Наиль Выборнов

Груз

Глава 1

Я наконец-то смог оторвать взгляд от своих рук, на которые стекала тонкая струйка воды. Хотя проблема как раз в том, что руки эти были не моими. Нет, технически они мне принадлежали, я ими управлял, и они безропотно меня слушались, но выглядели совсем иначе. Искусственные мышцы топорщились во все стороны, кожа, хоть и выглядела гладкой и ровной, но все равно было ясно, что она искусственная. Потому что на ней не было ни одного прыщика, ни пятнышка, и ни единого волоска.

Я провел правой рукой по предплечью левой. Чувствительность уже полностью восстановилась, хотя первые пару дней после операции, я даже вилку в руках держать не мог.

Наконец оторвав взгляд от «базук», которыми меня снабдил Ник, я уставился в зеркало. Присмотрелся, прищурился. Бородатое лицо в отражении точно было моим, пусть и немного непривычным в таком виде. Но бороду опустить мне сказал Чех, потому что в случае чего ее можно легко сбрить. Обмануть умные камеры таким образом не удастся, а вот случайных свидетелей, которые видели тебя лишь мельком, очень легко. Так что это было оправдано. Да и, честно говоря, я считал, что борода придаст мне солидности. А то меня до сих пор так и звали Молодым.

Провел ладонью по бороде. Чувствуется почти как раньше, то есть в этом что-то ненастоящее. Пройдут недели или даже месяцы, пока я к этому привыкну. Да, меня предупреждали, когда я решил поставить себе новое железо, на которое потратил почти все заработанные на прошлых делах бабки.

Случилось это после того, как мы с Чехом встретились в баре. Не чтобы отправиться на новое дело, заказов не было, и наступило затишье. Наверное, причиной этому была неимоверная жара, которая накрыла Новую Москву. На улице было градусов под сорок, и хорошо, что в баре был кондиционер.

Шутка, конечно. Затишье наступило только в делах наемника, а вот банды мочили друг друга почем зря, наверное, одурев от высокой температуры. В интернете и по телевизору только и говорили, что о перестрелках, вооруженных налетах, массовых побоищах и других преступлениях. Но мне на эти новости было уже плевать, я жил в другом мире. И открыт он был только для наемников.

Тогда Чех сказал мне:

— Ты решил остаться. Не знаю, что с тобой сделала та девчонка, но ты сказал, что будешь наемником. И так, чего ты хочешь? Большой дом в поселке типа «Города Мастеров»? Заграничный спорткар? Хочешь стать Легендой этого города?

Удивительно, но наемник назвал Нату девчонкой. Не телкой, не бабой, а именно девчонкой. Это было даже немного странно. Но он сразу же продолжил, не дав мне ответить.

— Ты не справишься без нового железа и софта. У тебя ведь нет ничего кроме оптики и слухового импланта. Тебе нужно стать сильнее, быстрее, более ловким. Самый простой путь этого добиться — прокачаться в клинике. Ник проконсультирует в выборе и проведет тебе операцию. По ценам для своих. Ну что скажешь?

— Я в деле, — ответил тогда я.

И вот прошел месяц с того момента, когда я лег в клинику. И неделя, как очнулся после операций.

Под кожей у меня теперь броня, ее можно было установить двумя способами: полностью заменить кожный покров на «рил-скин», что чревато последствиями, и второй вариант — сделать множество уколов с нано-гелем, который полимеризуется уже внутри человеческого тела и создает прочную оболочку. Я выбрал второй, поэтому везде кроме рук кожа у меня осталась свой.

Я повернулся, вывернул шею, и провел пальцами по едва заметным шрамам. По словам Ника скоро они исчезнут окончательно, но пока мне придётся походить с такими полосками вдоль позвоночника. И это основная причина, почему я провалялся целых три недели: мои позвонки были укреплены стержнями из гиперслава. Они увеличивали прочность, и почти не снижали подвижности. Зато теперь любого, кто попытается сломать мне шею, ждет неприятный сюрприз. Ну и груз я могу носить гораздо больший.

А вторая причина, почему восстановление заняло так много времени: ускоритель рефлексов. Я выбрал «УМУР», потому что он хоть и уступал остальным моделям в скорости обработки сигналов, но был надежен. Да и дешевле он, а я и так слил почти все свои сбережения.

Бонусом, уже бесплатно, Ник обновил мне файервол, поставил новую прошивку на биомонитор, оптику, навигатор и телефон. Ну и интерфейс обновил, потому что пока мы бились с бомжами из Раменского и кибер-шлюхами, вышла новая версия. Изменений там было не так много, но все они касались боевого режима: теперь помощник лучше рассчитывал уязвимые места, и анализировал укрытия, потому что раньше он мог глючить и предлагать спрятаться, например, за столом из композита по дерево. Который простреливается насквозь.

Я набрал пару пригоршень воды, побрызгал себе в лицо и, наконец, выключил ее, перестав зря тратить драгоценную жидкость.

Мои характеристики тоже изменились. Я вызвал страницу с атрибутами и навыками.

Сила — 12.

Ловкость — 13.

Интеллект — 10.

Выносливость — 12.

Да, я неплохо скакнул вперед по основным характеристикам. Очко силы благодаря «базукам», два очка ловкости из-за «УМУРа», два очка выносливости, которые мне дали подкожная броня и новый укрепленный хребет.

С характеристиками все было не так хорошо, но там каждое очко я заработал сам, никакое железо их поднять не сможет, если не считать обучающих чипов. Правда и они в нашем деле практически бесполезны.

Драка — 22.

Меткость — 25.

Инженерия — 6.

Взлом — 0.

Хакинг — 0.

Медицина — 14.

Кулинария — 10.

Натуральное хозяйство — 5.

Вождение — 13.

Эротическое искусство — 10.

Да, навыки взлома и хакинга по-прежнему были по нулям. Но взлом может понадобиться не так часто, к тому же по нему был обучающий чип, да и тренироваться можно. А вот хакинг мне вообще был не нужен, похищать базы данных и писать собственные эксплойты я не собирался. Лучше уж дать подключиться через себя профессиональному хакеру. Конечно, это чревато тем, что большая часть денег уйдет ему, хотя почти весь риск на тебе, это же я буду проникать через охраняемую территорию к точке доступа. Хотя и он может наткнуться на файервол или нейровирус, который выжжет ему мозги и оставит слюнявым идиотом.

А вот в эротическом искусстве я порядком поднаторел, все-таки шесть очков навыка заработал, и десятка выглядит не так обидно, как первоначальная четвёрка. Причиной тому оказалась ненасытность Наты. Два выходных, субботу и воскресенье, мы провели в постели, практически не вылезая из нее, прерываясь только на еду и короткий сон. Не отвечали на звонки, хотя Чех пытался дозвониться до меня аж шесть раз, пока я не послал ему сообщение, что очень сильно занят.

Да и стрельбу подкачал. Походил в тир, потренировался, привыкая работать с интерфейсом. Все не без пользы, да и весело это.

Закрыв окно навыков, я вышел из туалета и тут же поймал летевший в меня предмет. Интерфейс просигнализировал об опасности и перешел в боевой режим, но я тут же отключил его, потому что предметом оказался самый обычный желтый теннисный мячик. А поймал я его не правой рукой, а левой, чего раньше проделать бы точно не сумел.

А все потому, что время будто бы замедлилось, как эффект слоу-мо в старых фильмах. Сработало это всего на секунду, но и это может дать очень много. Правда, ускоритель рефлексов после такого должен перезарядиться, на что уйдет несколько минут. Ну и пулю из воздуха ты, конечно, с его помощью не поймаешь. А вот успеть нырнуть в укрытие, уклониться, броситься на землю, вполне можно.

— Да, ускоритель рефлексов работает, — проговорил Ник, который бросил в меня мячиком. — Ну, как себя чувствуешь? Насмотрелся наконец? Нормально все?

— Да я ж красавец, — ответил я. — Вроде все нормально, чувствительность почти вернулась. Вопрос только в том, как я стрелять буду этими новыми руками. Сам же понимаешь, сложновато это, вроде отдача будет легче гаситься, ствол смогу крепче держать, а все равно.

— Привыкнешь, — пожал плечами Ник. — Навык меткости у тебя какой?

— Двадцать пятый, — сказал я.

— Ну на таком навыке ты разницы и не заметишь. Ты ж все равно стреляешь на близкие дистанции, тебе не нужно кого-то за два километра их снайперки снимать. Вот там, да, могут быть проблемы.

— Так я и оптикой пользоваться не умею, — проговорил я. — Надо бы научиться, да все некогда.

— Сгоняй в «Полигон», там научат. Ну и в любом случае туда сходи, нужно привыкать стрелять с новыми руками. Как пять-шесть сотен патронов сожжешь, разницу вообще перестанешь замечать.

— Ладно, последую твоему совету, — кивнул я. — А что насчет дальнейшего? Как мне ещё прокачаться? Потом, конечно, когда бабок заработаю.

— Тело у тебя защищено, а вот на голове брони никакой нет. Каску пока носи, или шлем, как у корпоративных вояк, спасти может, хотя по башке все равно прилетит сильно, конечно. А там пластину с гасителем удара тебе поставим, форма головы чуть измениться может, зато пистолетные пули уже нипочем будут, даже не почувствуешь, чисто как щелбан.

— А ноги?

— С ногами тоже чего-нибудь придумаем. Можно на прыжки высокие их переделать, когда через забор буквально перелетать будешь. А заодно мы ж тебе позвоночник укрепили, так что и приземление будет нипочем. А можно на бег быстрый. Сам решишь, что тебе важнее. Ну и в ноге можно еще пару медицинских имплантов сделать, «второй шанс», там, инжектор с адреналином, с сердцем можно похимичить.

— А второе сердце поставить?

— Второе сердце, — он усмехнулся. — Ты думаешь, это просто так? Это легкое надо в сторону сдвигать, бронх наращивать, да и вообще место в грудной клетке искать под него. Я не возьмусь, сложно это. Да и бабок на него ты нескоро заработаешь.

— А сколько оно стоит-то?

— От двух до пяти сотен тысяч. Какой-нибудь решала может себе позволить. А рядовой наемник, очень навряд ли. Тут ведь сердце надо еще найти, а они сами по себе дорогие, это не печень, которую выращивать давно научились.

— Понял, — кивнул я. — А пока я тут был, Чех меня не искал? Что там с работой новой, не в курсе?

— Заходил пару раз. Ты лучше сам ему набери, он со мной по поводу новых дел не говорит особо. Так, былое иногда обсуждаем.

— Ладно, — я протянул ему руку. — Двину тогда.

— Удачи, — ответил он.

Я двинулся к выходу из клиники, прошёл мимо стойки и диванчиков, открыл металлическую дверь и вышел на лестницу. Спустился на пару этажей и набрал номер Чеха. Тот ответил быстро, даже двух гудков не прошло, то ли ждал моего звонка, то ли попросту был свободен.

— Здорово, — сказал он. — Что, уже на ногах?

— Прокачан и готов к действию, — ответил я. — Если честно, то рад тебя слышать. Три недели в социальной изоляции, это такое себе. Там ведь вообще никакого доступа к сети, ни с кем не поболтать было.

— Да, Ник тот еще параноик, — сказал наемник. — Я говорил ему, что времена облав и охоты на рвачей уже прошли, что с бизнесом таких как он смирились, и максимум, что ему грозит — штраф за нелегальную медицинскую деятельность. Но нет, он все еще дует на воду.

— Дует на воду? — переспросил я. — То есть в свое время он обжегся на молоке?

А я ведь ничего не знал о рваче, который обслуживал нас с Чехом. Ну, кроме того, что он обмолвился один раз о том, что раньше работал в ведомственной клинике. Что же с ним такое случилось?

— Ну да, было такое. Но это не телефонный разговор. Может быть, как-нибудь и расскажу. Ты куда сейчас, к своей девчонке?

— Да, — подтвердил я. — Именно к ней. Три недели почти полного одиночества, соскучился.

— Ты бы аккуратнее был. Киской она только прикидывается, уж я-то таких с первого взгляда различаю.

Похоже, что Чех и сам был из тех, кто дует на воду. Хотя ничего удивительного, когда ты вылетел из корпоративных войск за то, что переспал с дочкой своего непосредственного командира тогда, когда он очень прозрачно намекал, что этого делать не надо…

На самом деле в молодости он явно вел себя так же, как я. И сейчас в своем роде пытался меня уберечь. До сих пор он не совал меня в самое пекло, если не считать той проверки, когда отправил меня в одиночку к Квартал. Но, думаю, ему это окупалось. Все-таки я дважды спас наемнику жизнь.

— Да ладно тебе, — ответил я. — У нас ничего серьёзного и нет. Просто трахаемся.

— Ты уверен, что это не только ты так думаешь? — спросил он. — А она как раз-таки не считает, что у вас все серьезно? Да и учти, пиджаки, они не такие как мы. И дело вовсе не в том, что они живут в маленьких красивых домиках в охраняемых жилых комплексах. Да и нам там делать нечего.

Да, я переехал к Нате. Чтобы быть поближе к ней, а вовсе не потому, что мне надоело жить в трущобах. Да, мой район тоже считался в городе относительно чистеньким, но таковым он был только при сравнении с Кварталом или Боевой Зоной. А так там все было то же самое, что и везде.

На деле она даже меня не приглашала, да и вещей своих я не перевозил. Просто как-то само собой получилось, что стал жить у корпопатки. Сперва проводить там больше времени, потом и ночевать, а дальше…

— Ладно, ты хоть и Молодой, но уже не мальчик, сам все должен понимать, — сказал наемник.

Я спустился на первый этаж. В животе сосало, завтракать сегодня мне не пришлось, потому что Ник разбудил меня с самого утра и погнал проводить тесты. А время было уже далеко за полдень. Нужно набить живот. Интересно, почему так всегда получается, что я выхожу из клиники Ника дико голодным?

Торговые автоматы на первом этаже никуда не делись, и я подошёл к одному из них. Ткнул на кнопку, подставил ладонь к считывающему устройству. На моем личном счету оставалось не так уж и много денег, меньше тысячи. Еще было около десятки наличными, но это уже неприкосновенный запас.

Вообще получилось так, что я слил за три недели почти все, что заработал за два предыдущих дела. Раньше мне этих денег хватило бы года на три комфортной и сытой жизни.

Из ниши внизу автомата выпала упаковка с бургером. Я подошел ко второму и купил банку черноголовского энергетика.

— Что у нас с Натой, это наше дело. Ты лучше скажи, сколько ты потратил на свое железо. Ты ведь неплохо прокачан.

— Тебе про последний комплект рассказать, или сколько всего? — я не видел этого, но знал, что Чех сейчас усмехнулся.

— Давай, сколько всего.

— Тысяч восемьсот.

— Сколько? — аж переспросил я.

На эти деньги можно было жить всю жизнь. Причем, неплохо так, не впроголодь. Думаю, я за всю свою предыдущую жизнь столько денег не потратил. Даже если считать больше сотни тысяч, которые ушли на апгрейды сейчас.

— Так за десять лет же, — пояснил наемник. — Я же тебе объяснил все там, в баре. Без этого не выжить. Да и новые модели выходят постоянно, а нужно идти в ногу со временем. Хотя ты сейчас упакован лучше, чем я в начале пути, это уж точно. А вообще есть типы, которые и на миллион упакованы, и на два.

— Понял, — сказал я, открыл сэндвич, уселся на лавку, стоявшую прямо в холле и принялся есть. — Что там по работе? Есть что-нибудь интересное?

— Есть. Но это не телефонный разговор. Завтра подъедешь к девяти утра в клуб «Игла». Познакомлю тебя кое с кем. Пора тебе уже самому за заказы браться, опыт и авторитет нарабатывать. Не все же со мной бегать.

А вот сейчас обидно было. Я так-то ему жизнь спасал, причем два раза. Но вида я не подал, и ровным голосом ответил:

— Как клуб называется? «Игла»? А почему тогда не «Вена» или «Передоз»?

— Ты в остроумии не упражняйся. Приедешь, увидишь, почему его так назвали.

— Понял. Тогда до завтра, увидимся.

— До завтра, — сказал Чех и сбросил звонок.

Я доел сэндвич, встал, открыл банку энергетика и двинулся к платной стоянке за углом, где оставил свою машину. Она там три недели простояла, надеюсь, аккумулятор не сел. Хотя сейчас не холодно, да и батарея у меня совсем новенькая, так что по идее не должен.

Жара уже спала, но прохладно на улице все равно не было, градусов двадцать пять. Хорошо, что я был не в своей обычной косухе, которую пришлось выбросить после встречи с зубами Арины, а в футболке. С веселым принтом, кстати, с логотипом одной из любимых групп. А куртку куплю потом.

Завернув за угол, я двинулся к стоянке и сразу же подметил троих трущихся у нее парней. Ну бывает, бездельники какие-нибудь, которые вместо того чтобы торчать на работе слоняются по улицам. Я их не знаю, никаких проблем они мне доставить не должны.

И я ошибался. Потому что, когда я попытался пройти мимо них, все трое заступили мне дорогу.

Глава 2

— Чего надо? — спросил я. — Я по пятницам не подаю, пошли на фиг отсюда.

— Ты чего дерзкий такой? — спросил тот, что стоял справа, но средний заткнул его жестом.

— Надо поговорить, наемник, — сказал он. — Очень серьезно поговорить.

— Ты сейчас меня наемником назвал? — спросил я. — А за слова свои ответить не боишься? Я, между прочим, честный труженик, спину в офисе надрываю, геморрой зарабатываю.

Это была полуправда. На самом деле Ната устроила меня на работу в «Ростелеком», где трудилась сама. В мои обязанности входило сидеть в колл-центре, и отвечать на звонки. Но я этого, естественно не делал. Зато любой полицейский, который на меня посмотрит, сразу увидит, что я не какой-нибудь бездельник, а рабочий человек.

— Мы все знаем, — сказал правый, который до этого молчал. — Так что не выебывайся лучше.

— Ну и о чем ты хочешь поговорить?

— О том, что ты сделал.

Внутри меня все похолодело. Грехов на мне скопилось много, были и убитые бандиты из Квартала, и похищение. Но самое страшное, если бы они узнали о Легионе, главаре банды бомжей и хозяине Раменского, которого мы с Чехом благополучно отправили в переработку. Хотя, если бы на меня вышли бы, то явно не отправили бы троих гопников, да и разговаривать со мной бы никто не стал, просто положили бы из машины, проезжая мимо. «Драйв бай», как это называли американские негры в девяностых.

— Ты выступил против не того человека. Он отправил нас разобраться с тобой.

— Вы хоть скажите, что я сделал, — сказал я. — Кого я так обидел, что вас, таких страшных и ужасных за мной отправили.

— На вечеринке, помнишь? В «городе мастеров». Ты приехал без приглашения.

И тут я не удержался и заржал. Тот придурок, с которым меня попросила разобраться Ната. Не то чтобы я этого не ожидал, был уверен, что он попытается поквитаться со мной за свои страх и унижение. Он ведь обоссался тогда, когда я сделал вид, будто собираюсь его пристрелить. Я и лицо не прятал, что на самом деле было глупо, но я все-таки напился перед этим, а был бы трезвым… Наверное, вообще никуда не поехал бы.

— Вот умора! — продолжая ржать, простонал я. — То есть этот дурак настолько обиделся, что послал за мной людей. Причем, не кого-нибудь из корпоративной полиции, а просто лошков с улицы.

— Слышь, ты кого назвал лошками? — закричал левый, но средний вдруг выхватил пистолет и навел его мне в живот.

Пистолет оказался дешёвкой, напечатанной на 3D-принтере, но ничего другого у этих мудаков быть с собой и не могло. Откуда у них армейский или полицейский. Купить точно не смогли бы, никто им ничего не продаст. Украсть у кого-нибудь тем более, яиц бы не хватило. Разве что подобрать сброшенный после дела. Но, наверное, даже у полных идиотов хватит мозгов этого не делать.

— Лошков с пластиковым пистолетиком, — продолжил я смеяться. — Не, ну это же очень смешно, вы чего такие серьезные? А это лучше убери, поранишься. Ну или я его тебе в жопу запихаю и проверну. Мушка острая, все порвет внутри.

Этого они не ожидали. Не так должен вести себя человек, когда на него наводят ствол, совсем не так. Но я просто не мог остановиться и продолжал ржать, даже несмотря на то, что интерфейс уже перешел в боевой режим, и подсказал мне, что лезть за своим пистолетом не надо, а вот отобрать у него вполне можно.

— Я тебе сам его в жопу засуну, — пообещал мне средний. — А потом всю обойму высажу.

— Магазин, неуч, обоймами никто уже не пользуется, — продолжал я издеваться над ними. — И лучше вам не лезть на меня. Даю вам второй добрый совет — езжайте к этому придурку, верните ему деньги и обязательно извинитесь.

А потом одним движением выкрутил ствол у него из руки. Раньше бы у меня не получилось это так легко, но с «базуками» все получилось удивительно просто. Секунда, и оружие уже в моей ладони, и смотрит на своего бывшего хозяина.

Кажется, они этого не ожидали. Ну да, пистолет в руке дает ощущение вседозволенности, но когда ты его вот так глупо теряешь…

— Придется вас немного поучить, — вздохнул я. — В следующий раз будете слушать умные советы.

Я выстрелил в бедро правого, после чего он, громко воя, завалился на асфальт.

Пулевое ранение бедра. Подвижность конечности утрачена.

И тут же прострелил ногу и второму, после чего он присоединился к своему товарищу. Сделал шаг вперед, к попятившемуся от меня третьему и резким ударом разбил пистолет ему об голову, отчего и он упал на землю. Из рассеченной башки потекла кровь.

Со всех сторон послышались крики, люди, услышав выстрел, побежали в разные стороны. Я обтер пистолет о футболку, стирая все возможные отпечатки, после чего повернулся и резко швырнул его в стену. От такого удара даже высокопрочный композит разлетелся на куски, брызнув осколками во все стороны.

— А теперь, пацаны, слушайте меня, — сказал я. — Если я вас еще раз увижу, то простреленными ногами не отделаетесь, порешу всех троих. Так что возвращайтесь-ка к этому еблану и объясните ему, что ко мне лезть не надо. Или в следующий раз пусть присылает кого-нибудь покруче. Ясно?

— Я-ясно, — прозаикался тот, что держался за разбитую башку.

— Ну и хорошо, — резюмировал я.

И двинулся дальше, на стоянку. Прошелся вдоль ряда автомобилей, добрался до своей машины, уже успевшей покрыться пылью. Достал из салона ветошь, протер лобовое и боковые стекла, после чего сел за руль, завел двигатель.

Да, это даже не проблемы. Проблемы у меня были бы, если бы кто-то узнал о том, что мы отправили в переработку Легиона. А это все — новая реальность, в которой мне предстоит жизнь. Чтобы такого не случалось, нужно соблюдать осторожность. Я же ей пренебрег, завалившись пьяным на вечеринку этих пиджаков. Глупость сделал, если уж совсем честно говорить, хоть балаклаву бы натянул какую-нибудь или маску.

Хотя этот корпорат тоже хорош, снюхался с какими-то гопниками, отправил их меня запрессовать. Видимо, из расчета, что втроем они со мной справятся.

Стоп, а как они вообще меня нашли-то? Нужно позвонить Чеху.

Я тронул тачку с места, выехал со стоянки, миновав так и валяющихся на земле парней. Вокруг них уже собралась группа народа, кто-то пытался оказать им помощь. Ну и хорошо, скоро приедет скорая.

Мне-то в общем ничего особого не грозит, даже если вся эта сцена попала в поле зрения камер. Я защищался, когда мне угрожали оружием, а потом сбежал, это нормально. Максимум — продержат пару часов в отделении, пока не снимут показания. Конечно, лучше вообще не попадаться в поле зрения легавых, но рано или поздно это произошло бы.

— Уже соскучился? — спросил наемник.

— Да иди ты. Меня нашли.

Какое-то время он молчал, видимо боролся с тем, чтобы сбросить вызов. Потому что наш звонок вполне могли отследить. Но потом все-таки спросил:

— Кто тебя нашёл?

— Я же тебе рассказывал, как попугал одного пиджака для Наты. Он отправил ко мне троих гопников, чтобы отомстить.

— Тьфу ты, блядь, — в голосе Чеха было слышно облегчение. — Я-то уж подумал… Ну и что ты сделал?

— Отобрал у них пушку и немного пострелял. Но все трое живы, правда им теперь недельку придется отлеживаться.

— Хорошо, — сказал наемник. — Так это ерунда. Ты-то чего мне звонишь?

— Не догоняю, как меня найти могли так быстро.

— Молодой, ну ты совсем дурак что ли? Им тебя даже искать не надо было, ты же сам в «Ростелеком» работать устроился. Просто запрос сделали и все. А потом пробили по базам, это стандартная процедура службы безопасности, узнали, какая у тебя машина. Так и отыскали.

Блядь, действительно элементарно. А я-то уж думал, что за мной следили все это время. А так, получалось, что я сам дал им всю нужную информацию, когда устраивался на работу.

— Если бы ты у меня сразу спросил бы, я бы тебя предупредил. Не надо наживать себе врагов среди менеджеров среднего звена в компании, где работаешь. Особенно в нашей ситуации.

— Да как-то забылось, понимаешь? Да и вообще, я пьяный был. И толком не помню, что вообще той ночью случилось. Как считаешь, мне есть о чем волноваться?

— Одно из двух. Либо он поймет, что ты ему не по зубам и успокоится, либо наймет кого-нибудь через решалу. Денег для этого у него хватит.

— И чего мне теперь делать?

— Да ничего. Ты думаешь, за мной не охотились что ли? Я много кому перешел дорогу, так что пара контрактов на меня до сих пор не закрыта. Но ничего, живу. Забей. Если тебя найдут, разберешься. Да и не будут тебя убить пытаться, ему это просто не надо. Но есть и второй вариант, конечно.

— Какой?

— Разобраться с ним, пока он не добрался до тебя.

То есть убить его первым… Нет, на самом деле это вариант, конечно, причем будет не так уж и сложно, если учесть, что я в курсе, где он живет. Но убивать корпоративного служащего такого высокого ранга. Это ж не только полиция возбудится, за мной будут охотиться вся служба безопасности «Ростелекома».

Но вот если лишить его этого влияния. Сделать так, чтобы он вылетел из корпорации и остался без денег. Чего он мне тогда сделает-то, разве что сам попытается убить, но с ним-то я справлюсь.

— Ладно, что-нибудь придумаю. Завтра в «Игле», помню. До встречи.

И отключился. Выехал на проспект и погнал машину по нему. При строительстве Новой Москвы отказались от радиальной застройки, предпочтя ей перпендикулярно-параллельную. Хотя кое-какие старые здания копировали. Не Кремль, конечно, но МГУ, вокзалы, Москва-сити, только выше и больше. Гигантомания.

Включил радио, которое было настроено на станцию, где постоянно крутили инди-рок группы и поехал дальше.

* * *

Что мне нравилось в Нате, так это то, что она жила не в коттеджном поселке, хотя вполне могла себе это позволить. Она ютилась в квартире в элитном жилом комплексе, с большой подземной парковкой, зелёными насаждениями и детской площадкой. С закрытым двором и охраной, которая в любом другом случае просто не пустила бы меня.

Но Ната выслала мне пропуск, и теперь чтобы въехать, мне нужно было всего лишь приложить руку к считывающему устройству. Что я и проделал, после чего дождался, пока дверь гаража поднимется, и заехал внутрь.

На минус третьем этаже припарковал машину рядом с кабриолетом Наты, сигнализацию включать не стал. Эти места защищены так, что мама не горюй, да и кому нужна моя невзрачная лошадка, когда кругом есть добыча гораздо интереснее.

Прошел к лифту, поднялся на нужный этаж вместе с парочкой, которая всю дорогу неодобрительно и с брезгливостью смотрела на меня, вышел из кабины, прошёл по коридору и приложил ключ-карту к электронному замку.

Створка отъехала в сторону, я вошел в квартиру и почувствовал запах чего-то цветочного и фруктового. Вошел в большую комнату, и увидел Нату и еще одну девушку, которые сидели за столом. На столе было две чашки чая, заварочный чайник и огромная колба кальяна. Ната как раз затягивалась.

— О, пришел наконец-то? — спросила она. — Ну и как.

Вместо ответа я, молча, показал ей бицепс своей электронной руки. Остальные импланты продемонстрировать не было возможности, они ведь были внутри.

Интересно, а куда отправились мои отрезанные настоящие руки? Наверное туда же, куда и глаза.

— Красавец, — проговорила она и снова затянулась, после чего протянула мне трубку. — Будешь?

— Давай, — я подошел, взял из ее рук мундштук, глубоко затянулся и закрыл глаза.

Да, в кальяне определённо был не только табак. Корпоратка вообще любила закинуться чем-нибудь, или покурить. Я этой любви не разделял, потому что предпочитал сохранять трезвый рассудок, когда это было возможно. Так что моими пороками оставались только алкоголь и вейп. Ну еще убийства, похищения, насилие, случайные связи и прочее. Всего не пересчитаешь.

Выпустив в потолок струю дыма, я вернул ей трубку, после чего взял со стола чашку и сделал хороший глоток. Чай был вкусный и настоящий, где-то в Азии до сих пор оставались места, где его выращивали. По слухам труд на этих плантациях был едва ли не рабским, но мне наплевать.

— Это Лина, — представила свою подругу Ната. — Мы вместе работаем.

— Женя, — ответил я.

— Молодой, — проговорила Ната и громко рассмеялась. — Я тебе рассказывала о нем.

Она явно была под чем-то, ее поведение подтверждало то, что в кальяне у них явно не чистый табак.

— А ты наемник, да? — спросила Лина.

— Нет, — я покачал головой и улыбнулся. — Я скромный работник колл-центра. Работаю в «Ростелекоме», как и вы обе.

— Я ни разу тебя там не видела, — сказала она. — Как же так?

— А зачем менеджерам высшего звена видеть нас, плебеев?

Я достал из кармана вейп и затянулся. Нет, это гораздо лучше кальяна. И голова так не болит, как после этой большой ароматной арабской штуки.

— Она все знает, Женя, — сказала Ната. — Я ей все рассказала.

Я подтащил стул, поставил его спинкой к столу и уселся верхом, сложив руки. Видеть кибернетические предплечья по-прежнему было непривычно.

— Значит, наемник, — проговорила Лина и пьяно рассмеялась. — Ну и чем ты занимаешься?

Черт, да они обдолбались в хлам. Знал бы я, что так будет, вообще не приезжал бы, остался бы у себя дома. Или у Ника.

— Корпоративный шпионаж, — принялся перечислять я. — Заказные убийства. Кражи, грабежи, налеты на конвои. Похищения, торговля наркотиками. Да всем, за что готовы заплатить.

— Вот как? — спросила она. — И какое же у тебя было последнее дело?

— Запугать одного из коллег Наты, — честно признался я. — Она же мне это и заказала.

— Это Вовика что ли? — Лина захохотала. — Жаль, никто не снял этого на видео, уж я бы с удовольствием посмотрела.

— Он, кстати, прислал ко мне своих парней. Один из них был даже с пушкой.

— Вот как? И что же ты с ними сделал? — спросила Ната.

— Разбил эту пушку о голову одного из них, — я пожал плечами.

Лина вдруг замолчала и серьёзно уставилась на меня, закусив губу. И вдруг сказала:

— Трахни меня.

— Чего? — спросил я. — Я так-то парень Наты.

— Она не будет против, — тут же сказала Лина.

— Конечно буду! — сказала будто мгновенно протрезвевшая Ната.

— Ну Наташ… — протянула Лина. — Ну когда я еще потрахаюсь с наемником?

— Так съезди в любой андер и сними так кого-нибудь! — возмущенно проговорила моя подруга.

— Ну это-то уже проверенный! — возразила ей Лина.

— Нет! — сказала она и вдруг хихикнула. — Хотя. Это может быть интересно!

Она сделала длинную затяжку, подошла ко мне и поцеловала, выпуская в рот дым из кальяна. Пришлось вдохнуть, но от этого у меня закружилась голова.

— Пошли, — схватила она меня за руку и потащила в сторону спальни.

— А меня кто-нибудь спросит?

Лина не была похожа на Нату, она высокая блондинка. Уж не знаю какого цвета у нее были глаза, ведь радужка оптики может быть абсолютно любого. Еще она обладала длинными, как говорят в народе, «от ушей» ногами, большой грудью, размера четвертого, и крепкими бёдрами. В любой другой ситуации я бы трахнул ее, не задумываясь. Но сейчас…

— Нет! — заткнула меня Ната. — Пошли.

— Бля, — сказал я. — Я вам так-то не вибратор.

Девушка вдруг остановилась и посмотрела мне в глаза.

— Конечно, ты не вибратор, — сказала она. — Ты лучше.

Спальня, в которую мы пришли, была хорошо мне знакома. Она достаточно большая, и площадью сопоставима с квартирой, которую я снимаю. Кровать тут просто огромная, на ней могли бы разместиться не то, что двое, а три человека. Впрочем, кажется, именно этим они и собирались заняться.

Лина расстегнула юбку и осталась в одних кружевных трусиках-стрингах. Ната стащила с себя домашние шортики вместе с трусиками, завалилась на кровать и отползла к противоположному ее концу. Оперлась о стену и уставилась на нас.

— То есть, ты смотреть будешь? — спросил я, высоко подняв одну бровь.

— Конечно, — сказала она. — Не каждый день увидишь, как твой парень трахает твою лучшую подругу.

— Это ловушка, — нахмурился я. — Я уже поднаторел в распознавании ловушек и все мое чутье говорит, чтобы я этого не делал. Это какая-то женская проверка на верность?

— Нет никакой проверки, я всего лишь хочу посмотреть на вас и немного подрочить, — ответила она.

— Заткнись уже, — сказала Лина, и расстегнула ремень на моих брюках, стащила их с меня. Улеглась на кровать, стянула с себя трусики. — Заткнись и трахай меня.

И от этого у меня естественно встал. Я здоровый мужик с естественными потребностями, кто бы не возбудился в такой ситуации?

— Держи, — Ната кинула мне большой тюбик смазки от «Мироллы».

Я поймал его, спасибо ускорителю рефлексов, выдавил смазку себе на член, двумя движениями растер лубрикант по нему, подошёл ближе и принялся водить своим хозяйством по ее клитору.

— Да не играйся ты со мной, а еби! — уже закричала Лина.

И тогда я вошёл в нее и принялся двигаться, постепенно набирая темп. У нее во влагалище оказалось необычно узко, неужели делала вагинопластику? Впрочем, зная пиджаков, я уже ничему не удивлюсь.

— А ты не врала, — сквозь стоны проговорила Лина. — Член у него действительно большой. Свой? Или это «Мистер Банан»?

— Ты думаешь, я бы имплант от настоящего не отличила? — рассмеялась моя девушка.

— Ну да, ты та еще шлюха, много хуев перепробовала, — ответила ей Лина.

Я не вмешивался в их разговор, только сосредоточенно работал тазом. Если уж твоя женщина заставила тебя удовлетворить свою подругу, то тут подкачать никак нельзя. Придется стараться, никуда не денешься.

Ната действительно раскинула в стороны ноги и принялась водить пальцем себе по промежности. А потом облизнула их и принялась теребить. Она, что, не шутила?

Я решил не отставать, прижал большим пальцем пальцем клитор Лины, и стал делать им круговые движения. Тело девушки тут же напряглось, я продолжил двигаться, одновременно лаская ее, а потом она не просто застонала, а завизжала, кончая.

Подозрительно быстро, кстати говоря. То, что у Наты стоит «игра», я знал, но неужели она есть и у Лины?

Я продолжал драть ее, а она двигала тазом мне навстречу, она уже не стонала, а тонко выла на одной ноте, но я взял темп и не собирался его сбавлять. В таком темпе я мог трахаться сколько угодно долго, даже без резинки. Честно говоря, я уже не помню, когда в последний раз занимался сексом в презервативе, разве что в подростковом возрасте. Сейчас, когда все заболевания, передающиеся половым путем, включая ВИЧ и гепатит? Научились вполне успешно лечить, бояться оставалось только незапланированной беременности. Ната принимала колеса, уверен, что ее подруга тоже. В крайнем случае, можно будет купить что-то для экстренной контрацепции.

Минут через пять Лина вновь заорала, да так, что, наверное, подняла на уши всех соседей. Она кончила во второй раз. Ната выгнулась и застонала одновременно с ней. Она определённо проигрывает своей подруге. Наверное, дело в том, что я не участвую в процессе.

Я схватился руками за бедра девушки, так, что от них наверняка останутся синяки, она закричала уже не только от удовольствия, но и от боли. Еще бы, я не до конца научился контролировать свои новые киборгизированные руки, так что допускаю, что вцепился в нее слишком крепко. И уже не двигался сам, а только натягивал ее на свой член, раз за разом, погружаясь все глубже и глубже, засаживая ей по самые яйца.

— Сзади хочу! — крикнула она.

Решив, что в этот раз желание женщины для меня закон, я вышел из нее, перевернул, встал на кровать коленями, чтобы оказаться примерно на одной высоте, и снова вошел. Ната, продолжавшая яростно мастурбировать, теперь оказалась прямо перед лицом своей подруги. Ну, вернее, ее промежность оказалась там. И тогда я слегка наклонил Лину, чтобы она могла доставить удовольствие и моей девушке.

— Стой! — крикнула она, повернула ко мне голову. — Ты что делаешь?

— Ну, я…

— Мы не лесбухи и лизать друг другу не будем, понял? — она вдруг усмехнулась. — Придержи свои фантазии!

— Понял, принял, обработал, — пожал я плечами.

— Раз понял, то продолжай! Ну!

И я продолжил. Схватился за ее ягодицы, ущипнул, а потом шлепнул. Не что было сил, с моими новыми руками это могло закончится плачевно, но красный след от моей ладони на ее попке все равно остался. Она тонко взвизгнула и вдруг попыталась вывернуться, но я не дал ей его, и принялся драть, но уже сзади. Сок стекал по ее ногам, и на постельном белье уже образовалось влажное пятно.

Скоро она кончила два раза подряд, визжа, что было сил, но я на этом останавливаться я не собирался. Обычно, когда я беру девушку сзади, то кончаю достаточно быстро, но сейчас я работал как заведенный, и даже еще не был близок.

Навык эротического искусства повышен на 1.

Приятный бонус. Хорошо, когда твои усилия ценят.

— Все, я больше не могу! — вдруг простонала Лина. — Я вся обкончалась уже! Ты вообще собираешься заканчивать?

Впрочем я в этом вопросе не нуждался, потому что двинулся еще несколько раз и стал кончать. Мощно, так, что даже запульсировало в ушах, прямо в Лину, даже не пытаясь вынуть свой член. Плевать, что там будет.

А потом я толкнул ее от себя, и она завалилась на кровать. Перевернулась, дотронулась до промежности, собрала немного моей спермы и сунула палец в рот.

— Горькая, — сказала она. — Сразу видно, ЗОЖ — это не про тебя. Ты бы хоть ананасы ел бы что ли.

— Да я его только на картинках видел, этот ананас, — проворчал я, уселся на кровать, а потом и лег так, что моя голова оказалась у Наты между ног.

Подо мной было влажное пятно, еще одно расплывалось под Линой, из нее вытекало мое семя. Придется кому-то заказывать клининг.

— У тебя, что, «игра» стоит? — спросил я.

— А ты думал, — ответила за нее Ната. — В нашем отделе из тринадцати девчонок только у двух ее нет. Но одна из них лесбиянка, а вторая замужем, с двумя детьми, и ей муж не разрешает.

Она наклонилась над прикроватной тумбой, открыла ее и достала бутылку текилы. Приложилась сама, передала Лине. Та сделала глоток, а потом отдала бутылку и мне.

— Да вашу ж мать, — проговорил я, качая головой, и выпил этой мексиканской водки. Крепкая аж слезу выбила. — Вы и любовь сделали насквозь синтетической.

— О какой любви ты говоришь? — спросила Лина. — Это просто трах, и все, ничего больше.

— Ничего больше? — я повернулся к Нате. — А у нас с тобой тоже ничего больше?

— Можно я не буду отвечать на этот вопрос? Если не заставишь, я сделаю тебе лучший минет в твоей жизни.

— А я присоединюсь, — ухмыльнулась Лина и ткнула локтем мне в бедро.

От этих слов у меня снова встал. Хотя, честно скажем, у кого не встал бы? Ната это заметила, потянулась.

— Давай теперь меня? — предложила она, сделала еще глоток из бутылки и провела языком по губам, слизывая остатки текилы. — А она пускай посмотрит…

Глава 3

Выспаться мне в итоге не дали. Не знаю, что там девушки курили, но это их сильно завело, и мы протрахались весь остаток вечера и ночи. По очереди, с короткими перерывами. Короче говоря, затрахался я в край, причём в самом буквальном смысле. Но не скажу, что не понравилось.

Правда, когда сексуальный угар спал, я понял, что любви между мной и Натой никакой нет. Потому что человек, который любит, не стал бы позволять любимому ебать свою подругу. А я, с другой стороны, не должен был этого делать. Странно как-то получилось, у меня и не было никогда постоянной девушки, только случайные связи, а когда появилась, вышло так, что нас ничего кроме постели не объединяет.

Проснулся я, когда Ната уже уехала на работу, сходил в душ, позавтракал. Она, естественно, не готовила сама, хотя в квартире была роскошная кухня. Еду привозили из ресторана по соседству, и качеством и вкусом она сильно отличалась от готовых обедов из супермаркета. Теперь корпоратка стала заказывать в два раза больше порций, потому что на двоих.

