Виктория Евгеньевна Лещинская

Первая любовь

Пролог

Безумный рев толпы, топот ног где-то там, я их слышу, этот звук сводит с ума, я стою в прострации, молча слушаю эти сумасшедшие крики толпы, не могу вдохнуть и выдохнуть я замерла в этом моменте, через пару минут я должна выйти туда, к этому безумию, я не могу сделать вдох, тяжело, грудь сдавливает корсет неудобного платья, какое бы оно не было красивое, но сейчас, в этот момент мне хочется содрать его с себя, ожерелье из бриллиантов душит для меня это — удавка, я хочу сорвать его и выбросить, я не хочу быть здесь, я хочу бежать — бежать не разбирая дороги, не важно куда. Все суетятся вокруг меня, мне на них все-равно. Монтажники проверяют свет, звук, ведущие на сцене что-то говорят, я не слышу мне душно, я задыхаюсь… Я словно статуя замерла, я смотрю на себя будто со стороны, меня трогают за руку я отмираю, все же делаю судорожный вздох, часто моргаю, фокусирую взгляд, это — Юля мой ассистент, — Ты через пять минут выходишь на сцену, ты готова? Готова ли я? — НЕТ, не готова, но это моя работа, я должна собрать себя, улыбнуться даже сквозь слёзы, — Я буду готова к выходу, — пытаюсь улыбнуться я, по её лицу вижу выходит это у меня очень плохо. Не обращаю на это больше внимание, отворачиваюсь к сцене, фокусируюсь на одной точке, жду. Это цена славы, крутятся у меня в голове его слова: «ЦЕНА СЛАВЫ!»

Слышу голоса ведущих. Называют мое имя, я глубоко насколько позволяет корсет вдыхаю, натягиваю улыбку и выхожу под свет софитов.

1

Зима 2007 год

Аська, пошли гулять, — кричит мне подруга под окнами, я привыкла к её характеру и поведению мы дружим как говорится с горшка, от звонков на мобильный она принципиально отказывается, с детства у нас традиция, она меня всегда звала меня стоя под окнами. Хоть нам сейчас и по семнадцать, но привычка у неё эта неискоренима. Она вечно шутит, что это наша традиция. — Бегу, но может зайдешь, мне нужно собраться, будешь мерзнуть на улице? — в ответ кричу я, параллельно пытаясь не вылететь в окно и цепляюсь руками за подоконник. Ирка, сморщив нос, все же идет к парадной, параллельно что-то бормочет себе под нос. Бегу открывать, по дороге споткнувшись об кота, шерстяная зараза, вечно он так под ноги лезет. Открываю дверь, подруга вваливается в квартиру, румяная с улицы, там уже холодно — декабрь, трогает меня за щеки, пытаясь заморозить, я смеюсь и отмахиваюсь.

— Аська, шевели булками, скоро потемнеет, а мне сегодня лимит по времени дали, — наказали. Ирку могли наказать только за оценки, в конце — концов выпускной класс, дальше институт, родители в этот последний год в школе решили её контролировать, Ирка учиться не любила, умная зараза, но ленивая жуть, все хватала быстро, её достаточно было только прочесть материал. Мне же приходилось корпеть над учебниками, чтоб хоть что-то запомнить и делать это приходилось долго и нудно. — Бегу, бегу уже, — ворчу я, по дороге ищу джинсы и свитер, Ирка сидит у меня на кровати и копается у меня в косметичке, — дай сюда, а то выгляжу как обезьяна, надо привести себя в порядок, начинаю искать карандаш и тушь. — Аська, ты себя в зеркало видела? В каком месте ты обезьяна? Эх, тебе бы в модели или актрисы — фыркает, её любимая манера, а потом с горящими глазами начинает тараторить, — Слушай, а давай мы тебя на какой-то конкурс красоты отправим, а?

Зная её безумные идеи и фантазии, я в принципе привыкла к ним и обычно не реагировала, но здесь я не выдержала и громко засмеялась, — Ирка, ты белены объелась? Какой конкурс красоты? Давай лучше тебя отправим — ты красотка, а я так середнячок — смеялась я так, что потекла только что накрашенная тушь. — Да ну тебя, — фыркает снова она. Она почему — то была уверена, что я красавица, я же наоборот считала таковой её. Она была милашка, блондинка с серыми как сталь глазами, худенькая невысокая, я же не такая утонченная выше на полголовы ростом, мне казалось, что я рядом с ней каланча. Да, я не считала, что я некрасивая, я была жгучая брюнетка и большими карими глазами, высокие скулы, пухлые губы, но какая — то не такая, как я считала, чего — то мне не хватало. Вытерев размазанную тушь, я бодро встала, забрав замученную Иркой косметичку и потащила ее к дверям. — Ирка, куда путь держим? — спросила я, когда мы вышли на улицу. — Пошли в центр города, может в кафешку зайдем, чаю возьмем, — почесала нос Ирка и чихнула. В центр города нам идти было недалеко, пару кварталов, мы жили практически в самом центре. Зашли в кафе взяли чай и пирожные, сели за столик. Покрутив чашку, я задумалась, — Аська, о чем думаешь? — с улыбкой спросила Ирка, — Думаю о будущем, куда поступать, я не знаю кем хочу работать? Это так ответственно, а я даже не представляю кем хочу стать, вот ты решила идти на юридический, а мне куда? — выдохнула печально я. Чувствовала себя глупой что ли, из-за того, что никак не могу определиться. Все уже знали куда пойдут, до экзаменов рукой подать, а я, как всегда, вечно неуверенность в себе и своем выборе, всегда боюсь сделать неправильный выбор, виной тому родители, которые вечно решают за меня, сейчас же я хотела решить сама, не давая им шанса строить мою жизнь за меня хоть в этом вопросе.

— Аська, вот что тебе нравиться больше всего? — с улыбкой спросила Ирка, — петь, танцевать, рисовать — это же ты любишь больше всего. Ты вон сколько лет по всем кружкам бегаешь, что зря? — может что-то из этого выберешь, я не представляю тебя в кабинете и с ручкой, вот серьезно. Да и такую красоту грех прятать в зашарпанном кабинете, даже самой крутой компании. Ирка искренне восхищалась моей внешностью, не было зависти у неё, наоборот, она все время хотела, чтоб я где-то поучаствовала, показала себя, она была уникальной, таких я больше в своей жизни не встречала. Любила ее безумно, за то, каким лучиком света она была. — Может ты и права, — задумалась я, но вариантов кем я могу стать не так уж и много; учителем вокала или танцев, максимум дизайнером, если выберу рисование, — я закусила губу, Ирка посмотрела на время в телефоне и запричитала что ей пора домой, иначе влетит от родителей. Так наши посиделки подошли к концу и пошли домой, всю дорогу я обдумывала Иркины слова, выбор будущей профессии важен и тяжелым якорем лежал на моих плечах.

— Савельева, там тебя ищет Валентина Леонидовна, — крикнул мой одноклассник Олег Захарко, несясь мимо меня в параллельный класс, в котором училась его девушка Аня. Удивившись, что от меня может хотеть наша классная руководительница, я пошла в кабинет.

— Анастасия, скоро Новый Год, я хотела попросить тебя поучаствовать. Поставь танцы с остальными ребятами с нашего и параллельных классов. Я про себя обрадовалась, но собрать три параллельных класса и заставить их танцевать, было практически нереально, да еще на всё про всё у меня на это две недели, — Насть, — продолжала Валентина Леонидовна, — я знаю что могу доверить это только тебе, а если ты еще споёшь, я поставлю тебе пятерку за полугодие автоматом по алгебре и геометрии, я очень прошу, выручи пожалуйста, — посмотрела серьезно она. Перспектива получить пятёрку автоматом вдохновила, и я согласилась. Прозвенел звонок все расселись по своим местам, начался урок, я же весь урок была в своих мыслях, пытаясь сообразить, как мне собрать три класса вместе, да еще уговорить их на выступление. Одиннадцатый класс, кому захочется участвовать хоть в чем-то, когда у всех мысли совсем не о школе и танцах. Но помогла мне в этом учительница, пообещав всех собрать, всем пригрозить оценками, использовать свой учительский авторитет. Через два дня три класса собрались в актовом зале, классные руководители с грозным видом ясно дали понять, что бежать нам некуда, выступать придется, толпа старшеклассником сразу скривилась и начала канючить, но выхода не было, отобрали желающих и не очень, на завтра назначили репетицию. И все потянулись со стоном и воем к выходу. Я выдохнула окончательно, одной проблемой меньше, и пошла домой. Репетиции шли полным ходом мне предстояло танцевать в паре с парнем из параллельного класса, спустя час я практически плакала, он оттоптал мне все ноги. Не выдержав моих мучений, мой одноклассник Дима, вырвал меня из хватки нерадивого танцора и увел, гаркнув тому через плечо, что танцор из него никакой и ему стоит петь и поволок меня к стульям, я была благодарна Диме.

— Ась, посиди здесь пять минут, я пойду отправлю его, а потом вернусь и мы попробуем станцевать с тобой, — проговорил он и двинулся к танцору. Я лишь кивнула, ноги болели. Не знаю, что он ему еще сказал, но того, как ветром сдуло из зала. Вернувшись ко мне, он улыбнулся протянул руку, я в неё вцепилась и встала, мы обсудили с ними движения и попробовали станцевать, Дима вел легко, был очень аккуратен, я даже забыла что мы здесь не одни. Когда закончился танец, я пришла в себя, лишь когда услышала аплодисменты от остальных ребят, резко отступила от Димы, он, судя по его растерянному виду чувствовал то же самое, также резко шарахнувшись в сторону и отпустив меня. Ребята вокруг ожили и подбежала к нам.

— Дима, Ася, — это было так круто, гармонично, как будто вы танцуете вместе все время, — улыбались с хитринкой они. Мы были растеряны и стояли молча как-то даже ошарашено, я много лет танцевала, но, настолько слаженных движений и чтоб настолько чувствовали меня в танце, у меня не было никогда, я смутилась. Чтобы как-то скрыть смущение, я предложила станцевать ребятам всем вместе, но уже без нас, и пошла включать музыку. Были конечно те, кто танцевали, не попадая в такт и те, кто просто не успевал за остальными, но в целом все могло получится хорошо, я внимательно следила за всеми, изредка косясь на Диму, который стоял задумчивый и молчал. Репетиция подошла к концу и все стали собираться по домам, зима — темнело рано, я, уже выходя на улицу услышала, как меня окрикнули, это был Дима, — давай я провожу тебя домой, — предложил он. Я удивилась, но согласилась. Он придержал для меня дверь, и мы вышли на улицу, на улице был мороз и начал идти снег крупными хлопьями, я обожала снег, настроение поднялось сразу на плюс тысячу, я заулыбалась и подставила ладошки пытаясь словить снежинки, Дима улыбался, наблюдая за мной.

— Ась, ты давно на танцы ходишь? — спросил Дима, прерывая наше молчание и покраснел, хотя может покраснел из-за мороза. Он был таким милым сейчас и непривычным для меня — тихим. Все привыкли что он душа компании, заводила школы — Димка Абрамов, любимчик всех девчонок и учителей.

— Да, я уже десять лет хожу на танцы, танцы — это моя страсть, — улыбнулась я и тоже покраснела. По дороге мы много разговаривали, смущение прошло как-то само собой. С ним было так непривычно легко, хоть мы раньше особо и не общались, но сейчас, мы общались так будто знаем друг друга всю жизнь было странно, но очень уютно. Возле подъезда мы распрощались и домой я поднималась с улыбкой на лице. Дома пахло пирогом и мой желудок сразу дал мне знать, что пора бы и покушать что-нибудь. Мама выглянула из кухни и с поцеловав меня в холодную щеку отправила мыть руки и за стол, что я быстро побежала выполнять. За ужином я вкратце рассказала о выступлении, репетиции, учебе, доела и побежала в комнату делать уроки, их никто не отменял. Над уроками сидела до двух ночи, естественно утром я проспала, и утром неслась, сбивая все на своем пути, одевалась на ходу. Вылетела из подъезда и побежала в школу, снега за ночь выпало прилично, а проезжую часть раскатали машины. Дождавшись зеленого света светофора, я, не смотря по сторонам побежала дальше, секунда и в меня кто-то врезался. Нас отбросило на обочину дороги, и я услышала звук тормозов и громкое БУМ где-то рядом, все происходило за доли секунды, я ничего не понимала, была в какой-то прострации, без чувств, без эмоций. Меня так же лежа на земле аккуратно перевернули на спину и помогли сесть, сфокусировав взгляд я начала приходит в себя, понимая, что меня тормошит Дима. Он начал осматривать меня, а я, не обращая на него внимания смотрела лишь на разбитую машину, буквально в полуметре от нас, наконец мне удалось выдавить из себя хоть слово, после пережитого шока, — со мной всё в поряд... дке, — заикаясь ответила я, до моего сознания дошло что этот вопрос он задаёт уже раз десятый, внимательно рассматривая меня. Вокруг собралась толпа, кто-то вызвал скорую, спустя 15 минут меня и Диму загрузили в машину и увезли в травмпункт. Там нас осмотрели, когда нас сажали в машину скорой помощи, я поняла, что у меня болит рука и нога, прошёл первый шок и начала ощущать тело. Нам сделали снимки, у Димы тоже болела рука и бок, руку он сильно ушиб, я тоже отделалась лишь ушибами, и растяжением лодыжки. В тот день в школу мы, конечно, не попали, Дима позвонил классной руководительнице, объяснил ей всю ситуацию. Родителям он тоже позвонил, через полчаса, они, нервничая вбежали к нам в смотровую, мама в слезах, папа собран как никогда. Нам выписали обезболивающие, мне и Диме наложили фиксирующие повязку, и отпустили домой, предписав мне пару дней покоя, не тревожить ногу. Родители нас забрали и завезли Диму, домой не забыв его поблагодарить. Дома мне строго — настрого запретили вставать, я же в тишине своей комнаты разрыдалась, осознав всю возможную трагичность ситуации, если бы не Дима, была бы я ещё жива? Вопрос в никуда. Придя в себя и успокоив свою истерику, я подумала, что нужно ещё раз поблагодарить Диму за спасение моей жизни, набрала его номер. Когда он ответил звонок, честно, я растерялась все слова вылетели из головы.

— Алло, алло, — продолжал говорить Дима, а у меня отняло речь, надо поблагодарить, но что сказать, миллион мыслей, вдохнув выпалила, — Дим, это я, — бормотала еле слышно, — Я хотела сказать тебе еще раз большое спасибо, если бы не ты, — я всхлипнула и слёзы снова полились ручьём.

— Насть, всё нормально, не плачь, пожалуйста, хочешь я сейчас приду к тебе? Хочешь что-то вкусное принесу? Ты любишь сладкое, — успокаивал он меня как маленького ребёнка. Я кивала головой, а сказать из-за слёз ничего не могла, кое-как между всхлипами сказала — ДА, — и дальше продолжила истерику, это был ответ на всё сразу.

— Насть, скажи свой этаж и номер квартиры, через 20 минут буду, — спросил он, и я слышала, что он начал шуршать и греметь чем-то на заднем фоне. Явно начал собираться ко мне и одновременно пытаясь успокоить меня.

— 2 этаж, квартира 3, - всхлипнула я и сбросила вызов.

Через 20 минут Дима звонил в нашу дверь, я сидела на кровати, всё ещё всхлипывая и слышала, как мама впускает его в квартиру, шелест пакета и тихие шаги к моей комнате. Дверь открылась и в неё вошел он, пытаясь улыбнуться и ставя рядом со мной пакет. Но понял что меня сейчас не заботят сладости, сел рядом и обнял, у меня в тот момент не было смущения, хотя общения с мужским полом у меня было не много, а уж чтоб меня обнимал парень, такого не было никогда, обнимал он меня нежно, как хрустальную вазу. Слёзы лились ручьём, он ничего не говорил, молча ждал, в какой-то момент я почувствовала легкое касание его губ к своим волосам, настолько легкое, что думала мне показалось. Спустя 10 минут истерика сошла на нет, я шмыгнула носом и подняла на него глаза, он улыбнулся, и я замерла, резко отстранилась от него и смутившись опустила взгляд в пол, краснея как помидор. Он улыбнулся, взяв меня за подбородок и заставив посмотреть на него, произнес:

— И чего смутилась, только что цеплялась за мой свитер, насквозь проплакала его, а теперь краснеешь, — его улыбка была настолько заразительна, что я улыбнулась ему в ответ.

Ведь действительно, только что навзрыд рыдала на его груди, не давая возможности отодвинуться даже на миллиметр, так чего теперь смущаться, но щеки предательски горели.

— Так, — решил он отвлечь меня, так как цвет моего лица не менялся, а оттенки становились гуще, — я принёс кексы, киндеры, разные шоколадные батончики, конфеты, печенье, не знаю, что тебе нравиться, выбирай и давай улучшать твое настроение, — доставал из пакета всё мне на кровать, — он смотрел на меня с улыбкой, но взгляд цепкий, явно ждал вторую часть истерики. Я улыбнулась ему и начала перебирать сладости. Мама заглянула в комнату и спросила будем ли мы чай и сказала, что скоро будет готов пирог. Весь остаток дня Дима провел со мной, мы много разговаривали, он рассказывал много смешных историй, явно пытаясь не дать мне снова впасть в истерику, заставив его поужинать с нами мама успокоилась и Дима, посмотрев на время начал собираться домой. К моменту, когда он уходил я уже весело улыбалась и чувствовала себя гораздо лучше.

В школу на следующий день я не пошла, мама зорко следила чтобы я не вставала, даже с работы отпросилась чтоб помогать мне, и лишний раз не позволяя встать с кровати. У нас сегодня должна была быть репетиция, а я лежала дома и думала, как мы всё успеем. Набрала Валентину Леонидовну, она сразу взяла трубку, строго сказала:

— Сиди дома, мне Дима всё рассказал, сегодня репетиция будет без тебя, он за всем проследит. Я честно признаться выдохнула, подводить людей я не любила жутко, а сейчас подводила. Вечером пришёл Дима, улыбаясь зашёл ко мне в комнату с очередным пакетом, в пакеты было только то, что мне вчера понравилось.

— Рассказывай, как прошёл день? — присаживаясь рядом на стул спросил он, внимательно рассматривая меня. Что он пытался высмотреть я не знаю.

— Скука смертная, что может произойти интересного у человека, которому даже вставать запретили, чтоб быстрее восстановиться, лучше расскажи, как ты? Как рука? — спросила я и показала на повязку.

— Та, до свадьбы заживёт, — улыбнулся и подмигнул он, — в школе всё так же, стоит, не рассыпалась, учителя все как всегда, рога еще не у кого не выросли, хотя, — почесал он подбородок, — у нашего физика могли бы и вырасти, — мы засмеялись одновременно, к физику Александру Аркадьевичу у нас была особая «любовь», он был очень строг и достаточно часто придирался к нам по пустякам, снижал оценки, вредный дяденька. Сегодня была репетиция, — продолжил он, — все справились, у некоторых конечно обе ноги левые, ну ты знаешь, мне тебе рассказывать не нужно, но в целом всё прошло хорошо. Справимся. Когда позже Дима ушёл я сидела в кровати и все время думала, как же интересно получилось, мы с ним раньше практически не общались, а после этой ситуации, я теперь жду его прихода как глотка воздуха, мне с ним так приятно и легко общаться, никогда бы не подумала. Вечером позвонила Ирка, услышав о моих приключениях была в истерике, так как вчера я не набрала её, а её родители «мучали» учёбой, как сказала Ирка. Ирка орала в трубку так что я думала, что оглохну, успокоив её что со мной всё в порядке, я пообещала звонить ей три раза в день и отчитываться обо всём что со мной происходит, на этом мы распрощались и я легла спать, а мои мысли всё время возвращались к Диме.

На пятый день сидения дома в кровати, мне хотелось лезть на стену, мой скучный больничный разбавлял только Дима, который приходил ко мне каждый день после школы и домашние задания, которые он не забывал приносить мне и помогал их делать, объясняя новые темы.

В понедельник проснувшись по будильнику я твердо решила идти в школу. Мама пыталась меня отговорить, но я твердо сказала — хватит, я больше не могу сидеть в четырёх стенах, и нога уже практически не болит, я врала нога болела, но я просто хотела вырваться из квартиры и тотальной опеки. В школе меня встретили громкими криками и улюлюканьем, крепко обнимали, я сначала даже испугалась, оказалось Дима им все рассказал, когда на следующий день пришёл с гипсом в школу. Весь день все носились со мной, Дима смеялся и говорил, что вообще-то он тоже пострадал и чего ему не покупают пирожки и сок в столовой. После уроков снова была репетиция, я сидела и лишь подсказывала ребятам если видела какие-то ошибки в танцах, через неделю нам танцевать и мне было грустно что я не могу репетировать с ними. После репетиции Дима снова вызвался меня провожать домой, под конец дня я уже сильно прихрамывала, так как нога за целый день хождения все же дала о себе знать. Дима подхватил меня под локоть, забрал у меня сумку и аккуратно повел домой. Возле подъезда мы распрощались, он сказал, что утром встретит меня и мы вместе пойдем в школу. Довольная и счастливая я зашла домой, мама, увидев моё румяное и счастливое лицо лишь улыбнулась и ушла готовить ужин.

Утром я собиралась долго и кропотливо, накрасилась, уложила волосы легкими волнами, оделась и выглянув в окно увидела, что он меня уже ждёт, облокотившись о дерево и что-то быстро печатает в телефоне. Я практически бегом спустилась вниз и вышла на улицу.

— Доброе утро, — улыбнулась я, подходя к нему.

— Доброе утро, — ответил, отрываясь от телефона, на секунду замер, но быстро взял себя в руки, — ну что, пошли? Я кивнула, и мы двинулись в сторону школы, по дороге обсуждали предстоящие уроки, репетицию и выступление.

В школе время пролетело быстро, нас начали пугать выпускными экзаменами и нагонять на нас ужас, что времени осталось мало и после Нового Года нас ждёт непомерное количество заданий и пробных экзаменов. После снова репетиция, сегодня я всё же решила не отсиживаться и репетировала со всеми только с небольшими перерывами на отдых.

2

Оставшееся до выступления время пролетело быстро. Прошла неделя и вот я стою за кулисами актового зала, немного нервничаю, ведь сейчас нам нужно выступать, а наши вроде все готовы, но уже успели на утренней репетиции поругаться из-за того, что танцевали кто в лес, кто по дрова, я их разнимала, а самой уже хотелось плакать от отчаяния. Наши школьные заводилы КВН — щики вещают на сцене, готовя всех к нашему выходу, а у меня нервы на пределе.

— Ребята, я вас очень прошу давайте соберёмся и станцуем, очень прошу. Давайте не будем позориться, а просто выступим и вы будете свободны, — я умоляюще посмотрела на них, они ворчали, Катя с Андреем зло смотрели друг на друга, готовые вцепиться в волосы друг другу, Оля с Сашей друг друга толкали плечом и грызлись в полголоса, но после моей речи посмотрели на меня и дружно кивнули, позориться на всю школу они тоже не хотели. Подошёл Дима, я посмотрела на него, он улыбнулся, но понял о чём я думаю, он видел тот балаган что творили ребята. Наш выход. В зале приглушили свет, и мы как по щелчку собрались, отложив все перипетии на потом, когда закончился танец, я даже не поняла, пришла в себя, когда зал гудел от криков, аплодисментов и топота ног. Весь танец мы с Димой не отрываясь смотрели друг другу в глаза, я не видела больше ничего вокруг, только он, только его глаза. Мы отступили друг от друга, и я быстро убежала за кулисы, спрятавшись в самом дальнем углу, я никак не могла привести дыхание в норму, сердце колотилось, и его глаза, всё! Я пропала, подумала я, зажмуриваясь и резко выдыхая. Я никогда не влюблялась, но сейчас что — то было такое в душе, необъятное, необъяснимое. Я понимала, что сидеть здесь я долго не могу, мне скоро на сцену, а мне нужно еще переодеться. Выбравшись из угла, где я спряталась, пошла переодеваться и готовиться на сцену, подкрасив лицо и накрасив красной помадой губы, надела красивое короткое приталенное черное платье и туфли на каблуках, распустила волосы, чтоб они красивой волной падали на одну сторону, подошла к сцене, вдохнув и выдохнув, мой выход. Свет выключили, я села на высокий стул в пол-оборота к сцене и взяла микрофон, песню я выбрала Тины Кароль — Выше облаков, заиграл минус, включился свет направленный только на меня и я запела, когда я пела я теряла связь с миром и реальностью, так было и в этот раз, пришла в себя когда закончилась песня, открыла глаза, тишина стояла мертвая в зале, я пару раз моргнула и зал взорвался. Все кричали, аплодировали, все в зале как — будто сошли с ума, я пришла в себя, улыбнулась, поклонилась, поблагодарила и ушла за сцену, переодеваться не стала, позже у нас должна была быть школьная дискотека, так что многие девчонки были красиво одеты и накрашены. Я не стала спускаться в зал, а так и осталась сидеть за кулисами, ребята из КВН, закрывали вечер, пару минут и начнутся танцы для всех. Когда все закончилось ребята быстро унесли стулья из зала, расчищая место для танцев, классы с 9 по 11 остались, остальных отправили домой, расставили на стол в углу воду и сладости и началось веселье. Кто — то из ребят пока не видели учителя принесли алкоголь и наливали желающим из-под стола. Я вышла в зал, ребята из разных классов сразу налетели на меня, восхищались, обнимали, было приятно, заиграла медленная песня, приглушили свет, рядом со мной вдруг материализовался мой одноклассник Костя и пригласил меня на танец, я согласилась, чтоб побыстрее убежать от толпы которая не давала вздохнуть. Все пытались тянуть меня в разные стороны и мне нужно было хоть ненадолго сбежать. Мы танцевали с Костей он вел меня в танце положив одну руку мне на талию, другой взял мою руку в свою, я положила руку ему на плечо и слегка склонившись ко мне, он что-то спрашивал, было плохо слышно, но я улыбалась, слыша через слово. Он делал комплименты, флиртовал, всё время пока мы танцевали, я чувствовала на себе пристальный взгляд, кому он принадлежал я не знала, танец закончился, он поцеловал мою руку, как галантный кавалер, подмигнув отошёл, сказал, что сейчас вернется. Я подошла к одноклассницам, которые активно строили глазки парням из параллели. Ребята сразу втянули меня в разговор. Через пару минут вернулся Костя и принёс стакан с соком.

