись о стену. Порыв ледяного воздуха ворвался внутрь и сбил Ариана с ног.

– Ариан! – в ужасе воскликнула она, а затем посмотрела на дверь, где с поднятыми руками стоял Илиас. Выражение его лица было ледяным.

– Иди ко мне, – потребовал он, не отворачиваясь от Ариана.

Каая перевела взгляд с Илиаса на Ариана и тут же поняла, что он все быстрее теряет контроль. Пелена заволокла его глаза, словно дым, и… Ей не показалось? Дым уже был не только в его глазах. Он окутал все тело Ариана, как черное облако.

– Каая! – решительно прорычал Илиас.

Ариан громко расхохотался. Это был злобный смех, совершенно не похожий на тот, который она знала и любила. Все, что осталось от ее сердца, в тот момент рассыпалось в прах.

Ариан поднял руки и скрестил пальцы, как всегда делала Луана, когда призывала огонь. Возможно ли это? Но как… В самом деле. Каая с ужасом смотрела на черные вспышки, подрагивающие на его ладонях. Когда он уставился на Кааю, на его лице появилась опасная ухмылка.

Глава 4

Илиас

Резкая боль пронзила тело, когда он бросился между Кааей и черными молниями, выпущенными Арианом. Как, черт возьми, эта магия работала? Прежде чем он успел обдумать возможный ответ, Илиас повалился вперед. Он едва успел выставить руки и опереться на стену позади Кааи.

– Илиас! – закричала Каая. Она оказалась зажата между ним и стеной, благодаря чему была защищена от новой атаки.

Илиас тяжело вздохнул и посмотрел на Кааю сверху вниз. Она глядела на него широко раскрытыми глазами. Страх, отражавшийся в них, сдавил его горло.

– Зачем ты это сделал? – В ее голосе слышалась паника.

В следующее мгновение он услышал шаги на лестнице. Сначала появилась Луана, а за ней – Арон.

– Черт побери! – воскликнула она. – Не стоило оставлять вас одних. Что здесь происходит?

– Спроси об этом у этих двоих, – выпалил Ариан позади него.

Илиаса пронзила новая волна боли, когда в него ударило еще больше молний. Из его груди вырвался крик.

Каая извивалась в его руках.

– Луана, сделай что-нибудь!

Вспыхнул огонь, и Ариан издал горловой звук, прежде чем отступить.

– Я слышала, ты не любишь огонь, – сказала Луана.

Илиас краем глаза заметил, как Арон бросился к ней.

– Не причиняй ему вреда!

Луана тяжело вздохнула, и огонь тут же погас.

Ариан хрипло рассмеялся.

– Это было ошибкой. – С громким рычанием он бросился на эльфийку, но резко остановился, схватившись за грудь. – Что… происходит? – выдохнул он, упав на колени.

Глаза Луаны сияли кроваво-красным.

– Не смей на меня нападать.

Ариан скривился от боли.

– Прекрати!

– Нет.

– Лу! – прокричал Арон. – Хватит, пожалуйста!

Каая плакала.

– Луана, пожалуйста!

То, что она продолжала защищать Ариана даже сейчас, поразило Илиаса словно удар грома.

«Он ничего для меня не значит».

Ее голос эхом отдавался в его голове. Он подслушал разговор между ней и Арианом – каждое ее слово вонзилось в сердце, разрывая его не хуже остроконечных стрел. Последние силы покинули его, и он больше не мог держаться на ногах. Руки соскользнули со стены, и Илиас повалился на Кааю. Она тут же подхватила его.

– Илиас! Луана, ты должна ему помочь! Пожалуйста!

Хныканье, хрипы и проклятия Ариана стихли.

– Ариан! – Арон опустился на колени рядом с братом и пощупал пульс. – Луана, что ты наделала?

Эльфийка тяжело дышала.

– Вывела его из строя.

Илиас почувствовал, как эльфийка помогает Каае поставить его на ноги. Затем Луана прижала руки к его груди, и внутри разлилось тепло.

– Он поправится? – Голос Кааи едва доносился до него. Он звучал так, будто они находились под водой. Окружающий мир расплывался, и Илиас с трудом держал глаза открытыми.

– Я надеюсь, – услышал он слова Луаны и потерял сознание.

Ариан

Когда Ариан открыл глаза, перед ним стояла одна лишь темнота. Он лежал на холодном камне и слушал, как где-то вдалеке в таз капает вода. Воздух был влажным и душным. Раскашлявшись, он выпрямился. Где он находится? Последним, что он помнил, было…

Нет. Нет, нет, нет.

Это случилось снова. Он напал на нее. На Кааю… Но он не причинил ей вреда. Эльф теней защитил ее. От него…

Ариан ударил кулаком по полу и издал разочарованный крик.

– Ты проснулся.

Этот голос… Его глаза немного привыкли к темноте, и он узнал Арона, сидевшего в кресле в нескольких метрах от него. Неужели его брат был за решеткой? «Нет», – понял Ариан, когда более внимательно изучил свое окружение. Это он сидел в клетке.

– Где мы? – Боковым зрением Ариан заметил высокие каменные стены, по которым стекали струйки воды. Они, должно быть, находились в пещере.

Арон встал и подошел ближе к разделявшим их решеткам.

– В одном из эльфийских подземелий близ Аргонсфельда. Мы подумали, это будет лучшим решением, чтобы ты больше никому не… не навредил.

– Что? – выдохнул Ариан. Эльфийские подземелья не использовались вот уже сотни лет, с тех пор, как союз между людьми и эльфами укрепился. С того момента, как маги душ и их последователи были изгнаны, а между народами воцарился мир. Использовавшееся в тюрьмах специальное эльфийское железо поглощало магию, не давая эльфам вырваться на свободу с помощью своих сил. В этот момент его поразило ошеломляющее осознание: он творил магию. – Как… как это случилось? Из моих рук… стреляли молнии. Черные молнии.

– Видимо, потому, что ты полуэльф.

На самом деле слухи о полукровках, рожденных у эльфов и людей, ходили веками. Но до сих пор не было никаких свидетельств существования магии у полуэльфов.

– Возможно, – продолжил Арон, – магия проявилась, когда твоя душа вышла из тела и вернулась, – вроде спускового крючка. Но, может быть, ты всегда владел магией, а мы просто не знали об этом.

– Нет, я никогда раньше такого не делал. Ничего подобного не чувствовал. И у меня нет рун. – Ариан закатал рукава рубашки в доказательство своего утверждения.

– Это не магия элементов. – Даже в темноте было видно, насколько подавленным выглядит Арон. – Это была своего рода… черная магия.

– И как это понимать? – Сердце стучало в его груди, готовое вот-вот взорваться.

– Мы не знаем. Но это не было призывом огня, воды, воздуха или земли. И не было магией души, разума или крови.

Ариан подошел к прутьям решетки и обхватил их дрожащими пальцами.

– Что я такое?

– Мы не знаем, – повторил Арон с оттенком печали в глазах. – Но собираемся это выяснить. – Когда он повернулся, сердце Ариана остановилось.

– Куда ты?

– Я должен проверить, как там остальные.

– Когда я ранил эльфа теней… Ему стало плохо? – В нем поднялась паника. Хотя Ариан ненавидел даже саму мысль о том, что Каая что-то чувствует к этому эльфу, он никогда не хотел причинить ему боль.

– Я уверен, что он поправится, – ответил Арон, видимо, догадавшись, как мрачно было на душе у Ариана. Как сильно тот боялся кого-нибудь убить. – А ты отдохни, младший брат. Я вернусь завтра.

– Не уходи, прошу, – прошептал Ариан, крепче сжимая пальцами холодный металл решетки. – Пожалуйста, Арон. Я не могу здесь оставаться. Не могу…

«…думать о том, что сделал».

Лицо Арона вдруг приобрело измученное выражение.

– Пожалуйста, – повторил Ариан. – Прошу, не оставляй меня здесь. Я не справлюсь. Один точно не справлюсь. – Произнести это вслух стоило ему всех сил. Он устал. Так сильно устал. Лучше бы он просто заснул… «И больше никогда не просыпался», – закончил он в своей голове. Ариан мгновенно испугался этих слов.

– Хорошо, – внезапно произнес Арон, вырывая его из мрачных мыслей. – Я останусь с тобой.

Ариан с недоверием посмотрел на брата, не в силах поверить в то, что он только что сказал.

– Ты уверен? – задал вопрос Ариан и сразу же задержал дыхание. Он боялся, что Арон сейчас рассмеется и скажет, что это была лишь шутка.

Казалось, прошла целая вечность, прежде чем Арон зашевелил губами.

– Да, я уверен, братишка.

– Я могу причинить тебе боль, – прошептал Ариан, и на долю секунды в глазах Арона мелькнула неуверенность.

– Я и сам причиню себе боль, если сейчас уйду. – Арон осторожно улыбнулся. – Я больше тебя не подведу.

Каая

Каая сидела на кровати у ног Илиаса и наблюдала, как поднимается и опускается его грудь во сне. Она еще не до конца осознала случившееся несколько часов назад. Между тем наступила глубокая ночь, а Илиас по-прежнему лежал здесь и боролся за свою жизнь. Просто потому, что хотел защитить ее. И защитил. Его искаженное болью лицо всплыло перед ее мысленным взором. Он стоял, склонившись над ней, и ловил предназначавшиеся ей молнии своим телом. Она измученно прикрыла глаза, пытаясь прогнать страшные образы.

– Арон остался с ним. – Луана вошла в комнату и закрыла дверь. Они с Ароном забрали Ариана после того, как он потерял сознание от воздействия на него магии крови. – Он так и не проснулся?

Каая подняла глаза и печально покачала головой.

– Но его дыхание выровнялось.

– Это хороший знак. – Луана подошла к Илиасу и положила руку ему на грудь. – Сердцебиение тоже нормализовалось.

– Почему он не просыпается? – Голос Кааи звучал более обеспокоенно, чем ей хотелось.

– За последние несколько недель он много всего пережил. Не волнуйся, Каая. Его организму просто нужно все это переварить.

Луана была права. Сначала родной отец убил его вторую половинку, а потом он узнал, что она вовсе не мертва, как он думал все эти годы. Его забота о ней…

– Каая, – настойчиво позвала Луана, – нам нужно как можно скорее поговорить с Советом, и ты это знаешь.

Верно, Совет Верховных эльфов. Они должны узнать, что между мирами существуют разломы, которые Пертеас использовал последние несколько лет, чтобы подготовиться к войне против Эсерии. «Как можно скорее», – эхом отдавались слова Луаны в голове. Мысли неслись точно карусель. Нет. Это означало бы…

– Если скажем сейчас, то они незамедлительно предпримут какие-то действия и закроют разлом. Надо подождать, пока Киан не вернется с… моим телом.

Выражение лица Луаны стало суровым.

– Тогда мы попросим их подождать.

– И что мы им скажем? – Каая встала и раскинула руки в сторону. – Что я Неа, самая могущественная эльфийка Туманности и, возможно, всей Эсерии? Как думаешь, им понравится, если я вернусь в свое тело, не зная собственных намерений?

Луана начала мерить шагами комнату.

– Думаю, нам не стоит рассказывать им об Ариане.

Если Совет Верховных эльфов узнает, что Ариан творил магию как полуэльф… Магию, которую он даже не контролировал…

– Они не должны узнать об этом, Лу. – Каая схватила эльфийку за руку, заставляя ее повернуться. – Они убьют его. Или изгонят в Туманность, прежде чем закрыть разлом.

– И как долго нам ждать? Что, если уже завтра Пертеас вторгнется сюда?

– Он этого не сделает, – возразила Каая. – Прошло всего несколько дней с тех пор, как мы разрушили его колодец душ и он был заживо похоронен под обломками собственной кузницы. Сначала ему придется от этого оправиться.

– Может, ты права. Но ему известно, что вы знаете о его планах. Он не станет ждать вечно.

Кашель прервал их разговор, и они обе повернулись к кровати. Илиас открыл глаза, но все еще выглядел болезненным. Когда он раскашлялся снова, Каая схватила стакан с водой, стоявший на прикроватной тумбочке, и села рядом. Бросив быстрый взгляд на Луану, она придержала голову и помогла ему попить.

– Спасибо, – прохрипел Илиас, сделав глоток воды. Он внимательно осмотрел Кааю, словно хотел убедиться в том, что с ней все в порядке. – О чем вы говорили?

– Сейчас это неважно. Как ты? – Каая подложила ему под голову еще одну подушку, чтобы он мог сидеть полулежа. Она пыталась скрыть свое облегчение оттого, что он наконец-то очнулся.

– Мне уже лучше, – ответил Илиас, но его попытка улыбнуться с треском провалилась.

Луана обошла кровать с другой стороны и пощупала его пульс. Из ее пальцев вырвался красный свет.

– Отдохни еще немного.

– Это невозможно, – выдавил он и попытался подняться.

– О нет, ты останешься здесь! – Луана толкнула его обратно на подушки, скорее грубо, чем нежно. – Что бы ты ни хотел сделать, это подождет.

Однако Илиас думал иначе. Его дыхание участилось, и он сердито скривил лицо.

– Где он?

Луана и Каая обменялись взглядами.

– Ариан в одном из эльфийских подземелий.

Илиас резко повернулся к Луане.

– Что это значит?

– Это значит, что он не сможет выбраться оттуда, пока мы не выясним, что с ним не так.

Из его груди вырвался глубокий рев.

– Я убью его собственными руками!

– Ты его не убьешь, – пресекла Каая. Она встретилась с его взглядом, отчетливо увидев, что он пытается вернуть себе самообладание. – Мы найдем решение, – добавила немного спокойнее. Она понимала, что он сказал это только потому, что хотел ее защитить, но ее не нужно было защищать от Ариана.

Не так ли?

Он выстрелил в нее молниями. В нее. Илиас лежал здесь лишь потому, что закрыл их своим телом. Если бы он этого не сделал… Если бы его не оказалось рядом… Каая знала, что ее человеческое тело не пережило бы этого нападения. Если молнии так сильно ранили настолько могущественного эльфа…

– Каая, – позвала Луана, – мы должны уйти. Илиасу нужно отдохнуть.

Каая скользнула взглядом по лицу Илиаса, которое теперь казалось еще бледнее, чем несколько мгновений назад. На его лбу блестел пот, а он сам всеми силами боролся с усталостью.

– Он скоро уснет. Я позаботилась об этом. – С этими словами эльфийка развернулась и вышла из комнаты.

– Спи спокойно, – прошептала Каая и, встав с кровати, погасила свечу.

– Подожди.

Она снова повернулась к Илиасу, который едва мог держать глаза открытыми, а затем покачала головой, хотя это далось ей непросто.

– Поговорим завтра. А теперь спи.

Глава 5

Каая

Луана осталась ждать возвращения Арона из подземелий, а Каая удалилась в свою комнату, которая находилась напротив той, где, как она надеялась, сейчас спал Илиас. Быстро приняв ванну, она подошла к двери его комнаты и прислушалась. Кроме тишины, она ничего не услышала. Хоть и не знала, на что еще рассчитывала.

Каая зажгла свечу и забралась в кровать, которая теперь была почти так же знакома, как та, что стояла в их доме в ольховом лесу. У стены напротив стоял шкаф, где Ориана хранила меха и шерстяные вещи для зимней поры, а под окном справа от Кааи – небольшой письменный стол. Ее взгляд остановился на старом глобусе. Каая натянула на себя одеяло, даже не раздевшись. Но о сне не могло быть и речи. Впервые за несколько дней она осталась одна, наедине со своими мыслями. Все то время рядом с ней были друзья – мешали и отвлекали ее от мыслей и пережитых чувств и эмоций. Столько всего произошло с тех пор, как они отправились в Туманность. Она узнала, кем была на самом деле. Узнала, что теперь может вернуться к прежней жизни. Если этого захочет. Разговор с Орианой эхом отдавался в ее голове.

– Что, если Пертеас осуществит свои планы и… начнется война? Если он действительно вторгнется сюда со своей армией эльфов теней и демонов?

Неа была единственной, кто мог его остановить…

– А что насчет… моего ребенка?

– Нам кажется, он все еще в ее теле. Как только Неа очнется, она сможет направить сохраненную душу обратно в эмбрион.

– И он будет жить?

– Да, он будет жить.

Каая тяжело вздохнула. Она сомкнула веки, и перед мысленным взором внезапно предстали окровавленные губы Ариана, его черные глаза, ненависть в них… Что-то внутри нее сломалось. Она скучала по нему. Он был рядом, но она все равно по нему скучала.

«Подумай о чем-нибудь приятном», – сказала она самой себе, но боли меньше не стало. Она вспомнила поцелуй, затем то, как сильно скучала по нему. Каая повернулась на бок и прижала руки к глазам, которые страшно горели. Грудь сжалась, а печаль угрожала захлестнуть ее и поглотить все тепло внутри.

Когда раздался тихий стук в дверь, Каая вздрогнула. Она поспешно вытерла слезы с лица, и через секунду в комнату вошла Луана.

– Ты плакала. – Это было первое, что сказала эльфийка, после того как закрыла за собой дверь. Каая кивнула, потому что отрицать было бессмысленно. – Арон останется на ночь у брата, – продолжила она, не заостряя внимание на предыдущей теме, за что Каая была ей благодарна. Но тут Каая нахмурилась.

– Это не опасно?

Луана пожала плечами и села на другую сторону кровати.

– Наверное, он знает, что делает. Без толку обсуждать с ним эту тему в очередной раз.

Не говоря ни слова, Каая снова кивнула, хотя Луана даже не смотрела на нее. Она сложила руки на коленях и играла с пальцами.

– Если тебе одиноко, я могу поспать с тобой, – через некоторое время раздался голос эльфийки.

Каая удивленно приподняла брови и уже собиралась сказать, что в этом нет необходимости, но тут внимательно осмотрела свою подругу. Ее плечи слегка поникли, огонь в ее глазах тоже слегка потускнел. Все в ней говорило о том, что она и сама не хотела оставаться одна.

– Да, было бы неплохо. – Как только ее слова повисли в воздухе, уголки рта Луаны приподнялись.

– Если настаиваешь…

Каая не смогла сдержать улыбки и после того, как Луана устроилась рядом, погасила пламя свечи. Почему-то теперь она чувствовала себя намного лучше. Может быть, все как-нибудь уладится. Эта мысль сопровождала ее во сне, пока она не проснулась на следующий день. Солнце уже висело высоко в небе.

Луана тоже спала долго. Только около полудня они обе молча и с отяжелевшими веками вышли из комнаты. С каждым шагом они все отчетливее слышали голоса, доносившиеся из гостиной. Округлив глаза, Каая посмотрела на эльфийку, в чьих глазах виднелась тревога. Они бросились вниз по лестнице. Арон вернулся. И он был не один.

– Каая. – Ариан поднялся с дивана, что заставило Кааю застыть на месте. Казалось, сердце начало гнать по ее венам лед.

– Что он здесь делает? – спросила Луана, закрыв собой Кааю, которая по-прежнему не могла сдвинуться с места. – Арон?

– Ему снова стало лучше, – ответил тот, и тело Луаны напряглось.

– Он чуть не убил Илиаса, – прошипела она.

Каая заметила, как Ариан тяжело сглотнул. Его вид пробуждал в ней самые противоречивые чувства. Больше всего на свете ей хотелось подбежать к нему и обнять, вдохнуть его аромат и прошептать на ухо, что она любит его. Но было там и кое-что другое. Чувство, которое она похоронила глубоко внутри. Чувство, которое она больше никогда не хотела испытывать. Страх.

– Мне очень жаль, – прохрипел Ариан, и его слова вызвали у Кааи воспоминания о вчерашнем дне.

«Не знаю, почему я это сделал… Мне жаль, мне так жаль…»

Она на мгновение закрыла глаза, как будто могла таким образом изгнать из своей головы все дурное.

– Мы не можем держать его взаперти, как дикого зверя! – возразил Арон. – К чему это приведет?

– Я не знаю, может, к тому, что он не убьет нас всех? – сердито отозвалась Луана.

– Все в порядке. – Каая услышала свой собственный голос будто издалека, и все остальные тут же повернулись к ней. – Мы это исправим. Все будет хорошо. Все наладится, – добавила она, посмотрев на Ариана. Когда он встретился с ее взглядом, лед в ее жилах растаял и тепло очень медленно разлилось по груди. Она хотела в это верить. Она верила в это.

Луана продолжала закрывать ее собой. Она резко втянула ртом воздух, когда Ариан подошел ближе. Потом еще ближе. Каая обошла подругу и преодолела последний метр, отделявший ее от Ариана.

Они стояли почти вплотную друг к другу. Каая откинула голову назад, чтобы заглянуть ему в лицо, на котором отражались самые разные эмоции. Ариан протянул руку, остановившись всего в нескольких сантиметрах от ее лица. Его пальцы все равно были так близко, что она чувствовала их тепло на своей щеке. В его глазах светился немой вопрос, мольба, просьба разрешить прикоснуться к ней, но Каая не могла ему ответить. Еще несколько мгновений назад она думала, что хочет броситься в объятия к Ариану, но теперь видела перед собой только Илиаса. Как его лицо исказилось от боли, когда он поймал молнии, предназначавшиеся для нее.

– Ты не можешь меня простить, – прошептал Ариан, и уязвимость в его голосе вернула Кааю в реальность. Смирившись, он опустил руку.

– Каая, его глаза, – произнесла Луана позади нее спокойным тоном, в котором звучало предостережение. Каая тоже заметила черные пятна.

Ариан опустил веки.

– Я справлюсь, обещаю.

Каая инстинктивно положила ладонь ему на грудь, пытаясь успокоить. Она в самом деле почувствовала, как замедлилось сердцебиение, прежде чем он снова открыл глаза. При виде знакомого серого оттенка она улыбнулась.

– Я обещаю тебе: мы исправим это. Вместе, – пробормотала она. Ариан, наконец, преодолел все сомнения и заключил ее в объятия, которые ощущались так же, как и раньше. Будто она вернулась домой. Она отдалась этому чувству, даже забыла, что Арон и Луана стоят позади них, затаив дыхание. Но Каая знала, что Ариан не сделает ей ничего плохого. Точно не сейчас.

Каая неохотно высвободилась из объятий и посмотрела ему в лицо. Ариан нахмурил брови так, что между ними образовалась небольшая складка. Его ресницы задрожали, и он опустил взгляд на ее губы. Ариан слегка приоткрыл рот, будто собирался что-то сказать, и ей стало интересно, ждет ли он от нее первого шага.

– И не вздумай просить нас оставить вас наедине, – раздался голос Луаны, отчего они оба вздрогнули.

Каая начала оборачиваться, и в это мгновение ей показалось, что она заметила на лестнице тень, которая спустя секунду снова исчезла.

Она нахмурилась и повернулась к подруге.

– Мы могли бы провести день вчетвером, – предложила она. – Может быть, прогуляться по деревне.

– Ага, конечно, можем еще заглянуть на ярмарку, чтобы Ариан поубивал больше невинных людей. – Голос Луаны сочился сарказмом, что заставило Арона недоверчиво хмыкнуть.

Каая заметила, как Ариан рядом с ней напрягся, и схватила его за руку.

– Она права, – пробормотал он. – Последнее, чего я хочу, – это причинять кому-нибудь боль. – И, бросив быстрый взгляд на Кааю, добавил: – Еще кому-нибудь…

– Не хочешь перекусить? – спросил Арон, на что брат покачал головой.

– Я бы хотел принять ванну и, может быть, немного поспать. Знаете, в нормальной постели.

Повернувшись к нему, Каая заметила кривую усмешку на его губах.

– Я помогу тебе набрать воды.

Ариан одобрительно кивнул и последовал за ней вверх по лестнице в уборную. Каая почувствовала, как участился ее пульс. Она не знала почему, но ей совершенно не хотелось сталкиваться с Илиасом – не тогда, когда рядом находился Ариан. Она поспешно достала свежую одежду из гардероба Феродана и набрала ванну. Ариан тем временем поведал ей, каково ему было в подземелье прошлой ночью. Каае было сложно слушать о том, что он спал на полу. К счастью, с ним был Арон. Она оставила Ариана в ванной и пошла вниз, чтобы помочь Луане готовить обед.

Когда некоторое время спустя хижину заполнил запах жареной рыбы, Ариан спустился и сел за стол. Вскоре Каая услышала шаги Илиаса на лестнице, и ее сердце на мгновение замерло. Она заметила, что он выглядит скованным и, видимо, по-прежнему испытывает боль. Тем не менее его внешний облик был безупречен – настоящий принц. Прямые волосы обрамляли его резко очерченное лицо. Он встретился со взглядом Кааи, но лишь на мгновение, а затем с тихим стоном опустился на стул рядом с Ароном. В этот момент Каая так стремительно вскочила на ноги, что все повернулись к ней.

– Я принесу Илиасу тарелку. У него нет тарелки, – поспешила сказать она и умчалась на кухню. Она остановилась перед буфетом и сделала глубокий вдох. Присутствие Илиаса заставляло ее нервничать, как и тот факт, что она рассказала ему о поцелуе с Арианом…

– Ты в порядке? – Луана стояла в дверном проеме и с беспокойством смотрела на нее. – Ты так быстро убежала.

– Д-да, все хорошо. Сейчас вернусь. – Каая схватила тарелку и последовала за Луаной к обеденному столу.

Атмосфера во время обеда была напряженной – неудивительно, учитывая, что Ариан чуть не убил Илиаса. Они ели молча, а когда Арон, Луана, Ариан и Каая начали убирать со стола, Илиас, не сказав ни слова, удалился в свою комнату.

– Спасибо за обед, – сказал Ариан после того, как они немного посидели вместе, и указал на лестницу позади себя. – Мне и правда нужно прилечь. – Его взгляд не отрывался от Кааи с тех пор, когда как остальные ушли в гостиную. Он смотрел на нее так пристально, что ее лицо залилось румянцем. – Ты покажешь мне кровать?

Это был самый обычный вопрос, и все же ее тело бурно на него отреагировало. Каая судорожно вздохнула, а затем взяла Ариана за руку и повела его вверх по лестнице.

– Вон она. – Она отпустила его руку и неловко показала на кровать под окном.

Ариан уставился в пол.

– Ты не могла бы остаться, пока я… не засну? – спросил он.

Его голос звучал так печально, что сердце Кааи сжалось.

Она чувствовала, как волнение заставляет ее сердце биться все чаще. Несмотря на настоятельные предупреждения Луаны, она хотела остаться с ним. Но не хотела повторения того, что случилось в прошлом… Не хотела рисковать, если он снова потеряет контроль. Однако ее решимость пошатнулась, когда он осторожно обнял ее за талию и наклонился к ней. Дверь за ними закрылась. Дверь, которая теперь отделяла их от других.

От Арона и Луаны.

От Илиаса.

Сердце Кааи сжалось при мысли о принце, который восстанавливается после травм в комнате, расположенной по соседству с ними.

– Что случилось? – прошептал Ариан, приблизившись к ее рту.

Она тяжело сглотнула, избегая его взгляда. И хотя она не желала этого, но в ней снова поселился страх. Страх того, как он отреагирует, узнав, что она…

– Ты думаешь о нем? – В его голосе не слышалось упрека.

Каая медленно подняла глаза и с облегчением выдохнула. Он все еще был там. Ее Ариан. Она осторожно кивнула.

– Все в порядке, – прошептал он и легким, как перышко, движением коснулся ее щеки. – Что бы между вами ни было, все хорошо. Да, это сложно, но не меняет моих чувств к тебе.

К горлу Кааи подступили слезы, и она захотела подойти к нему еще ближе. Она привстала на цыпочки и потянулась, но Ариан отвернулся.

– Я не хочу, чтобы ты потом сожалела об этом, Каая.

Она растерянно замерла на месте, и он нежно поцеловал ее в лоб. Затем взял ее за руку, переплетя их пальцы, и потянул за собой на кровать. Не говоря ни слова, Каая легла рядом с ним так, что их лица оказались напротив. В наступающей темноте они смотрели друг на друга, а Каая снова боролась со слезами. Ей было так знакомо это чувство. Но теперь все казалось иначе.

Как будто зная, что происходит внутри нее, Ариан осторожно заправил прядь волос ей за ухо. Его пальцы задели ее щеку, отчего в животе затрепетали бабочки. Она невольно подвинулась еще ближе, крепче прижалась к его телу: они лежали так близко, что между ними не поместился бы даже лист бумаги.

– Помнишь, как тебе приснилось, что я ушел не попрощавшись? – спросил он с легкой улыбкой.

– Да, – тихо рассмеялась она. Это случилось в первые месяцы после их знакомства, когда ему нужно было отправляться на плантацию. Она проснулась с бешено колотящимся сердцем и бросилась в гостиную, прямо к Ариану, который в то время спал на диване, чтобы предоставить ей личное пространство. – Я тогда разбудила тебя и начала ругаться.

Улыбка Ариана стала шире.

– И ты плакала.

– Я не плакала! – возразила она.

– Нет, плакала, – ответил он и, рассмеявшись, заключил ее в объятия.

Каая пихнула его.

– Ничего я не плакала! – повторила она. – Я была в ярости!

– Ты была грустной.

Она на мгновение замерла под его пристальным взглядом, разглядывая такие знакомые черты лица, маленький шрам над бровью…

– Да, – прошептала Каая. – Я бы не вынесла, если бы ты ушел, не сказав ни слова.

– Я тебя люблю, – тихо сказал он, и его теплое дыхание защекотало кожу. – И я бы никогда не ушел, не попрощавшись с тобой.

Не успела она что-либо сказать, как он прижался своими губами к ее рту, развеяв все страхи. Каая ответила на поцелуй, в котором почувствовала всю его боль, любовь и надежду. Она потянулась к его шее, притягивая еще ближе к себе; ее поцелуи становились все настойчивее и настойчивее. Они цеплялись друг за друга, будто боялись отпустить и потерять. И только когда она почувствовала, как что-то твердое прижимается к животу, Каая оторвалась от него.

– Подожди. Подожди, пожалуйста, – сказала она, затаив дыхание. В последних золотистых лучах, проникавших в маленькую комнату, она искала его взгляд. – Ты в порядке?

– У меня все под контролем, – тихо ответил Ариан.

– Уверен?

– Уверен.

Каая села на кровати и дрожащими пальцами принялась расстегивать пуговицы своей блузки. Она хотела чувствовать его всюду. Всем телом.

Ариан потянулся к ее руке.

– Позволь мне. – Его голос дал понять, что он возбужден не меньше, и это заставило мышцы в ее животе сжаться. Он приподнялся и, удерживая ее взгляд, начал расстегивать ее блузку, пуговицу за пуговицей, оставлять на коже, которую он постепенно обнажал, обжигающие поцелуи.

Ее вздох перешел в тихий стон. Когда Ариан накрыл губами ее грудь, она запустила пальцы в его волосы, притягивая его к себе. Она хотела чувствовать его еще ближе. Его губы, его язык. Тихий предостерегающий голосок в ее голове затих, и Каая полностью отдалась чувствам, которые пробуждал в ней Ариан. Он нежно прижал ее к матрасу, а затем пробрался под пояс ее брюк и скользнул пальцами между бедер, где она больше всего в нем нуждалась.

– Ты уверена? – Его дыхание было прерывистым.

– Да, – выдохнула она, и Ариан заглушил ее новый стон поцелуем. Когда он всего на долю секунды оторвался от ее губ, Каая испуганно вздрогнула. Его глаза… они больше не были ни серыми, ни черными. Он смотрел на нее сапфирово-голубыми глазами, которые не принадлежали Ариану.

– Илиас. – Ее сердце билось так громко, что она не была уверена, действительно ли произнесла это имя вслух. Она несколько раз моргнула, и Ариан наконец-то появился перед ней. На его лице отражалась чистейшая агония. – Нет, Ариан, извини! – поспешно воскликнула она, но он уже отстранился от нее.

– Ты влюблена в него, – заключил он. Его голос был грубым и отстраненным.

– Мне кажется, это было… воспоминание или что-то в этом роде. Я ни единой секунды о нем не думала, – Каая пыталась убедить его. Или саму себя. Она не понимала, что только что произошло. – Это связь душ…

Каая слышала, как отчаянно звучал ее голос. Но Ариан, казалось, не желал ее слушать. Он отодвинулся и поднялся.

– Я вернусь в подземелье.

Ее сердце замерло.

– Что?!

– Я сказал, что вернусь в подземелье! – Когда он устремился к двери, Каая тоже вскочила с кровати; ее ноги дрожали.

– Нет, зачем?

Ариан повернулся к ней и смерил ее взглядом черных глаз.

– Потому что я не хочу тебя убивать!

Она не знала, билось ли вообще ее сердце в тот момент. Она слышала лишь громкий шум вокруг, а вскоре ее взгляд затуманился. Ариан подошел к двери, Каая поспешила за ним, но он без лишних слов распахнул дверь. И застыл на месте. Каая выглянула в коридор и увидела там Илиаса. Он перевел взгляд с Ариана на нее. На ее полные слез глаза и расстегнутую блузку.

– Можете продолжить на том месте, на котором мы остановились, – выпалил Ариан, прежде чем проскользнуть мимо принца и направиться к лестнице.

Слова вонзились в ее сердце словно стрелы, и только собрав все силы, Каая смогла закрыть дверь. Все это время Илиас с открытым ртом стоял в коридоре. Измученная, Каая соскользнула по шершавому дереву на пол, не в силах больше сдерживать слезы. Она подтянула колени к груди, уткнулась в них головой и горько заплакала. Она знала, что Илиас слышит ее, но ей было плевать. Сказанные Арианом слова ползли по пищеводу, словно горькая желчь. И все же она, вероятно, причинила ему не меньше боли. Хоть и вовсе не хотела этого. В ее голове постоянно всплывали обрывки воспоминаний Неа. Она ничего не могла с ними поделать. Но Ариан, он… он намеренно хотел обидеть ее.

«Он тоже ничего не мог с этим поделать. Его душа сломлена», – напомнила она себе. Но это не улучшало ситуацию.

В какой-то момент слезы высохли, и она почувствовала себя слишком истощенной. Она бросила взгляд на окно и поняла, что уже наступило утро. Значит, она сидела здесь уже много часов. Она подошла к двери на дрожащих ногах и застегнула блузку. Ей следовало бы найти Луану и Арона и спросить, вернули ли они Ариана. В подземелье. Он предпочел оказаться взаперти, чем наедине с ней.

«Потому что я не хочу тебя убивать!»

Она на мгновение прикрыла глаза и сделала глубокий вдох, прежде чем взяться за дверную ручку и надавить на нее.

– Илиас.

Он сидел на полу напротив ее двери.

– Каая. – Его лицо посветлело при виде нее. Он поднялся так поспешно, что его лицо исказилось в гримасе боли. Только сейчас Каая заметила, что он еще был в пижаме. – Как ты?

Она с трудом сглотнула, радуясь, что выплакала все слезы.

– Не очень, – тихо призналась она. – Ты что, все это время… – Каая прочистила горло, потому что ее голос срывался. – Ты все это время сидел здесь?

Илиас кивнул с невозмутимым видом.

– Я слышал, что произошло. Мне жаль, но вы не то чтобы вели себя тихо. Я не могу отключить слух, хотя иногда мне больше всего на свете хочется сделать именно это. – На его лицо упала тень, и Каая не могла не заметить, что в его красоте кроется что-то уязвимое.

– Где он? – спросила она, проигнорировав откровение Илиаса, что он слышал, что они с Арианом почти занялись любовью. Если бы она не назвала его Илиасом в самом разгаре.

Его глаза помрачнели, будто он понял, о чем она только что думала.

– Арон и Луана проводили его в эльфийское подземелье. Они вернулись час назад.

– Понятно, – тихо ответила Каая. Ну вот, ей не придется самой расспрашивать друзей об этом. – Тогда я, пожалуй… – Она указала на кровать позади себя. – И ты тоже можешь… лечь в свою. Я имею в виду, тебе больше не нужно за меня переживать.

– Ты уверена?

Каая кивнула и попыталась улыбнуться, после чего закрыла дверь.

Она глубоко вздохнула и снова забралась в постель, наблюдая за тем, как небо становится все светлее и светлее. Нежно-оранжевый оттенок очень медленно просачивался между деревьями, вытесняя темно-синий цвет ночного неба. Она даже не поблагодарила Илиаса. За то, что ждал ее у двери. За то, что спас ей жизнь. Но ее заставляла нервничать одна только мысль о том, что он слышал, как они с Арианом… Как ей подойти к нему и поблагодарить? Она даже не знала, как вести себя с ним. В одно мгновение они были так близки, а в следующее – он уже хочет поместить ее душу в другое тело, а затем появляется на пороге ее дома, когда она больше всего в нем нуждалась.

«Мне пришлось вернуться, чтобы проверить тебя. Я должен был убедиться, что с тобой все в порядке».

Ее сердце взволнованно забилось при воспоминании об этих словах, и она, наконец, заснула.

Ариан

Ариан проснулся, услышав шаги в коридоре подземелья, в котором его заперли по его собственному желанию. Гнев, обуревавший его прошлым вечером, утих. Гнев, который заставил сказать то, что он не хотел и о чем даже не думал. Он изгнал из своего разума воспоминания о грустных глазах Кааи и опустился на землю, потирая шею. Сидеть было неудобно, а Луана уговорила Арона не давать ему одеяло, когда они привели его сюда.

Если вчера мысль о том, что его запрут в одиночестве в подземелье, приводила в ужас, то сейчас ему казалось правильным быть здесь. Подальше от Кааи. По крайней мере, временно. Шаги стали громче, и перед ним появилась Каая, за которой следовала вторая половинка Арона.

– Мы принесли тебе кое-что поесть, – сказала блондинка, поставив кастрюлю на пол. – Тут суп. – Она взяла чашку, которую протянула ей Каая, и наполнила дымящейся жидкостью, от запаха которой у него потекли слюнки.

– Мы захватили немного хлеба, – пробормотала Каая и протянула через прутья решетки несколько ломтиков.

Ариан мгновение колебался, но потом осторожно потянулся к хлебу. Она вздрогнула от его прикосновения, что причинило ему сильную боль.

– Прости меня, – прошептал он.

– Нет, все в порядке, ничего не…

– За вчерашнее.

Каая отвела взгляд в сторону и посмотрела на Луану, которая встала и протянула ему чашку. Она была достаточно узкой, чтобы поместиться между двумя металлическими прутьями.

– Спасибо.

Выражение лица Луаны не изменилось.

– Не уверена, вкусный ли он. Может, я положила слишком много соли. Или перца.

Да, он четко понял ее послание.

– Вкусно. – Он изо всех сил старался не обращать внимания на то, что суп был чертовски острым.

– Как жалко, – отозвалась Луана, пожав плечами. – Ты идешь? – обратилась она к Каае и взяла кастрюлю.

– Можешь оставить? Пожалуйста, – поспешно спросил Ариан. Так он сможет снова наполнить чашку, когда допьет суп.

Блондинка пожала плечами и подтолкнула кастрюлю ближе к клетке.

– Сойдет?

Он кивнул и поблагодарил ее, а затем обратил внимание на Кааю, которая по-прежнему избегала его взгляд.

– Так что, каков план? Насчет меня.

– Сначала мы дождемся возвращения Орианы, – ответила Луана вместо Кааи. – Она заберет свою вторую половинку и навестит подругу, которая чуть ли не живет в библиотеке. Все, что мы можем сейчас, – это надеяться, что парочка книг прольет свет на то, что с тобой не так.

– А что насчет разлома между мирами? Что, если Пертеас вернется? Если он ищет меня?

– Мы позаботимся об этом, – ответила она. – А для начала перестань причинять боль моим друзьям. Тогда мы обязательно что-нибудь придумаем.

Ее слова попали точно в цель. Поджав губы, Ариан кивнул и снова перевел взгляд на Кааю, которая упорно продолжала глядеть в пол.

– Каая, пожалуйста, посмотри на меня.

Он видел, как она жует нижнюю губу и переминается с ноги на ногу. Ей все еще было больно из-за того, что он вчера сказал. Наконец, она подняла взгляд. Ее медово-карие глаза тонули в море слез. Ариан, споткнувшись, отступил назад. Это он сделал. Только он виноват в том, что Каая так себя чувствует. Он хотел извиниться, но какой в этом смысл? Сколько раз за последние несколько часов он уже сделал это?

– Идем, – прохрипела Каая и отвернулась.

Бросив на него последний взгляд, Луана последовала за подругой. И он остался один.

Глава 6

Каая

Следующие несколько дней они с Арианом не виделись друг с другом. Только Арон время от времени навещал брата, чтобы тот не чувствовал себя изолированным. И хотя он каждый раз сообщал о том, что Ариан в порядке и в здравом уме, Каае требовалась дистанция. Ей было слишком больно вспоминать его слова.

Вздохнув, она посмотрела в окно и откусила еще один кусочек булочки. Сегодня она сидела за обеденным столом одна, потому что только проснулась после дневного сна. Арон и Луана уже удалились в свою комнату, а Илиас все еще оправлялся от своих травм. По крайней мере, так он говорил. Впрочем, Каая догадывалась, что он пытается держаться от нее подальше. Зато утром прибыл гонец с письмом от Орианы. Они с Фероданом вернутся завтра и привезут с собой книги и зелья.

Каая прожевала булочку и запила ее водой. Она всегда знала, что они смогут найти душу Ариана, а теперь была так же уверена в том, что они найдут способ спасти ее. Обязательно должно найтись хоть что-то, что сможет вернуть настоящего Ариана. Прежде чем откусить еще один кусок, она посмотрела в сторону лестницы. Дверь в комнату Илиаса была открыта. Каая невольно задержала дыхание и прислушалась к шагам в коридоре. Он спускался к ней? Она опустила руку с булочкой и уставилась на лестницу, округлив глаза. Затем услышала щелчок закрывшейся двери и, наконец, перевела дыхание. Вероятно, он просто отошел в туалет. Каая положила в рот последний кусочек своего ужина и решила отправиться в ванную, чтобы помыться. Она почувствовала неприятный запах от хлопковой рубашки, которую носила вот уже несколько дней, и сморщила нос. Надо бы постирать. А пока она сохнет, позаимствует вещи Орианы: наверняка та не станет возражать.

Каая отыскала одежду в комоде в спальне Орианы и Феродана спустя пару мгновений поисков. Повинуясь импульсу, она осветила свечой остальную часть комнаты – надеялась увидеть хоть что-то, что подскажет ей, каким человеком был Феродан. Каая, может быть, давно знала Ориану, но понятия не имела, кем была ее вторая половинка. Как он выглядел. Но кроме рубашки, висевшей на спинке стула, она ничего не нашла, а рыться в шкафу ей не хотелось. Поэтому она вышла в коридор и проскользнула в ванную.

Здесь было темно, лишь лунный свет просачивался в комнату через маленькое окошко. Каая зажгла несколько свечей и сняла грязную одежду. Посмотрев в зеркало, она поняла, что выглядит переутомленной. Кожа была пепельного цвета, а глаза – тусклыми и заплаканными. Темные круги под ними приобрели почти нездоровый оттенок. Каая быстро отвернулась и схватила ведро воды, чтобы нагреть его над небольшим очагом. Но что удивительно, вода уже была теплой. Без лишних раздумий Каая вылила ее в ванну, и за этим ведром последовали и другие. Каая осознала, что вода была комфортной температуры, только когда опустила одну ногу, а затем погрузилась в нее всем телом.

Она откинула голову на бортик ванны и закрыла глаза. Теплая вода заставила ее мышцы расслабиться, и хотя ее тело начинало успокаиваться, разум не желал отключаться. Ей было интересно, какие зелья принесет с собой Ориана. Что она выяснила. Затем Каая подумала о том, как Ариан отреагирует на Феродана, своего отца. Взгляд упал на левую руку, которой она вцепилась в край ванны. Каая подняла ее и внимательно осмотрела кольцо на пальце. Живот сжался при мысли об Ариане, но это украшение каким-то образом вселило в нее надежду. А еще образ Илиаса который снова и снова всплывал в ее сознании. Как он сидел в коридоре… Это пробуждало в ней какие-то чувства. Он вызывал в ней чувства. Как бы сильно она им ни противилась.

Разочарованно выдохнув, она опустила руку с кольцом в воду и принялась оттирать пот и грязь последних нескольких дней со своего тела. Закончив, она вылезла из ванной и взяла льняное полотенце, чтобы вытереться.

– Что это? – пробормотала она себе под нос, когда развернула ткань, которую вытащила из комода Орианы в слабом свете свечи.

И тогда случилось это. По ее телу пробежала дрожь, и она почувствовала легкое дуновение ветерка на своей шее. Через секунду теплые пальцы прошлись по ее позвоночнику. Каая не могла пошевелиться, и хотя должна была чувствовать себя застигнутой врасплох, в глубине души она знала, что в безопасности и защищена. Знала, кто стоит за ее спиной, пусть и не видела его. Она уже переживала этот момент раньше.

– Почему ты не подождала меня в ванной, любовь моя? – прошептала ей на ухо вторая половинка, коснувшись губами шеи.

Воспоминание улетучилось так же быстро, как появилось. Каая присела на край ванны и сделала глубокий вдох. Ей казалось, что она никогда не перестанет чувствовать прикосновения Илиаса, его губы… Ее снова охватила эта древняя тоска.

– Я схожу с ума, – прошептала она и провела рукой по мокрым волосам. Немного успокоившись, Каая отложила льняное полотенце в сторону и снова потянулась за предметом одежды из комода Орианы, который уронила на пол.

Через мгновение дверь позади нее распахнулась. Она рефлекторно обернулась и оказалась лицом к лицу с Илиасом, который стоял в дверном проеме как вкопанный и смотрел на нее широко распахнутыми глазами. Всего секунду его взгляд скользил вверх и вниз по ее лицу и телу.

В полном недоумении она уставилась на него в ответ, не в состоянии понять, что происходит. Это что, очередное воспоминание? Нет. Нет, это были совершенно другие ощущения. Он в самом деле стоял перед ней. И все, о чем она могла думать, – его губы на шее…

– Нет, нет, нет! – прошептала она скорее себе, неловко прижимая к телу клочок ткани из темно-синего шелка. – Вон, вон, вон!

Адамово яблоко на его шее двигалось, будто ему тяжело глотать.

– Д-да, уже ухожу, – выдохнул он и вышел из комнаты, не отрывая от нее взгляда. Она захлопнула дверь перед его носом и почувствовала, как ее щеки покраснели.

– Ты когда-нибудь слышал, что воспитанные люди стучатся в дверь? – крикнула она.

– Мне очень жаль, – ответил он. – Обычно мне стучать не приходится.

– Ах да, – пробормотала она. – Ты ведь принц.

Она услышала тихий смех Илиаса из-за двери, и этот звук устремился прямо в ее сердце. Чувства, бушевавшие в ней во время вспышки воспоминаний, вернулись с такой силой, что едва не выбили ковер у нее из-под ног. Внезапно она поймала себя на мысли, что не хочет ничего, кроме как быть рядом с ним.

Илиас

Когда дверь в ванную комнату снова открылась, его пульс еще не успокоился. Он просто хотел принять ванну и не ожидал встретить там Кааю – тем более обнаженную. Впрочем, он не был уверен, что надетая на ней сейчас вещица как-то улучшит ситуацию. Неглиже полуночно-синего цвета облегало ее тело, словно вторая кожа, не оставляя места для фантазий. Оно было коротким, с глубоким вырезом, и Илиасу пришлось собрать все свои силы, чтобы снова сфокусировать взгляд на ее лице. Даже в слабом свете свечей он видел, что ее щеки порозо-вели.

– Извини. – Ему правда было очень жаль.

Каая пожала плечами и нервно прикусила нижнюю губу.

– Думаю, ты не впервые видишь обнаженную женщину. Так что все не так уж плохо.

– Нет, не впервые. – Но тем не менее это не было чем-то привычным. – Ты принимала ванну, – отметил он, когда Каая промолчала.

– Люди обычно именно этим и занимаются в ванной, – ответила она, и он услышал в ее голосе легкую дрожь.

– Надеюсь, вода была теплой и приятной, – пробормотал он, не отрывая от нее взгляда. Он нахмурился, когда ее лицо прояснилось и румянец на щеках стал еще ярче.

– Это была твоя вода, – догадалась она, и Илиас широко улыбнулся. – Прости…

– Я нагрею себе еще.

Каая медленно кивнула, неуверенно глядя куда-то в сторону.

– Тогда я… пойду в свою комнату.

– Спокойной ночи, – сказал он.

– Спокойной ночи, – ответила она, но не сдвинулась с места.

– Каая…

– Спасибо, – вырвалось у нее, как будто она целую вечность сдерживала это короткое слово. Он даже не успел ничего ответить, как она подошла к нему так близко, что их ноги соприкасались. Словно в замедленной съемке, она схватила его за руку. Прикосновение было таким неожиданным, что по его телу прокатилась дрожь.

– За что? – тихо спросил он.

– Ты спас меня. Снова. – Она посмотрела на него из-под густых ресниц, и он увидел в ее глазах слезы. Илиас тут же вспомнил, как она стояла перед ним в расстегнутой блузке, после того как они с Арианом… В его груди что-то болезненно сжалось. Он не должен желать ее. Не так сильно. – Я должна была поблагодарить тебя гораздо раньше. Но я не знала, как это сделать. А теперь еще и воду твою забрала.

– Каая, – снова заговорил он, – тебе пора отправляться в постель.

– Почему? – Ее голос дрожал.

– Потому что я не знаю, как долго еще смогу себя контролировать. – Он снова осмотрел ее с ног до головы пылким взглядом. Казалось, она только сейчас все поняла.

– Может, я не хочу, чтобы ты себя контролировал.

Из его горла вырвался гортанный звук.

– Ты понятия не имеешь, о чем просишь.

Каая отпустила его руку и отступила назад.

– Ты прав. Не знаю, что на меня нашло. В ванной ко мне… ты был… – Она указала на открытую дверь позади себя, а затем покачала головой. – Ладно, извини. Не хочу усложнять это, чем бы оно ни было. Прости.

Он безрадостно рассмеялся. Если бы она только знала, как сложно ему сейчас.

– Спи спокойно, Каая, – прошептал он и протиснулся мимо нее в комнату. Ему сейчас была необходима холодная ванна.

Глава 7

Каая

После столкновения с Илиасом Каая так и не смогла прийти в себя и на следующее утро чувствовала себя разбитой.

«Потому что я не знаю, как долго еще смогу себя контролировать».

По ее венам побежала волна тепла. Он смотрел на нее так… как будто ему было физически больно держаться от нее на расстоянии. Каая разочарованно вздохнула. Ей не следовало подходить к нему. Ее тело будто действовало само по себе – управлялось кем-то извне. Она вдруг увидела его. Глазами Неа. И ей нужно было к нему прикоснуться. Каая покачала головой. Эта связь душ только мешала, пока они пытаются спасти Ариана. Ариан… Ей казалось, что она предала его. Они целых три года были друзьями. Друзьями, которые были влюблены друг в друга. Друзьями, которые целовались и почти… Каая на мгновение прикрыла глаза, пытаясь справиться с болью, а потом посмотрела на неглиже, которое было надето на ней. Она решительно сняла его и потянулась за рубашкой.

Спускаясь по лестнице, Каая услышала голоса Луаны и Орианы, которые разговаривали на кухне. Каая вспомнила последний разговор с эльфийкой, и ее живот болезненно сжался. Она была мачехой Ариана. Каая глубоко вдохнула, медленно выдохнула, а затем вошла в помещение. Запах свежеиспеченного хлеба сразу долетел до нее.

– Доброе утро.

Ориана робко улыбнулась.

– Доброе утро.

– Где он? – спросила Каая, не ответив на ее улыбку.