Оделся, вышел из квартиры, заперев за собой дверь, спустился на подземную парковку, позевывывая, уселся за руль. Глаза красные, борода взъерошена, волосы мокрые, что, впрочем, не беда на такой жаре. Вздохнул, открыл бардачок, вытащил из него ингалятор, вставил в рот, зажал зубами, вздохнул.

Сердце заколотилось, тупняк отступил. Да, это крайняя мера, и пользоваться ей так просто нельзя, лучше бы я просто заехал в магазин и взял себе банку энергетика. Но кто сказал, что мое постоянное желание пить энергетики — не зависимость?

А мне нужно было через час быть на месте, а до него еще ехать. Причем по пробкам, в которых стоят новомосковские работяги, все, как и я, злые и невыспавшиеся. Вот такие вот дела.

Подъехав к клубу, я понял, почему его называли «Иглой». С наркотиками это не было связано никак, просто здание оказалось построено в старом стиле, наверное не то, что двадцатого, а девятнадцатого века, с высоким и тонким шпилем башни. Кому пришло в голову строить в чисто утилитарном городе такое? Нет, красиво, конечно, спорить не буду, да и у богатых свои причуды.

Но здание, очевидно, не принадлежало своему первому владельцу, уж тот-то с его тягой к красоте точно не стал бы открывать в ней клуб. Я припарковался в подворотне, отметив, что рядом стоит машина Чеха, вышел, поставил тачку на сигнализацию и двинулся ко входу.

За первыми дверьми стоял совсем молодой парень с шокером на поясе. Увидев меня, он поднял руку и шагнул навстречу.

— Клуб закрыт, парень, — сказал он.

— Мне назначено, — ответил я. — Я с Чехом.

— Молодой? — спросил охранник.

— Точно, — кивнул я.

— Тогда проходи, — он сдвинулся в сторону, пропуская меня, и я прошел дальше, миновав вторые двери.

Помещение оказалось просторным, но не настолько, как клуб наемников, где я познакомился с Натой. И уж точно меньше, чем тот, куда я ходил по заданию. Но здесь было все необходимое: танцпол, барная стойка, столики по краям зала для тех, кто хочет уединиться, диджейский пульт и даже небольшая сцена с кое-какой аппаратурой.

По танцполу ползали роботы-полотеры, за стойкой никого не было. Клуб закрыт. Ну да, а с чего бы ему работать в девять утра?

Я набрал Чеха, ответил он через пару секунд.

— Я в клубе, — сказал я. — Куда дальше?

— Проходи за сцену и поднимался наверх. Там винтовая лестница будет, не пропустишь. Третий этаж.

И сбросил звонок. Я двинулся к сцене, вскарабкался на нее, и пошел за кулисы. За одной из дверей действительно оказалась винтовая лестница. Нет, только подумайте, я такой за всю жизнь ни разу не видел, и даже не думал, что увижу. Только в книжках читал.

Подниматься по винтовой лестнице оказалось сложнее, чем мне думалось, тем более, что тут не было даже намека на перила, да и ступеньки оказались разной высоты. Падение грозит мне тем, что я скачусь вниз и сломаю себе шею. Это будет позорное завершение карьеры наемника, да и что мне тогда скажет мать?

Чех встретил меня наверху, к моему удивлению он курил сигару. Просто и вульгарно, не сидя в кресле, и не смакуя ее вместе с бокалом хорошего виски или коньяка, а стоя и выпуская дым кольцами. Я ни разу не видел его курящим, и это меня удивило.

— Ты чего такой помятый? — спросил он.

— Не выспался, — ответил я, и глубоко зевнул. Потер лицо ладонью.

Проблема-то была в том, что мы еще и текилу хлестали в перерывах между сексом. Голова, вроде, не гудела, но какой-то тупняк все равно накрывает. Ладно хоть мне ума хватило не курить весь вечер, когда пьешь и куришь одновременно, потом еще хуже становится.

— Ната? — спросил он.

— И ее лучшая подруга.

— Одновременно что ли? — ухмыльнувшись, спросил наемник.

— Нет, блин, по очереди, — ответил я и глубоко вздохнул. — Надеюсь, что она не начнет всех из своего отдела к нам в постель таскать. Этого только не хватало.

— И чего, всю ночь?

— Весь вечер и всю ночь. Соскучились. Меня же три недели дома не было.

— Когда-нибудь это тебя убьёт, — Чех качнул головой, вдруг став серьезным.

— Секс? — спросил я. — Что-то я не слышал, чтобы молодые мужики вроде меня умирали от сердца. Да еще и с биомониторами установленными.

— Не секс, — качнул он головой. — Ната. Она высосет из тебя все соки, а потом прикончит. Не своими руками, и даже заказывать тебя никому не будет, но в итоге ты умрешь. Я таких знаю, сам понимаешь.

— Слушай, давай я сам разберусь, а? — попросил я. — Это моя девчонка, мое дело. Да я поверь, я сегодня убедился, что никакой любви между нами нет. Кто бы стал смотреть, как любимый человек ебет твою подругу и дрочить?

— Упадок нравов, — усмехнулся Чех. — Среди корпоратов оргии — обычное дело. Они же как змеи в банках, интригуют против друг друга и одновременно ебутся между собой. Террариум.

Я знал, что наемник ненавидит корпоратов, но кто их любит-то? Чванство, жестокость, привычка не считаться с чужими интересами. Стоит тебе начать какое-нибудь дело, как тут же появится парень или девчонка в пиджаке, и потребует долю. И хорошо, если эта доля не будет составлять сто процентов.

Я и сам относился к ним с презрением и даже некоторой брезгливостью. Но Чех не любил пиджаков как-то по-особенному. Может быть, причиной этому была жалость, возможно, что-то в его прошлом, о чем он до сих пор мне не рассказал.

— Главное — не влюбись, — сказал Чех. — В девку, с которой у тебя охуенный секс, легко влюбиться. Но как только это произойдёт, тебе пиздец, понимаешь?

— Понимаю, — кивнул я. — Ну и зачем ты меня вытащил?

— Пошли, — наемник повернулся, толкнул дверь, и мы вошли в кабинет.

Он оказался роскошным.

Когда я говорю роскошь, я подразумеваю что тут была куча вещей, явно вытащенных из Старой Москвы. Такому кабинету даже Легион бы позавидовал. Тяжелый лакированный стол из настоящего дерева, а не дешевого композита, журнальный столик явно ручной работы, два кресла, как мне показалось, обтянутых натуральной кожей. Да, оптика с высоким разрешением подмечала места, которые подверглись реставрации, но это ведь делает мебель только дороже, верно?

Книжные полки, забитые затертыми корешками, и это сейчас, когда все в электронке и бумажная книга считается раритетом и уделом старых архивариусов, а все архивы давно переведены в электронный формат, а любое произведение от справочника до классики русской литературы можно купить на в интернете.

Нет, было тут и кое-что современное. На столе, например, стояла консоль от «IRU», самая современная модель. А рядом хьюмидор, большой, где-то на сотню сигар. Сигары были дефицитом, но не слишком большим, с Латинской Америкой у нас были традиционно хорошие отношения, пусть эти земли и оказались самым ядром конфликта между США, Россией и Бразилией. Там даже несколько ядерных боеголовок сбросили, еще давно, году так в тридцать пятом.

Но Куба сохранила свою независимость, и поставляла нам сигары и ром в обмен на сложную технику, автомобили и медицинское обслуживание для их нестареющих лидеров.

— Значит, это ты — Молодой? — спросил мужчина, сидевший в огромном кресле за столом. Кресла для гостей были куда меньше и скромнее.

Одет он был в самый обычный серый свитер, и похоже, что он был из настоящей шерсти. Вроде бы скромно, но одновременно и роскошно. До этого я не знал ни одного человека, который носил бы такую одежду, все предпочитали гораздо более ноские и практичные синтетические материалы. Теперь я задумался о том, что человеком воссоздавшим здание девятнадцатого века, мог оказаться и он.

— Да, — кивнул я.

— Ну а меня можешь звать Фанатом.

Фанат, Фанат… Да даже я о нем слышал! Когда-то это был наемник, который очень лихо ураганил еще лет двадцать назад. Потом отошел от дел и стал решалой. Один из немногих наймитов, кому удалось оказаться в списке легенд, и при этом остаться в живых.

Однако. И если с этим решалой Чех работал давно, и даже не считал его кем-то из высшей лиги… То кто же тогда в ней состоит?

— Сигару? — спросил у меня Фанат.

— Можно, — кивнул я.

Решала вытащил из хьюмидора сигару, ножницами обрезал кончик, после чего протянул ее мне. Я подошел ближе, взял этот фаллический символ в рот, и он поднес мне спичку. Спичку, надо же подумать! Я вообще не знал, что их делают, кому они нужны в век пьезозажигалок с турбонаддувом и прочих свистоперделок? А плиты, так и вообще все давно электрические.

Раскурив сигару, я вернулся в свое кресло, набрал в рот густого крепкого дыма, прополоскал им его и выдохнул. Черт, а это вкусно! Гораздо вкуснее, чем вейп. Одна только проблема, пахнуть потом будет, а пар ничем не пахнет.

— Выпьешь? — спросил Фанат.

— Можно, — кивнул я.

Чех, не спрашивая разрешения, плеснул чего-то в высокий бокал на ножке и пододвинул его ко мне. Я принюхался, поболтал напиток в бокале, а потом выпил. Коньяк! Да еще какой, спирта совершенно не чувствуется. Вкусный и ароматный напиток, как раз то, что нужно для того чтобы просмаковать сигару.

— Ну а теперь, когда все приличия соблюдены, к делу, — Фанат откинулся на своем кресле и размял шею. — И так, Молодой, Серега сказал, что ты хорош в деле.

Он назвал его не по позывному, а настоящим именем. Это странно, меня-то он Женей не называет. Интересно, что этих двоих вообще связывает, кроме долгой и плодотворной работы? Причем, Чех выполняет его задания.

— Ну, если Чех так говорит, — пожал я плечами.

— Еще и скромный, это хорошо. Он говорит, что ты спасал ему жизнь. Дважды.

— Было дело, — кивнул я. — Спасал. Но я просто отдавал долг.

— Про долг я тоже слышал. И ты расплатился сполна. Это правильно, люди должны ценить добро и отдавать долги. Короче говоря, все, о чем я слышал, говорит о том, что человек ты надежный. Значит, я могу поручить тебе задание. Опасное и сложное, но очень ответственное.

— Нам с Чехом? — спросил я.

— Нет, — качнул головой Фанат. — Только тебе. Чех будет занят на другой работе. Ты знаешь, как съесть слона, Молодой?

— Я видел слона один раз, в зоопарке, — кивнул я. — Съесть его было бы сложно. Но можно поделить на части: кому-то ноги, кому-то туловище, кому-то голову, кому-то хобот. И тогда даже этого здоровяка можно сожрать.

— Именно, — согласился решала. — У нас есть такой слон. И чтобы его съесть, нам понадобится множество людей. Ты один съешь только малую часть этого слона, остальные откусят еще и кусочку, и постепенно он окажется съеден.

— Пока я не знаю, что именно это за слон…

— Узнаешь, — Фанат улыбнулся. — Обязательно узнаешь, но пока я посвящать тебя в эти дела не буду. Первое задание, опасное и ответственное, но это проверка. Извини, Молодой, но я с тобой пока что не работал.

Значит, проверка. Это нормально, Фанат действительно если что-то и знал, то только от Чеха, причем, без деталей. Это Кастет мог не проверять меня, но он решала совсем другой лиги, и связываться со мной ему пока что нет резона, на него ведь и без того куча наемников работает.

Ну что ж, я твердо решил остаться наемником. Если так, то придется пройти эту проверку.

Я снова наполнил рот сигарным дымом, выдохнул. Сделал еще глоток из бокала.

— Я слушаю, — сказал я. — Что за работа?

— Нужно найти одного человека. Его, а точнее ее, зовут Крисси. Понятное дело, что это не настоящее имя, но такие, как она, не представляются по паспортам. Она хакер, причем, очень хороший. Но ее похитили. И мы даже знаем, кто.

— И кто же?

— «Канюки». Это одна из банд Старой Москвы, они живут за периметром. У этих парней фетиш на крутые тачки, в основном они занимаются тем, что гоняют на прокачанных машинах по территориям за Периметром, и таскают оттуда всякое на продажу. Ты ведь сам знаешь, это настоящий Клондайк, куда там золотым городам майя.

Что такое золотые города майя, я не понял. Но мне до этого дела не было, я и так знал, о чем он говорит.

— У них есть база в Старой Москве, там они живут, там ремонтируют машины и складируют всякое барахло на продажу. И это всех устраивает. Но иногда они лезут и в наши дела, работают на кого-нибудь из решал. Парни крепкие, и крови не боятся. Вот и сейчас кто-то заказал им похищение Крисси. Кто, я не знаю. Но нужно ее освободить до того, как они передали девчонку заказчикам.

— Понял, — кивнул я. — Пройти за Периметр, добраться до базы «Канюков», освободить девчонку, вывезти в город и передать тебе, так?

— Ко мне ее везти не надо, — поморщился он. — Не нужно это. Отвезешь туда, куда она скажет, я потом сам с ней свяжусь.

— А если ее сопрут еще раз?

— Не сопрут, прятаться она умеет, как никто. И в сети, и в реальной жизни. Сейчас ее застали врасплох, больше такого не случится. Так что, ты согласен?

— Поговорим сперва об оплате. Мне придется одному сунуться на базу какой-то банды, члены которой, судя по тому, что ты о них сказал, крутые парни. Нужно будет идти за Периметр, где, кстати говоря, опасно. Да его даже пересекать опасно. Мне придется вернуться, причем обеспечить и безопасность этой твой Крисси.

— Тридцать тысяч.

— Мало, — качнул я головой и снова набрал в рот сигарного дыма. — Этого мало. Это цена несложной работы в границах города. А если придется сунуться в пустоши…

— А тебе палец в рот не клади, да? — усмехнулся он. — Сорок. Еще десятка сверху, если узнаешь имя нанимателя, который дал им контракт на похищение. Ну и сам понимаешь, у них на базе куча довоенного барахла. Если сумеешь вывезти его, и продать… Все заберешь себе. Там ведь и на сотню тысяч может оказаться вещей.

— А может не оказаться ничего. Пятьдесят. Десять сверху, если узнаю имя нанимателя.

— Мне нравится этот парень! — заявил Фанат, хлопнув в ладоши. — Чех, где ты отрыл это юное дарование? А, может быть, он просто не знает, что с такими, как я лучше вообще не торговаться? Он не твой внебрачный сын, ты ведь в первый раз себя так же вел? Хотя по возрасту никак не подходит, да…

— Вот такой уж человек, этот Молодой, — наемник с виноватым видом развел руками.

— Я просто хорошо умею считать, — ответил я. — Если уж есть кусок слона, то нужно набить желудок как можно плотнее. Чтобы тебе досталось побольше мяса, чем остальным. Тем более, что самые вкусные части все равно получит кто-то другой.

— Тут ты прав, — Фанат вздохнул. — Хорошо, пятьдесят и десятка сверху, если узнаешь нанимателя. Хотя бы имя решалы, с ним я уже сам поговорю. По рукам?

— По рукам, — кивнул я и залпом допил остатки коньяка.

От сигары оставался еще значительный кусок, выбрасывать его было бы жалко. Я решил забрать ее с собой. Докурю еще, если что. Вкусно же, чего добру пропадать.

— Тебе понадобятся инструменты, — сказал Чех, и секунду спустя у меня перед глазами появилось уведомление о входящем сообщении. — Поедешь по адресу, назовешь пароль. Тебя там уже знают, так что все, что нужно, продадут. А потом — вперед.

— Увидимся, — сказал я, вставая с кресла.

Глава 4

Адрес, который дал наемник, привел меня к небольшой автомастерской неподалеку от клиники Ника. Похоже, что и сам Чех жил где-то рядом, иначе почему бы люди, снабжающие его оружием, и рвач, обслуживающий его, оказались совсем рядом. Впрочем, этого я наверняка не знал, как и понятия не имел, живет ли он один, или у него есть, скажем, семья. В гости-то он меня не приглашал и вряд ли когда-нибудь это сделает.

Я припарковал машину на обочине дороге напротив этого гаража, вышел, поставил ее на сигнализацию и перебежал на другую сторону. Вроде и смотрел по сторонам, но все равно меня чуть не сбили: какой-то урод гнал на сумасшедшей скорости. Впрочем причина такой спешки была ясна, за ним проследовали сразу три полицейские машины. Видимо, грабанули что-то.

Автомастерская была небольшой, всего на четыре гаражные двери, да и вся обшарпанная снаружи, где-то не хватало кусков штукатурки, почти везде облупилась краска, да и вообще не похоже, чтобы за зданием особо следили.

Я двинулся к небольшой двери сбоку, и позвонил в видеофон. Где вы вообще видели, чтобы в автомастерских стояли видеофоны? Зачем они нужны, если это только усложнит доступ для посетителей? Но, видимо, эта мастерская была исключительно для своих. Или она — всего лишь прикрытие для людей, торгующих оружием. Способ отмывать незаконный доход.

— Кто такой? — спросил искаженный динамиком голос.

Современные динамики и микрофоны практически не давали искажений, но здесь это, скорее всего, сделано специально, чтобы нельзя было никого идентифицировать. Вполне разумно.

— Я от Чеха, — ответил я.

— Пароль?

— Наряд.

Звонок запищал, и я потянул на себя дверь. Вошел внутрь, осмотрелся. Да, на вид эта мастерская не отличалась ничем от других: тут были гидравлические подъемники, стойки с инструментами, эндоскопы, компьютеры для диагностики двигателей. На двух из подъемников даже машины есть, над открытым капотом еще одной ковырялись двое молодых парней в спецовках. Похоже, что я все-таки был не прав.

Навстречу мне вышел еще один парень, почти мальчик, с едва пробивающимися над верхней губой усиками. Одет он был, как и остальные, в спецовку, кое-где заляпанную маслом. Как раз такой промасленной тряпкой он протирал ладони.

— Молодой? — спросил он, протягивая руку.

Голос у него оказался совсем тонким. Сколько ему лет-то? Пятнадцать? И уже работает здесь, в мастерской? Однако…

— Точно, — кивнул я и пожал его ладонь. Рукопожатие у него оказалось крепкое, но передавить мои «руки-базуки» он бы все равно не сумел. Думаю, ни у кого этого не вышло бы.

— Я — Василь. Пошли, — он развернулся и мотнул головой в сторону одной из смотровых ям.

— Даже не спросишь, зачем я пришел?

— Ваш брат приходит сюда только за одним. И у нас есть то, что тебе нужно. Вопросов мы не задаем, это не принято. Да ты и не ответишь, я подозреваю.

— Правильно подозреваешь.

Мы спустились в смотровую яму, достаточно просторную, что в ней смогли бы разместиться даже не два, а три человека, и парнишка приложил ладонь к какой-то панели, вмонтированной в стену. Кусок бетона тут же отъехал вниз, и это оказалась вовсе не стена, а скрытая дверь. Впрочем, интерфейс уже отметил несоответствие цветов.

На самом деле такая маскировка белыми нитками шита, и больше от случайных людей, чем от тех, кто придет сюда с настоящим обыском. От тех лучше действует другое. Деньги. Так что доля в полицию наверняка исправно засылается.

За стеной оказался большой зал с оружейными шкафами и витринами. Что-то похожее я видел, когда ездил покупать легальный пистолет, но местные игрушки были гораздо более смертоносными. Хотя бы потому, что тут было оружие с автоматическим режимом, строго настрого запрещенным в гражданском обороте.

— Все стволы чистые, — сказал парень. — Номера спилены, если вовремя сбросишь, никто тебя по ним не найдет. Только не забывай отпечатки тереть… Хотя… У тебя ведь не свои руки теперь, можешь вообще забить.

— Я пройдусь, посмотрю? — спросил я.

— Конечно, — кивнул он. — Выбирай, что надо, я назову цену. Кстати, для тебя она будет ниже, чем для остальных. Чех нам в свое время неплохо помог, так что для его друзей у нас самые лучшие предложения.

Приятно. Надо будет как-нибудь расспросить наемника, чем именно он умудрился помочь оружейным барыгам. Если расскажет, конечно. Хотя, наверное, скажет, все-таки определенного уровня доверия мы достигли.

Пистолеты были выложены в большую витрину, магазины лежали отдельно. Здесь были как тяжелые увесистые «Грачи», так и гораздо более компактные ПЛК. Имелось даже несколько ТТ и «Макаровых», хотя я не представляю, кому они вообще нужны.

— Почем? — спросил я.

— А зачем тебе это старье? Возьми лучше «Ярыгина», у него хоть патрон нормальный и в магазине их аж восемнадцать.

— Да просто спрашиваю, — ответил я. — Себе не возьму, но неужели берут?

— Как одноразовые игрушки, или для самообороны, — сказал Василь. — На них ценник от сотни до двух, в зависимости от состояния. В базах никаких их нет давно. Так что, если у кого денег нет, то могут и прихватить.

— Понял, — кивнул я.

Поймите меня правильно, я любил оружие. Стрелять я начинал еще с детства, а потом регулярно ходил в тиры, на что тратил немало денег. И сейчас я чувствовал себя, словно маленький ребенок, который попал в магазин, и ему сказали, что он может выбрать себе любую игрушку. Правда, я был немного в другой ситуации, мой бюджет был ограничен двумя-тремя штуками. Тратить больше просто нельзя, остальное — неприкосновенный запас на случай если, например, мы поссоримся с Натой, и она решит выпереть меня обратно на старую квартиру. Ну или если что-то случится, срочно понадобятся бабки, и чтобы не влезать при этом в новые долги.

Пистолеты-пулеметы и автоматы стояли в стойках. Дробовики лежали отдельно, но мимо них я прошел сразу. Для охоты на самую лучшую дичь — двуногую, они подходят плохо. Пусть и если это карабин по типу любой из моделей «Сайги», даже самых новых вроде 12К 2063. Для самообороны в самый раз, дудухает двенадцатый калибр так, что все в штаны наложат, в этом можно даже не сомневаться.

А вот вполне новенький с виду «Витязь» меня заинтересовал. Понятное дело, что ему сто лет в обед, но оружие сделано на базе нестареющей классики, патрон, пусть и пистолетный, но достаточно мощный, а самое главное — чтобы накрутить глушитель, не понадобится никаких специальных боеприпасов. Стандартные и так дозвуковые.

Да, если попадется человек с титановой пластиной в черепе, то ее можно и не пробить. А вот стандартную подкожную броню может и взять, потому что ствол куда длиннее, чем у пистолета, а значит и скорость пули выше.

— Посмотрю? — повернулся я к Василю.

— Бери, — кивнул он.

Я взял ствол из-за стойки, отсоединил магазин, аккуратно положив его на стол, дернул затвор, посмотрел в патронник. Пустой. Ну да, кто же будет оружие заряженным хранить. Всухую щелкнул курком, приложился, прицелился. Нормально, ухватистый. Уж лучше «Кедра», который мне дал Чех, когда мы шли в Раменское, это точно.

Сложил приклад, снова попытался прицелиться, но было уже сложнее. Я из такого стрелял на самом деле, нормально. Ну не из конкретно такого, а более современного, который назывался «Варяг», и был выпущен в две тысячи сороковом для нужд полиции и инкассаторов.

— Подкожную броню берет? — спросил я.

— Когда как, — ответил парень. — Если вблизи, то да, а если издалека, рикошетит, бывает. Но чаще да, чем нет. Если с кем-то таким воевать собрался, лучше нормального «калаша» возьми, их у нас много.

Их действительно было много, как «двенадцатых» и «шестнадцатых», так и более новых моделей от небезызвестного концерна. Имелись и старые, мастодонты, но почти все переделанные, деревянных цевьев и прикладов не видно.

— Не, — покачал я головой. — Этот возьму. Почем?

— Пятьсот. Магазины по двадцатке. Патроны за пачку по пятерке, в каждой по двадцать штук. Нормальные, не со складов, если что, и не самокрут. Так что осечек и перекосов не будет.

— Банка есть под него?

— Сто пятьдесят. Если будешь брать, поставлю сразу. Прицелы, цевья, рукоятки, затыльники на приклады, все есть, если что.

— Ствол одноразовый, денег жалко, — покачал я головой. — А вот свой бы прокачал с удовольствием. Но у меня легальный.

— А нам-то какая разница? — усмехнулся Василь. — Приезжай, привози ствол, все сделаем. И дешевле, чем у официалов, это уж точно. Только с банкой, сам понимаешь, кататься будет нельзя. Это по документам она модератор звука и купить ее можно, а если легавые с ней поймают, то сожрут с потрохами.

— Давай тогда ствол этот, банку к нему, четыре магазина, подсумки нужны еще… Ярыгин почем?

— Двести пятьдесят, магазины по десятке, кобуру так дам. Подсумки по двадцать пять, но сразу говорю, дерьмо одноразовое.

— Ярыгина еще, два магазина в запас и… Девять пачек патронов, чтобы на все про все хватало. Гранаты есть? Желательно нелетальные.

— Только осколочные.

— Не подойдут. Тачку у вас взять можно?

— Это не со мной тереть нужно, с Татом. Поднимись, он сейчас в моторе ковыряется спроси. Там диванчик есть, холодильник с пивом, можешь взять, подождать, пока я все сделаю. Только расчет у нас за пушки сразу.

— Так, шесть сотен, плюс полторы…

— Тысяча сто семьдесят, — сказал Василь, прервав мои подсчеты. — Наличные есть у тебя?

— Есть, — кивнул я.

Часть денег, примерно три тысячи рублей, я таскал наличными. Некрупными поюзанными купюрами, которыми в случае чего можно было расплатиться, не палясь. Вот на тот случай, как сейчас. Так что, достав из внутреннего кармана куртки бумажник, я отсчитал нужную сумму и передал ее пацану. Тот, конечно, перечитал их ещё раз, кивнул мне, убрал в карман.

— Я в сумку спортивную все соберу, — сказал он. — Так не спалишься, если что. А пока иди наверх, подожди.

Впрочем, ждать я не собирался, как и пить пиво. Как оно себя поведет на вчерашние дрожжи, да еще и на коньяк, который я выпил с утра… Хрен его знает, лучше не рисковать.

Выбравшись из смотровой ямы, и пошел к двум мужикам, которые по-прежнему ковырялись в движке машины. Подойдя поближе, я увидел, что голова мотора снята, и они делают что-то под ней. Понятия не имею что, опыта в ремонте автомобилей у меня нет почти никакого.

— Тата? — спросил я.

— Я, — сказал один из них, стащил рабочие рукавицы, подхватил промасленную тряпку, вытер ладони и протянул мне правую. — А ты Молодой, так?

— Верно, — ответил я, пожимая ему руку. — Тачка нужна. Что-нибудь неброское, и чего раздолбать не жалко. И недорогое желательно.

— Ты ради одноразовой работы машину покупать собрался? — неожиданно укоризненно спросил у меня Тата. — Не дело это. Тем более, что мы ширпотребом не торгуем. Но помочь я тебе все-таки смогу. Пошли.

Мы двинулись к одному из стендов с инструментами, рабочий достал пластиковую коробку, порылся в ней и вытащил несколько девайсов, похожих на ключи от машин, только побольше. Придирчиво осмотрел все три, пощелкал кнопками, после чего отложил два в сторону, а с третьей повернулся ко мне.

— Три сотни. Эта штука любую ВАЗовскую машину вскроет и заведет, без ключа. И сигналку обойдет. Сел и поехал.

— А чего дешево так? — глянул я на него.

— Так она одноразовая, — ответил Тата и посмотрел на меня, как на дурака. — То есть, одну машину ты вскроешь и поедешь. А чтобы другую открыть, новый девайс придется покупать. У ВАЗовских машин блок безопасности в щитке находится, это левая часть капота, рядом с бардачком. Просто прижимаешь к крылу, нажимаешь на кнопку, и все. Добро пожаловать, куда поедем.

— Давай, — решил я. — Только пару на всякий случай. Мало ли, вдруг я от своей машины ключи потеряю.

На шутку мою он никак не отреагировал, достал из коробки еще одно устройство, щелкнул кнопкой, с сомнением глянул на меня и сказал:

— Две за пять сотен отдам. Еще понадобится, приезжай.

— Без проблем, приеду, — я потянулся к карману, отсчитал пять сотенных бумажек, и отдал их механику.

Тот же передал мне два устройства, которые я сразу же отправил в карман. Лучше, если меня с ними не увидят. Думаю, уж кто-кто, а легавые знают, что это за штука.

Василь скоро вышел из подвала и тут же протянул мне спортивную сумку. Я открыл молнию, уселся, заглянул внутрь. Пистолет-пулемет с банкой и сложенным прикладом, чтобы поместился, пистолет уже в наплечной кобуре, четыре магазина, попарно скрепленных клипсами, еще два к «Ярыгину». И пачки патронов поверх дешевого, с первого взгляда видно, китайского варбелта с подсумками.

Да, все, что я заказывал. Я застегнул сумку, повесил ее на плечо. Раньше она показалась бы мне достаточно тяжелой, но сейчас, с модифицированными руками, я мог тащить такой груз и даже не чувствовать его.

— Спасибо, — сказал я.

— Рады помочь, — ответили они мне.

Я пожал им руки по очереди, и двинулся на выход. Интересно, какой они национальности? С виду не русские точно, хотя черт его знает, как сейчас вообще русские выглядят. И имена странные. Василь — это вроде татарское что-то. А Тата? Это сокращение от Татарин? Нет, вряд ли. Надо будет спросить у Чеха.

Хотя говорят без всякого акцента, тут ничего не скажешь.

Оказавшись на улице, я снова перебежал дорогу, но на этот раз сбить меня никто не пытался. Подошел к машине, снял сигнализацию, бросил сумку на пассажирское сиденье, сам обошел тачку и уселся на водительское. С инструментами разобрались, машину я тоже добуду. Понятное дело, что ездить на ней можно будет только пару часов, пока ее не объявят в розыск, но мне этого времени хватит.

Нужно еще снарядить оружие, но это я буду делать уже в угнанной машине. А свою загоню… Ну, скажем, на ту же парковку, где она стояла, когда я валялся в клинике у Ника.

Но мне ещё предстоит пересечь Периметр, что само по себе может оказаться опасным делом. Сам я это проворачивал всего один раз. Хотя это как раз-таки не проблема, если знать, где искать.

Я вытащил из бардачка машины планшет, включил его и открыл браузер. Только не простой, а специальный, с доступом к даркнету и очень хитроумной системой шифрования. Что бы ты не открывал бы, провайдер будет думать, что ты смотришь порно. Вот так вот, просто и изящно.

Введя пароль к своему аккаунту, я оказался на одном из «черных» сайтов. Здесь сидели наемники, хакеры, решалы, барыги и все люди, причастные к теневой жизни города. Были специальные форумы от банд, были биржи, где торговали разными услугами. Ничего заказывать или покупать я тут не стал бы, потому что всегда есть риск, что кинут, или что это окажется зацепкой от легавых, но единственный товар, который был мне нужен — информация.

Я открыл раздел, который назывался «пластиковые окна». Маскировка так себе, понятное дело, что имелись в виду окна в расписании патрулей, охраняющих Периметр в Старую Москву. Доступ к этому разделу стоил четыре сотни в день, платить надо было с криптокошелька, который у меня, к счастью, имелся. Какое-то время назад я пытался подняться на торгах криптовалютой, потом забил на это дело, но закрывать счет не стал. Вот сейчас он мне и пригодился.

Я подтвердил перевод, и скоро уже углубился в чтение. Тут было все, что нужно: сектора Периметра, и окна, во время которых там не должно находиться патрулей. Координаты базы «Канюков» у меня были, и я выбрал ближайший к ним сектор. На ближайшее окно я не успевал, мне ведь еще нужно угнать машину. Следующее составляло всего пять минут.

Дело не в том, что патруль будет находиться там все остальное время, а в том, что это время, когда их гарантированно не будет на месте. Рассчитывалось оно по украденным расписаниям и с помощью компьютера. Хитрая схема.

А вот через два с половиной часа будет окошко аж в целых пятнадцать минут. И проезд там есть, через подземный туннель. Так что нормально, должен успеть не только миновать Периметр, но и убраться подальше.

Я завел машину и поехал в сторону клиники Ника.

Глава 5

Информация с форума оказалась вполне достоверной. Еще бы, если бы людям за такие бабки липу подсовывали, то парней тех обязательно нашли бы и грохнули уже. Так что Периметр я миновал без особых проблем через подземный туннель, выехал на дорогу, и уже по ней двинул вглубь пустошей. Дорога была хоть и разбитая, но асфальтовая, так что следов я оставить не должен. Это важно, потому что, увидев следы проникновения, патруль обязан доложить, и оставить засаду.

Другое дело, что я не понимал, почему они просто не натыкают везде камер и автоматических пушек. Впрочем, насколько я был в курсе, какое-то время назад они пытались так сделать. Но несколько патрулей попали под огонь собственных турелей, потому что какой-то весельчак взломал и перепрограммировал их, изменив настройки опознавания. С камерами было сложнее, они много где стояли, но тоже не были толком защищены от кибератак. А софт в государственных учреждениях всегда был плох.

Короче, Периметр был дырявым, словно дешевые китайские гондоны. Как по мне, так единственным вариантом надежно запереть его была передача контроля какой-нибудь частной конторе по типу «Группы Феникс». Вот только это стоило бы правительству таких бабок, что и сказать страшно. Да и наверняка частники стали бы не только охранять Старую Москву, но и организованно грабить ее. А еще они вполне могли устроить между собой войну за этот жирный контракт. Сложно это все, политика.

В саму старую Москву мне на этот раз соваться не нужно, логово «Канюков» находилось совсем неподалеку от Периметра, видимо, чтобы проще было выбираться в город, да и от мутантов подальше. Машину я оставил примерно в трех километрах, чтобы не переполошить никого звуком двигателя. Лучше уж пройти полчаса пешком, чем спалиться. А вернуться всегда можно будет.

Базой этой банды оказался небольшой автосервис. Смешное дело, верно, второй раз за сегодня я попадаю в автомастерскую, правда в первой меня приняли вполне радушно, а вот в этой все может быть иначе.

Базу укрепляли, вокруг была навалена стена из остовов машин, переплетенных между собой проволокой, а кое-где и приваренных. Интерфейс подсветил мины-ловушки на подходах, старые МОНки и ОЗМки. Значит, у них был сапер. Вопрос только в том, на кого поставлены эти устаревшие мины, если любая оптика с более-менее хорошим разрешением позволит их заметить?

Оставалось надеяться, что у них нет автоматических пулеметов, потому что турель мне не вырубить никак. Гранат у меня нет, а из моего автомата по ней стрелять — просто тратить патроны. Девять на девятнадцать даже внешнюю броню не пробьет, чего уж говорить о внутренней, за которой спрятаны нежные электронные потроха.

Из здания доносились рычание генератора, и визги болгарки, периодически сменяющиеся стучанием молотка. Оставалось надеяться, что эта какофония скроет звуки выстрелов. Да должна, их и так не особо слышно будет, все-таки банка на автоматике у меня стоит.

Я надел на себя уорбелт и кобуру еще в машине, а автомат повесил за спину. И сейчас прятался в кустах неподалеку от стены. Нужно было идти внутрь, но соваться через основные ворота было самоубийством. Совсем другое дело — попробовать пройти через стену. Только вот как, она хоть и не очень высокая, но по ней особо не вскарабкаешься.

Но пробовать все равно надо, иначе никак. Я внимательно осмотрел поле, отметил оптикой все мины, которые подсветил интерфейс. Впрочем, вся дистанция до забора выглядела как пестрое лоскутное одеяло, потому что были подсвечены и зоны поражения, и места, куда наступать не нужно.

Ладно, пора идти. Глубоко вздохнув, я побежал, наступая исключительно на места, помеченные интерфейсом зелёным цветом. Умом я уже был готов к тому, что мне оторвет жопу, но сердцем принять это не мог. Остановился только у самой стены, обернулся и посмотрел на собственные следы в пыли. Пробежал-то всего ничего, а так устал, что аж вспотел.

Ну а теперь дальше. Карабкаться через заграждение? Так порежусь обязательно или ноги переломаю, когда падать буду, хотя сил, конечно, хватит. А что если…

Машины, разумеется, были не из металла, кузовы даже до войны делали из легкого и прочного стекловолокна. Так что я схватил крыло и одним движением оторвал его. Нашумел, конечно, замер, прислушиваясь, но в тональностях звуков, доносящихся с базы «Канюков», ничего не изменилось. Все так же стучал молоток, и так же визжала болгарка.

Впившись двумя руками в силовой элемент, оказавшийся за крылом, я отогнул его вверх. Как я и предполагал, двигателя под капотом не было, а это значит, что я смогу там протиснуться. Хрен бы у меня это получилось, если бы не «руки-базуки», но так несколькими резкими рывками я сумел проделать себе проход.

Сложил приклад автомата, и полез внутрь. Было тесно, воняло ржавчиной и плесенью, и я ощущал себя, словно крыса в норе. К тому же имелось понимание, что в случае чего обратно вылезти я просто не сумею. Застряну.

Оказавшись под капотом, я первым делом чуть отогнул силовой элемент и ударом кулака выбил кусок противоположного крыла, впуская внутрь воздух и свет. Теперь, по крайней мере, не задохнусь, и смогу осмотреться.

Выглянул наружу, насколько это позволяло проделанное мной окошко. Отсюда было видно только стену здания автосервиса. Облупившуюся, но все еще крепкую. Интересно, они его отапливают, и отапливают ли вообще? Может быть, они здесь только летом?

Схватившись ладонями за за силовой элемент, я толкнул его вверх, сминая старый ржавый металл. Это только обшивка была из стекловолокна, все силовые, понятное дело, были из стали. Некоторые машины сейчас вообще делали как багги: варили каркас из труб, уголков и балок, сверху крепили наружные элементы, и получалось что угодно: от семейного минивэна, до пафосного спорткара. Думаю, сорок лет назад технологии особо не отличались.

Решив, что я расширил дыру настолько, чтобы через нее можно было вылезти, я двумя ударами выбил крыло, и пополз. И естественно застрял.

Блядь. Этого только не хватало.

Дыхание тут же перехватило от острого приступа клаустрофобии. Захотелось закричать, позвать на помощь, хоть я и понимал, что делать этого категорически нельзя. Может быть, позвонить кому-то, тому же Чеху, сказать, что я попал в беду, и он приедет, поможет?

Да черта с два, я и сам наемник, мне доверили ответственное задание за неплохие бабки, а я тут буду о помощи выть, словно обосравшийся младенец!

Злость придала мне сил, я извернулся, обдирая кожу, уперся локтями в дно, а ладонями в балку, под которой застрял, и изо всех надавил. Раздался протяжный скрип, и дышать сразу же стало легче. Изворачиваясь, как червяк, я вывалился на землю, и тут же перекатился за ближайшее укрытие: большую катушку кабеля. Похоже, что ее использовали, чтобы вставать на нее и смотреть, что происходит за стеной.

Проверил автомат, не зачерпнул ли я стволом ржавчины, а то мало ли, попадёт мусор в банку, а ее потом разорвет при стрельбе. Нет, все было нормально, только клапан одного из подсумков оторвался. Действительно одноразовое дерьмо.

Я выбрался из-за катушки, пригнувшись пробежал до стены автосервиса. Окон тут не было, так что меня не увидишь, а шуметь я не собирался. В руках у меня уже был автомат, так что, если на кого наткнусь, то постреляю, да и все.

Сейчас я увидел, что въезд на территорию, огороженную забором, перекрывает грузовик. Что-то «КамАЗовское», здоровенное, и тоже прокачанное: с отвалом спереди, массивным кенгурятником, решетками на окнах и здоровенной люстрой. Не удивлюсь, если они и его используют в рейдах в Старую Москву, а не только в качестве воротины.

В какофонию, раздающуюся из здания мастерской вплелись звуки моторов. Кто-то выскочил из здания, пробежал к грузовику, уселся за руль, завел, и «КамАЗ», чадя из выхлопной трубы густым солярным дымом, отъехал назад. Скоро во двор въехала машина, остановилась, и из нее вышли четверо.

Эх, сейчас бы мне гранату. Швырнул бы одну, да и положил всех. А ведь не догадался, не взял, не думал, что их такая толпа соберется на улице. А можно было бы всех положить одним броском. Понятное дело, что швыряться взрывоопасными подарками в здание, где может сидеть человек, которого тебе нужно спасти, нельзя. А вот так вот…

Ну, нет и нет, чего уж жалеть. Я снова выглянул из-за угла. Водитель «КамАЗа» подал газу, снова перекрывая въезд, и стал выбираться из-за руля. На улицу из автосервиса вышел еще человек, пошел навстречу одному из пассажиров приехавшей машины. Кстати говоря, единственному, вооруженному автоматическим оружием, вполне современного вида «Калашниковым», висевшим у него на груди. У остальных стволов не было. Ну, либо они скрывали их под одеждой, а я, понятное дело, не мог их разглядеть. Под это дело специальная оптика нужна.

Нужно действовать, мочить их тут, на улице, потому что соваться в автосервис, в котором будет много врагов — чистое самоубийство. А если сейчас, воспользоваться фактором неожиданности и положить хотя бы парочку… Ну, с этим можно будет и работать.