— Тут есть алкоголь? — строго спросила я. Я никогда ещё не пила, а пробовать алкоголь здесь на школьной вечеринке мне не хотелось.

— Нет, я не стану опаивать тебя, — улыбнулся он. И присоединился к нашему разговору не забывая флиртовать со мной.

Диму так до конца вечера я не видела в зале, я даже подумала, что он ушёл домой. Выйдя из школы, меня кто-то перехватил за руку, это был Дима.

— Можно я проведу тебя домой?

— Да, — затаив дыхание от тепла его руки, ответила я.

Так не отпуская мою руку он повёл меня домой. Всю дорогу домой он был необычно тихим и даже задумчивым, я эту тишину не нарушала, мне было комфортно. Возле парадной мы распрощались, Дима все такой же задумчивый ушёл домой. А завтра у нас начинались каникулы.

3

Я шёл задумчивый домой, не понимая своих чувств, со мной никогда такого не происходило и не то, чтобы я не знал, что такое отношения и чувства, я уже встречался с девчонками, да они мне нравились, но никогда моё сердце не замирало от одного только взгляда на них. А всё началось с той первой репетиции танцев, когда она оказалась в моих объятиях, сердце билось где-то в горле, я боялся рядом с ней дышать, тонкий нежный аромат её духов, просто сводил с ума, она тонкая, нежная и хрупкая как тростинка в моих руках. Её глаза — глаза смотря в которые я тонул и губы, пухлые, мягкие, так и хотелось их поцеловать. Она вызывала бурю чувств у меня. В тот момент, когда я увидел, что она бежит через дорогу, а на неё несется машина у меня внутри все похолодело, я в тот момент не задумываясь, на инстинктах побежал, спасти, уберечь, сохранить, а после не мог дышать, когда она не реагировала на мои вопросы у меня замерло сердце, страх что она сильно пострадала был настолько силён, меня трясло мелкой дрожью. В травмпункте мне так хотелось обнять её и успокоить, в её большущих глазах стояли невыплаканные слёзы, она пыталась их сдерживать. А потом, этот её звонок и плачь, моё сердце разрывалось, хотелось к ней, успокоить, обнять, поцеловать… Когда я пришёл к ней и она вцепившись в меня рыдала на его груди, обливая слезами его свитер, я обнимал её так нежно и крепко как только мог. Тот день и все последующие что я приходил и навещал её, были самыми счастливыми для меня. Каждый день и каждый момент с ней становились дороги моему сердцу. А сегодня наш танец…  и снова, её глаза, они затягивали как трясина, они уже начали снится мне по ночам. Я пришел в себя лишь когда услышал шум, крики и аплодисменты. Вынырнул из её глаз и сбежал как трус. В груди сдавило. А когда она вышла на сцену петь, такая красивая, утонченная, я не сводил с неё глаз, я не мог дышать, её голос просто завораживал. Кажется, всё время что она пела, я не дышал и не моргал. А когда Костя пригласил её на танец, я готов был поломать ему руки, лишь бы не прикасался к ней, и не никакая сила меня бы не остановила. Костю спас остановивший меня лучший друг, подошедший как раз тогда, когда я дернулся в их сторону. Весь танец я не мог отвести от неё глаз. Костя. Прибить. Не дать больше прикасаться к ней. Только эти мысли были у меня в голове. Алекс, заметив, что я странно себя веду, увёл меня из зала.

— Что с тобой? — спросил Алекс, крутя между пальцами сигарету и серьезным взглядом осматривая меня. Он меня таким взбешенным никогда не видел, даже когда в зале на ринге соревновался с ненавистным мне противником из другого клуба.

— Не спрашивай, — процедил я сквозь зубы и отвернулся в другую сторону. Но Алекса было не обмануть.

— Это ты из-за Савельевой? — словно видя меня насквозь спросил Алекс. Хотя, чего словно? Алекс знал меня как никто другой, мы дружили с шести лет. Нет, не так при первой встрече мы подрались, так как не понравились друг другу, сцепились как волки, катались по земле. Нас разняли родители и решили насильно подружить, отправили нас в одну секцию по боксу, сначала мы отчаянно мутузили друг друга пока тренер не видел, и так происходило с завидной регулярностью. Но однажды всё изменилось, пришли мальчишки из другой секции и сразу начали цеплять Алекса, пытаясь вывести его на драку, чтоб его сняли с соревнований, но я несправедливости не терпел и заступился за своего врага. С соревнований сняли нас двоих вместе с зачинщиками из другого клуба. Но с тех пор мы были не разлей вода, друг за друга горой.

— Да, — нехотя ответил я.

— Так чего здесь стоишь, там твою принцессу Костик охмуряет.

— Я видел, только из-за тебя не оттащил его и руки не поломал.

— Эй, эй, герой, выдыхай. Давай без рук, до конца учебы пару месяцев.

— Да, знаю я, успокойся, — сделав глубокий вдох и выдох посмотрел в небо, затянутое тучами.

— Пошли в спортзал грушу побьешь или хочешь иди покоряй её, — хитро прищурившись усмехнулся Алекс.

И мы пошли в спортзал. Я не знал сколько времени мутузил грушу, в голове мысли — мысли, не убежать даже физически, решил достаточно, обтёрся полотенцем и вышел из зала. Улица, мороз, в голове каша, в душе смятение. Открылась дверь и вышла Настя, рука сама потянулась к ней.

— Можно я проведу тебя домой?

— Да, — сказала она. А у меня сердце к горлу подпрыгнуло от её взгляда. Держал её за руку по дороге домой, она молчала я тоже, от тепла её руки было так уютно, тепло. Её маленькая тонкая ручка в моей руке, её так приятно было держать, шёл и анализировал свои ощущения и понимал, не хочу отпускать, хочу быть рядом, хочу вот держать её за руку всегда. Проводил её к подъезду, а самому не хотелось уходить, не хотелось отпускать, да неужели я влюбился? Нет, не может быть, или может? Дома чтоб хоть как — то отвлечься сел за компьютер играть. Да, блядь, бросил мышку и лёг на кровать, не могу отвлечься все мысли лишь о ней. Завтра нужно будет набрать Янку, она давно предлагала мне погулять, нужно срочно отвлечься. Так спустя пару часов, я все же задремал.

4

На утро я проснулась от яркого солнечного света, который слепил меня из окна, у меня начались каникулы, свобода на две недели, ура. Набрала Ирку, договорились сходить в кино, Ирку я не видела уже больше трёх недель. Наша встреча была бурной, Ирка вцепилась в меня, расцеловала в щеки и потащила за билетами и поп — корном. Взяв билеты на мультик, мы пошли в зал. После мультика мы пошли в кафе, там встретили моих знакомых из танцевального клуба, они предложили присоединиться к ним, мы с радостью подсели к ним, шутили смеялись. В один момент я почувствовала на себе чей — то взгляд, аккуратно прошлась взглядом по залу и наткнулась на ЕГО глаза, он внимательно следил за мной, хотя напротив него сидела очень красивая девушка и что-то рассказывала ему эмоционально жестикулируя руками, он смотрел только на меня. Я улыбнулась ему, кивнула головой и отвернулась к ребятам за столом, настроение пропало напрочь, мне хотелось как можно скорее покинуть кафе. В душе стало как — то грустно и тоскливо. Спустя полчаса посиделок общим решением нашей весёлой компании было решено идти гулять по городу, чему я была несказанно рада, быстро расплатившись, я надела куртку и одной из первых вылетела из кафе.

— Аська, ты куда так быстро убежала? — спросила Ирка выходят через пару минут вслед за мной, а за ней и остальные ребята.

— Ничего, просто стало душно, — улыбнулась я и вцепилась в её локоть слегка потянув в сторону центра города. А у самой в сердце защемило и стало больно давить в груди.

Остаток вечера я старалась не вспоминать сцену в кафе. Мы дружно веселились, гуляли, вспоминали и рассказывали веселые истории, связанные с танцевальным клубом.

До конца каникул я отгоняла от себя все мысли о нём, он не звонил, я тоже. Решила, что я себе слишком много на придумывала, решила немного заняться уроками, ходила на танцы, рисование, которое в последнее время забросила, вокал. Время каникул пролетело незаметно.

— Всем привет! — крикнула я, помахав рукой подходя к школьному крыльцу, где собрался практически весь наш класс, уроки еще не начались и многие оттягивали время чтоб хоть чуть-чуть побыть на «свободе».

— Привет! — дружно загалдели в ответ. За что я обожала свой класс, мы все были очень дружны, не было склок, интриг, сплетен. Мы все были один за всех и все за одного. Присоединившись к ним, мне сразу начали рассказывать все последние новости и истории, которые происходили за две недели нашего отсутствия в школе. Кто — то рассказывал смешные истории, кто — то ездил в горы на Новый Год, кто — то к родственникам. Мне рассказывать было нечего, я была дома с семьей. Кто — то рассказывал о том, что в школе украли парты пока мы были на каникулах, что затопило школу и т. д. Я внимательно вслушивалась в эти ерундовые школьные сплетни, чтобы не думать о нём. Я старалась не смотреть на Диму, но чувствовала его взгляд на себе постоянно. Во время уроков я старалась держать себя в руках, не поворачиваться и не смотреть в его сторону, он, кажется, делал тоже самое. Мы старательно избегали друг друга.

Время летело быстро, приближалось 14 февраля, наша классная руководительница Валентина Леонидовна попросила нас украсить класс, отозвав меня и Аньку Акимову на физкультуре и договорилась с физруком что забирает нас. Зайдя в класс, мы увидели Диму, который стоял с лентой из сердечек спиной к дверям, а рядом Олег с воздушными шариками — сердечками. Я вздохнула, мысленно уговаривая себя не смотреть на него и держаться подальше от него. Он оторвал взгляд от ленты, он повернулся к нам и замер. Секунда и собранный, по-деловому он обратился к нам:

— Девочки, нам нужно чтобы вы подавали нам ленту, мы залезем на парту и будем развешивать. Я лишь кивнула и пошла в его сторону помогать. Он залез начал цеплять сердечки, я подавала ленту и так мы двигались вдоль штор, в какой — то момент он повернулся ко мне и сделал шаг не посмотрел куда ставит ногу…  и я лежу на полу, зажмурилась, больно, на мне Дима, он успел расставить руки по сторонам от моей головы, открываю глаза его лицо в миллиметре от моего, не дышит, я тоже перестала дышать. Глаза в глаза, чувствую его горячее дыхание. Все вокруг замерло. К нам подскочили Анька и Олег, с круглыми глазами.

— Аська, ты жива?

— Да, — тихо прошептала я, а сама не могу оторвать от него взгляд.

Олег дернул его за плечо, он резко подскочил и протянув мне руку помог встать. Я, краснея подала ему руку и встала на ноги. Закончив украшать класс, мы пошли на уроки, до конца дня я все время вспоминала его губы, глаза, лицо, сосредоточиться на уроках не получалось, я что-то машинально писала, но вникнуть в суть никак не могла.

5

14 февраля. День Святого Валентина.

По школе все носятся как сумасшедшие, стоят коробки для валентинок, вся школа украшена сердцами, девчонки счастливые и веселые бегают по коридорам, парни с улыбками что — то обсуждают. Все красивые, счастливые, беззаботные. Я прошла в класс и села на свое место. Каждую перемену ящики пополнялись, на большой перемене должны были разносить валентинки по классам, все сидели как на иголках каждый ждал свою валентинку, всем не терпелось прочесть признание в любви. Я сидела и смотрела в окно, не то, чтобы я не хотела и не ждала валентинку, просто не особо рассчитывала её получить. Прозвенел звонок, я подошла к Аньке потянув её за локоть в столовую, она же пыталась сопротивляться руками и ногами, ждала раздачу валентинок так, что аж подпрыгивала на месте.

— Ань, пошли в столовую, никуда твои валентинки от тебя не денутся, — уговаривала я её.

— Аська, ну подожди, ну пару минут и пойдем, — крутилась она на месте, выглядывая за моё плечо в коридор.

— Так, я пошла занимать очередь, заберёшь и догоняй меня.

— Я и твои заберу, — закивала она, я лишь покачала головой, понимая, что мне ждать нечего.

В коридорах девчонки стояли кучками и улыбаясь рассматривали признания в любви. В столовой, я взяла для нас перекусить и уселась за столик у окна ждать Аньку. Анька влетела как ураган в столовую счастливая, с улыбкой до ушей и полными руками валентинок. Сбросив их нам на стол и, плюхнулась на стул напротив меня.

— Ого, да ты у нас Анька нарасхват, — посмотрев на эту гору сердечек восхитилась я.

— Если бы, тут большая часть для тебя.

— Серьезно??? — я была немного в шоке.

Моих оказалось 15 штук, я пересматривала их и читала, там были от простого «Ты мне нравишься! А.», до «Я тебя люблю! К.» и стихов. Я была в шоке. Лишь одна валентинка выбивалась из всех по тексту и содержанию:

«Из — за тебя я лишился сна, постоянно думаю о тебе. Ты не выходишь у меня из головы. Я дышу только тобой, твоим взглядом, запахом твоих духов. Я люблю тебя!»

Подписи на валентинке не было и кто это написал я не знала. Но, моё сердце пропустило удар прочитав эти слова. Мне так хотелось верить, что это написал ОН. Я закусила губу и задумалась, смотря в окно. Анька вырвала у меня из рук валентинку, прочла и подняв брови задумчиво сказала, — Интересно, кто это тебе написал? Мне признаться честно тоже было интересно и в душе теплилась надежда, что валентинка от Димы. Я подняла на неё взгляд, она внимательно смотрела на меня, будто на мне написано кто именно это написал. Я отмахнулась от неё и посмотрела в сторону входа, в столовую заходил Дима и рядом с ним три девчонки из 10-го класса, просто не давали ему пройти и что-то ему дружно рассказывали, он их особо не слушал. Его перехватил на пол дороге Алекс и потянул в дальний угол столовой что — то спрашивая, он кивал и улыбался ему.

— Да ладно, серьёзно??? — вскрикнула Анька, я вздрогнула и оторвала взгляд от Димы, посмотрев на неё. — Ты думаешь это он??? — ещё больше заводилась она.

— Ань, прекрати! Я просто на него посмотрела, — нахмурила брови я и покачав головой.

— А может он? Ты втюрилась в него! Ты бы видела сейчас свой взгляд, — продолжала она чуть не крича. Ребята за соседним столиком начали оборачиваться в нашу сторону, я шикнула на неё, — Хм, хорошо, я молчу, — Анька сделала вид будто это не она только что здесь чуть ли не орала.

В последнее время я стала сильно замкнута, даже с Иркой особо не общалась. Я честно себе призналась, что влюбилась, но ему нет до меня дела, а у меня он первая любовь. Да и я никак не могла избавиться от этого чувства, все мысли были о нём, я никогда не влюблялась и вот, я его толком не знаю, да, одноклассники, но мы всегда были на разных полюсах, он душа компании, я же предпочитала, нет не прятаться, просто была обычной, особо не выделялась, только на каких — то мероприятиях я была в центре внимания, когда меня просили где — то поучаствовать. Как со мной это произошло и почему он? Почему не кто — то из танцевального клуба, кого я давно знала, там были ребята которым я нравилась, и я знала об этом. Я каждый день отвлекала себя как могла, занималась в кружках, изредка гуляла с Иркой, что — то делала по дому, а мысли лишь о нём. В последнее время даже Иркин задор начал напрягать, я была постоянно растеряна, не собрана, стала от неё отдаляться. Боялась ей признаться, мне почему — то было стыдно ей рассказывать, глупо — да! Бредово — да! Но всё же мне что-то мешало признаться. Я старалась, придя со школы закрыться у себя в комнате и чтоб никого не видеть. Дима же жил своей жизнью и в моей жизни после того, как провёл меня домой после выступления больше не появлялся. Вот и сейчас, я, придя со школы пошла сразу в свою комнату и закрылась, мама постучалась и узнав буду ли я кушать, ушла на кухню. Я достала валентинку, отложив остальные в сторону и начала перечитывать её снова. Вздохнув, положила её в ящик стола и пошла ужинать.

6

Утром я набрал Янку, сегодня начались двухнедельные каникулы, а мне нужно отвлечься от мыслей о Насте. Она из головы не выходила, прочно засев там и не давая мне не на что отвлечься. Янка ответила после первого гудка, будто ждала что я её наберу. Договорившись встретиться с ней в кафе после обеда, я пошел завтракать, после решил сходить на тренировку, времени было достаточно, можно было размяться и пообщаться с Алексом. Алекс был в зале стоял возле груши и с кем — то переписывался в телефоне.

— Привет, дружище! — хлопнул я Алекса по плечу.

— Блядь, — заворчал он, так как от неожиданности у него выпал телефон из рук.

— Хорошее начало, — засмеялся я и пошёл переодеваться.

— Да иди ты! — выругался он и продолжил печать сообщение.

Потренировавшись, мы пошли в душ, вышли из клуба мы разогретые и довольные.

— Ну что ты решил, что будешь делать со своей принцессой? — Алекс, как всегда, с места в карьер.

— Пока нет, не знаю, — скривился я, а что я мог сказать, меня пугали мои чувства, да и как — то заводить постоянные отношения я был не готов, вокруг меня крутилось сейчас полно девчонок, а разбивать кому — то сердце я не хотел, а уж тем более Насте. А если я ещё не готов, а вдруг это не любовь, и я потом пойму, что сделал ошибку. Как быть я не знал, трусил. Да и в данный момент родители уговаривали меня уехать поступать заграницу, а серьёзные отношения в эти планы ну никак не входили.

С Алексом мы попрощались возле моего дома, и я ушёл готовиться к встрече с Яной. В кафе я пришёл вовремя, Яны ещё не было, я сел за столик в углу и достав телефон ждал её. Яна пришла через десять минут, сразу повисла у меня на шее, я отстранил её от себя и усадил напротив, постаравшись отодвинуть её стул как можно дальше от меня. Она что — то рассказывала о школе, подружках, я особо не слушал. Подняв от чашки глаза, я увидел, как в кафе заходит Настя с подругой и компания ребят за одним из столиков их окрикнула, они улыбнулись и пошли к ним. В компании были парни, я напрягся. Я видел, как один из парней смотрит на неё, просто глаз от неё не отводит и все время пытается придвинуться к ней ближе, она улыбается ему, оживленно с ним разговаривает. Злость и ревность внутри меня просто рычали как дикие звери, я не сводил с неё глаз, мне уже было плевать что мне говорит Яна, я вообще перестал слушать её. Меня интересовала только Аська. Она видимо почувствовала мой взгляд, поерзав на стуле осмотрела зал и наткнулась на меня, улыбнулась и кивнула, я тоже кивнул, она отвернулась к друзьям, а я продолжал сверлить её взглядом. Спустя полчаса её компания рассчиталась, и Аська вылетела из кафе самая первая, а за ней вышли друзья. Я же сидел без настроения, злой, мне хотелось Яну послать и пойти за Настей, но я мужественно сидел и делал вид что слушаю её. Спустя минут 15 моё терпение лопнуло, решив, что с меня достаточно, я рассчитался и распрощавшись с ней пошел домой. Она явно не ожидала что я оставлю её вот так и уйду, а мне было все-равно на неё и на то, что она подумает обо мне. Дома я не мог найти себе места, меня ничего не могло отвлечь. Поздно вечером позвонил Алекс и предложил встретить Новый Год на Буковели, я был искренне рад, это была возможность отвлечься и отдохнуть. Ехали мы вчетвером я, Алекс, Саша и Стас парни из боксерского клуба. На Буковели мы познакомились с группкой девчонок, с одной из них я закрутил роман, звали её Лена, она была веселая, немного дерзкая, но симпатичная, всю неделю мы отрывались по полной, катались на лыжах, пили, танцевали на дискотеках, а ночами мы Леной занимались сексом. Так пролетела неделя, обменявшись телефонами, мы распрощались и разъехались кто куда по своим городам. В поезде мы продолжали пить и вспоминать смешные моменты прошедшей недели, к утру мы толком и не протрезвели. Утром домой я приехал пьяный, мама была, мягко говоря, в шоке, когда я ввалился в квартиру и отправила меня отсыпаться дальше. Оставшуюся неделю каникул я особо не выходил из дома, стыдно было немного перед мамой, и я старался ходить только на тренировки. Возвращался я в школу с двояким ощущением, с одной стороны хотелось побыстрее увидеть её, с другой не хотелось вовсе, так как боялся реакции своего сердца на неё, вспоминал я о ней постоянно. Только на Буковели чуть-чуть выдохнул. Увидев её, я ощутил привычное щемящее чувство в груди, рядом с ней через раз дышал, периодически смотрел на неё и не мог оторвать взгляд. Старался держаться от неё подальше, но это не спасало. Приближалось 14 февраля, Валентина Леонидовна отозвала меня и Олега с сторону и попросила украсить класс к празднику, мы согласились и пошли в класс, увидев масштаб работы, мы бодро взялись за украшение класса, но открылась дверь и обернувшись я увидел своё наваждение, собрав все силы в кулак рассказал в чём нужна помощь. Она сразу подошла ко мне начала мне помогать, я же никак не мог взять себя в руки и сосредоточиться, запах её духов и её присутствие рядом не давали расслабиться. На секунду я отвлекся, оступился и рухнул на неё, успев лишь расставить руки по бокам от её головы и удержать вес тела, чтоб не придавить её. Зажмурилась, такая красивая! Её лицо буквально в миллиметре от меня, пухлые губы вот они в миллиметре от меня, как удержался не знаю, сердце стучало как бешеное. Она открыла глаза, я пропал… Я не мог оторвать глаз от неё. Пришел в себя, когда Олег дернул меня за плечо, я подскочил и протянул руку ей, хотя мне хотелось выгнать Олега и Аню из класса, закрыть его и зацеловать её, не отпускать. Как взял себя в руки я не знаю, до конца дня я ничего не слышал, из того, что говорили учителя, спрашивали они что-то или нет, я знаю. Иногда бросал взгляд на неё, она что — то старательно писала, уткнувшись в тетрадь. На следующий день наступило 14 февраля, в школе было массовое помешательство влюбленных и счастливых людей. Я видел лишь её. Она в этом сумасшествии не участвовала, сидела и как — то отрешенно смотрела в окно, записывала за учителями темы, она была безучастна ко всему праздничному дню. Я, выйдя в коридор сел на широкий подоконник и написал ей записку не раскрывая себя.

«Из — за тебя я лишился сна, постоянно думаю о тебе. Ты не выходишь у меня из головы. Я дышу только тобой, твоим взглядом, запахом твоих духов. Я люблю тебя!»

Сложив записку и пока никто не видел кинул её в ящик, вернувшись в класс, сел на своё место как ни в чём не бывало. И продолжил слушать урок. На большой перемене меня поймали девчонки и потащили в столовую, я заметил лишь краем глаза что она пошла куда — то предварительно поговорив с Аней. По дороге в столовую девчонки с 10-го класса на перебой пытались каждая на себя перетянуть моё внимание, меня это раздражало, но я послушно шёл с ними, бесполезно было спорить с ними, так мы и зашли в столовую. Алекс, увидев меня сразу потащил меня за собой, мягко отправив девчонок и потянул меня в дальний угол столовой. Я аж выдохнул с облегчением, Алекс был моим спасением. Окинув столовую взглядом, я увидел, как Настя читает мою валентинку, перед ней лежала целая гора сердечек, но именно мою она задумчиво крутит в руках и быстро с какой — то надеждой бросила в мою сторону взгляд, я отвернулся, чувствуя её взгляд, она продолжала смотреть. Внутри меня было такое счастье, что именно обо мне она думает читая, то, что я написал, значит подсознательно она чувствует тоже самое, мне хотелось улыбаться, хотелось обнять, но моё решение не вступать в серьезные отношения останавливало меня. Хоть я и боялся действовать, но мне было тепло на душе что я ей признался, хоть она и не знает кто это написал. Во мне в тот момент боролся разум и сердце. Анька что-то спрашивала у неё, жестикулируя, где — то даже что — то достаточно громко сказала и те, кто сидел рядом с ними обернулись на них, мне было безумно интересно что там происходит, но я усердно пытался сосредоточиться на Алексе, который рассказывал, что у нас скоро будут соревнования. Весь остаток дня и все последующие дни были для меня борьбой в душе и на ринге. На тренировках я выкладывался максимально, тренер был доволен как никогда. Он никогда не видел меня таким, Алекс же смотрел на меня задумчиво, не говорил ничего и не спрашивал, за это я был ему благодарен, я не хотел, чтоб кто — то сейчас лез мне в душу, ведь даже я сам не понимал себя. Понимая, что это всё сейчас не вовремя, но хоть к кому — то любовь приходит вовремя? Нет, никогда. Мы не подвластны контролировать любовь, в этом и прелесть этого чувства, оно всегда приходит, когда не ждёшь, как испытание на прочность, выиграешь — получишь всё, проиграешь — останешься ни с чем. И я не мог решить для себя выиграть мне или проиграть.

