Владимир Бит

«Видящий»-1 «Медальон»

Посвящение

Я с бесконечной радостью и благодарностью посвящаю свою первую книгу, самому близкому и родному человеку в своей жизни. Своей горячо любимой маме. Её любовь и поддержка, забота и советы на протяжении всей моей жизни помогают мне и дают возможность идти вперёд, не взирая ни на какие преграды в жизни. Сколько бы трудностей не выпало на моем пути, она всегда была рядом и ободряла меня, за что я ей безмерно благодарен. Ну и, конечно же, если бы не еë вера в меня, я бы не написал данную книгу.

Мама, благодарю тебя и люблю всем своим сердцем!

Давай с тобой немного посидим,

И обними меня, как раньше в детстве.

Побудь со мной, мы просто помолчим,

Не знаю я, куда сейчас мне деться.

Мне лишь с тобой уютно и тепло,

Ты никогда не причиняешь боли,

Моя родная, как же хорошо

Вот так сидеть и нареветься вволю.

Твоё родное мягкое плечо,

Такие милые, лучистые морщинки…

Чего сейчас могу желать ещё,

Кроме твоей такой родной улыбки.

Как хорошо, что у меня есть ты,

Ты не предашь, и, знаю, не разлюбишь.

Ты из тепла и вечной доброты

Всегда, всегда со мною рядом будешь.

Оксана Озерова

Нюанс

Данная книга является ничем иным, как разгулявшейся фантазией автора. Все совпадения имен и прочих личных данных являются вымыслом и не имеют ничего общего с реальностью. А если все же в книге вы найдете упоминания о том, что хоть на грамм похожее с реальностью, знайте, что автор не несет ответственности за то, что случайно угадал или попал в точку своими мыслями.

Глава 1

— Где я? Что тут происходит? Здесь есть кто-нибудь? — разнеслись эхом мои слова и затихли, будто их поглотила стоящая вокруг меня тьма. Я пришёл в себя. Я ничего не вижу и не слышу кроме собственного голоса и скрипа. Подождите, я связан?! Точно, мои руки и ноги связаны, а я слышу скрип верёвок о кожу, при попытке ими двигать.

— Почему я связан? Кто связал меня? — и вновь в ответ я услышал только эхо от моих вопросов. Осознание происходящего паникой накатывали на меня, и я анализировал всё, что сейчас находится вокруг меня. Итак, я лежу на каменном, холодном и мокром полу. Мои руки и ноги туго связаны и отдают болью от каждого движения.

— Да что за?! Как так всё обернулось? — снова с моих губ слетел крик и потонул в клубящийся вокруг тьме.

Дикий скрип металлической двери разорвал звенящую тишину и больно ударил меня по ушам, я скривился и посмотрел в сторону скрипа и ослеп, тотчас начав неистово моргать. Пока зрение и слух приходили в себя, меня с двух сторон, очень сильными руками, схватил за руки и резко поставил на затёкшие ноги. Я охнул и чуть не свалился обратно, от резкой боли в конечностях и правом боку, но меня удержали те самые руки, что и подняли меня. Я больше не смог встать на них, так и повиснув на держащих меня руках. Затем тот, что справа от меня крепко ухватила меня за подбородок и требовательно вскинула мою голову вверх. Я проморгался и увидел человека напротив меня в тусклом свете факела. Он стоял и с оскаленной ухмылкой смотрел на меня сверху вниз, видимо очень и очень довольный открытым ему зрелищем, так как после этого ещё сильнее изогнул губы в какой-то просто садистской улыбке, а после отвесил мне пощёчину со всего маха. Я ещё раз охнул и моя голова упала на грудь. Щёку саднило и я начал чётко ощущать боль по всей поверхности моего лица, если ранее оно будто бы онемело, то сейчас оно всё начало гореть, как будто с него содрали всю кожу. Мою голову снова подняли и обратили к вошедшему, что позволило мне его рассмотреть. Он был примерно моего роста, одет в какой-то вычурный балахон, голова покрыта капюшоном, а на глазах была одета чёрная маска. Он снова замахнулся и ещё раз со всего маха ударил меня по лицу с другой стороны, а пока я приходил в себя, мою голову снова подняли.

— Итак, Михаэль, вот мы, наконец, и встретились! Я очень рад, что ты посетил мою обитель и рад приветствовать тебя в гостях! — довольно проговорил он, вытирая мою кровь со своих рук белоснежным платком, на котором красовались 2 латинские буквы B.B., а после выкинул его на пол с пренебрежением на лице.

— Х-хто, т-ты?! — попытался выдавить я из себя, но после слов в мой левый бок прилетел удар, я дёрнулся, закашлялся и смолк.

— Нет, нет, мой друг, ты будешь молчать, иначе я силой заткну тебя! Сегодня это театр одного актёра! — сказал он на распев и помахал передо мной указательным пальцем.

— Видишь ли, я слишком долго гонялся за тобой и не хочу заставлять себя ждать ещё несколько минут. Поэтому мой монолог будет коротким, а затем ты умеешь от моей руки медленно и безвозвратно! — он снова оскалился, и на меня смотрела жуткая гримаса сумасшедшего живодёра, в которой переплелись как возбуждение с отвращением, так и удовольствие с яростью.

— Так вот, ты не с тем связался, мальчик, я всемогущ, и от меня невозможно скрыться, чтобы ты не делал. И заруби себе на носу, что даже если мы в будующих твоих жизнях встретимся, то ты снова падёшь от моей руки. И да, я проклинаю тебя! — он схватил кинжал и с диким смехом, со всего маху, всадил мне его в грудь, пробив моё сердце. Я почувствовал резкий укол и адскую боль…

— Мааать-перемать!!! — выкрикнул я, подпрыгнув на кровати метра на два.

— Охренеть просто! — вытер я холодный пот со лба, — что за сон, машу вашу!

За окном была ночь, тихо шумело море, я развернулся и сел на край кровати, лицом к окну. Взял полторашку «Крутого источника», открыл крышку и прильнул губами к спасительной влаге. Попив, я поставил её обратно и уставился в окно, вдыхая свежий морской воздух. Сильнее приоткрыл окно и посмотрел на кровать, она была сырая от моего пота. Чёртов сон… это что ж я вчера съел или выпил такое, что меня так пробрало-то? Хм, не помню, вроде всё как обычно было, кино, вино и Мимино. Я ж в отпуске, в городе-празднике Ялте. Фууух, да что ж мне плохо-то так? Меня до сих пор мутит, а отголоски боли на лице, конечностях и груди до сих пор напоминают об этом сне. Фууух, ещё раз. Бррр! Надо в душ. Пойду, смою с себя это наваждение и досплю до утра. Я принял душ и лёг в кровать. А утром этот дикий во всех смыслах сон уже затёрся в памяти.

Всем привет! Меня зовут, Миха. Михаил Измайлов — руководитель отдела продаж в небольшой организации продающей свои услуги бизнесу. А услуги эти, как вы думаете, какие? Динь-динь! Строительство! Да, банально… но сейчас по всей стране много кто и много что строит, а так как я сам работал строителем, ну почти… я был монтажником… то тоже немного в этом понимаю и поэтому мне легче продавать эти услуги и обучать этому своих сотрудников. Тем более я же, как бы и не строю, а только продаю, так что это работа с людьми, как по ту, так и по сю сторону стола или телефона.

Продажи — это постоянная суета, мандраж и стресс… А как вы хотели? Будучи рядовым менеджером, я постоянно находился в стрессе, ведь у меня была высшая цель, к которой, согласно нашей корпоративной идее, я должен стремиться каждый божий день! — Мой личный план продаж! — Оххх уж мне эти планы, отчёты, клиенты, встречи и звонки! Каждый день одно и то же, сидишь за компом по восемь-десять часов в сутки, а то и больше, а то и без выходных, и постоянно кому-то звонишь, с кем-то говоришь, о чем то договариваешься. Это вам не коммуникабельность, как все сейчас пишут в резюме, этот термин звучит иначе: «говорящая голова», не иначе. Всё просто, ведь девяносто пять процентов всего твоего времени на работе — это разговоры и переговоры, и только пять процентов это заполнение отчётов, форм и прочей корпоративной дребедени. А как вам лечь в два-три часа ночи, встать в шесть утра, а после быть бодрым и эффективным до семи-восьми вечера? Ну и что, что рабочий день с восьми до пяти, ну и что, что ты болеешь или устал, никого это не волнует, ни начальство, ни клиентов, ни тебя в конечном итоге. Ведь тебе надо продумать стратегию, подумать, кому и как что-то продать, кому позвонить, кого дожать и ещё куча всего, при этом личной жизни как бы и нет… Так то!

То ли дело, когда я стал руководителем! Дааа, теперь всё по-другому… нет ну, правда. Теперь на переговоры и разговоры у меня пятьдесят процентов времени, десять процентов на сотрудников, тридцать процентов на совещания и победные десять процентов на решение проблем от этих сотрудников. Здорово да?! Ну а всё, что ещё не вошло сюда, это решаемо. Во внерабочее время в офисе или дома (ну хоть тут есть выбор!). И вообще никого не трогает, если ты был неделю в командировке и только вернулся, ты должен дать ответ на любой вопрос и быть в курсе всех проблем и ситуаций в целом офисе. Ведь теперь у тебя есть наивысшая цель. Да! План продаж отдела! И теперь ты пашешь ещё в три раза больше, пусть и за бòльшие деньги.

Трудовые будни

А ещё в моей жизни есть излюбленное хобби, ну, так я его сам себе называю. Наблюдение, да — оно, простое наблюдение за людьми. Я с детства интересовался тем, что движет людьми, о чем они думают и как видят этот мир. Я всегда интересовался тем, как видят люди этот мир и всегда хотел посмотреть на этот мир именно их глазами. Я мог подолгу сидеть на лавочке и смотреть на то, как люди идут, какие выражения на их лицах, как они проявляют те или иные эмоции, находятся они одни или в компании. Я смотрел фильмы и общался с людьми, при этом всегда внимательно смотрел на их мимику, их телодвижения и смотрел на проявления их эмоций вкупе с тем, что они говорили и как. О да-да и голос, он мне тоже нравился, все интонации, слова и манера речи, добавляли к общей картине своего интереса.

Например, неспешно идёшь в толпе, и видишь, навстречу идёт симпатичная девушка, говоря «сама с собой» (по гарнитуре), улыбаясь и щебеча, но вдруг вся симпатичность начинает портиться, её выражением лица. Может кто-то бы увидел, что она в бешенстве из-за того что ей позвонил очередной телефонный продаван или мошенник, но я вижу, что она раздражена на слова, которые услышала в наушник и теперь закипает на ходу и готовится выплеснуть это раздражение на собеседника. И это происходит также неизбежно, как и волна, в прилив накатывающая на волнорез, а также приходит и подтверждение от её резких интонаций в голосе и грубых слов, что, как искры, срываются с её губ.

Я всегда легко находил контакт с людьми, что в повседневной жизни, что на работе. А ещё лучше я находил подход к ним и как стоит или не стоит мне или другим с ними общаться или писать. Эти возможности, навыки и опыт всегда помогали мне, и я старался их постоянно держать в тонусе, развивал их. Ох, стоп. Я тут про себя распинаюсь, но совсем забыл, о чём я вам хотел рассказать!

И да пожалуй, хватит обо мне и о несправедливости мира, в частности, я расскажу, как начался мой самый захватывающий и стремительный период жизни.

Итак, сегодня тридцать первое октября две тысячи какого-то года, на улице выдался на удивление солнечный осенний день. Я в отпуске. И как положено отдыхающему РОПу всегда в стрессе и всегда на связи… Но сегодня же суббота! А что это значит?! Это значит, я могу со спокойной душой включить беззвучный режим на телефоне, зайти в полюбившуюся кофейню за утренним кофе и откинуться на скамейке, на ставшей уже родной набережной Ялты. Пить свой ароматный утренний кофе, наслаждаясь видом изумрудного моря, пятнистых от разного цвета листьев осенних гор и снующих мимо прохожих, как местных, так и отдыхающих. Этот ежедневный ритуал был для меня чем-то вроде настроя на отдых в отпуске. Шутка ли, не так давно я был в мрачной серости осенней Твери, но вот теперь я в отпуске в весёлой и солнечной Ялте. Благодать и спокойствие! Дааа…

— Добрый день! Здесь не занято?

Внезапный вопрос сбил меня с благости, и я обратил внимание в сторону, откуда шёл голос. Мгновение спустя я увидел пожилого мужчину застывшего в ожидании моего ответа. Я на секунду оглядел мужчину с головы до пят, и образ пожилого человека отошёл в сторону. Передо мной стоял пышущий здоровьем, седой, сухой и невысокий старичок. Одетый в светлый костюм, не с иголочки конечно, но весьма опрятный. Бледное, но ухоженное лицо с аккуратными усами и небольшой бородкой смотрело в мою сторону, а яркие голубые глаза, выделявшиеся на общем фоне, цепко смотрели мне прямо в глаза. При этом их холодный блеск как-то странно вызывал у меня табуны мурашек на спине.

— Нет, здесь свободно, — проронил я и попытался вернуться к своему ритуалу обратно.

— Благодарю, вас молодой человек. А то погодка сегодня замечательная, но, увы, все лавочки уже заняты, — произнёс собеседник, пристраиваясь недалеко от меня. — Не так ли?

— П-пожалуйста, — я огляделся и удивлённо приподнял бровь. Все лавочки вокруг были свободны, но моё удивлённое выражение лица не смутило моего собеседника, и он продолжил, не обращая внимания на моё недоумение, — да, не за что.

— Как вам город? Как погодка? — хитро прищурив глаз, выдал он. Пока я снова пытался вернуться к своему ритуалу.

— Так как оно? — незнакомец, не дождавшись ответа, повторил вопрос. При этом его немного скрипучий, если не сказать старческий голос вызвал у меня в голове диссонанс с его внешностью.

— Эммм, хорошо, — выходя из раздумий, протянул я, — погода шикарная, тело и душа, прям радуются.

— Замечательно. А как вам город?

— И город шикарный, — натянув свою «рабочую» улыбку продавца ответил я, — Прямо то, что нужно для отпуска, море, горы, солнце и всё это тут, в одном месте, — я улыбнулся ещё шире и спросил, — я так похож на туриста?

— Да, похож, — чмокнув губами, он продолжил, — видите ли, вас выдаёт беззаботная улыбка и расслабленное состояние. Да и когда долгое время находишься здесь, начинаешь видеть тех, кто приехал в отпуск, а кто местный или тот, кто здесь по делам. Вот я вас и заприметил, вы вот уже несколько дней приходите сюда и пьёте кофе. Не подумайте, я не сталкер или чего ещё хуже. Просто я часто здесь бываю и мне показалось интересным узнать, что вас сюда притягивает. Ох, да, меня зовут Феликс, — мужчина протянул мне руку.

— Приятно, Михаил, — сжав его ладонь, мне показалось, что она сделана из столетнего дуба, такой холодной и твёрдой она была. Я не стал лукавить перед ним, так как знал, что уже через пару дней мой отпуск закончится, и мы с ним больше никогда не увидимся. Так чего кружить вокруг да около? Раз человек интересуется, так почему бы ему и не ответить. Тем более подвоха тут вроде и нет. А уж несколько слоёв в беседе я распознавал, как я считал, на раз плюнуть. Не зря же я выходил из любой своей сделки с победой? Ведь я каждый раз либо достигал нужных целей и договорённостей, либо превосходил их. Я буквально интуитивно чувствовал, хочет ли мной человек воспользоваться или нет и либо предотвращал это, либо переигрывал его, — интерес у меня простой. Море, горы, тишина и люди. Мне нравится наблюдать за ними. Да, мне не хватает этого ощущения практически безмятежности, там, где я живу и зато так прекрасно это чувство сейчас, если вы меня понимаете.

— Я понимаю, — искренне улыбнулся Феликс и тоже откинулся на скамейке, зажмурив глаза на солнце. — Это прекрасное чувство, когда тебе не нужно никуда спешить, что-то успевать и торопиться, а просто так сесть и расслабиться. Ведь мы не замечаем того, что нам это необходимо находясь в будничном цейтноте каждый день.

— Ага, всё так, — согласно кивнув, я замолчал и попытался продолжить отдых, но меня снова прервали.

— Михаил, скажите, а что вы думаете на счёт того, кто всё это создал?

— Эххх… знаете…? — начал, было, я. Так как внезапный вопрос расставил в моей голове все точки над буквой «ë». Вот блииин… вот я снова попался очередному Евангеленутому дедану в цепкие пальцы. А так хорошо день начался? Вроде поначалу он казался хорошим человеком, не вот этим вот. Теперь мне начнут топить за веру, за мир во всём мире и вообще требовать от меня вступить в бравые и крепкие ряды сектантов. Как же меня это взбесило! Я тут же потерял всю свою благость, она как будто испарилась. Мой мозг резко пришёл в рабочее состояние, и я начал просчитывать, анализировать все слова, действия, мысли и окружающий меня мир. На предмет того, как бы так послать дедулю подальше, не вступив при этом в спор с ним и уйти, подальше оставив при себе хотя бы крупицу той благости, что подарил мне сегодня мой ритуал.

— Нет, Михаил, я не из этих… — шутливо пощёлкав пальцами в воздухе, оборвал меня старичок. Старик улыбнулся и, очертив головой, вид перед нами продолжил, — не из секты я. Не напрягайтесь так, пожалуйста. Я о людях, которые создали этот город.

— Люди… люди были хорошими, творческими, — пробормотал я в ответ, затихая, от внезапного накала страстей в моей голове, — они очень грамотно подошли к тому, как правильно и красиво преподнести местные виды так, чтобы ими можно было залюбоваться.

— Что ж, согласен. Я всегда восхищался людьми и всегда любил узнавать о них новое. Поэтому и выбрал свою профессию, — он, прошуршав карманом, протянул мне маленькую прямоугольную штуку, которая оказалась визитницей, я бы даже сказал, дорогой серебряной визитницей украшенной рельефной гравировкой и голубыми камешками, под цвет его глаз. Одним движением пальца он выдавил из неё визитку и протянул её мне.

— Благодарю, — я привычным движением ухватился за визитку, и меня неожиданно и резко кольнуло, в оба пальца и всё внутри меня будто ухнуло вниз, к земле, будто током ударило. Я ошарашенно моргнул и приоткрыл рот и резко отдёрнул руку, неистово замахав ею, будто пытаясь затушить при этом огонь на пальцах. Мозг при этом как в блендер попал и начал судорожно делать кульбиты в черепной коробке. И вдруг всё резко затихло, а напоминанием служило покалывание в пальцах и головокружение. А ещё я понял, что всё ещё держу его визитку в пальцах. И я прорычал угрожающе, выпучив глаза на собеседника, — ох! Что это было?!

— Хахах! — звонко расхохотался дед. Усмехнулся и ответил старичок, задорно нахмурив лоб, — ну-ну, молодой человек, не делайте из мухи слона, это всего лишь невинная шутка, не нужно так бурно реагировать!

— Я всего лишь вас разыграл и если вам когда-нибудь потребуется моя помощь, звоните, я всегда рад пообщаться и спасибо за беседу, — улыбнувшись на прощание, старик встал и пошёл дальше по набережной.

А я, приводя себя в чувства, выдохнул, отлепил визитку от пальцев и ознакомился с содержимым. Она была простая, белый фон с красными вензелями по краям, красный же круг с кругом, в котором были два больших глаза и что-то типа клюва, у меня сложилось впечатление, что это стилизованная сова, которую натянули на глобус. А ещё на визитке были два чёрных отпечатка моих пальцев и красные же витиеватые буквы:

«Феликс

Психолог-озорник

Телефон…»

Собственно теперь всё стало ясно. Мало того, что я попался на дешёвую и детскую шутку, так я видимо ещё и так плохо выгляжу, что мной уже мозгоправы интересуются. Подумав я, сделал большой глоток своего напитка и прокрутил всю произошедшую только что сцену ещё раз. Ха! Как же забавно, наверное, это выглядело со стороны? Ну, дед, ну псих! Я улыбнулся, убрал визитку в бумажник и продолжил наслаждаться этим прекрасным утром.

Хочу сказать, что отпуск я любил, но никогда не мог усидеть на месте. Он ведь бывает редко и поэтому нужно за этот период сделать кучу всего, посмотреть все, что возможно и невозможно. В итоге за одну-две недели, тут, как повезёт, уматывал себя так, что после отпуска и получения впечатлений, под завязку, в нём я отдыхал, как после месяца работы без выходных. Но в этот раз я решил сделать всё наоборот и просто быть расслабленным и просто отдыхать. Я арендовал машину и катался на ней по всему южному берегу, впитывая в себя красоты местной флоры, незабываемых пейзажей и даже вычурность и чудаковатость местных строений. А вечерами я возвращался в Ялту и либо гулял, либо знакомился с местными заведениями, пробуя что-то новое для себя. Будь-то еда или напитки.

Ну и конечно, как и все в наше время, я не мог обойтись без интернета. А как сейчас без сети? Я даже тариф специальный подключил у провайдера, чтобы интернет был мобильный. Да, каюсь, грешен. Интернет, для меня был и развлечением, и работой, и обучением. Время такое, все в онлайне. Я находил себе какие-нибудь игры, которые отбирали несколько часов моей жизни, к ряду, на то, чтобы поднять уровень своему городу, дому или чему-то ещё и набрать мощи, чтобы захватить те или иные ресурсы у врагов. Ну или просто пройти в лидерах того или иного события. Ну а чем ещё себя занять иногда? Книжку читать, что ли? Ну, уж нет, не надо мне этих книг. Я их по бизнесу и переговорам начитался на десятилетия вперёд. А ещё в сети можно найти кучу всего полезного и бесполезного для моего развития. Тут тебе и бесконечные тренинги, и разные полезные лайфхаки и рецепты и прочее. Ну и, наконец, работа. Я же РОП и то, что я в отпуске никого не волнует. Мне всё равно пишут, звонят и это не только смс и звонки на телефон. Тут же ещё километр различных мессенджеров, которые сейчас есть у всех, и соответственно я обязан иметь их все, чтобы со мной клиентам было удобно связаться. В общем, без сети я как без рук.

В итоге у меня частично получилось сделать отпуск, типа релакс. А последние пару дней прошли в радостных заботах: лёгкие прогулки по городу, походы по горам и редкие набеги в местные рестораны и кафе, которых в этом городе просто тьма. Я отдыхал последние дни, но при этом постоянно думал, что не хочу возвращаться на свою «любимую» работу и снова забегать в колесо стресса и трудностей, день за днём и раз за разом. И вот настал тот день, когда мне было пора отправляться в путь и возвращаться в свою обыденную жизнь. Я собрал вещи, покинул гостиницу и отправился в путь. Ближайший аэропорт находился в Симферополе и поэтому туда я и поехал на арендованной машине. Собственно там я её и арендовал. Я ехал по извилистым дорогам Крыма, и с тяжким сердцем, прощался со столь полюбившемся мне за последнее время, краем. Я добрался до аэропорта без проблем и, дождавшись посадки и отстояв, как всегда столпившуюся заранее, очередь сел в самолёт.

Глава 2

Перелёт выдался изматывающим. Всё как по закону подлости. Заснуть я не смог, так как в целях экономии и природной упёртости билеты у меня были на экономкласс. И как вы знаете места для ног там с гулькин нос. Я конечно не двухметровый, но даже с моим средним ростом места было маловато. Так ещё и вокруг меня сидели несколько маленьких детей, которым то ли было скучно, то ли весело, то ли они просто хотели уморить меня и весь самолёт, но они почти без перерыва плакали и орали, то синхронно, то по очереди. Право слово, как сговорились. Поэтому прилетев в Москву, я поспешил первым выйти из самолёта. И побежал на парковку, где перед отправлением в отпуск оставил свой автомобиль. Я обрадовался, увидев свой старенький и видавший виды Ауди, сел в него и завёл. Авто отозвалось мерным гулом и я с довольной улыбкой поехал домой. По приезде домой, я принял душ, плюхнулся на кровать и провалился в глубокий сон.

Когда я пришёл в себя и отогнал последние грёзы, мой желудок напомнил мне, что он-таки есть и что он больше не намерен существовать без подпитки в виде порции горячей еды. Эту проблему я решил довольно просто, вызвав доставку наивкуснейшей пиццы. И занялся планированием завтрашнего, дня. А планировать было что, ведь я был уже в курсе всех проблем и сплетен в офисе, поэтому мне нужно было придумать, как замять пару конфликтов между отделами. Решить спор с двумя, как всегда, недовольными клиентами. Да и вообще понять, что я снова дома и снова работаю. А спустя примерно полчаса раздался звонок домофона, и я поспешил открыть дверь и оделся, дабы встретить курьера с моей едой. Я, не дожидаясь, открыл дверь и… замер.

Передо мной в дверях стояло гуманоидное существо, одетое в красную рубаху, полосатые шаровары, с лаптями на ногах. Большая голова с растрёпанными светлыми волосами, похожими на нити от швабры, чумазая морда, курносый нос и рот до ушей, всё это мне напомнило домовёнка Кузю из известного всем советского мультика, но только ростом с меня, то есть метр семьдесят примерно. Оно стояло, и смотрело на меня, не отводя свои нарисованные глаза.

Я сморгнул, но картина не изменилась. Начал было говорить, но просто пошлёпал губами и снова стоял и смотрел. «Кузя» тряся коробкой с пиццей передо мной, заговорил девичьим, почти пищащим голоском.

— Мужчина! Мужчина, у вас всё хорошо? Я вам тут пиццу привезла.

— Гхм. П-пицца? Ах, да, точно! Пицца! — тараща глаза ещё пару секунд, я собрался с мыслями, — Простите, а что за маскарад?

— Ах, это? Ну, вот такой у нашего начальства юмор, — смущённо проговорил «Кузя», — ну и Хэллоуин, как бы. Так что вот, им показалось забавным, что курьеры будут работать в таких вот костюмах из советских мультиков. А мы вот теперь паримся весь день в этих штуках.

— Мда, забавно… Я уж подумал, что умом тронулся, так как мне «Кузя» мерещится. Но сам по себе ход, конечно интересный, — всё ещё не отводя от курьера взгляд, сказал я.

— Это ещё чтооо, — протянул «Кузя», — вот Марику совсем не повезло. Ему костюм Винни-Пуха достался. Так он сдуру начал стучаться в двери со словами «Сова, открывай, медведь пришёл!», ну и нарвался. На группу не первый день пьющих мужиков, которые решили, что к ним «Белочка» в гости заглянула. Ну а когда он им доказал, что с ним всё в порядке и отдал заказ, они на него обозлились и гнали его с четырнадцатого этажа пешком до самой машины, так сказать, чтоб неповадно было, да ещё и зеркала оторвали потом.

— Мдааа… Ха-ха, картина маслом. Спасибо, вы сделали мой вечер! — хмыкнул я, забрал пиццу, дал чаевых за весёлую историю и раскланялся с курьером «Кузей».

Остатки вечера прошли в поедании пиццы и хлопотах по дому, после двухнедельного отсутствия дел скопилось тьма. Нужно было собрать пыль, оплатить, вечно появляющиеся из ниоткуда, счета и ответить на несколько писем и сообщений в группах, к которым я подписан. Лёг я уже за полночь, в очередной раз, поругав себя, что завтра не высплюсь, так как вставать на работу как всегда в 6 утра и, дав себе новое обещание, что завтра лягу спать хотя бы до двенадцати часов. И снова уткнулся носом в телефон, досматривая серию нового сезона, забавного сериала про очередной зомби-апокалипсис. Пока в итоге не отключился.

Сон мне снился преотвратный. Я всю ночь бегал от «домового» метра под 2 ростом и прятался по углам какого-то заброшенного дома. Почему «домового», да потому что он уже не был таким умильным и чумазым. Он был мать его демоном, с большой буквы «Д»! Когти сантиметров по 50, грязные патлы до пола, вместо лаптей копыта, а вот морда… бррр… морда была почти та же, за исключением пасти усеянной иглообразными зубами в несколько рядов, а вместо чумазости алые брызги крови. В общем, страшно было до усрачки… А в конце сна я всё же осознал, что сплю. Спасибо техникам осознанных сновидений, которыми я в свои восемнадцать лет интересовался. И тут всё резко повернулось с ног на голову, так как теперь уже не я бегал, а «Кузьма», которого я пинал по дороге и в итоге эффектным апперкотом отправил его в полёт. После чего провалился в ещё более глубокий сон.

Как и следовало ожидать, я не выспался. Будильник прозвонил в шесть утра, а затем в шесть часов, десять минут и ещё раз пять, пока окончательно не вырвал меня из рук Морфея. А дальше отработанный годами, утренний автопилот сделал остальное и вот на часах семь двадцать пять и я в офисе (живу я от работы в десяти минутах на машине, поэтому считаю себя очень удачливым, хотя бы в этом). Я включил свой компьютер и отправился на утреннюю планёрку для ТОП менеджеров, так её назвал наш директор. Спустя час я вернулся на место, и пробежался по плану, и как-то мне стало грустно от ещё трёх планёрок, беседы с десятью сотрудниками и общением с ТОПами отделов фирмы, включая бухгалтера и директора. А ведь ещё клиентам надо бы позвонить, напомнить, что я вернулся из отпуска и пора бы что-то у нас купить, так как мы лучше и интереснее всех наших конкурентов. Блииин… тоска зелёная…вот бы сейчас свалить куда-нибудь…

Ну, собственно день, пролетел быстро, за окном уже вечер и как это бывает поздней осенью, уже стемнело. И я бы этот день и не заметил, если бы не усталость, навалившаяся на меня под вечер стотонным грузом. На часах шесть вечера, а я уже никакой, да что там. Вид у меня был потрёпанный: ноги подкашиваются, язык на плече и покрасневшие глаза от монитора, а мне ещё отчёт за день делать и сотрудников проверять. А то, что я был в отпуске… да не было его, в общем-то, у меня, весь отпуск был и вышел. Знаете, это как когда вы ждёте выходные где-то в середине недели, ну или в начале, тут всё зависит от вашего состояния. И вот ждёшь их, ждёшь, и вот пятница, вечер и ты порхаешь с работы домой или в гости или ещё куда-то и тебе так хорошо, так замечательно на душе и ты поистине счастлив. А потом бац! И уже утро понедельника… и ты снова грустишь и ждёшь выходных. Как говорил мой тогдашний бугор Иваныч, когда я просил отгул: — «Отгул — это твоя личная морковка спереди, а я как добросовестный начальник должен навесить тебе ещё одну морковку сзади, чтобы ты не отлынивал и работал свою работу, как полагается!», и докидывал мне ещё несколько задач с барского плеча. Так вот и здесь также, чтобы получить «морковку» спереди в виде выходных, ты должен сделать так, чтобы «морковка» сзади, в виде штрафа и крика директора, не впилась в тебя, и ты со спокойными нервами ушёл домой. И вот прошёл ещё час, и я готов бежать из этого корпоративного ада, куда глаза глядят.

Так бы и случилась, если бы не рослый паренёк курьер, крутящийся у дверей офиса с коробкой в руках. Зайти он не мог, так как офис уже был закрыт, ну а я как истинный служитель фирмы и просто любопытный человек, решил подойти и облегчить жизнь пареньку. Ну и конечно это было и в моих личных интересах. Ведь если там очередной комплемент от клиента для нашей сердцеедки, Ленки — секретаря-референта директора, а я буду первым, кто узнает, о посылке. А если мне удастся передать ей посылку по-тихому, не привлекая чужого внимания. То это будет несколько очков в мою пользу. У меня на несколько месяцев будет беспрецедентный доступ ко всем сплетням офиса, что поверьте мне в нашей конторе, очень дорогого стоит.

— Добрый вечер, могу я вам помочь, — принял я «рабочее» лицо и подошёл к курьеру.

— Д-да, можете, — прищурив глаза и вглядываясь в моё лицо, ответил парень, — у меня посылка для Измайлова Михаила, по этому адресу, скажите, как мне его найти?

— Хм. Вы его уже нашли, это я, — смущённо, если не удивлённо сказал я и взял протянутый планшет у курьера, — где расписаться в получении?

— Вот здесь и здесь, — потыкал пальцем парень в бумажки, — и если вам не сложно напишите время получения девятнадцать двадцать, так как заказчик требовал доставить посылку точно в это время и место, сегодня. Ну, знаете, чтобы у меня проблем не было, я ведь опоздал на 3 минуты.

Собственно теперь я действительно удивился, точно в девятнадцать двадцать и точно в этом месте… какая странная точность. Да и зачем она в наше время нужна? Ведь доставка работает обычно по созвону, курьер звонит, договаривается о времени и приводит посылку, а тут мне даже звонка не было… Странно, как-то, может Пашка меня как-то разыграть хочет перед днём рождения? Ну да шут с ним, я выполнил просьбу парня. Помог бедолаге, взял небольшую коробку и потопал к моей «ласточке», бюджетному, но не убиваемому авто марки Ауди, закинул посылку на заднее сиденье и поехал в ближайшее кафе перекусить и выдохнуть остатки работы.

Вернувшись на закрытую, и как всегда, переполненную парковку у «Домика в лесу». Так назвали многоэтажку, где у меня была квартира, её жители, за то, что дом был построен возле заброшенных строений с деревьями с одной стороны и большим пустырём с другой, а в ближайшем километре от неё больше никто не жил. Я нашёл место, припарковался, оставил авто и двинулся с посылкой домой. Сам дом, как считали жильцы, был элитным, ну знаете, как это бывает, дом может и элитный, а проблемы в нём как у всех. То кто-то гуляет под музыку, то кто-то курит на балконе, то дети всю ночь не спят и носятся по квартире вприпрыжку, то в чате дома споры и ругань из-за понаехавших посторонних машин на крохотную парковку, а то кто-то с утра до ночи постоянно делает ремонт. В общем, я считал этот дом обычным и не обращал внимания на весь тот пафос летавший вокруг от соседей. Жил себе и жил тихо и спокойно, никого не трогая.

Ввалившись в дверь, я закинул коробку на компьютерный стол и переоделся. Затем взял нож и стал рассматривать коробку внимательно. На ней были указаны данные получателя, то есть мои, но не было ни единого упоминания об отправителе. Я начал аккуратно вскрывать коробку. Зная Пашку, от него можно было ждать чего угодно, он хоть и старше меня, но я всегда завидовал его детскому взгляду на жизнь и на такие же детские, но весёлые шутки. Тааак, из коробки ничего не выпрыгнуло, эти уже хорошо. Я открыл её и начал изучать содержимое. Кучу наполнителя, который предназначен для упаковки хрупкого груза я сразу же начал перекладывать в мусорное ведро. И почти на самом дне коробки я откопал открытку и небольшой мешочек. Я положил мешочек на стол, взял открытку в руки, а коробку спихнул на пол. Открытка была матово-чёрной, на ней белый круг, а внутри алым цветом был изображён стилизованный распахнутый глаз с тонкой спиралью вместо зрачка. При этом создавалось впечатление, спираль внутри зрачка двигалась. Хм, голограмма, что ли? Я поскрёб пальцем по ней, но оказалось, это просто картон с принтом на нём. Я раскрыл открытку и на её матово-чёрной поверхности прочитал несколько строк, написанных от руки красивым, витиеватым подчерком:

«Михаил, с трепетом в душе, поздравляю вас с тридцать третьим днём рождения!

Желаю вам доброго здоровья и сил, дабы узреть истинность этого мира!

Примите от меня дар, в честь этого знаменательного события.

Ваш Ф.»

Эммм… мой Ф? И кто этот Ф? Честно сказать, я не знаю никого, кто бы представлялся именем, фамилией или даже ником, в сети начинавшийся на букву Ф. Странно как-то, да и у Пашки фамилия Романюк… В моей голове были тысячи вопросов, на часть из них я отвечал сам, а на другую часть ничего не мог придумать.

— Ладно, — пробормотал я. Положил загадочную открытку на стол и взял в руки мешочек. Он оказался увесистым и тёплым. Сделан из грубоватой кожи, шнурки, которыми он был завязан, тоже были кожаными, но холодными на ощупь. Я раскрыл его и заглянул внутрь.

— Круууто! — заворожённо выдохнул я. В мешочке я разглядел какой-то полупрозрачный медальон, который был сделан толи из камня, толи из цветного стекла. Я взял мешочек в левую руку и вытряхнул содержимое на свободную руку и пристально начал изучать то, что упало на ладонь. Да, это действительно был медальон! Выглядел он также как тот глаз на открытке, но был прозрачно-фиолетовым, и по ощущениям сделан был всё-таки из камня, но такого камня я раньше не видел, он чём-то отдалённо напоминал аметист, но был прозрачным, как слеза. И при этом он был тёплым и как будто излучал какое-то сияние. Меня тянуло посмотреть на него, будто глаз на этом медальоне взывал к тому, чтобы я на него посмотрел, и я невольно начал вглядываться в этот глаз, а затем и изучать его зрачок всё внимательнее и глубже. Я медленно крутил ладонь и взглядом следовал за отблеском граней на камне. Я разглядывал и крутил его в руке, силясь найти хоть какую-то гравировку. Глазами я ничего не нашёл, поэтому решил попытаться наощупь определить наличие гравировки. Я водил пальцами по медальону, а затем, наткнувшись на что-то острое, уколол палец и отдёрнул его, автоматически сунув его в рот. Вот же зараза. Я посмотрел на палец и увидел, как на нем скапливается маленькая алая капелька крови. Обратил внимание на медальон, но на нём не увидел ничего, похожего на кровь, да и ничего острого на нём я не увидел тоже. Неожиданно медальон потеплел ещё сильнее, постепенно наращивая температуру, а в центре глаза на медальоне начало что-то мерцать. Я приблизил его к лицу и с интересом наблюдал, как в центре спирали начали прыгать небольшие искорки. Они забавно висел в воздухе и будто подпрыгивали над глазом медальона, а затем я увидел, как они начали кружиться как в хороводе. Я был заворожён этим зрелищем, меня поглотило происходящее в моих руках действо и я даже не заметил, как медальон стал горячим. Он нагрелся ещё сильнее, искорки начали закручиваться в смерч, а затем из глаза в медальоне вырвался фиолетовый луч, который ударил в мои глаза. Яркая, фиолетовая вспышка достигла моих глаз и свет погас.

Глава 3

Пятый сигнал будильника прервал мой странный сон и я, отлепляясь от подушки и вытекая из-под одеяла, как обычно на автопилоте, пошёл выполнять стандартные утренние заботы, а затем отправился на работу. И вот снова на часах семь двадцать пять утра и я снова в своём «любимом» офисе. Самого себя я начал ощущать спустя ещё один час, после очередной утренней планёрки ТОПов. И вот я, с только что разведённым быстрорастворимым кофе, ну другого у нас не было. Тупо никто не хотел следить за кофе машиной и убираться за всеми, а директору было просто пофиг на это, так как он не пил и не ел в офисе. Ползу и плюхаюсь на своё рабочее место. Схватив мышку, я по привычке начал изучать просторы интернета на предмет интересных новостей, дабы как-то собраться.

Цок-цок-цок! Раздалось в коридоре. Это начальник отдела снабжения несётся в мою сторону, за очередной порцией общения. Я вообще не понимаю, как при такой комплекции можно так сильно стучать длинными каблучищами, на которых она ходит, да и не просто ходит, а быстро бегает. Открылась дверь и ко мне в кабинет ворвался маленький, всего в полтора метра ростом, электровеник. Рыжая, зеленоглазая, худенькая и хрупкая, но при этом очень энергичная особа, которая всегда была жадной до новостей и сплетен. К слову сказать, знал я её уже лет пять, собственно она появилась в этой конторе чуть позже меня и всё это время мы неплохо ладили. Мы были примерно одного возраста, да и круг интересов у нас сходился. Было у нас время, когда мы, как положено в таких организациях бывали вместе, но это так и не переросло во что-то большее. Нам было просто хорошо вместе, так что мы так и остались друзьями, но судя по знакам от неё и поведению в целом, в частности на корпоративах, я ей был очень не безразличен.

— Миша! А ну рассказывай, где ты купил такие линзы?! Я уже кучу времени ищу себе магазин с какими-нибудь крутыми линзами для себя, но пока поиски не увенчались успехом, а ты знаешь, что с моим зрением я без очков вообще ничего не вижу. А тут на тебе, только с отпуска и сразу с модным дополнением к своей и без того привлекательной натуре! — при этом эта девушка ещё и ножкой топнула, принцесса, блин.

— Лиза, прошу, поумерь свою пыл и страсть этим утром, а то спалишь меня своим напором ненароком. Утро и без этого тяжёлое, — морщась от громкости и звонкости её голоса, пробурчал я, — и вообще о чем речь собственно?

— Мхм… так ты ещё смеешь увиливать? Посмотри на себя, зачем тебе вообще эти линзы? У тебя и так красивый цвет глаз, — продолжила возмущаться девушка, — а я тут стою теперь и завидую!

— А ну, тпру, вороные! — я окончательно перестал улавливать суть происходящего и потихоньку стал закипать, — чего завелась-то? Какие линзы? О чем ты вообще?

— Да блин! — топнула она ножкой ещё раз и полезла в свою сумочку, которую зачем-то всегда таскала с собой везде, в том числе и по офису, — на! Смотри и не отнекивайся мне тут!

Я с недоумением взял протянутое мне небольшое зеркальце, открыл его и посмотрел на себя, — мхм… ну да, глаза, ну да фиолетовые, ну да не карие, а что тут такого? Ну и зрачок в виде спирали, ага… всё вроде нормально.

Так, стоп! Фиолетовые?! Твою мышь! Как?! Какого хрена?! Когда?!

Мои мысли помчались в скач, лихорадочно ища вопросы и ответы на всю эту ситуацию. Мои глаза фиолетовые и спиральный зрачок. Аргх! Да как так-то?! Это ж сон был! Или не сон? Интуиция ёкнула, что это был не сон и они стали такими после того, как я всмотрелся в медальон. Точно, медальон! Почему я не помню, как лёг спать? Куда я его дел?! Я судорожно начал осматривать стол, ящики, карманы, сумку от ноутбука и когда ничего не нашёл я понял, что что-то не так. Я потянулся к груди и нащупал что-то овальное, твёрдое и тёплое на уровне солнечного сплетения. Я нашёл шнурок и потянул за него и мне в руку скользнул тот самый медальон, что я рассматривал вчера до того, как отключился.

— Вааау! Вот это штучка! — восторженный голос Лизы выдернул меня в реальность из мыслей, — какая она классная! Дай посмотрю!

— Нет! — резко парировал я её просьбу, шутливо помахал я рукой и попытался перевести тему. Поэтому уже более спокойно проговорил, — Лиза, успокойся, я знаю, что ты как Смауг — чахнешь от всяких блестяшек. Но эта блестяшка не для тебя. Фу-фу-фу, перестань!

— Ну, тебе жалко, что ли? — надула губки рыжая попрошайка, — ну дай, а?

— Нееет, перестань, — решил я закончить торги и переключить тему разговора, — и вообще мне некогда, я вон работаю в поте лица.

— Ага, работает он. Новости опять смотришь, под безобразный кофе и каменные сушки из буфета? — разоблачающе посмотрела она на меня, зная мои привычки, — да и вчера, похоже, что-то отмечал всю ночь? То-то вид у тебя помятый.

— Нет, я просто не выспался. И нечего тут на меня наговаривать, у меня тупо нет времени и сил зависать по ночам, тебе ли не знать, — и да, действительно с тех пор, как я стал РОПом, у меня просто не хватало времени ни на что кроме работы. Каждый раз, выходя из офиса, я хотел одного: доползти до дома, закинуть в «топку» очередную порцию еды и просто отдохнуть мозгом и телом. Да и представитель электровеников напротив, как стала начальницей, тоже постоянно жаловалась, что не может больше вечерами подрабатывать и теперь ей приходится выбирать между покупкой очередной модной сумки или какими-нибудь туфлями, так как на всё вместе, видите ли, фантиков не хватает.

— И то верно, это ты прям, в корень зришь, — печально согласилась она, — хочешь я тебе травки, какой посоветую, успокоительной, ну или чтобы бодрость поднять?

— Нет, спасибо, после твоих травок я как-то двое суток спать не мог, а потом всю неделю хандрил. Спасибо, плавали, знаем, — я знаю, что она нутрициолог-самоучка и постоянно перебирает всякие БАДы, но сам я в такие вещи не особо верил, так как и к врачам, вообще не ходил, ну не доверял я им совсем. Да и работе это мешало. Ведь любой врач к кому бы я не приходил, в итоге, отправлял меня на больничный, неважно с какой заразой. Чем бы ни болел, мне прописывал кучу таблеток, которые съедали половину месячного бюджета и отписывали больничный, мол, дома и стены лечат. А сидеть на больничном неделю, или ещё хуже две, мне всё равно никто не даст. Поэтому болел я дома, сам и лечился проверенными методами, как все, и через три-четыре дня был на работе, здоровым, свежим, зелёным и в пупырку, как огурец.

— Ну, как хочешь, но только скинь мне обязательно контакты фирмы, где ты себе такие линзы и штучку урвал. Пожааалуйста! — сложила она ручки в умоляющем жесте, — ух, всё, до встречи, а то бухгалтер идёт в эту сторону, а мне с ней ой как не хочется видеться, особенно после последнего моего отчёта.

И она скрылась за дверью и протопала в противоположную сторону от маячившего на горизонте бухгалтера. А я погрузился в раздумья и начал собирать все детали пазла, которые мне выдали за последнюю неделю, в одну очень интересную картинку. Итак, факты: мои глаза стали фиолетовыми, зрачки превратились в спираль, медальон на моей шее, я не помню, как я уснул прошлой ночью, я получил посылку и открытку. Вот оно! Открытка, а от кого она была? Да, Ф. Что-то знакомое, но всё равно я вроде никакого Ф. не знаю. Так стоп! Ф. — Феликс! Тот дед-псих! Точно озорник, а где была та визитка? Пошуршав карманом, я достал бумажник и вытащил визитку. Покрутил её в руках и принял решение, позвонить этому чудаку после работы, чтобы поинтересоваться о событиях, которые произошли со мной вчера.

Сегодня я закончил пораньше и покинул офис всего-то после шести вечера. Идя по улице, машину я оставил у офиса, я снова достал визитку Феликса и набрал его номер. Увы и ах, мне в трубку ответил электронный ассистент и попросил оставить сообщение, так как абонент вне зоны доступа. Я наговорил краткий текст, о том, что хотел бы поговорить с ним на темы, которые меня очень волнуют, и попросил связаться со мной по возможности побыстрее. После чего решил направить стопы в центр города и пройтись по набережной и местной пешеходной улице, чтобы понаблюдать за людьми, перекусить и просто привести мысли в порядок.

Идя по освещённым улицам Твери, я понял, как отвык от них, находясь в отпуске. Как они в большей степени отличались от ялтинских, таких узких, зелёных и извилистых. Как мне не хватает моря, его шума, его солоноватого запаха, как сильно отличаются небольшие скверы и парки тут, от тех, что были там. В общем, различий масса и чем больше я думал, тем больше я приходил к мысли, что Тверь ну вот совсем не мой город и даже наличие всех его благ цивилизации и близкого расположения до Москвы и Питера мне ну никак не интересны. Я бы с превеликим удовольствием, сменил место проживания на более южное, и жил бы себе припеваючи. Эх… мечты… я же работаю в Твери, а удалённо при моей должности работать мне точно не дадут, поэтому придётся в очередной раз предавать себя и мириться с тем, что у меня есть, перестав мечтать о чём-то большем и лучшем. Как же я этого не любил, кто бы знал. Я всю сознательную жизнь вот так смиряюсь и терплю. Всё время лгу себе, что вот стану большим боссом с зарплатой до колена и всё себе куплю и вообще мне станет хорошо. Но блин, хорошо до сих пор так и не стало. Я достал телефон и набрал в браузере запрос на стоимость квартиры в Ялте, а увидев цену, быстро смахнул браузер и выключил смартфон ко всем чертям, убрав его в карман. Ценник кусался и притом сильно. Я тут с горем пополам наскрёб денег на свою квартиру в Твери, разбавив сумму ипотекой. А чтобы купить себе жильё на юге, нужно денег столько же, сколько стоит моя квартира, умноженная на три. Что же, вот и ещё одна моя несбыточная мечта в копилку, глядишь к старости накоплю, и уеду. Ха-ха, смешно… дожить бы до этого момента.

В этих раздумьях я дошёл до пешеходной улицы и зашёл в любимую кофейню за напитком, чтобы немного перевести дух и согреться этим прохладным вечером. Выйдя из кофейни, я вернулся в поток людей, нашёл лавочку, сел, отпил кофе и обратил внимание на людей вокруг. Вот целой гурьбой идут старшеклассники, курящие вейпы и матерящие всё и вся вокруг по своему обыкновению. А вот кучка студентов, столпилась вокруг парня с гитарой и что-то напевающая под знакомую мелодию. Ну и, конечно же, парочки и просто одинокие путники, мерно шагающие по улице, общаясь и думая о чём-то своём. Вроде всё как всегда. Хм, почти.

Чем больше я вглядывался в отдельных людей, тем чётче я начинал видеть вокруг них какое-то странное сияние. Сияние у всех было разных цветов и оттенков. Я насторожился, но почему-то у меня возникло такое родное ощущение, будто я видел эти сияния всю свою жизнь и что по-другому и не бывает, поэтому почти сразу успокоился и продолжил. Поначалу сияние было бледное, еле видимое, но чем больше и сильнее я концентрировался на человеке, тем ярче и плотнее оно становилось. Я проверил это ещё на четверых людях и эффект остался тем же. Постепенно увеличивая концентрацию на человеке, я начинал видеть вокруг него сияние. Забавное хочу я вам сказать зрелище, люди будто подсвечивались, а с учётом того, что на улице было темно, они загорались, как неоновые лампы.

Спустя, примерно двадцать минут, опытов, я выбрал паренька лет восемнадцати, который был одет во всё чёрное и решил понаблюдать за ним. Вокруг него было красное свечение, почти бордовое. Он нервно стоял рядом со сверстниками и как-то странно дёргался, будто хочет что-то сделать, но сдерживается. Спустя ещё пару минут парень резко набычился и со всего маху дал затрещину соседу справа, да так, что звук удара услышал даже я, сидя на довольно большом расстоянии и это не учитывая весь тот шум и гам окружавший меня. После удара сияние вокруг парня поблекло и стало более светлым. А вот у его соседа, получившего затрещину, это сияние с жёлтого, постепенно перетекло в красный, и становилось всё насыщеннее. Придя в себя, сосед тоже набычился, повернулся к зачинщику и начал что-то гневно ему говорить, при этом его свечение наливалось краской ещё интенсивнее. И как апогей всего он накинулся на обидчика с кулаками, повалил его на землю и, запрыгнув на него начал колотить бедолагу кулаками. Вся дружная братия кинулась их разнимать, а я усмехнулся накалу страстей, отпил кофе и обратил внимание на парочку, сидевшую на лавочке в десяти метрах от меня.

Они держались за руки и вели неспешную беседу о чём-то своём. Признаюсь честно, я не особо любил наблюдать за людьми в такие моменты, ведь я воспринимал такие ситуации немного интимными, но ради эксперимента, я не смог отказать своей рациональной части мозга. И вот он ей что-то говорит, гладя свободной рукой её по ладони, а она внимательно слушала глядя на его губы. Его сияние при этом было каким-то холодным, голубым или синим, мне было трудно его разобрать, так как оно было очень прозрачным. А вот её наоборот я видел хорошо, и оно было нежно розовым, поросячьим, как я его для себя обозначил, так как именно таким цветом малюют всяких умильных единорогов и плюшевых хрюшек в детских магазинах. Она не отрывала глаз от него, а он продолжал неспешно что-то ей говорить. Было видно, что этот разговор его порядком утомляет, и он стремительно становится ему, не интересен. Спустя какое-то время, она с чем-то согласившись, кивнула головой, от чего её сияние мигнуло и постепенно стало более прозрачным, но всё же таким же поросячьим, они встали и неспешно двинулись в сторону от лавочки и меня. Я посидел, ещё немного отключившись от происходящего вокруг, так как эти эксперименты утомили меня ещё сильнее, чем было ранее, вызвал такси и всё также в своих мыслях поехал домой.

Войдя в квартиру я проверил телефон на предмет звонка или хотя бы смс от Феликса, но ничего не получив отложил его в сторону. Переоделся, разогрел остатки вчерашнего ужина и приговорил его под серию старого зарубежного шоу «Менталист». А после погрузился в размышления о том, что произошло со мной за этот день.

Мой цвет глаз изменился, я начал видеть сияния вокруг людей, а ещё этот Феликс и цацка на моей шее… Что это за хрень, происходит со мной? Что за сюр? Меня разыгрывают? Я что попал в придуманную историю про супер героев в реальном времени, или фантастику с иноземными артефактами, или это какое-то фэнтези с орками, эльфами и прочим сбродом? Блин, не понятно. Мне нужно в этом разобраться и как можно скорее иначе мой мозг закипит, а пятая точка начнёт плавить предметы подо мной. В своей жизни я не любил ни ждать, ни тем более догонять кого-то или что-то, как банально бы это не звучало. Ну не могу я сидеть и тупо выжидать ответов, когда я знаю, кто мне их может дать. А ехать опять в Ялту, и искать там днём с огнём этого Феликса резона не было никакого. Мало того, что я не знаю, кто всë таки он такой и где его можно найти, так тем более мне никто не даст отгул или отпуск спустя столь короткое время. Так, как там меня учили? Точно, спросить себя: «Что я могу с этим сделать прямо сейчас?».

1. Я могу проверить медальон, снять и не носить его какое-то время и посмотреть что изменится.

2. Я могу поискать в социальных сетях и мессенджерах этого Феликса.

3. Я могу поискать в интернете информацию о медальоне и о сиянии.

4. Я могу позвонить в доставку и узнать кто отправитель. Так, а где там накладная?

5. Я могу поднять правую руку вверх, кинуть её вниз, хорошенько проматериться, забить на всё и лечь спать.

Мда… Пятый пункт нецелесообразен, зато приятен. Четвёртый пункт отложим до завтра, так как поддержка уже не работает в это время. А вот три оставшихся я могу сделать прямо сейчас.

Итак, медальон лежит в ванной. У меня в руках телефон и… ни Феликса, ни информации о медальоне или символе на нëм, я так и не нашёл, даже спустя 2 часа прочёсывая статьи в сети. Но есть и плюсы, медальон видимо был сделан из Танзанита, а сияние вокруг людей называется аурой и вот про неё была просто куча статей на всяких изотерических сайтах от разнообразных колдунов, ведьм и прочих ведуний, населявших просторы нашей родины.

Просидев в телефоне более 2 часов, у меня изрядно затекло тело, поэтому я встал, размялся, попил воды и отправился в ванную по зову природы. Проходя мимо раковины, я краем глаза заметил, что злощастного глаза на шнурке нет там, где я его оставил. Озадаченный ситуацией я обыскал всю ванную, но так и не смог его нигде найти. А посмотрев в зеркало, я увидел, что радужки моих глаз не поменялись в цвете обратно и были такого же цвета, что и медальон. Опустив глаза ниже я ошарашенный находкой выкатил глаза на медальон, который как ни в чëм не бывало, висел на моей шее, глазом напротив солнечного сплетения. Благо хоть не подмигнул мне при этом.

Рука — лицо! Песееец — северный зверёк! Мама, я попал в сказку?! У меня тут магия творится! Свистать всех санитаров наверх! Мишаня в конец долбанулся!

Твою МЫШЬ!

И с этими мыслями я, закончив все вечерние дела, лёг в кровать и попытался заснуть, отгоняя навязчивые мысли в сторону. Мысли о том, что дурка меня уже заждалась и о том, что надо бы в обед сгонять в аптеку за успокоительными пилюлями или к психиатру походить, а то так и в шизоиды записываться придётся. А ещё образы, которые мозг выдал нагара, сплю и вижу, как коллеги и сотрудники с клиентами общаются.

— А вот вы, Мишку нашего знаете? Ага, нашего РОПа. Да, нет его на работе, всё, тю-тю, уработали его. Кукуху ему сорвало. Да, совсем себя не жалел, и вот, сгорел на работе, бедняга, лежит теперь под капельницей в жёлтом доме.

Так продолжалось какое-то время. Живя с этими мыслями, раздумьями о будущем и экспериментами на улице, время шло незаметно. Прошло несколько дней, и я уже не знал, что мне делать дальше. Никакой информации я такне смог найти ни о Феликсе, ни о медальоне, да вообще ничего. Будто всего этого не существовало. Я лазил на всех сайтах, задавал вопросы и скидывал фото, но ни одна живая душа не воспринимала меня всерьёз, называя меня клоуном и укуреным. Ну, конечно я их понимал. Кто поверит в наше время в тот бед, который я нёс в сети. Да никто, а я в первую очередь. И да, смотря со стороны на всё то, что я писал, я даже в своих глазах выглядел психом, что уж тут говорить о людях, что это читали. Я искал везде, даже через знакомых специалистов залез на тёмную сторону интернета, но и там ничего интересного не нашёл, за исключением разве что разных фриков, утверждающих, что они либо очередная мессия, либо в конец трёхнутых чудаков, говорящих, что они научат тебя настоящей магии.

Шли дни, я продолжал жить, как жил до этого, а параллельно искал хоть что-то связанное с моей ситуацией, даже отдалённо похожее, но увы, я ничего не находил. Я также не упускал попытки дозвониться или написать Феликсу, но они были тщетны. А затея со звонком в доставку тоже плодов не принесла, они сказали, что посылка была не от них, что даже записей о ней у них нет. А курьера, описание которого я им дал, у них тоже нет, и не было. Так что я просто работал работу и продолжал надеяться, что Феликс выйдет-таки на связь.

И вот наступил долгожданный вечер пятницы. Время для похода в бар и отдыха от «любимой» работы.

Глава 4

Пятничный поход в бар, это практически узаконенный ритуал любого офисного планктона, к которому я также относился. Имя нам «Легион»! И мы по своему обыкновению, дабы внушить себе то, что мы, таким образом, расслабляемся и выветрить из головы всю рутину за прошедшую неделю, делаем это почти каждую неделю, невзирая на здоровье и последствия, которые 100 % настигнут нас утром. А у многих, как и у меня, на это даже отдельная статья расходов запланирована. Ну и не зря в народе говорят, что постоянство — признак мастерства. А значит я капец, какой мастер, так как такого рода развлечения я провожу уже не первый год. А ещё раньше, когда я жил в маленьком городке в Сибири, мы с тамошними моими друзьями собирались у кого-нибудь дома и под горячительное пойло с закусками общались и обсуждали насущные проблемы каждого из нас. И да, я прекрасно понимаю, что это всего лишь самообман и ничего кроме похмелья эти посиделки не принесут, но не судите меня строго, пусть хоть эта маленькая блажь у меня останется, не всё же на работу тратить. Тем более, какой русский человек не хотел бы поплакать о своей унылой жизни, в хорошей компании с выпивкой, да и под хорошую закуску?

И вот, я переоделся из официального офисного, в неофициальный офисный наряд и неспешно пришёл в любимый тематический бар, за своей порцией расслабляющего зелья. Здесь всё как всегда, за последний год ничего не изменилось. Ещё не совсем поздно и поэтому посетителей не много и тут довольно тихо и уютно. Приглушённый и тёплый свет, лёгкий негромкий фолк, мебель из тёмного дерева с грубой фактурой, длинная барная стойка с несколькими знакомыми мне барменами, которые отсалютовали мне, как только я вошёл и симпатичные подавальщицы, которые пока вяло бродили между столиками. Дополняли атмосферу наряды работающих здесь ребят. Они были одеты в индивидуальные косплей костюмы, на тему средневековья, и пусть вас не обманывает то, что в средневековье одежда была такая себе, тут было своё, фэнтезийное средневековье, в том числе и средневековые кожаные мини юбки, бронелифчики и прочие безделицы, а также фраки и сюртуки на тот же манер.

Я сел на любимое место ближе к просвету между стаканами и кранами для пива, в том месте, где можно было пообщаться с ребятами, несущими свою тяжёлую службу этим вечером и заказал себе пинту светлого эля. Бармен принял заказ и начал наливать этот янтарный напиток, улыбаясь мне и начав рассказывать какую-то историю. Он отдал мне напиток, и я с нетерпением отхлебнул его, осушив тару на четверть.

— Эх… Хорошо… — выдохнул я, чувствуя, как напряжение покидает тело.

— Согласен. Хорошо! — услышал я чей-то басовитый голос справа и повернулся в его сторону.