Автоматчик, и вышедший ему навстречу, оказались на одной линии. Встречающий протянул ему что-то, тот поднес руку к шее, видимо, вставил чип в разъем. Я прицелился и выжал слабину спускового крючка.

Короткая очередь прозвучала, как несколько несильных хлопков. Встречающий получил несколько пуль в грудь, и осел, заливая кровью землю из пробитой груди.

Множественные ранения органов грудной клетки. Мгновенная смерть.

Что-то заставило меня перенести прицел ниже, и автоматчика я расстрелял в ноги.

Пулевое ранение бедра. Пулевое ранение голени. Подвижность нижних конечностей утрачена.

Он завалился на землю и громко закричал. Вскинул автомат, и тут же выстрелил в меня. И как он вычислил меня так быстро, я ведь для того и глушитель взял… Я пригнулся, пропуская пули над головой, прицелился и высадил в него еще две короткие очереди одну за другой. И к своему удивлению попал прямо в голову.

Пулевое ранение головы. Ошибка. Установлена защита черепа.

Пулевое ранение головы. Сотрясение мозга. Потеря сознания.

Остальные отреагировали мгновенно, побросались в укрытия. Это правильно, сперва нужно спрятаться, обеспечить свою безопасность, а уже потом искать врага. Только один остался на месте, вращая головой во все стороны. Меня он заметил и вскинул руку, за что тут же поплатился. Я высадил в него две короткие очереди одну за другой, расстрелял, словно мишень в тире.

Множественные ранения органов грудной клетки. Мгновенная смерть.

По мне стали стрелять. Из пистолетов. И это тогда, когда нас с врагами разделяло больше тридцати метров. Это для моего пистолета-пулемета не дистанция, уж очень ствол длинный, а с пистолета на такое расстояние попасть — нужно очень метким быть.

Но пули пролетели близко, одна клюнула стену прямо над головой, вторая просвистела мимо уха, чуть не снеся мне голову. Но я давно понял, что чуть — не считается. Пока жив, и можешь действовать, ничего не считается.

«Канюки» попрятались за машиной. Стрелять по ней было бесполезно, и я решил отступить. Это только в фильмах категории Б герой всегда прет напролом, и побеждает десятки врагов одним своим брутальным видом. В жизни же все несколько иначе, иногда для того чтобы победить, приходится отступить. Назовем это тактической перегруппировкой.

Я высадил остатки магазина по машине, заставляя всех залечь, развернулся и припустил вдоль здания автосервиса, на бегу перезаряжая автомат. Пустой магазин сбросил прямо на землю, все равно набивать его мне нечем. Выживу — подберу оружие с кого-нибудь из них, не выживу — оно мне и не понадобится.

Резко развернувшись, я вскинул автомат. Секунда, другая, и из-за угла появился силуэт бегущего человека. Я выстрелил. Один раз, второй, дал короткую, на четыре патрона, очередь.

Множественные пулевые ранения брюшной полости. Вероятное время смерти — пять минут.

Пули прошли ниже, чем я рассчитывал, целился то я в грудь. Но ничего, этот уже не боец, когда кишки порваны, и брюхо помаленьку наполняется кровью и дерьмом, особо не повоюешь.

Теперь я уже не бежал, а отступал медленно, пятился спиной вперед, продолжая целиться в сторону, откуда должны были появиться враги. И действительно, меня обстреляли из-за угла. Снова из пистолета, не прицельно, а расстояние тут было метров сорок. Но на этот раз никто из-за угла не выбежал, а просто высунулся, и пару раз нажал на спуск. А потом еще и еще.

Пули свистели вокруг меня. Будет очень обидно, если мне вдруг прилетит шальняк. С другой стороны, на таком расстоянии подкожная броня должна выдержать. Да, будет очень больно, останется синяк, но сраной дырки не будет точно. А остальное можно пережить.

По уму они должны попытаться зажать меня в клещи. Кто-то должен остаться с этой стороны, а другие зайти со спины. Другое дело, что для этого им придется обежать совсем не маленькое здание автосервиса, что займет время.

Но если они попытаются сделать так, то почему бы мне их не опередить?

Я развернулся, и не обращая внимания на летевшие в меня пули, побежал. Добрался до угла, но не выскочил из-за него, а только высунулся. И положил длинной очередью еще двоих, которые, кажется, совсем не ожидали меня увидеть. Не обращая внимания на подсказки интерфейса, рванулся к одному из них, который еще шевелился, приставил банку глушителя к его голове.

Парень дернулся, поднял руку, захрипел что-то, выпуская изо рта кровь, но я только спустил курок, вышибая его мозги на асфальт. Бросил взгляд на второго, но тот был явно мертв, потому что одна из пуль попала ему прямо в глаз.

Снаружи их было шестеро, остался один боеспособный, если не считать, конечно, автоматчика. Но тот за мной не пойдёт, ему время понадобится, чтобы в себя прийти. Да, пластина пулю не пропустила, но это все равно сильный удар по башке и глаза в кучу. Состояние грогги, как говорят боксеры.

Я понятия не имел, сколько народа состояло в банде «Канюков». Да и даже если бы знал, все ли они тут, или кто-нибудь отправился в рейд? И были ли приехавшие на машине членами группировки, или это кто-то заглянул к ним на огонек?

Если бы думал наперед, то хотя бы пару часов понаблюдал бы за базой, прежде чем лезть в нее. Взял бы с собой гранаты. Не поехал бы сюда один. Нет, размышлять об этом сейчас, глупо, потому что я уже ввязался в бой, и сбежать мне не дадут. Выход всего один, и даже если я сяду в тачку, и уеду, то за мной погонятся.

До настоящего наемника мне ещё далеко. Если их что-то и отличает, то именно умение планировать. А резню устроить всегда можно успеть. Мы ведь потому с Чехом и работали относительно успешно, потому что он всегда думал на несколько ходов вперед, и все его действия были тщательно распланированы.

Мысли проносились в моей голове, а сам я уже бежал дальше, вдоль здания, в сторону выхода с базы «Канюков». Покидать ее я не собирался, но мне нужно было вырваться на оперативный простор. Посмотреть, что там и как.

И тут резким ударом меня опрокинуло на землю. Дверь в стене, которую я не заметил, распахнулась. Кто-то сделал это специально, дождался, пока я буду пробегать мимо, и долбанул по ней так, что мне прилетело створкой. Створка была тяжёлая, металлическая, и отшвырнула меня словно пушинку.

Я упал на спину, больно приложившись копчиком и затылком, перед глазами мелькнуло синее небо, покрытое редкими облаками. Рукоять и цевье автомата я при этом потерял, голова закружилась, а по лицу потекла кровь из разбитых ударом губ и сломанного носа.

Кое-как приподняв голову, я увидел, что из дверного проема выскочил высокий мужик в рабочем комбинезоне, вооружённый баллонным ключом. И шел он ко мне с самыми недобрыми намерениями. А именно, нанести мне повреждения несовместимые с жизнью этим инструментом.

Глава 6

Я оттолкнулся от земли и попытался ударить его обеими ногами. Здоровяк этого даже не заметил, только гнусно ухмыльнулся и сделал еще шаг в мою сторону. Занес над головой монтировку, размахнулся и опустил ее туда, где должна была находиться моя голова.

Но у него не получилось. Все потому что я вскинул руку и поймал балонный ключ ладонью. Если бы это была моя обычная рука, то тут ей и пришёл бы конец. Но «базуки» были рассчитаны и не на такую нагрузку.

Перехватив ключ обеими руками, я резким рывком выкрутил его из ладони «Канюка». И снова ударил его, но на этот раз уже в колено.

Ушиб колена. Подвижность конечности снижена.

Здоровяк припал на одну ногу, а я перекатом поднялся с земли и ударил его отобранным ключом. Он успел подставить руку, но это не помогло.

Перелом лучевой кости. Подвижность конечности снижена.

От второго удара он защититься уже не успел, и головка ключа прилетела ему прямо в лоб. Здоровяк как стоял, так и рухнул. Правильно говорят: чем больше шкаф, тем громче падает.

Перелом лобной кости. Потеря сознания.

Я наклонился и несколько раз ударил «Канюка» ключом по голове, разбрызгивая в стороны кровь, куски кожи вместе с волосами, и осколки кости. Прекратил я только когда интерфейс диагностировал смерть. Впрочем, это было понятно и без всяких подсказок, потому что вмятина в голове у здоровяка была такая, что в нее можно было засунуть кулак, а из-за раздробленной лобной кости торчали мозги с засевшими внутри осколками и какими-то электронными платами. Я никогда не заморачивался с тем, чтобы узнать, что за начинку нам вживляют.

Выронив ключ на землю, я вытер окровавленные руки о штаны и взялся за автомат. Ждут ли меня с этой стороны? Вполне вероятно, что нет, они ведь слышали только звуки ударов, а ключом был вооружен не я, а их товарищ. Если бы я его порешил, то наверняка были бы слышны выстрелы. Так почему бы не рискнуть?

Я осторожно заглянул в дверной проем, и никого не увидел. Две припаркованные машины, еще одна, установленная на гидравлическом подъемнике. Верстаки, какие-то бочки, смотровые ямы. Похоже, что автосервис использовали в качестве мастерской, что вполне логично. Иначе, как бы они прокачивали свои тачки?

Враги явно затаились, не один же там был этот здоровяк. А, значит, нужно войти, и убить там всех. Хорошо, хоть внутри светло, это значит, что не придётся тратить время на регулировку оптики.

Может быть, обойти все-таки, они ведь меня там ждут… Хотя, с другой стороны они меня тоже могут подстерегать. Но если они все-таки решили, что это здоровяк меня убил…

— Слышь, Михась! — послышался голос откуда-то из глубины автосервиса. — Ты замочил его или как?

Речевого модулятора, чтобы подделать голос «Канюка», у меня не имелось. Но теперь я хотя бы примерно знал, где находится один из врагов.

Молнией я метнулся в дверной проем. Время будто остановилось, и все потому, что самым уголком глаза я заметил движение справа. Кто-то притаился сбоку от дверного проема, а сейчас оказался у меня почти за спиной. Перед глазами появилось предупреждение интерфейса об опасности, сработал ускоритель рефлексов.

Я перехватил автомат, и не глядя, долбанул прикладом туда, где должна была находиться голова человека примерно моего роста. Время вернулось к своему привычному бегу, ускоритель ушел на перезарядку. Теперь я увидел, что за спиной у меня стоял еще один из «Канюков», вооруженный пистолетом, который, впрочем, он применить не успел, потому что приклад моего автомата врезался ему в зубы. Что-то хрустнуло, то ли челюсть, то ли рамка приклада, но я уже на бегу бросился вперед, кувыркнулся, чудом умудрившись при этом не потерять оружие, и ничего себе не сломать, ведь перекатывался я не по матам спортивного зала, а по голому бетону.

В меня уже стреляли, но мой бросок дал шанс, потому что нырнул я прямо в укрытие: за одну из припаркованных в сервисе машин.

Резко развернулся к тому из «Канюков», которого только что долбанул прикладом, вскинул автомат. Выглядел он жутко, по лицу вокруг рта текла кровь, как будто чувак пытался кого-нибудь сожрать. Я утопил спусковой крючок, целясь в голову. Уж с такого расстояния я не промахнусь в любой ситуации.

Пулевое ранение головы. Повреждение мозга. Мгновенная смерть.

В лбу у парня появилась аккуратная дырочка, заднюю часть черепной коробки же вынесло на стену, окрасив ее в разные оттенки багрового. Если бы я был менее привычен к таким делам, то непременно сблевал бы. А так уже успел притерпеться.

Машину, за которой я сидел, обстреляли, причем, судя по звуку, из автомата. Хорошо, что он был всего один, но действовать нужно срочно. Я, стараясь не высовываться, пополз по полу в сторону двигателя машины. Он массивный, металлический, должен выдержать даже автоматную пулю.

— Эй, уебок! — послышался громкий голос, когда стрельба прекратилась. — Сдавайся, мы тебя не больно убьем.

Вступать в перепалку я не стал, а просто выглянул и выстрелил на звук. В ответ в мою сторону прилетела еще одна длинная очередь, примерно на половину магазина. Так ведь и ствол можно убить.

Краем глаза я заметил слева от себя движение, рванулся в сторону, и получил пулю в бок.

Пулевое попадание в живот. Целостность подкожной брони не нарушена. Опасности для жизни нет.

Матерясь от дикой боли, я вскинул автомат. Мы с «Канюком» выстрелили одновременно, только вот я попал, а он промахнулся. Слишком уж торопился.

Пулевое ранение брюшной полости. Непосредственной опасности для жизни нет.

Схватившись за живот, он упал на спину, а я всадил ему в грудь короткую очередь. Пули пробили куртку на груди, вошли в его тело, а последняя угодила в лицо, разорвав щеку так, что обнажились зубы. Бандит был больше похож на вурдалака с непропорционально огромной челюстью, впрочем заботиться о своей внешности ему все равно больше не придется. Потому что он уже умер.

Я посмотрел на свой живот. Кожа была надорвана, из-под нее торчал участок подкожной брони, больше похожий на карбоновое покрытие для машины. Кровь текла, но не так сильно. Да, это штука меня спасла, тошнит, конечно, но кишки должны остаться целы благодаря амортизирующему слою. Иначе какой бы вообще был в ней смысл, если дырки не будет, а заброневой урон тебя все равно убьет?

Я перезарядил пистолет-пулемет, сбросив магазин на землю. Осталось два, это значит, что скоро придется переходить на пистолет. Если враги, конечно, не закончатся раньше.

Высунулся, увидел, как силуэт мелькнул в проеме гаражных ворот, выстрелил, попал в ноги.

Пулевое ранение колена. Подвижность конечности утрачена.

Поздравляем. Навык меткости повышен на 1. Новое значение навыка меткости 26.

Приятно, черт побери, быстро прокачиваюсь. Я всадил несколько очередей в лежащего на земле парня, пока он не перестал двигаться, и снова спрятался, потому что на меня опять обрушили шквал свинца. И вдруг выстрелы резко прекратились.

— Блядь! — услышал я чей-то вскрик.

Понимая, что это мой шанс, я вскочил, выбежал из-за укрытия, бегом преодолел расстояние до другой машины, за которой прятался автоматчик, сейчас остервенело дергавший затвор заклинившей винтовки, и прыгнул прямо через капот, обеими ногами долбанув «Канюка» в грудь.

Что и требовалось доказать. Оружие почти все старое, с бешеным настрелом, заклинить может в любой момент, особенно если насиловать его длинными очередями.

Тот, совсем молодой парень, может быть, на пару лет старше меня, опрокинулся на спину, а я уже вскинул пистолет-пулемет, и выстрелил ему в голову. Пуля отскочила от его лба и с визгом улетела в сторону.

Рикошет! Пересчет уязвимых зон.

Не дожидаясь, пока интерфейс перекрасит его тело, я навел ствол своего оружия в середину груди и снова утопил спусковой крючок.

Пулевое ранение грудной клетки. Повреждение сердца. Мгновенная смерть.

И тут же упал на землю, прижимаясь к машине. Но нет, стрельбы больше не было, наступила абсолютная тишина. Я осторожно высунулся из-за своего укрытия и осмотрелся. Больше никого не видно. Тот враг, что был на улице, тоже попытался войти внутрь, и был убит. Значит, остался только автоматчик, которого я подранил в ноги в самом начале, ну и вырубил попаданием в голову.

На всякий случай я снова перезарядил автомат, но скидывать магазин на этот раз не стал, убрал его в подсумок. Там ещё больше половины, так что может пригодиться.

И тут меня затрясло.

Вроде бегал, стрелял, дрался. А тут как будто стержень какой-то вытащили из тела. Я ведь кучу народа перемочил. Причем, это сделал один, без помощников. Раньше — другое дело, плечо наставника всегда было рядом, хоть Чеха и сложно назвать хорошим учителем. А тут.

Я глубоко вдохнул и только сейчас понял, что мои руки судорожно сжимают рукоять и цевье автомата. Расслабился, разжал ладони, посмотрел на них. Теперь киберпротезы чувствовались, как собственные руки. На них даже эмоции отражались. Видимо, период адаптации уже прошел.

Я двинулся в сторону ворот. Там был как минимум один недобитый враг, и с ним нужно было разобраться. И действительно, автоматчик из приехавших на машине, был там, и по-прежнему лежал на земле. Судя по тому, что он не успел отползти, только что пришел в себя. В руке у него был шприц-реаниматор, который он как раз всадил себе в грудь.

Увидев меня, чувак попытался вскинуть автомат, который держал в руках, но я пустил пулю ему над головой и заорал:

— Пушку на землю, сука! Быстро, если пулю в башку не хочешь!

Он с кислым видом посмотрел на меня, но оружие поднимать не стал. Ему, очевидно, было хуево, если учесть лужу крови на асфальте. Координация у него сейчас не на лучшем уровне, а я, накачанный адреналином после схватки, все равно быстрее.

— Как зовут? — крикнул я.

— Герман, — ответил он.

— Чей будешь? — спросил я. — Из «Канюков»?

— Нет, — покачал он головой. — А чей я, тебя вообще ебать не должно. Ты покойник уже, понял?

— Торопишь события, Герман, — ответил я, и подошел к нему вплотную, продолжая целиться из автомата. Дернется — положу.

Сейчас его пытать все равно бессмысленно, он под реаниматором, значит, и боли не чувствует. Вот чуть позже, когда немного отойдет, можно будет спокойно вызнать, кто он такой, и на кого работает. Мне же обещали десять штук, если я найду того, кто приказал похитить Крисси. А этот, если и не сам заказчик, то явно его человек.

— А теперь ложись-ка лицом к земле, — сказал я. — Мы с тобой позже поговорим.

Он оттолкнулся от земли сделал вид, будто собирается лечь, и ударил меня клинком, выскочившим из руки. Время снова замерло, и я едва успел сместиться на шаг в сторону, на считанные сантиметры разминувшись с бритвенно острым лезвием.

Хорошо, что «УМУР» успел перезарядиться, иначе быть мне разрубленным пополам.

Но я отскочил и клинок вошел в асфальт, словно раскаленный нож в синт-масло. Он тут же махнул вторым, я подпрыгнул, пропуская удар под собой, а потом зарядил ему с ноги в лицо. Герман, или как там его называли на самом деле, отключился, уткнувшись лицом в землю.

Ушиб челюсти. Повторное сотрясение мозга. Потеря сознания.

Может быть, и вообще умер, но я рассчитывал на то, что если он нашел деньги на дорогущие клинки, то и позвоночник усилить себе не поленился.

Я наклонился над ним, с трудом вывернул застрявший клинок из земли, потрогал жилу на шее. Пульс бьётся, значит, будет жить, только в отключке. Наручники у меня с собой были, так что я застегнул их на его запястьях. Так даже лучше, что он клинки не убрал, не сможет резко выпустить их и разрезать дерьмовую сталь.

Ну, теперь он никуда не убежит. Осталось только проверить остальных.

Я прошёлся вокруг здания, на всякий случай выстрелив в голову каждому из убитых. Еще дергался только один, так что мне пришлось прекратить его мучения. Заодно и пополнил боезапас, магазинов к моему пистолету нашел аж шесть штук. Можно было, конечно, выщелкнуть из них патроны, и зарядить автоматные, но я решил не тратить на это времени.

Закончив с этим, я убрал пистолет и двинулся обратно в автосервис. Нужно найти хакершу и вывезти ее за Периметр. Только где они ее могут держать?

Автосервис оказался достаточно просторным помещением, пусть в горячке боя мне так и не показалось. Но оно было не только производственным, но и жилым. Дальняя от ворот часть была заложена кирпичной стеной, в которой было видно большую металлическую дверь, которую, судя по следам демонтажа приволокли откуда-то из соседних зданий. И даже ведь не покрасили, так и оставили стоять, обшарпанную.

Я двинулся, было, к двери, но услышал какой-то шорох из одной из смотровых ям. Последнее, что мне было нужно — это чтобы кто-то из выживших «Канюков» выстрелил в спину.

Слуховой имплант позволил локализовать место шума. Я взял смотровую яму на прицел и крикнул:

— Вылезай! А то гранату брошу и мало не покажется!

Конечно, гранаты у меня не было, но откуда засевшему в яме об этом знать? Особенно после того, как я убил всех его корешей, да еще и гостей приехавших на базу.

— Не надо гранату! — донесся до меня испуганный возглас. — Не стреляй, я сейчас вылезу!

И действительно, из ямы показался невысокого роста лысеющий мужик, одетый в рабочий комбинезон. Заросший бородой, но не как у меня, аккуратной и ухоженной, а клочками торчащей во все стороны. Короче говоря, выглядел он плохо.

— На пол ложись, — сказал я.

— Хорошо-хорошо, — закивал он, и принялся исполнять мой приказ. Улегся на бетон, даже руки за голову заложил, только повернул ее так, чтобы дышать можно было.

— Ты из «Канюков»? — спросил я.

— Нет-нет! — тут же принялся он заверять меня. — Наоборот, меня «Канюки» похитили. Пообещали жирный заказ, а потом мешок на голову, затолкали в машину, и увезли сюда. Заставили работать на них.

— А не врешь? — спросил я, достал пушку из кобуры, приставил ствол к затылку бородача, а левой принялся обыскивать его на предмет оружия.

— Да не вру! — он чуть не заплакал, почувствовал прикосновение холодного к своей голове. — Фред я, у меня мастерская своя в городе… Была. Наверное, как я пропал, уже забрали ее, банк за кредиты.

— Фред, значит, — озадаченно протянул я и разогнулся. — Ну и что мне с тобой делать, Федя?

— Ты меня только через Периметр провези, — попросил он. — Мне бы обратно в Новую Москву попасть, да хоть воякам сдай на блокпосту, пусть уж лучше посадят, чем тут сдохнуть! А уж я тебя отблагодарю, все, что есть отдам, бесплатно на тебя работать стану.

— Ты ведь понимаешь, что ты — свидетель? — спросил я. — Ты видел, что я тут делал.

— Д-да не видел я ничего! — тут же воскликнул он. — Как стрельба началась, я в яму прыгнул, да там и сидел. Ничего не видел, ничего не знаю, ничего никому не скажу.

— А чего не утек? — спросил я.

— Так, браслет у меня на ноге. Сам посмотри.

Я наклонился, оттянул вверх штанину комбинезона, и увидел достаточно массивный браслет у него на лодыжке. Слишком большой, чтобы быть просто следящим устройством.

— Взрывчатка, — грустно вздохнул он. — Выйду за пределы базы, ногу оторвет. То же самое, если попытаюсь открыть его сам. А ты снять сможешь? А то ты всех, кто код знал, уже убил.

Значит, действительно пленник, иначе зачем надевать ему эту штуку на ногу? И свидетель, даже если и говорит, что ничего не видел. Наверное, лучше оставить его тут… Хотя как вообще я могу его тут оставить, наверняка я не всех «Канюков» убил. Кто-нибудь приедет, и спросит у него, кто это сделал. А он меня видел.

— Нет, я в таких штуках не силен, — покачал я головой. — Ты чего помощь-то не вызвал?

— Так хакнули они телефон, он даже на входящие теперь не работает, — сказал механик. — Слушай, вытащи меня отсюда, а? Я отработаю.

— Потом придумаю, что с тобой делать, — ответил я — Ты мне лучше вот что скажи, сюда девчонку не привозили? Не видел ее?

— Привозили, — кивнул он. — Я тут шкворни смазывал на одной машине, а то они пришкворчали намертво, ну сам знаешь, такое бывает…

— Ты мне не про шкворни рассказывай, а про девчонку! — перебил его я.

— Да, притащили такую, — тут же перевел тему он. — С мешком на голове. Там где-то заперли, сам-то я, понимаешь, прямо тут ем и сплю, все равно не сбегу ведь.

— Ладно, — сказал я. — Лежи на земле и считай от одного до бесконечности. Вслух, чтобы я слышал.

— А зачем? — не понял Федя.

— Потому что я так сказал.

И двинулся в сторону железной створке, на всякий случай не убирая пистолет. Наружная оказалась открыта. Дальше был небольшой коридорчик, из которого вели еще несколько металлических дверей.

Я подошел к первой, резко открыл, и навел внутрь ствол. Никого не было, только двуспальная кровать, и печка-буржуйка с выведенной наружу трубой. Помещения такие маленькие именно для того, чтобы отапливать было проще. Логично, поэтому и стены из двойного кирпича с теплоизоляцией.

То же самое я проделал со следующими шестью дверьми. А вот последняя оказалась заперта. Причем, заперта на замок, висевший снаружи. Может быть, они хранили там добычу? Кстати надо будет посмотреть, что есть из добычи, чего можно будет взять с собой.

Но ведь логично будет держать за механическим замком хакершу, которая легко взломает любой электронный. И повесить его именно снаружи.

Я решил, что в любом случае надо проверить, что внутри. Убрал оружие в кобуру, вывернул замок так, чтобы можно было схватиться обеими руками, упёрся ногами в пол, и стал растягивать металл. Дужка сопротивлялась моим «базукам» с минуту, а потом не выдержала и вылетела из пазов. Замок открылся, я снова взялся за пистолет, открыл дверь.

И упал на колени.

Внимание! Неавторизованный доступ!

Перед глазами побежали строчки кода, посыпались сообщения об ошибках. Да какого хуя? Я же обновлял файервол!

Сердце словно сдавили в кулаке. Все было еще хуже, чем я мог представить. Мои кибернетические руки зажили отдельной жизнью, правая, в которой был пистолет, поднялась, и прижала ствол к моему виску. Палец лег на спусковой крючок…

Глава 7

— Стой! — прохрипел я. — Я от Фаната!

И тут все резко прекратилось. Ошибки перестали закрывать поле моего зрения, пистолет вообще выпал из руки на пол, а я, как стоял на коленях, так и осел.

И мне вдруг стало пофигу на все. Я был в шаге от того, чтобы застрелиться, причем не по своей, а по чужой злой воле. Не знаю, за кого меня приняла хакерша, но она чуть меня не прикончила. Блядь, бывает же такое.

— Я тебя уже отпустила, поднимайся, — послышался высокий женский голос.

— Сейчас, еще пять минут, мне ко второму уроку, — пробормотал я и перекатился на спину, больно ударившись задницей о дверной косяк. Достал из кармана ингалятор с «шоком», сунул его в зубы, надавил, вдохнул.

Что-то я подседать начинаю, бросать надо это дело. Но мне сразу стало легче. Я посмотрел на свои руки, которые меня чуть не убили. Почему меня никто не предупредил, что такое может случиться? Я бы десять раз подумал, прежде чем менять родные руки на киберпротезы.

Девушка сделала несколько шагов и нависла надо мной.

— Фанат тебя послал? — спросила она.

Плотная, я бы даже сказал, полненькая, не очень высокая, что видно даже с такого ракурса. С выкрашенным в рыжий цвет каре, симпатичным вздернутым носиком, и пухлыми щечками. Но, что самое странное, на вид ей было лет шестнадцать не больше.

— Значит, это ты, Крисси? — спросил я.

— Да, — кивнула она.

— А сколько тебе лет?

— Тебе-то какое дело? Узнаешь обо мне слишком много, придётся выжечь тебе мозг.

— И вот какой благодарности я добивался? — пробормотал я. — Я мчался на край света, чтобы победить разбойников и спасти принцессу, а теперь принцесса угрожает выжечь мне мозги. Эх.

И принялся вставать. Повернулся, посмотрел на нее.

— Мы можем ехать? — спросил я. — На тебя никаких украшений не надели?

— Украшений? — спросила она, посмотрев на меня как на сумасшедшего.

— Слышишь? — поднял я вверх палец, давая ей знак, чтобы она замолчала. Сквозь тишину было прекрасно слышно, как Федя считает вслух. Он добрался уже до четвертой сотни. — Это местный пленный, механик. Ему на ногу надели прелестный браслет. Начиненный взрывчаткой. Я и подумал, может быть, и тебе что-то похожее подарили?

— Дурак, яснее выражаться не можешь? — спросила она. — Все нормально, можем ехать. У тебя есть тачка?

— Есть, но до нее пройтись придется. Слушай, этого парня оставлять тут нельзя, он меня сдаст. Но и убивать не хочется, он же мне ничего не сделал. Может быть, ты сможешь снять его браслет?

— Пошли! — она резко качнула волосами, и двинулась на выход из коридора. Выбралась наружу, подошла к лежавшему на земле механику, наклонилась над ногой, где из-под задранной штанины торчал браслет.

— Есть что-нибудь острое? — спросила она.

— Держи, — протянул я ей свой складной нож.

— Эй, вы что делать собираетесь? — возопил Федя.

— Тебя спасать, дурак. Эти штуки прошиваются на заводе, — сказала она и поддела какую-то штучку, под которой оказался разъем. — Стандартный коннектор сюда не подойдет. Но у меня кое-что есть.

Она стащила с себя кожаную куртку, оставшись в одной маечке, из-под которой торчали достаточно большие сиськи, напрягла плечо, и кожа разъехалась в сторону, будто двери лифта. Но никакого мяса наружу и ничего такого там не было, только несколько коннекторов в ряд.

Хакерша вытянула коннектор, вставила его в разъем на браслете, замерла секунд на пятнадцать, а потом отключила разъем.

— Готово, — сказала она, и острием ножика ввела какой-то код.

Браслет пискнул, красная лампочка погасла, вместо нее загорелась зеленая. Что-то щелкнуло, девушка без всякого труда сняла с ноги механика взрывоопасное украшение.

— Ты его взломала? — спросил я. — Так быстро?

— Нет ничего сложного, если знаешь, куда бить, — ответила Крисси.

— И ко мне ты подключилась на лету, — констатировал я. — И чуть не убила, кстати говоря, если бы захотела, то прикончила б. А почему с ними так же не поступила?

— Блокирующие чипы, — пожала плечами хакерша. — Не знаю, откуда они их взяли, но бывают такие штуки. Вставляешь в индивидуальный разъем, запускаешь, и все, к тебе подключиться можно только через личный порт. По воздуху не получится. Правда, постоянно так ходить тоже не выйдет, они любые входящие сигналы убивают: телефон, навигатор. Но чтобы защититься от меня, этого достаточно.

Так вот что за чип вставлял себе Герман, а мне это странным показалось. Хотя мог бы догадаться, что от хакерши нужно как-то защититься, меня ведь самого в свое время чуть не убили, когда мы в бордель ломились. Я обновил софт, и думал, что все будет нормально, но вышло как вышло.

— Софт у тебя говно, кстати, — сказала она. — Помощник прикольный, но я сама не по этой теме, хотя знаю, тех, кто его писал. А защита дрянь. Заезжай, как вернемся в город, я тебе чего-нибудь получше поставлю.

— Решила все-таки отблагодарить за спасение? — я усмехнулся.

— Тебе за мое спасение Фанат деньги платит, — парировала она. — Вот и отрабатывай. А это будет так, дружеская услуга. Может быть, сочтемся как-нибудь.

— Хорошо, — сказал я и повернулся к Федору, который так и лежал на земле, похоже, не веря своему счастью. — Где местные награбленное хранили, знаешь?

— Видел пару раз, как коробки таскали, — осторожно сказал он и махнул рукой. — Где-то в той стороне. Меня-то, понятное дело, никто никуда не пускал, но как только из рейдов приезжали, то…

— Понял, — сказал я. — Ты, жди тут. А мы с тобой давай сходим, и посмотрим, чего они там уже натаскать успели.

— Тебя ведь за мной отправили, — сказала девушка. — Чего тебе на это время тратить?

— Мое дело — деньги зарабатывать. Не парься, много времени не потеряем.

В дальнем углу здания, за одной из машин оказалась решетчатая дверь, закрытая на замок. Я заглянул внутрь и присвистнул. Тут была куча того, что можно было бы дорого продать: картины, иконы, серебряные чаши и кресты, книги в старых переплетах. Видимо, «Канюки» грабили старую Москву регулярно и очень плотно. И вполне возможно, что они не загоняли добычу скупщикам за треть цены, а искали настоящих ценителей. Такой подход тоже работает, и приносит больше денег, пусть и медленнее.

Я попробовал открыть дверь рывком, но ничего не получилось. Она оказалась крепкой, даже базуки не справились. Впрочем сдаваться я не собирался, потому что находился в мастерской. Минут пять у меня ушло на то, чтобы отыскать болгарку, удлинителей здесь валялось достаточно, да и генератор еще работал, так что скоро я вернулся с инструментом, и попросту выпилил замок из двери.

Вошел внутрь, осмотрелся и покачал головой. Чтобы вывезти это, мне понадобится грузовик, да и настоящую цену за такой товар никто не даст. Так что жадничать нельзя. Открыл несколько ящиков, варварски выламывая крышки, заглянул внутрь, и в одном из них обнаружил пластиковый пакет, плотно набитый золотом. Приподнял его, и динамометр, встроенный в «базуки», показал, что рыжья здесь примерно на три кило.

Крестики, цепочки, другие украшения, и даже отдельный пакетик с зубами на самом верху. Кому вообще понадобилось ставить золотые коронки, когда в ходу керамика? Наверное, хотели прихвастнуть своим богатством, хотя есть тут что-то цыганистое.

— Это мы забираем, — проговорил я. — Это нам понадобится.

Золото — товар ходовой, и цены на него постоянно растут. Все контакты для микроэлектроники по-прежнему делают из него, многие вживляют под кожу золотые дорожки. Так что это пригодится, закину в тайник, и будет у меня неприкосновенный заказ. А пакетик такой тысяч на тридцать потянет.

Здесь же нашелся и рюкзачок, куда я и сунул пакет с золотишком. Не в руках же мне его тащить, в самом деле, они-то для оружия пригодятся.

— А теперь самое интересное, — проговорил я, развернувшись к Крисси, которая смотрела на меня с явным неодобрением. Наверное, считала, что я зря тяну время. — Хочешь узнать по чьему приказу тебя похитили?

— Точно, — кивнула девушка. — Я им жизни не дам, уж поверь, в сеть у меня выйти не смогут. А то и вообще мозги сожгу. А как мы это узнаем?

— С кое-кем поговорим, — я усмехнулся. — Человек заказчика сейчас снаружи лежит, с простреленными ногами. Так что милости просим.

И мы двинулись на выход, прихватив с собой механика, который, кажется, совсем очумел от свалившейся на него свободы, и улыбался, как полный придурок. Я приказал ему идти к воротам и смотреть, что происходит снаружи, а мы вместе с хакершей отправились допрашивать нашего пленника.

Герман, или как его звали на самом деле, так и лежал на земле. Он уже пришел в себя, но от наручников освободиться не смог. Вот в этом-то преимущество «базук» перед клинками, меня браслеты из дерьмовой стали точно не удержали бы.

Я подошел к нему, схватил за ворот куртки и перевернул на спину, оттащил до стены, усадил. Подумал секунду, а потом вытащил из индивидуального разъема чип. Теперь, если у него не стоит какой-нибудь навороченный файервол, то хакерша сможет подключиться к нему. А даже если и стоит…

— Верни на место, — сказала Крисси.

— Зачем? — повернулся я.

— А если он кому-нибудь позвонит?

Действительно. Я вставил чип обратно, и защелкнул его. Вытащил из кобуры пистолет, проверил патронник, больше для демонстрации силы. Впрочем, это не сработало, Герман только ухмыльнулся. Ну да, он пуганый, его такими вещами страшить бессмысленно.

— Ну и что вы мне сделаете, убьёте? — спросил он и, не дожидаясь ответа, продолжил. — Так мне так и так умирать, вы же меня живым не отпустите. Так что хрен вам, ничего я не скажу. Ты сразу можешь стрелять.

— А так? — спросил я, прижав ствол пистолета к его колену. — Жить тебе осталось немного, но, наверное, с целыми коленями лучше будет, чем с простреленными?

— Погоди, — Крисси вдруг отстранила меня, присела на корточки, и вытащила личный коннектор.

— Ты что делаешь? — с подозрением уставился на нее Герман. — Ты, ты…

Он снова выпустил клинки, но ударить, когда твои руки скреплены за спиной наручниками, не так уж просто. А, если точнее, то вообще невозможно.

Хакерша вставила коннектор в порт, и закрыла глаза. Прошло секунд десять молчания, вдруг она усмехнулась.

— А я знаю, кто тебе эту защиту ставил, — сказала она. — Я ее и писала. А ты что, думал, что я для себя дорожки не оставлю? Это мы уберём…

Клинки вошли обратно в пазы, повинуясь приказу Крисси. Да, прав я был, если уж она с моими руками смогла управиться, то и с другими имплантами вполне может. И ведь сердце остановить сумеет наверняка.

— А теперь вот так, — прошептала она.

Герман вдруг дернулся и завыл. Тонко-тонко, и очень высоко, словно ему яйца дверью прищемили. Меня аж передернуло.

— А я ведь еще не то могу сделать, — сказала Крисси. — Так что расскажи-ка нам, кто тебя за мной отправил. И кто приказал меня похитить.

— Да пошла ты, — простонал он, попытался ударить ее лбом в лицо, и завалился на землю.

Свое тело он не контролировал совершенно, оно было полностью во власти хакерши. Ну, ничего удивительного.

— Значит, не хочешь? Ты думаешь я тебя не смогу мучительно убить? — спросила она. — А если так?

Герман вдруг задергался. Он пытался вдохнуть, но в его легкие не входило ни грамма воздуха. Лицо его мгновенно посинело, на губах появилась пена, и колотился он, словно припадочный, а потом послышался громкий звук и завоняло дерьмом.

— Он сейчас сдохнет, — предупредил я хакершу. — Ты, кажется увлеклась.

— Ты еще не знаешь, что бывает, когда я увлекаюсь, — нараспев произнесла девушка. — Не сдохнет. Я подключена к его биомонитору. Все вижу.

Герман вдруг дернулся в последний раз и наконец смог вдохнуть. Он задышал, часто, глубоко, кое-как перевалился на спину. По его брюкам растекалось важное пятно.

— Кастет, — прохрипел он. — Меня прислал Кастет, имени заказчика не знаю. Я должен был забрать тебя и отвезти к нему. Я только наемник.

Кастет? Тот самый решала, которому мы привезли партию чипов стоимостью в миллион. Стоп, а не эти ли самые чипы сейчас использовали «Канюки», чтобы Крисси не смогла к ним подсоединиться? Что, если так?

Интересная история. Значит, Герман — это просто наемник, и он ни о чем не знает. А знает только решала, до которого нам не добраться. И даже Фанат, скорее всего, не сможет.

Ну, хоть что-то я сумел узнать, может быть, сама Крисси сможет выяснить больше. Хотя бы почту вскрыть или к номеру подключиться, если учесть, что она с людьми творит, то это ей раз плюнуть будет.

— Он не врет, — повернулась ко мне хакерша, говорила она удивительно спокойно даже мелодично, если учесть, каким мукам подвергала парня. — Спасибо тебе, что правду рассказал.

И Герман вдруг громко и протяжно закричал, а потом затих. Мне показалось, что из его глаз пошел едва заметный дымок. Присмотревшись ближе, я понял, что мне не кажется.

— Что ты с ним сделала? — спросил я.

— Спалила ему мозги, устроила замыкание, — ответила хакерша и вытащила коннектор из личного порта трупа. — Заодно и все логи затерла. Так что, если его теперь найдут, то никто не поймет, от чего он умер.

— Ага, — кивнул я, встал, и дважды выстрелил Герману в голову.

— Зачем? — взвизгнула Крисси, отшатнувшись.

— Две пули в голову, — сказал я. — Это закон. Мало ли, ты чего-то не дохимичила, и он сможет меня опознать. А мне этого совсем не надо, тем более, что с нанимателем его у меня достаточно хорошие отношения. Так что лучше сделать по-моему.

Дело было не в этом. Не любил я хакеров, как раз потому что любой из них мог подключиться к тебе и остановить сердце, пока ты ешь шаурму в ларьке около дома. Вот и сейчас мне хотелось хоть немного насолить ей. Да и ошметки мозга попачкали ей ботинки, что тоже неплохо.

— Ты работал на Кастета? — прищурилась хакерша.

— Было пару раз, — ответил я. — Он решала, как и все. Один из высшей лиги. Фанат ему не ровня, как мне было отказаться?

— Ладно, я поняла, — девушка спрятала коннектор и встала с корточек. — Ты закончил? Можем ехать?

— Можем, — кивнул я. — Поехали.

* * *

Фреда мы высадили, сразу, как только добрались до периметра. Он и сам был рад, насмотрелся на то, как я людей убиваю, вот и хотел покинуть нашу компанию как можно скорее. А может быть, и чувствовал, что я так и не решил, что с ним делать. Я думал, что возможно лучше прикончить его и сбросить тело в Старой Москве, чтобы не нашли. Просто потому что он свидетель. Но не решился. Наверное, Чех ругался бы из-за этого, но мочить людей, которые просто оказались не в то время не в том месте, я пока не готов.

Впрочем, он дал мне свой номер телефона, поблагодарил, и попросил заезжать в случае, если мне понадобится ремонт машины. Видимо, не подумал, что в случае чего, я его легко по этому номеру найду. Или решил, что отыскать я его смогу и без всяких контактов.

Потом мы бросили машину в одной из подворотен, добрались до моей пешком, и к удивлению, Крисси попросила отвезти ее домой. Жила она не так уж далеко от клуба «Игла», куда мне нужно было вернуться после дела. Это был высокий многоэтажный дом, не мегабашня, но что-то вроде того, в котором я жил. Зато здесь был высокоскоростной доступ в суть. Единственное, что может привлечь человека с достойным заработком, а я уверен, что у хакерши деньги водились, уж слишком она была хороша в своем деле.