Ориана обменялась взглядами с Луаной и кивнула в сторону гостиной.

– Идем.

Каая сжала ладони в кулаки и последовала за ней вместе с Луаной. Впрочем, накопившийся внутри нее гнев постепенно сменился любопытством, когда она увидела светловолосого эльфа, сидевшего на диване перед камином. При виде них он поднялся на ноги. Он был высоким и одет в темную тунику, которая удачно подчеркивала бежевый оттенок кожи. Черты его овального лица казались суровыми, а губы сжаты в тонкую линию. Но больше всего ее поразили его глаза. Они были пронзительно- серого цвета, который она узнала бы где угодно.

– Вот почему Ориана не познакомила нас раньше, – задыхаясь, прошептала Каая. Они с Арианом сразу бы догадались. И он понимал это. Все эти годы, пока Ориана заботилась об Ариане, Феродан знал об этом. Знал, что у него был сын. Сын, который очень скучал по отцу и нуждался в нем. При взгляде на него Кааю будто отбросило на три года назад, в прошлое. Она вспомнила, как Ариан впервые рассказал ей о том, что не знает своего отца. Каая готова была поклясться всеми богами, что он невероятно сильно хотел познакомиться с ним. И вот теперь его отец стоял здесь, перед ней. Она познакомилась с ним раньше самого Ариана. Пока он находился в подземелье. От трагичности сложившейся ситуации у нее сжалось горло и снова вскипел гнев.

– Спасибо, – сказал Феродан, одним-единственным словом развеяв все ее мысли. Неужели их голоса тоже похожи? – Спасибо, что вернула его. Ариана. – Он произнес имя своего сына почти с осторожностью, что заставило каменный фасад Кааи дать трещину. – Хотел бы я помочь вам.

Она не смогла сдержать фырканья.

– Вы опоздали лет на двадцать.

Что удивительно, но он выдержал ее взгляд и кивнул.

– Ты права. И я никогда не смогу исправить то, что сделал. Как поступил с ним. С ним и моей второй половинкой. Я был законченным эгоистом.

– Ты все еще эгоист, – холодно ответила Каая. – Иначе тебя бы здесь не было. Ты хочешь увидеться с ним. Но задумывался ли ты когда-нибудь о том, а хочет ли он видеть тебя? Учитывая обстоятельства.

Феродан облизнул губы и тяжело вздохнул.

– Нет, ты не задумывался, – продолжила она, даже не дав ему возможности ответить. – Эгоисты никогда не думают о других.

– Я просто хочу как лучше для него, – сказал он. – Когда Ориана сообщила, что он не в порядке, я хотел только увидеть его. Побыть с ним в самые мрачные для него времена.

Она слишком хорошо знала выражение, которое видела сейчас в глазах Феродана. Так Ариан выглядел всегда, когда говорил о чем-то важном.

– Дай ему шанс. – Луана подошла к ней и положила руку на плечо.

Каая вздохнула.

– Это не мне решать. Ариан сам решит, когда встретится с отцом. Но, может, хорошо, что я буду рядом.

– Спасибо, – снова сказал эльф.

– Кто-нибудь голоден? – выкрикнула Ориана с кухни.

И хотя нервы Кааи были напряжены до предела, ей пришлось признать, что у нее урчит в животе. Она повернула голову в сторону и увидела, что рыжеволосая эльфийка балансирует в руках тарелками и мисками. Ориана поставила их на массивный обеденный стол. Луана отправилась на кухню вслед за ней, и они вдвоем принесли несколько соблазнительно пахнувших блюд. Удерживая Феродана под прицелом своего взгляда, Каая заняла место на одном из деревянных стульев. Он сел напротив нее, и повисшая между ними неловкая тишина, к счастью, скоро разрушилась Орианой, Луаной и Ароном, которые присоединились к ним за столом. И только Илиас решил остаться в своей комнате.

– Вы торговец? – поинтересовалась Луана, обращаясь к Феродану и протягивая своей второй половинке хлебную корзинку. Ориана привезла из Айхенштадта несколько сортов сыра, а также ветчину, ливерную колбасу и виноград.

– Да, продаю меха и кожу, – ответил он и сделал глоток чая.

– Значит, вы и охотник? – спросила эльфийка.

Каая слушала их вполуха, но увидела, как Феродан кивнул. Она помешала кашу и бросила в нее еще одну виноградину, надеясь, что сладость немного взбодрит. Правда, это не особенно помогало.

– Что за зелья дала тебе Мираэль? – выпалила она.

Разговор о разделывании добытой дичи прервался.

– Кое-что для успокоения, – ответила Ориана, и Каая подняла брови.

– Что значит «для успокоения»? Он ведь не вспыльчивый ребенок, которому после приступа агрессии дают успокоительное, чтобы он почувствовал себя лучше. – Она сказала это, даже не повысив голоса, и крепко сжала ложку в руке.

– Нет. Это… – Каая заметила, как Ориана бросила мимолетный взгляд на нее. – Это другой вид зелья. В нем содержится цветок энтий, который успокоит его, чтобы он больше не испытывал гнева.

– Энтий? – повторила Луана, нахмурив брови. – Концентрат этого растения используется для лечения душевнобольных. Он отключит не только гнев, но и все остальные чувства. Если Ариан будет принимать его, то превратится в безжизненную оболочку. Лучше бы мы тогда вообще не возвращали его душу.

И хотя Луана говорила спокойно, Каая от страха выронила ложку, которая со звоном ударилась о пол. Она потрясенно отодвинула стул, чтобы встать, но ноги не слушались ее.

– Вы хотите накачать Ариана зельем? – внезапно раздался голос Илиаса. Каая даже не заметила, когда он спустился, но сейчас он стоял рядом с ней.

– В одной из книг упоминалось, что с их помощью можно выключить сильные чувства, будто выключателем. Понимаю, там речь явно шла не о душе умбры, но на эту тему у нас слишком мало источников. Мы подумали, что он не сможет навредить ни себе, ни другим. Лишь до тех пор, пока мы не найдем более действенного решения, – пояснила Ориана.

– Возможно, я смогу что-то узнать у ученых во дворце.

«Во дворце?»

Каая уставилась на Илиаса, который тоже смотрел на нее.

– Что ты имеешь в виду?

Ее сердце бешено колотилось, потому как она понимала, что он сейчас скажет.

– Я поправился и должен вернуться в Туманность.

Его слова будто стали спусковым крючком, в котором нуждались ее ноги.

Каая вскочила со стула и выбежала из столовой.

– Каая, подожди. – Илиас быстро догнал ее, схватив руку. Он развернул ее к себе и пристально посмотрел в глаза. – Дело в Киане. Он еще не вернулся.

Арон и Луана, последовавшие за ними, остановились.

Эльфийка подняла брови.

– Верно. Он отсутствует уже… восемь дней. – По ее лицу скользнула тень. – Думаешь, с ним что-то случилось?

– Путь отсюда до часовни занимает два с половиной дня, – продолжил Илиас, проигнорировав ее вопрос. – А склеп, в котором лежит тело Неа, находится в нескольких днях езды от часовни в Туманности.

– Поездка туда и обратно не должна занять больше недели, даже с запасом.

Илиас кивнул, а затем взглянул на Кааю, которая по-прежнему молчала.

– Ты хочешь узнать, что с ним, – заключила она в какой-то момент.

– Он там из-за меня. Остался один из-за меня.

– Скорее из-за меня, – отозвалась Каая. – Я пойду с тобой.

Боковым зрением она заметила, как Луана округлила глаза.

– Нет, – коротко ответил Илиас. – Это слишком опасно. Мой отец жаждет нашей смерти. Мы знаем его секрет. А если он узнает о нашем, то ни при каких обстоятельствах не отпустит тебя живой. – Он сжал руки в кулаки. – Теперь, когда Ариан заперт в подземелье, ты здесь в большей безопасности.

Она не знала, что ответить на это. Да, он был прав. Пертеас убьет ее, если она попадет в его руки. Но оставаться здесь и просто ждать возвращения Илиаса… Она этого не выдержит. Сойдет с ума, если не будет знать точно, в порядке ли он. А если с ним что-то случится, это будет только ее вина.

– Даже не думай об этом, – мягко сказал он.

– Думать о чем? – вмешалась Луана, переводя взгляд с одного на другую.

– Она винит себя в сложившейся ситуации.

Каая раздула крылья носа.

– Вы все-таки мое тело возвращать собираетесь. Потому что в этом обличье, – она указала на себя, – я здесь бесполезна. Совершенно бесполезна.

– Никогда так больше не говори. – Голос Илиаса звучал твердо, и она вздрогнула под его пронизывающим взглядом. – Без твоего тела, без твоего бьющегося сердца, любви и боевого духа Ариан, возможно, никогда бы не проснулся.

В глубине души ее тронуло то, что эти слова исходили именно от него. От Илиаса. Ее глаза наполнились слезами, а затем она оттолкнула его и побежала вверх по лестнице в свою комнату. На нее столько всего навалилось. Слишком много.

Громко всхлипнув, Каая бросилась на кровать, подтянула колени к груди и плакала, плакала, плакала. Ей становилось все труднее и труднее дышать. Слишком много. Слишком много, слишком много.

В какой-то момент она услышала, как открывается дверь, но у нее не было сил даже подняться. Луана молча села на кровать и погладила ее по дрожащей спине. Каая не знала, сколько времени прошло, прежде чем она успокоилась. Она подняла влажные от слез глаза и посмотрела на Луану, которая держала что-то в руках.

– Что это?

– Илиас просил передать тебе. – Эльфийка протянула ей деревянную шкатулку.

Каая сразу поняла, что это такое. Когда она открыла крышку, до ее ушей донеслась тихая мелодия. Только через секунду ее охватил внезапный страх. Она снова взглянула на Луану, и в ее широко раскрытых глазах читался вопрос.

– Он ушел, Каая.

Глава 8

Каая

– Это было единственно верным решением, – настаивала Луана, когда Каая так и не произнесла ни слова. – Неужели ты не беспокоишься о Киане?

Каая могла бы сказать эльфийке, что действительно волновалась, однако тогда ей пришлось бы признаться самой себе в том, что последние дни она почти не думала о Киане. Переживания об Ариане буквально пожирали ее заживо, но теперь она боялась еще и за Илиаса, который значил для нее больше, чем она готова была признать. К тому же он мог столкнуться в Туманности со своим отцом. А еще эти разломы между мирами, которые Луана отчаянно хотела закрыть, мертвое тело Неа, армия Пертеаса…

– Моя голова вот-вот взорвется, Лу, – пробормотала она. – Я не знаю, как долго смогу держаться. – Каая чувствовала невероятное давление в груди, будто сердце подтверждало ее слова. – Когда ты хочешь поговорить с Верховным Советом?

Подруга посмотрела на нее с грустью в глазах.

– Ты ведь знаешь, что моя работа – защищать жителей Эсерии от любых опасностей. Мы обещали это людям. У нас договор.

Каая кивнула. Конечно, она знала.

– Если моя бабушка выяснит, что я скрываю это так долго… И, Каая, насчет моей бабушки. Есть кое-что, что ты должна знать.

Стук в дверь заставил их обеих вздрогнуть.

– Простите, что беспокою, – сказала Ориана, просунув голову в дверную щель и посмотрев на Кааю. – Но Феродан хочет увидеться с Арианом. Как думаете, вы могли бы навестить его прямо сейчас?

Ориана выглядела сокрушенной.

Каая тихо вздохнула.

– Сейчас спущусь.

– Спасибо. – Ориана прикрыла за собой дверь, и Каая снова повернулась к Луане.

– Итак, что ты хотела сказать?

Но эльфийка лишь покачала головой.

– Это может подождать. У тебя сейчас полно других забот.

Каая хотела было возразить, но в конце концов подруга была права.

– Ты не возражаешь, если мы с Фероданом пойдем вдвоем? – спросила она.

– Да, конечно. Это дело Ариана и его отца, и кроме тебя там никого не должно быть. – Луана тепло улыбнулась, и Каая благодарно кивнула ей, прежде чем подняться и выйти из комнаты.

Феродан ждал ее на пороге. Накинув свое легкое пальто, Каая подошла к нему. Ей пришлось взять себя в руки, чтобы не расплакаться от напряжения из-за скорой встречи отца и сына. Слава богам, Вира и Виндур, две лупиры, немного отвлекли их, когда бросились приветствовать.

Преисполненные решимости, – по крайней мере, так показалось Каае, – эти два существа повезли ее и Феродана к пещере, расположенной к востоку от Аргонсфельда. Поездка заняла всего полчаса, которые они провели в тишине. Каая то и дело поглядывала в сторону Феродана, но он не отрывал напряженного взгляда от дороги впереди. Только когда они спустились с лупир и вошли в пещеру, в которой находилось подземелье Ариана, он наконец-то обратил на нее внимание.

Несмотря на яркий день, в пещере было мрачно и становилось только темнее по мере того, как они уходили все глубже и глубже. Благодаря фонарю, освещавшему путь, она смогла разглядеть и другие камеры, но все они были пусты. Они были созданы для другого времени.

Внезапный звук вырвал ее из размышлений. Они с Фероданом нервно обменялись взглядами и продолжили путь. Когда звук повторился, – на этот раз совсем близко, – Каая испуганно вскрикнула. Что-то черное пронеслось у нее перед глазами, и она отступила на несколько шагов назад, потеряв равновесие. Феродан схватил ее за руку прежде, чем она упала на землю.

– Спасибо, – сказала она, затаив дыхание. На мгновение она даже забыла, что презирает его. – Что это было?

Даже в тусклом свете фонаря Каая заметила, что эльф с трудом сдерживает смех.

– Летучая мышь.

Каая возненавидела то, что ей хотелось рассмеяться. Она лично сражалась с умбрами, Пертеасом, но была повержена летучей мышью.

– Я немного нервничаю, – в какой-то момент признался Феродан, когда они снова пошли вперед.

– Ариан замечательный, – ответила она. – Мама хорошо его воспитала. – Эльф смиренно отвел взгляд, и ей даже стало жаль его. – Он справился, знаешь. Вырос хорошим парнем без отца.

– Спасибо, – ответил Феродан с вымученной улыбкой. – За то, что ты была рядом с ним.

Каая кивнула и вскоре остановилась.

– Его клетка там.

– Ты первая? Или я? Или пойдем вместе?

Каая улыбнулась, заметив, что он на самом деле нервничает.

– Мы пойдем вместе.

Он благодарно улыбнулся и последовал за ней.

– Ариан? – позвала она в тишине. Каая подняла фонарь и увидела, что он съежился в углу клетки. – Это я. И я кое-кого с собой привела.

Ариан

Каая. Она вернулась. В нем зародилась надежда. Последние несколько дней он снова и снова прокручивал в голове, что скажет ей, когда она навестит его, но так и не смог подобрать нужных слов. Эта темная пещера сводила с ума. Не знать, какое сейчас время суток там, снаружи, казалось для него ужасной пыткой. К тому же он постоянно был один. Наедине с голосами в голове, которые, видимо, пробудились, чтобы защитить его от одиночества. Они беспрестанно подначивали его, кричали, чтобы он освободился. Но теперь ему не придется их слушать, потому что Каая наконец-то была здесь.

Ариан заметил, что она приблизилась к клетке, и посмотрел на нее снизу вверх. В тот же момент он понял, что она пришла не одна. Он медленно выпрямился и с подозрением оглядел человека, точнее, эльфа. Первым делом Ариан обратил внимание на цвет его глаз. Радужка переливалась серебристо-серым оттенком – таким ярким, что его можно было бы увидеть даже без фонаря.

– Это Феродан, – пояснила Каая.

– Вторая половинка Орианы, – заключил Ариан, проглотив комок в горле. Почему-то все это вызывало в нем странные чувства. Он подозревал, что здесь таилось что-то еще.

– Да. Ориана нас не знакомила, потому что сначала хотела спокойно с тобой поговорить.

– Поговорить? – переспросил Ариан. – О чем?

– Она… Ориана – не сестра твоего биологического отца.

«О чем, черт возьми, она говорит?» Какое отношение это имеет к его отцу? Ариан увидел, как Каая обменялась взглядами с эльфом, а затем он сделал шаг вперед.

– Ариан, я твой отец. И я хотел бы познакомиться с тобой поближе.

Этот эльф мог бы говорить хоть на эльфийском языке, настолько чужды были слова, сорвавшиеся с его уст.

– Я… я… не понимаю, – пробормотал Ариан, увеличивая расстояние между собой и второй половинкой Орианы. Ориана… Разве это возможно? Она что, все эти годы лгала ему? – Что значит мой… мой отец?

В то время как эти двое молчали, голоса в его голове бушевали. Они кричали друг на друга. Здесь стоял его отец. Человек, чьих любви и внимания он желал на протяжении всей своей жизни. Человек, который бросил его. Человек, который отдал его, маленького ребенка, на воспитание Сеорасу.

– Но ведь он все это время знал, кто я такой, – бормотал Ариан себе под нос. – Ты знал, не так ли? – обратился он к Феродану.

«Пожалуйста, скажи «нет». Пожалуйста, скажи «нет». Пожалуйста, скажи…»

– Да, я знал. С того самого дня, как Ориана увидела тебя на рыночной площади с моей цепочкой на шее.

Его сердце разбилось на тысячу осколков.

– Ты знал, кто я такой.

– Думаю, нам пора идти, – услышал он шепот Кааи. В это мгновение он понял, что ему никогда не собрать эти осколки.

– Ну разумеется, – прохрипел он. – Идите! Оставьте меня одного. У вас двоих это получается лучше всех! – Его голос становился все тише и тише, пока не сорвался. Он почувствовал, как что-то горячее потекло по его щекам, и вытер их тыльной стороной ладони. – Да кем я вообще себя возомнил? Я не нужен своему отцу, отчим пытался убить меня, а мать и брат забыли обо мне, не поискав ни дня. А та, кого я люблю… – произнес он, глядя прямо на Кааю. Ее лицо расплывалось у него перед глазами. – Она любит другого. – Он фыркнул. – Вас всех устраивает, что я схожу с ума, не так ли? У вас появился отличный повод бросить меня, не испытывая при этом угрызений совести.

Некоторое время они оба молчали, а затем Каая очень медленно подошла к решетке, отделявшей их друг от друга.

– Ты хочешь, чтобы все прекратилось? – прошептала она, и по ее щеке покатилась слеза.

Ариан просто смотрел на нее, слишком взволнованный, чтобы сформулировать четкую мысль. Она порылась в своей сумке и достала флакон, в котором плескалась зеленовато-голубая жидкость.

– Это немного сдержит твой гнев. И печаль.

– А что еще я должен чувствовать, Каая? – спросил он. – Мне что, сидеть здесь и прозябать?

– Мы можем вытащить тебя отсюда. Ты контролируешь себя больше, чем думаешь. А если выпьешь это, – она протянула флакон, – вероятность того, что переключатель сломается, снизится.

– Кажется, вы все уже решили за меня, – отозвался Ариан. Когда Каая собиралась смиренно отвернуться, он схватил ее за запястье, просунув руку между двумя металлическими прутьями. Ее тело на мгновение напряглось, а Феродан позади нее вздрогнул. – Можешь оставить зелье здесь. Я попробую.

Каая

– Мне кажется, все прошло хорошо, – сообщила она, сев перед камином рядом с Ароном и Луаной. Наступил полдень, и эти двое устроились на диване Орианы с одеялом и чаем. Луана уткнулась носом в книгу. – Он злился и выглядел грустным, но держал себя в руках. Черные полосы не возвращались. Он был самим собой. – «Пусть и был лишь подобием мальчика, которого я когда-то знала», – мысленно добавила Каая. Рассеянно наблюдая за огнем, она краем глаза заметила, что Луана выпрямилась и положила книгу на маленький столик.

– Феродан с ним?

Каая кивнула.

– Ариан согласился выпить зелья из энтия. Феродан решил остаться с ним на случай, если у него есть непереносимость одного из ингредиентов. Я подумала, может, так они могли бы сблизиться.

– Мне нужна помощь! – раздался из кухни голос Орианы.

– Иду! – откликнулся Арон и встал на ноги. Стоило ему выйти из комнаты, как Луана подвинулась ближе и пристально посмотрела на нее.

– Ты уже лучше справляешься с отсутствием Илиаса?

Сначала Каая не знала, что ответить. Она ошеломленно уставилась на подругу, но затем собралась с силами.

– У меня даже не было возможности подумать об этом.

– И что ты чувствуешь?

Этот вопрос стал для нее еще неожиданней, чем предыдущий.

– Что ты имеешь в виду?

– Каая, я не идиотка, – сказала эльфийка, и ее взгляд смягчился. – Я же замечаю, как вы смотрите друг на друга. И, возможно, – негромко добавила она, – я слышала ваш вчерашний разговор у ванной комнаты.

Каая смущенно потупилась. Обостренный и чуткий слух эльфов уже во второй раз смущал ее.

– И что ты думаешь об этом? – тихо спросила она.

– Если так посмотреть, то я понимаю, почему ты считаешь его привлекательным. – Луана пожала плечами.

– Лу! – воскликнула Каая. – Все не так! Скорее, это… он…

– Привлекательный, – повторила Луана, за что получила от Кааи подзатыльник. Они обе рассмеялись. – А теперь серьезно, Каая. Я знаю, что такое союз душ. И знаю, что этому невозможно противиться. Ты просто не хочешь сопротивляться – это все равно, что пойти против своей природы.

Каая на мгновение задумалась над словами, и потом ей в голову пришло кое-что другое.

– Кстати, а что ты хотела мне сказать? Перед тем, как мы с Фероданом ушли? Что-то про твою бабушку, если я правильно помню.

– Ага-а-а, – протянула Луана. – Боюсь, я сделала кое-что очень глупое. – Она прикусила нижнюю губу. – Когда несколько недель назад я отправилась в Эрловен, чтобы попасть в Большую библиотеку, мне пришлось…

– Что, Луана? Скажи мне. – Бабушка изгнала ее с парящего острова четыре года назад, когда Луана решила быть вместе с человеком. Поэтому ей пришлось тайком пробираться в Эрловен.

– Меня поймали. Моя бабушка… Я сказала вам, что не виделась с ней, но… она взяла с меня обещание, что я вернусь в семью, когда мы выполним нашу миссию.

Каая вопросительно взглянула на нее, но Луана промолчала.

– И что это значит? – поспешно спросила она.

– Это значит, – эльфийка сделала глубокий вдох, затем выдохнула, – что я должна бросить все и вернуться в Эрловен.

Каая почувствовала, как краска заливает ее лицо.

– Все? И…

– Да, и Арона тоже. Она уже подобрала мне партнера. Бабушка. Эльфа, который подходит нам. Нашей семье.

– Но, Луана… После твоего визита в Эрловен многое изменилось. Ты теперь сильнее, и твоя любовь стала крепче. Ты заключила союз душ. В конце концов, это должно что-то значить для леди Элоры, не так ли?

– Тем не менее он был и остается человеком, Каая. – Ее голос дрожал. – Она считает его недостойным.

– Но ваши души слились воедино! И что собирается делать Верховная Леди? Разорвать вас на части? Ты не можешь соединиться с кем-то другим, это просто невозможно.

– По крайней мере, пока жив Арон, – прошептала Луана.

Глаза Кааи расширились.

– Как только он умрет, ты станешь…

– Мы не знаем. Мы не знаем, что будет, когда Арон умрет от старости. Ничего подобного раньше не случалось. Душа эльфа и душа человека никогда раньше не связывались.

Каая не знала, что на это ответить, и между ними воцарилось молчание.

– А если ты не пойдешь? – в какой-то момент спросила она.

Луана взглянула в сторону кухни.

– Она найдет меня и выдвинет обвинения. Я нарушила закон, когда вернулась туда несмотря на изгнание. Кроме того, я ворвалась в Большую библиотеку и напала на двух охранников. Мне надо вернуться. Ей нельзя появляться здесь. Вдруг она решит что-то сделать с Ароном? Понимаешь?

Да, Каая очень хорошо понимала.

– Тем не менее они должны узнать о разломах как можно скорее. Это важно. Мы не знаем, что планирует Пертеас и…

Громкий шум прервал их беседу. Еще мгновение они испуганно смотрели друг на друга, а затем одновременно вскочили и бросились на кухню, откуда доносился звук.

– Она просто упала в обморок! – выкрикнул Арон, склонившись над Орианой, потерявшей сознание. Повсюду валялись разбитая посуда и осколки.

Луана сделала шаг и опустилась на колени рядом с безжизненным телом Орианы.

– Надо стабилизировать ее.

– Что с ней? – встревоженно спросила Каая. Ориана была эльфийкой, и она не могла просто заболеть… – Надо перенести ее на диван.

– Нет времени, – выдавила Луана, и Арон огляделся по сторонам.

– Феродан еще не вернулся, не так ли?

– О боги, – прошептала Каая.

Казалось, Луана тоже все поняла.

– Мы должны попасть в подземелье. Немедленно.

– Ты останешься здесь, – сказала Каая подруге, когда та схватила плащ. – Тебе надо попытаться сохранить ее силы.

– Вы не сможете остановить его без меня! – пронзительно бросила Луана.

– Что здесь происходит? – Несмотря на видимое замешательство, Арон последовал примеру Кааи и взял плащ.

– Видимо, это эффект союза душ. Если Феродан ранен или… – Она предпочла не заканчивать это предложение. Вместо этого открыла дверь и вышла на холод вместе с Ароном.

Глава 9

Ариан

Кровь. Повсюду была кровь. Ариан сжимал пальцы вокруг прутьев решетки так сильно, что было больно. Боль вернула его к реальности. Но он не хотел находиться здесь. Видеть все это. Ему хотелось поскорее забыться. Эльф – Феродан – подошел к нему. Его отец. Его отец. Ариан и вправду пытался сохранять спокойствие. Но он больше не мог контролировать свой гнев и ненависть. И острые зубы, разрезающие десны. Они вырвались сразу, как ушла Каая. Феродан что-то сказал ему, но его слова потонули в более громком шуме. Взгляд Ариана скользнул к сонной артерии эльфа, которая пульсировала так сильно, что он не мог не видеть ее и перестать слышать звук бившейся в ней крови. В один момент Феродан даже просунул руку между прутьями решетки, чтобы схватить его за запястье. И тут у Ариана переключился выключатель.

Он схватил Феродана за руку и рывком притянул его ближе к решетке – с такой силой, что заскрипело железо. Заметив испуганный взгляд в серых глазах, Ариан попытался притормозить. Остановить чудовище внутри него. Но он не смог сопротивляться, особенно когда заметил, что из рваной раны на лбу эльфа течет кровь. Когда подумал, что его мать умерла только потому, что этот трус оплодотворил ее. Что он сам родился только потому, что этот сукин сын не смог себя обуздать.

Нет, он не смог дать отпор чудовищу. Ариан посмотрел на блондина, распростертого на полу у его ног. И почувствовал, как что-то глубоко внутри него оборвалось в тот момент, когда он зубами вырвал сонную артерию отца.

– Феродан! Нет! – Каая появилась словно из ниоткуда и сразу бросилась к эльфу, упав перед ним на колени. Она даже не обратила внимания на Ариана. Могло ли его сердце болеть еще больше? Он не знал.

– Ариан, что происходит? – Его брат тоже был здесь и выглядел испуганным. – Ариан! – взревел тот, и его глаза чуть не выскочили из глазниц.

– Держись от меня подальше. – Ариан едва узнал свой собственный голос. Он был таким слабым, сломленным… – Я не хотел этого. Не хотел, чтобы это случилось. Ничего из этого.

Осознав, что Ариан не станет отвечать на его вопросы, Арон опустился на колени перед Фероданом, веки которого в последний раз дрогнули, прежде чем закрыться.

Каая

Они не успели даже спешиться с лупиры, как Луана вышла им навстречу. При виде безжизненного тела Феродана она прикрыла рот ладонью.

– Так я и думала, – выдохнула она.

Каая понимала, что эльфийка всеми силами борется с подступающими слезами, – слишком хорошо ее знала.

– Ориана еще без сознания, и я не знаю, придет ли она в себя до того… – Луана не закончила, но всем и без того было ясно, что случится. Ориана и Феродан заключили союз душ. Их души слились воедино. Если Феродан скончается от ранений, Ориане останется жить всего несколько часов.

– Ты можешь спасти его? – спросила Каая, когда они втроем забрали эльфа с Виндура и понесли в хижину.

– Я должна, – ответила эльфийка, полностью сосредоточившись на своем пациенте. Как только они уложили его на диван перед камином, Луана сорвала с него рубашку и осмотрела оголенный торс. Видимо, хотела убедиться, что нет каких-то других ран. Кровь на его шее течь перестала, и Каая поняла, что это не сулит ничего хорошего. – Его организм отключается, – сказала Луана. Ее голос был спокойным, руки перестали дрожать.

«Но оно еще функционирует», – подумала Каая прежде, чем подруга засучила рукава.

– Принеси мне некоторые травы из амбара Орианы, хорошо?

Каая старалась запомнить названия, которыми сыпала Луана, после чего они с Ароном бросились в амбар.

– Я посмотрю в шкафу, а ты проверь флаконы на столе, – обратилась она к Арону. Тот кивнул. Он выглядел бледным, на его лбу даже выступили капельки пота, но все равно казался относительно спокойным, что не давало Каае сойти с ума. Она оторвала от него взгляд и повернулась к шкафу. – Корень горечавки, крапива, амфора, – бормотала себе под нос, дрожащими пальцами поворачивая маленькие бутылочки так, чтобы можно было прочитать надписи. – Мы тут не чертов чай заваривать собрались.

– Она сказала «огненный шип», верно? – спросил Арон позади нее. Он поднял флакон, в котором виднелись игольчатые красные травы.

– Думаю, да, – отозвалась Каая и снова заглянула в открытый шкаф. – Черный сансам! – выдохнула она и потянулась за полупустой баночкой. – И лютерия!

Она услышала, как Арон вздохнул с облегчением, а затем они помчались обратно в дом – к Луане, которая уже начала напитывать рану Феродана своей магией крови. В его горле больше не зияла дыра, но цвет лица по-прежнему был нездоровым. Сердце Кааи бешено стучало о ее ребра, когда она поставила флаконы на стол рядом с подругой.

– Для чего тебе травы?

– Чтобы сохранить его тело перед смертью, – выдавила эльфийка, отчего Каая резко вдохнула. – Это на самый крайний случай.

К счастью, «крайний случай» не пригодился. Луана смогла вылечить Феродана, и его тело не собиралось сдаваться.

Но, несмотря на все свои попытки, Луана не смогла вывести его из комы. Совершенно измученная, она рухнула на пол рядом с диваном. Каая и Арон все это время тревожно сидели за столом, наблюдая, как подруга доходит до предела своих возможностей.

– Это защитная реакция организма, – в какой-то момент пояснила эльфийка. – Вероятно, он потерял так много крови, что органы перестали функционировать, а мозг был поврежден в процессе.

– Но это же хорошо, не так ли? – спросила Каая, прежде чем поспешно добавить: – Значит, он все еще борется.

– Я не целительница, – ответила Луана, пожав плечами. – Я даже не обученный маг крови. Если бы Киан был здесь… – Она замолчала, и мысли Кааи вмиг унеслись в Туманность. Она надеялась, что с Кианом ничего не случилось. И с Илиасом… Вероятно, если он поторопится, то уже через пару дней доберется до своего дома.

– Знаю, вы не хотите этого слышать, – начала Луана, – но мы должны сообщить Верховному Совету. Вот это… – она указала на Феродана и на дверь, за которой находилась Ориана, – давно вышло из-под контроля. Мы не должны больше это скрывать.

– Луана, Илиас сейчас на пути в Туманность! – Каая не могла сдержать дрожь в голосе. – Он вернется не раньше, чем через неделю. Если мы сейчас подключим Совет…

– Мы в безопасности!

– Да, мы. – Каая сверкнула глазами, глядя на нее. – Но Илиас с Кианом – нет.

Лицо Луаны омрачилось.

– Как, по-твоему, нам тогда поступить?

– Подождем еще неделю. Иначе мы предадим Илиаса и Киана.

Каая увидела, как Луана переглянулась с Ароном. Тот кивнул, и Луана смягчилась.

– Хорошо, – сказала она. – Одна неделя.

Одна неделя. Потом Илиас вернется. Он должен вернуться.

Каая ошиблась. Илиас не вернулся. Она бросила взгляд на зеленые холмы Аргонсфельда, с которых открывался прекрасный вид на сад Орианы, затем занесла руку в воздух и закружилась со Стальным Крылом наперевес. Принца не было уже неделю. Семь дней. От Киана тоже не было вестей. Каая снова замахнулась мечом, повернулась и подпрыгнула. Последние несколько дней она пренебрегала своими тренировками и отчетливо это понимала. Но ей не хватало концентрации, а размахивать мечом в таком состоянии было небезопасно. Она много спала, постоянно перебирала книги в надежде найти решение для Ариана, о котором эти дни заботился Арон. И для Неа.

Она прокрутила Стальное Крыло в руке. Если они не придумают, как спасти их, останется только один вариант…

Их шансы найти другой выход в любом случае были невелики. Пока Ориана лежала без сознания, Каая с Луаной уже обсудили это. Они вдвоем размышляли о том, возможно ли вселить какую-то другую душу в тело Неа. Но мысль об этом казалась странной. Неправильной.

Каая подумала о ребенке, которого Неа сохранила в своем теле благодаря анимарию – кислотной жидкости, которую маги душ создали для сохранения души. Поскольку Каая знала, что ребенок сможет выжить, она все отчетливей понимала, к чему приведет их это путешествие.

Она развернулась и быстро занесла меч. Ее дыхание участилось, мысли снова вернулись к Илиасу. Если он не вернется в ближайшее время… то будет заперт в Туманности навечно. Могли ли они так рисковать? Хотела ли она этого? Одна только мысль о том, что она никогда больше его не увидит, сдавила ей горло. Что он будет делать, когда поймет, что разлома больше не существует? Стоять в часовне с телом Неа в руках, не в силах пройти через разлом, созданный ее душой? Прямо на том месте, где однажды уже была разрушена его жизнь. Там, где он уже однажды потерял ее.

Почувствовав болезненный укол в легких, Каая на мгновение остановилась. Она пыталась дышать более равномерно, вдыхать воздух через нос и выдыхать через рот. Но боль не хотела проходить – напротив, продолжала распространяться вверх по ее груди, к левой руке. Когда новая волна боли захлестнула ее, Каая поморщилась и помассировала плечо. Стальное Крыло выпал из ее руки.

– Каая?! – Дверь хижины распахнулась, и Луана вышла в сад. – Что происходит? Что с тобой?

Должно быть, она услышала, как тяжелый меч упал на землю, и забеспокоилась. Дверь еще не успела закрыться, а Луана уже бежала к ней, активировав магию крови.

– Возможно, я что-то сделала не так, – произнесла Каая сквозь стиснутые зубы. Она ждала, что спасительная магия Луаны принесет ей облегчение, но боль никуда не делась. Вдруг с ее глаз будто спала пелена. – Илиас! С ним что-то случилось! – Она наклонилась, чтобы схватить Стальное Крыло, но снова издала возглас боли.

– Что ты собираешься делать? – спросила Луана; ее голос почти перешел в крик.

Каая выпрямила спину и побежала мимо нее.

– Уж точно не сидеть здесь сложа руки, пока он страдает там. – Она не знала, через что сейчас проходит Илиас, но не собиралась оставлять его одного. Он находился в Туманности недалеко от Пертеаса. Может быть, прямо сейчас он мучил Илиаса.

– Подожди! – Луана последовала за ней в хижину.

Каая направилась к лестнице, чтобы добраться до своей комнаты. Она переоденется в более плотную одежду и крепкие ботинки и уйдет. Кто еще сможет противостоять Пертеасу, если не она? Неа. Ни у кого, кроме другого мага душ, не найдется сил, чтобы расправиться с ним раз и навсегда. На второй ступеньке она замерла.

Луана догнала ее.

– Поговори со мной! – настаивала та, чертыхнувшись.

– Я должна попрощаться с Арианом, – слова шепотом слетели с губ Кааи. «Возможно, они не увидятся еще очень долго…»

– Ты хочешь пойти в Туманность, – наконец заключила Луана.

– Что-то не так, Луана, – ответила она, продолжая подниматься по лестнице. Боль постепенно утихала, и Каая не понимала, что это значит. – Если я не пойду… Если они окажутся заперты там навсегда, Илиас, Киан и все остальные эльфы теней будут вечно страдать под гнетом Пертеаса. Я не могу нести ответственность за это. – Она сглотнула. – Я… я… Неа. Неа Уларен, дочь Эльдана и истинная наследница Трона Теней. Если кто-то и сможет им помочь, то… Думаю, это я… Мне так кажется.

В глазах Луаны блеснуло подозрение, когда они остановились у двери в комнату Кааи.

– Ты собираешься вернуться в ее тело.

– О чем вы говорите? – Арон вышел из ванной в одном льняном полотенце, обернутом вокруг бедер.

– Я отправляюсь в Туманность, – прямо сообщила Каая.

Арон в замешательстве посмотрел на свою вторую половинку. Луана кивнула, затем открыла было рот, чтобы что-то сказать, но Каая покачала головой.

– Может, мне и не придется это делать. Просто знайте: Пертеасу не победить.

– Каая, что… – начал Арон, когда она обняла его.

– Мы обязательно увидимся снова, я уверена. – Прежде чем он успел ответить, она, смеясь, добавила: – Ты забыл одеться.

Арон обнял ее.

– Ты даже не дала мне шанса!

– Мне жаль, – пробормотала Каая, подавляя рыдания.

– Все хорошо, – прошептал он, погладив ее по волосам, и отстранился. – Береги себя, ладно? – Они с Луаной не могли сопровождать ее, и Арон это понимал. Его второй половинке пора было отправляться в Эрловен, хотя он и не знал истинной причины этого. Каая искренне надеялась, что Совет найдет другой способ защитить Эсерию от Пертеаса. В противном случае, ей придется успеть вернуться до того, как они закроют разлом. А пока ее подруга пребывала в Эрловене, кто-то должен был позаботиться об Ариане, о котором не знал никто, кроме них. К тому же неизвестно, как долго Феродан и Ориана пробудут в коме и проснутся ли вообще когда-нибудь. Об этом знали лишь звезды…

– Я постараюсь! – ответила Каая. – И ты тоже, и…

– О нет, – тут же вмешалась Луана. – Я сама о себе позабочусь!

– Это правда. – Каая улыбнулась друзьям. – Но мне все равно надо поговорить с Арианом.

Каая переоделась, и они вместе с Луаной подошли к Виндуру, который отвез их в подземелье.

– Ты точно не хочешь, чтобы я пошла с тобой? – Девушки сошли с лупиры и уставились на большой вход в пещеру.

«Жутковато», – подумала Каая. Но она должна была с ним поговорить без посторонних лиц.

– Точно. Я не стану к нему приближаться.

– Пообещай! – потребовала Луана.

– Обещаю.

Она и вправду не собиралась подходить близко к клетке, но не была уверена, сможет ли сдержать обещание, когда снова увидит Ариана. Что, если он стал прежним? Что, если он одарит ее лукавой улыбкой, от которой трепетало ее сердце и захватывало дух? Не изменит ли это ее решение вернуться в Туманность?

– Ты справишься, Каая. – Голос Луаны вырвал ее из мыслей, бесконечной чередой проносившихся в голове.

– Спасибо. – Она должна была справиться. Она справится. От этого зависело слишком многое, в том числе и их жизни.

Глава 10

Каая

Тусклого света фонаря хватило, чтобы Каая смогла разглядеть его. Ариан сидел, съежившись в углу в клетке, подтянув колени к груди и обхватив их руками. Он дрожал.

– Ариан? – Когда она произнесла его имя, он поднял голову и несколько раз моргнул.

– Каая? – В его голосе прозвучала надежда, от которой у нее защемило сердце.

– Да, это я. Как ты?

Ариан издал короткий сухой смешок.

– Хорошо.

Она сделала несколько шагов, подходя ближе.

– Я серьезно, Ариан. Я хочу узнать, как ты себя чувствуешь.

Он поднялся как в замедленной съемке, но остался в своем углу.

– А как я должен себя чувствовать? – Он раскинул руки в стороны и огляделся. – Вы заперли меня здесь, потому что я представляю для вас опасность. Я опасен для тебя – человека, которого я люблю.

Еще один удар. Она увидела слезы в его глазах и почувствовала ком в горле.

– Мне надо с тобой поговорить, – прошептала она, опасаясь, что ее голос вот-вот сорвется.

– Они не проснулись, не так ли?

Он говорил о Феродане и Ориане. Арон упоминал, что рассказывал ему об этом.

– Нет, – выдохнула Каая, наблюдая, как что-то внутри Ариана ломается. – Это не твоя вина.

– Чья тогда это вина, если не моя? – Он провел рукой по волосам, которые уже так сильно отросли, что спадали ему на глаза.

Не зная, что ему ответить, она отвела взгляд. Зря, ведь теперь смотрела на огромное темное пятно на полу.

– Это сделал я, Каая, – сказал он, видимо, заметив, куда направлен ее взгляд. – Я притянул его к себе и вырвал его чертову сонную артерию. Своими же зубами.

От его последних слов Каая вздрогнула. Когда она снова посмотрела на Ариана, он подошел ближе, но все еще оставался вне досягаемости.

– Это не ты. Это все Пертеас. Он забрал тебя и…

– Превратил в монстра? – закончил он. – Да, все так. Я бы разорвал тебя на части, если бы захотел.

Ее тело охватила дрожь.

– Я тебе не верю.

– Значит, ты невероятно глупа.

Каая поставила фонарь на стоящий рядом стул и направилась к нему. Она могла бы даже коснуться его, если бы протянула руку.

– Ты сам сказал, что любишь меня.

Она видела, как он борется с собой и с монстром внутри себя.

– Каая… – Его голос дрожал. – Я не хочу стать причиной твоей смерти. Пожалуйста, не позволяй этому случиться.

Еще один укол в сердце. Снова, и снова, и снова.

– Нет, – ответила она. – Ты не будешь причиной моей смерти. Но я… – «Это я стану причиной твоей». Она не произнесла этих слов вслух. Ее сердце бешено билось о ребра. – Я должна кое-что тебе сказать.

– И что же? – прошептал он.

– Я должна уйти. Мне надо попасть в Туманность.

Ариан нахмурился, пытаясь понять ее.

– Зачем?

Каая снова уставилась в пол, внутри у нее все похолодело.

– Илиас там. Он ищет мое тело.

Подняв взгляд, она увидела на его лице недоумение.

– Что значит «он ищет твое тело»? Ты ведь не собираешься… – Его глаза расширились. – Ты выбрала его.

– Ариан, я… это… все не так. Ариан, пожалуйста, послушай меня. – Каая обхватила пальцами прутья решетки, чувствуя, как ее трясет изнутри. Ей пришлось приложить немало сил, чтобы не позволить зубам стучать друг о друга. Она искала столь знакомый взгляд, но Ариан не смотрел на нее.

Вместо этого он уставился на кольцо с бриллиантом на ее безымянном пальце левой руки. Оно вдруг стало таким тяжелым. Таким неправильным.

– Ты нашла его.

Каая смогла только кивнуть.

– Легко любить свет, не так ли? Но тьму любить невозможно. – Он издал тихое, смиренное фырканье, которое окончательно разбило ее сердце на тысячу маленьких кусочков.

Она инстинктивно протянула к нему руку.

– Но ты не тьма!

Ариан не сделал никаких попыток схватить ее. Лишь впился своими серыми глазами в ее медово-карие.

– Я знал. Всегда знал, что однажды потеряю тебя. Так же, как потерял всех остальных. Демоны в моей голове знали это. Они все знали.

– Ты не потерял меня, Ариан. И ты намного больше, чем демоны в твоей голове!

– Я. И. ЕСТЬ. ДЕМОН! – Он оказался совсем близко к ее лицу. – Неужели ты не понимаешь, Каая?

Когда он произнес ее имя, все, что осталось от ее сердца, разбилось. Сердце, которое он когда-то спас.

– Я был сломлен еще до того, как встретил тебя в том переулке. Мы были двумя сломленными детьми, которые пытались исцелить друг друга. И я влюбился в тебя, потому что ты полюбила меня, когда я сам не мог. – Ариан сжал руки в кулаки и опустил взгляд. – По крайней мере, я так думал. Я каждой клеточкой своего тела верил, что ты любишь меня. Но ты лишь использовала меня.

Каая открыла было рот, чтобы возразить, но он не дал ей вставить ни слова:

– Нет! Нет, не смей ничего говорить. Я больше не позволю тебе использовать меня, только чтобы почувствовать себя лучше. Я не чертов пластырь, которым можно заклеить израненную душу!

Когда Ариан поднял голову, она заметила, что черные полоски вернулись и почти полностью затмили его глаза. Словно туман, они окутали его радужку, проникли в нее и поглотили родной серый цвет, который всегда напоминал ей о доме.

«Теперь ты мой дом».

«И ты мой».

– Все в порядке, – прохрипел он, и только тогда Каая заметила, что по ее щекам текут слезы. – Я бы тоже себя не выбрал. – С этими словами Ариан отвернулся и сел на пол как можно дальше от нее. – Просто уходи.

И она ушла. Всхлипывая, она на нетвердых ногах двинулась по темной пещере. Оказавшись снаружи, она жадно втянула в легкие свежий воздух. Луана тут же подбежала к ней, но не смогла помешать Каае упасть на колени и безудержно зарыдать.

– Я не хотела причинять ему боль, – прохрипела она, когда Луана помогла ей подняться. – Ты бы его видела. Его глаза, эта боль… Я сломала его.

Луана глубоко вздохнула.

– Как бы это ужасно ни звучало, но… ты не можешь сломать то, что уже сломано, Каая.

– Мы не должны отказываться от него! Как только я вернусь, мы найдем решение. Просто нужно время.

– Времени-то у нас и нет. Пертеас и его нежить могут в любой момент напасть на Эсерию. В любой момент, ты это знаешь!

Каая провела ладонью по лицу, вытирая последние слезы.

– Когда ты уходишь?

– Я дам тебе фору, – ответила Луана. – Но через три дня я уеду.

Каая мысленно подсчитала, что Луана должна прибыть на Совет примерно через четыре дня. Если они немедленно отправятся закрывать проходы между мирами, то где-то через шесть дней они окажутся у разлома в ольховом лесу, а через семь – в часовне. Теоретически, у Кааи было предостаточно времени, чтобы вернуться в свое тело, уничтожить Пертеаса и добраться до Эсерии вместе с Илиасом. Семь дней. Семь дней.

– Хорошо, – наконец сказала Каая. – Спасибо.

– Пожалуйста, поторопись.

Если она не успеет выполнить задуманное за семь дней… то больше никогда не увидит ни Луану, ни Арона. Ни Ариана…

– Не позволяй ему себя убить, – сказала Луана, что заставило Кааю тихо, отчаянно усмехнуться. – И пусть Пертеас настрадается вдоволь.

– Обещаю. – Они крепко обняли друг друга, и Каая снова не смогла сдержать слез. Посмотрев на Луану, она поняла, что подруга чувствует себя точно так же.

Илиас

Вокруг стояла темнота, когда он медленно пришел в себя. Илиас застонал, пытаясь выпрямиться, оперся на локти и несколько раз моргнул, чтобы активировать ночное зрение. Последние несколько дней оно ему не требовалось… В Эсерии. Он различил темные стены, темные пол, прутья решетки, а чуть дальше, в проходе, горел факел. «Неужели это…»

К нему постепенно начали возвращаться воспоминания. Он отправился в Кальтеннест – к разлому миров, ведущему в Туманность. Порезав ладонь и пройдя сквозь него, он оказался посреди часовни, в которой… Неа. Илиас вернулся сюда, чтобы забрать ее тело. Выяснить, куда пропал Киан, и спуститься в склеп. Но его уже ждали. Едва его тело материализовалось в часовне, как он почувствовал укол в груди. Сперва он подумал, что Каая снова в опасности, но затем от затененной стены отделилась фигура.

«Мой глупый, глупый мальчик». – Это был голос его отца.

Илиас рухнул на колени и схватился за ноющую грудь, уверенный, что сейчас умрет. Именно здесь, из всех мест…

«Он запер меня в темнице», – понял он, не предпринимая никаких попыток подняться. Сколько времени прошло с тех пор… Он не успел даже закончить мысль, как в камере напротив кто-то сдавленно застонал. Илиас смог разглядеть лишь копну темных волос.

– Киан? – спросил он со смесью ужаса и надежды. Он вцепился в прутья решетки, пытаясь разглядеть хоть что-то в тусклом свете. Вместо ответа эльф застонал и перекатился на спину, чтобы повернуться к нему лицом.

Илиас ослабил хватку, встретившись с глазами цвета охры. Он разглядел узкий, немного крючковатый нос. Тонкие, хрупкие губы, уголки которых дернулись в улыбке.

– Первосвященник Тимор? – Он не видел его много лет. С момента их с Неа церемонии, закончившейся кровавой бойней. Илиас вспомнил, как впервые ступил в часовню. Она была пуста, и только священник стоял на помосте и ждал его с распростертыми объятиями.

– Что вы делаете здесь, внизу?

Стоны сменились громким кашлем, и взгляд Илиаса невольно скользнул по одеяниям Тимора. Его некогда белый халат теперь совершенно огрубел от грязи, пыли и… крови.

– Я рад, что вы в порядке, мой принц, – вместо ответа прохрипел он. – Я волновался, когда вас сюда привезли.

– Можете ли вы сказать мне, когда это случилось? – Тогда он, возможно, сможет оценить, сколько времени прошло с тех пор, как он покинул Эсерию. И Кааю. Но Тимор разбил все его надежды.

– Простите, мой принц, но я давно потерял чувство времени.

– Неважно, – солгал Илиас. – С вами все в порядке?

Тимор сухо рассмеялся, после чего снова громко раскашлялся.

– Если я произвожу впечатление эльфа, который в порядке, значит, я выгляжу лучше, чем чувствую себя.

Илиас попытался улыбнуться, но ему не удалось. Он все еще пытался понять, что здесь происходит.

– Почему вы здесь?

– Ваш отец не любит предателей, – ответил первосвященник. – Как мне кажется, вы уже тоже должны были это понять.

Илиас нахмурился.

– Что вы хотите этим сказать?

– А НУ МОЛЧАТЬ! – крикнул кто-то так громко, что Илиас вздрогнул от испуга. Его челюсть заскрежетала. Кто посмел так с ним разговаривать? Илиас получил ответ на свой вопрос спустя несколько мгновений, когда стражник подошел ближе и поднес фонарь к его лицу. Фаромир. Тюремщик отца. – Здесь не место для болтовни, принц. – В его голосе звучало неприкрытое презрение. – И ты тоже заткнись, если не хочешь сдохнуть, – обратился он к первосвященнику.

– Лучше бы я умер, чем гнить здесь.

– Какая неудача, что это не тебе решать. – Фаромир плюнул в лицо Тимора, а затем снова посмотрел на Илиаса. – Если услышу еще хоть слово, я убью вас обоих, ясно?

Илиас прищурился, и крылья его носа затрепетали.

– Следи за языком, Фаромир.

Эльф скривил губы в мерзкой самодовольной ухмылке, обнажая пожелтевшие зубы.

– Здесь, внизу, ты никто, принц Илиас. И пока ты не способен пользоваться своей магией, я могу за считаные секунды превратить тебя в пепел. – И чтобы подчеркнуть свои слова, он заставил пламя фонаря вспыхнуть.

Илиас отступил назад, чтобы не обжечься. Горящий фонарь с громким стуком упал на землю, где вскоре погас, оставив после себя обугленные останки.