Через стул от меня сидел мужчина, одетый в неофициально офисный наряд светлых тонов и тоже потягивал бокал какого-то тёмного напитка, видимо тоже расслабляясь, после тяжёлой трудовой недели. На вид он был моим ровесником, хотя угрюмое лицо и грубые черты лица добавляли ему несколько лет и он казался каким-то сильно собранным и сосредоточенным, что контрастировало с антуражем бара и моим состоянием. Отдельно отметилась мне его аура. Она была бело-серой и какой-то очень прозрачной, такого цвета я ранее ни у кого за минувшую неделю я не замечал.

— Неделька была трудной? — усмехнулся я и сделал ещё глоток эля.

— Да. Видимо рыбак, рыбака? — улыбаясь во все 33 зуба, ответил незнакомец.

— Ага, а как ещё? Услуги или товары?

— И товары, и услуги, — с тоской в голосе ответил он и протянул руку, — Алексей, руководитель департамента организации закупок в «Эйдж Индастриз Рус», будем знакомы.

— Приятно познакомиться с коллегой по несчастью, Михаил, руководитель отдела продаж в гордой, но маленькой «Стройтехкомплектсервисбытмонтаж», — скороговоркой выпалил я и пожал протянутую руку.

— Я смотрю тебе даже разминаться не нужно перед разговорами, название фирмы делает это бессмысленным, — хрюкнул новый знакомец, услышав название моей конторы.

— Ага, название — пережиток старых времён, когда в него старались запихнуть все услуги, которые оказывает фирма, но как-то прижилось и новое руководство менять его не хочет, — пожал плечами я и отхлебнул ещё глоток.

— Знакомо, я когда-то работал в подобной фирме и каждый раз, когда читал название, вспоминал анекдот, что когда я вырасту, я открою свою фирму и назову её ООО «ООО» и буду сидеть и тихонько смеяться над секретарём, которая будет на каждый звонок клиента представляться названием нашей фирмы.

— Да, фантазия жуткая штука, — хохотнул я, — какими судьбами в наших краях? Насколько знаю, твоя фирма располагается в Москве или тут у нас филиал открыли?

— Да нет, я в командировке, приехал на один химический завод, разузнать о сырье для нашей продукции. Да вот опоздал на электричку. Да и время позднее. Вот я и решил тут переспать, а завтра обратно поеду, — собеседник сделал серьёзное лицо, отпивая свой напиток, и протянул руку в сторону, указывая на свободный столик, — может, присядем туда и пообщаемся? А то как-то скучно мне одному, а тут компания. Да ещё и почти коллега, потравим байки, поделимся тем, что накипело за неделю, знакомства ведь ещё никому не вредили, верно?

Тут меня что-то тихонько кольнуло, и я заметил рябь на его ауре, но не придал этому особого значения, так как всё равно не понял, что это было, да и разбираться ну вот совсем не хотелось. По крайней мере, Алекс, как он в процессе перехода за стол попросил его называть, не показался мне хоть в чём-то опасным или угрожающим. Обычный такой парень, замученный работой и вынужденный остаться в другом городе, несмотря на возможные планы. В общем, я и сам не раз бывал в такой ситуации и прекрасно понимал его, поэтому, мы спустя пару часов и трёх допитых бокала зелья, обсуждали забавные рабочие моменты, делились впечатлениями от книг, фильмов, сериалов и прочую общепринятую ерунду.

— Ну, так что, Михаил, какие планы на выходные? — осведомился мой слегка подпитый собутыльник, — рванёшь куда-то? Нам ведь офисным нужно развеяться, прежде чем снова погружаться в рутину.

— Неее, я дома, у меня и без того дел после отпуска накопилось выше крыши, — помотал головой я, сохраняя фокус глаз на Алексе, — да и рвать не куда, да и не с кем.

— Да ладно, такой парень и один? Странно, но не боись, и на твоей улице праздник будет, эт точно, — хмыкнул он неверяще, немного помедлил и продолжил, — ну, раз так, то в счёт благодарности за прекрасную компанию сегодня, я приглашаю тебя в Москву! Поехали завтра вместе со мной, а после пройдёмся по всем злачным местам столицы, а может ещё, и пассию тебе найдём?

— Увы, но нет, спасибо, Алекс. Я не смогу, лучше давай так, вот тебе моя визитка, запиши мой номер. А как только кто-то из нас соберётся выезжать в место, где живёт другой, то напишет ему, и мы по возможности встретимся, — мне показалось, что Алекс как-то резко вспыхнул от злости, но почти сразу остыл, взял визитку, положил её в карман и посмотрел на меня с расстроенным лицом.

Предложение было довольно заманчивым, и я уже давно хотел выбраться в Москву. Найти старых знакомых и вместе с ними провести несколько дней гуляя по столице, её заведениям и поучаствовать в ночной жизни «не спящей», но я блин не знал этого парня и до сих пор относился к нему, как к случайному знакомцу, то есть настороженно. И вообще, откуда такая щедрость и доверие в мой адрес?

Нет, не хочу я вляпаться в очередной блудняк, как делал это во времена своей юности, тем более помня о том, что в семидесяти процентах таких случаев это выходило мне боком. Я с детства был очень общительным и везде заводил друзей, а как подрос, то это стало делать ещё легче, во время подросткового периода у мальчиков почти всегда одни и те же интересы. Так вот однажды новые знакомые в моём родном городе подбили меня пойти с ними в парк и посмотреть на заброшенный гараж, суля мне кучу ништяков и весёлое время препровождение. Всё бы ничего, но как только мы вскрыли гараж и залезли в него, я понял, что он как бы и не заброшен, да и он как бы, не совсем гараж, а какой-то склад боеприпасов, какого-то дедана, который в каждом кусте искал шпионов. А самое весёлое, что соседи нас увидели и настучали в органы, и они как бы странно не было приехали, на вызов. Мда… 2 часа забегов от них, потом полночи разборок внутри нашей удалой компании. После ещё полночи в «обезьяннике», прикованным за ногу к развилке трубы над моей головой, за особую прыть и дерзость в адрес доблестных служителей закона. Ванёк из соседнего подъезда умудрился сдать нас родителям, а они ничтоже сумяшися настучали в органы, которые вскоре нашли наш шалаш и нас благополучно скрутили. Я до сих пор рад тому, что у меня была хорошая растяжка, так как с детства я посещал различные малочисленные в то время, спортивные секции, то дзюдо, то атлетика, то джиу-джицу. В общем-то, нас выпустили, так как хранение оружия и боеприпасов дед не регистрировал, а мы все были несовершеннолетними. Но после на меня ещё долго искоса поглядывали ППСники на улицах. А что поделать городок-то маленький, а внешность у меня заметная. Так и получается, что я лучше двадцать-тридцать раз подумаю, прежде чем соглашаться на что-то и от кого-то, кого я, по крайней мере, не знаю достаточно и не доверяю ему.

— Ну на нет, и спроса нет, — ухмыльнулся он, вырывая меня из воспоминаний, — как знаешь, но приглашение остаётся в силе, напиши, как в столице объявишься, встречу, как дорого гостя.

— Хорошо, спасибо. Ну, что ж, пожалуй, на сегодня пора закругляться, что-то поздновато, да и эль сегодня какой-то слишком забористый или я устал. Так что направлю-ка я стопы в сторону дома, если не возражаешь, — и действительно, я что-то захмелел больше обычного. Пора мне уже топать домой, пока приключения не нарисовались, — спасибо тебе, Алекс, за тёплую компанию.

— Да погоди, — взял он меня за протянутую для рукопожатия руку и потянул к столу так, чтобы я присел, а он отпальцевал что-то подавальщице, что крутилась рядом, — давай по рюмке «Яги» выпьем, да и пойдём, мне тоже на сегодня хватит, а без рюмки сладенького, я заканчивать не привык.

— Ох, хорошо, — я сел обратно и нам как раз принесли 2 ледяных рюмки с вязким сладким напитком и двумя дольками апельсина, посыпанных порошком корицы, чек и терминал. Я взял стопку, отсалютовал ею и опрокинул её в себя. Достал бумажник и начал отсчитывать купюры, — за твоё здоровье, Алекс, и успех твоей сделки!

— Уж в этом ты не сомневайся. И погоди ты, фирма платит! Я ж в командировке, приеду и проведу, как производственные нужды, — он достал пластик провёл по терминалу и положил в его штаны, — вот и всё! Потопали.

Мы спешно оделись, я оставил пару купюр на столе «на чай» и мы вышли из бара. Пока я шёл от раздевалки до выхода, у меня начала кружиться голова, меня потянуло в сон и когда мы вышли на улицу, то меня как примагнитило, сначала к стене, а затем к лавочке, стоявшей метрах в пяти от входа в заведение. Пол с потолком начали сливаться воедино, я начал чаще дышать и я, будто сквозь стену, услышал ехидный и насмешливый голос Алекса.

— Ну, Миха, ты дал, совсем пить не умеешь похоже… — он говорил что-то ещё, но слова уже не доходили до меня, а дальше я провалился в чернеющее ничто.

Глава 5

Я приходил в сознание рывками, видимо от того, что боль вспышками накатывала на мой мозг, который судорожно старался донести до меня, что я в опасности. Вспышка и вот я смутно осознаю, что моё тело затекло и болит. Ещё одна и я понимаю, что я нахожусь в вертикальном положении, а мои ноги не касаются земли. Следующая вспышка и я начинаю слышать звон в ушах и сквозь него начал просачиваться не знакомый мне звук, похожий на голос. Ещё вспышка и появляется зрение, сначала мутное, но постепенно оно начало фокусироваться, но я увидел только тьму. Ещё вспышка и я резко прихожу в себя, начиная осознавать себя, своё состояние и слышать звуки места, где я находился.

— Ш-шш… Шт… Што?… — но прежде чем я начал что-то понимать я ощутил резкий и сильный удар по печени. Моя бедная печёнка сделала кульбит внутри меня, отозвалась болью, от которой я закашлялся и начал рывкам хватать воздух ртом. Вспышка боли отозвалась по всему организму, и я окончательно пришёл в себя.

— Хммм… Угх… — теперь я слышал и ощущал всё, что происходило вокруг меня.

А действо тут происходило не шуточное. Как я понял, я был подвешен куда-то за руки и висел так, судя по боли в руках, уже какое-то время. Также, судя по состоянию организма, это был первый удар, так как кроме затекания тела, боли в руках и печени ничего не болело. Ах, да, болело ещё кое-что, но это к делу не относится. Мой мочевой пузырь вспомнил, что вчера ночью я пил много жидкости и не преминул мне об этом напомнить… Волны негодования и протеста моего тела расходились по мне, как удары током, но я ничего не мог сделать, кроме как дрыгать и мотать конечностями в воздухе.

Итак, я свисаю откуда-то, меня бьют, и мои руки и глаза связаны. Я точно одет, так как мне не холодно, да и зачем меня вообще раздевать, кто там, что не видел?

— Ха? Пришёл в себя, наконец? — раздался грубый голос недалеко от меня, — видишь меня?

— Д-да как? Слшай, дя… дя… хаах… не… вижжу… ях них… рена! — попытался злобно ответить я, но смог лишь промямлить эти слова и вытолкнуть их изо рта. Похмелье и сушняк давали о себе знать, — Шт… кто ты? Где хах я? Шт… за хрень…

Следующий удар, уже поддых, выбил из меня окончания слов и сбил дыхание, я снова закашлялся, и меня вывернуло вперёд тем, что было в желудке на момент удара.

— Кха-кха… Грм… Кхе… Блин… больно… же! Я, хм, не груша, шт… што тебе надо? — я начал паниковать, право слово, меня не каждый день, да что там лет десять уже никто не бил, я вообще как перевалил за двадцать лет старался избегать физического насилия и расходиться со всеми путём переговоров и компромиссов. А тут вообще ситуация, когда переговоры не рассматриваются, а я в таких случаях полный профан, да и не боец я, в общем-то, мой конёк общение, а не драка. Я, постепенно напрягая своё тело, ожидал очередного удара, — п-послушай, п-пожалуйста дай воды, бодун дикий, и мня… и при… гхм… природа зовёт, того и гляди обоссусь…

— А ты больно дерзкий, для того, кого бьют, и он не может ничего сделать с этим, запросов целый воз, сходи под себя, делов-то, — незнакомец смачно сплюнул, но следующего удара не было, — итак, ты знаешь, почему ты здесь?

— Кхх… Здесь? Эт где? Я понимаю, что вишу, но не вижу где, да и понять не могу, что я тут делаю и за какие грехи, — я немного восстановил дыхание и выдал теперь целую тираду, пытаясь не терять самообладание и стараться выглядеть бодрым.

Ну а как ещё? Я, вашу мышь, подвешен за руки, меня лупит по моим любимым внутренним органам, какой-то псих с явно поставленным ударом, так ещё и задаёт мне все эти странные вопросы. Ко мне пришёл северный зверёк и нагадил прямо на порог! Вот как это называется… Нееет, я не в сказку попал, а в боевик какой-то, про супер секретных агентов типа ноль-ноль семь и иже с ними. Охренеть! Я обычный РОП в обычной фирме вишу тут, как кусок мяса и из меня делают отбивную. Эх… Ма… И после всего этого я ещё и пытаюсь держать хорошую мину, при плохой игре? Да, пытаюсь, такой вот я невозмутимый!

Как тогда, когда ко мне на фирму в конце рабочего дня завалились два братка с «приветом из девяностых» и начали раскладывать мне на пальцах, как и почему они меня будут употреблять, если я одному своему клиенту не сделаю монтаж газопровода к дому бесплатно. Так как, видите ли, он ранее изрядно потратился на проект и как-то сильно его обманули злые проектировщики, поэтому чтобы им избежать подобной беды нужно сделать работу бесплатно, а уж после, если им понравится, они мне за неë заплатят столько, сколько посчитают нужным. Ну и конечно, если я им помогу, то и они мне будут помогать в будущем, так как у них есть связи с Такими людьми, каких у меня в их мире точно нет и вся моя дальнейшая жизнь вообще станет притчей во языцех. Ну а я не согласился. Нет, это был не блеф и не глупость, это были мои врождённые пофигизм и злость, а ещё постоянное желание пойти всем наперекор, вывернуть себя наизнанку, но доказать, что я прав и делаю всё верно. Ну, в итоге всё так и получилось. После их сказок, я рассказал, что знаю одного хорошего человека, не лично конечно, но мне это не помешает. А он, между прочим, стоит во главе государства. У него есть очень много людей в подчинении, которые интересуются такими вот товарищами, как они. И что если они не уберут свои татуированные куполами задницы из этого кабинета, то им придётся очень и очень близко познакомиться с ребятами, в синей униформе. После моего заявления с приложением записи разговора и записей с видео камеры на входе в офис. И они убрались восвояси. Крутые штуки — эти технологии. А раньше бы мне видимо пришлось терпеть побои не только от таких вот деятелей.

Ну, да и шут с ними, вернёмся к моей многострадальной тушке. Тут как раз кто-то ещё подключился к разговору.

— Сокол, не бей его больше, особенно в голову и живот. Глаза нам его всё ещё нужны, да и запаха мочи, я не переношу, — раздался раздражённый женский голос чуть подальше от меня, находящийся за Соколом, — он ещё совсем зелёный, судя по всему. Ничего не знает и толку от него сейчас вообще никакого, заканчивай тут и поехали уже из этой дыры, пока я не провонялась местным смрадом!

Раздался звук удаляющихся шагов, затем что-то громыхнуло и, судя по всему, мы остались с Соколом наедине. Чую я, жареным запахло… Адреналин в моей крови начал поднимать моё давление, сердце начало наращивать темп ударов в висках, а грудную клетку сдавило невыносимым грузом. В голове была лишь одна мысль. — Действуй! Давай, сделай что-нибудь, выкрутись, как ты всегда делал! Ну же! Соберись! — по мере нарастания паники и злости на своё беспомощное положение, я ощутил, что мои глаза начали накаляться и гореть изнутри. Я оторопел и сморщился.

И пока приходил в себя я осознал, что моему зрению уже ничего не мешает! Я увидел место, где сейчас находился. Это был какой-то заброшенный то ли склад, то ли амбар. Метрах в пяти от меня стояла стойка с ярким, но не слепящим фонарём. А напротив меня на изготовке стоял коренастый мужик в чёрной униформе и берете. И судя по его морде, она повидало многое и это многое оставило на ней неизгладимое впечатление, так как назвать морду мужика хоть сколько-нибудь похожим на лицо человека, я не мог, как и не мог определить ни его возраст, ни особые приметы. Вся его морда была похожа на тысячи мелких и больших кратеров пересечённых извилистыми шрамами разной длины и глубины. А вот понимание, что он боец и при том мощный не оставляло за собой никаких сомнений. Он был похож на крепкий и широкий ствол дерева, готового придавить тебя своей твёрдостью. Он стоял, доставая длинный нож из-за пояса, обыденно так, неспешно. Предательская мысль пулей промчалась в моей голове, — Ну всё, Мишаня, ты готов отправиться в райские кущи? Куда тебе с таким тягаться?

Секунды растянулись в вечность, всё тело зазвенело от напряжения, а в висках начало бухать столь сильно, что я перестал слышать окружающие меня звуки. Ещё секунда и он делает замах, ещё одна и его рука выстреливает нож в сторону моего сердца. Я зажмурился и… Ничего…

Я снова услышал удаляющиеся шаги, увидел силуэт женщины одетой во всё белое с тёмной длинной, почти до талии косой, которая уходила от нас с моим будущим убийцей. А затем я увидел его, стоящего напротив меня и его руку, тянущуюся за ножом за поясом. Время снова понеслось в скач, если я правильно понял, то у меня были секунды на то, чтобы что-то сделать, до того, как моё сердце проткнёт его оружие. Ситуация повторяется в точности, как я видел несколько мгновений назад. Я приготовился, выдохнул и в тот момент, когда Сокол бросил руку в направлении моего сердца, я резко собрал все силы и с хрустом во всех суставах рук и подтянулся. Оперся на плечи убийцы и оттолкнулся изо всех сил! Прыжка хватило, чтобы я почувствовал, что руки стали свободными и теперь я мог опустить их. Я увидел, что мой противник по инерции и от неожиданности упал и прокатился по полу, а я приземляюсь в паре метров от него. Я быстро окинул местность и наметил дыру в стене для побега. А как только ноги коснулись земли, я очертя голову бросился в спасательно зияющую чернотой дыру слева от меня. Пока я бежал, я слышал, как Сокол вскинулся с земли и услышал, что что-то лязгнуло за спиной. Я повернулся и увидел пистолет в его руке, он целился в меня и я заметил, что от дула в мою сторону прочертилась линия с окончанием на моей правой лопатке, затем она переместилась под левую лопатку, а затем на правую ногу. Я отвернулся и уже не видел, где находится точка, но ощущал давление на задней стороне правого колена. Хлопок, ещё секунда, и ещё хлопок и я на ходу, не теряя ни миллисекунды, отпрыгиваю влево, чтобы пропустить мимо два жалящих куска свинца и пока удивлённый противник начал заново выцеливать меня, я впрыгиваю в дыру в стене и кубарем качусь по склону, который так удачно кто-то расположил здесь для меня. Земля и светлеющее небо завертелись в круговороте, а я с облегчением услышал мат Сокола и испуганный крик женщины, удаляющиеся от меня. Удар и я валюсь на землю мешком картошки. Поднимаюсь и начинаю бежать, несмотря на нестерпимую боль по всему телу.

Я бежал и бежал, не разбирая дороги, чувства притупились, ноги, лёгкие и бок ломило. Каждый вздох разрывал грудную клетку на части, а каждое движение давалось мне всё труднее и труднее. Я оглянулся, споткнулся и повалился в очередные кусты, что оказались на моём пути. Попытался заставить себя встать, руки хрустнули, подломились и я не в силах что-либо сделать рухнул оземь.

Когда я пришёл в себя, было светло. Я перевернулся на спину, и моим глазам открылось ясное небо с высоко стоявшим в нём холодным осенним солнцем. Я с трудом заставил себя сесть и оглядеться. Я сидел в кустах в какой-то роще деревьев, вокруг не было ни души. За редкими стволами деревьев проглядывалось поле. Я прислушался, но кроме ветра и редких птичьих криков ничего не обнаружил.

— Так, значит, я всё-таки удрал от них или они просто не стали гнаться за мной… И на том спасибо.

Я решил себя осмотреть. А посмотреть было на что. Дааа… вот потрепало, так потрепало! Всё моё неофициально офисное убранство превратилось в рубище. То тут, то там в разрезах ткани я видел синяки, ссадины, царапины и порезы. Про лицо я решил просто не думать, да и зеркала тут нет, и я сосредоточился на частях ниже шеи. Дико болело всё, от пяток, до кончиков волос на голове. Сильнее всего боль ощущалась в районах печени и солнечного сплетения. В голове шумело и звенело. Я посмотрел на предплечье правой руки, где щипало сильнее всего, и в очередной раз опешил. Там было отверстие! Ага, прям сквозь мясо.

— Я сквозь руку вижу лес! Аргх… Больно и обидно, но я жив! — зашёлся я в истерике и хихикал, как умалишённый с минуту.

Я оторвал от рубища кусок ткани, когда-то он был подкладом моего дизайнерского пальто, казавшейся мне более чистой, чем остальные части остатков одежды. Перевязал рану и медленно стал подниматься на ноги. Я похлопал по карманам и с радостью обнаружил, что все мои личные вещи, а именно: бумажник, телефон и ключи от дома были на месте. Эта парочка не удосужилась обыскать меня, видимо им это было без надобности. Я взял в руки мой смартфон последней модели, да не яблокофон, а хороший китаец, ну не доверял и не любил я всем этим представителям огрызка, и посмотрел на него. Мда… телефону хана. Увы, но мои кульбиты по земле, а может, и падения, до этого ему пережить-таки не удалось, ну хоть симки живые, а свой старый аппарат, я ещё не выкинул, сложил дома на крайний случай, вот как сейчас прям. Так ключи и обязательный ключ-фальшивка, сделанный из металла с раздвижным механизмом. Я любил такие штуки, типа кредитка с ножом и так далее, но тут был миниатюрный мультитул, в котором был и нож, и отвёртки, и шило, и открывашка. Порадовал меня китайский производитель, ох порадовал. Ну и бумажник, деньги и пластик на месте и даже права лежали там, где и всегда. Здорово, правда деньги мне в поле не пригодятся, но зато помогут в посёлке или на трассе.

Я стоял опершись на ветку и прикидывал где я и куда мне идти дальше, не оставаться же в чистом поле и продолжать морозить и без того замёрзшие конечности. Я разглядел что-то похожее на тропку и, подняв палку потолще, поковылял в её сторону. Бессмысленно блуждая по полям, и редким перелескам я принялся прокручивать всё, что случилось за последнюю неделю. Разбирал слова и действия всех людей, что пересекались со мной за это время, я искал подвох во всём, в каждом слове, каждом взгляде, но не смог найти ничего, кроме того, что Алекс изначально показался мне странным и настораживающим. Что же, интуиция и здесь не подкачала. Я начал корить себя за неосторожность и доверчивость, которую проявлял к незнакомым людям, но былого уже не воротишь, ведь если бы такобы. Аргх… толку-то сейчас себя пилить? Сейчас мне нужно найти что-то или кого-то, что поможет мне вернуться домой и привести себя в минимальный порядок.

А примерно через два часа я дошёл до холма, с которого увидел вдалеке небольшие строения, похожие на дачные домики и двинулся в их сторону. Спустя ещё час или два я дошёл до ближайшего из них и понял, что забрёл в какой-то посёлок, но судя по виду домов, он был заброшен лет десять, а то и больше назад.

Я подошёл к дому и попытался открыть дверь, но она оказалась заперта и я, приложив немного усилий, выломал её, благо палку я так и не выбросил, а то, что за домом никто не ухаживал, сыграло мне на руку. В доме было темно и пусто. Ни мебели, ни посуды, голые стены. А я-то обрадовался, что разживусь тут чем-то, что облегчит мне жизнь и расскажет мне, наконец, куда я попал. Я вскрывал дом за домом, там, где мог, ломал двери, а там где не мог, разбивал окна и залазил внутрь. Пока я лазил по домам, нашёл старый рюкзак и всё, что находил полезного в домах, складывал в него. На улицу накатили сумерки, застав меня при выходе из последнего дома. Дойдя до околицы и пройдя насквозь около двадцати домов, я развернулся и решил, что ночевать буду в одном из домов. Я нашёл колодец со стоялой водой, набрал её в почти целую эмалированную кастрюлю, предварительно помыв её в соседнем колодце, и потащил всё это добро в ранее выбранный мной дом, в котором была кровать и хоть какие-то вещи и одеяла. Я забаррикадировал вход, поднялся на второй этаж и выложил находки на пол перед собой.

Спички, газета «Комсомольская правда», журнал кроссвордов, пачка чипсов, не весть как за валявшихся на одной из кухонь, сухарики, банка тушёнки и автомобильная аптечка в целлофане из соседнего строения типа гаража. Как и большинство водителей, я тоже никогда её из плёнки не доставал, нужна была, только для того, чтобы инспекторы вопросов не задавали. Вот собственно и всё из того полезного, что я нашёл. Ха-ха, у меня есть ужин и то, чем можно себя подлатать, уже хорошо и низкий поклон всем тем, кто забыл или потерял все эти вещи тут, я вам очень признателен.

Я сложил все находки обратно в рюкзак, отодвинул его в сторону и начал искать матрас и одеяла, чтобы положить их на оставленную здесь, каким-то добрым человеком панцирную кровать, времён СССР. Дело сделано, теперь у меня есть ложе на эту ночь, с двумя матрасами, подушкой и шестью одеялами, красота! Я прихватил рюкзак и пошёл на первый этаж, чтобы найти место, где можно развести огонь и прокипятить воду из колодца. Стол, стулья и полки пошли в расход. По пути я нашёл ещё ведро, кружку и пару тазов, относительно годных под мои планы. Принёс всё это хозяйство на то место, что раньше было спальней, так как только здесь была печь-буржуйка, и разложил всё рядом с ней. Я проверил тягу в печи и с радостью начал разжигать огонь внутри неё, поставив сверху кастрюлю с водой. А пока ждал нагрева воды, как мог, расковырял банку с тушёнкой и поставил рядом с печкой.

Пока закипала вода, я принёс ещё несколько тазов с водой к печке, подкинул дров, и стал наслаждаться вкусом говядины, прямо из банки ковыряя мясо ножом из моего мультитула, поедая вприкуску сухарики, со вкусом хрена. Благо такие продукты практически не имели срока годности, и были относительно безопасны для моей трапезы. После я поменял местами кастрюлю и таз с водой и отлил часть воды из кастрюли в свободное ведро. Взяв ранее тряпку со второго этажа, я смочил её и начал протирать все побитые места, а когда дело дошло до лица, я с удивлением обнаружил, что до сих пор нахожусь в повязке, которая была у меня с момента моего заточения той странной парочкой. Я снял её, но вокруг ничего не изменилось, как будто ранее ничего не заслоняло мои глаза. Я отложил повязку в сторону и стал аккуратно вытирать лицо, а после стал снимать остатки одежды и вытер себя везде, куда дотянулся. Все тело начало потихоньку обмякать, порезы и ссадины безудержно щипало, но у меня была ещё одна важная задача на сегодня.

А теперь займёмся серьёзной раной. Я размотал повязку и сквозь боль начал протирать её от запёкшейся крови и грязи, которые скопились за время моего побега. Стиснув зубы, я попытался очистить внутреннюю часть раны, но отложил это и решил, что тут нужен предмет поменьше, чем мои пальцы. Я вымыл нож, сунул его в печку над огнём и подождал несколько секунд, а после того, как он остыл начал аккуратно выковыривать грязь из раны, чередуя нож и шило, пока она не показалась мне достаточно чистой. Из ранее найденной аптечки я достал перекись водорода и небольшими порциями выливал содержимое пузырька на рану. После того, как звезды из глаз перестали сыпаться, и боль поутихла, я наложил тугую повязку, как рассказывали в каком-то сериале про больницу и завязал её остатками более или менее чистой тряпки, которую нашёл в доме. После я потратил остатки перекиси на обработку крупных царапин и ссадин, а затем оделся и «по-пионерски» затушил костёр в печке, закрыв еë перед уходом. Остатки кипячёной воды аккуратно слил в найденные мной склянки так, чтобы осадок в тазах не попал внутрь тары, собрал остатки аптечки и остальные пожитки в рюкзак. Остатки стеклянной тары, найденные мной, я разбил и рассыпал их возле забаррикадированной двери и на лестнице, как видел в одной из серий сериала про зомби. Затем я укутался в собранные одеяла с головой и закрыл глаза, чтобы попытаться поспать. Завтра предстоял ещё один день. В течение, которого, мне предстоит каким-то образом попасть домой и начать выяснять, в какую хрень меня втянули и как мне из неё теперь выпутаться.

Сон! Здоровый, крепкий сон, как сильно нужен он! Я тихонько проваливался в забытьё, не смотря на рой мыслей в моей голове, который всë гуще нарастал в покидаемом мной сознании и перерастал в жужжащую какофонию голосов. Всё, я покинул побитое тело и отправился в грёзы, как я считал. Ведь после такого дурного дня должен же быть какой-то положительный эффект, который, возможно, выльется в прекрасный сон и хоть как-то утешит меня сегодня. Но, увы, сна не было, как и в большинстве моих ночей. К сожалению, я с малого возраста не видел сны. Передо мной была лишь тьма и только в очень редких случаях, которые я никак не мог привести в систему, мне снились вещие сны.

Сны, которые я очень хорошо и детально помнил, короткие, но очень яркие. А самое весёлое то, что когда такие сны воплощались в моей жизни, то именно в этот момент меня будто током било и я осознавал, что я эти картины уже видел. Да, один из таких снов мне приснился в восемь лет, а воплотился в шестнадцать лет. Он был ни чем не примечательным, просто поведал мне о том, что я иду вдоль берега моря по галечному пляжу с каким-то незнакомым мужчиной, и мы обсуждаем какие-то насущные проблемы. А когда момент из сна сошёлся в одной точке с реальностью, я почувствовал, что этот момент уже видел, но со стороны, и понял, что это не глюки и такое действительно бывает. Но я ни с кем этим не делился, так как живу я в сознательном и рациональном обществе, и такие небылицы воспринимаются моим окружением строго негативно и оно записывает тебя в чудаки и мешает продвижению карьере. Ведь, чтобы вырасти в должности и стать успешным, ты должен быть как все, умным, рациональным и придерживаться логики. И пусть я не такой. Но я истово соблюдал эти постулаты, которые разве что из чайника нам не доносили умные дяди и тёти, которые в этой жизни уже добились огромных успехов. Ведь они учат тебя, как делать нужно и правильно.

Увы, но и таких снов у меня было по пальцам пересчитать, а некоторые до сих пор не воплотились. Не говоря уже о тех, которых я приравнивал к пьяному или измотанному бреду, про сюрреалистические события, в которых меня как такового не было, зато мир вокруг сильно отличался от реальности. Или те сны, что были у меня в моменты погружения в осознанные сновидения. Я специально не стал читать никаких пособий и прочего, а просто выучил саму технику и прорывался из тела несколько ночей подряд. Практика сработала, на ура, и даже не 1 раз, но чего-то особенного или каких-либо замков и иных странных вещей я не увидел. Только наш мир в застывшем состоянии, где ты мог бы заниматься всем, чем твоя душа пожелает. Но мне показалось это немного скучным. Так что в основном моим уделом были сны, состоявшие из черноты. И всё тут.

Подпрыгнул на кровати я от резкого звука в доме. Осторожно высунулся из-под одеяла и разлепил глаза. Осмотрелся и увидел, как от окна отлетает какая-то серая пичуга, выдохнул и прислушался. Ти-ши-на… Отлично! За окном была серая хмарь осени, а значит, я не так далеко от Твери и значит, мне нужно найти путь к Ленинградскому или какому-то ещё шоссе, так как я подозревал, что нахожусь где-то между Москвой и Тверью. В этой местности много полей и пролесков, а уж заброшенных строений тем более полно. Я поднялся с кровати и начал потягиваться, чтобы размять тело и посмотреть смогу ли я сегодня двигаться или мне как вчера придётся до зубовного скрежета пересиливать себя. Но нет, я был в относительной норме, да и рука чувствовала себя сносно, поэтому я не стал её развязывать, и оставил, так как есть. Я попил воды, закусил половиной пакета с чипсами и двинулся в дорогу.

Выйдя из дома, я осмотрелся и, не обнаружив никого в округе начал искать что-то похожее на дорогу, которая идёт по посёлку. И в итоге я её нашёл и двинулся в путь, ведь она должна была вывести меня хоть куда-то, так как даже самые заброшенные дороги в нашей стране ведут к каким-то пунктам. Так и получилось, спустя какое-то время я вышел на асфальтированную однополосную дорогу и стал ждать машины, которые ехали бы куда-нибудь. Не успел я отчаяться, как услышал звук мотора и из-за деревьев показался старенький УАЗик, который, после моих маханий, и остановился на обочине. Пожилой водитель не стал вдаваться в подробности и за определённую сумму согласился подбросить меня до дома, благо он ехал в ту же сторону. Я сел в авто, попросил добавить тепла, расслабился и задремал на какое-то время.

Глава 6

Проснулся я уже в городе, мы подъезжали к моему дому. Я расплатился с водителем и пошагал к подъезду. Благо было раннее утро и никого во дворе не было, как и не было вечно выгуливающих своих карманных питомцев соседей. Если бы меня сейчас увидели, то я уверен на сто процентов, поднялся бы ор до небес, что очередной бездомный залез на территорию элитной застройки, и сейчас будет устраивать тут безобразие. Любопытный до безумия «смотрящий» дома всё равно увидит меня по камерам и не преминет поделиться этим в общем чате дома, но это будет позже и меня это уже не коснётся. Вот подъезд, лифт, мой этаж и я замер в дверях лифта, так как услышал чей-то требовательный голос и глухие удары. Блин, звук доносится со стороны моей квартиры и вряд ли это мои соседи, так как они всё ещё спят, да и если бы что-то случилось, они бы долго не решались прийти ко мне лично, а стонали и возмущались бы в общедомовом чате до завтра. Явно тут кто-то, кто меня ищет и дело пахнет очень дурно, учитывая то, что я пережил вчера. А мне очень надо попасть домой, но попадаться на глаза тем, кто сейчас находится здесь, мне очень не хотелось, да и все мои ощущения кричали мне убираться отсюда подальше. Но убегать я не стану, так как меня услышат и начнут погоню, а я не уверен, что смогу уйти от них на этот раз, поэтому я решил спрятаться. Я тихонько проскользнул к стене напротив лифта и аккуратными движениями снял фальш-панель со стены внизу, выдохнул и постарался как можно компактнее сжаться, чтобы втиснуть свою тушку в технологический проём, для обслуживания общедомовых труб. Дело в том, что в доме почти на каждом этаже при выходе из лифта были расположены такие вот технологические проёмы, в которых располагались всякие краны и прочая арматура. Эти проёмы в короткий срок позволяла отключить весь этаж от коммуникаций, а так как строители были хорошими, то они сделали эти проёмы приличных размеров и облагородили их фальш-панелями, которые закрывали неприглядный вид этого оборудования. Всё это мне поведал риелтор, который ну уж очень хотел продать мне эту квартиру, поэтому рассказывал про неё и дом абсолютно всё. И так получилось, что все его слова упали на плодородную почву моей памяти, к слову, сказать, которая была очень и очень хорошей. Шутка ли, я помню себя с трёх лет, а также помню все встречи, переговоры лично и по телефону, все совещания и всех лиц участвовавших в этом, не исключая их реплики и действия. Пусть и не дословно и не каждый день, но всё было в моей памяти, и при необходимости я находил это в своей голове и вспоминал.

Итак, я забрался в проём, подвинув пальму напротив, закрылся фальш-панелью и стал тихонько дышать и ждать, что произойдёт дальше.

— Да нет его походу дома, — констатировал факт сиплый мужской голос, — а может дома, но я вообще ничего не слышу и не вижу за дверью. Если бы спал, то уже бы проснулся.

— Блин и вот что теперь им говорить? — раздражённо выпалил ещё один голос более звонкий, но не менее раздражённый, — с меня теперь подпол шкуру снимать начнёт, что мы какого-то задохлика найти не можем.

— Ну, дык, Сань, а чо он, шишка какая-то чо ли? Чо нас в такую рань, как по тревоге подняли и вне смены сюда за ним отправили? — с недоумением в голосе спросил первый, — я вот ваще не понял, чо тут такое происходит, да и не объяснил никто ничо толком.

— А ну цыц! Не привык ещё? Начальство наше ни перед кем отчитываться не любит, а уж тем более перед нами. Сказали доставить в отделение на допрос, значит, бери под козырёк и выполняй. А не то без премии оставят, — с ещё большим раздражением выпалил второй и потоптался на месте, — хер его знает, что он там натворил, может сыночка какого-то генерала вчера по-тихому отоварил в подворотне, а теперь на него всех собак спускать будут. Или ещё чего похуже. Ладно, мы и так тут час уже торчим, что делать-то будем?

— Да хер с ним с этим пацаном, чо у нас дел нет? Отчитайся в рацию, что нет его. Что соседи его с пятницы не видели, да и валим в пельменную, а то жрать охота. Я с утра ничего похавать не успел, сразу сюда поехал! — проговорил сиплый и, судя по звукам, потопал грузными шагами к лифту, — чо нам дверь ломать, чо ли? Нет у нас пока таких полномочий, бумаг нам никто никаких обосновательных не давал, поедем, поедим лучше.

— Дааа, походу так и сделаю, других вариантов нет. Тем более торчать тут весь день приказа не было, — согласился второй и двинулся, следуя за сиплым человеком, — слышь, а может не в пельменную, а в чайхану завалимся? Как-то не хочу я жрать пельмени, а вот плова бы с удовольствием навернул.

Раздался звонок и они зашли в лифт, обсуждая предстоящую трапезу, а я, дождавшись, пока двери закроются, тихонько выбрался из проёма, вернул, всё как было, и поторопился к двери своей квартиры. Также тихо открыл её, тенью скользнул в прихожую, быстро закрыв за собой дверь и выдохнул. Прислушался, но за дверью никаких звуков не услышал. Я сбросил с себя рваньё, достал все вещи из карманов, разулся и прошёл в комнату направляясь к комоду. Извлёк из него предыдущий свой смартфон и ловкими движениями загнал симки в гнезда. Затем включил его, поставив на зарядку. После сложил в пакет остатки одежды и обуви, оставив их в прихожей, и отправился в душ. Закончив приводить себя в порядок, я поспешил на кухню, сварганил несколько бутербродов с колбасой и сыром и, поедая их, на ходу отправился проверять смартфон. Я благодарил себя за то, что в моём холодильнике всегда была снедь, которую можно было бы приготовить на скорую руку и перекусить, а также за то, что не отдал или выкинул свой старый смартфон, в этот раз моя бережливость сыграла-таки мне на руку. Итак, телефон. Я взял его в руку и сел на кровать.

Хммм… посмотрим, около двадцати пропущенных и около десять смс. Так, это мама, это друзья, вот! Незнакомые номера, да их тут штук десять не меньше. Ладно, это могли быть и клиенты, они и на выходных любят позвонить. Так смс, снова мама, снова знакомые, а вот и неизвестные товарищи. Сообщение от какого-то сержанта Евстигнеева, который требует срочно появиться в отделении полиции и рассказать, что произошло в пятницу вечером со мной у бара. Ещё одно сообщение от полиции с подобными требованиями. Блин, а я популярный! Но что это тут всем этим полицаям вдруг до меня дело стало? О, вот сообщение, судя по всему от Алекса, он пишет, что беспокоится за меня, так как не смог ничего сделать и ему пришлось скорую вызывать, а так как он был пьян, его со мной в больницу не пустили и он был вынужден отправиться в гостиницу. Вот урод! А я ведь не сомневаюсь, что это именно он меня опоил и подстроил всё, а затем передал моё бессознательное тело той парочке. Сука, попадись мне, и я тебя наизнанку выверну, попомни мои слова! А теперь он так следы подчищает и надеется на то, что узнает, что я в сети появился? А вот хер тебе в рыло сраный ты урод! Я давно об этом позаботился и никто не узнает, что я в сети и прочитал долбанные сообщения. А всё потому, что меня достали и клиенты и начальство, так как они долбали меня звонками и смс, если я хоть на минуту пропадал из сети. И я попросил одного знакомого айтишника выключить эти долбанные уведомления и теперь на каждом новом телефоне это всегда делаю. Так что дудки вам товарищи, ха-ха! А этого Алекса, я точно найду и на пальцах расскажу, что со мной шутки плохих, ну да ладно это позже. О, а вот интересное:

«Доброго вам дня, Михаил!

Мне очень срочно нужно с вами встретиться и поговорить на интересующие вас темы.

Ваш Ф.»

Ого-го, смотрите-ка кто нарисовался! Да это ж Феликс! Как удобненько он вдруг появился, как раз после замеса, в который я, похоже, по его вине попал. А я уверен в том, что этот замес завертелся с момента нашей встречи в Ялте и что именно он корень всего того дерьма, что свалилось на меня. Ну что же вот и точка следующего действия на сегодня, мне позарез нужно встретиться с этим деданом и вытрясти из него всю душу на предмет того, что собственно такого со мной творится и кто все эти люди вокруг и что им от меня надо. Но позже, а сейчас я должен позаботиться о себе, а точнее одеться и смазать лыжи в сторону одного знакомого хирурга-интерна, с которым случайно свёл знакомство год назад на вечеринке у знакомой из меда. Он хоть и плохо понимает по нашему, он из Камеруна вроде, но дело своё знает, да и должен он мне, так как я в своё время оградил его от последствий общения с одной малоприятной особой женского пола, которая так рьяно старалась покинуть нашу родину за счёт удачного брака с иностранцем.

И вот я уже еду в такси мимо работы, специально попросив водителя провезти меня мимо моей машины, стоявшей на парковке возле работы. Так-с у машины стоит наряд полиции и беспечно мониторит окружение на предмет меня, видимо, облава прям, какая-то получается, да куда ж я вляпался-то? Мы, не останавливаясь, проехали мимо и направились к моему давнему знакомцу на съёмную квартиру. Я расплатился с водителем и поспешил подняться к квартире знакомого, благо домофон у него в подъезде вечно не работал. Я постучал в дверь и прислушался. Я был уверен, что он дома и отсыпается после ночной смены в больнице. Стучать пришлось минут десять, но это принесло плоды, и я услышал шарканье за дверью, затем она открылась, и на меня смотрел рослый чернокожий парень с растрёпанным и заспанным видом. Увидев меня, он поднял брови, и через секунду всплеснув руками, положил их мне на плечи.

— Огхо! Кого я вижю! Михаэль, рад твоэму визиту друх, давно тэбя не видэл! — это я научил его такому приветствию и теперь краснел каждый раз, когда слышал его, а он обращался так к каждому, кого видел и неважно, сколько людей было вокруг, он так говорил каждому! Но я остановил его жестом и протянул руку в направлении его квартиры.

— И я рад тебе Донатьен. Мы можем поговорить внутри? — и я шагнул в сторону двери.

— Конещно, мои дорогои друх! — он обнял меня за плечо и втолкнул в дверь, закрыв её за мной, — щто привело тэбя ко мне? Щто слущилось?

— Да много чего… — я, чтобы не быть голословным снял куртку и закатал рукав, открыв, таким образом, рану на правой руке, — можешь обработать и подлатать меня?

— Огхо… жэст какая, а ну пошли на кухне, посмотрим щто к щему, — он жестом указал в сторону двери, а сам шмыгнул в комнату. Я прошёл в холостяцкого вида кухню, снял верхнюю часть одежды и присел на стул, ожидая появления Дона.

Он не заставил ждать и быстрыми движениями включил настольную, яркую лампу, смахнул со стола крошки, постелил чистое полотенце и разложил на нём приборы, для предстоящей операции, сел напротив меня и принялся разглядывать рану.

— Тааак, а тэбэ повежло, тут навылэт, кажэца… Хм, да и грази я в ранэ нэ вижю, странно, но тут всэ заживаэт ужэ, — нахмурив брови, Дон осматривал мою руку, нажимая то тут, то там вокруг раны, — а нэт, я поторопылса, ест гнои, сэйщас.

И он начал ковыряться в ране точными и быстрыми движениями, в связи, с чем мне пришлось только вздрагивать и прикусывать губу, чтобы не кричать от резких вспышек боли. Спустя пару минут он откинулся на стуле, улыбнулся широкой улыбкой и изрёк.

— Всэ, тэпэр зашиват! — и взял иглу и нить. Спустя минут десять он закончил и обработал рану, заклеив и замотав её бинтом, — будэщ, как новэнкый, я тэбэ говору. Будэщ чаю?

— Спасибо, Дон, выручил, а чаю буду, — кивнул я и стал осматривать результат работы Дона.

Мы пили чай со сладостями из его страны. На вкус я ел рис, а впоследствии Дон рассказал, что это рисовый пирог и его сделала его сестра, Дана. Она очень хорошо готовит, красиво поёт и вообще она красотка и ей нужен такой парень как я. Я всегда улыбался, когда Дон при каждом удобном случае пытался свести меня со своей младшей сестрой. У него прям какой-то пунктик на счёт замужества его сестры был и возводил он его на уровень национальной идеи, но меня она как-то не интересовала. Да, я был с ней знаком, и да, он была миниатюрной, в отличие от брата, и довольно привлекательной, но это было не моё. Я как-то больше к нашим русским девушкам, ну не видел я себя рядом с такой экзотикой и всё тут. Дон всегда был не многословным и в этот раз не стал меня расспрашивать о том, как я получил все эти раны. Он просто молча пил чай и продолжал обрабатывать их по мере того, как рассматривал узор из порезов и ссадин на моём теле. Парень он был простой, хоть и не из бедной семьи, по меркам его страны. Он был сыном врача, причём очень хорошего. Собственно поэтому и он сам также учился этой профессии и, как и его отец учился именно в нашей стране. Он был хорошим парнем, но я с ним, как и с большинством знакомых, старался держаться на расстоянии. Допив чай и разделавшись с половиной рисового пирога, мы распрощались и я побежал в центр, чтобы связаться с Феликсом и договориться о встрече.

Спустя примерно полчаса я шёл по пешеходной улице нашего города и уже в четвёртый раз пытался дозвониться до Феликса, но его телефон был то занят, то вне зоны сети. Написав короткое сообщение, что тоже хочу встретиться, я убрал телефон в карман штанов и свернул в сторону кофейни, чтобы выпить кофе и немного расслабиться от накатывающих на меня волн страха, отчаяния и паники от мыслей за своё будущее. Я по привычке взял кофе и, найдя свободную лавочку, разместился на ней и стал наблюдать за происходящим вокруг. Спустя пару минут, я осознал, что более мне не нужно концентрироваться на людях, чтобы увидеть их ауры, а достаточно простого взгляда и мысленной команды самому себе, чтобы человек засветился тем или иным цветом. Также ко мне пришло осознание, что я всё хорошо и чётко вижу, не смотря на сумерки, опускающиеся на город, прямо как вчера. Вчера я сидел в тускло освещённом помещении и без всякого напряжения детально видел все нюансы моей раны на руке и даже не обратил на это внимание. Но сейчас понял, что это какой-то очередной апгрейд моего нового дара, как я для себя его окрестил. Я хмыкнул и принялся глазами искать что-то интересное вокруг меня, на что стоило бы потратить своё время, пока я жду ответа от Феликса.

Интуиция привела меня в сторону дороги и кучке девушек, стоящих возле неё. Они радостно делились какими-то мыслями и чему-то безудержно смеялись, затем я заметил, как одна из них начала возмущаться и спорить с ними, размахивая при этом руками. Она выглядела растерянно и испугано. Остальные развернулись к ней и начали вовлекаться в спор и напирать на неё, при этом всё больше и больше распаляясь. Ситуация продолжала набирать обороты и вот уже большая часть девушек начала надвигаться на ту, что возражала и оттеснять её в сторону проезжей части, что пересекала улицу, мгновение и её начали толкать. Я услышал визг тормозов, глухой удар и испуганный вопль одной из девушек, а после заметил, что оставшаяся в меньшинстве подруга лежит без сознания. Раздался удар дверью и незадачливый водитель, сбивший девушку, бросился к ней и пытался разобраться, что с ней и привести в чувства. Картина ухудшилась тем, что кто-то из собравшейся уже вокруг толпы закричал, что она не дышит и начал кричать на водителя. Я моргнул. И видение померкло, я снова смотрел на кучку весело щебечущих о чём-то своём девушек.

Вспоминая предыдущие события, я понял, что видение пришло, как и в случае с Соколом, за несколько секунд до смерти, поэтому я быстро поднялся и двинулся в сторону будущего происшествия. А когда я достиг девушек, то ситуация как раз начала выходить из-под контроля и в тот момент, когда раздался визг тормозов я успел схватить защищавшую себя от подруг девушку и притянуть к себе, избежав тем самым её столкновение с машиной. Обняв её, я ощутил, как её миниатюрное тело колотит от страха, злости и не понимания. Она подняла голову и посмотрела на меня, а затем её лицо исказилось, и она начала с силой вырываться и кричать на меня.

— Да как ты посмел, идиот?! Ты кто вообще такой?! А ну убери от меня руки, ты извращенец! — она начала колотить меня маленькими кулачками, а из глаз прыснули слëзы.

— А ну пусти меня! Отвали, я кому сказала?! — продолжала колотить меня девушка, а я, увидев, что автомобиль остановился и более не двигается, разжал объятия и отодвинулся в сторону.

— Всё-всё отпустил, отошёл, ухожу, — сказал я с ухмылкой и облегчением, а после, уходя подальше крикнул, — пожалуйста!

Не оборачиваясь, я двигался в том направлении, от которого пришёл, а вслед мне доносилась ругань спасённой мной девушки и крик водителя, который пытался слить свой стресс и страх на незадачливого пешехода. Пока я уходил, я почувствовал вибрацию в кармане и достал смартфон, на котором красовался номер Феликса и принял вызов.

— Алло, Михаил? Это Феликс, нам нужно срочно увидеться и поговорить. Я сейчас нахожусь в Твери, приходите по адресу, я сейчас пришлю его вам смс, — сбивчиво проговорил он и повесил трубку.

Ну, вот и славно. Подумал я, прочитал смс и двинулся в сторону нужного мне адреса. Вот сейчас мне как раз нужно было выговориться кому-то, ну а если я не получу нужных мне ответов, то придётся уже быть не столь дипломатичным, как привык и вернуться к настройкам на физическое воздействие. Так как мой новый дар, может и полезен, но то, как мне приходится за него платить, меня совершенно не устраивает.

Я подошёл к зданию, согласно полученного мной адреса, но не стал сразу входить в него, посчитав разумным для начала понаблюдать за ним и людьми вокруг него. Мало ли Феликс тоже, как-то причастен к той весёлой ночи и меня снова ждёт незабываемое приключение. Тем более что этого деда я знал от силы полчаса своей жизни, и снова доверять кому-то не проверив всё, что смогу я совсем не хотел. Я прошёл мимо входа в здание и перешёл дорогу, заняв удобную, как мне показалось, позицию с хорошим обзором. Простояв 10 минут и вглядываясь в людей, окна и само здание я пытался увидеть или ощутить какой-то подвох, но к счастью или сожалению, ничего не увидел. Люди вокруг просто шли мимо и не обращали внимания ни на меня, ни на здание, ни на что бы то ни было вокруг, собственно как и всегда. Подождав ещё пару минут, я решил зайти в здание и довериться своей интуиции, которая тоже была тиха и не предрекала никаких сомнений по поводу предстоящей беседы. Я зашёл внутрь и стал искать нужный мне кабинет, так как здание оказалось офисным. Я добрался до 4 этажа и вошёл в нужную мне дверь.

— Ну, наконец-то, Михаил, я вас заждался уже, где вас черти носили?! — обернулся в мою сторону Феликс, и стал быстрым шагом подходить ко мне, разведя руки в стороны, — текущая ситуация не располагает к светским беседам, поэтому нам нужно торопиться. Прошу садитесь и начнём.

— Так стоп, вороные! — я выставил руки вперёд и набычился, — что за ситуация? Что за спешка? Да что за хрень вообще? Я вас едва ли знаю, но знаю одно, что как только вы появились в моей жизни, всё встало с ног на голову и пока вы не объясните, куда вы меня втянули я и шагу больше не сделаю!

— Ох, да что вы? — Феликс сел на кресло, артистично поднёс руку к лицу, прикрыв ею глаза, и покачал головой, — как же я был не внимателен? Как же так, вы же столько всего перенесли… Эх… И я ещё в этом виноват… Да как же я посмел…

Он ещё пару мгновений стенал о несправедливости мира и о моих лишениях, всё сильнее заводя меня, а после отнял руку от лица, пронзил меня взглядом и генеральским тоном рявкнул, — А ну сядьте, юноша, а ни то я вас в бараний рог скручу и привяжу к этому креслу! — и как-то знаете, я поверил, что так оно и будет… Ну, вот прям, картинка возникла в моём мозгу, как этот тщедушный дедушка загибает меня в разные стороны и выглядело это ну совсем нелицеприятно, а местами очень больно. Да и сила в его голосе была не в пример его облику… Откуда что берётся?… Я сел.

— Замечательно! — моментально изменился в лице собеседник, подпирая кулаком голову, а выражение лица снова стало спокойным и чуточку смешливым, — а теперь я расскажу вам, что я предлагаю вам делать дальше. Только не прерывайте меня и слушайте очень внимательно, так как это для вас будет очень важная и жизненно необходимая информация.

И понеслось. Он начал своё повествование издалека. А именно с древних времён. Как следовало из рассказа, с давних времён на нашей родной матушке Земле периодически появлялись люди, которые могли видеть больше, чем другие, а именно могли видеть суть, порывы и намерения других людей. А по мере общего развития таких людей они могли видеть гораздо больше и дальше, а именно видеть то, что происходит за кромкой и будущее, вплоть до видений о каком-то мистическом механизме, который влияет на всё и вся в этом мире. Лишь немногие могли его увидеть, и разобраться каким образом он влияет на наши жизни и на весь наш мир в целом. Издревле такие люди очень сильно ценились, и они были на вес золота, так как их способности могли помочь всем и каждому. А также эти люди писали книги, вели дневники и так далее, в которых они описывали как свои возможности, так и то, что они видели. И вот одна из таких книг и попала моему «случайному» знакомцу в руки ещё в молодости и он решил найти такого человека и заручиться его помощью. Феликс рассказал, что он ищет именно меня уже несколько лет. Так как, потратив не мало денег и сил он-таки умудрился найти какую-то настоящую ясновидящую, а не очередного шарлатана. И она ему наванговала, что тот, кого он ищет, будет найден им на набережной Ялты осеннею порой и он, как последний дурак, тут цитата, ходил на эту набережную вот уже лет десять, в описанное время и место. И таки его поиски увенчались успехом, а после нашей встречи он стал тщательно собирать любую информацию обо мне, а как только собрал и изучил, то решил, что именно я тот, кого он искал и отправил мне посылку с тем странным медальоном, который теперь не покидал меня. Из слов Феликса я понял, что этот медальон был проверкой меня на пригодность и на то, что я нужный человек и что медальон теперь мой, до тех пор, пока я сам не захочу его передать такому же, как я или просто не помру. И да, снять его с моей шеи не могу ни я сам, ни кто-либо другой, так как он связан с моей душой. А ещё спустя какое-то время я услышал от него, что мне нет цены, что я настолько замечательный и редкий, что он хочет сделать мою жизнь сказкой и помогать мне во всех моих нынешних и будущих начинаниях, а ещё он нижайше просит стать его компаньоном и помогать ему. После долгого и эмоционального рассказа, Феликс попил воды, замолчал и стал ждать моей реакции на сказанные им слова.

Я перебирал информацию, полученную мной от собеседника, но пока она мной плохо усваивалась, так как выглядела чересчур необычно, будто извлечённой из очередного фэнтезийного романа, кучу которых я перечитал в мою бытность юношей. А пока мой воспалённый мозг обрабатывал полученную информацию, я решил разобраться с тем, что происходило со мной в последние дни. И сухо поведал о своих приключениях Феликсу, опустив некоторые подробности и эмоции. После чего вопросительно посмотрел на собеседника.

— Мда, не ожидал я, что вами кто-то так быстро заинтересуется, — нахмурил брови он и продолжил, — повторюсь, Михаил, ваши способности очень ценны, их ищу не только я, но и другие влиятельные люди этого мира, а при условии, что вы такой один, насколько я знаю, то и ценность ваша взлетает до небес. Видимо кто-то кроме меня прознал о вас и попытался не так деликатно, как я, заручиться вашей поддержкой. А про полицию не беспокойтесь, это моя личная разработка. Шутка ли, я вас так долго искал, а вы на несколько дней пропали с радаров, вот я и предпринял кое-какие меры и сделал пару звонков своим давним знакомым из структур. А ещё я вижу по цвету ваших глаз, что я был прав и медальон вас принял.

— Вот уж спасибо, — с недоумением сказал я и нахмурился ещё сильнее, — теперь мои соседи будут смотреть на меня косо и тыкать пальцами в спину, при каждом удобном случае, так как записали меня в нарушителей их покоя. А коллеги на работе считаю чудаком за выбор столь странных линз.

— Ну, перестаньте, Михаил, по сравнению с тем, чем вы уже обладаете — это сущий пустяк! — он шутливо отмахнулся и щёлкнул пальцами, — вот что я вам предлагаю. Вы возьмёте паузу и отправитесь домой, чтобы обдумать всё, что вы здесь услышали. Не волнуйтесь, я обеспечу вашу безопасность и приставлю к вам свою личную охрану, так что успокойтесь и отдыхайте, а завтра мы с вами ещё раз встретимся и обговорим всё, на свежую голову.

А пока Феликс говорил, в кабинет вошли пятеро крепких ребят. Он указал им на меня, что-то отпальцевал и они вышли за дверь. А мы пожали руки и попрощались, а напоследок Феликс сообщил, — не удивляйтесь, возле вашей двери, я оставил небольшой подарок, примите его в качестве компенсации за причинённые неудобства и как знак моей благодарности за встречу. И ещё, Михаил, прошу вас, не пропадайте больше, — подмигнув, он удалился в дверь справа от входа, а я, подняв челюсть с пола, поплёлся к выходу. Пятёрка плечистых ребят посадила меня в машину и благополучно доставила меня домой, проводив до квартиры и занеся коробку в прихожую, а после удалились и я, наконец, остался один.

Глава 7

Закрыв дверь, я снял обувь и верхнюю одежду. Оттащил коробку с подарком в центр комнаты и решил переодеться в домашнюю одежду. Затем я привёл себя в порядок и отправился на кухню, чтобы приготовить себе излюбленное блюдо. Пельмени! Да, я любил пельмени, а кто их не любит?! Ещё с детства, когда мы почти всем семейством садились за стол и сами лепили домашние пельмешки, а после также всей семьёй сидели и ели их вместе с увкуснителями в виде аджики, кетчупа, сметаны и прочего. Эти воспоминания каждый раз возвращали меня в детство, и на душе становилось весело и беззаботно. А так как я нашёл в нашем городе людей, которые делали домашние пельмешки на заказ, то я всегда держал про запас этой снасти у себя в морозилке. И любил иногда, а особенно в моменты печали или сложностей, отварить себе немного и потешить свой желудок этим чудом из теста, мяса и сочного бульона, как некоторые мороженным или сладостями. Поставив на плиту воду и посолив её, я взял нож и пошёл в комнату, чтобы открыть коробку и посмотреть на вручённый мне Феликсом подарок.

Вскрыв коробку, я сначала извлёк пакет с названием какого-то модного бренда на нём. Разложив содержимое пакета, я обнаружил, что это одежда, видимо взамен той, которая была испорчена в предыдущие дни. На вид она была хорошей, высокое качество материалов, из которых она была сделана, было видно с первого взгляда. Кожаный ремень, классические штаны, водолазка, пиджак, пальто и даже несколько белоснежных маек, трусов и нескольких пар носков выглядели так, будто стоят как вся моя текущая полугодовая зарплата. А в дополнение была коробка с запонками, платками и браслетом, которые на вид также стоили как моя вторая полугодовая зарплата. Я снова поднял челюсть с пола и зарылся обратно в коробку. Из неё я извлёк ещё одну коробку, видимо с обувью. И в ней действительно лежали кожаные туфли моего размера, представлявшие не меньшую ценность, чем доставшаяся мне ранее одежда. Я отложил её в сторону и извлёк пакет. В нём я обнаружил смартфон последней модели, даже лучше, чем тот, который я разбил, уходя от погони и положил его на кровать, рядом с одеждой. После чего встал и задумчиво пошёл закидывать пельмешки в кастрюлю с закипевшей водой. Пока я размешивал варящиеся пельмени, мне в голову закралась мысль, что вся эта ситуация напоминает мне извечную картину: «Люблю! Куплю! Улетим!», что так часто разыгрывается многими богатыми мужиками, перед юными и наивными девицами, которые хотят от них определённых наслаждений, а после исчезают из их жизни. Феликс, что купить меня решил?! Или таким образом показывает, что для меня ему ничего не жалко?! Да у меня на кровати и на полу лежат вещи, которые стоят больше, чем моя годовая зарплата! А до дна коробки я так-то и не добрался ещё… Мне это конечно нравится, но и настораживает это меня ещё больше. Я размешал еду и вернулся к коробке с сюрпризами от Феликса.