Я остановил машину на парковке, разблокировал двери. Крисси ехала, не пристегнувшись, посмотрела на меня и вдруг спросила:

— Зайдешь?

— Зачем? — поинтересовался я.

— Новый файервол поставлю, — ответила она. — Из тех, что сама писала. Его так просто не обойти.

— И там есть дорожки для тебя? — спросил я. — Бэкдоры? Может быть, вирусы?

— Вирусов нет, все чисто, — она вдруг улыбнулась так, как улыбалась, когда пытала Германа. — А насчет остального… Мы же с тобой не враги. Да и вообще, ты же наемник, тебе бы пригодилось хоть немного научиться взлому.

— Да не умею я, — пожал я плечами. — Вообще не умею, у меня нулевой навык. Я даже почту чью-нибудь забрутфорсить не смогу.

— Это прошлый век, сейчас социальная инженерия рулит. А вот эксплойты кое-какие я тебе тоже залью, что-то сможешь сделать. Ну так что, зайдешь?

— Пошли, — кивнул и я отстегнул ремень безопасности.

Глава 8

Крисси жила низко, на третьем этаже, так что поднимались мы даже не на лифте, а по технической лестнице, от которой она знала пароль. Сомневаюсь, что в этом доме есть хотя бы одна дверь, которую девушка не сумеет открыть.

— Высоты боюсь, — пояснила она, когда мы оказались на этаже. — Поэтому и живу низко. Ну и к техническому этажу близко, там, в случае чего всегда затеряться можно, а то и просто сбежать из здания.

Она уверенно провела меня через весь этаж, и мы оказались около одной из множества дверей, ничем не отличающейся от остальных. Разве что замок тут был необычный, работал он не от ключа-карты, как, например, у меня дома. Чтобы открыть дверь, нужно было подключиться через личный порт, что хакерша и проделала.

— Свет! — крикнула она, и во всей квартире зажглись лампы.

А вот окна были плотно занавешены. Видимо, чтобы за тем, что происходит внутри, нельзя было наблюдать через соседнее здание. Так-то оптика с хорошим разрешением могла это позволить.

Мы разулись, и Крисси закрыла за собой дверь, пропустив меня внутрь.

Шторы были однотонные, черные, не пропускали внутрь ни капли света. Обои тоже черные, с серебристыми разводами. Да и вообще квартира выглядела не съемным убежищем. Имелась достаточно большая кровать в нише в стене, прикроватный столик с будильником, фаллоимитатором и анальной пробкой и упаковкой любриканта со вкусом корицы, которые беззастенчиво лежали на самом видном месте. Видимо, гостей она не ждала.

В наличии имелась и куча каких-то приборов, среди которых я узнал только паяльную станцию одной из последних моделей. И в самом центре комнаты стояла капсула. Сперва я подумал, что это что-то вроде капсулы виртуальной реальности, которые используют для игр, но нет, эта нужна была, чтобы входить в сеть и превращать свое тело в один биологический процессор. Иначе зачем тут охлаждающие элементы?

— Я пойду, освежусь — сказала Крисси, стащив с себя куртку и повесив ее в шкаф. — Жарко, да и три дня в одной одежде просидела. А ты побудь тут пока, но ничего не трогай.

И ушла в соседнюю комнату за которой, похоже, находился душ.

Может быть, она здесь все-таки жила? Квартиру-то явно обставляли под себя. С другой стороны, зачем тогда она повезла меня сюда, раскрыла свое убежище?

Сесть в комнате было некуда, кроме как на кровать. Я прошел мимо капсулы, уселся на простынь, подстелив ее под себя. Я весь грязный, в ржавчине, на штанах кровь. Испачкать постель не хотелось.

Честно говоря, мне было неловко. Удивительно, ведь сколько раз в своей жизни я был дома у девушек, которых знаю всего несколько часов. Но ни одну из них я до этого не спасал из заключения, и ни одна из них не пыталась меня убить.

Я достал из кармана вейп и с сомнением посмотрел на него. Что она скажет, если я буду тут парить? С другой стороны, вытяжка имеется, так что почему бы и нет?

Встав с кровати, я подошел под вытяжку, включил ее, и стал выдыхать пар прямо туда, после чего его быстро уносило потомком воздуха. Помимо вытяжки тут был и кондиционер, какая-то навороченная модель. Видимо, чтобы оборудование поменьше грелось.

Минут пять я предавался раздумьям, а потом Крисси вышла из душа, абсолютно голая. Покачивая бедрами, она прошла мимо меня, остановилась напротив шкафчика, открыла дверь. Она была полновата, но это скорее казалось из-за ее невысокого роста. А может быть, я просто привык к Нате.

— Не пари здесь, — не оборачиваясь, попросила она. — Электроника этого не любит. А вообще, сходи тоже в душ, от тебя смертью воняет. Мне так-то после тебя в капсулу ложиться.

— У меня все равно другой одежды нет, — ответил я.

— Ничего, все лучше, чем так, — сказала она, повернулась и бросила мне свернутое полотенце.

Решив не спорить, я двинулся в сторону душа. Вошел в тесную комнату, разделся, бросил шмотки на стиральную машину, вошел в кабину. Она тоже была какой-то модной, навороченной, совмещена с гидромассажной ванной. Да уж, комфорт хакерша любит, ничего не скажешь.

Я надавил на кнопку и со всех сторон в меня ударили струи воды. Она оказалась очень горячей, меня обожгло, а дыхание перехватило. Я тут же выключил ее, взял с полочки гель для душа, намылил тело и голову, на этот раз отрегулировал температуру и снова включил воду. Полминуты, и я уже был чист.

Вышел наружу, вытерся полотенцем, оделся.

— Ну, так что, будем учиться? — спросил я, покидая душевую.

Крисси уже успела одеться в розовую маечку с пандой, и такие же розовые шортики, едва прикрывавшие трусики. Если они, конечно, на ней вообще были. Я посмотрел на прикроватную тумбу, анальной пробки на ней уже не было.

— Ложись в капсулу, подключайся, — сказала она. — Сперва подчистим тебя, потом обновим файервол. Потом уже загружу тебе эксплойты, и научу тебя ими пользоваться.

Я послушно подошел к капсуле, лег внутрь, вставил коннектор в личный разъем. Перед глазами промелькнула полоса загрузки, и появилось сообщение о том, что я успешно подключен.

Девушка встала рядом, нажала на кнопку, и сбоку выехала консоль и монитор. Она несколько раз ударила по клавишам, и перед моими глазами появилось сообщение о том, что запущено сканирование.

— Так-то меня уже чистил рвач неделю назад, — сказал я.

— От нейровирусов да, — кивнула девушка. — А мусорные файлы он удалял?

Она пощелкала клавишами, нахмурилась.

— Дека у тебя хлам, памяти хватит на три, край четыре эксплойта. Да и подключаться сможешь далеко не ко всем. Лучше обновись, так и девайсы твои будут работать лучше, — продолжила она.

— Да я, вроде, не хакер, — ответил я. — Мне крутая дека ни к чему.

— Крутая дека всегда в тему. Тебе сколько за мое спасение пообещали?

— Полтинник, — решил я не врать.

— Ну, — она поморщилась. Видимо, считала, что ее вызволение должно стоить гораздо дороже. — На крутую деку тебе не хватит, конечно. Но что-нибудь среднего сегмента приобрести вполне можно. Хотя, это восстанавливаться после операции долго, а у тебя времени не будет точно сейчас, Фанат кое-что грандиозное планирует.

— Он мне все уши прожужжал про то, что мы должны съесть слона. Но в чем именно дело, я так и не понял.

— Значит, тебе этого пока что знать не надо, — проговорила Крисси таким тоном, что я сразу понял: дальше расспрашивать бессмысленно. — Давай-ка прикинем, что тебе может понадобиться. Пока файлы обновляются, выберем эксплойты.

— Ну и что в меню?

— Что-то крутое, ты не потянешь. Да и боевые эксплойты с твоей декой будут загружаться долго, выстрелить быстрее. А вот что-то попроще… Например, чтобы оптику отключать. Попробуем?

Отключить кому-то оптику? То есть, это как та граната, которой нас глушанули в Раменском, но действовать будет точечно, всего на одного человека? А что, удобно должно быть. Если отвлечь кого-то, пройти мимо, или, например, похитить… Проще ведь будет, когда жертва тебя не видит.

— Загружай, — кивнул я.

— А я-то думала, ты не согласишься, — усмехнулась Крисси. — Мне показалось, что ты предпочитаешь решать вопросы силой. И «базуки» себе поставил, надо же.

— Когда как, зависит от инструментов, которые в наличии, — ответил я.

— Ладно, выбираю, — сказала хакерша. — Оптика вырубится на время от пяти до тридцати секунд, зависит от модели. Уведомления о неавторизованном доступе не будет, появится только когда она перезагрузится. Что ещё? Есть еще перезагрузка имплантов… Но ты ее не потянешь, она грузиться будет только секунд тридцать. О, спам-звонок. Простой эксплойт, телефон начинает звонить. Позволяет отвлечь человека, грузится секунды, работает всегда.

— Согласен, — кивнул я.

Это тоже может быть полезным, даст доли секунды на то, чтобы подобраться к цели. Да и вообще.

Сканирование закончилось. Девушка застучала по клавишам, и вместо одной бегущей полосы перед моими глазами появилась другая, под которой было написано «очистка».

— А есть что-то мощное? Чтобы как ты сегодня, когда меня чуть не убила? Чтобы имплантами управление перехватить.

— Это не эксплойт был, — качнула головой девушка. — Я тебе не скрипт-кидди, я с кодом напрямую работаю. Но могу еще один загрузить, на сбой биомона. Снижает давление, замедляет сердцебиение, может отключить, может убить. Но даже если пробьет файервол, то сообщение о неавторизованном доступе все равно пройдет. Так что, думай, надо ли оно тебе.

— Давай, — решил я. — Я понял о чем ты, меня самого так взламывали, чуть не подох. Полезная штука может оказаться.

— Полминуты, — ответила девушка. — И все в твоем распоряжении. Потренироваться не забудь, это не так просто, как кажется. Ну и если в полицию попадешь, стирай все на хрен. Лучше потом заново их загрузить, чем объясняться, откуда ты этого нахватался.

Полоса очистки доползла до конца, всплыло еще несколько сообщений о том, что обновился файервол. Остальные, я не смог прочитать, но посмотрел на девушку и увидел, что по идее способен прочитать ее цифровой идентификатор… Был бы, если бы мог пробить ее файервол. Да, тренироваться нужно на ком-нибудь попроще.

Молчание затянулось гораздо дольше, чем на полминуты. На моих внутренних часах прошло минут пять, когда последняя полоса загрузки заполнилась.

— Ну все, закончили, — сказала, наконец, Крисси. — Отключайся. Чаю?

— Газировки нет? — спросил я, выдирая из личного порта коннектор.

— Фу, гадость, — ответила девушка, вдруг пристально осмотрела меня с головы до ног, и сказала. — Я тебе помогла. Не хочешь отплатить за услугу?

— Так-то я тебя спас, — сказал я и почесал голову.

— За бабки от Фаната, — кивнула она. — А я провела тебе ТО и загрузила эксплойты бесплатно. Это стоит небольшой благодарности?

— Ладно, — развел я руками. — Чего ты хочешь?

— Хочу проверить свое изобретение, а для этого нужен второй человек. Я почти ни с кем вживую не общаюсь, да и домой не тащу, уж тем более. А тут ты очень кстати подвернулся.

— Что за изобретение? — спросил я. — Какая-нибудь хакерская хреновина?

— Хакерство для меня — всего лишь способ заработать на комфортную жизнь. Ну и оплатить свои разработки, конечно. Так-то я не собираюсь заниматься этим до старости, рано или поздно нарвешься на «охотника» или крутой файервол, который выжжет тебе мозги. А с этой штукой, если ее запустить в серию… Она прокормит не только меня, но и моих детей.

— Ну, так что она делает?

— Синхронизирует ощущения, — ответила девушка. — Работы еще много, но сейчас ты по идее сможешь чувствовать то же, что чувствую я. Вообще, игрушка для секса, сам знаешь, за такое готовы платить. Но мы с тобой трахаться не будем, просто кое-что проверим. Согласен?

— Давай свою шайтан-машину, — пожал я плечами. — Посмотрим, на что она способна.

Девушка отошла к паяльной станции, и вернулась с двумя небольшими коробочками из которых выходили коннекторы, больше похожие на обычные чипы. Одну из них она подсоединила в личный порт, вторую протянула мне.

— Подключай, — сказала она.

Я обреченно вздохнул, и вставил чип в индивидуальный порт. Проигнорировал сообщение о новом устройстве, дождался, пока оно инициализируется.

А потом на меня навалилась буря ощущений. Я чувствовал то же самое, что до этого, но еще и другое, странное. Все будто удвоилось. Девушка завалилась на кровать, стащила с себя майку, и ощутил трение ткани о кожу. Грудь у нее оказалась большая, но слегка свисала. Зато натуральная, сразу видно.

— Ну как? — спросила она.

— Интересно, — ответил я. — Кажется, я чувствую то же, что и ты. По крайней мере, тактильные ощущения передаются.

— Надо проверить, — сказала она, перевалилась через край кровати, открыла прикроватную тумбу и достала перо. Провела им себе по животу. — Щекотно?

— Щекотно, — ответил я.

Она стала медленно гладить себя вокруг сосков, то с одной стороны, то с другой, пристально наблюдая за мной. Ощущения были притуплены, возможно, потому, что я головой понимал, что они не мои. Что это не мою грудь щекотят перышком, а я стою себе спокойно, и вполне себе одет.

— А теперь вот так, — она что-то переключила, и мир вдруг стал черно-белым.

Комната пропала, а передо мной была только Крисси, и тело ее горело серебристым огнем. Одежды на нем не было как и волос, да и вообще она выглядела идеальной.

— У нее есть еще один режим помимо синхронизации ощущений. Знаешь, эта штука для тех, у кого отношения на расстоянии, — сказала она. — Можно трахаться через сеть, ощущения должны быть почти такие же. Но работы еще много. Так что давай попробуем.

Аватар Крисси шагнул ко мне, опустился на колени. Она взяла мой мгновенно окрепший член в руку, облизнула головку, насадилась на него ртом, и принялась обрабатывать. Мне оставалось только запрокинуть голову и получать удовольствие. Ощущения действительно были чуть притуплены, будто бы не мои. Странные дела.

Но через пару минут мне это наскучило, и я решил, что пришло время брать дело в свои руки. Я остановил девушку, подхватил ее на руки, поднял вверх, и вошел, чувствуя, как ее ноги обхватили мою спину, а руки обвили шею.

Трахаться в такой позе в реальной жизни жутко неудобно. В виртуале же это оказалось вполне терпимо, пусть где-то в углу сознания и тлела мысль о том, что на самом деле ничего не происходит, а мы просто стоим в разных углах комнаты, как дураки.

Девушка поцеловала меня в шею, но губы почти не чувствовались. Да и вообще оно как-то странно. Над глубиной ощущений точно следует поработать. Впрочем, я даже не представляю, как ей удалось в кустарных условиях разработать что-то такое. Но она права, если продаст свои наработки какой-нибудь корпе, то сможет завязать с хакингом, и не работать больше ни дня.

Мои размышления прервал громкий девчоночий крик.

— Это ты кончил или я? — спросила она.

— Я все еще в строю, — ответил я.

— Тогда иди ко мне.

Мир распался на куски, и снова стал реальным. Девушка так и лежала на кровати. Она свела ноги и стащила с себя шортики. Как я и ожидал, белья на ней не было, а из попки торчал хвостик анальной пробки.

— Ну же, что ты возишься? — нетерпеливо закричала она.

Я скинул брюки, стащил через голову футболку, и подошёл к ней. Подтянул к себе, чувствуя, как ткань касается спины, вошел внутрь, наклонился, поцеловал ее в шею, и почувствовал чужие губы на своей.

У нее внутри было чертовски узко и мокро, членом я чувствовал пробку, которая по-прежнему была у нее в анале. И от этого ощущения становились только острее.

Стараясь не концентрироваться на них, я принялся драть хакершу, стоя на коленях, натягивал ее на свой член раз за разом. Не выдержав, я отключил прибор и аккуратно положил его на пол. Крисси, кажется, этого даже не заметила.

Девушка выгнулась, обняла меня, я обхватил ее руками и продолжил двигаться. Она стала целовать меня в шею, в грудь, туда, куда могла дотянуться, дергалась, стонала.

Второй раз она кончила минут через десять, соски ее резко встали, грудь покраснела, будто ее терли мочалкой. Да, похоже, что реальные ощущения не идут ни в какой сравнение с виртуальными.

Кончив, она оттолкнула меня так, что я чуть не упал. Честно говоря, я подумывал уже обидеться, но дело оказалось совсем в другом.

Крисси встала на колени, улеглась грудью на кровать и вытащила из себя анальную пробку.

— Давай теперь туда, — сказала она.

— Ты уверена? — спросил я. — Это может оказаться больно.

— Я хорошо подготовилась, — усмехнулась она, двумя руками раздвинула ягодицы, показав мне симпатичное и явно очень нежное розовое колечко. — Так что заткнись, и делай, что тебе говорят…

Я схватил тюбик со смазкой, щедро выдавил ее себе на член, подошёл ближе, и вошел в нее, но уже с черного хода. Медленно и плавно, чтобы не доставить лишней боли.

Теперь все ощущения были только моими. Я сжал большие круглые ягодицы Крисси ладонями и стал двигаться медленно, и очень аккуратно, с каждой секундой увеличивая скорость и амплитуду.

Нет, это, конечно, был интересный опыт, но в будущем я, пожалуй, воздержусь от такого. Гораздо лучше, когда твои ощущения только твои.

Хорошенько обдумав это, я сосредоточился на получении удовольствия. К тому моменту я входил и выходил в ее попочку на всю длину своего прибора. И она оказалась еще уже, да и вид большой белой задницы в моих ладонях меня раззадорил так, что очень быстро я кончил.

— Я чувствую! — застонала она. — Да-а-а!

И я, совершенно обессиленный улегся на Крисси сверху, положив голову ей на плечо, от чего хакерша только пискнула. Член мой по-прежнему был внутри нее, и там было так адски горячо.

— Ну что, о чем-то таком ты говорил, когда просил благодарности за спасение? — спросила она.

— Теперь я не в обиде за то, что ты меня чуть не убила, — сказал я, и поцеловал ее в шею.

— Слезай, медведь, раздавишь, — она вдруг усмехнулась. — Да и вообще. Надо помыться. Ты, кстати, торопишься?

— Надо бы к Фанату заехать, — сказал я и, подумав, добавил. — Но ему ты нужна, не я. Так что торопиться по идее некуда, пока ты на связь не выйдешь, мне не заплатят.

— Хорошо, — она резким движением столкнула меня с себя, опрокинув на кровать, легла сверху, поцеловала в губы, долго и очень сладко.

А потом ткнула пальцем в нос, и встала, двинулась в ванную, покачивая бедрами.

И тут тишину нарушило пищание.

Внимание! Сгруппируйтесь!

Уже понимая, что сейчас будет, я вскочил с места, кинулся вперед, и завалил Крисси прямо на пол, подминая под себя. Она бросила на меня испуганный взгляд, а мгновение спустя со стороны входной двери раздался взрыв.

Глава 9

Развороченная створка устояла на месте, но комнату заволокло дымом. Дышать стало трудно, однако благодаря отрегулировавшейся оптике я все еще мог видеть.

Блядь, мудак. Ну вот зачем ствол было в машине оставлять? Ладно нелегальные, я их еще в Старой Москве выбросил, но лицензированный-то можно было с собой прихватить?

И что мне теперь делать, членом их насмерть забить что ли? Я ведь еще и без штанов.

От паники перехватило дыхание. Вот сейчас меня действительно могут замочить, причем, я не сумею ничего сделать. А с другой стороны, что было б, если бы я не задержался у Крисси? Ее наверняка снова взяли бы.

Да она и сама дура, зачем тащиться на свою же квартиру, когда тебя ищут? Понятное дело, что нужно прятаться, залечь на дно, скрыться, уж у кого-кого, а у нее таких возможностей должно быть достаточно.

А потом злость и отчаяние вдруг схлынули, и им на смену пришло только ледяное спокойствие. Убить меня сейчас попытаются? Да похуй, сам всех переебашу. Оружия нет? Так мое тело — чем тебе не оружие?

— Лежи тихо! — прорычал я прямо в лицо хакерши.

Не уверен, что она меня услышала, честно говоря, я и сам толком не слышал, что говорю, слуховой имплант ещё не отрегулировался. Но она замерла и кивнула, хотя до этого пыталась вырваться. Значит, должна была меня понять.

Вскочив с пола, я рванулся к двери, встал сбоку от нее и как раз вовремя, потому что кто-то просунул в щель между створкой и косяком руки, и принялся расширять проем. От взрыва дверь заклинило, так что человеку с той стороны пришлось приложить немалые усилия. Впрочем «руки-базуки» ему в этом помогли.

Стоит ли рассчитывать на помощь хакерши? Вряд ли, ее способности прекрасно блокируются чипами, а уж у нападавших они имеются, в этом я уверен.

Когда дверь распахнулась, я резко выскочил из-за косяка, схватил за голову человека, стоявшего за створкой, и насадил на один из острых обломков, пробив ему череп.

Проникающее ранение черепа. Повреждение мозга. Мгновенная смерть.

Парень дернулся пару раз, и затих, так и остался висеть, насаженный головой на обломок двери. У меня были доли секунды на то, чтобы действовать, я уже увидел пистолет у него в кобуре.

Выхватив оружие, я дослал патрон и протиснулся наружу между створкой и косяком. Только сейчас я понял, что в уши мне долбит пожарная сирена. Датчики дыма сработали на продукты горения взрывчатки, и сейчас сюда наверняка едет пожарная охрана. А, может быть, и полиция.

— Твою мать! — услышал я слева крик, резко повернулся, и увидел наемника, вооруженного автоматом.

Вскинул пистолет, не целясь, сделал несколько выстрелов ему в грудь. Послышался громкий женский крик из одной из соседних квартир. Район, в котором находилась эта квартира, был вполне благополучным, так что вряд ли жители дома были привычны к выстрелам. Это вам не Квартал.

Множественные ранения грудной клетки. Повреждение внутренних органов. Мгновенная смерть.

Интерфейс просигнализировал об опасности, время замедлилось, сработал ускоритель рефлексов. Я бросился вперед, одновременно разворачиваясь, упал на пол, раздался выстрел, и по коридору, снося все на своём пути, пролетел сноп картечи.

Я ударился об пол, было больно, но явно не так, как если бы в меня попал заряд из дробовика. Впрочем, может быть, я ничего и не почувствовал бы.

И снова я успел выстрелить первым, на пол упал еще один труп. Больше никого в коридоре не было, только я и три мертвых тела. Жители позакрывались в квартирах, чтобы не попасть под шальную пулю, а наемников-похитителей оказалось всего трое.

Тишина наступила резко, будто кто-то перекрыл вентиль с водой, сигнализация выключилась. Разлеживаться времени не было, нужно валить отсюда, пока не поздно. Причем, уверен, что есть кто-то еще, кто охраняет машину и стоит на стреме.

Я выстрелил еще трижды, проведя контроль каждому из нападавших. Наклонившись над трупом одного из них, достал из его карманов пару магазинов к пистолету. Потом проверил индивидуальный разъем, и нашел в нем такой же чип, как тот, что был на Германе. Это означало только то, что у этих парней, и у «Канюков» один работодатель. Кастет, если быть точнее, хотя он, скорее всего, лишь посредник.

Я перезарядил оружие, выбросив полупустой магазин, сунул второй в зубы, чип вставил в индивидуальный разъем. Если уж мне сели на хвост, то лучше я заблокирую любую связь с сетью. Хотя не очень-то ясно, как именно они за нами проследили.

Сунув пистолет подмышку, я стащил парня с обломка, бросил его на пол, открыл дверь до конца, вошел в квартиру. И уткнулся лицом в ствол.

— Убери, — проговорил я, вытащив из зубов магазин. — Поранишься.

Крисси, которая держала в руках достаточно большой револьвер, отвела ствол в сторону, а потом и вовсе опустила его. Я прошел мимо нее, подобрал с пола штаны, и принялся одеваться.

— Тебе что-то установили? — спросил я, усевшись на кровать. — Что-то следящее?

— Не смогли бы, — она фыркнула. — Даже если попытались бы запустить вирус, то не сумели б.

— Маячок на одежде?

— Тоже вряд ли, — девушка вдруг смутилась. — Я не знаю, как они нас нашли, это даже не моя квартира, подруги. Я соврала, когда сказала, что моя, к себе я бы тебя не потащила.

— Подруга, — сказал я, застегивая ремень. Спрятал пистолет за пояс, прикрыл футболкой. Видно, но и похер на самом деле, семь бед — один ответ. Больше я с пистолетом не расстанусь. — Подруга тебя и сдала. Как ее найти, знаешь?

— Да не могла она, — качнула головой девушка. — Не стала бы. Она нормальная девчонка.

— Все мы нормальные люди, пока не прижмет. Одевайся, они наверняка не одни приехали, скоро остальные поднимутся посмотреть, почему тебя не вывели еще. И поедем к подруге твоей, разберемся, что и как.

— Секунду, — девушка прихватила одежду из шкафа, и двинулась в сторону ванной.

Я обулся. Револьвер хакерша оставила на столе, так что я подошел и взял его. Тяжелый, из хромированной стали, явно серийная разработка, не на три-дэ принтере напечатан. Но модель мне не знакома. Хотя в целом не разбираюсь в револьверах, никогда не понимал этих ковбойских приколов. Другое дело самозарядные пистолеты.

Я отщелкнул барабан, заглянул внутрь. И калибр сорок четвертый, совсем не под женскую руку. Я-то, наверное, со своими «базуками» смог бы им пользоваться, а вот девчонка, пусть и крепкая…

Скоро Крисси вышла из ванной, уже одетая, и мы двинулись на выход из квартиры.

— За мной, — сказала она. — Пойдем через технический этаж.

— Машину угнать сможешь? — спросил я. — На моей не поедем, палевно.

— Смогу, — уверенно ответила хакерша.

Когда мы проходили мимо одной из дверей, она слегка приоткрылась, и наружу высунулась любопытная морда. Кто-то набрался смелости, посмотреть, что происходит. Я решил не реагировать, только лицо прикрыл ладонью, чтобы опознать было не так просто. Крисси даже не стала ничего делать.

Мы прошли через этаж, и добрались до технической лестницы, которая оказалась закрыта, но хакерша набрала код на панели, и скоро мы уже спускались вниз. Здесь было тихо, пахло свежей краской и бетонной пылью, по стенам тянулись пучки кабелей.

На втором этаже произошло то же самое, девушка открыла дверь, и мы вошли внутрь. Вот здесь уже было шумно гудели трубы, шумели какие-то механизмы незнакомого мне предназначения. Я с любопытством оглядывался, потому что в первый раз в жизни оказался на техническом этаже жилого дома, та башня в Раменском не в счет.

Коридоры и двери, в целом больше ничего тут и не было. Ну и провода с трубами, целая куча. Мы добрались до балкончика, и стали спускаться по лестнице, скоро оказались внизу.

— Какая-то конкретная машина нужна? — спросил я.

— Любая «Лада» подойдёт. Только нужно капот открыть.

— Без проблем, — я двинулся к припаркованной в переулке «Альбине», просунул пальцы в щель между капотом и бампером, и резко рванул вверх.

Что-то хрустнуло, и мы получили доступ к двигателю. Понятное дело, что как было уже не закроешь, но нам этого и не надо.

Заорала сигнализация. Но мы уже и так неслабо пошумели, так что я решил не париться по этому поводу. Угон машины — три месяца тюрьмы, а можно и полюбовно с владельцем договориться, заплатить, чтобы заявление забрал. А деньги у меня, к счастью, есть. Точнее будут.

— Сейчас, — сказала девушка, вытащила один из разъёмов на плече, и подключилась к блоку сигнализации.

Секунд десять, и она затихла, открылись заблокированные двери, а двигатель завелся. Нет, мне определенно нужно было изучать программирование, это ведь так облегчает жизнь. Или искать напарника-хакера.

Мимо нас промчалась пожарная машина и две полицейские, так что я пригнулся за капотом, чтобы меня не было видно. Сигнализации они не должны были услышать из-за визга своих сирен, и так и получилось.

Я захлопнул капот, пусть там и осталась солидная щель, обошел машину и уселся за руль, пристегнулся. Девушка примостилась на переднем сиденье.

— Куда? — спросил я.

— Вынь чип, скину маршрут.

Я выщелкнул ногтем чип, дождался, пока придет входящее сообщение, и защелкнул его обратно. Ехать было примерно с полчаса, но ориентироваться придется без навигатора, ГЛОНАСС тоже был заблокирован. Ладно, и так доберемся.

* * *

По адресу, куда мы приехали, находился стриптиз-клуб. Это меня удивило, но я подумал, что это может оказаться неплохим прикрытием для хакерских дел. Никто ведь не заподозрит, что под этим гнездом разврата и порока может находиться подвал с десятком капсул для погружения в сеть. Ванны со льдом, большие холодильники, и прочий нужный стафф.

— Лада тут работает, — сказала Крисси.

— Администратором? — спросил я.

— Стриптизершей, — фыркнула хакерша. — Ей внешние данные позволяют.

— Погоди, то есть она днем взламывает системы, а по ночам трясет жопой и сиськами?

— Точно, — кивнула девушка. — А чего ты хотел, надо же как-то от налоговой скрываться. А чаевые никто не считает. Сам небось тоже где-нибудь на работе числишься?

— В колл-центре «Ростелекома», — кивнул я.

— Ха, знакомая контора. Ладно, двинули.

Возле входа в клуб стоял охранник, долговязый и сухощавый парень, ростом на полторы головы выше меня, и это при моих-то метре восьмидесяти восьми. На поясе у него был шокер в чехле, ствола вроде бы не имелось. И я не был уверен, что нас пустят внутрь с пистолетом, пусть и перепрятал его назад, за футболку.

— Клуб уже работает? — спросил я.

— Работает, — кивнул он. — Проходите.

То ли у него не было режима на поиск оружия в оптике, то ли в этот клуб попросту можно было войти с пистолетом. Я двинулся внутрь, Крисси пошла за мной.

— Я не верю, что это Лада, — сказала хакерша. — Мы давно знакомы, она не стала бы меня сдавать.

— Все указывает на то, что это она, — ответил я. — Ты подключилась к ее капсуле, она это отследила, и сдала тебя. Иначе никак. Проследить за нами никто не мог, свидетелей не осталось. Разве что механик, но он-то откуда знал, куда мы поедем.

— Да, но…

— Поговорим и узнаем, — прервал ее я.

В клубе играла музыка, вокруг шеста крутилась высокая девица с длинными, по пояс, чёрными волосами, которыми она периодически встряхивала. Людей было немного, два человека у стойки, еще несколько в зале, одному из них танцевали лэп-денс. Еще несколько девиц ходили по залу, одна из них, увидев меня, двинулась навстречу, но я качнул головой, и она остановилась.

— Она тут? — спросил я.

— Нет, — качнула головой девушка. — Я ее не вижу.

Я подошел к стойке. Барменша, симпатичная девчонка в фартуке на голое тело и топлесс, повернулась ко мне.

— Выпьешь? — повернулся я к Крисси.

— Я не пью, и тебе не советую, — ответила она. — Алкоголь замедляет работу нейронных связей.

— А я выпью, — ответил я. — Мне о них нечего беспокоиться. Двойной шотландский, пожалуйста.

Неужели придется валить женщину? Нет, с одной стороны нормальному наемнику должно быть однохуйственно, кого убивать, контракт может и на бабу прийти. Но с другой… Да, мне уже приходилось драться с женщинами, но тогда я старался никого не убить, да и сами они, как оказалось, были боевым крылом какой-то старой банды.

А сейчас обычная девчонка, пусть и хакерша. Да еще и стриптизерша. И виновата только в том, что сдала не того человека. А хрен его знает, какие там обстоятельства в этом деле, чем ее прижали.

Барменша поставила передо мной рокс с виски, я заплатил, как обычно, наличными, чтобы не оставлять электронных следов. Поманил ее пальцем, и спросил:

— Лада сегодня работает? Хочу заказать приват.

— Так она только на приватах и работает, перед толпой сиськами трясти отказывается, — ответила барменша, и покрутилась на месте, тряся своей большой красивой, пусть и слегка обвисшей грудью. — Третья кабинка ее.

— Спасибо, — кивнул я, и сунул ей двадцатирублевую купюру.

Денежка исчезла так быстро, что я этого даже не заметил. Выпил виски мелкими глоточками, повернулся к Крисси.

— Третья кабинка, слышала? Пойдем.

Мы двинулись прочь из зала, в проход перед которым стоял охранник, и над которым висела табличка «приватные танцы». Охранник смерил нас тупым и злобным взглядом, но ничего не сказал. Мы прошли мимо него, и оказались в коридоре из которого вели несколько дверей с номерами. Рядом с каждой дверью была панель с небольшим экранчиком и разъемом под персональный порт.

— А разъемы зачем? — спросил я.

— Эти штуки считывают настроение, и дизайн комнаты меняется под него. Ну и платишь, конечно, сразу, через NFC.

— Взломать сможешь?

— Им защиту Лада делала, — фыркнула Крисси. — Это час займет, да и то не факт. Так что придется сканироваться и платить.

— Блядь, — проговорил я. — Ненавижу оставлять следы. А если нам придется ее прикончить?

— Мне бы этого не хотелось, даже если она меня сдала, — ответила хакерша. — А если и придется. Чего ты хотел-то? Стал наемником — получил огромную мишень на спину. Впрочем, с хакерами так же.

— Ты не преступник, пока тебя не поймали, — ответил я. — Меня так учили. И я делал все, чтобы этого не произошло.

Я с ненавистью посмотрел на разъем, вздохнул, вытащил личный коннектор и вставил. Перед глазами появилось окно со сканированием, полоса загрузки пробежала до конца. Я отключился, поднес ладонь к платежному терминалу, подтвердил списание.

Замок двери щелкнул, я запустил руку за спину, и достал пистолет. Потянул на себя дверь и вошел внутрь.

Интересный у меня внутренний мир и настроение, если верить результату этого сканирования. В помещении горел яркий свет, а на панелях и стенах транслировались виды природы. Голубое небо с перьевыми облаками, высокая зеленая трава, разноцветные бабочки и стрекозы. Честно говоря, я и не видел такого вживую, и не уверен, что когда-нибудь увижу. Не бывает такого в реальном мире.

Лада оказалась полной противоположностью Крисси. Высокая, ноги от ушей, блондинка с объемистой задницей и большой грудью. Сейчас она была в кружевном белье: бюстгальтере и стрингах, а на ногах у нее были туфли на шпильке, что делало ее еще выше. Так она ростом превосходила меня.

Увидев Крисси, она вздрогнула, и на лице ее появилось удивленное выражение. Вот так вот, эмоции скрывать ты совсем не умеешь.

Я толкнул ее, заваливая на диванчик, на котором предполагалось сидеть клиенту, наслаждаясь зрелищем, и упер ствол пистолета в лицо.

— Дернешься — сдохнешь, — прошипел я. — Попытаешься позвать на помощь — все сдохнут. Поняла?

— Да, — выдавила из себя она и пристально на меня уставилась.

Ничего не происходило. Не было никаких всплывающих окон, вообще ничего. Чип работал, подключиться ко мне ей не удалось.

— Что, не получается, да? — изобразив сочувствие спросил я. — Не работают твои хакерские примочки? Ещё раз и выстрелю, поняла?

— На выстрел охрана сбежится, — ответила она, уже спокойным тоном. Нет, владеть собой Лада умела, просто растерялась, увидев подругу.

— Они меня не остановят, — пожал я плечами. — А тебе не помогут, ты уже мертва будешь. А теперь расскажи, почему ты сдала Крисси.

— Я не…

— Не надо мне пиздеть, — прервал ее я. — Мы были в твоей квартире, воспользовались капсулой. Не прошло и полчаса, как внутрь вломились и попытались нас взять. Тебе жить насрать? Жить хочешь?

— Хочу.

— Тогда так. Ты запираешься и молчишь, а я тебя валю. Либо ты говоришь, кому и зачем ты сдала свою подругу. И остаешься в живых. Тебе придется свалить из города, но сеть везде одна, так что не пропадешь. Зато будешь жить, сколько получится.

— Хорошо, — сказала она. — Только убери пистолет от моего лица. Отвлекает.

— Неа, — покачал я головой. — Не получится.

— Ладно, — с напряжением в голосе проговорила она. — Крисси, помнишь мы ломали базу данных «Мирограда»?

— Да, — кивнула хакерша.

— Мы запалились, они вышли на нас… На меня. Потребовали сдать тех, кто со мной был, в противном случае обещали убить. Вот и все, что я знаю.

— То есть, ты сдала ее и тебя не тронули? — спросил я. — Что-то не верится особо, знаешь ли. Корпоратам, а «Мироград», блядь, всю Россию синтетическим мясом кормит, жалость не знакома. Если вы у них что-то важное спиздили, то…

— Она на подхвате была, — ответила за Ладу Крисси. — Данные все украденные у меня оказались, правда их сейчас уже нет, заказчику ушли. Так что, если она правду рассказала, вполне могли в покое оставить.

— Они в покое оставить не могут. В живых могут оставить, если нужно что-то. Ну или уши отрежут, чтобы жить неповадно было потом.

— Я теперь на них работаю, — сказала Лада. — Не только на них, конечно, но большую часть времени с ними. «Мироград» большую сделку готовит, они собираются «Голиафа» поглотить, вот и делают все, чтобы их активы подешевели. И хакеров используют для этого же.

— Веришь ей? — повернулся я к Крисси.

— Верю, — кивнула девушка. — Звучит правдоподобно. И к наемникам «мироградовские» обратиться вполне могли, это в их стиле. Если уж кто корпоративную войну начнет рано или поздно, то это они.

Я аккуратно спустил курок, придерживая его пальцем, и убрал пистолет обратно за спину, накрыв его футболкой.

— Она нас сдаст? — спросил я.

— Не сдам! — горячо проговорила Лада, кажется, воодушевленная тем, что я спрятал оружие.

— Когда тебя предали один раз — это первый раз, — сказал я. — Когда тебя предали второй раз — это уже второй. Может кончить ее на всякий случай? Мне даже стрелять не надо, я ее просто задушу.

— Нет! — вскрикнула Лада. — Не надо!

И тогда я схватил ее за лицо и резко дернул вверх. Сжал сильно, чтобы стало больно, но не так, чтобы раздробить челюсть.

— Вали из города. Завтра же, а лучше сегодня. И молись, чтобы мы с тобой не встретились во второй раз. Потому что если это произойдет снова, я тебя убью. Поняла?

— Да, — просипела она.

Я толкнул ее от себя, снова заваливая на диван, развернулся и двинулся на выход. Крисси пошла со мной.

— Тебе есть где спрятаться? — спросил я.

— Есть, — ответила хакерша.

— С Фанатом не забудь связаться. Чем скорее, тем лучше, я сейчас поеду к нему.

— Свяжусь, сразу как до безопасного места доберусь.

— Хорошо, — кивнул я. — Тогда удачи.

Глава 10

Я вернулся в «Иглу», когда уже стемнело. Приехал на общественном транспорте, выбросив по дороге пистолет в мусорную урну. Вот уж кто-то удивится, когда найдет его там, да еще и такой, с несколькими висящими на нем трупами.

Без оружия я чувствовал себя неуютно. Впрочем, теперь у меня было больше уверенности, ведь один раз я уже справился без него, а значит, может получиться и еще раз. Хотя если бы Крисси сразу сказала мне, что у нее был револьвер, то было бы гораздо проще.

Надо будет забрать машину от ее дома, и ехать домой. Только сейчас я начал чувствовать стыд. Я ведь трахнул хакершу, не сдержался, несмотря на то, что у меня есть девушка. Да, она очень свободных нравов, да и любви в наших отношениях нет, но кто знает, к чему это может привести.

Если бы она сходила налево, я бы вряд ли смог простить это. Я-то по натуре собственник, любой, покусившийся на мое, получит по рукам.

А так…

Лучше постараться выбросить эту историю из головы. То, что было в квартире Лады, останется там, никто об этом не узнает. Особенно Ната, хоть ей, скорее всего, и наплевать.

Охранник на входе стоял другой, но увидев меня, он просто отошел в сторону. Видимо, уже предупредили.

Денег за вход с меня тоже не взяли, кассирша только отмахнулась от протянутой двадцатки. Вот так вот ты постепенно становишься в некоторых заведениях своим.

В зале играла музыка, агрессивная, электронная, но с перегруженными гитарами. Люди танцевали под нее, кто-то сидел за стойкой. Я решил не пить, потому что мне предстоял серьёзный разговор, да и, возможно, что сам Фанат решит меня угостить. Сигара-то его у меня в машине осталась, но ничего, докурю как-нибудь.

Не останавливаясь, я двинулся прямиком к лестнице, ведущей в его кабинет. Поднялся, постучал, дождался разрешающего окрика, открыл дверь.

Тут ничего не поменялось, разве что Чеха не было, решала сидел в кабинете один.