7

Время летело незаметно и быстро, я старалась отвлекаться как могла, плюс ко всему подготовка к экзаменам шла полным ходом, учителя не давали нам продохнуть, я старалась чаще гулять с Иркой, отвлекаться от своих мыслей и чувств. Однажды в середине марта Ирка просто шантажом вытянула из меня правду что со мной происходит, под натиском угроз и шантажа я призналась, Ирка вздохнула закатила глаза к потолку и с придыханием выдала, — Я уж испугалась что ты неизлечимо больна, — и рассмеялась, поздравив меня с первой любовью чем смутила меня. После заставила меня одеться, и потянула в кино. По дороге вытянула из меня все подробности до мельчайших деталей, рассказав ей всё, мне стало намного легче. С того дня она меня отвлекала как могла, не давая мне возможности унывать и киснуть дома от своей неразделенной любви. Однажды она меня огорошила, веселье исчезло с её лица:

— «Если вам судьба быть вместе, вы от неё не убежите, не спрячетесь, она вас найдет и сведёт вместе. Даже если для этого вам потребуются годы», — серьёзно сказала она.

Мне было непривычно видеть её такой серьёзной, она из нас двоих всегда была более веселой открытой, а сейчас передо мной сидела будто не она, семнадцатилетняя девушка, а прожившая как минимум полжизни взрослая женщина.

Апрель пришёл быстро и принес с собой первое ощущение близости лета, приближался мой День Рождения, и я задумалась чего я хочу в свой самый важный день в году. Общим семейным сбором было решено делать мне праздник в ночном клубе с друзьями отмечать моё совершеннолетие, я не очень любила такие заведения, но всё же свои 18 мне хотелось оторваться по полной. Я была безумно рада что родители согласились на мою просьбу и сидя в классе задумчиво высчитывала сколько людей мне нужно пригласить в клуб. Ребят с танцевального кружка я уже пригласила, осталось пригласить одноклассников, мы были очень дружны и на перемене пока никто не разбежался я всех пригласила, уроки пролетели быстро, вечером мы с Иркой поехали в торговый центр выбирать мне наряд. Праздник был запланирован на субботу, но Ирка, услышав, что возможно будет и Дима, записала меня в салон красоты на всевозможные процедуры по уходу и красоте. Неделя пролетела и наступило утро субботы, проснулась я от звонка в дверь, пришла Ирка стащила меня за ногу с кровати и отравила меня в ванну привести себя в порядок, не дав мне даже позавтракать, заставила одеться и потащила в салон красоты. Спустя пять часов, после масок, эпиляций, макияжа, укладки, маникюра, педикюра я вышла, почувствовав себя голливудской звездой, она потянула меня в кофейню сжалившись от моего жалобно ворчащего живота.

Вечером стоя перед зеркалом в коротком цвета красного вина платье с длинным рукавом и открытыми плечами платье, которое было на мне как вторая кожа, короткое в нём не нагнешься даже, только если аккуратно, в туфлях на высоких каблуках, волосы красиво закручены в крупные локоны, черные стрелки на глазах делали мои глаза кошачьими, в тон платью помада, выглядела я как страстная обольстительница, мне непривычно было видеть себя такой, но мне очень нравилось моё отражение в зеркале. Вызвала такси, стоя уже в дверях и натягивая пальто я выслушала наставление родителей. Собравшись мне позвонил водитель, что такси уже на месте, схватив клатч с тумбочки, я заверила родителей что запомнила все наставления и быстро насколько позволяли каблуки и пошла вниз. Сбор всех был в десять вечера, я же ехала туда чуть раньше, чтоб встречать гостей. В клубе начиналась ночная жизнь, я вошла внутрь нашла свой стол, я выбрала место на втором этаже на балконе, так чтоб видно было танцпол, и чтоб нам не мешали праздновать. Первые гости начали подходить, ребята с танцевального клуба крутили и вертели меня в разные стороны, делали комплименты, было приятно начали подтягиваться одноклассники с тем же восхищением рассматривали меня и делали комплименты, пришла Ирка, осмотрев меня с ног до головы, осталась довольна своей работой, море цветов подарков, официанты в спешке расставляли букеты в вазы, не было только его. Пришла еще часть одноклассников, я принимала поздравления и комплименты, но вдруг почувствовала спиной жар и теплую ладонь вокруг своей талии, я резко обернулась и уперлась взглядом в мужскую грудь, подняла глаза, а передо мной стоял Дима с восхищением и любовью смотрел на меня, я перестала дышать. Время замерло. Остановилось. Вокруг перестали существовать все. Только ОН! Его слегка хриплый голос:

— С Днем Рождения, красавица! — сказал он, в другой руке у него был огромный букет красных роз и бархатный футляр, перевязанный бантом.

— Спасибо! — сумела выдохнуть я и улыбнулась.

Он вручил цветы мне в руки, отпустил мою талию и развязав ленту и открыв футляр, попросил меня повернуться спиной, я послушно повернулась, он аккуратно собрал мои волосы и перекинув на одно плечо застегнул на моей шее цепочку с кулоном в виде сердца, вернув волосы на место, вновь повернул меня к себе лицом удовлетворенно улыбнулся и нагнулся к моему уху, — Тебе очень подходит моё сердце, — сказал он хрипло. У меня перехватило дыхание, в груди трепет и начало тянуть внизу живота, мои щеки моментально покраснели. Спасли меня подошедшие одноклассники. Мы начали праздновать, официанты носились туда сюда с тарелками, подносами с коктейлями, разливали алкоголь парням которые пили виски, пожелания, поздравления, выпив определенное количество алкоголя ребята начали уходить на танцпол, я тоже хотела, но мне никак не давали отойти от стола, все время меня кто — то из ребят останавливал, что — то спрашивали, рассказывали, просили с ними выпить, в клубе уже было полно народу, ночная жизнь клуба была в самом разгаре, мне хотелось танцевать, пить я старалась аккуратно, опыта у меня было немного, лишь на 8 Марта я решилась выпить пару бокалов шампанского в кругу семьи. С тоской посматривая на танцпол и параллельно общаясь с друзьями, почувствовала, что меня кто — то взял за руку, перевела взгляд — это был Дима, он нагнулся к моему уху, — Идём потанцуем, — полу утвердительно, полу вопросительно сказал он и потянул меня в сторону лестницы вниз. Я спешила за ним, он шёл быстро не выпуская моей руки, ребята во всю отплясывали внизу и мы влились в толпу, я наконец-то отпустила себя, я была расслаблена от алкоголя и начала зажигать на танцполе. Я почувствовала на своем животе ладонь и меня притянули ближе к себе, я знала, что это Дима, и очень плавно виляла бедрами, он подстроился под меня, танцевала я соблазнительно и в тоже время раскованно, его дыхание на моей шее, рука на талии и жар его тела распаляли меня настолько, что пульс бился у меня в ушах, я наслаждалась этим моментом, кайфовала. Одноклассники, которые танцевали рядом, смотрели на нас круглыми глазами и хитро улыбались. Я же наслаждалась мне было всё — равно что будет потом. Песня сменилась на медляк, я хотела отойти от него, он не позволил, развернул меня к себе лицом, и повел в танце, крепко прижимая к себе, я растворилась в нём, в танце и позволила ему вести меня, завороженно смотря ему в глаза, он смотрел также, в какой — то момент я не удержалась облизнула верхнюю губу. Его взгляд проследил за моим языком, он сглотнул смотря на мои губы и часто задышал, его губы в миллиметре от моих, мгновение, он внимательно смотрит мне в глаза, наклоняется и целует, сначала нежно, даже робко, когда понял что я не сопротивляюсь его поцелуй стал чуть грубее, я подаюсь вперед и прижимаясь к нему, кладу руку ему на шею, в этот момент его срывает с тормозов, его губы приоткрывают мои и мне в рот проскальзывает его язык и начинает гладь мой, с каждой секундой поцелуй становился все более и более страстным, я уже начинала терять нить с реальностью, я наслаждалась его запахом, вкусом, теплом. Он разрывает поцелуй, я понимаю что песня давно закончилась, вокруг нас снова все пляшут, а мы стоим и обнимаемся, он тянет меня за руку куда — то в сторону прижимает меня к стене и снова поцелует, я зарываюсь пальцами ему в волосы притягиваю ближе, мне мало, я тяжело дышу, он тоже, отстраняется, его горящий взгляд осматривает моё лицо, — Такая сладкая, — низким хриплым голосом говорит он, а я таю от его взгляда и слов. Я снова тянусь к нему, он понимает без слов, целует. Сколько времени длится наше безумие я не знаю, не хочу отпускать его, не могу, не в силах. Где — то на периферии своего сознания слышу голос Ирки, она пытается докричаться до нас, я со стоном отстраняюсь от него, рассеянным взглядом смотрю на неё, пытаюсь сквозь громкую музыку понять, что она хочет сказать, делаю шаг в её сторону он не отпускает. Я прошу дать мне минуту, после этого его руки разжимаются, и Ирка начинает объяснять, что официанты спрашивают, — «когда выносить торт?», осознаю, что нужно возвращаться, киваю в знак согласия.

— Нужно возвращаться за стол, там должны вынести торт, — объясняю я, он кивает и обнимая меня за талию провожает наверх к столику. Ребята встречают нас с улыбками, улюлюканьем и криками «ВОУ», я краснею как помидор, Дима притягивает меня к себе и шепчет мне, — Я теперь тебя не отпущу, ты — МОЯ! Моя шея покрывается мурашками, душа поёт, я улыбаюсь ему. Приносят торт, я загадываю желание и задуваю свечи. Я загадываю самое большое желание в своей жизни — Диму. Мы продолжаем веселиться, танцы, коктейли, Дима не отпускает меня ни на шаг от себя. После он вызвался провести меня домой, Ирка, улыбаясь как Чеширский кот сажает нас в такси, мы едем молча, он держит меня за руку, мне так хорошо, он рядом, он здесь. Помогает выйти мне из такси и крепко прижимает к себе.

— Ты понимаешь, что я теперь не отпущу тебя? — спрашивает он, и тут же задает следующий вопрос, — Ты будешь моей девушкой?

— Да, да, да!!! — чуть не кричу ему я, не думая не секунды.

Он сильнее прижимает меня к себе, мы целуемся жарко, страстно, мы не можем отпустить друг друга, мы как глоток воздуха друг для друга. Он отстраняется от меня.

— Я так долго мечтал об этом. Ты украла моё сердце, поселилась в моих мыслях и душе, я дышу лишь тобой, ты украла мои сны, — тихо проговорил он мне в волосы обнимая и прижимая крепче к себе.

И я понимаю кто написал ту самую валентинку.

— Знал бы ты сколько ночей я не спала и думала о тебе, страдала, что мои чувства к тебе безответны, — положила ему голову на грудь и улыбнулась, наслаждаясь его запахом и теплом, — я не хочу идти домой, не хочу отпускать тебя, — зажмурилась я. Я и мечтать не могла о таком Дне Рождении, сейчас я обнимала свой самый большой подарок, но реальность всё же вернула меня на землю, время было уже очень позднее и ночью прохладно, я задрожала понимая, что нужно идти домой. Он нехотя отпустил меня и на прощанье сладко поцеловал. Уснуть я не могла до самого рассвета, мне не верилось, что всё это происходило и происходит со мной. Он теперь мой парень, мой! Улыбка не сходила с лица, так я и заснула. Утром я проснулась от головной боли и дикого желание сделать глоток воды, в комнату зашла мама.

— Доброе утро, солнышко! — в руках у неё был стакан воды и таблетки от головной боли.

— Доброе утро! — прохрипела я, хватаясь за голову и беря у неё из рук таблетки и стакан с водой. Мозг простреливало, я быстро выпила лекарство, мама засмеялась.

— Я же вчера говорила тебе чтоб ты много не пила, предупреждала что утром будет очень плохо.

— Угу, — только и смогла ответить я и поморщилась.

Солнце ярко светило в окно, я легла обратно на подушку собираясь снова заснуть, но услышала дверной звонок и голос мамы, через минуту дверь в мою комнату распахнулась так, что чуть не ударилась об стену и в комнату влетела Ирка, увидев, как я поморщилась постаралась аккуратно и тихо закрыть дверь и села на кровать с хитрой улыбкой рассматривая моё явно не очень красивое сейчас лицо.

— Ну что, колись подруга, что вчера произошло? Что я пропустила?

Я улыбнулась и попыталась спрятаться под одеяло с головой, но она не дала мне этого сделать, сдернула одеяло и навалилась всем телом на меня не давая дышать.

— Рассказывай! — потребовала она.

— Мы теперь встречаемся, — улыбалась я, уносясь мысленно в наш разговор.

— УРА! Поздравляю Аська! — закричала она и стала меня щекотать, я смеялась и уворачивалась насколько позволяла головная боль.

Запиликал телефон оповещая о входящем сообщении, Ирка схватила телефон первая, но я успела вырвать его из её рук. И счастливо заулыбалась прочитав его.

Дима: «Доброе утро, сладкая! Я соскучился!»

Я: «Доброе утро! Я тоже».

От улыбки у меня чуть лицо не треснуло, Ирка только с улыбкой покачала головой, но ничего говорить не стала, пошла к маме на кухню.

Дима: «Пойдешь со мной на свидание?»

Я: «ДА!»

Дима: «Я в 5 часов зайду за тобой».

Я: «Жду!»

Я вылетела из кровати и понеслась в ванную, в ванной увидев себя в зеркале я закричала, на мой крик прибежала Ирка, увидев меня и от чего я закричала она долго смеялась, я вытолкала её из ванной и стала соображать как вернуть свой прежний облик, лицо у меня было такое будто меня покусали пчелы, волосы растрепаны, разводы туши под глазами — панда, мне захотелось плакать. Как вот это привести в порядок за пару часов… Ирка все же спасла меня и помогла привести в человеческий вид, помогла накраситься и выбрать что я надену. Но, один вопрос не давал мне покоя, как она умудрилась выглядит нормально и почему у неё не болит голова? Но я не стала у неё ничего спрашивать. К назначенному времени я была готова, и мама с Иркой отправили меня на свидание. Я счастливая вышла из дома, он уже ждал меня у подъезда, я подошла к нему, он обнял и поцеловал меня, поцелуй был нежным, ласкающим, я обняла его за шею растворяясь в нем.

— Привет, сладкая! — отстраняясь от меня нежно сказал он.

— Привет! — улыбнувшись я спряталась лицом у него на груди. Он с улыбкой отстранил меня.

— Пойдем в парк развлечений?

— Пошли, — я улыбнулась и мы, держась за руки пошли гулять.

День провели мы просто замечательно, каталась на аттракционах, кушали сладкую вату, стреляли в тире и говорили, говорили, не переставая и снова ощущение будто мы знаем друг друга всю жизнь, не было стеснения, скованности, нам не нужно было придумывать темы для разговора мы были как две половинки одного целого. Вечером Дима провел меня до дома и снова страстный поцелуй, нежные объятия. Домой я пришла окрыленная и счастливая.

8

После 14 февраля я был сам не свой, мы с Алексом участвовали в соревнованиях по боксу — выиграли. Тренер светился довольный и счастливый не мог нарадоваться на нас. Для меня же всё это время — тренировки, соревнование и сам бой были способом сбежать от себя, но убежать далеко не получилось, она была повсюду в школе, мыслях, сердце, душе, во снах, она заполнила мою жизнь собой, везде мне мерещился её облик, в каждой проходящей на улице девушке. Меня преследовал аромат её духов, мне казалось я схожу с ума. Я усердно делал всё, но ничего не спасало ни учёба, ни друзья, не бокс. Однажды в апреле она вышла в центр класса и пригласила весь класс к себе на День Рождения, я понял, что возможно это мой шанс, мне до зуда в руках все это время хотелось набрать её номер, написать сообщение, но я не мог придумать ни малейшего повода, чтоб вот так просто написать или набрать. А она не давала мне покоя, сама того не ведая. В пятницу я пошел подбирать ей подарок, в голову не приходило не одной идеи, что подарить ей, но бродя бесцельно по магазинам я наткнулся на ювелирный магазин, ноги сами понесли меня внутрь, милая девушка консультант задавала вопросы, но обилие золотых украшений сбивало с толку, что подарить? Я не знаю её вкуса, а вдруг ей не понравится, девушка предлагала кольца, браслеты, серьги, всё не то. И тут мой взгляд зацепился за кулон в форме сердца, и я понял, я подарю ей его, своё сердце. Оплатив покупку, я быстро вышел из магазина, я знал, что сделал правильный выбор.

Зайдя в клуб, я пошел на второй этаж, и поднявшись я увидел ЕЁ, моё сердце замерло, я не мог дышать, она была словно видение, невероятно красивая, тонкая как тростинка при этом с такой красивой слаженной фигуркой, она не видела меня, принимала поздравления от ребят. Я постарался вернуть себе спокойствие, её хотелось забрать и спрятать ото всех, закрыть чтоб больше никто не мог смотреть на неё, только я. Я тихонько подошел сзади и обнял её за талию, она повернулась, я перестал дышать. Я не отдам её никому! Она только МОЯ! Вручив ей букет, который быстро забрала официантка, я попросил её повернуться ко мне спиной, когда она повернулась, я помог перекинуть ей волосы на плечо и замер, мне было тяжело дышать, мне хотелось коснуться губами её шеи, но пересилив себя я надел ей на шею цепочку и помог вернуть волосы на место, повернул к себе и наклонился к её уху, — Тебе очень подходит моё сердце, — хрипло сказал я. Меня вырвали из забвения подоспевшие гости, я отошел и сел за стол на свободное место. Вечер был в самом разгаре, ребята танцевали, пили, Настя всё время посматривала на танцпол, видно что хотела танцевать, но её все время кто-то останавливал выпить, поговорить, я не выдержал, видя её тоскливые глаза и дикое желание пойти вниз, я подошёл и взяв её за руку, нагнувшись к её уху сказал, — Идем потанцуем, — потянул её вниз на танцпол. Её ручка была такая нежная, мне хотелось обнимать её, держать за руку, целовать. На танцполе Аська отпустила себя, у меня сорвало крышу, она так сексуально двигалась, я положил руку ей на талию, мы танцевали в унисон, я наслаждался ощущением её тела извивающегося тела в моих руках, она сводила меня с ума. Песня сменилась на медляк, Аська хотела уйти с танцпола, я не позволил и повел её в танце, я крепко прижал её к себе, такая нежная, хрупкая, я завороженно смотрел ей в глаза, Аська облизала губу, всё, мне сорвала крышу, сначала я поцеловал нежно, почувствовав её вкус, меня уже было не остановить, я стал наркоманом зависимым от неё, углубил поцелуй. В тот момент я понял лишь одно, я никому её не отдам, она — МОЯ! Сообразив что композиция сменилась, я оторвался от неё, вокруг народ зажигательно танцует, мы стоим, я беру её за руку и тяну за собой туда где нам никто не помешает, прижав её к стене снова начинаю целовать, в голове каша, только её запах и вкус, больше ничего вокруг всё стало таким незначительным, — Такая сладкая, — хрипло говорю я, прерывая на мгновение поцелуй, мы не можем отпустить друг друга. Голос на периферии — её подруга, нам нужно идти я не в силах отпустить её, держу за талию, чувство нереальности происходящего. Наверху нас встретили воплем восторга, мне все — равно, я сдался в борьбе с самим собой. По дороге домой мы молчим, только держимся за руки. Возле её дома я не в силах отпустить её, она тоже, поцелуи дикие, страстные, мы как глоток воздуха друг для друга.

— Ты понимаешь, что я теперь не отпущу тебя? — спрашиваю я, и тут же задаю следующий вопрос, — Ты будешь моей девушкой? — а у самого в душе ураган, я боюсь и хочу скорее услышать, что она скажет, вдруг она не готова, может я ей не настолько нравлюсь, я боюсь дышать и напрягаюсь в ожидании ответа.

— Да, да, да!!! — чуть не кричит она.

И меня отпускает, я выдыхаю, расслабляюсь и сильнее прижимаю её к себе, мы целуемся жарко, страстно, мы не можем отпустить друг друга.

— Я так долго мечтал об этом. Ты украла моё сердце, поселилась в моих мыслях и душе, я дышу лишь тобой, ты украла мои сны, — тихо сказал я ей в волосы обнимая и прижимая крепче к себе.

— Знал бы ты сколько ночей я не спала, думала о тебе, страдала и думала, что мои чувства к тебе безответны, — положила голову мне на грудь и улыбнулась, — я не хочу идти домой, не хочу отпускать тебя.

Мне хотелось кричать от счастье, я — выиграл и получил всё!

9

2008 год.

В том году летом время летело быстро. Мы сдали экзамены в школе. И теперь нам предстояло вступить во взрослую жизнь. Мы подали документы и ВУЗы и теперь нам предстояли вступительные экзамены. Я нервничала ужасно, Дима был спокоен и собран, вместе мы уже были чуть больше двух месяцев, и он постоянно успокаивал меня, я же паниковала жутко. После моего Дня Рождения, когда мы пришли в школу, ребята нас поздравляли, были девчонки из других классов кто ревностно пытался меня уколоть, я не обращала на них внимание. Мы наслаждались каждым мгновением, моментом, взглядом, касанием, поцелуем. Школа уже закончилась впереди маячила взрослая жизнь, полная серьёзных и взвешенных решений. Я же до сих пор была на распутье, я никак не могла определиться с будущей профессией, в конечном счёте Ирка потянула меня с собой на Юридический факультет, Дима давно определился, он поступал на Компьютерные технологии и разработки.

Сладкая, не бойся, я в тебя верю, у тебя всё получится! — нежно обнимая меня шептал Дима, перед главным входом в Университет, где я должна была сдавать последний экзамен. — Я буду ждать тебя здесь, — поцеловал он меня. Я улыбнулась, вздохнула и отпустив его пошла в корпус.

Зайдя внутрь, нашла Ирку, которая нервно била носком туфельки и смотрела на часы, увидев меня улыбнулась и потянула за собой в аудиторию. Экзамен мы сдали. Теперь нам оставалось дождаться списка абитуриентов. Неделю после я переживала и нервничала, не находя себе места. Но когда увидела своё имя в списках я выдохнула.

Сентябрь. Новая взрослая жизнь. Первое время я путалась и терялась в корпусах, если бы не Ирка я бы там заблудилась. Новая жизнь была яркой, весёлой. С Димой мы старались проводить любую свободную минуту. Мы наслаждались друг другом, я никогда не предполагала, что могу так влюбиться, без него, казалось, что не могла дышать. Мы были две половинки одного целого. Он всегда был нежен и чуток ко мне. Ирка крутила романы, поклонников у неё теперь прибавилось вдвое, я в один прекрасный день поняла, что даже перестала запоминать их имена, так как она стала настолько непостоянна, что меня это порой пугало. Я же всех ухажеров отшивала сразу, мой смысл жизни встречал меня каждый день после пар. Мы сдали первую зимнюю сессию и вечером ко мне пришёл Дима, родители были безумно рады за нас, Дима им очень нравился, да и они помнили, что именно он меня спас однажды, они в нем души не чаяли.

— Аська, сессию мы закрыли, теперь мы свободны. Давай поедем в горы?

Я обрадовалась безумно. Наконец — то мы сможем побыть только вдвоём, не будет рядом родителей, друзей и нам не нужно на пары. Да и в горах я никогда не была и мне не терпелось увидеть величие и красоту гор своими глазами.

— Давай, — улыбнулась я.

Вечером мы уже садились в поезд. Приехали в гостиницу — это были деревянные домики, красивые, уютные, а вокруг лес и снег хлопьями падает на землю. Зимняя сказка. Наш номер был большой, в центре большая двуспальная кровать, ковер на полу, камин, вид из номера был потрясающий окна в пол с выходом на балкон и с видом на заснеженный лес. Я счастливая вышла на балкон, Дима вышел за мной и обняв меня за талию прижал меня к себе, я растворилась в его объятиях и положила голову ему на плечо наслаждаясь моментом и теплом его тела. Он аккуратно развернул меня к себе, я покраснела и опустила глаза, мы вдвоём, сзади него большая двуспальная кровать, нет никого больше. Он пальцами аккуратно поднял моё лицо и посмотрел мне в глаза.

— Если ты ещё не готова, я не буду тебя торопить.