В этот раз я извлёк небольшой, но увесистый рюкзак, подобранный под лежавший недалеко наряд и открыл его. Внутри лежали дорогие на вид письменные принадлежности, новенький бумажник, и несколько пачек пятитысячных купюр. Я извлёк деньги и бумажник и положил всё вместе на кровать к лежавшему там смартфону. Далее в руки мне попалась небольшая коробка, как те, что дарят крупным директорам заводов-пароходов за крупные успехи в их жизни. И да, в коробке были механические наручные часы, размером в половину моей ладони с очень трудным для произношения названием на иностранном языке. Я взвесил их на руке, присвистнул, а после отправил их в ту же кучу вещей на кровати. И последнее, что я нашёл в коробке, это был пухлый на вид конверт, завёрнутый в подарочную упаковку с недвусмысленной надписью «С днём рождения!». Хоть мой день рождения и был ещё через несколько дней и относился я к нему, как к очередному и обыкновенному дню в своей жизни, но улыбка сама собой прыгнула мне на губы, и вскрыл конверт. В нём лежала поздравительная открытка и тематической картинкой, а также небольшой кожаный портмоне для документов. Я перевернул открытку, и вчитался в текст, написанный от руки. Текст был написан тем же подчерком, что и на ранее полученной мной открытке от имени Феликса.

«Уважаемый, Михаил!

Хочу от всей души поздравить вас с вашим тридцать третьим днём рождения. Пусть я и знаю вас не достаточно давно, но для меня это знакомство сравнимо с результатом, на который я потратил более чем десять лет своей жизни.

Прошу принять мой подарок, сделанный от чистого сердца, и разделить мою радость от того, что эти годы я потратил не впустую. Вне зависимости от того какое решение вы в конечном счёте примите.

А ещё говорят, что когда человеку исполняется тридцать три, то в его жизни резко меняются приоритеты и они обретают истинный смысл жизни. Чего я и вам желаю!»

Я удивился написанному тексту, так как с его слов получается, что он уже от одного знакомства и того, что нашёл меня, готов писать кипятком и одарить меня, так как уже это сделал. Я покачал головой, прокручивая эти мысли и рассуждая, что у деда видимо на старость лет «чердак» протëк напрочь или он уже отчаялся настолько, что и не ожидал меня найти и принялся за портмоне. Я открыл его и услышал резкий и мощный удар об пол… Дааа… это была моя челюсть, которая, похоже, ужа напрочь отпала от моей черепушки и обессиленная, тупо валялась на полу. Ну а как иначе?! В портмоне виднелась ПТС, а посередине висел «ключ», от автомобиля с характерным логотипом в виде бегущей лошади. Это ключ от «Мустанга»?! Жёваный крот, от «Мустанга»!!!

— Да… д-да… твою-то мышь! Так тебя раз так! Ррргххх! С-сука, ты мою мечту пережевал и выплюнул! — выкрикнул, не пережив пика моих эмоций я и бросил ключи в кучку с подарками Феликса, встав и всё ещё кипя пнув пустую коробку и пошёл разбираться с пельмешами.

Я наложил пышущих паром крох себе в тарелку, в пиалу размешал соус, в виде домашней аджики со сметаной и сел за стол. Постепенно поедая ужин, я всё ещё кипел от злости внутри себя. Нет, вы не подумайте, я был рад, что моя мечта исполнилась, даже если этот автомобиль будет не красного цвета, как в моих грёзах, его же всегда можно перекрасить. Но одновременно с этим я был зол от того, что я долгое время копил именно на машину этой марки, где-то ограничивал себя, где-то экономил, а он вот так просто взял и подарил её мне. Ну а если сказать честно, то мне только что порвали шаблон, как моего мышления, так и шаблон моих планов и теперь мне придётся снова выкручивать себе мозги, чтобы придумывать новые цели и задачи, чтобы с новым желанием и рвением идти к ним рвя жилы и здоровье на пути их достижения. Гых! Ведь такой он, удел офисного работника, да и любого человека, который идёт к тому, что хочет, правда есть и другие люди, которым почему-то не надо так сильно и упорно рвать жилы и волосы на причинном месте, чтобы прийти к мечте. Но я не из них.

Я и на самом деле удивился такому поведению деда, так как в моей жизни бывали разные ситуации и люди, которые иной раз выкидывали очень и очень забавные, а порой и странные коленца. Но они всегда, каждый раз делали либо гадости, либо заставляли отрабатывать, либо считали меня по гроб им обязанным за какие-либо уступки или подарки в мой адрес. Я бывал в ситуации, когда меня склоняли стать как все, винтиком в механизме и работать на благо, забыв про себя свои идеалы, мечты и так далее, при этом они истово считали, что я обязан им чуть ли не жизнью, раз они стали для меня таким мессией. Ну и очень гневались и ругались, если я стал их, с их замашками куда подальше. Я всего в жизни старался добиваться сам, чтобы никому и ни за что не быть должным. Не всегда это получалось, во многом мне помогли родители, а особенно мама, но я стремился к этому. Да хоть, например моя первая поездка за границу, в Италию, была на мои лично заработанные деньги, и было мне тогда двадцать восемь лет, и не удивляйтесь так, да я первый раз был за границей в таком позднем возрасте. Я ведь не из богатой семьи, да и до среднего класса мы не дотягивали от слова совсем. Я родился и до четырнадцати лет жил в небольшом провинциальном городке на юге Урала. Отец поначалу был простым охранником и перебивался на различных предприятиях, но позже устроился на работу в тогда ещё милицию, а мама искала себя и возможность реализации, поэтому постоянно меняла работы и меняла себя, подстраиваясь под реалии той жизни и среды в которой мы жили на тот момент. Хоть я помню, что детство у меня было беззаботное, так как каждодневные игры во дворе, яркое и тёплое лето прочно засели у меня в голове, а снежные зимы и дети-снеговики, строящие снежные форты, до сих пор вызывают не скрываемую улыбку на лице, но оно было и тяжёлым. Ведь анализируя всё то, что я помнил из детства уже в сознательном возрасте, я понимаю, что то время было очень тяжёлым. Я очень благодарен родителям, а в первую и главную очередь маме, что она постоянно ограждала и оберегала меня от понимания этого, когда я был ребёнком, но факт остаётся фактом.

Ну, нет, это не деревянные игрушки, прибитые к полу, нет. Это нехватка денег, это отсутствие возможности побаловать себя и близких, это не возможность выехать из родного города дальше, чем на пятьдесят километров. В то время всё наше окружение жило также, но всегда жило сплочённо. Я помню, что очень часто в нашем доме, как это было принято тогда проходили различные празднества, еда была простой, но сытной и вкусной, так как моя мама всегда старалась выкладываться на все сто процентов и очень вкусно готовила, а все всегда уходили от нас довольные и сытые. А я был ребёнком, и мне особо не чем было заняться, так как в доме был всего один телевизор и посмотреть его я не мог, так как шумная компания родных и близких перебивала его громкость. В то время не было смартфонов и интернета, а на улице в такие дни обычно уже было поздно, вот и занимался я тем, что сидел и общался с людьми, наблюдая за ними со стороны. Видимо оттуда и появилась моя привычка.

Позже ситуация конечно улучшилась, мама нашла своё призвание и стала психологом, её дар понимать людей и стремиться помогать им дал ей сильное подспорье и она стремительно начала расти в этой профессии. Зарабатывать на порядок больше, обрастать людьми и связями. А я, видя то, чем и как она занимается, тоже стал интересоваться темой психологии. И вот чудо, я открыл для себя интересные книги по поведению, телодвижениям, эмоциям и личностям людей. Это было грандиозное, на тот момент знание, которое я приобрёл и начал запоем изучать эти книги и, конечно же, сразу прикладывать эти знания на практику. Я ещё больше начал понимать людей и мне это до безумия нравилось. Но вот, правда я начал сильно выбиваться из общей массы сверстников и меня начали «забивать» обратно в эту массу. Я, конечно, сопротивлялся и старался не западать в это, но, как и все жаждал, чтобы у меня были друзья, так что периодами жил так же, как и все мои друзья, занимаясь тем, чем и они. А иногда и больше, выше, сильнее, дабы снискать славу эдакого сорвиголовы. Что, в итоге, и привело к тому, что я получил прозвище «Черт». За вечно тёмную одежду, и за без башенные выходки. А ещё за моё умение всегда находить выход из любой, даже патовой ситуации.

Все эти навыки шли со мной по жизни и развивались также как и я, но вот если я менялся то в худшую, то в лучшую сторону, они оставались незыблемыми и всегда меня выручали. А после вынужденного переезда в Сибирь, я также вынуждено стал работать продавцом в магазине и собственно жить самостоятельно. Мне было шестнадцать лет и я хотел доказать всему миру, что я могу всё, что захочу. Что нет той работы или задачи, которую я не смог бы сделать. А слушаться родителей и выполнять их приказы я не намерен, так как уже взрослый. Собственно с того момента и начался мой профессиональный путь, который в итоге привёл меня в кресло РОПа. Сейчас, когда у меня есть деньги и на себя и на развлечения и на отпуск, который я стараюсь брать минимум два раза в год, но, как и у всех, у меня это редко получается. А тут появляется какой-то странноватый дед и показывает, что он настолько крут, что я по сравнению с ним букашка, которая ни хрена не стоит. Блин.

Всё конечно не так, как я подумал и во мне говорит зависть вместе со страхом неизведанного, но в каждой шутке, есть доля шутки, но и правда в ней тоже есть. Честно сказать, я не знал, как относиться к таким подаркам и такому вниманию со стороны явно обеспеченных граждан нашей и не нашей страны, а они ведь будут. Судя по словам Феликса не он один искал меня и раз выделил мне охрану, то считает, что ситуация не окончена и меня снова могут похитить и уже точно меня никто не упустит. А значит выбор у меня не большой и вариантов тут два. Либо я шлю Феликса лесом, и тогда мне самому придётся противостоять оставшимся людям, которые меня ищут и готовы составить мне не такую тёплую компанию. Либо я соглашаюсь на партнёрство Феликса и мы, взявшись за руки, вприпрыжку уходим в закат и я живу в сказке… Увы, не верю я в такие расклады, и не бывает так. По любому в случае варианта партнёрства будут подводные камни, как не крути, ведь бесплатный сыр бывает только в мышеловке. И я это знал не понаслышке и воочию видел такие расклады. Но тут, увы, ничего не попишешь, придётся мне выбирать золотую клетку, а не надеяться на то, что от меня отстанут. Хотя может и отстанут, та парочка что-то говорила о том, что им только мои глаза нужны, ну вот и заберут они их, при хорошем раскладе, а потом живи на пенсию и забудь о том, как прекрасно выглядит этот мир.

Правда есть ещё один вариант, в котором и Феликс и та парочка на самом деле работают вместе и так сказать не мытьём, так катанием завербуют меня. Хотя выбор на самом деле очевиден и, увы, как в «Матрице». Вот Михаил тебе синяя таблетка и ты будешь вечным помогатором и выручатором Феликса по-хорошему. Или вот тебе красная таблетка и тебе, при хорошем раскладе, только вынут глазюки, а при плохом посадят ещё и на цепь. Так что особо выбирать не приходится. Тут как говориться из двух зол… С этой мыслью я закинул последнюю пельмешку в рот, раскусил её и принялся убираться на кухне. После принял душ и решил одеть обновки.

— Да ты франт, Мишаня! — из зеркала на меня смотрел довольно улыбающийся парень до неприличия дорогой одежде, только что его лицо не сильно подходило этому наряду, на мой взгляд, ну это уже никак не исправить, — удобно, до безобразия.

Я ещё раз крутанулся у зеркала, хмыкнул и снял наряд. Повесил всё это на вешалки и убрал в шкаф. А после плюхнулся на кровать и принялся считать купюры, которые были в подарке. Итак, я имею на руках две пачки, а нет, два корешка с пятитысячными купюрами, а это один миллион рублей. А во втором корешке я нашёл записку:

«Михаил, это аванс для нашего партнёрства, я надеюсь, что столь скромная сумма пригодится вам на мелкие расходы и да, возвращать их не нужно, они ваши, вне зависимости от вашего решения. Ваш Ф.»

Ага, да, если так подумать, то конечно, на мелкие то расходы, мне хватит… Ага… Да я такие деньги только за многомиллионные трудные и головоломные сделки получал за год или за два, пахания земли носом, а тут за одну встречу… Блин, да кто ж этот Феликс на самом деле, что для него такая сумма просто пустяк. Эх, красиво жить не запретишь, но Миша, не теряй голову, а то ненароком и в рабство попасть можно. Так идём дальше, в рюкзаке нашлась ручка «Паркер» и всякие другие дорогие штуки, предназначение которых я даже не знал. А теперь рассмотрим СТС на авто. Так, им как я и подумал, был Форд Мустанг, но не просто Мустанг, а Шелби ГТ пятьсот, красного цвета, фото и документы прилагались… Я закатил обратно выпавшие из орбит глаза и вчитался в документы. Всё верно, всё как я читал на форумах, всё сходится и теперь всё это счастье моё. Я хотел скакать на кровати, пока не грохнусь с неё, но сдержался, и только по-детски весёлое хихиканье вырвалось из меня наружу. Ну а как иначе, об этой машине я мечтал лет с двенадцати лет. Ещё мальчишкой я просто влюбился в неё и хотел её себе, и вот она, пусть пока не вся, но документы и ключи у меня и это очень радовало как меня, так и маленького мальчика Мишу, сидящего внутри меня. А самое приятное в этих документах то, что в них указано моё имя и даже дарственная прилагается, — Клааасс!

Всё, что я просмотрел, я переложил на прикроватную тумбу и распаковал смартфон, пока не стал включать его. Набрал старого знакомого айтишника и попросил за денежку малую проапгрейдить мой гаджет, как делал с каждым новым устройством, что попадало мне в пользование. И кстати, это мне пригодилось, не так давно, поэтому я не стал отходить от этого ритуала, однако добавил к заказу проверку телефона на всякие следящие и записывающие штуки. Олег хмыкнул и, наверное, подумав, что у меня мания преследования не стал отказывать мне в дополнительных опциях к заказу, а стал подключаться к моему компьютеру удалённо, я, не теряя времени, подключил новый смартфон к нему и оставил на какое-то время. А после получил смс с ответом и суммой. Сумма выросла ровно на две тысячи рублей, а в ответе было указано, что он удалил всё вредоносное и отслеживающее ПО. В конце сообщения он написал, что я правильно сделал, что перебдел, так как в телефоне действительно было что-то странное вшито, но теперь беспокоиться не о чем. Ну вот, меня чуть не посадили на электронный поводок, и снова моя бережливость меня оградила от возможных последствий и дала мне козырь для будущего спора с Феликсом, а то всё выглядело уж слишком вкусным и приятным.

После я посмотрел несколько серий «Менталиста» и со спокойной душой отправился в царство Морфея.

Наступило утро, и как всегда заревел будильник, мне было пора на работу, выходные закончились. Я по выработанной годами привычке отдал управление телом автопилоту и выполнял утренние заботы, как вдруг раздались удары в дверь. А застали они меня в самом беззащитном месте и времени моего утра. Я, сидя на белом троне, судорожно переключал управление телом на ручное, одновременно выкрикивая, что через минуту открою дверь и что не нужно её ломать. Покинув трон, я накинул домашнюю одежду и посмотрел в глазок двери. За дверью я увидел двух крепких ребят из той бригады, которая вчера вечером доставила меня домой, и открыл дверь.

— Доброе утро, Михаил, — уважительно проговорил видимо их главный, — Господин Феликс велел нам сопроводить вас к нему, после вашего пробуждения, поэтому прошу вас одеться в приличную одежду и проследовать с нами, так как ваш разговор очень важен для нашего нанимателя.

— Подождите, сегодня же понедельник, меня ждут на работе, и я не могу пропустить утреннюю планёрку, шеф меня за причиндалы за это подвесит, — проговорил я, так как знал, что меня ждёт за прогул, — а в обед или вечером я сам к вам доберусь, и мы с Феликсом всё обсудим и решим. Спасибо за предложения, но мне пора собираться на работу.

— Вам уже не нужно на работу. Господин Феликс уже всё уладил с вашим руководством, и они с радостью дали вам недельный оплачиваемый отпуск. Поэтому на работе вас никто не ждёт, а чтобы развенчать все сомнения прошу вас позвонить вашему руководителю и спросить его лично, — он выдал этот монолог без единой эмоции на лице, отодвинулся, махнул своему подчинённому и они пошли в сторону лифта, затем он развернулся и проговорил, — Михаил, ждём вас у подъезда, а также можете не завтракать, так как наш наниматель ждёт вас для совместного принятия завтрака. Одевайтесь, а я оставлю возле вашей двери своего парня, для вашей же безопасности.

— Эм… С-спасибо, — я кивнул и закрыл дверь. Блин, вот обложили-то. Хрен его пойми теперь, то ли это забота такая, то ли меня тупо не хотят оставлять без пересмотра, как очень дорогую игрушку, которую нужно закрыть в сейфе и никому не показывать. Ладно, об этом позже, вариантов-то нет, пойду, позвоню начальству и узнаю, за что это меня так решили освободить от обязанностей, на целую неделю.

— Алло, Михаил, дорогой мой! — раздался в трубку радостный голос шефа, — я так рад, что ты работаешь на меня, ты просто золото! Я так доволен твоей работой, что счастью моему нет предела! Давай родной, отдыхай ещё недельку, ты заслужил! Всё пока, мне пора! — и он положил трубку.

Ну вот, и шеф туда же. Похоже, Феликс его купил каким-то договором или перспективой сотрудничества, так как по-другому я отпуск, да ещё и оплачиваемый просил бы до морковкиного заговенья. Ну, теперь-то у меня иных вариантов вообще не осталось. На работе меня не ждут, у двери и окон дежурят крепкие и мощные бойцы, других в личную охрану в наше время не берут, так что сбежать у меня возможности не будет. Что же, в таком случае пора мне действительно собираться и ехать на встречу с Феликсом и принимать последствия этой встречи, какими бы они ни были.

Я оделся в подаренные мне вчера вещи, прихватил всё, что было, в том числе ключи и документы от машины и вышел за дверь, закрыв её за собой. Подошёл к лифту, а рядом со мной уже стоял охранник. Выходя из подъезда, к нам присоединились ещё три бойца, и вся наша процессия проследовала к стоявшей на стоянке перед домом машине. Опешившие соседи, видя меня и ребят из охраны замерли на месте и с удивлением и любопытством разглядывали нашу группу во все глаза, а я хохотнув помахал нашему смотрящему рукой и скрылся в чёрном тонированном джипе. Мы тронулись и поехали в сторону центра города, объезжая пробки и красные светофоры, так сказать, не останавливаясь и через какое-то время прибыли к особняку на местной «Рублёвке» близ Волги, заехав за монументальную ограду.

Глава 8

Пока мы ехали, я сидел рядом с крупным охранником, ощущения у меня были такие себе, если честно. Будто меня на плаху везут, а не на встречу. Особенной изюминкой этого была гробовая тишина, от которой, если бы не звук колёс и мотора, у меня бы звенело в ушах. Честно, более мрачных и угрюмых людей я видел, наверное, только в обезьяннике ГНК. О нет, не удивляйтесь, я не по этим делам. Я лишь исполнял свой «гражданский» долг. Ну как исполнял, старался не нарываться. Ну а как тут по-другому?

Сибирь, лето, 3 часа ночи, я усталый от замены колёс на новой машине друга, но довольный от того, что день в гараже был разбавлен приятной компанией, шашлыками и пивом. Шёл я себе никого не трогал, а тут, как из-под земли возник мужик в гражданском и начал тыкать мне ксивой в нос, со словами молодой человек, не могли бы вы пройти со мной на обыск. Как тут откажешь? Правда я подумал, что обыскивать будут меня, а оказалось, обыскивали двух молодых умников, которых, ребята из службы взяли с целой сумкой каких-то запрещённых препаратов и которые отнекивались от этой сумки, как от чумы. При этом изъяли из их карманов ещё и с десяток смартфонов, которые были явно не их. Ну, в нашей стране не принято молодым парням носить телефоны в пёстрых или розовых чехлах со стразами. Но ребят и это не смутило, объяснили они это случайным стечением обстоятельств, мол все побежали, а они собрали телефоны товарищей и решили их им позже раздать, но увы их почему-то задержали. Так вот, проходя по полуподвальным, и подвальным помещениям этого участка-лабиринта, я и увидел других товарищей с примерно такими же выражениями лиц за решёткой ожидающих явно не радужных событий, правда за одним исключением, что к эмоциям их лиц примешивалось отчаяние и смущение. А вот в ГНК, видимо, голодные, несчастные, злые и усталые сотрудники, кто в масках, а кто без них, периодически посматривали на меня с завистью и слюной, так как со мной был пакет одуряюще пахнущего шашлыка. Ну не доели мы с друзьями его, поэтому разделили на всех и пошли по домам.

И вот наша группа из пяти мордоворотов и я, заехали за массивные стены ограждений. Машина остановилась, и мы начали выходить. Я выполз из машины и уставился на чопорное лицо мужчины где-то за пятьдесят, одетого в костюм дворецкого, седого как лунь, с усами и моноклем в глазу. Улыбка растеклась по моему лицу, я не сдержался и хихикнул в кулак, так как зрелище было, на мой взгляд, уморительным. Да, блин, ну не привык я к таким встречам, а особенно к дворецким, я такого вообще не ожидал. Да вы гляньте на него?! Начищенный до блеска, одет с иголочки, весь чистый, опрятный, одним словом идеальный образчик этой профессии. Будто с него рисовали и писали все эти образы в фильмах, книгах и сериалах. И да, я не спорю, наверное, с большим количеством денег это нормально, но для меня, точно нет. Я простой и обычный работяга и даже видя таких людей в кино, никогда не понимал их и их приверженность своей работе, но я не осуждал, так как каждый живёт, как хочет и зачем хочет. Я сравнивал это со Стокгольмский синдром у жертвы, ну право слово.

Моя улыбка не укрылась от ясного глаза под моноклем, но в ответ я получил только яростный его блеск и недовольное выражение лица.

— Так вот вы какой, Михаил. А я вас представлял немного иначе, — без тени эмоции сказал дворецкий, с небольшим незнакомым мне акцентом и ритуально поклонился и изрёк, — меня зовут Вольдемар и я личный дворецкий господина Феликса. Прошу вас пройти со мной. Вас ожидают.

Он на пятках развернулся и грациозной, но твёрдой походкой стал чеканить шаг в сторону парадной двери. Я обратил внимание, что ворота за нами закрылись. Я развернулся и пошёл за Вольдемаром. Я шёл и оглядывал то, что было доступно моему взору. А поглядеть тут было на что. Тут тебе и грядки со свежей зеленью, и теплица и всё это украшено статуями и бюстами каких-то людей. Ну и как изюминка, весь двор просто утопал в еловой зелени, которая была, повсюду начиная от декоративных ёлок, до стройных и высоких кипарисов. Эх, благодать, все эти виды напомнили мне об отпуске в Крыму, и я на несколько мгновений забылся, утопая в еловом аромате витающем вокруг. Пока не уткнулся грудью в вытянутую руку сопровождающего, глядящего на меня с удивлением.

— Простите, Вольдемар, я немного отвлёкся на ваш изумительный двор и утонул в одуряющем аромате хвои, — оправдался я перед ним, — но теперь готов идти дальше.

— Он не мой, а господина Феликса, — также чопорно, ответил мне дворецкий, но затем с гордым видом добавил, он поправил монокль и развернувшись открыл дверь, пропуская меня вперёд, — однако благодарю вас, за высокую оценку моих стараний. Я вижу вам не чуждо возвышенное.

С момента встречи с Вольдемаром, меня не отпускал один вопрос. Почему его аура серая? Прямо как у Алекса из бара. Я подумал, что он вообще не испытывает эмоций, а исходя из моих ранних наблюдений за людьми я понял, что цвет ауры зависит именно от эмоций. Но после моего замечания на счёт двора, его аура моргнула зелёным цветом, цветом гордости, как я для себя её обозначил. И пусть сияние было блеклым и кратким, но оно было, а значит передо мной живой человек, который искусно умеет сдерживать эмоции.

Мы шли по дому. Вот старого, но добротного вида мебель, вот куча дорогого вида ваз, кувшинов, тарелок и прочей кухонной утвари на тележке, вот красивые картины, а вот мощные колонны с барельефами узоров на них, вот лестница на второй этаж, а здесь витражные разноцветные стекла, за которыми виднелся задний двор. Весь дом дышал теплотой, светом и уютом, не смотря на гору дорогих вещей с бело-золотым оттенком интерьера. Мне стало тепло и уютно на душе, и я снова остановился, заглядевшись на эту красоту. Я услышал, как Вольдемар покашлял, отвлёкся на него, кивнул ему и потопал дальше. Мы вышли на задний двор, на котором располагалась деревянная беседка в которой, попивая чай, сидел Феликс в тёплом домашнем халате. Дворецкий отошёл в сторону, протянул руку к месту за столом.

— Сэээр, завтрак подадут в течение десяти минут, как вы и просили, — повернулся он лицом к Феликсу, склонил голову, а затем также чеканя шаг удалился в дом.

— Ох уж мне эти его западные манеры… — выдохнул Феликс с уставшим видом и сделав забавную физиономию добавил, — вечно он сэрит и мэмит, а к нему, видите ли, нужно по фамилии обращаться и никак иначе!

— Не обижайтесь, но я тут вообще сижу и покуриваю, в сторонке видя не только настоящего дворецкого, но и всё это великолепие, в общем-то, — смущённо поделился с ним, поводя рукой по воздуху, — я-то вот вообще к такому не привык. Иной раз даже в фильмах такого не показывают, а у вас тут вот такое вот, в центре Твери находится. Кто б знал.

— Ой, не смущай мои седые волосы, Михаил. Я сам до сих пор не привык к этому всему, это всё Вайс. Он мне лысину уже проел своими разговорами о том, что дом должен выглядеть под стать хозяину, как и его владения, должны быть столь же красивы, как и человек обладающий ими. И неважно загородный ли это дом или вилла в Италии, — сделал он характерный жест «рука-лицо» и продолжил, — сэр, нам необходимо сделать в доме ремонт, а то в юго-восточном крыле здания проводка совсем плоха. Сэр, нам нужно нанять флориста и дэн-дэндролога, чтобы украсить сад и задний двор. Сэр то, Сэр это… Эх, благо у меня деньги на всё это есть, а то пошёл бы я по миру с такими тратами.

Я оторопел от такой открытости, но, собравшись, задал ему вопрос, — Феликс, скажите, а он действительно дворецкий? А то это всё выглядит, как какая-то сказка, не иначе, — почесал в затылке я и сделал спущенное лицо.

— Да-да. Истинный дворецкий. Мистер Вольдемар Вайс, чистокровный немец, закончивший какую-то очень престижную школу дворецких с отличием. Говорит на пятнадцати языках, знает всё о ведении хозяйства и обязанностей слуг, умеет всё то, что должны уметь слуги при королевском дворе и хорошо осведомлён о бизнесе. В общем, прошу любить и жаловать, — он потешно шмыгнул и выпучил на меня глаза, — мы с ним уже лет тридцать вместе, но я с моим советским воспитанием, никак до сих пор не привыкну к его замашкам, манерам и прочему. А он никак не хочет меняться, будто ему это вшили в голову и всё тут.

— Я понял вас. Забавно, наверное, иметь такого соратника, — сказал я с ухмылкой и откинулся на кресле.

— И да, и нет. Всё зависит от ситуации, — покрутил рукой в воздухе, Феликс и, отодвинувшись от стола, он уступил место горничной, расславлявшей тарелки с завтраком на стол, — ну, давай, что ли откушаем. Я не знал, что ты любишь, поэтому попросил повара удивить нас.

И удивиться тут было чему. Яйца варёные, жареные, гора бекона, хрустящие гренки, домашнее сливочное масло, квашеная капуста, нарезка из колбас и сыров, варёные и жареные колбаски и отдельно стояла тарелка с прошутто, так полюбившегося мне лакомства ещё со времён моей первой поездки в Италию. Всё это разнообразие стояло на столе и нестерпимо манило меня запахами и видом. Феликс сделал приглашающий жест, и я принялся накладывать на тарелку различные вкусности. Но меня тут же остановила горничная. Я открыл рот спросить о причине её действий и заметил, как Феликс тихонько хихикает глядя на меня и кивнул горничной. Она сразу же повернулась ко мне, взяла белоснежную салфетку, заправила мне её за воротник, а затем начала сама накладывать на мою тарелку всё, на что я обращал свой взор. После она проделала те же манипуляции с Феликсом. Закончив, она отошла в сторону, прихватила тележку, на которой привезла всё, что было у нас на столе, и стремительно скрылась в доме. А я так и сидел с открытым ртом и смотрел то на дом, то на тарелку, то на Феликса.

— Ну вот, а теперь ты можешь кушать, — подмигнув мне с усмешкой, сказал хозяин дома и принялся уплетать колбаску, — приятного аппетита. Поешь, а после мы обсудим твоё решение.

Мы молча наслаждались завтраком, а после та же горничная привезла нам тележку с десертом и небольшими чайничками. Домашняя выпечка пахла одуряюще. Я взял круассан, вскрыл его и намазал сливочным маслом. Залил в него клубничное, на вид, варенье и принялся, есть, запивая свежезаваренным кофе. А Феликс всё это время с интересом смотрел на меня и также поедал свежеиспечённую булочку с кремом, но запивал её чаем. Закончив трапезу, я откинулся в кресле, издав довольный выдох, а затем горничная поднесла мне и Феликсу какую-то пилюлю. Он положил её в рот, проглотил и кивнул мне, намекая на то, чтобы я сделал то же самое. Я, немного помешкав, взял пилюлю и тоже съел её. Поблагодарил служанку, после чего она собрала всё со стола, оставила чайники с чашками и удалилась в дом.

— Эти пилюли помогут твоему желудку всё переработать быстро и безболезненно, мне их знакомый врач порекомендовал, как добавку к пище. И вот уже лет пять я их пью, сколько бы ни съел, никогда после них мне плохо не было, — поспешил объясниться старик и повернулся ко мне лицом, — ну что же, Михаил, давай приступим к переговорам?

Появился дворецкий и пригласил нас провести переговоры в доме, в специальной комнате. Я поначалу насторожился, а вдруг меня сейчас сопроводят под белы рученьки в подвал и там начнут переговоры с орудиями пыток наперевес. Но интуиция подсказывала, что страшиться нечего, ни сами люди вокруг, ни обстановка, не нагнетали саспенса ни на меня, ни на мои новые способности. Моя интуиция была расслабленной, а глаза не видели никаких угрожающих аур вокруг. Мы пришли в кабинет, такой же шикарно обставленный, как и всё в этом доме и сели на кресла друг напротив друга.

— Что же, Михаил, я начну, если ты не против? — спросил Феликс, дождался моего кивка и начал монолог, — дело в том, что я не собираюсь тебя пленять, бить тебя или применять ещё какие-либо физические методы уговоров. По сути, я хочу, чтобы ты работал на меня в качестве моего компаньона в моих поисках, связанных с Механизмом, о котором мы говорили ранее. А для этого я не буду скупиться ни в чëм. Как ты уже понял возможности у меня большие, как и желание докопаться до истины. Поэтому и ещё по паре причин я хочу заключить с тобой союз и продолжить поиски вместе. С меня ресурсы, а с тебя твои способности. В общих чертах это всё. Что ты думаешь?

— В общих чертах мне всё более или менее понятно, однако я хотел бы разобраться в деталях. Я ведь могу задать вопросы? — спросил я, так как весь мой жизненный опыт всё повторял и повторял мне, что бесплатный сыр может быть только в мышеловке, так как чем-то супер крутым я свои новые способности не считал. Я дождался кивка и задал первый вопрос, — Феликс, скажите, а с какой целью вы ищите этот Механизм?

— Очень правильный вопрос, молодой человек! — с воодушевлением ответил Феликс, подняв вверх кулак с указательным пальцем вверх, — Дело в том, что когда я был юн и полон энтузиазма, я нашёл дома и прочитал один интересный труд о Механизме, как я выяснил затем, этот труд был у меня дома не просто так. Мой дорогой дедушка, пусть земля ему будет пухом, занимался тем, что, как и я, сейчас, искал этот Механизм или хоть что-то отдалённо связанное с ним, и так получилось, что, в итоге, он заразил меня этими поисками, и передал своё дело, так сказать мне по наследству. Цель моя проста, найти и сохранить…

— Да что вообще за Механизм мы ищем? Как он выглядит? Для чего его используют? Что за странная мифическая штука? Или это очередной миф, типа Чаши Грааля или Копья судьбы? — не стерпев, пока закончит собеседник, я выпалил тираду вопросов.

— Спокойно, спокойно, всему своё время, Михаил. Ты сам всё поймёшь со временем. Это не так просто объяснить за небольшой промежуток времени, — поднял руки перед собой Феликс и с добродушной улыбкой ответил, — пока что можешь считать, что это некий очень древний артефакт, способный влиять на процессы в нашем мире. Хотя это только предположение и действительно ли всё, так как я сказал, никто не знает, так как его ещё никому не удавалось найти.

— Примерно понятно, но зачем он вам? Что вы хотите с ним сделать? Или вы злой гений, который с помощью него хочет захватить мир или уничтожить его и создать новый? — с ухмылкой я выдал ещё порцию вопросов.

— Ох, ни в коем случае! Как я и сказал, я хочу сохранить или даже защитить этот Механизм от других, так как влияния в этом мире у меня достаточно, а управлять тем, чего я не понимаю, я не хочу, так как это чревато последствиями. Видите ли, я хочу найти его, так как эти поиски, эммм… Эти поиски тянутся моей семьёй уже очень долгое время. Под очень долго, я говорю о сроке более чем тысяча лет. Все мои предки передавали знания и результаты поисков из поколения в поколение, так собственно я и получил все эти знания и продолжил дело моего рода. И так получилось, что эта, скажем так, миссия обрывается на мне, так как у меня нет наследников и преемников. Простите мою старческую сентиментальность, — старик как-то съёжился и стал выглядеть совсем маленьким и хилым. Его аура постепенно начала темнеть и превращаться в тёмную серую дымку, — но если говорить открыто, Михаил, я ищу преемника на своё место, и пока единственный кто подходит на это место, это вы. У меня нет родных или хотя бы тех, кто хоть сколько-то разделял мои устремления, а вы единственный человек в моём окружении, которых хотя бы верит мне, а, тем более что вы единственный за тысячу лет, кого выбрал медальон. Уж поверьте мне, мои предки и я потратили на это много сил и средств, но я единственный, кто хоть сколько-то продвинулся в поисках.

— Вот оно что… — я был ошарашен и на некоторое время выпал, из реальности вникая и анализируя то, что сказал мне старик. Вот это поворот! Как бы банально и не избито это звучало. Я вот вообще не ожидал таких откровений, а тем более того, что он мне всё это расскажет. И судя по тому, что я вижу и чувствую, он совершенно не врёт. Все его слова истинная правда ещё и по той причине, что во время завершения его слов поверх его ауры пробежала золотая искорка, давшая мне на уровне подсознания, понять, что все его слова правда. Да, блииин, это как в той сказке про то, как жил себе паренёк обычный и тут ему на голову наследство размером со страну упало… Мне очень сложно поверить во всю эту ситуацию, но интуиция, ощущения и мои глаза не врут, это я точно знаю. Что же у меня итак не было выбора, а после этого откровения, все мои возможные варианты просто превратились в труху и осыпались, как карточный домик. Всё это время, пока я размышлял, Феликс сидел напротив и не находил себе места, он ёрзал, стучал пальцами по столу и нервно смотрел на меня, но не прерывал мой мысленный процесс. Наконец, я изрёк, — Феликс, буду честен. Я, ещё выходя из квартиры сегодня, склонялся к тому, чтобы принять ваше предложение. Но после ваших слов, хоть у меня, конечно и остались ещё вопросы, я принял решение. Я согласен стать вашим компаньоном, чтобы это не значило.

— Я очень и очень рад, Михаил, — Феликс просиял лицом, поднялся, пожал мне руку, с улыбкой на лице, и, не отпуская её, двинулся на выход, — тогда начнём прямо сейчас, идите за мной и я вам более подробно всё расскажу.

Я опешил, но двинулся за ним, как дворняжка на поводке. Пока мы шли к лестнице, он радостно раздавал команды прислуге и Вольдемару о каких-то приготовлениях, затем мы вместе проследовали на второй этаж и прошли направо до конца коридора. Феликса опередил дворецкий и распахнул перед нами двери настежь. Внутри я увидел помещение размером с мою квартиру, очень светлое и с высокими потолками, ещё из него открывался замечательный вид на задний двор и на Волгу. Феликс отпустил мою руку и повернулся ко мне.

— Ну вот! Теперь всё это ваше, Михаил! Я распорядился вывезти всё из этого помещения и обустроить всё для вас, так как вы пожелаете, чтобы вам было комфортно. Пользуйтесь, пока мы вам отдельный домик строим. После завершения строительства, я распоряжусь, чтобы все ваши вещи перевезли туда, — вновь просияв и ведя себя, как ведущий ток шоу, он выпалил эти слова и, подойдя ближе спросил, — как вам, нравится?!

— Стоп, Феликс, о чем вы? Я, у меня есть жильё, у меня есть моя жизнь, зачем мне её менять и зачем мне переезжать к вам? — я растерялся и не знал, что и думать. Этот дед снова рвёт мне все шаблоны, а я и сделать-то ничего не могу. Да вашу ж мышь-то, хватит уже, остановите этот мир, я выйду! И что теперь? Я должен жить тут, зачем? Мысли разрывали мою голову, а вопросы подкидывали угля в топку моей паники. Я судорожно пытался всё понять и осознать, а рот автоматически то открывался, то закрывался сам по себе.

— Сэр, мне кажется, вы сломали этого мальчика, — любезно заметил Вольдемар и подошёл ко мне. Приблизил лицо и, придерживая монокль, стал разглядывать. — Знаете, кажется у него паническая атака, по-моему, он совсем не этого ожидал по дороге сюда. Вам так не кажется?

— Твоя правда Вайс, кажется, я его окончательно добил. Ох, вся моя нетерпеливость и спешка, — Феликс артистично приложил руку к лицу и покачал головой, — надо было больше его подготовить и хоть немного рассказать, на что он соглашается. Ну да ладно, отойдёт, и я всё детально ему расскажу.

— Д-д-да, — выдохнул я, собирая мысли в кучу, — в-в-верно подмечено! Я не ожидал, что соглашаясь помогать вам, мне нужно будет сильно изменить свои жизненные уклады и планы на дальнейшее…

— Ну а как иначе, мой друг! — не дав договорить, схватил меня за плечи Феликс, приобнял и ухватил за щеку, — иначе никак, Михаил! Я думаю мне не нужно вам напоминать, что за вами идёт охота, и люди, что в ней участвуют, не привыкли проигрывать, их кредо в том, что они всегда берут всё, что хотят и никак иначе. А тут мне вас защищать куда проще. Помимо этого у вас теперь нет времени на вашу низкооплачиваемую работу.

— Да-да, вы верно меня поняли, — закрыв мой открывшийся для возражения рот, кивнул Феликс, — вы теперь там не работаете. А ваши вещи мы вам сюда привезём, сейчас вашему начальству звонят мои помощники и дают понять, что я вас переманил к себе за более чем приличные деньги и на должность, которую вы заслуживаете.

— Ууух, да блин, помедленнее, я не успеваю за изменениями в жизни! — гневно попытался остановить разошедшегося деда, но он меня не слушал.

— Так, вы теперь работаете на меня, живете здесь, у вас есть довольство, не говоря уже о премиях, у вас есть личное авто, моя охрана и мои ресурсы, на изучение и поиски, о которых мы с вами договорились. Я не хочу, чтобы какие-либо проблемы отвлекали вас от нашей миссии и не позволю вам никому досаждать, — Феликс начал, с задумчивым видом, наворачивать круги по комнате вокруг меня, — так, что ещё нужно, Вайс, о чем я забыл?

— Родные, девушка или жена, личные вещи. Обязанности, распорядок дня, обучение, — стал перечислять Вольдемар с каменным лицом, — на этом полагаю всё.

— Ох, точно, как я мог забыть! Вот! — Феликс протянул мне фитнес-браслет, — оденьте его и не снимайте, когда выходите из комнаты, в него вшиты коды безопасности, которые дадут вам доступ к любой территории в этих владениях. Вайс расскажет вам всё о здешних правилах и расскажет о распорядке дня. Сегодня отдыхайте и расслабляйтесь, через двадцать-тридцать минут привезут мебель, а ещё через час я покажу вам вашу новую машину, вы ведь взяли с собой документы и ключ, я верно понимаю?

— Д-да… — мои глаза хотели вывалиться из глазниц, а градус непонимания происходящего накалял мой мозг до предела. И чтобы ещё больше не упасть в ступор я просто поддался течению и перестал барахтаться, — ключ и документы у меня.

— Хорошо, а пока я удалюсь для решения необходимых мне задач, пройдите с Вайсом, он снимет с вас мерки, подгонит под вас вещи, в которых вы сейчас и пошлёт кого-нибудь за обновлением вашего гардероба, все свои старые вещи вы можете выкинуть. Ну, или оставить, дело ваше. Но хорошую одежду я вам предоставлю, всё, я убегаю, встретимся вечером. Ох и да, чуть не забыл, предлагаю перейти на ты, — и Феликс вприпрыжку вышел из комнаты, оставив меня с Вольдемаром провожать его взглядом.

— Пройдёмте, Михаил, нам сюда, — дворецкий вытянул руку на выход, и мы двинулись на первый этаж в новое для меня помещение, которое оказалось чем-то похожим на раздевалку, — я попрошу вас оставить вашу одежду здесь и пройти в соседнее помещение, там для вас приготовлена ванная с горячей водой. Рекомендую вам принять её и немного расслабиться, перед следующей частью дня.

Вольдемар церемонно поклонился и удалился из комнаты, оставив меня одного. Мой мозг всё ещё плавился и не успевал за развитием событий. Пока я снимал одежду, меня не покидали мысли о том, что всё это похоже на очередной выверт моей больной и воспалённой фантазии. Угораздило же меня встретить этого старикана. Я окончательно потерялся во всём том, что мне выдал Феликс. Как в том рассказе: «…напоил, накормил, и спать уложил…», правда, с дополнениями о жилплощади, транспорте, зарплате и ресурсах. Ха! Вот так весело, ничего не скажешь. Я снял вещи и отправился в соседнюю комнату, обнаружил там огромную ванну и залез в неё. Развалился в горячей воде и выдохнул. Да пошло оно всё к лешему. Пока я просто приму всё то, что происходит и последую за тем, куда меня это приведёт, сейчас я не могу побороть происходящее, так что просто пойду туда, куда меня ведёт этот путь и моя интуиция.

Я резко выдернул руку из горячей воды, так как вспомнил, что в ней не так давно была дырка от пули. Но вот ведь я идиот! Но даже так я не почувствовал боли. Странно, но ладно, я размотал бинты. И удивлённо посмотрел на свою руку, в той области, где ранее была дырка. Но дырки там уже не было. Там только красовался шрам и несколько ниток, которые вросли в новую кожу. Да как так-то? Рана уже зажила? Так быстро? Я теперь что мутант, какой-то? Да хрен же его теперь знает, но вот ходить с нитками в теле я точно не хочу, это не эстетично, да и чешутся они. Я поковырял нитки и через боль, кровь и маты выдрал их из руки. Ощущения были прямо ну очень не приятные. Я положил окровавленные нити на край ванной и шипя опустил раненую снова руку в горячую воду.

Я сидел в ванной, откинувшись на её стенку, закрыв глаза, и старался ни о чём не думать. На данный момент мне было тепло и уютно. Я расслабился и попытался на время освободить свою голову от мыслей. Спустя какое-то время, я почувствовал, что кто-то дотронулся до моих плеч и начал их массировать. От этого чувства я сначала напрягся, но когда чьи-то умелые руки стали разминать мои больные мышцы вновь расслабился и протяжно выдохнул, позволяя этим рукам массировать меня дальше. Я сидел и чуть ли не мурлыкал от удовольствия и неги, от массажа. Чьи-то руки переместились мне на голову и начали массировать её, а я, уже не в состоянии открыть глаза полностью отдался чувству безмятежности. Руки перешли снова на плечи и стали спускаться вниз на грудь, а затем на спину. Мне было так хорошо, но природная любопытность всё-таки взяла верх и я, разлепив глаза, посмотрел, кто же это такой умелый мнёт меня сейчас.

— Добрый день… эм… у вас очень умелые руки… — я не знал что ещё сказать, так как массажистом оказалась миниатюрная азиатка, которая наминала мою грудь и стояла надо мной, — вы специалист по массажу?

— Масяяязь, — кивнула незнакомка, продолжая разминать мою грудь.

— Эм, да, массаж, очень хорошо… — смутившись и поняв, что она видимо не бум-бум на нашем языке, сказал я. Ну да, бывали такие салоны, которые привозили иностранных специалистов для проведения массажей. Например тайские массажи всякие.

— О, холосё-холосё, сесясь! — она закивала головой и начала шустро перебирать пальцами вниз. А когда она переместилась на мой живот и продолжила спускаться ещё ниже, я понял её намерения.

— Ох, стоп, не туда, не надо! — я перехватил её руки с паха и переместил обратно на плечи, — не нужно, лучше вот тут.

— Ой, холосё? — она немного обижено посмотрела на меня, но после моего кивка, снова переместилась мне за спину и продолжила массировать плечи. А спустя какое-то время легонько хлопнула по ним ладонями и ушла из ванной комнаты.

Закончив водные процедуры, я вернулся в комнату. Там меня уже ждал готовый и отглаженный костюм, в котором я сюда приехал. За дверью меня ждал Вольдемар и сопроводил меня в мою комнату. Я не стал разглядывать, что в ней изменилось и просто плюхнулся в мягкую и удобную кровать и ещё в полёте отключился. Ближе к вечеру меня разбудил Вольдемар и сопроводил к Феликсу. Мы спустились в подземный гараж. Пройдя мимо дорогих и очень дорогих машин, мы подошли к моей мечте — красному Мустангу и я со счастливым видом нажал на ключ, достав его из кармана. Авто приветливо откликнулось и включило габаритные огни, приглашая меня сесть за руль. Но прежде, чем я забрался в нутро этого чуда, я повернулся к Феликсу.

— Феликс, благодарю вас за столь щедрый подарок моей скромной персоне. И ещё, если вы не против, дайте мне сегодня переварить всю ту ситуацию, которая происходила сегодня и завтра мы с вами ещё раз поговорим, хорошо?

— Развлекайся, Михаил, а завтра мы поговорим, — как-то по-отечески сказал он мне, — но прошу тебя, не снимай браслет, иначе мы не сможем узнать, где ты, и в случае опасности не сможем тебе помочь.

— Хорошо, а в браслете есть маячок? — подняв бровь, спросил я, — я теперь под наблюдением?

— Пустое, Михаил, это всего лишь мера безопасности, — отмахнулся старик, — да и в нём есть тревожная кнопка, в случае опасности нажмите вот сюда и мы сразу же поспешим на помощь. Желаю хорошего отдыха и жду тебя завтра.

Я попрощался и сел в машину. Она пахла кожей и новизной. Я завёл мотор, и он зарычал, а по моим венам побежал адреналин.

Глава 9

Я подъехал к воротам, браслет пикнул, и открылись ворота. А отъехав от дома Феликса, я недолго думая набрал моего друга Пашку Михайлова и договорился о сходке нашей компании в местном пабе на пешеходной улице. Там вкусно делали всякие мясные блюда, а помимо этого очень уж у них вкусно под это дело шла выпивка. Ну и так как я сменил работу, получил кучу денег, машину и, в общем-то, теперь как сыр в масле. Ну, почти… Ну, я же не буду им откровенничать о том, что я понятия не имею, за что мне такие бонусы вручили и что конкретно они от меня хотят за них. Я просто похвастаюсь, как делают все в наше время, а после угощу их, оплатив счёт, вот и всё. Хотя, наверное, можно немного побольше рассказать и о том, что я пережил на днях, а может и не стоит, тут буду смотреть по обстановке.

В общем, после того, как я договорился о нашей встрече, я направил машину к торговому центру и решил побаловать себя чем-нибудь интересным, что приглянется мне сегодня. Благо деньги есть, время тоже, встреча будет часа через три, поэтому нужно сделать себе заслуженный подарок. Спустя минут двадцать я припарковался у ТЦ и двинулся в него. Пока шёл, заметил, что на меня поглядывают девушки, облизывая взглядами с ног до головы. Приятно, черт! Когда вот так не ты смотришь на кого-то хорошо одетого, а на тебя. Проходя мимо зеркала, я обратил внимание на свой вид и понял, что мой образ не закончен, так как к нему не подходила причёска. Поэтому не долго, думая я обзвонил несколько салонов на предмет стилиста и стрижки и нашёл свободного спеца в нужное мне время. А после пошёл гулять по просторным коридорам центра, вальяжно гуляя глазами по вывескам и дверям вокруг. Я прошёл весь ТЦ от начала и до конца, но так и не увидел ничего, что бы притянуло мой взор. А после решил зайти в магазин игрушек и поглазеть на товары там. И спустя ещё минут двадцать я вышел оттуда довольный как слон с большущей коробкой знаменитого конструктора под мышкой. Честно, я давно мечтал купить себе такой конструктор. Так получилось, что у меня до сих пор не было такого конструктора. Либо мне дарили что-то другое, либо конструктор иной марки. А потом с годами я как-то забыл про то, что хотел его себе, но теперь у меня есть и средства и возможность, так что пора осуществить свою детскую мечту.

Я закинул коробку на заднее сиденье и поехал в салон. Там меня встретили, как дорогого гостя, перед этим оценив в окно то, на чем я приехал, а затем с ног до головы то, как я одет. Смазливый донельзя администратор снял с меня пальто и начал суетиться вокруг делая мне комфорт, пока я ожидал мастера. Мне, конечно, было приятно и комфортно, но его заискивающие глазки и какие-то странноватые взгляды, брошенные украдкой, меня немного напрягали. У меня закралось сомнение в том, что он, как бы это сказать, не совсем традиционной ориентации. Я как бы и не осуждаю такие наклонности, а если честно, то мне, в общем-то, всё равно, чем незнакомый мне человек занимается и с кем, но лучше бы он держал это при себе и не показывал другим. Как-то передёргивало меня от него, слишком он был любезен и чуть ли на задних лапках передо мной не прыгал. Ой, да тьфу на него. Мастер, наконец, вышел и пригласил меня к себе. А я с облегчением поднялся и ушёл, нервно поглядывая на нестандартного парня. Постриг он меня на сто баллов из ста и всего за тридцать минут, а то и меньше, так как вначале мы обсуждали, что я хочу увидеть у себя на голове. В общем, я взял его визитку, и мы распрощались, а после я спешно покинул этот салон, под нервирующие меня вздохи и взгляды всего салона.

Прибыв к пабу в оговорённое с Пашкой время, я припарковал машину и зашёл договориться о том, чтобы друзья дали мне ещё минут тридцать, чтобы я отвёз машину к дому и приехал на такси, мы же не на сухую сидеть будем. Я зашёл в паб, нашёл Пашку и с улыбкой двинулся к нему. Подошёл и встал у него за спиной. На меня уставился Вадим, ещё один наш приятель, выпучил глаза и сдвинул брови.

— Мужчина, вам чем-то помочь? Здесь занято, мы заранее бронировали, — угрюмо сказал он, не понимая чего, я встал и смотрю на него.

— Вадим, погоди, дай я, — Пашка поднял руку и начал поворачиваться ко мне, его глаза уставились на меня и он с непонимание и робостью сказал, — эм, да, мы как бы заранее бронировали столик.

— Ребят, вы чего, не признали что ли?! — с недоумением в голосе спросил я, тыкая в себя пальцем, — это я Миха. Измайлов. Всего месяц прошёл с нашего последнего сабантуя, а вы меня забыли что ли?

— Миха, ты? — с обалдением и открытыми ртами уставились на меня друзья, — да тебя, как бы и не узнать. Хрена се ты поменялся!

— Да будет вам, не так-то и сильно. Я тот же, что и был. Только вот шмотки взял другие, а так всё то же самое, — я протянул и пожал руки друзьям и продолжил, — ребят, я тут маленько не успел, подождёте меня минут тридцать? Я поеду машину припаркую, а?

— Да не вопрос, всё равно ещё не все подтянулись, а чего ты вдруг на машине по центру катаешься, вроде только с работы должен вернуться, да и ехать тебе от неё не далеко, — почесал в затылке Пашка.

— Ну, всё немного изменилось, я теперь там не работаю, но об этом позже, — улыбнулся я и подмигнул, — пойдёмте лучше я вам обновкой похвастаюсь.

— Эм, Мих, ну мы вышли, стоим, а где обновка-то? — с недоумением стоял и смотрел на меня Пашка, — чего встали то посреди улицы, куда идти надо?

— Да как бы, пришли уже, — с раздражением ответил я, жестом указывая на машину, — вот она, моя обновка, как тебе?

— Херасе! Этот агрегат?! — с неверием спросил Паша, — да ладно, этот Мустанг, он чего твой что ли?!

— Эм, да ладно, — махнул рукой Вадим и скептически добавил, — сколько он стоит, лямов двадцать или двадцать пять? Ты что убил кого-то за него?

— Блин ребят, вы чего? — нахмурил я брови в непонимании, — это моё новое авто, езжу на нём весь день сегодня. Классный аппарат, я им довольный как слон. И нет, не убивал я никого, так вышло, что работу сменил и как бы вот это небольшой подарок от фирмы, вроде как.

— Ну как бы здорово, — грустно заявил Паша, — как бы рады за тебя и всё такое, ты его, что ли обмывать собрался?

— Ну, да и его тоже, расскажу всё позже, если не против, как вернусь с парковки, — я открыл машину и пошёл на водительское сидение.

Отъезжая от тротуара я махнул им рукой и, не дождавшись ответного жеста, поехал домой. Пока ехал, мои мысли занимала реакция друзей на мои изменения. Складывалось впечатление, что они как будто не рады им и вообще, как будто я резко стал инородным для них. Честно я думал, что они обрадуются за меня и попросят покатать их на этой машине, но мало того, что они как будто не поверили мне, так ещё и будто общаться со мной не захотели. Странно, но факт, их реакция меня коробила, и я её вообще не ожидал. Подъезжая к дому, я проехал ворота и поставил машину на парковку, а затем залез в телефон и вызвал такси. Ожидая такси, я всё думал о реакции друзей и пытался понять, что так резко поменяло их ко мне отношение. Я сел в такси и доехал до паба, зашёл внутрь и подошёл к столику, за которым должны были сидеть мои друзья, но их там не оказалось. Там сидела чужая компания, которая даже не обращала на меня внимания. Я прошёл по всем залам, но ребят так и не обнаружил, после вернулся к входу и нашёл администратора, которая сказала, что мои друзья так и не вернулись после того, как мы втроём ранее вышли на улицу. Я опешил, вышел из здания и достал смартфон.

В нём я увидел сообщение от Пашки, в котором друг говорил о том, что я как-то больно сильно изменился и что очень сильно хвастаюсь, и вообще им сегодня оказывается не до моих прихотей, так что до встречи в следующий раз. И как это понимать? Я хвастаюсь, я изменился и у меня куча прихотей? Ну, хрень же несусветная! Я набрал Пашку, но он не ответил на мой звонок. Вадим меня сбросил, а остальные, кто должен был прийти сегодня, были не в сети. Так и что теперь получается? А то, что мои так называемые друзья, кинули меня за то, что я стал богаче их, у меня появилась хорошая одежда и машина. Ну не тупизм ли это? Говорю со сто процентной уверенностью, это тупизм. Все эти изменения всего лишь внешняя оболочка и ничего иного. Да, я хотел похвастаться, но я хотел, и разделить с ними свою радость. Для меня было это важно. Ведь как минимум мои друзья были частью моей жизни. А теперь видимо нет. Да пошёл я! Пойду и выпью где-нибудь один, а то как-то на душе погано, а заодно вдруг найду, с кем поболтать, а может и не только.

В расстроенных чувствах, ощущениях одиночества и недоверия ко всему миру, а в частности к друзьям и Феликсу я побрёл по вечернему городу, ища глазами какое-нибудь питейное заведение. А пока шёл, я всё больше и сильнее укреплялся в том, что мне нельзя доверять людям. Увы, но я парень простой и дружелюбный, вот всегда я с кем-то сдруживаюсь, считаю их чуть ли не родными, а потом бац и всë, я один и снова ищу с кем разделять редкие, но до жути приятные вечера. Ну что же будет мне наука, что резкие перемены в достатке, это своего рода переломный момент, который проверяет тебя и твоё окружение. Ахах, точно, я где-то о таком читал, это было вроде в книге, а может в очередном пройденом мной тренинге или курсе на темы финансов и психологии. Ага, там так и было написано, мол, если вы сумели пробить финансовый потолок, то это не конец перехода на следующий уровень. Это лишь очередная веха, после этого вам предстоит на нём удержаться, а проверять вас будут родные, близкие, друзья и знакомые, вроде так. Ну, теперь я знаю точно, что друзья мои проверку не прошли. Да и шут с ними, им же хуже. Мои глаза притянула вывеска с умильным утёнком, притягивающим к себе тару с коктейлем, поэтому я недолго думая завернул в это заведение и, найдя глазами барную стойку, плюхнулся на стул возле неё. Сунул бармену купюру и попросил смешать что-то сладкое и слабенькое, так как хотел посидеть за столом, а не под ним. Он улыбнулся и принял заказ. Я, сидя в раздумьях, смотрел за мини шоу смешивания коктейля, а после принялся употреблять его понемногу. Он оказался очень приятным на вкус и был сладким, как домашнее варенье из абрикоса. Я заказал ещё один и решил оглядеть зал.

Зал был почти пустой, так как ночь ещё не наступила и завсегдатаи этого заведения не пришли. Само заведение было оформлено просто и со вкусом, на европейский манер с вкраплением весёлых картин утят и прочей живности. Я сидел и понемногу пил, а после решил переместиться за столик и заказать какого-нибудь мяса. Как только я сел за столик, возле меня тотчас же нарисовалась симпатичная девушка и подала меню. А судя по милой, естественной улыбке и цвету ауры я понял, что сегодня она рассчитывает получить от меня щедрые чаевые, а ещё какой-то намёк на симпатию в мой адрес. Я поблагодарил её, открыл меню и стал его изучать. Недолго думая я выбрал подходящее блюдо с названием, которое мне подошло больше всех, а именно «Какое-то мясо» и сделал заказ. Спустя ещё минут двадцать мой заказ был готов, и мне подали шикарную тарелку набитую разномастными мясными вкусняшками и бокал холодного и лёгкого пива. Я с благодарностью принял бокал и припал к нему. Пиво оказалось очень холодным и очень вкусным, я крякнул от удовольствия и принялся пробовать мясо на вкус.

Время шло, я понемногу грустил и поедал мясо, запивая его напитком, пока передо мной не нарисовалась пара гламурных тел, которые мало того, что вели себя вызывающе, так ещё и выглядели, как чепушилы. Ох уж мне эта непонятная мода, выглядят они примерно моего возраста, но одеваются, хрен пойми во что. Одна девушка в наряде «Баба на чайник», такая себе дутая и мешковатая одежда на тощую фигуру, а вторая в стиле гота. У обеих были типа пьяные лица и «боевой» макияж, кричащий всем, что они сегодня вышли на охоту. Я поднял на них глаза и стал дожидаться реакции. Они переглядывались и видимо ждали, что я начну разговор, но я-то вижу, что они от меня хотят, поэтому и молчал в ожидании. В итоге они насторожились, и одна из них решила заговорить.