— Вернулся, Молодой? — спросил он. — Заходи, располагайся. Рассказывай, как все прошло.

— Крисси с тобой уже связалась? — спросил я.

— Да, минут пятнадцать назад. Говорит, что в безопасности, но пока заляжет на дно, на несколько дней. Это нормально, у нас еще есть время.

— Для чего время-то?

— Чтобы подготовиться к следующему этапу. Детали узнаешь позже, — ответил он и сложил руки на столе. — Все узнаешь. Крисси сказала, что ты лучше всяких похвал. Единственное, что ее удивило, это то, что ты предпочел устроить резню, а не попытался провернуть все по-тихому. Это заставляет меня задуматься, готов ли ты для следующей работы.

— Каких-то особых требований не было, — пожал я плечами. — Как было проще, так и действовал. Если бы ты сказал, что нужно сработать тихо, я бы сработал, без проблем.

— Хорошо, это именно то, что я хотел услышать, — Фанат кивнул. — Ну так что, ты узнал, кто и зачем похитил ее?

— Узнал, и даже побольше, чем предполагалось, — кивнул я. — «Канюки» украли ее по заказу Кастета. Его люди приезжали к ним на базу за девчонкой, тогда же, когда пришел я. Времени действовать скрытно не было, пришлось вступать в бой. Потом мы допросили одного из его людей. Кастет только посредник. Заказчик — «Мироград». Конкретного имени я тебе не назову, конечно, сам понимаешь, но замешан кто-то из этой корпорации.

— Это дела почти не меняет, — задумчиво протянул Фанат. — В том, что Кастет взялся за заказ от корпорации, ничего удивительного нет. Но вообще… Еще что-нибудь знаешь?

— Крисси со своей подругой ломали базы данных «Мирограда», и запалились. За ними пришли. Вот в целом и все, что я хотел сказать.

— Корпорация от своего не отступится, — покивал Фанат. — Крисси вообще лучше исчезнуть с радаров, но не на пару дней, а на несколько месяцев. Правда, это для нас неприемлемо, в следующей работе нам очень понадобится хакер. Причем, хороший, опытный. Тебе, наверное, интересно было бы узнать, что придется делать?

— Бабки, — сказал я. — Я выполнил работу и хочу получить расчет. Остальное обсуждать будем позже.

— Справедливо, — согласился со мной Фанат. — Держи.

Он залез в ящик стола и выложил на стол шесть пухлых пачек купюр. Видимо, приготовил их, когда с ним связалась хакерша. Пачки были пухлые не потому, что в них было много денег, а потому что купюры были попользованные. Я взял одну из пачек, пересчитал, здесь было десять тысяч. Все, как договаривались.

— Ну и как мне их тащить? — спросил я, подняв бровь. — По карманам? Так я на общественном приехал.

— Держи, — он передал мне пластиковый пакет. — Машина твоя далеко?

— Да не очень…

— Тебя отвезут. Все-таки бабки большие, все понимаю. А теперь-то готов про работу выслушать?

— Готов, — кивнул я, складывая деньги в пакет.

Сделал из него сверток, завязал. Пакет непрозрачный, так что содержимого его не видно. Ничего, нормально, донесу, тем более, если еще и до машины пообещали довезти.

— Крисси ты спас, и это был первый шаг, потому что нам был нужен хакер. Теперь он есть… — он вздохнул, посмотрел на меня, будто думал, стоит ли говорить то, что он собирался, но все-таки продолжил. — То, что нас интересует, находится в базе данных «ИнвестТеха». Но снаружи пытаться влезть туда смысла нет. Мы уже пробовали, защиту не пробить. А даже если и получится, на это месяц уйдет. Столько времени у нас нет.

— Значит, взлом с проникновением?

— Быстро соображаешь, — одобрительно кивнул Фанат. — Только скорее наоборот, сначала идет проникновение, а уже потом взлом. Ты войдешь в главное здание корпорации, спустишься в серверную, и подключишь то, что тебе передаст Крисси. Она войдёт в систему и скачает все данные. Таков план. Действовать нужно тихо и бесшумно, потому что двери в случае чего заблокируются, и оттуда будет уже не выбраться. Хорошо хоть план здания у нас есть.

— Можно глянуть?

— Ты не в сети, — сказал Фанат. — Я не могу ничего тебе скинуть. Это, кстати, странно.

— А, черт, — ответил я, и выщелкнул чип, про который совершенно забыл, из индивидуального разъема, и спрятал его в карман джинсов. — Скидывай.

— Лучше держи, — протянул он мне чип. — Мало ли, сверяться придется. Только не потеряй, эта штука стоила нам кучу бабок. Знаешь, как сложно отыскать кого-нибудь из сотрудников, кто готов слить такие сведения?

— Источник-то хоть надежный?

— Надёжный.

Я вставил чип в разъем и принялся копаться в нем. Это были архитектурные планы здания, датированные две тысячи шестьдесят седьмым годом. Небоскреб, один из нескольких, реплика того самого «Москва-сити», только более технологически продвинутая. Ну и построили ее гораздо быстрее, конечно.

Были и другие файлы, в которых находилась инфа о системах безопасности. Датчики движения, камеры, сканеры, и прочее. На то, чтобы тщательно изучить это, понадобится несколько дней. Да и не мне это надо делать, а кому-то другому, кто сможет составить план вторжения.

Я проглядел все очень поверхностно. Да уж, даже не представляю, сколько пришлось выложить за эту информацию Фанату, если, конечно, это вообще его замутка.

— Понял, — я выщелкнул чип и убрал его в тот же карман. — Значит, башня «Губерния», «Новая Москва-сити»?

— Все здание принадлежит «ИнвестТеху», — Туда просто так не проникнуть. Никого, кто мог бы внести вас в списки службы безопасности, я не нашел, хотя готов заплатить. И нужно обмозговать, как туда проникнуть.

— Взрывчатка? — спросил я. — Рвем вход, врываемся внутрь, валим всех, кого видим, делаем дело, уходим.

— Ага, сейчас, — усмехнулся он. — Данные надо украсть так, чтобы никто об этом не заподозрил. Если завалить кучу охранников, то они просто все переиграют.

— Переиграют что? — спросил я.

— Тебе этого знать пока не нужно.

— Ты мне не доверяешь? Я сделал все, вытащил Крисси из Старой Москвы, нашел заказчика.

— И устроил резню, — вздохнул он. — Если ты продолжишь работать так, то рано или поздно попадешься. Легавые вытащат из тебя всю информацию, а я уже потратил достаточно бабок на это дело. Так что в другой раз.

— Берем «летуна», прилетаем на крышу, спускаемся до серверной, крадем то, что нужно, уходим.

— «Летуна» заметят, — покачал головой Фанат. — К тому же серверные находятся в подвале. Лифты на ночь блокируются, а спускаться на сто этажей пешком… Я думаю, ты сам понимаешь.

Я задумался. Как вообще можно попасть в закрытое здание? Если тебя, конечно, не внесли в списки системы безопасности. Причем так, чтобы никого не убить. Даже не ранить. Не так уж это и просто, черт подери.

— А что если устроить маскарад? — спросил я.

— Маскарад?

— Да. Переодеться. И так войти внутрь. В пожарных, например, а еще лучше в медиков. Приехать туда на скорой помощи. Или в пожарной машине. Лица можно скрыть медицинскими масками или респираторами, но я бы предпочел закосить под медиков. У пожарных костюмы уж очень неудобные.

— А толку?

— Сможем беспрепятственно войти внутрь, — ответил я. — Это — главная проблема. А дальше можно придумать, что делать.

— А как заставить их вызвать скорую?

Мне было приятно, что я не только участвую в плане, но и разрабатываю его. Так заработать авторитет наемника удастся, гораздо быстрее. Ведь все ценят, когда к мускулам прилагается думающая голова.

— Очень просто, — я улыбнулся. — Нужно, чтобы кто-то другой напал на них. И желательно, чтобы они пробились глубоко. А там можно будет затеряться среди других медиков и выйти туда, куда нам нужно.

— Самоубийц нема, — качнул головой Фанат. — Таких лохов, чтобы туда сунулись, мы не найдем.

— Мало ли психопатов на улице? — посмотрел я на него. — Таких, что мечтают стать легендами? Террористов, ненавидящих корпорации. Нужно только дать им оружие и скомандовать «фас». И они сами пойдут туда. Если что-то подожгут, или взорвут, то будет даже лучше. Больше шума.

И тут решала крепко задумался. С одной стороны, мой план был рискованным. С другой — уж лучше такой план, чем никакого. Через системы защиты нам не пробиться, это не вариант. А вот если вот так…

— Это может сработать, — наконец, кивнул он. — Риск есть, но никто ведь не подумает, что они идут спиздить данные. Только убивать и жечь.

— Только вот… — вдруг задумался я. — Мы все равно запалимся на камерах, а отключать их тоже без мазы. Нужно посоветоваться с Крисси, как мы можем впустить ее без подключения к серверам. Чтобы она взломала чей-то компьютер, а уже через него попала в общую сеть.

— Я с ней на связи сейчас, — улыбнулся Фанат. — Говорит, есть вариант. Фальшивый хот-спот. Кто-то подключается к нему, и вуаля, мы внутри.

— Типа точка доступа с теми же данными?

— Точно. Она все сделает, будет небольшая коробочка, которую нужно будет незаметно где-нибудь спрятать. А как только дело будет сделано, она сгорит. И концы в воду.

— Хороший вариант, — кивнул я. — Значит, дело за малым. Найти психопатов, готовых напасть на здание «ИнвестТеха». Завладеть машиной скорой помощи. Приехать внутрь, оставить подарок и уехать. Звучит, как план.

— Самоубийц я найду, оружие им тоже обеспечу. Теперь вопрос в команде. Понятное дело, ты. Инициатива она, знаешь, ебет инициатора. Серега тоже не откажется на это посмотреть, так что поедет. Кто ещё? Команды скорой по четверо ездят.

— Хорошо бы, чтобы с нами рвач был, — сказал я. — Кто-то же должен реально помощь оказывать.

— И я даже знаю, кто согласится.

— Ник?

— Точно, — кивнул Фанат. — он не откажется. Ладно. Четвертого я найду. Ладно, думаю…

— Пятый нужен, — сказал я. — За медиками кто-то присмотреть должен. Ну и желательно им бабок дать, чтобы молчали.

— Хорошо, — согласился решала. — Это разумно. Значит, план у нас есть.

— Бабки, — усмехнулся я. — Сколько платишь за дело? Причём, оно рискованное, едва ли не жестче, чем то, что я сегодня провернул.

— Семьдесят кусков. Каждому, — и увидев, что я открыл рот, тут же добавил. — Не торгуясь. Если не нравится, я другого человека найду.

— Хорошо, — вздохнул я. — Семьдесят, так семьдесят. Когда собираемся?

— Нужно подготовиться. Я распоряжусь, чтобы тебя подкинули до машины. Чех с тобой свяжется, когда будет пора.

— Понял, — сказал я, вставая, и прихватил пакет с деньгами. — Ну, удачи нам, что тут сказать.

* * *

До моей машины меня подбросили в черном микроавтобусе. Скорее всего, его купили для дела по типу доставки или прочей фигни, но пока что на нем ездили люди решалы. Они всю дорогу молчали, даже не поздоровались, поэтому и я решил, что затевать разговор не стоит. Чем меньше обо мне знают, тем лучше.

Потом я сел в тачку, убрал бабки в бардачок, и поехал к себе домой. Там положил деньги и золото в оружейный сейф. А нормально так получается, тысяч восемьдесят на кармане у меня теперь точно есть, а может быть и больше, смотря на сколько все это «рыжье» потянет.

Не удержавшись, я вскрыл пакет, рассыпал ювелирку на столе и поковырялся в ней, выбрав пару серег и изящный браслет. Нужно подарить что-нибудь Нате, а то меня стыд совсем заест. Хотя я и не уверен, что она была бы против того, чтобы я сходил налево. Все-таки я не выяснял, насколько свободные у нас отношения.

Принял душ, переоделся в чистое, спустился вниз, сел в тачку, и поехал к девушке, на противоположный конец города.

Там въехал на территорию жилого комплекса, припарковался на подземной стоянке, и поднялся в ее квартиру. Открыл дверь, вошел внутрь. Из гостинной были слышны оживленные разговоры.

— Привет, — сказал я, входя в комнату.

Ната была не одна, а с еще одной из подруг, видимо, с работы. Я с ней был не знаком, впрочем, в этом и не было ничего удивительного. С чего бы мне быть знакомым с «пиджаками», да еще и такого высокого ранга?

Она была крашеной блондинкой среднего роста, не сказать, чтобы красивой, но внешность у нее была приятная и располагающая к себе. По крайней мере, лицо милое, усыпанное веснушками. И даже не исключено, что натуральными.

— О, привет! — поздоровалась со мной Ната. — А мы не ждали, что ты вернешься так рано. Это Мари. Как день прошел?

Про работу мы почти не разговаривали. Ну и о чем мне ей говорить, о том, что сегодня я отправил в переработку полтора десятка человек, запугал до полусмерти стриптезершу и трахнул хакершу в задницу?

— Нормально, обычный рутинный день, — ответил я. — Поездил по делам, кое-кого кое-куда отвез. Кстати, это тебе.

Я достал из кармана украшения, которые отобрал у себя дома, и положил их на стол. Потом взял ее бокал, хлебнул. Это оказался «Апероль Шприц», но совсем слабый. Как раз такой, чтобы женщина могла расслабиться, но при этом не напиться.

— Откуда это? — посмотрела на меня Ната. — Тебе что, за дело заплатили ювелиркой?

— Из Старой Москвы, — ответил я. — Пришлось съездить туда.

— О! — воскликнула Мари, которую, скорее всего по паспорту звали Машей или Мариной. — А была в Старой Москве! Знаешь, туда ведь теперь туристов возят. Нелегально, конечно, но от этого ведь только больше удовольствия.

— Нелегально, зато вставляет нереально, — рассмеялась Ната.

Да, похоже, что я был не прав, и она все-таки напилась.

— Не думаю, что Старая Москва — хорошее место для туризма, — ответил я. — В центр лучше не лезть, а по окраинам совершенно нечего смотреть. Да и опасно это, особенно «пиджакам». Там ведь куча людей, которые с удовольствием похитили бы вас, чтобы потом потребовать выкуп.

— Ну, не будь таким скучным! — воскликнула моя девушка. — Да и знаю я про эти поездки, там охраны человек двадцать. Никто ничего не сделает.

Я не был в этом уверен, особенно после того, как встретился с двумя тварями из Старой Москвы и закусился с бандой Легиона. Но говорить ничего не стал, только отхлебнул еще и поставил бокал на место.

— А ты, значит, тот наемник, про которого рассказывала Лана? — спросила Мари.

— Ната, мне бы не хотелось, чтобы все твои подруги трепались о моем роде занятий, — сказал я. — Я понимаю, что для вас это экзотика, и все такое, но не могла бы ты…

— А кто говорит о роде занятий? — спросила Мари. — Она только и говорила о том, что ты трахал их с Натой все ночь попеременно.

— Кажется, скоро иметь любовников среди наемников будет модно, — улыбнулась Ната. — Приятно, что эту моду запустили именно мы с тобой.

— Ага, — кивнул я. — Пусть я не стану легендарным наемником, зато устроюсь законодателем сексуальных мод. Вот тогда меня точно зауважают.

— Ну так что, в постельку? — вдруг спросила Мари и захохотала.

— Ты решила всех своих подруг к нам в постель перетаскать? — повернулся я к Нате.

— Нет, — она лукаво улыбнулась. — Только самых близких.

Глава 11

— Ну и во что вы меня, блядь, втянули? — спросил Ник. Уже раз в третий за сегодняшнюю ночь.

— Тебе деньги лишние? — вопросом на вопрос ответил Дэн, один из двух парней, которых прислал Фанат.

— Да, лишние, — ответил рвач. — Я и так неплохо зарабатываю, ты в курсе? И мне для этого носиться с пушками по городу не нужно, я людей оперирую, железо ставлю.

— Да к тебе в клинику в любой момент легавые вломиться могут, — не успокаивался Дэн.

— Не могут — отрезал Ник. — Я им деньги плачу. К тому же откровенным криминалом я не занимаюсь. Незаконная врачебная деятельность — одно. Нападение на экипаж скорой помощи и промышленный шпионаж — совсем другое. Нам тут каждому по пятнашке светит. И если бы не Чех, я бы в это вообще не впрягся.

Мы уже были одеты в хирургические костюмы, на головах у нас были медицинские шапки, а на лицах — маски. Оставалось надеяться, что никого не смутит то, что медики оказались напичканы боевыми имплантами. Впрочем, кроме «базук» у нас особо ничего и не видно.

Мы сидели в том самом микроавтобусе, на котором меня возили к моей машине четыре дня назад, и ждали экипаж скорой помощи. Его вызвали с левого номера, якобы из какого-то мусорного ящика достали умирающего бомжа. Отследить невозможно, тем более, что никто никого там не найдет. А возьмем мы их на обратном пути, уже когда будет зарегистрирован ложный вызов.

Я опустил маску и глотнул энергетика из банки. Отдыхать нам сегодня ночью не придётся, так что желательно подготовиться. Хотя бы зарядиться кофеином и витаминами.

— Чем дольше тут стою, тем меньше верю, что мой план сработает, — сказал я. — Нам ведь и без стволов туда придётся идти, в этих костюмах их спрятать банально некуда.

Зато было куда спрятать коробочку фальшивого хот-спота, которую нам передала Крисси. Да прямо в чемоданчик с лекарствами. Обыскивать на входе нас, понятное дело, никто не станет, потому что когда дело касается раненых, счет идёт на минуты.

— Да где они, блядь? — прошипел сквозь зубы Стропа, совсем молодой парень с меня возрастом. Как и мы, наемник, не человек Фаната. Но его задачей будет только охранять медиков до тех пор, пока мы не закончим. — До нападения сорок минут осталось.

— Лишь бы эти психи заднюю не дали, — сказал я.

— Ага, конечно, дадут они заднюю, — я не видел лица Дэна, но судя по голосу, он усмехался. — Скорее наоборот, раньше начнут. Видел я их, конченные отморозки, у них кроме ненависти к пиджакам в жизни ничего и не осталось.

— Понимаю, — вздохнул я.

— Фанат когда-то таким же был, — сказал Чех. — Его и звали раньше Фанатик, потом только сократили для солидности, нехорошо ведь, когда большого босса так зовут. А сейчас ничего, работает с корпорациями вполне себе, грязные дела для них проворачивает.

— Все мы с возрастом меняемся, — проговорил рвач.

— Едут, едут! — проговорил Дэн, показав пальцем на дорогу. — Че, пошли?

— Пошли, — ответил Чех, который был в нашей группе за старшего, и мы повыскакивали из машины.

Я оставил недопитую банку в тачке, и натянул на лицо маску.

Выбежали на дорогу, перегородив скорой путь. Водитель засигналил, но потом все-таки остановился. Правда, судя по выключенной сирене, ехал он не на вызов. Так что все нормально, ложный они зафиксировали, а нового еще не приняли.

— Вышли из машины, живо! — заорал Чех, целясь из пистолета в водителя. — И руки, руки поднял, не вздумай на тревожную кнопку нажать, иначе стреляю!

Дэн подскочил к боковой двери, одним движением открыл ее, и заорал то же самое. Я же решил не церемониться, открыл пассажирскую дверь, схватил фельдшера за шиворот и выдернул наружу. Положил лицом в асфальт, приставил ствол пистолета к затылку, левой рукой достал шокер, и ткнул ему в шею. Парень дернулся и обмяк, а я уже стал снимать с него форменную куртку.

Тем временем из боковой двери появились еще двое, обоих поставили на колени, сняли куртки и надели на них наручники. Я в свою очередь надел браслеты на уже оглушенного пассажира.

Ник в этой вакханалии не участвовал, зато достал небольшую коробочку с антенной и со скучающим видом нажал на кнопку. Портативная глушилка, такие можно достать на черном рынке. На самом деле не только их, но и большие, стационарные, с радиусом действия до ста метров. Рвач установил несколько таких в своей клинике. Теперь вызвать помощь они не смогут точно.

— Грузите их! — приказал Чех, натянув на себя форменную куртку водителя, и махнул в сторону микроавтобуса.

Сам он полез в машину скорой помощи, двигатель которой так и не заглушили.

Мы с Дэном схватили фельдшера, которого я вырубил, и потащили в сторону микроавтобуса, открыли дверь, загрузили внутрь. В машине тоже глушилка стоит, так что ни с кем связаться у них не получится. А чтобы не было соблазна сбежать, их покараулит Стропа со стволом.

Вернулись, загрузили второго. Пока тащили его, Стропа в одиночку на своем горбу перетащил к машине водителя.

Минуты три у нас ушло на все про все, и вот микроавтобус с оглушенными работниками скорой помощи уехал, а мы заняли их место в машине.

Чех повел тачку дальше по дороге, а Дэн, усевшийся на пассажирское место, сделал рацию погромче. Видимо, боялся, что мы пропустим вызов в «Новую Москва-сити». Хотя до назначенного времени ещё оставалось достаточно.

— Диспетчер, — взял Чех рацию. — Это тридцать третий. Код шестнадцать двадцать восемь. Мы на перерыв уходим.

Видимо, личный код он выяснил у водителя, пока мы тащили своего. Ну и правильно, это такая мелочь, на которой было бы обидно проколоться.

— А чего так рано? — послышалось в ответ. — По нормативу еще сорок минут.

— Не душни, — ответил ему Чех. — Отработаем. Короче, отметь нас.

— Ладно-ладно, — и рация замолчала.

— А как мы теперь на вызов к башне поедем? — спросил Дэн. — Мы ж на перерыве.

— А ты думаешь, когда стрельба с жертвами начнется, им не до пизды на тот перерыв будет? — вопросом на вопрос ответил наемник. — Не боись, схема не новая. Я знаю, что делаю.

— То есть вы уже пиздили машину скорой под какие-то дела? — спросил уже я.

— Было дело, — кивнул Чех. — Как-нибудь расскажу.

Он свернул на широкую дорогу, и погнал прямо к возвышающемуся над всеми остальными зданиями бизнес-центру. Семь строений, каждое больше, чем любая мегабашня на окраинах города. Только внутри не жилые ячейки, а рабочие. Впрочем, много там чего есть: фонтаны, аквариумы с живой рыбой, сады. Роскошь.

Я-то вживую никогда этого не видел, только на фото из каталога. Но ничего, сегодня посмотрим. Я и так за свою недолгую карьеру наемника увидел больше, чем за всю предыдущую жизнь.

— Припаркуемся, — сказал Чех. — И будем ждать. Как стрельба начнется, так и поедем. Ник, держи, — он передал ему устройство, которое собрала для нас Крисси. — Спрячь в саквояже так, чтобы заметно не было. Потом отдашь сумку мне, я найду место, куда это можно воткнуть.

Он остановил машину на обочине, но двигатель глушить не стал. Впрочем, все правильно, за топливо не ему платить, а лучше уж так, чем потом тратить время на то, чтобы завести тачку.

— Выпить бы, — сказал Дэн.

— Так мы ж на работе, — удивился я. — Куда тут пить?

— Да это я так, к слову, — ответил подручный Фаната и потер глаза. — Я так-то тоже на работе не пью.

— Волнуешься?

— А то ты нет, — тут же окрысился он. — Чего, каждый день вламываешься в офис одной из самых могущественных корпораций России?

— Да нет, — пожал я плечами. — Волнуюсь. Но первую часть плана мы выполнили, тачка скорой у нас, одежда тоже. Остальное… Если не получится, никто не мешает нам просто уехать оттуда с одним из раненых. Сегодняшняя задача даже не предполагает стрельбу, если что…

— Да лучше бы мы туда просто вломились, — проворчал Дэн. — Все проще, чем эти хитроумные планы. Они, обычно, идут по пизде. И чем идея хитрее, тем раньше все полетит к чертям.

— А чего ты вызвался тогда? — спросил я. — Фанат никого другого прислать не мог? Смотри, Чех не ноет, я не ною, Ник вообще молчит, а ты…

— Да не ною я, — прервал он меня. — Просто привычка. Забей.

Я вытащил из чехла на поясе шокер, принялся рассматривать его. Прибор из черного пластика с желтыми полосками, два электрода, кнопка, при нажатии на которую начинает проходить искра. Единственное наше оружие, которое можно взять с собой на миссию. Шокеры и медики таскают, на случай, если им попадётся слишком буйный пациент, так что они вопросов не вызовут. Нет, кто на скорой катается, бывает, и стволы носят, но про это точно спрашивать будут. А чем меньше поводов для подозрений, тем лучше.

К тому же так соблазна в случае чего меньше. Выстрелить легко, а вот потом отвечать за это придется провалом всего дела.

Хотя по-хорошему-то и шокеры применять нельзя. Это попадет на камеры. А нам никак нельзя спалиться. Даже девайс Крисси нужно оставить не только там, где его не найдут, но и так, чтобы это не попало на камеры слежения.

Со стороны самой высокой из башен послышался взрыв, и у ее подножия расцвел огненный цветок. А потом послышались заполошенные очереди. Отморозки, которых подписал на это дело Фанат, должны были взорвать главную дверь и ворваться внутрь. Вот только сделать это они должны были позже.

— Походу ты был прав, — сказал я. — Они действительно начали раньше, чем планировалось.

— Уебки, — выругался Дэн.

— Поехали, — решил Чех. — Нужно поближе подобраться.

Он тронул машину скорой, и мы поехали к башне. Стрельба притихла, но хлопки по-прежнему доносились до нас. Просто теперь палили не у подножия и в холле, а в самом здании. Интересно, как далеко эти ненавистники пиджаков сумеют зайти, прежде чем их положат?

— Диспетчер, — проговорил Чех, снова поднимая рацию к губам. — Экипаж тридцать три, код шестнадцать тридцать восемь. Слышим стрельбу в «Новая Москва-сити», едем туда. Видели взрыв, высылай пожарных, полицию, еще машины. Да всех высылай, там, похоже, жопа.

Мне оставалось только восхититься тем, как убедительно наемник сыграл волнение. Да, если бы он не был тружеником ножа и ствола, то вполне мог бы пройти актерские курсы и попробовать себя в кино. Или в театре, такая штука в нашем мире тоже существует, правда ходят в него, как по мне, сумасшедшие.

— Принял, — послышался из рации ответ.

Чех положил рацию на место, врубил сирену и притопил педаль газа. Чем больше народа, тем больше суеты. А нам именно она и нужна, чтобы никто внимания не обратил.

Скоро он остановил машину перед лестницей, которая вела ко входу в башню. Въезда тут не было, и это странно. Хотя, возможно, ее проектировали так, чтобы скорая не приезжала сюда, а прилетала. Впрочем, «летуны» у скорой были, но совсем немного. Большая часть из них работала для людей с «золотой» или «платиновой» страховкой, тем, кто выплачивал большие суммы каждый месяц, и чьи биомониторы напрямую отслеживались в специальных центрах. Там не только бригаду, там могли и тяжеловооруженный отряд отправить, чтобы человека спасти.

Стрельба не утихала, но работали уже не длинными очередями, а короткими. Видимо это сперва кого-то покрошили. Лезть внутрь было опасно, охранники «ИнвестТеха» нас могли принять за нападавших, а отморозки с улиц за подкрепление обороняющимся. Всякое могло случиться.

— Дождемся легавых, — сказал Чех и все-таки заглушил двигатель. — Они оцепят территорию и нас пропустят.

— А мы не должны сразу внутрь пойти? — спросил Дэн. — Там так-то люди умирают.

— По инструкции мы должны в первую очередь о себе думать, — сказал Ник. — Остальное к полиции и спасателям. А если нас там положат, то никто уже никого не спасет.

— Как будто мы действительно кого-то спасать собираемся, — проговорил я.

— Ну вообще действительно придется кого-то отвезти в больницу, — ответил Чех. — А там, как отъедем, уже затеряемся, бросим тачку и в разбег. Ну, где легавые-то…

Полиция приехала скоро, сразу на трех машинах, причем одна из них была броневиком местного СОБРа. Или чего-то подобного, короче, отряда крутых ребят, которые вламываются в самые злачные места и вламывают всем пиздюлей.

— Выходим, — сказал Чех. — Наши приехали.

Я открыл дверь, впустив в салон прохладный ночной воздух, и выбрался наружу. Остальные последовали моему примеру. Машины остановились, перегородив спуск из башни, наружу посыпался народ. Как легавые, так и какие-то крутые парни в камуфляже. Они еще и заряжены имплантами были с головы до ног, запакованы в штурмовые бронежилеты пятого класса, да еще и со стволами, полностью обвешанными разными приблудами на планках. Даже не скажешь, что полиция, больше на каких-то контрактеров, работающих на пиджаков похожи.

Эти самые боевики построились рядком и, прикрывая друг друга, двинулись а здание. Остальные полицейские остались снаружи, заняли позиции за машинами, но оружия почти никто не достал. Все они выглядели расслабленными, кто-то даже закурил.

— О, а вы как здесь? — спросил один из них, с погонами майора на плечах.

— Так на стрельбу приехали, — ответил Чех, видимо, решив, что ему стоит говорить за всех. — Помощь оказывать.

— Помощь, — усмехнулся майор. — Там, где «волки» пройдут, там помощь уже оказывать некому. Всех покрошат.

Так вот, кто были эти парни, «волки». Сборный отряд из военных, легавых и прочих силовиков, подчиняющйся непосредственно мэру Новой Москвы, даже вне юрисдикции МВД.

— Так охранники могут в живых остаться, — ответил Ник. — На остальных-то нам в общем-то побоку.

— Ага, конечно, побоку, — усмехнулся полицейский. — Они тут войну настоящую устроили, а ты говоришь побоку. Нет, нам взяться придется за тех, кто выживет. Ой, не завидую я им, нам-то дознаться нужно будет, кто их надоумил на «Губернию» напасть.

Блядь, а ведь если возьмутся, то точно дознаются. С другой стороны, до чего? Они ведь сами психи, а Фанат им только оружие подогнал, да и то наверняка не сам, а через подставных людей, как бы не через четвертые руки. Да и не будут выжившие ничего рассказывать. Им слава борцов с корпорациями нужна, они только ее и хотят получить. А если признаются, что марионетки в чужой игре, то в легенды путь им окажется закрыт.

По дороге проехало еще несколько машин, оглашающих всю улицу сиреной. Еще две полицейские «лады», два экипажа скорой помощи и пожарный грузовик. Все высыпали на землю, и подбежали к нам. В здание никто не лез, даже пожарные, пусть оттуда и тянулся едкий дым от горелого композита.

— Они что, зажгли что-то? — спросил майор.

— Может быть, от взрыва что-нибудь загорелось, — ответил Чех. — Дверь они взорвали, это точно.

Из здания по-прежнему доносились хлопки выстрелов, но уже гораздо реже. Похоже, что основную группу нападавших перемочили, оставшихся зажали где-то и сейчас переламывают.

Что-то прошипела рация на плече у майора. Он взял ее, ответил, дождался чего-то, а потом махнул рукой:

— Внутрь.

Мы подорвались, обежали свой экипаж, открыли двери и достали из него саквояж с медикаментами и носилки на случай, если кого-нибудь придется тащить. Бежать со всем этим добром вверх по лестнице оказалось той еще пыткой, потому что подъем оказался достаточно крутым, но мы справились.

Первыми в здание вошли полицейские, за ними отправились медики, целой толпой, и в том числе и мы.

Холл оказался заполнен дымом, из-за чего оценить его былого великолепия мне не удалось. Горели карликовые деревья, посаженные здесь. Впрочем, судя по вони пластика, они были вовсе не живыми, а вполне себе композитными. Вот тебе еще один пример обмана от пиджаков.

Пожарные остановились и принялись раскручивать свои шланги, чтобы затушить очаги возгорания. Здесь же осталась и одна из бригад скорой, потому что несколько тел на полу лежали, и им, очевидно, нужна была помощь.

Мы пробежали сквозь облако удушливого смрада, и остановились возле лифтов, ведущих наверх. Естественно, что они оказались заблокированы. Наверняка подъемники переставали работать не только в случае пожара, но и при нападении.

А вот лестницы заблокироваться не должны были, это ведь единственный способ спуститься. И как туда попасть мы знали, потому что у нас были чертежи здания «ИнвестТеха».

Впрочем, знали об этом и полицейские, так что скоро мы повернулись, прошли через холл, и оказались у двойных дверей нараспашку. За ними начиналась лестница.

Мы выскочили на нее, и побежали наверх. Раздалась короткая очередь, пули засвистели вокруг, стали с визгом рикошетить от бетона.

Ускоритель рефлексов сработал и я, еще не успев осознать, что именно происходит, свалился на лестницу, и закрыл голову руками.

Глава 12

Да в нас же стреляют! Какого хера?

Нет, я не питал никаких иллюзий, было и без того понятно, что отморозки, которых Фанат подрядил напасть на здание, будут палить во всех, включая спасательные службы. Но почему кто-то из них до сих пор жив, если в здание вошел спецназ?

Я поднял голову и огляделся. Моему примеру последовали не все, только медики. Полицейские остались на ногах, и более того, кто-то из них побежал дальше по лестнице. Остальные открыли огонь из пистолетов, видимо, прикрывая своего товарища.

Раздалось еще несколько коротких очередей, после чего курок сухо щелкнул, и грохнул одиночный выстрел из пистолета.

— Я убрал его! — послышался крик. — Пошли, пошли, пошли!

Мы повскакивали, и снова побежали наверх.

Второй этаж мы проскочили, видимо, боевые действия шли на третьем. Но нам же и лучше, второй этаж обычно технический, а хот-спот, который мы несли, вряд ли добивает больше чем на пару этажей. Нам ведь нужно, чтобы кто-нибудь подключился к нему, а не чтобы он просто так лежал.

На лестничной площадке третьего этажа лежал труп парня в косухе поверх легкого бронежилета. На полу около него валялся «Витязь», старый пистолет-пулемет, созданный на базе Калашникова. Да, Фанат вооружил их старым оружием, которое невозможно отследить. Оно и правильно., зачем тратить что-то лучше на смертников?

Рядом с лестницей на третьем этаже лежал человек в форме охранника. Голова его была разворочена пулевым попаданием, так что в помощи он, очевидно, не нуждался. Мы пробежали мимо в ту сторону, откуда были слышны выстрелы, но они уже были редкими, будто буквально пара человек, зажатых в углу, отбивались от спецназа. Возможно, что так оно и было.

Впереди лежала ещё группа людей, трое охранников в форме, и еще один парень в косухе. Похоже, что они были рокерами, типа меня. Ничего удивительного, примерно у половины нынешних рок-групп лирика состоит на девяносто процентов из призывов к сопротивлению корпорациям.

Мы с Чехом переглянулись и резко остановились. Дэн тоже встал, как вкопанный, Ник же бросился к одному из раненных и принялся проверять пульс.

— Хули стоите? — прошипел он сквозь зубы. — Хоть вид сделайте, что помогать собираетесь.

Остальные медики и полицейские уже убежали дальше, только один из них остановился поблизости, да принялся оглядываться во все стороны, держа в руках пистолет. Охранял, типа.

Рядом было идеальное укрытие для девайса — горшок с фикусом. Спрятать его там не составляло никаких проблем, тем более, что водонепроницаемость была одним из требований к устройству. Однако полицейский нам мешал, он бы по-любому заметил, что один из «медиков» ни с того, ни с сего решил покопаться в земле.

Я наклонился над парнем в косухе, задрал ему голову, открывая дыхательные пути, как учили на курсах первой помощи, приложил руку к сонной артерии, прислушался. Дыхания не было, как и пульса, да еще бы, у него ведь вся грудь оказалась разворочена пулевыми попаданиями.

— Труп, — сказал я.

— Труп, — прокомментировал своего Чех.

— Этот живой, — сказал Ник, подтянул к себе чемодан, и открыл его.

Наемник осторожно достал из саквояжа девайс, посмотрел на полицейского, и кивнул мне, мол, отвлеки.

Я сделал большие глаза, а потом чуть не хлопнул себя по лбу, удивляясь тому, какой же я тупой. Точно, Крисси же загрузила мне эксплойты. Вырубать оптику тут не нужно, а вот сделать ложный звонок… Тем более, что этот-то хак никак не отслеживается.

Я перешёл в режим взлома, посмотрел на него, и понял, что мощности моей деки хватает, чтобы пробить его файервол. Активировал эксплойт, показал Чеху три пальца, два, один.

— Да? — спросил полицейский. — Кто это?

Чех метнулся к горшку, воткнул девайс в грунт, и пропихнул его дальше. Сдвинул в сторону тумблер, и двумя пальцами разровнял землю. Все, дело было сделано. Осталось только свалить.

— Очень смешно, — покачал головой полицейский, и посмотрел на нас. Чуть успокоившись, пробурчал. — Ебаное спамерье.

Дэн, склонившись над третьим охранником, щупал его шею уже минуту или две. Он что, пульс искать не умеет?

— Иди, помоги доктору, — сказал я, а сам подошёл к лежащему на полу охраннику, положил руку на шею. Нет, не бьется. Тоже труп, тем более, что у него в бронежилете дырка, как раз напротив сердца.

Рвач тем временем что-то колдовал. Отстегнул бронежилет, разреза одежду на раненом, подключил электроды от какого-то прибора из саквояжа. Закрыл рану повязкой, затянул руку парня жгутом, сделал два укола. Потом наклонился, прислушался, покачал головой.

— Шеф, — обратился он к полицейскому. — Этого надо срочно в больницу тащить. Минут двадцать у нас есть, если успеем, жить будет.

— Так везите, — ответил тот. — Помощь нужна какая-то?

— Справимся, — сказал рвач. — Ну, быстрее! Грузите его и потащили!

Он закрыл саквояж и взял его с собой, прицепил прибор на грудь пострадавшего. Мы загрузили его на носилки, и понесли обратно.

Пожар в холле уже потушили, всюду сновали медики и полицейские, хотя живых охранников осталось не так уж и много. Почти всех покрошили первыми же очередями. Мы пробежали через холл, вышли на улицу, где порядочно прибавилось машин разных специальных служб. Да уж, устроили мы шум, весь город подняли на уши. Хотя в этом-то как раз ничего удивительного нет, все-таки нападение на штаб-квартиру крупнейшей российской корпорации…

Мы загрузились в машину. Чех снова схватил рацию.

— Диспетчер, это тридцать третий, у нас тяжелый. Свяжись с третьей БСМП, пусть готовят операционную.

— Принято, — прохрипел динамик.

— Ебать! — проговорил я и вытер вспотевший лоб. — Ебать!

— Тихо! — прервал меня наемник. — Дело еще не закончено! Все восторги потом.

— Принял, — кивнул я, и уставился в окно.

Ехали мы быстро, Чех включил сирену, так что немногие машины, оказавшиеся тут в этот поздний час, уступали нам дорогу.

Сирена раздражала, как и мерцание спецсигналов, но я все равно чувствовал себя в прекрасном настроении. Мой план сработал, устройство, через которое хакерша сможет попасть во внутреннюю сеть, уже в здании. Завтра к утру можно ждать результатов. Ну или послезавтра, если начальники решат закрыть офис и устроить разбор полетов по поводу нападения.

Да, кому-то достанется. Охрану точно удвоят, а то и утроят, перешерстят всех друзей и родственников тех, кто участвовал в резне. Но к нам это никак не выведет. А остальные… Да плевать мне на остальных, честно говоря, пусть делают, что хотят.

— Как думаешь, сработает? — спросил Дэн то ли у меня, то ли у Чеха. — Она сможет подключиться?

— Не при посторонних! — прорычал наемник.

— Так он в отрубе, не слышит ничего, — возразил человек Фаната.

— Откуда тебе знать? — спросил Ник. — Чех прав, лучше молчи. Доделаем дело, поговорим.

А ещё я впервые опробовал в деле эксплойт. До этого я не то, что не применял его в бою, а вообще не использовал. Забылось как-то. А сейчас. Черт, да это ведь открывает передо мной кучу возможностей!

Надо последовать совету хакерши и обновить деку. Да, это дорогая и сложная операция, но оно того стоит. Если я смогу пробивать хотя бы средненькую защиту и обзаведусь полудюжиной эксплойтов, моя ценность, как наемника, вырастет в разы. А это значит, что и заказы оплачивать будут лучше.

Пока я размышлял над этим, Чех доехал до нужного места. Остановил машину у шлагбаума, который тут же поднялся. Ни документов не спросили, ничего. Ну и правильно, скорая же едет, да еще и с мигалками включёнными. Сирену, правда, наемник вырубил, да и правильно, нечего больным спать мешать.

Мы въехали на территорию, Чех уверенно повел машину до въезда для скорых, остановился. Ник и Дэн выскочили из машины, прихватив с собой носилки, и скрылись в здании. Нас никто внутрь, конечно, не позвал. Да и незачем это, человека вдвоем можно отнести.

— Блядь, неужели сработало, — проговорил наемник и утер со лба пот точно так же, как это делал чуть раньше я. — Вошли и вышли, четко и красиво. И подарочек оставили.

— Сам не верю, — ответил я. — Поверю, когда все готово будет. А что мы вообще скачать оттуда должны? Фанат так и не сказал.

— Да маршрут конвоя, — ответил Чех. — «ИнвестТех» должен конвой с золотом отправить на днях, Фанат хочет его взять, вот и готов платить. Там того золота миллионов на десять должно быть.