Я покраснела ещё больше, но твердо покачав головой дала понять, что готова. Я сама желала этого момента и мечтала о нём давно, но боялась признаться ему. Он наклонился ко мне и очень нежно поцеловал, тело моментально отреагировала, меня окатило жаром, я задрожала, низ живота начал ныть, отстранившись от меня и тяжело дышал, — Ась, давай разложим вещи и пойдем перекусим, — я кивнула закрыв глаза, мне хотелось продолжения, но в то же время мне было страшно, и он это понимал. Перекусив в кафе, мы решили сходить на подъемник, предварительно взяв в аренду всю нужную экипировку. Кататься я не умела вообще, но Дима вызвался меня учить, сколько раз я падала не знаю, сбилась со счёта. Решив, что на сегодня хватит мы пошли в SPA, мне делали маски, массажи и я наконец-то расслабилась после своих падений. Вечером после ужина мы пошли прогуляться, вернувшись в номер, мы сели возле камина, Дима налил нам немного вина, мы разговаривали обо всем на свете, нам никогда не нужно было придумывать тему для разговора, никогда не было ощущения неловкости. Я положила голову ему на плечо, он коснулся моего лица и повернув к себе нежно поцеловал, я от небольшого количества алкоголя и тепла камина расслабилась. Поцелуй становился всё более и более страстным, он ласкал мои губы иногда чуть прикусывая, в теле начал разрастаться жар, он провел рукой по моему лицу, чуть отстранившись погладил мои губы большим пальцем, я закрыла глаза и вслед за его пальцем облизнула их, его глаза горели, он встал и аккуратно поднял меня и нежно обнимая за талию и целуя начал подводить к кровати, я обхватила его шею руками и зарылась пальцами в волосы перебирая их. Он уложил меня на кровать и начал опускаться поцелуями к шее, нежно покусывая и зализывая языком, меня пробила дрожь наслаждения, я выгибалась ему навстречу подставляя шею, он оттянул ворот моей футболки и нежно коснулся губами ключицы, слегка прикусив и следом нежно целуя. Он опустил руку вниз очерчивая линию груди и нежно пальцами погладил сосок, мое дыхание перехватило, аккуратно стянул с меня футболку, горящим взглядом посмотрел на мою грудь, прикоснулся к ней своей ладонью, наклонился и нежно взял в рот напряженный сосок, слегка укусил, обвел языком и поднимая голову тоже самое проделывает с другой грудью, я не выдерживаю, стон вырывается из груди от раннее не веданных мной ощущений, выгибаюсь, меня словно током пробивает, я дрожу и притягиваю его голову ближе, он целует меня в губы его язык нежно переплетается с моим, я горю, растворяюсь, страха и стеснения нет я доверяю ему. Он разрывает поцелуй и прокладывает дорожку из поцелуев к мочке уха, затем к шее, чуть дольше задерживается на груди одной, затем второй, обводит языком соски спускается нежными короткими поцелуями ниже обводит языков вокруг пупка, слегка спускается вниз и стягивает с меня спортивные штаны и трусики, стягивает футболку с себя, расстёгивает джинсы, я смотрю на него, краснею, меня бросает в жар, но взгляд от него отвести не могу, мускулы на руках и груди перекатываются от его движений, перед глазами все расплывается, я осматриваю его рельефное загорелое тело, хочу коснуться его протягиваю руку, он ловит её целует, переплетает наши пальцы и опускается на меня, раздвигает аккуратно колени и нависнув начинает медленно — медленно входить, я замираю в страхе, он целует мои глаза, щеки, губы, его язык проникает мне в рот, я расслабляюсь и таю в поцелуе, он делает резкое движение бедрами, я вскрикиваю ему в губы, из уголка глаза скатывается слезинка, он отстраняется целует её и шепчет на ушко нежные слова, успокаивает, когда я снова расслабляюсь он аккуратно начинает двигаться во мне, его движения постепенно становятся сильнее и глубже, у меня внизу живота начинает разгораться неведанное мне раньше ощущение, я выгибаюсь ему навстречу, жар внизу живота становиться сильнее, он целует меня в шею, слегка покусывая я хватаю его за плечи притягиваю к себе ближе, руки скользят по его спине, рукам, плечам, под гладкой кожей я чувствую напряженные мускулы, пальцами зарываюсь ему в волосы, чуть приподнимаюсь и целую и прикусываю кожу на шее и ключицах повторяя за ним, толчки становятся резче и глубже, я теряю связь с реальностью, теряюсь в нереальных ощущениях, жар во всем теле, словно током пробивает до кончиков пальцев, его губы прижимаются к моей шее, под тонкой кожей бешено бьется пульс, с моих губ срываются стоны и я выгибаюсь и рассыпаюсь на тысячу мелких осколков, пару резких движений и он вслед за мной протяжно стонет и падает лбом на мою тяжело и часто вздымающуюся грудь, отстраняется, ложится рядом притягивает меня к себе, спустя какое — то время, когда мы приходим в себя, он встаёт и берёт меня на руки относит в ванную. Поставив меня в душевую кабинку и настроив температуру воды, зашел вслед за мной, аккуратно вылил гель для душа на губку и начал намыливать меня, я не сопротивлялась, в тот момент после испытанных невероятных эмоций я не понимала ничего, он смывал с меня пену и попеременно целовал чистые участки кожи. Сполоснулся сам, вышел из душа и быстро обтёрся, замотал бедра полотенцем, вторым обтёр меня, аккуратно завернул и на руках понес обратно в спальню и уложил на кровать. Снял с меня полотенце и со своих бедер, целует и кладет мою голову себе на грудь, другой рукой укрывая нас одеялом, прижимает к себе крепко обнимая. Я сонно улыбаюсь и погружаюсь в сон.

10

Утром меня разбудил необычно яркий солнечный свет, из-за снега солнце, казалось, светит ярче, я прищурилась и попробовала потянуться, тело немного болело и слегка саднило между ног. Дима почувствовал мои движения и крепко обнял меня горячими руками, притянул ближе к своему горячему телу и поцеловал в макушку. Я подняла счастливое лицо и наткнулась на такое же счастливое лицо любимого, он потянулся и поцеловал меня.

— Доброе утро, сладкая! Тебе сильно больно? — озабоченно спросил он, щурясь от солнца.

— Доброе утро! Немного, — я положила ладошку ему на щеку, и он зажмурился и довольно улыбнулся, поворачивая лицо и целуя мне руку прямо в ладошку и потерся об неё.

— Как спалось, сладкая? — промурлыкал он мне в ухо.

— Замечательно, — я покраснела и смутилась, вспоминая нашу ночь. Он поцеловал меня в нос, — я хочу кушать, давай вставать и пойдем на завтрак, — попыталась перевести тему я, одновременно выбираясь из кольца его рук. Он не дал мне этого сделать, резко приподнялся на руках и придавил меня к постели, под его внимательным взглядом я покраснела еще сильнее, он улыбнулся и поцеловал. Сначала нежно, покусывал, посасывал губы, как только я расслабилась и поддалась его ласкам, он углубил поцелуй. Нежность, страсть, любовь, всё смешалось в этот момент и только мы, — весь мир сейчас принадлежал нам и только нам. Меня окатило жаром, я ясно ощутила свою наготу, между ног стало влажно, мы тяжело и отрывисто дышали, я почувствовала его желание, поцелуи жадные, горячие, распаляющие страсть и огонь в крови. Его рука на моей груди, другая у меня под поясницей, мои руки, дико и яростно изучают каждую мышцу его сильного мускулистого тела, мои губы целуют его шею, ногти царапают спину, его язык обводит сосок, втягивает в рот, целует, мы — горели и страсть всё больше накалялась. Его колено разводит мои ноги, я чувствую его желание, он опирается одной рукой в кровать, другой выгибает мои поясницу, медленно и осторожно входит в меня, ловит мой стон губами и сам стонет мне в губы заполняя меня до основания, начинает двигаться, с каждым движением все сильнее, глубже, ярче. Страсть поглощает нас, я, не помня себя обхватываю его ногами, впиваюсь ногтями, двигаюсь в такт ему, он отклоняется берет меня за бедра и увеличивает темп, мои стоны разрывают тишину комнаты, я становлюсь дикой, бешеной мне нужна разрядка я больше не выдерживаю. Он меняет положение садится и тянет меня за собой я подаюсь за ним, он насаживает меня на себя, гладит спину, нежно обхватывает рукой затылок, слегка тянет за волосы назад и впивается поцелуем в шею, я крепко держусь за его плечи боясь разжать пальцы, иначе я упаду, потеряюсь. Сколько это длится я не знаю, но я не выдерживаю этой пытки, меня накрывают волны оргазма, и я оседаю в его руках, он крепко целует меня и следует за мной. Аккуратно выходит из меня и укладывает на кровать, я тяжело дышу, он тоже. Прихожу в себя лежа на боку, он гладит меня по щеке пальцами и с любовью смотрит на меня.

— Ась, я люблю тебя!

— Я тоже тебя люблю, Димочка! — придвигаюсь к нему и утыкаюсь горящим лицом ему в грудь. Он сгребает меня о свои объятия и мягко перебирает волосы, я улыбаюсь и таю в его руках, не заметила, как задремала. Из номера мы выбрались ближе к обеду, счастливые и довольные мы пошли кушать и искать развлечения.

Новогоднюю ночь мы встретили в номере, страстно занимаясь любовью под бой курантов и салюты за окном, это был лучший Новый Год в моей жизни. Утром у меня на запястье красовался золотой браслет с маленьким кулончиком в виде наших первых букв имени «Д&А», переплетенных между собой. Диме я тоже подарила браслет, он был кожаный с золотыми гладкими пластина — вставками.

Теперь каждая ночь была наполнена любовью и честно признаться мне не хотелось возвращаться домой, так как там у нас не будет совместных ночей. Дима, видя моё грустное лицо, лишь целовал меня в нос и говорил, — у нас еще будет миллион совместных ночей, — мне оставалось лишь кивать в знак согласия. Эту неделю каждую секунду мы старались посвятить друг другу, так мы больше и не ходили кататься на лыжах, нет, мы пытались, но какая — то моя провокационная поза разжигала в нём страсть, и он тянул меня за руку в номер, либо просто мы не выходили из него, или я тянула его в номер, в общем на лыжах кататься я так и не научилась. Неделя пролетела быстро, скоро заканчивались каникулы и нужно было возвращаться обратно к обычным будням. Вернувшись домой, жизнь вошла в свою колею, дни, недели, месяцы летели, зачеты, экзамены, свидания. Жизнь закрутила нас в водоворот, не давая возможности остановиться, передохнуть.

11

2011 год

— Аська, ты не видела мою серую водолазку? — кричал я, роясь в шкафу, время поджимало. У меня сегодня сдача очень важного проекта и мне нужно быть вовремя как никогда.

— Дим, ну я же её вчера стирала, смотри на сушилке, — выглянула из кухни Аська с ножом и колбасой в руках.

Мы с Настей уже год жили вместе, бабушка переехала жить к родителям и чтоб квартира не простаивала предложила жить нам с Настей, мы были безумно рады и съехались жить вместе. Мы учились на последнем курсе, летом у нас защита и я начал задумываться чтобы сделать предложение любимой. Были конечно у нас и трудные времена, пока мы притирались к характерам и привычкам друг друга, были споры, были недопонимания, но они были настолько мелкие и незначительные, мы всё преодолели, нашли компромисс и со временем наша жизнь наладилась. Жизни своей я без нее не представлял, мы настолько были две половинки одного целого, казалось, мы дополняли друг друга во всём, в постели, в быту, даже во вкусах в еде, что какую — то другую девушку на её месте я даже и представить не мог. А при мысли что я мог в своё время упустить её, и она была бы с другим, меня бросало в холод, мне становилось страшно.

— Дим, меня Ирка записала на конкурс красоты нашего универа, представляешь? Она только что сообщила мне это прислав сообщение, что мне с ней делать, а? — как — то отчаянно Аська замотала головой.

Я рассмеялся, зная Ирку и то, что порой ей приходило в голову меня уже не удивляло.

— А ты хочешь попробовать? Ты у меня красавица, — я обнял и поцеловал её.

— Даже не знаю, а если проиграю, ты же знаешь меня, я потом из дома не выйду, — задумчиво смотря в окно сказала Аська. — Ладно, я подумаю.

Я, быстро оделся, схватил бутерброд, сделал глоток кофе посмотрел на часы и чуть не поперхнулся, быстро поцеловал Аську и выбежал ловить такси. Проект мы защитили на отлично, после защиты ко мне подошёл представитель одной зарубежной компании и предложил работать у них. Я был удивлён и поражен, но посмотрев на своего преподавателя я понял, что это он рекомендовал меня. Договорившись что я подумаю, он оставил мне свою визитку и сказал, что ждет моего звонка. Я уже собирался набрать Аську, но меня попросил задержаться мой преподаватель Виталий Юрьевич.

— Дима, ты очень талантливый парень. Я попросил Юрия прийти сегодня, хотел, чтоб он посмотрел твой проект, я хочу, чтобы ты был в его команде и работал у него в компании. Подумай о его предложении, такой шанс выпадает редко.

— Спасибо большое Виталий Юрьевич, я подумаю и скажу ему свой ответ завтра, — я был очень заинтересован в этой работе.

— Хорошо, завтра скажешь ответ, жду, — строго посмотрел он на меня.

— До завтра!

Когда я вышел из универа, то сразу направился забирать Аську с пар, зимняя сессия была уже на носу, Ася в запаре с дипломом, порой не следила за временем сидя в библиотеке с ноутбуком и не замечала, когда все уходили и она оставалась там одна, еще забывала покушать за это вечно её ругал. Аську, конечно, особо не поругаешь, эта зараза умела утихомирить мой гнев в два счёта, ей достаточно было меня поцеловать и сделать печальные глаза, и я сразу всё забывал. В библиотеке её не было, я набрал её номер, она долго не брала трубку, я начал нервничать, набрал Ирку она ответила сразу.

— Привет! Где Аська?

— Аська рядом, приходи в кафе рядом с главным корпусом.

Я зашёл в кафе Настя сидела и задумчиво крутила трубочку в бокале смотря в окно. Я подошёл к столу, она, увидев меня улыбнулась и потянулась чтобы поцеловать.

— Извини, у меня телефон на беззвучном.

— А чего задумчивая такая?

— На конкурсе будут присутствовать какие — то важные гости, мне страшно, а Ирка настаивает на моём участии, — бросила взгляд на Ирку, которая в этот момент закатила глаза к потолку и фыркнула.

— Ты у меня красавица, не переживай, я поддержу тебя, и я верю в тебя! — притянул её к себе и поцеловал.

Я поддержал Иру и был согласен с ней, что Аська обязательно должна поучаствовать, тем более я знаю, что она давно хотела попробовать, но всё стеснялась. Ночью я постарался сделать всё чтобы её страхи исчезли, и она сдалась.

12

Я жутко нервничала и переживала, хоть конкурс и был университетский, первый этап отбора я прошла, но наличие каких — то «серьезных» людей меня пугало. Следующие этапы это:

2) Пение.

3) Танцы.

4) Что-то на вольную тему, стих, сценка…

Вокал и танцы проблемой не были, а вот «вольная тема» пугала до жути.

Второй и третий этап я прошла на ура, зал гудел как улей. На конкурс пригласили местное телевидение, я переживала из-за камер, но выходя на сцену забывала, что меня будут снимать, стеснение снимало как рукой. Дима гордился мной и поддерживал меня, я была ему очень благодарна за это. Этап четвертый; я решила взять отрывок из «Унесённые ветром», когда я закончила своё выступление в зале была тишина… затем взрыв аплодисментов, я настолько вжилась в роль Скарлетт О» Хара что не заметила тишины. После конкурса перед оглашением результатов ко мне подошла очень красивая и элегантная женщина протянула визитку:

— Меня зовут Милана Скадовская. Ты очень талантлива и красива, я могу сделать тебя знаменитой. Набери меня, — улыбнулась она обворожительно.

Я была в тот момент настолько застигнута врасплох, что просто кивнула головой и улыбнулась.

Я заняла 1 место. Шок, неверие, я не могла сдержать слёз радости. Мне надели ленту, диадему, вручили цветы, откуда — то со стороны на меня налетел вихрь по имени Ира, обнимала, целовала, я же искала глазами Диму. Он с широкой улыбкой и огромным букетом роз вышел на сцену, все расступились, Ира перестала меня тискать. Он взял микрофон:

— Настёна, ты у меня самая лучшая, ты знаешь, что ты — моя жизнь, мой воздух, моё сердце и душа. Я благодарен судьбе что она нас свела, я не представляю жизни без тебя. Без тебя меня не будет на этом свете. Я люблю тебя! Сладкая, ты выйдешь за меня замуж? Он опустился на одно колено и раскрыл бархатную коробочку с кольцом.

Слёзы счастья застилали глаза. Мне кажется, я не дышала. Взяв другой микрофон, который заботливая Ирка протягивала мне я ответила:

— ДААА!!!!

Я не обращала внимание на шум и гам вокруг нас, Димка надел кольцо мне на палец, крепко обнял и поцеловал меня. Я от слёз и переполняющих меня эмоций не могла сказать больше не слова, он крепко держал меня в объятиях. Нам открыли шампанское, мы выпили. Нужно было успокоиться впереди еще должна была быть фотосессия, Ира помогла мне привести себя в порядок, после фотосессии Дима забрал меня и повез в ресторан, после ресторана домой. Домой мы ввалились страстно целуясь, Дима накинулся на меня еще в тот момент, когда вставила ключ в замочную скважину. В прихожей он прижал меня к стенке и начал страстно целовать, одновременно снимая с меня вещи, я делала тоже самое, сил и желания на прелюдию не было ни у одного из нас. Мы были как бешеные, я разорвала на нём рубашку, сорвала пуговицу на штанах и дернула змейку, он скинул обувь куда — то в сторону. Резко сорвал с меня платье, я осталась в нижнем белье, чулках и ботиночках на шпильке, он опустился передо мной на колени, стянул один затем второй ботинок, схватив меня на руки отнёс на кухню она была ближе всего, усадил на стол развел мои бедра в сторону подтянув меня к краю стола, расстегнул и бросил в сторону лифчик, стянув трусики, я осталась перед ним в одних чулках, он жадно осмотрел меня аккуратно уложив на стол, сел на корточки и слегка потянув на себя закинул мои ноги на себе плечи и начал ласкать меня языком внизу, я стонала, извивалась, он гладил мои ноги, целовал внутреннюю часть бедра. Резко встал на ноги, нагнулся надо мной, поцеловал, рукой начал массировать и слегка мять мою грудь, перекатывать между пальцами сосок, я обхватила его ногами и притянула к себе, провела ноготками по его груди слегка царапнув его соски, подтянулась резко укусив его в шею, после впилась страстным поцелуем, он рыкнул и вошёл в меня жестко, яростно, мы были словно дикие звери, в бешеном темпе и с громким стоном мы кончили одновременно. Когда наше дыхание понемногу выровнялось, он приподнялся с меня и заглянув мне в глаза сказал:

— Ась, я люблю тебя! Спасибо что ты появилась в моей жизни, без тебя не будет меня.

— И я люблю тебя! Ты — главный и самый дорогой человек в моей жизни. Без тебя не будет меня! — и притянув его за шею поцеловала нежно, словно пытаясь доказать поцелуем всю степень своей любви и зависимости от него. Он ответил с нежностью на мой поцелуй. Выйдя из меня, он подхватил меня на руки и понёс в комнату, уложил в постель нежно обнимал и целовал.

* * *

Новый Год мы встретили с нашими родителями, которым сообщили о нашей помолвке, родители были безумно рады, они уже давно этого ждали и сейчас мы праздновали два праздника, открыли шампанское, поздравили нас и встретив Новый Год начали бурно обсуждать подготовку к свадьбе. Когда мы вернулись домой, Дима провел меня на кухню для серьёзно разговора.

— Ась, тут такое дело, — замялся он, а я начала нервничать, — мне предложили работу, компания зарубежная, возможно мне придётся уехать заграницу. Там очень серьёзная компания и меня рекомендовал Виталий Юрьевич. Но я хотел посоветоваться с тобой, прежде чем давать ответ. Я не хочу оставлять тебя здесь одну.

— Дима, это замечательно что тебе предложили вакансию. Не страшно, я думаю мы справимся, ты должен попробовать! — улыбнулась я, коснувшись его щеки.

— Спасибо, — выдохнул он и потерся щекой о мою ладонь, — я переживал что ты будешь против. Я улыбнулась, притянула его к себе и поцеловала.

13

Через два дня я решилась набрать заветный номер на визитке, которую мне дала Милана Скадовская. Слушая размеренные телефонные гудки в трубке, я пыталась успокоиться, ведь это было возможно моё самое серьезное решение в жизни. Трубку сняли после четвертого гудка и моё сердце замерло.

— Слушаю, — сказал деловой голос Миланы.

— Добрый день, меня зовут Анастасия Савельева, мы с Вами… , - не успела я договорить.

— Да, да, Анастасия, я тебя помню. Ты хочешь поработать со мной? — уже мягче спросила она.

— Да, хочу. Но, я бы хотела сначала более подробно все обговорить.

— Приезжай завтра ко мне в офис и мы всё обсудим. Тебе подходит в 14.00?

— Да, подходит.

— Отлично, — сказала она и продиктовала адрес.

На следующий день нервничая и переживая, я сидела у неё в кабинете. Встретила меня её секретарь, предварительно уточнив назначено ли мне, сверив фамилию, имя и время, улыбнулась и провела меня в кабинет к Милане, предварительно предложив кофе, я кивнула в знак согласия. Милана с кем — то разговаривала по телефону сидя в кресле, увидев меня улыбнулась и рукой показала мне присесть на диван. Быстро закончив разговор, она села в кресло сбоку от меня.

— Настя, я рада что ты пришла. Давай перейдем сразу к делу, — для начала я хочу предложить тебе контракт модели, дальше если ты захочешь попробовать себя в кино, я устрою тебе прослушивание. Сейчас есть несколько проектов рекламы на ТВ и фотосессия в журнале для бренда модной одежды, что скажешь? — серьёзно посмотрела она на меня, ожидая ответа, — Я думаю, что ты знаешь, у нас очень серьёзная компания, мы с тобой заключим контракт, где будут прописаны все пункты нашего соглашения, которым мы будем следовать. Я понимаю, возможно для тебя это неожиданно, но я бы очень хотела с тобой поработать, тем более я думаю, что ты понимаешь, что такой шанс не каждой выпадает. Да и я редко кому делаю такие предложения, компания наша имеет большой вес в нашей стране и за рубежом, желающих с нами сотрудничать много, но ты мне очень понравилась, и я хотела бы поработать именно с тобой. Но, ты должна понимать, что съемки в фотосессиях и рекламах подразумевают большое количество твоего времени, возможно нам нужно будет ездить заграницу, ходить на вечеринки, приемы, ты будешь занята больше, чем свободна, поэтому если тебе нужно ещё время подумать, я его тебе дам.

— Да, понимаю. Можно я дам ответ вечером, — я признаться не ожидала такого предложения и мне нужно было посоветоваться с Димой, ведь это напрямую касалось и его.

— Хорошо, даю время до вечера, вечером жду твой окончательный ответ, — кивнула она и улыбнулась.

Вышла я от Миланы не чувствуя ног, мне казалось, что я лечу и я сразу набрала Диму, попросив его прийти пораньше домой, так как есть разговор. До вечера я не могла найти себе места, мне всё время хотелось сорваться и куда — то бежать и что-то делать, что именно я не знала, но сидеть спокойно я не могла. Решила приготовить ужин, за готовкой время пролетело быстро. Когда Дима зашёл домой, я уже накрывала на стол.

— Привет! Что у тебя стряслось? — обнимает меня за талию, притягивает к себе и целует.

— Привет! — садись за стол, мельтешила я по кухне, взяв себя в руки уселась напротив него, — Мне сегодня предложили контракт с модельным агентством «Stars», — чуть не прыгала я на стуле.

— ???

— Помнишь, на конкурсе ко мне подошла девушка — Милана Скадовская и дала визитку? Я сегодня была у неё в агентстве, и она предложила мне работать с ней. Но я попросила время до вечера чтоб дать свой ответ, так как хотела посоветоваться с тобой. Там возможно будут выезды заграницу, и сама работа будет забирать много времени, съемки для журналов, рекламы, показы, возможно даже съемки в кино, выходы в свет, а мы скоро поженимся, и я понимаю, что возможно ты будешь против, — протараторила я и замерла в ожидании его ответа.

— Аська, сладкая, я не буду возражать, ну ты чего? Мне самому, возможно, придётся уехать заграницу и что я теперь должен запереть тебя в четырёх стенах? Ну, ты чего, тем более ты у меня красавица и, если ты воплотишь свои мечты я буду только рад, ты у меня такая талантливая! Ты же знаешь, что я тебя всегда поддержу, — взяв меня за руку, он гладил большим пальцем мою ладонь успокаивая.

— Ааа, — повисла я у него на шее, — крепко целуя в щеку, он рассмеялся, — Ты знаешь, что ты у меня самый — самый замечательный, — чуть не кричала я.

Позже я перезвонила Милане и дала свой положительный ответ. На следующий день я сидела в кабинете Миланы. Я внимательно перечитывала контракт, как хорошо, что Ирка потянула меня на юридический думала я про себя. Согласовав некоторые пункты, мы подписали контракт. Это была дверь совсем в другую жизнь, в тот момент окрыленная её предложением я не осознавала, что ждёт меня впереди через что мне придётся пройти, но пока я об этом не знала…

Первые съемки были назначены через неделю. Это была невероятная неделя, меня круглые сутки «мариновали» как мне казалось в SPA, маникюр, педикюр, пилинг, маски, стилисты, парикмахеры и ещё много чего мне тогда не понятного. Со мной начали заниматься учителя по этикету, риторике, стилю, учили правильно ходить, сидеть, держать голову, составили план питания и тренировок в спортзале. Учитель танцев и вокала мне был не нужен, хоть в этом я выдохнула. Домой я приходила поздно и ощущение было будто я вагоны разгружала, а не этикетом занималась. Дима дал согласие на предложение о работе в зарубежной компании ему нужно было экстерном закончить университет, моя защита, как и планировалась должна была быть летом. Дима же через месяц должен был быть в Германии и приступит к работе. Он переживал что ему придется как минимум на три месяца оставить меня одну, но был рад моему вдохновению.