— Привет, красавчик! — подмигнула мне готка, — как твои дела? Ты не против, что мы тут с тобой посидим и составим тебе компанию?

— Я? Я против, — сказал ей я, глядя в глаза и положил очередной кусочек мяса в рот.

— Да? А почему? — с неподдельным изумлением спросила она, видимо не ожидая от меня такого ответа, — мы, что не красивые.

— Да, вы не в моём вкусе, — пожал плечами я и отпил немного напитка из бокала, — девушки, я не настолько пьян и не настолько наивен, ищите себе другую жертву.

Я увидел, как они оскорбились, услышав эти слова, стали краснеть и судорожно пытались что-то умное мне ответить, но тут появилась симпатичная официантка и суровым взглядом, прикреплённым резкими словами спровадила недовольных барышень восвояси. А после поставила мне ещё один бокал пива на стол, подмигнула игривой улыбкой и убежала в зал. Я прокричал ей в след благодарности, на что она повернулась и задорно захихикала в ответ. Эх, а вот она конкретно подняла мне настроение. Мало того, что выглядит хорошо, так ещё и за словом в карман не лезет. А ещё либо мне показалось, либо я ей всё же симпатичен, не зря же я заприметил в её ауре некие интересные вспышки. Ну да ладно, подождём, увидим. Я продолжил свою одинокую трапезу, но меня снова прервали. На этот раз это были два лысых братка, которые с нетерпением стояли у моего стола и нервно поигрывали чётками в руках.

— Слышь, утырок, ты зачем наших девушек обижаешь?! — высоким и гнусавым голосом обратился мне один из них, что был немного поменьше и поближе ко мне.

— Что? — с удивлением спросил я.

— Буй в очко, ха-ха-ха, — парировал мой вопрос гнусавый, — ты чо наших девчонок обижаешь, мразь!

— Хм. Какой ты забавный. Слушай сюда, пережиток девяностых, отвали от меня по добру, по здорову, пока по тыкве не отхватил. Я ясно выражаюсь?

— Чо?! Ты рамсы попутал, ушлепан?! — с явным и сильным удивлением выпучил он на меня глаза, — слышь ты, да я твою жопу на мальтийский крест сейчас порву! А ну пошли-вышли!

— Тебе надо, ты и иди, мафиози недоделанный, — спокойно пожимая плечами, ответил я, — а пока иди, переваривай мои слова, в ту дыру, из которой ты выполз.

— Да ты совсем страх потерял, ушлёпок! — задыхаясь от возмущения, завопил он, — я тебя прям здесь, на лоскуты порежу!

— Ага, давай, начинай своё шоу. Видишь вон там и там, а ещё там красные огоньки? — потыкал в сторону камер я вилкой, — ага, видишь. Так вот мой необразованный друг, это камеры, а огоньки на них говорят о том, что на них идёт запись.

— А что мне мешает дождаться тебя на улице? — видимо всё-таки поняв, к чему я веду, — ты думаешь, что тебя это спасёт?

— Да, думаю. И много. И тебе советую, — ответил я с невозмутимым лицом.

— Аргх, да хер с тобой! — психанул от безысходности гнусавый и махнул рукой на выход, обращаясь ко второму братку, что всё это время молча стоял и смотрел на меня, — пошли Цыган, подождём его на входе, а после потолкуем с ним конкретно. Живи ушлепок, пока что!

— Ну, ты даёшь! — услышал я восторженный голос позади себя, — как ты так смог их спровадить? У тебя даже ни один мускул не дрогнул на лице? Я уж было полицию вызывать начала.

— Да нет, пустое, — махнул я рукой, поворачиваясь на женский голос, — он же, как тот пёс, лает, но не кусает. Просто хотел на понт меня взять, а я не поддался.

— Да ладно и прям, не испугался? — подмигнула мне та самая симпатичная официантка и присела ко мне за стол и махнула бармену за стойкой, смотрящему на неё — Коль, я на перерыв!

— Не буду врать, ситуация меня напрягла, да и было немного страшно. Но мой опыт помог мне справиться с волнением и дать отпор обидчику, — улыбнулся я в ответ. Да и правда я струхнул слегка, но по его поведению и ауре понял, что беды не случится, но не буду же я ей это говорить, — вон он теперь мечется у входа, и пока я не выйду отсюда, ничего не случится, это точно.

— Ага, вижу, — посмотрела на меня него через окно, улыбнулась и продолжила, — а я подумала ты рыцарь, ну или типа мастер спорта какой-нибудь, раз не боишься таких отморозков.

— Да нет, я до недавнего времени был руководителем, а сейчас… Эм, сейчас я партнёр в одном предприятии, так что умею находить язык, даже с такими людьми, — я и правда, не знал, как назвать мое сотрудничество с Феликсом, поэтому придумал всё на ходу, — а как тебя зовут, красавица?

— Кэти, приятно познакомиться с тобой, — ещё раз лукаво улыбнулась она мне, — а тебя я буду называть «Не рыцарь»!

— Пусть так, а меня зовут Миша, рад узнать тебя поближе, — сменил я голос на приятные рабочие нотки, — как долго у тебя перерыв, Кэти?

— Увы, уже закончился, — она начала вставать, а после ухмыльнулась своим мыслям и подмигнула мне, пододвигая салфетку в мою сторону, глядя мне прямо в глаза, — вот, как-то так. И да, я заканчиваю в три, если тебе интересно.

Она вспыхнула краской и быстро убежала в сторону барной стойки, а я взял салфетку и увидел на ней номер телефона, со смайликом. Отхлебнул пива и посмотрел на часы. Они показывали половину первого ночи, а значит, мне оставалось ждать всего три часа до более близкого знакомства с Кэти. Пока я сидел, я с большой радостью смотрел на беснующегося братка у входа, он махал руками и что-то, явно гневно говорил второму. Спустя час я заметил фигуру неподалёку от этой парочки, а после и ещё несколько. А ещё через пару минут я наблюдал картину маслом, которую написали бойцы Феликса. Ай, молодцы, ай красавцы, так красиво они их заломали и утараканили за угол, что любо дорого смотреть. И да, я прекрасно понимал, что за мной следят и что где-то неподалёку сидят бойцы из охраны Феликса, ну а как иначе? Браслет на мне, он работает, не просто так же его мне дали. А сейчас я просто вижу подтверждение своих мыслей, вот и всё. После в заведение зашёл Главный охранник Феликса и с ухмылкой и пониманием подошёл ко мне, мы немного поболтали, он не стал оправдываться или извиняться, никакой чепухи о том, что за мной велась слежка, за что ему большой поклон. Он просто хотел поговорить по душам, так сказать. А весь его монолог был призван поведать мне, что Феликсу можно доверять и что он нормальный дед, с причудами конечно, но всё же нормальный. А ещё этот Главный не стал убеждать меня или что-то ещё. Он просто выгрузил то, что хотел сказать и, поведав о несчастном конце деятельности братков, и последствиях для них откланялся и ушёл.

После ко мне подошла Кэти и играючи поинтересовалась, что за чёрные костюмы вьются возле меня, на что получила ответ, что это начальник охраны моего партнёра и что их заведение теперь освобождено от созерцания двух упырей, которые тут ошивались не так давно. Она смотрела на меня, как баран, на новые ворота, и по глазам было видно, как её мозг пытался разрешить диссонанс, который я в нём создал. Но после она поблагодарила меня, нежно чмокнула в щеку и снова ушла работать. А позже я дождался закрытия бара и конечно саму Кэти. Она переоделась и вышла ко мне. Правда я не сразу узнал в её, ведь в униформе она выглядела совсем по-другому, чем сейчас. Я увидел слегка вьющиеся и распущенные рыжие волосы. Задорно вздёрнутый носик, зелёные глаза и небольшую россыпь веснушек на её мило улыбающемся лице. Она вышла из-за стойки, направилась ко мне и, не теряя времени, обняла меня, а затем, привстав на носки, горячо чмокнула меня в губы.

Мы вызвали такси и поехали ко мне, прихватив из бара бутылку хорошего вина. Уже в такси она страстно прижималась ко мне, заводя меня шаловливыми ручками, бегающими по всему моему телу. А зайдя в квартиру, она опрометью бросилась на кухню, ища тару для вина и штопор, со словами, что не хочет терять времени на долгие знакомства и прочие не нужные сейчас вещи. Мы выпили вина, сидя на диване, а после она набросилась на меня, как голодная тигрица. Её и мои вещи сумбурно летели в разные стороны, а мы не обращали на них внимания, слившись в страстном поцелуе. Её маленькие и проворные ручки беспорядочно носились по всему моему телу, а я медленно исследовал каждый сантиметр её тела и наслаждался ощущениями. Не став тянуть она оседлала меня, а я прильнул к её небольшим, но столь манящим и задорным полушариям, она откинулась и отдалась ощущениям, нежно и страстно постанывая от каждого моего прикосновения и поцелуя. И как только её возбуждение достигло пика, я нежно прикоснулся и начал ласкать её цветок, от чего миниатюрная девушка начала стонать ещё сильнее, прикусив губу. Постепенно я наращивал темп, а она, не сдержавшись, снова припала к моим губам, как к спасительному кругу. Ещё несколько мгновений и она, не выдержав взяла инициативу в свои руки и втиснула меня в себя, закатив при этом глаза, а после медленно, но верно начала наращивать темп. Дойдя до нужно ритма, она отдалась своим чувствам и жадно пожирала меня глазами, артом нежно покусывала мою шею. Нас с головой захлестнула страсть, изливаясь тоннами из наших тел, мы меняли позы и подстраивались под предпочтения друг друга. Наши тела наслаждались друг другом, жадно и страстно, пока каждый из нас получал очередной оргазм. Мы забылись, друг в друге пока за окном не стало светло, а после, допив вино, мы заснули в нежных объятиях.

Я проснулся первым и с улыбкой стал наблюдать, как спит Кэти. Сегодня мне было хорошо, да что лукавить, мне очень давно не было так хорошо. Я перекатывал послевкусие вчерашней ночи в своей голове и подумал, что мне необходим кофе. Я тихонько встал и ушёл на кухню, приготовил пару тостов с яйцами и беконом, а также сварил две кружки кофе, поставил всё на поднос и понёс в комнату. Зайдя в неё, я увидел, как Кэти потягивается и принюхивается к тому, что я нёс. Я забрался на кровать и поставил поднос с завтраком рядом. Она посмотрела на всё, что я принёс с собой, и одарила немного сонной, но милой улыбкой, а после мы позавтракали, и она стала при мне собираться домой. Она собиралась навязчиво долго, и невзначай принимая разные соблазнительные позы, при этом лукаво глядя на меня и грозила пальцем, если я начинал принимать действия в попытках повторить прошлую ночь. Ей нужно было домой, чтобы привести себя в порядок, так как скоро у неё очередная смена. Я предложил подвести её, и она с благодарностью согласилась. А так же немного обалдела от моей новой машины, когда я усаживал её в неё. Мы резво доехали до нужного адреса, и распрощались поцелуем, а после она снова задорно подмигнула и напомнила, что оставила свой номер мне и если я захочу как-нибудь повторить прошлую ночь, мне просто нужно позвонить ей. Она зашла в подъезд, а я отправился домой, так как мне сегодня нужно было сделать ещё несколько дел.

Глава 10

Я выехал с парковки у дома и подъехал к воротам, нажал на пульт и ворота открылись. Затем я выехал за них и решил, что машину нужно обкатать не в городе, а на трассе, и ещё желательно на платной, так как там ограничение скорости не ниже ста тридцати километров в час, в сторону Москвы, то есть можно разгоняться минимум до ста сорока девяти, если без штрафа. Пока я ехал до трассы, пересекая светофоры и пробки в городе, я всё больше замечал, как на меня и мою новую машину смотрят все. От этого меня распирало дополнительное веселье, драйв и гордость. Я доехал до границы города и прибавил газа. Мотор заревел, и меня легонько вжало в сидение. А за этим последовал следующий приток адреналина и я уже не сбавляя хода двинулся в сторону платной трассы, благо на этом авто уже был прикреплён транспондер. Спустя пятнадцать минут я уже подъехал к платному участку дороги и остановился, чтобы вбить в приложение на смартфоне данные о новой машине и новом устройстве. Я зашёл в кабинет, ввёл данные и снова закатил глаза обратно в орбиты. На экране смартфона, на месте где должна быть сумма счета на меня глядел и задорно подмигивал знак бесконечности. А так вообще бывает? Я хмыкнул, убрал телефон в специальный разъем под него в машине и поехал на трассу.

Я ехал примерно час или около того, включив громкую музыку и потеряв счёт времени. Я смог разогнать авто до скорости двести пятьдесят километров в час, но дальше мне стало страшно. И не из-за того, что машина как странно себя вела. К слову, она прекрасно держала дорогу и могла ехать и триста. Всё потому, что я не имел опыта вождения при таких скоростях и мог что-то сделать не так. Всё это время у меня в голове, словно зацикленные, роились мысли о вчерашнем дне. Особенно мысли о доверии или недоверии к Феликсу, о том, что он следил за мной через Романа. Роман, честно сказать говорил искренне, да и нет, у меня не было ничего подтверждающего обратное. В этих раздумьях, так ни к чему и не пришёл, пустив всё на самотёк и решил пока не сильно впускать в свою жизнь Феликса и Ко.

Я гнал, пока не увидел в промелькнувшем мимо белом знаке название «Москва». И только сейчас до меня дошло, что я уже в Москве и мне пора бы ехать обратно, так как дел у меня в этом городе не было. Я доехал до выезда, вывернулся на запутанных развязках столицы на обратную дорогу до платной трассы на Тверь и рванул. Однако быстро же я пролетел сто тридцать километров или сколько там было до Москвы? Я радовался и улыбался, а внутри головы всё это щекоткой отдавалось в темени. А самое главное из неё постепенно стали пропадать и мрачные мысли, о том кто такой Феликс и стоит ли ему доверять. Да, конечно, я согласился на работу с ним, но я всё ещё ему не доверяю, так как мало того, что я теперь фактически остался один, все друзья меня кинули, так ещё и хрен знает, как я буду расплачиваться за всё то, что он мне ранее надарил.

Вернувшись в город, я решил перекусить и подъехал к пешеходной улице, припарковав на платной стоянке свой новый автомобиль. Благо уже было более восьми вечера, и парковка стала бесплатной. Я вышел из машины, поймав на себе заинтересованные взгляды прохожих, и двинулся в грузинский ресторан, решив отпраздновать все сегодняшние события поеданием чкмерули, хинкалями и хачапури. Уже доедая остатки пряной курицы и хачапури ко мне за стол напротив подсел человек, смутно напоминающий мне кого-то. Мои глаза округлились, когда понимание того кто же сидит напротив меня пришло в мой мозг.

— Ого, кого я вижу? Да это же соучастник моего убийства Алекс! Какими же это судьбами тебя сюда занесло? И не стыдно тебе предстать пред моими очами? — ехидно и очень враждебно осведомился я и незаметно нажал на кнопку браслета, которую ранее мне показал Феликс.

— О чем ты говоришь, Миша, о каком убийстве речь? Ты с ума сошёл? Тебе в больнице, что голову повредили при транспортировке? — побледнев, вытаращив на меня глаза, испугано спросил меня Алекс.

— Да что ты? А может это вы с твоими дружками повредили меня ножами и пулями? Что ты здесь забыл? Или ты снова решил подсыпать мне что-то в еду или питьё? — начал я угрожающе поднимать тон и сжал руки в кулаки.

— О чем ты говоришь, Миша, мы же так хорошо сидели и болтали тогда, я тебе и визитку дал и вообще помог тебе, скорую вызвал. Я не понимаю о чем речь, я ничего не знаю, — стал сбивчиво оправдываться Алекс. А после затих и молча испуганным взглядом озираться по сторонам.

Я молча смотрел на него. Всё бы ничего и может быть я и поверил бы в этот спектакль, надо признаться, что он был отличным актёром, но если бы не одно НО. Я видел его ауру и все переливы сияний в ней. Она уже была не серая, а красная, не предвещающая мне ничего хорошего и только изредка она вспыхивала другими цветами, то синим, то жёлтым, но основа в виде красного оставалась неизменной. В том числе, поэтому я и нажал на кнопку тревоги, не раздумывая.

— Итак, я жив, правда не твоими стараниями, но всё же, я здесь и ты снова здесь. Ты ничего не хочешь мне сказать, Алекс? — с ухмылкой спросил я и вперил в него гневный взгляд снова.

— Ну… Нет, а что я могу сказать? Тебе стало плохо, я вызвал скорую помощь, а сейчас ты несёшь какой-то бред, который я не понимаю, — пытаясь выглядеть, спокойно ответил он мне, — И вообще я не понимаю, почему ты так агрессивен ко мне, мы же друзья? Давай. Давай выпьем по стаканчику, а то я снова не попал на электричку и мне без компании не очень как-то.

— Да ты что?! Я по твоему совсем дебил, что ли? — возмутился я. Опустил взгляд на смартфон и увидел смс от охраны Феликса, что они ждут у входа в кафе. Я встал, положив на стол купюру за ужин, — раз ты мне ничего сказать не хочешь, то я пошёл. Прошу, во избежание рукоприкладства с моей стороны не ходи за мной.

— Да подожди, Миша, пойдём, в другое место, я с тобой, — встал и пошёл за мной Алекс.

Выходя из кафе, через стеклянную дверь, я пальцами указал на Алекса охранникам Феликса и один из них, Главный, как я его для себя обозначил, кивнул мне. Я вышел за дверь, меня за ворот ухватил кто-то слева и резко дёрнул, но подхватив и крутанув, поставил меня на ступеньки ещё один охранник, которого я не видел. А вот Алексу пришлось больнее и страшнее. При выходе за дверь ему накинули мешок на голову, ударили поддых и скрутили руки за спину, надев при этом на них хомуты. Я стоял и смотрел на очень быструю и слаженную работу охраны Феликса. Они двигались и действовали как в кино, прошло всего 5 секунда, а чёртов Алекс был полностью нейтрализован, стоял на коленях и пытался отдышаться, а я заворожённый происходящим стоял в стороне и очень не хотел когда-нибудь попасть в разработку к этим парням. Главный подошёл ко мне, сказал, что они сопроводят его на базу и предложил поехать с ними. Я отказался и, показав на машину, ответил, что проследую за ними сам. А так как угроза устранена, их стараниями, беспокоиться не о чем. Он кивнул и пошёл за плечистыми ребятами в их минивэн.

Я осмотрелся по сторонам, вокруг нас уже стояла толпа зевак и снимала это всё на телефоны, озадаченные и возбуждённые подростки закидывали меня вопросами на тему кто я, кто эти бойцы, кого они поймали и в чем он обвиняется. Они по видимому предположили, что я и ребята из спецслужб, и мы поймали террориста, но я молча поспешил зайти в кофейню за кружкой кофе и проследовал к машине. Всё это время люди, как прилипший банный лист ходили за мной, а некоторые попытались сеть в машину, но я не дал им этого сделать и уехал поскорее к Феликсу.

По прибытию в дом, меня встретил вездесущий Вольдемар, оглядел меня с ног до головы и с довольным моим видом проводил до новой для меня комнаты в подвале. И судя по всему, это была допросная. Я вошёл в дверь и увидел несколько стульев и стекло в стене с видом на соседнюю комнату, в которой сидел связанный Алекс, уже без мешка на голове, а напротив него главный охранник Феликса, что-то вкрадчиво втолковывал соучастнику моего похищения. В комнате, в которую я вошёл, сидел Феликс и с интересом и возмущением наблюдал за происходящим в соседней комнате.

— О, Михаил, я рад, что с тобой всё в порядке! — повернулся он ко мне и с приглашающим жестом сказал, — садись, ты как раз пришёл на самое интересное.

— Он уже в чем-нибудь сознался? Или может что-то рассказал о моём похищении? Со мной он всё время отнекивался, может тут что-то выдал, испугавшись? — спросил я, присаживаясь на стул, — а ещё мне очень интересно, как так вышло, что ваши бойцы всего за пять минут прибыли ко мне на помощь, когда от вас до центра ехать пятнадцать минут без пробок?

— О нет-нет, Роман только начал устанавливать с ним контакт, он ещё не задавал вопросов, — ответил Феликс, и теперь мне стало известно, как зовут его главного охранника, — а по поводу времени, всё просто. Это я их отправил в центр, так как знал, что ты будешь там и, что с вероятностью в девяносто девять процентов тебя снова попробуют захомутать. Скажем так, я просто перебдел.

— Что ты делал в кафе? — коротко спросил Роман.

— Я-я-я, п-просто коротал время до возвращения в гостиницу и тут увидел Михаила и решил подсесть к старому знакомому, что тут плохого? — разыгрывая невменько, ответил Алекс.

— Что ты от него хотел?

— Просто поболтать о том, о чем, обычная болтовня двух знакомых, ничего такого, — уже более нервно ответил Алекс.

— Да он тупо лжёт! — гневно выпалил я и повернулся к Феликсу, — его аура до сих пор полыхает угрозой, а слова лживы, как и он сам, я знаю это!

— Ты видишь его ложь и ауру?! — удивлённо спросил Феликс и взял меня за руку, а другой рукой нажал на кнопку у окна, и она загорелась зелёным, — ох, мой мальчик, да ты ещё ценнее, чем я думал, что ты видишь, скажи мне.

— Я вижу, что этот кусок гуано, сейчас врёт в каждом слове, его аура вспыхивает рубиновыми вспышками, а само сияние вокруг него алое, такой цвет я связываю с опасностью. Скажите, чтобы Роман был осторожнее, так как это всё не предвещает ничего хорошего, — как на духу выложил я и уставился на Феликса.

— Роман, ты слышал? Будь осторожен и давай переходи от слов к действиям. Я так понял, этого упыря ты словами не расколешь, — глядя на охранника через стекло проговорил Феликс и отнял руку от кнопки.

Роман кивнул, подтвердив, что услышал всё, что ему говорили. Встал и вышел из соседней комнаты, а спустя мгновение вернулся уже не один и с какими-то странными штуками. Феликс взял меня под руку и вывел из кабинета, со словами, что нам тут больше не на что смотреть и что нам нужно доверить дело профессионалам и дать им делать свою работу. На выходе я более подробно рассказал Феликсу и присоединившемуся к нам дворецкому обо всём, что было связано с Алексом ранее и сегодня. Они меня выслушали и вместе мы отправились в гостиную, так как Вольдемар сообщил, что вечерний чай готов и пора бы нам поговорить в более приятной обстановке. Мы пили чай, а затем появился Роман с довольным видом и, достав планшет, запустил перед нами видео, на котором уже изрядно помятый Алекс сидел и рассказывал всё, что нас интересовало ранее. О том, что ему были нужны деньги, и его наняла какая-то женщина в белом с длинной косой за пару тысяч, чтобы он просто завязал со мной разговор, подсыпал мне в бокал с выпивкой снотворное и вызвал её, чтобы они меня забрали. А сегодня с ним снова связалась эта же женщина и потребовала повторить сделанное, со мной указав точные координаты того места, где я находился посулив за это ещё три тысячи и он снова согласился, так как деньги ему были очень нужны. Оказалось, что никакой он не Алекс, а Загородный Геннадий, хренов актёришка в местном театре, который подсел на наркотики и почти остался без гроша за душой. В рассказ поверили все, кроме меня, так как на записи я не видел его ауры и не был уверен в правдивости его слов. О чем и сказал окружающим меня людям. Феликс счёл верным отвести меня в кабинет ещё ражз и на моих глазах задать ещё вопросы. Так мы и сделали. Гена повторно рассказал всю историю, дрожа и всхлипывая, и его аура подтверждала, что он говорит правду. Однако меня смутил блевотного цвета отблеск в его ауре, когда он начал рассказывать о девушке, что звонила ему. И я нажал на кнопку.

— Роман, прошу вас, спросите его подробнее о той женщине, что нанимала его. Мне кажется, он тут что-то недоговаривает, — попросил его я, надеясь, что услышанное даст мне возможность узнать больше о моих похитителях. И Роман сделал.

— Она была одета во всё белое, у неё была длинная тёмная коса, голос был странный и всё время какой-то раздражённый. Я её не знаю и видел её впервые, — пожимая плечами, ответил Гена.

— Как она представилась, какие приметы, знаки отличия, — продолжил допрос Роман.

— Обычная женщина, слегка за 30, симпатичная, ухоженная. Представилась Екатериной. Да вроде и всё, — выдохнув, рассказал Геннадий и встрепенулся, — о, точно! На куртке был такой знак, в виде перевёрнутого треугольника с рогами в середине.

Роман махнул помощнику и то принёс мелок и бумагу, отдав набор юного художника Геннадию, он попросил нарисовать знак, а после приложил его к стеклу, за которым мы сидели. На рисунке был круг, внутри него перевёрнутый треугольник и какая-то морда с длинными рогами и всё. Феликс, блеснул глазами, узнав этот символ, и попросил Романа заканчивать на этом. На Гену снова надели мешок и выволокли из допросной. А Феликс обернулся ко мне и изрёк.

— Мдааа… Михаил, а ты счастливчик, — с горькой ухмылкой выдал старик, подняв руки и загибая пальцы в символе кавычки, — быстро о тебе прознала представительница семьи Дюпон. Она довольно грозный враг, который обладает не малыми возможностями.

— А что это за Дюпон такой и чем он опасен? — изогнув бровь, спросил я.

— Не он, а она. Лилу Дюпон, если кратко. Это символ её семьи. Она глава французского дома Дюпон в Париже и она одна из тех немногих, кто не отличается деликатностью и осторожностью в поисках Механизма.

— Ох, вот оно что, а под тем, что она не деликатна, вы имеете в виду пытки, похищения и прочие радостные для меня вещи, я, верно, понял? — не опуская бровь, спросил я.

— Да именно это и не только это. Если уж говорить прямо, то на её счету около сотни потенциальных носителей медальона, о которых я знаю, и с которыми я связывался ранее. А может и больше, — почесав в затылке, сказал Феликс, посмотрел на меня и с ухмылкой сказал, — боюсь, если бы не твоё везение и безудержное желание жить, твоя встреча с её приспешниками закончилась для нас печально.

— Конечно, печально, а как иначе, когда фактически мне бы вырезали глаза, а затем просто бы зарезали, ну или наоборот… От перемены мест тут ничего в итоге бы не поменялось, это факт, — я округлил глаза и напомнил Феликсу о той встрече, — только вот я ума не приложу на кой черт им вообще мои глаза? Будто бы они могли бы с ними что-то сделать без медальона.

— Не могу сказать точно, но возможно они что-то и нашли или узнали в записях их предков или твоих предшественников, но в любом случае теперь понятно, почему они убивали всех до кого добирались, — старик, покряхтывая, встал, жестом показал на дверь и двинулся к ней сам, — но, Михаил, теперь тебе не о чем переживать. По сути, теперь, когда мы заключили союз, а после мы вместе выйдем на Совет глав семей и открыто тебя покажем, то тебе уже не будет вообще ничего угрожать. А теперь расслабься и отдохни.

— Погодите, Феликс, о каком Совете речь? Вы что заседаете в какой-то тайной ложе, типа тамплиеров и прочих чудил, которые грезят о завоевании мира? Как бы там ни было это очень странно, если не забавно, — с усмешкой выдал я, выходя из допросной вслед за Феликсом, — что за шутки? Это даже звучит как полный бред! Вы хотите сказать, что вы как в кино и книгах про разные кланы и секты, действительно сидите с важным видом и обсуждаете что-то на своих собраниях анонимных искателей Механизма?!

— Михаил, не нужно так всё утрировать и насмехаться, это просто периодические собрания, так сказать, заинтересованных одной целью лиц. Мы просто примерно несколько раз в год собираемся вместе. И делимся друг с другом знаниями и информацией, которые раздобыли за прошедший промежуток времени, — старик шёл в гостиную, я шёл за ним и внимательно слушал то, о чем он говорил, — я же тебе говорил ранее, что не я один ищу тебя и Механизм соответственно. Нас много, но мы это не афишируем, так как ты сам на своём же примере видишь, как воспринимают это люди со стороны. Видишь ли, я и ещё несколько моих соратников придерживаемся теории о мирном сосуществовании с такими людьми как ты и выступаем за сохранение механизма. Но есть и те, кто идут по пути прямо противоположному нашему и хотят подчинить таких как ты, так и работу Механизма. Это две основные фракции, но есть и альтернативные мнения, о них я пока не буду тебе говорить, так как это ни к чему, да и займёт много времени. Так вот собрание будет через две недели в Риме, и я в нём участвую, как собственно и ты, но пока в качестве моего гостя. На этом собрании я представлю тебя Совету, и тебя включат в постоянный состав. На этом пока всё, мне нужно отъехать по делам, а ты давай, отдыхай пока.

И Феликс спешно оделся и вышел на улицу, а я, недоумевая от всей этой информации, остался один в большом холле дома. Постояв немного, я увидел старую знакомую горничную и спросил, как пройти на кухню, дабы, на скорую руку сварганить себе пару бутеров и кофе, чтобы немного унять мысли перекусом и закончить прерванный ранее Алексом ужин. На что получил обжигающий взгляд симпатичной девушки со словами о том, что в этом доме ни хозяину, ни его гостям не пристало что-либо готовить самим и тем более есть на ночь глядя, тем более повар уже отдыхает в это время. Но затем, видимо увидев мои молящие глаза, как у кота из Шрека, она отправила меня в комнату, сказав, что что-нибудь придумает. А буквально через полчаса у меня в комнате, на столе материализовался закрытый поднос, пахнущий чем-то очень вкусным. Открыв его, я с радостью увидел несколько сэндвичей с ветчиной, сыром и яйцом, а ещё в меру сладкий травяной чай. Мысленно поблагодарив предприимчивую девушку за ночной перекус, я с улыбкой схомячил всё полученное запивая чаем и улёгся в кровать, оставив все мысли и печали на завтра.

Утро началось с громкого и требовательного стука в дверь. С каждым разом он становился всё нетерпеливее и сильнее, поэтому я не стал доводить до истерики моего утреннего, гостя сонно выбрался из-под одеяла и прошлёпал босыми ногами к двери, на автомате открыл дверь и непроизвольно начал зевать. А когда неторопливо разлепил глаза, то увидел стоящую напротив меня и покрасневшую до состояния помидора горничную, осматривающую меня в одежде а-ля труселя. Она собрала всю волю в кулак, подняла глаза на моё лицо и выпалила.

— Господин просит вас составить ему компанию на завтрак и ожидает вас в беседке на заднем дворе! — а затем спешно и, спотыкаясь, удалилась по коридору к лестнице. А я, не поняв, с чем было связано её смущение, закрыл дверь, почесал в затылке и поплёлся к стулу, на котором был домашний наряд, оставленный мне дворецким вчера. Оделся и также сонно потопал на задний двор к Феликсу.

— Доброе утро, Михаил, — услышал я бодрый голос сзади, повернулся и посмотрел на говорящего. Им оказался Роман, начальник охраны, — как спалось на новом месте? Кошмары не мучали?

— А? Н-нет, всё в порядке, спал как убитый, — пробормотал я и, дождавшись пока Роман, сравняется со мной пошёл вместе с ним на задний двор, — скажите, а как там Алекс-Гена? Он уже того или как?

— Не нужно делать из меня и босса извергов, Михаил, — нахмурив брови, сказал он, — мы с ним нашли общий язык и так, скажем, вывели его из игры. Больше он ни тебя, ни босса побеспокоить не сможет и продолжит влачить своё жалкое существование дальше там, где и влачил его до этого. Ну да ладно, я пойду в гараж, а ты давай просыпайся, уже почти десять утра, а ты выглядишь так, что как будто тебя подняли, а вот разбудить совсем забыли!

— Угу, и так каждое утро, представь себе, — пробурчал я вслед удаляющемуся Роману.

Я вышел на задний двор, и меня ослепило, редким для осени, утренним солнцем. Я поздоровался со всеми, кого увидел и даже с кустом, который показался мне живым человеком, на что обратил озабоченное внимание всех находящихся вот дворе на себя. Дошёл до беседки и плюхнулся в свободное кресло напротив Феликса.

— Доброе утро, Михаил, выглядишь ты как-то не очень, да и с кустами здороваешься, с тобой всё в порядке? — с озабоченным видом обратился ко мне Феликс.

— Угу, всё хорошо. У меня так каждое утро. Я встаю и готовлюсь к работе на автомате, а прихожу в себя только после того, как принимаю порцию своего утреннего кофе. Да и до момента его принятия я не могу, есть, так как еда вызывает у меня только отвращение и тошноту, — повернув на старика голову, всё ещё сонно проговорил я, — вот как-то так оно.

— Ох… да я вижу, ты как сомнамбула сейчас сам, да и Монику засмущал, — с насмешкой ответил Феликс, — я попрошу Вайса сделать для тебя исключение и приносить тебе утренний кофе в комнату, а также будить тебя немного пораньше, чтобы ты приходил в себя до завтрака.

— Слушайте, а к чему такая спешка!? Да ещё и утром? — озадаченный его словами я решал узнать причину всей этой шумихи, — можно же просто позавтракать без меня и позже пустить меня на кухню и дать мне что-то приготовить. Я, между прочим, очень хорошо и вкусно готовлю.

— Охотно верю, однако правила этого дома нерушимы и обязательны, как и сам Вайс, который их ввёл и неустанно за ними следит. А ещё я сильно сомневаюсь, что ты готовишь лучше моего повара. Я выкупил его в Париже и вожу с собой, — оспорил мои слова Феликс и с задумчивым видом позвал Вольдемара к столу, — Вайс, распорядись, чтобы нашему гостю принесли кофе, а иначе он упадёт в тарелку лицом, так и не дождавшись завтрака. Ты же видишь его состояние.

Дворецкий окинул меня оценивающим взглядом. Цыкнул языком, пощёлкал пальцами перед моим лицом, кивнул своим мыслям и ехидно улыбаясь, развернулся на пятках и прочеканил в дом. Через две минуты вернулся к нам со стаканом какой-то серо-буро-малиновой жидкости и поставил стакан передо мной.

— Михаил, я для вас приготовил специальное средство для пробуждения. Выпейте и буквально через минуту побудет в норме, — и они вместе с Феликсом переглянувшись уставились на меня.

Я посмотрел на отвратного вида жидкость в стакане, сомневаясь, что это мне как-то может помочь. Выразил своё сомнение и негодование взглядом Феликсу и Вольдемару, однако взамен получил лишь снисходительные улыбки и два коротких кивка. Смирившись с неизбежным и представив возможные последствия в виде Романа с верёвкой и дворецкого вливающего через воронку в меня эту жидкость, я взял стакан и резко опрокинул его в себя. Поставил его на стол и замер в ожидании, как и остальные присутствующие. Поначалу я ничего не почувствовал. Но постепенно в моём желудке начал разгораться огонь, а затем произошёл взрыв, который волной мурашек пробежал по всему моему телу. А после резким бахом отозвался в голове. Мои глаза расширились, и я почувствовал, что на лбу выступила испарина. Я выдохнул и понял, что моё утреннее помутнение спало и даже цвета стали ярче.

— Ууух! — выдохнул я и помотал головой, — забористая штука! Теперь я в норме. Но Вольдемар, что там намешано и что это было?!

— Я рад, что средство помогло. Но его состав я разглашать не стану, так как его рецепт моя фамильная гордость, — он кивнул и отошёл от стола.

— Да, мне оно тоже помогает, да и полезное оно весьма, со слов Вайса, — согласно покивал головой Феликс и с приглашающим жестом сказал, — давай поедим, у нас сегодня много дел.

Мы закончили шикарную трапезу, выпили по спасительной пилюле и отправились в ещё одно неизвестное мне доселе помещение. Им оказалась библиотека. Там Феликс ознакомил меня с его семейной коллекцией рукописей, журналов и дневников, связанных с такими как я и с Механизмом, а также книгами на эту же тему. Затем он рассказал, что его знания базируются на записях хранящихся здесь, и что мне до момента посещения предстоящего Совета необходимо с ними ознакомиться, чтобы понимать, о чем там будет идти речь. А также, чтобы начать учиться управлять моими новыми способностями. Как я понял из его слов это очень важно как для меня самого, так и для того, чтобы меня включили в Совет, так как без необходимых знаний это невозможно, а после удалился, сославшись на очередные дела. Я остался в библиотеке один на один с кучей книг и взял первые десять из них, которые Феликс выбрал мне для начала. И так начались мои долгие и длинные дни в этом храме мудрости.

Глава 11

Библиотека, как много в этом слове для меня сегодня. А если точнее, то практически две недели моей новой жизни в особняке Феликса. Я тупо две недели прожил в этой забытой всеми библиотеке. Почему забытой? Да потому, что я в ней всегда находился один, и только один, ни одна живая душа не приближалась и не заходила в неё, ни когда я был там, никогда меня там не было, и даже хозяин дома так и не соизволил меня там навестить. Да честно сказать я и вовсе его не видел за исключением редких встреч на приёме пищи и то не каждый день. Он вечно пропадал на своих бесконечных делах, а кроме него в этом особняке со мной толком никто не говорил. В общем, скука смертная.

Исключением были редкие и короткие вылазки из дома с ребятами из охраны, они сопровождали меня на каждом моём шагу. С одно стороны это может и хорошо, ведь я мог быть спокоен за свою тушку, но вот знание о том, что за мной следят и ещё и не одна пара глаз, меня изрядно напрягало. А вылазки были в основном, чтобы развеяться и прогуляться, пару раз я выезжал на бывшую работу для закрытия бухгалтерских вопросов и передачи дел. А как бальзам на душу было то, что где бы я ни появлялся, за мной всегда следовала куча глаз. Ну, пусть и не совсем за мной, а за машиной и за охраной, которая кучно вертелась неподалёку от меня, но ведь причиной этому всё же был я, правда? Ну, пожалуйста! Эххх… всё бы отдал, чтобы посидеть в любимом баре и пропустить пару-тройку бокалов любимого эля. Но, увы, безопасность была превыше всего. Максимум на что я мог рассчитывать, так это на то, что бойцы или прислуга Феликса могли просто заказать этот напиток с доставкой на дом. Ну, или налить мне другой выпивки, ни названия, ни марки, а уж тем более цены, которой я и в помине не знал.

Ах, да, по поводу бывшей работы. Дело в том, что я, сидя в «любимой до смерти» библиотеке получил звонок от бухгалтера с просьбой прийти за расчётом и оформлением бумаг на моё увольнение. И как же я был рад этому звонку! Я тот час же собрался в свой привычный уже парадный наряд, предупредил охрану и сев в новую машину стартанул по адресу офиса фирмы. Приехав и представ перед недоумевающим бухгалтером, я подписал все необходимые бумаги, получил все нужные документы и выслушал очередной её монолог о том, что все козлы, и никто не понимает что бухгалтерия самый важный на фирме отдел. А затем по просьбе директора зашёл к нему. Ну а там, как говорится, сначала выслушал завуалированный и нудный спич о том, что я предатель, как им всем теперь без меня будет хорошо, а также попытку вывернуть всю сложившуюся ситуацию так, что руководство было вынуждено само отказаться от моих услуг. В связи, с чем я расхохотался в голос и порвал всю эту бредятину в клочья. Я напомнил ему всего лишь два факта. О том, что все денежные клиенты на этой фирме были моей личной разработкой. И о том, что вся эта манипулятивная история, которую я сейчас услышал, базируется на зависти и безысходности от того, что им просто не кем меня заметить, так как по факту работать по требованиям фирмы могу только я, а остальные только помогать и всё. Директор, конечно, покраснел от негодования и услышанной правды, но в итоге не смог мне ничего возразить. Я со спокойной и лёгкой душой был таков и свалил из этого злосчастного и надоевшего офиса.

За эти дни в библиотеке я для себя узнал много всего интересного, хотя и не столько, сколько рассчитывал узнать изначально. Дело в том, что в записях Феликса рассказывалось о способностях, которые по большей части у меня уже были. Например, видение ауры человека, ясновидение, вещие сны, предчувствие — что бы это ни было, надеюсь не как у Человека паука в комиксах, а также всякие штуки с интуицией и памятью. В общем-то, ничего сверхъестественного, никаких тебе лучей из глаз, гипно-взгляда и прочих суперсил… Эх… а было бы круто! Но, увы, и ах, мы всё-таки живём в реальности, а не в фэнтези романе. Но также я узнал, что я отличаюсь от людей способностями из записей о силах, что были у моих предшественников. Например, они не видели, говорит ли человек правду или лжёт, как я. Возможно, это было моей особенностью или чем-то подобным. В основном у всех их был один набор сил, без дополнений и исключений. А может это просто мой глюк, кто ж его знает, в записях пояснений я не нашёл.

Ещё я немного узнал о самом Механизме. Большинство из тех, кто более или менее развил свои полученные способности, описывали его как древний монументальный обелиск, типа того, что возвышается в Штатах, монумент Вашингтону, кажется. Такой себе белый фаллический символ кому-то или чему-то. Но были в нём и отличия. Рядом с обелиском был какой-то постамент с круглым столом и какими-то письменами на нём, а в центре несколько углублений, видимо для каких-то предметов, но это не точно. И он был высотой чуть ли не с два небоскрёба, был почти прозрачным, сделанным типа как из кристалла, а цветом был как медальон, висящий у меня на шее. Местонахождение этого Механизма естественно никто не знал, да и как его найти также нигде подсказок не было.

Я тогда ещё достал медальон и ещё раз его поразглядывал, получается, он был сделан из частички этого обелиска. Что, в общем-то, частично подтвердили ещё несколько записей. Дело в том, что как я вычитал, медальон был сделан из сиреневого бриллианта, который до сих пор считается очень и очень редким природным камнем, что позже подтвердила мне вездесущая мировая сеть. Как писал некий Серж, дальний предок Феликса, который судя по записям, потратил годы, чтобы разобраться в природе камня и досконально его изучить. Он выяснил природу камня и то, что он был сделан и большого куска породы. Дело с том, что из камня размером с сам медальон невозможно было сделать такую искусную работу. Да и ни один огранщик и мастер по каменному делу, из известных этому Сержу не смог определить каким образом кто-то смог столь ровно и без видимых проблем обработать бриллиант таким образом, какой был применён на медальоне. В общем, по факту вопросов было больше чем ответов.

О, да, в записях были упоминания о Совете. Он состоял из десяти семей-искателей, которые собственно и основали этот совет. Все они в разной степени занимались тем, что искали информацию, упоминания и знания о Механизме, и о таких людях, как я. Они называли нас «Видящие», видимо под стать нашим приобретённым силам и тому, как выглядел медальон. В него входили семьи из разных стран, от России это была семья Феликса с простой фамилией Ивановы, забавно звучит, конечно, Феликс Иванов. Гы-гы-гы… Ну да ладно. Были там также и Французы с фамилией Дюпон, приспешники которых меня не так давно чуть не «защекотали» ножиком до смерти, ну и остальные восемь семей, записей о которых я практически не нашёл, как и их фамилий. Да мне собственно с лихвой хватило и Дюпонов, которые промышляли не очень лицеприятными поступками, как в прошлом, так и судя по всему сейчас. Дело в том, что они были головорезами или цепными псами этого Совета и, как и сказал ранее Феликс не отличались мирными взглядами. Собственно они в основном и решали все сложности и проблемы Совета, поэтому на все их проделки Совет в основном закрывал глаза или скощал им наказание. В общем, я и правда, умею находить себе врагов.

На исходе тринадцатого дня моей библиотечной жизни, меня пригласил на вечерний чай Феликс и у нас состоялся долгожданный разговор о предстоящем сборе Совета, который состоится через два дня в Риме.

— Итак, Михаил, ты изучил все записи, которые я тебе предоставил? Теперь ты понимаешь, что мы ищем и почему? — не глядя на меня спросил Феликс, заполняя какие-то бумаги на столе перед ним.

— В общих чертах да, но дело в том, что в записях нет никакой информации, о том, что делает этот Механизм и для чего собственно он нужен. Так что причины его поиском для меня остаются загадкой.

— М-да, Михаил, ты действительно прав. Ни о Механизме, ни о его предназначении нет никакой информации до сих пор, как и о людях, которых выбирает медальон. Но мы его ищем именно с той целью, чтобы изучить и понять его существование и возможности. Как ты мог заметить есть большое множество предположений, о том кто создал этот Механизм и о том для чего он нужен, однако все мои предки сходились в одном, что он необходим для поддержания баланса в нашем мире.

— Возможно, — также скептически ответил ему я, — но опять же информации мало, только домыслы и всё.

— Согласен, но что тут сказать? Для меня это миссия и честь семьи, так что другого объяснения, увы, я найти не могу, так как всё остальное будет сводиться только к этому. А высокопарности типа «Мы стремимся познать неизведанное». Обычно не таят за собой ничего кроме гордыни и желания возвыситься над всеми вокруг, — отложив в сторону ручку и бумаги, немного расстроенно выдавил из себя Феликс, и пристально взглянул на меня, — так что поверь моему большому опыту и держись подальше от людей, которые так говорят.

— Да у меня и в мыслях не было, — пожал плечами я, — я вообще не склонен доверять тем, кто говорит так же, как пресловутые киношные злодеи. Ведь они обычно и ведут свои занудные речи о том, что их миссия превыше всего и вернёт рай на землю. Это как в той шутке: «Уважаемый, я не хочу вас убивать, однако мне нужен ваш череп…»

— Ха-ха, да, комично конечно, но суть очень схожа, — хохотнул Феликс и продолжил, — что же, Михаил, я вижу ты усердно работал с записями и наверное многое узнал, скажи, а тебе стало понятно что-то новое о твоих способностях?

— Да не особо, если честно, — не стал врать я, но решил пока скрыть то, что я могу работать детектором лжи, — всё что описано в записях я уже применяю, а чего-то нового или иного от того, что есть у меня, в записях я не нашёл.

— Хм… странно, а я вот лично не помню, чтобы в записях были упоминания о возможности видеть правду или ложь. Ты ведь на допросе Геннадия именно это делал, я верно помню?

— Да, это, — ну старик, ну даёт, на ходу подмётки режет, похоже он наизусть все эти записи помнит, — но я не считаю это чем-то отличным от видения ауры человека, фактически я её и вижу, это тоже сияние, просто я различаю её оттенки. Возможно, мои предшественники и не знали, как это описать, но по факту это одно и то же.

— Если смотреть с этой стороны то да, согласен с тобой, — покивал старик и отхлебнул чаю из стоящей рядом с ним чашки, — итак, Михаил, так получается, что мы будем на Совете как раз в тот день, когда у тебя будет твой тридцать третий день рождения, всё верно? Были ли у тебя какие-то планы на него?

— Эм, да? Что-то я и не подумал про него. Ну, да и шут с ним, я его не особо то и праздную последние годы. Да и друзей у меня не так чтобы и много, а с учётом моего ухода с работы, в офисе, да и в этом городе и праздновать мне не с кем. Так что отмечу как-нибудь потом, если вообще стану отмечать.

— Что же, похвально конечно, но я считаю, что этого делать нельзя. А причина проста. Это твой день по праву рождения. Поэтому я решил организовать для тебя ещё несколько дополнительных дней отдыха в Риме на следующий день после Совета. Римские каникулы, так сказать, — с благосклонной улыбкой сообщил мне Феликс и приподнял бровь, — я надеюсь, ты не против моей инициативы?

— Не против, ли я?! Нет что вы! Я рад и очень благодарен, — это и правда отличная новость для меня, — я очень люблю Италию и Рим в частности. Хоть я и был там уже два раза, но с удовольствием посмотрел бы на него ещё разок.

— Ооо, не беспокойся, я запланировал различные мероприятия в этом городе, а также особые вечера. Благо у меня в этом городе есть соратник, и он пообещал всё организовать для тебя по высшему разряду, — он гордо приподнял подбородок и отсалютовал мне чашкой, — скажу тебе по секрету, ты познаешь истинное гостеприимство итальянцев.

— Что-то меня немного аж передёрнуло, — поёжился я от его слов, — звучит так, как будто мой организм может не выжить после этого гостеприимства, поверьте, мне есть с чем сравнивать.

— Не волнуйся, всё будет хорошо, я это тебе гарантирую, — Феликс допил чай, встал и перед уходом проговорил, — а пока у тебя есть завтрашний день. Как следует, отдохни и приведи себя в порядок. Вечерний туалет, как и одежду для отдыха тебе подготовит Вайс. Завтра ты волен делать всё, что твоя душа пожелает, но с условием, что ты после этого сможешь сесть в самолёт и долететь до Рима и предстать во всей своей красе перед Советом.

После этих слов он дождался моего кивка и ушёл, а я остался размышлять о предстоящем Совете и о том, что мне ждать после него. И если снова повторится что-то типа той моей истории после посещения одной провинциальной деревни на Кавказе, то я действительно буду недееспособен приличное время. Так вышло, что я там побывал в отпуске, ну, и подружился с местными ребятами у одного из которых намечалась свадьба и я был на неё приглашён. Увы у них было не принято отдариваться и моё присутствие было обязательным, поэтому я прибыл туда не зная, что меня ждёт. По итогу я понял, что из моей жизни и памяти выпало около трёх дней. Честно сказать, когда я понял, что до самолёта обратно домой мне осталось меньше десяти часов, то осознал, что праздник я провёл практически в беспамятстве. Там я ел, пил и веселился так, как никогда в моей жизни, судя по фото и видео, которые я получил позже. После такого праздника я был не в себе ещё неделю, а воспоминания остались на всю жизнь. Эх… были времена в бытность моей молодости. И я стал опасаться таких фраз, так как после подобного выражения жениха всё и началось в прошлый раз.

Ну да ладно. На это я, увы, никаким образом повлиять не могу. Да и отказываться не хочу точно. Тем более после долгого времени одинокой и затворнической жизни в библиотеке. При том, что последние три, а то и больше недели я не радовался ничему, кроме новой машины. Так что я с радостью и признательностью приму столь щедрый подарок и наслажусь им по полной программе. Я поднялся в свою комнату и решил позвонить маме, дабы поведать ей о последних изменениях в моей жизни. Да и вообще я давненько с ней не общался. А может она и даст мне пару-тройку советов на тему нынешних обстоятельств.

Дело в том, что моя мама являлась не просто психологом практически международного уровня. Она помимо всего прочего обладала знаниями и мудростью, до которых мне было, как от Москвы до Владивостока пешком топать, а поэтому мы периодически поддерживали связь, чтобы знать, что у каждого из нас всё хорошо, ну и обсудить всякие разные вопросы. Я позвонил ей, и мы поделились новостями друг с другом, как выяснилось, она сейчас вела свою практику где-то в Крыму и давненько не бывала в моих краях. Услышав о моих новых реалиях жизни, за исключением покушения на меня, о котором я умолчал и не стал заставлять её переживать. Она была сильно удивлена и, как и во многих других случаях поддержала меня, а заодно очень обрадовалась тому, что я теперь живу в достатке и со мной всё хорошо. А спустя час и обсуждая другие обычные для нас темы и мнения на то или другой аспект жизни, мы обменялись признаниями в обоюдной любви и попрощались, после чего я лёг спать.

Следующий день я провёл в ожиданиях и подготовке к поездке. Проверил наличие остатка срока визы в Европу, подготовил небольшую сумку с вещами на два-три дня проживания вне дома. Но как оказалось, всё это было сделано зря. Дело в том, что Феликс уже всё за меня сделал и, поручив Вольдемару донести до меня эту весть, весело хихикал на совместном обеде, увидев моё обиженное лицо. Ни вещи, ни виза мне были не нужны, по непонятной мне причине и раскрывать мне её никто не стал, сославшись на сюрприз в будущем. А остаток дня я провёл, изучая несколько записей в архиве и в блаженной лени в комнате. И вот настал день отправки, мы позавтракали и отправились в Шереметьево на транспорте Феликса с охраной. Позже мы проехали какими-то отдельными и непривычными мне путями и оказались на проходной взлётного поля. Там Роман поговорил с охраной, показал какие-то бумаги и мы двинулись дальше к огромному ангару. Там мы подъехали к небольшому самолёту, который оказался собственностью Феликса, и погрузились в него. Этот транспорт был шикарен и абсолютно не был похож на рейсовые аппараты, в которых я привык перемещаться. Всюду была кожа и дерево, отдельная спальня, гардероб, бар и даже душевая кабина. А после мы мягко взлетели и проследовали к пункту назначения, лететь нам нужно было полтора часа примерно.

Мы приземлились в аэропорту «Фьюмичино» в тридцати километрах от Рима, заехали в ангар и дождались опускания трапа, а после начали выходить из самолёта. Внизу нас встречала делегация из семи человек. Небольшой подтянутый дядька, одетый вызывающе дорого, развёл руками и изрёк что-то вроде приветствия в нашу сторону и заулыбался во все тридцать три зуба. А после спешным шагом двинулся в сторону Феликса. Достигнув его он обхватил старика и, прижавшись к его плечу начал радостно что-то тараторить на смеси русского и итальянского языка, чуть ли не со слезами на глазах. Я спускался последним, поэтому видел всю картину с высоты трапа, и она мне напомнила воссоединение если не родных, то очень близких людей. Вольдемар стоял по правую руку от Феликса и с теплотой наблюдал за этой встречей. А увидев справа от дорого одетого дядьки женщину почти как две капли похожей на него, что в одежде, что в манерах и мимике, церемонно ей поклонился, получив в ответ такой же поклон. А остальные пять человек уже помогали Роману и его ребятам с нашей небольшой поклажей, перетаскивая её в машину.

— Михаил, подойди сюда, пожалуйста, — закончив с объятиями и смахивая небольшие прозрачные капли с глаз, обратился ко мне Феликс, — я хочу познакомить тебя со своим дорогим другом Лоренцо.

— Добрый день, приятно познакомиться, — я дежурной улыбкой и протянутой рукой подошёл я к встречающему, — меня зовут, Михаил.

— Да будет тебе! — воскликнул Лоренцо на русском, с небольшим акцентом, и, не обращая внимания на мою руку, стремительно обнял меня, как старого друга, — друзья Феликса, мои друзья!

— Эм… хорошо, — немного смутившись и с такой же улыбкой, я приобнял его и легонько похлопал по спине, — очень приятно.

— Ну, господа, довольно обмена приветствиями, прошу в машины, нам необходимо побыстрее довезти вас ко мне и приготовиться к заседанию Совета этим вечером, — Лоренцо повернулся к нам боком и жестом указал на несколько машин недалеко от нас.

Мы сели в них и группой в три минивэна отправились в гости к Лоренцо. Мы ехали по оживлённой трассе, но гораздо менее загруженной, чем близ Москвы или иного крупного российского города, так как я часто на них бывал, то могу сравнить разницу трафика тут и там. Вдоль дороги я постоянной видел большие плантации виноградников, проносящиеся мимо, поля с разными растениями, честно сказать я не агроном, но по виду они были похожи на пшеницу и ещё какие-то злаковые. Редкими гостями в окне я видел небольшие городки, посёлки и домики как на картинках и во всём этом пейзаже мне всё время не хватало зелени. Дело в том, что во всей Италии, на мой взгляд, деревьев было очень мало, толи не принято у них это, толи места для них не было, но густой растительностью не хвастались даже города. Весь пейзаж за окном был как-то сильно прилизанный и аккуратный. Не то, что у нас в России, если лес, так тайга, если поле, то часа за четыре ты его толком не проедешь, а если горы, так уральские или тот же Эльбрус. А тут всё какое-то мелковатое и приземлённое. Я ещё раз для себя подчеркнул, что не смог бы долго тут прожить, так как глаза тут радовали практически только архитектура и женский пол, не все конечно, но тут были очень привлекательные итальянки, ну и туристки из разных стран тоже. А ещё мне в Италии нравилась еда, она была схожа на вкус и по составу с нашей русской. Но правда всегда по возвращении из заграниц я жаждал поесть простой русской, а по возможности и домашней пищи, так как искренне считал, что лучшее её быть не может. Поэтому добирался до дома или булочной и трескал какую-нибудь вкусняшку.

Задумавшись и глядя на пейзажи, проносящиеся за окном машины, я и не заметил, как мы достигли точки назначения и начали сбавлять скорость. В этот момент я отвлёкся и предо мной открылся вид на какой-то замок, утопающий в зелени стоящий на приличном удалении от монументальных стен ограды. Мы повернули и проехали в открывшиеся ворота размером с двухэтажный дом. Ещё немного проехав через пост охраны, и плечистых ребят с собаками, мы добрались до здания замка и остановились. Дверь открылась и, выходя из машины, я застыл глядя снизу вверх на возвышавшиеся стены замка передо мной. Я разглядывал стены, окна и общую архитектуру здания. Как и всегда, словно в первый раз поражался тому, что это построили люди и что это грандиозное, на мой взгляд, сооружение доступно для проживания в нём. Меня отвлёк Вольдемар, подойдя ко мне на расстояние протянутой руки. Щёлкнул пальцами перед моим носом и с насмешливым видом подтолкнул меня к входу в здание. А я, всё также глядя на замок, неторопливо пошёл за всеми кто следовал в дом.

Не успел я войти в двери, как мой взгляд поразило наличие ковровой дорожки. Она протянулась от входа в здание, до лестницы на следующий этаж. А ещё больше меня изумило то, как вдоль этой дорожки в церемонно поклоне стояли мужчины и женщины, от горничной, до садовника, в присущих именно им нарядах. Я поперхнулся и попытался вернуть самообладание, но меня снова сбили с толку насмешливые и игривые глаза Феликса, поравнявшегося со мной и похлопавшего меня по плечу. А затем нас снова пообнимал Лоренцо, назвав нас добрыми друзьями и желанными гостями, попросил прислугу заботиться о нас, как о нём самом. И нас всех развели по разным комнатам, оставив до совещания, которое перейдёт в лёгкий ужин, после которого нас отвезут на собрание Совета. Зайдя в комнату, я обалдело смотрел по сторонам, так как к такому шику и роскоши я абсолютно не привык. Всё здесь просто кричало о богатстве и достатке хозяина дома, везде всё блестело и сияло без намёка на пыль или не ухоженность. Я оглядел комнату и обнаружил, что меня ждёт церемониальный балахон с маской на вешалке возле зеркала. Так, дверь в ванную, такую же шикарную, как на обложках дорогих журналов. А вот и кровать, погодите-ка, да это не кровать, это траходром какой-то! Да на нём могут спать около пяти человек, которые не смогут найти друг друга там при всём желании. Протерев глаза, я заметил, что на кровати лежали банные принадлежности, халат и тапочки. Поняв намёк, я воспользовался ванной. Закутался в халат, вышел из ванной комнаты и с разгона плюхнулся на кровать, довольно зажмурился, выдохнул и решил поваляться минут пять.

— Блииин… вот это я в сказку попал… — блаженно протянул я и полностью расслабился. В моих эмоциях сейчас присутствовал шок и трепет от того, что так могут жить люди и что мне простому парню из провинциального городка дали возможность прикоснуться к этому великолепию. Честно сказать я немного был растерян и побаивался того, с кем сейчас имею дело. С одной стороны старик Феликс, к которому я уже немного привык. Но всё равно он вызывал у меня смешанные чувства, так как если бы не медальон и моя причастность к тому, что он ищет, то я бы и не встретил его и был бы ему вообще не нужен. А с другой стороны Лоренцо, его я и подавно не знал, о доверии речи вообще не идёт, так как только одна его внешность говорила о том, что он очень и очень влиятельная личность. Гладкое и холëное лицо человека, не далеко за тридцать пять. Модные, аккуратные и просто таки идеальные на вид короткие причёска, борода и усы. Я не говорю уже о его прикиде, а-ля царь во дворце. Всё это не внушало мне доверия. От таких людей я за всю свою жизнь получал лишь презрительный взгляд как на плебея и унизительные интонации в голосе, как при разговоре с чернью. Бррр… Раньше максимум в круг моего общения входили люди на несколько порядков меньших доходов и властью, которые и общались, и вели себя, да и были простыми и понятными мне, не то, что эти… И поэтому я ощущал себя незначительной козявкой на полотне их жизни, которую их слуги тот час же сметут с неё, посмей я сделать, что-то не то. А мой внутренний самозванец вторил этим ощущениям то, что я должен быть благодарен всем этим богатым и влиятельным людям вокруг и делать то, что они говорят, дабы не навлечь на себя беды. Но прикинув расклад, и разрешив своему внутреннему я, расслабиться, и быть собой, просто потому, что я в любом случае ничего не смогу сделать, если меня захотят убрать. Ну, не в моих это силах и возможностях ни сейчас, ни, что-то мне подсказывает в будущем. А поэтому я просто расслабился и решил снова плыть по течению и реагировать на всё, только в том случае, если мне это будет грозить опасностью. Обрабатывая эти мысли и впечатления, я закрыл глаза и стал ждать стука в дверь, за которым последует приглашение на совещание и новая порция впечатлений и знаний о моём новом мире. Но тогда я ещё и не мог себе представить, что ждёт меня сегодня.