Так вот, что это за слон. Понимаю, такого действительно захотелось бы съесть. Десять миллионов это не только на всю жизнь хватит, если их правильно вложить, то вообще никто и никогда из твоих потомков работать не будет. Да уж. А нам он платит… Да достойно платит на самом деле, семьдесят штук, это хорошие деньги за риск. Особенно, если учесть, что дело провалиться может.

— Пиздец, — сказал я. — А ему как, сказал кто-то про конвой этот, или он сам узнал?

— Вот этого я тебе не скажу, — покачал головой Чех. — Сам не знаю. Но судя по тому, как решала с этим делом носится, оно верное. Если все правильно провернуть, конечно. А у нас есть все шансы обогатиться.

— По миллиону-то хоть срубим?

— По полмиллиона где-то, — ответил наемник. — Но мы ведь не одни, на него другие люди работают. Так что ему едва половина достанется от всего, если все издержки считать. Но он все равно решил, что дело того стоит.

— Да уж, — вздохнул я. — Даже пять лямов, это дохрена. За такие бабки точно стоит рискнуть.

Ник и Дэн вернулись в машину, прикатив пустую каталку. Чех завел тачку, выехал с территории больницы, свернул влево и погнал куда-то по дороге. Сирен он больше не включал, видимо, не хотел привлекать лишнего внимания.

А я думал. Полмиллиона это много или мало? Достаточно, чтобы рискнуть за это жизнью? Ведь конвои хорошо охраняются, и даже хорошо проработанный план может пойти по пизде. Летуны, дроны… Как их вообще сбивать-то? И как потом вывозить золото? Оно-то, мать твою, тяжелое, тут КамАЗы понадобятся, да и погрузчик лишним не будет.

А оно, кстати, в слитках, или в изделиях? Если в драгоценностях, то сколько-то мы потеряем ещё и при переплавке. Да и долю свою получим не сразу, это точно. Хотя часть денег нам и заплатят налом. Уже заплатили.

Интересно, а сколько оборотный капитал у решалы? Вот сейчас он готов выложить больше трехста кусков за то, что мы проникли в здание «ИнвестТеха». И он ведь не только нам платит, да и это не единственная тема, по которой он работает, есть и другие заказы. Что же получается, несколько миллионов? А сколько тогда он себе оставляет?

Черт, пятьсот тысяч. Этого много на что хватит, почти что на всю жизнь. Можно справить себе новое тело, купить квартиру в неплохом районе, причем не халупу, а нормальную, хотя бы с парой комнат. Тачку тоже можно обновить. Впрочем, мне это, наверное, без надобности, вряд ли после меня останется наследник, раз уж я плотно решился взяться за наемничьи дела. Парни вроде меня долго не живут, и потомства не оставляют, разве что случайно.

Чех остановил машину в подворотне, заглушил двигатель, перелез через проем между сиденьями в заднюю часть кабины. Я последовал за ним, стащил с себя форменную куртку, бросил ее на каталку. Дэн открыл спортивную сумку с нормальной одеждой, и мы принялись натягивать ее на себя.

— В разбег, пацаны, — сказал Чех. — Сейчас все по клубам и зависать там до утра. Потом по домам, отсыпаться. Послезавтра или через два дня в «Иглу», за бабками, но вечером, и не раньше. Всем все ясно?

— Точно, — кивнул я, стащил с себя брюки, и принялся натягивать джинсы.

Остальные тоже покивали.

— Ник, твою долю я сам заберу, привезу в клинику, можешь не беспокоиться.

— А то бы я еще беспокоился, — флегматично проговорил рвач.

Все переоделись, покидали медицинскую одежду в ту же самую сумку, где до этого лежала наша, после чего Чех протянул ее мне.

— Держи. Сожги ее где-нибудь. Только смотри, чтобы вся прогорела.

— Так мне нечем, — ответил я. — Я ж не курю, у меня электронка.

— Зажигалка и бенз в кармане лежат, — ответил наемник. — Все учтено могучим ураганом. Ну что, все готовы?

— Готовы, — ответили мы.

Я застегнул косуху, повесил на плечо спортивную сумку. Дэн распахнул боковую дверь, мы выбрались наружу, и двинулись в сторону улицы.

— Всем удачи, пацаны, — сказал наемник, и мы разошлись.

Я перебежал дорогу, и встал на остановке общественного транспорта. Поеду сколько-то на электробусе, тем более, что человек в медицинской маске там никого не удивит. Ну мало ли, болеет, не хочет никого заражать.

Очень хотелось курить, но снимать маску было нельзя. Впрочем, электробус приехал быстро, я вошёл в раскрывшиеся двери, и приложил руку к считывающему устройству. Подтвердил платеж, уселся на свободное место, поставил сумку в ноги.

Мысли никак не хотели собраться в кучу, но настроение в целом было отличное. Все сработало, завтра или послезавтра, смотря когда откроют офисы, Крисси сможет войти в базы и скачать необходимые Фанату маршруты. А там поедем на дело.

Хотя нет, нужно ведь еще что-то, чем можно летуна заземлить. Никогда этим вопросом не задавался, но решала наверняка все продумал. Правда не удивлюсь, что и это устройство нам придётся украсть.

Полмиллиона. Мысль об этом никак не выходила из головы. Пятьсот тысяч рублей за несколько недель. Это даже круче, чем наш с Чехом совместный поход в Раменское.

И это рядовые бойцы вроде нас. Сколько же получит Крисси, а сколько поимеет сам Фанат?

Блядь. А ведь нас проще завалить за такие бабки. Делиться-то никому не захочется. Хотя… Меня прикрывает Чех, а они с Фанатом, вроде бы, старые друзья, вместе начинали. Он, кстати, говорил, что один из его товарищей отошел от дел. Видимо, он и есть.

Наверное все-таки паранойя. Полезное, конечно, качество, но я ведь все равно рискну. Голос разума любого человека притихнет, когда речь идет о такой сумме.

Чтобы отвлечься, я стал смотрел на других пассажиров. Двое парней, по очереди цедящих какой-то слабоалкогольный коктейль из одной бутылки на двоих. Хрен поймёшь, то ли педики, то ли лучшие друзья, но выглядят, вроде, нормально. Размалеванная девчонка с розовыми волосами, и почему-то в школьной форме, как ее показывали в старых фильмах. И грузный чел, который тяжело дышал и каждую минуту начинал кашлять. Сбросить вес бывает трудно даже сейчас, так что я его не осуждаю.

Проехав пять остановок, я вышел из электробуса, стащил с лица маску и швырнул ее в мусорную урну. Вот так. Оказался человек на улице, и маску снял. А что лицо на камеры попадет, так ведь они везде натыканы. Одежда у меня другая теперь, с тем парнем, который угнал экипаж скорой меня никак не свяжешь.

Прошел в ближайшую подворотню, остановился возле контейнера, заглянул внутрь. Пустой, мусор уже вывезли. Это хорошо, потому что пожара мне точно не нужно. Сам-то бак из невозгораемого композита сделан, но если полыхнет сильно, то может и поплавиться.

Я достал из сумки зажигалку, композитную, вроде «Зиппо», только русскую, почему-то с гербом СССР, флакон топлива для нее. Открыл основное отделение, поставил на землю, вылил весь флакон внутрь, зажег огонь и аккуратно уронил зиппу внутрь. Бензин вспыхнул синим пламенем, синтетическая одежда стала плавиться, но гореть не желала. Впрочем, скоро вспыхнула и она, а потом и сама сумка.

Схватив баул за ремень, я швырнул его в контейнер, отошел к противоположной стене, чтобы не так воняло паленым, и достал вейп. Затянулся, поморщился и закашлялся словив гарика. Забыл жижки долить.

Достал флакон, заполнил бак, сделал несколько холостых тяг, и снова стал парить. Через пять минут проверил контейнер — от сумки осталось немного, а вся одежда внутри поплавилась, слипшись в единую массу. Ну и хорошо, все равно никаких биологических следов там теперь не найти, а на остальное похуй.

А теперь, как сказал Чех, в клуб. Только один я туда не пойду, а вызвоню Нату. Прошвырнемся вместе, а то давно нигде не были.

Я вышел из подворотни, нашел в телефоне ее контакт, и набрал. Ответила она быстро. На фоне были плохо различимые голоса, и играла громкая музыка. Да она сама там отдыхает, похоже.

— Да, милый? — сказала она.

— Ты где? — спросил я.

— В «Кроне», с подружками отдыхаем. А ты уже закончил на сегодня?

— Закончил. Ты там только с подружками?

— А ты что, ревнуешь? — она рассмеялась.

Я, кажется, задал вопрос, а ответа не получил. Ну и хрен с ним, все равно я сейчас туда поеду. Правда, «Крона» — клуб для корпоратов, и меня в таком виде могут туда не впустить…

— Я сейчас приеду, — сказал я.

— Да с подружками я, с подружками! — заверила она меня. — Чего ты?

— Да ничего, я просто тоже в клуб хочу. С тобой. В андер не поеду, в другие клубы ты со мной не пойдешь. Так что остаётся только мне приехать к тебе.

— Так тебя не пустят сюда, — проговорила она.

— А ты не договоришься?

Молчание. То ли думает, то ли выслушивает, что ей говорят. Ну да хрен с ним, будем ждать ответа.

— Конечно договорюсь! — наконец сказала она. — Приезжай!

— Скоро буду, — ответил я и отключился.

Глава 13

До клуба я доехал на каршеринге, привычно припарковав его за пару кварталов, которые прошел пешком. По дороге набрал Нату, попросил ее выйти и встретить меня. Так что, когда я пришёл, она уже стояла возле клуба и цедила одноразку которую, видимо, взяла у кого-то из подруг.

Девушка была одета в строгий костюм с блузкой, пиджачком и длинной юбкой. Единственное, что на ней было привычного мне, так это туфли на высоком каблуке. Она всегда носила такие, компенсировала низкий рост.

— Это про тебя в новостях говорят? — спросила она, едва увидев меня.

— Ты о чем? — на всякий случай спросил я.

— Про людей, напавших на здание «ИнвестТеха». Ты там был?

— Что ты, нет конечно, — как мне показалось, искренне рассмеялся я. — Уверен, что все, кто в этом участвовали, уже в переработке. Или в очереди на нее. Это ж «Новая Москва-Сити», там охраны… А что еще говорили в новостях?

— Да остальное все, как обычно. Но наши только об этом нападении говорят. И еще в сети обнаружили манифест о борьбе с корпорациями, который вроде бы и выложили эти придурки.

Я вздохнул. Значит, о попытке промышленного шпионажа в новостях ничего нет. Это, конечно, ничего не значит, потому что вряд ли служба безопасности «ИнвестТеха» рассказала бы репортерам о найденном у них в здании приборе. Но все же немного успокаивает.

— Ладно, пойдем внутрь, — сказал я. — Не беспокойся, я сегодня ни в кого не стрелял. Просто развез парней по точкам, а потом кое-что скинул. Все.

— Это хорошо, — она вдруг улыбнулась. — Слушай, может быть, тебе оставить эту работу? Ты ведь неглупый парень, я могу оплатить тебе образование, устроишься к нам же, будешь расти по карьерной лестнице…

С чего бы это она? Ей вроде бы нравилось то, чем я занимаюсь. Она ведь со мной потому и познакомилась, что я наемник. Разве нет?

Она половину своих подруг в нашу постель перетаскала только потому что им было интересно трахнуться с наемником…

— Ты не шутишь? — на всякий случай спросил я.

— Да шучу конечно! — крикнула она и пьяно засмеялась.

У меня аж от сердца отлегло. Это все та же Ната со своими глупыми шутками.

— А ты поверил, да? — спросила она. — Ну я и актриса, верно?

— Это уж точно, — мрачно кивнул я, потому что от этой шутки мне стало не по себе.

Да она ебанутая, кто же над такими вещами прикалывается? Мне захотелось развернуться и уйти, но девушка схватила меня за руку и потащила в сторону входа в клуб. Охранники переглянулись, и заступили нам дорогу.

— С оружием нельзя, — сказал один из них, вытянув вперед правую руку.

— Так я без ствола, — с недоумением ответил я.

Это правда, на это дело мы ходили без пистолетов. Даже в машине их не стали оставлять, слишком опасно.

— Я вижу, — спокойно ответил охранник. — А на поясе у тебя что?

— Шокер, — сказал я. — Так это не оружие. Так, для самозащиты.

— Все равно не впустим.

— Да у меня «базуки», — показал я ему ладонь, покрытую «рилскином». — Если я подраться захочу или кого-то в переработку отправить, то мне шокер и не нужен.

— Железо ты все равно никуда не денешь. А вот шокер можешь выбросить.

— Блядь, он так-то денег стоит, — возмутился я.

— Если он его мне отдаст, впустите его? — спросила Ната.

— Конечно, Наталья Вячеславовна, — кивнул он. — Но только вы его подальше уберите, и ему не отдавайте.

— Не, ну это хуйня какая-то, — покачал я головой. Мне уже не нравилось это место. — Это дискриминацией называется.

— Таковы правила заведения, — ничего не выражающим голосом ответил охранник. — По всем вопросам обращайся к администрации.

— И как мне с ними поговорить? — спросил я.

— Они внутри, — он, кажется, наслаждался ситуацией. — Но мы тебя не пропустим.

Вот за это пиджаков и не любят. А еще сильнее ненавидят тех, кто им добровольно прислуживает. Вот типа таких парней. Уроды.

— Просто отдай мне эту штуку, — попросила Ната. — Я за тебя поручилась, не надо устраивать сцен.

— Ладно, — вздохнул я, снял шокер с пояса, и передал девушке. Она убрала его в сумочку, и охранники тут же расступились.

Мы вошли, я сразу же двинул к кассе, спросил, сколько стоит вход. Дорого, целых пятьдесят рублей. Но делать было нечего, так что я приложил ладонь к считывающему устройству. Сегодня надо платить со счета, чтобы оставить как можно больше следов. Мол, ни о чем не знаю, ни с кем не контачил, бухал в клубе со своей девушкой.

Клуб оказался очень похож на тот, где я выслеживал друзей Щегла, только явно дороже. Людей тут было меньше, но на танцполе все равно кто-то трясся под неровный бит очередного электронщика. Однако тут был ди-джей, он стоял за стойкой с важным видом и наушниками на голове, и что-то делал с пультом. Никогда не разбирался в таких делах, мои умения в музыкальном деле ограничивались парой риффов на гитаре.

Ната повела меня вглубь клуба, но я остановился у стойки. Бармен смерил меня одновременно заинтересованным и откровенно враждебным взглядом. Похоже, что людей вроде меня тут же жаловали. Ну да, все в костюмчиках, я в своей куртке с капюшоном выгляжу здесь, словно белая ворона.

— Виски, — сказал я. — Ирландский. Лучше всего с «Килбегган Дистиллери». Давай сразу бутылку.

— А не дорого будет? — посмотрел он на меня.

Не, ну ей-Богу, заебали уже. Про мои доходы ни сном, ни духом, а судят. Сами — грязь под ногтями, пиджакам прислуживают. Хотя, по мне не видно особо, было бы у меня железа на восемьсот тысяч, как у Чеха, и отношение тут же поменялось б.

— Сколько? — спросил я.

— Двести пятьдесят.

В алкогольном супермаркете такой виски стоил от силы полторы сотни. Вот тебе и надбавка. Да, неплохо они их тут доят.

— Нормально, — я поднял руку. — Давай.

Он хмыкнул, но все-таки активировал терминал оплаты, а я приложил к нему руку и подтвердил платеж. Деньги списались, и бармен передал мне бутылку, и рокс. Бутылку я забрал, а вот бокал проигнорировал. Почему бы не поэпатировать немного, не выебнуться перед этим сборищем пиджаков? Буду хлестать виски из горла.

Я содрал этикетку, выдернул пробку и приложился, сделал несколько глотков. Да, это не какой-нибудь дешевый шотландский горлодер. Это сладкий, как роса, традиционный продукт. Правда, росу я не пробовал, и не стану, а вот это выпью с превеликим удовольствием.

— Пошли уже, — сказала Ната за спиной. — Нас все ждут.

— Идем, — я заткнул пробкой бутылку, и двинулся за ней.

«Ростелекомовские» сидели тесной компанией. Из знакомых мне тут были Лина и Мари, и обеих я знал со всех сторон. Возможно, даже слишком хорошо, особенно если учесть, что эта самая Мари оказалась брызгалкой, и обкончала нам всю спальню. Я об этом не просил.

Тут было еще две незнакомые мне девушки, и двое парней. Все-таки Ната меня обманула, она была тут не только с подругами.

— Ну привет, — я уселся на диванчик, примостившись рядом с незнакомой девушкой, рыженькой и веснушчатой, и очень, очень худой. — Меня зовут Женя.

— Это Молодой, — представила меня Ната, которая почему-то не стала садиться рядом, а примостилась напротив. — Я вам про него рассказывала.

— Ой, а мы тезки, — рассмеялась рыженькая.

— Тебя тоже зовут Молодой? — с сомнением посмотрел я на нее.

— Нет, я тоже Женя, — снова улыбнулась она.

— Игорь, — сказал первый из парней.

— Грэг, — представился второй.

— Кейт, — назвала свое имя последняя из незнакомок.

Ага, значит, Игорь, Гриша и Катя. Так и запомним.

— Ну что, — спросила Лина. — Сколько незаконных дел провернул сегодня? Сколько совершил заказных убийств, налетов на конвои, проникновений с целью корпоративного шпионажа?

— Два заказных убийства до обеда, еще одно после, — ответил я в тон ей. — Конвои сегодня особо не летали. А на десерт все закончилось тем, что я вломился в главное здание «Мирограда» и похитил все их грязные секреты. Ребята, вы хоть знаете, что мы едим? Ммм. Это словами не передать.

Все рассмеялись, и напряжение, возникшее, было, между нами, угасло. Я откупорил бутылку, хлебнул прямо из горла. Ната посмотрела на это с неодобрением. Девчонки пили шампанское из высоких бокалов, а парни цедили пиво. Да уж. Похоже, что я нажрусь первым.

— А ты правда наемник, Молодой? — спросил у меня Игорь. — Умеешь решать вопросы?

— Смотря зачем ты спрашиваешь, — ответил я.

— Игорь у нас — координатор службы безопасности, — почему-то вместо Наты пояснила Женя.

— Точно, — кивнул парень. — Многие наемники идут к нам в оперативники. Заниматься приходится в общем-то тем же самым, но платят регулярно, фиксированный оклад, премии за задачи и, самое главное — будешь чист перед законом.

— Почти чист? — спросил я, улыбнувшись.

Я прекрасно знал, что такое эти самые службы безопасности. По сути частная армия, которая решает вопросы для своего нанимателя. Решила корпорация, скажем, выкупить акции своего конкурента… Нужно сбить цену, и они отправляют свою службу безопасности нарушать коммуникации, их собственные хакеры ломают базы данных. Иногда это может достигнуть масштабов настоящей войны, особенно, когда на лакомый кусочек позарились сразу несколько вот таких гигантов.

— Корпорация предоставит тебе лучших адвокатов, — ответил Игорь. — Там такие воротилы… Они тебя отмажут, даже если ты резню в центре города устроишь. Ну? Ты не хочешь легализоваться?

— Не, — я покачал головой. — Это ведь рутина, и никакой романтики. А я привык летать свободной птицей. Воздержусь.

— Ну смотри, — ответил он и вдруг протянул мне визитную карточку. — Возьми на всякий случай. Может быть, надумаешь.

— Не возьму, — покачал я головой. — Надо будет что-то сделать, обращайся к решалам. Они подберут тебе людей. Может быть, и на меня выйдут, если что. Да и сам подумай, что будет, если на каком-то деле меня возьмут за жопу, а в кармане у меня окажется твоя визитка?

— Тут ты прав, — вздохнул он, и убрал карточку обратно в визитницу.

Я выпил еще. В голове уже начинало шуметь. Больше всего мне хотелось откинуться на диванчике и расслабиться, но всеобщее внимание по-прежнему было приковано ко мне.

— Ну и жесть же сегодня творилась в «ИнвестТехе»? — спросил тот, что называл себя Грегори. — И ведь у них офис в даунтауне, а не на отшибе, как наш. Там и камер больше, и охраняется все гораздо лучше. А все равно проморгали.

— Наши не проморгают, — тут же сказал Игорь. — Я за них лично отвечаю. А вообще, ничего удивительного. Террористы же, и про манифест в сети говорили.

— Вы серьёзно думаете, что это террористы? — спросил я, и отхлебнул еще из бутылки. — Не, пацаны, будьте уверены, тут кто-то из ваших поработал.

— В смысле из наших? — тут же спросил Игорь.

— Ну, из пиджаков, — сказал я, и все они, включая Нату, поморщились. Они, очевидно, не любили, когда их так называют. — Парней, которые ненавидят корпорации много, и, должен сказать, на это есть причины. Но кто-то явно собрал их вместе, дал им оружие. Руку даю на отсечение, тут кто-то их координировал. А кому это надо, кроме других корпораций?

— Вообще-то логично, — вдруг согласилась Женя. — Это очень похоже на ваши методы.

— Я бы все-таки не строил таких далеко идущих теорий, — покачал головой Гриша. — Они могли купить оружие на черном рынке. Опять же, манифест… Да и говорят, что их там чуть ли не сорок человек было.

Ну про сорок человек он, конечно, загнул. Но в целом, я просто запустил сплетню. Они по-любому будут это обсуждать между собой, так что скоро такая версия разойдется. А так как она действительно убедительная… Как же умен был человек, который сказал, что если ложь в равных пропорциях смешивать с правдой, то ей начинают верить.

— Я отойду, — сказала Ната. — В туалет.

— Носик припудрить? — тут же спросила Мари. — У тебя есть чего?

— Есть, — слегка недовольно сказала Ната.

Так вот чего с ней сегодня такое. Нанюхалась. Когда она в таком состоянии, с ней общаться просто невозможно, шутки дурацкие постоянно, дергается от любого слова. Еще и разозлилась наверняка, что я сюда приперся. Нет, на самом деле, надо было ехать на концерт, а ее оставить в покое.

Но раз уж я здесь…

— Я с тобой, — сказала Мари, и тоже поднялась.

Вместе они двинулись куда-то в сторону прочь от выхода, видимо, там находились туалеты. И только Ната отвернулась, как Женя положила мне руку на бедро.

И одновременно с этим Лина поддалась вперед, и сказала:

— Слушай, а может быть, встретимся как-нибудь вечером? Ну… Поужинаем?

— И перепихнемся? — спросил я.

— Ну да, — без тени скромности сказала она.

— Эй, я первая хотела ему это предложить! — воскликнула Женя, и ее рука поползла выше, к моему паху.

Я мягко взял её, и убрал со своего достоинства.

— Я не буду с тобой спать, — ответил я. — Во-первых, ты уже пройденный этап, понимаешь? Вот ее, — я кивнул в сторону Жени. — Я бы трахнул. Но тоже не буду. Слушай, что такое? В Новой Москве куча наемников, какого хуя вы ко мне приебались?

— Ты ведь дикий, — сказала рыжуля. — Ты приходишь в дорогущий клуб, ведешь себя так, будто ты тут хозяин, берешь бутылку виски, и пьешь ее из горла. Ты думаешь, этого не достаточно?

— Я не знаю, — я пожал плечами. — Но спать с вами я не буду. Хотя бы потому, что это будет некрасиво по отношению к Нате.

— Пфф, — усмехнулась Лина. — А то ты думаешь, что она верность тебе хранит?

Чего, блядь?

— А вот с этого момента поподробнее, — сказал я.

— Ну… — кажется, до нее дошло, что она сказала лишнего.

Впрочем, слово — не воробей, вылетит — не поймаешь. Воробьи, кстати, до сих пор водятся в городах, как и голуби. Наглые и верткие, их очень много, и с ними никак не совладать. Намного хуже крыс, тех хоть отрава берет.

Я сам не понял, как это произошло, но мгновение спустя я уже стоял, держа Лину за горло. Лицо девчонки покраснело, она захрипела. Люди вокруг повскакивали со своих мест, кто-то уже собирался звать охрану.

Чтобы разжать руку, мне понадобилось приложить немало усилий. Не надо так, она тут не причем.

А ведь это задело меня гораздо сильнее, чем я думал. Казалось бы, кто такая Ната, случайная девчонка, с которой мы познакомились в андере, да еще и из пиджаков. Да, мы жили вместе, но это исключительно ради удовольствия, которое оба получали при этом.

Надо успокоиться. Выйти покурить, например. Заодно и подумаю, стоит мне возвращаться или нет.

Так ничего и не сказав, я развернулся и двинулся прочь из клуба. Прошел мимо кассы, охранников, вышел на улицу, достал из кармана вейп и затянулся. Веселье было в самом разгаре, на улице курило несколько компаний и одиночек, все в дорогих костюмах. На их фоне я почувствовал себя белой вороной, и никогда еще их образ жизни и манера одеваться не вызывали во мне такого отвращения.

Затянулся, но легче мне почему-то не стало, наоборот, только хуже. Очень хотелось кого-нибудь избить, или что-нибудь сломать. Но Нату я бить не стану, не хочу доставить ей такого удовольствия.

Я сделал еще глоток из бутылки, снова вдохнул сладковатый пар со вкусом ягод. Не отпускало.

Мужчина справа от меня украдкой достал ингалятор, вставил его себе в рот. Да, пожалуй, это именно то, что мне сейчас нужно.

Я убрал вейп из кармана, и двинулся к нему.

— Дай сюда, — сказал я.

— Чего? — не сразу понял он. — Ты кто такой вообще, мальчик?

Меня накрыло, не знаю, как так получилось, но я долбанул его бутылкой по башке. Она разлетелась вдребезги, расплескав свое содержимое, из разбитой головы упавшего на асфальт пиджака потекла кровь.

Резаная рана головы. Черепно-мозговая травма.

Наклонившись, я подобрал с земли ингалятор, протер его об штаны, вставил в рот и нажал, одновременно вдыхая.

Время будто остановилось, я видел, как все уставились на меня, как охранники, увидев, что я натворил, двинулись в мою сторону, а кто-то из девчонок открыл рот для протяжного крика.

Мгновения спустя, все пришло в норму. Я перехватил бутылку как розочку, повернулся к охранникам.

— Еще шаг, и пизда вам! — крикнул я. — Я вас порежу, пидорасы!

Сделал два шага в сторону, и вышел на дорогу. Машина, ехавшая в мою сторону, остановилась с визгом шин, мужик, сидевший за рулем, отчаянно надавил на клаксон, но я уже подскочил к двери и распахнул ее, пока водитель не заблокировал ее.

Схватив мужчину рукой за шею, я резко долбанул его лицом о руль, а потом выволок на улицу. Уселся, закрыл дверь, заблокировав ее, утопил педаль газа, и понесся в ночь.

Глава 14

Я ехал прямо по дороге, не разбирая пути, гнал километров сто десять, при разрешённых в городе шестидесяти. Ингалятор валялся на сиденьи, я снова взял его, и сделал два ожесточённых вдоха. Меня по-прежнему не не отпускало.

Перед глазами появилось окошко входящего вызова. Ната. Я сбросил звонок, а потом и еще. Тогда она скинула мне сообщение, однако я не стал его читать.

Скрипнув зубами, я набрал номер Фаната. Нам нежелательно связываться с ним сразу после дела, но сейчас мне срочно нужен был решала. Не к Кастету же мне обращаться в самом деле.

Фанат ответил сразу же. Ну да, он не должен спать, у него ведь тоже клуб, который работает всю ночь.

— Молодой? — спросил он. — Какого ху…

— Нужна помощь, — прервал его я. — Сейчас скину профайл, нужны все контакты, с которыми она общается. Привлеки Крисси, пусть ломает базы, но только достань мне эту инфу до утра.

Я выбрал нужный контакт и отправил его, резко вывернул руль, заходя в поворот боком, выровнял машину и снова притопил газ.

— Ладно-ладно, ты только глупостей не делай, — ответил он. — Бля. Топ-менеджер Ростелекома. Ты чего, издеваешься? Ты хоть представляешь, во сколько мне это встанет?

— Семидесяти штук, которые ты мне должен, хватит? — вопросом на вопрос ответил я.

— Это двадцатка, не меньше. Ты сам-то готов на такое?

— Заберёшь из моей доли, — сквозь зубы проговорил я. — Делай, блядь, а не еби мне голову.

— Ну хорошо, — он вздохнул. — До утра, говоришь? Как готово будет, я тебя наберу.

Не знаю, зачем мне эта информация, наверное, хотелось убедиться в том, что Лина действительно сказала лишнего. Удостовериться в том, что это было случайная оговорка, а не тонкий расчет на то, что я отреагирую так, как сейчас. Потому что, если она попросту хотела поссорить нас, то какой же я мудак…

Да нет, бред, хули я Нату оправдываю-то? Я ведь сам об этом догадывался, просто признаваться себе не хотел. А теперь так и вообще почти уверен.

Передо мной на дорогу выскочил человек, я надавил на клаксон, он отпрыгнул в сторону, а я поехал дальше, не сбавляя скорости. А даже если бы и сбил его. Мало ли людей умирают каждый день от обдобанных водителей, и мало ли народа я отправил в переработку?

— Немедленно остановите машину! — послышался сзади голос, усиленный мегафоном. — Прижмитесь к обочине, заглушите двигатель.

Я глянул в зеркало заднего вида, в которое было отчётливо видно полицейскую «Ладу» с включёнными проблесковыми маячками. Ехала она за мной. Да и не было других машин на дороге кроме моей.

Ну что, похоже, я попал. Мои выкрутасы все-таки привлекли внимание легавых. Угон, вождение в состоянии наркотического опьянения, тяжкие телесные… Да, по совокупности мне светит лет пять-шесть. И это при условии, что я не буду от них уезжать, а сдамся прямо сейчас.

И тут меня накрыло окончательно.

То есть мало того, что моя телка оказалась шалавой, так меня ещё и мусора примут, и засадят. Да ну в пизду, хрена им лысого по всей роже.

Поиграем.

Я почувствовал, что мышцы моего лица сводит судорогой. Ну и злобная лыба у меня сейчас должна быть.

И сильнее притопил педаль газа.

* * *

Ненавижу просыпаться от звонков. Особенно, если они с незнакомых номеров.

Я уставился в потолок, и понял, что лежу в спальной нише своей квартиры. Ну, по крайней мере, дома, и то хорошо. Голова дико болела, тошнило, очень хотелось пить. Во рту как кошки нагадили.

И самое главное, я нихуя не помнил, что было вчера ночью. Вроде за мной гналась полиция. А дальше?

Придется брать в трубку.

— Ты, козёл! — послышался в трубке женский голос. — Какого фига ты в меня вчера кончил?

Чего? Похоже, что я весело провел время. И что ответить на такие обвинения? Остается только пошутить.

— Так ты сама об этом просила, — хриплым со сна голосом ответил я.

— Я пьяная была! — продолжился поток обвинений. — А ты мной воспользовался! Уебок!

Я сбросил звонок, и отправил абонента в чёрный список. Да уж, как будто я был полностью трезв и контролировал ситуацию, если дошел до такого. Да и вообще ответственность за такие дела лежит на обоих. Безопасный секс — закон для всех.

Входящих сообщений было тридцать штук, большинство из них с незнакомых номеров. Дюжина пришла от Наты, я стер их, не читая. Остальные принялся разбирать.

Одно было от Лины. Корпоратка писала, что если уж у нас с Натой теперь все, то она готова ее заменить. Я стер это сообщение и кинул девушку в черный список. Мне не улыбалось начать встречаться с такой же шлюхой.

Пять, очень гневных, было от какого-то мужика, по поводу угнанной машины. Странное дело, чего он так завёлся, я ведь колымагу угнал, откровенно говоря, да и застрахована наверняка. Страховки он больше получит, чем, если я ему тачку верну, может быть, и купит себе что-то нормальное.

Остальные были от разных людей. Что-то с угрозами, что-то с предложениями встретиться еще. Похоже, что вчера я дрался, бухал и трахался. Вот уж действительно, хотел оставить как можно более заметный след, и оставил. Интересно, а я в розыске уже, или еще нет? Ладно, что-нибудь придумаем, на крайний случай подмажу легавых через решалу, чтобы забыли о моем существовании.

Последнее сообщение было от Фаната. Он просил позвонить ему, как только смогу. Но пока я точно не в состоянии провести этот разговор. Сперва надо встать и хотя бы умыться. Ну и от головы что-нибудь принять не лишним будет.

С огромным трудом выбравшись из спальной ниши, я подошел к шкафчику и принялся искать внутри шипучие таблетки от головной боли. Нашел, кинул одну в стакан, залил водой из-под крана. Дождался пока растворится, выпил залпом. Налил еще, выпил, легче не стало. Но ничего, пройдет.

Снова звонок. Тот самый номер, с которого мне писали про машину.

— Да? — спросил я.

— Пизда! — ответили мне. Голос был слишком молодой, он точно не подходил тому мужику, у которого я угнал машину. — Где моя тачка?

— А я почем знаю, — ответил я. — Я на ней от полиции уходил, а дальше ничего не помню. Так что ты почту проверяй, тебе скоро письма интересные придут. Читай, открывай, возможно, будет интересно. Кстати, откуда у тебя мой номер?

— От верблюда, блядь, — кажется, он был в ярости. — Ты хоть знаешь, сколько она стоит?

— Поюзанная «Лада Алина»? Ну тысяч десять, — я вздохнул. — Ладно, давай так. Днем я тебе скину десятку, и мы в расчете, ок? Только подай заявление на угон, чтобы у тебя потом проблем не было. Но примет моих не давай.

— Ты не в адеквате что ли совсем? Какая «Алина», какие десять тысяч? Совсем все мозги отбили?

Голова действительно заболела от его голоса, и я сбросил звонок. Ну на хуй. Потом разберёмся. А сейчас надо умыться, и позвонить решале.

Интересно, откуда у случайного мужика, у которого я угнал машину, мой номер? Неужели Ната дала?

Поставив стакан на стол, я двинулся в ванную, подошел к умывальнику и посмотрелся в зеркало. Блядь, ну и видок.

Под глазом наливался солидный синяк, левая бровь была рассечена. Да еще и грудь вся синяя, как будто бы пинали меня. Как я до дома добрался? Как не убили еще?

Я открыл воду, набрал пару пригоршней, и побрызгал себе в лицо. Почистил зубы, чтобы избавиться от мерзкого привкуса. Сигареты курил что ли ночью?

Потом умылся еще раз. Лучше выглядеть я не стал, но бодрее точно.

И набрал номер Фаната.

— Молодой? — спросил он. — Все в порядке? Ты долго не отвечал.

— Спал, — ответил я. — Ну так что ты там нарыл?

— Да все, что надо, досье за последний месяц. Более того, добрались даже до базы ее звонков и переписок. Там файл едва ли не на десять гигов. Знаешь, она настоящая блядь. Нюдсы кидала почти всем своим контактам, включая баб. Вот такие вот дела. Тебе пересылать? Могу в облако залить и ссылку дать.

Челюсть резко свело, и я заскрипел зубами. А потом, что было сил, ударил кулаком в зеркало, разбивая его. Единое отражение распалось на множество, осколки посыпались в в раковину. Да уж. Бывает же такое.

— Молодой, с тобой все в порядке? Что с базой-то делать?

— Да ничего, — ответил я. — Себе оставь.

И сбросил звонок. Значит, Лина все-таки говорила правду.

Вот ведь ситуация. Я-то вообразил себя крутым наемником, раз провернул несколько сложных заказов, и склеил клевую девчонку из пиджаков. А оказалось, что все совсем иначе.

Да, обо мне начинают говорить в городе, а андерах я уже за своего, а решалы готовы не только подкинуть мне заказ, но и наоборот, помочь мне, когда что-то понадобится. Но, если подумать, я так и остался тем же лохом из подворотни, которого теперь еще и поюзала корпоратка.

А что делать-то теперь? Как эту ситуацию решать?

А ничего не делать, нужно ждать новой работы. Как раньше говорили, «прокачивать личный бренд». Сейчас обо мне знают немногие, но скоро заговорят все. И тогда у меня будет столько денег, и столько телок, что их девать некуда будет. Вот и все.

Но, блядь, как же обидно. Детское какое-то слово «обидно», но так оно и есть. Да, я тоже ей изменил. Но разница между нами была в том, что я чувствовал стыд за это, а она нет. Я ведь даже загладить свою вину пытался, пусть она о ней и не знала. Да, это не оправдание, но…

Окончательно запутавшись в мыслях, я развернулся и вышел из ванной. Вернулся к спальной нише, уселся на кровать. Ложиться не хотелось, было предчувствие, что если я приму горизонтальное положение, то отступившая, было, головная боль, снова на меня набросится. Хотелось действовать.

Например, взять какой-нибудь заказ. Или сделать еще что-нибудь такое.

Я провел рукой по постельному белью. Да, давно я его не менял, месяца полтора. Впрочем, я и не спал тут особо, все больше времени проводил у корпоратки.

Уставился на ладонь, и увидел на ней длинный волос. Мне вспомнилась та девчонка, с которой я познакомился в баре. Хорошая, по крайней мере, грустить по-настоящему умеет. Почему бы ей не позвонить?

Даже не чтобы потрахаться, а просто пообщаться с нормальным человеком, никак не связанным ни с моей жизнью среди наемников, ни с пиджаками. Сходить в кино, или в ресторан. А может быть, даже в театр, если он ей нравится больше. Узнаю.

Выгляжу я, конечно, не очень, но разве шрамы и синяки не украшают мужчину? К тому же, может быть, она так поверит, что я действительно наемник?

Я нашел в книге контактов ее номер. Позвонил. Ответила она сразу, видимо не на работе.

— Привет, Женя! — сказала она. — А чего ты так долго не звонил?

— Работа, — ответил я.

— А, да, ты же наемник, — она рассмеялась. Видимо, она действительно до сих пор мне не верила.

— Ты сегодня не на смене? — спросил я. Помнил, что она говорила о том, что работает два через два. Дурацкий график. Хотя мать работает по такому же, и всем довольна.

— Нет, сегодня и завтра выходная, — ответила девушка. — А что такое?

— Думал увидеться, — сказал я. — Ты еще не против?

А если откажет? Да откажет, и похуй на самом деле, всякое бывает. Ну, забью, дома кино посмотрю, или в интернете посижу. Книжку почитаю, в конце-концов. Каких-то социальных контактов от меня все равно не требуется, кажется, все, что было надо, я уже вчера сделал. Возможно даже, что перебрал с этим, судя по количеству входящих сообщений и звонков, которые ждали меня с утра.

— А куда ты хочешь? — спросила она.

— О, у меня на уме обширная программа, — ответил я. — Сперва пойдём в кино, потом в кафе, потом погуляем в центральном парке, а потом в бар. После бара я отвезу тебя домой и поцелую на прощание. Как тебе?

— Неплохо, — рассмеялась она. — Ты за рулем?

— Да.

— Тогда я скину тебе адрес. Заезжай за мной часа через два, и поедем. Только фильм выбираю я!

— Всецело тебе доверяю, — ответил я. — Тогда через два часа. Жду с нетерпением!

И сбросил звонок. Ну, все прошло не так уж и плохо, по крайней мере, она согласилась со мной выйти. Удивительно, но я понял, что это многое для меня значило. Скорее всего, потому что эта девчонка была островком настоящего в нашем насквозь искусственном мире.

Но надо собираться. Поэтому я отправился в душ и тщательно вымылся. Таблетки подействовали окончательно, так что к концу этого действа голова у меня уже не болела. Я тщательно почистил зубы, уложил волосы мокрой расческой, и помазал рожу мазью от синяков. Она действует быстро, так что через час у меня на лице будет уже просто желтое пятно. Все лучше, чем красоваться здоровенным фингалом.

Настроение на удивление улучшилось, вчерашняя история позабылась, я уже, вроде, больше и не злился. Единственная мысль, которая меня пугала, это то, что мне придется проверять баланс моего счета. Да, у меня там хранились далеко не все деньги, да и неприкосновенный запас в виде большого пакета с золотом никто не отменял, но знать, сколько я потратил за вчера, вообще не хотелось.

Впрочем, пришлось. Потратил я много, но могло быть и хуже. Так что все в порядке.

Адрес мне скинули, пока я только вышел из душа, и навигатор показывал, что ехать туда при нынешнем уровне пробок около получаса. Нормально, но я решил выехать чуть пораньше, чтобы иметь возможность свалить, если все-таки передумаю с ней встречаться.

Я вышел из квартиры, спустился в лифте на первый этаж, и вышел на улицу. И первое, что я увидел — это отряд круто заряженных парней, стоявших снаружи. И почему-то, едва завидев меня, все они вскинули пушки.

Наклонив голову, я увидел на груди с дюжину пятнышек от лазерных целеуказателей. Интересно, это с какого перепугу такой прием? Неужели все-таки в здании «ИнвестТеха» нашли наше устройство, вычислили нашу бригаду, и теперь приехали за нами?

Но нет, на форме целившихся в меня парней совсем другие знаки различия. Если верить им, это служба безопасности «РосИнКома». А это другая корпорация, не менее зловредная, но тем не менее. И когда я им в кашу насрать успел?

— Пацаны, вы меня, кажется, с кем-то перепутали, — проговорил я. — Я тут не при делах. Давайте я домой пойду.