— Настя, слегка склони голову и посмотри в камеру, — просил меня фотограф по имени Юра, на первой фотосессии для бренда одежды. Как сказала Милана, — Эта съемка важна! Нам нужно тебя прорекламировать. Я не возражала и четко следовала всем указаниям. Я пока не верила в то, что со мной происходит правда, а не сон. Я сделала всё как сказал Юра, — Замечательно! Насть, не закрывайся, покажи себя. Ты — красивая и живая, покажи это камере, — размахивал он руками. Я послушно выполняла все наставления. После съемки мне казалось, что по мне проехал каток, от усталости чуть не уснула пока Милана разговаривала с Юрой после съемки. Дело в том, что встать мне пришлось в 5 утра, а макияж, съемки, смена одежды, снова съемки, смена локации, снова смена одежды, на ногах я была до самого вечера, толком не покушала за день, усталость сбивала с ног. По дороге домой Милана восхищалась фотосъемкой и сказала, что Юра меня похвалил, а в модельном бизнесе, это очень важно. Первый журнал с моей фотосессией вышел спустя две недели, за это время отдыхать мне не давали. Мои фото вызвали фурор в модельном бизнесе, Милана была счастлива, обо мне и говорить не стоит, я порхала от счастья, Дима радовался за меня и мои успехи, всячески поддерживая. Теперь у меня были съемки практически каждый день, времени катастрофически не хватало. Рано вставала и поздно ложилась, Диму практически не видела. Приближался отъезд Димы в Германию, а времени быть вместе у нас не было, и я очень расстраивалась из-за этого, ведь я его потом не увижу три месяца и вряд ли у меня получится вырваться и полететь к нему. Грусть накатывала волнами в минуты свободного времени. Но мне не давали долго грустить. В день отлета Димы я заставила Милану освободить свой теперь плотный график от съемок чтоб проводить его, рыдала в аэропорту так что он не мог меня успокоить, обещал звонить постоянно и по возможности прилететь хоть на мой День Рождения. После я поехала домой и дома зайдя в пустую квартиру заплакала, легла в пустую кровать и заснула, утром у меня были первые съемки для рекламы по ТВ и Милана мне строго-настрого сказала быть на все 100! Я же рыдала так, что была больше похожа на пасечника, покусанного пчёлами, и понимала, что утром меня ждет выговор, от этого становилось еще хуже на душе.

Съемки дались в этот день мне тяжело, на душе было горько и грустно, я не могла собраться и постоянно забывала текст, Милана не выдержала и попросила перерыв, схватив меня за руку потянула в самый дальний угол.

— Настя соберись! Ты понимаешь, что если мы сейчас не снимем всё быстро и качественно, то у нас будут проблемы! — чуть не кричала она. Давай мы тебя окончательно зарекомендуем как профессионала и через месяц я дам тебе пару дней и полетишь к своему любимому, а сейчас соберись, выйди и скажи этот долбанный текст и мы отсюда уедем.

— Хорошо, — она привела меня в чувство, я поняла, что она права. После нашего с ней разговора съемки мы закончили достаточно быстро, и все остались довольны.

Дима, как и обещал звонил каждый день и писал в любую свободную минуту, я же безумно скучала, мне не хватало его. Мы никогда не расставались дольше чем на день и сейчас, мне казалось, будто моё сердце в Германии, но спасала работа, она не давала мне возможности плакать и унывать. Милана так и не выкроила мне обещанные выходные. Съемки на ТВ и для таблоидов не давали мне возможности уехать, на носу был мой первый большой контракт с известной косметической компанией и мне приходилось готовится в полную силу, прибавить еще обязательные, тренировки, обучение, и уход за собой, в общем спала я максимум 4 часа в сутки, жесткий режим выбивал меня из сил, вот тогда и случился мой первый обморок.

Это произошло дома, я была абсолютно одна и от усталости потеряла сознание в ванной. Милана, Дима, родители и Ирка не смогли мне дозвониться. На полу в ванной меня нашла Ира, которая, не дозвонившись мне решила зайти. Когда Дима уезжал он оставил ей запасной ключ, это меня и спасло. Она вызвала скорую, меня доставили в больницу и поставили диагноз: Истощение организма. Мне прописали полный покой, сон и капельницы. Милана приехала буквально через 20 минут и поговорив с врачом, взяла назначения, родители тоже были тут и встревоженно ходили по палате вперед-назад, что дико раздражало. Ирка сообщила о моем состоянии Диме, он хотел вылетать первым рейсом, но я, выхватив у неё трубку попыталась отговорить его. Милана дала мне неделю на восстановление, договорившись с компанией отложить на этот срок контракт, они согласились и нас это спасло, так как неустойка за срыв контракта была непосильная. Дима прилетел этим же вечером. Уставший, измотанный, выглядел он не лучше меня. Увидев его в палате, я расплакалась и вцепилась в него, он целовал моё лицо аккуратно держа за голову и приговаривал:

— Сладкая, ты меня так напугала! Я места себе не находил, а как узнал, что не только я не могу тебе дозвониться чуть не сошел с ума, — у него в глазах стояли слёзы, я разрыдалась ещё больше и прижалась к его груди.

— Всё хорошо! Со мной всё в порядке, милый, я соскучилась! — я всхлипывала после каждого слова, крепко держа его за кофту.

Ночь он провёл со мной лежа на больничной койке и не выпуская меня из рук, все время гладил, целовал, пока сам не уснул от усталости после перелёта. Я же впервые за время нашего расставания заснула крепким сном. Утром врач ещё раз дал рекомендации и отпустил меня домой. Дома я впервые расслабилась, рядом был любимый, я была не сама. Накормив меня, нарушая все планы моего питания, он уложил меня в кровать, включил какую-то комедию и лёг, рядом не выпуская меня из рук. Так я и заснула в его руках, мне было так тепло и хорошо, я чувствовала защиту и спокойствие. Проснулась я после обеда, Дима спал у него было осунувшееся лицо, круги под глазами, похудел. Моё сердце сжалось от боли, что-то защемило в груди, мне не хотелось, чтоб он улетал обратно, я ничего не хотела, мне хотелось, чтоб мы были снова рядом, а не за тысячу километров друг от друга, наверное, я эгоистка. Я аккуратно выбралась из постели, сделала чашку кофе и села в кухне на подоконник, на улице была весна, деревья начинали зеленеть, а на душе у меня была тревога. Пара дней, и я снова не увижу его месяц, вроде немного, но для меня это — вечность. Дима проснулся и вышел ко мне на кухню, тихонько подошёл ко мне и обнял меня.

— Почему не разбудила меня?

— Не хотела тревожить, я же вижу, что ты уставший.

— Сладкая, я без тебя всё — равно спать не могу. Знаешь, как мне тяжело заснуть ночами?

— Знаю, любимый, — я положила ему ладонь на щеку и наслаждалась взглядом полным любви.

— Я так скучал по тебе, — он нагнулся и поцеловал меня, — Я вернусь, и мы сразу сыграем свадьбу, я не хочу больше уезжать от тебя далеко.

Я улыбнулась и притянула его к себе. Мы наслаждались каждой минутой, все время касались друг друга, целовались, было ощущение что мы пытались напитаться друг другом на тот период что нам придется снова разлучиться. Оставшиеся дни отдыха вдвоём мы редко вылезали из постели, старались никуда не ходить. Но пришёл день его отлёта назад, в аэропорту я снова расплакалась, он успокаивал меня, обнимал и целовал, обещая, что я не успею заметить, как он вернётся домой.

Дни шли я вернулась на работу, мы заключили контракт с косметической компанией, и я стала лицом бренда, сняли промо-ролик, сделали фотосессию и нам предстоял вылет в США, где я должна была появиться на важном мероприятии и поучаствовать в фотосессии там, показать себя за рубежом для продвижения. Перелёт в Нью — Йорк для меня оказался очень тяжелым, по прилёту меня мутило, кружилась голова, я чуть не упала в здании аэропорта, усталость давала о себе знать, ведь я вернулась к старому режиму работы. Милана разводила руками и лишь качала головой, что у нас горит дедлайн, я и так выпала на неделю, теперь контракты горят. Пообещала, что когда прилетим из США и тогда она попытается что-то сделать с моим жестким графиком. Я не жаловалась, я мечтала о такой работе, да и изначально она меня предупреждала что это тяжело, хочешь быть известной придётся чем-то пожертвовать. В гостиницу Милана вызвала мне врача, переутомление и смена климата и часовых поясов. Поговорив с Димой и успокоив его, я легла спать.

На следующий день вечером я стояла напротив зеркала, на мне было красивое изумрудного цвета платье в пол, красивая прическа и макияж. Этот образ делал меня похожей на какую-то голливудскую звезду, Милана тоже выглядела шикарно в платье черного цвета, ей тоже сделали укладку и макияж, вся остальная наша команда осталась ждать нас в гостинице, ровно в 20.00 нас ждала машина возле главного входа. По дороге на мероприятие Милана коротко рассказала о самом мероприятии и о том, кто там будет. Мероприятие было организовано известным брендом часов. По приезду к зданию, где проходило мероприятие нам помогли выйти из машины, и мы вошли по красной дорожке, со всех сторон нас обступили папарацци, вспышки слепили глаза, но мы спокойно позировали и мило улыбались, дальше нас провели в торжественный зал, где были все самые знаменитые люди, модели, актеры, музыканты, политики и просто влиятельные люди нашего мира. Милана строго — настрого запретила мне «тушеваться» перед ними. Я, собрав всю свою волю в кулак шагнула в этот бомонд, мне признаться было страшно. Но все прошло замечательно, она представила меня всем, кого знала, были и те, кто, видя нас подходили и сами представлялись, я была немного шокирована тем, что меня начинают понемногу узнавать, конечно это была заслуга Миланы и её отвоеванный контракт с косметической компанией. В последствии сама Милана призналась, что не думала, что сможет сделать меня известной за такое короткое время, может это была моя судьба, а может банальное везение. Вернувшись в номер, я тяжело упала на кровать, нервы и чувство ответственности вымотали меня окончательно. Мне помогли раздеться, и я сразу заснула, выходя из номера Милана тихонько закрыла за собой дверь, хотя мне хотелось спросить у неё справилась ли я. Вернувшись из Нью — Йорка, мне предстояло еще месяц выдержать в этом безумном темпе, а потом у меня был месяц отдыха, со дня на день должен был вернуться Дима, и мы планировали сыграть свадьбу. Дима вернулся через два дня, уладив в Германии все вопросы с переводом в филиал компании в нашем городе. Мы подали заявление в ЗАГС и началась подготовка и организация свадьбы. Всеми вопросами касательно свадьбы пришлось заниматься ему и родителям, я не то, что не хотела, просто в моём теперь плотном графике всё было расписано по минутам. Я лишь пару раз была на встрече с представителем агентства по организации свадьбы, выбрала цвета, стиль свадьбы, цветы и торт. Мама силой вырвала меня на час у Миланы на выбор и примерку платья.

Милана нашла мне новый проект, роль в сериале, съемки планировали начать через три месяца, я успешно прошла пробы, хотя изначально была очень скептична я и актриса — это какие-то параллельные вселенные, но, если подумать раньше, и работа в модельном бизнесе была для меня параллельной вселенной, да и жажда попробовать себя в актерстве всё же была.

14

Приглашения разосланы и наступил мой самый счастливый день в жизни, сегодня я выхожу замуж за своего любимого человека — Диму.

Я стояла в номере гостиницы, где заботливый персонал гостиницы принес мне зеркало в пол и рассматривала себя в зеркале, мне не верилось, что я смотрю на себя в белом платье и что через час я стану женой. Ирка носилась по номеру на правах подружки невесты и суетилась так будто свадьба сегодня у неё. Я же с наслаждением рассматривала свое платье, красивое, элегантное струящееся в пол с небольшим шлейфом, красиво подчеркивало фигуру, волосы аккуратно собраны в пучок и красиво заколоты, красивый и аккуратный макияж, все вместе создавало нежный, хрупкий образ. Я не хотела делать всех традиционных выкупов и т. д., поэтому Дима должен был ждать меня возле ЗАГСа, вместе с остальными гостями и родителями. Ирка посмотрела на время и завизжала что нам пора спускаться вниз и ехать в ЗАГС. Подъехав к назначенному времени, я вышла из машины, Дима, увидев меня расплылся в улыбке, его восхищенный взгляд блуждал по мне вызывая мурашки по коже. Когда мы надели друг другу кольца и нас объявили мужем и женой, он нежно поцеловал меня, пройдя все традиции с рисом и битьем бокалов, мы поехали в ресторан. Свадьбу мы делали в ресторане на берегу моря, там уже собрались остальные гости, нас встретили криками поздравлениями, караваем и прочими традиционными заморочками. Заиграла медленная музыка и Дима вывел меня в центр зала, для танца жениха и невесты, я узнала песню, это была песня, под которую мы впервые поцеловались много лет назад в ночном клубе. Я улыбнулась и позволила повести меня в танце.

— Я так люблю тебя! «Ты у меня такая красивая, — прошептал он, уперевшись своим лбом в мой, — Моя ЖЕНА!»

— Я тоже тебя очень — очень сильно люблю! Ты у меня самый красивый, мой — МУЖ, улыбнулась я потянулась за поцелуем, поцелуй был нежным наполненным безграничной любовью.

— Я уже мечтаю сбежать отсюда и закрыться с тобой в номере на этот месяц, а лучше на всю жизнь.

— И я.

Было много тостов, наши одноклассники шутили и рассказывали о нас и наших школьных годах много смешных историй. Ирка тоже в стороне не осталась и рассказывала много смешных историй обо мне, зараза, но я пообещала, что я на её свадьбе я ей отомщу и она тоже будет сидеть и краснеть. Родители тоже не остались в стороне и в честь нас сказали очень трогательный тост — я расплакалась. Под конец я уже не могла усидеть на месте и Дима, увидев это взял меня за руку и потянул тихонько в машину, я лишь успела сказать Ирке что мы сбегаем, на что она подмигнула и улыбнулась, мы уже выполнили все положенные молодоженам традиции, поэтому могли сбежать. Дима усадил меня в машину, ночевать мы должны были в шикарном номере для молодоженов в гостинице, куда нас и повезли. Сев в машину он сразу потянул меня к себе на колени.

— Я так люблю тебя, ты — моя жизнь, сладкая, — прошептал он поцеловал безымянный пальчик с обручальным кольцом.

Меня пробрала дрожь, я крепко обняла его за шею и уткнулась носом в его щеку. Я не верила, что это происходит со мной, что я вышла замуж за самого любимого человека, что он — мой и только МОЙ! Мне казалось это всё сон, я не могла поверить, что так бывает в жизни. Хоть мы и были вместе много лет, но я не представляла себе, что любовь со временем может стать ещё сильнее, крепче, что за столько совместных лет мы не разочаруемся, а наоборот будем ещё больше любить, дорожить и восхищаться друг другом.

— Ты любовь всей моей жизни, — прошептала я со слезами на глазах. И он нежно поцеловал меня.

В номер гостиницы он занёс меня на руках, аккуратно опустив меня на кровать, сел передо мной на колени и снял с меня туфли и чулки целуя каждый миллиметр кожи, внутри поднималась волна желания, кожа под поцелуями моментально покрывалась мурашками. Он продолжал двигаться вверх по моему телу, поглаживая пальцами самые нежные места под коленкой, внутреннюю сторону бедра, потянул меня за руку я встала с кровати, он развернул меня к себе спиной, поглаживал и целовал плечи, руки… Начал расстегивать платья, целуя шею. Платье соскользнуло к моим ногам, и я осталась перед ним лишь в белых кружевных трусиках, он развернул меня к себе лицом и возбужденным взглядом осмотрел меня. Наклонил голову и губами обхватил мой сосок нежно зажав его губами, слегка прикусил зубами, я выгнулась ему навстречу и обхватила его руками за шею притягивая ближе. Оторвавшись от моей груди он снова поцеловал меня, я начала расстегивать его рубашку, но руки меня не слушались и я её резко дернула, пуговицы полетели по полу, я начала как безумная гладить его грудь, мне нужно чувствовать его здесь и сейчас, он был для меня как воздух, которого мне с каждой минутой не хватало всё больше, все чувства обострились. Я опустилась перед ним на колени, его взгляд горел, я лихорадочно начала расстегивать его ремень и брюки, резко стянуло брюки вместе с бельем и облизнув губы аккуратно взяла в руки его плоть, поводила пальцами вверх-вниз, он сглотнул, его взгляд потемнел, я наслаждаясь его состоянием повторила движение руки. Отпустила себя и свои желания на волю, я лизнула его головку языком, аккуратно придерживая одной рукой у основания, второй вцепилась в его бедро, он резко втянул воздух сквозь зубы, я осмелилась я провела языком по всей длине, и аккуратно взяла в рот посасывая и одновременно играя языком с его плотью, он тяжело дыша взял меня за волосы направляя и помогая доставить ему как можно больше удовольствия, чувствуя его пульсацию у меня во рту мне просто сносило крышу, мои движения становились яростнее и импульсивнее, он начал мелко подрагивать всем телом, моё возбуждение было на пределе, я застонала, он не выдерживая резко отстранился и потянув меня на себя жестко поцеловал. Развернул меня к кровати и уложив на живот начал целовать и покусывать спину постепенно спускаясь вниз, погладил ягодицы, слегка шлепнул, я застонала, он раздвинул мне ноги и лег между ними слегка потянул вверх за бедра и начал нежно входить в меня, я затаила дыхание, когда он практически до конца вошел и сделал резкий толчок, я выгнулась его движения становились жестче, быстрее, мои чувства ярче, жар прокатывался по всему телу, иногда он замедлялся и движения становились мягче, нежнее, потом снова менял темп. Он вышел из меня и аккуратно перевернул на спину, взял меня за бедра и снова вошел, быстро увеличивая темп, потом снова замедляясь.

— Любимый, я больше не могу…  — бормотала я. Внутри все горело, требуя разрядки. Он играл со мной, доводил практически до оргазма, но, когда чувствовал, что я на грани, слегка отстранялся и замедлял темп.

— Тихо — тихо, сладкая, сейчас ещё чуть-чуть.

Он перевернулся и посадил меня сверху, подмахивая бедрами, я нашла нужный темп и продолжила, я была на грани, момент и я оседаю на нем меня накрывает мощный оргазм, падаю ему на грудь, он перехватывает меня, пара движений, и он кончает вслед за мной. Я не могла двигаться, он уложил меня рядом, я обняла его рукой и ногой, легла ему на грудь, он, обнимая меня водил пальцами вдоль позвоночника и целовал макушку. Я начала отключаться и уже засыпая прошептала:

— Люблю тебя, мой муж!

Ответ я уже не слышала, но мне и не надо было говорить, я его и так знала.

15

На следующий день мы улетели на Мальдивы, это были сказочные три недели, мы отдыхали, плавали, загорали, катались по островам и занимались любовью. Мы даже сыграли там еще одну свадьбу, правда без гостей, только мы вдвоем, церемониймейстер и фотограф и всё, больше никого — это было очень романтично. Но реальность всё же нас настигла, пришло время возвращаться, меня ждали съемки в сериале к которым нужно было привести себя в форму, после нашего отдыха, Диму работа.

Милана увидев меня схватилась за голову и начала причитать, почему я не пользовалась солнцезащитным кремом и почему набрала три килограмма. Я же стойко держалась чтоб не смеяться и послушно кивала головой, что отныне я буду вести себя хорошо и слушаться её. Месяц до начала съемок они всей командой издевались надо мной как могли, бесконечные салонные процедуры, тяжелые тренировки и жесткая диета. Еще параллельно были съемки в рекламах для журналов и афиш, моё лицо стало появляться повсюду, Дима даже смеялся что не успевает по мне соскучиться, так как я везде.

Через месяц начались съемки сериала, каждое утро я вставала в 4 утра, меня забирала машина и везла на место съемок. Со съемочной командой и своими коллегами я подружилась быстро, а вот с ассистентом режиссера — Кириллом не заладилось с первых минут, он вел себя грубо, позволял всякие вольности и грубость, да и как человек был очень отталкивающим. Однажды нам предстояло уехать для съемок сцены в другую страну на две недели. Отсняв все что нужно было, режиссер предложил отметить это в ресторане, так как у нас был дополнительный свободный день. Вечером все собрались в ресторане. Ресторан специально для нас закрыли, веселье было в самом разгаре, все пили веселились, у меня зазвонил телефон, звонил Дима, я вышла из зала чтоб поговорить с ним, Дима спрашивал как у меня прошёл день и что нового и интересного у меня произошло, мы поговорили, я решила отлучиться в туалет, не успела я зайти внутрь как меня прижали к стене и зажали мне рот, я начала выдираться, пытаясь вырваться из захвата, укусила обидчика за ладонь, он резко ойкнул и развернул меня к себе лицом. Это был Кирилл.

— Не получиться вырваться, крошка, — усмехнулся он как-то пошло.

Я понимала, что сама не смогу с ним справиться, он был под два метра ростом и широкий в плечах, как шкаф. Мои глаза в этот момент были наверно размером с блюдце, он крепко держал меня в захвате и нагнувшись грубо поцеловал, я продолжала вырываться и изловчившись укусила его за губу до крови. Он отстранился и облизал губу, почувствовав кровь усмехнулся.

— А ты дикая штучка, люблю таких, — зарычал он.

Взгляд у него был страшный, у меня внутри все похолодело, я чуть не плача начала молиться чтоб кто-то зашел и спас меня от этого психа, но никто, как назло, не заходил. Он ещё грубее накинулся на меня и перехватив две мои руки своей лапищей, поднял мне их над головой, другой рукой пытаясь сорвать с меня одежду. Меня уже трусило от страха и ужаса ситуации и помощи ждать неоткуда. Набрав в легкие побольше воздуха, я хотела закричать, когда мне удалось на секунду вырваться, но он схватил меня грубо за лицо снова впился в меня поцелуем, пытаясь засунуть мне в рот свой мерзкий язык, я крепко сцепила зубы и сжала губы, его рука продолжила стягивать с меня одежду. Меня начало тошнить, и я никак не могла сдержать спазм, это меня и спасло, я все же вырвала на него, он от неожиданности отшатнулся от меня при этом ударив на отмашь по лицу и пытаясь удержать меня за руки, мне к горлу подступила вторая волна, снова спазм и рвота. Он с матом отбросил меня к стене, я больно ударилась головой и осела на пол, он выскочил наружу. Меня трясло крупной дрожью, зуб на зуб не попадал, в глазах темнело и пол ходил ходуном, я не могла набраться сил чтоб встать, умыться и привести себя в порядок. Вытащив телефон из кармана штанов, я набрала Милану и попросила её прийти в туалет.

Когда она зашла в туалет и увидела меня, сразу кинулась ко мне.

— Что случилось? Ася, ты меня слышишь? — она начала суетиться вокруг меня, пытаясь поднять меня, чтоб я могла умыться.

— Мммиииллаааннааа, м…  менняя чч... уутть н... неее ииззнннаасссиииллоовввааллии, — стучала зубами я.

— ЧТООО??? — заорала она. — КТО ЭТО СДЕЛАЛ С ТОБОЙ?

— К... киирилл, — зарыдала я.

Милана услышав это начала набирать какой-то номер и что-то быстро орать в трубку, я же ушла в ступор, больше ничего не слушала и не понимала, что она говорила. В себя я пришла в машине скорой помощи, резко открыла глаза и села, голова закружилась и Милана вместе с девушкой врачом уложили меня обратно. В больнице меня обследовали, оказалось, что у меня сотрясение мозга, ушиб руки и синяки, мне поставили капельницу. Врач, посмотрев снимок, сказал, что на неделю мне нужно остаться в больнице, не о каком перелёте не может быть и речи. Я понимала, что мне придется всё рассказать Диме, потому что придумывать что-то о продлении съемок было глупо, да и синяк на лице не пройдет и через неделю, а если Дима узнает, что я от него что-то скрыла, мне мало не покажется. Попросила Милану набрать его и как-то помягче все объяснить. Помягче не получилось, Дима орал на Милану так что кажется слышала вся больница, сказал, что вылетает ко мне первым рейсом и убьет всех если со мной что-то еще случится до его прилета. Милану тоже начало трясти, хоть она и не была виновата в этой ситуации, но понимала, что ответственность за меня лежит на ней. Дима влетел в палату, его лицо было чернее тучи, челюсть сжата так что видно желваки, взгляд злой, убийственный, таким я его ещё никогда не видела, я настолько опешила от него такого, что даже затаила дыхание, когда он шел к моей кровати. Он присел рядом со мной, нежно взял меня за лицо.

— Я убью эту мразь! Где он? МИЛАНА! — заорал он на неё. Я подпрыгнула от неожиданности и метнула взгляд в её сторону, все краски с её лица исчезли, она была в цвет стены за её спиной.

— В полиции, — еле проговорила она.

— Поехали! — рыкнул он и вскочил с кровати, поцеловал меня нежно и схватив Милану за руку утащил из палаты.

Когда за ними закрылась дверь я упала головой на подушку и меня снова начало трясти от страха. Зашла медсестра и поставила мне укол, после которого я заснула. Проснулась я только утром, Дима спал рядом сидя на стуле и положив голову на руки на мою кровать, я аккуратно притронулась к его голове, он моментально проснулся и сонно взглянул на меня.

— Почему ты спишь здесь? Что вчера было? Где Милана? — я встревоженно вглядывалась в его лицо. Он рукой протёр лицо пытаясь проснуться.

— В гостинице Милана, — зло прорычал он, игнорируя предыдущие вопросы, — Как ты себя чувствуешь? Что-то болит? — с тревогой рассматривал он меня уводя разговор в другое русло.

Я вздохнула и попыталась сесть, он помог мне, голова болела и слегка кружилась.

— Всё в порядке, со мной уже все хорошо, — я попыталась улыбнуться. Он отвернулся от меня, но я успела заметить, как он сжал кулаки и сцепил зубы, я погладила его по руке, он слегка дернулся.

— Я чуть не убил его вчера, его спасло то, что он в полиции и сидел за решёткой. Я не дам ему просто так отделаться, — начинал заводиться он.

— Посмотри мне в глаза, — я пыталась сделать хоть что-то чтоб он успокоился, — Я люблю тебя! Я здесь, ты уже рядом, со мной все хорошо, — говорила я, а у самой в душе был страх и ужас от пережитого, но я боялась его показать ему, так как понимала, что это может стать последней каплей в его терпении, а что он может сделать я боялась себе представить.