Глава 12

Раздался тихий стук в дверь и я, выплывая из лёгкой дрёмы, встал и подошёл к ней. За ней стояла небольшого роста и до одури милая девушка в наряде горничной, которая знаками, звуками и кивками попыталась донести меня, что меня ждут и мне нужно следовать за ней, а после, оглядев меня с головы до ног показала, что мне было бы неплохо переодеться. Я кивнул головой, поздоровался и изрёк ещё несколько слов по теме на итальянском языке, благо я помнил их ещё с прошлой поездки. Она улыбнулась и кивнула мне в знак понимания. Я закрыл дверь и переоделся, а затем вышел к ней и мы проследовали на первый этаж, я, кстати, был размещён на втором, в очередную шикарную комнату с камином и дорогим столом, за которым меня ждали Феликс и Лоренцо. Она привела меня, и хозяин дома отослал её.

— Михаил, ты уже выглядишь менее возбуждённым, как тебе мой Palazzo? — с весёлой улыбкой спросил Лоренцо, посмотрев на меня.

— Шикарный, что тут скажешь, — смущённо ответил я и сел на предложенный им стул, — я такие хоромы только в журналах и фильмах раньше видел, а тут всё вживую.

— Grazie, Michel! Мне очень приятно услышать такую похвалу, — его улыбка стала ещё шире, и он протянул мне сигару, — может сигару? Они настоящие кубинские, если тебе интересно.

— О нет, спасибо, я откажусь, сейчас не время для меня, — ответил я, так как побаивался курить их прилюдно. Ну не знаю я технику и ещё больше не желал выглядеть идиотом, перед ним. Хотя всегда хотел попробовать настоящую дорогую сигару, — если вы не против, я бы взял её себе, чтобы попробовать позже?

— Конечно, бери, потом поделишься впечатлениями, — ответил он и отдал её мне, а я припрятал её в кармане, благо она была в металлической капсуле.

— Закончим на этом с формальностями и предлагают приступить к нашему совещанию Лоренцо, — сделав серьёзное лицо, сказал Феликс и продолжил, дождавшись, когда мы переключил внимание на него, — итак у нас на обсуждении два вопроса. Первый — это представление Михаила Совету как Видящего, который находится под моей опекой, и который будет помогать нашему обществу в поисках.

— Attendi!!! Ты не шутишь?! Это правда?! Михаил, ты Видящий!!! Dios mio! — Лоренцо встал, начал размахивать руками и восторженно смотреть на меня, — так вот, что это была за тайна, которую ты мне так и не поведал, друг мой! И, между прочим, верно сделал! Я так рад, не передать словами!

— Тише, Лоренцо, успокойся, — поморщился Феликс, — не стоит так бурно реагировать, не смущай парня.

— О, да брось дружище! Вести радостнее я очень давно не слышал! Я поверить не могу, Видящий тут, у меня сидит! Dios mio!!! Да мне никто не поверит! — так же возбуждённо и восторженно продолжал хозяин дома, — Minuto! Как так может быть? А глаза, а медальон? Где эти атрибуты?

— Всё здесь, — дождавшись кивка Феликса, я достал медальон на шее и вынул линзу из правого глаза, — и медальон, и глаза на месте.

— O dei! — всплеснул руками Лоренцо и, взяв меня за голову, притянул к себе, чтобы посмотреть мне в глаз, отпустил и продолжил, — это правда, всё так и глаза и медальон. Феликс, добрый друг, это же потрясающая новость! Я так рад за тебя и за всех нас! Теперь наши шансы к успеху стали гораздо выше!

— Да, ты прав Лоренцо, но нам нужно как можно тише и спокойнее представить его совету и так, чтобы он нам поверил и принял эту истину как ты и я. Что-то мне подсказывает, что это будет не просто.

— Va bene. Ты прав мой друг, это будет не просто и нужно чтобы Михаил показал то, что может, чтобы доказать им свои силы и возможности, — Лоренцо наконец-то сел на стул и покачал головой в знак согласия, — Михаил, что ты можешь, расскажи мне или продемонстрируй.

— Хм, ладно. Что же, я вижу, что у вас нет дурных намерений ко мне, ваша аура очень светлая и яркая, а её цвет говорит мне о вашей заинтересованности во мне и искреннем желании помочь. Ещё я вижу, что вы очень любвеобильный человек, который ценит женскую красоту, у вас очень много партнёров, — вглядевшись в сидящего напротив меня человека рассказал я, а дальше нахмурив брови, выдал, — но вы явно чем-то сильно обеспокоены и что-то нам не договариваете. Это пока всё на первый взгляд.

— Deliziosamente! Это гораздо больше, чем знают обо мне многие, а, тем более что ты видел меня всего два раза, — снова бурно отреагировал Лоренцо, — ты был абсолютно прав во всём, что сказал. А моё беспокойство связано с тем, что я заметил бурную активность семьи Дюпон в последнее время. Они активизировались по всему миру и даже здесь, такое ощущение, что они что-то или кого-то ищут и им дали какой-то чёткий приказ сверху.

— Да, всё так и есть, Лоренцо. Михаил уже ранее с ними столкнулся, и им почти удалось убить его, — дождавшись моего кивка, сказал Феликс, сложив руки вместе, — поэтому мой к тебе визит и носит столь скрытный характер. Я опасаюсь, что они могут добраться до него здесь или по дороге на Совет, а также что кто-то не хочет, чтобы Михаил был представлен Совету.

— Si, похоже, что всё так и есть, — уже с более серьёзным лицом заявил Лоренцо, а затем поднялся, принял горделивую позу и заявил, — но я Duca Лоренцо Риччи, клянусь, что сделаю всё возможное, чтобы защитить тебя Михаил и доставить на Совет, в целости и сохранности!

— Я рад, — с благодарностью в голосе сказал Феликс, — но у нас есть и второй вопрос. А именно, как мы представим его Совету, и стоит ли нам показать его нашим другим соратникам до этого?

— No! Однозначно нет, Феликс, — резко возразил Лоренцо и нахмурился, — ты ведь представляешь, что может тогда начаться? Если бы ты мне сообщил о Видящем по другому, то я бы точно не смог сдержаться, и об этом уже узнали все наши соратники. Так и с ними та же ситуация, а я не уверен, что до момента заседания Совета ни в чем и ни в ком. Кто знает кто на чьей сейчас стороне…

— Я согласен с тобой, добрый друг, — кивнул Феликс, — сейчас я уверен только в тебе, а ты хоть и не вступаешь в контакты с остальными, но всё равно в курсе всех событий, поэтому и решил поднять этот вопрос.

Лоренцо отсалютовал бокалом воды со стола и с довольным видом, и я согласно кивнул ему. Мы ещё раз поблагодарили Лоренцо, а после принялись обсуждать план доставки моей тушки на Совет и связанные с этим хлопоты. А после плавно переместились в огромный зал с накрытым всевозможными и невозможными яствами стол. Неплотно поужинав деликатесами, мы отправились по комнатам и начали готовиться к предстоящей поездке. А я не зная чего ждать от того, что грядёт начал заметно нервничать и пытаться успокоить себя, правда успеха в этом я так и не смог достичь. Что уж тут сказать: «…скандалы, интриги, расследования…», и я в самом центре событий, чувствующий приближение опасности своим седалищным нервом, всё сильнее и сильнее. Да так сильно, что тело начало непроизвольно потряхивать. Итак, очередной стук в дверь и мой внутренний возглас» Только не звени яйцами!», после которого я сжал свои трясущиеся от нервов булки в руки и поспешил на выход.

Мы сели в разные машины и покатили навстречу неизвестному. Я, Феликс, Вольдемар и команда Романа в одной машине, Лоренцо и его слуги на двух других. При въезде в город мы разделились и поехали в разные стороны, мы сошлись на том, что так будет оптимально, чтобы запутать наши следы. Но подъезжая к Колизею, наша машина вынуждено остановилась вместе с потоком и не двигалась минут пять, водитель сказал, что не может съехать с этой улицы, так как движение заблокировано. Один из бойцов Романа сходил в начало пробки и, вернувшись, сообщил, что движение остановлено и местная полиция досматривает все машины, которые едут по улицам в центр. Также он заметил, что они ходят с фото и явно кого-то ищут. А недалеко от поста досмотра стоит шатёр, из которого к полицейским выходит человек в форме с нашивкой, очень похожей на форму семьи Дюпон. Феликс выругался и сообщил, что нам нужно менять план, так как дальше мне никто проехать не даст. Собравшись и подумав, мы решили, что Феликс с Вольдемаром и ещё двумя бойцами Романа остаются в машине и едут дальше. А мы с Романом и его двумя бойцами идём пешком переулками до пункта назначения, а именно до Замка Святого Ангела, который сегодня выбрали для сбора Совета. Подытожив план, и пожелав мне удачи, Феликс взял Романа за руку и, глядя ему прямо в глаза начал что-то настойчиво говорить. Роман, внимательно выслушав его, кивнул и вышел из авто, а я, накинул капюшон и двинулся вслед за ним.

Наша задача была в том, чтобы растворившись в толпе добраться до станции метро Колизей и доехать до станции Лепанто, а оттуда переулками добраться до замка. Мы шли, казалось целую вечность. Замирая и перебегая с улочки на улочку, медленно приближаясь к станции метро. Все кто встречался нам на пути, оценивались моими сопровождающими и пропускались мимо, не предвещая беды. Роман со своими бойцами общался на языке жестов, явно изученных в какой-то спец структуре, надо бы как-нибудь его спросить об этом, а то интересно, где люди получают такие специфические навыки по обезвреживанию, допросу и общению жестами. Пройдя минут двадцать или тридцать, мы-таки вышли на площадь, где была уйма народу, спустя ещё пару минут я увидел характерный знак, говорящий о том, что здесь есть метро. Роман сравнялся со мной, сунул мне в руку талон на проезд и сказал, что это на всякий случай, если нам придётся разделиться. А после мы пошли прямиком к спуску под землю, огибая людей вокруг.

По мере приближения к подземке толпа становилась всё плотнее и плотнее. Она шумела и гомонила разными языками. То тут, то там я выхватывал знакомую мне русскую речь, но в большей мере я слышал итальянский язык. Всё это сильно сбивало меня с толку, моё зрение, как и слух не могли сфокусироваться на чём-то определённом в этой суматохе, со всех сторон было мельтешение разных людей. Через минуту я заметил, что два бойца пропали из виду, но всё ещё находил Романа глазами и напрягся, увидев, что перед ним, как из воздуха, возникла фигура в чёрной униформе, я пригляделся к нему и увидел шеврон со знаком семьи Дюпон. Я пониже натянул капюшон и, не сбавляя шаг, двинулся мимо них, чтобы не привлекать внимание. Но вдруг уткнулся взглядом в сапоги, которые стояли передо мной и никуда не торопились. Я остановился, собрался и быстро из-под капюшона глянул на препятствие. Передо мной стоял здоровенный детина метра под два ростом и шире в плечах меня раза в два. Он стоял как скала и вытянул руку в моём направлении в останавливающем жесте. Дождавшись моей полной остановки, он поманил меня жестом и также жестом и грозным голосом протарабанил какую-то скороговорку на незнакомом мне гаркающем языке, которая сводилась, видимо к тому, чтобы я снял капюшон. Я ещё раз поднял взгляд, развёл руками и на английском языке сказал, что не понимаю его. А после огляделся вокруг и заметил, как два бойца, которые пропали из виду подходят к нему сзади с двух сторон.

Они одновременно и резко выкинули ноги для удара, детине под колени. И им повезло, они попали прямо в цели. И детина, с громким охом, начал заваливаться на землю. Время понеслось вскачь, это нападение тотчас было замечено другим бандитом Дюпон, и он кинулся было к нему, но Роман сделал резкий выпад рукой и вырубил своего досматривающего, а после побежал в мою сторону с криком «Беги!». Боец справа от меня ухватил меня за руку и крутанул по направлению к спуску в метро, а после вернулся к уже подымающемуся детине. Через секунду я понял то, что мне донесли, и ринулся к спасительно горящим огням вывески метро. Пока бежал, я уворачивался от стоящих и смотрящих на битву охраны Феликса с бандой Дюпон, оглянулся и увидел трёх бандитов, разворачивающихся и начинающих движение в мою сторону. Это придало мне дополнительной прыти и я, как мне показалось, с удвоенной силой кинулся глубже в толпу. Меня ухватили за рукав, но я быстрым движением отбил руку, услышал иностранный мат и двинулся дальше. Забегая на лестницу, спускающуюся к метро, я заметил ещё двоих бандитов и снял заметное пальто, повесив его на руку, посчитав, что так меня не вычислят сразу. Подходя к ним, я всё больше начинал нервничать, в висках стучало, а сердце бухало так, что перекрывало почти все звуки извне. Я прошёл мимо них и тут почувствовал резкую боль в области правого бока, а после оглянулся и увидел, как сзади стоит один из бандитов и хитро улыбается глядя на меня. Я понял, что меня проткнули чем-то острым и что дальше я уже никуда не уйду.

Я пришёл в себя от резкого и болючего удара по щеке. Как только сознание вернулись в норму, я увидел Романа и двух бойцов стоящих рядом со мной, я был прижат к стене дома. Я судорожно озирался по сторонам и постепенно осознавал, что это было очередное видение моей возможной смерти. Я окончательно пришёл в себя и пересказал всё, что в нём произошло Роману и его бойцам. Они с удивлением уставились на меня, а на лицах было видно, как у них сейчас ломаются шестерни в головах, от полученной информации. Немного переварив услышанное, Роман решил довериться моим словам и переиначил план действий. Который фактически изменился в части нашего перемещения к станции метро и доставки моей тушки к нему, а для этого они напялили на меня кепку и другую куртку, а моё пальто одел один из бойцов Романа. После он повёл нас уже немного другой дорогой и, в конце концов, вывел к спуску в метро. Там, уже зная, где расположены бойцы, он провёл меня мимо них, двое других его помощника снова скрылись из виду. Роман довёл меня до лестницы, а после, отвлекая бандитов, сигнализировал мне идти на прорыв и я пошёл вперёд. Меня не заметили, и я проскочил досмотр. А после, дойдя до нужного вагона, зашёл в него, и прислонился к стене, осматривая всех, кто едет в вагоне. Преследователей я не обнаружил, поэтому немного выдохнул и стал ждать нужной станции.

Доехав до станции Лепанто, я вышел вместе с толпой людей. Развернулся и встал у колонны, оглядывая перрон в условленном с Романом месте. Мне нужно было подождать десять минут, и если бы никто не появился, мне нужно было бы идти в сторону замка. Благо я увидел в только что прибывшей электричке лицо одного из бойцов Романа и было двинулся в его сторону, но рядом с ним о чём-то ему говоря стоял тот самый детина из моего видения. Я резко развернулся и поспешил к выходу из метро с потоком ничего не подозревающих людей. Меня трясло от нервов и страха за жизнь, а ещё я до сих пор ощущал в своём боку ту боль от проникновения ножа. Пока я шёл в толпе, я достал смартфон и нашёл на экране карту Рима, включил геолокацию и построил маршрут на карте. На экране появилась цифра в восемнадцать минут, и я спешно потопал в указанном направлении, но не по прямой линии, а зигзагами по близко идущим улочкам, останавливаясь и прислушиваясь на каждом пересечении. Спустя примерно полчаса я достиг парка Адриана, и затих у его ограды, вглядываясь вдаль. Со слов Романа члены Совета разбивают периметр безопасности вокруг всего замка, а мне нужно добраться до самого входа, так как именно там обеспечивает безопасность уже не семья Дюпон, а кто-то другой и они уже мне помогут, как только я покажу пропуск и часть мантии Совета с её гербом.

Я дошёл до входа в парк и начал медленно двигаться в сторону входа в замок. Для понимания окружения и обнаружения врагов я снял линзы, так как новое зрение позволяло видеть ауры на большем расстоянии и даже в темноте. Обойдя парк снаружи, я дошёл до тропинки уходящей вглубь в сторону центрального входа и свернул на неё. Достигнув стены, до меня только сейчас дошло, что я дебил. Ведь с этой тропинки, да и с ближайших улиц я не смогу добраться до входа. Он же расположен со стороны Элиева моста, а если я пойду на мост, то точно не дойду до входа и меня просто скинут с него в лучшем случае. Я присел в ближайших кустах и соображал, что мне делать дальше и, посчитав разумным то, что у любого здания старинной постройки, а тем более в замке должен быть ещё как минимум один вход, то я практически пополз вдоль стены, ища этот вход. Я озирался по сторонам, напрягая глаза в попытках увидеть что-либо, и периодически замирал на месте в моменты, когда замечал свечения ходивших то тут, то там людей вдалеке. Спустя какое-то время и содранные в кровь конечности я из очередных кустов увидел приближающееся ко мне сияние и замер, дожидаясь, когда оно пропадёт, но человек шёл чётко в мою сторону, не сворачивая. Я напрягся всем телом. Начал щупать почву вокруг, намереваясь найти палку или камень. Да будьте вы прокляты европейские власти и уборщики парка! Всё было чисто и я не смог найти ничего подходящего. А сияние всё приближалось, но вдруг оно разделилось на два, большое и маленькое. И это маленькое сияние двинулось чётко ко мне, когда как второе шло чуть в стороне. Мысль пронзила мою голову, это была поисковая собака. Ну, всё, вот и снова пришёл ко мне северный зверёк… Сейчас она загавкает и я пойман. Я стиснул зубы и с гневом уставился в сторону приближающейся собаки, время остановилось и тут моему взгляду предстал нос, а затем и морда пса. Я снова замер и заглянул в глаза пса с жалобной мольбой не выдавать меня никому, и так как больше ничего не мог сделать, то и всё, кроме этой мысли покинуло мою голову. Секунда, другая, третья. Пёс обнюхал меня. А затем повернул голову и вдруг, мне показалось, что он кивнул мне и немного поскуливая, начал лизать моё лицо. А затем я ещё раз посмотрел в его глаза и тут удивился ещё больше, ведь они стали такого же цвета, как и мои. Спустя несколько секунд его кто-то начал оттаскивать. Пёс молча покинул мои кусты, а я, продолжая смотреть ему в глаза, искренне поблагодарил его.

Дожидаясь пока человек и пёс отойдут на приличное расстояние, я начал переваривать произошедшее. Как так получилось, что пёс понял меня и не стал выдавать? Это я ему передал как-то или мне просто повезло, и он каким-то образом пожалел меня? Я что теперь Граф Дракула, ведь именно у вампиров из книг были такие способности к гипнозу, чтобы жертва поддавалась их воле. Не став задерживаться в мыслях я продолжил путь и вскоре заметил несколько сияний впереди, на этот раз они стояли на месте и не двигались. Подойдя поближе именно там, я уже разглядел стоявших охранников о чём-то мирно беседующих. Пробираясь через газон и деревья, сразу исключив передвижение по тропам общего пользования, которые появились передо мной, я крался и крался, а услышав малейший хорош сжимался и прислушивался к окружению. Однако больше ничего так ни разу не услышал, ещё минут через двадцать пробираясь по парку почти по пластунски, я вышел на пересечение с тропинками недалеко от чёрного входа, я отдышался, вскочил и напрягая всё своё тело до предела рванул к ним. Уже подбегая к здешним охранникам, которые переполошились не на шутку и вскинули оружие в мою сторону, я поднял руки и прокричал, — Aiuto! — и стал сбавлять скорость, видя, что меня заметили и начали убирать оружие обратно. Я спешно достал пропуск и снял куртку, показав тем самым, что являюсь приглашённой на Совет персоной. Они рассматривали меня настороженно, видя потрёпанную одежду и стёртые в кровь руки и ноги, но с узнаванием посмотрели на мантию, прочитали пропуск, похлопали меня по плечу и видимо главный из них сопроводил меня внутрь замка.

Попав внутрь, я стал смотреть по сторонам и на охранника. На его шевроне был изображён щит и меч в квадрате, окаймлённом шипами. Форма его была синего цвета. Я облегчённо выдохнул не найдя никаких признаков семьи Дюпон и постарался немного расслабиться, пока шёл по лабиринтам замка. Мы всё шли и шли по старым узким и каменным коридорам, по пути нам встречались ещё люди одетые как мой сопровождающий, которые с удивлением смотрели на меня и что-то спрашивали у охранника, а он кивал им в ответ. Мы продолжали идти и наконец, меня без предупреждения втолкнули в какую-то дверь по пути. Я огляделся и увидел, что передо мной за столом сидит небольшая златовласая девушка в такой же, как у меня мантии, но в маске. Она сидела и заполняла какой-то огромный фолиант, причём заполняла она его пером. Она вскинула голову, как только мы с охранником появились в комнате, и пристально уставилась на меня своими янтарными глазами. Охранник отдал честь и что-то ей доложил видимо на испанском языке, я конечно не полиглот, но, по крайней мере, по звучанию и словам он был похож на него. После выложил пропуск на стол и удалился, оставив меня одного с ней.

Девушка отвела от меня свой холодный взгляд и взяла в руки приглашение. Прочитав его, она снова посмотрела на меня, но уже не так холодно, встала и подошла ко мне поближе. А после приблизила лицо ко мне и стала разглядывать мои глаза. Её дыхание было тёплым, а по мере рассматривания моих глаз оно начало учащаться, в её глазах блеснул огонёк узнавания, и они расширились всего на секунду. Она тотчас же отпрянула от меня, как от прокажённого. После этого она обвела меня взглядом и усадила на стул напротив стола.

— Меня зовут Михаил, я здесь по приглашению Феликса Иванова, вы говорите на русском? — решил не дожидаться вопросов начал я говорить.

— Да, я говорить на русском, — сказала она с акцентом, прищурилась и спросила, — как вы оказались у чёрного входа?

— Эм… Это долгая история, так получилось, что мы разделились с Феликсом, и мне пришлось добираться сюда самостоятельно. И как вы можете заметить, — я провёл рукой вдоль своего тела, — этот путь был не совсем простым.

— Да я вижу. Если бы не эта бумажка и мантия, то я бы приняла вас за бродягу и приказала бы вы волочь вас отсюда, — хмыкнула она и положила пропуск на стол, — как вы узнали, что тут есть другой вход? Мы никому о нём не говорили.

— Я и не знал, просто не смог прийти к главному входу и поэтому пришёл сюда, предположив, что вход может быть не один, — пожал я плечами, глядя на неё и продолжил, — и как видите, был прав. Скажите, а Феликс уже в замке? Могу ли я с ним увидеться?

— Хм, да правы. И да, Феликс уже здесь, я отправлю за ним, и он придёт сюда, чтобы подтвердить, что знает вас, а пока вы будете ждать его здесь со мной, — и она позвонила в стоящий на столе колокольчик.

— Премного благодарен вам, мисс, — немного наклонил я голову, — как вас зовут?

— Ана Мария Фернандес Бланко де Гарсия, — отчеканила она, приподняв немного подбородок.

— Очень приятно, — кивнул я, — то есть если сокращённо, то Ана Фернандес, верно?

— Да, всё так, — немного приоткрыв глаза, сообщила она, — но так разрешено называть меня тем, с кем я достаточно знакома. А теперь хватить болтовни и дайте мне заняться делами.

Она отставила звонок в сторону и вернулась к заполнению фолианта. Спустя несколько минут в дверь постучали, и в неё вошёл человек в синей форме. Ана Мария что-то ему сказала, а после махнула рукой и он ушёл. Спустя ещё какое-то время снова раздался стук в дверь и в ней появился тот же человек в форме, а за ним я увидел Феликса, нервно притоптывающего у входа в комнату. Как только охранник покинул комнату, Феликс подошёл ко мне и обнял меня. Затем отстранился, и начал рассматривать меня с ног до головы цокая языком и что-то причитая под нос.

— Михаил, как я рад, что ты добрался, ты себе не представляешь, как я переживал. И судя по твоему виду, мои переживания были не напрасны.

— В-всë хорошо, — ответил ему я, — я здесь в хорошей компании, а о том, что было до, думаю сейчас говорить нет смысла.

— Ты прав, ты прав. Ана Мария, всё в порядке, он мой новый помощник, я его заберу, с вашего позволения? — взял меня под руку Феликс.

— Да конечно, будьте осторожны и внимательнее к юноше, не теряйте столь ценного сотрудника больше, — с лёгкой улыбкой и вызовом ответила Ана и кивнула на дверь.

— Благодарю, — кивнул Феликс и потащил меня к двери. Уходя из кабинета, я тоже кивнул и закрыл дверь.

— Ну, слава Всевышнему, ты здесь, Михаил, — сопя от напряжения, выдавил Феликс, идя впереди меня куда-то вглубь замка, — меня чуть удар не хватил. Я уже час тебя ожидаю, а как Роман появился в замке без тебя, я уже хотел поднимать весь Совет на твои поиски.

— Я и сам рад, что, наконец, добрался сюда, — буркнул я, — дорожка была так себе и что-то повторять её мне больше не хочется.

— Я уверен, что и не придётся, а теперь пойдём в уборную и приведём тебя в порядок, хотя бы немного.

Мы прошли ещё, и я увидел всех действующих лиц из нашей компании. Тут были все. И все они с облегчением выдохнули, увидев меня. Феликс поманил Вольдемара, сказал ему что-то и тот сразу же ушёл, а после я был отправлен в уборную, приводить себя в порядок. Я умыл лицо дрожащими руками, смыл кровь и грязь с рук и ссадин с мылом, а после аккуратно вытер их полотенцем. Чуть позже Вольдемар обработал ссадины и порезы, принеся мне сменную одежду, и я переоделся, а после вышел ко всем. Меня начали осыпать вопросами, но Феликс отослал всех подальше, сославшись на то, что мне нужен отдых перед Советом и отвёл меня в соседнюю с уборной комнату, усадив в кресло и дав бутылку с водой в руку.

Долго ждать не пришлось и спустя примерно полчаса в нашу дверь постучали, а в комнату вошёл Вольдемар, поклонился и изрёк:

— Господа, Совет начинается, прошу проследовать за мной на ваши места.

Глава 13

Мы с Феликсом переглянулись и, поднявшись с кресел, пошли за Вольдемаром. Мы снова двигались по замку сквозь тусклый и каменный лабиринт его коридоров. Пока шли, я проверял всё ли на месте. Мои вещи со мной, ничего не выпало, мантия на мне, о да, маска! Я надел её и вздохнул, а Феликс дёрнулся от громкости вздоха, поёжился и оглянулся, пытаясь подбодрить меня улыбкой. Мы поднялись по очередной лестнице, и мои глаза зажмурились, от яркого света. Проморгавшись я оглядел большой зал, заполненный светом и людьми, которые стояли кучками то тут, то там и что-то бурно обсуждали на разных языках. Когда люди всё-таки заметили Феликса, то в зале повисла гнетущая тишина, которая начала давить на меня звоном в ушах. Помимо этого я заметил, что все их взгляды, недолго задерживаясь на Феликсе и Вольдемаре, и впивались в меня. Они пристально и беспокойно смотрели в мою сторону, как будто ожидая от меня каких-то действий. Я переключил зрение и увидел множество аур различных цветов, от серого, до ярко бордового, о чем не преминул сообщить Феликсу. На что получил однозначный ответ, что мне здесь ничего не угрожает. А после мы проследовали в ещё больший зал, в котором уже стояли кресла, скамьи и стулья. Этот зал был грандиозных масштабов, наверное, он был самым большим в этом замке. Стены были также выполнены из камня, по сторонам замка висели десять больших полотен с десятью же эмблемами. Я узнал эмблему Дюпон, эмблему Аны Марии, но остальные мне были не знакомы. Я разглядывал их и медленно двигался за Феликсом, пока мы не пришли к мягкой скамье. Я поднял голову и увидел стилизованное изображение совы в круге, ну или не совы. По крайней мере, там были большие глаза и что-то похожее на клюв, как на той открытке от Феликса.

— Феликс, это герб вашей семьи? — шепнул ему я и потыкал пальцем на полотно над нами.

— Мда, всё верно, — задумчиво кивнул он, — это герб мудрости Совета, вот что олицетворяет эта сова.

— Понял, — кивнул ему я и спросил первое, что пришло в голову, — Феликс, а не от вашей ли семьи случайно пошло выражение натянуть сову на глобус?

— Гхм, — Феликс подавился, обдумал мои слова и со сконфуженной улыбкой ответил, — эм, нет, Михаил, всё не так. Хотя твои слова и, похожи на правду, раз это первое, что ты спросил у меня о гербе. А теперь присядь и послушай, скоро всё начнётся. Да и ещё, помимо семей с гербами здесь будут присутствовать и другие люди. Это семьи сателлиты главных семей Совета, у них нет права голоса, но они по своему важны и сильны, поэтому, они могут принимать участие в Совете и примыкать к той или иной семье в зависимости от необходимости.

Я умолк и стал наблюдать за происходящим. Вокруг стали рассаживаться люди разных возрастов и культур. Они молча шли и садились, менялись местами и тихо перешёптывались. Всё происходило, как в той байке, чинно и благородно. Видимо только мне одному хотелось во всеуслышание разразиться хохотом от этого зрелища, но я сдерживал себя. Ну, а как тут сидеть и смотреть на церемонию этих снобов и аристократов? Все такие возвышенные и высокопарные, что аж тошнит. Как будто мы на балу у императора в конце первого тысячелетия, всё настолько помпезно, что аж жуть берёт. Я просматривал их двумя видами своего восприятия и видел, что они такие же обычные люди как и все, единственное, что в них разнились, так это их статус и положение, ах да, и ещё у них, судя по свитам, была разная ситуация с властью в Совете. У кого-то её было больше, а у кого-то меньше.

На середину, где стояли одиннадцать огромных тронов, не иначе, вышел глашатай, я его так для себя обозначил и начал на разных языках вещать церемониальную речь о том, что слава всему все живы и здоровы, что, наконец, они все тут собрались и все этому рады. А после сказал, что заседание Совета началось. А после пригласил всех глав семей с их помощниками занять законные места в круге. Сначала встали десять человек, в том числе и Феликс, и все они дружно с разных сторон тронулись к тронам. За ними встали ещё девять и так же пошли за первыми, я сидел с глупой улыбкой на лице и наблюдал за процессией, все происходило как в замедленной съёмке в фильме «Властелин колец», когда навстречу путникам вышли эльфы. Ну, тут точно такая же картина прямо была. Меня толкнули в бок, я обернулся и увидел Вольдемара с нервно моргающими глазами и махающего руками на меня. Из его жестикуляций я понял, что я тот десятый из помощников и мне нужно топать в центр. Я поднялся и пошёл, ловя на себе взгляды и редкие смешки. Дошёл до трона Феликса и встал по правую руку от него.

— Ха-ха! Феликс, ты, наконец, нашёл себе помощника, через столько-то лет? — с добрым посылом шепнул дородный мужичок с внешностью араба, — и он не сбежал от тебя до сих пор? Я рад за тебя старина!

— А вот-таки да, нашёл, — с гордостью ответил Феликс, — он ещё мало знает о нашем обществе, но учится на лету. Спасибо тебе Юсуф, я тоже очень рад тебя видеть.

— Михаил, это представитель семьи Кая, они из Турции, — наклонился и прошептал мне Феликс, — его герб это сабля на фоне пустыни, они тоже являются военной семьёй Совета, как Дюпон и семья Фернандес. Ты уже познакомился с её представителем Аной Марией, вон она, кстати, рядом с отцом Энрике.

А после Феликс вкратце рассказал мне о каждом представителе и их гербах, так как этого не было в его записях, но, по его мнению, для меня в будущем это было важно. И вот как все оказалось:

Лилу Дюпон, Франция, герб — рогатый бес, знак треугольник, каста войнов;

Юсуф Кая, Турция, герб — сабля на фоне пустыни, знак треугольник, каста войнов;

Лев Кондратов, Россия, герб — меч на фоне двуглавого орла, знак двойной треугольник, каста войнов-целителей;

Энрике Фернандес, Испания, герб — скрещённые щит и меч, знак квадрат из шипов, каста защитников;

Джейсон Эванс, Америка, знак круглый щит с перекрестием двух кривых мечей на фоне леса, знак квадрат, каста защитников;

Алтэйа Аркас, Греция, герб — чаша со змеёй, знак двойной квадрат, каста защитники-целители;

Феликс Иванов, Россия, герб — сова, знак круг, каста учёных;

Ки Лю, Китай, герб — иероглиф мудрость, знак круг, каста учёных;

Лалита Гарг, Индия, герб — цветок белого лотоса, знак двойного круга, каста учёных-целителей;

Бенджамин Бакер, Англия, герб — кинжал с каплей на конце, знак отсутствует, шпионы-каратели Совета.

Пока Феликс пояснял, кто есть кто из собравшихся здесь людей, он кивал головой каждому и все либо добродушно, либо спокойно кивали ему в ответ. Но на последнем имени он сбился и пристально уставился на мужчину, сидящего напротив нас, на более долгий период, а затем с раздражением сказал его имя и отвёл взгляд в сторону. Судя по его реакции, могу сказать, что этот Бакер явно недруг Феликсу, а может даже и прямой враг. Надо было видеть лицо старика, когда он смотрел на него. Его черты лица заострились, лицо побледнело, и при этом он крепко сжал подлокотники своего трона. Не знаю, какая кошка между ними пробежала, но Феликс явно не пылал к Бакеру симпатией. А ещё я не увидел среди глав Лоренцо и не преминул спросить об этом Феликса, на что получил объяснение о том, что Лоренцо являлся сателлитом его семьи, и поэтому его здесь нет. Из тени вышел ещё один человек в мантии и сел на трон в самом центре, а после поднял руку и видимо на латыни начал говорить какую-то тарабарщину. Из его слов я мог выловить только отдельные фразы и то потому, что часто смотрел фильмы и сериалы про экзорцистов и почти до дыр засмотрел фильм про супергероя, который весь фильм бился с демонами, как его там звали, я не помню, но вроде какое-то прям русское имя у него было. Когда он закончил, то хлопнул ладонями по подлокотнику, а за ним повторили все присутствующие. После нам раздали по наушнику и я, как и все воткнул его в ухо. И как оказалось, это был наушник с переводчиком.

— Уважаемые главы семей, рад видеть вас на собрании Совета. Я избранный Советом Виргилий буду вести это собрание сегодня, согласно принятой традиции. Давайте начнём наш Совет и поделимся новостями.

И началось… Я стоял. Прошло уже шесть долгих часов, и я уже тупо скучал, пока все по кругу рассказывали о своих изысканиях и поисках Механизма и всём, что с этим связано. Кто-то искал в горах Тибета. Кто-то искал в лесах Амазонки. Кто-то просеивал ситом пустыню Сахару. А кто-то кого-то пытал, допрашивал или защищал. Все это было ну очень скучно и монотонно, кто-то из присутствующих откровенно спал, кто-то зевал и тëр глаза, а кто-то жевал что-то, видимо проголодавшись, как и я. Но самое печальное то, что никто из них не говорил ничего путного или хотя бы даже близко относящееся к Механизму. Ну, на мой любительский взгляд. А после мы переместились к вопросу о взаимных претензиях между кланами. Ох, что тут началось. Все как с цепи сорвались и начали махать руками и возмущённо кричать друг на друга. И даже Феликс, обычно спокойный и рассудительный начал трясти руками и что-то возмущённо бубнить. Все ругались, кроме второй русской семьи, её глава снисходительно смотрел на этот бедлам и кивал каким-то своим мыслям. Да и женщине из Индии было не до беспорядка, так как она пристально смотрела на меня и не сводила с меня глаз уже какое-то время. Ведущий через какое-то время смог остановить беспорядок. А после обращался к каждому кто так или иначе изъявил желание пожаловаться, на чью либо семью. А когда дело дошло до Феликса, он выдал тираду, от которой даже я выпучил на него глаза.

— Уважаемый Совет, я вынужден объявить вотум недоверия и вынести жалобу на семью Дюпон. Дело в том, что они нагло и грубо вмешиваются в мои исследования на протяжении долгого времени, а с прошлого нашего заседания вообще жизни спокойной мне не дают! Они грубо пренебрегали законами этого Совета и препятствовали моим поискам путём умерщвления потенциальных субъектов подходивших под обладание медальоном Видящего, — Феликс достал платок и протёр лоб от пота, — т-также они путём шантажа, подкупа и манипуляциями пытались убить моего помощника. Даже сегодня мне еле удалось попасть на совет, так как они раздали фото всей моей свиты всем полицейским Рима и не пускали нас в замок на заседание Совета. Я считаю, что они обязаны как минимум выплатить равнозначную контрибуцию мне и моим подчинённым, а также принести клятву о том, что ни при каких обстоятельствах более не будут каким либо образом причинять вред моей семье и моим подчинённым. А как максимум прошу привести их к клятве верности моей семье под страхом смерти.

— Это всё, от семьи Ивановых? — спросил ведущий.

— Да, это всё, — кивнул Феликс.

— Уважаемый глава, ваши обвинения очень серьёзны и я боюсь, бездоказательны, — с насмешкой в голосе сказала Лилу, певучим голосом, — как же мы можем верить вам на слово? Вы учёные всё время витаете в облаках, когда как мы войны всегда имеем дело с фактами.

— Я бы не стал поднимать вопрос о недоверии на этом Совете, мисс Дюпон, — он повернулся в зал в сторону своего герба, — Вайс, будь добрым принеси факты для Совета, как и просила мисс Дюпон.

— Да, господин, — Вольдемар вышел из тени с большой кипой папок, а Роман притащил и бросил на пол тело, а когда с него сняли мешок, им оказался Гена-Алекс.

— Так вот я привёз доказательства с собой и прошу Совет изучить их и вынести решение, — показал на всё это Феликс рукой, — а также мой помощник может дать письменные показания о своём похищении и пытках.

— Мисс Дюпон, вам есть что добавить? — уточнил у Лилу ведущий.

— Ах ты ж… Нет! — в бессильной ярости кинула она в ответ, — это ваше право, проверяйте.

— В таком случае Совет берёт тридцати минутный перерыв на изучение материалов, — и обратившись ко мне, — при необходимости мы вызовем вашего помощника глава Иванов.

И Ведущий ушёл вслед за ранее вышедшими из тени людьми, видимо изучать документы.

— Ну, вот и славно, — потирая руки, ответил Феликс, — сегодня мы прищучим Дюпон, а чуть позже мы представим тебя, как следует, и ты будешь отныне в безопасности.

— А поесть? Пить и в туалет тоже хочется, — спросил я с мольбой в глазах.

— Увы, Михаил, тебе, как и всем нужно ещё потерпеть, всё будет, но после, — измученное лицо Феликса показало, что ему тоже много чего надо, но он терпит, — да и опасно сейчас выходить отсюда.

Спустя полчаса ведущий Совета вернулся в зал и занял своё место. Всё это время Лилу сидела и кидала яростные взгляды, вертя туда-сюда рыжей головкой, то на меня и Феликса, то на помощника. Они явно обсуждали последствия с помощником у её трона. Её милое, но искажённое гневом лицо выдавало палитру разных эмоций, а точёная небольшая фигурка терялась на огромном троне. Я залюбовался забавной картиной, но отвлёкся на голос ведущего.

— Итак, уважаемые главы Совета, мы изучили документы и допросили юношу. По итогу вынуждены занять сторону семьи Ивановых. То, что глава этой семьи предоставил нам, а также учитывая то, сколько жалоб сегодня было на семью Дюпон от других глав. Также решением Совета принимается мера наказания, высказанная главой Ивановых, а именно выплата контрибуции. И клятва верности его семье под страхом смерти. Прошу глав других семей проголосовать. Кто за, поднимите правую руку, кто против, поднимите левую руку. Те, кто воздержались, не поднимайте рук вовсе. Прошу, господа.

— Это неслыханно! Вы не имеете право на такое наказание! — нервно выкрикивала Лилу, — это безрассудно и претит правилам Совета!

— Глава Дюпон, если вы не успокоитесь, я буду вынужден удалить вас с Совета, бесстрастно сообщил ведущий, а после того, как Лилу угомонилась, продолжил — вот и славно, господа, голосуем!

— В итоге голосования мы имели следующее: за четыре голоса, семьи Ивановых, Кондратовых, Лю и Гарг. Против три голоса, семьи Дюпон, Фернандес и Бакер. Воздержались три голоса, семьи Аркас, Кая и Эванс, — ведущий сделал паузу и продолжил, — по итогу голосования принимается, что семья Дюпон обязана выплатить контрибуцию и присягнуть на верность семье Ивановых, под страхом смерти.

— Ну, наконец-то, хоть кто-то преподал урок этой соплячке! — радостным и гулким басом выдал глава Кондратовых, — Феликс прими поздравления от меня и моей семьи! Ну давайте кончать, пойдёмте уже поедим, а то я уже совсем без сил, а мочевой пузырь просто в клочья разорвёт, если я через минуту не найду сортир!

— Господа, прошу не расходиться, на этом Совет не окончен! — поднял руки ведущий, пытаясь удержать этим глав на тронах, — по просьбе главы семьи Ивановых мы перейдём к последнему на сегодня вопросу, который многоуважаемый глава попросил озвучить отдельно!

— Да хватит уже! — забасил Лев Кондратов.

— Ну не издевайтесь ещё сильнее! — взвизгнула Лилу Дюпон.

— Передаю слово главе семьи Ивановых, — в успокаивающем жесте поднял руки ведущий ещё раз.

— Кхм. Уважаемый совет и главы семей, прошу прощения, за мою специальную просьбу и за задержку Совета. Сегодня я хочу поделиться радостными вестями, которыми закончились мои очень долгие изыскания. Они длились вот уже последние двадцать пять лет, — Феликс нервно выдохнул, вытирая платком лоб и собираясь с мыслями, — дело в том, что я хочу всех вас поблагодарить и выразить признание всем главам семей, которые помогали мне на протяжении этого долгого времени…

— Ну, Феликс, дружище, пожалуйста! Давай к сути, я сейчас лопну уже, — с нетерпением в голосе сказал Лев.

— Да, товарищ Кондратов прав, начните с главного, — поддержала его Ки Лю.

— Эм, ладно-ладно, просто мне не удаётся подобрать слова, да и сложно собраться с мыслями из-за переполняющих меня чувств, — Феликс очень нервничал, я видел, как его начало потряхивать, как будто он выдаёт тайну или говорит последние слова в своей жизни, — Господа! Я поздравляю всех нас! Я, наконец, нашёл то, что может продвинуть нас на сотни и сотни шагов вперёд и это чудо сейчас находится под моей защитой и теперь будет под защитой и семьи Дюпон.

Весь совет застыл в ожидании и нетерпении, а когда Феликс снова начал уходить в многословие, Лев не выдержал и рыкнул на него.

— Да, да. Господа, я рад сообщить, что я нашёл его и отныне к нашему совету присоединился Видящий, — Феликс замолчал в ожидании реакции людей вокруг.

После слов Феликса в зале стало так, будто пространство схлопнулось и всё вокруг замерло. Было видно, что эта новость привела в шок всех присутствующих. На лицах глав и ведущего были видны стремительно меняющиеся эмоции, от трепета, до радости, от ужаса до паники. Всех поразило заявление Феликса. Всех кроме Бакера, он сидел и спокойно наблюдал за происходящим, будто бы всё шло согласно его планам. Он посмотрел на меня и ухмыльнулся. Но я отвлёкся, так как вокруг начался всплеск эмоций и слов, от тех, кто уже переварил в мыслях эту информацию. И понеслось. Кто-то был рад, кто-то зол, а кто-то просто был выбит из реальности заявлением Феликса. Кто-то начал ликовать, а кто-то яростно стучал кулаками по подлокотникам тронов. За пределами тронов глав семей была та же сумятица. Ведущий сидел в прострации и что-то шлёпал беззвучно губами. Хотя может и со звуком, но в обрушавшимся на стены зала гвалте его просто не было слышно. И только некоторые главы уставились в мою сторону, жадно разглядывая меня и что-то при этом говоря и кивая головами.

— Тишина, господа! Прошу тишины! — встал с трона ведущий и начал махать руками, — прошу всех успокоиться! Господин Иванов, вы уверены в своих словах и можете подтвердить это фактами? Если это, правда, то, как и все здесь, я думаю, что это перевернёт весь наш мир, не считая других различных последствий.

— Да, — уверенно и непреклонно ответил старик.

— В таком случае прошу представить нам этого человека в доказательство того, что вы говорите правду, — сообщил ведущий, и его поддержали другие главы семей.

— Хорошо, однако, сначала я прошу Совет, привести в исполнение наказание для семьи Дюпон, так как опасаюсь за его здоровье, — согласно кивнул Феликс и добавил, — все прекрасно знают, что моя семья мала и в случае опасности я не смогу защитить столь ценный кадр.

— Согласен с вами, — сказал ведущий и окинул взглядом глав семей и они поддержали его ударами о подлокотники.

— Давайте закончим этот фарс, — не дожидаясь приглашения, Лилу подошла и встала рядом с ведущим. Она положила руку на какую-то книгу и начала произносить слова на латыни. Её аура искрилась, и в конце на ней как будто осталось какое-то клеймо, — довольны? А теперь к делу!

— Замечательно, — улыбнулся Феликс и позвал меня и ведущего с собой, — пойдёмте в ваш зал изучений господин ведущий, мы с помощников вам всё расскажем и покажем.

Мы прошли в тень, сдали наушники и направились в другой изолированный зал, в котором была толпа разных людей, которые суетились то тут, то там и каждый что-то делал. При нашем появлении все они замерли, будто ожидая чего-то. Мы подошли к столу, и ведущий повернулся к нам с вопросительным лицом. Феликс толкнул меня вперёд, а я стянул с себя маску и мантию, а затем достал медальон из-за пазухи и вы просительно посмотрел на ведущего. Он с изумлением схватил меня за голову и прильнул к моему лицу и начал жадно изучать мои глаза, а затем и медальон. После он резко отстранился, поднял руку и жестом поманил кого-то. К нам устремились люди вокруг, а ведущий изрёк только одно слово: «Видящий» и указал на меня. Тут же меня окружила толпа людей и протянула ко мне руки, я запаниковал, так как увидел, что Феликса уже оттеснили в сторону. А после меня требовательно усадили на стул и начали раздевать и рассматривать каждый сантиметр моего тела, то тут, то там тыча и щипая меня со всех сторон пальцами и приборами. Кто-то попытался стянуть с меня трусы, но после того, как я начал брыкаться и угрожать тотчас же прекратил это делать. Меня осмотрели и одели обратно, а после начали задавать стандартные вопросы о том кто я и что я, какие есть у меня способности и как я их получил. Я подробно рассказал им всё, а после они проверили мои слова в деле. После последней проверки толпа изучавших меня отпрянула в разные стороны и занялась той же суетой, что и тогда, когда мы вошли в зал. А передо мной стояли Феликс и ведущий с бумагами и что-то бурно обсуждали с радостными лицами. Я набурчал на них обоих за то, что могли бы и предупредить или обойтись со мной как-то нежнее. Однако в ответ я получил только недоумевающие взгляды, и прямо в них читалось, что они реально не понимают, для чего я им это сказал, ведь это обычный осмотр. Я плюнул на это дело и встал, а дальше мы вернулись в зал Совета, а перед этим, на ходу, я вернул облачение в виде маски и мантии.

— Уважаемые главы семей, я со всей уверенность заявляю, что среди нас присутствует Видящий, — подняв руки, сообщил ведущий, а толпа и главы ахнули, — он на сто процентов прошёл, все проверки и я уверен в словах главы Ивановых.

— Да мать жешь вашу! — гулко хлопнул ладонью по подлокотнику Юсуф Кая и протянул другую руку с хватающими движениями, — кто этот человек, покажите нам его и дайте пощупать, что ли?

— Минуту, — остановил пылкого турка, — по законам Совета, нам всем без исключения необходимо произнести клятву о том, что мы не можем и не будем ни коим образом вредить Видящему, в противном случае я не стану подвергать его опасности.

— Ой, да ладно тебе, Гарг, ну хватит уже этих церемоний и клятв, честное слово, тошнит от них уже! — воскликнула Лилу Дюпон, — ну давай покажи нам этот сладкий пирожочек, я хочу вкусняшку!

— Кхм. Мисс Дюпон, успокойтесь, — покраснел ведущий, — так не положено.

— Да-да-да… Законы, положения и бла-бла-бла… — она, как и все, вокруг тяжело вздохнув, подняли руки и что-то начали тарабанить на латыни, — ну всё уже, давай не томи!

— Прошу вас, вам более ничего не угрожает, — посмотрел он в нашу с Феликсом сторону и показал место рядом с собой.

Феликс кивнул, а я, чувствуя нервозность, и неподдельный страх стал шагать вперёд к указанному ведущим месту. Всё было как в замедленной съёмке. Я шёл и чётко осознавал, что после этого не будет обратной дороги, не смогу я провернуть фарш обратно в мясорубку. Может Феликс и думает, что какие-то там слова или клятвы защитят меня, но не я. Всегда. Всегда найдётся тот, кто либо нарушит эту клятву, либо сможет обойти её. Но в любом случае я уже не могу ничего сделать иначе, так как я тут и просто так потопать ножками и сказать, что я не хочу и не буду, не поможет. Их толпа, а я один, они и просто силой меня ко всему что хотят, принудят. А ещё тот странный Бакер, что вообще ничему не удивлялся, какой-то странный он и аура у него серая. Блин, я как на сцене. Иду, а меня сопровождают тысячи глаз, благо хоть раздеваться не нужно, а то я бы, наверное, уже бежал бы отсюда, махая руками и криком: «Не нааадааа!!!», как в том анекдоте. Ладно, страх в сторону, трусливые мысли тоже.

Я встал на указанное место развернулся к ведущему, снял маску, скинул мантию и замер, не зная чего ожидать. Стояла тишина. Я не понимал, что происходит. Открыл глаза и зал охнул. Да и я собственно тоже, так как весь зал блистал зелёным светом, это было похоже на северное сияние, только плотнее и ярче. Я стоял и смотрел на всех, при этом все вокруг смотрели на меня. Я что-то почувствовал и, нахмурившись, начал водить головой, а после заметил в центре сияния справа красные вспышки, а после эти вспышки засияли бордовым и стремительно стали окрашивать ауру человека в тот же насыщенный и вызывающий цвет. Звуки вокруг стали приглушенными, будто мне засунули вату в уши. И я заметил, что аура стала вытягиваться вверх, а после я заметил, как фигура дёрнулась. В доли секунды я сообразил, что человек с этой аурой махнул рукой, а после почувствовал очень яркую опасность и резко присел. Что-то просвистело мимо меня, и я почувствовал резкую боль в плече. Я схватил себя за плечо и поднялся, указав на человека с ярко бордовой аурой и сразу же заметил, как несколько жёлтых аурой метнулись к нему. Я снова почувствовал боль, но уже в правом бедре и развернулся на вектор, с которого почуял опасность и снова взмахнул рукой, видя, как несколько жёлтых аур смешались с ярко бордовой аурой. И снова боль, но на этот раз ещё сильнее и уже в левом боку, я упал на колено и снова развернулся в сторону опасности, которую почувствовал слева и поднял руку. А после упал на пол лицом вниз, увидев яркую вспышку, от резкого и сильного удара по затылку, погрузившись во тьму.

Глава 14

Я медленно приходил в себя. Я лежал, пытаясь сфокусироваться хоть на чём-то вокруг меня, чувствуя, что мои мозги будто бы перемешали в блендере. В ушах звенело, и звуки битвы плавали вокруг, а по лицу ползло что-то вязкое и горячее. Я ухватил себя за место удара и попытался встать, но всё, что мне удалось сделать, так это перевернуться на спину, издав протяжный стон. Я посмотрел на свои руки, не удивившись, что они были перепачканы моей кровью. Я с усилием поднял своё тело и встал на колено. Я осматривался и искал знакомые лица. Невдалеке я заметил Вольдемара, пробивающегося через толпу. Он, расталкивал и отпинывал людей возле себя. Он что-то кричал в мою сторону, но я так и не смог разобрать что именно. Ещё я увидел, что в зале была сумятица, как при борьбе стенка на стенку, люди ожесточённо били и резали друг друга кто, чем мог. Слух и зрение начали возвращаться ко мне. Меня шатало и мутило. Я снова, сделав усилие, встал на ноги и, качаясь, попытался пойти в сторону Вольдемара. Но меня кто-то резко развернул и крепко схватил за горло, приподняв от земли. Болтая ногами в воздухе, я чувствовал боль и начал задыхаться. В жадных попытках вдохнуть воздух я попытался отбить держащую меня руку, но мои попытки были тщетными. Я снова и снова бил и пинал, стоящую передо мной фигуру пытаясь вырваться из хватки. А когда сознание и силы стали покидать меня, я на автомате нащупал лицо и вцепился в него пальцами, распахнув глаза, и вгляделся в глаза обидчика, прошептав, — Отпусти меня.

Секунда, две, три, хватка ослабла, и меня поставили на пол, окончательно отпустив. Я истошно закашлялся и согнулся пополам. Затем поднялся и оглядел обидчика. Он был просто огромен. Мне показалось, что он выше меня головы на две и настолько же в плечах. Он был одет в массивные металлические доспехи с ног до головы, он ошарашено стоял и быстро моргал, мотая головой из стороны в сторону. Я не стал терять время и коснулся его лица, снова заглянув в его глаза.

— Подчинись мне и защищай меня, — сипло прохрипел я, но этого оказалось достаточно и его глаза сменили цвет.

— Да хозяин, — бугай выпрямился, достал щит из-за спины и со всего маху ударил и плашмя кого-то, кто пытался запрыгнуть на меня из толпы.

Я продолжал осматриваться и увидел ещё нескольких человек в масках, что рвались в мою сторону. Я схватил, бьющегося рядом со мной бойца, за оголённый от пореза участок кожи, повернул его к себе и, глядя в глаза приказал защищать меня. Его глаза изменили цвет, и он встал между мной и рвущимся ко мне людьми. Затем в толпе я выхватил небольшой силуэт рыжей девушки кричащей что-то и пытающейся вырваться из толпы. Я не думая приказал своим защитникам продвигаться в её сторону и вытащить девушку. Они послушно двинулись к ней и вскоре принесли её ко мне, но уже без сознания, болтающуюся на плече одного из подчинённых мной, а я, тем временем подтянул на свою сторону ещё двоих защитников. Собравшись вместе я приказал начать движение к выходу, в сторону Вольдемара, отбивающегося от людей вокруг. И мы начали движение. Бугай пёр вперёд как паровоз, проминая всех вокруг как ковш экскаватора, а остальные расталкивали людей в стороны, чтобы они не мешали движению вперёд. Параллельно я переводил кого смог на свою сторону тем же трюком, и мы уже вдесятером, не считая Лилу в отключке, прибыли к Вольдемару, который, как, оказалось, защищал раненного Феликса.

— Что происходит?! — выкрикнул я дворецкому.

— Это уже не важно, нам нужно выбираться от сюда и как можно скорее! — прокричал он, нокаутировав очередного врага апперкотом, и жестом указал куда.

— Все вперёд, к выходу, защищать меня и взять в кольцо этих двоих, — я выкрикнул команду защитникам и указал пальцем на Феликса с дворецким, — Вольдемар, хватай Феликса на руки и идём на выход.

Команда послушно окружила нас, дворецкий с непониманием схватил и поднял старика, не теряя времени, и мы двинулись на выход. Феликс держался за раненую ноги и пучил глаза на меня и всех, кого я обратил в помощь себе, явно не понимая, что происходит. Мы добрались до выхода с потерями, моих защитников изрядно потрепало и их уже оставалось шестеро. Я дёрнул двери за ручки, но они оказались закрытыми. Я громко выругался, повернулся к толпе и неподалёку от себя схватил за шею и развернул к себе лицом вёрткого парня, который бился с кем-то. Подчинил его и повернулся к Феликсу, который похлопал меня по плечу. Он отшатнулся, открыв рот, но сразу же взял себя в руки и сказал, что ключи должны быть у Аны Марии, и её отца. Я отправил только что подчинённого парня и ещё двух бойцов на поиски девушки и её отца, а сам, пережидая паузу между нападениями, стал приводить Лилу в чувства. К сожалению, мне это не удалось, а бить девушку по щекам у меня не поднялась рука. Я вскочил и отпрянул от двери, услышав, что кто-то с той стороны пытается её выбить. Я прислушался и снова раздался мощный удар, но, увы, это никак не отразилось на самой двери и она продолжала стоять на месте, как стена, такая же мощная и монументальная, как и сам замок.

Справа от меня донёсся хрип, и я поспешил в ту сторону. Подчинённый мной боец стоял, держа за шею Лоренцо. Я приказал отпустить и затащил его в наш круг, он откашливался и озирался по сторонам пытаясь прийти в себя. После всё-таки вдохнул, и сел на пол потирая шею и с благодарностью смотря на меня. Я так и не понял, как он тут очутился, но решил оставить это на потом. В зале тем временем творился хаос, я не понимал, кто бьёт кого и по какой причине. Все кричали, стонали и просто орали. Кто есть кто, я тоже не понимал, но в противоположном от меня направлении заметил кучку отбивающихся от кого-то людей, а в центре увидел Льва Кондратова. Он стоял как скала и изредка делал смертоносные выпады, сквозь оборонительный строй своих подчинённых, в сторону нападавших, после чего они падали замертво ничего не поняв. Он почувствовал мой взор, нашёл меня глазами и, сделав паузу, кивнул мне в приветствии. А у меня по телу побежали табуны мурашек от его кивка и взгляда, пропитанного ледяным спокойствием и уверенностью. Недолго думая и взяв себя в руки, я встал и махнул ему в нашу сторону, призывая двигаться ко мне и указывая на выход. А затем увидел, как его строй спешно двинулся в мою сторону по кругу. Поняв его манёвр и оценив, как прекрасный тактический ход, ведь идя по кругу, он быстрее пробьётся ко мне, так как в этом случае он встретит меньшее сопротивление, нежели если он пойдёт ко мне напрямую, через забитый людьми центр. Я приказал оставшимся подчинённым мной бойцам по возможности помочь своему соотечественнику и стал искать ещё людей для того, чтобы подчинить их. Спустя какое-то время появился тот парень, которого я отправил за ключами и семьёй Фернандес. Он указал на то, как они и ещё два моих бойца прорываются к нам. Вскоре и Лев добрался до меня, и мы развернули заграждение, возле входа втянув в него отца и дочь Фернандес. Отдышавшись, Ана Мария стала перебирать ключи в попытках открыть дверь. Она кричала при этом на тех, кто был по ту сторону, чтобы они перестали заниматься ерундой, так как дверь при любом случае им сломать не удастся. В конце концов, дверь была открыта, и мы всей толпой вломились в неё, распахнув настежь. Попадая в окружение бойцов семьи Фернандес.

Я поднялся на ноги, и меня встретило остриё меча, уткнувшегося в мою шею. Ана Мария подлетела к бойцу и отрезвила его ударом по лицу, что-то выкрикнув в придачу. А затем она и Лев начали командовать обороной нашего отступления к чёрному выходу замка. Подчинённых мной людей, часть бойцов семьи Фернандес и ещё несколько залётных человек из других семей мы оставили перед выходом из зала, дав приказ вывезти глав семей и их помощников на выход, а сами двинулись к чёрному выходу. Спешно идя сквозь запутанные коридоры замка, мы двигались к выходу, не встречая никого на своём пути. Лев вызывал своих людей и машины для нашей эвакуации, а нервный и трясущийся от паники Лоренцо умолял всех спасшихся ехать к нему и на время затаиться в его доме. Все согласились на его предложение, и мы ещё быстрее двинулись к выходу. Выбежав из двери чёрного выхода, мы стали оглядывать местность на предмет угрозы, но слава всему мы ничего не обнаружили и снова устремились в путь. Я шёл, но силы начали стремительно меня покидать. Из последних сил я плелся за всеми, а тело бессознательно болтающейся у меня на плече Лилу, давило меня к земле. Шёл быстро, как мог. Заплетаясь в собственных ногах и не разбирая дороги, так как все мои чувства начали отключаться и смешиваться, воедино перерождаясь в комок боли и тошноты. Добравшись до транспорта, я выгрузил тело Лилу на свободное кресло, развернулся и обмяк, теряя сознание в полёте.

Я резко пришёл в себя, я открыл глаза и дёрнулся в попытке сесть.

— Аррргх!!! — тело резко вспыхнуло дикой болью, и я упал обратно, внутренне сжавшись и тихонько стал выдыхать, боясь шелохнуться.

— Вы что?! Вы как!? А ну не двигайтесь молодой человек! — услышал я требовательный мужской голос, — вам ещё очень рано вставать! Да что там вставать, вам ещё двигаться рано! Мамма Мия! Да как вас вообще так угораздило!?