Из-за спин «эсбэшников» вышел лощеный парень в костюмчике с иголочки, лицо которого показалось мне смутно знакомым. Однако я никак не мог припомнить, где и когда я его видел. Может быть, в одном из клубов для корпоратов? Все-таки я был там два раза.

— Руки, сука, руки! — послышался злобный выкрик.

Я тут же вздернул руки вверх. В кобуре подмышкой у меня был пистолет, но я даже не подумал о том, чтобы за ним полезть. Все равно убьют, как только я дернусь.

А потом парни разошлись в стороны, грамотно принимая меня в кольцо, и я увидел припаркованный на газоне около дома спорткар. Не российский, что-то японское, от «Митсубиси». Такие тачки могли позволить себе только очень богатые люди. И машина эта была не в самом лучшем состоянии.

Передний бампер был оторван, капот выгнут, как будто кто-то впилился на полной скорости во что-то. Не в столб, тогда автомобиль выглядел бы еще хуже, а вот в мусорный бак или что-то наподобие…

Одно из боковых стёкол было разбито, зеркало с той же стороны оторвано, а по борту шло несколько глубоких царапин.

И тут я вспомнил, что произошло вчера. А заодно понял, о какой машине говорил звонивший мне парень.

После того, как я уехал от полиции, я отправился в другой клуб. А потом во второй. И в третий. Я бухал, заодно употребляя все, чем меня угощали случайные знакомые, трахался, а кое-где и подрался.

А потом вернулся туда, откуда уехал в первый раз, чтобы найти Нату и высказать ей все, что мне хотелось. Однако охрана не впустила меня внутрь, и я снова ввязался в драку. Когда же к ним пришло подкрепление, решил сдристнуть, и снова угнал машину. Которая и оказалась этим самым спорт-каром.

— Чел, я возмещу ущерб! — крикнул я. — Сколько это стоить будет? Сотку? Сто пятьдесят? Не волнуйся, деньги есть!

— Пакуйте его, — приказал корпорат.

Один из «эсбэшников» двинулся ко мне, снимая с пояса наручники. Я продолжал скорбно стоять, будто памятник жертвам Войны в городском парке.

Но, когда он подошёл вплотную, и приказал мне протянуть руки, чтобы надеть на них браслеты, я размахнулся и долбанул его кулаком в висок.

Второй частью плана было развернуться, и забежать обратно в дом, пока меня не расстреляли.

Однако сбыться этому плану было не суждено. Что-то впилось мне в грудь, пробив футболку, и мышцы резко свело судорогой. Я свалился на землю, дергаясь и скрипя зубами.

Внимание! Поражение электрическим током! Немедленно покиньте опасную зону!

Перед глазами промелькнула подсказка интерфейса, а потом мир погас.

Глава 15

Я открыл глаза. Оптика к этому времени уже успела ребутнуться, так что видел я прекрасно. И даже грудь совсем не болела, что удивительно, я ведь помнил, как она горела, когда в нее попал электрод.

Странно, но я чувствовал себя комфортно, потому что лежал на небольшой, но очень мягкой кровати, в комнате, стены которой были обиты белым композитом. Какое-то время я сосредоточенно разглядывал пол, стены и потолок, пытаясь отыскать хоть одно пятнышко, но нет. Все вокруг было стерильно чистым.

Когда мне надоело пялиться на окружение, я посмотрел на себя. Удивительно, но на теле не было никаких повреждений, кроме небольшого ожога на груди, там, куда попал электрод. Получается, меня даже не били. И это после того, как я проломил башку одному из них. Черт, вот это дисциплина.

Еще я был абсолютно голым.

Внутренние часы показывали, что прошло уже полсуток. Блядь. А я ведь договорился с девчонкой встретиться. Надо будет ей позвонить. Когда отсюда выберусь, потому что сейчас связь с сетью отсутствует. Где бы я не оказался бы, но у них тут глушилки. Это хуево.

Встав с постели, я осмотрелся, но уже другим взглядом. В поисках чего-нибудь, что может оказаться полезным в моей ситуации. Нашлась одежда, но не моя, а другая, тоже полностью белая. Лучше уж надеть ее, чем щеголять голыми мудями.

Так я и поступил, тем более, что одежда оказалась очень приятной для тела. Неужели натуральный хлопок? Черт, сколько же она стоит? А они приготовили ее для заключенного? А в том, что я именно заключённый, никто не сомневался.

На небольшом столике лежал металлический поднос с нишами, полными еды. Я не ел уже полтора суток, и решил, что неплохо было бы подкрепиться. Сомневаюсь, что меня стали бы травить, если б хотели убить, то сделали бы это сразу.

Так что, схватив пластиковую вилку, я стар наворачивать картошку. Схватил кусок мяса, откусил, и чуть не заорал от боли в зубах. Внутри оказалась кость! Самая настоящая кость! Да черт подери, я костей в мясе не видел… Да никогда не видел, если уж совсем честно.

Запил еду чаем, продолжил есть, пока не прикончил все, что для меня приготовили. Мясо было настоящим, мне приходилось жевать волокна. Кажется, я начинаю понимать пиджаков, которые тянутся за такой роскошью как натуральное мясо.

Я еще не успел закончить есть, как услышал снаружи шаги. Схватив поднос с недоеденной пищей, я встал сбоку от двери, услышал, как пикнул электронный замок, а потом с размаху долбанул вошедшего в помещение человека.

Множественные травмы мягких тканей лица. Сотрясение головного мозга. Потеря сознания.

Он, как вошёл, так и рухнул на пол. Это был совсем молодой парень в хирургическом костюме. Башку я ему не пробил, но навернул основательно, что хорошо. Рукой я его скорее убил бы, а так полежит, очухается.

Наклонившись над ним, я взял с его пояса электронный ключ и телескопическую дубинку, резким движением раскрыл ее. Ну что, хоть тут и было неплохо, лучше покинуть это место, тем более, что в искренности гостеприимства его хозяев я серьезно сомневаюсь.

Выскочив наружу, я закрыл за собой дверь, подергал. Все нормально. Ну, пусть теперь он там посидит.

Сам я прижался к стене и побежал вдоль нее. Так как я был босой, а пол оказался обит мягким ковролином, звуков шагов практически не было. Это играло мне на руку.

Неплохо было бы вернуть свою одежду, кошелек и пистолет. Впрочем, если удастся вырваться на свободу, то можно и без этого обойтись. Правда, придется писать заявление о том, что ствол украли, мало ли, вдруг его потом найдут с парой трупов. Ну а так, с меня какой спрос, разве что с лицензией распрощаюсь.

Дверей было много. Это ж сколько народа тут сидит? Черт, куда же меня занесло?

Добежав до угла, я выглянул, и увидел человека, идущего в противоположную от меня сторону. Он, как и первый встреченный мной, был одет в хирургический костюм. Похоже, что это было для местных чем-то вроде формы.

Я рванул к нему, и он успел развернуться на звук, но тут же получил телескопичкой по лбу. Глаза его закатились, но я, тем не менее, продолжил его бить, пока на ковролин не брызнула кровь, а сам он не затих.

Интерфейс сообщил, что я сломал ему руку и разбил голову. Ну и плевать. Надо было выбирать другую работу.

Наклонившись, я обшарил его, но ничего, кроме такого же набора, как у первого, не нашел. Так что оставил все на месте, и побежал дальше.

Скоро я вышел к лифту, рядом с которым была неприметная дверь со значком лестницы. Решив выбрать ее, я подскочил, и приложил карту, которая не сработала. Нахуя им вообще карты, если у них нет доступа к пожарной лестнице? Тут ковролин, если он загорится, то пизда, задохнутся все, включая заключённых.

Пришлось идти в лифт. Я вызвал кабину, и она, к моему удивлению, приехала очень быстро. Войдя внутрь, я попытался открыть люк в потолке. Но он не поддавался, сколько бы сил я не прикладывал. Заваренный что ли?

Тогда я приложил карту к считывающему устройству, и надавил на кнопку первого этажа. По уму выход должен быть именно там. Судя по кнопкам, в здании было всего пять этажей: три наземных, и два под землей.

Лифт поехал вверх, и скоро остановился. Я прижался спиной к стенке, но когда двери разъехались в стороны, сразу стало ясно, что дергаться бесполезно. Снаружи стояло пятеро парней в форме при оружии, и ещё один корпорат. Только постарше, чем прошлый.

— Значит, вы выбрались из палаты, — сказал он. — Очень хорошо. Идите за мной, только дубинку оставьте.

— С чего бы? — спросил я.

— Если бы мы желали вам зла, то давно причинили бы его, — ответил пиджак. — Так что идемте.

Выбора не было, я сунул дубинку одному из «эсбэшников», и пошел следом за пиджаком. Двое безопасников пошли за нами, оба держали в руках оружие. Остальные остались у лифта.

Холл выглядел богато, иначе и не скажешь. Пожалуй, что он ничем не уступал холлу в башне «Губерния», только ведь это было не основное здание корпорации. Вряд ли штаб квартира находилась тут, скорее это было похоже на какой-нибудь исследовательский центр. Особенно если учесть, что камеры они называли палатами.

Правда белого ковролина тут уже не было, только композит под дерево. Зато деревья в кадушках имелись, как и красивые люстры под потолком, аквариумы с живой рыбой, и прочее.

Мы вошли в небольшое помещение, судя по круглому столу с дюжиной кресел то ли переговорную, то ли конференц-зал. Скорее все-таки первое, для зала тут было слишком мало места. Здесь были и окна, ведущие на парковку, и электронные доски, на которых можно было писать. Сейчас они были выключенными, девственно белыми.

— Выпьете? — спросил пиджак.

— Не, — я поморщился. — Вчера перепил.

— Это прекрасный французский коньяк середины прошлого века, — проговорил корпорат. — Мы вывели все токсины из вашего организма, провели все необходимые процедуры. Поверьте, он вам не повредит.

— Только если вы выпьете со мной, — я гадливо улыбнулся. — А-то сами понимаете, пить в одиночестве — это прямая дорога в реабилитационную клинику.

— Почему бы и нет.

Он подошёл к тумбе, стоявшей в углу, открыл ее, достал пузатую бутылку и два фужера. Подошел к столу, выставил все это на него, налил, после чего предложил мне выбрать бокал.

Значит, отравить меня не пытаются. Можно еще подсадить маячок… Но тогда уж проще установить нейровирус. Да, мне нужна помощь Крисси и Ника, чтобы проверили, не закачали ли мне что-нибудь, пока я был в отключке.

Я взял бокал, и уселся на ближайшее место. Пиджак взял свой, обошел стол, и сел напротив. Странный человек, можно было бы ведь просто рядом сесть, и поговорить это никак не мешало бы.

— Евгений, ведь так? — спросил он.

— Лучше Молодой, — ответил я. — Женей меня только девушки и мать зовут. Близкие люди.

— Хорошо, как скажете. А меня зовут Эрнест. Я представляю «РосИнКом». Думаю, вы знакомы с нашей компанией?

— Ну, по крайней мере, с ее службой безопасности, — кивнул я и почесал грудь под одеждой. Боли не было, но ожог от электрода дико чесался. — А к чему такая честь? Я же просто рядовой наемник, который еще и серьезно насолил вам. Кстати, я готов возместить ущерб вашему сотруднику, пусть назовет сумму.

Я сделал глоток из бокала. Да, напиток дивный, ничего не скажешь. Вот, что означает высокая сахаристость. И никакого привкуса спирта, только виноград. Впрочем, чего тут удивительного, ему ведь почти полторы сотни лет. Заметив, что я выпил, пиджак тоже вежливо сделал глоток, и отложил бокал в сторону.

— Возместить ущерб придется, но немного другим способом, — спокойно проговорил Эрнест. — Знаете, судя по всему, вы чрезвычайно одаренный молодой человек. Мы сделали кое-какие тесты, пока вы лежали без сознания, и их результаты впечатляют.

— Вот как? — спросил я. — И что во мне особенного?

— Вы знаете своих родителей? — проигнорировал мой вопрос пиджак.

— Все не так уж и плохо, — пожал я плечами. — Мать работает фармацевтом в аптеке.

— А отец?

— Мертв. Умер сразу после моего рождения. Мама говорила, он был то ли из службы безопасности, то ли военным. Что-то такое. Но потом ушёл оттуда, и очень быстро спился.

— Интересно, — он вдруг снял очки, и принялся тереть их микрофиброй.

Зачем ему вообще очки, чисто для понту что ли? Никогда не поверю, что пиджак будет обходиться своими глазами, вместо того, чтобы вхуячить вместо них последнюю модель оптических имплантов от «Кибертроники». Может быть, для солидности носит?

— Очень интересно, — повторил он, водрузил очки на место и спросил. — Сколько времени вы уже наемничаете?

— Несколько месяцев, — ответил я. — Извините, но про свои дела я рассказывать вам не стану. Во-первых, вы мне не нравитесь, а во-вторых, если это всплывет, то меня очень быстро убьют. Я не только вам ноги оттоптал, но и остальным.

— Нет, конечно, Молодой, никакой конкретики, — кивнул Эрнест. — Мы знаем правила, и предпочитаем их соблюдать. Но кое-какие справки навели. То, что вы заработали на импланты, уже кое-что значит. Дела идут хорошо, так?

— Ну, в целом неплохо, — ответил я.

— И как же вас угораздило устроить вчерашнее? — спросил он. — Мы нашли в крови следы не только алкоголя, но и четырёх видов наркотиков. На вас висит два угона, причем, одна из машин теперь в базе полиции, потому что вам удалось каким-то чудом уехать от них. Вы прилюдно разбили голову уважаемому человеку, заместителю старшего менеджера по продажам из «Кибертроники», между прочим. Этого хватит, чтобы упечь вас за решетку лет на пятнадцать.

— Сорвался, — вздохнул я. — Моя девушка оказалась шлюхой, я узнал об этом. И пошло-поехало.

При слове «шлюха» он поморщился. Видимо, ему не нравилось, когда женщин так называют. А может быть, тут была другая причина. Сам он за все время ни разу не ругнулся.

— А раньше у вас такие срывы бывали? — спросил он. — Запои, импульсивное поведение, случайные связи?

— Блядь, да моя жизнь только из этого и состоит, — пожал я плечами. — Только я никак не пойму, к чему вы ведете.

— Узнаете в свое время.

Я разозлился. Хотелось сказать ему, чтобы шел в жопу со своими загадками. Что со мной может быть не так, я самый обычный человек. Да таких как я в Новой Москве полно. Практически каждый второй парень.

— В общем, у нас есть для вас взаимовыгодное предложение. Вы помогаете нам, а мы делаем так, что о ваших проблемах с законом забудут. Ну и инцидент с машиной нашего сотрудника тоже будет исчерпан.

— То есть, вы предлагаете работу? Почему не через решалу? У вас ведь есть контакты с ними.

— Решала подберёт наемника на свое усмотрение. Мы же хотим сотрудничать именно с вами. Сотрудничество будет долговременным и взаимовыгодным, в этом мы можем вас заверить.

— А если откажусь? — спросил я.

— Вернетесь в палату, — пожал плечами Эрнест. — Только на этот раз сбежать вам уже не удастся. В этот-то получилось только потому, что это был тест. Мы все видели на камерах, так что очень быстро вас встретили. Ну, так что скажете?

— Как будто у меня есть выбор, — пожал я плечами. — Хрен его знает, что вас во мне заинтересовало, но вы ведь не отстанете, пока не разберетесь в этом. И лучше уж мне работать на вас и жить на свободе, чем сидеть в четырех стенах. Я смогу брать сторонние заказы?

— Это было бы нежелательно, но запретить я вам все равно не смогу. Подозреваю, что для вас важна ваша репутация в мире наемников, так?

— Это уж точно, — кивнул я. — В нашем мире нет вообще ничего важнее репутации. Ну так, что за работу вы хотите мне предложить?

— Первое дело будет достаточно простым, — ответил он. — Нужно отправиться в Квартал, дойти до указанного места, устранить ячейку банды Резаков и забрать у них кое-что. Это обычный этаж в мегабашне, несколько квартир объединены в одну, в стенах пробиты проломы. Целей от одиннадцати до пятнадцати, в зависимости от того, сколько из них будет на месте. Мы не требуем от вас гоняться за ними по всему Кварталу, для нас важно, чтобы на их базе не осталось живых.

— То есть мне надо в одиночку отправить в переработку пятнадцать отморозков, которые привыкли ловить пиджаков, убивать их и резать на органы и импланты? — спросил я и, не дожидаясь ответа, продолжил. — А почему не отправить какой-нибудь спецназ вашей службы безопасности? Они ведь справятся гораздо лучше и быстрее.

— Все просто, — он развел руками. — Нам не нужно, чтобы кто-то из наших засветился в этом деле. Они, хоть и бандиты, но полноправные граждане нашей страны. Как на нашем имидже скажется, если наши безопасники перебьют их? Причем, нападут первыми совершенно немотивированно.

— Мне тут вчера предлагали работать на СБ Ростелекома, — мрачно проговорил я. — Обещали, что их адвокаты отмажут меня, даже если я устрою резню в центре города.

— Наши юристы ничем не хуже. Но имидж компании и проблемы с законом — не одно и то же.

— Понял, принял, обработал, — ответил я. — Сколько платите?

— Семьдесят тысяч, — и вдруг спросил. — Если уж готов работать с нами, может быть, перейдем на ты?

— Без проблем, Эрнест, — развел я руками. — Но семьдесят тысяч — это маловато за головы пятнадцати человек.

— Парень, не дури, — он усмехнулся, и выпил еще. — На то, чтобы отмазать тебя после устроенного вчера, у нас уйдет вдвое больше. Так что будь доволен тем, что имеешь. К тому же мы платим не за головы, а за груз. Остальное — побочная миссия. Но обязательная к выполнению.

— «Резаки» вам как-то в кашу насрали? — спросил я. — Порезали кого-то, кого не следовало?

— Можно и так сказать, — кивнул он. — Ну так что, ты готов?

— Мне нужно время, — сказал я. — Нужно купить оружие, проработать пути отхода. Может быть, взять с собой напарника, все-таки идти туда одному очень рискованно.

— Это исключено, тебе придется работать одному. А насчет инструментов, можешь не беспокоиться. Тебе все выдадут.

— А мою одежду и пистолет мне вернут? — спросил я больше для того, чтобы потянуть время, а потом залпом опрокинул в себя остатки коньяка.

Кровью им надо меня измазать, вот что. Кровью. Поссорить с самой отмороженной из банд Квартала, чтобы, если меня прижмет, я пошел именно к ним. Загнать в долги. Не денежные, платят-то они более чем щедро, я скорее для вида кочевряжился. Речь тут моральный долг. Привязать к себе.

Вот так корпорации и работают. Сперва привязывают к себе, а потом выпивают твою душу. И ты из свободного человека превращаешься в винтик огромной машины.

Хотя, если уж честно, я никогда не был свободен. Никто из нас не обладает свободой, все мы — лишь детали. И выбор, который мы вольны делать, очень ограничен.

— Вернут, — кивнул он. — Сейчас я позову человека, и он тебя проинструктирует. Потом вместе подберете оружие. И дело сделать надо сегодня, до полуночи, потом они сбагрят груз на сторону. У тебя шесть часов. Надо торопиться.

Блядь. Если бы знал, куда меня все это приведет, никогда не связался бы с Натой. Вот во всем бабы виноваты. Хотя, может быть, я просто и сам дурак.

Глава 16

— Ну что, мы снова здесь, — проговорил я, поднимаясь по лестнице, ведущей ко входу в мегабашню.

Это была совсем не так башня, что в прошлый раз. Другая. Но у ее подножия, как и там, тусили парни бандитского вида. На этот раз их была не одна, а целые две группы, в каждой по полудюжине человек, а занимали они противоположные стороны лестниц. Пили что-то из пластиковых бутылок, затягивались ингаляторами и обсуждали какие-то дела.

На меня внимание они, естественно обратили, но заступить дорогу не рискнули. А все потому, что я в открытую нес оружие. И не такое, как у них, не пистолеты из композита для 3D принтеров. В руках у меня был пистолет-пулемет, что-то по типу УЗИ, оружия наркоторговцев и мелких бандитов из конца прошлого века.

Только этот был выпущен на «ИжМаше», небольшой партией для частных охранников, и пользовался большим уважением среди наемников. Потому что скромные габариты и вес позволяли легко спрятать его, а скорострельность и достаточно высокая точность обеспечивали стволу неплохие боевые характеристики.

Единственным минусом была цена. За те же деньги при желании можно было купить новенький «АК-45», да еще и с автоматическим режимом, а не гражданскую копию. Но для меня этот минус ничего не значил, потому что вооружался я сегодня за счет корпорации, которая и подрядила меня на это дело.

А в кобуре у меня был новенький пистолет Климова, самое современное, что только можно было найти на рынке. Стрелял он даже не девятимиллиметровыми патронами, а калибром пять и семь миллиметров. Такие шили практически любую подкожную броню. Расстрелять из него человека так, чтобы он потерял способность сопротивляться, но остался жив, тяжело. А вот убить — очень просто.

Меня проводили взглядами, в которых была смешана зависть и удивление. Нечасто встретишь на улице человека, который не просто носит оружие, а делает это открыто. Да еще и тут, в Квартале, где все поделено между бандами. Демонстрировать оружие — значит нарываться. Но я делал это сознательно. Я знал, что парни из нижней иерархии местных банд мне не соперники. Да и не станут они нападать на меня.

Теперь я слишком крут, чтобы они открыто бросили мне вызов. Тем более, что по мне видно, что я иду по делу, я не озираюсь неуверенно, и никого не опасаюсь, как в прошлый раз. Сюда меня привезла машина, она же заберет меня обратно. Мне же нужно только выполнить работу.

Грязную и кровавую работу, но хорошо оплачиваемую. Да, меня шантажировали, и возможно, что будут делать это дальше, особенно после того, как я хорошенько испачкаюсь в крови. Но с другой стороны, ведь что-то их заинтересовало во мне. Они не говорят, что именно, но я обязательно выясню.

Я вошел в лифт, и нажал на кнопку нужного этажа. Кабина была огромной, рассчитана чуть ли не на полсотни людей, но я ехал в ней один. Мало кому из жителей башни лифт сейчас нужен, они тут все пасутся в поисках пропитания.

Откинувшись на стенку, я вынул из автоматика магазин, взвесил его на руке, и перед глазами появилась цифра тридцать. Для такой скорострельности это совсем немного, но у меня в достатке магазинов. Уж точно хватит, чтобы убить десять-двенадцать человек, тем более, что люди очень хрупкие, и им точно не понадобится много.

В кабине играла приятная музыка. Чуть хрипло, потому что динамики были старыми, и их точно никто не менял. Кому это вообще нужно?

Когда лифт приехал на нужный этаж, мелодия затихла, а двери разъехались в разные стороны. Я вышел наружу, прошел через холл этажа, вошел в один из коридоров, и двинулся дальше. «Резаки» заняли несколько квартир, объединив их вместе, пробив проломы в стенах. Наверняка где-то там находилась и «бойня», где их подпольные рвачи резали людей на органы и импланты.

Интересно, а почему пиджакам вообще понадобилась именно эта банда? Они говорили мне забрать что-то у них, но я уверен, что это всего лишь предлог. На самом деле корпорации нужны их смерти.

Я дошел до нужной двери, и постучал в створку кулаком. Видеофона тут не было и в помине, а обычный звонок был зверски выдернут, и из стены торчало только несколько проводов.

Какое-то время мне не отвечали, и я постучал еще раз. А потом еще, изо всей силы. Даже отсюда было слышно музыку, которая играла в квартире. Она наверняка орала так, что было слышно даже на других этажах.

— Кто там, мать вашу? — послышалось из-за двери.

Я вскинул автомат и высадил весь магазин через створку. Так, чтобы большинство попаданий пришлось на уровне человеческой груди. А потом сменил магазин, скинув пустой на пол, положил автомат на пол, схватился за створку и стену, просунув пальцы в щель между ними, и рванул в разные стороны, зверски выламывая дверь.

В прихожей было пусто. Я наклонился, подбирая автомат, перешагнул через лежащее на земле тело, не глядя, прижал пламягаситель к его лбу и спустил курок.

Пулевое ранение головы. Повреждение мозга. Мгновенная смерть.

Одним меньше. Я двинулся в сторону гремящей музыки.

Отцы набухались, дети сторчались.

Родиться в России — огромная радость.

Водка, салаты, жирные блюда;

«Слышь, пошла на хуй отсюда!»

Это был рок, причем тяжелый, даже группа знакомая, «Кабина». То ли из Новых Мытищ, то ли из Шатуры. Если бы я не пришел убивать этих меломанов, возможно, что мы сошлись бы в плане музыки и даже подружились бы. Мне тоже такое нравилось.

Я вошел в следующее помещение и нос к носу столкнулся с еще одним «резаком», который, похоже, двинулся наружу, чтобы посмотреть, кто там шумит. У него в руке был пистолет, то же самое дерьмо из 3Д принтера. Странно, что эти парни вооружены ими, по идее у дела у них должны идти неплохо.

Он успел открыть рот, чтобы заорать, но я уже вскинул автоматик и перечеркнул его короткой очередью. Еще одно тело упало на землю.

Пулевые ранение груди. Повреждения внутренних органов. Смерть в течение пяти минут.

Вокалист продолжал надрываться, будто пытаясь перекричать выстрелы:

Когда россиянке исполняется шестнадцать лет,

Она идет в подъезд и делает свой первый…

Второй из сидевших в помещении бандитов успел вскинуть пистолет, и даже выстрелил. Пуля пролетела мимо, впилась в стену над моей головой. А вот я не промахнулся, утопил спусковой крючок, и всадил в грудь парня с полдесятка пуль.

Множественные ранения грудной клетки. Мгновенная смерть.

На столе лежали шприцы, ложки и целый пакет какого-то порошка. Однако, я думал, что тех, кто гоняет по вене, уже не осталось, и они все перешли на ингаляторы. Аэрозоль ведь всасывается в кровь быстро, и попадает в сердце короткой, так сказать, дорогой. А уже потом обогащенная кислородом и наркотиком кровь идет прямо в мозг.

Я подошел к неожиданно оказавшейся тут хай-энд акустической системе, и сделал громкость еще выше. Отличный саундтрек для сегодняшнего действа.

Из пролома в стене выскочил еще один из «резаков», я вскинул оружие и расстрелял его в упор. Подошел вплотную к стене, выглянул наружу. В грудь ударило, я отшатнулся назад.

— Блядь! — выругался я.

Получено ранение в грудь. Подкожная броня не пробита.

Ощущение было такое, будто кто-то долбанул мне со всей дури в грудь ломом.

Руки действовали раньше, чем голова, я уже выхватил из одного из карманов гранату, утопил кнопку на ней, и закатил в комнату. Что-то подсказало мне, что подкатить ее гораздо лучше, чем бросать.

— Шухер, граната! — послышался из помещения громкий крик.

Ну, пусть прячутся. Граната-то не осколочная, а нелетальная. От осколков спрятаться можно, а вот от волны, которая вызывает приступ дикой боли, не получится. Она действует везде, остановить ее могут только мощные бетонные стены.

Следом послышались громкие вопли.

Я переложил автомат в левую руку, и выхватил из кобуры пистолет, после чего вбежал внутрь. На полу корчилось четверо врагов, я расстрелял их, словно мишени в тире. И с удивлением заметил, что с левой руки я стреляю ничуть не хуже, чем с правой. Удивительно, ни разу до этого я не пробовал стрелять левой, а оказалось, что я хорошо владею и ей. Ну и странные же дела.

Следующий пролом оказался закрыт циновкой. Надо же, похоже, что тут жили настоящие эстеты, раз позаботились об этом. Даже какой-то уют навели.

— Эй, пидоры! — крикнул я. — Есть кто живой⁉ Сейчас мертвые будете!

— Ты кто такой вообще? — услышал я ответ. — Какого хуя тебе тут надо?

— Мне нужны ваши головы! Я их заберу! Остальное можете оставить себе! Но вам оно уже не понадобится, знаете почему? Потому что дохлые будете!

— Ну, заходи, посмотрим, кто сдохнет!

Я не заставил себя долго ждать, проломился через циновку и вломился в следующее помещение. И встал, как вкопанный. Меня держали на прицеле шестеро человек, причем трое из них были вовсе не рядовыми бандитами. У этих было неплохие импланты, у одного «руки-базуки», у второго клинки, а третий щеголял металлической башкой, покрытой кожей только местами. Уверен, что можно было покрыть рилскином и всю голову, но он сделал это специально, чтобы форсануть.

— Ты чего, один сюда приперся? — спросил тот самый, металлоголовый.

— А у тебя что, в глазах двоится? — ответил я, сам лихорадочно думая, как бы мне отскочить обратно в предыдущее помещение.

Пистолеты для меня не страшны, но у двоих из них есть автоматы. Тоже не Бог весть что, но мою броню их патрон скорее всего пробьет.

— Давай-ка, оружие на землю, — сказал он. — А потом мы тебя хорошенько расспросим. Ты нам расскажешь, кто тебя прислал. А потом…

— А может ты мне отсосешь лучше? — спросил я.

— Чего? — переспросил он, и я понял, что сейчас он прикажет открыть по мне огонь.

Я не понял, что произошло дальше, но мои руки сработали сами собой. Причем, быстрее чем мысль.

Сперва по пуле получили те, что стояли в центре. Я нажимал на спусковой крючок так быстро, что затвор едва успевал возвращаться в исходное положение.

Потом легли и те, что стояли по сторонам. Две секунды, шестеро трупов на земли, и затворы на моем оружии, вставшие в крайнее положение. И куча уведомлений, промелькнувших перед моими глазами. Был бы эпилептиком, сейчас наверняка свалился бы с приступом.

Я с недоумением посмотрел на свои руки, они разжались сами собой, и оружие чуть не выпало из них. С огромным трудом я сохранил контроль.

Это что было? Я никогда такого не тренировал. Я вообще считал, что ган-ката — это всего лишь выдумка ушлых киношников. А у меня ни с того ни с сего это получилось. Может быть…

Может быть, со мной что-то сделали, пока я лежал в отрубе в исследовательском центре у корпоратов? Ввели мне какую-нибудь сыворотку, под действием которой я медленно мутирую, превращаясь в суперсолдата?

Но нет, это опять же бред из второсортного кино. Если и можно стать суперсолдатом, то только с помощью кучи модификаций и тяжелых тренировок. Нет никаких волшебных сывороток, которые делают это за тебя.

Убрав пистолет в кобуру, я перезарядил автомат. Прошелся по квартире, стреляя каждому из лежавших на полу людей в голову.

Услышав за спиной шаги, я резко развернулся и выстрелил. Ещё один парень, стремительно влетевший в помещение с дробовиком в руках, как бежал, так и упал. Будто ему ноги подрубили, рухнул прямо к моим ногам. Он еще дергался, так что я, что было сил, долбанул с ноги ему в лицо. Послышался хруст ломающихся позвонков.

Перелом шеи. Мгновенная смерть.

— Эй, уебки! — крикнул я. — Вы тут еще остались? Если живы, выходите, я вас не больно убью!

Но нет. Никто не отвечает. Я прошел к проему в стене, выглянул, и тут же спрятался обратно. Но никого не заметил. Неужели кончились все-таки? А я ведь только разогрелся.

У меня буквально руки чесались опробовать свои внезапно проснувшиеся навыки на ком-нибудь. А еще хотелось подробно расспросить Эрнеста по поводу того, что они со мной такого сделали, что я превращаюсь в машину для убийства. Если это не корпораты, то кто же тогда?

Я вломился в следующую комнату, интерфейс просигнализировал об опасности, а время замедлилось: сработал ускоритель рефлексов. Отшатнувшись в сторону, я завалился на пол, но заряд дроби все равно слегка цепанул меня по руке и по боку. Это было гораздо больнее, чем когда по мне палили из пистолета.

Попадания в левую руку и живот. Подкожная броня не пробита.

Вскинув автомат, я высадил длинную очередь на весь магазин по лежащему на боку столу, за которым и прятался враг, после чего перезарядился на раз-два. Интерфейс мои действия никак не прокомментировал, но судя по хрипам, и разливающейся по полу луже крови, я все-таки попал.

Из следующего пролома выскочил еще один из «резаков», я перекатился в сторону, смещаясь с линии огня, выстрелил, и еще один труп свалился на пол. Нет, они все еще не закончились. Да как-то их дохуя.

Рывком поднявшись на ноги, я двинулся дальше. Вошел в комнату, и оказался в самой настоящей мясницкой. На кушетке, которая, очевидно, заменяла операционный стол, лежал труп молодой девушки с развороченной грудной клеткой, и вскрытым черепом. Рядом валялись всякие инструменты вроде трепана, пилы для костей, скальпеля, и прочего. Все это было щедро запачкано кровью.

На полу лежали герметичные контейнеры-холодильники, в которых перевозили органы и импланты. Да, именно тут резаки разделывали людей. Только что-то я не вижу того, кто этим мог бы заниматься. Операция ведь шла прямо сейчас, значит, местный рвач должен быть одет в спецодежду, причем, хорошенько запачканную кровью. А я таких не встречал.

Интерфейс в очередной раз просигнализировал об опасности, время замедлилось, а причиной всему было то, что я услышал за спиной тихие шаги. За мой подбородок схватилась рука, очевидно, на меня собирались напасть сзади, и перерезать мне горло. Только они не учли одного.

Схватившись за эту руку, я наклонился, рванув ее вниз, и перебросил нападавшего через себя. А потом с хрустом переломил его предплечье об колено. Скальпель, которым он собирался порезать меня, со звоном упал на кафельный пол.

— Сука! — завопил он и вдруг запричитал, высоко, на одной ноте. — Сука, сука, сука! Ты кто такой, блядь?

Это и был местный рвач. Одет он был в одноразовый халат, щедро запачканный кровью, медицинскую маску и шапочку, видимо, чтобы волосы не попали на операционное поле. Маленький плюгавый мужичок, с виду сам без железа.

— Серьезно? — спросил я. — Вы, блядь, тут людей на мясо режете. И уверены, что никто к вам не придет и не заставил за это ответить?

— Ты покойник, ты понял, пидор? Наши тебя найдут, и самого на органы порежут!

— И что? — спокойно спросил я у него. — Все под Богом ходим. А тебе это уже не поможет.

Он стал отползать от меня, отталкиваясь ногами, а сломанную руку баюкал второй у себя на груди. Я подобрал с пола выроненный автомат, прицелился в него.

— Слушай, что тебе надо? — спросил он. — Бабки? Так давай я дам тебе бабок, у нас тут общак хранится, я знаю, где. Хочешь, можешь товар забрать, его тоже много. Есть пара крутых штук, найдешь рвача, тебе поставят, вообще заебись все будет!

Я утопил спусковой крючок и высадил в грудь рвача с полдесятка пуль. Он дернулся пару раз, и затих, так и оставшись лежать на полу. Чужая кровь на его халате смешалась с его, все это стекало на пол. Не поскользнуться бы на этом, кафель же все-таки.

— Заткнись нахуй, — поморщился я. — Хули ты ноешь, как девка?

Проломов в этой комнате уже не было, только дверь, причем, закрытая на большой навесной замок. И это помимо электронного. Похоже, что я убил всех, кто тут был. Но не заглянуть за дверь нельзя. Во-первых, груз, за которым меня отправили, может быть именно там, а во-вторых, кто-то же может и скрыться за этой дверью. Остается только найти ключ, потому что этот замок мне не сломать даже с помощью «базук». Уж слишком внушительно он выглядит.

Я уронил на пол автомат, и выхватил из кобуры пистолет, перезарядил его. Теперь так будет проще, да и патронов почти не осталось. Что-то подсказывает мне, что обыскать нужно именно того, что с металлической головой, именно у него должны быть ключи, и он здесь старший. По крайней мере, базар за всех вел именно он, и говорил так, будто был уверен в своем праве приказывать.

Я двинулся обратно, по пути стреляя каждому из лежавших на полу «резаков» в голову. Не только для того, чтобы добить их, сколько чтобы повредить данные, которые теоретически могли сохраниться в электронной начинке их мозгов. Мне совсем не улыбалось, чтобы старшие этой банды получили мое изображение.

«Металлоголовый», лежал там, где я его оставил. Он, видимо, так же для форса, носил пальто на голое тело. В груди его, прямо около левого соска была червоточина пулевого попадания, я попал ему прямо в сердце. И это хорошо, потому что палить в череп ему было совершенно бесполезно.

Наклонившись над ним, я обшарил карманы его пальто. Из правого кармана вытащил ингалятор с какой-то дрянью, который тут же швырнул в угол комнаты. Да они тут все обширянные дебилы, удивительно, что не смогли дать мне хоть какой-то отпор. Впрочем, ничего удивительного в этом нет, жителям Квартала доступно мало развлечений, и самые доступные из них — это бухать и торчать.

Из другого кармана я достал совсем маленький, меньше моей ладони, пистолет. Тоже композитный, но не угловатый и уродливый, как большинство напечатанных на 3Д принтере поделок, а приятный на ощупь и хорошо лежащий в руке. Впрочем, и эта находка меня не заинтересовала, тащить с собой нелегальное оружие я не собирался, как бы хорошо оно не было бы сделано. Я разбил его о стену.

Запустив руку в карман брюк, я достал то, что искал: большой металлический ключ, и электронную карту. Отправил это себе в карман.

И тут мне в голову пришла идея. Я вернулся за своим автоматом, принес его в комнату, и принялся перекладывать тела. Вложил оружие в руку одного из мертвецов, а потом выстрелил несколько раз уже из их вооружения. Нашуметь я не боялся, после устроенной мной пальбы все равно никто сюда не явится, зато теперь у меня получилась картина, будто это между членами банды начался конфликт, и они постреляли друг друга.

Вдохновившись своей затеей, я проделал то же самое с парнями из других комнат. Да, теперь, если бы не расстрелянная дверь, то вполне могло бы сойти за то, что это «резаки» поссорились между собой, и пустили друг другу кровь.

Но ведь гипотезы может быть всего две. Это — первая, а вторая — настоящая, о том, что какой-то отмороженный одиночка вошел сюда и перебил всех. Во что поверить проще, в конфликт, или в то, что закаленных в уличных боях членов банды убил один человек?

То-то и оно.

Груз, кстати говоря, я нашел, запечатанный желтый контейнер стоял на столе в той самой комнате, где я продемонстрировал владение ган-ката, умение, которым до сегодняшнего дня не обладал. Прошвырнувшись по-комнате, я нашел и рюкзак-котомку, куда его легко можно было спрятать, что и быстро проделал. А потом вернулся к запертой двери.

Открыл замок, бросив на пол его, поднес к считывателю электронную карту. Потянул на себя створку, и тут же отпрянул: настолько едким был духан шедший из этого помещения. Я открыл дверь, впуская туда немного света, и, пусть и воняющего кровью, но все-таки гораздо более свежего воздуха.

Оптика подстроилась под темноту, и я увидел в помещении полдесятка людей. Трех девушек, когда-то явно очень красивых, но сейчас худых, грязных, и со спутанными волосами. И двоих мужиков, одного помладше, с меня возрастом, который тупо смотрел в стену, и никак не отреагировал на открывшуюся дверь, и второго постарше, который явно выглядел свежее остальных.

На полу были постелены картонные коробки, в углу комнаты стояло переполненное ведро, от которого и шла большая часть вони. Оно, очевидно, заменяло местным узникам туалет.

Похоже, что я словил геморрой на свою задницу. Теперь еще и этих выводить из Квартала придется. А они не в адеквате, это точно, особенно тот, что даже в мою сторону не повернулся.

— Вы как? — спросил я. — Идти сможете?

— Ты кто, парень? — ответил тот, что мужиков, что был постарше.

Блядь, может быть, свалить? Двери открыты, оружие прямо на полу валяется, если захотят, выйдут сами. Правда, уехать из Квартала они не смогут, их сцапают снова. Выглядят-то они как добыча.

А если я буду их выводить, то могут сцапать уже и меня. Впрочем, тут есть вариантики.

— А кто спрашивает? — ответил я.

— Я Иван, — ответил он. — Да, никто уже походу. Мясо. А ты из местных или как?

— Или как, — почесал я в затылке левой рукой. — Ты вроде более-менее в себе. Собирайся, попытайся остальных в чувство привести. Я пока позвоню кое-кому, за нами приедут. Вывезем вас отсюда.

— А с местными что? — кажется, не врубился он. Странно выстрелы-то они должны были прекрасно слышать.

— Да сдохли все, — ответил я. — Вот так бывает, жили-жили, а потом взяли и сдохли. Давай, короче.

Позвоню Фанату. Пусть пришлет машины, людей. Оставлять их будет совсем не по-людски. Понятное дело, что никто мне за это не заплатит, но, может быть, на том свете зачтется. А с учетом того, как выросло за сегодня число моих врагов, оказаться там я могу достаточно скоро.

Глава 17

— Вот уж не думал, что ты займешься благотворительностью! — проговорил Фанат.

— Это был заказ, — устало ответил я. — Всего лишь заказ. В чем он заключался, я рассказать не могу. Но мне заплатили.

— За то, что ты спас этих бедолаг, которые предназначались на мясо? — все-таки спросил он.

— Не совсем, — покачал я головой. — Но за это тоже.

На самом деле я даже не стал рассказывать Эрнесту о том, что освободил пленников. А все потому, что опасался, что приказ убить всех в адресе касался и их. А отправлять в переработку совершенно невиновных людей я был не готов.