– И у меня даже есть на это разрешение короля. – С этими словами тюремщик развернулся и, волоча за собой развевающийся плащ, скрылся в темноте.

Илиас разочарованно сполз по стене на пол. В его голове крутилась тысяча вопросов.

Глава 11

Каая

«Легко любить свет, не так ли? Но тьму любить невозможно».

Луана и Виндур высадили ее у конюшен в Аргонсфельде. И теперь, когда Каая ехала на лошади в направлении Кальтеннеста, слова Ариана эхом отдавались в ее голове. Он собирался сдаться. Но она никогда от него не откажется. Она отправится в Туманность, убьет Пертеаса, а затем найдет решение. Что-то, что вернет ей Ариана. Что-то, что сделает его самим собой, ее Арианом. Мальчиком, который забрал ее с улиц и подарил теплый дом. Подарил свое сердце и показал, что жизнь – это не череда неудач. Как бы она хотела сказать ему об этом.

«Просто уходи».

Ей не следовало уходить. Надо было сказать ему, что она не теряет надежды. Возможно, тогда у него хватило бы воли выстоять. Он должен выстоять.

Она цеплялась за эту мысль и на третий день пути, когда на восходе солнца добралась до маленькой деревушки, в которой выросла. Ее вид, как всегда, поразил Кааю, но она вспомнила слова Луаны.

Она превратит свои шрамы в достоинства.

Это место, ее прежняя жизнь больше не имеют над ней власти. Да, горе сформировало ее как личность, но оно не будет определять того, кем она хочет быть.

«Кто знает, какие воспоминания придут ко мне, когда я вернусь в старое тело», – подумала Каая, закрыв глаза. Она ведь почти ничего не знала о прошлой жизни Неа. Девушка тоже выросла без семьи и не ведала, откуда родом. Она была принцессой, наследницей престола, в жилах которой пульсировала необузданная сила. Но по большему счету она была просто женщиной, которая хотела жить своей жизнью. Она полюбила Илиаса, а он – ее. Они зачали дитя. Ребенка. Хотели провести вместе свою жизнь, свою вечность. Но Пертеас отнял у них эту вечность. Так же, как лишил ее – Кааю – Ариана. Ее единственного счастья.

Когда она снова открыла глаза, в ней пылал огонь решимости. Каая в последний раз посмотрела на Кальтеннест, а затем скользнула взглядом по кирпичной кладке старой часовни. Она не шла ни в какое сравнение со своим двойником в Туманности, который сиял в черном небе словно самое яркое солнце. В этом мире часовня была старой, ветхой. В ней давно не загорался свет, не проводились церемонии и другие обряды. Каая шумно выдохнула и погнала кобылу к месту назначения, до которого оставалось несколько ярдов. Пути назад не было.

Высоко подняв голову, она вошла в здание и без колебаний подошла к помосту, где находился разлом. Внутри часовня выглядела не лучше. Каая вспомнила тот день, когда оказалась здесь с Ароном, Луаной, Кианом и Илиасом. Она слабо улыбнулась, услышав в своей голове смех Илиаса. Тогда он впервые увидел солнечный свет. И увидит его снова.

Каая потянулась за клинком, чтобы порезать себе ладонь, но быстро поняла, что в нем нет необходимости. Боль пронзила ее лоб, и она помассировала виски, чтобы пульсация не распространилась дальше. Безрезультатно. Почувствовав давление на череп, она зарычала, и постепенно ее тело обмякло. Наверное, она никогда не привыкнет к переходам через эти разломы. «Может, тебе и не придется привыкать, если Совет запечатает их», – прошелестел голос в ее голове. Каая попыталась отмахнуться от него. У нее еще есть время. Все будет в порядке, все будет хорошо. Надо только верить.

Пока она хваталась за эту мысль, все вокруг нее потемнело, потом стало черным и, наконец, снова посветлело. В ее сознание начали проникать первые обрывки образов. И голоса. Голоса? Окружающий мир постепенно стал приобретать более четкие очертания, и как только Каая смогла ясно видеть, она юркнула за колонну часовни. Ее сердце забилось неестественно быстро. Голоса принадлежали эльфам – очень многим эльфам. Кем они были?

Каая рискнула выглянуть из-за колонны и увидела, что большой зал заполнен десятками эльфов теней, разряженных в пух и прах. Женщины были одеты в элегантные платья, а мужчины – в искусно расшитые рубашки ослепительных цветов, во всяком случае, насколько она могла разглядеть в свете бесчисленных свечей. Никто не смотрел в ее сторону, и все же она нервничала.

– Проклятье! – прошипела она. Проклятая чертова церемония, та самая, о которой Илиас и Киан часто говорили. Свадебная церемония сестры Киана. Этого не может быть. Только не сейчас.

Каая осмотрела себя. На ней были черные кожаные штаны и светлая туника, поверх которой накинута легкая кольчуга. Грязные ботинки выглядели довольно непрезентабельно, не говоря уже о волосах, которые, должно быть, торчали во все стороны.

– Думай, Каая, – пробормотала себе под нос. – Думай, черт тебя подери. – Первым делом она накинула на голову капюшон зеленого плаща и надвинула его как можно ниже на лицо. Так она могла сойти за незваного гостя, за одного из них, хоть и была человеком. Ей не оставалось ничего другого, кроме как следить за тем, как часовня наполняется эльфами.

Каая вознесла короткую молитву богам, которые наверняка не услышат ее из этого странного места, нахмурилась и свернула за угол. Никто не обратил на нее внимания, и она двинулась вдоль стены к выходу. Каая поняла, что задержала дыхание, только когда вокруг ее запястья сомкнулись ледяные пальцы. Она тяжело задышала. Ее развернули, и она посмотрела в пару сапфирово-голубых глаз. На долю секунды она приняла эльфа за Илиаса, но мужчина, все еще державший ее за руку, был ей незнаком.

– Кто вы? – холодно спросил он.

Сердце Кааи готово было выскочить из груди.

– Всего лишь служанка, господин.

Незнакомец приподнял темную бровь и внимательно поглядел на нее.

– Тогда оденься соответствующе. Твой наряд неуместен и неуважителен.

– Да, господин, пожалуйста, простите меня. Я сейчас же пойду переоденусь.

Когда эльф отпустил ее, Каая повернулась так быстро, что с кем-то столкнулась.

– Смотри куда идешь, бродяжка! – Эльфийка в ужасе смотрела на свое платье, потому что в результате столкновения она пролила на себя напиток.

Однако Каая испугалась совершенно другого. С нее соскользнул капюшон. Она невольно обернулась к эльфу, который по-прежнему наблюдал за ней, но теперь его взгляд остановился на Стальном Крыле. Каая рванула вперед.

Но было уже слишком поздно. Эльф без труда догнал ее и схватил за плечи. Ее сердце остановилось. Казалось, оно никогда не начнет биться снова. У нее не было ни малейшего представления о том, как объяснить свое присутствие на свадьбе. Некоторые из гостей уставились на них, и еще одна попытка побега представлялась невозможной. Эльф открыл было рот, но его прервали. Каая увидела вновь прибывшего гостя и, наконец, смогла перевести дух.

– Рувен, – сказал Киан и похлопал эльфа по плечу. – Моя сестра зовет тебя.

Каая заметила, как лицо Рувена озарилось.

– Она здесь?

– Да, я провожу тебя к ней. А ты, – с невозмутимым видом обратился он к Каае, – принеси мне бокал вина.

Она подняла взгляд, машинально кивнула и только собиралась уйти, как Рувен выкрикнул: «Постой». Она замерла и медленно обернулась к эльфу.

– Неси сразу всю бутылку!

Каая снова кивнула, не говоря ни слова, и бросилась бежать со всех ног.

Чем дальше она удалялась от часовни, тем мрачнее становилось вокруг. Огни факелов остались где-то вдали. Что, черт возьми, здесь делал Киан? Каая добралась до ближайшего участка леса и прислонилась к дереву. Ее грудь тяжело поднималась и опускалась, легкие горели. Рука дрожала, когда она вытирала пот со лба.

Каая догадалась, что этот Рувен был женихом. Второй половинкой Сирайи. Киан не мог всерьез остаться в Туманности, только чтобы присутствовать на церемонии своей сестры. Они ведь так ждали его, Илиас волновался и отправился в Туманность только из-за него. И хотя у нее почти не было возможности осмотреться, она нигде не увидела Илиаса.

Так что оставался один вопрос: какого черта здесь делает Киан?!

– Каая.

Она в ужасе обернулась, схватившись за рукоять Стального Крыла.

– Что ты здесь делаешь? – Она была чертовски зла.

Киан поднял руки, защищаясь.

– Хотел проверить, как ты.

– В Туманности!

– Ой.

– Да, ой. Я жду объяснений.

Он прикусил нижнюю губу и провел рукой по темным волосам.

– Чертово дерьмо, – пробормотал он и потер ладонью лицо. – Послушай, все не так, как кажется на первый взгляд.

– Ты знал, что Илиас вернулся сюда за тобой?

Глаза Киана расширились.

– Что он сделал? Какой идиот!

Ее горло сжалось, и ярость снова закипела в ней.

– То есть вы не виделись?

Он покачал головой.

– Ни единой секунды. Никто его не видел. Всего несколько часов назад Сирайя распиналась о том, как это неуважительно со стороны принца – не явиться на церемонию.

Это ведь хорошо, правда? Значит, Илиас пробрался в Туманность никем не замеченным. Возможно, он сначала спрятался, а теперь направлялся к склепу.

– Я должна добраться до него. А ты должен помочь мне найти его.

– Да-а, – протянул Киан. – Ситуация следующая: я направлялся в склеп, но там уже поджидала стража. Пертеас искал меня. Меня привели к нему, и он пригрозил, что убьет моего будущего ребенка, если я немедленно не объясню ему, что происходит.

Каая резко втянула воздух.

– И ты все ему рассказал?

– Ты что, с ума сошла? – Он повысил голос. – Я никогда бы не нанес Илиасу такой удар в спину!

– Извини, – поспешно сказала Каая. – Что случилось потом?

– Я сказал, что ищу Илиаса, и поэтому хотел попасть в склеп.

– Но разве Пертеас не знает о нашем побеге? Мы ведь взорвали его кузницу душ.

– Вообще-то он не в курсе, что я тоже там был. Он видел только тебя и Илиаса. Признаюсь, поначалу я не был в этом уверен, но рискнул. И он купился. – Киан улыбнулся, сверкнув белыми зубами.

– И что ты делаешь здесь, в часовне?

Его лицо омрачилось.

– За мной шпионят.

Каая испуганно огляделась, но он поднял руки, чтобы успокоить ее.

– Я вылез из окна в туалете. Но меня наверняка скоро начнут искать. – Киан опустил взгляд. – Я не хочу подвергать жизнь своего ребенка опасности.

Она положила руку ему на плечо, и он поднял на нее взгляд.

– Я и не знала, что ты станешь отцом.

Он вяло улыбнулся.

– Моя бывшая беременна. Пирия. – Когда он произнес ее имя, на его лице отразилась боль.

– Понимаю. – Она не знала, что еще сказать. – Тогда возвращайся.

– Как Луана? – спросил он, проигнорировав слова Кааи.

Она подумала о ритуале, о том, как много сил потратила Луана. Подумала обо всем, что случилось после.

– Хорошо, – наконец ответила Каая. По крайней мере она надеялась на это.

Киан напряженно кивнул.

– Что насчет тебя? Куда ты собираешься идти?

– Разломы скоро будут закрыты, и я не хотела, чтобы вы оставались здесь, под властью Пертеаса. Только Неа… я смогу это предотвратить.

Несколько секунд Киан в недоумении смотрел на нее, а затем порывисто обнял ее. Застигнутая врасплох, Каая едва успела отреагировать, но он уже отстранился.

– Склеп находится на восточной стороне, в паре часов езды отсюда, – объяснил он напряженным голосом. – Неподалеку от дворца. Ты должна быть чертовски осторожна, Каая. Даже если Пертеаса там нет, этот район просто кишит стражниками.

Она поджала губы и кивнула.

– А где Пертеас? Он… – Она указала на часовню.

Теперь кивнул Киан.

– Как наш король, он должен присутствовать на всех церемониях заключения союзов. Думаю, он прибудет с минуты на минуту.

Ну, хоть какие-то хорошие новости. Пока Пертеас был отвлечен церемонией, они с Илиасом выиграют немного времени, чтобы забрать тело Неа.

– Тогда я выдвигаюсь в путь.

– Можешь передать Илиасу, что… мне жаль?

– Хорошо, будет сделано.

– И… Каая?

– Да?

– Спасибо. Я знаю, все это не имеет к тебе никакого отношения. И все же ты готова пожертвовать собой ради этого. Ради нас. Так что… спасибо.

Каая попыталась улыбнуться, после чего развернулась и скрылась в темноте. Однако она не переставала прокручивать в голове слова Киана.

Она никогда не смотрела на это с такой точки зрения – что все это не было частью ее жизни. Разве не каждый человек постарался бы восстановить справедливость, будь он способен на это? По воле судьбы, Каая обладала такой властью. В ее руках была судьба Туманности и Эсерии. Если она может предотвратить войну, то обязательно сделает это. Да, ей приходится рисковать собственной жизнью. Но лучше своей, чем жизнями тысяч невинных людей и эльфов. Поэтому она должна перестать быть Кааей. И стать Неа.

Каая тряхнула головой, отгоняя тревожные мысли, а затем прищурилась. Ее глаза уже привыкли к темноте, и она знала, что где-то поблизости находится небольшая конюшня, но лишь смутно различала ее очертания. В конце концов, Каая побежала в том направлении, где, как она подозревала, расположено здание. Большинство гостей, вероятно, приехали в каретах, но наверняка нашлись и те, кто добирался своим ходом. Словно в подтверждение ее мыслей, порыв ветра донес мужские и женские голоса. Снова повернувшись к часовне, Каая почувствовала, как в груди все затрепетало от волнения. Высокое белое здание стояло на краю обрыва, и если прислушаться, то даже отсюда можно было услышать, как внизу море бьется о скалы.

Внезапно раздалось ржание, и Каая, испуганно съежившись, снова беспокойно оглянулась на лес позади. Конюшня. Она устремилась было к ней, но тут снова замерла. Что, если животных кто-то охранял? Возбужденный трепет в груди становился более настойчивым, кровь в ушах пульсировала так громко, что заглушала шум моря.

Подобравшись ближе к конюшне, Каая инстинктивно изменила позу и слегка пригнулась. Она осторожно передвигала одну ногу за другой, стараясь не издавать ни звука. Она остановилась, только когда оказалась перед самым входом. Запах дерева смешивался с ароматом сена. Каая проскользнула в ворота и заглянула в конюшню. Эльфов теней видно не было. Зато она насчитала четырех лошадей, включая скакуна Киана.

Каая быстро подошла к черному жеребцу и погладила по шее, но брать его не стала. Она не хотела, чтобы на Киана пало хоть малейшее подозрение, если лошадь обнаружат у склепа. Поэтому она выбрала серую кобылу, которая все равно куда лучше подходила ей по размеру. Она успокаивающе погладила животное по спине и вывела из загона.

Глава 12

Луана

Прошло три дня с тех пор, как Каая ушла в Туманность. Луана и Арон находились в хижине одни, не считая лежавших без сознания Орианы и Феродана. В получасе езды от них сходил с ума в темном подземелье Ариан. Когда Каая уехала, он стал сам не свой. Как будто тоже куда-то отправился. Далеко-далеко, в такое место, где никому его не достать. Иногда он реагировал на Луану, но его глаза были тусклыми и пустыми. Когда она впервые увидела их, тьма в них заставила ее вздрогнуть. Луана через связь душ чувствовала, как тяжело Арону видеть брата в таком состоянии, и ее сердце разрывалось.

Ей так хотелось избавить его от этой боли, когда она лежала у него на коленях, а он гладил ее по волосам, погрузившись в раздумья. Они устроились на диване перед большим камином, и хотя никто из них не говорил об этом, невозможно было забыть тот факт, что завтра утром Луана отправится в Эрловен. И Арон не знал, что она, возможно, никогда не вернется оттуда. Ее глаза наполнились слезами. Как рассказать ему об этом? После ухода Кааи Луана поклялась поговорить с ним. Но дни сменяли друг друга, а она так и не отважилась сделать это.

«Ты возвращаешься в Редон, спасаешь своего друга, а затем приезжаешь сюда и платишь цену за его жизнь».

– А если я пойду с тобой? – прошептал Арон.

Луана закрыла глаза, на ее реснице повисла слеза, и она тихо всхлипнула.

– Не знаю. – Конечно, она хотела, чтобы он отправился с ней. Чтобы всегда был рядом. Он был ветром для ее крыльев, огнем в ее жилах. Частью ее души.

Она прикусила губу.

– Нет, – наконец сказала она. Это было слишком опасно. Если бабушка узнает, что их души соединились… Луана не знала, что тогда будет делать. Кроме того, они должны охранять…

– Мы могли бы оставить еды для Ариана.

– Нет. – Она снова шмыгнула носом, и Арон посмотрел на нее.

– Лу, что случилось?

Она села и попыталась улыбнуться.

– Я переживаю.

Арон улыбнулся ей в ответ.

– Да, знаю. Я тоже. – Он заправил прядь серебристых волос ей за ухо, а затем приблизился и нежно поцеловал ее. – Но мы справимся. Обещаю.

Луана кивнула и пригнулась так, что кончики их носов соприкоснулись. Дыхание смешалось, и слезы Луаны намочили лицо Арона. Прежде чем он успел что-либо сказать, она схватила его за ворот рубашки и притянула ближе, прижимаясь губами к его рту. Этот поцелуй отличался от предыдущего – он был более глубоким и интенсивным. Тело Луаны охватила дрожь, и она заставила Арона лечь на подушки, а затем забралась на него верхом, не отрываясь от его губ. Он скользнул руками под ее блузку, оставляя на коже жгучие следы, которые лишь сильнее возбуждали ее. Она дрожащими пальцами схватилась за пряжку ремня, а он рывком сорвал с нее блузку. Пуговицы рассыпались по полу, за ними последовал ремень. Луана прервала поцелуй только для того, чтобы провести языком по его шее. Арон так крепко сжал ее ягодицы, что она застонала от возбуждения. Ее имя слетело с его уст, как произнесенная шепотом молитва, отчего по всему ее телу бежали мурашки.

Завтра они расстанутся, но сегодняшний вечер у них никто не отнимет.

– Я пойду с тобой, – снова прошептал Арон и поцеловал ее в висок. Они все еще лежали на диване, тесно прижавшись друг к другу, пока в камине горел огонь. Еще с малых лет потрескивание пламени действовало на Луану успокаивающе.

– Арон, я…

– Мне плевать, что ты сделала, Лу, – тихо прервал ее он. Когда она подняла на него удивленный взгляд, он лишь улыбнулся в ответ. – Ты недооцениваешь наш союз душ, милая.

Задумчиво прикусив нижнюю губу, она обводили пальцем его грудные мышцы.

– Я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось.

Арон нежно взял ее за запястье.

– Ты должна перестать все время меня защищать.

– Но я не знаю, что буду делать, если… потеряю тебя.

– Ты меня не потеряешь.

Она покачала головой.

– Конечно, потеряю, Арон. Ты человек. Рано или поздно я все равно тебя потеряю. И эта мысль… она… убивает меня, – хрипло добавила она.

Он снова прижался губами к ее виску.

– Я не знаю, что происходит, но у меня такое чувство, что я должен пойти с тобой, Лу. Обо всем остальном позаботимся позже.

Обо всем остальном. Он говорил так легко, будто они обсуждали, что будут готовить на завтрак.

– А теперь спи, – прошептал он, прежде чем поцеловать ее в макушку, а затем в щеку. – У нас впереди длинный день.

У нас. Позволит ли она этому случиться?

Но все возражения вылетели у нее из головы, когда их взгляды встретились. Луана знала, что должна доверять ему. Должна позволить ему сделать это – принимать собственные решения. А если она потеряет его, то ничто не помешает ей последовать за ним.

Она некоторое время поразмышляла над этим, а затем закрыла глаза и погрузилась в сон без сновидений. К сожалению, следующий день наступил слишком быстро и вернул ее в удручающую реальность. Когда она ранним утром отправилась на рыночную площадь вместе с Ароном, ее мысли безостановочно крутились вокруг того, что ждало их впереди. Да, она разрешила Арону сопровождать ее, но ей даже представить было страшно реакцию бабушки, когда она увидит свою внучку и ее вторую половинку. В конце концов, она обещала ей вступить в союз с другим…

Луане все же удалось отложить на время свои заботы, и они занесли покупки Ариану: фрукты, хлеб и вяленое мясо. Они взяли столько воды, сколько Виндур только мог унести.

– Если с нами что-нибудь случится, – сказала Луана, когда они вышли из пещеры, – некому будет позаботиться об Ариане. Если Каая…

– Она вернется, – перебил ее Арон. – И с нами тоже ничего не случится. Мы заглянем к нему еще раз по пути к разлому. Я могу уйти под любым предлогом и навестить Ариана.

Луана опечаленно вздохнула. Она пыталась, но не смогла помешать Арону сопровождать ее в Эрловен.

Поздним вечером они оставили Ориане записку на случай, если она очнется, и отправились на корабле к плавучему острову. Пока Луана снова боролась с морской болезнью, Арон будто вовсе не замечал, что находится на борту летающего корабля. После того как целую вечность гладил ее по спине, пока она заполняла ведро содержимым своего желудка, он подошел к перилам и стал наблюдать за небом и морем под ними. Луана ничего не могла прочесть на его лице. Однако через союз душ она чувствовала, как он на самом деле взволнован.

Когда они ему принесли еду, Ариан лежал, свернувшись калачиком, в углу своей клетки и даже не поднял на них взгляд. И на вопрос Арона «Как ты?» тоже не ответил. Луана не знала, как себя чувствует Ариан. Он переживал непростые изменения в своем теле и душевном состоянии, а теперь еще был виноват в том, что случилось с Фероданом и Орианой… Луана не знала, как долго он еще сможет выдержать. Как только разберутся с разломами в мире, они обязаны найти какой-нибудь способ спасти Ариана. Эльфийка всем сердцем надеялась, что Каая – Неа – поможет им. Что она победит Пертеаса и вернется, чтобы присоединиться к поискам решения. Луана знала, как много для Кааи значит Ариан. И ничего не изменится, когда она вернется в свое прежнее тело – по крайней мере, так говорилось в древних писаниях, которые они вместе с Орианой изучали.

Мысли прервались, когда она осознала, что что-то не так. Гавань, к которой вот-вот должен был причалить корабль, была заполнена солдатами. Луана поднялась и на дрожащих ногах подошла к Арону, чтобы все получше разглядеть. Но ничего не происходило. Солдаты просто стояли и неотрывно смотрели на корабль. Они были с головы до ног облачены в алмазные доспехи, которые в определенной степени защищали от магических ранений.

– Лу, – пробормотал Арон рядом с ней, и она подняла на него взгляд. – Они здесь из-за тебя.

Луана в ужасе распахнула глаза и оглядела мужчин и женщин, к которым они подходили все ближе и ближе.

– С чего ты взял? – Ее сердце забилось с неистовой силой, разгоняя по венам адреналин.

Арон схватил ее за руку и переплел их пальцы.

– У меня предчувствие. Может, ты все-таки расскажешь мне, чем ты так расстроила бабушку?

Ее сердце билось все быстрее и быстрее. Оно никак не хотело успокаиваться.

– Это сложно… – прошептала Луана, не отрывая взгляда от солдат. – Пообещай, что позволишь мне пойти с ними. Что не позволишь им забрать и тебя.

Арон повернулся к ней, и на его лице отразился гнев.

– Не буду я этого обещать!

Их взгляды встретились, и ей показалось, будто кто-то ударил ее кулаком в живот. Арон выглядел дико решительным, сильным, грустным, разгневанным и обиженным. Она крепче сжала его руку и встала на цыпочки, чтобы поцеловать его.

Он уклонился от поцелуя.

– Не смей, – прошипел он, глядя на нее так пронзительно, что ее колени снова подкосились. – Не смей прощаться со мной, Луана Фенхорн.

– Арон, я…

– Мы пройдем через это вместе. Мне плевать, что случится дальше. Когда ты, наконец, это поймешь?

В ее горле встал ком, и Луана не могла его проглотить. Борясь с подступающими слезами, она прижала голову к плечу Арона.

– Я бы всегда выбрала тебя, понимаешь? – прошептала она. – Я чувствую, что ты сомневаешься в себе и часто задаешься вопросом, почему же я выбрала тебя. Но я не жалею об этом, Арон. У меня никогда, ни на секунду не возникло сомнения. Даже через сотню прожитых жизней я бы выбрала тебя. В сотне других миров я бы нашла и выбрала тебя. Всегда.

Она услышала, как он тяжело сглотнул, а затем обнял ее за талию.

– Знаю, – выдохнул Арон. – Я чувствую то же самое. И это каждый раз сражает меня наповал. – Он притянул ее ближе. – Не знаю, чем я заслужил тебя, но буду вечно благодарен богам за то, что наши пути пересеклись.

– Это были наши души, – поправила Луана. – Они увидели друг друга и соединились. Они почувствовали это задолго до нас. Ничто в мире не могло помешать им найти друг друга.

– Тогда я благодарен нашим душам, – ответил Арон, и она тихо рассмеялась. – Что бы нас там ни ждало, – через некоторое время сказал он, указывая на гавань, до которой оставалось не больше двухсот метров, – мы справимся с этим. Вместе.

– Вместе, – повторила Луана.

Огни порта приближались, и позади бесчисленных солдат показался правительственный квартал Эрловена. С бешено колотящимся сердцем Луана подняла голову и позволила взгляду блуждать по Цитадели, чья вершина скрывалась в облаках. Там их уже ждала Верховная Леди, которая, несомненно, заранее послала всех этих мужчин и женщин в бриллиантовых доспехах, чтобы они сразу привели их к ней. Луана тяжело сглотнула, и на лбу выступил пот. Ее не волновало, что придется столкнуться с этой женщиной, но она ненавидела то, что втягивает во все это Арона.

Словно догадавшись, о чем она думает, вторая половинка крепче сжала ее руку, и Луана перевела взгляд от внушительного здания к домам, которые его окружали. Она посмотрела на улицу, ведущую к дому ее матери, и почувствовала укол боли в животе.

– Всем приготовиться, причаливаем! – выкрикнул капитан летающего корабля. И Луана приготовилась.

Глава 13

Луана

– Леди Луана Фенхорн? – Едва они сошли с корабля, женщина-солдат подошла к ним и посмотрела на Луану ничего не выражающим взглядом.

– Госпожа Оберст? – холодно отозвалась она. Эта женщина со строго уложенными черными волосами десятилетиями служила ее бабушке.

– Мне приказано сопроводить вас в Цитадель.

Луана подняла бровь.

– Я не планировала посещать Цитадель.

– Существуют и другие методы исполнить приказ. – Женщина сжала губы в жесткую линию.

– Все в порядке, госпожа Оберст, – сказал Арон, стоявший рядом. – Мы пойдем с вами. Никаких проблем.

Луана и женщина недоверчиво посмотрели на Арона.

– А вы кто такой? – спросила солдат.

– Я вторая половинка леди Луаны, – ответил он прежде, чем Луана открыла рот. Она раздула ноздри и прикусила язык, чтобы не взболтнуть ничего лишнего.

– Не знаю, замечали ли вы это раньше, но вы – человек.

– Следите за своим языком, – прошипела Луана, но женщина подняла руку, заставляя ее замолчать.

– Я не знаю, что за игры вы ведете, леди, но выяснять это – не моя работа. – Госпожа Оберст кивнула головой другому солдату, и тот подошел ближе, протягивая наручники.

Сердце Луаны на мгновение остановилось.

– В этом нет необходимости, – сказала она, пытаясь скрыть неуверенность в своем голосе, вызванную видом эльфийского железа. Этот же материал использовался при строительстве подземелий. Как только железо сомкнется вокруг ее запястий, она не сможет творить магию.

Женщина-солдат криво усмехнулась.

– Я настаиваю.

В целях безопасности они надели наручники и на Арона, а затем двинулись по Эрловену в сторону Цитадели. Их сопровождало не меньше дюжины солдат. Если бы Луана не чувствовала себя такой опустошенной из-за потери магии, это обстоятельство ее бы позабавило. Ее бабушка в самом деле считала, что нужно столько эльфов, чтобы держать внучку в узде. А госпожа Оберст затянула наручники так сильно, что при малейшем движении они врезались в ее плоть.

Луана искоса посмотрела на Арона, и он ободряюще кивнул в ответ. Но как бы уверенно он ни выглядел, ей лучше не стало. Еще несколько километров, и они предстанут перед Элорой и ее Советом.

«Пожалуйста, Эйюне, – мысленно умоляла Луана, – пожалуйста, сделай так, чтобы с Ароном ничего не случилось».

Белоснежная как снег Цитадель, где заседал Верховный Совет, возвышалась над всеми остальными зданиями в центре города. Массивные ворота охранялись четырьмя стражниками в сверкающих доспехах. Они мгновенно отступили, когда Луана, Арон и конвой приблизились. Один из солдат поднял руку и сжал ее в кулак, заставляя входные врата открыться. Они поднимались очень медленно. Дыхание Луаны участилось настолько, что она слышала, как кровь шумит в ее жилах. Она слишком хорошо помнила свой последний визит сюда.

«Он человек!»

«Я предупреждала тебя, Луана. Ты знаешь, что это значит для тебя».

«Луана Фенхорн, отныне и навсегда ты изгнана из Эрловена. Уходи и никогда больше не возвращайся».

Когда они вошли в Цитадель, ее колени задрожали. Не потому, что Луана боялась того, что ждет ее впереди. Она боялась за Арона. Она знала свою бабушку.

Парадный вход в древнее здание был помпезным и широким. Стены были украшены драгоценными камнями, переливавшимися самыми яркими цветами. Полы, как и крыша, были выполнены из чистого сапфира. Он был отполирован так, что создавалось впечатление, будто ты идешь по голубой воде. Природный элемент ее бабушки. Вторым был огонь – стихия, присущая всей родословной Фенхорнов.

Большая часть солдат осталась внизу, и только трое сопровождали Арона и Луану вверх по лестнице в зал Совета. Разумеется, среди них была женщина, надевшая на них наручники. Она возглавляла их небольшую группу, пока они поднимались по ступенькам, приближая Луану к ее судьбе. Ступенек оказалось 4061. Арон не издал ни звука, но Луана чувствовала, как долгий подъем истощает его силы. Цитадель не была создана для людей. Луана попыталась регулировать его кровоток, но ей это не удалось. Наручники выполняли свое предназначение. Луана задалась вопросом, что произойдет, если она вдруг споткнется и упадет. Она даже не сможет удержаться или схватиться руками за что-то. Здесь не было выступов или перил, которые могли бы остановить ее падение. Она просто полетит вниз, с грохотом ударяясь о каждую ступеньку лестницы, которая извивалась вокруг здания подобно змее. Без магии она не сможет себя исцелить. Если она упадет, то умрет.

Однако ей не пришлось больше беспокоиться об этом. Они наконец-то достигли вершины Цитадели. Зала Совета. Подъем действительно утомил Луану, но усталость покинула ее тело сразу, как только она встретилась взглядом со своей бабушкой, сидевшей во главе пустого стола. Он тянулся вдоль украшенных камнями стен большой буквой «П». Верховная Леди поставила локти на столешницу, выполненную из чистого золота, и потерла руки друг о друга.

– Ты здесь. Довольно поздно. – Она приподняла тонкую, серебристую бровь. – Идите, – обратилась затем к трем солдатам, подкрепляя свой приказ небрежным взмахом руки.

– Вы сами дали мне время завершить миссию.

– Я не думала, что эта миссия, – пренебрежительно бросила Элора, – займет несколько недель.

– Это было важно, Верховная Леди. Но теперь я здесь. Вернулась добровольно.

– И ты привела с собой портного. – Верховная Леди с неодобрением посмотрела на Арона.

Однажды Арон приехал в Эрловен в качестве ученика портного Маркоса, чтобы сшить бальные платья для семейства Фенхорнов. Когда высокий мужчина с темными волосами и веснушками оказался перед дверью Луаны, это была любовь с первого взгляда. А сегодня она знала, что он – ее судьба.

– Это Арон, мой…

– Я знаю, кто он, – холодно произнесла бабушка. – В конце концов, именно он стал причиной, из-за которой ты предала семью. – Стул плавно заскользил по сапфировому полу, когда Элора поднялась на ноги. На ней, как и всегда, было платье в пол холодного синего цвета, который оттенял ее голубые глаза. И подходил ее ледяному сердцу. По всему подолу тянулась изысканная золотая и серебряная вышивка, придававшая облику Верховной Леди элегантности. Она подошла к ней так близко, что Луана почувствовала запах ее свежего мятного дыхания.

– Что случилось с твоим глазом?

Луана вздернула подбородок.

– Боевое ранение. – Она мысленно перенеслась в тот момент, когда в Туманности в нее попала стрела. Ее тело невольно напряглось, и она крепче стиснула зубы.

– Выглядит ужасно. Пусть осмотрят наши целители крови.

– Я не планировала задерживаться здесь надолго.

Элора сощурила глаза.

– Я думала, у нас договор.

И хотя Луана не видела Арона, стоящего позади нее, она почувствовала, как тот напрягся.

– Боюсь, он недействителен. Кое-что изменилось.

– Не будь идиоткой. Что такого должно случиться… – Прищурившись, Элора снова посмотрела на Арона. Ее глаза расширились, когда она перевела взгляд на Луану. – Нет, – дрожащим голосом прошептала она.

– Вы чувствуете это, да? – надменно спросила Луана.

– Ты упрямый, глупый, глупый ребенок! Как ты могла?

– Я не…

– Молчать! – рявкнула Верховная Леди и обернулась. Затем подошла к столу, уперевшись о край.

Луана нахмурилась.

– Вы не выглядите удивленной.

Элора села.

– Я должна была догадаться. В конце концов, яблочко от яблони…

– Бабушка… Верховная Леди, о чем вы говорите? – Луана чувствовала, как Арон прожигает взглядом ее шею, но не могла сейчас отвернуться от Элоры. Она должна была следить за каждой реакцией на лице бабушки. Ей нужно было понять, что произошло.

– Это закончится здесь и сейчас, Луана. – Элора сверлила ее взглядом. Ее лицо вдруг стало выглядеть очень старым.

– О чем, во имя Эйюне, вы говорите? – К Луане подобрался страх. – Здесь ничего не закончится! Арон – моя вторая половинка, моя судьба. Мы связаны навек!

– ОН ЧЕЛОВЕК! – Голос Элоры эхом отразился от стен, заставив Луану и Арона вздрогнуть. – Ты совсем из ума выжила? Что пошло не так в твоем воспитании? Или это зараженные гены твоего… – Она прервалась, ударив кулаком по столу.

Мысли Луаны ускорились, как и ее пульс. Перед глазами возникла какая-то картинка, но она не могла разглядеть ее как следует. Будто часть головоломки отсутствовала.

– Вы говорите о моем отце? – Кровь шумела в ее ушах. – Что с ним?

– Успокойся, ради Эйюне, – прорычала Элора. – Я не собираюсь спокойно на это смотреть. Уж точно не в этот раз. Не волнуйся, ты не умрешь после его смерти, – добавила она.

Смысл ее слов дошел до Луаны, только когда было уже слишком поздно. Она услышала треск огня за секунду до того, как Арон позади нее пронзительно закричал от боли. Луана тут же развернулась и увидела самое жуткое зрелище в своей жизни: Арон в огне.

– НЕТ! – закричала она. – ПРЕКРАТИ, ПОЖАЛУЙСТА! – Луана дергала наручники, пытаясь освободиться от них, но все безуспешно. По ее предплечью побежала струйка крови, в то время как Арон корчился в агонии и кричал так громко, что его голос охрип. Сердце Луаны болело так сильно, что тело парализовало. Однако когда пламя поглотило его ноги, в ее голове щелкнул переключатель. Она бросилась к Элоре, собираясь повалить ее на пол, но Луану фонтаном воды отшвырнуло в другой конец комнаты.

– Луана! – прохрипел Арон, и его голос придал ей сил, необходимых, чтобы подняться. Он упал на колени, полностью охваченный пламенем, и закричал так громко, что его крик проник в самую душу эльфийки.

– Эльфы теней здесь! – взревела Луана. – Пертеас желает твоей смерти!

– О чем ты говоришь? – выпалила бабушка, но Луана видела, что она пытается не потерять самообладание.

– Клянусь своей жизнью! Клянусь жизнью матери и сестер! Позволь Арону жить, и я все расскажу! – Только когда закончила говорить, она заметила, как стало тихо. Арон больше не кричал. С бешено колотящимся сердцем Луана взглянула на него. Огонь был потушен. Арон лежал на полу. Одежда свисала клочьями, большая часть кожи отслоилась. – Нет! – Сделав несколько шагов, она оказалась рядом с ним и пощупала его пульс.

Нет, нет, нет.

– Сними с меня проклятые наручники! – взревела Луана. – НЕМЕДЛЕННО!

– И не думай применять ко мне силу! – прошипела Элора, доставая ключ из кармана юбки. Страх перед Пертеасом сочился из каждой ее по́ры. – И только попробуй солгать.

Как только ее руки освободились от оков, Луана прижала ладони к обожженной спине Арона. По ее лицу катились слезы, застилая обзор, но она не позволила этому помешать ей излить на него всю свою магию.

– Прошу, – шептала она. – Пожалуйста, Эйюне, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста. – Громкий всхлип сорвался с ее губ, потому что она до сих пор не чувствовала пульса Арона. – Прошу, Эйюне, я умоляю тебя. Пожалуйста, только в этот раз. Пожалуйста. Я сделаю все, что ты захочешь. – Остатки ее сил потекли в Арона. Комната покачнулась, все краски поблекли.

Вдруг она ощутила его. Пульс Арона. Совсем слабый, но он был.

– Спасибо. – Луана заплакала, опуская лоб на затылок любимого. Его волосы были опалены, а часть лица, которую она могла видеть, была покрыта копотью. – Спасибо тебе.

– Какая ты жалкая, – бросила Элора.

Луана не услышала в ее голосе той ненависти, к которой привыкла. Когда она подняла взгляд, чтобы посмотреть на бабушку, то увидела в ее глазах слезы.

– На самом деле это ты жалкая, – отозвалась Луана. Ярость из ее голоса тоже испарилась. У нее не осталось сил чувствовать что-то другое, кроме облегчения и бесконечной благодарности.

– А теперь расскажи мне о Пертеасе. – Элора отвернулась и вернулась к своему креслу во главе стола.

– Ему удалось создать разлом между мирами. Несколько, если быть точной. – Когда Луана замолчала, бабушка с нетерпением посмотрела на нее. – Дай слово, что оставишь нас с Ароном в покое. Что позволишь нам быть вместе.

Верховная Леди фыркнула.

– Это шантаж.

– Ты почти убила его.

– Я найду эти чертовы разломы и без тебя.

Луана слабо усмехнулась.

– Тогда будь готова к тому, что моя давняя подруга на другой стороне только и ждет, чтобы заполучить тебя.

Элора нахмурилась.

– Хорошо, – воскликнула она. – Я оставлю в покое вашу больную связь.

– Ты даешь мне слово?

– Да, черт подери, я даю тебе слово. А теперь говори, в конце-то концов!

Луана лихорадочно размышляла о том, как много может рассказать бабушке. Им требовалась помощь Совета, чтобы запечатать разломы. Но что Элора должна была знать для этого? Возможно, что-то Луане лучше оставить при себе, чтобы потом узнать больше о своем отце. Намеки Элоры взволновали ее.

– Пертеас в Туманности. Он создает армию нежити, чтобы отомстить Совету.

– И где находятся эти разломы? Как ему удалось их создать?

– Сначала мне надо отдохнуть. Боюсь, нам придется отложить этот разговор, бабушка.

Луана заметила, как дернулся правый глаз Элоры.

– Как его остановить?

Ухмылка Луаны стала шире.

– Вот мы и подошли к сути дела.

Глава 14

Каая

Последние несколько метров до склепа Каая шла пешком. Чем ближе она подходила, тем больше эльфов оказывалось поблизости. Поэтому она решила идти через лес, хотя этот путь был длиннее, чем если бы она выбрала дорогу. Поскольку здесь, в Туманности, постоянно царила ночь, Каае было трудно оценить, сколько времени уже длится ее путешествие. Она помнила, как Илиас говорил ей, что дорога от часовни до склепа занимает менее одного дня. Значит, прошло больше трех дней с тех пор, как она попрощалась с Ароном и Луаной. Возможно, в Эсерии наступил уже четвертый день, и Луана отправилась в Эрловен. Так что у нее осталось где-то около трех дней. И как она их тратила? Стояла за деревом посреди леса и наблюдала за входом в склеп, вместо того чтобы войти внутрь.

Внешне склеп ничем не отличался от большого храма, рядом с которым его построили. Сквозь темноту Каая разглядела пористый камень и древние колонны. При виде темного входа она сглотнула. Она надеялась, что Илиас будет где-то здесь. Может, ей стоит подождать его? По крайней мере, еще несколько часов. Если ее застанут здесь одну, шансы спастись будут невелики.

И все же Илиаса нигде не было видно. Каая так сильно устала, что даже не могла вспомнить, когда в последний раз спала. Она потянулась к своей сумке и вытащила тоник, который должен был избавить ее от усталости. При всем желании она не могла позволить себе заснуть. Откупорив бутылочку, Каая поморщилась, когда горьковато-терпкий запах ударил в нос. Она сделала глоток и на мгновение замерла, а затем вылила остаток жидкости в рот. К этому вкусу она никогда не привыкнет.

Когда тоник начал действовать, Каая приняла решение. Нельзя больше терять времени. Если она должна спуститься туда одна, то так тому и быть. Проследив за тем, как удаляется патруль, она поняла, что время пришло. Тихонько выскользнула из тени дерева в лунный свет и прокралась вдоль стены склепа ко входу. Воровская жизнь научила ее передвигаться бесшумно, даже если это значило прислушиваться к сердцебиению, которое стучало в ушах, словно барабаны. Капля пота скатилась с виска и, щекоча, побежала по лицу. Чем ближе Каая подбиралась ко входу, тем жарче ей становилось. Бесчисленные факелы устилали тропу, и их свет заставлял ее нервничать – так стражникам будет проще ее разглядеть.

«Они тебя и в темноте увидят, идиотка», – мысленно разговаривала она сама с собой. Это помогало ей сохранять спокойствие и не терять концентрации. Она проследила взглядом за патрулем, уходившим все дальше и дальше, и прежде, чем появятся другие стражники, пробежала мимо факелов в глубь склепа.

Каая бесшумно двигалась по проходу, освещенному настенными фонарями. Потолок был низким, а само помещение – таким узким и длинным, что если бы кто-нибудь внезапно вышел ей навстречу, то она не смогла бы нигде спрятаться. Коридор заканчивался лестницей, уходящей вниз, в усыпальницу. Вопреки ожиданиям, она оказалась совсем небольшой. Каая насчитала шесть колонн, поддерживающих сводчатый потолок. К каждой из них были прикреплены факелы. Здесь, внизу, было тепло и душно. Мертвым телам эльфов теней это явно не навредит.

Каая снова огляделась в поисках Илиаса, но было слишком тихо. Почему-то ей казалось, что она бы почувствовала его, будь он здесь. Рядом с ней. Она снова окинула взглядом помещение и обнаружила три саркофага. Как сказал Илиас, этот склеп был построен в честь Эльдана, а значит, тут, вероятно, должна лежать его родственная душа, он сам и Неа.

Каая судорожно вдохнула, выдохнула, а затем подошла к первому каменному гробу. У изножья была прикреплена небольшая каменная табличка, но она не смогла расшифровать, что на ней написано. Буквы были эльфийские. Шесть в верхней строке, и шесть – в нижней.

– Эльдан Уларен? – пробормотала она. На центральной доске она также насчитала по шесть букв в каждой строке, а на последней было всего три буквы. – Неа.

Ее тело лежало в крайнем правом саркофаге.

Каая подошла к нему и благоговейно коснулась холодного камня крышки. Только когда увидела, как сильно дрожит ее рука, она поняла, насколько на самом деле напряжена. Если ее тело действительно лежит в этом гробу, у нее больше не останется никаких оправданий. Никаких причин отступать. Ничего, что может помешать ей отказаться от своей прежней жизни.

«Развернись и беги прочь».

Нет. Это не вариант.

Или?

Не в силах сдержаться, Каая громко всхлипнула, а когда услышала, как звук отразился от стен, прижала руку ко рту.

Готова ли она к этому?

Готова ли к своей смерти?

К смерти Кааи?

Прежде чем успела хорошо подумать об этом, Каая положила руки на край каменной крышки и толкнула ее. Она сдвинулась только на пару миллиметров.

– Это какая-то идиотская шутка, – прошептала Каая. Она сняла со спины Стальное Крыло и положила его на пол рядом. Сумка и плащ последовали за ним. Затем она сделала глубокий вдох и изо всех сил надавила на тяжелый камень. Еще несколько миллиметров. Она повторяла это снова и снова, пока, тяжело дыша, не рухнула на пол. Даже щели не было видно.

Каая вытерла со лба пот и развязала один из своих кожаных браслетов, чтобы убрать волосы с лица. Она еще несколько минут посидела на полу, лихорадочно соображая, что делать дальше. В конце концов, она прошла весь этот путь не для того, чтобы теперь не справиться с крышкой гроба.

Ей показалось или по склепу пронесся сквозняк? Каая как можно быстрее и тише поднялась. Она уже хотела схватиться за меч, но вдруг почувствовала, что ей ничего не угрожает. Что холодный воздух шел не от входной двери. Ее пульс участился, и она позволила приятному холодку обласкать себя и остудить разгоряченную кожу.

Она прикрыла глаза, наслаждаясь новыми ощущениями. Будто чужая неведомая сила управляла ею, Каая снова положила руки на крышку саркофага и толкнула.

И камень поддался.

Илиас

Илиас проснулся с плохим предчувствием. Он хотел лишь на мгновение закрыть глаза и не знал, как долго в итоге проспал. В этой вонючей дыре, в которую его упек собственный отец, было очень холодно. Он слышал, как Тимор бормотал во сне, и задался вопросом, что первосвященник делал здесь, в подземелье.

«Ваш отец не любит предателей».

Было ли совпадением то, что он не встречал Тимора после смерти Неа? Неужели он с тех самых пор находился здесь, внизу? Семь лет в этой грязной дыре… В его горле встал ком. Может быть, отец оставит взаперти на долгие годы и его? Может быть, убить Илиаса было слишком просто? Может быть, он хотел видеть, как принц страдает после всего, что между ними произошло?

Плохое предчувствие только усилилось.

– Каая, – прошептал он, когда страх проник в его кости.

Каая

Длинные черные волосы обрамляли белое лицо, которое казалось чужим, но в то же время очень знакомым. Неа была необычайно красива даже мертвой.

Только когда в глазах появились темны пятна, Каая осознала, что все это время задерживала дыхание. Она жадно глотнула ртом воздух. Неужели воздух здесь всегда был таким разреженным? Она схватилась за горло, которое вдруг сжалось. Каая хотела было сделать вдох, но у нее ничего не получилось. Дрожащей рукой она оперлась о холодный саркофаг, где лежала Неа. Где она провела последние семь лет.

Задыхаясь, Каая втянула спертый воздух, и все вокруг нее закрутилось. Неприятный писк в левом ухе становился все громче, а черных пятен перед глазами – больше. Почувствовав, что ее рука вот-вот соскользнет с гладкого камня, Каая инстинктивно потянулась к чему-то другому.

К руке, которая была холоднее камня.

От неожиданности она хотела отстраниться, но затем ее грудь сковала тугая тяжесть, а в сознании возникли первые образы.

Смех. Заразительный смех и голос. Знакомый голос. Сапфировые глаза, приближающиеся к ней. Губы, растянутые в теплой улыбке.

Из ее груди вырвался сдавленный крик, когда Каая избавилась от оцепенения.

– Что это было? – ахнула она, хоть и догадывалась обо всем. Она знала, что это было. Воспоминания. Воспоминания Неа. Их воспоминания. Она видела лицо Илиаса своими глазами. Слышала свой смех. И вдруг она поняла, почему смеялась. Илиас только что сообщил ей, что он – наследный принц. Сперва она подумала, что он шутит. На глаза Кааи навернулись слезы, когда она вспомнила, как он обхватил ее лицо ладонями и пристально посмотрел в глаза.

– Это правда, Неа. – Она промолчала. Просто не знала, что сказать. – Но это ничего не изменит между нами. Ты принадлежишь мне, а я принадлежу тебе. Навечно.

– Обещаешь?

– Обещаю.

Мягкие губы встретились с ее губами. В отчаянном поцелуе, рассказывающем о любви, от которой ее тело трепетало.

– Илиас, – прошептала Каая, коснувшись своих губ, как будто могла удержать его. Но как только Илиас оторвался от ее губ, исчезли и воспоминания, внезапно нахлынувшие на Кааю.

Затуманенными от слез глазами она смотрела на безжизненное тело, лежащее на расстоянии вытянутой руки. Она осторожно протянула руку и поднесла палец к лицу Неа. Если она снова коснется эльфийки, придут ли к ней другие обрывки воспоминаний? Она хотела увидеть больше. Больше, больше, больше. Затем почувствовала ледяную кожу под пальцами.

Кожа стала теплой. Грубой. Каая моргнула и поняла, что касается не лица Неа. Она увидела перед собой лицо Илиаса, нависшего над ней. В его глазах читался голод, прежде чем он пригнулся и поцеловал ее. Волна жара пронзила ее насквозь, разжигая огонь в теле. Огонь, который превратился в адский пламень, когда он медленно скользнул рукой по ее животу и крепко обхватил грудь. Она застонала в ответ на поцелуй, выгибая свое разгоряченное тело навстречу его стальному торсу. Он выглядел как чертов бог. Она почувствовала, как он усмехнулся. Как ему нравилось вызывать в ней такие ощущения! Он прекрасно знал, что делает. Илиас оторвался от ее губ, чтобы посвятить себя ее груди.

– Илиас, – шептала она, затаив дыхание. – Пожалуйста. – Он посмотрел на нее, и темный блеск в его глазах, весь его вид пробудили в ней какой-то древний инстинкт. – Скажи, что ты мой. – Ее голос дрожал от возбуждения. Илиас снова скривил рот в усмешке. Оперся обеими руками по обе стороны от ее головы. – Скажи это, – тихо настаивала она. Его губы как в замедленной съемке приблизились к ее уху.

– Неа, – прошептал он, и по ее телу пробежала дрожь. – Я твой. А ты моя.

И затем он завладел ее телом. Она почувствовала, как напряглись его мышцы, когда впилась пальцами в спину. Ее стоны смешались с его стонами. Он немного отстранился, только чтобы овладеть ею снова, и снова, и снова, пока она не смогла делать ничего, кроме как выкрикивать его имя. Снова, и снова, и снова…

– Илиас! – выдохнула она. Каая по-прежнему находилась в склепе, касаясь кончиками пальцев щеки Неа. Она быстро отдернула руку, будто обожглась. Однако то наслаждение, которое испытывала во время воспоминаний, осталось. Перед глазами все еще стоял глубокий, темный взгляд Илиаса, проникавший в самую душу. Ее душу. В этот момент она почувствовала, что он – ее вторая половинка.

«Я твой».

– А я твоя, – задыхаясь, прошептала она. Теперь ей казалось, будто она смотрится в зеркало. – Как мне вернуться?