— Что за твою мать! Где я? Кто вы? — стал медленно разлеплять я глаза и смотреть по сторонам и хрипло протянул — Водыыы!…

— Вот, пейте, юноша, — кто-то поднёс стакан с водой мне ко рту, а после стал тихонько наклонять его так, чтобы вода понемногу стекала ко мне в рот, — вооот, тише, тише, не торопитесь и не двигайтесь, я вас умоляю!

— Мхах! Спасибо, Док, — сказал я, увидев итальянца средних лет в белом халате и в круглых маленьких очочках. Да он вылитый Айболит из наших детских книжек! — сколько я был в отключке?

— Спокойнее, юноша, сейчас с вами все хорошо и вам ничего не угрожает, — он поправил моё одеяло и поднял руку, взглянув на часы, — а без сознания вы пробыли всего-то десять часов, не более, если верить словам сеньора Лоренцо.

— Фуххх, а я, было, подумал, что проспал целую вечность, — я тихонько вдохнул и выдохнул, выпустив из себя напряжение, — А где сам Лоренцо? С ним всё в порядке?

— Успокойтесь, пожалуйста, с синьором Лоренцо всё хорошо, за исключением нескольких царапин и синяков, — сказал он и, видя, как я открыл рот в очередном вопросе, поднял палец вверх и сказал, — и с вашими друзьями всё тоже хорошо. Они почти не пострадали, за исключением синьора Иванова, у него ранение посерьёзнее, но по сравнению с вами, он отделался лёгким испугом.

— Спасибо, Док, вы меня успокоили, — улыбнулся я и ещё сильнее расслабился, — как долго я проваляюсь в кровати? Есть предположения?

— Хм, — нахмурился он и поскрёб пальцем по переносице, загибая пальцы на руках, — давайте посмотрим вместе, перелом двух рёбер, сильное сотрясение головного мозга, три колотые и одна рваная рана, борьба с ядом в организме, не говоря уже о том, что всё ваше тело в синяках и ссадинах. Что же, я бы порекомендовал вам примерно два-три месяца постельного режима и правильного питания с обильным питьём и кучей препаратов.

— Охренеть, не встать! — выругался я, ничего так меня помотало в той стычке!? — Док, вы сейчас это про меня говорите, вы ничего не путаете?

— Простите, я не понял, что вы сказали, но видимо это ругательство на чужом мне языке, я бы предположил, что на русском, верно? — его брови приподнялись, затем опустились и он также задумчиво продолжил, — да, я ничего не перепутал, всё, так как я сказал. Хотя я до сих пор не понимаю, как вы живы-то, остались и так быстро пришли в себя. Для меня лично это загадка, поэтому, возможно прогноз мой и не совсем точный, но я всё равно, обязан доложить синьору Лоренцо всё, как есть.

— В смысле на русском? — я вперил в него взгляд с не пониманием, — так мы же с вами всё время на русском и общались, разве нет? Я из итальянского языка очень мало слов знаю.

— Мамма Мия… Да всё ещё серьёзнее! — всплеснул руками и придвинулся он ко мне поближе, — дайте я вас осмотрю, юноша. Видимо повреждение головы было серьёзнее, чем я мог бы представить и у вас есть более серьёзные отклонения. Такие вещи я встречал уже в своей практике, у моих пациентов было такое, может и с вами то же это произошло. Не дёргайтесь, пожалуйста!

— Док, да перестаньте уже паясничать, всё у меня с головой в порядке! — стал я дёргаться, не пуская его к себе, — вы можете толком сказать, в чем проблема, я вас не понимаю!

— Что же, ладно, — хлопнул он ладонями о ноги и стал задумчиво ходить туда-сюда по комнате, — итак, пациент после пробуждения стал разговаривать на чужом доселе незнакомом ему языке, не видя разницу между ним и своим родным языком, помимо этого он может говорить на своём родном языке, тоже. Ведь можете?

— Я не понимаю вас, Док, о чем вы! — я с недоумением смотрели на этого психа и тело само собой напрягались, пытаясь защититься.

— Замечательно! Это очень интересно! Я пойду готовить бумаги, а вы подождите меня здесь, я быстро, а после вы подпишите их и я смогу взять часть вашего мозга для исследований! — он восторженно махал руками и смотрел на меня.

— Так стопэ, вороные! Я не согласен с тем, чтобы вы копались в моих мозгах, — возмутился я и сквозь боль привстал на локте, — Я не дам вам вскрывать мой череп! Ни за что на свете!

— Ну-ну, юноша, это всего на всего несколько сот грамм, вам же это ничего не стоит, — начал вроде как успокаивать он меня, — для вас это сущий пустяк, но для науки это огромный скачок вперёд!

Пока происходила сцена перебранки с Доком, дверь открылась, и в неё вошли все те, кто вместе со мной покинул замок в спешке. Они стояли и наблюдали за комичной картиной того, как Док пытался уговорить меня стать его подопытным. А я, лёжа с горящими от гнева и ярости глазами отбивался от него и возражал.

— Прекрати Витторио! — вскинул руки Лоренцо и встал между мной и Доком, — какие эксперименты! Ты себе не представляешь настоящую ценность этого человека, иди к себе и больше не упоминай ни о чем таком при мне!

— Прошу простить синьоры и сеньорины! Я, кажется, очень увлёкся этим юношей и немного перестарался, такое более не повторится, — поклонился он всем и спешно вышел из комнаты.

— Прости, Микель! Я не ожидал, что моего дорогого врача может так понести, — извиняющимся взглядом, посмотрел на меня Лоренцо, — я распоряжусь, чтобы он более тебя так не беспокоил!

— Благодарю, Лоренцо, я тебе очень признателен, — со злостью выдохнул я и лёг обратно на кровать, — ещё бы чуть-чуть и я бы не смотря на раны, встал и набил бы ему морду! А чего вы все молчите и замерли в дверях? Подходите ближе, я пока не могу громко говорить. О, Лоренцо, а почему Микель? Меня Михаилом зовут.

— Эм… Вайс, померь-ка ему температуру, всё ли с ним в порядке? — удивлённо смотря на меня, сказал Феликс дворецкому, подходя ближе, — что-то меня озадачил как-то своей речью.

— Всё в порядке, сэр, его температура в норме, — отнял свою руку от моего лба Вольдемар, — возможно это из-за пережитого.

— Вольдемар, и вы туда же! — нахмурился я и продолжил, — сначала этот психованный доктор, теперь вы. Вы сговорились что ли? Решили меня разыграть? Где камера? Куда улыбаться?

— Это как так?! — хором спросили Феликс и Лоренцо, а Вольдемар с подозрением в глазах смотрел на меня.

— Без понятия, — ответил им дворецкий, а затем повернулся ко мне и спросил, — Михаил, вы понимаете меня? Понимаете, что я вам говорю?

— Гррр. Да, Вольдемар, понимаю я и тебя и Лоренцо и психа-доктора! — стал я заводиться и закипать, — что вы ко мне прицепились, со мной всё в порядке!

— Ну же, не кипятись ты так, Михаил, тебе сейчас вредно, — успокаивающе посмотрел на меня Феликс, взяв меня за руку и сел на кровать, — мы просто о тебе сильно волнуемся, правда, друзья? Ана Мария, подойди сюда, поговори с Михаилом, может он успокоится при виде тебя?

— Да, сеньор, если вы не против, — Ана Мария вышла из-за людей, стоявших возле меня, и подошла ближе ко мне. Её лицо без маски было кукольным и очень красивым, а янтарные, почти жёлтые и лучистые, как солнце, глаза, остро смотрели прямо на меня, — Михаэль, скажите, как вы себя чувствуете?

— Кхм. Всё в порядке, Ана Мария Фернандес Бланко де Гарсия, я хорошо себя чувствую сейчас, — немного разомлел и остыл я, глядя в её милое лицо, — просто, наверное, нервы после той передряги в замке немного расшатались. Да и тот доктор… Напугал меня словами, что хочет вскрыть мой череп и что-то в нём изучить. Эххх, вот я и завёлся.

— Ох-ре-неть! — припечатал Феликс ладонью по своей ноге, — таких фокусов я ещё не видел. У кого какие идеи, господа? Что случилось с нашим Видящим?

— Да что не так-то опять?! — взвился я.

— Тише, Михаил, тише, — взял меня за руку Феликс, — всё с тобой в порядке, просто, мы не понимаем, как всё так вышло, чем это грозит и как с этим быть дальше.

— Да с чем с этим? Скажите мне, что не так! — я совершенно запутался и с непониманием стал смотреть на лица людей вошедших в комнату, но они старались не смотреть мне в глаза.

— Михаил, скажи мне, ты сейчас всё понял, что мы тебе говорили? — он провёл по комнате головой, — что говорил тебе я, что говорил тебе Вайс, Лоренцо, Ана Мария и доктор, верно?

— Да, я вас всех прекрасно понял, — с недоверием глядя на старика, — да, что тут не понять, ведь мы не говорили о квантовой механике, это был простой диалог.

— Хорошо, верно, так вот, а мы не все поняли, что ты говоришь, — успокаивающим тоном говорил Феликс, — дело в том, что с каждым из нас ты говорил на его языке. То есть на русском, итальянском, немецком и в случае с Аной Марией на испанском языке.

— Что?! — мой голос дал петуха, — да нет, не может быть! Я не знаю этих языков, вам, наверное, показалось!

— Хорошо, спокойнее, Михаил, — он повернулся в сторону стоящей у дверей кучке людей и попросил, — мадемуазель, Лилу, поговорите, пожалуйста, с Михаилом на родном языке.

— Хм! Вот ещё! С какой стати я должна общаться с этим плебеем?! — замотала рыжей головкой девушка и встала в вызывающую позу, — Он недостоин, слышать даже мой голос, не говоря о том, чтобы я с ним общалась!

— Ну, ты и стерва! — расхохотался я, — тебе что, пятнадцать лет? Ты кем себя возомнила, принцесска!

— Да ты! Да я! А ну заткни свой грязный рот, неандерталец! — её лицо вспыхнуло красным и исказилось в гримасе гнева, но она оставалась, что же милой, а приобретённые черты лишь придавали ей комичности, — да как ты вообще смеешь так со мной говорить! Не говоря о том, что ты посмел меня лапать и носить без моего на то дозволения! Ах ты чурбан! Я покажу тебе!

— Ха-ха-ха, хо-хо-хо! Ой, перестань, рыжик, я сейчас ёжиков рожу! — хохотал я от всей души, вытирая слезы с глаз, глядя как она чуть ли не прыгала на месте, а потом отец Аны Марии поднял и вынес её из комнаты, — ржунимагу… Итак, Феликс, видишь, всё со мной в порядке, он говорит также ясно и чётко, как и ты и я её понимаю, как и она меня, судя по всему.

— Мда… Всё так, только, правда сейчас вы говорили на французском языке, и я ни черта не понял из сказанного вами, — вытер лоб ладонью Феликс, — хоть и могу догадаться о содержании разговора, по реакции Лилу.

— Вот оно что. Получается теперь я что-то вроде полиглота-переводчика? — став серьёзнее спросил я Феликса, — то есть я понимаю и говорю теперь на ранее незнакомых мне языках?

— Видимо так, Михаил, — согласился со мной, кивая Феликс, — но одно могу сказать, тебе это пригодится, так как ты и сам понял, что наш Совет, говорит почти на всех языках планеты и теперь тебе будет проще найти язык с каждым.

А после мы все вместе обсудили произошедшее на собрании Совета, причины и последствия этого мордобоя. Как выяснилось вся суета, и хаос произошли из-за меня. Собственно кто-то, пока ещё не разобрались кто, решил устранить проблему, в моём лице, при этом он знал, кто я и что я из себя представляю. Беда в том, что, скорее всего в семьях сидят разведчики, и они-то, как раз, и занимаются тем, что собирают информацию внутри каждой семьи и по предположениям передают куда-то дальше, в так называемый центр сопротивления, который организует в дальнейшем такие, как вчера операции. Что главы присутствующих здесь семей, что другие люди, типа Романа сошлись в одном, что эта группа людей явно имеет отличные, если не противоположные намерения насчёт меня и Механизма. А вот я склонялся к тому, что они хотят захватить этот механизм и просто присвоить его себе, а дальше пользоваться им в угоду своей прихоти. Ну а как иначе? Нахрена тогда было бы тратить столько ресурсов, вскрывать законспирированных людей в семьях, да и после создавать такую сумятицу? Я не вижу иной выгоды, кроме этой. Меня берут в плен и делают так, чтобы я нашёл и передал им этот Механизм и всё, все довольны. Ну кроме меня, конечно. Свои предположения я высказал всем присутствующим. Но они лишь благосклонно посмотрели на меня, мол, я ещё мал и глуп, да и вообще ничегошеньки ещё не понимаю в таких разборках, ну а некая рыжая заноза ехидно высмеяла меня тем, что у меня перемешались в голове реальность с каким-то детективным романом. Поэтому мою теорию даже никто и рассматривать не стал, но я сделал для себя заметку о том, что моё предчувствие на этот счёт не должно подвести меня.

Мы совещались несколько часов и успели поесть и отдохнуть в процессе нашего мозгового штурма. Итогом нашего совещания стало то, что мы всё-таки пришли к общему мнению. О том, что в Совете есть мятежники и с этим нужно что-то делать, а иначе они разрушат всю организацию. И начнут делать то, что пока ещё никто не понял или они просто на просто продолжать сеять смуту и раздор между семьями и людьми, что опять же приведёт к разрушению всей организации. Увы, но это всё, с чем присутствующие единогласно согласились. А, исходя из этого согласия, я повторно для себя подчеркнул, что все эти люди, семьи и сам Совет очень разобщены и каждый, так или иначе, преследует исключительно свои цели, не смотря и не согласовывая их ни с кем. Увы, но я, если честно сказать не вижу, что в таком ключе вся их масштабная организация сможет противостоять тому, кто просто-напросто понимает их разобщённость и понимает их слабость в этом и соответственно он бьёт в эту слабость. Ну а даже, если они и выдержат эту проверку мятежниками, то всё равно не смогут достигнуть какого-то определённого успеха в своих действиях.

Глядя на наше сборище, я в итоге и взял слово, попросив всех помолчать и просто меня послушать. А потом со всей возможной пылкостью выдал монолог о том, что я вижу и свои мысли на этот счёт. Молча меня, выслушав, все собравшиеся начали переглядываться, и украдкой посматривать на меня хмуро и с укором в глазах. Не выдержав затянувшейся паузы, выступила Лилу Дюпон.

— А что вы так на него смотрите и хмуритесь? — язвительно заявила рыжая девушка и начала вызывающе ходить и махать руками перед остальными, — я нашёл то, я нашла это, мы выяснили третье, мы отбили атаку на серверы и прочая хрень! Вы, правда, думаете, что именно так должна работать слаженная организация? На наших собраниях уже несколько сотен лет не происходит ничего, что хоть на грамм как-то могло бы относиться к Механизму. Мы только и можем, что меряться достоинствами и спорить. Так что я считаю вполне резонным утверждения этого, этого… ч-человека. Он прав и я с ним полностью согласна, пусть он и плебей, но верно обрисовал нашу ситуацию.

— Слышь, Рыжик, тебе реально пятнадцать лет, что ли? — насмешливо парировал я гримасу, которую скорчила Лилу, повернувшись ко мне, — иди сюда малышка, я тебя отшлёпаю, раз твои родители не в состоянии.

— Гхм… Уважаемые господа, давайте не будем превращать нашу беседу в балаган, — с многозначительным взглядом посмотрел на нас Вольдемар, — и прошу вас воздержаться от взаимных оскорблений, это сейчас неуместно.

— Беее… — показала мне язык мелкая рыжая засранка, а затем повернулся к дворецкому Феликса, и сделала шутливый книксен, — буду держать себя в руках, Вайс. Но мои слова это то, во что я действительно верю.

— Дааа… — выдохнули присутствующие главы домов Иванов, Фердинанд и Кондратов.

— Всё так господа, мы только и грызёмся за что либо, будь то власть, деньги или наш статус, — веско рубанул ладонью Лев и шлёпнул ею по другой ладони, — на мой взгляд пора бы это прекратить!

— И как же ты предлагаешь это сделать уважаемый Лев? — поинтересовался Феликс, протирая лоб платочком, — у тебя есть предложения?

— Конечно! Я предлагаю сплотиться вокруг нашего Видящего и действовать сообща! — он энергично замахал руками показывая как это нужно сделать и добавил, — и да, начало уже положено! Ведь тут присутствуют три семьи из разных подразделений Совета, так ведь?

— Учёные, войны и защитники… — пробормотал себе под нос Феликс, — да тут целая ячейка Совета, если на то пошло. Вы совершенно правы Лев. Но я не понимаю, что вы имеете в виду под словом сплотиться, и как вы себе это представляете?

— Всё просто, старина Феликс, — он подскочил к старику и похлопал его по спине, да так, что я увидел, как Феликс легонько прогибается под его тяжёлой дланью, — все мы втроём берём и присягаем на верность Видящему и действуем строго в согласии друг с другом! А он направляет нас на нашем пути.

— Ах, вот в чем дело, старина! — Феликс поднял брови, а затем нахмурил их, сделал очень загадочное лицо и, потирая руки, с ехидной улыбкой повернулся ко мне.

Они оба смотрели на меня столь угрожающе и выжидающе, что я почувствовал седалищным нервом надвигающийся на себя шторм, и это не предвещало ничего хорошего для меня.

— Ч-чего?!…

Глава 15

Я сидел на кровати и хлопал глазами и ртом от только что свалившейся мне на голову идеи Льва Кондратова, которую, судя по довольной ухмылке Феликса, и его же блестящим глазам им была поддержана целиком и полностью. Я, да направляю?! Да какого хрена вообще тут происходит!? Кто я и кто эти воротилы?! Да они по любому тупо спихивает на меня всю ответственность, и после я также тупо буду от всех отгребать по первое число, а вот оно мне совсем не надо! Но пока я сидел и пытался прийти в себя от полученного «блага» на мою побитую тыкву. Они вдвоём уже притянули к себе Ану Марию и быстренько так нашептали ей на ушко свою бомбическую идею о том, как сейчас можно быстренько сделать из меня козла отпущения. А она, также быстренько подхватив слова нашептала их своему папаше, который заулыбался и кивнул русским главам семей, недолго думая.

— Да вашу ж мать! — не выдержал я всей этой идиллически согласованности своих собеседников, — а меня вообще никто ни в грош не ставит, я смотрю?!

— Тише, Михаил, тише, все хорошо, — кинулся было ко мне Феликс с успокоениями, — ничего ещё не решено, успокойся, мы пока просто обсуждаем варианты.

— Да пошли вы все со своими вариантами! — мне окончательно сорвало крышу, — я блин на смерть не подписывался! Я жить хочу! Вам мало того, что меня вчера чуть не выпотрошили при всех на Совете, так теперь вы хотите на меня мишень во весь рост поставить! Нет уж, дудки! Долбитесь вы конями, сами и без моего участия!

Я соскочил с кровати и рванул в сторону двери, но путь мне преградила белоголовая помощница Дюпон, выставив перед собой руки. Я грозно зыркнул на неё, и заметив фиолетовый блеск в её глазах, махнул ей в сторону. Она отошла, и я выбил дверь своим телом, упав на пол вместе с ней. А затем также резко вскочил, рванул за медальон и швырнул его обратно в комнату, а затем поднялся и побежал, куда глаза глядят. Сзади из комнаты слышались крики и рассудительные речи в мою спину, но помощница Лилу не выпускала их из неë, по моему приказу. Я шёл по запутанным коридорам дворца Лоренцо. Сквозь закрытые двери и помещения, а затем, наконец, обессилив, упал на пол и заполз в какой-то полный и забитый хламом угол. Свернулся в клубок и замер, пытаясь успокоиться и взять себя в руки, отгоняя вспышку боли, отчаяния и всепоглощающей паники внутри разорванного в клочья сердца, которое билось и бухало в груди, как сумасшедшее.

Я пролежал так примерно час, буря внутри меня слегка поутихла, и я стал более или менее трезво соображать. Вокруг было тихо, видимо я забрался в какое-то забытое и заброшенное всеми помещение. Я выполз из своего укрытия и стал смотреть по сторонам. А затем съёжился, от острой и шипящей боли на груди. Глянул на неё, а там уже привычно болтался медальон, который, правда был очень горячим и сильно обжигал мою кожу, когда примыкал к ней. Он, наверное, разозлился или обиделся на меня, за то, что я его выкинул, а теперь так мстит. Ну, да и хрен с ним! Я уже давно понял, что мы теперь неразлучны. Я, обжигая руки взял медальон, погладил и подул на него, а он мигнул и перестал жечься. Хм, даже этой штуке иногда нужна ласка и уход, подумал я и отпустил его. Продолжая оглядываться, я нашёл диван и плюхнулся на него, вздымая облака пыли. После чего максимально зажимая нос и рот руками, постарался не громко прочихаться. Не знаю, удалось ли мне это, но попытка, не пытка. А когда мои мозги вернулись на место, после яростных чихов, я продолжил осматривать место, куда я попал. И о чудо! Я обнаружил покрытую паутиной бутылку вина и даже какой-то не понятный, но явно дорогой фужер. Дааа, еды бы ещё немного, но и так сойдёт, пойду глушить тоску с печалью, как в старые тёмные времена, вином.

Я сел на диван и стал распечатывать бутылку. Откупорив её, я столкнулся с очередным препятствием в виде пробки. Я снова обшарил комнату, но так и не нашёл инструмента для открытия этой долбанной пробки, а затем резко шлёпнул себя по лбу ладонью вспомнив, что никогда не расстаюсь со своим мультитулом и сунул руку в карман. Да твою ж мать! Я был переодет и сейчас находился в полосатой пижаме, видимо отданной мне Лоренцо, и естественно никакого мультитула в ней не было. Потопав ещё несколько минут по комнате я понял, что больше ничего не найду и решил действовать кардинально. Я решил сбить горлышко бутылки. Нет-нет я не какой-то там десантник или фокусник и ровно я это не сделаю точно, но вот отколоть горлышко я в состоянии. Я взял столовый нож, валявшийся неподалёку на полу, и начал скрести им по бутылке очерчивая круг по горлышку. А когда моя многострадальная тушка выкинула белый флаг, сказав мне об усталости, я начал аккуратно отстукивать по месту, где сделал борозды ножом. Вуаля! Криво конечно, но теперь часть горлышка вместе с пробкой, прошу заметить, валялась на полу, а я вдыхал сладковато-терпкий изысканный аромат вина, от которого у меня сразу потекли слюни. Я как мог, продул и вытер полный фужер и налил в него вино, отсалютовал сам себе и отхлебнул.

Какое же оно было вкусное! Да я такого вина в жизни не пил, это точно. Я наслаждался послевкусием и проматывал события Совета в голове. Я вспоминал, что там происходило и всё это начинало давить на меня многотонным грузом, я видел каждое своё движение, помнил всю ту боль, что перенёс и винил всех вокруг и себя в первую очередь во всём этом. А иначе я не мог, ведь если бы я не согласился на выступление в Совете или бежал бы от Феликса и стал прятаться в родном городе, подальше от столицы, меня может быть бы и нашли, но не так скоро и быстро и сейчас бы я не был в таком положении. Всё бы обошлось. А ещё этот Феликс, который, не смотря на свой богатый опыт общения с Советом, и главами семей не просчитал все исходы и тупо вывел меня тем самым на эшафот. А остальные? Да им всем плевать на меня и мои желания! Им насрать на всех, кроме себя и своей семьи! Они были рождены такими, во власти, в деньгах и с правами выше любого, кого я знаю. Что им до моей плебейской жизни? Верно, для них жизнь такой черни как я всего лишь расходный материал. Как тот президент из СНГ для Европы, сделают козлом отпущения, отдадут на съедение народу и всё, они тут не при чем, их руки чистые, не смотря на то, что на самом деле они по локоть в крови и по брови в трупах невинных жителей этой планеты. Но кто же их сможет осудить, точно не я. И что теперь мне делать? А что я могу сделать с этими богатыми и властными дядьками… Мх, хотя нет, вопрос стоит поставить по-другому, что они могут сделать со мной? Ну, если только в клетку посадить, хе-хе, а так я им сильно нужен. Ну, раз так, то буду пользоваться поговоркой «дают-бери, бьют-беги». Ну и выламывать им руки так, чтобы не оставаться внакладе или взаперти. Вот и славно, на этом и разойдёмся.

Я отключился и заснул, а как проснулся сел и старался просто расслабиться и выдохнуть нервный комок, который застрял во мне. Я потерялся во времени и сидел в этом помещении, казалось целую вечность, у меня не было ни сил, ни желания делать что-либо. Как только я начинал думать о том, чтобы сделать что-то, мои руки опускались, а тело будто бы придавливало меня в диван. Я сидел, размышлял и совсем не заметил, как в мою заброшенную комнату кто-то вошёл и стал двигаться на звук моих задумчивых бормотаний. Я увидел человека только когда он встал передо мной, а я поднял голову. А н-нет, не он, а она, это была Ана Мария. Она стояла напротив меня и махала руками, видимо, пытаясь в темноте нащупать часть меня. А ещё бессильно вертела головой и глазами, пытаясь найти меня в темноте. Зрелище было забавным, не иначе, мне-то темнота никак не мешала. Девушка была очень приятна моему взгляду. Её золотые волосы, были распущены и немного растрёпаны. Жёлтое платье, под стать её тёплым янтарным глазам одновременно выглядело чувственным и подчёркивало всю красоту её фигуры, вздымающаяся от потуг грудь поднималась и манила взгляд, а пухлые алые губки, приоткрытые сейчас, сводили с ума. И вся эта картина заставила меня отвлечься от тёмных мыслей, и я протянул ей руку и взялся за её бархатную ручку, остановив тем самым махания у своего лица. Она была сильно напряжена, и казалось, что вот-вот взорвётся, от переживаний и тревоги, которая наполняла её изнутри.

— Я здесь, Ана Мария, — я поднёс её ладошку к своему лицу и она начала приятно ощупывать его, — ты меня нашла, не говори, пожалуйста, никому, где я. Я хочу побыть один.

— Т-ты, ах ты! — она отняла руку от моего лица и влепила мне громкую пощёчину, а после ещё одну и ещё, — Вот тебе! Ах ты! Да чтоб тебя!

— Тише, девочка, тише… — я продолжил также мягко с ней говорить и нежно взял её за руки, а после подтянул к себе и мягко обнял, — Успокойся, не тревожься.

— Да как ты мог! Я, мы все так перепугались за тебя! — она попыталась отстраниться, но не смогла, поэтому стала стучать мне по груди кулачками, а после прижалась и стала плакать, — я подумала, что ты сбежал, что ты бросил нас всех и что тебя могли поймать и убить!

— Ты, правда, за меня переживала? — я обнимал эту обворожительную девушку, ощущая её тепло, я мягко и ласково приподнял лицо девушки вверх и посмотрел в её влажные глаза, — мне очень приятно, что ты за меня так переживаешь Ана Мария. Скажи, а чем я заслужил такое к себе отношение?

— А? Н-нет, всё не так! — она вырвалась из объятий, и сделал шаг назад, а затем как-то виновато добавила, — я… эм… я обязана тебе, за спасение, да, точно, за него. Ты спас меня и моего отца там, на Совете. Вот. А ещё ты Видящий и ты очень ценен. Понял?

— Хорошо-хорошо, Ана Мария, верю, — с улыбкой в голосе и на губах сказал я и снова взял её за руку, направляя, — вот, иди сюда, сядь на диван, если хочешь, составь мне компанию.

— Ах, — вздрогнула она от моей руки, — диван? Где? Тут очень темно, я ничего не вижу.

— Ну а я вижу, так что садись и давай поговорим немного, — я направлял её к дивану, а после усадил её, сев рядом с ней, — у меня тут где-то осталось немного вина, оно очень вкусное, хочешь попробовать?

— Михаэль, какое вино? Ты тут что пьёшь? — возмущённо ответила она, — хватит, я не буду вино, да и тебе его пить не следует. Ты ещё не восстановился после повреждений, твои действия не рациональны.

— Ну, я же русский, мы нерациональны в принципе. И ты права, тело всё ещё болит. Как и голова, особенно после того, как меня чуть не отправили на эшафот под предлогом переложить на мои плечи ответственность за все семьи, — обиженно пробубнил я и отвернулся от девушки, — я вообще не понимаю, о чëм они думали, когда обсуждали такое?

— Ну, тут ты немного прав, в своих рассуждениях, — виновато ответила она, — они малость перегнули палку, хотя отчасти идея была и не столь плохой.

— Мхммм, перегнули… — соглашаясь, кивнул я и улыбнулся, — а я поступил, как мальчишка, психанув и сбежав от туда…

— Хи-хи, да, ты всех удивил своей прытью, — тихонько захихикала она, — все только и успели рот открыть, а твои пятки уже сверкали за дверью. Ну, хоть я и не одобряю твой поступок, но могу понять тебя. Сначала Совет, потом ещё это… Я бы тоже была напугана.

— Ага… собрания, погони, избиение и нападения в Твери, затем погони и нападения в Риме, потом Совет, потом собрание, а теперь я тут… — я повернулся и посмотрел ей в её тёплые глаза, улыбнулся и продолжил, — прячусь от всего мира.

— Ты хочешь сказать, что тебя находили беды ещё в твоей стране? — она удивлённо подняла бровь и придвинулась ко мне, — а ты можешь рассказать мне об этом подробнее, я хочу узнать больше, может это будет важным для нас всех?

Я не стал сопротивляться и стал рассказывать всё, что случилось со мной с момента встречи с Феликсом в Ялте. Как медальон попал ко мне, как меня били, как гнались и искали меня, как я выживал в заброшенном дачном посёлке и как был у Феликса, а после о том, как я добирался до Совета в Риме. Она слушала меня внимательно глядя в мою сторону, а в процессе рассказа, я почувствовал, как она нежно взяла меня за руку и стала её легко поглаживать, утешая меня. Ещё она всё время задавала вопросы и уточняла мои слова, которые либо были ей не понятны, так как говорил я сейчас на испанском языке, неосознанно вкрапляя в речь русские слова, которые странно или не ясно звучали на её языке, либо нестыковки в моей истории. А я говорил и наслаждался обществом этой чудной, тёплой и очень живой девушки, я рассказывал все в деталях и старался, чтобы наше общение продлилось подольше, так как я думал, что как только я закончу, то она сразу же уйдёт. Но, увы, мой рассказ подошёл к концу и мы замолчали, а она с сочувствием в глазах, сжала мою руку сильнее.

— Мне жаль, что тебе столько всего выпало напути. Я многого не знала, — поджав губы, и с печальным вздохом сказала она, — знаешь, нам всегда и везде писали, что дар Видящего это именно благо и именно дар, но слушая тебя мне как-то видится, что это не совсем так.

— Мхм, всё так, и, увы, не всё что говорят или где-то пишут, правда, а зачастую это никак не соотносится с реальностью, — я положил свою ладонь на её руку, — ведь все ваши истории и записи относятся совершенно к другим годам и даже столетиям и не совсем подходят к нынешнему времени. А уж тем более все Видящие, о которых я читал, были совершенно разными, ведь так?

— Хммм, да, ты прав, это так. Все они были разными людьми, но у них всегда был один и тот же набор сил, если можно сказать, — она подняла голову и посмотрела прямо в мои глаза. Чем изрядно удивила меня, так как она ведь не видела ничего здесь, в отличие от меня, — а вот ты, наоборот сильно от всех отличаешься. Ведь помимо сил, что были у них, у тебя есть и другие силы, которых у них не было.

— Эммм… нууу, как бы, я не так и сильно от них отличаюсь, — стал отнекиваться я, так как ранее уже решил, что никому из людей из Совета, я доверять не хочу. И тем более такой сильной и очаровательной девушке. Она ведь тоже может и хорошо играть свою роль, — наверное главное моё отличие от них, это моя глупость и страх, которые преследуют меня всю дорогу до этого момента.

— Да? А по моему, ты мне не договариваешь о себе, Михаэль, и мне не совсем понятно почему, — она свела брови и сделала задумчивое лицо и начала рассуждать вслух, — ты явно отличаешься от всего того, что я знаю. Да у тебя есть все атрибуты и силы, как и у других Видящих, но ты показал и другие интересные возможности, о которых я и не догадывалась. Как ты говоришь на разных языках? А как ты понял, что на тебя нападут? А почему те люди из других семей тебя охраняли? И вообще, наконец, что ты сделал, чтобы помощница Дюпон отошла с твоей дороги? Я не понимаю, как это можно объяснить.

— Ну… я, правда, не знаю, почему и как я говорю. И как понимаю разные языки. А о нападении я понял по ауре человека. Да и с помощницей и семьями мне просто повезло. Ведь они услышали мои мольбы и стали мне помогать, — ну, не нужно было мне ей ничего говорить, я просто не хотел ещё раз вляпаться во что-то, чего не понимаю.

— О, я поняла. Ты мне не доверяешь, верно, Михаэль? — она отняла свою ручку из моей руки и с прищуром посмотрела в мою сторону, — ну я думаю твоё молчание — это лучшее подтверждение! Ну что же, я могу понять тебя, особенно после того, что ты мне сегодня уже рассказал. Что же, я не могу с этим ничего поделать видимо, и поэтому я думаю мне пора. Я постараюсь подольше никому ничего не говорить об этом месте, но и ты не мучай себя, ты тут уже три дня и, наверное, очень хочешь есть.

Я обалдело сидел, молчал и с досадой смотрел на неё, я боялся нарушить данное себе слово о неразглашении и недоверии семьям и Совету… Да я просто хотел выжить собственно, так как боялся того, что не переживу ещё одно дерьмо, которое кто-то закинет в вентилятор в моём присутствии и меня снова накроет им с головой. Я смотрел, как она на ощупь ищет выход из комнаты и не стал её мучать дальше. Я подошёл к ней, взял её за руку и, придерживая за талию, вывел к двери, из-за которой струился свет. А затем развернулся и пошёл обратно, а в спину мне ударил дневной свет.

Я всё ещё в обалдении сел на диван. Ну, ни хрена себе, я тут сижу уже три дня!? Ух ты! А есть то мне совсем не хочется, да и не болит у меня больше ничего. Хм, сюрпризы продолжаются, а хотя не совсем. Я ведь большую часть времени видимо проспал, так что ничего странного в этом нет. Ну, ладно-ладно, меня вновь посетила мысль о том, что я медленно, но верно превращаюсь в эдакого глазастого Супермена. Хм, а может, у меня таки будут лучи из глаз!? Ну, это хоть и подходит под мои таланты, но это всё же выдумка, да и не инопланетянин я всё-таки. Ладно, хватит мне развлекать свой больной и воспалённый мозг и нужно бы ещё подумать, что и как делать дальше. Я налил ещё вина, сделал глоток и, уставившись в одну точку на стене пред собой стал перебирать варианты, которые, как надеялся у меня есть сейчас и совсем не заметил, как меня унесло куда-то в высокие и далёкие дали в закоулках моего сознания.

Я сидел и смотрел на стену перед собой, но не видел её, меня окружал какой-то туман. Мне внутри стало очень легко и спокойно, я парил душой. Я сидел и кайфовал от того, что в моей голове было пусто и тихо. Я наслаждался тишиной и лёгкостью. У меня было такое ощущение, ну прямо как в детстве. Эта безграничная радость или просто дурманящий эйфория от того, что ты сейчас есть и тебе хорошо. Я таких ощущений и правда с детства не получал, это как ток по всему телу и внутри и снаружи, как что-то безудержное, сидящее в тебе и требующее выхода. Ммм, какое это наслаждение выпустить все эмоции, страхи и заботы и наслаждаться этим. В детстве у меня было также, если я смеялся, то это был безудержный хохот, если плакал, то горючими потоками слез, а если радовался, то это было безгранично и всеобъемлюще. Так сильно, что аж захватывало дух и держало, пока не выйдет полностью. Но со временем, я стал сдерживать все свои эмоции, чувства и желания и всё это окаменело внутри меня, и я стал заменять их социальными масками и стандартами поведения. Ведь всех нас этому учили и требовали это с нас в детстве. Быть хорошим, добрым, удобным, не проявлять ярких эмоций, контролировать себя. Ага, я тоже так думал, но это не контроль, это всё притворство и просто я закрыл пути для всего этого, ограничив себя во всех сферах жизни. Но сейчас сидя тут, в этом тумане, я чётко это вижу и понимаю. А самое главное я чувствую, как эти окаменелые чувства, эмоции и маски разбиваются внутри меня вдребезги, а туман растворяет их осколки во мне.

Вдруг я услышал детский смех, а затем услышал и нотки голоса. Это был маленький я, который весело хохотал и смеялся, так звонко и так заразительно. Я сидел, а из моих глаз текли горячие, липкие слезы счастья, от того, что боль, страхи и запреты растворялись внутри меня, от этого смеха, а на душе становилось тепло и уютно. Мой детский смех пропал и превратился в обеспокоенный голос мужчины, он что-то говорил мне, но я не мог разобрать.

— … ил… с… ря… е. — я напрягал слух, чтобы разобрать слова.

— … хаил… с… ë… в… е, — я, снова напрягся и услышал хлопок, а после звуки и свет нахлынули на меня со всех сторон.

— Михаил! Очнись, с тобой всё в порядке? — меня тряс за руку Феликс, он почему-то не стоял надо мной, а держал меня за руку, как-то снизу, — Ты меня слышишь, Михаил?

— Ммм… — я начал медленно и неохотно водить головой из стороны в сторону, зрение возвращалось и туман покидал меня, — Ч-что, где?

— Михаил, мальчик мой! Ты слышишь меня?! — Феликс тряс меня за руку и говорил с нарастающей тревогой в голосе, — что происходит, Михаил?! Что с тобой?!

— Ммм, Феликс? Чт… Аааа! — я со всего маху плюхнулся об пол задницей и резко пришёл в себя, — Балииин! Какого хрена!?

— Тише, тише, Михаил, сейчас, — Феликс помахал руками, и я почувствовал четыре сильных руки, которые взяли меня за плечи и руки и, приподняв, оттащили и усадили на диван, — ты в порядке? Как ты себя чувствуешь?

— Ммм? А да, немного отбил задницу, но в остальном в порядке, — я пребывал в небольшом шоке от случившегося и пока до конца не понимал, что только что произошло, — а как вы меня, нашли?

— Ну, всё просто, никто бы не смог не увидеть то, что происходило в этом доме в течение последнего часа, — Феликс был немного потрёпан, о чем говорили его всклокоченные волосы и испачканная одежда, — ну вот мы и устроили тотальный обыск, чтобы понять, что тут такое происходит и почему. Ну и нашли тебя, тут в таком состоянии.

— Эм… Да? А что тут происходило и что за состояние такое? — покрутил пальцем я вокруг, а затем заметил, что в дверной проём заглядывает ещё несколько голов людей и со страхом озираются, — ну чего опять случилось? Чего вы такие напуганные-то, в конце, концов? Я же просто сидел и видимо задремал, а потом ты меня разбудил, что не так-то опять?

— Ну, кхе-кхе, Михаил, всё немного сложнее, на самом деле, давай я пойду и успокою всех и мы тут немного поговорим. Хорошо? — я неуверенно кивнул, и он поднялся с дивана и пошёл к ожидающим в дверях людям.

Он что-то объяснял Лоренцо и Ане Марии, а они тут же переводили всем остальным его слова, но немного в другом виде. Я так понял, чтобы не было паники, что ли? Все стояли, пялясь на меня и недоумëнно кивали, а после пары, тройки вопросов начали покидать место моего пребывания. Ана Мария немного дольше задержалась в дверях, грустно и сочувствующе посмотрела на меня, помахала мне ручкой и тоже развернувшись, пошла за остальными. А Феликс протёр лоб платочком, нахмурился, что-то обдумывая, а затем, кивнув своим мыслям, подошёл и сел ко мне на диван. Не теряя времени, он начал рассказывать мне события последних дней, а именно пяти дней, с момента, как я выбежал из своей комнаты. Итак, после того инцидента они все знатно поругались как обычно переваливая вину друг на друга за случившееся, а также решили, что нужно меня найти, по добру по здорову, пока меня не нашли те, кто пытался меня ранее убить. Но все их попытки были тщетными, так как найти меня не смог никто. Они даже и не подозревали о том секретном, как выяснилось, крыле дома Лоренцо, в котором я сейчас сидел. Даже сам Лоренцо не знал о нём, так как на планах его нет. Так вот дни шли, меня не было, вестей о похожих людях тоже, все начали постепенно сплачиваться и находить консенсусы в своих различных точках зрения, так как мир в любом случае лучше войны. А примерно час или чуть больше назад дом Лоренцо начал сильно вибрировать и сотрясаться, а в помещениях начал появляться странный туман, который не выветривался и висел в воздухе. Сначала они подумали, что это атака, но после отмели эту идею. Никто не понимал, что происходит, и поэтому все начали искать место, в котором концентрация такого тумана была наиболее сильной, и таким образом Феликс нашёл моё убежище и собственно меня самого. По его словам я, сидя левитировал в двух метрах от пола, а вокруг меня было яркое сияние фиолетового цвета, которое отторгало от себя всё, что было рядом. Затем он с большим трудом добрался до меня, но не мог заставить меня прийти в себя и вот когда он уже совсем отчаялся, я постепенно начал реагировать на его слова и действия. А после всё внезапно прекратилось, и я шваркнулся об пол, чуть не придавив самого Феликса, своей тушкой.

— Ну, вот собственно и всё, Михаил, — он снова протёр лоб платком, посмотрел на меня умоляющим взглядом и изрёк, — знаешь, а ведь я испугался, когда ты убежал из комнаты. А сегодня я подумал, что всё, я окончательно тебя потерял. Так как, то, что тут происходило я толком и объяснить не могу, ни то, чтобы понять. Михаил, ты можешь сказать, что произошло?

— Эээ, нет, не могу, если честно, я сам ничего не понимаю. Но могу сказать, что я сейчас чувствую себя как никогда бодрым и здоровым, — я поднял руку и шутливо показал Феликсу бицепс, но округлил глаза, когда увидел, что моя одежда изорвана. А в местах прорех в ней виднелись мышцы, которых у меня ранее и не водилось вовсе, — Ммм… эээм… Феликс, со мной, конечно, всё в порядке. Однако скажи, я, что как-то изменился?

— Ну, хе-хе, ты всё ещё тот же Михаил, что и раньше, насколько я могу судить, говоря с тобой, — он неуверенно улыбнулся глядя на мою руку и ещё раз протёр лоб платочком, — но вот физически, да, ты изменился и в лучшую сторону, насколько я могу судить. Но мне сложно увидеть всё, так как тут очень темно и я толком тебя не вижу.

— О как?! — я начал ощупывать своё тело и то, что я нащупал меня одновременно и радовало и огорчало, так как моё тело реально изменилось, — ну, думаю, ты прав, Феликс, я и правда немного изменился внешне, но вот пока не уверен нравится ли мне это или нет.

— Кхм, что же, Михаил, тогда предлагаю нам выйти из этого подземелья и разобраться во всём вместе, если ты не против, — старик добродушно улыбнулся и начал вставать с дивана, — что-то я немного устал, да и перекусить после всего этого стресса, пережитого мной тоже не мешало бы.

— Это да, я согласен, перекусить бы мне сейчас тоже не помешало, — я встал за Феликсом и, помогая ему идти в темноте, пошёл на выход из моего убежища.

Глава 16

Мы шли по дворцу Лоренцо, Феликс следовал впереди меня и о чём-то рассуждал вслух. Он бормотал что-то на разные лады. Пока мы шли не встретили ни единой души, от чего у меня сложилось впечатление, что нас просто избегают и стараются не попадаться на глаза. В конце концов, мы пришли к комнате, которую ранее мне выделил Лоренцо и в которой я собственно ранее и приходил в себя после событий на Совете. Мне было в ней неуютно, и прежде чем я в неё зашёл я сделал секундную остановку, которую Феликс видимо, заметил, так как немного неуверенно улыбнулся мне и пошёл в ванную комнату. Он немного пробыл там, видимо приводя себя в порядок, а затем вышел, вытирая руки полотенцем, и стал пристально рассматривать меня вблизи. Он что-то бубнил и разглядывал в прорехах моего рубища, которое ранее было добротной домашней одеждой, моё тело. Он трогал, тыкал, щупал и щипал меня за разные места тела, а когда я возмущённо глянул на него, он с извиняющимися глазами пожал плечами, мол, простите, но это привычка, и, достав блокнот с ручкой начал что-то записывать, высчитывать и чертить. Я беззлобно хмыкнул и махнул на него рукой, а после открыл шкаф и достал из него сменную одежду и принялся её надевать.

— Ох, минуточку, Михаил, подожди! — подпрыгнул со стула и начал, махая руками протестовать Феликс, — не надо одевать эту одежду, подожди!

— Может мне и стриптиз вам станцевать тут, а? — я резко нырнул в футболку головой, а затем, надев рукава, одним резким движением натянул её на тело, — моя нынешняя одежда, как бы уже не совсем одежда.

— Не в этом дело, Михаил… Эх… Ну что же, я пытался, — он снова протёр лоб платочком и ехидно усмехнулся, — Михаил, не оставляй это рваньё на полу, положи его в корзину для белья, прислуга выкинет его позже.

— Ой, да я и не собирался… — я наклонился взять то, что раньше было одеждой, и услышал резкий хруст и треск, а затем резко выпрямился и посмотрел вниз, увидев, как с меня сползает рваная футболка, — нууу, я понял, почему не нужно её одевать было, я позже извинюсь перед Лоренцо, старик. Видимо моё тело действительно изменилось.

Я почесал в затылке с виноватым видом и пошлёпал в ванную, чтобы в душе смыть с себя последние пять дней, которые, как выяснилось ранее, я провёл в потайном помещении этого дворца. Да, душ подействовал отрезвляюще на меня, так как только стоя под горячими струями воды я начал осознавать и понимать, что со мной произошло. Получается, я без еды и воды, ну почти, хотя бутылка вина, я думаю, не считается, прожил где-то в подземелье, о котором никто ничего не знает пять дней. А затем меня так накрыло, что я взлетел в воздух и сидя на воздусях пускал туман и светился, как неоновая вывеска, а после моё тело изменилось. Хм… очередной сюр, вам так не кажется, уважаемый Михаил? Не кажется ли вам, что ваша кукуха покинула своё гнездо и пролетает сейчас не далеко от полян с галлюциногенными грибами? Нет? Не кажется? А вот очень на это похоже, я вам скажу. Да, то, что со мной определённо происходит, это очевидно, а вот что именно и что будет ещё или всё кончилось никто, увы, не знает. Эх, опять сам, всё сам, всё вот этими натруженными руками, ногами и тушкой, всё придётся проверять на практике. Я закончил мыться, выбрался из душа и обтираясь полотенцем, потопал в сторону зеркала. Привычно протёр его рукой, убрав запотелость, и вылупился в него, отправив челюсть на пол.

— Вааашу мамашу! — издал я охающий выкрик, — ты кто вообще такой!?

Напротив меня в зеркале стоял молодой человек с яркими фиолетовыми глазами, они лучились светом. Черты моего лица смутно угадывались, но вот всё остальное нет, на меня смотрело лицо голливудского актёра, ну не совсем конечно, учитывая, что я русский, а у нас нет такого масштабного поклонения этим ребятам, ну опять же я так думаю. Скажем так, что на меня смотрело лицо парня с обложки какого-то бьюти-журнала, но с моими чертами лица, я стал смотреть дальше и увидел, что я стал немного выше, то есть не мои стандартные метр семьдесят, а теперь примерно метр восемьдесят или чуть больше, странно, почему, я этого раньше не заметил… А вот дальше меня ждал подарок, которой хотят все холостые мужчины, ну опять же, я так думаю. Так вот этот подарок выглядел, как подтянутое, с подкаченными мышцами, тело бодибилдера. Почти, так как мышцы и пропорции выглядели обычными, скажу так, это было нормальное и не гипертрофированное тело качка, а такое себе атлетическое. Ну, мышц было чуть больше, чем у атлета, а в остальном, похоже. Ну и в завершении всего, вишенкой на торте стал мой маленький или точнее уже не маленький, приятель ниже пояса. Который хоть и был на месте, слава всему, но как-то выглядел и ощущался больше, чем я помнил.

— И ты туда же!? — хлопнул я по столешнице перед зеркалом рукой, а затем услышал нерешительный стук в дверь, — Да?

— Кхм, Михаил, у вас всё хорошо? Я тут услышал тревогу в твоём голосе и какой-то шум, — голос Феликса звучал настороженно и в нём слышались нотки любопытства, — может, тебе нужна помощь? Ну, или совет?

— Да ладно, Феликс, не томите, входите, вы же всё равно этого хотите, я прав? — я не стал сопротивляться любопытству старика и решил принять неизбежное, впустив его в ванную, может, хотя бы он мне что-то пояснит?

— Ну, ничего себе! — охнул Феликс, войдя в ванную и быстро прикрыв рукой вид на мои аргументы снизу, — кхм, Михаил, а ты очень здорово выглядишь, поздравляю с прекрасным телосложением тебя!

— Ага, точно, телосложение! Да как бы я выгляжу так, что только с модного журнала вышел, а до этого потратил жизнь на поддержание такой фигуры, ну и он! — я указал на своё причинное место руками, — он вырос! Ты понимаешь, он вырос, Карл!

— Кхем, ну что же, я вижу, тебе нечего стыдиться, Михаил, — Феликс отогнул ладошку немного в сторону и глянул туда, куда я показываю, — я бы даже сказал, что тебе теперь можно позавидовать, так сказать. Да и о каком Карле ты говоришь?

— Эм, — я удивился, но вспомнив про его возраст, махнул рукой, — да не важно, Феликс. Но теперь помимо всего прочего мне не во что одеться, ведь очевидно, что старая одежда мне не подойдёт.

— Эм, да, очевидно, — задумчиво буркнул старик, более не прикрывая глаза руками и нагло изучая моё новое тело. Но наткнувшись на мой озадаченный взгляд, смутился и изрёк, — кхм, я примерно понял твои пропорции и сейчас же схожу к Лоренцо, чтобы попросить одолжить немного одежды для тебя. Ну, а после мы найдём для тебя что-то более подходящее, а теперь хотя бы накинь полотенце и иди на кровать, подожди меня там. И ни в коем случае не выходи из комнаты. Так-с, мышцы стали больше, причём все его мышцы, даже интимные… хм, очень интересно…

Он ещё пару секунд осматривал меня с задумчивым видом, а после, кивнув своим мыслям, ушёл из ванной и комнаты, хлопнув дверью. Я выдохнул, поднял упавшее ранее на пол полотенце и отправился в комнату, чтобы переварить увиденное. Я шлёпал босыми ногами по полу в сторону кровати, как вдруг я услышал, что дверь кто-то открывает и с грохотом заходит ко мне. Я подумал, что это Феликс решил что-то уточнить и повернулся на звук, открыв рот, чтобы изречь, что-нибудь едкое. Но тут же замер с открытым ртом, так как увидел, что в комнату зашёл, увы, не Феликс, а горничная Лоренцо, которая ранее провожала меня в его кабинет для совещаний. Она увлечённо заталкивала в комнату тележку с чистящими средствами, швабрами и прочим, не глядя на меня. А как только затолкала, стала осматриваться по сторонам, ну а когда её взгляд упал на меня, она тоже замерла и распахнула глаза так, что я побоялся, что они тотчас же выпрыгнут из орбит. Она открыла рот от возмущения, а после резко закрыла его и зарделась краской. Я проследил за её взглядом, и понял, от чего её лицо залилось краской, а также что её взгляд стал, каким-то странно влажным и туманным. Я, не теряя времени, прикрыл объект её интереса. Но она стала блуждать взглядом по оставшимся открытыми участкам моего тела. Затем она облизнулась и всё-таки выдала немного растерянный, но уже не слишком возмущённый монолог на тему моего присутствия в чужой комнате и моего голого зада, которым в этом доме светить не полагается. Затем извинилась и кинула мне на кровать халат, а после с мечтательно-задумчивой улыбкой удалилась с тележкой восвояси.

Я немного постоял ещё некоторое время и потопал в сторону кровати снова, но с улыбкой школьника, которого чмокнула в щеку девочка интересующая его. Я взял халат, одел его и плюхнулся на кровать, устраиваясь поудобнее, новые габариты не сильно способствовали привычкам, которые у меня сложились с годами. Но всё же я нашёл удобное положение и расслабился довольно крякнув. Я пролежал так около получаса и ко мне в дверь кто-то начал настойчиво ломиться, стуча как ненормальный. Я, выдохнув с досадой, поднялся с кровати и прошёл к двери, а затем открыл её. За ней я увидел небольшую кучку людей, а передо мной оказался хозяин этого дворца, Лоренцо.

— Ох, боже мой! Михаил, это ты? — схватил меня за голову, положив мне руки на уши Лоренцо, — ох мальчик мой, да ты похорошел! А ну, впусти меня и мою команду!

— Х-хорошо, — я кивнул головой и отступил от двери на пару шагов, — Лоренцо, что это за люди и что ты тут делаешь?

— Ох, мой дорогой, Микель! Я узнал о твоей печальной истории от Феликса. И о твоём тяжком положения с одеждой. И не преминул позаботиться о тебе в лучших традициях моей Родины! — он выстроил в шеренгу делегацию людей с тканями, ножницами, иглами и другими штуками, — а именно, я вызвал своих личных портных. И теперь они сделают для тебя одежду в лучших традициях аристократического общества Рима! Ох, мой бог! И прикрой скорее свои genitali, пока я не упал в обморок от зависти! Господа, прошу к работе!

Он артистично выставил руку перед глазами, а дорогой рукой сделал отмашку своим портным, которые сразу же окружили меня и начали суетиться, делая замеры по всему моему телу. Я глянул вниз и увидел, что часть моего друга выглядывала из под халата, который оказался мне малым по длине. Поняв комичность ситуации, я сразу же закрыл его руками. Лоренцо позвонил в колокольчик, и как из воздуха в комнате появилась его женщина-дворецкий, а после пары фраз удалилась, но вскоре вернулась с двумя бокалами и бутылкой вина. Наполнила вином бокалы и отдала один в руки Лоренцо, а второй мне. И теперь пока ватага портных делала замеры, прикладывала ко мне ткани, раздевала меня и что-то записывала, восхищённо шепча и переговариваясь, мы распивали дивное вино и общались на отвлечённые темы. Ну, а когда мою руку стали разжимать и двигать в сторону открывая вид на мою «Статую Свободы» они разом охнули и начали замерять её габариты. На мои возмущения и попытки поколотить нарушителей моего спокойствия Лоренцо меня остановил и пояснил, что так необходимо, чтобы мои новые вещи нигде мне не жали и не натирали. В итоге мне пришлось смириться с положением и развести руки в стороны, давая им доступ ко всем деталям моего тела. А после они резко накинули халат обратно на меня и, кланяясь и улыбаясь, скрылись за дверью. Лоренцо кивнул им и сказал, что через час мне принесут одежду, и мы отправимся ужинать. А пока мне стоит отдохнуть и привести себя в порядок. Все удалились и оставили меня одного, ну а я немного поразмышляв, решил, что горячая вода вновь обеспечит мне немного спокойствия и снова отправился в душ, а после лёг и, укрывшись, задремал.

Обещанная одежда была передана мне той самой служанкой даже немного раньше срока. Она мне загадочно улыбалась и кидала неоднозначные взгляды на нижнюю часть моего халата, который я снова одел, прежде чем открыть дверь на стук. Я поблагодарил её, взял одежду и закрыл дверь, а после прошёл к большому зеркалу и стал одевать принесённую мне одежду. Хм, а эти итальянцы знают толк в одежде, вся она начиная от нижнего белья, до пиджака и даже носового платочка были не то чтобы удобными, они были обволакивающими и настолько мягкими, что я вообще не чувствовал что на мне сейчас что-то одето. Меня будто окутывали мягкостью и теплом, а движения абсолютно ничего не стесняли. Нууу, блин, круто, что тут скажешь! Я сделал пару резких и шутливых выпадов и, не рассчитав расстояние, пробил дыру в стене. Дыру! В стене! Нет, ну ты понял, да?! Рукой! Мхм, а потом понял, что сделал, так как рука налилась болью, и я начал ею резко махать и побежал в ванную, чтобы сунуть руку под холодную воду. Ну, блииин… что это за напасть со мной. Да, конечно, я должен радоваться, что стал физически сильнее и… хм… приятнее, но, как и почему?! В чем причина таких изменений и как это всё понимать? Мне было ясно одно, что это каким-то образом связано с медальоном и с моей силой Видящего, ну по другому и быть не может. Ага, спасибо, кэп! Но, как и почему, мне пока до сих пор не ясно. Пока я думал, боль утихла и, выключив воду, я услышал стук в дверь, это видимо пришли отвести меня на ужин. Я подошёл к двери и, поглядывая на стену, открыл дверь.

— До-добрый вечер, Михаил! — Вольдемар наметил поклон, — прошу тебя пройти на совместный ужин, тебя уже все ждут.

— О да, конечно, Вольдемар, с радостью, однако, не мог бы ты мне помочь? — я сдвинулся в сторону от двери и повернулся к дыре в стене лицом, указывая на неё рукой, — эм, я тут немного не рассчитал, кхм, себя и у меня возник некий казус. Видишь ли, я тут случайно стену задел, эм, стулом, пока переносил его, а стены тут очень тонкие и вот я случайно сделал небольшую дырочку в ней. Так вот, не мог бы ты сказать, как её починить, пожалуйста?

— А как, кхм, понятно, — отрезал дворецкий, подойдя к стене и внимательно её, осматривая, — что же, Михаил, не стоит беспокоиться, я всё передам Моник. О том, что нужно тут кое-что починить и уже к твоему приходу, этой дыры здесь не будет. И да, Михаил, прошу тебя, больше не надо, кхм, переносить тут стулья, знаешь ли, это довольно хлопотно и затратно, мы же не хотим причинять неудобств, человеку, который нас так радушно приютил, я ведь прав?

— Ах, да, конечно, Вольдемар, конечно-конечно! — замахал я руками, увидев его строгий взгляд, — это была разовая акция и больше такого не повторится, я обещаю, что больше кхм стулья и пальцем не трону.

— Вот и замечательно, — он окинул меня взглядом, чему-то своему кивнул и стал чеканить шаг на выход из комнаты, — Михаил, а тебе идёт твой новый имидж и внешний вид, ты стал более аристократичен и радуешь взгляд.

— Эм, да, спасибо, — снова глядя на себя в зеркало, буркнул я и поспешил за дворецким, — ещё бы знать, кому или чему я за это обязан.

— Ох, господа, мы все в сборе, — поднялся со стула Лоренцо, увидев меня, входящего в столовую, — что же предлагаю начать нашу трапезу, Моник?!

— Всем добрый вечер, господа, — я поздоровался и прошёл к свободному месту между Аной Марией и Феликсом, сел и положил ослепительно белую салфетку себе на ноги.

— Ого! А кто же это у нас тут такой красивый и статный, а? — голос подала Лилу Дюпон, облизав губы и стрельнув в меня глазками, — почему же вы раньше мне не показали этого симпатягу?

— Да, господа, кто этот молодой человек? — голос подал и Энрике Фернандес, отец Аны Марии, которая тоже озадаченно смотрела на меня, приподняв правую бровь, — кто этот молодой человек, Лоренцо, он твой особый гость?

— Да вы, что господа! Вы видимо ослепли? Скажите, вас ничто не смущает в этом молодом человеке? — он оглядел присутствующих и пощёлкал пальцами в воздухе, — разве вы ничего не замечаете?

— Ба-ха-ха! — громогласно засмеялся Лев Кондратов, тяжело приложив ладонь об стол так, что он задрожал, — Ну вы даёте! За что вы так над парнем?!

— Минуточку! Я не поняла, что тут смешного Лео? Почему ты смеёшься надо мной?! — с недоумением и вызовом зыркнула на него Лилу, — что смешного, в том, что я интересуюсь красавцами, а?

— Да, действительно, Лео, в чем дело? — Энрике тоже не понимал, что происходит и стал переводить взгляд от меня на Льва и Лилу, — я действительно не понимаю твоей шутки, ты, что знаешь этого парня?

— Подождите, — вдруг заговорила Ана Мария, нахмурившись, и начала разглядывать меня, — то есть вы хотите сказать, что это Михаэль? Но как?!