Неделя тянулась долго и нудно, Дима практически всё время был рядом, Милана забегала, но была не долго, Дима, видя её начинал злиться и она старалась сбежать, чтоб он не начал на неё кричать. По прилету домой, когда все ушибы и ссадины прошли, я собиралась обратно на работу, Дима был зол и не хотел меня отпускать обратно на съемки. Это была наша первая крупная ссора, я его понимала, но у меня был контракт и мне нужно было продолжать съемки, а неустойка за срыв съемок была просто непомерная, даже с учетом всех моих контрактов и реклам. Когда мы разругались и он ушёл злой на работу, я села за стол в кухне и расплакалась, я не знала, как мне быть, но вариантов не было, работать надо. Вечером мы помирились, но с условием что он будет приезжать на съемки. Кирилла я больше никогда не видела и мне так никто и не рассказал, что с ним было дальше. С новым ассистентом режиссёра я быстро нашла общий язык, это был очень приятный парень по имени Гена, Дима сразу с ним познакомился, через пару недель успокоился. Спустя два месяца съемки сериала закончились и через три месяца вышел на экраны. Сериал набрал популярность мгновенно, рейтинги взлетели до небес, мы все были счастливы и рады. Еще через месяц компания решила снимать второй сезон, это для меня означало продление контракта, но съемки планировались за рубежом и там нам предстояло пробыть четыре месяца. Четыре месяца без Димы… Спустя два месяца я улетела на съемки, и снова круговерть: сценарий, съемки, репетиции, отрывистые звонки и сообщения Диме, тоска, усталость, грусть.

На Новый Год Дима вырвался и прилетел ко мне, у нас было несколько свободных дней между съемками, мы провели их только вдвоем гуляли по городу фотографировались, ходили в горы где чуть не заблудились, от страха чуть не поседели, но все же выбрались и решили больше без гида никуда не ходить, оставшееся время не вылезали из постели, время пролетело быстро и Диме нужно было возвращаться, а мне ещё месяц быть вдали от него. Так мы и жили, вечные съемки, рекламы, выходы в свет, занимали настолько много времени, что порой я не понимала как у Димы хватает терпения ждать и терпеть моё отсутствие месяцами и не говорить слова против, а наоборот быть поддержкой и опорой для меня, даже находясь за тысячи километров от меня. Однажды мы сидели, уютно устроившись на диване, в один из моих редких выходных и я его спросила:

— Дим, тебе тяжело жить со мной такой жизнью, где я вечно на съемках и отъездах, а ты один без меня долгое время?

— Сладкая, я ради твоей мечты готов ждать тебя сколько потребуется и лететь к тебе хоть на другой конец света, чтоб увидеть тебя хоть на пять минут. Любовь — это не обязательно быть 24/7 вместе.

— Но, ты ведь не о такой семейной жизни мечтал, где я вечно отсутствую…

— Да, не о такой, — грустно сказал он, — но это цена славы. Когда я вижу, как ты сияешь во время фотосессий или на съемочной площадке, я восхищаюсь тобой и твоей стойкостью. Ты же никогда не видела себя со стороны в этот момент, ты — горишь ярче звезды на небе, — поцеловал он меня.

Больше я ничего не стала спрашивать.

Цена славы…  эти слова еще долго крутились у меня в голове.

16

2018 год

Ася, тебе звонит Ира, — передала мне телефон Юля — мой ассистент. Я взяла из её рук телефон и ответила на звонок, если звонила Ирка, значит что-то случилось, так просто звонить она бы не стала зная, что у меня сейчас нет времени даже на сон.

— Да, — ответила я.

— Привет, Аська! — радостно закричала Ирка, — Когда ты будешь свободна, хочу увидеться.

— Ир, я на выходных буду свободна, — ответила после того, как примерно прикинула в голове свой график. Да и Дима был в командировке в Германии, дома мне самой делать было нечего, а провести время с любимой подружкой было прекрасной идеей.

— Договорились! На субботу ты моя, — чмоки крикнула она мне в трубку.

За прошедшие семь лет много чего случилось, Ирка вышла замуж за коллегу старшего юриста в компании, где она работала. Она успешно выигрывала в суде самые трудные дела, за которые никто не хотел браться. Её ценили на работе и в ближайшее время сулили повышение. Дима — вырос до должности в заместители ген. директора и теперь на нем была колоссальная ответственность, но он всегда находил время на меня, хотя порой его работа была без выходных месяцами. Он периодически летал заграницу, чаще всего в Германию в главный филиал компании. Было такое что я приезжала со съемок, а он улетал. Но мы любили друг друга и поддерживали даже тогда, когда хотелось сдаться. Родители же в последние годы причитали что хотят внуков, а мы все тянем и у нас нет времени, а они не вечные и хотят понянчить внуков. А мы на данном этапе жизни друг другу полноценно не могли уделить время, куда нам детей?! Нет, мы хотели и планировали детей, но в будущем, не сейчас. Моя жизнь тоже во многом поменялась, я полностью ушла в актерство. За эти годы я была лицом многих известных брендов, я очень тяжело и упорно работала, получила награды, уставала, но очень любила свою работу. Фильмы с моим участием всегда били все рейтинги, поэтому предложения о новых ролях сыпались на меня со всех сторон. Дима все также поддерживал меня и берег и любил, а я его. Когда он год отработал в компании никто не знал кто его жена, он тщательно берег нашу личную жизнь и никому ничего не рассказывал. Но как-то приехав со съемок, я от нечего делать поменяла ему заставку на телефоне на свою фотографию, он ничего не сказал, лишь улыбнулся. На следующий день на работе коллега увидел заставку у него на телефоне, подумал, что он мой фанат и решил обсудить с ним фото.

— Дима, у тебя на заставке Настя Скай (мое сценическое имя)?

— Да, — просто ответил Дима.

— Ты тоже ставишь фото красивых актрис и моделей? Жена не злиться?

— Нет, не злиться, — рассмеялся он, — это она поставила мне на заставку это фото.

— Да, ладно! Девушки любят, когда их фото ставят, а тем более жены, — удивился он.

— Так это и есть моя жена.

— Да, конечно, твоя жена. Кому ты чешешь? — усмехнулся его коллега, видимо подумал, что у Димы непорядок с головой.

Дима лишь пожал плечами и продолжил работать, на этом разговор был закончен. Дома рассказал мне об этом разговоре и смеялся что коллега подумал, что у него нелады с головой. Через неделю у них в компании был корпоратив в честь пятой годовщины создания компании. Я очень хотела сопровождать Диму на корпоратив, да и ещё уделать того коллегу, что плохо подумал о моём муже, но у меня были съемки и я боялась, что не успею. В день корпоратива, я сделала все возможное чтобы рано освободиться, попросила своих ассистентов привести меня в порядок и поехала на корпоратив. Там мое появление конечно произвело фурор! Я зашла в зал где проходила торжественная часть, все сидели за столиками по восемь человек, я нашла взглядом Диму, он сидел за столом спиной к выходу и крутил бокал в руке, скучающе смотря на сцену, где что-то вещал представительный мужчина. За столом было шесть человек и он, а рядом с ним был свободный стол, предполагающий его + 1, я легкой грациозной походкой подошла к нему сзади, нагнулась, скользнула руками по его плечам и опустила их на ему на грудь, нежно целуя его в щеку, он улыбнулся и повернулся ко мне, отодвинул мне стул и притянув меня за руку посадил рядом. Лица сидящих в тот момент за столом не описать словами, глаза у всех сидящих были на лбу, разинув рты они смотрели на меня, не в силах ничего сказать. Я обворожительно им улыбнулась, поздоровалась и извинилась за опоздание, они кивнули все как по команде, мы с Димой переглянулись и чуть не засмеялись в голос. Дима, притянув меня к себе еще раз поцеловал.

— Я думал ты не придешь, — прошептал он мне на ухо.

— Я не могла пропустить такое шоу. Посмотри на их лица, — улыбаясь шепотом ответила я.

— Ах, ты хитрюга! Я думал ты пришла ради меня, чтоб поддержать меня, а ты решила повеселиться, — усмехнулся он.

— Любимый, я пришла только ради тебя! Ну и утереть нос твоим коллегам, чтобы слова плохого не говорили за моего любимого мужа, — улыбнулась нежно я. Он притянул меня к себе и обнял за плечи. Сидящие напротив еще больше раскрыли рты смотря на нас, казалось больше невозможно, но у них получилось. Когда начался ужин, Дима официально представил меня всем сидящим за столом. Позже зал гудел от сплетен что Настя Скай жена Димы из аналитического отдела, все на перебой хотели со мной сфотографироваться и пообщаться. Спустя пару часов бесконечного потока желающих общения жалобно посмотрела на смеющегося Диму, он сразу понял, что меня пора спасать, извинился перед всеми и сказал, что нам пора домой и мы уехали. В понедельник на работе ему не давали проходу, все были в шоке от того, что я его жена.

— Дима, а чего ты сразу не сказал, что она твоя жена? — все тот же коллега спрашивал с удивлением.

— А чего я должен был кому-то об этом рассказывать? Да и когда ты увидел фото я тебе сразу сказал, что она моя жена, — возмутился Дима.

— Да, но я думал, что ты пошутил, — стушевался коллега.

— Я бы о таком никогда не шутил. Ладно, забыли, — сказал Дима.

Дима потом шутил что благодаря мне он стал звездой в компании. Его бесконечно засыпали вопросами обо мне и самый популярный был: «где мы познакомились?». Со временем страсти о нас затихли, все смирились и дали Диме спокойной жизни в компании.

17

Утром в субботу я проснулась со странным ощущением тошноты и головокружения. Вечером Дима улетел в Германию, а в понедельник должен был вернуться. Я, понимая, что не могу сдержать рвоту побежала в туалет, меня вывернуло. Я подумала, что это все от переутомления и от отсутствия режима питания. Пошла на кухню сделала себе завтрак, села за стол, во время еды меня снова начало мутить. И тут меня осенило, число… я начала высчитывать дату в уме и поняла, что у меня две недели задержка. Быстро одевшись, натянула кепку и пошла в аптеку, купила тесты и дома со страхом и одновременно предвкушением пошла делать тесты, все как один показали положительный результат. Шок! Но именно в этот момент я поняла, что подсознательно ждала положительного результата, шок сменился ощущением счастья. Осталось сообщить радостную новость Диме. В обед я встретилась с Иркой, мы сидели в кафе и пили какао с круассанами.

— Рассказывай, что за новости? — улыбнулась я подруге.

— Аська, я беременна, — радостно завопила она.

— Ааа, Ирусик, поздравляю! — радовалась я. — У меня для тебя тоже новость, — я сделала паузу и серьёзное лицо, — я тоже, — и засмеялась.

— Серьезно? Ты шутишь? — смеялась Ирка, — Что сказал Дима, рад?

— Он еще не знает, я сама только сегодня узнала. Сделала 10 тестов чтоб наверняка.

— Я думаю он будет счастлив, — улыбнулась Ирка.

— А твой Илья рад?

— Он на седьмом небе от счастья, думает, что я одумаюсь и буду хоть чуть спокойнее, наивный, — рассмеялась она.

После кафе мы решили пробежаться по магазинам, Ирку тянуло в детские мне тоже было интересно, но я ещё пока ничего не осознала и просто с восхищением рассматривала крошечные кофточки, штанишки, пинетки. Сердце внутри пело от осознания того что скоро я тоже буду это все покупать для своего малыша или малышки. Ирка посоветовала мне записаться к врачу на консультацию, что я сразу же и сделала.

Утром в понедельник я посетила врача, врач посмотрела меня, сделала УЗИ и подтвердила беременность, поставила срок — семь недель. Из ограничений не переутомляться и не носить тяжести. И назначила дату и время следующего приема, направление на анализы, отдала мне снимки УЗИ и карточку, которую завела мне заставив сразу стать на учет. Вечером прилетал Дима, я ждала его с волнением. Я была на кухне, когда открылась входная дверь и зашел Дима, вкатив чемодан в коридор, я выбежала из кухни встречать его, крепко обняла и поцеловала.

— Привет, любимый! Как перелёт? Я соскучилась!

— Сладкая, я тоже по тебе скучал. Перелёт — нормально, устал очень, — крепко обнимая меня в ответ, вдохнул запах моих волос и поцеловал в макушку.

— Идём я тебя накормлю, — улыбнулась я и отправила его мыть руки.

На кухню Дима зашел, уже переодевшись в спортивные штаны и футболку, я усадила его за стол и поставила перед ним тарелку с ужином и салат, села напротив, не зная, как лучше ему рассказать, что нас ожидает пополнение в семье.

— Как прошла командировка, — спросила я.

— Ой, Аська, не спрашивай, ты же знаешь Юрия, он в очередной раз сказал, что мы отстаем по показателям и нам нужно поднапрячься. Но наша компания самая продуктивная из всех филиалов, просто набивает себе цену, — устало начал рассказывать он. — Лучше расскажи, как у тебя прошли выходные без меня?

— Скучала за тобой, виделась с Иркой, она поделилась новостью, что они с Ильей скоро станут родителями, — решила прощупать почву издалека я.

— Ух ты, это круто! Надо будет позвонить Илье и позвать на пиво. Видя, что Дима никак не показал своего желания, я решила надавить чуть больше.

— А ты бы хотел ребеночка?

— Ась, ну, о чем речь, конечно, хотел бы! Иди ко мне, — потянул он меня через стол за руку. Я послушно встала и обогнула стол, села к нему на колени. — Солнышко, как только ты будешь готова стать мамой, я стану самым счастливым человеком на земле! — сказал он, серьезно смотря мне в глаза. Я улыбнулась и дернулась встать, чтоб принести ему свой сюрприз в виде снимка УЗИ, — куда собралась? — улыбнулся он, пытаясь задержать меня на своих ногах.

— Сейчас, подожди минутку, мне нужно отойти в комнату, — улыбнулась я и он отпустил меня. В комнате я быстро достала из тумбочки снимок и тест и пошла на кухню. Дима продолжал кушать, что-то печатая в телефоне, я подошла сзади и положила на стол сбоку от него тест и снимок УЗИ. Дима оторвался от телефона и в непонимании посмотрел на меня, я ждала, когда он осознает, что это. Он смотрел на меня, потом на стол и снова на меня, прошло не меньше пары минут пока он не спросил:

— Это то, что я думаю? — а в голосе такая надежда. Я улыбнулась и кивнула, Дима вскочил со стула, оторвал меня от пола и начал кружить по кухне, когда первый порыв прошел он опустился передо мной на колени и прислонился ухом к моему животу, из глаз у него текли слезы.

— Аська, неужели мы станем родителями?

— Да, любимый! Срок семь недель, — улыбалась я и гладила его по голове, мое сердце пело от счастья, я вдруг осознала, что для меня было так важно чтоб Дима тоже хотел ребенка и его реакция на малыша.

— Когда ты узнала?

— В субботу проснулась от тошноты и головокружения, посчитала какое число и поняла, что у меня задержка, купила десять тестов, все показали положительно. Сегодня утром пошла к доктору, и она подтвердила. С ребенком все хорошо, теперь нужно соблюдать режим и ещё нужно поговорить с Миланой, ведь у меня съемки в фильме. Он обнимал меня со счастливой улыбкой, не хотел выпускать из рук.

— А нам можно… ну, мы навредим ребенку? — испуганно посмотрел он мне в глаза.

Я рассмеялась, он был таким смешным и напуганным, — Да, доктор мне не запрещала, может только слегка аккуратнее чем обычно, он незаметно выдохнул.

На протяжении беременности со мной все носились как с хрустальной вазой, иногда это даже бесило, хотелось психануть, а мне даже повода не давали. Я не могла без сопровождения выйти на улицу, все прихоти исполняли по щелчку пальцев, у меня играли гормоны, я пыталась обидеться, но у меня не получалось. Нет, конечно, я была благодарна за заботу, не каждой девушке так везёт, чтоб с ней так носились, но иногда гормоны побеждали здравый смысл. Я старалась питаться правильно и сбалансированно, так как всю беременность я снималась, просто под меня кое-где переписали сценарий, где-то снимали так чтоб не видно было живота, но мне нельзя было разъедаться, я осознавала, что мне потом нужно быстро вернуться в форму. Бабушки и дедушки были конечно на седьмом небе от счастья, они пытались надавить на меня и Диму, чтоб я бросила работу и до родов сидела дома как статуя, я упиралась как могла и когда Дима заикнулся что поддерживает их, я орала так что до родов мне никто из них больше слова против не сказал. Ближе к родам у нас в доме с геометрической прогрессией начали расти пакеты и коробки с детскими вещами и мебелью, мы за это время переехали в квартиру в два раза больше, той квартиры, которую нам оставила бабушка Димы. Теперь у нас была 4-х комнатная квартира с большой гардеробной, под мои платья и обувь, детская, спальня и еще две комнаты для гостей. Я никак не могла привыкнуть к таким хоромам, я настолько привыкла к нашей небольшой квартире, там нам было так уютно и много теплых воспоминаний. Даже когда я стала знаменита, а Дима начал очень много зарабатывать и предложил купить квартиру побольше, я переезжать отказалась, слишком много теплых и дорогих сердцу воспоминаний хранила эта квартира. Но теперь, когда в нашей семье ожидалось пополнение, мне пришлось сдаться. Детская была уже готова и вот настал самый долгожданный день, день родов превратившийся для родных в ужас. Случилось это когда я была на съемках. Мне с самого утра сильно болел живот, но я все время скидывала это на то, что съела что-то не то, ведь срок родов был у меня через три недели. Сегодня были съемки одной очень важной сцены и вот процесс съемки, мне простреливает живот, я от боли корчусь и присаживаюсь.

— Настя, с тобой все хорошо? — спрашивает меня мой коллега по съемкам Станислав.

— Настя, все в порядке? — кричит режиссер.

— Да, все в порядке, — кривлюсь я, но боль становиться сильнее, — наверно что-то не то съела.

— Настя, может вызвать скорую? — подбегает ко мне Юля.

— Я не знаю, — понимаю, что боль с каждой минутой сильнее и вряд ли это из-за еды. — Но рожать мне рано, — мое лицо бледнеет. Юлины глаза расширяются от страха.

— Настя, у тебя кровь, — в страхе говорит она и вокруг меня начинается паника, все куда-то бегут, что-то кричат, я ничего не понимаю. Смотрю вниз и от вида крови на брюках начинает темнеть в глазах, я теряю связь с реальностью.

18

Когда Аська сообщила о беременности, я никак не мог поверить в такое счастье, я был самым счастливым человеком на земле. Я всегда мечтал, что когда-нибудь наступит этот день, и моя любимая подарит мне сына или дочь, я и представить не мог что это случиться так скоро, ведь Аськина карьера была на пике и я знал, насколько она была важна для неё, я всегда поддерживал её в стремлении добиться успеха и славы, она заслуживала этого. И вот я приехал из командировки уставший, замученный своим начальником и переговорами. После Германии я всегда приезжал выжатый как лимон и вот снова это ощущение усталости. Аська встретила меня какая-то странная, взъерошенная, глаза горят, посадила меня ужинать, а сама ерзала на стуле и все время пыталась что-то сказать, но останавливала себя. Задавала вопросы на отвлеченные темы, но я видел, что что-то не так, я за столько лет знал все её повадки и ухищрения, ждал, когда расколется сама. Раскололась. Положила передо мной тест с двумя полосками и снимок, я сначала не понял, что это. Дошло! Я боялся поверить, что это правда, а не розыгрыш, в душе поднималась волна счастья вперемешку со страхом того, что это шутка.

— Это то, что я думаю? — спросил я в надежде на чудо. Она улыбнулась и кивнула, я вскочил со стула, оторвал её от пола и начал кружить по кухне, когда первый порыв прошел я опустился перед ней на колени и прислонился ухом к её животику, из глаз непроизвольно потекли слезы.

— Аська, неужели мы станем родителями? — я все еще не верил в это чудо и что оно наконец-то случилось с нами.

— Да, любимый! Срок семь недель, — улыбалась она.

— Когда ты узнала?

— В субботу проснулась от тошноты и головокружения, посчитала какое число и поняла, что у меня задержка, купила десять тестов, все показали положительно. Сегодня утром пошла к доктору, и она подтвердила. С ребенком все хорошо, теперь нужно соблюдать режим и ещё нужно поговорить с Миланой, ведь у меня съемки в фильме. Я обнимал её со счастливой улыбкой и не хотел выпускать её из рук.

— А нам можно… ну, мы навредим ребенку? — испуганно посмотрел я её в глаза, мне стало страшно что я могу навредить ей или ребенку.

— Да, доктор мне не запрещала, может только слегка аккуратнее чем обычно.

На протяжении всей беременности я берег её как только мог, да, возможно я многое ей не позволял делать, но я настолько переживал, ведь у неё сумасшедший график работы, она уставала очень сильно, а ей теперь нужно было беречь себя и думать не только о себе, но и о малыше. Когда она сказала новость о беременности Милане, та, конечно, была в шоке, но Милане пришлось смириться с тем, что Аську нельзя теперь слишком нагружать и давать больше возможности отдохнуть, о перелетах в другие страны Аське тоже пришлось забыть, врач запретила. Аська ворчала пыталась устраивать истерики, но быстро сдавалась, осознавая все риски и нагрузки. Она продолжала сниматься, под неё переписали сценарий, но я все-равно переживал.

Я был на совещании, когда мой телефон начал беспрерывно разрываться от звонка с незнакомого номера, я отключил телефон, хотя на душе вдруг стало как-то не спокойно. И продолжил слушать одного из начальников отдела продаж, который пытался оправдаться за плохие показатели последних двух месяцев. Мне надоело слушать ту ерунду что он нёс, ведь из-за его разгильдяйства я вчера час выслушивал от Юрия нотации, не выдержав я попросил его остаться после совещания, я твердо решил уволить этого разгильдяя, мне надоела его работа «спустя рукава». Что я и сообщил ему после и вышел из зала совещаний, по дороге в кабинет я вспомнил о неизвестном номере, что так настойчиво мне звонил и решил набрать его.

— Добрый день! Вы мне звонили? — деловым голосом спросил я.

— Вы Дмитрий Абрамов?

— Да, с кем…  — не успел договорить я.

— Вас беспокоят из роддома ╧ 1, ваша жена в тяжелом состоянии в реанимации.

У меня ушла земля из-под ног.

— ЧТО СЛУЧИЛОСЬ? Я уже выезжаю — заорал я.

— Ждём, — коротко ответили мне.

В роддом я летел так что не видел ничего вокруг, чудом не попал в аварию, мне сигналили, но мне было все-равно, я летел на красный, мне нужно было быстрее оказаться там. Сердце у меня пропускало удары, галстук давил, не давал дышать, я не выдержал и сорвал его, бросив на сидение рядом, в голове крутились самые страшные мысли, я боялся даже думать о таком, но мозг предательски рисовал все возможные ужасы. В роддом я влетел так что чуть не сорвал двери с петель. Добродушная бабуля, увидев, что я явно в неадекватном состоянии, испуганно вжалась в стену.

— Где реанимация? — чуть не орал я.

— Наверху, — и для убедительности показала пальцем вверх. — А вы кто?

— Моя беременная жена сейчас в реанимации, мне звонили, — психовал я из-за расспросов.

— Фамилия?

— Абрамов, — начал злиться я. — Абрамова Анастасия — моя жена.

Она что-то посмотрела в журнале и кивнув головой отвела меня в кабинет, где выдала мне медицинский костюм, одноразовую медицинскую шапочку и бахилы. Подвела меня к лифту и сказала ехать на третий этаж, там реанимация. Выйдя на третьем этаже, я увидел двери реанимации, попытался открыть их и войти, но двери были закрыты, понимая, что так просто туда не попасть, я увидел кнопку звонка с камерой, нажал, дверь открылась. Я вошел внутрь, за столом сидела медсестра и что-то заполняла, я кинулся сразу к ней.

— Здравствуйте! Я — Абрамов, моя жена Анастасия Абрамова сейчас здесь. Где она? Что случилось? Могу я её сейчас увидеть? — я настолько нервничал, что задавал беспрерывно один вопрос за другим.

— Здравствуйте! Сейчас минуточку, я позову врача, и он ответит на все ваши вопросы, — и она быстро убежала в конец коридора, я же метался как тигр в клетке, я не мог стоять на месте. Медсестра вернулась вместе с врачом.

— Добрый день! Вы Дмитрий Абрамов?

— Да, это я. Что случилось с моей женой? Что с ребенком? — спрашивал я, а у самого леденела душа.

— Меня зовут Исмайлов Александр Валентинович, я лечащий врач Вашей жены. Ваша жена сейчас в реанимации, мы ей сделали кесарево-сечение, так как на съемках у неё началось кровотечение, и она потеряла сознание, когда её привезли, счет жизни её и ребенка шел на минуты. Ребенок в данный момент находится тоже в реанимации. У неё началась отслойка плаценты, благо что срок уже большой и малыш уже полностью сформирован. Увидев моё побелевшее лицо, он быстро сказал, что с ребенком все относительно в порядке и малыш в реанимации только для наблюдения за ним, так как роды были преждевременные, а не естественные и в срок. У нас родился сын! Мы специально не хотели знать пол ребенка и просили всех врачей не сообщать нам, так как хотели чтоб это был сюрприз для нас.

— Меня больше беспокоит состояние Анастасии, так как при анестезии у неё была остановка сердца, и мы не могли остановить кровотечение, — говорил доктор очень серьезно, — в данный момент мы боремся за её жизнь.

У меня потемнело в глазах, я не силах стоять оперся о стену пытаясь не плакать, я не могу сейчас позволить себе раскиснуть, Аська там борется за жизнь!

— Я могу увидеть её?

— Да, но только на пару минут не больше, — ответил доктор.

Зайдя к ней в палату от увиденного моё сердце сжалось, она лежала бледная как полотно, у неё на лице была с маска с искусственной вентиляцией легких, на её тонких ручках были датчики противно пикающих аппаратов, капельницы, она была такой хрупкой и маленькой, мне хотелось кричать от боли и страха.