Каая не знала, чего ожидала. Разумеется, ее мертвое тело не ответило. Без раздумий она схватила Неа за запястье и закрыла глаза, приготовившись пережить еще несколько сцен из своей прежней жизни. Однако в этот раз ничего не произошло. Практически паникуя, она оторвалась от Неа и нервно провела рукой по волосам.

– Давай же, – пробормотала Каая. – Подай мне знак.

Ничего. Ничего, кроме тишины, которая казалась настолько громкой, что заложило уши. С яростным криком она пнула саркофаг, но пожалела об этом в тот же миг, когда боль пронзила ногу.

– Чертово дерьмо! – выругалась она. Что ей теперь делать? Каая лихорадочно оглядела маленькую усыпальницу, но что она хотела здесь найти? Вряд ли существовало некое устройство, которое могло перенести ее душу в тело Неа…

Тут ей в голову пришла одна мысль.

«Чтобы моя душа вернулась в старое тело, ей сначала нужно покинуть это». Уставившись себе под ноги, она нервно кусала нижнюю губу. Она слишком хорошо знала, как изгнать душу из тела. Как ее собственная душа покинула тело. Дыхание участилось, когда Каая повернулась к мечу, лежащему в нескольких шагах от нее.

– Боги, – прошептала она. – Я сошла с ума?

Словно по доброй воле, она двинулась к Стальному Крылу. К мечу, который носила с собой вот уже семь лет. К мечу, который много раз спасал ей жизнь, но сейчас отберет ее у Кааи.

Сработает ли это? Оно должно сработать, ведь других вариантов у нее не было. Вряд ли она сможет взять и выйти из склепа с телом Неа в руках. Куда она ее понесет? А если она просто подождет Илиаса здесь, как планировала изначально? Нет, у нее не было времени. Совсем.

Каая наклонилась, чтобы поднять Стальное Крыло. Раньше меч казался легким, как перышко, но сейчас он был таким тяжелым, что оттягивал ей руку. Сталь сверкнула в свете факелов. Каая покачала головой. Она не могла это сделать. Это было безумием. Абсолютным безумием. Она положила меч на один из саркофагов и отошла на несколько шагов. По ее спине стекал холодный пот.

– Помоги мне, – обратилась она к Неа, и в ее голосе звучало столько же отчаяния, сколько в чувствах.

Тишина.

Тишина.

Тишина.

Каая сделала глубокий вдох, а затем очень медленно выдохнула. Она сделает это. Она должна это сделать.

Она снова схватила Стальное Крыло и повернула его так, чтобы острие указывало на живот. По ее щекам струились слезы, и она ненавидела себя за то, что была такой трусливой. Она осторожно надавила на рукоять. Видимо, понадобится немного больше сил, чтобы пробить кольчугу. Она должна ее снять. Она как раз расстегивала дрожащими пальцами пряжки, когда услышала какой-то шум. Каая затаила дыхание и завороженно уставилась на лестницу. Если кто-то придет, прятаться все равно бесполезно.

Но там никого не было. Каая не знала, испытает ли облегчение или же втайне надеялась, что кто-нибудь отговорит ее от этой затеи.

«Ты такая трусиха», – мысленно отругала она себя.

Затем сделала последний вдох. «Прощай, Каая». И, выдохнув, со всей силы вонзила лезвие себе в живот.

Глава 15

Арон

Арон медленно открыл глаза. Его веки были тяжелыми – тяжелее, чем обычно. Ему пришлось несколько раз моргнуть, потому что свет в комнате был непривычно ярким, а в висках пульсировала боль. Первым делом он осторожно огляделся, не в силах определить, где находится. Он лежал на большой кровати с балдахином. Стены комнаты были отделаны золотом и сходились на потолке, украшенном лепниной. По центру висела огромная люстра с сотнями свечей. Дыхание Арона участилось, когда он обвел взглядом помещение. Мебель была изысканной и антикварной. Повсюду сверкали драгоценные камни: изумруды, рубины и сапфиры. Сапфиры…

– Эрловен, – пробормотал он. Точно, они с Луаной прилетели сюда на корабле.

Луана! Где она? Поспешно откинув одеяло, Арон увидел, что был одет в чужую одежду. Он нахмурил брови и тут же почувствовал боль.

– Что за… – Он аккуратно поднялся и тихо выругался, потому что каждый шаг отдавался дикой болью. Наконец он добрался до зеркала. Большого зеркала в бронзовой раме, висевшего на стене. Когда Арон увидел свое отражение, у него перехватило дыхание. Шрамы от ожогов. Вздувшаяся кожа. Проплешины в его обычно густых темно-каштановых волосах.

Внезапно на него обрушились воспоминания. Огонь. Повсюду огонь. Запах горящей плоти… Его плоти. Желудок скрутило, и ему пришлось постараться, чтобы не стошнить в угол комнаты. Вдобавок к этому у него в голове крутилась тысяча вопросов. Они все еще в Цитадели? Что это за комната? И где, черт возьми, Луана? Если она снова сделала что-то опасное, чтобы его спасти, он себе этого не простит. В тот момент он вспомнил, как поток воды швырнул ее в стену и она рухнула на пол, потому что хотела защитить его. Арона, который в очередной раз не смог защитить себя сам.

– Луана! – хотел крикнуть он, но едва ли смог выдавить что-то, кроме хрипа. Арон задержал взгляд на своем лице. На том, что от него осталось. Он всеми силами пытался, но не смог удержать содержимое своего желудка, и оно растеклось по всей комнате.

Луана

После того как Луана обработала раны Арона и его жизни больше не угрожала опасность, Элора призвала нескольких эльфов, которые перенесли его в одну из гостевых спален. Луана предпочла бы остаться рядом с ним, пока он не очнется, но к тому времени в здание прибыли остальные члены Совета.

Мать Луаны вошла в зал первой. Одетая в кроваво-красные одежды, она появилась в сопровождении своей дочери, также входившей в состав Совета. Мара. Она была старшей из трех сестер Фенхорн и выглядела так же грациозно, как Исаноа. Ее длинные золотистые волосы идеальными волнами ниспадали на нежные плечи, а взгляд стальных голубых глаз был таким же жестким, как и поджатые полные губы. Заметив Луану, она склонила голову в знак приветствия. Они не видели друг друга четыре года. И хотя ей было больно оттого, что Мара ограничилась лишь коротким кивком, Луана все же ответила на приветствие. Она тяжело сглотнула, а затем наконец перевела взгляд на мать. Та стояла, упрямо уставившись в пол вместо того, чтобы смотреть родной дочери в лицо. Луана уже представляла, как ее мать будет вести себя рядом с Элорой, но в этот момент почувствовала укол в сердце.

Не успела она проникнуться этим чувством, как за двумя женщинами в зал вошли Горас и Элен Норвинд – два брата, также происходившие из могущественного эльфийского рода. Они оба были магами разума. Сыновья человека, с которым Элора хотела связать Луану. Элен, самый высокий из братьев, даже не обратил на нее внимания, в то время как Горас одарил ее пренебрежительным взглядом. Луана умело выстояла. Она впервые заметила, как братья похожи друг на друга. У обоих были короткие темные волосы, ярко контрастировавшие с розовым цветом лица, но у Элена глаза были ярко-зеленого цвета, а глаза Гораса напоминали ночное беззвездное небо. Он приподнял одну из изогнутых бровей, и Луана сморщила нос. Ей было все равно, что эти эльфы думают о ней. Главное, что они помогут ей спасти миры.

Ренна и Аурелия Талан прибыли последними. Как и всегда, когда Луана встречала Ренну, она восхищалась зелеными лесными рунами на ее лице, выделявшимися на глубоком медном оттенке кожи. Они проходили по ее лбу и щекам, образуя изящный узор, который с детства напоминал Луане бабочку. Она обратила внимание на подругу Ренны – Аурелию, которая осторожно улыбнулась ей. Вокруг ее карих глаз образовались небольшие морщинки, и она откинула со лба рыжий локон. После соединения душ обе женщины были наделены способностями управлять кровью и землей.

Верховный Совет охватывал все сферы магии, за исключением магии душ. Кроме Пертеаса, никто не владел магией душ. Никто, кроме… Неа. Луана прикусила нижнюю губу. Интересно, как далеко сейчас Каая? Нашла ли она Илиаса и Киана? Конечно, было бы странно, если бы она выглядела иначе. Если бы стала эльфийкой теней. Луана искренне надеялась скоро увидеться со своей подругой.

– Присаживайтесь. – Голос Верховной Леди прокатился по залу. Луана и шесть членов Совета, до этих пор стоявшие у своих стульев, заняли места, как было велено. – Спасибо, что собрались так быстро. Есть интересные новости.

– О том, что ваша внучка больше не в изгнании? – вмешался Горас, отчего Луана закатила глаза.

Элора сердито посмотрела на него.

– Мы еще это не обсуждали, Горас. Сейчас на повестке дня более серьезные вопросы. – Она шумно выдохнула и сложила руки на столе. – Я узнала, что Туманность не так безопасна, как раньше.

Члены Совета с раздражением переглянулись друг с другом. Ренна и Аурелия начали шептаться между собой, прикрывая рты руками, а Элен громко вздохнул.

– Что это должно значить? – Исаноа прервала гомон остальных голосов. Наконец, она посмотрела на Луану. По ее лицу скользнула тень, когда она заметила шрам, пересекавший глаз дочери.

– Между мирами существуют разломы. Пертеас Иннелис использует их, чтобы перемещаться между Туманностью и Эсерией. Он крадет души, чтобы создать себе армию умбр. Он собирается нам отомстить.

Верховный Совет разом затих. Никто не осмеливался ничего сказать или даже вздохнуть.

– Он создал уже сотни умбр, – добавила Луана, и все члены Совета повернулись в ее сторону. – Может быть, их уже тысячи. Кроме того, в Туманности сейчас проживает шестьдесят пять тысяч эльфов теней.

По залу прокатился ропот.

– Откуда ты знаешь? – спросила мать.

– Я знаю кое-кого, кто там бывал, – ответила она, тяжело сглотнув. Ей хотелось прокричать им в лицо о том, что она пережила за последние несколько недель. О том, откуда взялся шрам.

– И эльфы теней поддерживают план Пертеаса?

Луана бросила взгляд на Мару.

– Не все. Но, конечно, есть те, кто предан своему правителю. Некоторые из них добровольно пожертвовали своими душами, чтобы он мог управлять их силой.

– Значит, он… силен? – осведомилась Ренна.

– Да, очень.

– Но нам будет угрожать опасность только в том случае, если он действительно проберется сюда, верно? – вмешалась Аурелия. – Пока он в Туманности, он бессилен. Что он будет делать без магии?

Луана скривила губы в горькой улыбке.

– То, что у эльфов теней нет солнечного света, не значит, что они не могут творить магию. Они черпают силу из своей же сущности. Или из сущностей тех, кто им подчиняется. С помощью таких самоотверженных эльфов Пертеас и создал собственный источник магии – колодец душ. Он был разрушен.

– Колодец душ? – в ужасе переспросила Мара. – Звучит ужасно. Кто сказал тебе об этом?

Луана подняла голову, все еще размышляя о том, сколько должна им рассказать.

– Эльф теней.

Небесно-голубые глаза Мары округлились.

– Он был в Эсерии?

– Да, он мой друг и друг Арона, моей второй половинки.

– Ты связалась с этим человеком? – шепотом спросила Исаноа.

– И слышать не хочу об этом, – вмешалась Элора.

В зале снова поднялся шум.

– Сначала человек, теперь эльф теней, – услышала Луана бормотание Гораса. Как же ей хотелось сесть за стол и поведать о том, что на самом деле случилось. Но она пока решила не вмешивать во все это Ариана и Неа.

– Ясно, – произнесла Элора, и остальные эльфы замолчали. – Как только объединим наши силы, мы сможем совершить ритуал, который позволит нам сымитировать магию душ и закрыть разлом. Это не должно стать проблемой. Пертеас и его армия будут заперты там еще на одно тысячелетие. Или, если в этот раз мы все сделаем правильно, навечно.

При этих словах сердце Луаны остановилось. Каая знала, во что ввязывается, и все же мысль о том, что она останется там навсегда, причиняла Луане душевную боль. Да, у Кааи оставалось два дня, прежде чем Совет доберется до первого разлома, и еще сутки, пока не закроют второй, но…

– И что нам теперь делать? – спросила Элора.

– Мы должны немедленно закрыть разломы, – произнесла Аурелия.

– Именно так мы и поступим. – Голос Элоры звучал спокойно и решительно. – Луана приведет нас к одному из известных ей разломов. Мы закроем его, и все будет кончено.

– Верховная Леди, – с бешено колотящимся сердцем начала Луана, – я знаю по крайней мере о двух разломах, которые необходимо закрыть.

– Не имеет значения. Мы просто произнесем заклинание, и Туманность будет полностью закрыта. Этот же ритуал проводили в прошлый раз.

– Нет! – Мысли Луаны понеслись вскачь, а сердцебиение вышло из-под контроля.

– Что, прости?

Нет. Нет, нет, нет. Это означало, что все случится быстрее, чем планировалось. Гораздо быстрее. Каая предполагала, что у нее будет три дня… а до разлома в Кальтеннесте было всего два дня пути. Это была катастрофа. Абсолютная катастрофа.

– Луана, – раздался звонкий голос Исаноа.

– Я… – У нее просто не оставалось другого выхода. – Я должна сказать вам еще кое-что. – Если она хотела спасти Кааю, Илиаса и Киана от вечного заточения в Туманности, то должна сообщить об этом. Не так ли?

– Мы слушаем.

Луана закрыла глаза и сжала руки на бедрах. А что изменится, если они узнают о Неа? Захотят ли они спасти ее? И наследного принца Туманности… В худшем случае, они будут действовать еще быстрее, чтобы эти двое остались там, где были.

– Нет, ничего важного, – наконец сказала она, посмотрев на всех членов Совета по очереди. – Я отведу вас к разлому. Завтра утром. – Так Каая выиграет еще несколько часов. И то, что Пертеас решит вторгнуться в Эсерию именно в эти часы, казалось маловероятным. Не так ли?

– Немедленно! – выпалил Горас и тут же поймал строгий взгляд Элоры. И хотя Верховная Леди терпеть не могла внучку, она бы никогда не допустила такого отношения к члену своей семьи. – Простите.

– Но он прав. – Элора повернулась к Луане. – Мы должны немедленно отправиться в путь.

Луана стиснула зубы.

– Если бы ты… Если бы ты не ранила почти смертельно мою родственную душу, мы бы отправились в путь хоть сейчас. – Она поднялась на ноги. – Но, боюсь, он должен отдохнуть. А мне надо будет восстановить силы после того, как излечу его последние раны.

Элора искоса взглянула на нее и едва заметно кивнула.

– Завтра сядем на первый же корабль.

Арон

За окном уже стемнело, когда дверь в комнату открылась. Арон устало посмотрел наверх. Все это время он сидел на полу.

– Арон! – Луана за несколько шагов оказалась рядом. – Почему ты не спишь? Тебе нужно отдыхать, чтобы исцелиться.

Он опустил взгляд на свои руки. На них тоже были серьезные ожоги.

– Где ты была?

Она остановилась перед ним.

– На собрании Верховного Совета. Я рассказала им о разломах.

Арон медленно поднял глаза.

– Как они отреагировали?

– Завтра утром мы отправляемся закрывать разлом в Кальтеннесте.

Арон нахмурился.

– А почему бы сначала не закрыть разлом в ольховом лесу? Он ведь по пути. Они догадаются, если мы будем вводить их в заблуждение, чтобы выиграть время.

– Достаточно запечатать лишь один из разломов, – тихо ответила Луана, и Арон опустил подбородок.

– Но это… невозможно. Ты же обещала Каае…

– Знаю, – резко ответила она. – Я могу повести их обходными путями, но Каая в любом случае потеряет целые сутки. Будем надеяться, ей хватит шести дней, чтобы уничтожить Пертеаса.

Арон попытался встать, и Луана сразу подхватила его под руки.

– Спасибо, – пробормотал он.

– Тебе надо прилечь. Я исцелю тебя.

– Хватит ли у тебя сил? – Перед его глазами снова возникла картина того, как Луана врезалась в стену и упала на пол.

Она устало улыбнулась:

– Естественно.

– Спасибо, – повторил он, и она раздраженно поморщилась. – Если бы не ты, она бы поджарила меня заживо.

– Если бы не я, ты бы вообще не попал в такую ситуацию. – Луана потупила взор.

Арон протянул руку и взял ее за подбородок, чтобы снова повернуть к себе.

– У тебя сумасшедшая семья, – с ухмылкой сказал он.

От этих слов у нее на губах появилась легкая улыбка.

– Скоро мы уедем отсюда и больше никогда не вернемся.

– А что насчет твоей матери и сестер?

Луана пожала плечами.

– Кейлин, вероятно, единственная, по кому я действительно буду скучать. Но она как-нибудь справится.

– То, что она нашла вторую половинку, не значит, что ей не нужна старшая сестра.

– А мне нужен только ты, – произнесла она, положив руку поверх его. Боль пронзила все тело, отчего Арон слегка вздрогнул. – А теперь ложись. У нас осталось не так много времени.

Это было неописуемое ощущение, когда исцеляющая магия Луаны лилась в его тело. Слегка покалывая, она ползла по венам и растекалась от самого сердца до кончиков пальцев на руках и ногах. Когда ее магия устремилась в особенно сильно поврежденные участки, легкое покалывание сменилось пульсацией, отчего он время от времени болезненно вскрикивал. Арон видел, что Луана пытается облегчить его страдания. Знал, каких усилий ей это стоит. Через их союз душ чувствовал, что она была измучена. И не только физически. Конфронтация с семьей подкосила ее. «Неудивительно», – подумал Арон. Ведь родная бабушка пыталась убить ее родственную душу, а в процессе даже напала и на нее. Не говоря уже о наручниках, следы которых Арон по-прежнему видел на ее запястьях. Еще один признак того, что запасы ее энергии подходили к концу.

Когда Арон взглянул на ее сосредоточенное лицо, его охватило великое счастье, несмотря на все переживания и боль. С закрытыми глазами Луана беззвучно бормотала себе под нос какие-то слова, непрерывно посылая свой свет в его израненное тело.

Что бы ни ждало их впереди, он был рад, что она на его стороне.

Глава 16

Илиас

Кто-то плеснул ему в лицо холодную воду, и Илиас в ужасе распахнул глаза. Спустя мгновение он вскочил на ноги и, прижавшись к прутьям решетки, зарычал на Фаромира. Тот одарил его ехидной ухмылкой.

– Хорошо спалось, принц?

– Ты горько пожалеешь об этом, клянусь.

Несколько капель сорвались с кончиков его волос и беззвучно упали на землю.

Фаромир хрипло рассмеялся.

– Ты угрожаешь мне, могущественный наследный принц? – Он придвинулся к лицу Илиаса так близко, что между ними не осталось и сантиметра. – Интересно, как ты будешь мстить мне отсюда?

Глаз Илиаса дернулся от ярости. Нет, отсюда он ничего не сможет сделать. Илиас обратил внимание, что Фаромир старается не подходить к эльфийскому железу на решетках камеры. И пока он не касался его, в любое мгновение мог одолеть Илиаса.

– Или ты возлагаешь надежды на Эртира? – насмешливо спросил мускулистый тюремщик.

Илиаса охватила дрожь. С Кианом что-то случилось или он намекал на что-то другое?

Словно прочитав его мысли, Фаромир снова ухмыльнулся, сверкнув желтыми зубами.

– Не переживай, дорогой принц, лорд в порядке. Он праздновал свадьбу сестры три дня и три ночи подряд. Боюсь, он и думать о вас забыл.

Это неожиданно сильно ударило по Илиасу. Он отступил на шаг и прищурился.

– Ты лжешь.

Фаромир пожал плечами и ухмыльнулся еще шире.

– Думаю, он наслаждается обществом Пирии Аттор. Она явно покрасивее вас будет. Хотя мне нравятся ваши грустные глазки, – промурлыкал он.

Киан и Пирия? Они ведь расстались, когда она изменила ему с другим. Но тут с глаз Илиаса будто спала пелена. Он вспомнил тот день, когда отец Киана появился во дворе. Пирия была беременна. И Киан, разумеется, не хотел подвергать ее и ребенка опасности. Может быть, Пертеас даже угрожал ему. Илиас вполне мог представить, как его отец убивает нерожденного ребенка. Это было бы не впервые…

– Что ж, похоже, вы застряли здесь навсегда, – сказал Фаромир то, о чем Илиас и так уже думал. – Но не волнуйтесь, – он подмигнул, – нам с вами здесь будет очень весело, мой принц. – Усмехнувшись, тюремщик развернулся и скрылся в темноте. Его громкий смех долго отдавался эхом в голове Илиаса.

Луана

– Лу!

Луана устало подняла голову, чтобы посмотреть на Кейлин, подпрыгивающую вверх-вниз на пристани. Несмотря на то, что была измотана после всех вчерашних событий, она почти не смогла заснуть. Арон рядом с ней постоянно просыпался от кошмаров и истошно кричал, и ей хотелось задушить Элору за то, что она предала его адскому пламени. Луана поспешно отбросила эту мысль и широко улыбнулась, прежде чем оставить Арона и подбежать к сестре.

– Что ты здесь делаешь? – спросила она. Вместо ответа Кейлин бросилась ей на шею так резко, что Луана чуть не упала. В ее душе разлилось тепло, и она крепко обняла худое тело младшей сестры.

– Мы будем вас сопровождать. – Из-за спины Кейлин вышла Зелфи с застенчивой улыбкой.

– Что значит «сопровождать»? – Луана высвободилась из объятий и скептически посмотрела на сестру. Если Пертеас и его армия выйдут из разлома в тот момент, когда они будут рядом, их поход может закончиться плохо. Даже фатально.

– Да то и значит! – Кейлин пожала плечами, а Зелфи кивнула, подчеркивая ее слова. – Ты ведь больше не вернешься в Эрловен, я знаю, и… Я просто хочу провести с тобой оставшееся время.

Луана ласково погладила сестру по плечу.

– Но ты можешь навещать меня в любое время, Кей.

– Ты же понимаешь, что бабушка обязательно помешает мне. Я не чувствую себя достаточно зрелой, чтобы оставить ее и Эрловен позади. Я не настолько сильная, как ты.

С каждым последующим словом Луане становилось все больнее.

– Я не сильная, – ответила она. – Просто эгоистка.

Кейлин рассмеялась.

– Тем лучше, что я пойду с тобой. Смогу о тебе позаботиться. Без обид, Арон, – добавила она, глядя на Арона, который все это время молча следовал за ними. От внимания Луаны не ускользнуло, что он слегка хромал, но больше ничего в нем не выдавало страданий, которые ему пришлось пережить.

Арон улыбнулся ей в ответ.

– Во всяком случае, мне она не позволяет себя защищать. Может, тебе повезет больше!

Луана раздраженно закатила глаза.

– Взлетаем! – крикнул один из членов экипажа летающего корабля.

Приглядевшись, Луана узнала его. Это был тот эльф со змеиной руной, с которым она встретилась в свой прошлый визит сюда. Тот, кто помог ей в библиотеке.

«Я знал вашего отца».

В тот же миг пульс Луаны участился. Возможно, этот мужчина сможет пролить свет на то, о чем вчера упомянула Элора.

– Идем! – крикнула она Арону, Кейлин и Зелфи и пошла вперед. Остальные последовали за ней. Верховный Совет тем временем уже собрался на палубе.

– Ты его знаешь? – спросила Кейлин. Видимо, она заметила, как Луана смотрит на невысокого пухлого мужчину с залысиной и яркой руной.

– Он помог мне, когда я ворвалась в Большую библиотеку.

– Тот, который знал отца? – Глаза Кейлин расширились, когда она вспомнила рассказ сестры.

Луана кивнула.

– И бабушка вчера кое-чем обмолвилась. – Она бросила взгляд на Элору и Совет, но они сидели достаточно далеко от них. – Когда узнала о нас с Ароном, о том, что мы стали родственными душами.

– Я все еще не могу поверить, что это правда, – пропищала Кейлин, хватая Арона за руку. – Мама рассказала мне. Я так счастлива. Я всегда верила, что Луана знает, что делает. Она прислушалась к своему сердцу. И к своей душе. К вашим душам! Это так захватывающе!

– Кей! – пресекла ее Луана, прежде чем Арон успел что-то ответить. – Я ведь собиралась сказать кое-что важное!

– Да, извини, – усмехнулась Кейлин. – О чем там упоминала бабушка? Она может очень долго говорить…

Луана пропустила это замечание мимо ушей и подошла поближе к ним.

– Она сказала: «Я должна была догадаться. В конце концов, яблочко от яблони…» А потом заговорила о моих зараженных генах.

– И что дальше?

– Ничего. Я спросила, говорит ли она об отце, но она вышла из себя. Навредила Арону.

– О нет, – выдохнули Кейлин и Зелфи почти одновременно. – Ты в порядке?

Арон кивнул.

– Да, все зажило. Луана хороша в том, что делает. – Он покраснел, когда Кейлин приподняла бровь и хихикнула. – Я имею в виду, она прекрасный целитель.

– Можем ли мы вернуться к нашей теме? – настойчиво прошептала Луана. – Мне надо поговорить с этим мужчиной. А вы позаботитесь о том, чтобы Совет не узнал. Особенно Фенхорны, – добавила она, мрачно взглянув в сторону своей семьи.

– Я пойду с тобой, – сказал Арон. – В конце концов, это и меня касается. Нашего союза.

Луана открыла было рот, чтобы возразить, но снова закрыла и кивнула девушкам.

– Кей, Зелфи, я рассчитываю на вас.

Они кивнули, и Луана с Ароном направились к эльфу с руной змеи.

– Здравствуйте! – Луана протянула ему руку, когда они подошли ближе.

Он вопросительно посмотрел на нее, а затем ответил на приветственное рукопожатие.

– Чем обязан такой чести, леди Луана?

– У меня не было возможности поблагодарить вас за, ну… вы знаете.

– Не стоит благодарности. Мне понравилось вам помогать.

– Вы тогда что-то сказали о… о моем отце. Что вы его знали. – Когда мужчина перевел взгляд с нее на Арона, она поспешно добавила: – Извините. Это моя вторая половинка Арон. Арон Бромвен.

– Рад познакомиться с вами. Уверен, Люмис гордился бы тем, что рядом с ее дочерью хороший парень.

Услышав имя отца, Луана поняла, что ее глаза наполнились слезами.

– Откуда вы его знали?

– Мы выросли вместе. Но наши пути разошлись, когда он встретил вашу мать. – Он на мгновение сделал паузу, и на его лице появилась безудержная печаль. – Но я никогда не переставал присматривать за ним.

– Как вас зовут? – спросил Арон, догадавшись, что Луана не в состоянии говорить.

– Ох, где же мои манеры! – Мужчина попытался слабо улыбнуться, но глаза его кричали о боли, которая, судя по всему, сопровождала его долгое время. – Я Харик Дейн. Маг воды.

– Только воды? – вырвалось у Луаны. Харик выглядел слишком старым для эльфа, а то, что он владел лишь одним даром, говорило, что он никогда не связывал душу с душой другого эльфа. Некоторые эльфы, такие как Луана, родились сразу с двумя дарами, и в редких случаях даже получали третий, если вступали в союз. С эльфом. А не с человеком, как сделала она.

– Я понимаю, к чему вы клоните, леди Луана. – Он улыбнулся, отчего морщины на его лице углубились. – Но да, только воды. Эльф, с которым я хотел связать свою душу, выбрал кое-кого другого.

– Мою маму, – прошептала Луана, повинуясь внутреннему чувству.

Харик медленно кивнул.

– Леди Исаноа хорошая женщина. Она приняла его таким, какой он есть. И только ваша бабушка… Она постоянно бросала камни на их путь.

– Таким, какой он был? – переспросила Луана напряженным голосом.

Мужчина посмотрел на нее водянисто-голубыми глазами, а затем на его лице отразилось понимание.

– Вы не знаете.

– Чего не знаю?

«Дыши, дыши, дыши!» – мысленно кричала она себе, готовая вот-вот рухнуть.

Харик вдруг занервничал и огляделся. Кейлин и Зелфи тем временем устроили демонстративную ссору, отвлекая на себя внимание Элоры.

– Это чертовски важно, – вмешался Арон. – Пожалуйста, расскажите нам все, что знаете. Сейчас на карту поставлено очень многое.

– Наверное, если леди Исаноа ничего не сказала своим дочерям, тому есть причина… – почти умоляюще произнес Харик.

– Прошу вас.

Казалось, Харик боролся с самим собой; он то переводил взгляд с Луаны на Элору, то снова смотрел на Арона.

– Возможно, вам и правда стоит узнать. Леди Луана, – начал он, пристально глядя ей в глаза. – Люмис, ваш отец, он… он был полуэльфом.

Распахнув глаза, Луана застыла на месте и не знала, что сказать. В ее голове проносилось столько разных мыслей, что она не успевала ухватиться ни за одну из них. Получается, ее отец был полуэльфом? Но она сама была чистокровной волшебницей – с двумя дарами. Дарами ее матери, поняла Луана. У нее были те же способности, что и у Исаноа. Мара и Кейлин были чистыми магами огня. Но огонь в любом случае – наследие Фенхорнов. Луана никогда раньше не задумывалась о том, почему они все унаследовали способности только от матери. И если хорошенько подумать, то она никогда не видела, чтобы отец творил магию. Родители говорили, что он был магом воздуха. Но Луана так и не увидела, как он призывает воздух. С другой стороны, тогда она была еще ребенком.

Пошатываясь, Луана подошла к палубе и ухватилась за поручни, чтобы удержаться на ногах. Только сейчас она заметила, что у нее урчит в животе. Ложь. Вся ее жизнь оказалась ложью. Она не была чистокровной эльфийкой. Ее сила… Ее сила была лишь шуткой. Плохой шуткой. Слабым подобием того, что могли творить истинные маги.

– Ты как? – тихо спросил Арон, положив руку ей на спину.

– Не знаю, – ответила она, оглянувшись на него через плечо. – У меня столько вопросов…

– Харик ушел к капитану, – сообщил он, ласково поглаживая ее по спине.

– Нет, я… Наверное, я должна услышать это от своей матери.

– То, что он был лишь полуэльфом, не означает, что он не был одаренным магом, Лу. И это не значит, что ты стала менее способной. Вспомни об Ариане и его магии!

Да, Арон прав. В полуэльфах тоже текла волшебная кровь, хоть они и не могли творить магию. Луана пыталась вспомнить, умел ли ее отец тоже вызывать черные молнии. До этих пор они думали, что магия Ариана – дело рук Пертеаса. Возможно, они смогут узнать об этом больше, если Луана поговорит с матерью об отце. Возможно, это поможет им спасти Ариана.

– Я собираюсь призвать мать к ответу.

Арон приподнял брови.

– Сейчас?

– Сейчас.

Глава 17

Луана

– Не сейчас, Луана, – отмахнулась Исаноа.

Корабль находился в море уже какое-то время, и они должны были прибыть в Редон еще до захода солнца.

– Это срочно, – настаивала Луана. – И не займет много времени…

– Нет. – Мать одарила ее строгим взглядом, который заставил Луану замолчать, хотя внутри нее все кипело от ярости.

– Что здесь происходит? – Мара перевела взгляд с сестры на маму.

Луана вздернула подбородок.

– Ты знала… про отца?

Мара вопросительно приподняла бровь, и лицо Исаноа вмиг переменилось.

– О чем ты говоришь?

– Так у тебя есть для меня минутка, мама?

– Говори уже! – настояла Мара.

– Кей! – выкрикнула Луана, и младшая сестра подбежала к ним.

– Что такое?

Исаноа прочистила горло.

– Разумеется, здесь не самое удачное место для разговора о… семейных проблемах.

– У нас семейные проблемы? – спросила Кейлин. – Серьезно?

Мара закатила глаза.

– Я не могу ждать вечно.

– У тебя есть какие-то другие дела на этом корабле?

– А ты вообще здесь что делаешь? – спросила Мара Кейлин, но та лишь пожала плечами в ответ.

– Я даю шанс тебе рассказать все самой, мама. – Луана серьезно посмотрела на Исаноа, но мать просто отвернулась.

– Не понимаю, о чем ты.

– О том, что наш отец был полуэльфом. – Мара резко втянула ртом воздух, Кейлин пискнула, а Исаноа притворилась, будто ничего не слышала. – Серьезно, мама? Не понимаешь?

– Я не знаю, почему мы должны говорить об этом. В конце концов, его больше нет.

– Мама! – Мара в ужасе развела руками. – Это правда?

Исаноа тяжело сглотнула, а затем едва заметно кивнула.

– Да. – Ее голос в самом деле дрожал или Луана ошиблась?

– Но как такое возможно?

– Это безумие, – пробормотала Кейлин, но она выглядела менее испуганной, чем Мара. Может быть, даже немного гордой.

Прежде чем Исаноа успела что-то сказать, корабль налетел на мощную волну, и семейство Фенхорнов инстинктивно прижалось друг к другу. Луана услышала отдаленный, пронзительный крик Элоры. Верховная Леди, видимо, не часто путешествовала на корабле. Арон и Зелфи, стоящие неподалеку от них, крепко вцепились в перила. И пока родственная душа Луаны старался не показывать страха, Зелфи буквально сияла, наблюдая за бушующим морем.

– Она впервые на корабле, – с улыбкой сказала Кейлин.

– Такая впечатлительная! – отметила Луана. – Качество, которое с течением веков вымирает в нашем народе.

– Можем ли мы вернуться к делу? – нетерпеливо спросила Мара.

– Если мама не хочет ничего рассказывать, я могу…

– Святая Эйюне, Луана! – воскликнула Исаноа. Луана уже хотела ей ответить, но тут увидела, что глаза матери блестят от подступивших слез. – Какое это имеет значение? Его больше нет с нами.

– Его нет, и мы почти ничего о нем не знаем. – В голосе Мары проскочили нотки печали. – Прошли десятилетия, и воспоминания постепенно исчезают. Его лицо бледнеет, а голос тускнеет.

Исаноа отвернулась, и Луана была уверена, что она плачет.

– Мама, – позвала Мара, и теперь ее голос звучал мягче. – Все, что ты нам расскажешь о нем, сделает его немного живее в наших глазах.

– Я не хотела влюбляться в него. – Исаноа снова повернулась к дочерям. На ее щеках блестели дорожки от слез, но она улыбалась. – Но ничего не могла с собой поделать. Я впервые оказалась в Редоне, и меня просто переполняли новые впечатления. Вечером я опоздала на корабль до Эрловена, и мне пришлось остановиться на постоялом дворе. – Она на мгновение замолчала, и Луана заметила, что тоже затаила дыхание. Эту историю она слышала в первый раз. Ее родители однажды рассказывали ей, что познакомились в академии.

– У меня не было с собой денег, – продолжила Исаноа. – Хозяин хотел вышвырнуть меня, но Люмис успокоил его. И заплатил за мою комнату. Конечно же, спустя несколько дней я вернулась в Сильверштурм, чтобы угостить его пивом в знак благодарности. – Улыбка на ее губах стала печальной. – Я могла бы и догадаться, к чему все приведет. Он был полуэльфом, и ваша бабушка была вне себя от ярости, но… – Она украдкой взглянула на Элору. – Мне было все равно.

Мара вытерла слезинку, блеснувшую в уголке глаза. Кейлин тихо всхлипнула. Луане было сложно не поддаться чувствам.

– Вы что… вы были…

– Да, – ответила Исаноа, прежде чем Луана смогла сформулировать вопрос. – Мы заключили союз душ.

– Но ты жива, несмотря на то что он…

На глаза Исаноа снова навернулись слезы, и она опустила взгляд на свои руки.

– Он был всего лишь полуэльфом, – смиренно сказала она. – Его душа была смертной, а моя – нет. Мы соединились на духовном уровне, но не на физическом. Я тогда не знала об этом. Когда он умер, я… я кричала и плакала, мое сердце болело настолько сильно, что я думала, что тоже умираю. По крайней мере, так мне казалось. Я чувствовала облегчение при мысли, что скоро воссоединюсь с ним. Мне очень жаль, что я вела себя подобным образом. Мне всегда было стыдно за это. Все-таки у меня были вы. Но… в тот момент я ничего не хотела так сильно, как последовать за ним. – Она подняла глаза и слабо улыбнулась. – Но этого не случилось.

– О, мама, – всхлипнула Кейлин, обнимая Исаноа.

Мысли Луаны суматошно метались в голове. Слова матери значили для нее слишком много. Она остановила взгляд на Ароне, который смеялся над чем-то, что рассказывала ему Зелфи с горящими глазами. Втайне, в глубине своей души, Луана надеялась, что когда они соединились, то бессмертие ее души перешло и к Арону. Какой бы спокойной ни была эта надежда, но в этот момент она разбилась вдребезги. Луана обернулась на плачущую мать и поняла, что смотрит в зеркальное отражение. Таким будет ее будущее. Осознание этого сдавило ей горло. Ее живот сжался, и она начала задыхаться.

– Луана! – Мара подошла к ней, чтобы поддержать.

– Лу! – услышала она крик Арона, но его голос едва донесся до нее. Она почувствовала, как он обхватил ее руками за талию.

– Что происходит? Что случилось?

– Мы просто разговаривали, – расстроенно сказала Кейлин.

Луана искала взгляд матери, и когда встретилась с ним, до нее отчетливо дошла правда: Исаноа ее понимает.

Поздним вечером они прибыли в порт Сильверштурма. В некоторых домах все еще горели свечи, что отбрасывали свет через окна, освещая им путь вместе с лунным светом. Луана пыталась убедить Совет провести ночь на постоялом дворе, но Элора позаботилась о том, чтобы на берегу их ждали две кареты, готовые сразу же отправиться в Кальтеннест.

– Я не могу ехать с вами, – прошептал Арон Луане, пока они шли по причалу, который вел обратно на материк. – Мне надо проведать Ариана.

– Хорошо, – тихо ответила она. – Я пойду с тобой. – Стоило только вспомнить, что случилось с Фероданом, и по ее спине прошелся холодок.

Арон раздраженно посмотрел на нее.

– И как мы объясним, что не сядем в карету?

– Никак. Мы поедем с Кейлин и Зелфи. По официальной версии. А по неофициальной – они поедут лишь вдвоем, а Совет будет в другой. – Луана кивнула в сторону второй кареты. – Девочки нас не сдадут. Я сейчас поговорю с кучером и спрошу, когда они выдвигаются в путь и куда. А когда убедимся, что с Арианом все в порядке, мы догоним их.

– Хорошо, – сказал Арон. – Звучит выполнимо.

– Хорошо? – переспросила Луана. – Это блестяще! Простой, но превосходный план. Кстати, незадолго до того, как мы доберемся до Кальтеннеста, Кейлин вдруг начнет укачивать. Ее станет тошнить, и нам придется сделать привал.

– Меня никогда не укачивает! – Кейлин шагнула к ним, уперев руки в бедра, но Луана вполуха слушала ее. Она осматривала тени между деревьями, росшими неподалеку от них. Столица Редона располагалась не только на берегу моря, но и рядом с ольховым лесом, верхушки деревьев в котором поднимались высоко в темное небо.

– Лу!

– Там кто-то есть, – тихо сообщила она, не выпуская из виду тень. Что-то в ее животе сжалось, когда фигура – ею оказался мужчина – подняла руку и… поманила ее.

– Ты его знаешь? – спросила Кейлин, на что Луана покачала головой.

Он точно звал ее? Луана оглянулась, но остальные члены Совета уже забрались в кареты. Никто даже не смотрел в сторону леса. Луана осознала, что сперва – всего на долю секунды – подумала о Киане. Но этот мужчина был далеко не таким высоким и статным, как эльф теней. Насколько она могла судить, он был немного крупнее и имел менее мощные ноги.

– Пропади все пропадом, – пробормотала она и направилась к нему.

– Я с тобой! – Арон пошел вслед за ней, и мужчина двинулся им навстречу. Капюшон был низко натянут на лицо, а в руке он держал конверт. Гонец? Когда их разделяло всего несколько метров, Луана заметила, что он выглядел очень молодо и нервно.

– Луана Фенхорн? – тонким голосом спросил он.

Она обратила внимание на то, что он опустил ее титул. А значит, что он был либо человеком, либо совсем не знал Фенхорнов.

– А кто интересуется?

– Так это вы или нет? – Он твердо посмотрел ей в глаза. Возможно, он все-таки был более уверен в себе, чем ей показалось сначала.

– Это я.

– Тогда у меня для вас послание. Меня отправила Ориана.

Арон рядом с ней вздрогнул, а Луана резко втянула воздух.

– Выходит, она очнулась?

– Она просила вам передать, что с ней все в порядке. – С этими словами парень вручил письмо, развернулся и ушел.

Луана неподвижно стояла на месте, глядя ему вслед, пока он не скрылся в лесу, а затем наконец посмотрела на конверт в своих руках. На нем действительно красовалась печать Орианы. Облегчение охватило ее. Интересно, Феродан тоже пришел в сознание?

– Открой, – настаивал Арон, и она вырвалась из оцепенения. Дрожащими пальцами она переломила печать и развернула пергамент.

– «Луана, Арон, я знаю, что эта новость дойдет до вас, когда вы прибудете в порт Сильверштурма. Мы с Фероданом еще восстанавливаемся после нападения, но мы справимся. Меня больше беспокоит то, что Ариана нет в подземелье». – Луана прошептала последние слова и замолчала.

Арон взял письмо из ее рук и принялся торопливо читать дальше:

– «Прутья решетки были раздвинуты, а от него не осталось ни следа. Пожалуйста, будьте внимательны и осторожны. Ориана». – Арон опустил руку с письмом и посмотрел на Луану. – Он ушел.

Луана шумно выдохнула и поджала губы. Былое облегчение почти полностью испарилось.

– Больше там ничего не написано? – Когда выражение лица Арона стало более мрачным, она нежно погладила его по руке. – Я уверена, с ним все в порядке.

Он медленно кивнул.

– Должно быть, кто-то освободил его.

– Тогда нам нужно подумать, кто мог это сделать. – Луана на мгновение замолчала. – И этот кто-то достаточно силен. – Ведь ключ от клетки они надежно спрятали в комнате Орианы.

– А если он сбежал сам? – спросил Арон, обдумав ее слова.

Луана подняла брови.

– Тогда почему не ушел раньше?

– А вдруг он ждал, пока уйдем мы?

– Не знаю. Может, это Пертеас? Что, если он вернулся сюда, в Эсерию? – прошептала она и снова оглянулась на экипажи позади нее.

– Ты сама сказала, Лу, что он слишком слаб. Однако он мог послать кого-нибудь другого.

– Но с какой целью? И откуда он узнал, где находится Ариан? – Луана вздохнула. – Может, ты прав, и он действительно сам освободился.

– Куда он мог направиться?

Она пожала плечами, и тут ее глаза расширились.

– Что, если он отправился искать Кааю?

– Он знает, что она хотела пойти в Туманность. И ему известно о местонахождении разломов.

– Тогда мы должны добраться туда раньше него, – прошептала Луана. – До того, как Совет столкнется с ним.

– Думаешь, они что-то сделают с ним?

В ее груди все сжалось, когда она вспомнила ту часть разговора со своей матерью, о которой еще не рассказала Арону.

– У вас тут все в порядке? – Кейлин медленно подошла к ним, переводя взгляд между ними.

– Да, скоро подойдем, – ответила Луана. – Отправляйтесь в путь.

– Уже?

– Да, уже.

Казалось, Кейлин догадалась, что ее сестра была раздражена, и отвернулась, не сказав больше ни слова. Мысли Луаны снова вернулись к разговору с матерью.

Арон взял ее за руку, и чувство вины усилилось.

– Арон, – начала Луана и остановилась, когда он потянул ее ближе к остальным. – Я говорила с мамой, когда столкнулась с ней в уборной.

Он нахмурился.

– Может, расскажешь об этом в карете? Нас все-таки ждут.

Луана быстро кивнула, и они вдвоем поторопились к экипажу.

– Почему вы передумали? – поинтересовалась Кейлин, когда они забрались к ней и Зелфи в карету. Она тут же тронулась в путь.

– Планы немного изменились, – ответила Луана, и ее сестра вопросительно приподняла бровь. Но Луана только отмахнулась. – Долгая история. – Она украдкой посмотрела на Арона, который не отрывал взгляда от окна. Может быть, он вовсе забыл о том, что она хотела ему кое-что рассказать.

– Отец ведь погиб не в результате несчастного случая, да?

– Да…

– Что случилось, мама?

Она в любом случае должна рассказать ему об этом.

– Арон.

Вторая половинка повернулся к ней.

– Расскажешь мне?

Искоса посмотрев на Кейлин и Зелфи, Луана повторила слова своей матери, которые будто отпечатались в ее памяти.

– Когда мы заключили союз душ, в нем проявилась… магия. И он не смог ее контролировать. Она была другой. Какой-то темной.

– Темная магия?

– Да… И она стоила ему рассудка.

– То же самое случилось и с Арианом, – заключил Арон, его голос вторил громкому топоту лошадей, которые везли их через лес. – Правда, его душа не вступала в союз, как было у твоего отца, но…

– Да, – подтвердила Луана. – Мне очень жаль.

Арон покачал головой.

– Но это совсем не значит, что Ариана постигнет та же участь. Может, он научится ее контролировать.

– Арон… – прошептала Луана, а затем пересказала остальную часть разговора.

– Мы перепробовали все, Луана. Мы обращались к целителям крови, магам разума… но никто не смог помочь. Его сущность изменилась, и он стал очень… агрессивным. Он не мог контролировать свое настроение.

– Как он умер, мама?

Луана повторила слова матери вслух, отчего по ее телу пробежала дрожь.

– Он напал на меня. Собирался убить. И я бы предпочла умереть от его рук, чем причинить ему боль, но… Твоя бабушка ворвалась в комнату и… остановила его.

Луана закончила свой рассказ. Арон молчал.

– Мама не сказала, пил ли он кровь. Вероятно, все из-за того, что…

– Да, – наконец прервал ее Арон. – Он должен был стать умброй. Я не дурак.

– Ты раздражен. – Луана прижала ладони к его щекам и заставила посмотреть ей в глаза. – Но ты должен знать. Чтобы мы были готовы.

Готовы к тому, что Ариан, возможно, не переживет это превращение…

Арон отстранился от нее и снова отвернулся к окну. Она проследила за его взглядом – он наблюдал за проносившимися мимо деревьями. Те уже стряхнули с себя листву, и было что-то угрожающее в заостренных голых ветвях, упирающихся в черное небо. Серебристый лунный свет указывал путь лошадям. Луана задалась вопросом, как отреагируют члены Верховного Совета при встрече с Арианом. Элоре не составит труда убить полуэльфа, если тот будет представлять опасность. А Ариан уже неоднократно доказывал, что давно потерял над собой контроль.

Глава 18

Илиас

Мышцы напряглись, когда он услышал в коридоре шаги. Фаромир снова был на пути сюда. На руках Илиаса по-прежнему виделись ожоги, которые остались после его прошлого визита. Эльфийское железо в камере замедляло целительную силу его крови.

– Скучал по мне, красавчик? – прорычал Фаромир.

Илиас даже не предпринимал никаких попыток подняться. Он сидел в углу своей камеры, стараясь вложить в свой взгляд все презрение, что испытывал к этому эльфу.

– Делай, что планировал, и оставь меня в покое, мерзавец, – спокойно ответил он.

В черных, как смоль, глазах тюремщика вспыхнул опасный блеск.

– Так ты и правда ждал меня? – Он сложил руки и громко хрустнул костяшками пальцев. – Я не пощажу тебя, даже если ты будешь выкрикивать имя своей мамочки.

После этих слов Илиас встал на ноги и подошел к Фаромиру, который стоял по другую сторону решетки. Они были почти одного роста, и все же Илиас смотрел на приспешника своего отца сверху вниз.

– Ты и звука от меня не услышишь. Я не доставлю тебе такого удовольствия.

Эльф заговорщически ухмыльнулся, и Илиас почувствовал, как по его ногам пополз жар. На лбу, спине и груди проступил пот.

– Какой же ты все-таки трус, Фаромир, – раздался вдруг голос Тимора. – Спускаешься сюда, пытаешь нас, отлично зная, что мы не сможем ответить. Однажды богиня покарает тебя за это.

На мгновение воцарилась тишина, а потом Фаромир расхохотался.

– Богиня? – повторил он – Ты о той богине, которая со спокойной совестью наблюдала за тем, как нас изгоняют? Ты – мерзкий слуга бесчестной шлюхи!

Тимора слова тюремщика не впечатлили. Он выдержал его полный ненависти взгляд.

– За эти слова ты будешь гореть в аду. Тогда-то ты и узнаешь, каково это – не иметь возможности сопротивляться. Давай посмотрим правде в глаза: если бы не эльфийское железо, ты бы ползал в грязи перед принцем и целовал ему ноги. Ты жалок… – Священник замолчал, когда из его рта вырвалось пламя. Он в ужасе распахнул глаза и беззвучно закричал. Фаромир поджег его тело изнутри. Илиас даже не хотел представлять, как это ощущается.

– Немедленно прекрати! – приказал он тюремщику, дергая за прутья решетки. – Трус! Несчастный трус.

Фаромир обернулся к нему, и Тимор бесшумно упал на землю.

– Это я-то трус? Разве не ты напал на отца со спины, а затем сбежал? Не стыдно? Мы должны быть благодарны королю Пертеасу за то, что имеем нормальную жизнь в проклятой Туманности. Если бы не он, мы бы разорвали друг друга на куски. Обвинили бы друг друга в изгнании, и все закончилось бы мятежом и хаосом.

– За это нам надо благодарить Эльдана Уларена, предатель, – прорычал Илиас.

Фаромир фыркнул.

– Эльдан был слаб. Умер при первой же возможности.

– А тебе известно, кто его убил?

Тюремщик скрестил руки на груди.

– Никто этого не знает.

– Если ты, Фаромир, хотя бы на несколько секунд включишь мозги и прекратишь руководствоваться ложными фактами, то ответ станет очевиден. – Тюремщик вопрошающе уставился на него, и Илиас ответил на свой же вопрос: – Его убил мой отец, король Пертеас, самоотверженный ученик некогда могущественного мага Туманности. Он взял на себя это бремя и взошел на Трон Теней, чтобы защитить свой любимый народ. И удовлетворить свою больную жажду власти.

– Это… самая глупая ложь из всех, что мне когда-либо доводилось слышать, – заявил Фаромир, но Илиас заметил, что в нем зародилось сомнение.

– Это далеко не все. Ты серьезно думал, что твой правитель доверился тебе? – Илиас рассмеялся. – Ты вообще ни черта не знаешь. Ты лишь его прихвостень.

Огромная волна жара ударила ему в грудь и отбросила к стене. От штукатурки откололись куски, и Илиас сполз на пол.

– Тогда я покажу тебе, принц, какой я на самом деле.

Илиас подавил крик, хотя все его тело было охвачено пламенем. Вероятно, прямо сейчас он последует за первосвященником к смертному одру. Его прежние раны еще не успели зажить, а кожа уже снова начали лопаться сантиметр за сантиметром. Илиас простонал сквозь стиснутые зубы, всеми силами пытаясь оставаться в сознании. Он ничего не мог сделать, кроме как ждать, пока Фаромиру не надоест истязать его. Когда тюремщик выплеснул на него ведро воды, Илиас даже услышал шипение. Черные пятна расползлись по его рукам, животу и ногам. И судя по тому, как он себя чувствовал, его спина тоже была обуглена.