Все за столом резко замолчали, услышав слова Аны Марии и стали смотреть то на меня, то на Феликса, то на Лоренцо, не понимающими глазами. В их взглядах читалось недоверие и сомнение, а затем каждый начал выдавать едкие догадки о том, кто я и что со мной случилось за те пять дней, что меня не было. Более правдоподобное объяснение выдал Энрике, сказав, что мне сделали какую-то адски сложную и дорогую операцию по изменению внешности. Ну а самую, чудную, на мой взгляд, выдвинула Дюпон, пролепетав, что-то о похищении моей тушки в параллельный мир и заменой меня-плебея более красивым и умным вариантом. Ну а когда они закончили, то слово взял Феликс и вкратце обрисовал ситуацию с моим изменением. Он сделал логическое предположение, что таким образом медальон защищает меня от мира, а именно от нападок на мою жизнь. Изменение лица связано с тем, что меня уже все в Совете знают в лицо, а некоторые отдельные личности, он посмотрел на Дюпон, называют плебеем. Изменение моего тела, скорее всего, связаны с недавним покушением на меня. И видимо для моей защиты медальон дал мне больше сил. Ну и ещё о паре небольших изменений он прошёлся вскользь, на что я получил одобряющие улыбки присутствующих мужчин и не понимающие взгляды женщин. Он также припомнил мне то, что я пробил стену рукой не так давно в своей комнате. Блин, у них с Вольдемаром, что телепатия? Ну да ладно. А усиление цвета глаз и более яркое их сияние, видимо, связано с тем, что мои силы Видящего стали также сильнее и развились ещё больше, после чего он попросил меня снять линзы и продемонстрировать их всем присутствующим. И в общем итоге он заключил, что это поистине уникальная ситуация и опыт, так как ничего подобного ни в записях, ни в рассказах о таких как я, нигде не встречалось.

— А давайте мы его попытаем ещё немного, а? — рыжая бесовка не унималась и задорно глядя на меня, показала мне язык, — может он станет ещё сильнее и прочнее?

— Ни в коем случае, Лилу, этого нельзя делать! — чуть ли не выкрикнул Феликс, — мы не знаем природу этого изменения и что за этим может последовать! А вдруг он умрёт или потеряет рассудок? Или ещё чего хуже!

— Ну, я же просто предложила, уважаемый Феликс, не сердитесь на меня… — она скорчила грустную рожицу и потупила глазки.

— Михаэль, это правда ты? — пока все начали обмениваться мнениями, Ана Мария повернулась ко мне и начала шептать, — прости, я еле узнала тебя, ты так изменился и дело тут не во внешности, а в том, что я чувствую от тебя.

— Да, это я, всё так, — не стал я ломать комедию и подтвердил её догадки, — кое-что произошло, после твоего ухода, как видишь. И теперь я вот такой, но пока сам не привык к этому.

— Эм, да, после нашего разговора, я никому ничего не говорила, они сами тебя нашли, судя по всему, и ты знаешь, я очень рада, что с тобой всё в порядке, — она мягко улыбнулась мне, — ну ты же себя хорошо чувствуешь?

— Ах, да, спасибо, всё в порядке, я чувствую себя сносно, — я улыбнулся в ответ, — и да, огромное тебе спасибо, что никому обо мне не сказала, я очень признателен тебе за это.

— Михаил! — окликнул меня громогласно Лев, — Ты с нами? Ты согласен?

— Эм, простите, я немного отвлёкся, — я с трудом оторвал взгляд от собеседницы и посмотрел на Льва, — не могли бы вы повторить?

— Кхм… Раз уж Феликс утверждает, что ты стал сильнее. Ну, и как я вижу, ты немного раздался в плечах, а ещё и пробиваешь руками каменные стены, — он ехидно улыбнулся и подмигнул, — то я предлагаю тебе спарринг, я лично, да и все здесь хотим убедиться в этом.

— Д-да, Михаил, — подключился Феликс, — это действительно поможет нам разобраться во всём, что с тобой происходит, а заодно ты и сам сможешь понять и привыкнуть к своему телу.

— Эм, ну что же, вы уже сговорились, как я вижу, — я оглядел присутствующих и посмотрел на очень довольного Льва, — давайте попробуем, мне, честно и самому это интересно. Но я вас прошу не нужно перегибать палку, я ведь не боец. Я ни с кем не дрался с детства.

— О, не беспокойся парень, ты в надёжных руках! — ещё шире улыбнулся Лев и потёр руки, — Тогда через час в тренировочном зале, я жду тебя. Костюм для тренировки я тебе найду, так что жду тебя с нетерпением.

На этом мы и порешали, а после закончили ужин и отправились по комнатам. Вскоре ко мне в дверь кто-то постучался и им оказался здоровенный, как шкаф мужик, который кхекнул увидев меня, и протянул свёрток с одеждой, попросив меня переодеться и следовать за ним. Я сделал, так как он меня просил и уже через пять минут мы находились в просторном помещении, напоминающем мне спортзал в моей школе. Вокруг стояли лавочки, на которых сидели все действующие лица из Совета, там была и прислуга, а посередине стоял шестигранный ринг, на котором разминался какой-то мужичок примерно моего роста и комплекции. Лев увидев меня, подошёл, и предложил размяться. Я согласился и он объяснил, я как это сделать, а после, показывая на мужичка рассказал, что он бывший боец из спецназа, лучший в его команде рукопашник. Он также заверил меня, что пояснил ему, насколько я ценен и что это всего лишь тренировка, чтобы узнать мои текущие навыки боя. А после он подвёл меня к рингу, и я взобрался на него, встав напротив Сашки, как мне его представил Лев. Мы пожали друг другу руки, и он занял боевую стойку. А после начал прыжками и разворотами перемещаться вокруг меня. Я попытался тоже встать в стойку, такую, какую помнил с детства, не ну я, как и все ходил в спорт кружки и в самбо и карате, не долго, но ходил же.

Прозвенел гонг. И Сашка начал стремительно сближаться со мной, мгновение и я лежу на полу. Я встал, ещё гонг и снова через мгновение я лежал на полу. Нет-нет, всё было не так плохо, у меня ничего не болело, и я был в норме, но просто валялся, как неваляшка и всё тут. Я снова встал, вытер рот и почувствовал, что начинаю заводиться внутри. Секунда, вторая и я снова лежу. В это время я услышал, как мелкая Дюпон очень звонко смеётся и просит Сашку навалять мне так, чтобы я, наконец, не встал и с раздавленным ЧСВ снова уполз в ту пещеру, из которой выполз. Остальные просто безразлично смотрели на меня и общались между собой. Во мне начало разгораться пламя недовольства и злости на самого себя и на свою вечную беспомощность, на то, что всё, что я могу, так это получать люлей или бежать, так как не на что больше не способен. Я стиснул зубы и силясь доказать себе, ну и конечно всем остальным, что я не полное ничтожество, я остановил Александра и стал снимать линзы, которые до сих пор были на моих глазах. Избавившись от них, я снова встал напротив Александра и посмотрел на него, он усмехнулся и приподнял бровь, но не стал делать комментариев, а просто кивнул и плавно двинулся в мою сторону.

Секунда, я напрягся, ожидая падения, но открыл глаза и офигел, так как я видел все движения Александра в мою в сторону, как в замедленной съёмке. Точнее не его самого, а как бы его тень, которая постепенно замещалась им самим. Быстро сообразив, что я вижу то, что будет делать мой противник, я попытался поднырнуть в противоположную от его движения сторону и просто оттолкнуть его. И у меня получилось. Александр держась за грудь проскользил в противоположную от меня сторону, и остановился в паре метров от меня. Он с недоумением посмотрел на меня, снова приподняв бровь, а затем улыбнулся и рванул в мою сторону с ещё большей прытью. Я уходил в сторону каждый раз, когда он приближался ко мне на расстояние протянутой руки и уворачивался от его захватов, оказывается, он просто бросал меня ранее, игрался не более. Он остановился и немного отдышался, а после рванул снова и теперь начал наносить стремительные удары по мне. Увы, но отчасти из них я просто не мог увернуться, и они попадали точно по мне, но всё же не все и всё же они не были такими болючими, как я подумал ранее. Спарринг продолжался уже минут пятнадцать, а я ещё не упал на пол в поту и не молил о пощаде, что тоже придало мне бодрости и сил. Ну, где же это видано, чтобы я так активно прыгал и приседал тут и до сих пор чувствовал себя хорошо? Да нигде. Я пропустил очередной удар и отшатнулся назад. Мой противник не стал мешкать и тут же нанёс прямой удар мне в челюсть, от чего она слегка щёлкнула, и я по инерции скосил голову вправо, что помогло мне увернуться от второго удара слева. А после я присел и прыгнул в сторону Александра пытаясь сделать ему захват за пояс. Что тоже у меня получилось и я, крутанувшись, сделал бросок. Раздался грохот и в этот раз я стоял на ногах, а мой соперник лежал на полу. Он резко подскочил и сделал мне подсечку ногой, но я удержался и нанёс ему прямой удар в область головы. Удар и мой противник снова падает. Я снова приготовился отбивать атаки, но атаки не последовали, Александр лежал на полу и не двигался.

Так прошло ещё пару секунд, после чего он резко открыл глаза и сел. Помотав головой, он сориентировался и протянул мне руку, я подтянул его с недоверием, а когда он оказался на ногах, то, не отпуская моей руки, крепко пожал её с доброй улыбкой и похлопал по плечу. А после стал потирать место удара на лице и молча вышел с ринга, что-то отпальцевав Льву.

— Вооот! Вот о чем я вам говорил, господа! Вот он, во всей своей красе, вот это боец! — громогласным возгласом пробасил Лев, взбираясь на ринг и поднимая мою руку вверх.

Глава 17

— Ха? Я что ли победил, Лев? — озадаченно я посмотрел на него, всё ещё в запале боя, — Это же был просто спарринг, дружеский же?

— Оххо! Паря, если это был спарринг, то я, наверное, просто уличный драчун, который только и умеет, что мелочь по карманам тырить! — он глянул на меня и расхохотался, — ха-ха-ха! Да ты уделал моего самого опытного бойца даже просто тем, что простоял с ним почти двадцать минут! А потом ещё и нокаутировал его! Ты молодец, ты заслужил моё уважение, паря!

— А ты умеешь удивлять, Михаил, — кивнул мне с импровизированной трибуны Феликс, снова протираю платочком лоб, — я и не знал, что ты на такое способен, но выглядело это очень интригующе.

— Ну же давайте искупаем нашего Мишутку в овациях, а?! Похлопайте ему! — из зала донеслись хлопки, а Лев продолжил, — ну а теперь давайте, приводи себя в порядок, в душ там сходи или ещё что, а после мы идём праздновать, понял!?

Я кивнул, немного приходя в себя. И тут меня накрыло откатом и какой-то странной радостью и эйфорией. Тело болело, тянуло и ломало после столь напряжённой схватки, которой доселе у меня никогда не было в жизни. Но я был в восторге от того, что я смог и доказал в первую очередь себе, что я не просто очередной комар на лобовом стекле машины, а что я чего-то стою. А ещё что я могу дать отпор, юхху! Я поднял голову выше и бодрой, но прихрамывающей походкой пошёл в сторону собравшихся зрителей моего боя. Я спустился с ринга и чувствовал как гордость и радость меня распирают, а боль тихонько отползает в сторону и уступает место эндорфинам в моей голове. Я улыбался и кивал на похвалу и хлопки по плечам, мне было безумно радостно за себя, а люди вокруг только подпитывали это состояние. Вот Ана Мария поздравила меня с победой и застенчиво улыбнулась, а вот вечная заноза в моей заднице Дюпон что-то неохотно пробурчала в знак того, что впечатлена мной. Я видел сдержанные кивки дворецких и прислуги, а ещё восторженные глаза одной симпатичной служанки, которая всюду меня сопровождала. Это было классно, и я сейчас был готов покорить весь мир. И в этом приподнятом и восторженном состоянии я попрощался со всеми и двинулся обратно к себе в комнату. А та служанка быстро подобралась и поспешила ко мне и, взяв меня под плечо, зашагала со мной в ногу. Я попытался сбросить с неё руку, но она как-то случайно скользнула на её упругую попку. Девушка слегка вздрогнула, но больше ничего не сделала, а продолжила идти, как ни в чем не бывало, усилив влияние бёдрами на ходу.

Мы дошли до моей комнаты, я убрал руку с её упругого бёдра, и она тотчас куда-то заторопилась и, не успев сказать ей ни слова, я уже провожал её взглядом вдоль коридора. Эххх… вот и чего я такой не решительный, а? Сейчас бы можно было что-то и придумать для нас двоих, но, увы, она уже сбежала. Я, не теряя настроя, но слегка с грустью выдохнув, зашёл в комнату и стал снимать с себя одежду, собрав её и кинув в уже пустую корзину для белья. Заходя в ванную, я ещё раз подошёл к зеркалу и начал рассматривать своё обновлённое тело. Мдааа, приятно, черт возьми! Я такой рельефный и подтянутый, эх, вот бы так всю жизнь у меня было, не было бы у меня отбоя от дам, это сто процентов! Я подмигнул себе в зеркале и, включив душ, зашёл в него и начал мылить своё тело, смывая с себя пот и небольшие капли крови на ссадинах.

Я мирно мыл своё тело, как вдруг вздрогнул, почувствовав, как что-то мягкое и упругое упëрлось в мою спину, когда я намылил голову. А после что-то начало скользить по моему телу и плавно перемещаться в область паха. Я быстро омыл голову и лицо и открыл глаза, повернувшись назад. И о чудо, передо мной, заключив меня в объятия, стояла та самая служанка полностью голая и прижималась ко мне своей грудью. Она что-то тихонько мурлыкала, исследуя моё тело своими руками. Я развернулся и не преминул обхватить её миниатюрное и подтянутое тело и посмотрел в её зелёные глаза. Её слегка затуманенный взгляд с пляшущими в нём чёртиками дал понять, что девушка настроена очень игриво и просто жаждет провести со мной время в душе. Я не стал обманывать себя и противиться своим бьющим через край желаниям. Прижал её к себе сильнее, поспешив наклониться и поцеловать её в слегка приоткрытые пухлые губки. Она страстно ответила на мои прикосновения и впилась в ответ в мои губы. А после нащупала моего уже изрядно подросшего дружка и стала тереть и гладить его своими нежными и проворными ручками. Я тоже не остался в долгу и, развернув её к стене, ухватил за грудь и уже влажные от страсти нижние губы и начал медленно и ласково массировать их. Она извивалась и дрожала в моих руках, продолжая ласкать меня руками за спиной, а после выгнулась вперёд, оттопырив попку ближе ко мне, и просунула моего уже готового к атаке бойца в себя. Я медленно, но неуклонно проникал в её лоно, продолжая ласкать её грудь и животик. Она, издавая протяжные и очень эротичные стоны, двигалась мне, навстречу обвивая мою голову и торс позади себя. А как только я вошёл ещё глубже, она упёрлась руками в стену и стала двигать бёдрами так интенсивно и технично, что я на миг впал в какое-то безумие и, обхватив её за талию, стал входить в неё всё быстрее и быстрее. Мы любили друг друга под струями тёплой воды струящейся на наши тела из душа, я исследовал её тело руками, а она с силой отдавалась мне, издавая мягкие и манящие стоны. Она вскружила мне голову своей страстью, и я развернул её к себе лицом, приподнял на руки, и сладко поцеловав её в пухлые и горячие губы, снова вошёл в неё, под её протяжный и манящий стон. Она царапала мою спину и что-то не совсем членораздельно выдыхала мне в ухо, а я продолжал брать её с всё усиливающимся желанием и страстью, пока её ноги не начали трястись и она, как подкошенная, повисла на моих руках, шепча и бормоча, что-то себе под нос. Я чувствовал её судороги, находясь внутри неё, она закатила глаза и крепче вцепилась в меня и снова впилась в мои губы, а после снова начала интенсивно двигать бёдрами. Её глаза умоляли продолжать. Она обхватила меня ногами и ещё сильнее прижалась ко мне и снова и снова целовала и что-то шептала, как в бреду. Мы продолжали игры в душе, пока я окончательно не выдохся и уже не мог сдерживать себя, чтобы не взорваться. Я попытался выйти из неё. Но её настойчивая хватка не позволила мне сделать этого и я, опершись на стену руками, и прижимая девушку к себе, разразился прямо внутри её лона, протяжным и долгим выдохом. Она снова втиснула меня в себя ещё сильнее, будто бы боясь выпустить из себя хотя бы каплю моего семени и стала нежно гладить моя спину и осыпать мое лицо горячими поцелуями. А после того, как мы оба отдышались, она слезла с меня и, отодвинув к стене, подальше от струй воды из душа, начала очень эротично приводить себя в порядок, пока я наблюдал за ней в оба глаза. А после она, проходя мимо меня, прижалась ко мне, потёрла моего бойца, нежно поцеловала в губы и с очень довольной улыбкой и виляющей попкой пошла в комнату. Я улыбнулся этой занимательной картине и, выдохнув остатки приятной усталости, закончил водные процедуры и вышел из ванной комнаты. Увы, но след служанки уже остыл, и я остался в комнате один. Я плюхнулся на кровать и, потянувшись, расслабил своё немного уставшее, но такое уже совсем лёгкое тело. Мне было хорошо, во-первых от того, что я ранее выиграл в поединке, а ещё от недавних водных процедур с той симпатичной горничной. Я перевернулся на бок и с лёгким выдохом решил немного полежать.

Мне казалось, что я пролежал так всего пять минут, когда вдруг за дверью раздались шаги и кто-то мощно постучал в дверь. Я открыл глаза и, потянувшись, выругался, так как за окном уже был вечер и видимо я просто отрубился и продрых несколько часов. А после встал и начал искать одежду.

— Эй, Сова, выходи! — раздался громогласный голос Льва, который сложно перепутать с кем-то иным, — медведь пришёл! Нам пора отметить твою победу! Одевайся и выходи, я жду тебя у дверей.

— Хорошо, минуту, — я нашёл вещи на кресле и стал одеваться, — Лев, скажи, а что ты имеешь в виду под словами отмечать? Ты хочешь выпить или что-то другое?

— Ха-ха, не так быстро, паря! Выходи и всё сам узнаешь. Всё равно в этом чересчур богатой помойке нечем заняться, я заскучал, а тут у нас и повод есть!

— Эм, хорошо!? — я оделся и вышел за дверь, за которой обнаружил Льва, одетого в официальный дорогой костюм, — так куда мы направляемся?

— Тише-тише, мой прыткий друг. Пойдём со мной, и ты всё узнаешь сам, — ко Льву подбежал, какой-то человек и что-то отрапортовал. Он тоже был в костюме, но по его виду киношного охранника мне стало ясно, что это наш сегодняшний эскорт, — кхм, ну вот и прекрасно, наш транспорт готов. А теперь, шагом марш, раз-два, топай за мной, паря!

— Так точно, мой генерал! — шутливо козырнул я, приложив руку на голову, на вид головного убора и двинулся за Львом и его человеком.

Лев одобрительно хмыкнул и пожурил меня пальцем, но после хохотнул, подтолкнул меня в сторону коридора и мы пошли. По пути из особняка к нам примкнуло ещё около двадцати человек, включая семьи Дюпон и Фернандес, со своими свитами. А ещё вездесущий Лоренцо, который шутливо поклонился при виде нашей процессии и двинулся, замыкая нашу колонну. Я шёл и искал взглядом Ану Марию, но, увы, её не оказалось в нашей компании. Мы вышли через парадные двери и сели в выстроенные в ряд микроавтобусы. Меня посадили в центральный минивэн, со Львом, и другими его бойцами и мы отправились в путь. Пока мы ехали, то никто ничего не говорил, мы сидели в тишине и я поинтересовался, будет ли с нами Феликс и его команда, так как я ранее не заметил его, когда мы садились в транспорт. Но как оказалось сегодня меня передали на попечение трём самым сильным семьям Совета, которые полностью отвечали за мою безопасность на вечер. Ну, а старик уже не молод, поэтому остался в особняке Лоренцо пить ромашку и закидываться колёсами для хорошего стула на утро. Я хохотнул, успокоился и откинулся на сиденье, став любоваться пейзажами вечернего Рима в окне авто.

Прошло какое-то время и мы остановились напротив огроменного особняка, который с виду был в два, а то и в три раза больше, чем дворец Лоренцо, у авто открыли дверь и сначала из неё вышел Лев и оглядевшись махнул мне рукой, чтобы я тоже выходил. Я поторопился и покинул транспорт на ходу благодаря водителя за мягкую дорогу и встал рядом со Львом, оглядывая выходящих из своего транспорта людей. На миг, мне показалось, что я увидел вспышку алого цвета, но как оказалось, это был не алый цвет ауры. Это был цвет рассвета в жаркое южное утро. А когда я сморгнул, то моему взору предстала наикрасивейшая картина в виде молодой, стройной и очень чувственной девушки одетой в длинное, облегающее платье золотого цвета, под стать её волосам с тёплыми и янтарными глазами и обворожительной улыбкой. Я оторопел и потерял дар речи, от этой изумительной картины. Право слово, хоть слюна не пошла, и на этом спасибо.

— Кхк, — я почувствовал лёгкий тычок локтём в поддых и резко глянул на впереди стоящего Льва, — что за? За что Лев?

— Хе-хе! Смотри штаны не порви, герой! — ехидно усмехнулся он и кивнул на девушку, — того и гляди у тебя слюни потекут, от вида этой малышки! Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понять, что ты по уши в неё втрескался! Но, ты смотри аккуратнее с ней, папашка её очень строгих правил, а ещё у него очень горячий нрав и если ты что не так сделаешь, или скажешь, или не дай Бог оскорбишь, или что-то подобное выкинешь, то боюсь, тебе уже никто не поможет, паря. Тебя выпотрошат и высушат, помяни моё слово.

— Ого, а с виду Энрике такой добрый дядька вроде, — я сглотнул и переместил взгляд на Энрике, который вился вокруг своей дочери и, хлопоча вокруг неё, что-то говорил о её красоте и прочем, — так и не скажешь, что он такой кровожадный.

— Хех, ты просто ещё не так много повидал на своём веку, — как-то печально усмехнулся он и я понял, что у него очень тяжёлая печаль на сердце, — ты и не знаешь, как это, терять родных и любимых тебе людей, а особенно детей.

— Добрый вечер, Михаэль, — поздоровалась подошедшая Ана Мария, протянув мне изящную ручку для поцелуя, — ты очень хорошо выглядишь сегодня, ты смог отдохнуть после боя?

— Ох, Ана Мария, да я и в подмётки не гожусь тому, как шикарно и сногсшибательно выглядишь ты, — я нежно взял её за ручку и поцеловал её. А после поднял глаза и посмотрел на её милое личико, — ммм… да, благодарю за беспокойство, я смог немного поспать после боя, и теперь бодр и полон сил.

— Это звучит многообещающе, Михаэль, силы тебе сегодня понадобятся, уверяю тебя, — она загадочно улыбнулась, мотнула возле меня своими золотыми волосами, обдав меня пьянящим ароматом луговых трав, и грациозно зашагала вслед за своим отцом, — и благодарю тебя за комплимент, Михаэль, мне очень приятно было его услышать от тебя.

— Эй-эй-эй, паря, а ну возьми себя в руки! — хлопнул меня по спине Лев, своей лопатообразной рукой, — не раскисай, давай уже соберись, а то похож на кисель, при виде этой малышки. Ты чего? Нам ещё праздновать надо, а ты уже как сопля на ветру болтаешься!

— Эхххеееммм, — мечтающе выдохнул я, глядя в след, обернувшейся и улыбнувшейся мне Аны Марии, — ну, эм, я не встречал раньше таких вот девушек и каждый раз, когда я её вижу, то мои мысли начинают путаться, и я чувствую себя пятилетним мальчишкой, который только что увидел бескрайнее синее море.

— Охохох, паря, а ну притормози коней! — хлопнул он меня ещё раз по спине, — да ты, реально, втрескался в эту малышку по уши, я был прав?! Ох, да конечно, я был прав! Только смотри мне никаких тебе поматросил и бросил, понял! Я знаю её ещё с пелёнок, и любому кто её обидит голову, лично, отверну и на кол посажу, понял?!

— Да фу на тебя, Лев! Чего сразу втрескался? Ну да, красивая она, вся такая элегантная и нежная. А я кто? Я жеж просто обычный парень из глубинки, которому до неё как до Луны пешком, — с печалью в голосе сказал я, — так что я никаких надежд не питаю, а просто наслаждаюсь тем, что нахожусь в её окружении и могу хотя бы изредка видеть её и быть с не рядом. Да и тем более, судя по всему, она знаменита и из знатного рода и её отец будет не рад пополнить семейное древо дворнягой вроде меня.

— Му-ха-ха-ха! Да ты по уши увяз в её маленькой попке! — загоготал Лев, держась за живот, положил мне руку на плечо и, вытирая слезы из глаз изрёк, — кхм, послушай паря, я дам тебе один простой совет и на этом мы закончим эту дискуссию, хорошо? Так вот, ты мужик или где? Возьми свои яйчишки в кулачок, паря! Подойди к ней и возьми её себе, так как умеешь, как можешь. Если она пошлёт тебя, то ты просто не будешь ходить за ней хвостом и найдёшь себе бабу нормальную. Да вон, хоть Машку из моей семьи, она баба шикарная, огонь просто. А если нет, то действуй дальше и добивайся еë, как мужик. А то ходишь и сопли на кулак мотаешь тут, вздыхая и томно глядя ей в след. Противно, ей Богу, ты же нормальный мужик, а не тряпка половая.

— Эм, спасибо, наверное, я подумаю, — продолжал я мечтательно смотреть в след это шикарной девушки и витать в облаках.

— Да что тут думать, а? — он обхватил меня за плечи и двинулся со мной в охапке к входу в здание, — вот тебе мой пример, паря! Я вот как свою жену увидел, сразу понял, всё, писец ко мне пришёл, вот мой предел мечтаний! Я подкатил к ней и так смачно ухватил её за упругий зад, что аж пальцы заболели, а после получил два мощных хука в челюсть и прямой удар с ноги по бубенцам. Но! Уже в ту же ночь мы громили в страсти её спальню и кровать, кувыркаясь в одной гостишке в Сибири. Так что я знаю, о чëм я говорю. Иди и возьми её, а если не выйдет, то хер с ней иди и бери следующую! Ну, всё пошли.

И он держа меня за плечи своей рукой пошёл в красивый, хм, наверное это был дворец, но прям очень огромный. Мы подходили ближе, ну как подходили, Лев шёл, а я почти весел в воздухе просто перебирал ногами, едва касаясь земли. Ещё ближе к входу мы ступили на красную дорожку, и Лев поставил меня на ноги и дружелюбным шлепком его руки отправил меня вслед за остальными входившими в здание людьми, с которыми мы приехали. Я шёл и озирался по сторонам, смотря то на различные предметы искусства, то на людей, а то просто по сторонам, так как в толпе, я ещё с дороги к Совету о ней не забыл, не было ничего хорошего. Но, ни моя интуиция, ни моё предчувствие, короче ни один из тех сил Видящего ничего мне не говорили. Поэтому я топал и обдумывал слова Льва, да и просто то, что я сейчас здесь, не зная где и не зная зачем, кроме размытого пояснения, о том, что мы будем праздновать. Было бы что, собственно. Нет, я конечно горд и рад тому, что победил Александра, но я уверен, что он бился не серьёзно, да и поводом для праздника моя победа была притянута за уши. Ну что же, это значит только одно, либо мы просто все отдыхаем и расслабляемся, либо меня снова играют в тёмную и мне нужно держать ушки на макушке. Что же, лично я склонен верить во второй вариант больше, чем в первый, да хотя бы потому, что он более правдоподобен. Видите ли, мои сопровождающие это никто иные, как богатейшие в мире представители своих стран и наций, как я уже успел понять, и им, как и любому здравомыслящему человеку нужен как минимум веский повод, чтобы потратить свои деньги, ну или просто отправиться куда-то в свет. Так что я очень и очень смутно верю в то, что они вот так вот просто решили отметить мою победу в поединке, и всё тут.

Ну и конечно подтверждением моих слов стало то, что как только первые лица семей Совета вошли в здание, то их тут же облепили папарацци и прочие представители прессы, чтобы сфоткать их и задать несколько вопросов. Эх… ну а чего ещё я хотел, они, наверное, все как минимум на высших позициях журналов типа Форбс, ну а кто я? А я просто какой-то странноватый и нищий паренёк, который проходил мимо. Мхм, а кто ж я ещё… Ну, ладно, шут с ними, с мыслями, что-то весь мой запал куда-то испарился, а у меня и без него как-то сразу упало настроение. Я топал к входу витая в грустных мыслях, а затем меня резко так остановили и ухватили за шиворот. Приподняли и оттащили чуть в сторону. А после встряхнули и поставили на землю. Я поднял глаза и на меня сверху вниз смотрел какой-то огромный мордоворот с квадратной челюстью, которую он выпятил вперёд и, набычившись, начал мне что-то втирать. Что-то о том, что это место для элиты общества. Что я безродная дворняга, которой тут нет места и вообще я тут никому такой не нужен. Поэтому мне надо взять ноги в руки и катиться подальше от этого престижного дома с его уважаемым хозяином по добру, по здорову, пока я ещё могу пересчитать свои кости.

Ну вот, что за напасть такая? Мне и без этого бугая на душе тошно, а тут ещё он взял и прошёлся по мне как серпом по яйкам, припомнив что-то очень не хорошее и оскорбительное касающееся моей горячо любимой мамы. Поэтому я ничтоже сумяшися демонстративно вынул свои линзы, глянул на него и со всей своей печали и злости на этого крикливого мудака, и припечатал свой кулак в его квадратную рожу. Он охнул и тотчас же опрокинулся на землю, без признаков жизни. Уххх, надеюсь, я его не прибил часом? А то как-то чья-то смерть от моих рук не входила в мои планы на эту жизнь. Я попинал бугая по ноге, и он медленно пошевелился. Но на этом дело, увы, не закончилось, так как буквально через несколько секунд из толпы раздались охи и вздохи и даже какая-то расфуфыренная дама начала кричать о том, что тут кого-то убили и звать на помощь. А я развернулся и, свесив голову, медленно пошёл в обратном направлении от этого огромного особняка на парковку, на которую мы не так давно приехали.

У меня на душе стало так гадко и противно от меня же самого, что я начал всё сильнее и сильнее закипать внутри. Я злился на себя за то, что вместо того, чтобы сначала что-то объяснить этому амбалу, я просто вырубил его, причинив вреда не только ему, но и видимо хозяину этого дома, да и своим спутникам тоже, ведь теперь, наверное, им придётся отдуваться за мою выходку. И накой хрен я это сделал? Ведь раньше я себя так не вёл, я всегда был спокоен и сосредоточен, что же изменилось? И тут в моей голове всплыл момент, когда я видел себя в детстве. Тогда, когда я не держал эмоции и чувства под постоянным и тотальным контролем, а выпускал их из себя все и сразу. Ну, теперь хотя бы понятно, что эти мои эмоции, которые я никогда не выпускал, начали волшебным образом прорываться из меня в мир. Ну что же, Миха, добро пожаловать в твой новый мир, тебя тут все так ждали, хех!

За спиной раздался топот ног, а за ним последовал громкий и угрожающий окрик. Я остановился по его требованию и развернулся. Передо мной стояла группа очень хорошо сложенных ребят, которые как-то слишком злобно и ненавидящи, глядели на меня. Я выдохнул и сделал примирительный, как мне казалось жест, руками приподняв их. Но, видимо не поняв меня или просто наплевав на всё, они резко сорвались с места, как охотничьи псы и кинулись на меня. Видя это внутри меня будто что-то щёлкнуло, и по телу разошлась волна огня, которая захлестнула меня с головой. Я стиснул зубы до скрежета от гнева, который накатил на меня и двинулся в сторону нападавших. Я перехватил руку первого попавшегося и просто вывернул её с хрустом так, что из его руки вывалилась дубинка, которой он хотел нанести мне удар. Затем я резко пнул в живот ещё одного обидчика, что прыгнул на меня справа, удар получился смазанным, но я смог повалить его на землю. Чувства отключились, а на их место пришла злость и ярость, которые били из меня во все стороны. Я перестал думать и церемониться с нападавшими, хватая их, за что угодно и нанося им травмы. Одному я сломал руку, другому ногу, кому-то свернул челюсть, я получал удары и бил в ответ. Я не чувствовал боли укутавшись в кокон злости и адреналина. Был слышен иностранный мат, хруст и крики, но я уже не разбирал их, а просто бил в ответ и отмахивался от очередного удара. А когда меня перестали бить, я огляделся и отступил назад, мотая головой. Передо мной на земле лежало около десяти тел. Кто-то в позе эмбриона, а кто-то просто без сознания раскинув руки или ноги в стороны. Я попятился назад и плюхнулся на землю задом. Поднял руки и увидел, что они трясутся и покрыты кровью и ссадинами. А через несколько секунд я почувствовал, что меня тоже трясёт и, обхватив колени, я попытался вернуться из этой пропасти зла и гнева.

— Какого хр… Евпатий-Коловрат! Да что тут случилось?! — раздался зычный голос и топот ног, приближающийся со стороны особняка, — Мишаня, это ты? С тобой всё хорошо?

— Вы-вы-вызови скорую, Лев, пж-пожалуйста, — я сидел, обняв колени, и пытался унять дрожь в теле, — н-н-не для меня, для н-них.

— Погоди, паря, ты чего? Что случилось-то? Где нападавший? — Лев и его бойцы стояли на месте происшествия и оглядывались лежавших на земле людей, Лев склонился надо мной и схватил за плечи и начал трясти меня, — Мишаня! Миха! Да посмотри ты на меня! Что случилось, говори скорее?! Куда он побежал?!

— Н-никуда, он тут, — я поднял свои глаза и посмотрел на Льва, а тот резко отпрянул от меня назад и принял оборонительную стойку, — т-тут я. Никуда не ух-ух-ухожу.

— Мать твою! Кхм! Так, хех, подожди-ка, это что ли ты их так отрихтовал?! — с недоумением возгласил Лев и стал вертеть головой от меня к людям на земле и обратно, — так, стоп, хер с ним! Пашка, вызывай скорые, не одну и не две, пусть сюда машин пять едут, скажи, что тут была массовая драка с эмигрантами, ну или ещё какую-то херню придумай, чему тут итальянцы верят, но не говори, что драка с русскими была, они на нас ментов натравят, замучимся отбиваться! Остальные оказать первую помощь тем, кто на земле! Машуля, дуй ко мне и осмотри Мишаню! Все всё поняли?! А ну попрыгали!

Бойцы Льва засуетились вокруг, а он меня грубо взял за руку и оттащил к ближайшей скамье и силой усадил на неё. Он встал рядом и стал смотреть на работу его людей. Через пару мгновений передо мной появилась та самая Маша и откинула меня на спинку скамьи и начала осматривать моё тело. Но так как меня трясло, она недолго думая глянула мне в глаза и крепко обняв, прижалась ко мне губами, слившись со мной во влажном поцелуе. Я, конечно, опешил, но не сопротивлялся, так как на меня это резко отрезвило и я, выдохнув, обмяк на скамье, а Маша с довольным хмыком продолжила осмотр моей тушки. Она осмотрела мою голову, поцокала языком и показала мне два пальца перед глазами, я в ответном жесте показал ей два пальца, а она кивнула и ухватила меня за руку и с недовольным видом достала аптечку и начала обрабатывать ссадины и раны. Спустя примерно полчаса к нам приехали кареты скорой помощи, и оттуда хлынул медперсонал, который споро начал слушать отчёт о первой помощи от бойцов Льва и осматривать пострадавших. Один врач, было, ринулся ко мне, но ему перегородил дорогу Лев и указал на людей на земле и врач ушёл в указанном направлении. А затем они погрузили всех в машины и с сиренами уехали восвояси. А Лев очень хмуро посмотрел на меня и сел рядом, подозвав Машу к себе. Она вытянулась по струнке и отрапортовала, указывая на меня рукой.

— С ним практически всё в порядке, есть множественные синяки и ушибы на теле, разбиты руки, несколько кровоточащих ссадин на голове, но ни сотрясения, ни пробития черепа нет, всё обработано мной, — Лев махнул рукой и она, кивнув, отошла к остальным его бойцам.

— Итак, Михаил, а теперь говори, что тут случилось, всё как есть, ничего не скрывая!

— Эх, это просто недоразумение, Лев. Я никого не хотел обижать и шёл в тот дом за всеми, — начал я краткий пересказ произошедшего, — но затем меня из толпы выхватил за шкирку охранник и оттащил в сторону, начал мне сильно грубить и называть шавкой. А после стал потешаться над моей мамой и я не стерпел и ударил его, а он взял и отключился.

— Хм, тааак, а что потом?!

— А потом я психанул, развернулся и пошёл на парковку, куда нас ранее всех привезли, дошёл сюда, меня окликнули. Я встал, развернулся к ним и начал поднимать руки, а они резко начали нападать на меня с дубинками. Ну и что мне делать было, я обосрался и разозлился, а после вот, — я обвёл нас рукой и показал на себя, — вот, а потом появился ты.

— Пх! Пха! Пха-ха-ха! — раздался гогот Льва у меня над ухом, — т-то есть, это ты их всех тут положил, паря?! Это ты их так раздербанил, всё верно, я ничего не путаю?!

— Н-ну да, — не понимая веселья Льва я с недоумением посмотрел на него, — да, но я защищался и вообще бы ничего такого бы не случилось, если бы они не напали на меня. Я вообще тут жертва…

— Му-ха-ха! Хааа… ну ты удивил меня, Мишаня! Ох, удивил! — Лев держался за живот и вытирал проступившие слезы из глаз, — нет ребята, ну вы слышали эту жертву, а? Он в одиночку положил десяток элитных бойцов семьи Кая и сидит ту и скулит, что он жертва! Хааа? Как вам?

— Что? Что ты сейчас сказал? Это бойцы семьи Кая? Из Турции? — я расширил глаза глядя на Льва, — н-но как? Почему они напали на меня?!

— Ой, насмешил, ты меня! Ой, всё! Ой не могу! — он продолжал хохотать, — да Кая из Турции. А напали, так как почуяли угрозу от тебя, как я когда тряс тебя вон там на земле. Эти твои кровавые глаза… Бррр… Они кого хочешь, напугают. Я чуть сам не обделался, блин, а ты про них так спокойно говоришь.

— Но, как же так? Теперь у меня и у всех нас из-за меня будут проблемы! Прости, я не хотел, я разозлился и вот, — потупил я глаза в пол, чувствуя свою вину за случившееся.

— Так, отставить нытьё, паря! — он встал и встряхнул меня за плечо, — подымай зад и потопали в тот большой дом, у нас сегодня отдых по расписанию! И не переживай, всё нормально, нет к тебе претензий и быть не может. Вон, видишь, камеры стоят, на них вся ваша потасовка есть, так что если ты сказал правду, то всё хорошо! Давай пошли, тебе, да и мне не помешает сейчас выпить!

Глава 18

Мы подходили к огромному дворцу. Мы, это довольный как слон Лев, около десяти его бойцов и немного прихрамывающий я, под мышкой у Льва, который всё время придерживал меня за спину. И вот такой дружной компанией мы снова подошли к охране, которая начала досмотр всех, кроме меня и Льва, потому что нас снова отвели в сторонку, так как я, видите ли, выглядел очень подозрительно и вообще у меня были ссадины и синяки. И я открыл было рот, чтобы что-то ответить на их подозрения. Но меня опередил Лев и со звериным оскалом выдал им. Что перед ними стоит человек, который уже положил здесь где-то одиннадцать элитных бойцов семьи Кая, с травмами разной степени тяжести в больничку, и только поэтому я сейчас так выгляжу. А случилось это именно из-за того, что какой-то сильно умный и сильно важный охранник, не разбираясь, нагрубил мне. Моей семье и вообще не хотел впускать такого замечательного человека, как я. А пока Лев распинался с очень деловитым и саркастическим тоном я смотрел на недоумение охранников, которые глядели на Льва, зная кто он и на меня не понимая, кто я. Ну а в завершении он добил их тем, что сунул им под нос записи моих недавних похождений. Полученные от охраны семьи Кая только что. От вида их лиц я непроизвольно хрюкнул от смеха, а Лев осведомился у них, желают ли они теперь пропустить меня — почётного гостя Совета внутрь или хотят попытать удачу, удерживая меня тут. В общем, нас-таки пропустили и от всего сердца стали извиняться за столь грубую ошибку. Мы прошли внутрь, и к нам подбежала Маша, которая передала мне пару перчаток в тон моему гардеробу, для моих рук, чтобы прикрыть ссадины и сбитые костяшки. А потом с трудом надела их на меня с применением отборного мата, мази, силы и десятка бойцов, которые держали меня, чтобы я не дёргался. Спустя минут двадцать они были на моих руках, а я отходил от боли, которая жгла мои руки. Мы вошли в огромных масштабов зал, который я только на картинках видел.

Я снова поднимал с пола челюсть, глядя на то великолепие, которое предстало передо мной. Да блин цена всего, что в этом зале было, наверное, можно сравнить с бюджетом небольшого государства. А при этом владел всем этим лишь один человек. Нееет, я всё серьёзнее и серьёзнее понимал, что моя скромная и бледная, на фоне этого богатства, персона ну никак не вписывается ни в этот антураж, ни в ту группу людей, которые были здесь. Да что там наши олигархи? Просто пшик! Смех, да и только! На мой непритязательный взгляд, здесь было всё, что можно было бы купить за огромнейшие деньги, и нет, не за миллионы, а гораздо за большую цифру. Хрустальные люстры размером с машину, золотая посуда и такие же приборы, вазы, вазоны, картины, рельефы и барельефы, чучела экзотических животных, антикварное стрелковое и холодное оружие, разного рода доспехи, орудия пыток… Блин, да чего тут только не было. А самое интересное, что всё это было разделено сегментами, по определённым тематикам и гости могли ходить между ними, как в музее и смотреть и иногда трогать эти экспозиции. Да тут были даже какие-то специфические хомячки, которых я ни разу в жизни не видел и не слышал, что такие бывают. Фуууф, я честно сказать и в Эрмитаже столько всего не видел, а тут всё в одном месте здесь и сейчас. То-то тут охрана такая, да если б всё это стырить и присвоить себе, то этого всего бы хватило на несколько сотен жизней вперёд и ещё бы внукам и правнукам до седьмого колена осталось.

Пока я зависал в обалдевании от увиденного, ко мне подошёл Лев с Машей и тихонько шлёпнул меня по спине, от чего я сразу же отвис и скривился от боли, так как, судя по всему мне в недавней драке и по ней не слабо прилетело. Я обернулся к нему с исказившемся от боли лицом, силясь сказать что-то очень едкое или обидное в его адрес, в отместку, но резко закрыл рот и взял у него из рук бокал с каким-то тёмным напитком. Лев предложил мне его выпить, мы чокнулись бокалами и он опрокинул свой, с той же жижей, залпом, а после его передёрнуло, и он заулыбался счастливый и довольный. Хм, а что же это тут такое намешано? Я принюхался и слегка поморщился от резкого запаха алкоголя смешанного с какими-то травами, но снова не успел что-либо сказать, как Маша, подойдя ко мне, опрокинула мой стакан в мой рот.

— Блин, хааах, что это за жижа? — я сморщился и резко выдохнул в сторону, после чего и меня передёрнуло, — Брррх, какая же забористая штука! Ох!

— Всё хорошо, паря! Только натуральное! Только проверенные рецепты! — он снова подошёл ко мне и хлопнул по спине, я скривился, но в этот раз я не почувствовал боли, — вот это я понимаю здоровье, уже начал восстанавливаться? Почуял? Ааа? Это спец рецепт моей семьи, спирт с кое-какими травками и кое-чем ещё. Она восстанавливает людей после ранений и снимает боль и усталость, цени, паря! Я сегодня щедрый!

— Ага, ценю. Спасибо Лев, мне действительно стало лучше, — я подвигал кистями и пальцами, руками, ногами и спиной и ничего не болело, — Да я так и лезгинку сегодня станцую похоже!

— Нет-нет, Миша, никаких лезгинок и перенапряжений! — строго выдала Маша, погрозив мне пальцем, — эффект временный и он не означает, что ты здоров, понял? С твоими побоями дома или в больнице лежать надо, а не на балы ходить! Скажи спасибо Льву Александровичу, что он выделил тебе целый бокал этой драгоценности и разрешает тебе здесь быть!

— Тише, Машуня, успокойся, не ругай паренька так, он же не специально, да и мы его защищать должны были, — Лев поднял руки в примиряющем жесте и заговорил спокойным тоном, — ну а если ты хочешь поругаться, то я могу тебе напомнить. Что обязанность по его защите была сегодня на твоём отряде и что я ещё пока не знаю, где вас носило, пока Мишаня отбивался от этих турков?

— Всё, тише, я понял! — встал я между ними и начал успокаивать, так как увидел сильное напряжение со злостью в ауре Льва и обиду с раздражением в ауре Маши, — спасибо вам Лев. Я очень признателен за вашу заботу и тебе Мария тоже отдельное спасибо за обработку моих ран и вот эти шикарные перчатки. Ведь все живы и почти здоровы, всё же хорошо.

— Хмпф! — топнув ножкой, резко отвернулась от нас Маша, немного зардевшись, споро пошла в сторону кучи холодного оружия, бросив на ходу, — пожалуйста!

— Да всё хорошо, паря, она отойдёт, не парься, с ней бывает такое. Понимаешь, эмоции и тому подобное, обычное дело. Но я ей сказал чистую правду, — подошёл ко мне Лев и забрал пустой бокал, поставив его мимо проходящему официанту на поднос, — мы за тебя в ответе, и не только сегодня. И если бы не твои резко возросшие физические силы, ты бы, скорее всего где-то с полгода валялся бы в больнице, где твои кости собирали бы по частям хирурги. Поверь мне, я знаю, на что способны ребята Юсуфа, тем более что у них было именно дробящее оружие. А теперь пошли пожрëм, что ли мяса? А то, что-то я проголодался!

— О, Лëва, давно не виделись! — прозвучал женский голос позади меня, — где пропадал? Опять за кем-то охотился?

— Ооо, моя милая Натали, как приятно тебя видеть! — Лев расплылся в улыбке глядя мне через плечо, подошёл к женщине и, взяв её за руку чмокнул её в щеку, — ну нет, в этот раз я отбивался от кровожадных турков и был хорош, между прочим.

Лев повернулся ко мне и с извиняющимся лицом и жестом попросил меня пойти к столу с закусками. Он показал ещё какие-то жесты, но я их не понял, да и не хотел особо. Я кивнул ему, развернулся и пошёл к столу, взяв тарелку и наложив на неё жареного мяса, приготовленного по типу люля. И стал поедать, наблюдая за суетой в этом огромном помещении. Ко мне подошёл официант и предложил напиток, но я отказался, спросив у него, где тут у них бар, а затем отправился по указанному направлению. Пройти мимо бара я не смог и сразу же его увидел. Дело в том, что его размерам позавидовал бы любой ресторан, так как огромными размерами он был под стать этому особняку. Я подошёл к бармену и заказал у него пива. Он сначала опешил, а затем, посмотрев мне прямо в глаза подхватился, и убежал куда-то. Я не понял его поведения и решил постоять за стойкой, поедая прихваченное мной ранее мясо, которое было очень и очень вкусным, будто бы было приготовлено на огне, так как оно отдавало дымком. Я зажмурился и замечтался, прожёвывая очередной кусочек мяса, блииин, сейчас бы ещё и рёбрышки поесть, было бы совсем по кайфу! А когда открыл глаза, то увидел бармена, который ставил под стойку целый ящик итальянского пива и, вынув запотевшую бутылку из него, налил её содержимое в мощную и увесистую, вроде даже глиняную, пивную кружку, с дизайном под старину. Я опрокинул её в себя, выпив залпом, и с выдохом истинного наслаждения, поставил кружку обратно на стойку. Бармен проморгался и, не теряя времени, наполнил её снова. Я благодарно ему кивнул и отправился вместе с кружкой пива на поиски рёбрышек. Нет, ну а почему их здесь не может быть? Вон какие-то сушёные тараканы и лягушачьи лапки есть, а значит и рёбрышки должны где-то быть, верно же?

— Михаэль, вот ты где! — идя сквозь толпу людей, услышал я знакомый голос, который я теперь ни с каким другим не смог бы спутать, — подойди сюда, пожалуйста, я бы хотела представить тебя кое-кому.

— Кхм, да, Ана Мария, я здесь, — подойдя к обворожительной девушке, я допил вторую кружку пива и поставил её на поднос официанта, — кому ты хотела меня представить?

— Добрый вечер, молодой человек, меня зовут Карл и я из семьи-сателлита Фернандес, — чинно представился пожилой мужчина и протянул руку, — я наслышан о вас от нашей общей знакомой и рад воочию увидеть вас здесь.

— Эм, добрый вечер, меня зовут Михаил, рад знакомству, — я натянул рабочую улыбку и тоже протянул руку в знак приветствия, — простите за перчатки, к сожалению, я не могу их снять сегодня.

— О, это ничего, всё хорошо, Михаил, — он взял меня за руку и сжал её крепким рукопожатием, а я не ожидая этого, прикусил губу до крови, чтобы не закричать от боли, которая почему-то вновь вернулась ко мне, — ох! А вы военный? Я ощущаю вашу выправку.

— А у вас глаз алмаз, молодой человек! — он продолжал держать мою больную руку и дружелюбно улыбался, осматривая меня, а после пристально уставился в мои глаза, замерев на секунду, — ах, да я военный, но это в прошлом. Сейчас я отвечаю за тактику семьи Фернандес и за снабжение. Простите мою бестактность, но могу ли я уточнить? Скажите, а ваши глаза это какой-то фокус с линзами или уловка? Они очень неестественно выглядят, и мне показалось, что они даже немного светятся.

— Ох! Н-нет, Карл, что вы, это его натуральный цвет глаз. Здесь нет никаких уловок и фокусов, — Ана Мария заметив моё выражение лица, охнула, вступила в беседу и положила руку на наши руки. Она, слегка надавив, дала понять Карлу, что мою руку можно уже отпустить, — я же вам ранее говорила, что он Видящий и с полученными силами ему дарованы такие необычные глаза, припоминаете, Карл?

— Ах, да-да, всё, так как вы и сказали, юная леди! — слава всему Карл решил-таки отпустить мою многострадальную руку, и сделал шаг ещё ближе, разглядывая мои глаза, — но как же это удивительно и притягательно выглядит, Ана Мария! Его глаза словно взывают посмотреть в них. Вот бы нам как-нибудь изучить этот феномен, было бы очень интересно!

— Ну что вы, Карл, не пугайте нашего гостя. Ему и без этого много всего нужно ещё сделать, — Ана Мария взяла меня под руку и, шепнув, что она берёт его на себя, а мне нужно скорее валить подальше. Печально улыбнулась мне, посмотрев на мои руки, а затем полностью переключилась на Карла. Она взяла его под руку и повела его подальше от меня, вглубь зала, — дело, в том, что у нашего уникального гостя есть очень специфические способности, которые мы до конца не знаем и не понимаем, и если мы что-то сделаем не так с его глазами, то мы можем лишить его…

Дальше я уже не слушал и продолжил поиски так желанной мной сейчас снеди, так как мой аппетит не на шутку разыгрался и требовал большего. Я шёл мимо дорого одетых людей, снующих повсюду официантов и охранников, то тут, то там раздавались возгласы и охи от очередной диковинки, которая была в коллекции у хозяина этого дома. Я осмотрел все столы закутки и прочую мебель, но нигде не было того, что я ищу. Я решил вернуться в зал и побродить там ещё, не оставляя надежды на удачные поиски рёбрышек. Я ходил, смотрел на людей, на их реакции и эмоции. И к своему сожалению понял, что мне они не интересны. Я не могу, как раньше просто наблюдать за людьми. Да и сами люди были, скажем, так не такими, какими я привык их видеть раньше. И нет, дело было не в том, что они были богаты и почти все были иностранцами, для меня. Нет, дело было в том, что они всё время врали. А именно, они проявляли все признаки того, что им весело и есть дело до того где и с кем они, но на самом деле им было просто плевать на это, у каждого из них была какая-то своя корыстная цель для нахождения здесь. Я видел их ауры, их лица и тела и они, увы, никак не сходились между собой, а в большинстве случаев они противоречили друг другу. Я ходил, и мне становилось мерзко от того, что во всём этом зале так много людей и все они не живые, все они не те, кто есть на самом деле. Бродя по толпе, я уже и забыл, что хотел попробовать пива и рёбрышек и продолжал движение на автомате, читая людей и делая для себя не утешительные выводы, пока, наконец, не столкнулся с дородным мужчиной, одетым в белый костюм и с колпаком на голове, под стать повару.

— Ох, простите! Извините, я не специально, я задумался и не увидел вас! — я отпрыгнул в сторону от мужчины и развёл руки, в стороны показывая, что мне жаль.

— Хм, извинения приняты, но смотрите, пожалуйста, по сторонам! Не хватало, чтобы вы сбили какую-нибудь хрупкую даму, — он беззлобно высказался и поправил колпак на голове, — и, кажется, я вас ранее никогда раньше не встречал, не так ли?

— Ох, да, я впервые на столь шикарном событии, меня зовут Михаил, — я протянул руку мужчине, — простите мне мой вопрос, но правильно ли я понимаю, что вы повар?

— Мх! Я не повал, Майкл! Я художник! Я творец! И я гордо рисую на своей кухне съедобные произведения искусства! — он гордо вскинул голову и начал делать пасы руками в стороны, — я Оливер Рамзи! Единственный и неповторимый шеф с тремя звёздами Мишлен! Запомни это имя и говори всем, что ты был удостоен чести, есть еду приготовленную мной!

— Ого, какая честь Оливер! Рад встретить здесь такую знаменитость, как вы! — я, конечно, не в курсе, кто он и что ещё за звезды на его кухонных «погонах», но его пафос, гордыня и ЧСВ били через край, поэтому я просто решил подыграть ему. И конечно выгадать себе несколько плюшек, — значит, вы тут как гость и возможно весь этот пир готовит ваш ученик?

— Что! Какая наглость с твоей стороны говорить такое! Оглядись вокруг! Все, что здесь есть, приготовлено под моим звёздным руководством! Ты найдёшь здесь всё. И это всё поразит тебя до глубины души, — он вещал, словно с трибуны и смотрел на всех явно с высокой колокольни. Но мне это было на руку, — я единственный и неповторимый шеф, который может приготовить любой шедевр кулинарии так, что ничего лучше в жизни ты не попробуешь, а воспоминания о моей еде ты будешь холить и лелеять в памяти долгие десятилетия!

— Ох, да точно, то мясо было просто восхитительным! Особенно с кружкой вкусного пива! Да, вы действительно искусны! Однако, я к своему сожалению не нашёл ничего кроме мяса, вон на том столе, что могло бы подойти к моему янтарному напитку. Шеф, не могли бы вы быть столь любезны, и подсказать где я могу найти себе немного вашей изысканной еды для моего напитка?

— Что? Моя еда и какое-то пиво? Да вы варвар! Да кто? Да как вы смеете, есть еду приготовленную моими руками с этим отвратительным напитком! — он на глазах порылся красными пятнами и угрожающе навис надо мной, — я попрошу сделать так, чтобы вы больше никогда сюда не попали, вам ясно!?

— Ох, ну что вы, Оливер, не нужно воспринимать все так близко к сердцу, вы просто не пробовали! Но я хочу исправить это для вас, пойдёмте со мной и я вас приятно удивлю! — я подошёл к нему и жестом пригласил пройти за мной, — неужели вы, столь прославленный шеф, не хотели бы бросить вызов своим вкусовым рецепторам и попробовать что-то новое? Вот увидите, вы такого ещё никогда не пробовали, поверьте мне.

— Да что вы себе позволяете! Я и пиво, это ни в какие ворота! — мы шли, пока он возмущался и рядом стоящие люди оглядывались на нас с непониманием.

— Так-с, мясо, возьмём немного тут, — я набрал нам две тарелки мяса и с ними двинулся к барной стойке к знакомому мне бармену, по прошлому разу, — так, а теперь нам два пива!

— Пф… пиво! Какая безвкусица! Какая банальщина! Позор мне! — он всё ещё возмущался, но сейчас просто шёл за мной и, причитая, заинтересованно смотрел на меня.

— Так, а теперь берём мясо, немного жуём его и затем запиваем пивом, вот так, — и я показал ему на своём примере, как нужно это сделать, а затем довольно выдохнул и уставился на повара, — ну, и чего же вы ждёте?

— Ом-ном-ном-ном! Глыть-глыть! Кхааах! Хм… эта текстура, эти травы, этот вкус и это пиво… Да! Они подходят друг к другу как паста и соус болоньезе! — он сначала замер чмокая ртом, а затем его лицо залилось краской, он выпучил глаза и схватил меня за плечи, — Майкл! Это божественное сочетание несочетаемого! Мне понравилось и даже очень! Так садись и расскажи мне друг мой, что ещё может подойти к этому пиву!

Ну, собственно это то, чего я и добивался, а ещё минут через десять мы уже были на кухне и Оливер готовил для нас изысканные и уникальные для меня рёбрышки к нашему общему ящику пива, который он реквизировал у бармена с целью проведения кулинарных изысканий. Пока он готовил, я со всей уверенностью понял, что я бы никогда и ни за что не захотел бы стать поваром или шефом или даже просто работать на кухне. Вся эта внутренняя часть кухни, скрытая взору для обычного посетителя повергла меня в шок. Здесь был хаос, который наполнял кухню сверху донизу, по меньшей мере, несколько сотен, а может и тысяч людей без устали говорили, кричали, истерили, ругались друг с другом, смеялись и шутили, но при этом успевали готовить и оформлять тарелки с едой и подносы для официантов. Для Оливера, судя по его реакции на то и дело подходивших и подбегавших к нему людей с вопросами и предложениями, было абсолютной нормой, так как он был спокоен и миролюбив, помогая и отвечая своим подчинённым, пока мы шли к его личному столу. А там он послал всех подальше, поставил пиво в холодильник и, помыв руки, взмахнул ими в стороны. Затем он взял нож, скомандовал помощнику принести нужное ему мясо и принялся творить свою магию. Его руки мелькали, беря, хватая и нарезая разные травы, коренья и прочие ингредиенты, а затем он, замариновав как-то по-особенному, в только что придуманном соусе достал пиво из холодильника и мы распили по бутылке, общаясь о предпочтениях в еде и выпивке, пока Оливер готовил нам его уже фирменные рёбрышки. Спустя какое-то время и допитую бутылку он поставил перед нами поднос с красиво сервированным блюдом и достал ещё по бутылке напитка. Я отпил глоток, а затем взял рёбрышко и откусил от него кусочек. Боже, как же это было хорошо! Как же прекрасно было это на вкус. Его блюдо и соус как будто были созданы для пива. Мясо было сочным и нежным, сначала слегка обжигало рот, но после каким-то образом охлаждало его, как только я делал глоток напитка, а смешанные вкусовые ощущения давали изысканное послевкусие, которое освежало мой рот на какое-то время. В общем, Оливер был прав и то, что он готовил, было искусством, и сейчас и здесь я был удостоен чести попробовать его. Я не преминул рассказать о том, что думаю и чувствую сейчас Оливеру, на что он расчувствовался и обнял меня, а затем отдал мне свой личный номер, для дальнейшего поддержания связи. Я быстро позвонил ему со своего телефона, оставив, таким образом, свои контакты. А позже мы ещё немного поболтали, попивая напитки. Мы тепло попрощались, и я ушёл с кухни, чтобы более не отвлекать этого доброго человека от его работы.