— Ася, любимая… я умоляю тебя не оставляй меня, нас…  — я не мог говорить в горле был ком слез. — Ась, ты нужна нам, пожалуйста борись.

В палату заглянула медсестра и сообщила что мне пора, время вышло. Я нагнулся и поцеловал её в лоб, слеза скатилась по щеке, вышел из палаты я на ватных ногах. Пошел к выходу состояние было неадекватным, я подошел к медсестре и попросил провести меня к сыну. Медсестра кивнула и повела меня в сторону детского отделения реанимации. Зайдя внутрь, я увидел несколько маленьких прозрачных боксов, медсестра подвела меня к одному из них, где сейчас мирно спал крохотный человечек с пушком темных волос и длиннющими ресницами, маленький сморщенный, но такой родной НАШ кроха.

— Хотите подержать сына?

Я кивнул, а у самого страх, она аккуратно взяла его на руки, сказала, как правильно его взять на руки и передала его мне. Я расплакался, он был такой крохотный, теплый, его пухлые губки причмокивали во сне.

— Ему пора кушать, хотите покормить его сами, я сделаю смесь и все Вам подскажу.

— Конечно!

Она пришла через 5 минут с бутылочкой питания, только я поднёс бутылочку ко рту малыша, он крепко сцепился в неё и быстро начал сосать питание, я растворился в этом моменте. Я начал любоваться нашим чудом, это было так необычно и странно, я никогда не держал таких малышей на руках.

— Будешь Тёмой? — спросил я у малыша, — тебе очень идет имя Абрамов Артём. Мы с Аськой выбрали имя для мальчика и для девочки. Для мальчика мы выбрали Артём, а для девочки Алина. Малыш продолжал, причмокивая сосать питание, я улыбнулся. — Мама справиться, она сильная, все будет хорошо, — говорил я Тёмке, — скоро мы будем все вместе гулять с тобой в парке, — говорил это я скорее себе. Когда Тёма доел, медсестра показала, как его взять, чтоб он «выпустил лишний воздух» и помогла уложить его обратно в бокс и сказала, что я могу приходить когда захочу, чтоб малыш чувствовал любовь и присутствие родных, мне стало больно на душе, не так мы себе представляли рождение Тёмы. Выйдя в коридор, я увидел, как Ирка с огромным животом и поддерживающим её под локоть мужем Ильей вся в слезах стоит у поста медсестры. Я подошел к ним, увидев меня Ира начала задавать миллион вопросов, а я был словно в прострации, но отвечал на её вопросы. Услышав все подробности, Ира заплакала еще сильнее, медсестра принесла ей стакан воды и успокоительное. Я практически дневал и ночевал в отделении реанимации, Ира и Илья тоже, я был благодарен им за поддержку. Когда родители узнали, что случилось с Асей, они тотчас же прибежали в отделение, мамы лили слезы так что казалось затопят все вокруг, отцы поддерживали меня как могли. Когда впервые увидели внука, то рыдали уже все вместе. Меня пытались вытолкать домой, но я не хотел уходить, в конечном счете спустя три дня им это удалось, когда Тёму выписывали из роддома. Мамы переехали к нам пока Настя была в реанимации. Спустя неделю тяжелых боев за её жизнь, она открыла глаза, я плакал. Всю неделю я был словно между небом и землей, я боялся, что, если отойду от неё на шаг с ней может что-то случиться.

После того как она пришла в себя я рвался в палату увидеть её. Она ещё больше похудела и теперь казалось её глаза были на пол лица, она была слабая, у неё не было даже сил поднять руку.

— Сладкая, ты очнулась, — сказал я, приложив её ручку к своей щеке и у меня покатились слезы, но уже от облегчения.

— Да, — тихо прошептала она и попыталась улыбнуться, но сил у неё не было.

— Я так боялся, — сказал я, а у самого ком застрял в горле, и я не смог продолжить. Она насколько хватило сил попыталась сжать мою руку успокаивая. Потом вспомнила о малыше и её глаза наполнились слезами и страхом, я понял без слов, она испугалась за Тёму, и я поспешил её успокоить.

— С Тёмой все хорошо, он дома с бабушками, они от него не отходят ни на шаг, охраняют и балуют, боюсь они его так разбалуют, что мы потом с ним не справимся, — улыбнулся я.

— Сын, — прошептала она и улыбнулась. Я понял её следующий вопрос.

— Он абсолютно здоров, родился — 3100, 52 см, — любит покушать и похож на тебя, засмеялся я. Она улыбнулась и из уголков её глаз потекли слёзы. Я поцеловал её в губы нежно, мне хотелось заключить её в объятия, но я не мог этого сделать из-за капельниц. Я показал ей фото нашего сына и пообещал, что скоро она его увидит.

Восстанавливалась Настя долго, прошло ещё две недели, прежде чем её выписали домой.

19

Зайдя домой, первое что я услышала это плач Тёмы, на встречу мне вышла мама с Тёмой на руках, я кинулась к нему на что мама мне строго сказала, сначала помыть руки, а потом ребенок, я послушно побежала в ванную. Помыла руки и тогда мама аккуратно передала мне на руки Тёмку, объяснив, как правильно его брать и держать. Я от счастья расплакалась, подошел Дима и обнял нас. Счастье в моей душе не описать словами. Тёма сразу успокоился у меня на руках и начал причмокивать, я улыбалась и любовалась нашим крохой, слегка покачиваясь. К статусу мамы я привыкла быстро. Бабушки еще месяц прожили с нами всячески помогая и поддерживая нас. Но у нас становился остро вопрос того, что мне нужно было закончить съемки в фильме, так как съемки планировали завершить до моих родов, но все произошло неожиданно, и я выпала очень надолго из процесса, Милана всячески уговаривала режиссера, спасибо ей он позволил мне полностью восстановиться. Я снова попросила бабушек подстраховать меня и посидеть с Тёмой, но со мной начали происходить странные вещи, я вдруг сама от себя не ожидая начала кидаться на людей, плакать. «Послеродовая депрессия» поставил диагноз мне психолог, плюс напряженный график, назначила мне успокоительные. Стало легче, я начала спокойнее относиться к жизни, перестали происходить беспочвенные перемены настроения и истерики. Ирка благополучно и в срок родила дочку, которую назвали Анжеликой или просто Лика. Мы с Ирой поддерживали друг друга как могли, я после послеродовой депрессии, не давала ей погрузиться туда же, зная, насколько это ужасно. Дима мужественно поддерживал и успокаивал меня, он старался быть как можно больше времени рядом со мной. За последние полгода мы, казалось, сблизились еще больше, мы еще больше опекали, берегли и ценили друг друга. Моя любовь была к нему безусловна, также как и его любовь ко мне. За день до Дня рождения Тёмы, которому должен был исполниться годик, он впервые пошел, это было настолько трогательно, я умилялась сидя на полу на ковре, мы ждали Диму с работы. Я была абсолютно счастлива, сейчас у меня был небольшой перерыв в работе, и я с удовольствием проводила время с сыном и мужем, который был точной копией отца. Услышав, как хлопнула входная дверь, я улыбнулась, ожидая увидеть лицо Димы, через пару минут разувшись он вошел в гостиную улыбаясь, Тёма встал и пошел на встречу папе, Диме удивился, посмотрел на меня я, улыбаясь кивнула. Он подхватил Тёму на руки целуя в щеку, улыбающегося малыша.

— Папин герой сегодня сделал первые шаги? Завтра покажешь бабушкам и дедушкам? — смотрел на Тёмку, который улыбался папе и угукал ковыряясь пальцами во рту.

Первый День Рождения Тёмы мы провели в кругу семьи и нашими друзьями Ирой, Ильей и Ликой, собрались все бабушки и дедушки, затискали Тёму, он хохотал, вырывался на пол, показал, чему научился и получил гору игрушек в подарок, которыми они с Ликой игрались сидя в манеже. Праздник был в самом разгаре, когда Дима нагнулся к моему уху.

— У меня есть для тебя подарок, — прошептал он. Я заинтересованно посмотрела на него. Он вышел из комнаты и вернулся с билетами на самолет в руках, я удивленно подняла брови, посмотрев куда мы летим. Я сразу вспомнила нашу первую поездку и наш первый раз и улыбнулась, Дима сразу понял о чём я подумала и улыбнулся в ответ и подмигнул. На следующий день Тёма поехал к бабушкам и дедушкам, а мы полетели отдыхать в горы. В Альпах было потрясающе, горы, солнце, снег, леса, деревянные коттеджи, Дима один такой арендовал для нас двоих. Мы разложили вещи, Дима растопил камин, я зашла на кухню, заглянула в холодильник, он был забит продуктами и готовой едой, я с удивлением посмотрела на Диму.

— Я всё продумал, — улыбнулся он, подошел и обнял меня, я обвила руками его шею и улыбнулась в ответ, — не хочу отвлекаться от тебя, хочу получить все положенное мне за то время что мы не могли остаться вдвоем. Обхватил меня за талию и посадил на обеденный стол, — Ты думаешь я привёз тебя сюда на лыжах кататься?

— Да, были такие мысли, — засмеялась я и притянула его за шею к себе, чтобы поцеловать, Дима моментально отреагировал и впился страстным поцелуем мне в губы. Я прильнула к нему, стянула с него свитер и провела руками по накаченной груди и рельефному животу слегка царапнув ноготками кожу и потянулась к пряжке ремня на джинсах, чувствуя под рукой его возбуждение, он целовал мою шею, слегка прикусывая мочку уха, моя кожа покрылась мурашками, возбуждение нарастало с каждой секундой. Он помог мне раздеться и проложил дорожку из поцелуев дальше по моему плечу, аккуратно расстегнул и снял лифчик, поднял моё лицо двумя пальцами за подбородок. Он горящим и возбужденным взглядом посмотрел мне в глаза и опустил взгляд на мою грудь.

— Ты так прекрасна…  — хриплый низкий голос возбуждал меня ещё сильнее, я облизнула губу, он еще чаще и тяжелее задышал и впился поцелуем мне в губы. Мои руки царапали его плечи и спину, я целовала его везде где могла достать, он стянул с меня остатки одежды и опустился к моей груди втянул в рот сосок, поиграл языком с ним, переключился на вторую грудь и проделал с ней тоже самое, провёл рукой по животу и опустился вниз, дотронулся ко мне, я выгнулась, он пошло усмехнулся, перехватил мою руку облизнул мои пальцы и направил мою руку вниз к клитору, я быстро поняла чего он хочет и опустившись спиной на стол начала ласкать себя внизу, по его глазам я поняла что это именно то, что он хотел видеть, его взгляд стал диким. Моё возбуждение росло с каждой секундой, он гладил и пощипывал мою грудь дразня, когда я довела себя до первого оргазма, он не выдержал и подтянул меня к себе, жестко и быстро вошел в меня, я ахнула и обвила его ногами, движения были быстрыми, дикими и ненасытными. Мы жестко и дико занимались сексом, я подстраивались друг под друга, он стянул меня со стола и повернув к себе спиной, надавил ладонью мне между лопаток я легла грудью на стол, он развел мне ноги, одну руку просунул мне под живот, опустился ниже и провел пальцами по промежности, остановился на клиторе и начал круговыми движениями возбуждать меня ещё больше, зажал меня всем телом так чтобы я не могла двинуться и доводил меня до предела, когда я получила несколько оргазмов и без сил окончательно распласталась на столе, он снова вошел в меня и начал двигаться медленно, постепенно наращивая темп, я стонала меня трясло и последнее что я помню меня накрывает как лавиной сумасшедший оргазм. За неделю, проведенную там, мы вышли из коттеджа лишь в предпоследний день. Мы практически все время провели в постели наслаждаясь друг другом, было ощущение что мы не могли насытиться, мы занимались любовью везде, где могли, не было ни одной поверхности, где у нас не было секса.

Наш отдых подходил к концу, завтра нам нужно было улетать. Мы решили выбраться из номера и пойти куда-то погулять, возможно зайти в какой-то ресторан пообедать. Во время прогулки Дима предложил покататься на лыжах. Я же к его предложению отнеслась скептически, я кататься не умела, а он за столько лет вместе, меня так и не научил, то, что в юности я один раз попробовала благодаря ему и миллион раз упала, не считается за катание.

— Ась, пошли покатаемся, я столько лет не стоял на лыжах, а мы уже завтра улетаем, обидно будет.

— Дима, но я не умею, ты же меня так и не научил, — канючила я как маленькая девочка.

— Я научу, обещаю, пойдем, — уговаривал он меня.

— Ладно, но я кататься не хочу. Иди сам, я тебя подожду.

— Хорошо, я пару раз катну, и мы пойдем обедать, — улыбнулся он и пошел брать экипировку в аренду.

Я решила сходить взять себе глинтвейн и посидеть на солнышке погреться пока буду ждать его. Дима вернулся экипированный и с лыжами на перевес.

— Я пойду на красную трассу, сиди здесь, я скоро вернусь.

Я наслаждалась пейзажами, глинтвейном и делала селфи пока ждала Диму, прошло около часа, я успела набрать маму узнать, как там Тёма. Тёма был молодцом, вел себя хорошо, бабушки и дедушки его забаловали, а он и рад. Увидев вдалеке Диму, я распрощалась с мамой и улыбнулась ему.

— Не заскучала тут одна?

По его довольному лицу было понятно, что он получил невероятное удовольствие от катания.

— Есть немного, — улыбнулась я, — Ну что, ты закончил? Пойдем обедать?

— Я хочу еще один раз прокатиться, только по черной трассе, — смотрел он горящими глазами в направлении трассы, где летали лыжники.

— Дим, может не надо? Ты давно не катался иди еще раз на красную, — умоляюще сказала я, у меня в душе было очень неспокойно и даже страшно.

— Сладкая, все будет в порядке. Это как на велосипеде кататься, один раз научишься, потом не забудешь, рефлексы работают на ура! — пытался он успокоить моё волнение.

— Дима, может не стоит, а? — все так же умоляюще я вцепилась руками ему в костюм и посмотрела в глаза.

— Обещаю я быстро, — щелкнул он меня по носу, и я сдалась, разжала руки и села обратно на скамью, чувство тревоги и страха не покидало меня, — он быстро схватил лыжи и пошел в сторону черной трассы, перед этим крепко поцеловал меня.

Чтобы хоть как-то отвлечься от тревожных мыслей, я решила набрать Ирку.

— Привет, отдыхающим, — поприветствовала меня Ирка радостно.

— Приветик! Как вы там? Как наша принцесса?

— Ой, не спрашивай! Принцесса уже полцарства разнесла, не знаю, как собрать всё теперь, — рассмеялась Ирка, — лучше расскажи, как вам отдыхается, когда домой?

— Как может отдыхаться в Швейцарии? — улыбнулась я, — завтра домой…

Я увидела, как люди в панике куда-то бегут, что-то кричат, переполох. Мне почему-то стало страшно, я по инерции поднялась со скамейки и пошла в ту сторону, где была паника, с каждым шагом моё сердце замирало от страха всё больше и больше, телефон выпал у меня из руки, я, не чувствуя землю под ногами побежала в сторону знакомого костюма. Протиснувшись мимо толпы, я подбежала к нему, над ним стояли врачи и что-то делали, Дима был в какой-то неестественной позе из головы у него текла кровь, я кинулась к нему, пытаясь распихать медиков, меня кто-то схватил и оттащил, я начала истерически орать и плакать, пытаясь вырваться из захвата. Его переложили на носилки и загрузили в подъехавшую машину скорой помощи, я в истерике кричала что он мой муж, меня посадили в машину тоже, нас повезли в госпиталь. Там его экстренно забрали на операцию, мне дали успокоительное, никто ничего не говорил, персонал пытался успокоить меня. Мне дали подписать документы — разрешение на операцию, я подписала. Медсестра быстро забрала подписанные документы и убежала в операционную, включилась лампочка, оповещающая о начале операции. Я безостановочно рыдала, не слыша и не понимая, что происходит вокруг, я не знаю сколько длилась операция, течение времени я не чувствовала. Периодически из операционной выбегала медсестра и что-то заносила обратно, какие-то пакеты. Я поняла, что уже практически ночь, когда посмотрела на окно, я все это время молилась чтобы он выжил. Ко мне периодически кто-то из медперсонала подходил, пытаясь заговорить что-то узнать, я не понимала, что от меня хотят. Хотела достать телефон, не понимая даже для чего он мне, но его нигде не оказалось, я вспомнила что выронила его там на трассе…

Вышел врач, я подскочила к нему и вцепилась в него мертвой хваткой, он аккуратно разжал мои руки и тяжело выдохнул.

— Мы сделали всё что было в наших силах, провели трепанацию черепа, у него много повреждений внутренних и внешних, разрыв селезенки, внутреннее кровотечение, переломы ног и руки, множественные гематомы, теперь все зависит от его организма, сейчас его переведут в реанимацию, держитесь. Он молодой, должен выкарабкаться, — погладил он меня по плечу и ушел, я осела на пол и с новой силой разрыдалась.

— Нет, это не может быть реальностью, я сейчас проснусь, и он будет рядом с ним все будет в порядке, это сон, — причитала я, захлебываясь слезами.

Я не могла никому позвонить, даже если бы я попросила у кого-то телефон, мой мозг не мог вспомнить не одну цифру чтоб набрать родных. Ко мне подбежала медсестра и потащила меня куда-то, мне вкололи успокоительное и уложили в приемном покое, я проспала до утра, мне снились кошмары, приснилось все что случилось и я с криком и слезами резко открыла глаза и села на больничной койке. Осознание что это всё происходит на самом деле и это не кошмар, подняло во мне волну слез и истерики, меня трясло, прибежала медсестра попыталась меня успокоить, но быстро поняла, что меня ей успокоить не получиться, снова вколола успокоительное.

20

Я не знаю сколько я проспала, но проснулась я от того, что кто-то гладит меня по голове, открыв глаза передо мной сидела заплаканная Ира, я разрыдалась.

— Как он? — прохрипела я, даже не осознавая, как она здесь оказалась, когда прилетела и как узнала.

— Всё так же, — отвернулась она, сжав мою руку сильнее и по её щекам продолжали течь слёзы. Я попыталась встать с кровати, но она меня удержала.

— Ась…  — начала она каким-то мертвым голосом, и я поняла, что сейчас потеряю сознание, — шансов мало, — заплакала она.

— Нет, Ира, нет! Я не позволю ему вот так оставить меня и Тёму, он не имеет права!!! — закричала я. — Я же без него не смогу, я не выживу, понимаешь??? — истерика набирала обороты и Ира позвала медсестру, снова укол, темнота, кошмары, туман…

Ира все время была рядом со мной, она поговорила с врачом и попросила, чтоб он меня несколько дней подержал и не выпускал из госпиталя, она боялась, что не справиться с моими истериками сама. На третий день, когда я устроила очередную истерику, она схватила меня за плечи и заорала:

— Хватит, Ася, достаточно! Ты о Тёме подумала??? У вас есть сын, ты не забыла? Хотя бы ради него возьми себя в руки и подумай о себе, ребенку нужна мама или ты забыла?

Мне хотелось топать ножкой как ребенку и продолжать орать, и плакать, но разумом я понимала, что она права, — я кивнула.

— Успокоилась?

— Я хочу проведать его, — прохрипела я. Она кивнула, и мы пошли в сторону реанимации. Меня запустили к нему на пару минут. Когда я вошла в палату, слезы снова полились из глаз, он был практически весь замотан и перевязан, из него торчали трубки датчиков, капельницы, этот звук просто сводил с ума. И он, только недавно абсолютно здоровый улыбался мне, а сейчас по глупой случайности на грани жизни и смерти. Я прикоснулась к его руке, холодная.

— Димочка, пожалуйста, выкарабкайся не оставляй нас с Тёмой, как мы без тебя, — плакала я и умоляла его, — пожалуйста живи, будь рядом! Я люблю тебя! Ты помнишь? — ты моя жизнь! Я хочу снова увидеть твою улыбку, я хочу, чтоб ты снова обнял меня и поцеловал, пожалуйста, — осела я на пол держа его за руку. Прибежала медсестра, оттащила меня и быстро проверила все ли работает и на месте.

— Извините, но Вам лучше покинуть палату. Я все понимаю, но ему нужен покой, — жалостливо сказала она. Я молча встала и вышла за дверь, где сразу съехала по стенке и зарыдала в голос. Ира подскочила ко мне, обняла меня, я рыдала у неё на плече не в силах сдерживать страх и боль.

Спустя пару дней Ира организовала перелёт для нас и транспортировку медицинским самолетом для Димы, по прилету домой его положили в реанимацию, предварительно Ира договорилась о его госпитализации. Я была с ним практически все время, родители в слезах практически не отходили от меня, но был Тёма, он не давал нам утонуть в слезах и страхе.

Спустя две недели у меня должен был быть выход на красную дорожку, по случаю награждения за лучший фильм, где я должна была быть соведущей и вручать премию актёрам, также я была заявлена в номинацию «Лучшая актриса» за актерскую игру в последнем фильме. Не явиться туда я не могла, Милана сочувствующе смотрела на меня и старалась делать всё чтоб я могла как можно больше времени быть в больнице, она поддерживала меня так как умела, и я была ей благодарна за это. Перед награждением я попросила водителя заехать в больницу, я хотела увидеть его, он все также был в реанимации, ко мне подошел его лечащий врач Андрей Леонидович.

— Анастасия, я хотел с вами поговорить, — сказал он, очень серьезно смотря на меня, — Я понимаю, для Вас это сейчас не вовремя, но я должен поставить Вас в известность…

— Для меня всё что касается Димы всегда вовремя! — отрезала я, начиная паниковать в душе.

— Хорошо, я понимаю… Дело в том, что ему стало хуже, сегодня была остановка сердца, мы провели ему реанимацию, стабилизировали, но я боюсь, что вторая остановка сердца может быть для него фатальной. Вероятность повторения велика. Будьте готовы ко всему, — сказал он, сочувствующе смотря на меня.

У меня из-под ног начала уходить земля, голова закружилась и слезы полились из глаз, я не могла произнести ни слова, мне стало душно и нечем дышать, Милана увидела мое состояние и подскочив ко мне обняла меня за плечи.

— Доктор, пожалуйста, дайте ей успокоительное, ей сейчас выходить на сцену, — попросила Милана, крепко держа меня. Я в любой момент готова была грохнуться в обморок. Доктор лишь кивнул и опустив глаза быстро ушел в сторону сестринского кабинета.

— Ася, солнышко, держись, умоляю, — говорила мне Милана, — я верю, что с ним всё будет хорошо и ты должна верить. Прибежала Юля и протянула мне бутылку воды, я взяла её дрожащей рукой и сделала глоток, следом за ней прибежала медсестра с таблеткой успокоительного и протянула мне, я никак не реагировала и Милана взяла таблетку и открыв насильно мой рот засунула её и заставила запить водой. Юля и Милана переглянулись, я понимала, что мне нужно было взять себя в руки. Я попросила у медсестры разрешения повидать его, она кивнула и принесла мне халат и шапочку. Я зашла к нему в палату, он лежал также неподвижно, я подошла к нему, не знаю что я надеялась увидеть, но страх и ужас сковал моё сердце стальными клещами и не отпускал, мне казалось что я вижу его в последний раз, я как-будто пыталась запомнить каждую его черточку, изгиб, его всего, это чувство пугало меня. Я нагнулась и поцеловала его, прошептав:

— Пожалуйста не оставляй меня, любимый! Я очень люблю тебя!

В палату заглянула Милана.

— Ася, нам пора, — тихо прошептала она, я кивнула и еще раз взглянув на него вышла, шла я к машине на ватных ногах, я была где-то между небом и землей, все было в тумане. Машина остановилась, мне помогли выйти, я шла по дорожке улыбалась и махала рукой папарацци, меня Милана останавливала несколько раз за локоть чтоб я остановилась и нас сфотографировали, я чувствовала себя куклой, которой управляет кукловод, я улыбалась, где надо, куда надо поворачивалась, как надо стояла. Мы зашли внутрь, и я выдохнула, Милана потащила меня в гримерку, где усадила на стул и протянула бутылку воды, я невидяще смотрела на себя в зеркало, а все мысли были с ним.

— Ася, давай подправим макияж, — сказала Юля, я подняла на неё влажные от невыплаканных слёз глаза и кивнула. Она, быстро схватив кисточки и начала колдовать надо мной. Милана куда-то вышла, вернулась спустя 10 минут и сказала:

— Ася, твой выход через 10 минут.

У неё зазвонил телефон и она, побледнев ответила, на звонок, посмотрев на неё у меня внутри всё оборвалось, я не знаю как, и не знаю почему, я не могу этого объяснить, но я сразу поняла кто звонил. Я не слышала, что ей говорили, но я уже, итак, знала, её лицо менялось с каждой секундой, она повернулась ко мне в глазах — слёзы. Я поняла, но еще не осознала, мне стало душно, словно весь воздух выкачали из комнаты, слезы крупными каплями катились по щекам. Сердце остановилось, я больше не чувствовала его. Его больше не было со мной. Его больше НЕТ!

— Ась…  — начала Милана, я остановила её рукой.