– Я вернусь, когда ты восстановишься, – прошипел Фаромир. – В конце концов, я обещал тебе веселое времяпрепровождение.

Илиас только хотел ответить ему, как вдруг услышал в коридоре шаги. Тюремщик удивленно обернулся. Позади него появилась фигура, которая стремительно приближалась к камере.

– А ты кто такой? Что ты вообще здесь делаешь? – спросил Фаромир. Это были его последние слова. Черные лучи пронзили его, словно молния, отчего он рухнул на колени.

Вцепившись в прутья решетки и распахнув глаза, Илиас смотрел на парня, который всего за несколько секунд вырубил эльфа.

– Ариан?

Серые глаза мелькнули в темноте.

– Илиас, – бесстрастно констатировал он.

– Почему ты здесь? Как ты сюда попал?

– Я ищу Кааю. Где она?

Вопрос поразил Илиаса.

– Что значит, ты ищешь Кааю? Она была с тобой!

Глаза Ариана сверкнули.

– Она отправилась за тобой.

– Нет, – выдохнул Илиас. Сердцебиение ускорилось, страх начал нарастать. – Я не знал. Я не видел ее… – Он лихорадочно размышлял, сколько времени уже сидит здесь, в темнице. Каая, наверное, волновалась за него… Видимо, он отсутствовал уже несколько дней.

– Кто еще знает, что ты здесь?

Ариан пожал плечами.

– Полагаю, никто.

– Как ты сбежал из подземелья?

– Где она может быть? – вместо ответа спросил он.

Илиас задумался. Каая знала, что тело Неа лежит в склепе. Если она действительно последовала за ним, то должна была догадаться, что он захочет забрать тело своей второй половинки.

– У меня есть догадка, – ответил он. – Но сначала ты должен меня вытащить. У эльфа под твоими ногами должен быть ключ.

Ариан бесстрастно посмотрел на тело, а затем медленно подошел к Илиасу.

– Пытаешься меня шантажировать?

– Да, – признал тот. – Мы оба хотим, чтобы Каая была в безопасности, не так ли? Тогда нам нужно работать сообща.

Парень с серыми глазами стоял так близко к нему, что ему было достаточно протянуть палец, чтобы дотронуться до него. Он поднял руки. Дыхание Илиаса участилось, но он не пошевелился. Если Ариан собирался убить его, он все равно не сможет этому воспрепятствовать. Однако Ариан обхватил не шею Илиаса, а сомкнул пальцы вокруг прутьев решетки, разделявшей их. Он поморщился и, приложив некоторое усилие, разогнул железо. Илиас не верил своим глазам. Образовавшейся щели хватило, чтобы он мог без проблем через нее пролезть.

– Они идут, – просто сказал Ариан.

Илиас нахмурился, а потом услышал все сам. Как минимум пять эльфов спускались по лестнице в подземелье.

– Возможно, я был неосторожен, когда пробирался сюда. – Ариан пристально посмотрел ему в глаза, его лицо казалось странно опустошенным. – Уходи отсюда и помоги Каае. Я остановлю стражников, прежде чем они поднимут тревогу и весь дворец отправится на твои поиски.

– Я могу взять тебя с собой, – настаивал Илиас. Его воздушная магия сможет укутать их обоих, чтобы они ускользнули незамеченными. И хотя существовал большой риск, что Ариан потеряет контроль, Каая никогда не простит, если он оставит здесь ее друга.

– Нет, – возразил Ариан. – С тобой она будет в безопасности. Я в любом случае хотел загладить перед тобой вину.

– Ты уверен?

– Со мной все в порядке. Уходи!

Второй раз просить не пришлось. Наконец, Илиас снова обратился к своей магии и в мгновение ока растворился в окружающем его воздухе. Если он хотел найти Кааю, каждая секунда была на счету.

Каая

«Прощай, Ариан». – Это было последнее, что помнила Каая, когда очнулась в чужом теле. Должна была очнуться… Присмотревшись, она увидела, что находится вовсе не в чужом теле. Ее блузка была пропитана кровью, на ногах были брюки, которые она надела перед уходом из Эсерии. Она вытянула руки и посмотрела на них, на свои ладони и шрамы. Ее дыхание участилось. Что-то было не так. Казалось, она все еще чувствует лезвие, вонзившееся в живот. Темно-алые пятна на одежде также свидетельствовали о том, что все это произошло на самом деле. Но не было ни боли, ни ран… Не успела она разобраться в своих мыслях, как в поле ее зрения появился густой туман. Он был темно-фиолетового цвета и безостановочно приближался.

Каая как завороженная смотрела на странное явление, которое закружилось и медленно рассеялось в воздухе. На мгновение она усомнилась в своем здравомыслии, когда прямо перед ней материализовалась фигура. Она была немного выше и в то же время худее. Черные волосы крупными волнами ниспадали по плечам до самых бедер. Казалось, туман двигался, создавая вокруг женщины своего рода яркое, ночное небо. Каая никогда раньше не видела чего-то подобного. Эта эльфийка сочетала в себе свет и тьму, день и ночь.

– Каая, – прошептала та, и ее голос проник в самое сердце. Только сейчас Каая заметила необыкновенный цвет ее глаз. Яркий, чистый фиолетовый.

– Ты…

– Неа. – Ее голос был совершенно ангельским. – Я – это ты. Ты – это я.

– Но как такое возможно? – Каая огляделась. Они по-прежнему находились в усыпальнице, только над полом струился густой туман. В нескольких шагах лежало ее собственное, мертвое тело. Из горла вырвался всхлип, и Каая прижала ладонь ко рту.

Прикосновение Неа отвлекло ее от созерцания мертвой девушки, истекающей кровью.

– Мы в промежуточном мире, Каая.

– Значит, я… я… мертва?

Неа осторожно кивнула.

– Да. Но я могу вернуть твою душу обратно в тело, если хочешь. Ты проснешься и ничего из этого не вспомнишь. – Она развела руками.

Каая нахмурилась.

– Я пришла сюда, чтобы моя душа вернулась в свое старое тело… в твое.

– Я знаю, – спокойным голосом ответила Неа. – То, что ты смирилась даже с собственной смертью, доказывает, что ты готова. – Она ободряюще улыбнулась. – Ты считаешь это своей миссией. Но хочешь ли ты этого на самом деле? Здесь, внутри. – Неа положила руку ей на сердце, и по телу разлилось тепло. Каая тяжело сглотнула.

– Да, я… да.

Улыбка Неа стала шире, а затем она покачала головой.

– Ты не осознаешь истинных последствий своего решения. В тот момент, когда моя душа влилась в мертвое тело юной Кааи, она была пуста. Забыла все, что делало ее собой. Она узнала столько всего нового. Столько всего почувствовала. Встретила столько новых существ, в том числе и людей. Одного очень особенного человека.

Каая с трудом сглотнула, но ком в горле не желал исчезать.

– Ты говоришь об Ариане.

Неа кивнула.

– Твоя любовь к нему сформировала нашу душу. Он дополнил ее, как когда-то Илиас, – до того как душа покинула мое тело.

Взгляд Кааи затуманился.

– Что ты хочешь этим сказать?

– Я хочу спросить тебя, действительно ли ты этого желаешь. Действительно ли хочешь оставить позади ту жизнь, которую построила для себя как Каая. По собственной ли воле.

Каая закрыла глаза, и единственная слезинка вырвалась на свободу, скатившись по ее бледной щеке. Она понимала, чего от нее хочет Неа. Неа, которая, вероятно, была лишь воплощением ее совести. И что еще за промежуточный мир? Она никогда раньше о нем не слышала. С другой стороны, она никогда раньше и не умирала… Не совсем. Дрожь охватила ее тело, когда она вспомнила о трупе у своих ног. Каая тряхнула головой, пытаясь избавиться от этой мысли, но на ее место тут же хлынули другие образы.

Отец-алкоголик.

Грязные улицы.

Друг.

И поскольку он не смог защищать ее сам, то отдал ей свой меч.

Еще больше слез потекло по щекам Кааи.

Хижина в лесу.

Лукавая улыбка.

Серые глаза.

Глаза, которые были ее домом.

Она опустилась на колени, зная, какие картины сейчас увидит.

Кровь.

Черные глаза.

Вспышки, которые он выпустил в нее.

Сколько еще раз разобьется ее сердце?

Рука, которую протянула Неа, казалась лучом света в самую темную ночь, и Каая снова подняла взгляд.

– Пока сердце любит, оно будет разбиваться. Но кем бы мы были без любви?

Каая схватила ее за руку, и Неа, ее прежняя личность, помогла ей подняться на ноги.

– Пертеас все испортил, – сказала Каая, проигнорировав повисший в воздухе вопрос. – Он разлучил вас с Илиасом, а потом забрал у меня Ариана. Украл его жизнь. Никто не знает, сможем ли мы его спасти. – Ее голос сорвался в самом конце.

– Ты хочешь заставить Пертеаса заплатить?

– Я хочу, чтобы он больше никому не причинил такой боли, как нам. – Ее сердце и душа загорелись. – Но для этого мне надо вернуть свою магию.

– Тогда забери ее, Каая.

– Как?

Неа раскинула руки в сторону, на ее губах играла добрая улыбка.

Пылающее сердце Кааи бешено заколотилось. С каждым следующим ударом по ее венам растекался огонь. Пламя поглотило все, что она готова была оставить позади. Она сделала шаг к Неа. Один шаг из пепла, оставшегося от углей внутри нее. Еще один шаг… Последний шаг, и она снова станет собой.

Глава 19

Илиас

Илиас стремительно спустился по ступенькам в склеп. Воздушный щит достаточно долго скрывал его от чужих глаз, но он постепенно вытягивал из Илиаса жизненные силы. У него уже сбивалось дыхание. Но каждая секунда была на счету. Он не мог потерять Кааю. Ему надо ее найти. Она должна быть здесь, внизу. Она должна… Когда Илиас ворвался в усыпальницу, перед ним предстала гротескная картина. Мягкие каштановые волосы разметались по полу подобно вееру, обрамляя искаженное лицо девушки, лежащей в луже… крови. Так много крови.

– Каая! – В его голосе прозвучали боль и отчаяние. Илиас всего за несколько шагов преодолел разделявшее их расстояние и опустился на колени рядом с телом. Ее глаза были закрыты. Он дрожащими пальцами коснулся ее лица. Оно было холодным, точно ледышка. – Каая, – прошептал он. – Каая, пожалуйста. Проснись. Проснись.

По его щекам покатились слезы от нахлынувшего чувства бессилия. Однажды он уже испытывал подобное. Тогда, семь лет назад… когда потерял ее в первый раз. Илиас прижался лбом ко лбу Кааи и горько заплакал. Там, где некогда билось сердце, теперь зияла дыра. После стольких лет оно только начало биться. Ради нее. Потому что именно Каая впустила свет в его жизнь, когда она стала совсем темной. И так же, как Неа забрала свой свет много лет назад, Каая забрала свой. Илиас остался позади. Один во тьме. Покинутый. Сломленный.

Какой-то шум заставил его затихнуть и подняться. Только сейчас Илиас заметил, что крышка саркофага была отодвинута. Усыпальница Неа. Он нередко бывал здесь, внизу. Неужели Каая сдвинула крышку? Как у нее хватило на это сил? Илиас как можно осторожнее отстранился от Кааи. Он посмотрел на гроб. Неужели звуки исходили из него? Но как…

Тихий кашель выдернул его из оцепенения. И если раньше он думал, что его сердце никогда больше не будет биться, то сейчас отчетливо ощущал каждый удар. Оно с силой врезалось в его ребра. Но было там кое-что еще, что распространилось по его телу подобно лесному пожару. Надежда. Илиас попытался пресечь ее в зародыше – слишком велик был страх окончательно сломаться, если он ошибется, но…

Вздох. Стон. Длинные тонкие пальцы сомкнулись на каменной стенке саркофага.

– Неа! – Он в мгновение ока вскочил на ноги, бросился к ней и…

– Илиас? – Его имя из ее уст. Он зарыдал. Родной голос за считаные секунды исцелил в нем все, что умерло вместе с ней.

– Как такое возможно? – прошептал он и взял ее за руку, помогая подняться. Когда она открыла глаза, его сердце остановилось. Только сейчас он осознал, как сильно скучал по ней на самом деле. Она была нужна ему. Как кислород для дыхания.

Она хотела ответить ему, но снова закашлялась. С любовью положив руку на спину, Илиас помог ей сесть.

– Мне очень жаль, – прошептала она, и ее глаза цвета аметиста наполнились слезами.

Илиас сначала приложил палец к ее губам, а затем вытер влажные дорожки с щек.

– Не о чем сожалеть, сердце мое.

Неа посмотрела мимо него в сторону Кааи.

– Я покончила с собой. Наверняка это тебя напугало.

Илиас хрипло рассмеялся.

– Величайшее преуменьшение тысячелетия, но все в порядке. Главное, что ты вернулась… ко мне.

Она прижала ладони к его лицу, отчего по его телу пронесся поток чувств. Затаив дыхание, Илиас смотрел на нее, ловя каждое движение. Прислушиваясь к учащенному биению сердца. Его взгляд скользнул к ее губам. Он застыл на месте, заметив, что она отстранилась от него.

– Где ты был? – прошептала она, убирая руки.

Илиас знал, что она не пыталась его упрекнуть, но вопрос поразил его, словно пощечина. Это ведь он торчал в темнице, пока она устраивала здесь черт-те что.

– Я был заперт, – объяснил он, сжав руки в кулаки. – Мне не удавалось выбраться на свободу… Пожалуйста, прости меня. – Он зажмурил глаза, с трудом сдерживая болезненные слезы.

– Тебе не за что извиняться, Илиас, – отозвалась она, и ее мягкий голос успокоил его боль. – Думаю, я… должна была сделать это одна.

Он открыл глаза, и его отчаянный взгляд встретился с ее добрым.

– Как ты себя чувствуешь?

– Немного мертвой, – ответила она и тихо рассмеялась, пока он в ужасе смотрел на нее. – Я ведь все-таки в гробу сижу.

Илиас с облегчением выдохнул, а затем помог ей вылезти из саркофага, в котором она пролежала последние семь лет.

– Можешь стоять?

Неа храбро улыбнулась.

– Да, справлюсь. Но, Илиас… – Она подняла взгляд, и его сердцебиение снова участилось. – Где ты был заперт? И как тебе удалось сбежать? За этим стоит твой отец? Ты в порядке? – Неа сыпала вопросами, с беспокойством глядя на него.

– Тебе, наверное, стоит присесть, – пробормотал он, и Неа нахмурилась. Всего на долю секунды он увидел в ее движениях Кааю.

– Пертеас ждал меня. Он знал, что я вернусь, и схватил в часовне.

– О нет. – Неа прижала руку ко рту.

– Он запер меня в темнице под дворцом, куда… где я держал тебя, Арона и Луану. Я так и не извинился за это.

Она покачала головой, и один из локонов упал ей на лоб.

– Это было в другой жизни.

Илиас слабо улыбнулся и покрутил прядь волос между пальцами. Полуночно-черную, а не золотисто-каштановую.

– Я не мог освободиться. Даже с помощью Тимора…

– Там был первосвященник? – прервала она его.

Илиас кивнул.

– Мне столько всего нужно тебе рассказать, сердце мое. – Но прежде чем начать рассказ, он опустил взгляд к ее животу, куда она положила руку.

– Ты его чувствуешь? – Все это время Илиас не решался спросить ее о ребенке. А теперь снова боролся с надеждой, которая в очередной раз пыталась выбраться на поверхность.

Неа молча посмотрела на свой живот, который слегка выпирал из-под черного платья, в которое ее облачили перед похоронами. Она нежно погладила живот, а затем подняла голову. В ее глазах сверкало счастье. Искреннее, чистое счастье. Когда она кивнула в знак подтверждения, Илиас опустился на колени.

– Ты жив, – прошептал Илиас своему нерожденному ребенку. – Вы живы. – Он нежно поцеловал ее живот, и по его лицу потекли слезы радости.

Неа

Чувство совершенного счастья переполнило сердце Неа, когда ее живота коснулись губы Илиаса. Даже сквозь ткань они вызывали покалывание в теле, которое растекалось вплоть до кончиков пальцев. Интенсивность этого ощущения угрожала захлестнуть ее. Она опустилась на колени и обхватила руками его талию. Илиас обнял ее, прижимая к себе все крепче и крепче, пока она не почувствовала, как его сердце бьется о ее. Ощущения были яркими, как никогда раньше. Она невольно скользнула взглядом через плечо Илиаса к телу, в котором пряталась последние семь лет. Неа не знала, что утратит все свои воспоминания, когда окажется в теле незнакомки. Но у нее не было другого выбора. Все это было для нее в новинку – особенно магия души. А теперь она смотрела в лицо девушки, которое было так же знакомо, как ее собственное. Она вдруг вспомнила тот момент, когда впервые открыла глаза как Каая.

Кровать. Почему она лежит в кровати?

– Боги, Каая, ты проснулась! – Она увидела силуэт мужчины, сидящего у изножья кровати.

– Кто вы? – Она не могла понять, что не так, но голос казался ей странно чужим.

– Это я, твой отец, – сказал он. Отец? У нее был отец? – У тебя наверняка еще жар, дай потрогать…

Она попыталась вырваться, но у нее не было сил. Мужчина коснулся ее лба и в тот же момент вздрогнул.

– Ты холодная как лед.

– Чего вы от меня хотите? Пустите меня, – прохныкала она.

– Каая, ты… Тебе, должно быть, приснился лихорадочный сон. Ты была больна, дитя. Проспала несколько дней подряд. Твоя мать с Эносом мертвы. – Мужчина громко всхлипнул. – Хоть ты со мной осталась.

– Я не знаю, кто вы! Не знаю никакого Эноса, и я не могу заболеть!

Мужчина посмотрел на нее так, будто она сошла с ума.

– Ты говоришь странные вещи, дитя. Ложись и отдохни немного. Завтра тебе станет лучше.

Он схватил стоявшую на столике рядом с кроватью бутылку, глотнул из нее, после чего поднялся и, пошатываясь, вышел из комнаты.

Он назвал ее Кааей. Это что, было ее имя? Почему оно не пробудило в ней никаких чувств? Она обвела взглядом комнату. Ничего знакомого. Она никогда раньше не бывала здесь. Она с тревогой осмотрела себя, свои руки. Они были маленькими. Руки ребенка. Сколько ей было лет? Кем она была? Что здесь произошло?

Неа услышала, как Илиас глубоко вздохнул, и вырвалась из оцепенения. Продолжая прижимать ее к себе, он прошептал ей на ухо три слова, которые прогнали все ее воспоминания и заставили кровь в жилах застыть.

– Ариан был там.

Ее сердце остановилось.

– Что?

Илиас немного отстранился от нее, чтобы посмотреть в глаза.

– Он вытащил меня оттуда. Не знаю, как он это сделал, но у него огромная сила. Он просто взял и раздвинул прутья решетки.

Ее пульс участился.

– Что он там делал? Почему… Как это вообще возможно? – пробормотала она.

– Мы не успели поговорить. Мне пришлось бежать, чтобы отыскать тебя. Он остался там. Хотел отвлечь внимание от нас на себя.

Видимо, он освободил Илиаса так же, как выбрался из своей клетки в эльфийском подземелье. С помощью огромной силы. Что это значит? Что с ним случилось? Ариан… Одна только мысль о нем причиняла боль. Очень сильную боль.

– Мы должны вернуться. Он не может сражаться с целой армией в одиночку. Мы должны ему помочь. – «Как он помог мне. Как спас меня».

Илиас задержал на ней взгляд, а затем кивнул и встал на ноги. Он помог ей подняться, но она лишь краем глаза следила за его движениями. Потому что снова смотрела на тело, лежавшее на полу в луже крови.

– Могу я сначала…

Илиас проследил за ее взглядом и вздрогнул, увидев Кааю.

– Конечно. Я подожду наверху.

Она благодарно улыбнулась ему и, когда он начал подниматься по ступенькам, шагнула в сторону Кааи. Осторожно опустившись на колени рядом с безжизненным телом, она посмотрела на бледное лицо девушки. Когда протянула руку, собираясь убрать золотисто-каштановую прядь волос, которая, как всегда, упала на лоб, Неа заметила, что ее пальцы дрожат. Она попыталась проглотить комок в горле, но было слишком поздно. Зрение затуманилось, и из уголка глаза покатилась слеза.

Семь лет. Для жизни эльфа это было лишь мгновение, но при взгляде на Кааю ей казалось, что прошлая целая жизнь. Неа вытерла с лица слезы и взглянула на руку Кааи, все еще сжимавшую рукоять Стального Крыла. Кровь окрасила лезвие, которое она вытащила из тела при последнем издыхании. Вздрогнув, Неа со смесью страха и трепета посмотрела на другую руку Кааи. На пальце все еще виднелось кольцо. Кольцо Ариана. У Неа перехватило дыхание. Долго не раздумывая, она сняла с Кааи искусно сделанное золотое кольцо и надела его на свой палец. Оно идеально подошло. Небольшой бриллиант слегка помутнел. Как и душа Ариана. Неа на мгновение прикрыла глаза, чтобы прогнать мрак из своих мыслей, а затем подхватила с пола меч. Одно это действие вызвало во всем ее теле выброс адреналина. И хотя до недавнего времени она чувствовала лишь онемение и головокружение, сейчас чувствовала исходящую изнутри силу.

– Спасибо, – прошептала она Каае и встала. Бросив последний взгляд на свое старое тело, она поднялась по ступенькам.

Илиас стоял на вершине лестницы. Когда Неа появилась в поле его зрения, он посмотрел на нее широко раскрытыми глазами.

– Ты в порядке?

Неа улыбнулась.

– Да.

Она увидела, как дернулась его рука, почувствовала, что он хотел прикоснуться к ней, но вместо этого лишь кивнул.

Выходить из склепа было странно. Будто прошли годы, а не часы с тех пор, как она вошла в него. Илиас шагал впереди, высматривая стражников. Им нельзя было попадаться кому-либо на глаза, потому что Неа, если честно, не знала, сможет ли достойно использовать силы. Магией души она пока воспользовалась лишь один-единственный раз. До своей смерти она даже не знала, что в ней дремлет подобная способность. Не знала, что она была дочерью Эльдана Уларена… Неа хорошо помнила, как росла в приюте. Помнила каждый прожитый там день. Но своих родителей не помнила. Она была слишком мала, когда мать спрятала ее от остального мира, чтобы защитить. Неа никогда не должна была выяснить, кто она такая, никто не должен был узнать, что настоящая наследница престола жива. Какая ирония, она появится вновь, чтобы привлечь к ответственности убийцу своих родителей. Эльфа, который в первый раз разрушил ее жизнь полвека назад, во второй раз – семь лет назад, и теперь… когда похитил душу Ариана, он сделал это в третий раз.

Она заставит его заплатить, а затем уничтожит.

– Проклятье! – выругался Илиас, немного приоткрыв дверь склепа и выглянув наружу. – Два охранника прямо у входа.

– Мы можем проскользнуть мимо них, разве нет?

Илиас выглядел нервным.

– Мне пришлось воспользоваться своими силами по дороге сюда. Не уверен, что у меня хватит энергии.

Да, Неа помнила, каково это – творить магию в Туманности. Прикосновение к своей сущности не причиняло боли, но это быстро истощало силы и энергию. А скрыть в воздухе сразу двоих дорого стоило.

– Значит… мы вырубим их?

– Я позабочусь об этом, – сказал Илиас, осознавая, что Неа боится потерпеть неудачу.

– Может, – робко начала Неа, – это было бы хорошей практикой для меня…

– Ты должна поберечь себя, – ответил он. – Ты через многое прошла, и если мы собираемся выступить против моего отца, тебе понадобятся все силы, которые только можно получить.

– Будь осторожен.

– Скоро вернусь.

Илиас выскользнул наружу, и Неа услышала, как охранники ему что-то сказали. Затем дверь закрылась, голоса стихли, и она осталась одна. У нее бешено заколотилось сердце. Илиас был силен, а те мужчины, вероятно, не сравнятся с ним в бою. К тому же они наверняка сначала будут смущены, увидев прогуливающегося мимо наследного принца. Но ее нервозность была вызвана не только беспокойством за него. Илиас не мог не заметить, как она отшатнулась от него, когда он хотел ее поцеловать. И теперь Неа сожалела об этом. Она ведь не собиралась его отвергать. Она так сильно скучала по нему! Просто за последние годы впустила в свое сердце кое-кого другого. И хотя любовь к Илиасу всегда будет сильнее любви к Ариану, Неа казалось странным притворяться, что мальчика с серыми глазами никогда не существовало.

Неа едва успела подавить боль в груди, как дверь снова отворилась. Илиас протянул руку, и она, не раздумывая ни секунды, схватила ее. Они побежали между деревьями к лошади, которую Неа оставила там еще в теле Кааи.

– Я не уверен, что Ариан еще в темнице, – сказал Илиас, помогая ей взобраться на лошадь.

Когда Неа услышала его имя, в ней снова пробудились противоречивые чувства, едва не лишившие ее дара речи. Перед глазами всплыло лицо Ариана, его лукавая усмешка, глаза, ставшие для нее родным домом. Они были ее домом целых три года… Три года, ставшие мгновением по сравнению с десятилетиями, в течение которых она любила Илиаса.

– Неа? – позвал ее Илиас, и она несколько раз моргнула, чтобы прояснить свой разум.

– Темница – наша единственная зацепка, – наконец сказала она.

Илиас кивнул, а затем перекинул ногу через лошадь, чтобы сесть перед Неа. Она колебалась всего секунду, прежде чем обхватить руками его торс, который был ей так знаком.

– Готова? – спросил он.

Она прижалась лицом к его спине.

– Да.

Илиас пришпорил коня, и тот быстрой рысью понес их через лес. Сколько времени прошло с тех пор, как она прошла этот путь в теле Кааи? Она посмотрела на левую руку, в то время как второй цеплялась за свою родственную душу. Никаких шрамов. По крайней мере, на коже. Семь лет, которые она провела в теле Кааи, оставили совершенно иной след.

«Твоя мать с Эносом мертвы».

«Ты больше не моя дочь!»

«Поди прочь, воровка несчастная!»

«Что случилось с твоим домом?»

«Пойдем со мной, дам тебе что-нибудь поесть».

«Убирайся отсюда и иди попрошайничать в другое место!»

«Потому что я не хочу тебя убивать!»

Она напряглась, с трудом возвращаясь в реальность, и вытерла слезы.

– Ты не разговаривал с Кианом? – в какой-то момент спросила она, прижавшись губами к его уху, иначе ветер бы унес ее слова.

– Нет, – ответил Илиас. – Я даже не знаю, где он. Судя по всему, он присутствовал на свадебной церемонии сестры.

– Так и было.

Илиас напрягся.

– Ты виделась с ним?

Неа начала кивать, пока не поняла, что он ее не видит. Его взгляд был прикован к тропинке, по которой они ехали.

– Пертеас угрожал Киану. Пирия ждет от него ребенка, ты знал?

Прошло несколько секунд, прежде чем Илиас ответил:

– Да. Я уже начал думать, что отец выдумал очередной грандиозный план, чтобы держать Киана подальше от меня.

– Как мне показалось, он в порядке. Мы немного поговорили. Он просил передать тебе свои извинения. – Она нежно погладила Илиаса по спине.

– Он был рядом со мной, сколько я себя помню. Ему не за что извиняться.

Глава 20

Неа

Они ехали на лошади до тех пор, пока на горизонте не появилось внушительное здание с высокими башнями. Подобно правителю, приглядывающему за своей страной, дворец возвышался над городом, который был расположен у подножия огромной скалы. По рукам побежали мурашки, когда Неа подумала о том, как впервые пришла сюда в облике Кааи. Дворец тогда показался ей зловещим, почти угрожающим. А теперь она смотрела на него и вспоминала годы, проведенные там. Рядом с Илиасом. Она была счастлива. Неа проглотила ком в горле, когда он протянул руку, чтобы помочь ей слезть с лошади. Они вместе пересекли мост, который привел их прямо к парадному входу во дворец.

– Это… – Неа остановилась и посмотрела на тела мужчин и женщин, устилавших дорогу ко дворцу. Ужас охватил ее.

– Я должен был предупредить тебя, – пробормотал Илиас.

– Это был…

Он медленно кивнул.

– Да, Ариан. В ином случае его бы просто не впустили.

Неа положила руку на внезапно забурливший живот. Земля была усеяна оторванными руками, ногами, головами…

«Ариан, что ты наделал?»

«Где ты?»

«С тобой все в порядке?»

– Давай пойдем быстрее, пожалуйста, – прошептала она, вместо того чтобы высказать свои мысли вслух.

– Неа. – Илиас нежно коснулся ее подбородка. – Коридоры во дворце выглядят точно так же. Если хочешь, подожди здесь.

– Нет, – ответила она, и в ее голосе прозвучало больше решимости, чем она на самом деле испытывала. – Нет, я не стану отворачиваться. – С этими словами она прошла мимо него и направилась ко входу. Илиас быстро догнал ее и легким движением руки открыл ворота.

Он оказался прав. Повсюду, куда бы она ни посмотрела, лежали мертвые стражники и прислуга, мужчины и женщины. Кровь растекалась по белому мраморному полу. Тошнота подкатила к горлу, когда Неа проследила за одним из кровавых следов и увидела свою бывшую горничную, которая свешивалась с перил лестницы с перерезанным горлом. Она была еще так молода…

– Некоторым из слуг, видимо, удалось скрыться или сбежать в город. Остальные… – Взгляд Илиаса потемнел, и он больше ничего не сказал. Но Неа и так понимала, что с ними случилось.

Они молча продолжили путь. Чем глубже они уходили в подземелье, тем более спертым становился воздух. Запах навевал воспоминания о ее последнем пребывании здесь. Вместе с Ароном и Луаной. Мысль о ее друзьях ударила ее по голове будто обухом. Неа была многим им обязана и искренне надеялась, что с ними все в порядке и они скоро увидятся. Сколько дней у нее осталось? Два?

Тихий стон вырвал ее из размышлений. Она посмотрела вниз и увидела на одной из ступенек шевелящееся тело.

– Фаромир? – спросил Илиас рядом с ней.

– Ты его знаешь?

Илиас прищурился.

– Это тюремщик.

– Тот, который плохо с тобой обращался? – Пока они ехали во дворец, Неа обратила внимание, что он вздрагивает каждый раз, когда она касается его рук. И хотя большинство его ран уже зажило после побега из темницы, Неа настояла на том, чтобы он рассказал ей обо всем пережитом взаперти.

– Принц… принц Илиас? – Задыхаясь, эльф попытался поднять голову.

Неа заметила, как дернулась челюсть Илиаса. Спустя мгновение принц наклонился к мужчине и схватил его за ворот.

– Я мог бы убить тебя, – прорычал он, прижимая стонущего эльфа к стене.

Фаромир едва мог держать голову.

– Прошу, не надо. Я просто… просто выполнял приказы.

– Хочешь сказать, тебе не нравилось меня истязать? – Вместо ответа Фаромир кашлянул. Кровь брызнула в лицо Илиаса, но он не дрогнул. – Отвечай!

– Я немного увлекся. Не хотел… я не хотел этого, мой… мой принц.

– А первосвященник? Ты хладнокровно убил его!

Глаза Фаромира расширились.

– Я его не убивал! Просто хотел преподать урок. Он жив. Пожалуйста, убедитесь в этом сами, принц Илиас!

Илиас изучающе смотрел мужчине в глаза. Неа знала, что сейчас он сражается с самим собой. Размышляет, отпустить ли своего мучителя или отомстить ему.

– Парень еще здесь?

Лицо тюремщика исказились в панике. Он прекрасно знал, о ком идет речь.

– Нет. Он ушел вскоре после вас, мой принц.

Неа измученно прикрыла глаза. Этого-то она и боялась.

Илиас медленно ослабил хватку на шее эльфа.

– Ты не заслуживаешь быстрой смерти. Ты будешь продолжать жить в агонии и гнить.

Илиас отступил от него всего на один шаг, как Фаромир схватился за горло.

– Что за… – выпалил Илиас, когда эльф крепко сжал руки. Его глаза почти вылезли из глазниц, и он начал задыхаться. Он смотрел через плечо Илиаса на Неа, на ее руки, оплетенные черными тенями.

– Неа, что ты делаешь? – спросил Илиас, и Фаромир в тот же миг безжизненно обмяк на полу.

За последние семь лет в теле человеческой девушки ей часто приходилось сталкиваться с несправедливостью, и она не имела возможности противостоять им, мечом или без меча.

– Никто, кто причинит тебе боль, не останется безнаказанным. – Она отвлеклась от мыслей тюремщика и посмотрела в глаза своей родственной душе. – Никто.

Илиас перевел взгляд на нее, и черты его лица смягчились.

– Даже не знаю, считать ли это романтичным.

Легкая улыбка тронула ее губы.

– Привыкай.

– Не думаю, что когда-нибудь привыкну к тому, что ты рядом со мной. К тому, что мне больше не придется просыпаться в одиночестве.

Она сразу же почувствовала тяжесть на сердце.

– Я не хочу даже представлять, через что ты прошел.

Илиас притянул ее к себе и поцеловал в макушку.

– Теперь все кончено. Я больше никогда тебя не отпущу.

Эти слова тронули ее до глубины души, и Неа еще крепче обняла его. Она тоже больше никогда его не отпустит. Как только все закончится, они завершат начатую церемонию и соединят свои души. Станут еще ближе друг к другу – теперь уже навсегда. «А что, если мы не переживем битву с Пертеасом?» От этой мысли что-то в ее животе сжалось. Неа не хотелось даже думать об этом, хотя такая возможность существовала. Может быть, уже завтра они будут мертвы.

– Что, если мы… – робко начала Неа, когда в ее голове возникла новая мысль. – Если заключим союз душ сейчас? – прошептала она, уткнувшись ему в рубашку.

Когда Илиас не ответил, она осторожно подняла на него взгляд. Он молча смотрел на нее в ответ. Нежно провел большим пальцем по ее щеке и скользнул по нижней губе, заставляя ее сердце биться чаще.

– Я слышал, что ты сказала Ариану.

Она нахмурилась.

– О чем ты?

– Я знаю, как много он значит для тебя. Как сильно ты к нему привязана… Не знаю, значу ли для тебя столько же.

Илиас улыбнулся. Слишком печальной улыбкой.

– Илиас, не говори так, – прошептала Неа, прижимая его руку к своей щеке. Должно быть, он имел в виду разговор в гостиной Орианы перед тем, как они в первый раз заперли Ариана в эльфийском подземелье. – Это было до того, как я вернула воспоминания. И даже тогда я не сказала ему всей правды.

Неа улыбнулась, когда в глазах Илиаса загорелась надежда. Она говорила правду. Даже когда она находилась в теле Кааи, Илиас прокрался к ней в душу. Совсем иначе, чем Ариан. Возможно, какая-то ее часть всегда знала, что любовь к Ариану имеет другую природу. Она ведь так долго держала его на расстоянии вытянутой руки и не позволяла ему рассказать о своих чувствах. Она не хотела рисковать дружбой, опасалась, что не сможет ответить взаимностью. Но когда на карту была поставлена его жизнь… она не захотела его терять. И он, наконец, вернулся. Став умброй.

– Я не хотела причинять ему еще больше боли.

– Но ты… Неа, я… я должен спросить тебя об этом. – Илиас тяжело сглотнул. – Можешь не отвечать мне, если…

– Да, – тихо прервала его она, чувствуя, как слезы застилают глаза. – Да, я люблю Ариана. Всегда буду любить. – Неа увидела, как глаза Илиаса подозрительно блеснули. Он наклонился и нежно поцеловал ее в лоб. Она прикоснулась к его груди, там, где бешено билось сердце. – Но именно с тобой я хочу разделить жизнь, Илиас. Мое сердце и душу. Они твои. Навсегда.

Илиас оторвался от ее лба, только чтобы начать поцелуями стирать слезы, которые текли по ее щекам. Каждое его касание, каким бы нежным оно ни было, пробуждало в ней все чувства разом.

– Я говорил это раньше, – прошептал Илиас, приблизившись к ее губам. От его голоса по коже Неа побежали мурашки. – Моя душа веками ждала только тебя. Она твоя, как и мое сердце. Навсегда.

– Тогда поцелуй меня, наконец! – задыхаясь от смеха, сказала Неа.

Он тоже улыбнулся и нежно прижался к ее губам. Дрожь прокатилась по ее телу и пульсирующей волной растеклась до самых кончиков пальцев, которыми она гладила его щеки. Как будто нервные окончания охватило пламя. Как будто их тела были созданы именно для этого. Она знала, что он чувствует то же самое, ощущает исходящее от нее тепло в каждом прикосновении.

– Священник еще жив, – прошептала Неа между поцелуями.

Сбитый с толку, Илиас оторвался от нее.

– Значит, ты сейчас думаешь о священнике? – Он тяжело вздохнул, и Неа тихо хихикнула.

– Он мог бы заключить союз душ.

– Ты правда этого хочешь?

– Конечно, – без раздумий ответила она. Илиас был всем, чего она могла только пожелать. – А ты нет?

– Да, если ты получишь мою способность к магии воздуха, это поможет в битве с Пертеасом.

– Не очень-то романтично.

– Возможно, это звучало бы романтично, не будь рядом с нами трупа.

– Зануда! – Она нахмурилась и схватила его за руку. – Давай спустимся вниз. Мы освободим Тимора, и тогда ничто не сможет нас разлучить. Никогда больше.

Священник и правда сидел в маленькой клетке. Его глаза расширились от удивления, когда он увидел сначала Илиаса, а затем и Неа.

– Принцесса!

Она тепло улыбнулась ему.

– Вы в порядке, первосвященник Тимор? Учитывая обстоятельства.

– Это, верно, мираж…

– Она жива, – сказал Илиас, вставляя в замок ключ, который снял с трупа Фаромира.

– Что вы задумали?

Замок щелкнул, и Илиас открыл дверь камеры.

– Освободить вас.

Тимор громко вздохнул.

– Это… это все нереально, да? Это сон. Иллюзия. Обман.

– Первосвященник, – произнесла Неа, подходя к нему ближе. Эльфийское железо вокруг нее заставляло нервничать, но она старалась не обращать на это внимания.

– Давайте я вам помогу. – Илиас подошел к мужчине с другой стороны, и они вдвоем с Неа придержали его, помогая подняться.

– Как я могу отплатить вам за это?

Неа с Илиасом переглянулись между собой.

– Возможно, у нас есть кое-какие соображения. Но об этом позже. Сперва выйдем на улицу.

– Все! – выкрикнул Тимор и внезапно разразился смехом. – Я сделаю все, что пожелаете. – Мгновение спустя смех прекратился, и вместо него раздался громкий всхлип. Было видно, что он взволнован, и это разбивало Неа сердце.

Они медленно двинулись вверх по лестнице, и Тимор беспрестанно возносил молитвы при виде мертвых тел, разбросанных по полу и земле. Неа наблюдала за ним, и ее вдруг охватила паника из-за того, что они потеряли всякое чувство времени. Они не знали, когда вернутся Пертеас и его стражники. Будто услышав ее мысли, где-то вдали зазвенел колокол. Да так громко, что они вздрогнули от испуга.

– Они пришли за мной, – выкрикнул Тимор. – Я должен вернуться, верните меня! – Он попытался вырваться, но Илиас лишь крепче схватил его.

– Это созыв королевской армии. Стражников собирают в одном месте. Они идут не за вами, а за кое-кем другим. – Илиас взглянул на Неа, и ее сердце остановилось.

– Нам надо убираться отсюда, – сказала она.

Илиас согласно кивнул, ухватил Тимора под руку, и они вместе побежали по мосту. Лошадь, на которой они прибыли сюда, при виде них заржала. Неа ласково погладила животное, пытаясь успокоить.

– Она нас всех не донесет. Куда мы вообще пойдем?

– К моей супруге, – прохрипел первосвященник.

Странно, но в это мгновение Неа подумала о том, что человеческим священникам жениться запрещалось. Но для эльфов это было вполне нормально, ведь невозможно прожить целую вечность без поддержки и близкого человека рядом. Эйюне всегда была с ними, да, но удовлетворение от обретения второй половинки имело совершенно иную природу.

– Где она живет?

Тимор сглотнул, а затем снова беспокойно огляделся.

– Здесь, в Кенигсштадте.

В столице. Она должна была догадаться.

– Мы доберемся туда и без лошади, – заключил Илиас. В любом случае, это породило бы слишком много шума.

– У нас большой дом и много друзей. Вам там будет комфортно, – продолжил Тимор, будто даже не следил за разговором.

Неа посмотрела на Илиаса, и он кивнул.

– Ваши друзья – наши друзья, первосвященник.

Они поспешно двинулись в путь и вскоре добрались до окраины города. Большая часть домов осталась позади. Илиас снял свой плащ и накинул его на плечи Неа.

– Надень капюшон и не поднимай глаза.

Она кивнула и сделала, как велено. К счастью, на улицах практически не было эльфов, которые могли бы их узнать. Видимо, слухи о том, что произошло во дворце, быстро распространились по городу.

И хотя Неа изо всех сил старалась не поднимать голову, она не могла не заметить, что за последние несколько лет город не стал лучше и краше. Он был грязным и дурнопахнущим, что явно свидетельствовало о том, что Пертеасу было плевать на своих подданных. Когда они приблизились к центру города, она краем глаза увидела огромную статую правителя на большой площади перед ратушей. Она поспешно опустила взгляд, прежде чем кто-то вышел им навстречу. Священник, за которым они шли по пятам, наконец-то свернул в переулок.

– Вот и все, – сказал он, и сложно было не уловить радостное предвкушение в его голосе. – Скоро будем на месте. Скоро будем на месте.

Пульс Неа участился. Она схватилась холодными пальцами за руку Илиаса. Они быстро шагали по брусчатке. Ее нога чуть не зацепилась за крышку люка, но в последний момент ей удалось удержать равновесие. Вскоре Тимор остановился перед домом с красной крышей и коричневыми оконными рамами.

– Эдит! – вдруг выкрикнул он во все горло. Неа едва не задохнулась от страха. К счастью, ему не пришлось кричать во второй раз. Дверь изнутри начала открываться. Женщина в одежде для сна выглянула в небольшую щель и, увидев Тимора, тут же закрыла рот руками. Не сказав больше ни слова, они бросились к друг другу в объятия, и Неа с трудом подавила слезы, когда услышала их громкие рыдания.

Илиас обнял ее одной рукой за талию и прижал к себе. Эта женщина оплакивала своего мужа так же долго, как он когда-то оплакивал Неа.

– Не хотелось бы прерывать этот момент… – тихо, но так решительно сказал Илиас, что муж с женой оторвались друг от друга.

– Эдит, это принц Илиас и принцесса Неа, – произнес Тимор прежде, чем Илиас успел закончить предложение. – Я сейчас тебе все объясню.

У его жены отвисла челюсть, и она изобразила нечто среднее между поклоном и прыжком.

– Входите скорее. Я только поставила чай. – Она заправила темно-каштановые волосы за уши, а затем жестом пригласила в дом.

Они с благодарностью последовали за женщиной и устроились за большим круглым столом, стоявшим у камина.

– У вас большая семья? – поинтересовалась Неа, глядя на множество пестрых стульев. Мебель была разномастной, что придавало внутреннему убранству дома особый шарм, а главное, уют.

Эдит кивнула.

– У нас четверо сыновей, и все они женаты. У двоих из них уже есть дети, а у третьего на подходе! – с радостью ответила она. – Стоит, наверное, разбудить их. Они наверняка захотят познакомиться с вами и принцем. Когда они узнают, что Тимор вернулся… – Она снова прижала ладонь ко рту, и Неа тепло улыбнулась ей. – Вернусь через минуту!

Священник вытер слезы со щек и теперь переводил взгляд то на Илиаса, то на Неа.

– Принцесса, вы о чем-то хотели меня попросить, не так ли?

Казалось, его разум начал постепенно проясняться. Когда Неа проникла в голову тюремщика, она увидела все, что тот сотворил с первосвященником и Илиасом. Нет ничего удивительного в том, что ему сначала надо было прийти в себя. При мысли о Фаромире внутри нее разгорелся гнев, и ей захотелось воскресить его, только чтобы убить еще раз.

– Принцесса?

– Извините, – отозвалась она, стараясь собрать мысли в кучу.

Илиас сжал ее руку под столом.

– Мы хотим заключить союз душ.

Как только слова слетели с его губ, раздался писк. Эдит стояла в коридоре, а вокруг нее собралась почти дюжина других эльфов. Большинство из них – уже взрослые, но среди них были и дети.

Неа не смогла удержаться от смеха, глядя на их счастливые лица.

– Это было бы честью для меня, мой принц, – сказал Тимор поднимаясь с места.

– Сейчас? – растерянно спросила Неа. Она думала, первосвященник захочет сначала выспаться.

– К чему же нам терять еще больше времени? Вы и так очень долго ждали этого момента.

Неа сделала глубокий вдох, а затем кивнула и вместе с остальными эльфами последовала за ним в сад за домом.

Сначала там стояла темнота, но потом она услышала тихое шипение, и над головой зажглось множество фонарей. Они отбрасывали ослепительные разноцветные отблески на лужайку, деревья, цветы. Неа обернулась и встретилась с огненно-красными глазами юного эльфа, который одарил ее осторожной, но гордой улыбкой.

– Хороший трюк, – прохрипела Неа, когда слезы комом встали в горле. Она подумала об Ароне и Луане, и ей захотелось, чтобы они тоже были здесь, в этом волшебном месте. Интересно, как бы они отреагировали, узнав, что она сделала со своим прежним телом?

Щеки мальчика стали такими же красными, как и его глаза, что рассмешило Неа и заставило позабыть о мрачных мыслях.

– Ты в порядке? – Илиас взял ее за руку и провел под длинную толстую ветку, вокруг которой обвились белые и красные плетистые розы. Сейчас был не сезон, но зеленые руны на пальцах Эдит подсказали Неа, почему они цветут.

– Да, уже да, – прошептала она, и Илиас улыбнулся ей. Краем глаза Неа заметила, как Тимор, его жена и их большая семья выстроились полукругом.

Наконец, Тимор выступил вперед и перевел взгляд с Илиаса на Неа.

– Вы готовы?

По ее телу пробежали мурашки, и она кивнула, прежде чем Илиас сделал то же самое. Принц и принцесса стояли лицом друг к другу, глядя друг другу в глаза, когда первосвященник заговорил:

– Святая Богиня, отзовись мне. Я обращаюсь к тебе сегодня, чтобы просить благословения на заключение союза. Души Неа Уларен и Илиаса Иннелиса нашли друг друга и хотят быть вместе навек.

Неа Уларен. Он знал о ней. Илиас рассказал, что священника бросили в тюрьму за измену. Но как он туда попал? Он скрыл какие-то сведения от Пертеаса? Неа покачала головой, не желая портить волшебное мгновение мыслями о чудовище. Она подняла взгляд на Илиаса. Его сапфировые глаза смотрели на нее так, будто она была всем его миром. Что бы их ни ждало впереди, в этот единственный момент все остальное не имело значения.

Как только первосвященник закончил молитву, в груди Неа потеплело. Из ее тела вырвалось свечение, и вскоре то же самое случилось и с Илиасом. Серебристый свет ее души устремился к его, и в ту секунду, когда они встретились, души слились во взрыве первозданного сияния. Неа и Илиас оказались в сверкающем куполе – свете своих душ – и смотрели так, будто видели друг друга впервые. По-настоящему. Неа почувствовала, что только сейчас стала полноценной. Теперь, когда душа Илиаса стала частью ее души.

Внезапно ее вторая половинка застонал и схватился за грудь.

– Илиас, что…

Он улыбнулся.

– Руны.

Неа удивленно подняла взгляд и спустя секунду тоже ощутила жжение на своих плечах. И поскольку на ее платье был глубокий вырез, она без труда разглядела белые руны, пересекавшие лопатки и соединявшиеся с черными и фиолетовыми рунами вдоль ее позвоночника.

– Какую из моих способностей ты получил? – взволнованно спросила она. Илиас дрожащими пальцами расстегнул рубашку. Поперек его груди красовались руны ярко-фиолетового цвета. Она увидела полумесяц и… звезды? – Ночное небо, – прошептала она, проводя кончиками пальцев по рунам. – И новый маг души.

Илиас обхватил ее лицо ладонями и завладел ее губами. Вцепившись пальцами в его рубашку, Неа прижалась к нему так близко, что не знала, чьи слезы чувствует на своем лице.

– Я люблю тебя, – задыхаясь, прошептал он. Его грудь тяжело поднималась и опускалась. – Очень сильно!

– И я тебя люблю, – ответила она. – Отныне и навсегда. – Когда они снова слились в поцелуе, Неа услышала, что остальные хлопают в ладоши, смеются и вздыхают с облегчением. Счастье заполнило ее грудь, и она улыбнулась.

Глава 21

Луана

Луана застонала, когда солнечные лучи проникли в окно и защекотали ее лицо. Она несколько раз моргнула, чтобы взбодриться. До ее ушей донесся топот копыт, а затем – шепотки. Когда Луана потянулась и осторожно села, Арон, Кейлин и Зелфи переглянулись друг с другом и замолчали.

– Где мы? – Она услышала, каким сонным звучал ее голос.

– В ольховом лесу, – ответила сестра, и ее слова подтвердил вид из окна кареты. Деревья, кусты, цветы и луга.

– О чем вы говорили?

Троица обменялась взглядами, прежде чем Арон прочистил горло и повернулся к ней.

– Я рассказывал о том, что случилось с Арианом. Они все равно слушали нас вчера…

О ее отце. О том, что бабушка… Луана перевела взгляд на Кейлин и заметила, что она приподняла брови, прикусила нижнюю губу и нахмурила лоб.

– Лу. – Дрожь в ее голосе подтвердила, что она все знает.

– Неужели это правда? Неужели бабушка…

– Ш-ш-ш! – шикнула Луана, прижимая палец к губам, прежде чем указать на свои уши. Затем кивнула.

Кейлин опустила взгляд и закрыла лицо ладонями. Зелфи, которая тоже выглядела подавленной, обняла ее за плечи и притянула ближе к себе.

Не в силах смотреть, как грустит сестра, Луана отвернулась. Арон нежно коснулся ее колена, она улыбнулась ему и проглотила ком в горле. Затем придвинулась к нему в поисках утешения. Арон прижал ее ближе к себе. Луана на мгновение прикрыла глаза, пытаясь отгородиться от окружающего мира, но все безуспешно. Они провели еще час в пути, прежде чем карета сбавила скорость. Выглянув в окно, Луана догадалась, что они добрались до эльфийской деревни. Вероятно, Голдпасс – ближайшее к Сильверштурму поселение в ольховом лесу. Дверь открылась, и кучер подал ей руку. С его помощью Луана выбралась из кареты и оглядела окрестности.

Многое здесь напоминало ей о родном доме, Элленхайн. Однако из-за того, что ольха не была настолько прочной, как дубы в Обернвальде, жители Голдпасса строили хижины между стволами, а не на самих деревьях. Это была небольшая деревушка, насчитывавшая не более дюжины домов. Некоторые жители с любопытством выглядывали из окон, другие выходили и наблюдали за ними с небольшого расстояния. Как только Верховная Леди вышла из кареты, поднялась суматоха.

– Принесите нам чего-нибудь поесть, – обратилась она к кучеру. Он в ответ низко поклонился и кивнул.

Луана закатила глаза, но уже в следующий момент услышала, как у нее заурчало в животе.