И вот я снова в толпе и снова бреду сквозь них. Но мне не интересны все эти люди, мёртвые внутри. И немного походив, я нашёл замаскированную под стену дверь, которая, как, оказалось, вела на небольшой балкон снаружи. Я вышел на него и, встав у ограды, стал смотреть на чистое звёздное небо и сад, раскинувшийся передо мной. Ах! Какая же тут благодать, весь этот шум и гам, вся эта суета и толпы людей остались в доме, а сейчас вокруг меня находилась только ночь и тишина, которая нежно ласкала мой звенящий от напряжения слух. Я выдохнул и потянулся уставшими плечами, опираясь локтями на ограждения балкона. Ночь просто шикарна. Такая тихая, такая тёплая. Повсюду в отдалении горели огни, невдалеке слышался тихий шум автомобильного потока. Я окинул взглядом всё, что мог увидеть на земле, а затем переместил взгляд в небо. Красота и умиротворение… Почему нам людям так нравиться смотреть на небосвод? Что нас в нём так притягивает? Я не знаю, но я тоже люблю смотреть на звезды, когда их видно или когда есть время. Ну что же с недавних пор у меня теперь на многое есть время. Я и не помышлял о том, что на меня свалится всё это, я просто, как и все спокойно и размеренно жил своей обычной жизнью. Жизнью, любого среднестатистического человека и был рад этому. Я ведь не семи пядей во лбу и не из богатой семьи с золотой ложкой в заду. Нет, я обычный и простой как две копейки парень, который может и пытается накинуть тень на плетень с другими и даже может это ему удаётся, но я всё равно такой же простой и обычный. Да я даже толком и врать-то не умею, чего уж там про хитрые манипуляции, которые вечно накручивал мне мой директор на прошлой работе, я всегда со всеми старался вести себя так, как хотел бы, чтобы они себя вели со мной. Ну и в большинстве случаев это получалось, ведь не все же люди гады и манипуляторы. Слава всему среди нас всё-таки есть добрые и отзывчивые люди и их больше, чем я думал. Их просто не видно на фоне злых и жадных до власти абъюзеров. Да и мама меня в детстве этому учила, ну а я взял это себе за правило. Вот и не доверяю я людям, которые так или иначе облечены властью, будь то деньги, положение, политика, да что угодно. И тем более не переношу таких людей, какие собрались тут в этом огромном доме. Сплошь лицемеры, прихлебатели и интриганы. Тьфу, аж противно стало! Что-то меня на философию потянуло, вроде даже не пьяный, а такие мысли в голову лезут… Ох, точно, я не пьян. Я уже литра два выпил, а хмеля ни в одном глазу… Эх, я теперь что напиться не смогу? Или мне надо ведро водки выпить, чтобы стало хоть немного повеселее, блин?

— Да твою ж налево… — бессильно выдохнул я и не сильно ударил по поручню кулаком.

— Михаэль, вот ты где? А я тебя обыскалась, — услышал я позади мягкий голос Аны Марии, — ты решил немного проветриться?

— Ох, да, привет. Да я тут решил немного передохнуть от всего этого шума и людей, — немного нервно ответил я ей. Я не знал как себя с ней вести, получив подтверждение, что мы на абсолютно разных статусах жизни, — понимаешь, я как бы, не привык находиться среди таких людей. Да и не был я никогда на таких мероприятиях, что тут душой кривить.

— Да, я тебя понимаю, я сама не очень люблю такие сборища. Я до сих пор помню, как впервые попала на одно из таких мероприятий. Меня это шокировало. Хотя я уже просто привыкла, — послышались шаги, и девушка встала со мной рядом тоже глядя на звезды, — ну вот как раз с тех пор я и не люблю такие баллы. Но мой статус, увы, обязывает меня.

— Мхм, да. Точно. Статус, — я немного поёжился от её слов и согласно кивнул, — да, статус, но у меня его нет. Ана Мария, я простой и обычный парень, у которого за душой почти ничего нет и глядя на всё это великолепие в доме, людей и прочее, я теряюсь и стараюсь найти уголок. Забиться в него и не выглядывать оттуда, пока всё не закончится. Вот ещё и по этой причине я здесь.

— Ох, прости, я не хотела тебя обидеть, просто… Просто я считаю немного по-другому, Михаэль. Я считаю, что ты не так прост, да и статус у тебя теперь есть. Ты же Видящий, — она приблизилась ко мне и положила руку на мои сцепленные руки, — Михаэль, я заметила, что на тебе появились перчатки, хотя когда ты выходил из машины, их не было. А ещё, судя по разговору с Карлом ранее, руки у тебя болят, скажи мне, что-то случилось?

— Эм, видишь ли, я пока не воспринимаю свой статус и не считаю себя исключительным. Ах, перчатки, ну, да, произошёл тут один инцидент, но всё уже закончилось и я в порядке. Так пара синяков и царапин, не более, — я перестал шевелиться от чувства, которое ощутил от её тёплых ладоней на своих руках, — меня не хотели впускать сюда, а когда охранник оскорбил мою маму, я не стерпел и ударил его. Ну а когда я уходил, на меня из-за этого видимо напали, и мне пришлось защищать свою жизнь. Вот примерно как-то так и было. А после пришёл Лев и привёл меня сюда.

— Ох, Боже мой, Михаэль, почему ты мне раньше не сказал?! Это не приемлемо, что на тебя напали, ты же под нашей защитой, такого не должно было произойти. Скажи мне, кто это сделал? Я поговорю с отцом, мы всё исправим, я обещаю, — она сильнее сжала мои руки, и я встретил её встревоженный взгляд. Её тёплые, янтарные глаза смотрели на меня, а я немного замер, так как не знал, что сказать, — Михаэль, как ты себя чувствуешь? Давай я посмотрю всё ли с тобой в порядке? Покажи мне раны, я их обработаю, я умею делать первую помощь.

— Тише-тише, Ана Мария, всё уже хорошо, мне уже обработали раны и напоили какой-то чудодейственной жижей, я в порядке. Да и у Льва есть все материалы по этому случаю. Он, я думаю, сам во всём разберётся, — я накрыл её руку своей и попытался немного успокоить, а моё сердце начало заходиться в ударах, чувствуя, как она близка сейчас со мной, и как переживает обо мне, — да и я не хрустальный, не сломаюсь от пары тычков, всё уже позади. Давай просто поговорим и оставим это дело другим? Сегодня очень красивая ночь и я бы не хотел тратить её на всю эту дребедень.

— Дре-бе-дъен? Что это такое, Михаил, я не знаю такого слова… — она приподняла правую бровь, пытаясь выговорить и понять сказанное мной, видимо уже на русском языке. А затем вынула ладонь из моих рук и с недовольным видом сказала, — нет, Михаэль, я так не могу! Я не позволю делать такие вещи с дорогим мн… эм… Совету человеком и оставить всё как есть, не наказав ответственных за это. Прости, но я должна решить пару срочных вопросов.

Не успел я осознать, что она сказала, как она зарделась и, развернувшись, зашагала к двери в дом, всем видом показывая, что мне не стоит сейчас задавать вопросов или перечить ей. Ух, какая пылкая девушка. Ой, погоди, что там она сказала? Дорогому мн… человеку? Правда после поправилась, но всё же она это сказала и получается, что она дорожит мной? Ну, во всяком случае, я как минимум дорогая игрушка со способностями, которые дороги сами по себе, но, а вдруг, я не только поэтому ей дорог? Вдруг у меня есть шанс стать к ней немного ближе? Эх, было бы здорово, ведь она так манит меня к себе, даже просто находясь рядом… но, увы, я пока ничего не знаю, а поэтому продолжу делать всё как обычно. Я снова повернулся к пейзажу и стал любоваться тёмной ночью, витая где-то в дебрях своих полу романтических мыслях.

Глава 19

Я стоял на уединённом балконе витая в облаках и продолжая глядеть на звезды ещё какое-то время. Но, увы, выпитое мной ранее начало давать о себе знать и я с неохотой и нужной поплёлся обратно внутрь дома, чтобы избавиться от этого отвлекающего момента, ну и может прихватить с собой на этот балкон что-нибудь, что скрасит ещё больше моё одиночество и подчеркнёт ещё сильнее прекрасный вид на звезды. Как только я открыл дверь, на меня тотчас обрушился безудержный поток шума, гама и людских голосов, перемешанный с музыкой и топотом. Я выдохнул и, собрав волю в кулак, двинулся в это просто кишащее людьми место, в поисках уборной. Пока я шёл, я наблюдал за происходящим вокруг и стал всё чаще замечать на себе изучающие взгляды. До этого такого не было. Видимо ранее все были заняты рассмотрением и воспеванием богатств хозяина этого дома, и им не было никакого дела до меня. А теперь спустя время они стали разглядывать всех вокруг и обмывать им косточки, как обычно принято делать на таких тусовках. Я, конечно, не был знаком с ними, но прекрасно понимал природу людей и с огромной уверенностью мог представить себе то, что они сейчас делают.

Слава всему, меня никто не трогал и я, спустя всего каких-то минут двадцать поисков таки нашёл уборную и отправился туда. Ну что могу сказать, всё, как и ожидалось. Тут всё было, как и в самом доме. Шик, блеск, красота, размерами с отдельный жилой дом. Я не стал отвлекаться на происходящее вокруг, а там было, на что посмотреть и послушать, ведь уборная была совместная и там много чего происходило. От перекуров с переговорами, до излияний страсти внутри просторных кабинок. Я постарался сделать все свои дела, как можно быстрее и покинуть этот мир дыма и страсти. Я отправился к уже знакомому мне бармену за спиртным и за тем вкусным мясом, что так мне понравилось. Увы, если я и нашёл небольшой ящичек с пивом на шесть бутылок, то вот мяса нигде не было. Плюнув на несправедливость жизни, я начал искать то, что подошло бы моему напитку в виде закуски и мои поиски снова увенчались успехом. На этот раз я нашёл что-то похожее на штрудель, жареный с мясом в сыре. Но как после выяснилось это какое-то восточное блюдо по типу фарша обёрнутого в тесто в несколько слоёв и щедро залитого каким-то сыром. Я недолго думая закинул один такой свёрток в рот, похрустеть им немного и, удовлетворившись, набрал полную тарелку еды, отправился обратно на балкон, похрустывая по пути вкусняшкой во рту.

Но тут музыка резко остановилась, притушили свет, и мощный прожектор выпустил огромный луч в сторону лестницы ведущей на второй этаж. Шум стал тише, гомон превратился в перешёптывания, а люди все, как один повернули головы в сторону света от прожектора. Я тоже не стал отставать от них и глянул на своеобразную сцену. И понял, что в центре света стоит мужчина, которого я уже где-то видел, а рядом с ним ещё один знакомец. Это был Юсуф Кая собственной персоной и видимо его помощник. Глава семьи Кая стоял с горделивым видом в белых просторных одеяниях в восточном стиле, расшитых золотом и с надменным взглядом рассматривал собравшихся внизу людей. А его помощник распинался, представляя его персону людям, перечисляя какой он крутой и важный. Я отвернулся и начал пробираться дальше к балкону раздвигая толпы сгустившиеся вокруг, чтобы посмотреть на представление хозяина дома. Ну а чего мне до его крутости? Я и без того всё уже понял. Весь этот балл или как там его был сделан лишь с одной целью, показать этого выпиндрëжника во всей красе людям собравшимся тут. Ну а мне до этого никакого дела не было, я ж простой человек с простыми потребностями, которые сейчас свелись всего к трём простым желаниям, выпить, закусить и посмотреть на звезды в тишине. Я прошёл ещё пару шагов, как вокруг меня стало светло, и люди перестали расступаться в стороны от меня. Я поднял глаза, чтобы понять, что происходит и встретился взглядами с окружавшими меня людьми. Я продолжал жевать мясное угощение и непонимающе пялиться на всех вокруг, пока не услышал голос помощника Кая.

— Да, господа, он среди нас, он похож на нас, но и отличается от нас. Как я вам ранее и сказал, он наш Видящий, — я поднял глаза и понял, что прожектор почему-то стал светить на меня, и вот почему стало светлее, — давайте поприветствуем его от души и пригласим сюда!

— Видящий, просим вас подняться к нам, мы хотим представить вас публике! — ведущий указал на меня и люди вокруг расступились, выстраивая мне коридор из тел к лестнице. Пожав плечами, я потопал в сторону Юсуфа, — да, дорогие гости, смотрите на нашу новую надежду в нашем нелёгком деле, с его помощью мы сможем достичь новых высот в изучении Механизма и пути к нему.

— Михаил, рад видеть тебя здесь, мой дорогой! — чересчур артистично выдал Юсуф и крепко обнял меня, когда я поднялся к нему, начав шептать мне на ухо, — прости за этот цирк и балаган, но всё ради твоей защиты, а теперь импровизируй и подыграй мне, пожалуйста.

— Да господа, вот и он, посмотрите какой он статный и красивый, какие у него завораживающие глаза, — продолжал распинаться помощник Кая, пока Юсуф обнимал меня и приветствовал, — и наша семья с радостью принимает его под свою защиту!

— Юсуф, что тут происходит? — дожёвывая кусок теста с мясом, спросил я и поставил коробку с пивом на пол, — что вы затеяли? На меня же идёт охота!

— Тише друг мой. Всё под контролем, мы заключили союз шестью семьями. Среди них семьи Кая, Ивановы, Кондратовы, Фернандес, Дюпон и Гарг. Союз нужен, чтобы защитить тебя и обеспечить всем необходимым. Теперь всё будет хорошо, не переживай, — Юсуф развернул нас к людям лицами и взяв меня за руку поднял её над нашими головами, продолжая шептать, — мы ищем нападавших и разберёмся с ними. А ещё я так скажу, теперь ты особенная персона для всех наших семей в союзе и мы обязаны тебе помогать всем, о чем бы ты нас не попросил, Михаил. Вот, как-то так.

— Эммм, вот это новости! А я никого ни о чем не просил, Юсуф, мне не нужно вот это вот всё… — я с недоумением стоял и смотрел на него, не зная, что сказать, а особенно пока не до конца понимая, что мне за это всё будет, — да и меня не спрашивал никто.

— Спокойнее, Михаил, нам ничего от тебя не надо. Мы сами так решили, всё это нужно, для нашего общего пути и поисков Механизма, — Юсуф успокаивающе похлопал меня по плечу, — не переживай об этом, а просто живи и помогай всем нам, будь частью нашего сообщества и проси о том, что тебе нужно, ты же видишь у нас есть возможности. Но мой тебе совет, если будешь пользоваться необдуманно своими нынешними приведениями, то их могут и пересмотреть.

— Знайте же все! Теперь этот человек, является частью нашего мира, и мы все обязаны защищать его и помогать ему, — не унимался помощник Кая. А я, стараясь натянуто улыбаться толпе, стоял на месте и чувствовал, что меня прибили пыльным мешком по голове, — а о том, почему и для чего было собрано это событие сегодня расскажет глава семьи Юсуф Кая. Прошу внемлите ему, господа!

— Добрый вечер и светлых поисков вам господа! — Юсуф сделал шаг вперёд и наметил поклон перед публикой, — причиной этого мероприятия сегодня стало не только то, что с нами в одних рядах стоит Видящий, но и ещё одно очень знаменательное событие, которое ранее было омрачено нападением на Совет.

— Добрый вечер, Михаил, — из-за моей спины раздался знакомый голос, я обернулся и увидел Феликса и Вольдемара, а ещё с ним к нам спускались остальные четыре главы семьи с их помощниками, — прости нас за секретность, но так было нужно.

— Феликс? И остальные здесь? Слушайте, но как это понимать? Зачем это нужно и… и что всё это значит? — я пытался обработать всё, что тут происходит и, запинаясь из моего рта, сыпались только вопросы, а на душе скребли кошки.

— Да, да, господа, в тот же день, что и был проведён Совет. Один наш замечательный человек должен был отпраздновать свой тридцать третий день рождения, — услышав эти слова, я охренел окончательно и, распахнув глаза от удивления, уставился на всех присутствующих безмолвно глядя на них в непонимании, — да и как вы уже поняли, это он, наш Видящий! Давайте дружно поздравим его от всей души и пожелаем долгих лет жизни и чтобы никакие препятствия не мешали ему на его новом пути. Так как все вы знаете, господа, что происходит с Видящим после этого дня!

— С ДНЁМ РОЖДЕНИЯ, ВИДЯЩИЙ!!!! — раздался громоподобный хор голосов, а после заиграла весёлая музыка, и раздались хлопки поздравлений от всех присутствующих в доме.

В зал к лестнице Оливер с помощниками выкатили огромный, ростом с меня торт со свечами и меня начали выталкивать к нему. Я, сопротивлялся, но был вынужден идти к нему. Мою голову разрывало сомнениями, страхами и радостью. Радость была очевидна, все эти люди так или иначе тут и поздравляют меня. Это было лестно и приятно. Я впервые был кому-то настолько интересен и не безразличен, и неважно, по какой причине. А страхи и сомнения были у меня из-за всего, что здесь происходило, ведь я не знал, что последует за этим. А ещё потому, что я всем телом чувствовал опасность и не мог понять, почему и от кого она исходит. Я подошёл к торту, меня тепло обнял и поздравил Оливер, я, кстати, теперь понял, почему он всё-таки стал дружелюбным со мной, решив, что ему дали такой приказ. А затем я стал рассматривать толпу тщетно силясь найти ту опасность, которую я чувствовал, но не смог. Все собрались возле меня, и Ана Мария подошла и шепнула мне на ухо, что все ждут, пока я что-то скажу и задую свечи.

— Эм, спасибо вам всем большое за поздравления и за то, что вы все здесь сегодня собрались, — немного подумав, что сказать решил, что простая благодарность подойдёт лучше всего, — для меня всё это в новинку и я до сих пор в небольшом шоке от всего происходящего тут. Надеюсь, мы все с вами вскоре познакомимся и продолжим общий путь!

Я вдохнул и начал задувать свечи. А затем разделся хлопок, и полетела мишура. Торт раскрылся и из него на меня выпрыгнул человек. Я заметил, что в его руке что-то блеснуло и не смог сделать ничего иного, как выкинуть в его сторону ногу, на которой он в итоге и повис, как на колу. Нож из его руки выпал на пол, а я, отходя назад, стал прикрывать собой Ану Марию, ограждая её руками за спиной и отодвигаясь дальне назад. Раздался громкий ох и всё резко смолкло. Моё сердце начало биться сильнее и я начал смотреть на ауры собравшихся вокруг ища опасность. Один слева, двое справа, ещё пять человек впереди, и несколько бегут на втором этаже. Я достиг Юсуфа, Льва и Энрике и быстро каждому пояснил, что тут сейчас происходит и что мы все тут в опасности. Они мигом поняли меня, и каждый стал, доставая рации говорить в них, а меня с Анной Марией оттеснили назад и взяли в кольцо. Раздался выстрел и я увидел, что с потолка посыпалась пыль.

— Тише-тише, господа, не двигайтесь и не делайте резких движений! — к нам из толпы вышел человек в маске и угрожающе заговорил, — нет смысла дёргаться! Мы вооружены, в отличие от вас и не станем рисковать собой и непременно воспользуемся оружием, если это потребуется. Так же не пытайтесь с кем-либо связаться или пытаться бежать отсюда, так как это бессмысленно. Все выходы заблокированы, а здание заминировано, пульт от бомб у человека, который сидит снаружи, и если мы не выйдем отсюда через двадцать минут, он всех нас подорвёт. Да и все сигналы мы тоже глушим.

— Чего тебе надо?! — спросил Лев.

— Ты вообще осознаешь, кому ты угрожаешь? — добавил Юсуф, — ты понимаешь, что здесь главы шести семей Совета?

— Ха-ха, да, я это всё знаю, а ещё я знаю, что тут у вас есть тот, кто нам нужен и если мы его заберём, то ничего не случиться. Я вам это гарантирую, — человек в маске указал на меня, — отдайте нам Видящего и мы мирно уйдём. Мы не хотим вам всем навредить.

— Ну да, конечно! — влез в разговор Энрике, — вы тотчас нас подорвёте, наглецы! Как можно верить тем, что наставляет оружие на людей и им угрожает?!

— Ох, простите-простите, можно подумать… Что ваши методы всегда были изысканными, и вы такое никогда не делали? — парировал его слова человек в маске, — вы и хуже поступали, господа и не вам выставлять нас преступниками. Нам нужен только Видящий, в обмен на остальных. Решайте быстрее, я не горю желанием умереть здесь и хотел бы продолжить эту жизнь, но готов отдать её, если это потребуется, во славу наших убеждений.

— Чёртов фанатик! — раздался голос Феликса, — зачем он тебе? Что он такого тебе сделал?!

— Ох, старик, не напрягайся так, а то удар хватит, — хохотнул неприятель, — это не твоя забота и не твоя печаль, пей пилюли спокойно и не лезь в разговор. А ещё лучше так, я больше ни слова не скажу, пока либо вы не отдадите мне Видящего, либо все мы не взлетим на воздух. А теперь, если позволите, я хотел бы немного выпить, пока ещё время не пришло.

Он развернулся и со всеми своими бойцами, коих было около тридцатити человек, спокойно пошёл к бару. А мы все вместе остались там же, где и стояли и стали смотреть друг на друга. Начался спор за мою тушку. Главы семей, как ни странно были против сдачи меня и пытались найти выход из ситуации, ругаясь на предусмотрительность людей в масках и на свою беспомощность. Люди рангом пониже и просто зеваки, которые были тут, подняли гомон с призывами отдать меня им скорее и закончить это безобразие. А я стоял возле колонны у лестницы и наконец, смог сложить всю картинку пазла целиком. Которая ранее сигнализировала мне и об опасности. Всё оказалось очень просто и банально на самом деле. А сводилось всё к тому, что я просто глупый пацан, которому на голову свалилось богатство и признание. По сути, оно свалилось ни за что, и я просто увлёкся этим, как неопытный малец, которому за его хорошее поведение пообещали конфетку. Вот она моя расплата, которую я никак не мог найти, расплата за то хорошее, что так неожиданно, но приятно упало на меня. За то, что я, наконец, почувствовал себя немного значимым и особенным. Эх, мне нужно было просто валить от этой честной компании ещё тогда, после Совета и спрятаться в каком-нибудь Мухосранске, где меня никто и никогда не найдёт. Но, увы, я здесь и я впëрся ногами в жир, который отдаёт каким-то очень несвежим запахом. Но по факту тут и решать на самом деле было не чего, моя жизнь, за жизни всех этих людей, пусть и не самых хороших и приятных, но какая уже тут разница. Мы заперты, сидим на пороховой бочке, а решение всего этого, это я. И увы, но я не питал никаких особых надежд на то, что я нужен кому-то для забавы, и что я после всего этого останусь в живых. Почему-то внутренне я знал и понимал, что это дорога в один конец. Ну и пусть, я не хочу, чтобы из-за меня кто-то лишился жизни, а уж тем более, чтобы это была вот эта вся толпа. Ну, сдамся я им, и что? Всех действительно отпустят? Ага, вот уж конечно! Было бы даже глупо просто подумать об этом. Так как все здесь, наверное, сразу бы кинулись в погоню и попытались бы найти обидчиков, так что я сейчас постараюсь всё изменить, но только сам, так как сейчас это под силу только мне. Но опять же, без гарантий на победу. Родных конечно жалко, а особенно маму, но что уж тут, попрошу, чтобы о ней хотя бы как-то позаботились, в знак благодарности за мою жертву.

Я, приняв решение, отодвинулся от колонны и встал, а затем, посмотрев на продолжающих спорить глав и помощников семей, увидел Ану Марию, которая с краской на лице силилась, как и все тут найти выход из этой ловушки. Я немного задержал взгляд на её милом лице и подумал, что, наверное, хорошо, что я не успел привязаться к ней ещё больше, и ещё что-то о том, что мне повезло, что она мне не ровня. А затем выкинул всё из головы и решительно двинулся в сторону захватчиков. Не обращая внимания больше ни на что. Ни на гомонящих глав семей, ни на орущих в исступлении гостей. Я шёл, чеканя шаг, а внутри наступала лёгкость, от того, что всё, наконец, скоро закончится и я, таким образом, наверное, спасу всех в этом доме, а также страх, от того, что я не знаю какие пытки или истязания уготованы мне от наших захватчиков. Я успел пройти половину пути, как за спиной отчётливо раздался крик Аны Марии, которая судя по всему, поняла мои намерения и пыталась окликнуть меня и остановить. Я обернулся и печально ей улыбнулся, а затем продолжил путь к захватчикам, сквозь людей, которые теперь уставились на меня и одобрительно провожали взглядами.

— Ох, я думал, ты сдашься немного быстрее, Видящий, — усмехнулся тот, что выступал ранее перед главами семей и опрокинул в себя рюмку прозрачной жидкости, даже не поморщившись, — но я рад, что мне здесь не придётся умирать и я ещё немного смогу потоптать эту землю своими ногами.

— А я думал, что тебе уже нечего терять? Получается, ты брал нас на понт? — усмехнулся я в ответ и подошёл к нему ближе, — налей-ка мне стопку, нужно промочить горло, чутка.

— Хе-хе, наш человек, — он повернулся к стойке и налил мне стопку из бутылки с водкой, — сразу видно русского парня. На, опрокинь стопку на дорожку.

— Ага, как же, — я опрокинул стопку и поморщился, — и к чему мне готовиться, умник? Будете пытать меня или защекотаете до потерипульса? Кхе…

— Мишаня, ты чего удумал!? — догнал меня всё-таки Лев, с осуждением глядя на меня, — ты, что решил им сдаться, даже ничего не предприняв?

— А ну-ка тихо, здоровяк, — тип в маске вскинул оружие в сторону Льва, — отойди от сюда, он сам всё решил и сам пришёл, в отличие от вас у него хотя бы яйца есть, раз он всё так быстро понял и решил сохранить нам всем жизни.

— Лев, успокойся. Всё нормально. Другого выхода нет, как не крути, — я заметил, как внутри толпы двигаются несколько человек Льва и, судя по всему Фернандеса и Кая, подмигнул ему и потыкал пальцами в стороны пьющих за баром бойцов, — я не хочу, чтобы кто-то ещё пострадал из-за меня, я хочу решить эту главную проблему сам.

— Но, Мишаня, какого хрена ты делаешь, а? — Лев незаметно мне кивнул и сделал два резких пасса руками в разные стороны. Его бойцы двинулись дальше, а он посмотрел на двух врагов по сторонам от меня и кивнул на них, — я хотел бы помочь тебе справиться с этой ситуацией и выработать правильную стратегию до того, как ты всё решил.

Тут внезапно раздался женский крик и ситуация начала стремительно меняться, время завертело стрелки и мы начали действовать, я отступил назад и заметил, как Лев стремительно накинулся на двух бойцов в масках, что были по сторонам от меня, схватив их за оружие и дёрнул. А я, развернулся и бросился к типу в маске. С разных сторон послышались редкие выстрелы и удары, это видимо бойцы Льва начали действовать. Я сблизился с главным захватчиком и всеми силами ухватил его за грудки, дёрнув на себя, и пристально вгляделся в его ошарашенные глаза, а затем отдал приказ подчиниться, от чего его только что натянутое от напряжения тело расслабилось, и он спокойно встал, наблюдая за происходящим вокруг и ожидая моего приказа. А вокруг царил бедлам, все бились с захватчиками, кто-то уже обезоружил часть, а кто-то всё ещё сражался и ему на подмогу бежали остальные. Я приказал типу в маске отдать приказ своим сложить оружие и сдаться, что он и сделал. А когда захватчики начали сдаваться и бросать оружие их принялись вязать бойцы семей Совета. К нам подошёл Лев и удивлённо начал махать рукой перед глазами типа в маске, но то стоял и даже не моргая продолжал смотреть перед собой.

— Мхм, да, удивил ты меня, паря! — с улыбкой заявил он мне и хлопнул по плечу, — ты его в гипноз ввёл что ли? Или по голове ударил так сильно, что он перестал соображать? Как так-то?

— Ну, Лев, фокусник не открывает секреты моего мастерства, — нервно улыбнулся, я, пожимая плечами, — скажу так, и у меня есть сюрпризы.

— Так вооот как ты избежал на Совете пробитой головы, — осенило вдруг его, — там тоже были ребята, кто был как кукла и прикрывал тебя всё время. А я-то подумал, как ты так их уговорил, что они так преданно бьются за тебя…

— Ладно, шутки в сторону, но что мы будем делать дальше, Лев? — оглядел я лежащие без сознания тела захватчиков и посмотрел я на него, — угроза подрыва никуда не делась и где-то снаружи есть человек с кнопкой, ведь так?

— Мда, ты прав пойдём-ка к нашим и решим, как и что делать, — он развернулся и двинулся обратно к лестнице, — всем поднять этих утырков и перенести к лестнице. Выполнять!

— Оох, Михаил, ты в порядке, мы так переживали, что ты решил сдаться и покинуть нас, — первым меня увидел Феликс и тут же стал двигаться ко мне, — как ты? Всё в порядке? ты не пострадал?

— Да, я в порядке, мы со Львом и его ребятами разобрались с проблемой внутри, но осталась проблема снаружи, — поторопился я перейти к решению оставшейся проблемы сразу, подходя к главам семей, не теряя времени на приветствия, — нам нужен план, чтобы решить эту беду быстро и без потерь.

— Да, точно! Есть тут где-то тайный ход или что-то ещё, что ведёт за стены и подальше отсюда? — спросил Юсуфа Лев.

— Ох, ну конечно мой друг, тут есть такое место и мы непременно должны им воспользоваться, идёмте со мной и мы выведем всех отсюда и после разберёмся с врагом снаружи, — ответил Кая, кровожадно заулыбавшись.

— Нет, не совсем так! Ведь мы не знаем где эти люди снаружи, верно? А вот мой новый друг знает и покажет мне это место, так ведь? — остановил я Льва и Юсуфа, обращаясь к типу в маске, который кивнул мне в ответ, — он сказал, что там трое и подтвердил, что детонатор у одного из них, а их машина стоит неподалёку. За дверью ещё двое. Поэтому я с другом пойду к ним, под видом того, что я сдался им, а остальные, отслеживая меня, по моим часам, спросите у Феликса, пойдут за мной, через тайный вход, чтобы помочь мне и избавиться от них окончательно.

— Хех, хороший план, мне добавить нечего! — хлопнул в ладоши Лев.

— Да, это, наверное, единственно верный план, — согласился Энрике Фернандес, а Кая просто молча кивнул.

— Итак, у нас мало времени, я дождусь, пока все отсюда уйдут, и после я пойду с новым другом к выходу, и мы двинемся к машине, хорошо? — в ответ мне все кивнули, — отлично, попрыгали!

— Ах ты, эгоистичный придурок! Ты мелкий и тупой чурбан! — я развернулся и встретился лицом к лицу с разъярёнными глазами Аны Марии, они были слегка покрасневшими и из них били молнии. Она тотчас запрыгнула на меня и стала бить руками мне в грудь, выкрикивая ругательства, — Как ты посмел уйти?! Я звала тебя! Ты эгоист!

— Ну, прости, прости меня Анюта, — я нежно обхватил стройную девушку и прижал к себе, зарывшись в её волосы и начал шептать ей на ухо, — я не хотел тебя обидеть или напугать, тогда нужно было так сделать, прости.

— Т-ты, да как ты смеешь! Нужно было? Кому? — она на секунду оторопела от объятий, и чуть смягчив напор, продолжала говорить, но не вырывалась из рук, — ты меня так напугал! Как ты посмел! Ты так важен и ты чуть не ушёл, зачем?!

— Тише, Анюта, всё хорошо. Нужно было что-то быстро решать, и я по своей глупости решил, что так будет правильно, и никто не пострадает, — я ещё чуть крепче прижал её, пока она совсем не потеряла запал, — прости меня, я не мог тебе сказать, нужно было срочно что-то делать, я не мог ждать.

— Ах, ну ты и осёл! — она стукнула меня в последний раз и успокоилась, принимая мои объятия, — в следующий раз не делай так больше, говори мне, мы решим всё вместе. И отпусти меня, пожалуйста, я успокоилась, да и папа как-то странно на нас смотрит.

— Ох, прости! — я выпустил её из объятий и отступил назад, а по моей спине пробежалась стая мурашек, когда я глянул в сторону Энрике, который с холодным блеском в глазах смотрел на нас, — поспешим, у нас мало времени.

— Акстись, Рики, всё же хорошо, дай молодым поворковать! — с задорным видом приобнял Лев отца Аны Марии и дёрнул его за собой, — всё хорошо, Мишаня у нас парень видный, красивый. Наклепают тебе детишек, и будешь с ними играть на пенсии, классно же!

— Ну-ну, пойдём, — Ана Мария зарделась, услышав слова Льва и что-то грозно буркнувшего ему в ответ Энрике, — у нас и правда мало времени.

— Прости, Анюта, но мне в другую сторону, нам надо найти врагов с детонатором, а это могу сделать только я, увы, — я пожал плечами, развернулся было, но она взяла меня за руку и пристально посмотрела на меня.

— Пообещай мне вернуться, Михаэль! — она сжала мою руку с тревогой.

— Эм, хорошо, я обещаю, что вернусь, не переживай, — я приложил к её руке вторую руку и кивнул, — а теперь иди, не заставляй отца беспокоиться о тебе.

— Хорошо, но ты обещал. Запомни, если ты не вернёшься, я достану тебя хоть из-под земли и сама верну тебя обратно, чтобы после вновь отправить тебя на тот свет, понял? — она высвободила руку из моих рук и быстро пошла в сторону, куда ушёл её отец.

А я, отходя от приятных чувств к этой девушке, и от объятий с ней повернулся к типу в маске и отдал приказ вести меня к его подельнику с детонатором. Мы подошли к входным дверям. Он скомандовал своим бойцам открыть двери и выпустить нас. Двери открылись, и мы вышли, заперев дверь за собой. На вопросы бойцов об остальной команде он ответил, как я ему сказал, что они пока держат всех на мушке, и как только мы сядем в машину, то он отдаст им приказ отступать, поэтому этим ребятам у дверей, нужно остаться тут и открыть им двери, чтобы те, кто внутри смогли выйти. Они согласно кивнули и мы с типом в маске двинулись дальше. Пока мы шли, я наблюдал за аурами бойцов семей Совета, которые поодаль незаметно для обычного глаза следовали за нами, а когда мы пришли к машине, то нас остановили трое бойцов, которые ждали нас. Тип в маске повторно всё им объяснил, и они начали усаживаться в машину, отдав ему детонатор. А как только мы заполучили его, то я дал сигнал к действию и всех троих тотчас обезвредили и скрутили. После мы выведали у них места заложения взрывчатки и обезвредили её. А ещё чуть позже меня с бойцами семей Совета посадили в машину и отправили домой, под защиту стен Лоренцо.

Мы довольно быстро выехали на трассу, а затем спустя пять минут снова свернули с неё заезжая в сторону какого-то посёлка. Я удивлённо огляделся в окна и с недоумением спросил.

— Ребят, а куда это мы едем? Это какой-то спец маршрут для отхода? — не понимая дороги спросил я.

— Ага! — заржал боец на переднем кресле и, обернувшись по мне с ухмылкой сказал, — это наш план Б.

— Какой бл… — я не успел выругаться, как почувствовал сильный удар по затылку и потерял сознание.

Глава 20

Покой, невесомость и тишина. Похоже, я сплю. Или может быть очередная атака убийц прошла успешно? Хм, вряд ли, я, как ни крути, нужен им живым. Ведь судя по всему, они меня могли убить давным-давно, но почему-то они этого не сделали? Видимо им от меня или из меня что-то нужно. А если вспомнить, что раннее нападение было от помощника Дюпон, то им как минимум нужны мои глаза. Точно, помощник Дюпон, боец Романа, как я мог забыть про них? Как раз видимо это они и есть шпионы в семье Феликса и Лилу, а значит, что такие есть и в каждой семье, как мы ранее и обсуждали… Эх, ну какая теперь разница, я уже в их руках и хрен пойми, что будет со мной дальше…

— Аааархг! Что за?!… Почему мне во сне так больно?! — перед моим взором стал мигать яркий свет, какие-то размытые черты лиц людей. Я чувствовал, как меня тащили по полу за руки, мне было дико больно, а затем я снова потерял сознание, — ох, и вот я снова в тишине и покое, слава всему, тут ничего не болит…

— Здравствуй, Видящий. Я рада приветствовать тебя в своей обители, — услышал я чей-то певучий женский голос, — ну же у нас мало времени, а нам столько всего нужно обсудить…

— Кто ты? — я ошарашенно закрутил головой, но она еле двигалась, как и руки и ноги, — я не могу, прости, тело не двигается. Я не вижу тебя, только слышу. Где ты?

— Хи-хи, это не важно, Видящий, я вижу и слышу тебя, не напрягайся, ты ещё очень слаб и пока не можешь двигаться тут, — её голос доносился со всех сторон, он обволакивал и согревал меня, — я хранитель места, которое ты называешь Механизм. У меня нет имени, я давным-давно забыла его.

— Ох, прости, могу я называть тебя Лара, если хочешь? Оно означает хранительница на моём языке, мне и тебе будет так удобнее, я думаю, — немного подумав, я решил, что общаться с ней без имени будет неправильным, — и зови меня, Михаил или Миша, так меня зовут. Скажи мне, как я тут очутился и зачем?

— Хм… Мне нравится, М-миша, хи-хи, как забавно это звучит! Я давно ни с кем не общалась, ты первый, кто смог сюда попасть за очень долгое время, — я услышал грусть в её голосе и мне стало ещё гаже на душе, так как я понимал, что такое одиночество, но не мог представить как это быть одному долго, — так вот, ты оказался здесь Видя… ммм, Миша, так как видимо ты находишься в смертельной опасности, а твоё тело и способности ещё не готовы к такому. А также потому, что ранее ты уже получил экстренное развитие от этого места, которое укрепило твоё тело и способности в короткий срок.

— Эм, да, Лара, всё, так как ты говоришь. Я действительно в серьёзной опасности и кажется, что скоро умру. Хотя всё это было очевидно ещё тогда, когда я получил медальон и когда я резко усилился. Ведь такое просто так не бывает, верно? — я вспоминал и прокручивал всё, что я пережил за последнее время, и всё становилось слишком очевидным. Как в плохом фильме, где ты заранее уже знаешь, чем он закончится. А я ещё раз подтвердил себе, что я идиот, так как не останавливался всё обдумать и тупо пёр вперёд, — но я так и не понял, почему я тогда получил эти медальон и ускорение и откуда оно…

— Да, Миша, всё так, это было не просто так. Ты прав, — она помедлила, раздумывая над моими вопросами, а затем продолжила, — все твои силы и сам медальон идут из этого места. Они его часть, такая же часть, как ты и как я. Медальон был сделан из артефакта, который ты называешь, Механизм, а твоя сила, это сила этого артефакта, которому нужен проводник в вашем мире. Проводник это ты, Миша. А так как твоё тело ранее было на грани и не могло вместить достаточно сил, то Механизм решил усилить его. Но, увы, следующее усиление может быть только через большой промежуток времени и ты сам должен быть к нему готов и попросить Механизм дать тебе больше силы.

— Ох, как всё запутано… — я переваривал полученную информацию и понимал, что в этот раз не смогу получить никакой помощи ни отсюда, ни из моего мира, — Лара, скажи, а где мы? Это какой-то иной мир? Я ведь знаю, что моё тело находится не тут, а лежит в моём мире без сознания.

— Всё так, твоё физическое тело находится в твоём мире, а вот твоё ядро, дух, если я правильно понимаю твои мысли, вы его так называете, вот он находится тут. А твоя душа, если говорить на твоём языке, это ключ к этому месту. Примерно так это выглядит, — она замолчала и немного подумав, сказала, — а я, я являюсь сущностью. Вы в вашем мире назвали бы меня богиней, но это не так, вы многого не понимаете и у вас очень не точная религия, поэтому вы путаете эти понятия. Я что-то вроде Тары в вашем славянском пантеоне, я храню и укрываю это место.

— Что же мне не всё понятно, но я ещё поразмышляю над сказанным тобой, Лара, спасибо, что ответила на мои вопросы, — я отодвинул пока свои мысли на второй план, — скажи, а как сюда мне отсюда выйти и как попасть вновь? И для чего вообще нужен этот Механизм?

— Хи-хи, не торопись, Миша, ты ещё очень слаб для этого, то, что ты здесь, это случайность и пока тебе здесь не место. Со временем ты сам откроешь все двери и придёшь сюда. Но до этого ты должен стать сильнее, — её приятный и мягкий голос продолжал обволакивать меня и я постепенно стал забываться, что я сейчас нахожусь в очень плачевном состоянии, — а скоро тебя снова вернёт в твоё тело, как только оно очнётся в твоём мире. На этом закончим, а теперь послушай то, что я тебе скажу, это очень важно.

Она стала говорить мне о том, что я был избран Механизмом, как проводник его силы в своём мире. Также, что помимо моего мира есть и другие миры, в которых тоже есть другие проводники и моя главная задача найти их. А затем, либо силой забрать их дары, либо добиться того, чтобы они добровольно мне отдали свои силы. Ну и конечно я мог бы просто отдать им свою силу, но тогда я останусь в том мире, где это произойдёт, навсегда. Ещё она рассказала о том, что у меня есть уровни развития, как у дара, так и у тела и у сознания и они повышаются от того как, зачем и в какое направление я веду полученный дар. На самом деле она не знала, как всё это нужно развивать, но понадеялась, что я сам во всём разберусь, так как я пока самый первый среди своих братьев, Видящих, и единственный, кто смог попасть к ней. Сейчас я находился примерно на пятом уровне развития тела, на седьмом уровне развития сознания и на десятом уровне развития дара, так что мне предстоит хорошенько поработать над собой в будущем. Ну ладно пусть так, правда, очень это похоже на наши земные РПГ игры, но хрен с ним, пусть так. А ещё она сказала, что подарит мне возможность видеть их, за то, что я попал к ней и за то, что был добр, общаясь с ней, и дал ей имя. Меня это не сильно обрадовало, но с паршивой овцы, хоть шерсти клок и то радость. Ещё она рассказала мне, что мои дары такие же, как и у других, но то какими они будут и как изменятся, зависит только от меня и от того, как я ими пользуюсь, так как практика это основа моего развития. А перед тем, как боль снова начала меня терзать я уже издалека услышал её голос в последний раз, он говорила, что я должен доверять своим снам, так как они у меня на редкость прозорливы, а после я открыл свои уже физические глаза и закашлялся.

— Где я? Что тут происходит? Здесь есть кто-нибудь? — разнеслись эхом мои слова и затихли, будто их поглотила стоящая вокруг меня тьма. Я пришёл в себя. Я ничего не вижу и не слышу кроме собственного голоса и скрипа. Подождите, я связан?! Точно, мои руки и ноги связаны, а я слышу скрип верёвок о кожу, при попытке ими двигать.

И тут меня будто током ударило… Я вспомнил о том сне в Ялте, перед встречей с Феликсом. Всё до ужаса было так же как в том сне. Я начал судорожно вспоминать, что ещё спустя какое-то время сюда придут ещё трое. Что были в моём сне, и начнут постепенно убивать меня и чтобы этого не случилось мне нужно что-то быстро сделать. А затем в памяти всплыл белый платок с инициалами В.В., и догадка пронзила мой мозг с новой силой. Я знаю, кто мой будущий мучитель и возможно главный из заговорщиков Совета, это был глава английской семьи карателей, Бенджамин Бакер! Вот кто стоял за всем этим! Черт побери, вот хитрый жук, он обвёл всех вокруг пальца, и всё это время пытался меня схватить. Я стал шевелиться и сквозь боль, кровь и слезы от движений тела, пытаться освободиться раскачаться или сделать просто хоть что-то. Но нет, всё было тщетно. Я горестно вздохнул, и вдруг за дверью послышались шаги. Я сжался, от страха предчувствуя, и помня то, что вместе с тем, как эти люди войдут сюда и мне придёт конец. Протяжно проскрипев, открылась массивная металлическая дверь моей темницы и в неё вошли трое с факелами. Двое держали меня, а третий надменно и с ухмылкой толкал свою злодейскую речь избивая и без того моё раненое тело. Я со злостью и отчаянием висел и не мог ничего сделать, но всё-таки собрался и из последних сил вперил в его глаза свой яростный и пронзающий взгляд. Концентрируясь в попытках подчинить этого надменного гада.

— Охохох, Михаэль, а ты забавный! Ты явно стоил моих усилий! — он расхохотался глядя мне в глаза и ударил меня в поддых, — Но можешь не стараться взять меня под контроль своими чарами! Ты думал, я не знал об этом. Точно, ты не понял, не зря же у тебя такое удивлённое лицо! Ты одурачил всех, кроме меня, так как я уже сталкивался с тебе подобными и забрал себе их глаза. Пусть они не были такими сильными как ты, но я сейчас под их защитой!

— Сэр, нам пора, прошу вас заканчивать, — появился ещё одна тёмная фигура в дверях, — у вас на сегодня ещё три встречи и званый ужин.

— Ох, да, а я уже и забыл! Ну что же, Михаэль, нам пора прощаться! — разочарованно он посмотрел на меня, — будут ли у тебя последние слова? Не томи, скажи что-нибудь, порадуй меня!

Я изнемогал от боли, но держался в сознании, мой мозг старался найти выход из ситуации горя и плавясь от напряжения. И глянул на врага и увидел, как его глаза засияли голубым светом, а затем голубой блеск сверкнул у всех троих находящихся с ним. А это значило, что они под его контролем и что я могу попытаться перетащить их на свою сторону. Я резко перевёл взгляд на человека в дверях и сосредоточился на нём, посылая команду на подчинение, пока не заметил фиолетовый отблеск из-под его капюшона. Я отдал ещё один мысленный приказ, и силуэт тотчас метнулся к Бенджамину, и ухватил его за руку, выхватывая нож и рубя им верёвки, которые связывали мои ноги. А затем он накинулся на него и они оба закрутились клубком по полу. Я почувствовал, что мои ноги стали свободными. Я оперся на держащие меня руки смог поднять ноги вверх и пнуть в воздухе одного из громил, который был занят тем, что стоял и смотрел, как бьют Бакера. Он отлетел в сторону, а я, не теряя времени, развернулся и ударил ногой второго бугая и, судя по хрусту, что я услышал, я проломил ему череп.

Я упал на пол и стал ползти к ножу, который лежал на полу, недалеко от меня. Я поглядывал на драку, в которой, к моему сожалению, явно выигрывал Бакер сидя и лупя рукой по лицу подконтрольного мне человека, а первый бугай, качая головой, вставал и искал меня взглядом в тусклом свете факелов. Я дополз до кинжала и, взяв его руками начал, пилить верёвки на них. Бугай увидел меня и сразу же побежал в мою сторону. Но я оказался на секунду быстрее. Дорезав верёвки, сидя на полу, я сделал подножку бежавшему на меня противнику. А затем, схватив упавшего верзилу за голову, поднял её и резко с силой приложил её об пол, слыша хруст ломающегося черепа. Я смотрел на Бакера и медленно поднимался с пола, держа в руках нож. Он стоял напротив меня со звериным оскалом, а в его руке уже был второй его нож. Он начал шагать в мою сторону по спирали, постепенно приближаясь ко мне справа. Исходя из ситуации и виденного мной, он был явно умелее меня в драках. А идти на прямое столкновение с ним у меня не было никакого желания. Поэтому я двинулся в противоположную сторону, а когда он сорвался с места, нанося удар по мне, я резко дёрнулся и проскользнул снизу мимо его удара, получив лишь небольшой порез на плече. Я побежал к двери и услышал, как что-то просвистело мимо моей головы, ошпарив болью моё ухо, и гулко ударилось о каменную стену, я захлопнул за собой дверь и побежал налево, откуда ранее я слышал приближающиеся шаги.

Я бежал по коридору и, мотая головой по сторонам, искал путь, чтобы выбраться отсюда. Я забежал в большой зал и, увидев лестницу, ведущую вверх, стремительно побежал к ней. На ходу я увидел, как с неё спускаются двое и я, не раздумывая ни секунды, накинулся на них, сбивая одного с ног, а второго резко прикладывая головой о стену. Они упали, и я ринулся дальше. Я судорожно в панике рыскал глазами, ища путь дальше, но его не было видно, я бродил и бродил по большим комнатам, пока не дошёл до окна и выглянул в него. Охренеть! Я был в каком-то огромном замке! А из окна открывался вид на огромную пропасть и воду до горизонта. Я ошарашенно отпрянул от окна и присел на пол, пытаясь собрать панические мысли и чувства в кулак. Затем я прикрыл дверь и начал рыться в комнате, ища что-то, что может пригодиться мне для побега. Я очень сомневался, что Бакер с его возможностями и связями был тут всего с пятью охранниками, поэтому мне нужен был план, чтобы я смог выбраться отсюда.

На улице темнело, а в замке становилось холоднее. Я тихо обшарил все комнаты, что смог и вернулся к избитым мной и лежащим всё ещё в отключке двум охранникам, у одного из них я забрал пистолет и патроны, а у другого снял кроссовки и надел на свои босые ноги. Я привёл каждого из них по очереди в сознание и подчинил своей воле, а после они рассказали мне, в какую жуть я угодил. Выходило так, что замок находился где-то в Англии и принадлежал Бакеру. На данный момент в замке и окрестностях было порядка ста-ста пятидесяти человек разной степени вооружённости. А также элита подчинённая напрямую Бакером состояла из десяти человек, троих из которых я уже убил. Ну, пока у меня всё плохо, я держусь только на морально-волевых, а против меня сейчас около ста пятидесяти вооружённых человек, которых я как-то должен либо избежать, либо одолеть. Скажем прямо… я в полной заднице…

Я не стал терять времени и, приказав бойцам с лестницы следовать за мной и защищать меня, а ещё по возможности тихо скручивать встречающихся нам на пути бойцов, чтобы я мог их подчинить, проследовал из облюбованной мной комнаты в коридор. Мы передвигались тихо и аккуратно, пока не наткнулись на двоих ребят с автоматами, подчинённые мной бойцы как-то ну уж очень оперативно скрутили их и я обзавёлся ещё двумя охранниками. Уже впятером мы стали исследовать дом и подчинять всех, кого находили. По итогу, когда мы дошли до подвала, в котором я был связан, нас было примерно двадцать человек и, увы, больше я уже не мог держать под своим контролем, так как это стало мне причинять небольшую боль и рассеянность в мыслях. Поняв, что в замке больше никого нет, мы подошли к главному входу и рассмотрели то, что творилось снаружи. Увы, но ничего хорошего я там не увидел, кроме толпы вооружённых боевиков и пары пулемётов, установленных на джипах. Блин, да я только в кино такое видел… Подумав, я решил поискать другие пути из замка, приказав бойцам стоять на смерть, и во что бы то ни стало не отдавать врагу вход. Я оставил команду у входа и, взяв с собой двоих бойцов с лестницы, двинулся на поиски альтернативного пути из замка. Мы бродили по залам и комнатам, но ничего так и не смогли найти, всё было монолитным без единого намёка на спрятанные проходы или отпирающие механизмы. Затем мы спустились в подвал и стали обшаривать его в надежде найти выход. Я увидел на стене одинокий подсвечник и от удивления и смеха хрюкнул, обрадовавшись своей находке. Ну, блин, это может раньше, тут всё было уставлено чем-то, и такой жест в интерьере не бросался в глаза, но сейчас всё не так. Я подошёл к нему и потянул за него в надежде услышать щелчок. И я его услышал, но в тот же момент моя голова взорвалась от ощущения близкой и смертельной опасности. Поняв, что что-то пошло не так я рванул в противоположную сторону от стены и на бегу услышал, как что-то очень сильно и мощно взорвалось за спиной. А после меня взрывной волной и камнями откинуло в сторону от направления, по которому пролегал мой путь.

В ушах звенело, глаза чесались, тело ныло, а во рту было полно песка. Я огляделся и понял, что очутился под завалом камней, а недалеко от меня слышатся звуки боя. В какой-то момент всё стихло, и я услышал, удаляющийся топот со стороны лестницы. Я посидел ещё минуту и резко дёрнулся, чтобы высвободиться, что мне удалось, но, увы, я получил по голове несколькими камнями и мою ногу зажало. Пока я освобождал ногу, со стороны потолка раздались выстрелы, и там началась перестрелка. Под раскаты автоматных очередей я все же умудрился высвободить ногу и, прихрамывая, двинулся на вновь проделанный взрывом выход в стене подвала. Я выглянул наружу и увидел троих человек. Так как места для того, чтобы отбежать, и спрятаться не было, я рванул к ним и, подчинив одного, натравив его на своего соратника, врезался во второго, свалив и тоже подчинив его себе. Пока третий лежал и отбивался от ударов, я подчинил и его и мы уже вместе двинулись дальше. Судя по тишине, враг отбил главный вход и теперь ищет меня среди трупов подчинённых мне бойцов. Я решил не терять времени и приказал бойцам сопроводить меня к выходу, но они дали мне однозначно понять, что его нет. Тогда я решил идти ва-банк и приказал отвести меня к Бакеру. Мы двинулись дальше, и на ходу я набирал себе новых подчинённых, при грамотной помощи, бывших бойцов Бенджамина. А когда мы подошли к домику, не далеко от замка Бакер вышел из него, словно зная, что я уже рядом и вновь со звериным оскалом заговорил.

— Ха! Михаэль, Ну вот мы снова и встретились! Я огорчён, что из-за тебя больше половины моих людей мертво или сильно ранено. Хоть я готов был принести и больше жертв ради того, чтобы стать сильнее и забрать твои глаза себе, — он остановил всех своих людей жестом и начал медленно двигаться мне на встречу, — знаешь, так получилось, что именно моя семья практиковала подход с изъятием силы Видящего. Эти знания мы смогли применить только сейчас в этом веке, так как ранее медицина не позволяла сделать этого, без потери зрения, глаза или жизни.

— Да вы все больные! Причём на всю вашу сраную голову! — я не выдержал и выпустил на него всю боль, которую он успел причинить мне за столь короткий промежуток времени, — ты безумен, раз думаешь, что этот способ хоть сколько-то лучше, чем мои способности, да твои сраные возможности в любом случае не ровня мне!

— Ох, конечно я прекрасно это понимаю. Однако я могу сказать со ста процентной уверенностью то, что я куда могущественнее и сильнее, чем любой другой человек, а вместе с моими связями, деньгами и возможностями, мне уже нет равных, — расхохотался он безумным и с типичным смехом, — а представь, каким я, стану забрав себе твои глаза?!

— Охренеть, да ты реально псих с комплексом мелкого и ничтожного человечка! Ха-ха-ха, глянь на себя, чучело! У тебя сарделька мелкая что ли или тебе в детстве били часто и теперь ты всё это хочешь компенсировать своей жалкой силой?! — я специально выводил его из себя, так как решить всё я смогу лишь, если он будет делать ошибки, иначе он зарежет меня как барана. А глядя на то, как мои слова падают на плодородную почву, я ликовал внутри, — или к тебе приставал твой дядюшка? Давай-ка покажи мне, где он тебя трогал, маленький ты ублюдок!

— Гррр, ах ты чернь! Да как ты смеешь так говорить со мной! — его глаза застилала ярость, а зубы скрежетали во рту, ещё чуть-чуть и с его рта пена пойдёт, подумал я, — нет, я не убью тебя, молокосос, я вырву твои глаза, а после буду истязать тебя долго и медленно, чтобы ты молил о смерти! Я буду резать тебя на ремни, и скармливать тебе же твою плоть!

— Фу, как банально! Ты бы хоть поработал для начала над своей злодейской речью чучело! Мне уже скучно стало, да ребята? — я приказал всем смеяться, и они хором заржали над Бакером, — увы, но тебе не хватает харизмы, я вот лично не верю в твою игру.

— Ах ты! Ууубью!

И он ринулся ко мне. Я приказал бойцам атаковать строй врага, а сам приготовился принять бой. Бенджамин прыгнул и, извернувшись в воздухе обманным манёвром влупил мне сбоку по шее мощный удар ногой, от которого у меня в ней что-то хрустнуло, но она осталась на месте. Не теряя ни секунды, я схватил его за ногу и, развернувшись, всем весом, шваркнул его оземь и запрыгнул на его, пока он пытался сфокусировать взгляд на мне. Я принялся без разбора бить в лежащее подо мной тело, он почти не отбивался, а я продолжал и продолжал молотить его, пока чья-то нога не нашла приют на моей челюсти. Я охнул и с приданым мне ногой ускорением завалился на спину. Ну конечно, кто бы сомневался, что этот урод не припас сюрприз для меня… А пока мои звезды в глазах рассеивались ему помогли встать и он, придя в себя от моих ударов с кровавой и помятой рожей запрыгнул на меня и принялся так же как я ранее бить меня по лицу. Всё, что я смог сделать, так это прикрыть руками лицо и принимать удары. Я, как когда-то в детстве меня учили, стал пытаться скинуть его с себя и в один из рывков торсом у меня это получилось. Я подбросил его, и пока он подсознательно ухватил меня за грудки, резко поднял голову и встретил лбом его нос. Он схватился за него и завыл, судя по его метаниям, я ему его сломал. Я не стал долго ждать, пока он отойдёт от болевого шока, подскочил к нему и по очереди начал ломать руки и ноги. А закончив, я отправился помогать оставшимся на моей стороне бойцам, которые теснили врага неподалёку.

Спустя какое-то время я вернулся к Бенджамину и плюхнулся на землю рядом с ним. Он стонал, но к счастью был ещё в сознании. Я похлопал его по плечу, его пылающий гневом взгляд пересёкся с моим. Я почувствовал какой-то укол в области солнечного сплетения и мои руки и тело начало двигаться как-то само. Я снова сел на его тело, не разрывая зрительный контакт, положил свои руки ему на голову и ещё пристальнее вгляделся в его глаза. Спустя пару секунд Бакер начал нервно дрыгаться и пытаться мотать головой, но я не позволил ему этого сделать и всё глубже проникал в его глазах взглядом, словно выжигая их изнутри. А затем он завопил, будто его начали резать пилой, его тело выгнулось, а из глаз ко мне начали выходить завивающиеся клубы голубого, под стать цвету его глаз, дыма. Бакер кричал и стонал, а дым струился ко мне пока не начал втягиваться в мои глаза. Дым иссяк и Бенджамин затих на земле, что-то беспомощно бурча и лопоча себе под нос. Его глаза выцвели и стали практически белыми. А я, шипя и хрипя, отдал приказ охранять местность, охранять и беречь меня, а беспомощного Бакера оттащить в темницу, завалился там же где и сидел, потеряв сознание окончательно.

Приходил в себя я рывками, меня кто-то звал и тряс, но я не смог удержаться за сознание и снова отключился. Затем несколько раз я открывал глаза, видел смазанные силуэты людей, слышал какую-то речь, но не мог фокусироваться, поэтому снова отключался. Но спустя ещё какое-то время в небытии я открыл глаза. Я смотрел на знакомый мне потолок в доме Лоренцо, я повернул голову, и увидел как рядом со мной сидя на стуле, и положив голову на кровать, мирно сопит Ана Мария. Я, терпя боль, подвинул свою руку к её лицу и начал как можно нежнее гладить её по щеке. Она немного вздрогнула и улыбнулась во сне, а после начала ёрзать на стуле и резко распахнула глаза.

— Ох, Михаэль! Ты очнулся, слава Богам! Я уже подумала, что ты не очнёшься! — не сдержав эмоций, она прыгнула мне на грудь и крепко обняла. Поняв, что она сделала, Ана Мария резко села рядом, — ой, прости, тебе, наверное, больно?!

— Оххх… Да, больно, это мягко сказано… — поморщился и прохрипел ей я, — но я очень рад увидеть тебя и готов ещё потерпеть боль, если ты меня снова обнимешь.

— Ну, нет! Хватит, — зарделась она, — не смущай меня за мои проявления эмоций. Лучше скажи, как ты себя чувствуешь?

— Так, будто меня переехал гусеничный трактор… — попытался сострить я, но закашлялся и рефлекторно потянул руку ко рту, но замер от резкой боли и положил её обратно, — да и выгляжу, наверное, также…

— Мда… Согласно, от твоей смазливой мордашки сейчас мало, что осталось. Но ты не переживай, врачи сказали, что раны не страшные и всё восстановится, — она взяла меня за руку и с тёплой улыбкой посмотрела мне в глаза.

— Спасибо, Ана Мария, я рад, что всё закончилось и что ты тут, рядом со мной, — я ответил на её жест и немного сжал её руку, — но сейчас я бы хотел немного попасть. Если ты не против этого. Я чувствую себя очень измотанным сейчас.

— Ох, да, конечно, засыпай, а я поговорю с врачами и скажу, что ты очнулся, — она неохотно отпустила мою руку и поторопилась выйти из комнаты, а я снова начал проваливаться в сон.

— Ааахххм! — потянулся я и встал с кровати, а затем всё ещё сонный пошлёпал босыми ногами в сторону ванной комнаты. Залез в душ и, нажав на кнопку, упёрся руками в стену, ожидая, когда польётся горячая вода. Закончив принимать душ, я взял в руки какую-то хрень и брызнул в рот.

— Стоп! А почему я ничего не чувствую?! И почему моё тело двигается само?! — глазами я видел происходящее, но не управлял процессом и движениями, — какого хрена происходит!

— Эй, аууу! — я слышал, как тело что-то говорит, а точнее напевает, а затем, я увидел, что оно протирает зеркало и на меня из него смотрит абсолютно не знакомый мне человек!

— Какого хрена!? Ты ещё кто такой?!…

Конец 1 книги.

Content

Владимир Бит
«Видящий»-1 «Медальон»

Посвящение

Нюанс

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20