— Не говори, пожалуйста, пусть он еще хотя бы несколько часов будет живым, умоляю, — проговорила я мертвым голосом и вышла из гримерки. Пока я шла к сцене я не видела и не слышала ничего вокруг, для меня словно остановилось время. Я была в какой-то прострации, до меня начинает доноситься безумный рев толпы, топот ног где-то там, я их слышу, этот звук сводит с ума, молча слушаю эти сумасшедшие крики толпы, не могу вдохнуть и выдохнуть я замерла в этом моменте, через пару минут я должна выйти туда, к этому безумию, я не могу сделать вдох, тяжело, грудь сдавливает корсет неудобного платья, какое бы оно не было красивое, но сейчас, в этот момент мне хочется содрать его с себя, ожерелье из бриллиантов душит, для меня это — удавка, я хочу сорвать его и выбросить, я не хочу быть здесь, я хочу бежать — бежать не разбирая дороги, не важно куда. Все суетятся вокруг меня, мне на них все-равно. Монтажники проверяют свет, звук, ведущие на сцене что-то говорят, я не слышу мне душно, я задыхаюсь… В голове бьётся: «Его больше нет! Его больше нет!» Я словно статуя замерла, я смотрю на себя будто со стороны, меня трогают за руку я отмираю, все же делаю судорожный вздох, часто моргаю, фокусирую взгляд, это — Юля мой ассистент, — Ты через пять минут выходишь на сцену, ты готова? Готова ли я, — НЕТ, не готова, но это моя работа, я должна собрать себя, улыбнуться даже сквозь слёзы, — Я буду готова к выходу, — пытаюсь улыбнуться я, по её лицу вижу выходит это у меня очень плохо. Не обращаю на это больше внимание, отворачиваюсь к сцене, фокусируюсь на одной точке, жду. Это цена славы, у меня в голове его слова: «ЦЕНА СЛАВЫ!» Я должна улыбаться и быть счастливой, хотя мне хочется орать в голос от боли, разрывающей мне сердце. Моё сердце умерло вместе с ним, он там один, а я теперь здесь одна, без него… Объявляют моё имя, и я делаю шаг на сцену…

Я улыбалась кивала, читала что нужно с бумажки, вручила награду и наконец-то эта пытка закончилась я ушла со сцены, за кулисами меня ждала Милана, как только я подошла к ней у меня перед глазами потемнело и я потеряла сознание. Очнулась я в гримерной и резко села, осознание и понимание накрыло меня с головой, мой телефон разрывался, Милана не успевала отвечать на звонки.

— Милана, кто это? — показала я на телефон.

— Ира, она едет сюда, — угу промычала я.

Я легла на диван и закрыла глаза, из которых бесконечно катились слезы. Боль в груди была настолько сильной, что не давала сделать вдох, казалось, сердце разорвется в груди, легкие горели огнем. В гримерку влетела Ира и схватила меня в объятия, это было последней каплей, я орала как раненый зверь, царапала руки, она лишь обнимала меня крепко, не говоря ни слова. Как я попала домой, я не знала, ночь сменила день, день сменил ночь, рядом были заплаканные родители, Ира, Илья, Милана, я смотрела на них и в то же время сквозь них. Лишь Тёма возвращал меня в реальный мир, он смотрел на меня голубыми глазами такими же как у Димы, я крепко прижимала его к себе и укачивала на руках, он был единственным кто держал меня в этом мире. Он был тем, ради кого я еще дышала и ради кого я буду жить. Когда хоронили Диму, на кладбище дежурила скорая, все боялись, что я не выдержу, я выдержала. Я оставила Тёму у родителей и лишь когда я переступила порог нашей с ним квартиры, я завыла словно белуга, сидела на полу прямо в коридоре обнимая его пальто, я не верила в то, что его больше нет. Квартира была словно чужой и незнакомой, темной, пол холодным, но мне было все-равно, ведь здесь мы были счастливы, он был жив, мы строили планы, здесь мы, сидя в гостиной делились самыми сокровенными мечтами, здесь занимались диким и страстным сексом, здесь мы не спали ночами, когда Тёма родился, здесь он готовил мне завтраки, ужины, так как умел готовить только он. И меня накрывают воспоминания…

«Вот он стоит у плиты, жарит мясо, я подкрадываюсь сзади, обнимаю, он улыбается, целует меня, лопатка с жиром падает на пол, он нагибается чтобы поднять ее, и я шлепаю его по попе и смеясь убегаю. Он грозиться что съест все сам и оставит меня без ужина.»

«Вот мы страстно целуемся, вваливаясь в квартиру, он садит меня на кухонный стол, смотрит в глаза и говорит: Я так люблю тебя! Ты — моя жизнь! И жадно накидывается на меня, страстный секс, мы уставшие, но довольные обнимаемся и целуемся.»

«Вот ночь проснулся Тёма и Дима на цыпочках чтоб не разбудить меня крадется к кроватке.

— Тёма, тихо, маму разбудишь, а у неё завтра съемки, ей рано вставать. Ты хочешь кушать? Иди к папе на ручки.

Берет его на руки и тихонько выходит из комнаты, на ходу укачивая и целуя.»

«Вот мы сидим на ковре в центре гостиной, пьем вино, он обнимает меня.

— О чем ты мечтаешь? — спросила я его, уперевшись на его плечо.

— О том, что у нас будет большая семья и будет много маленьких карапузов похожих на тебя, — смеётся он и целует меня в нос. — А ты о чем мечтаешь?

— О том же и еще о большой лохматой собаке, которая будет играть с нашими карапузами, — смеюсь я.»

Я закрываю глаза и обнимая его пальто засыпаю тревожным сном, в котором бесконечно как кадры кинопленки снятся счастливые моменты нашей совместной жизни.

21

10 лет спустя…

— Настя, ты появишься сегодня вечером на открытии кинофестиваля? — спрашивает меня Милана пока я сижу перед зеркалом в гримерке и жду пока мне нанесут тонну косметики перед фотосессией нижнего белья. Я перевожу уставший взгляд на неё и неопределенно пожимаю плечами. Милана качает головой и выходит со словами:

— Я жду тебя вечером. Ты должна там быть! Фильм с твоим участием сегодня будет там представлен, не подводи меня.

— Я никогда тебя не подвожу, — вздыхаю, она всегда знает на что надавить чтобы я сделала всё так как она хочет, — хорошо приеду, но ненадолго. Она выходит из гримерной, визажист заканчивает колдовать над моим лицом и тоже уходит, я остаюсь одна. Смотрю на своё отражение в зеркале, взгляд холодный, потухший, но дерзкий. За эти годы я изменилась, стала женственней, уверенней в себе, яркие помады, дерзкие вещи — это моя броня, броня от боли, сочувствия, слёз. Лишь мой образ придает мне сил на публике и вне дома. Я стала на десять лет старше, а он не постарел ни на год. Глаза снова увлажнились при воспоминании о нём, я аккуратно чтобы не испортить макияж промакиваю салфеткой уголки глаз и выхожу из гримерки.

Фотосессия длится больше пять часов, после этого мне надо заехать забрать Тёму со школы и отвезти родителям, чтобы вечером я спокойно могла пойти на открытие кинофестиваля. Я могла нанять водителя для Тёмы, но мне хотелось делать это самой, так мне было спокойнее. Тёма выбежал из ворот школы и запрыгнул на заднее сидение, пристегнулся, предварительно поцеловал меня в щеку, я улыбнулась и посмотрела в зеркало заднего вида на него, он был точной копией Димы, Тёма это было всё что осталось от него и самое дорогое что подарил мне в память о себе Дима, глаза снова наливались слезами, я незаметно смахнула слезу и чтоб отвлечься о мыслях о нём, завела машину, тронулась с места и начала наш ежедневный ритуал «допроса» как говорит Тёма.

— Что сегодня нового было в школе?

— Ничего, мама, все, как всегда, скукотища, жуть, — скривился он, — уроки, противная училка по математике, контрольная.

— А Таня как? Ты её за косичку больше не дергаешь? — улыбнулась я.

— Мама, не начинай, это было один раз и то случайно, а ты все никак не забудешь, — ворчал он.

— Конечно не забуду, — засмеялась я, — меня из-за этого в школу вызывали.

— Ой, Танька паникерша, мам, давай забудем, а? Лучше расскажи, как съемки прошли? — этот хитрюга решил перевести разговор на меня, чтоб я больше не задавала «неудобных» вопросов. Я улыбнулась и решила его больше не мучать.

Я рассказала, как прошли съемки, а мы как раз приехали к дому родителей.

— Тёма, ты сегодня ночуешь у бабушки с дедушкой у меня вечером открытие кинофестиваля, — сказала я и мы вышли из машины, Тёма кивнул и пиная рюкзак ногами поплелся к подъезду. Родители радостно встретили нас у меня уже месяц не получалось приехать к ним из-за работы, мама с папой расцеловали нас и отправили мыть руки и садиться за стол обедать.

— Ась, ты сегодня вечером на открытие кинофестиваля идешь? — спросила мама, я кивнула.

— Да, Милана просила обязательно быть там, я не очень хотела туда идти, но там будет представлен последний фильм с моим участием.

— Ась…  — как-то робко начала мама и смутилась, папа сжал её руку, я знаю, что она хочет сказать, моё тело сразу стало натянутым как струна и ком застрял в горле, — через неделю 10 лет как… , - я сжала кулаки, — поехать с тобой?

Я сглотнула ком в горле и отрицательно покачала головой. Я вскочила на ноги.

— Я в туалет, — сказала я и вылетела из кухни.

Зайдя в ванную я оперлась о раковину и сцепилась в неё руками не в силах сдержать слезы, они большими каплями падали на белую керамику, я перевела взгляд на браслет на своей руке с инициалами Д&А, сплетенными вместе, первыми буквами наших имен, когда Дима подарил мне на Новый Год в Буковели этот браслет, рассматривая его я улыбалась лежа у Димы на груди радовалась получившемуся слову «ДА». Спустя пару лет, после того как его стало, я в очередной вечер сидя на полу в слезах и ожидая очередную бессонную ночь, которые после его смерти стали обычным явлением крутила пальцами браслет и повернув руку посмотрела на инициалы, которые перевернулись сложив слово «АД», как символично подумала тогда я, а ведь действительно после его смерти моя жизнь превратилась в ад, горе и слёзы. Эти 10 лет, я не жила, я — существовала. Я не хотела ехать на съемки, я не хотела выходить из дома, ни с кем не хотела говорить и никого не хотела видеть. Я не понимала почему это произошло именно с ним? Почему такая нелепая случайность случилась именно с ним? Почему именно он зацепился за камень, непонятно почему он отклонился от трассы, вопросов было много и все без ответа. Я винила себя что все же не настояла и отпустила его на этот спуск, я не могла простить это себе, я не представляла, как теперь буду жить без него, как дышать, если в груди нет сердца, ведь сердце было с ним, а теперь его нет и душу раздирает боль, горечь и тоска! Я заперлась и спряталась от всего мира, добровольно заточив себя в темной квартире, предварительно задернув все шторы и отключив телефон, я не ела, только пила алкоголь, как я выжила тогда не знаю. Мне не хотелось выходить, ведь так я верила, что сохраниться его запах на вещах и в квартире дольше, я бредила, он мне мерещился, я протягивала к нему руку и он растворялся, а я выла и орала в тишину и пустоту квартиры, не желая отпускать его улыбающийся такой любимый и желанный образ. Если удавалось заснуть, мне всегда снились кошмары, от которых я просыпалась с криком и слезами. Однажды я проснулась от ужасного и беспрерывного стука в дверь и бесконечной трели дверного звонка. Кое-как собрав остатки сил, я поднялась с пола, шатаясь и держась за больную от алкоголя голову поплелась посмотреть кто тарабанит и звонит, открыв дверь на пороге я увидела заплаканную и изведенную Иру, увидев меня она пришла в ужас, я похудела килограмм на 10, на мне болталась футболка Димы, а свои шорты я держала рукой чтоб они не упали. Я была кожа да кости, Ира вошла в квартиру и истерически начала орать на меня.

— НАСТЯ, ВОЗЬМИ СЕБЯ В РУКИ! ТЫ СЕБЯ ВИДЕЛА???ТЫ ЗНАЕШЬ, ЧТО РОДИТЕЛИ СХОДЯТ С УМА??? ТЫ ЗАБЫЛА, ЧТО У ТЕБЯ ЕСТЬ СЫН? ТЫ СОВЕСТЬ ИМЕЕШЬ? НЕ ДУМАЕШЬ О СЕБЕ ПОДУМАЙ О СЫНЕ И О РОДИТЕЛЯХ, ТЫ ДУМАЕШЬ ИМ ЛЕГКО??? — от Иркиного крика я скривилась и разрыдалась.

— Ира, его НЕТ! Понимаешь? Нет его! Как я теперь буду жить??? Я помню, что у меня есть сын, но мне плохо и больно, я не могу… я ничего не могу, — в конце я уже шептала, захлебываясь от слез. Ира покачала головой и крепко обняла меня, я плакала у неё на плече очень долго, она лишь гладила меня по волосам. Когда слезы вроде закончились, она повела меня в ванную раздела и засунула меня под душ, помогла вымыться, после приготовила ужин и положила немного мне на тарелку. Она осталась со мной, я слышала, как она говорила по телефону и сказала, что будет со мной до тех пор, пока я хоть немного не приду в себя. Со мной она прожила три недели, готовила, убирала и, по сути, нянчила меня, кормила чуть ли не с ложечки пока я не набрала обратно вес, обнимала и успокаивала, когда меня накрывала истерика, Ира вылила весь алкоголь что был в доме, чтобы у меня больше не было возможности забыться. Через две недели, когда я более не менее пришла в себя, Ира отвезла меня к родителям чтоб я забрала Тёму, родители ничего не сказали мне, лишь обнимали и целовали со слезами на глазах. Они знали и видели, насколько мы с Димой любили друг друга и понимали, насколько мне тяжело. С тех пор я училась жить без него.

Я для Тёмы стала и мамой, и папой. Папу он не помнил, когда Димы не стало Тёме только исполнился годик. Я часто показывала ему фотографии Димы и очень много рассказывала ему о папе. Тёма всегда с интересом слушал и задавал много вопросов. Самое тяжелое было объяснить куда делся папа и почему не приходит, я никогда не врала, всегда отвечала правду, на любой его вопрос, однажды мне пришлось ему рассказать, что случилось с папой, Тёма горько плакал.

Заново учиться жить — было тяжело, и чтобы хоть как-то ощущать его, я часто перечитывала наши с ним переписки, слушала голосовые сообщения, пересматривала фото и видео из семейного архива, мне казалось, что так он хоть чуть-чуть с нами, что так он хоть на пару минут жив. Первое время я практически не уходила с кладбища, сидела и говорила с его могилой, Ира практически силой меня оттуда забирала, уйти самой сил не хватало.

Милана меня не торопила, но через два месяца я решила, вернуться к работе, я понимала, что работа — это моё спасение. На кладбище я стала приезжать реже, каждая поездка к нему рвала мне душу и сердце на части. Спустя годы я прихожу к нему только тогда, когда очень тяжело или когда воспоминания накрывают невыносимой волной боли. Первое время выходить в свет мне было тяжело, мне казалось, что меня голую выставили на площадь, где меня пристально все рассматривали, словно под микроскопом следили за каждым моим движением, вздохом, взглядом. Вопросы журналистов не заканчивались, а фальшивые сочувствующие взгляды моих коллег, со многими из них я снималась в кино, рекламах, клипах, фотосессиях, просто начинали раздражать. Я никогда ни с кем из них близко не дружила и не общалась, я хорошо знала где я нахожусь и в каком бизнесе я работаю, здесь друзей нет и никогда не будет. Мне была противна жалость, а уж тем более от них и создала новую версию себя, холодную, циничную, но для моего образа жизни самую правильную. Я не могла выйти из дома ненакрашенной, я не могла плакать и страдать, я не могла дать слабину, я была эталоном для миллионов людей, я всегда должна была улыбаться и радоваться жизни, я не имела права плакать и страдать — это моя цена, цена моей славы. В эти моменты я очень остро чувствовала его отсутствие. Но время шло, я стала жестче, я надела броню и спрятала свои истинные чувства глубоко внутрь, теперь на публике я была холодная безэмоциональная дерзкая, циничная стерва, которая улыбается только когда надо и может жестко ответить на «неудобные вопросы», меня многие журналисты начали бояться. Лучшая защита — это нападение, чем я и пользовалась.

22

Из воспоминаний меня вырвал стук в дверь ванной и голос мамы.

— Ася, у тебя все в порядке?

— Да, я уже выхожу, — набрав в грудь побольше воздуха, я умылась холодной водой, вытерла лицо полотенцем и вышла из ванной.

У родителей я была еще около часа, попрощавшись с родителями и Тёмой, поехала домой переодеться и подготовиться к вечернему выходу. Приехав домой, я сразу пошла в душ, стоя под горячими струями воды я пыталась согреться, после смерти Димы я всегда мерзла, руки и ноги были вечно ледяные. У меня полились слезы из глаз, плакать я разрешаю себе только в душе, так я могу вдоволь рыдать чтобы Тёма не слышал и не видел моих слез. Успокоившись, я вышла из ванной и пошла на кухню, сделала себе чашку кофе и мыслями унеслась на семь лет назад…

Однажды Тёма вернулся из детского сада весь зареванный, всхлипывал и размазывал по щекам слезы.

— Тёма, что случилось? — с тревогой я обняла его.

— Маааммааа, — рыдал он, — почему у всех есть папы, а у меня нет?

Я окаменела не в силах вымолвить не слова, а Тёма продолжал.

— У Кати папа водил её на выходных в зоопарк, Костю папа водил в цирк, Сашу папа учил играть в футбол и только у меня нету папы, меня некому учить. Они смеялись надо мной, когда я сказал, что у меня только мама и бабушки с дедушками, — горько рыдал малыш. У меня потекли слезы из глаз, но я поняла, что пришел момент, когда Тёма должен был узнать, где его папа.

— Тёмочка, солнышко, у тебя конечно есть папа, только он уже не с нами, понимаешь? — спросила я, заглядывая ему в глаза, Тёма отрицательно покачал головой, — Темочка, твой папа превратился в облачко и смотрит на тебя сверху.

— То есть, папа умер? — широко распахнув налитые слезами глаза спросил он, я кивнула. Я долго думала, как ему это рассказать помягче, когда он спросит, но Тёма был очень умным малышом и взрослым не по годам, может в силу того, что я воспитывала его сама.

— А что с ним случилось? — серьезно спросил он.

И я рассказала, без подробностей, максимально смягчив рассказ для ребенка его возраста, но так чтоб он понял, Тёма расплакался, но я его успокоила сказала, что: «Папа всегда рядом с ним любит, наблюдает и оберегает его». Часто гуляя с ним на площадке, я с грустью смотрела на другие семьи, где мама и папа вместе с детками играют и гуляют, катают на качелях и помогают вскарабкаться на горку. Я понимала, что Тёма не узнает этого чувства никогда. Чувства полной семьи и отцовской заботы, когда папа будет играть с ним, ходить на рыбалку, учить кататься на велосипеде, играть в футбол, я физически не могла заменить ему отца. О налаживании личной жизни не было и речи, всю себя я посвящала Тёме и карьере, когда родители Димы заикнулись что мне нужно жить дальше и попытаться уладить свою личную жизнь, построить с кем-то отношения, я разозлилась, я не хотела слушать этот бред. Я не понимала, как они могли мне такое сказать. Нет, я понимала их мотивы, они хотели как лучше, но я не могла, просто не могла, для меня других мужчин не существовало, только он и точка. Из мыслей меня вырвало смс оповещение, Милана еще раз решила напомнить мне о мероприятии. Я сполоснула чашку под краном и пошла собираться. В 20.00 за мной заехала Милана на машине с водителем, мероприятие проходило как всегда скучно и нудно, я вертела в руке бокал шампанского и скучающе смотрела на сцену, когда кто-то коснулся моего плеча, я дернулась и подняла голову, рядом со мной стоял мой коллега по фильму, известный актер Максим Вистенко, главный секс-символ нашей страны и известный красавчик, знающий себе цену.

— Добрый вечер! — поприветствовал он всех, кто сидел за столом, — Я могу здесь присесть? — спросил он, указав на стул рядом со мной.

— Добрый вечер! Да, конечно! — удивленно ответила я.

— Ты сегодня такая красивая!

— Спасибо! Ты тоже! — безразлично ответила я, толком и не рассмотрев его. Милана удивленно на нас посмотрела, но промолчала и перевела взгляд обратно на сцену.

— Я заметил, что ты скучаешь, может я смогу хоть немного тебя развлечь? — спросил он. Я безразлично пожала плечами, мне было фиолетово на его подкаты ко мне, но здесь действительно было скучно и что ему от меня надо, явно не просто так нарисовался.

— Хорошо, тогда развлекай, — усмехнулась холодно я.

— Может после окончания мероприятия сходим в ресторан?

Я чуть не поперхнулась шампанским и удивленно посмотрела на него.

— Ты чего Максим? У тебя поклонницы закончились? — рассмеялась я, зная, что он самый главный бабник нашего шоу — бизнеса и его любимое развлечение влюблять в себя девушек, а потом безжалостно их бросать. После, у девушек разбито сердце, а он ищет очередную жертву, которой морочит голову.

— Нет, почему же закончились, я не страдаю от отсутствия женского внимания, — лучезарно улыбается он во все 32 зуба.

— Какой-то плоский подкат Максим, — язвительно замечаю я, — Ты так ко всем подкатываешь, и они не убегают, странно…  — делаю задумчивый вид, он начинает хохотать и в нашу сторону начинают оборачиваться и с интересом смотреть. Глаза Миланы слышащей наш диалог, в данный момент на лбу.

— Ты уникальная, Настя, не такая как все, я поражен! — восхищенно смотрит он. Меня таким дешевым пикапом не пронять и не такое за последние годы видала, были еще более уникальные индивидуумы.

— Вистенко, я не твоя очередная жертва, расслабься и иди ищи дальше, — подмигнула ему и мотнув головой себе за плечо, показывая, чтоб искал дальше.

— Настя, Настя, — покачал он головой, — я своего все-равно добьюсь, ты пойдешь со мной на свидание, — он встал и собирался уйти, но резко наклонился к моему уху, — Ты будешь моей, вот увидишь. И очень-очень скоро, — отстранился, подмигнул мне, развернулся и ушёл. Я же сидела с открытым ртом, поражаясь его наглости и дерзости. «Вот гад, не бывать такому!» — думала я про себя повернувшись обратно к сцене. Милана после его ухода тронула меня за руку, с немым вопросом, я лишь качнула головой давая понять, чтоб она не обращала внимания.

Эпилог

И вот настал этот самый ужасный для меня день… Сегодня утром я проснулась от очередного кошмара, сначала мне снилась наша с ним счастливая жизнь, но сон резко изменился и меня настиг кошмар… где умирает Дима. Снился он лежащий на снегу и кровь текла из его головы, постепенно окрашивая весь горный склон в красный цвет, я резко села в кровати, слезы заливали лицо, я тяжело и быстро дышала. Пару минут у меня ушло на то, чтобы прийти в себя. Посмотрев на часы, было 6.00 утра, я, свесив ноги с кровати собиралась с силами, чтобы пойти умыться и позавтракать. Просидев так еще минут 10, я все же встала. Сделав себе чашку кофе, я открыла холодильник и поняла, что мне кусок в горло не лезет, кошмар крутился в голове и никак не хотел отпускать. Одевшись, я решила ехать к нему. На улице сегодня было пасмурно, явно намечался дождь, погода соответствовала моему настроению и сегодняшнему дню. Приехав на кладбище, я прошла к его могиле, на меня с памятника смотрел улыбающийся и такой красивый и родной Дима, слезы покатились по лицу. Убрав старые цветы, налила воды в вазу и поставила новые, погладила фотографию на памятнике и присела рядом с могилой. Каждый раз приезжая сюда я с ним говорила, рассказывала обо всем что у нас происходило, о Тёме, о работе, обо всем что беспокоит, а он улыбался мне с фотографии.

— Тебя уже 10 лет нет с нами. Так долго, а я никак не могу этого принять и осознать, я не хочу это принимать. Нам так тебя не хватает. Мне тебя не хватает…  — слезы заливали лицо. Знаешь, я недавно пересматривала видео с нашей свадьбы, мы были там такие счастливые, у нас там вся жизнь была впереди… А оказалось, что впереди у нас было так мало времени, мы постоянно были заняты, работа, карьера, если бы мы только знали наперёд… Мы бы так бездумно не тратили оставшееся нам время. Если бы я знала, что твой поцелуй будет последним, что больше у меня не будет возможности обнять и поцеловать тебя, я бы целовала и обнимала тебя каждую секунду, каждое мгновенье, каждый миг. Если бы я знала, что случиться на той трассе, я бы ни за что не пустила тебя на тот последний спуск. Я так скучаю… Ты даже не представляешь, как тяжело жить без тебя, приходить в пустую темную квартиру, просыпаться в пустой кровати, не чувствовать твоих крепких рук, обнимающих меня, не чувствовать твоих губ, не слышать твой голос. Помнишь, как ты мечтал о доме и большой семье? Я очень хочу, чтобы в следующей жизни мы снова встретились с тобой, полюбили друг друга, и чтобы там в другой жизни мы вместе дожили до глубокой старости и исполнили твою мечту о доме и большой семье. Я верю, наша любовь сведет нас снова! А в этой жизни единственный лучик света что остался для меня — Тёма, точная копия тебя. Спасибо тебе, что оставил частичку себя, спасибо за сына. Мне бы так хотелось, чтобы ты видел, как он растет.

По дороге обратно начался сильный ливень, небо плакало вместе со мной, слезы заливали глаза я все время вытирала их. У меня зазвонил телефон, я отвлеклась глянуть кто звонит, звонила Милана, я схватила телефон и глянула на дорогу, в эту самую минуту кошка выбежала на дорогу, я дернула руль вправо пытаясь не задавить животное и на скользкой мокрой дороге машину понесло, резко начало крутит и по инерции нести дальше, сильный удар, машину откидывает еще один оборот и удар еще сильнее предыдущего…

Меня уносит в темноту и моя последняя мысль: «Я люблю тебя, Димочка!»

Content

Виктория Евгеньевна Лещинская
Первая любовь

Пролог

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

13

14

15

16

17

18

19

20

21

22

Эпилог