После того как кучер побеседовал с местными, новоприбывших пригласили в дом деревенского старейшины. На стол подали всевозможные яства, и к полудню все гости были уже сыты. Когда внучки хозяина начали убирать посуду, в голове Луаны возникла мысль, которая больше ее не отпускала. Она заметила, что одежда юных эльфиек выглядела старой и поношенной. На самой младшей девочке было платье желтого цвета, который скорее напоминал грязно-бежевый. К тому же платье было слишком длинным для ее миниатюрной фигурки: вероятно, оно досталось ей от одной из старших сестер.

Луана осторожно коснулась руки эльфийки, когда та наклонилась над столом, чтобы забрать ее тарелку.

– Как тебя зовут, милая?

Девочка в ужасе уставилась на нее.

– Т-тана, миледи.

– Какое красивое имя! Но скажи мне, Тана, – продолжила она чуть тише, – твой дедушка уже получил вознаграждение за гостеприимство?

На узком лице девушки мелькнула неуверенность, и она свела брови медного цвета.

– Я… я думаю, еще нет, миледи.

Губы Луаны изогнулись в улыбке, и она потянулась, чтобы что-то шепнуть эльфийке на ухо, а затем незаметно вложила ей в руку серебряную монету.

Большие бледно-голубые глаза Таны округлились, и она нетерпеливо кивнула. Луана украдкой взглянула на Арона, который оживленно беседовал с Кейлин и Зелфи на другом конце стола.

Наконец, Тана развернулась и бросилась к своему деду, который занимал место рядом с Элорой. Из-за волнения Тана даже забыла забрать тарелку. Она заговорила со своим дедушкой, и тот осмотрел ее с ног до головы.

Когда она закончила шептать, старик благосклонно кивнул. Он быстро взглянул на Арона, а затем обратил внимание на Элору.

Луана сглотнула, надеясь, что бабушка не станет придумывать оправданий. В конце концов, речь шла о ее людях, которые предложили ей еду и кров.

Радостное выражение лица Элоры сменилось напряжением. Она поджала губы так сильно, что они побелели. Луана знала ее достаточно хорошо и хотела любым способом избежать ее скептического взгляда, которым она обязательно бы наградила внучку. Поэтому Луана поспешно схватила пустую чашку и притворилась, что делает глоток, вместо того, чтобы наблюдать за бабушкой.

Краем глаза она заметила, как Элора вздохнула, а затем махнула рукой Арону.

– Похоже, у вас в деревне есть поклонники, – сказала она с каменным выражением лица. – Ходят слухи, что вы и ваш мастер когда-то шили одежду для моей семьи.

– Это… мне очень лестно. – Луана отчетливо услышала вопросительную интонацию в голосе Арона.

Элора закатила глаза.

– Не могли бы вы немного… – она взмахнула руками, указывая на Тану, – подшить платье этой девушке или что-то в этом роде?

Увидев лицо своей второй половинки, Луана с трудом подавила смех. Однако ее сердце бешено колотилось из-за того, что ее хитрый план сработал, и она смогла выиграть для Кааи еще немного времени.

– Я… хм, да, думаю, могу, – пробормотал Арон, переводя взгляд с Верховной Леди на Луану, а потом обратно на Тану.

– Хорошо, тогда поторопитесь. Нам предстоит долгий путь. – Элора даже не посмотрела на него, что не на шутку разозлило Луану. Но она получила желаемое, а Арон наконец-то снова сможет заняться любимым делом и отвлечется от мрачных мыслей. По крайней мере, на какое-то время. Возможно, они выиграли час или два.

Радостный визг Таны привлек внимание Луаны к столу.

– Вы не возражаете, если я на минутку воспользуюсь вашей уборной? – спросила Аурелия, приветливо улыбаясь старейшине деревни.

Он кивнул.

– Конечно. Мой дом – ваш дом.

После того как эльфийка ушла, Луана встала из-за стола и последовала за Ароном и Таной в соседнюю комнату, которая больше напоминала кладовую.

– Здесь я сплю, – неуверенно сказала Тана, заправляя рыжую прядь за ухо. У одной из стен стоял небольшой столик, на котором были сложены мешки с мукой. – Вам хватит места, милорд?

Арон тихо рассмеялся.

– Я не лорд. Просто Арон.

Щеки Таны покраснели.

– Я поняла. Спасибо вам. Я так долго мечтала о красивом платье. Ну, необязательно о красивом. Хотя бы о том, которое мне подойдет. Я постоянно спотыкаюсь о подол юбки, а вчера даже коленки ободрала.

– Арон об этом позаботится, – произнесла Луана и ободряюще ей улыбнулась. В детстве она никогда ни в чем не нуждалась, но теперь отлично знала, каково это, когда ты не можешь получить то, что хочешь. – Я помогу тебе раздеться, хорошо?

После того как Тана кивнула, а Арон отвернулся, чтобы Луана накинула на голые плечи эльфийки свой плащ, они разложили платье на столе. Затем убрали мешки с мукой, а одна из сестер Таны принесла иголки, пряжу и немного разноцветной ткани.

Луане нравилось смотреть, как Арон работает. Он полностью погрузился в процесс, и сосредоточенное выражение его лица заставило ее улыбнуться. Она оторвалась от созерцания любимого, только когда Элора отправила в комнату членов Совета узнать, когда будет готово платье.

Арон укоротил платье на ширину ладони, и поскольку эльфы стареют медленно, Тана сможет носить его еще очень долго. Он также добавил оборки на подоле и декольте, чей насыщенный желтый цвет вернул былую яркость, а вышивка на рукавах придала платью игривый вид. Когда Тана покрутилась вокруг себя, любуясь собой, у Луаны потеплело на сердце. Блеск в глазах Арона тоже сделал ее счастливой, заставив на мгновение забыть, зачем они здесь и куда направляются.

Но реальность снова настигла их. Когда рассвело, им пришлось уйти.

– Спасибо, Арон, – сказала Тана, когда сопроводила их до карет.

Арон склонил голову.

– Это было честью для меня.

– Выглядишь великолепно! – заметила Кейлин.

Да, так и было. Луана понимала, что красивой Тану сделало не само платье, а уверенность в себе, которое оно придало.

Они попрощались, и едва карета тронулась в путь, мысли Луаны вернулись к разломам, Пертеасу, Каае, Илиасу и Киану, которые находились в Туманности. Однако она была не единственной, кто переживал.

– Пертеас бессовестный ублюдок! – прорезал тишину сердитый голос Зелфи. Все остальные резко повернулись к эльфийке, чье сердитое лицо приобрело близкий к цвету ее волос красный оттенок. – Простите. Я вдруг вспомнила, что он сделал с твоим братом, Арон. Мне так жаль, что ты не знаешь, где он.

Арон изо всех сил попытался улыбнуться.

– Я тоже ни о чем другом думать не могу. Но я уверен, Каая сделает все возможное, чтобы уничтожить Пертеаса.

– А до этого она заставит его страдать. – Глаза Луаны вспыхнули. – Она мне обещала.

Оставшаяся часть дороги прошла спокойно. Ночь была тихой. Солнце наконец возвестило о новом дне. Шестом с ухода Кааи. Это был последний день прежде, чем она навсегда останется заперта в Туманности, если еще не вернулась. Желудок Луаны сжался, когда топот копыт наконец-то затих. Арон будто почувствовал, что творится у нее внутри, и крепко сжал ее руку.

– Помоги им выйти, – услышала она голос Элоры.

Вскоре после этого кучер открыл дверцу. Сначала из кареты вышла Кейлин, Зелфи – следом за ней. Луана в этот раз выбралась без помощи кучера, а затем огляделась по сторонам с тошнотворным ощущением в животе. Подобно темной скале часовня возвышалась на холме над Кальтеннестом – родиной Кааи. Вокруг деревни протекала небольшая речка, а по улочкам бродили люди и лошади. Все выглядело мирно.

– До захода солнца мы будем там, – пробормотал Арон рядом с ней, и Луана снова посмотрела на полуразрушенную часовню.

– Если будем идти медленно, – прошептала она ему на ухо, – нам придется подождать до завтра, чтобы для ритуала было достаточно солнечного света. – Потому что для сложной магии, которую хотел сотворить Верховный Совет, им потребуется любая энергия, какую они только могли получить.

Арон вздохнул.

– А если они не вернутся до завтра? Каая и Ариан.

Луана не знала. Не знала, что им тогда делать. Их главный долг – защита народа, защита Эсерии. Их задача заключалась в том, чтобы предотвратить войну Пертеаса.

– Каая тоже человек, – продолжил Арон, угадав ее мысли. – Теоретически, вы должны защищать и ее. Совету необязательно знать, что к этому моменту она, возможно, уже стала эльфом теней, а Ариан – монстром.

Не успела Луана что-то ответить, как до ее ушей донесся голос Мары, звучавший без особого энтузиазма.

– Я и забыла, какой крутой этот чертов холм.

Лошади уже были измотаны, а кареты – слишком тяжелы, чтобы тащить их всех по дороге к часовне. Так что, волей-неволей, Совету Верховных эльфов придется подняться туда на своих ногах. Мысль о том, как ее бабушка оступается на ходу и скатывается с холма, доставила Луане небольшое удовольствие.

– Чего ты смеешься? – Арон раздраженно посмотрел на нее.

– Ничего, – отозвалась она и, встретив злобный взгляд сестры, поджала губы. – Что-нибудь придумаю, – добавила Луана, хотя в ее голове царил беспорядок. Арон прав. Но это было рискованно. В конце концов, что она могла сказать Совету? Что Каая и Ариан отправились в путешествие в Царство Теней? Что они просто хотели там осмотреться и вернуться назад? Не придумав никакого решения, Луана схватила Арона за руку, и они последовали за остальными девятью эльфами.

Неа

Был уже поздний вечер, но Эдит все равно накрыла на стол после церемонии, чтобы они вместе поужинали. Вскоре большая часть семейства отправились спать, а Неа, Илиас, Тимор, старший сын Дарен и его родственная душа, Фина, решили остаться. Эти двое были довольно сдержанны, но Неа чувствовала исходящую от них благодарность.

– Вы не можете противостоять Пертеасу в одиночку, – сказал Тимор, переводя взгляд с Илиаса на Неа. – Я… – Он запнулся. – Когда я узнал, что настоящая наследница престола… что вы, Неа, возможно, еще живы, то сразу же поговорил об этом с королем Пертеасом. Он назвал это выдумкой, сказал, чтобы я больше не проводил никаких исследований. Но я не послушал. И нашел других священников, которые поверили мне. Другим эльфам приходили видения, сны о девушке, которая выжила. Мне пришла в голову мысль, что… что, быть может, наши мысли изменили. Я никогда не думал, принцесса, – он посмотрел ей в глаза, – что это вы. Не думал, пока… пока ваша душа не создала разлом между мирами. А я мог только безучастно смотреть…

Тимор смущенно потупил взгляд, и Неа потянулась к его руке через стол.

– Я уверена, вы бы не смогли это предотвратить, первосвященник.

– Когда свет вашей души озарил всю часовню, король Пертеас не знал, что произошло. Но по моему лицу догадался, что я кое-что понял. Я оказался прав. Принцесса жива, и принцессой были вы, Неа.

– Именно поэтому он упек вас в темницу, – сказал Илиас.

– Но сначала он меня пытал. – Тимор тихо фыркнул, и Дарен рядом с ним напрягся. – Он хотел знать, с кем я говорил о своих фантазиях. Я ничего ему не сказал. Не назвал ни одного имени.

Неа внимательно слушала.

– Значит, другие эльфы знают обо мне?

– Думаю, да. Их не так много, но я уверен, что они присоединятся к вам, если вы захотите свергнуть короля Пертеаса. Нет никаких сомнений в том, что Трон Теней принадлежит вам, дочери Эльдана и Тараны.

Неа перевела взгляд на Илиаса, который с любовью посмотрел на нее.

– В любом случае, я никогда не хотел править.

– Я… я не знаю, хотела бы я этого, будь у меня такая возможность.

– Ну, ты смирилась с мыслью, что будешь жить со мной. И однажды станешь моей королевой. – Илиас улыбнулся ей.

Она улыбнулась в ответ.

– Мне кажется, быть твоей королевой и быть королевой Туманности – это несколько разные вещи.

– Неа. – Илиас снова стал серьезным. – Если ты этого не хочешь, мы можем уйти. У нас еще есть шанс покинуть Туманность.

– А что потом? – грустно спросила она. – Он придет в Эсерию, Илиас. И уничтожит ее. Он не успокоится, пока не найдет меня.

– Эсерия сильна, – ответил Илиас. – Там живет по меньшей мере столько же эльфов, сколько здесь. Они даже старше и могущественней, чем мы.

Осознание этого поразило Неа как гром среди ясного неба.

– Верховный Совет, – прошептала она.

– Да, – подтвердил Илиас. Казалось, он не понял, что она имела в виду. – Я говорю о них.

– Я не об этом. – Неа не смогла сдержать отчаянного смеха. – Что, если Совет нам поможет?

Илиас нахмурился.

– Но зачем им это делать? Именно они изгнали моих родителей сюда. Они будут только рады, если мы уничтожим друг друга.

Он прав. У Верховных эльфов не было причин помогать им, но эта мысль никак не оставляла Неа.

– Как сказал первосвященник, Илиас, мы не сможем победить Пертеаса в одиночку. Особенно если он соберет вокруг себя армию умбр. Может, нам стоит хотя бы поговорить с Советом?

– Думаю, попробовать можно.

– Тогда я свяжусь со своими друзьями-священниками, – взволнованно воскликнул Тимор. – Рано утром можем выдвигаться в путь.

– Луана, – пробормотала Неа. – Она сейчас вместе с Советом на пути к разлому. Я точно не знаю, сколько времени прошло с тех пор, как я покинула Эсерию… может, дней пять или шесть. Но они должны быть где-то поблизости. Если мы отправимся к разлому у часовни, то можем успеть. У нас есть только один шанс.

– Ты уверена, что хочешь это сделать? – спросил Илиас. – Мы не знаем, как они к нам относятся.

– Я должна спасти наш народ, Илиас. – Неа коснулась его щеки и твердо посмотрела в глаза. – И не только от Пертеаса, понимаешь? – Когда глаза Илиаса засияли, она нежно улыбнулась. – Я хочу вытащить эльфов теней из Туманности. Спасти их от вечной тьмы и жизни без солнечного света. Я хочу объединить Туманность и Эсерию.

Тимор резко втянул в себя воздух, а Илиас тяжело сглотнул.

– Тогда давай поговорим с Верховным Советом.

Им потребовалось больше суток, чтобы добраться до разлома у часовни. Оказавшись в этом месте, Неа почувствовала себя странно – особенно с вернувшимися воспоминаниями. Илиас схватил ее за руку; он точно знал, как тяжело ей двигаться вперед. Как только они перешагнули порог, головная боль усилилась, которая через несколько мгновений превратилась в пульсацию. Неа поморщилась, и Илиас только крепче сжал ее руку.

Принц и принцесса подошли к пьедесталу, и Неа всем телом почувствовала, как разлом тянет ее к себе.

– Я снова потеряю воспоминания, да? – Она знала, что этого не случится, но слова сорвались с ее губ прежде, чем она успела их остановить.

Илиас покачал головой.

– Нет, сердце мое. Мы пройдем через разлом вместе, и все будет хорошо.

– А что, если нет? Если я снова тебя забуду?

– Даже если ты не забудешь меня здесь, – он поднес руку к ее лицу и указательным пальцем коснулся виска, – твоя душа будет всегда меня помнить. – Он поцеловал ее в лоб. – В первый раз ведь не забыла.

Неа сглотнула ком в горле и кивнула.

– Ты прав. – Она закрыла глаза, ожидая, что ее тело полностью поглотит разлом, но в этот раз все было иначе. Интересно, это из-за того, что она вернулась в эльфийское тело? Неа в замешательстве подняла взгляд и увидела, как Илиас подносит руку ко рту и кусает себя за палец, чтобы пройти через разлом. Однако с ним тоже ничего не произошло. Он протянул руку к разлому, чтобы капнуть на него кровь, недоверчиво посмотрел на него, а затем перевел взгляд на Неа.

– Может, мы опоздали?

Пульс Неа заметался так же быстро, как и ее мысли. Она знала, что Илиас имеет в виду. Но ведь Луана дала ей семь дней. По дороге сюда они еще раз подсчитали время и пришли к выводу, что в Эсерии, должно быть, идет только шестой день после ухода Кааи.

– Невозможно, – прошептала Неа. Она совершенно отчетливо чувствовала, как разлом тянет ее к себе. Он все еще был на месте. Они не успели его закрыть. Семь дней. Семь дней.

Луана

Внутри часовни было тепло, а в воздухе стоял затхлый запах. Казалось, последний раз она была здесь много лет назад. И все же Луана отлично помнила, как разлом в Туманности выплюнул ее именно сюда. Она помнила, как Каая чуть не упала в обморок, как смеялись Илиас и Киан, когда наконец-то оказались под голубым небом и на солнечном свете. Она не хотела признаваться себе в этом, но мысли о двух эльфах теней причиняли ей боль. Луана беспокоилась о них больше, чем думала. А теперь, когда стояла здесь вместе с Верховным Советом, она боялась, что, возможно, больше никогда не увидит этих двоих.

– До захода солнца осталось не более двух часов, – сказала Элора, вырывая Луану из мыслей.

Исаноа, Мара, Элен, Горас, Аурелия и Ренна выстроились рядом с Верховной Леди, которая тем временем поднялась на пьедестал.

Луана боялась упасть – настолько участилось ее сердцебиение. Она должна была сделать хоть что-то. Она не могла смотреть, как ее друзей навсегда заключают в тюрьму.

– Может, они уже здесь, в Эсерии, – прошептал Арон, незаметно подойдя ближе.

Луана не знала откуда, но в глубине души чувствовала, что их тут нет. Киан находился в Туманности уже три недели – с чего бы ему возвращаться именно сейчас? Да и Каая, в конце концов, разыскала бы ее. Она знала, где искать.

– Нет, – ответила она. – Их здесь нет. А Верховный Совет собирается запереть их там навсегда.

Эльфы как будто ждали, когда Луана закончит говорить. Только она замолчала, и они начали читать слова ритуального заклинания.

Луана устроилась на одной из каменных скамей. Ноги были ватными и подкашивались. «Неудивительно, – подумала она, – я ведь потерпела неудачу».

– Я пойду на улицу к Кей и Зелфи, – сказал Арон, и она задумчиво кивнула.

Прошло не больше пары минут после ухода Арона, как дверь в часовню снова отворилась. Луана оглянулась и вздрогнула, увидев выражение лица своей второй половинки.

– Там снаружи эльф теней! – выкрикнул он.

Она резко вскочила на ноги, и члены Совета тут же повернулись к Арону.

– Кто там? – спросила Луана прежде, чем остальные успели отреагировать. Ее сердце колотилось как сумасшедшее. Арон едва заметно покачал головой, и она нахмурила брови. Это был какой-то трюк?

Дверь снова распахнулась, и в часовню ворвались Кейлин и Зелфи.

– Мы тоже его видели!

– Что здесь происходит? – Голос Исаноа звучал измученно. – Нам нужно сосредоточиться! – Пение остальных членов Совета, тем не менее, стало тише.

– Это правда! – взвизгнула Кейлин. – Тут где-то ходит эльф теней!

Заметив красные пятна на шее сестры, Луана поняла, что та лжет. От осознания этого у нее перехватило дыхание. Она не знала, на что надеялась, но… Хотя нет, знала. И вот надежда умерла, так и не успев укрепиться в ее душе. Она не станет произносить этого вслух, даже в мыслях. По крайней мере Арон, похоже, вместе с Кейлин и ее второй половинкой разработал план. Если это вообще было можно назвать планом. Они просто хотели выиграть время.

Верховные эльфы действительно выглядели сбитыми с толку. Горас Норвинд замолчал, а на лице его брата отразился неподдельный страх. Ренна и Аурелия Талан крепко сжали руки и начали произносить слова заклинания отрывисто вместо того, чтобы напевать их. Луана встретилась с железным взглядом Элоры. Казалось, она догадывалась, что они выдумывают. Но Луана даже не пыталась успокаивать свое дыхание. Ей пришлось им подыграть.

– И что нам делать?

Арон прочистил горло.

– Сначала я думал, что обознался, – громко сказал он, мельком взглянув на Луану, а затем снова повернулся к Верховным эльфам. – Но потом увидел его снова.

– Он может напасть на нас, – сказал Горас, и Ренна энергично закивала в ответ. Она уже перестала произносить заклинание.

– Мы будем ослаблены после ритуала… И станем тогда отличной пищей для него и… его… его магии теней!

– Эта магия теней, – пробормотала Луана, – невероятно опасна. Я своими глазами видела, как всего несколько таких лучей поставили взрослого эльфа на колени. Они проникли в его кости и череп. Никогда не забуду его крики…

Ренна и Аурелия обменялись взглядами и крепче прижались друг к другу.

– Верховная Леди, что же нам делать?

Глаза Элоры все еще были прикованы к Луане.

– Сначала закончим здесь.

– А что, если…

– Никаких возражений, – сказала она Аурелии. – Если бы он хотел напасть на нас, то не стал бы ждать.

– Но бабушка! – воскликнула Кейлин. – Может, он просто выжидает, когда вы ослабнете после ритуала. Или хочет, чтобы вы запечатали разлом!

Элора не успела ответить. Вдруг из разлома вырвался ослепительный свет, заставивший всех застонать или отвернуться.

– Что, во имя Эйюне… – Мара была первой, кто обрел дар речи.

Луана посмотрела на разлом, и ее сердце на мгновение остановилось.

– Она сделала это.

Среди светлых эльфов стояли два новых создания, которые, вероятно, только что вышли из разлома. Их светлая кожа и черные волосы безошибочно выдавали в них эльфов теней. И одним из них был Илиас.

– Я Неа. Неа Уларен, – произнесла вторая эльфийка.

Глава 22

Неа

Неа почувствовала облегчение, когда яркий дневной свет окатил ее. У них получилось. Несколько раз моргнув, она отвела взгляд от разбитых окон часовни, а затем по очереди осмотрела эльфов, пока не наткнулась на два знакомых лица. Ее нервная улыбка стала счастливой, когда она заметила Луану и Арона рядом с одной из каменных скамеек в проходе. Они улыбнулись ей в ответ. Они узнали ее, и в этот момент Неа осознала, как сильно скучала по друзьям.

– Мы с принцем Илиасом прибыли, чтобы поговорить с вами, Верховная Леди, – обратилась она к женщине, которую приняла за Элору. Она была похожа на Луану, только на много лет старше.

Элора зажмурилась.

– И о чем ты хочешь поговорить со мной, эльф теней?

Неа не могла не заметить снисходительного тона Верховной Леди, но не стала заострять на этом внимание. Пока. Пока она отнеслась к Элоре с пониманием. В конце концов, они с Илиасом были чужаками на земле, которую она и ее Совет поклялись защищать.

– По правда говоря, мы здесь, чтобы просить вашей помощи. Вы знакомы с Пертеасом Иннелисом, не так ли? Это вы его изгнали. – Когда Верховная Леди нерешительно кивнула, Неа продолжила: – Не знаю, что вам рассказала внучка, но Пертеас планирует напасть на Эсерию. Я хочу предотвратить это.

– Я собиралась предотвратить это перед тем, как вы и ваш… – она указала на Илиаса.

– Моя родственная душа.

– Вы и ваша родственная душа ворвались сюда.

Неа терпеливо улыбнулась.

– Значит, мы пришли как раз вовремя.

Элора в ответ улыбнулась, хотя она выглядела как кошка, готовая вот-вот наброситься на свою добычу.

– Я так не думаю. До сих пор не могу понять, откуда вы знаете мою внучку, Неа.

– Она моя подруга, – выпалила Луана, а затем сделала несколько шагов к пьедесталу. – И мы должны отправиться с ней в Туманность, чтобы убить Пертеаса.

Элора приподняла бровь.

– И почему мы должны это делать?

– Потому что в противном случае он будет мучить мой народ, – ответила Неа.

– Ваш народ? – И тогда Верховная Леди догадалась. – Неа Уларен. Как Эльдан Уларен.

– Верно. Он был моим отцом.

– Он был чудовищем, таким же, как и его ученик! Все эльфы теней…

– Не вам судить об этом. – Голос Илиаса пронесся над ними, как надвигающийся шторм. – Туманность является домом для множества невинных эльфов. Тысячи детей родились в этой тюрьме. Эльфы, которым приходится жить без света. Которые никогда не узнают, что значит черпать магию из солнца.

Глаз Элоры дернулся.

– Родителям этих эльфийских детей следовало подумать об этом раньше. До того, как они начали поклоняться Эльдану Уларену, как какому-то богу смерти.

– Верховная Леди, – начала Неа, шагнув ближе к ней. – Что я могу сделать для вас, чтобы вы и ваш Совет присоединились к нам в борьбе с Пертеасом?

– Я купаюсь в золоте. – Элора поморщилась. – Мне ничего от вас не надо.

– Бабушка! – Луана уперла руки в бедра. – Вы должны в первую очередь защищать Эсерию и людей. Так исполняйте же свой долг!

– Как только эти незнакомцы вернутся туда, откуда пришли, я выполню свой долг, Луана! – Когда она произнесла имя своей внучки, из ее глаз будто посыпались искры. – Мы закроем эти чертовы разломы и избавимся от проблем.

– Мой брат там! – Все разом повернулись к Арону, лицо которого покраснело от гнева. – Он человек, и он находится в Туманности. Если вы закроете разлом, то приговорите его к смерти.

– Что за нелепая ложь! – воскликнула Элора, переводя взгляд с Арона на Луану. – Думаете, я не заметила, как вы постоянно пытались нас отвлечь?

– Это правда, – как можно спокойнее сказала Неа. Ей даже пришлось сжать руки в кулаки, чтобы скрыть дрожь.

Следующие слова Элоры были подобны удару в живот.

– Мне все равно.

– А мне нет. – Луана вздернула подбородок и направилась в сторону Неа, чтобы встать рядом. – Я пойду с ними.

– Луана, нет! – закричала эльфийка, удивительно похожая на Луану.

Элора пренебрежительно фыркнула.

– И почему меня не удивляет, что твоя дочь снова принимает неправильное решение, Исаноа?

Значит, она была матерью Луаны, поняла Неа.

– Это ты принимаешь неправильное решение, бабушка. – Бабушка. Эльфийка помладше, предположительно Кейлин, толкнула Элору, когда проходила мимо нее. – Идем, Зелфи! – Не прошло и секунды, как одна из девушек последовала за ней.

– Луана, Кейлин, вы с ума сошли? – прошипела другая эльфийка с длинными золотистыми волосами. – Сделай что-нибудь, мама! – крикнула она. Видимо, Мара.

– У нас есть более важные дела, – отозвалась Элора и вытянула руку, преграждая путь Исаноа. – Только сдвинься, Иса!

По лицу эльфийки Неа поняла, что она разрывается между любовью и чувством долга.

– Лу, Кей, пожалуйста, – молила она.

Луана разочарованно покачала головой и протянула руку Арону, который повернулся к ним лицом.

– Мара? – спросила она.

– Я остаюсь здесь.

– Просто удивительно. – Мара широко развела руками. – Вы выбрасываете собственные жизни в помойку!

– Мы просто ставим их на карту, чтобы спасти невинные жизни.

– Вы глупые, извращенные отродья. – Элора встала перед внучками. – Позор семьи!

Неа схватила Луану за руку, прежде чем она успела сделать что-то, о чем потом, возможно, пожалеет. Ее подруге ничего другого не оставалось, кроме как плюнуть бабушке под ноги.

– Я тебя ненавижу.

– Вы там и десять минут не продержитесь.

– Любопытно, – тихо сказала Луана, и Элора замолчала. – В прошлый раз я продержалась там несколько дней и, как видишь, все еще жива и здорова. К твоему большому огорчению. Откуда, по-вашему, у меня взялась вся эта информация о нападении?

– Ты уже была в Туманности? – Элора открыла рот, недоверчиво переводя взгляд с внучки на Неа.

– Луана помогла нам уничтожить источник сил Пертеаса, – сообщила Неа, положив руку на плечо подруги. – Вам стоит гордиться ей. – Она лишь надеялась, что после этих слов Элора поймет, какой замечательной была ее внучка. Неа больше не пыталась убедить Верховный Совет пойти с ними. Верховная Леди четко дала понять, что думает об эльфах теней.

– Вот и пусть теперь служит вам, раз считает это правильным. Я уже сказала, что думаю о ее решениях. – Элора бросила на Арона пренебрежительный взгляд.

Луана фыркнула и отвела взгляд. Но Неа увидела, как в ее глазах блеснули слезы.

– Спасибо, что выслушали. – Неа кивнула Верховной Леди, а затем обратилась к другим эльфам: – Как только Пертеас будет побежден, я позабочусь о том, чтобы эльфы Туманности были свободны. Мой народ – такие же дети Эйюне, как и эльфы света. Мы тоже желаем увидеть свет своей богини. Обрекать нас на вечное существование в тени было против природы и против воли Эйюне. Я уверена, вы встретите нас с распростертыми объятиями, когда мы вернемся. – Неа уже хотела было отвернуться, но Элора крепко схватила ее за руку.

– Отойди от нее немедленно, если не хочешь умереть мучительной смертью, ведьма. – Слова вырвались из горла Илиаса с громким рычанием. Он прищурился, глядя на Элору, и опасно близко приблизился к ней.

Верховная Леди шумно выдохнула и оценивающе осмотрела Илиаса.

– Сначала мне угрожает лжекоролева, а теперь еще и принц-консорт.

– Илиас, все в порядке. – Неа вырвалась из хватки Элоры и встала между ней и своей второй половинкой. Она погладила его по руке, пытаясь успокоить, но в его глазах по-прежнему полыхал огонь, пока он пристально смотрел на Элору. – В конце концов, мы знаем позицию этой леди.

– Верховной Леди, – поправила Элора дрожащим голосом.

– До скорых встреч, Верховная Леди, – сказала Неа как можно спокойнее.

– Не думаю, что мы снова встретимся, – торжествующе произнесла Элора. – Как только вы уйдете, пути назад для вас не будет.

Неа услышала, как та снова запела заклинание, которое должно было запечатать разлом. Она одарила эльфийку опасной ухмылкой, после чего Элора замолчала и в ужасе схватилась за грудь.

– Что это? Что вы делаете?

– Думаете, что можете контролировать разлом, который создала моя душа? – Неа направила магию в разлом, подпитывая его силой. – Думаете, что ваш ритуал сильнее чистейшей магии душ? Это лишь дешевая подделка, – прошипела она в лицо Элоре, которая все еще корчилась от боли. Она отпустила старую эльфийку, и та упала на колени.

– Мама! – Исаноа Фенхорн подбежала к матери и хотела было помочь ей, но та проигнорировала протянутую руку.

– Мы здесь закончили, – сказала она.

– Точно, – отозвалась Неа, кивнув ей на прощание. – Пойдемте? – Она перевела взгляд с Илиаса на Луану и Арона, затем посмотрела на Кейлин с Зелфи. Они кивнули, а затем все вместе подошли к разлому. Неа старалась не обращать внимания на сильную головную боль и просто надеялась, что все скоро пройдет. Краем глаза она увидела, как остальные приносят жертву и растворяются в воздухе. Неа прикрыла глаза, а когда снова открыла их, боль исчезла, как и солнце, только что посылавшее лучи сквозь окна.

– Ты сделала это! – Луана первой подала голос, когда они материализовались в часовне в Туманности. Не раздумывая, она бросилась к Неа на шею.

– Не ожидала, что ты будешь в таком восторге! – рассмеялась Неа, прижимая подругу к себе. После они оторвались друг от друга.

– Мне приятно видеть тебя. Неважно, в каком теле. Я рада, что ты жива.

Слова Луаны словно бальзамом потекли на сердце Неа.

– Я тоже рада, – призналась она. – Но моя задача еще не завершена.

– Наша задача. – Арон подошел ближе. Неа заметила его колебания и заключила в объятия.

– Как он сбежал?

Выражение лица Арона оставалось бесстрастным. Ей не пришлось называть имени Ариана, чтобы Арон все понял.

– Мы не знаем. Ты его видела?

– Он освободил Илиаса из темницы. С тех пор от него не было вестей.

– Из темницы? – переспросила Луана. – Так вот почему ты не вернулся!

– Да. – Смирение в голосе Илиаса ранило Неа в самое сердце. – Но я рад видеть вас, ребята. – Он улыбнулся уголками рта. – Не беспокойтесь за Ариана. Он силен. Очень силен.

Арон впервые попытался улыбнуться.

– Спасибо, Илиас. Я рад, что с тобой все хорошо.

– Кстати, я Кейлин. Сестра Луаны. – Эльфийка со светлыми волосами, спадающими до плеч, протянула руку сначала Неа, а затем Илиасу. – Это Зелфи, моя родственная душа.

– Спасибо, что пошли с нами. – Неа склонила голову.

– Без проблем, – отозвалась Зелфи. – Друзья Луаны – и наши друзья тоже. А Пертеас должен исчезнуть.

Неа заметила, как Илиас рядом с ней напрягся. Она положила свою легкую, как перышко, руку ему на спину.

– Да, его надо уничтожить, – ответила она, обращаясь к Зелфи и остальным. – Через несколько часов мы встречаемся с первосвященником и его последователями. Они хотят к нам присоединиться.

– Значит, у нас есть реальный шанс? – осторожно спросила Луана.

– Если честно, я надеялась, что Верховный Совет нам поможет, – сказала Неа. – Но мы справимся и без них. – До того как произнесла эти слова, она даже не осознавала, как сильно верила в это. – Покажи Кейлин и Зелфи, как использовать свою собственную сущность в качестве энергии, пока не прибудут наши союзники, – попросила она Луану. – Какие у вас способности?

– Огонь, – ответила Кейлин.

– Вода, – сообщила Зелфи.

– Тогда мы идеально друг друга дополняем. Вы уверены, что готовы сражаться с умбрами? Против Пертеаса, мага души и крови, владеющего магией теней?

Кейлин и Зелфи одновременно кивнули.

– Пришло время отправить их туда, откуда они пришли.

– Тебе будет нелегко сражаться с собственным отцом, не так ли? – Неа нашла Илиаса снаружи, прямо возле часовни. Он сидел на полу, подперев голову руками, и задумчиво смотрел на черное звездное небо.

Когда они закончили тренировку, он вышел подышать свежим воздухом. Неа видела, как остальные эльфы стараются научиться управлять магией в Туманности, и помогала им, чем могла.

– Ты знаешь, сколько раз я сидел здесь в одиночестве, смотрел на звезды и молился? – Илиас улыбнулся ей, когда она подошла ближе. – Я чувствовал себя таким потерянным. Таким маленьким и незначительным перед ликом луны. Почему богиня помогла именно мне?

Неа опустилась рядом с ним.

– О чем ты молился?

– О том, чтобы она вернула мне тебя.

Боль пронзила ее грудь.

– Она услышала тебя, Илиас. – Он искоса посмотрел на нее, а затем снова обратил взгляд к небу. Осторожно протянув руку, Неа повернула его лицо к себе. – Когда все закончится, для всех нас начнется новая жизнь. Особенно для нас двоих. Вернее, троих.

Илиас нежно провел кончиками пальцев по ее щеке, скользнул по подбородку, шее. Легкость его прикосновений вызвала в ней волну мурашек, которые пробежали по всему телу. Неа прошептала его имя, и он сменил пальцы на губы. Невесомыми поцелуями прошелся по ее шее, подбородку и щекам.

– Мне хочется всегда ощущать тебя рядом.

– Я рядом. Был рядом последние несколько недель. – Тень опустилась на его лицо. – Я разрушил жизнь, которую ты построила для себя.

– Илиас. – Неа нашла его взгляд. – Я всегда чувствовала, что мне чего-то не хватает. Столько раз силилась понять, чего именно. Искала свой дом. Узы, объединившие нас, показали мне путь обратно, домой. Я больше никогда не покину тебя.

Он прислонился лбом к ее лбу.

– Я никогда не думал, как ощущать постоянную пустоту внутри трудно.

Его слова проникли ей прямо в сердце.

– Тебе больше никогда не придется чувствовать ее. Обещаю. – Неа поцеловала его в губы, а затем посмотрела в глаза. – Если ты не хочешь, чтобы мы убивали Пертеаса…

– Еще как хочу, – ни секунды не раздумывая, ответил он. – Ни одна темница мира не остановит его от распространения зла и смерти. Он убил твоих родителей, Неа. Отравил Ариана. – От этих слов Неа вздрогнула. – А что он сделал с нами? Со мной? Я каждый день просыпался с мыслью, что потерял тебя навсегда. Вас. – Илиас осторожно коснулся ее живота, будто боясь причинить боль. – Он бы и меня убил без каких-либо колебаний. Почему я должен оставлять его в живых?

– Потому что ты не такой, как он, Илиас.

Он посмотрел на нее, не понимая, что она имеет в виду.

– Ты больше не хочешь его убивать?

– Нет, – решительно произнесла она, – хочу. Но для тебя все иначе. Он твой…

– Отец? – фыркнул он. – Все, что я знал о нем, оказалось наглой ложью. Он мне больше не отец.

– Неа? – Луана подошла к ним. – Вы уже видели их?

Неа и Илиас посмотрели на нее и встали.

– Кого?

– Священников! Они идут. – Луана указала на восток, и они проследили за ее рукой. Издалека к ним навстречу действительно шла группа эльфов. Около дюжины.

– Он сдержал слово, – выдохнул Илиас.

Неа улыбнулась.

– Я в нем не сомневалась.

Глава 23

Несколькими часами ранее

Киан

Киан проснулся в поту. Он резко сел в кровати, и его обнаженная грудь поднималась и опускалась в слишком быстром темпе. Его первая мысль была о Пирии, которая крепко спала рядом. Он наблюдал, как она размеренно дышит, чтобы убедиться, что с ней все в порядке. Это был просто кошмар. В последнее время они ему часто снились. Но даже при свете дня он постоянно думал об Илиасе, от которого до сих пор не было ни слуху ни духу. Киан беспокоился о своем друге. Ненавидел, что ему приходится сидеть дома и играть в семью с Пи-рией.

Тихо вздохнув, он снова накрыл ее одеялом, которое соскользнуло с ее тела. Накрыл ее слегка округлившийся живот. Он на мгновение задержал взгляд на ней, и уголки его рта невольно дрогнули в улыбке. Киан медленно протянул руку и коснулся ткани одеяла, едва заметно колыхавшееся на животе Пирии.

– Всего несколько месяцев, – прошептал он, – и мы наконец-то узнаем друг друга. – Киан радовался тому, что у него скоро появится ребенок, сильнее, чем себе представлял. Но с Пирией было покончено. С его чувствами к ней… Сердце, которое билось ради нее, было разбито на мелкие осколки. Сейчас он хотел лишь одного – защитить ее, оградить ребенка в ее чреве от любой опасности.

Киан снова опустился на подушку и закрыл глаза. Он сразу увидел ее лицо. Глаза цвета неба, знавшего солнце. Шелковистые серебристые волосы… Он хотел прикоснуться к ним. Он хотел прикоснуться к ней. Но ее сердце принадлежало другому.

Киан только-только уснул, как громкий стук вырвал его из очередного кошмара. Он схватил рубашку, висевшую на стуле, и бросился к двери. Как и всегда, когда его навещали без предупреждения, он надеялся, что это его друг-принц решил заглянуть к нему. Но чем дольше он не слышал новостей от Илиаса, тем меньше радовался подобному стуку.

– Сирайя. – Киан скептически осмотрел сестру. Она была последней, кого он ожидал здесь увидеть. – Разве ты не должна сейчас быть со своим женихом?

– У нас нет на это времени, – воскликнула она, втолкнув его в комнату, а затем бесшумно закрыла за ними дверь. Она выглядела взволнованной: ее серо-каштановые волосы были нечесаными, будто она только встала с кровати, а губы не накрашены. Последний раз он видел ее в таком виде, когда они были еще детьми.

– Мне надо с тобой поговорить. Это важно.

Киан прошел в гостиную и указал Сирайе на кресло.

– Пирия здесь?

– Конечно, она здесь, под моей защитой. Да что происходит?

Сирайя огляделась, а затем схватила его за руку.

– Это важно, Киан. Ты не поверишь.

– Ну что? – Терпение уже заканчивалось. – Ты про нападение на дворец? Говори уже. – Вчера по залитым кровью улицам бегал мальчишка из семьи придворных. Он растрепал всем, что какой-то демон убил его семью.

Сирайя еще раз скептически посмотрела в сторону спальни.

– Да боже ты мой! – воскликнул он и подошел к двери комнаты, чтобы закрыть ее. – Лучше?

– Речь об Илиасе.

Киан полностью сосредоточил внимание на сестре.

– Что с ним? – Он твердо посмотрел ей в глаза, такого же темно-красного оттенка, что и его собственные.

– Точно не знаю, но… я слышала, как Рувен с кем-то разговаривал. С одним священником. Киан, ты в это не поверишь, но… Ты ведь помнишь Неа?

– Естественно. Не заставляй меня вытягивать из тебя слова клещами!

Сирайя вздохнула.

– Тот священник сказал, что видел ее. Живой.

Время будто остановилось. Киан понял, что задержал дыхание, только когда сестра с беспокойством посмотрела на него.

– Ты в порядке?

– Что он еще сказал?

Она покачала головой.

– Я не все поняла. Рувен его прогнал. Он вроде как сказал, что поддерживать женщину, которая хочет захватить трон, – это предательство.

– Священник хочет поддержать Неа? – В голове Киана крутились тысячи мыслей одновременно. Значит, Каае все удалось. Она смогла вернуть душу в прежнее тело. И тот священник каким-то образом обо всем узнал. Может быть, даже помог ей. Но зачем ей захватывать власть? Она всерьез хотела взойти на Трон Теней?

– Слушай, я же сказала, что ничего не знаю. Я просто подумала, ты должен знать, потому что Илиас твой друг. Конечно, я все еще злюсь, что он не явился на свадебную церемонию, но это явно важно. Если его родственная душа вправду воскресла, как бы это ни случилось, он должен узнать об этом, Киан.

Голос Сирайи звучал как-то приглушенно, будто доносился из-под толщи воды. Киан слышал слова, но не мог до конца уловить их смысл. Разумеется, Рувен не стал внимать россказням священника, ведь члены его семьи были преданными последователями Пертеаса. А он сам был главнокомандующим его армии.

– Когда это было?

– Незадолго до того, как я ушла. Так что… где-то час назад?

– Ты знаешь, куда направился священник?

Сирайя на мгновение задумалась, а затем покачала головой.

– Нет, думаю, нет.

– Черт возьми. – Киан провел рукой по волосам и начал расхаживать из стороны в сторону.

– Что собираешься делать?

Хороший вопрос. Если он предпримет что-то, что не понравится Пертеасу, то только подвергнет опасности жизнь Пирии, а вместе с ней и своего еще не рожденного ребенка. Даже если он не испытывал к ней былых чувств, он знал, что этот ребенок – вся его жизнь.

– Могу ли я помочь тебе, брат?

Киан вздохнул.

– Не думаю. Но я благодарен тебя за то, что ты пришла с этим ко мне.

– Ты собираешься поговорить с Илиасом? Ты должен найти его, Киан.

Сирайя знала, что Илиас был убит горем из-за смерти любимой.

– Я… я не могу уйти отсюда, Сирайя. Все сложно.

Сирайя бросила взгляд на закрытую дверь спальни.

– Из-за нее? Я так и не поняла, почему ты принял ее обратно, с ребенком или без.

– Как я уже сказал, сестренка, все сложно. И я не принимал ее обратно.

Она тепло ему улыбнулась.

– Что бы ты ни делал, будь осторожен, ладно?

– И ты тоже.

– Киан?

Он посмотрел на нее.

– Ты будешь отличным отцом. – С этими словами Сирайя вышла за дверь.

Киан снова вернулся в постель и уставился в потолок. Мысли в его голове беспрестанно кружились. Конечно, он должен рассказать обо всем Илиасу. Такое нельзя умалчивать. Последние несколько лет его лучший друг только об этом и мечтал. О том, что она по какой-то невероятной причине воскреснет. Его вторая половинка. Родственная душа. Но когда они узнали, что ее душа спаслась и укрылась в теле Кааи…

«Предположим, она не захочет возвращаться в свое тело. Что тогда?» – вспомнил он слова друга. Видимо, опасения Илиаса были беспочвенны. Каая сдержала свое слово и нашла способ противостоять Пертеасу. Киан не мог не улыбнуться.

Пирия рядом с ним со стоном проснулась и громко зевнула. Он повернулся к ней и встретился с ее глазами цвета леса.

– Давно не спишь? – сонно спросила она.

Киан пожал плечами:

– Нет.

Она медленно выпрямилась и потянулась, прежде чем изящно свесить ноги с края кровати.

– Ты в порядке?

– Да. – Пирия улыбнулась ему через плечо и исчезла в ванной комнате.

Киан остался наедине со своими мыслями. Что, если поговорить об этом с Пирией?

– Почему ты качаешь головой? – спросила она, выглянув в дверную щель.

Он рассмеялся.

– Веду беседу с самим собой.

Пирия приподняла бровь.

– Я не слышала, чтобы ты говорил.

– Мысленно.

– О, вот как. – Она прикусила нижнюю губу. – И о чем ты разговариваешь?

Киан отмахнулся от нее.

– Иди мойся. Я приготовлю нам что-нибудь.

– У меня идея получше. – Пирия полностью вышла из ванной и теперь стояла перед ним. Голая. – Киан?

Он поспешно отвел взгляд и уставился на белую стену напротив. Так было лучше.

– Давай мы поговорим, когда ты… когда ты будешь одета.

– Я заставляю тебя нервничать? – Когда ее голос раздался прямо над его ухом, Киан поднял глаза. На ее губах играла озорная усмешка. Они всегда были такими полными и соблазнительными? Ее темно-рыжие волосы были достаточно длинными и касались груди, вздымавшейся ему навстречу. Раньше они не были такими полными и соблазнительными.

– Пирия, – прошептал он, с трудом сглотнув. И хотя тело явно реагировало на нее, что-то в его груди сжалось. Она указательным пальцем приподняла его голову за подбородок. – Мы не должны этого делать.

– А что же нам тогда делать? – прошептала она и коснулась его губ своими. Киан инстинктивно прикрыл глаза, но это было ошибкой. За закрытыми веками он увидел образы, которые разбили ему сердце. Опять. Он поспешно открыл глаза и отвернулся от нее.

– Я не могу.

Пирия отпрянула, и только сейчас он увидел мелькнувшую на ее лице боль.

– Прости.

– Все хорошо. – Но его голос выражал что-то совершенно другое. Киан не смог скрыть суровость.

– Киан. – Она схватила его за руку, когда он собирался пройти мимо. – Я сожалею обо всем, что сделала. С тобой. С нами. – Ее голос сорвался, но это ничего в нем не пробудило. Пирия больше не вызывала в нем никаких чувств.

– Я не хочу говорить об этом, Пирия. – Ее хватка на его руке ослабла, и он покинул комнату. Слишком тесно. Этот проклятый дом был слишком тесным, а с тех пор как сюда переехала Пирия, в нем стало невозможно находиться.

Киан распахнул входную дверь и вышел. Прохладный воздух столицы обволакивал его, позволяя дышать немного свободнее. Он расстроенно провел рукой по волосам и тяжело вздохнул. Его сердце билось очень быстро, и это только раздражало Киана. Раздражало, что она все еще имеет над ним такую власть. Образы, недавно появившиеся в сознании, не желали уходить. Он снова и снова видел Пирию, одетую в одну только блузку, сидящую на том мужчине. Видел похоть на их лицах, покрасневшие щеки. Он даже слышал ее стоны, если хорошо концентрировался.

– Киан.

Почувствовав ее руку на своей спине, он напрягся и медленно повернулся к ней. Она плакала.

– Я не могу это сделать, Пирия, – прошептал он.

Она кивнула, и ее глаза снова наполнились слезами.

– Мне очень жаль, Киан. Правда. Я готова на все ради тебя. Хотелось бы мне повернуть время вспять.

– Я должен идти. – Киан и не подозревал, что принял это решение, пока не произнес слова вслух. – Мне надо кое-кого найти. – Пирия нахмурилась, а затем снова кивнула. – Береги себя, пока я не вернусь, ладно? Это не займет много времени.

Не дожидаясь ее ответа, Киан развернулся и отправился в путь. Погруженный в свои мысли, он долго бродил по темным улицам в поисках кого-нибудь в белой рясе. После случившейся во дворце бойни народ практически не покидал своих домов, однако священники ходили по столице и стучались в двери, вознося молитвы для отпугивания демона. Что бы там ни был за демон. В некоторых окнах до сих пор горел свет, а в других было темно – жители боялись, что беда придет в их дом. Киан не мог не думать об Илиасе. Он надеялся, что с ним все в порядке. Он должен ему помочь.

В какой-то момент он добрался до рыночной площади, где в это время обычно толпились эльфы. Но сегодня она была почти вымершей.

– Здесь не проходил священник? – спросил Киан у одного из немногих торговцев, рискнувших прийти заработать немного денег для своих семей.

– Проходил, – ответил мужчина.

– Они даже были втроем, – присоединилась к их разговору торговка. – Воды у меня купили.

– Они не сказали, куда направляются? – В нем зародилась надежда.

Женщина покачала головой, и торговец пожал плечами.

– Мне очень жаль, милорд.

Киан поблагодарил их, а затем свернул в переулок, ведущий к таверне. Он постоянно оглядывался по сторонам в попытках найти доносчиков Пертеаса, но они, видимо, очень хорошо выполняли свою работу. Он никого не видел, ничего не слышал, да и вообще не знал, были ли они на самом деле. Возможно, Пертеас сказал так, чтобы напугать его и держать под контролем. Но выяснять этого Киан не желал. Все, что привлекало к нему внимание Пертеаса, подвергало опасности Пирию и ребенка. Пирия… Его мысли снова вернулись к ней, и он сжал руки в кулаки.

Гнев Киана угас, когда он преодолел последние метры до таверны Уилмера. Он толкнул дверь, и ему навстречу хлынул поток теплого воздуха. В трактире было многолюдно, шумно и душно. Столы были заняты, и эльфы, разбившись по группам, стояли и беседовали друг с другом. Очевидно, страх перед демоном-убийцей исчез, когда в домах исчерпались запасы рома. Они пили и смеялись, будто ничего не случилось, и на мгновение Киану тоже захотелось утопить свои печали в алкоголе. Но у него были другие планы. В сопровождении гомона голосов и звона бокалов он пробирался сквозь толпу, пока не нашел хозяина заведения.

– Нальешь мне пива, Уилмер?

Бородатый мужчина за стойкой с удивлением повернулся к нему.

– Просто пива?

Киан рассмеялся.

– Просто пива. Для начала.

– Давненько тебя не видел, – заметил Уилмер и протянул ему бокал, заполненный золотистым варевом.

Киан сделал глоток и ответил:

– Ты ведь знаешь, как сложно с женщинами. Даже пива не выпить, а не то в фурию превратится.

– Ты все еще с дочерью…

– Нет! – Он чуть не подавился своим пивом. Уилмер имел в виду Лидию, с которой Киан развлекался все лето. После того, как застукал Пирию с тем отвратительным парнем.

Хозяин протянул через стойку стакан рома другому гостю, а затем снова повернулся к Киану.

– В этот раз что-то серьезное?

Киан заглянул в бокал и задумался.

– Наверное, да.

Уилмер наклонился к нему.

– Расскажи мне о ней. Как она выглядит? – Он громко рассмеялся, и Киан тоже не смог сдержать смеха.

Он снова поднял взгляд.

– Она… очень красивая, но…

– Красивая? – Темно-карие глаза Уилмера округлились. – Ты влюблен!

Киан покачал головой.

– Это все…

– Сложно?

Киан усмехнулся.

– Да. – Это было идеальное слово, описывающее его чувства к Пирии. Или к Луане… Да, оставлять Илиаса было больно. Но, по крайней мере, ему пришлось наблюдать, как Луана с Ароном влюбленно смотрят друг на друга. То, что их души соединились, спасло ее от смерти. И все же это проделало в груди Киана огромную дыру. До этого момента он думал, что… Он тряхнул головой. Теперь ничего из этого не имело значения, потому что он ошибся.

– Уилмер, – наконец выдавил он, глядя в лицо хозяину таверны. – На самом деле я пришел спросить тебя, не слышал ли ты кое-чего.

Уилмер рассмеялся, фыркнув.

– Я многое слышу.

– Знаю. Именно поэтому я здесь.

– Выкладывай.

Киан незаметно огляделся.

– Ходят слухи, – сказал он так тихо, что шум эльфийских разговоров едва не поглотил его слова, – о принцессе Неа.

– О мертвой спутнице принца?

– Да. Но она принцесса не потому, что стала спутницей Илиаса. У Эльдана была дочь, Уилмер. Мы не знаем об этом, потому что наши мысли изменили.

В этот раз глаза Уилмера стали такими огромными, что чуть не выпали из глазниц.

– Тут говорили об этом или нет?

– О чем именно?

– Если ты не знаешь, то лучше мне ничего тебе не говорить…

– Быть может, я хочу убедиться, что ты посвященный.

Киан прищурился.

– Ты не знаешь, можно ли мне доверять? О, да ладно тебе, сколько мы уже знакомы?

Губы Уилмера дернулись в усмешке, и он наклонился ближе.

– Я догадался, кем была Неа. Раскусил ее некоторое время назад. Через несколько лет после инцидента в часовне… Ну, ты знаешь.

Да, Киан слишком хорошо все это знал.

– Ну так и что?

– Ты говорил, что ее якобы видели, верно? – В ответ Киан кивнул. – Да, первосвященник Тимор, по-видимому, вернулся и видел ее с принцем Илиасом возле дворца. Или они видели его, я точно не знаю. Во всяком случае… да, это правда. Говорят, она как-то выжила после нападения.

Задержав дыхание, Киан прислушивался к каждому слову Уилмера. Илиаса и Неа видели вместе. Значит, его друг знал, что любовь всей его жизни вернулась. Значит, ему не придется вмешиваться и подвергать Пирию опасности. Правда, следующая фраза Уилмера мгновенно отбросила эту мысль.

– И теперь они с принцем хотят свергнуть короля Пертеаса.

Глава 24

Илиас

Чем ближе подходила группа эльфов, тем более странное чувство охватывало Илиаса. Он смотрел на мужчин, облаченных в белые рясы, и ему казалось, что между ними идут две фигуры в черном.

– Вы тоже их видите? – спросил он у Неа и Луаны.

– Эти двое не священники? – Луана напряженно уставилась на приближающихся эльфов.

– Да, – ответила Неа. – Думаю, один из них…

– Киан, – выдохнул Илиас, все осознав. В глубине души он узнал своего друга еще раньше. Но теперь, когда видел его горящие красные глаза, он знал это с уверенностью, которая просачивалась в него как жидкое счастье. Оно растекалось по его груди, по всему телу, до самых кончиков пальцев, которые покалывали и пульсировали.

– Ты скучал по нему, – прошептала Неа рядом с ним, переплетая свои пальцы с его.

Он кивнул. Язык будто онемел. До этого момента он даже не осознавал, как сильно нуждался в Киане. В этой войне он должен быть на их стороне.

– Рядом с ним Пирия.

Да, Неа была права. Одна рука эльфийки с рыжими волосами лежала на ее животе, а другой она вцепилась в Киана. Никто не издавал ни звука, а фигуры эльфов становились все больше и больше, те подбирались все ближе и ближе, пока не остановились перед ними.

Илиас не отрывал взгляда от Киана, который также смотрел на друга, не в силах ничего сказать.

Но именно Неа первой нарушила тишину:

– Вы пришли.

Только сейчас Илиас заметил, что девять священников сверкающими глазами смотрят на Неа. Они не верили своему счастью, и в их взглядах читалось благоговение.

Тимор шагнул вперед и склонил голову.

– Конечно, принцесса. Мы к вашим услугам.

Неа поблагодарила его, а затем обратила внимание на Киана.

– Мы рады, что ты здесь. Думаю, я говорю за всех нас. – Она улыбнулась, в то время как Луана вздернула бровь.

– Да, он вполне сносный маг.

Киан фыркнул, но не смог подавить усмешку.

– Я не смог лишить вас своего присутствия надолго. – Его взгляд на мгновение задержался на Луане, но тут Пирия рядом с ним прочистила горло и широко улыбнулась.

– Я Пирия, его…

– Бывшая, – перебил он ее.

– Киан! – воскликнула Неа, а Пирия смущенно потупила взор.

Брови Луаны практически исчезли в волосах.

– Тогда ты – первое правильное решение Киана.

Он скрестил руки на груди, и в его глазах мелькнуло непонимание.

– И что это должно значить?

– Я считаю, что с твоей стороны было благородно встать на ее защиту. Цена была слишком высока.

Киан бросил взгляд сначала на Илиаса, а затем снова на Луану. Илиас с самого начала видел, как Киан смотрит на эльфийку света.

– Мне пришлось ее заплатить.

– Я так и подумала, – отозвалась она.

– Я тоже, кстати. – Илиас шагнул к другу.

– Илиас, мне жаль…

– Не надо, – прервал его он. – Я бы поступил так же, если бы речь шла о Неа и нашем ребенке. Луана права. Это было единственно верным решением.

– Значит, ты меня прощаешь?

Илиас покачал головой.

– Тут нечего прощать.

Киан выдохнул.

– Ты даже не представляешь, как я рад.

– Пирия может остаться в часовне вместе с Ароном, – сказала Неа. – Они будут там в безопасности, пока я разбираюсь с Пертеасом.

Илиас почти видел огонь в ее глазах.

– Я уже подумал, ты оставила свою человеческую игрушку дома, – обратился Киан к Луане. Она бросила на него злобный взгляд. Илиас заметил, как друг стиснул зубы.

– Вы о чем? – вмешалась Пирия. – Не хочу показаться грубой, принцесса, но я не собираюсь прятаться.

– И я тоже. – Арон подошел к ним в сопровождении Кейлин и Зелфи, которые выглядели измотанными. Конечно, было нелегко научиться по-новому управлять своей магией. – Мы пойдем все вместе.

Пирия кивнула.

– Если вы будете биться, нося ребенка под сердцем, я тоже это сделаю.

Илиас хорошо знал, какой боевой была Пирия, в которую когда-то влюбился его лучший друг.

– Значит, решено, – сказал он, прежде чем Киан успел возразить. – Наши женщины вольны решать сами, – прошептал он ему с мимолетной усмешкой на губах.

Неа

– Я так и думал, что умбры связаны с Пертеасом, – сказал Тимор.

Они ушли в глубь леса подальше от часовни и собрались вокруг разожженного костра, чтобы обменяться информацией и решить, где искать Пертеаса.

– Эти существа всегда были окружены чем-то темным, даже более темным, чем кажется на первый взгляд. Однако то, что они созданы из украденных и замученных душ… Я этого даже в худших кошмарах представить не мог. Что же наделал наш король… У меня просто нет слов.

На несколько мгновений воцарилась тишина. Вероятно, всем нужно было осмыслить то, что сказал первосвященник. Украденные, замученные души… Прямо как душа Ариана. Как будто у него и без этого была недостаточно тяжелая жизнь. Его лицо предстало перед мысленным взором Неа, и ее охватила невыразимая печаль. Он улыбался. Какие бы трудности ни вставали у него на пути, через что бы он ни проходил, Ариан никогда не терял своей улыбки. Интересно, где он сейчас? Неа молилась, чтобы с ним все было в порядке.

– Нельзя подпускать умбр слишком близко к себе, – раздался голос Илиаса. – Однажды я совершил ошибку, и это едва не стоило мне жизни.

– Они сразу вцепляются в горло, если вас некому прикрыть, – продолжила Луана. – Держите их на расстоянии. Их надо вывести из строя прежде, чем они доберутся до вас.

Неа одобрительно кивнула.

– Огонь оказывает самое сильное воздействие. – Она перевела взгляд с Луаны на Кейлин. Один из священников тоже оказался магом огня. – Но, прошу, не забывайте, что у магии здесь есть предел. Она питается вашей сущностью. – Последние слова она адресовала, прежде всего, Кейлин и Зелфи. – Мы не знаем, сколько всего создано умбр. Мы также не знаем, ожидает ли Пертеас нападения. Может, мы встретим его одного. Многие из его стражников уже были ликвидированы.

Тимор сглотнул.

– Да, я помню растерзанные тела. – И он вознес небесам пронзительную молитву.

– Мой отец всегда готов к худшему. В противном случае, он бы не стал созывать армию. – Слова Илиаса заставили ее кровь застыть в жилах. Неа вспомнила, насколько громко звучал сигнал тревоги, и тяжело сглотнула.

– Возможно, именно поэтому он чувствует себя в безопасности во дворце, – вмешался Тимор.

– Я не уверен, что он там, – отозвался Илиас. – Он привык уходить в кузницу, когда обеспокоен или что-то скрывает.

– Но кузницы больше нет, – вмешалась Луана, имея в виду взрыв, произошедший в результате разрушения колодца душ.

Киан подмигнул ей.

– Мы неплохо с ней расправились. – И Луана торжествующе улыбнулась. – Но я также думаю, что сначала нам стоит поехать во дворец, – продолжил он. – Поскольку дворец стоит на окраине города, умбры там вряд ли водятся. Нам известно, что в окрестностях кузницы душ находится, по меньшей мере, одно гнездо. Было бы неразумно позволять им истощить нас. Мы должны сохранить силы для сражения с Пертеасом.

Неа кивнула.

– Да, я согласна. Но сначала нам следует отдохнуть. Мы останемся здесь на ночь и подкрепимся перед отъездом.

Луана

Дыхание Арона постепенно стало размеренным, после чего превратилось в тихий храп. И хотя обычно это помогало Луане успокоиться, сейчас ей не удавалось заснуть. Возможно, это было связано с тем, что она не привыкла спать под открытым небом. К сожалению, проводить ночь в часовне было слишком рискованно. Тихо вздохнув, она снова перекатилась с одного бока на другой, а затем решилась все-таки подняться. Мочевой пузырь сдавило, и, возможно, было бы неплохо прогуляться по лесу.

Луана тихо встала и прошла мимо пары деревьев, чтобы справить нужду. Она натянула брюки и попыталась зайти глубже в лес, но ей не удалось. В темноте сверкнула пара красных глаз.

– Луана.

Она испуганно повернулась.

– Ты что, наблюдал за мной? – прошипела она, надеясь, что в темноте не видно ее алевших щек. В свете луны она увидела Киана. Он выглядел измученным. Луана нахмурила брови и открыла рот, чтобы спросить его, в чем дело, но он подошел еще ближе.

– Ты серьезно говорила?

Она с раздражением посмотрела на него.

– О чем?

– Обо мне и Пирии. О том, что это мое первое правильное решение.

Луана не знала, почему ее сердце на мгновение замерло, прежде чем забиться в более быстром ритме.

– Да? – Ее интонация была скорее вопросительной, потому что она по-прежнему не понимала, к чему Киан клонит.

Черты его лица омрачились, а взгляд потух.

– Это далось мне нелегко.

– Правильный выбор всегда самый трудный.

Киан медленно кивнул.

– Однажды Пирия причинила мне много боли.

– Мне жаль, – ответила Луана, и ей действительно было жаль. Но почему он говорит ей это? Ему не нужно было оправдываться перед ней за то, что он не выбрал Илиаса. Не выбрал их.

– Но это не единственная причина.

– Полагаю, прямо сейчас ты собираешься о ней рассказать?

Киан подошел к ней ближе, и она почувствовала его дыхание на своем лице. Учащенное дыхание. Луана бросила взгляд к опушке в лесу, где спали все остальные. Она не заметила никакого движения и снова обратила внимание на Киана. На Киана, который стоял чертовски близко. Чересчур близко. Луана сделала шаг назад и почувствовала за спиной дерево.

– Прости, что я не вернулся. – Его голос звучал обеспокоенно.

– Тебе не за что извиняться, – ответила Луана, глядя поверх его широких плеч в сторону лагеря. – Как я уже сказала, я понимаю…

– Я беспокоился не только о ребенке. И уж точно не о ней.

Киан опустил взгляд на ее губы, отчего ее сердцебиение стало еще быстрее. Луана не хотела, чтобы Арон увидел их вместе. Поспешно отвернувшись, она шагнула в сторону, но он схватил ее за запястье.

– Останься, пожалуйста.

Луана взглянула ему в лицо и увидела там отчаяние.

– Мне было невыносимо видеть тебя с ним. – От слова Киана ее сердце остановилось. – Я хочу знать лишь одно, Луана. – Он тяжело сглотнул, глядя на нее. – Если бы не ваш союз душ, ты… ты бы осталась с ним?

Она резко выдохнула, выпуская воздух, который слишком долго задерживала в себе.

– Конечно. – Почему он говорит такое? Если бы она не любила Арона всем сердцем, то их союз душ никогда бы не состоялся.

Губы Киана сложились в горькую улыбку.

– Спасибо.

Она приподняла бровь.

– Ладно. Я могу идти?

Он отпустил ее запястье. Луана увидела, как свет в его глазах погас, и почувствовала странный укол в груди.

– Я просто подумал… – начал он. – Когда я впервые увидел твой свет, там… – Он фыркнул и покачал головой. – Ладно. Забудь.

– Киан, – вздохнула Луана, продолжая смотреть в его лицо, пока он не поднял на нее взгляд. – Что бы ты ни хотел сказать, не заставляй меня вытягивать это из тебя.

– Я думал, ты моя вторая половинка. – Слова слетели с его губ шепотом и поразили ее как пощечина.

Луана резко втянула воздух, крепче прижимаясь к стволу дерева, который царапал ей спину.

– Почему? – единственное, что она смогла сказать.

Снова его грустная улыбка.

– Я никогда не видел существа более прекрасного, чем ты. – Его лицо залил легкий румянец. – И я… никогда не чувствовал ничего подобного тому, что чувствую, когда ты рядом со мной. Как сейчас.

Луана слышала, как громко и отчетливо стучит в ушах ее сердце.

– Это… Киан, мне жаль. Мне правда очень жаль, но это не я. Я не твоя вторая половинка.

Он просто кивнул, а затем снова посмотрел на ее губы.

– Могу ли я попросить тебя кое о чем? – прошептал он, опираясь руками о ствол дерева по обе стороны от ее головы. Он наклонился к Луане. Его дыхание было горячим и пробуждало в ней инстинкты, которые она предпочитала подавлять.

– Не знаю, – призналась она, тяжело сглотнув. – Зависит от того, что это за просьба.

Из его быстро вздымавшейся груди вырвался тихий звук. Он облизнул свои губы.

– Могу ли я тебя поцеловать? – Луана распахнула глаза, но он продолжил говорить: – Только один раз. Один-единственный раз, обещаю.

Она услышала позади них шорох и на мгновение напряглась.

– Нет, – спокойно ответила она. Или попыталась ответить спокойно. От всей этой ситуации ее пульс только разгонялся. Луана поднырнула под его руку и прошла мимо. Она обернулась, снова услышав его голос:

– Мне нравится твое упрямство. – Ничто больше в его чертах не указывало на уязвимость, и он озорно ухмыльнулся.

– Дело не в упрямстве, – сказала она. – А в любви. Но ты, кажется, не знаешь, что это такое.

Ее слова вмиг стерли усмешку с губ Киана, и ей стало жаль, что она вообще это сказала.

– Лу, – донесся до нее сонный голос Арона.

Она взглянула на Киана, который все еще смотрел на нее.

– Я буду ждать тебя и докажу, что знаю, что такое любовь. Можешь считать это обещанием.

Не успел он договорить, как Луана почувствовала укол в сердце, напомнивший ей о неизбежном: однажды Арона не станет.

– Я не хочу этого. – Ее глаза вспыхнули, и она сжала руки в кулаки. – После этого… – Луана глубоко вздохнула. Ей было даже думать об этом тяжело. – Я больше никогда ничего подобного не испытаю.

– Ты и не должна. Он твоя первая большая любовь. Мне будет достаточно быть твоей последней.

Тишина. Тишина, тишина, тишина, за исключением бурлящей крови в ее жилах.

– Лу? Все в порядке? – Голос Арона прозвучал у ее уха, и она испуганно съежилась. Она даже не заметила, как он подошел.

– Да, – выдохнула она. На его лице были написаны вопросы, но прежде, чем он успел их задать, Луана схватила его за руку и потащила к спальному месту. Черт возьми, ей вообще не следовало с него вставать!

Неа

Когда на следующее утро Неа проснулась от слишком короткого и не очень крепкого сна, ей потребовалось несколько мгновений, чтобы сориентироваться. Зевая, она огляделась и увидела нескольких священников, которые уже давно были на ногах. Они ухаживали за лошадьми, привязанными в лесу. Было в этой сцене что-то мирное, как и трели первых проснувшихся птиц.

Неа повернулась на бок и посмотрела в лицо спящему Илиасу. Она увидела его расслабленные черты, то, как медленно поднимается и опускается грудь, и улыбка тронула уголки ее рта. Она могла часами наблюдать за тем, как он спит, – настолько будоражило ее его присутствие. Она мысленно вернулась в тот день, когда встретила его как Каая. Даже своими человеческими чувствами она понимала, какая невероятная аура окружала ее темного принца.

Она краем глаза заметила, как Луана выпрямилась и потянулась. Неа слышала, как подруга посреди ночи разговаривала с Кианом. Неа все еще не могла привыкнуть к обостренному слуху, и хотя она отчаянно пыталась отвлечься, все равно услышала почти весь разговор.

Луана почувствовала на себе взгляд и пожелала ей доброго утра, на что Неа ответила взаимностью. После семи лет, проведенных в Эсерии, ей казалось странным, что, несмотря на утренние часы, вокруг них царит ночная тьма. Конечно, не считая освещенного пламенем костра участка.

– Куда занесли тебя твои мысли? – услышала она глубокий голос Илиаса, лежащего рядом. Она только заметила, что он уже проснулся и смотрит на нее.

– Я поняла, что мне понадобится еще немного времени, чтобы привыкнуть к темноте и этому телу. Не знаю, нравится ли оно мне. – Увидев ухмылку на его лице, она спросила: – Что такое?

– Ничего, – ответил он, прежде чем наклониться и поцеловать ее. Он скользнул рукой по ее талии, провел по спине и зарылся ей в волосы. – Ну а мне твое тело нравится. – Неа почувствовала его улыбку на своих губах, и спустя мгновение в ее животе запорхали бабочки.

– Нам пора вставать, – прошептала она, что заставило Илиаса застонать. Неа тихо рассмеялась, а затем оторвалась от него и наконец-то поднялась. Прежде чем отправляться во дворец, им нужно было основательно подкрепиться. Они снова пройдут через мост, находившийся вдали от Кенигсштадта, чтобы им не грозила опасность быть обнаруженными. Все-таки их группа была немаленькой, и они знали, что армия Пертеаса уже ищет их.

Неа прогнала из головы громкий звон колокола, совладав с собой, а затем они отправились в путь и преодолели расстояние до дворца без лишних остановок. Они привязали лошадей внизу у моста, чтобы ничто не мешало им подкрасться к поместью правителя. По улицам по-прежнему были разбросаны части тел. В воздухе витал приторный запах разложения, от которого у Неа защипало в глазах.

– Если он уже был здесь, значит, видел, что сотворил Ариан, – прошептал Илиас Неа.

– Это сделал мой брат? – Арон повернулся к ним лицом и недоверчиво оглядел большую площадь, простиравшуюся перед дворцом. – Это и на словах звучало ужасно, но это… – С его лица сошли все краски. – Мы должны найти его, Неа. Мы не можем просто уничтожить Пертеаса и надеяться, что потом все будет хорошо. Мы должны найти Ариана. И защитить его от себя самого. Как только он сможет ясно мыслить, то возненавидит себя и все, что натворил здесь.

Каждое его слово вонзалось в грудь Неа будто острый нож. Потому что это была правда. Ариан будет раздавлен, узнав, что натворил. Он даже насекомых не мог убить. По крайней мере, тот Ариан, которого она когда-то знала. И любила. Тот мальчик, с которым она выросла. Когда была Кааей.

– Мы позаботимся об этом, когда уничтожим Пертеаса. – Неа была бесконечно благодарна Илиасу за то, что он ответил вместо нее. Ей просто не хватало слов.

– Ну что ж, тогда выдвигаемся? – К ним подошли Киан и Пирия.

– Все готовы? – Неа снова обрела дар речи.

– Я готова, – крикнула Луана.

– И я тоже, – отозвался Арон.

– Мы тоже! – Кейлин и Зелфи.

Первосвященник Тимор склонил голову.

– Мы готовы, если вы готовы, принцесса.

Неа посмотрела на Киана и Пирию, которые кивнули в ответ, как и Илиас. На его лице была написана отчаянная решимость.

– Значит, мы заходим туда прямо сейчас. Я первая.

Внутри дворца запах разложения был куда более резким. К нему примешивался металлический запах, который, видимо, исходил от крови на стенах. Но здесь по-прежнему не было никаких следов жизни. А кто только захочет возвращаться в такое место?

Неа и подумать не могла, что король может жить в подобном месте. Чем дальше они продвигались по заброшенному дворцу, тем менее вероятной казалась такая возможность. Возможно, он просто удалился в свои покои, ожидая возвращения подданных.

– Нужно спуститься по проходу слева. – Голос Илиаса звучал напряженно.

– Некоторые из нас должны пойти другим путем, – предложила Неа, указывая на двух священников. Те кивнули и повернули направо.

Остальные последовали за Илиасом и вскоре подошли к двери в конце коридора, которая была слегка приоткрыта. На ней тоже виднелась кровь.

– Подождите здесь. – Неа жестом приказала всем остановиться и бесшумно прошла в глубь комнаты. Шторы были разорваны, повсюду валялись перья. Они были из подушки, которую кто-то растерзал.

– Что здесь произошло? – спросил Илиас, остановившись рядом с ней.

– Я же попросила подождать.

– Его все равно здесь нет, Неа.

– Кто на такое способен? – Первосвященник вошел в королевские покои и огляделся, округлив глаза. Это место походило на поле битвы. Спальня Пертеаса была разгромлена, и Неа заметила повсюду брызги крови, даже на кровати.

Илиас подошел к письменному столу отца и выдвинул несколько ящиков.

– Зачем Ариан его обокрал?

– Он хотел причинить ему вред. – Арон опустился на колени и собрал с полу некоторые из валявшихся вокруг писем. – Он в ярости и хочет отомстить.

Священник ахнул.

– Значит, ваш брат уже… убил Пертеаса?

– Нет, – ответил Илиас. – По крайней мере, не здесь. Иначе было бы куда больше крови. Эти кровавые следы, вероятно, принадлежат другим жертвам. Когда я встретил Ариана, он сказал, что у него свои счеты с Пертеасом.

– То есть он его похитил?

– Маловероятно. – Арон встал и осмотрелся. – Пертеас бы не пошел с ним добровольно. Им пришлось бы сражаться, и их магия создала бы больший беспорядок, чем разорванные подушки и перевернутые бумажки.

Неа слушала его, а в голове крутились лишь два вопроса. Где Пертеас? И где, черт возьми, Ариан?

– Наверное, он в кузнице, – сказал Илиас.

– Она уничтожена. Разрушена. Больше не существует, – ответила Луана, подойдя к ним.

– А что, если Пертеас в Кенигсштадте? С Сирайей и Рувеном? – спросил Киан.

– Но тогда ты бы знал об этом, не так ли? – Неа огляделась по сторонам. – Если бы Пертеас был в столице.

– Неа? – Голос Арона звучал так настойчиво, что она тут же обернулась к нему. С каменным выражением лица он указал в угол комнаты, где валялись осколки, а рядом – стеклянный шар. Она задержала дыхание. В последний раз она видела такой шар…

Образ Ариана, падающего на колени, всплыл перед ее мысленным взором. Черный луч, серебристый шар, соединяющийся со стеклянным…

«Каая, я… я…»

– Мы нашли тело. Оно еще теплое, – сказал один из двух священников, которые уходили в другую сторону.

– Он был без души? – Голос Неа звучал странно глухо даже в ее собственных ушах.

Священники переглянулись.

– Вполне возможно, да. Там не было крови.

– Значит, Пертеас в кузнице.

– С чего ты так решила? – спросила Луана.

Илиас шагнул вперед.

– Видимо, он пытается ее восстановить. Он снова крадет души. – Он резко кивнул на осколки у ног Арона.

– Где находится кузница? – спросил Тимор.

– В дне пути отсюда. Следуйте за мной. – Илиас повел ее за собой, и Неа обрадовалась, что тело послушалось ее, хотя внутри все болело.

Пока они возвращались обратно, Неа мысленно оставалась в том дне, когда изменилось все.

«Каая, я… я…»

Она стиснула зубы и поклялась самой себе, что уничтожит Пертеаса. Он должен быть в кузнице душ. Обязан. Других зацепок у них не имелось, и Неа даже не представляла, что они будут делать, если его там не окажется. Может быть, он уже на пути в Эсерию? Неужели он и его армия умбр воспользовались разломом в другом мире и столь незаметно ускользнули? Неужели он так быстро оправился после того, как они разрушили его колодец душ?

– Все в порядке? Выглядишь рассеянной. – Луана догнала их, когда они сбавили темп, чтобы не перенапрягать лошадей.

Неа сглотнула и попыталась улыбнуться.

– Да, просто кое-что вспомнила.

– Из-за камней душ?

Кажется, Луана достаточно хорошо ее знала.

– Да.

– Трудно ли было оставить воспоминания о том времени, когда ты… когда ты была Кааей?

Вопрос прозвучал неожиданно. Неа никогда не задумывалась об этом, потому что все казалось ей таким естественным.

– Нет, они еще со мной. Я все это пережила и храню каждое воспоминание в своем сердце.

Луана улыбнулась в ответ, после чего ее лицо приобрело сокрушенное выражение.

– Ты сказала Ариану, да?

– Да. – Неа догадалась, о чем говорит Луана. Она вспомнила их прощание, вспомнила то, как Ариан отреагировал, когда она заявила о решимости вернуться в Туманность, чтобы найти Илиаса и свое тело. – Но это… – она указала на свое тело… – должно было случиться. Я бы не смогла жить во лжи. И если Ариан захочет, то сможет стать частью…

– Неа! – Крик Илиаса прервал ее на середине фразы. Она без раздумий натянула поводья и остановила лошадь. На поляне, к которой они подъехали, стояла большая и черная умбра. Илиас пришпорил жеребца и промчался мимо, направляясь прямо навстречу демону. Неа увидела, как вокруг предплечья Илиаса образовался вихрь, который он запустил в умбру, когда до нее оставалось всего несколько метров. Магия поразила демона теней и подбросила его высоко в воздух. Поляну огласил пронзительный возглас.

Неа слишком быстро осознала, что опасность их не миновала, когда из-за деревьев начали появляться новые тени. Илиас, вероятно, тоже понял, что они больше не одни. Он собрал магию воздуха вокруг себя, и священники на своих лошадях присоединились к нему. Неа вырвалась из оцепенения и бросилась на помощь к любимому.

Казалось, умбры не решались нападать на группу эльфов. Никто из них не делал первого шага. Луана, наконец, слезла со своего коня. Ее глаза вспыхнули красным огнем, а вокруг пальцев заплясали языки пламени. Демоны теней издавали пронзительные звуки, некоторые начали отступать обратно в лес, иные же, напротив, выходили из тени деревьев.

– Подходите, если осмелитесь, – крикнула им она с дьявольской усмешкой на лице. – Но я обещаю, вы об этом пожалеете.

Киан присоединился к ней, затем Арон. Неа тоже спешилась и приготовилась к бою. На ее спине висело Стальное Крыло. И хотя ей, вероятно, больше не придется пользоваться мечом, его знакомый и привычный вес придавал уверенности. Она достаточно попрактиковалась в магии в часовне, но все еще сомневалась в своих способностях. Особенно в магии душ.

– Ты сможешь это сделать, – пробормотал Илиас, не отводя взгляда от умбры, которая стояла недалеко от них. – Я знаю это, ты знаешь это. – Его синие глаза загорелись фиолетовым, как и ее.

Неа кивнула, сделала еще один глубокий вдох, а затем потерла ладони друг о друга. Когда она снова развела руки, между ними собралось плотное фиолетовое облако. Неа направила в него еще больше магии, и из облака начали вырываться яркие вспышки молний. В тот момент, когда две умбры выскользнули из леса и устремились к ним, Неа пустила прямо в них облако. Оно становилось все больше и больше, пока полностью не поглотило двух демонов, не оставив от них ни следа.

– Это было впечатляюще, принцесса. – Улыбка Луаны стала шире. – Но я хочу посмотреть, сможешь ли ты угнаться за мной. – Только она произнесла эти слова, как на ее ладонях вспыхнули два огромных огненных шара. Веселое выражение лица сменилось на гнев, и два огненных шара с громким треском взорвались там, где притаилась горстка умбр.

– Ого! – выдохнула Кейлин. Не прошло и секунды, как Неа увидела несущуюся к ней умбру. Но прежде, чем принцесса успела вмешаться, Кейлин справилась сама. Ее огненный шар получился значительно меньше, чем у сестры, но этого хватило, чтобы прожечь демону дыру в животе. Широко открытыми глазами она наблюдала, как демон упал на колени и опрокинулся навзничь.

– Все в порядке? – Луана бросилась к ней.

Кейлин кивнула, но по ее лицу было заметно, как сильно она испугалась. Но у них не было времени на восстановление сил. Следующая атака умбр не заставила себя долго ждать. Священники и Илиас вовремя парировали огненным дождем, ураганами, фиолетовыми молниями и фонтанами воды, носящимися по воздуху и находящими свои цели. Умбры ослабевали, погибали один за другим. Но их, казалось, не становилось меньше.

Один из священников по имени Лайонард получил серьезную рану в шею, и Луана тут занялась его лечением, пока Арон прикрывал ей спину, орудуя своими кинжалами.

Киан и Пирия стояли спиной к спине в нескольких метрах от него. Он удерживал бегущих к ним умбр с помощью магии крови, а она заставляла их тонуть, наполняя их легкие магией воды.

– Они только прибывают, – выкрикнул Илиас, подбросив в воздух сразу трех умбр. Когда они с грохотом рухнули на землю, он побежал в сторону Неа. – Где-то здесь должно быть их гнездо.

– Может, найти его и уничтожить?

Илиас на мгновение задумался, а потом кивнул.

– Нам нужна Луана.

– Я пойду за ней, и мы вместе проверим лес. Гнездо где-то там.

– Я вас одних не отпущу!

Их взгляды встретились, и Неа увидела в глазах родственной души неподдельный страх.

– Хорошо, – согласилась она и бросилась к Луане, которая только закончила исцелять Лайонарда. – Ты должна пойти со мной. Лайонард, вы тоже, если в состоянии помочь.

– Разумеется, – отозвался священник.

– Куда мы идем? – спросила Луана, когда они вошли в лес.

Неа сосредоточенно высматривала черные тени, мелькавшие среди деревьев. Она схватила подругу за плащ, чтобы та не ушла дальше.

– Сюда! – Они прыгнули за древесный ствол прямо перед тем, как еще одна стаяумбр промчалась мимо них на поляну, где все еще сражались остальные.

– Нам туда, – прошептала Неа, указывая в направлении, откуда пришли демоны.

– Мы ищем гнездо? – Голос Луаны прозвучал взволнованно. Неа не понимала, было ли это из-за того, что она нервничала, или потому, что не могла дождаться возможности снова что-нибудь взорвать. Проигнорировав вопрос, Неа двинулась вперед, а Луана и Лайонард следовали за ней по пятам. Священник отправил в нокаут одну умбру, которая заметила их. Неа взяла его с собой потому, что его магия воды могла помочь в том случае, если огонь Луаны выйдет из-под контроля.

– Неа, осторожно! – Рев Луаны значил лишь то, что из-под контроля вышло нечто совершенно иное.

Глава 25

Неа

Неа даже не заметила, как ее сбило с ног. Она сильно ударилась о твердую землю. Легкие горели, а левая рука болезненно пульсировала. Крик выдернул ее из оцепенения, и она увидела Луану. Та отчаянно пыталась сбросить с себя одну умбру, пока другая цеплялась зубами за ее предплечье. Недолго думая, Неа направила облако фиолетовой энергии в демонов, сметая их с ног. Она на четвереньках подползла к подруге, которая стонала и хватала ртом воздух.

– Лайонард? – выпрямившись, выкрикнула Неа, но от священника не осталось и следа.

– Они забрали его, – выдавила сквозь стиснутые зубы Луана.

Дыхание Неа участилось.

– Куда?

Луана указала здоровой рукой в том направлении, где, как они предполагали, находится гнездо. Значит, туда умбры утаскивали свою добычу?

– Ты можешь… можешь встать? – Вместо ответа Луана оперлась на локти, с трудом подавляя очередной крик боли. Неа прислонилась спиной к дереву и протянула руку, чтобы помочь ей подняться на ноги. Затем Луана послала исцеляющую магию в тело Неа.

– Сначала позаботься о себе!

Луана бросила на нее взгляд, который заставил ее замолчать. Неа почувствовала, как ее ребра снова срослись, а тупая пульсация в руке утихла.

– Я в порядке, – сказала Неа. – А теперь залечи свои раны. Выглядит просто ужасно. – Она смотрела на кровоточащую рану от укуса на руке Луаны, не в силах забыть Ариана, который всего несколько недель назад нанес ей такую же. У нее в животе возникло неприятное чувство.

После того как Луана позаботилась о своих ранениях, они продолжили путь. Не пройдя и сотни шагов, обнаружили в земле огромную дыру, из которой непрестанно выползали новые умбры.

Там, всего в паре метров от отверстия…

– Нет, – выдохнула Неа. Луана рядом с ней тяжело сглотнула. Там лежал Лайонард. Без головы. Его белая ряса была заляпана темно-алым цветом. – Остановись!

Неа снова попыталась ухватиться за ее плащ, но Луана оказалась слишком проворной. Через несколько мгновений она уже стояла у гнезда, раскинув руки, и – Неа с недоверием смотрела на нее – горела. Все ее тело было охвачено пламенем. Затем она повернулась, и Неа заметила опасный блеск в ее глазах.

– Поможешь?

Неа ничего не оставалось, кроме как бежать к своей подруге, активируя собственную магию. Когда она оказалась рядом с Луаной, над ее ладонями уже крутились фиолетовые облака. Они одновременно вытянули руки вперед, из которых вырвался мощный заряд магии. Красный и фиолетовый слились в один водоворот, который со смертельной точностью устремился в земляную яму. Неа почувствовала под ногами дрожь, сотворенную их мощной силой. Крики умбр пронзили ее до самых костей. Какими бы опасными эти демоны ни были, еще недавно они были мирными людьми и эльфами, которые никогда бы не выбрали такую судьбу. Но в нескольких шагах от них лежал мертвый священник, слуга Эйюне, который тоже не заслуживал такой смерти.

– Это было хорошо. – Дыхание Луаны участилось, да и Неа до сих пор дышала тяжело.

– Это было действительно хорошо.

Грудь обеих девушек поднималась и опускалась слишком быстро, и им пришлось собраться с силами, прежде чем вернуться к остальным. На обратном пути их, к счастью, никто не атаковал. Когда лес поредел и Неа увидела Илиаса, ее охватило облегчение. Правда, длилось оно недолго. В дополнение к десяткам умбр на земле лежали три мертвых священника. Затем ее взгляд упал на два других неподвижных тела. Луана вскрикнула от ужаса. К черной крови умбр примешалась красная, вытекавшая из раны на шее Кейлин. Ее глаза безучастно смотрели в темное небо над головой. Рядом с ней сверкнула огненно-рыжая копна волос, принадлежавших Зелфи. Она тоже не двигалась.

– Боги, только не это! – выдохнула Неа, когда Луана опустилась на колени рядом с сестрой. Арон сел рядом с ней, а Илиас подошел к Неа.

– Все произошло так быстро. Умбра бросилась на ее горло, и я… ничего не успел сделать.

– Это ужасно, – задыхаясь, прошептала Неа. – Они обе…

Тень опустилась на его лицо, и он кивнул.

– Они мертвы. – Илиас прижал ее к себе, и из горла Неа вырвалось отчаянное рыдание. – Ты в порядке?

– Да, мы разрушили гнездо… Если бы я не взяла с собой Луану, она бы осталась здесь и предотвратила все это.

– Или умерла вместе с ними. – Илиас заглянул ей в глаза. – Если ты будешь винить себя, это ни к чему не приведет.

Неа прислонилась лбом к его груди. Илиас гладил ее по спине и шептал на ухо, что все будет хорошо. Не слишком ли поздно?

Ее тело напряглось. К сердцебиению Илиаса и рыданиям Луаны примешался какой-то звук.

– Неа? – позвал Илиас, но она уже высвободилась из его объятий и повернулась к деревьям.

– Ты слышишь? – прошептала она.

– Нет, ты о чем?

Она слышала голос, совершенно отчетливо. Нет, не голос. Мысли. Благодаря своей способности к управлению разумом она слышала чьи-то мысли. Мысли, которые были ей неприятны. Неа протянула руку к кусту, сжала ладонь в кулак и потянула – сдернула вуаль с мага воздуха, который замаскировался и скрывался в тени. Он быстро взглянул на нее, прежде чем снова попытался слиться с воздухом. До того, как Илиас успел наброситься на незнакомца, Неа парализовала его магией разума.

– Что происходит? – Киан отстранился от Луаны и бросился к Неа. – Разведчик, – сухо заметил он, осмотрев мужчину. Он был облачен в доспехи из темной кожи, а нижняя половина лица была закрыта черной тканью. На боку у него висел короткий кинжал.

– Если один из них здесь, значит, и остальные недалеко, – пробормотала Пирия, остановившись рядом с Кианом.

Разведчик поставил одну ногу перед другой, но он двигался очень медленно из-за воздействия на него магии разума Неа, пока она его совсем не остановила. Одним движением пальца она заставила его опуститься на колени.

– Что ты здесь делаешь? – Она совершенно отчетливо чувствовала, как мужчина пытается освободиться от ее манипуляций. – Отвечай!

– Шпионю.

– Для чего? – Она не стала спрашивать «для кого».

Эльф зарычал.

– Сюда направляется королевская армия. Они хотят знать, с кем имеют дело.

Неа шумно выдохнула.

– Вся?

– Двести конных солдат во главе с Рувеном Галасом.

Ей даже не нужно было смотреть на Киана, чтобы заметить, как он мгновенно напрягся. То, что суженый его сестры был верным сторонником короля, было ей хорошо известно, но его повышение до генерала ускользнуло от внимания Неа. Но Киан, судя по всему, знал. Он сделал шаг назад.

– Они действуют самостоятельно или их послал король?

– Они действуют по приказу короля.

– И чего он хочет? – продолжал допрос Киан.

«Скорее, кого», – подумала Неа, и разведчик подтвердил ее догадку, посмотрев прямо на него. Его глаза были темно-серыми. В них отражалось слишком много ненависти, чтобы напоминать ей об Ариане, и поэтому она не испытывала жалости, когда в ее голове сформировался план.

– Вы договорились о знаке, который сообщит им, что все чисто?

Рот эльфа скривился. Он все еще пытался сопротивляться ее мысленным манипуляциям.

– Они наверняка уже на пути сюда, взрыв был виден и слышен за много километров.

– Что за знак? – настойчиво спросила Неа, все глубже погружаясь в его разум.

– Я должен запустить огненный шар в воздух.

Неа посмотрела на Илиаса. Илиас тоже смотрел на нее. Разведчик прав. По крайней мере, с момента взрыва армия точно знает, где они находятся. И пока воины не подобрались к ним слишком быстро, они должны придумать, как противостоять им. Эффект неожиданности, пожалуй, был единственным шансом сразить сразу двести эльфов. Неа изучила окружающую ее местность. Если они останутся на поляне, то будут легкой добычей для королевской армии. Ее взгляд скользнул на восток. Туда, где стояла кузница. Если они пойдут в обход, то им придется пересечь горный хребет.

– Садись на свою лошадь, – приказала она разведчику, и тот повиновался.

– Что ты задумала? – осведомился Илиас.

Она указала в сторону гор:

– Мы поднимемся на холм и привлечем их внимание.

– Моя сестра лежит здесь! – раздался голос Луаны.

– Мы вернемся сюда, Лу. – Неа видела, как дрожит подбородок подруги, как она всеми силами борется со слезами. Или со вспышкой гнева. – Пожалуйста. Забирайтесь на лошадей, нам надо уходить отсюда, пока нас не нашли. Иначе тут будет еще больше трупов.

Луана посмотрела на Неа здоровым глазом, в котором плясали яркие искры, а затем подошла к своей лошади.

Остальные последовали ее примеру. Дорога выдалась утомительной, потому что все были сильно измотаны, но всего за несколько часов они добрались до горного хребта. Единственный путь сюда лежал через горный перевал, который они с трудом преодолели. Рувен и его солдаты отправятся сюда, когда разведчик подаст им знак. В голове Неа мелькнула еще одна мысль.

– Ты маг и воздуха, и огня? – спросила она у разведчика, когда они достигли самой высокой точки.

Эльф неохотно кивнул. Их план наконец-то начал обретать форму. Но не успела Неа хорошенько подумать об этом, как мимо нее пронесся огненный шар, опаливший ее жаром, и ударил шпиона в грудь. Тот закричал в агонии и свалился с лошади. Неа быстро спрыгнула на землю, развернулась и увидела Луану, стоящую позади нее с вытянутыми руками. Ее глаза были ярко-красными. В следующее мгновение Луана бросилась к мужчине, но Арон схватил ее за запястье.

– Исцели его! – крикнула Неа Киану. Он на секунду замер, а затем бросился выполнить приказ.

– Лу, что это было?

– ВО ВСЕМ ВИНОВАТ ЕГО ПРОКЛЯТЫЙ КОРОЛЬ! Я УБЬЮ ЕГО! УБЬЮ ИХ ВСЕХ!

– Я тоже этого хочу, – ответила Неа, подходя ближе к ней. – Но мы не должны подходить к мести с горячей головой, слышишь? Он за все заплатит, клянусь. – Как только слова повисли в воздухе, Луана вырвалась из хватки Арона и упала на колени.

– Я убью его, – повторяла она снова, и снова, и снова, разрывая пальцами землю.

– Он умрет, Лу, но для этого мне нужна твоя помощь. Могу я на тебя рассчитывать?

Спустя мгновение, показавшееся вечностью, Луана подняла взгляд. В ее глазах плескалась боль, которую Неа слишком хорошо понимала. Луана, наконец, кивнула, вытерла лицо и схватила руку, которую протягивала Неа.

– Что мне делать?

Неа снова обернулась к разведчику.

– Он жив, – сообщил Киан.

– Значит, он выполнит большую часть нашей работы, – сказала Неа, посмотрев вниз с горного перевала. Тропа была узкой и пролегала почти между высокими, серыми горами. Она хорошо просматривалась, но следов вражеской армии по-прежнему не было. – Как только армия появится в поле зрения, я отправлю его вниз. И когда он встретится с ними, я заставлю его себя поджечь. – Луана распахнула глаза. – Это отвлечет внимание, – добавила Неа, указывая на двух священников. – Вы же маги земли, верно? – Они оба кивнули, и она указала на горы, через которые проходит перевал. – После взрыва вы обрушите на них каменный дождь. – Они снова кивнули. – Воины начнут защищаться, и тогда я нанесу удар. Киан будет следить за Рувеном, а остальные – за армией. Нам нужно, чтобы они выбились из строя.

– Я буду рядом с тобой, – сказал Илиас с напряженным выражением лица.

Неа покачала головой.

– Ты один из самых сильных магов души. Армия не знает, что есть и другие эльфы, кроме Пертеаса, с такой способностью.

Нерв на лице Илиаса дернулся, но он не стал возражать. Армия Рувена значительно превосходила их численностью, и каждый их шаг должен быть хорошо просчитан.

– Я хочу их поджарить, – прорычала Луана.

Неа обещала предоставить ей эту возможность. Но сперва они воспользовались оставшимся временем, чтобы отдохнуть после долгого пути и набраться сил перед предстоящей битвой.

Поскольку удерживать разведчика под контролем требовало слишком много энергии, Неа наконец-то заставила его призвать своих людей. Вражеский эльф выпустил в небо огненный шар, окрасивший пейзаж перед ними в зловещий красный цвет. После все снова погрузилось в мирную темноту. Но это лишь затишье перед бурей. Неа напряглась и обвела взглядом всех присутствующих. Разведчик уже вскочил на своего коня и был готов ехать, как только она подаст ему знак. Остальные заняли позиции и, как и Неа, укрылись за деревьями. Теперь им оставалось только ждать прибытия Рувена и его армии.

Вскоре подул ледяной ветер, от которого по ее рукам побежали неприятные мурашки. Неа знала, что дело было не в смене погоды. Она осторожно выглянула из-за дерева и, благодаря обостренным эльфийским чувствам, сразу заметила медленно приближающуюся армию. Во главе ехал Рувен Галас, маг воздуха и воды. Неа вспомнила их прошлую встречу на свадебной церемонии: тогда она еще была в теле Кааи. Вспомнила холодные глаза генерала.

– Четверо мужчин позади него – офицеры. По одному на каждый элемент, – объяснил Илиас ей на ухо. – Передние ряды состоят из магов огня и воздуха, которые сразу бросятся в атаку, а маги воды и земли будут сосредоточены на обороне.

Неа задумалась. Она позволила им приблизиться еще на несколько метров, прежде чем отправить разведчика вниз. Затем повернулась к своей маленькой армии и убедилась в том, что все готовы. Два мага земли расположились так, чтобы хорошо видеть вершины гор, а еще один священник стоял рядом с Неа, прикрывая тыл.

– Сейчас, – сказала она разведчику, который тут же схватил поводья своей лошади. Неа так глубоко проникла в его разум, что взяла под контроль его мимику, жесты, даже управляла его кобылой. С бешено колотящимся сердцем она наблюдала за тем, как он прокладывает себе путь через горный хребет. Метр за метром. Казалось, все ее друзья затаили дыхание, провожая мужчину взглядом. Неа послала еще больше магии в голову вражеского эльфа и теперь могла видеть его глазами и ощущать учащенный пульс. Даже подслушивать его сумбурные мысли, в которых он проклинал ее всеми возможными словами. Ну, он имел на это право. Неа не нравилось это делать, но она должна была защитить себя и своих друзей. Они должны пережить эту битву. Во всяком случае те, кто еще остался.

Совсем скоро разведчик доберется до армии. Заедет в центр строя и станет живой бомбой с помощью своей магии огня. Осталось совсем чуть-чуть.

Эльф тем временем подобрался так близко к Рувену, что Неа видела его глаза. Темно-синие. Ледяные. Недоверчивые и подозрительные. Неа или, скорее, разведчик почувствовал, что что-то не так. Чем ближе мужчина подходил к генералу, тем медленнее становились его движения. Неа заставила разведчика посмотреть вниз и увидела, что ноги кобылы сковал лед. Дыхание Неа участилось, пока она смотрела на то, как лед распространяется по всему телу животного и добирается до эльфа. Разведчик и кобыла замерли в движении, и Рувен оказался всего в нескольких метрах от него.

«Он маг воздуха и воды, – вспомнила Неа. – Он умел создавать лед».

Он раскусил ее план.

– Что вы задумали, захватчица трона? – спросил Рувен, глядя в глаза разведчика и проникая глубоко в душу Неа. – Хотели заманить нас в ловушку?

«Что же нас выдало?»

Но вместо того, чтобы подумать об этом, Неа покинула голову разведчика, чтобы уже самой наблюдать за тем, как Рувен отрубает эльфу голову.

– Начинаем! – крикнула она священникам, и дальше все закрутилось. Огромные куски камней откололись от гор и покатились вниз, погребая под собой солдат. Они среагировали быстро – слишком быстро, – и маги земли и воздуха перехватили камни. Как правильно догадался Илиас, они располагались в задних рядах. Обе попытки отвлечь внимание потерпели неудачу, и Неа лихорадочно обдумывала дальнейшие действия. Армия приближалась, а ее маги земли уже сбросили на них груду камней.

– Ты говорила, что хочешь их поджарить? – обратилась она к Луане, не отводя взгляда от вражеской армии. Луана подошла к ней. – Тогда мы построим тебе печь.

Два мага земли догадались о ее новом плане и снова направили магию на скалы. Обломки, все еще нависавшие над головами солдат в первых рядах, затвердели, а путь назад им преградила еще одна массивная скала.

– Да начнется игра. – Луана так глубоко погрузилась в себя, что засветилась в темноте подобно факелу. С громким криком она выпустила пламя. Огромная огненная струя устремилась к вражеским эльфам. Передним рядам удалось спастись, но остальные оказались заперты в созданной священниками пещере, из которой не было выхода. Их крики пронизывали Неа до самых костей.

И первый успех длился недолго. Огненный луч Луаны замерз прямо на лету, и крики стихли. Рувен был силен. В следующее мгновение лед раскололся, и тысячи осколков, как острые снаряды, обрушились на Неа и ее друзей. Она едва успела создать щит из воздуха, достаточно большой, чтобы защитить и ее, и Луану. Арон тоже был под защитой, но тут Неа услышала громкий стон одного из священников. То был маг земли, стоявший впереди. Один из ледяных осколков вонзился ему в живот, и Неа с ужасом наблюдала за тем, как мужчина обмякает и падает на землю. Спустя секунду лед поразил и второго мага земли. Странно, но в этот момент Неа поняла, что даже не знала их имен.

Не успели они оправиться от атаки, как Рувен уже приказал своим солдатам направить на них новую волну атак – на этот раз в виде огненных шаров. Пирия отреагировала быстро, создав водяную стену, в которой пламя с шипением потухло. Казалось, она собралась с силами и послала мощную волну к подножию горного перевала. Лошади вражеских эльфов ржали и пытались уклоняться. Спасшиеся устремлялись все выше и выше вместе с всадниками.

Неа осознала, что пришло ее время. Она закрыла глаза и сосредоточилась, насколько позволяла ситуация. Магия разума вырвалась из ее головы, покалывая на кончиках пальцев. Пока эльфы пытались взять под контроль своих лошадей, она выпустила черную энергию и проникла в их головы, чтобы поиграть с мыслями.

– Безумие! – услышала она голос Тимора позади. – Они атакуют друг друга.

Неа открыла глаза и посмотрела на свою работу. Как уже сказал Тимор, вражеские эльфы начали нападать друг на друга. Один из них с помощью магии воздуха сбросил своего товарища с коня, а второй вонзил клинок в горло лежащего на земле воина.

Неа увидела рядом с собой Луану, которая уже приготовилась к следующей атаке. В тот момент, когда вражеские эльфы начали перенаправлять потоки воды в траншею, Луана начала действовать. Она сотворила из огня волну, которая поглотила нескольких всадников спереди, но не смогла добраться до тыла. Затем Илиас направил поток ветра, заставивший огонь быстро распространиться по королевской армии. Луана громко зарычала и воздвигла вторую преграду, чтобы удержать нападавших подальше. Метровые языки пламени вырывались из-под земли, образуя стену между ними и всадниками.

– Это выиграет нам немного времени.

– Будь осторожна, не израсходуй всю энергию, – сказал Киан.

Луана в ответ промолчала.

Илиас, Киан, Пирия, Тимор и два оставшихся священника воспользовались своими силами и обрушили их на тех, кто избежал мысленных манипуляций Неа и огненной мощи Луаны. Даже Арон успел поразить кинжалами нескольких солдат, не дав им подняться выше.

Неа почувствовала, что силы постепенно иссякают, и покинула чужие головы. Все больше и больше эльфов теней направлялось в их сторону. Армия почти добралась до них. Неа и остальные начали отступать, пока не достигли леса. Долгий путь стоил им дополнительных сил, которых у них на самом-то деле не осталось. Луана снова и снова создавала огненные стены, но и ее энергия тоже заканчивалась.

– Подпитайся моей сущностью. – На лице Илиаса выступили капельки пота, когда он повернулся к ней. – Я не умею так хорошо управлять магией душ, как ты. И боюсь, мои вихри не ослабят противников так, как твои силы. Так что возьми у меня энергию.

– Илиас… – Неа никогда раньше этого не делала. Она не знала, каково это – черпать силы из чужой эльфийской сущности. Не знала, как далеко могла зайти, чтобы не причинить ему вреда. Он и так выглядел бесконечно усталым.

– Иначе мы в любом случае погибнем, сердце мое.

Неа огляделась. Они были окружены. Все больше и больше солдат прорывалось сквозь огненную стену, которая была уже не такой сильной, как вначале. Вместе с силами Луаны угасало и ее пламя. Даже если они убили сотню солдат, то осталось еще столько же.

Неа кивнула.

– Я сделаю это.

– Я готов.

Она закрыла глаза, сосредоточилась на дыхании и сердцебиении своей второй половинки и с помощью их союза легко подобралась к его душе. Ей не нужно было ничего делать, кроме как коснуться ее. Это она и сделала. Сила Илиаса начала вливаться в нее, и ей вдруг стало страшно. Там и так осталось немного. Она поняла, что стоит быть осторожной, чтобы не высосать из него последние остатки энергии. Когда она разлепила веки, ее глаза были черными.

Неа без особых усилий проникла в головы эльфов, еще сильнее стравливая их между собой. Она могла даже определить, кого и как атаковать, чтобы те начали убивать товарищей. Пока они уничтожали друг друга, Киан и Пирия из последних сил боролись с остальными.

Но этого было недостаточно. Один из священников лежал на земле, второй кашлял так, будто его душа вот-вот покинет тело. Луана опиралась на дерево, пока залечивала раны Арона. Ему пришлось вступить в рукопашный бой с кинжалами, что было весьма небезопасно. Киан и Пирия тоже постепенно слабели. Илиас сидел, привалившись к дереву позади Неа. Они с Тимором остались единственными, кто еще мог сражаться. Однако скоро и они истощат свои запасы магии. И не продержатся долго. Все они. Тяжело дыша, Тимор подобрался к дереву и опустился на землю.

– Там осталось не менее пятидесяти солдат, – задыхаясь, сказал Илиас. – Ты не можешь это сделать, Неа. Не ценой… своей жизни.

В это мгновение из земли вырвались корни и тут же обвились вокруг запястий Неа. Не успела она понять, что происходит, как ледяная сосулька устремилась ей в грудь. Огненная стена погасла и не отразила атаку. В последнюю секунду Неа увернулась, и острие вонзилось в плечо, а не в сердце.

Илиас вскочил и встал перед ней, чтобы защитить.

– Это Рувен.

Неа не удивило, что генерал еще жив. Она освободилась от корней и потащила Илиаса в тень дерева.

– Они убьют нас.

Илиас обхватил ее лицо ладонями. В его глазах горела любовь, боевой дух, желание жить. Никаких забот и страхов. Однако его последующие слова заставили ее кровь застыть в жилах:

– Забери его душу.

Сначала Неа не поняла, о чем он говорит, но потом с ее глаз будто спала пелена.

– Ты хочешь, чтобы я создала разлом между мирами?

– Они все равно не поймут, как его использовать. Мы уйдем и соберемся с силами, прежде чем вернуться.

– Я… я не знаю, смогу ли сделать это.

– Ты можешь это сделать.

– Но Сирайя… – прошептала Неа. – Она сестра Киана и родственная душа Рувена. Она умрет вместе с ним, Илиас.

Илиас измученно закрыл глаза.

– Знаю. Поверь, мне так же больно. Но если мы не одолеем его, то умрем, и тогда никто больше не сможет противостоять моему отцу.

– А если у меня не хватит сил? Я разорву свою душу на части… – И Илиас умрет вместе с ней. Нет, об этом не могло быть и речи.

Неа сделала глубокий вдох, затем выдохнула. Вытащила стальные клинки из ножен на спине.

– Я не позволю своей магии поглотить меня. И не позволю, чтобы кто-то еще пострадал. – Она отвернулась от Илиаса, после чего бросилась на поле боя с клинком наперевес. Неа едва увернулась от огненного шара, который тут же опалил дерево позади нее. Только она оправилась от испуга, как кто-то замахнулся на нее мечом. Неа пригнулась, уклоняясь от удара, и не заметила, как к ней приблизился второй огненный шар. Он обжег левую ногу, и она вскрикнула от боли.

– Неа! – Спустя несколько секунд Илиас оказался рядом. Он послал облако с магией душ в сторону нападавшего.

– Все в порядке, – выдохнула Неа. – Осторожно! – Она пихнула Илиаса и выставила перед собой стальной меч, чтобы блокировать удар врага, который чуть не пронзил ее вторую половинку. Эльф, державший оружие, сердито скривил лицо.

– Жалкая предательница!

Несмотря на боль в плече, Неа собрала все силы в удар и оттолкнула эльфа. Тот с громким криком упал в огонь, который поглотил его целиком. Вдалеке было слышно, как через ров переправляются следующие солдаты. Это не прекратится. Никогда не прекратится. Ноги Неа задрожали и подкосились. Она опустилась на колени, и Илиас подполз к ней. Из его груди вырвался гортанный стон, когда он сгустил воздух вокруг них, создавая щит. Как тогда, в кузнице душ, когда она еще была в теле Кааи. Взгляд Неа затуманился, глаза наполнились слезами.

И вот она снова потерпела неудачу. Погубила всех своих друзей. Теперь ничто не могло помешать Пертеасу отправиться в Эсерию. Больше нет. Ведь она помешала Элоре запечатать разлом и сама же его укрепила.

– Ты хотела… вернуть наш народ… в Эсерию. – Илиас тяжело дышал. – Ты должна была… помешать им… закрыть разлом.

Даже в такой безвыходной ситуации он пытался не позволить чувству вины сожрать ее целиком. Над их головами безостановочно рассыпался огненный дождь, разрушавший воздушный щит. Наконец, среди деревьев в нескольких метрах от них Неа заметила Рувена. Если он, конечно, не был игрой ее воображения. Однако ей казалось, что он пронзал ее взглядом темно-синих глаз, а на его губах играла ледяная усмешка.

Неа с трудом встала на ноги, не желая встречаться с врагом, стоя на коленях. Илиас удержал ее за руку.

– Не уходи.

– Я должна.

Позади Рувена появилось еще больше солдат в кольчугах. Один из них заметил Тимора, который все еще сидел с закрытыми глазами, прислонившись к дереву.

– Первосвященник! – закричала Неа, но было уже слишком поздно. Эльф вонзил меч глубоко ему в грудь. Когда он вытащил лезвие, из раны буйным потоком хлынула кровь. Тимор судорожно пытался зажать грудь руками. Но у него не было ни единого шанса. Спустя несколько мгновений он безжизненно завалился набок. Неа сразу подумала об Эдит, об их общих детях и внуках. В конце концов, Тимор только вернулся в их жизни после долгого отсутствия…

– Вы пришли выполнить грязную работу за Пертеаса? – крикнула она Рувену. Ее голос был полон боли. – Где этот трус?

Глаза Рувена вспыхнули.

– Боюсь, нашему королю требуется отдых после того, как вы и ваши маленькие друзья убили его умбр.

Неа нахмурилась. Смерть умбр ослабила Пертеаса?

– Я здесь не для того, чтобы болтать. Кого из вас, предателей, убить следующим? – Он подошел опасно близко к Луане, которая с трудом встала на ноги. И хотя она выглядела усталой, в ее глазах сверкали искры. Неа наблюдала за тем, как Луана сжимает кулаки, но пламени не последовало. Ее подруга была на пределе своих сил. Рувен как в замедленной съемке обнажил свой меч.

– НЕТ! – прорычала Неа, и Илиас отреагировал слишком поздно, чтобы остановить ее. Несмотря на обожженную ногу, Неа, хромая, направилась к подруге, только чтобы остановиться на полпути. Глаза Луаны округлились, и она задержала дыхание, когда сталь встретилась с плотью.

Глава 26

Луана

Словно сделанный из пергамента, Рувен просто склонился вперед. Луана подняла голову, не в силах поверить в то, что видит. Кого видит. Леди Элора подняла меч, лезвие которого было обагрено кровью Рувена.

– Если кто-то и убьет мою внучку, это буду я! – Уголки ее губ дернулись в озорной усмешке. Сделав несколько шагов, она оказалась рядом с Луаной и колебалась всего секунду, прежде чем обнять ее.

Сердце Луаны забилось где-то в ее горле. Может, она все-таки умерла и это был просто кошмарный сон? Она робко положила руки на спину бабушки, обнаружив, что она вполне осязаема. Это была реальность. Она в самом деле была здесь. И не одна, как поняла Луана, оглядевшись по сторонам. Исаноа, Мара, Горас, Элен, Аурелия и Ренна тоже орудовали мечами, разрубая одного измученного эльфа теней за другим. Светлые эльфы не знали, как использовать здесь свою магию, но это не имело значения: их противники были настолько истощены, что едва держались на ногах.

– Почему вы здесь? – спросила Луана у бабушки.

Верховная Леди приподняла одну бровь.

– Чтобы помочь тебе, глупое дитя. Где твоя сестра? – Она посмотрела через плечо Луаны в лес.

Глаза Луаны наполнились слезами, и все внутри сжалось. Она лишь покачала головой, и бабушке потребовалось всего мгновение, чтобы понять.

– Пресвятая Эйюне, – задыхаясь, прошептала Элора. – Как это случилось? Когда?

– Несколько часов назад, – всхлипнула Луана. – Умбры.

– Я бесконечно сожалею о вашей потере. – Неа присоединилась к ним и посмотрела на Элору.

– Спасибо, – отозвалась та. – Возможно, все сложилось бы иначе, не будь я такой упрямой.

Луана едва могла поверить своим глазам, когда ее бабушка протянула руку Неа. Она приняла ее.

Внезапно по лесу прокатилась взрывная волна, которая сбила всех с ног.

Неа

Очнувшись, Неа услышала высокий звуковой сигнал, отдававшийся у нее в ушах. Она несколько раз моргнула, прежде чем смогла что-то разглядеть. Верховному Совету, по-видимому, удалось уничтожить последних солдат. Но откуда взялась эта взрывная волна? Неа огляделась. Очевидно, она пришла в сознание первой.

Она с трудом села. Илиас неподвижно лежал рядом с ней, но она всем своим существом чувствовала, что с ним все в порядке. Что он, по крайней мере, жив. Луана и Арон тоже дышали.

В ее голове сформировалась мысль.

– Я скоро вернусь. – Неа наклонилась, убрала несколько прядей с лица Илиаса, а затем схватила Стальное Крыло и оперлась на него, чтобы подняться. Ее ноги дрожали. Она убрала меч в ножны на спине. Внимательно вглядываясь в темноту, Неа различила место, где они привязали лошадей и убили первых солдат. Окружающее пространство казалось ей знакомым, и в глубине души она знала, что находится именно там, где должна была быть. Неподалеку она обнаружила руины кузницы душ. Бегство от поля боя приблизило их к этому ужасному месту.

Если они правильно расценили ситуацию во дворце, Пертеас находится именно там. Магия Неа завибрировала в венах, будто соглашаясь с ней. Он прятался в развалинах своей кузницы, как жалкий трус. Послал своих солдат на битву, словно пушечное мясо, после того как умбры понесли достаточный урон. Подходящая тактика для того, кто любит идти по головам. Хотя если бы Верховные эльфы не пришли, битва наверняка закончилась бы иначе. Теперь вокруг них лежали сотни мертвых эльфов теней и умбр. А если сказанное Рувеном было правдой, значит, с каждой умброй умирала и часть души Пертеаса.

С каждым шагом, что Неа делала по пути к кузнице душ, она чувствовала, что поступает правильно. Пертеасу придется умереть, чтобы народ эльфов теней мог вздохнуть с облегчением. Она должна была отомстить за смерть своих родителей. И за саму себя. Неа прищурилась, и там, среди оставшихся от убежища Пертеаса руин, действительно показалась худая фигура. Черный плащ развевался на ветру, как и длинные темные волосы. Он услышал, что она подошла ближе, и медленно повернулся.

– Значит, это правда. – Пертеас окинул взглядом черных глаз ее лицо и тело. – Как такое возможно?

– Ты хотел убить меня, напав сзади. Меня и моего ребенка. – Неа продолжала медленно приближаться к нему через завалы и пепелище. – Твоего внука.

– Что ты сделала? Как ты вернулась?

– Я никуда не уходила. – Когда до него осталось несколько метров, она остановилась. – Тебе придется использовать более мощное оружие, чтобы убрать меня с дороги, чудовище. – На лице Пертеаса отразилось беспокойство, и его безупречная маска рассыпалась. – Что ты вообще делаешь в руинах своей пыточной? Прячешься от меня? – Он бросил короткий взгляд на землю, и, проследив за ним, Неа заметила у его ног осколки стекла. – Ты продолжаешь свои больные эксперименты.

Была ли сбежавшая душа ответственна за ударную волну, которая лишила их всех сознания?

– Это все, что у меня осталось, – ответил он, и в его голосе прозвучало смирение. – Мои умбры не покинут меня, никогда не предадут, как это сделал мой сын.

По венам Неа растеклась горячая ярость.

– Ты серьезно думал, что Илиас будет рядом, после того как ты убил меня и нашего нерожденного ребенка?

– Я уверен, ты понимаешь, почему мне пришлось это сделать.

– Да. – Неа смерила его опасно спокойным взглядом. – В противном случае, народ бы узнал, что я все еще жива. Единственная дочь истинного правителя. Ты боялся за свой трон. За свою корону. В конце концов, что такое моя жизнь по сравнению с куском металла?

– Они бы узнали, что я сделал. – Пертеас отступил назад. – Прошло бы немного времени, и они…

– Пожелали твоей смерти? – Неа покачала головой. – Ты убил моих родителей, присвоил себе трон с их кровью на руках. Устроился в их доме и надел себе на голову корону моего отца. Люди бы захотели свернуть тебе шею. Но, Пертеас, то, что я собираюсь сделать с тобой, в тысячу раз хуже.

– Хочешь корону? – насмешливо спросил он. Его правый глаз подозрительно подергивался. – Забирай. Только позволь мне восстановить кузницу. Больше мне ничего не надо.

Неа не смогла удержаться от горького смеха.

– Мне не нужна твоя корона. Я просто хочу, чтобы ты страдал, предатель. – Она вытянула вперед руки. Неа не знала, как долго пролежала без сознания, но этого хватило, чтобы восстановить силы. Стена густого фиолетового тумана накатилась на Пертеаса, заставив того измученно вскрикнуть.

– Ты одна из нас? – выдохнул он. – Магов душ? – Неа не успела даже ответить, как на его лице отразилось осознание. – Это ты создала первый разлом.

Неа снова занесла руки, но в этот раз противник был готов к атаке. Пертеас укусил себя за предплечье так, что проступила кровь. Не прошло и секунды, как он создал вокруг себя кровавый щит, от которого отскочила магия Неа.

– Ты отправила свою душу в Эсерию.

– Я не желаю с тобой разговаривать. – Она щелкнула пальцами, и Пертеас со стоном схватился за голову.

– Убирайся из моей головы, дрянь! – Он создал взрыв фиолетовой энергии, и ударная волна отбросила Неа на несколько метров. Ее магия разума прервалась, и Пертеас освободился. Тяжело дыша, он направился к ней. – Ты правда хочешь, чтобы один из нас умер, принцесса? Мы одной крови. Два последних мага душ.

Задыхаясь, Неа поднялась на ноги.

– Ты ошибаешься. Есть еще один.

Пертеас нахмурился. Только сейчас она заметила, насколько старым он выглядел. Его лицо избороздили морщины, а также следы злоупотребления магией. Он уничтожит себя, если она бросит ему вызов. И хотя это было рискованно, Неа медленно, очень медленно повернулась к нему спиной, на которой теперь, помимо фиолетовых и черных рун, красовались белые завитки.

Она услышала, как задыхается Пертеас.

– Илиас. Вы заключили с ним союз.

Неа улыбнулась ему, глядя через плечо.

– В тебе больше нет ничего особенного, маг душ. Твой сын так же силен, как и ты.

Смех Пертеаса напомнил ей лай бродячего пса.

– Никто так не силен, как я! – Он внезапно умолк, увидев Стальное Крыло, все еще висевшее на ее спине. – Ты?

– Вот ты и узнал, что я собираюсь отомстить тебе не только за моих родителей. – Неа развернулась и с лязгом вытащила меч из ножен.

– Ты поднимаешь восстание из-за проклятого полукровки?

Неа прищурилась.

– Не стоило этого говорить.

Пертеас уклонился от первого удара, но она этого ожидала. Второй удар вышел еще сильнее. С искривленным от боли лицом он схватился за кровоточащую руку. Неа знала, что он больше не может вызывать магию. Его сущность вот-вот должна была раствориться. Без своих умбр и колодца душ он был бесполезен. Ее силы тоже истощались, но она больше не будет полагаться только на свою магию, чтобы защитить себя. Или сбить противника с ног. Когда она снова посмотрела на Пертеаса, его ноги уже подкашивались. Он не был ей достойным противником.

– Твое последнее слово? – Неа приставила кончик лезвия к его горлу. Он мерзко ухмыльнулся в ответ, и она одним ударом ноги повалила его на землю. – Я хочу насладиться этим, – выдохнула она.

– Знаешь что, принцесса? – По его зубам стекала кровь. – Ты не сможешь меня убить.

Неа остановилась и, прищурившись, посмотрела на него.

– Ты переоцениваешь мое чувство морали.

– А если я говорю не о твоей морали?

– Я не знаю ни одной причины, по которой стоит оставить тебя в живых.

Улыбка Пертеаса стала шире, прежде чем он начал смеяться как умалишенный.

– Возможно, ты права. Но стоит попробовать. – Он прижал ладонь к груди, и на его лице появились новые черные рубцы. Он давно должен был умереть.

– Что ты делаешь? – прошипела Неа, приготовившись атаковать снова. Затем ее внимание переключилось с Пертеаса на тень, которая мелькнула между деревьями, надвигаясь на нее.

– Как тебе известно, мы с умбрами тесно связаны, – начал он, пока Неа наблюдала за черной фигурой в лесу. – Даже существует способ, с помощью которого они могут проникать в мой разум, а я – в их.

Она не могла объяснить почему, но ее сердце забилось с новой силой. Этот силуэт… его рост, его походка…

– Кто это?

– Назовем его… моим секретным оружием.

Глава 27

Неа

Когда она узнала вышедшего из тени человека, в ее голове промелькнуло одно-единственное слово. Нет.

Нет, нет, нет, нет, нет.

Его густые черные волосы переливались в слабых лучах луны, а светлые глаза сверкали в темноте, как у хищного зверя. Двигался он так же медленно. Как опасный зверь, приближающийся к своей добыче.

Нет.

На изуродованном лице Пертеаса засияла дьявольская улыбка.

– Подойди ближе, друг мой.

Нет.

– Пожалуйста, не надо, – прошептала Неа.

– Ты выглядишь по-другому. – Его голос поразил ее прямо в сердце. Подобно яду, чувство бессилия излилось по всему телу. Он тоже выглядел по-другому. Белки́ его глаз поглотила глубокая чернота, но радужка сверкала тем знакомым серым цветом, который всегда напоминал ей о доме.

– Ариан, – с дрожью сорвалось с ее губ.

Он криво усмехнулся.

– Как хорошо, что ты меня узнала.

Иногда дом – это нечто большее, чем просто четыре стены. Иногда дом – это пара глаз. Голос. Улыбка. Биение сердца. На ее глаза невольно навернулись слезы, лишив ее возможности дышать.

– Ариан, – снова сказала она.

– Но я не узнаю тебя. – Он прищурился, и окутавший его черный дым стал плотнее. – Ты действительно сделала это, Каая.

Сколько раз сердце могло разбиться, чтобы его невозможно было собрать по кусочкам?

– Я должна была.

Его смех звучал как фырканье.

– Ты сделала это ради него. Но знаешь что? Мне совершенно плевать.

Из уголка ее глаза скатилась одинокая слеза, открывая путь новым кристально чистым каплям.

– Пожалуйста, Ариан. Ты сам на себя не похож.

– И это говоришь мне ты?

– Он тебя контролирует!

– Пертеас – единственный, кто поверил в меня. Если бы не его сила, я давно был бы сломлен. Из-за тебя и твоего предательства. – На мгновение черные полосы в его глазах отступили, являя того раненого мальчика, которого она встретила три года назад в переулке в Сильверштурме.

Его слова причинили ей такую боль, что с таким же успехом он мог вонзить нож ей в живот.

– Это неправда. Ты всегда был сильным, Ариан. Ты столько всего пережил. И смог выжить.

– Да, – спокойно ответил он. – Ты была моим лекарством. А теперь ты – болезнь. – В его руках вспыхнули черные молнии. Неа попыталась отойти назад, но тут ее травмированная нога подогнулась, и она застонала. У нее не осталось сил.

– Пертеас – болезнь, – отозвалась она. Лицо Ариана расплылось перед глазами.

– Кончай уже с болтовней, – сказал Пертеас, и молний в руках Ариана стало больше. Громко закричав, он выпустил их в Неа, у которой не было ни единого шанса уклониться от атаки. Они взорвались на ее коже огнем, а затем вонзились в конечности.

Когда Ариан атаковал снова, Неа превратила воздух вокруг себя в толстый щит. Черная магия обрушилась на нее, и некоторые лучи даже пробились сквозь защиту, оставляя кроваво-красные рубцы на ее коже.

– Ариан, пожалуйста! Очнись! Он контролирует тебя! Пожалуйста, вернись ко мне!

Его громкий смех прокатился сквозь тишину ночи. Лицо Ариана исказилось от отвращения. Все это было бессмысленно. Даже если она не хотела этого признавать, был лишь один способ спасти себя и ребенка. Ей придется дать отпор. Неа погрузилась глубоко внутрь себя, и ее разум будто длинными пальцами потянулся к сознанию Ариана, чтобы манипулировать им.

Она отметила, что контроль Пертеаса был силен. Но ее магия разума была сильнее. Ариан схватился за голову обеими руками и закричал так громко, что по ее телу пробежали мурашки.

– Перестань сопротивляться! – взревел Пертеас.

В это мгновение ее выбросило из сознания Ариана. Связь между ним и Пертеасом была совершенно иного характера. Ее магия не могла противостоять им. Не сейчас, когда она была так ослаблена. Ариан кричал снова и снова. Крик был еще более ужасающим, чем тогда, в ольховом лесу. В тот последний день, когда они были счастливы. Неа знала, что должна быть сильной, но не смогла сдержать рыданий, сотрясших ее тело.

«Хочешь пойти со мной?»

«У тебя рана на коленке…»

«У меня есть с собой немного еды».

– Ариан, – прохрипела Неа, протягивая к нему руки. – Прошу! – Она опустилась на колени и вцепилась во влажную землю, захламленную обломками кузницы. – Не покидай меня.

Только когда воцарилась жуткая тишина, она подняла затуманенные слезами глаза. Ариан стоял над ней, и его лицо ничего не выражало. В нескольких метрах от него лежал Пертеас, свернувшись калачиком на земле.

– Здравствуй, принцесса, – сказал он голосом Ариана. Кровь застыла у нее в жилах.

– Что ты сделал? – прошептала она.

– В этом облике ты больше не хочешь меня убивать, верно? – Ариан занес руку и со всей силы ударил ее по лицу. Голова дернулась в сторону, а перед ее глазами заплясали черные пятна.

Когда он снова занес кулак, Неа создала воздушный щит и начала отползать подальше от него. Но далеко она не продвинулась. В ее руках тоже не осталось сил. Черные молнии пробили щит и поразили ее, заставив закричать в агонии. Ее тело изогнулось дугой от боли, и она прижала руки к животу, пытаясь защитить ребенка. Через мгновение он снова подойдет к ней… Она задрожала, когда Ариан схватил ее за ноги и потащил к себе ближе. Наклонившись, он зафиксировал обе ее руки над головой и зажал ноги между своими коленями.

– Как ты собираешься спастись, принцесса? – Его серые глаза полыхнули и впервые в жизни напугали Неа.

– Ариан! – всхлипнула она. – Пожалуйста, вернись ко мне. Это не ты.

– Это и правда не он. – Он отпустил одну ее руку, чтобы собрать черную магию между своими пальцами. Если он сейчас обрушит на нее свои молнии с такого расстояния, она этого не переживет.

Призвав остатки сил, Неа высвободила магию своей души, взрыв от которой отбросил Ариана. Его тело несколько раз дернулось, а затем обмякло. Он больше не шевелился.

– Нет! – выдохнула она и, пошатываясь, подошла к нему. – Ариан?

Его веки дрогнули, и она заметила, что черные полосы отступили. Густой дым все так же клубился вокруг него.

– Каая, – простонал он, болезненно скривив лицо.

– Ариан! – Слезы текли по ее щекам. Она сделала это. Он вернулся.

– Каа… я…

– Нет, ничего не говори. Тебе нужно отдохнуть…

– Убей… меня.

Она резко втянула ртом воздух.

– Нет, Ариан, все кончено, мы… – Неа не успела закончить, потому что он вытянул руку и обхватил ее шею.

– Я сейчас убью тебя, проклятая захватчица трона!

Неа попыталась оторвать чужие пальцы от своего горла, но он схватил ее шею второй рукой. Она слышала, как в ушах шумит кровь, но внезапно порыв ледяного ветра отбросил их с Арианом в разные стороны. Она упала спиной на землю, в то время как Ариан продолжил кататься по земле.

– Неа! – Илиас пробирался к ним через груды обломков. – Ты должна довести дело до конца.

– Я не могу, – всхлипнула она.

– Если ты не можешь, я сделаю это за тебя.

Она покачала головой.

– Мы должны спасти его.

– Мы не сможем его спасти. Пертеас знает, что делает. Он все спланировал.

Ее внимание привлек измученный стон.

– Илиас прав. Ты должна убить меня. И Пертеас умрет со мной, – прохрипел Ариан, корчась на покрытой пылью земле.

– Я НЕ СТАНУ ТЕБЯ УБИВАТЬ! – закричала Неа, а по ее щекам безостановочно катились слезы. Ариан поднял голову, и их взгляды встретились. – Я не стану тебя убивать, – тихо повторила она.

– Тогда он победит.

Она снова покачала головой.

– Он не победит. Мы вернем тебя. Мы все исправим. Все будет хорошо. Я обещаю. – Она придвинулась ближе к нему.

Его губы сложились в кривую улыбку, а на глаза навернулись слезы.

– На этот раз ты не сможешь меня спасти, Каая.

Неа рыдала и стенала, не в силах ничего сделать, кроме как качать головой.

– Я благодарю тебя за все, что ты сделала для меня. От всего сердца. И я рад, что у нас есть хотя бы эти несколько секунд, прежде…

– Я не могу этого сделать, – плакала она. – Ты не можешь меня оставить. Ты нужен мне.

Теперь Ариан покачал головой.

– Я тебе не нужен. И никогда не был нужен. Я был лишь одной из многих глав в твоей жизни. Тебя ждет нечто гораздо большее.

– Я не хочу ничего этого, если тебя не будет рядом! – Неа схватила его за руку и крепко ее сжала.

– Судьба свела нас, понимая, что мы не сможем быть вместе. – Одна-единственная слезинка скатилась из уголка его глаза. – Она знала, что мы должны полюбить друг друга, чтобы стать теми, кто мы есть сейчас.

Она горько рассмеялась.

– Судьба коварна. Так не должно было случиться. Ничего этого не должно было произойти.

– Тогда ты бы никогда не узнала о своем истинном предназначении, Ка… Неа. Ты бы никогда не нашла свою настоящую любовь.

– Я думала, что это ты, – всхлипнула она через некоторое время. – Я хотела, чтобы это был ты.

– Знаю, – прошептал Ариан. – Для меня это была ты. Всегда была только ты. – Он выдернул руку из ее хватки и схватился за грудь. Его лицо исказилось от боли. – А сейчас ты должна… Каая, ты должна… – Остальная часть предложения была заглушена рычанием, которое вырвалось из глубин его груди. Он корчился и измученно кричал.

Неа хотела протянуть к нему руку, как-то помочь ему. Но вместо этого прижала руку ко рту, пытаясь подавить рыдания.

Постепенно Ариан пришел в себя, и когда снова открыл глаза, часть ее души умерла. Они были черными как смоль. Неа инстинктивно отвернулась. Илиас молниеносно отреагировал и встал между ней и Арианом. Она видела, как трудно ее второй половинке держаться на ногах.

– Такая жалкая, маленькая плачущая шлюшка хочет занять Трон Теней. Мой трон. – Слова Пертеаса срывались с уст Ариана, когда тот снова встал на ноги.

– Убей тело Пертеаса, – сказала Неа Илиасу, не отрывая взгляда от Ариана. – Сможешь?

– Я не оставлю тебя здесь одну! – прорычал Илиас.

– Я приказываю тебе как твоя королева!

Она заметила, как напряглись мышцы Илиаса.

– Ты серьезно?

– Да.

Ариан рассмеялся.

– Не будь вы оба такими чертовски жалкими, мне, возможно, было бы грустно сообщать вам о том, что этот план не сработает. Мое старое тело уже мертво. Но моя душа, – воскликнул он, широко раскрыв черные глаза, – продолжает жить.

Илиас наклонился, чтобы схватить Стальное Крыло, все еще валявшийся на земле. Сердце Неа замерло, когда он бросился к Ариану. Но Илиас пробежал мимо, чтобы добраться до безжизненного тела и вонзить меч прямо в сердце отца. Когда из раны повалил черный дым, похожий на самую темную беззвездную ночь, он отшатнулся.

Все стихло, а затем Ариан снова рассмеялся.

– Я же говорил. – С этими словами он направил черную магию в Илиаса. Она ударила его в спину, подкинув в воздух на несколько метров. Стальное Крыло выскользнул из его рук и приземлился у ног Ариана.

Неа вскочила на ноги и с помощью магии воздуха притянула меч к себе прежде, чем Ариан успел схватить его. Она выставила его перед собой, держа подобно щиту, пока на нее обрушивались яростные молнии. Неа отражала дальнейшие атаки, уклоняясь и уворачиваясь так, чтобы вскоре оказаться позади Ариана. Он потянулся к ней, намереваясь нанести уже физический удар. Крутанулся на месте и оказался прямо перед наставленным на него мечом. Ее магия разума парализовала его. Всеми силами она старалась проникнуть в его разум, чтобы изгнать оттуда Пертеаса. Дыхание участилось, когда Неа заметила, что чернота уходит из его глаз. Она сможет это сделать. Она справится.

– Каая… – Ариан посмотрел на нее самым печальным взглядом, какой она видела в своей жизни. – Мне так жаль. – Он обеими руками обхватил острие Стального Крыла, который Неа все еще держала перед собой. А затем медленно, очень медленно, вогнал меч себе в живот.

– НЕТ! – Она отпустила меч, но было уже поздно. Лезвие слишком глубоко вошло в тело Ариана. Его глаза расширились, и из них окончательно исчезла темнота. По его щекам струились слезы, а из раны на животе, которую он нанес себе, текла кровь.

– Все… кончено.

Неа преодолела то небольшое расстояние между ними и подхватила его, когда он упал на землю.

– Что ты наделал? Зачем? Держись, пожалуйста, держись!

Ариан протянул руку, и она прижалась к ней щекой.

– Я должен был… победить их. Моих… демонов.

– Мы могли бы найти другой способ! – всхлипнула она.

– Я освободил… себя.

Даже сквозь пелену слез Неа увидела, что на его губах появилась легкая улыбка.

– Ты освободил всех нас, – задыхаясь, прошептала она. – Ариан? – Но его глаза уже закатились. – Ариан! – Он безучастно смотрел в черное ночное небо, на котором теперь сияла одна лишь звезда. – Вернись! – крикнула она. – Вернись ко мне, прошу! – Неа трясла его снова и снова, но ничего не происходило. Он не двигался. – Вернись! Вернись! – повторяла она до тех пор, пока голос не сорвался. Пока она сама не потеряла счет времени. Пока не почувствовала теплую руку на своем плече и не отвела взгляд от бледного лица Ариана. Позади нее стоял Илиас и не отрывал от них полные глубокой грусти глаза.

– Мне так жаль, – тихо сказал он, опускаясь на землю рядом с ней.

Она прислонилась головой к его плечу.

– Мне тоже. Это так больно. – Через несколько минут Неа посмотрела на него. – Ты потерял отца.

– Да, – отозвался он. – Но я справлюсь.

– Уверен?

Илиас попытался выдавить слабую улыбку.

– Конечно, у меня останутся в памяти хорошие времена. Правда, оглядываясь назад, я понимаю, что они тоже были ложью. Мой отец никогда не любил меня, иначе всего этого не случилось бы.

Ему не нужно было ничего уточнять. Неа знала, что он имел в виду. Как бы ей не было трудно поверить в то, что кто-то может быть злым до мозга костей, глядя в застывшее лицо Ариана, она понимала, что в Пертеасе нет ничего хорошего. Она протянула дрожащую руку и закрыла глаза Ариана. Они больше никогда не засветятся. Никогда не напомнят ей о доме. Затем Неа подняла голову и увидела пару сапфировых глаз, которые смотрели на нее с любовью и нежностью. В этот полный страданий момент она знала, что спасена.

Глава 28

Неделю спустя

Неа

Они забрали тело Ариана с собой в Эсерию. И теперь стояли здесь, в лесу рядом с хижиной Орианы, в окружении высоких деревьев, которые отгородили их от внешнего мира, позволяя побыть наедине со своей болью. Феродан бережно опустил тело сына в широкую могилу, которую Ориана создала с помощью магии земли.

Зрение Неа затуманилось, когда она наблюдала за этим. Воспоминания о событиях в Туманности ни на минуту не покидали ее. После того как Илиас поднял мертвое тело Ариана и они вместе отнесли его к остальным, Арон был сломлен. Неа по его глазам увидела, как что-то в нем безвозвратно сломалось, когда он понял, что брат мертв.

– Что с ним? Где он был?

– Пертеас… он… он…

– СКАЖИ МНЕ!

– Пертеас завладел его телом. Он напал на меня. Я не хотела… у меня… Он сделал это сам. Ему пришлось умереть, чтобы изгнать Пертеаса из своего разума. И спасти всех нас.

Ее горло сжалось, пока отчаянные крики Арона эхом отдавались в ее голове. Луана бросилась к нему, чтобы поддержать его, объяснить, что смерть Ариана была неизбежна. Она рассказала о своем отце, о том, что он тоже понемногу впадал в безумие, после того как получил магические способности – несмотря на то, что был полуэльфом, как Ариан.

– Я убила Люмиса, – сказала бабушка Луаны. – У меня не было другого выбора. Из-за магии в его крови он со временем обезумел. Потерял контроль и хотел убить мою дочь в приступе ярости. Свою родственную душу.

Даже сейчас, спустя неделю, в голове Неа всплывали образы сверкающих зубов Ариана. Она помнила, как он вонзил их в ее плоть и пил кровь. Видела черные вспышки молний, которые он выпустил в нее в хижине Орианы. Орианы, которая едва не умерла…

Теперь эльфийка стояла здесь, рядом со своей второй половинкой, и смотрела на могилу, где лежал Ариан. По ее щекам безостановочно текли слезы. Эти двое только-только вышли из комы, а смерть Ариана снова выбила почву у них из-под ног.

Высокий светловолосый эльф поднялся, и Неа увидела в солнечном свете, как он борется за самообладание. Его челюсть подергивалась, крылья носа раздувались, а руки были сжаты в кулаки. Неа прижимала ладонь ко слегка округлившемуся животу и не хотела даже представлять, каково это – опускать своего собственного ребенка в могилу. Мгновение спустя она почувствовала руку Илиаса на своей пояснице. Жест, призванный утешить ее, лишь пробудил в ней эмоции, которые она тщательно скрывала.

Она посмотрела вниз, на ладонь на животе, на узкое золотое кольцо с бриллиантом на пальце.

– Он обещал, что никогда не уйдет, не попрощавшись, – с трудом прошептала она, пытаясь подавить рыдания.

– Он не ушел, – через несколько секунд ответил Илиас. – Жизнь может закончиться, но любовь – никогда. Пока ты хранишь его в своем сердце, он всегда будет с тобой. – Неа подняла голову и посмотрела в его непроницаемое лицо. – Ты всегда была со мной.

Они молча смотрели друг другу в глаза, пока Феродан не подошел к Неа, давая ей понять, что наступила ее очередь прощаться.

С бешено колотящимся сердцем она подошла к могиле и сделала глубокий вдох, собираясь с силами.

Неа посмотрела вниз – на свою старую жизнь. На два тела, лежащие бок о бок в холодной земле. Ариан и Каая. Вместе. Казалось, их жизнь по-настоящему началась только после того, как они встретились друг с другом. Спасли друг друга. И теперь эта история подошла к концу. Их жизнь. Глаза, которые они впервые открыли вместе, закрылись в один день.

На глаза Неа навернулись слезы, и рыдания сотрясали ее тело. Она дрожала, чувствуя, как боль изнутри разрывает ее. Это зрелище разрушало и исцеляло ее душу одновременно.

Неа краем глаза заметила, что Арон и Луана подошли к ней. Несколько часов назад они похоронили Кейлин и Зелфи, а потом на некоторое время ушли в хижину Орианы. Неа же оставалась здесь. Хижина казалась ей тесной. Слишком тесной для той пустоты внутри, которая занимала столько места, что Неа уже не знала, где она кончается. И кончается ли вообще.

Поток ее мыслей прервался, когда Арон встал рядом. Его глаза были красными и опухшими, взгляд – опустошенным. Он не разговаривал с ней с тех пор, как они с Илиасом вернулись из руин кузницы с телом Ариана на руках. Она хотела ему что-нибудь сказать, но могла только открывать и закрывать рот, как немая рыба. Еще одна попытка прервалась, когда Арон громко всхлипнул и заключил ее в объятия.

Спустя мгновение Неа положила руки на его содрогающуюся спину.

– Он не вернется. – Арон снова зарыдал, и в этот момент она наконец-то дала волю слезам. – Я потерял его, а затем снова обрел, только чтобы вскоре опять потерять. На этот раз навсегда.

Луана подошла ближе, и Неа протянула руку, чтобы заключить в объятия и ее.

– Выживать больно, – прошептала Луана. – Но они умерли, потому что хотели сделать что-то важное. – Неа плечом почувствовала, как Арон кивнул. – Они умерли, и вместе с их смертью пришел мир. А теперь в этот мир придет новая жизнь, – сказала Луана и, отступив на шаг назад, коснулась живота Неа. – Единственное, что мы можем сделать для мертвых, – это жить.

Арон тоже высвободился из ее объятий, и Неа показалось, что она увидела в его глазах искру надежды.

– Да, – сказал он, глядя в небо. – Давайте начнем с этого.

Эпилог

Пять лет спустя

Неа

Неа разбудили мягкие солнечные лучи, проникавшие в комнату через плотные шторы. Они тепло касались кожи и вызвали улыбку на ее лице еще до того, как она открыла глаза. Как и каждое утро, она в первую очередь протянула руку, чтобы нащупать другую сторону кровати. Но сегодня там оказалось пусто. Удивившись, Неа села и огляделась. Не успела она опомниться, как дверь открылась, и в комнату вошел Илиас. Он выглядел рассеянным.

– Все в порядке? – спросила она, заметив, каким хриплым был голос после сна. Илиас улыбнулся ей, и напряжение как рукой сняло.

– Киан и Пирия здесь. Вместе с Рионом.

Они назвали своего ребенка Сирионом в честь покойной сестры Киана. Маленький ураган на ножках так раздражал Хелию, что она в ярости разламывала всю мебель на мелкие кусочки. Она унаследовала все способности своих родителей. Как и Неа, малышка была магом разума, души и воздуха. К несчастью для дорогой мебели.

– Я совсем забыла об этом, – сказала Неа, зевая. Сегодня в Цитадели состоится церемония чествования Луаны как нового члена Верховного Совета. Мара Фенхорн покинула пост, потому что так и не смогла простить себя за то, что случилось с Кейлин. Прошло уже пять лет, но события той ночи по-прежнему нависали над ними темной завесой.

Илиас сел на кровать.

– Луана на тебя рассчитывает.

– Я знаю. И я пойду. Просто… – Неа снова откинулась на подушки и зевнула. – Я так устала.

– Может, я смогу тебя немного взбодрить. – Его горячее дыхание опалило ее лицо, а кончики пальцев прошлись по ее бедрам вверх к животу. Легкими, как перышко, движениями Илиас провел по ее груди. Неа сладко улыбнулась, когда все в ней отозвалось на его прикосновения.

– Неподходящее время, да? – выдохнула она.

– Очень даже подходящее! – прошептал Илиас, после чего забрался с головой под одеяло. Он приподнял подол ее ночной рубашки, и Неа почувствовала его язык на внутренней стороне бедра. Она вцепилась пальцами в простынь, ожидая, когда он перейдет к более чувствительному месту, но тут дверь распахнулась.

– Мама? – Хелия застыла в дверном проеме и большими сапфировыми глазами посмотрела на Неа, затаившую дыхание. – Что это у тебя под одеялом?

– Ничего, – поспешно ответила Неа, изо всех сил стараясь вернуть дыхание в норму. – Ты идешь к дяде Киану, дорогая? Я сейчас подойду. То есть, догоню тебя. – Она услышала, как Илиас тихо рассмеялся.

Хелия нахмурилась.

– А ты не можешь пойти сейчас? Рион считает, что он сильнее меня. Ты должна объяснить ему, что это неправда!

– Хорошо, Лия, я только переоденусь. Ты иди пока.

– Ладно. – Малышка пожала плечами и снова закрыла дверь.

Неа откинула одеяло и едва подавила громкий смех, когда Илиас начал жадно хватать воздух.

– Я же сказала, время неподходящее!

– Вам, ребята, потребовалось довольно много времени, – заметил Киан, когда Неа и Илиас сели в карету вместе с Хелией.

– У нас были незаконченные дела, – сказал Илиас, не моргнув и глазом.

Киан приподнял бровь.

– Незаконченные дела? – Его губы искривились в усмешке. – Что вы делали и где?

Пирия игриво ударила его по руке.

– Здесь вообще-то дети!

– Я не ребенок! – хором воскликнули Хелия и Рион и сердито посмотрели друг на друга.

Неа не удержалась от широкой улыбки и нежно убрала со лба дочери черную прядь.

Поскольку их дом, в котором они поселились после рождения Хелии, находился в Эрловене, поездка до Цитадели заняла всего полчаса. Их встретила светловолосая эльфийка и сопроводила внутрь внушительного здания, а затем в зал, где должна состояться церемония. От внимания Неа не ускользнуло, как она украдкой взглянула на Киана и прикусила нижнюю губу. Шансов у нее было мало, хотя она была весьма хорошенькой. У Неа в ушах до сих пор звучали слова, которые Киан когда-то сказал Луане – что он будет ждать ее. Тем не менее, сейчас он жил с Пирией, и они вместе воспитывали сына. Может быть, когда-нибудь они решат попробовать построить отношения. Неа верила, что однажды Киан обретет свое счастье. Втайне даже надеялась, что в далеком будущем они с Луаной будут вместе. Иногда приходилось идти окольными путями, прежде чем найти правильный путь. Но порой даже якобы неправильный путь оказывался истинным предназначением.

Торжественный зал уже был заполнен эльфами. Неа искала копну серебристых волос. Луана стояла к ней спиной и взволнованно о чем-то разговаривала с Горасом, более приятным из двух братьев Норвинд.

– Прошу прощения, если мешаю, – сказала Неа. Она широко улыбнулась, вспомнив свою первую встречу с Луаной. Тогда, в другое время, в другом теле.

Луана повернулась к ней, склонив голову набок.

«Да, вы мешаете».

– Ты не мешаешь! Ты спасаешь меня, – добавила она шепотом и хихикнула.

– Обычно я не настолько наглая, но мне срочно нужно тебя похитить. – Неа посмотрела на Гораса через плечо Луаны. – Прошу меня извинить.

– У меня нет другого выбора, – вместо него ответила Луана, изобразив самую фальшивую улыбку на свете. Она поспешила за Неа, и они отошли в сторону. – Я так рада, что ты здесь!

Неа улыбнулась ей.

– А как же иначе! Это очень важный день для тебя.

– Кто бы мог подумать несколько лет назад, что мы будем править страной бок о бок? – Луана посмотрела на нее, и Неа увидела, как в ее глазах вспыхнул огонек, а губы растянулись в довольной улыбке.

– Ты имеешь в виду, когда я постучалась в твою дверь в теле Кааи и ты чуть не врезала мне кулаком по лицу? – улыбка Неа стала шире.

– Будешь вечно мне это припоминать, да?

– Может, и буду упоминать время от времени, когда мне понадобится твой голос для принятия важного решения.

Луана уставилась на нее в притворном ужасе.

– Да ты манипулятор!

– У меня был хороший учитель. – Неа игриво подтолкнула подругу. – Как поживает Арон? Где он, кстати?

– Я здесь. – Неа только сейчас заметила, что они оказались рядом со столиком, за которым сидели Арон, Мара и Исаноа. Он поднялся и с улыбкой подошел к Неа, чтобы обнять ее, а затем поцеловал свою родственную душу в лоб. Неа видела его всего несколько месяцев назад, и все же ей пришлось признать, что время сильно изменило его. Она всмотрелась в его лицо. Он был так похож на брата…

– Ты в порядке? – спросил Арон, нахмурившись.

– Д-да, просто… задумалась. – Она улыбнулась и поиграла с кольцом на пальце, после чего посмотрела через весь зал на Илиаса. Он держал на руках Хелию и смеялся вместе с ней. Тепло проникло в ее сердце и заполнило все трещины, которые останутся там навсегда.

– Сейчас начнется, – пробормотал Арон и взял Луану за руку. Неа обратила внимание, что зал засиял еще ярче, когда зажглись сотни свечей, возвещающих о начале церемонии. Она на прощание коснулась руки Луаны и поспешила к своей маленькой семье. Илиас приобнял ее за талию и нежно поцеловал в висок. Хелия прижалась к ее ноге, и Неа погладила дочь по голове. Затем перевела взгляд на Луану, которая поднялась на пьедестал в сопровождении Арона. Ее голову окружало пламя, напоминая корону. Неа гордилась подругой и не хотела бы, чтобы Верховный Совет возглавлял кто-то другой. Ведь как только леди Элора уйдет в отставку, ее место займет Луана. Именно об этом Неа договорилась с ее бабушкой. Она доверяла Луане, знала, что они вместе будут трудиться на благо эльфов. Всех эльфов. Потому что несколько лет назад эльфы теней вернулись обратно в Эсерию.

Неа посмотрела на Киана, который стоял недалеко от Пирии и Риона. Он тоже не отрывал взгляда от эльфийки, которая будто светилась изнутри. Неа не знала точно, что он чувствует в этот момент, но догадывалась. Как можно не любить Луану?

Неа прислонилась головой к плечу Илиаса, вдохнула его аромат и, улыбнувшись, прикрыла глаза. Все было хорошо. Из уголка ее глаза выскользнула одна слезинка и потекла по щеке.

Все было хорошо.

Конец

Благодарности

Я до сих пор не могу в это поверить, но дилогия «Трон Теней» подошла к своему концу. И несмотря на то, что мы в любой момент можем открыть книгу и вернуться в Эсерию, приключения Кааи, которые не отпускали меня на протяжении восьми лет, закончились.

Я от всей души хочу поблагодарить вас, дорогие читатели, за то, что сопровождали мою отважную девочку в ее странствиях. Спасибо вам за энтузиазм и бесчисленные сообщения, которые дошли до меня уже после выхода первой книги и постоянно вызывали у меня улыбку (и несколько слезинок умиления). Без вас не было бы смысла публиковать другие книги.

Наше общение – это целый мир для меня, и оно столько всего дает мне. Вы можете в любое время писать мне в социальных сетях (и на этом этапе также передаю привет моему сообществу!). Я с нетерпением жду ваших сообщений и, конечно же, нашего следующего совместного приключения.

Большое спасибо Impress и издательству Carlsen, которые поверили в мои истории и позволили воплотить в жизнь мою самую большую мечту. Вы великолепны!

Я благодарю моих редакторов, Пию Кайо и Ивонн Люббен, за прекрасное сотрудничество, которое никогда не ощущается как работа, а как беседа с подругами. Было так приятно, наконец, встретиться с вами лично!

Спасибо моему агенту, Франциске Хоффманн из «Литературного агентства Майкла Меллера»: я благодарю тебя за прекрасные новости, которые ты сообщаешь мне. И конечно же, за твои советы, твою чуткость и за то, что ты всегда рядом.

Я также благодарю моих замечательных подруг, Дину Альфархи и Джули Дорн, которые всегда поддерживали меня на пути издательского безумия и в трудные времена. Спасибо, что терпите меня и мою вечную неуверенность в себе. Спасибо, что позволяете мне плакаться в ваши жилетки! Спасибо за вашу поддержку, за виртуальные встречи за кофе, утренние голосовые сообщения и вообще за то, что вы есть.

Спасибо моим волшебным тестовым читателям, которые сделали «Трон Теней» таким, каким вы его знаете. Зина, Маллак, Сара, Джоан, Леони – вы вложили столько любви, времени и усилий, которые я всегда буду ценить.

Любовь, время и усилия также потратили на «Трон Теней» крутые блогеры (особенно постаралась Зунни – как там, кстати, твоя стена в гостиной? xD). Вы не представляете, как много это значит для меня. Я благодарю вас от всего сердца!

Спасибо также моим коллегам-авторам, которые поддерживали меня, как могли. Антония Весселинг, Айви Ли, Джули Винтер, Жюстин Паст, Кейт Корелл, Лили С. Морган, доктор Хирт (она сделала великолепные обложки!!!) – примите мою вечную благодарность.

И как уже делала в своей первой книге, я закончу благодарностью своей семье. Спасибо сестрам, которым посвящена эта книга. Моим родителям – лучшим родителям в мире. Моей бабушке, которая покупает мои книги, хотя почти их не понимает, и рекомендует их всем своим дальним родственникам (которые тоже их не понимают). Моей лучшей подруге, которая, по сути, является моей третьей сестрой. Моему жениху, который в течение последнего года был – и остается – моим шофером, терапевтом, помощником писателя, моим помощником в подписи бумаг (в том числе и массаже рук) и моей большой опорой.

Спасибо вам за все!

Ваша Берил

Берлин, 26.03.2022

Content

Берил Керибар
Хранительница света

Плейлист

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Эпилог

Благодарности