Одно дело «резаки», которые пусть лично мне ничего и не сделали, но все равно были толпой гребаных отморозков, давно напросившихся на то, чтобы кто-то разобрался с ними. Другое — парни и девушки, которых похитили и держали в нечеловеческих условиях, чтобы потом порезать на органы.

Кстати говоря, Фанат за их эвакуацию не взял с меня ни копейки. И это при том, что в квартал его люди приехали на трех машинах, вооружённые до зубов. И пока шестеро охраняли тачки, остальные поднялись наверх, чтобы вывести пленных.

Впрочем, и тут не обошлось без эксцессов. Когда мы выводили пленных, одна из девушек накинулась на труп рвача, и принялась бить его почем зря. Тем более, что он был уже мёртв, и определенно ничего не чувствовал, хоть и заслужил это.

Это была совершенно здоровая реакция, но терять время нам было совсем не с руки. Так что пришлось крутить ее, и тащить с собой. Хорошо, хоть рук было достаточно.

Уверен, что байка о том, как я в одиночку вырезал целое отделение банды «резаков» быстро разойдется в народе. Если моя импровизация с трупами и могла кого-то обмануть, то точно не людей Фаната. Они же видели меня там, как видели и раны, которые оставили пули, подкожную броню-то не пробило, а вот саму кожу попортило, и дырки в ней пришлось заделывать биоклеем в машине, да еще и застрявшую дробь выковыривать. В следующий раз надо надевать бронежилет.

А потом я сдал контейнер связному и получил кейс с деньгами и заверения о том, что со мной свяжутся, как только снова понадобится моя помощь. Честно говоря, я надеялся, что это произойдёт как можно позже, хоть и понимал, что в покое теперь они меня не оставят.

Сейчас же мы сидели в кабинете Фаната в «Игле». Мы — это Чех, Дэн, я, ну и сам хозяин клуба. Он уже расплатился с нами за прошлую работу и, кажется, собирался поручить новую.

— Ты лучше расскажи, что там с нашим делом в «ИнвестТехе», — сказал я. — Все получилось?

— Получилось, — он довольно улыбнулся. — И, если будет надо, у нас есть доступ к их подсети. Но пока что, все нужные данные у нас, так что мы можем продолжить работу. И, пожалуй, я могу сказать, что именно за операцию мы проводим. Все-таки вы продвинулись достаточно далеко.

Я и так знал, что Фанат планирует нападение на конвой, но говорить ничего не стал. Во-первых, Дэн мог быть не в курсе, а во-вторых мне не хотелось палить Чеха о том, что он мне все рассказал. Не думаю, что решала одобрил бы это.

— Это конвой, — сказал он. — Мы планируем нападение на конвой «ИнвестТеха». Теперь у нас есть маршрут, и данные по тому, что за техника там будет. Если коротко, то летуны и дроны, причём летуны, как грузовые, так и десантные. Охранять его будут по полной программе, уж в этом можете быть уверены.

— А что за груз? — спросил я. Об этом я тоже был в курсе, но решил проверить, насколько откровенным готов быть Фанат.

— Это пока неважно, — ответил он. — Но груз ценный, внакладе никто не останется, уж можете быть уверены. Вопрос сейчас состоит в том, как заземлить летуны. Дроны можно сбить просто из достаточно мощного оружия, даже автомата хватит, а уж пулемета вообще за глаза. Другое дело — летуны. Их и их ПЗРК не возьмешь, все системы защиты на них установлены. Нужно кое-что помощнее.

— А что с грузом станет, если летун на землю ебнется? — спросил я. — Может ведь и пожар начаться, да и вообще…

— Там такой груз, что с ним ничего не случится, — улыбнулся Фанат. — Да и летун — не мешок с говном, системы аварийной посадки там есть, так что все будет в порядке. Но сбить его все равно надо. А для этого нам нужна импульсная пушка.

Да, импульсная пушка может посадить летуна, просто отключив его двигатели. Другое дело, что оружие это стреляет редко, перезаряжается долго, а еще оно очень громоздкое. Смонтировать его можно разве что на грузовик. Или на танк, как вариант, как это и делается в заводском варианте. Ну, точнее это не совсем танк, а бронированная машина, как раз для того и предназначенная, чтобы уничтожать легкую технику.

— И что теперь? — спросил я. — Такие штуки у военных есть. Ты нам предлагаешь грабануть военную базу?

Военных баз в окрестностях Новой Москвы достаточно. Другое дело, что ни к одной из них мы даже не подойдём. Нас убьют на подходе, потому что, если что-то в России и охраняется хорошо, то это военные секреты.

Это рядовое оружие можно добыть с конвоя любой корпорации типа концерна «Калашников». С импульсным все гораздо сложнее, его делают только по заказу Министерства Обороны, и даже самые крутые из частных армий пиджаков им не вооружаются.

— К счастью, это уже сделали до нас, — сказал Фанат. — Но и тут есть проблема, причем, большая. Импульсная пушка есть у Кары и ее людей. А она…

— Тебя ненавидит, — продолжил за него Чех.

— Ну, — проговорил решала. — Ненависть — это слишком сильное слово. Но в общих чертах ты прав.

— Ну, босс, она действительно тебя ненавидит, — проговорил Дэн.

— Что делает нас такими же далекими от обладания этим чудо-оружием, как есть бы оно хранилось на военной базе, — продолжил за него Чех.

Надо будет узнать, что это за Кара, и что случилось между ней и Фанатом. Судя по тому, как о ней говорят, это либо еще одна из решал, либо лидер одной из банд Новой Москвы. Причем, достаточно крутой, чтобы напасть на военную базу. Или на конвой, который это супероружие перевозил. Да, интересно дела идут.

— Так что, — сказал я. — Нам нужно просто отправиться к этой самой Каре, и купить у нее пушку?

— Если все окажется так просто, то это будет просто чудесно, — ответил Фанат. — И я, естественно, готов заплатить, даже если она заломит за нее миллион. Только вот что-то подсказывает мне, что просто не будет.

— А если честно рассказать ей про конвой? — предложил я. — Взять ее в долю. Если груз такой ценный, как ты говоришь, то его должно на всех хватить.

— Мы не можем рассказать ей про конвой, — покачал головой Фанат. — Если мы это сделаем, то она попросту возьмет его сама, и все наши труды пойдут прахом. Но можно попытаться втереться ей в доверие. Она — решала, причем, одна из высшей лиги. Людей и связей у нее побольше, чем у меня. И раз уж мы смогли вломиться в «Губернию», и похитить данные, то она точно сумеет.

— А у нас есть время, чтобы втираться к ней в доверие? — спросил я. — Сколько осталось до часа «икс»? Когда мы должны брать конвой?

— Через две недели, — ответил решала. — Успеть можно, но затягивать точно нельзя. Нужно смонтировать пушку на машину, приготовить аккумуляторы, собрать людей. Выдвинуться на место, разведать все. Короче, на самом деле времени впритык.

— А если выяснить, где она хранит эту пушку, и похитить уже у нее? Наверняка ведь там цифровой след длинной с километр. Крисси не сможет ничего узнать?

— А ты смелый, — хмыкнул Дэн. — Украсть что-то у Кары.

— Он просто в нашем деле человек новый, — сказал Чех. — И не в курсе всех раскладов. Во-первых, переходя дорогу Каре, ты тут же становишься первым на очереди в переработку. Тот же Фанат жив, только потому что он — важная фигура в городских раскладах, и потому что за него ответят. Но если она узнает, что он что-то украл у нее, то и ему конец. Нас же просто закопают, вполне возможно, что и живьем. Во-вторых, никто не скрывает свои дела так, как она. На нее даже у ФСБ ничего нет, а у них, будь уверен, толстенные папки на каждого из нас. Может быть, на тебя чуть потоньше, но профайл точно уже имеется.

— Ладно, — сказал я. — Тогда мы с Чехом едем к этой самой Каре, и напрямую спрашиваем у нее, готова ли она продать импульсную пушку. Или на какую услугу она готова ее обменять. Выполняем ее условия, получаем оружие. Профит.

План тупой и прямолинейный. Но что-то подсказывает, что ничего лучше мы не придумаем. Конечно, хрен его знает, что она может попросить за импульсную пушку, я даже не знаю, чего еще может быть такого же ценного. Из Кремля что-нибудь украсть?

— Есть поправка, — сказал Чех. — Я с тобой туда не пойду. Меня она знает, как и в курсе о том, что я с Фанатом работаю давно и плотно. Так что даже разговаривать Кара со мной не станет. Ты — другое дело, серая лошадка, да еще и с рекомендациями нихуевыми.

— Какими ещё рекомендациями? — спросил я. — Я же только на Кастета и Фаната и работал.

— Ну, ты ведь выполнил заказ, перебил целую толпу «резаков». Об этом заговорят, будь уверен. Кстати, я бы на твоем месте поостерегся теперь, ты, конечно, меры предосторожности принял, молодец, но вдруг они все-таки дороются до правды?

— Я всегда осторожен, — ответил я. — Типа, мне совсем одному идти? И что мне сделать, позвонить Каре и сказать, что у нее есть импульсная пушка, которая позарез нужна мне? Те, на кого я работал в прошлый раз рекомендаций мне не дадут, уж будь уверен.

— Так, кто тебе «резаков-то» заказал? — спросил Фанат.

— Неважно, — ответил я. — Ты же не рассказываешь мне, что там за груз в этом конвое.

— Говорить конкретно, что тебе нужно, не надо, — сказал Чех. — Постарайся заинтересовать ее. Веди себя нагло, ей это нравится, тогда тебя, скорее всего, пригласят на встречу. Только учти, варианта тут может быть всего два: либо после встречи ты пойдешь на ее задание, либо отправишься в переработку.

— А от чего это зависит? — на всякий случай спросил я.

— От того, какая пятка у нее зачешется, — проворчал Фанат. — Она ебанутая напрочь.

— От того, как себя подашь, — прервал его Чех. — Если ты ее заинтересуешь, она даст тебе работу. Если нет… Ну, на нет и суда нет.

— Охуенно, блядь, — проговорил я. — То есть, вы собираетесь без прикрытия отправить меня в логово какой-то ебанутой стервы, которая может меня убить ни за хуй?

— Пойми, Молодой, — сказал Фанат. — Больше некому.

Ну заебись!

— Хорошо, — сказал я. — Больше некому, значит. Скидывай номер, позвоню ей.

— Сейчас…

Перед глазами мелькнуло окошечко получения данных, и у меня в адресной книге появился номер, подписанный как «Бешеная сука». Я тут же переименовал его в Кару. Во-первых, обращаться так к женщине не стоит, какие бы отношения вас не связывали бы. А во-вторых, мало ли, вдруг она как-то узнает об этом.

— Набираю, — сказал я.

Вызов приняли не сразу, а только секунд через пятнадцать.

— Кто это? — спросил хриплый женский голос. — Откуда у тебя мой номер?

— Привет, Кара, — ответил я. — Меня зовут Молодой.

— Молодой? — переспросила она. — А, да, я про тебя слышала. Ну и какого хрена тебе от меня надо?

— У тебя есть кое-что, что нужно мне. Я хочу договориться, купить это.

— И о чем же речь?

— Не телефонный разговор, — сказал я. — Давай встретимся лично, поговорим. Но ты в накладе не останешься, это я тебе обещаю.

Она ничего не ответила, молчание затянулось почти на минуту. Видимо, совещалась с кем-то, или еще что-то. А потом сказала:

— Кафе «Клевое», что на Пушкинской. Через сорок минут. Черная «Лада Альбина». Опоздаешь — разговора не будет. Придешь не один — разговора не будет. Все понял?

— Понял, — согласился я. — Буду.

И отключил звонок. Повернулся к остальным, сказал:

— Она согласилась встретиться. Мне надо на Пушкинскую, поеду сейчас.

— Удачи тебе, Молодой, — кивнул Фанат. — Помни, все дело от тебя зависит.

* * *

На Пушкинскую я приехал минут через двадцать пять, припаркова машину на платной стоянке, и отправился искать кафе. Нашел его достаточно быстро, это оказалось совсем небольшое заведение с вывеской, на которой была изображена большая рыбина.

Похоже, что хозяин был фанатом рыбалки, потому что, когда я вошел внутрь, то увидел, что по стенам развешаны фотографии пойманных рыб, удочки, и прочее барахло.

Кухня тут была русская, но мне перед встречей кусок в горло не лез, поэтому я заказал стакан кваса. Выпил его, выждал десять минут, и вышел на улицу.

Чёрной «Альбины» пока не наблюдалось, поэтому я решил покурить. Достал вейп, затянулся один раз, другой, прищурившись, посмотрел на ясное голубое небо.

В Новой Москве все еще стояла жара, и, кажется, в ближайшие дни ситуация меняться не собиралась. Ну и хорошо, лучше уж так, все-таки лето. Если были бы дожди, то было бы гораздо хуже.

А тут ещё и холодный квас очень впору пришёлся, выпил, и ощутил заряд свежести. Хорошо все-таки жить.

Правда, если мне наговорили правду, то сегодня все может закончиться. И не похоже, чтобы они врали. Как эта самая Кара вообще ведет дела, если она валит потенциальных работников только потому, что ей захочется?

Черная «Альбина» выехала из-за угла, и остановилась рядом со мной. Окно опустилось, наружу выглянул мужчина в солнечных очках.

— Молодой? — спросил он.

— Я, — мне оставалось только кивнуть.

— Залезай.

Я убрал вейп в карман, открыл дверь машины, и уселся на заднее сидение. Водитель тут же тронул тачку, и мы поехали. Я по привычке пристегнул ремень.

— Пушку, — протянул руку мужик, что сидел рядом.

Я без разговоров запустил руку в кобуру под курткой, достал пистолет, выщелкнул из него магазин, и протянул оружие ему стволом вперед. Он хмыкнул, а я убрал в карман магазин.

Надо уже прекращать ходить по городу с легальным оружием. У меня ведь есть контакты барыг, в чем проблема отправиться к ним, и закупить несколько таких же? Легавым все равно будет лень номера проверять, если особо доебистые не попадутся. Да и теперь…

Что мне будет-то? Эрнест, если что, отмажет, я ведь их заинтересовал как-то, и работу выполнил хорошо.

Интересное это чувство, знать, что ты неприкасаем для закона. Жаль, правда, что этот закон распространяется не на всех. Ну и борзеть особо тоже нельзя.

И самое херовое, что это делает меня зависимым от этих пиджаков. А мне вот совершенно не улыбается от кого-нибудь зависеть. Не люблю я этого.

— Повернись, — сказал мужчина, в руках у которого непонятно откуда появилась черная повязка.

— Это еще зачем? — с недоумением спросил я.

— Такие правила, — ответил он.

Вздохнув, я повернулся, и повязка легла мне на глаза. Оставалось только закрыть их, все равно, все, что я видел теперь — это интерфейс на черном фоне. Поэтому, когда он закончил завязывать узлы у меня на затылке, я откинулся на сиденье, раздвинул ноги, устраиваясь поудобнее.

— Вставляй, — в ладонь мне лег чип.

— Зачем еще? — спросил я, напрягшись.

— Вставляй, говорю, или встречи не будет.

Остается надеяться, что файервол, установленный Крисси сработает, если там вирус. Мысленно выругавшись, я вставил чип себе в разъем, но ничего страшного не произошло, просто пропал доступ к сети. Старые знакомые. Похоже, что Кастет — не единственный решала, который владеет этими штуками.

— А долго ехать хотя бы? — все-таки закинул я удочку.

— Сколько надо, столько и будем ехать.

Блядь. Конспирация, мать его, куда уж там Джейсону Борну. Уверен, меня ещё и по городу кругами покатают. Чтобы гипотетический хвост скинуть, да и вообще, чтобы не мог даже посчитать, куда мы едем.

Ну ничего, остается только расслабиться и получать удовольствие от поездки.

Глава 18

Парни оказались чертовски неразговорчивы, за все время поездки они не перекинулись ни словом. А ведь ехали мы долго, больше часа, периодически меняя направление. Правда, по ощущениям водитель не разгонялся больше сорока километров в час, вел машину медленно, и будто лениво.

Когда же он остановился и заглушил двигатель, я услышал, как двери машины открылись. Через несколько секунд кто-то открыл дверь и с моей стороны, и схватил меня за руку.

— Повязку снять можно? — спросил я. — Или мне, как слепому котенку тыкаться?

— Нельзя, — ответил голос. — Не волнуйся, я тебя проведу.

Пожав плечами, я вышел из машины, и меня куда-то повели. Ладно, повязка — это не так страшно. Могли и оптику вырубить, это было бы гораздо хуже.

— Ступеньки, — сказал он. — Четыре штуки. Поднимайся, аккуратно.

Я поднял ногу, нащупал первую ступень, и принялся подниматься вверх. Скрипнула плохо смазанная дверь, сразу стало прохладнее. Похоже, что мы вошли в какое-то помещение.

Мою руку отпустили, и мне сразу же захотелось сорвать с себя повязку. Но делать этого было нельзя.

Снова послышался скрип, будто кто-то открывал люк. Подуло холодным и сыростью, запахло землей. Похоже, мы сейчас будем именно туда и спускаться. Черт, не простудиться бы, после жары, да под землю.

Меня снова взяли за руку.

— Лестница вниз, — сказал он. — Двадцать ступеней. Не упади.

Ну да, если свалюсь, можно и шею сломать, лететь-то далеко. Но все-таки я благополучно отсчитал ногами названные двадцать ступеней, и меня повели дальше, похоже, что по подземному туннелю. Землей пахло очень сильно, и я чувствовал себя, будто в могиле. Если бы сейчас, конечно, кого-нибудь хоронили в земле. Не зря же мы говорим «отправить в переработку» вместо «убить».

Но туннелям мы тоже шли достаточно долго, периодически меняя направление. Это наводило на мысль о том, что либо они тянутся на километры, либо здесь целый лабиринт. Интересно, кто и как его копал, уверен, что правительство города в этом никак не замешано.

Скоро все закончилось, и мы вошли в сухое и теплое помещение. За мной закрылась дверь, с лязгом провернулся ключ в замке. А ведь он ржавеет от сырости, рано или поздно его заклинит, даже если смазывать будут.

— Можешь снять повязку, — послышался хриплый женский голос, тот самый, что я слышал по телефону. — Чип не вынимать. Попробуешь — убьем.

Я поднял руки и принялся развязывать узел на затылке. Да, намотали его порядочно, ничего не скажешь, мне даже показалось, что проще было бы эту повязку разорвать, но я не стал. Зачем портить хорошую вещь, тем более, что я надеюсь, что она еще пригодится. И что меня не убьют прямо тут, и не прикопают в одном из туннелей.

Справившись с узлами, я наконец-то смог осмотреть помещение. Бетонные стены, несколько обогревателей вдоль них, стол, и два кресла. Спартанская обстановка, ничего не скажешь, зато тут есть электричество. Это уже о многом говорит.

Передо мной на стуле сидела женщина. Длинные черные вьющиеся волосы, кожаная куртка, кожаные же брюки, туфли на высоком каблуке. Наверное, привыкла смотреть на всех сверху вниз. По виду лет за сорок, но что-то подсказывало мне, что она гораздо старше, и под внешним обликом милфы прячется старуха. Но пластическая хирургия и омолаживающие технологии творят чудеса, когда у тебя есть достаточно денег.

— Садись, — сказала она. — В ногах правды нет.

— Значит, ты — Кара? — спросил я, усаживаясь на стул, и придвигаясь поближе к столу.

— Да, — кивнула она. — А ты — Молодой… У тебя есть рекомендации, но не от самых приятных мне людей. Кастет, Фанат, — она замолчала, и лицо ее скривилось, на мгновение превратившись в морду сварливой бабки. — Но, оба говорят, что ты неплох. Так, чего тебе от меня нужно?

— Импульсная пушка, — сказал я. — Я знаю, что она у тебя есть. Я хотел бы купить ее.

— Купить? — она усмехнулась. — Мальчик, ты хоть представляешь, сколько она стоит? И чего мне вообще стоило ее достать? С чего ты взял, что я буду продавать ее первому встречному, а мы ведь даже не знакомы толком.

— Деньги — не проблема. И да, я знаю, сколько стоит эта вещь, так что… — я улыбнулся. — А если хочешь познакомиться — проверь меня. Выдай мне заказ, я его выполню. Поймёшь, что я за человек.

Она посмотрела на меня так, что я подумал, что она сейчас прикажет своему подручному, что по-прежнему стоял за моей спиной, сломать мне шею. А потом вдруг расхохоталась, громко, и так же хрипло, как говорила.

— Молодой, а ты наглец! — сказала она. — Мне это нравится, знаешь? Скажи, кто тебя прислал?

— Я не раскрываю имя заказчика, — ответил я. — Это правило. Я думаю, тебе тоже не хотелось бы, чтобы твои люди кричали твое имя на каждом углу.

— В этом ты прав, да, — она вдруг запустила руку в карман, достала пачку сигарилл, и сунула одну длинную черную в рот. Подручный тут же бросился к ней, поднес зажигалку.

Теперь понятно, чего она хрипит. Прокуренный голос, вот и все.

Запахло табаком. Я вообще не терплю этого запаха, после того, как перешел на вейп, но сигариллы пахли вкусно. Вопрос только в том, как они потом будут проветривать помещение.

— Правда, я ведь все равно узнаю… Хотя, теперь мне хочется тебя наказать.

Она сказала это таким тоном, что мне сразу представились плетки, кляпы, вакуумные кровати и прочая лабуда из БДСМ атрибутики. Не, на хуй это, я сюда приехал работать. Уж с кем-кем, а с ней я спать не буду, тем более, что подозреваю, что она старше моей матери.

Откуда мне вообще в голову такие мысли лезут?

Я запустил руку в карман, и достал из нее вейп. Затянулся, выпустил струю пара в потолок, вопросительно посмотрел на нее.

— Я дам тебе заказ, — сказала она. — И если ты его выполнишь, то я подумаю о том, чтобы продать тебе импульсную пушку. Если, конечно, сможешь впечатлить меня.

— Ну, так что нужно сделать? — спросил я, и снова затянулся.

— Да, всего ничего, — ответила Кара. — Нужно похитить одного из топ-менеджеров крупной компании. Причем, сделать это чисто, без трупов. Отвезти его в указанное место, не спалившись перед легавыми. Ладно, иди. Детали задания тебе отдадут на чипе, сам все посмотришь.

— А оплата? — спросил я.

— Хорошее отношение с моей стороны — достаточная оплата, — ответила Кара, и встала из-за стола.

Поискала глазами что-то, но ее подручный уже поднес ей пепельницу, красивую, в виде человеческого черепа, только из блестящего металла. Серебряная что ли?

Она затушила сигариллу, развернулась, и вышла наружу.

Вот, значит, как. Похитить кого-то из топ-менеджеров крупной корпорации. Таких людей не встретить на улице, они живут даже не в коттеджных поселках, а в пентхаусах небоскребов. Они не ездят на машинах по улицам, а перемещаются на «летунах». И уж точно ты не столкнешься с ними в обыкновенном заведении. Только элитные клубы для таких же напыщенных петухов.

Казалось бы, задание для одиночки вроде меня, невыполнимое. Но к счастью я не один. И на моей стороне в данном случае один из решал. Не из высшей лиги, конечно, но он тоже неплох, на ту же Нату данные смог накопать.

Я поднялся из-за стула, и мне тут же протянули повязку на глаза. Вот он — знак доверия, теперь я могу завязать ее сам. Но, подозреваю, что просто так меня не отпустят, а вывезут обратно в город. Скорее всего, даже на то же самое место.

* * *

Собственно говоря, так оно и вышло, мы приехали в город, обратно к «Клевому». Когда машина остановилась, с меня, наконец, сняли повязку, и позволили вытащить из разъема чип-блокиратор. У меня ведь, такой же остался, только у Наты дома лежит. Надо будет как-нибудь заехать туда, забрать свои вещи. Впрочем, она наверняка их уже выкинула, да и в жилой комплекс меня никто не пустит.

— Держи, — мне протянули другой чип. — Здесь — детали задания. Номер, на который звонить, когда сделаешь работу, тоже там. И да, сделай себе одолжение, больше не пытайся связаться с хозяйкой напрямую. Она этого не любит.

— Вот как, с хозяйкой, — хмыкнул я, забрал чип и протянул руку. — Пушку.

Он вложил мне в руку пистолет рукоятью вперед. Я упрятал его в кобуру, открыл дверь, и вышел на улицу. Потихоньку вечерело, похоже, что эта поездка, блуждание по коридорам и разговор заняли несколько часов. Надо бы позвонить своим, рассказать, как и что прошло.

Черт, я, кажется, только что назвал Чеха и Фаната своими? Странны дела твои, Господи, Но звонить все равно надо, вдруг они волнуются. Смешно, да?

Чип с деталями задания я положил во внутренний карман куртки, а сам двинул в то самое кафе. Народа здесь было немного: двое работяг жевали что-то за столиком в углу, за другим столом девчонка в пиджачке и длинной юбке ела суп.

— Что в меню? — спросил я.

— Да мы уже закрываемся скоро, — ответила мне женщина на раздаче.

— Ну хоть что-то то осталось?

— Солянка есть, макароны по-флотски, квас, салатики. Могу пробить, как бизнес-ланч.

Вот он — жест доброй воли. Время бизнес-ланчей закончилось уже часа полтора как, а она может собрать мне его. А почему бы и нет, в самом деле. Поем.

— Солянка с чем?

— Три сорта растительного мяса и один синтетического. Вкусно на самом деле, попробуй.

Странное дело, все растительное мясо, как по мне, на один вкус. И, наверное, после того, как я не так давно поел настоящей говядины, жрать растительную будет не так уж прикольно, как раньше.

— Сколько за ланч?

— Три рубля, — ответила она.

Три рубля — это очень дешево. Я бы даже сказал, что подозрительно дешево. Хотя, может быть, это политика заведения. Не зря же здесь собираются работяги.

— Держи, — я положил на стол пятерку. — Сдачи не надо.

— Садись за стол, — она улыбнулась. — Я тебе все принесу.

Вот так вот, всего два лишних рубля, а уже нет нужды набирать еду на поднос, и тащить его за стол. Я выбрал тот, что стоял в дальнем уголке, уселся, достал чип, и принялся рассматривать его. С виду он не отличался ничем от тех, что я уже видел миллион раз. Интересно, а это точно просто чип с данными, или он спалит мне мозги, как только я вставлю его в разъем.

Впрочем, черт с ним, разберемся еще. А пока надо позвонить Чеху.

Я убрал чип в карман, и набрал номер. Наемник ответил сразу же, более того, он подключил к звонку и Фаната. Есть у наших мобильников и возможность вести связь в режиме конференции.

— Молодой? — спросил он. — А чего так долго-то?

— Мы уже думали, что больше тебя не увидим, — сказал Фанат. — Ну, как все прошло?

— Да хуй его знает, — я даже зачем-то пожал плечами, хоть мои собеседники и не могли этого увидеть. — Судя по тому, что я еще жив, то неплохо. А долго так, потому что меня сперва катали по городу, а потом вели через какой-то лабиринт. Прячется она, конечно, мое почтение, я такого…

— А что по поводу дела? — перебил меня Чех.

— Сказала, что продаст нам то, что надо, если я кое-что для нее сделаю. Но из того, что я понял, сделать это будет сложно. Она дала мне чип, вся информация на нем, но я пока еще не читал.

— Тогда приезжай в «Иглу», посмотрим вместе, — сказал Фанат. — А про цену вы не разговаривали?

— Мы даже про оплату толком не поговорили, — ответил я. — Как-то я об этом заикнулся, она сказала, что хорошее отношение с ее стороны — уже сама по себе оплата. Блядь, и часто нам приходится бесплатно работать?

— Фанат, ты же компенсируешь нам расходы? — спросил Чех. — Мы так-то для тебя это все делаем.

Какое-то время решала молчал. Я даже представил, как он матерится, едва заметно шевеля губами. Ну да, ему ведь придется платить за то, что мы делаем не для него. А еще и за саму импульсную пушку придется вывалить нехилую сумму.

И тут я понял, что он сказал Чеху не всю правду. Ну не могут такую бучу поднять только из-за золота. Тут что-то другое, причем, не менее ценное. Хрен его знает, что именно, однако стоит оно точно дороже пятнадцати миллионов.

Интересно, а сам наемник понимает, что нас используют втемную? Надеюсь, что да, потому что я не знаю, чем это может закончиться.

— Компенсирую, — наконец, сказал решала. — Только сразу говорю, не надо мне руки выкручивать. Я и так почти все на кон поставил, и денег в обороте у меня не так много осталось. А мне еще Каре платить, и остальным.

— Блядь, — вдруг выругался Чех. — И чего, ты теперь съедешь, когда половина дела сделана? Не знаю, займи у кого-нибудь, кредит возьми. Ты же в курсе, что на кону стоит!

А ведь так про бабки не говорят, тут явно что-то гораздо важнее. И Чех об этом знает, но мне не говорит. Да какого хуя вообще?

Может быть, свалить? Выполнить заказ для Кары, а потом отказаться работать дальше? У меня есть свои завязки, Кастет меня знает, эта сумасшедшая тетка тоже будет знать, пиджаки из «РосИнКома», тоже желают, чтобы я трудился на них. Короче, заказы будут, никуда не денусь, в нищете не загнусь.

А то сперва они не говорят, за чем мы охотимся, потом пиздят мне об этом, потом гонят туда, где меня легко могут убить ни за что. Это просто блядство какое-то.

На стол передо мной поставили поднос, на котором была миска дымящегося супа, тарелка с макаронами, маленькая мисочка салата, и большая кружка квасу. Я шепотом поблагодарил женщину, взял ложку и принялся хлебать.

А ведь неплохо. За такие деньги, так и вообще очень хорошо.

— Да не съеду я, — процедил Фанат. — Найду я бабки, не волнуйся. Сделаем все четко и красиво. И вам заплачу, как за это дело, так и дальше.

— Ладно, Молодой, — сказал Чех. — Он заплатит, слышишь? Так что давай соберемся, и обсудим, что нам предстоит.

— Мне все-таки в «Иглу» ехать? — спросил я.

— Не, — ответил наемник. — Давай в клинику к Нику, мне все равно сейчас на обслуживание ехать надо. И ты, Фанат, туда же подваливай. Хватит тебе уже в клубе своем сидеть, и над златом чахнуть.

— Ага, как будто у меня есть злато то, — ответил он. — Злато нам еще только добыть предстоит.

А может быть, не уходить? Припереть его к стенке, да расспросить хорошенько? Хотя, хрен его знает, чем это чревато, он ведь и отомстить может попробовать.

Только тогда мне и уйти не удастся. Не дадут. Замочат просто, да и все, чтобы я не сдал никому их планы.

А Чех Фаната не остановит? Неохота это признавать, но скорее всего нет. Особенно если он поймет, что я собираюсь работать сам. Мне кажется, он и так не очень доволен, что я взял работу на стороне, пусть и не в курсе, чей именно заказ я выполнял. Вот они взбеленились бы.

Так что, остается до конца идти? Похоже, что так. Ну либо валить их первыми, да так, чтобы об этом никто не узнал. Ну или наоборот, узнали все, что тоже может сработать на меня. Отправить кого-то в переработку, и растрезвонить об этом может либо полный мудак, либо охуенно уверенный в себе человек. Так что многие подумают о том, что ко мне, может быть, лучше и не соваться.

А готов я в свою очередь валить Серегу? Скорее нет, чем да. Он показал мне новую жизнь, и пусть и втянул сюда насильно, тем не менее, помогал мне всю дорогу. Использовал, да, но разве мне не нравится то, что я делаю? Честно говоря, очень нравится.

Блядь, да что делать-то?

— Ладно, встретимся там, — сказал я. — Через час пойдет?

— Пойдет, — ответил Чех.

Я сбросил звонок, поднял тарелку и допил остатки бульона, после чего быстро покидал в себя салат, запивая его квасом. Ну что, настало время переходить к основному блюду.

Черт меня дернул все-таки спросить у Чеха, над чем мы работаем. Если б не знал, с меня взятки гладки были бы. А теперь. Похоже, что придется идти до конца, пусть и могут убить.

С другой стороны, все мы там когда-нибудь будем, верно? Так хули мне париться? Если уж убьют, то мне точно будет все равно.

Глава 19

Я припарковал машину на стоянке, вышел из нее, потянул из кармана вейп. Да, все-таки приятно ехать, когда знаешь, куда направляешься. В будущем лучше избегать поездок с завязанными глазами, на хрен такое удовольствие.

Затянулся, вышел с парковки, двинулся к зданию, где находилась клиника. Людей на улице оказалось неожиданно много для такого времени, хотя район совсем не тот, чтобы в нем просто прогуливаться.

Я подумал, в чем дело, а потом вспомнил, что сегодня вечер пятницы. Вот что такое — не ходить на работу пять через два. Уже потихоньку начинаешь забывать, какой сегодня день. Меня-то и в выходные выдернуть могут, да и вообще в любое время дня и ночи.

Скоро я добрался до клиники, поднялся по лестнице, ведущей на первый этаж, и дорогу мне заступили трое. Прикинуты неплохо, по крайней мере у двоих есть «руки-базуки».

Все в кожаных куртках, подмышкой у каждого характерно оттопыривается по кобуре. Значит, при оружии. И что-то подсказывает мне, что там нормальные пушки. Но они их не светят. И стоят грамотно, прикрывают друг друга.

Судя по всему, это не лохи, а наемники, одного из них я, кажется, даже видел в «Коробке». Ну и кто же мог их на меня натравить?

Кому я отдавил мозоли за последнее время? Да дохуя кому, если уж совсем честно. «Резаки»? Те разобрались бы со мной своими силами, не стали бы привлекать народ со стороны. Кастет? Вот он может, но там, наверное, проще было бы решить все полюбовно, просто вызвать меня к себе и поговорить. Тем более, что решала вроде был доволен нашим сотрудничеством. Кто еще?

— Молодой? — спросил тот из них, что был в центре.

Он, кстати, был не в куртке, а в жилете с открытыми рукавами, и «базук» у него не было. Это надо взять на заметку, скорее всего, у него там клинки.

— Ну, я, — ответил я, убирая вейп в карман. — Чего, пацаны, какие вопросы ко мне?

— Да никаких вопросов, — странно визгливым голосом проговорил правый. — Валить тебя сейчас будем.

Я услышал за спиной шаги, чуть сместился в сторону, оборачиваясь, и увидел еще одного парня в кожанке. Но этого я видел, сегодня, рядом со стоянкой, он разговаривал по телефону. Значит, следил, за тем, как я паркуюсь, и сообщил остальным? Правильно сделал.

А вот мне большой минус. Не надо парковаться в одних и тех же местах два раза, тем более, что один раз меня на этом уже подловили. Да, лохи какие-то, которых я раскидал, как щенков, но тем не менее.

— А силенок-то хватит? — спросил я.

— На тебя хватит, — сказал второй и расхохотался.

Ага, значит, четверо на одного. Ну ничего, сыграем, я теперь не тот парень, которого били у клуба. С тех пор все круто изменилось. Я перешел в режим взлома, выделил того, что стоял в середине, и активировал эксплойт.

— Блядь, что за хуйня⁈ — заорал он.

Ну да, когда внезапно вырубается оптика, еще не так выразишься. Впрочем, я уже начал действовать, интерфейс перешел в боевой режим, я подскочил к ослепленному мной врагу, схватил его, и изо всех сил ударил спиной о перила лестницы.

Ушиб поясничной области.

С хрустом из его предплечий вышли клинки, он вслепую махнул рукой, но я уклонился, и лезвие прошло над моей головой, даже клок волос вроде бы срезало. Я приподнял его, и снова долбанул о перила, тут же добавил правой рукой по морде, схватил за ноги, и перевернул, отправляя в полет вниз.

Перелом позвоночника. Подвижность нижних конечностей нарушена.

Кто-то бросился на меня со спины, попытался взять в захват, но я вовремя вжал голову в плечи, так что в локоть попала не шея, а челюсть. Это больно, конечно, зато я точно не потеряю сознание.

Подняв ногу, я хорошенько долбанул ступней по его ноге. Были бы там хорошие крепкие ботинки, как у меня, ничего бы ему не было, но парень, набросившийся сзади, предпочитал легкие кроссовки. В таких убегать хорошо, а вот драться — не очень.

Он заорал, на секунду ослабил захват, и этого мне хватило, чтобы вывернуться.

Я со всей дури, и на сколько хватило пространства для размаха, долбанул его лбом в нос. Послышался хруст, из ноздрей на лицо наемника потекла кровь, а я тут же ударил еще раз.

Перелом костей носа.

Что-то попало в глаза, и поле зрения окрасилось в красный. Стереть пелену с глаз времени не было, на меня уже бросился третий, махнул рукой, собираясь прописать мне по роже, но я поднырнул под удар, и долбанул ему в солнечное сплетение так, что аж рука задрожала. Послышался громкий треск, наемник вскрикнул, но тут второй, с разбитым носом, снова вступил в дело и ударил меня по лицу.

Ушиб челюсти. Сломаны шестой и седьмой зуб справа.

Перед глазами вспыхнуло белым, я отшатнулся, сделал два шага вниз по лестнице. Если бы не усиленный Ником позвоночник, то, наверное, шея не выдержала бы удар «базуки» и сломалась. Но так я был жив, и готов продолжать бой.

Я сплюнул на землю кровь и два зуба. Жалко, у меня все свои, но поставить импланты теперь — полдня работы для квалифицированного рвача. Однако теперь они меня разозлили конкретно.

Заорав от боли и ярости, я бросился вперед, подмял под себя парня и дважды ударил ему по лицу, сминая кости. Один из глаз вылетел из орбиты и повис на пучке проводов. Парень затих и больше не двигался.

Перелом костей глазницы. Нарушено зрение. Черепно-мозговая травма, потеря сознания.

Я поднял голову и уткнулся в ствол пистолета, направленного мне прямо в лицо.

— Игры кончились, Молодой, — сказал тот из наемников, что не принимал участия в бою.

Второй, которому я пробил в солнечное сплетение, стоял чуть в стороне, держась за грудь, и пытаясь продышаться.

— Ну стреляй, блядь, — прохрипел я. — Хули ты разговоры говоришь, нацелил ствол — нажимай на спуск.

— Ты поедешь с нами, — сказал он. — Тебя приказано доставить живым. А вообще, ты неплох, кажется, мы продешевили, когда договаривались о цене. Как считаешь, не следует ли нам припрятать его до времени, и запросить больше, Рус?

Он на мгновение отвернулся, но этого хватило. Я с низкого старта рванул вперёд, бросился на него, выкручивая пистолет из его руки, завалил на землю, прижал ствол ко лбу и утопил спусковой крючок.

Грянул выстрел, заднюю часть черепа наемника буквально расплескало по лестнице, заляпав все красным. Послышался женский крик, кто-то звал полицию, кто-что снимал. Я обмакнул ладонь в кровь, и мазнул себя по лицу. Так меня будет сложнее опознать, если кто-то будет снимать, а такие точно будут.

Тут же повернулся, и направил оружие на последнего из наемников. Он дернулся подмышку собираясь достать ствол, но не успел.

— Где? — прорычал я, и снова сплюнул кровь на землю. — Куда меня должны были везти? Координаты, живо!

— Тебе пизда, — ответил он. — Слышь, тебе пизда. И телке твоей тоже, мы ее взяли.

— Какой еще телке? — не понял я.

— Корпоратке этой, Нате. Вы не на того человека залупнулись, ты понял?

Блядь, серьёзно? То есть это тот обоссавшийся мудак никак не уймется?

Не, ну теперь он подошел к делу серьезнее, и прислал не просто быдло с улицы, а наймитов. Видимо, не очень хороших, иначе они не стали бы разговаривать и уж тем более драться со мной, а просто выстрелили бы тазером из засады, да и все. И хрен бы я смог что-то сделать.

— И хули ты мне сделаешь? — спросил я. — Один твой дружок уже в переработку отправился, еще двое на пути туда. Ты жить хочешь, или как? Если да, скинь мне координаты, и вали отсюда на все четыре стороны.

Перед глазами появилось окошко входящего сообщения с геометкой. Я не стал смотреть, а просто смахнул его в сторону.

— Что это за место?

— Спортзал. Старый спортзал, раньше там…

— Спасибо, — сказал я, а потом утопил спусковой крючок.

Затворная рама размеренно заходила туда-сюда, я выстрелил в парня четыре раза, целясь в грудь. В голову я бы в таком состоянии просто не попал.

Множественные ранения грудной клетки. Мгновенная смерть.

Он упал на задницу, а потом медленно сполз вдоль перил, повесив голову. На землю из ран потекла кровь.

— Что тут… — из здания на улицу вышел Чех, посмотрел на валяющиеся на земле тела и протянул. — Бля-я-я.

Я встал, подошел к тому из наемников, которому выбил глаз, прицелился в голову, утопил спусковой крючок.

Ранение в голову. Повреждение мозга, мгновенная смерть.

Я снова сплюнул наполнившую рот кровь. Че-то ее многовато. Она остановится вообще сегодня? Мне ведь десны разорвало, щеку осколками зубов тоже. Ладно хоть язык цел, говорить нормально могу.

— Блядь, ты их жрал что ли? — спросил Чех. — Рожа вся в кровище, кровью же харкаешься.

— Можно и так сказать, — ответил я, подошёл к краю перил, прицелился, и выстрелил еще трижды.

Множественные ранения грудной клетки. Мгновенная смерть.

На последнем выстреле затвор пистолета встал на задержку, и я швырнул его вниз. Повернулся к наемнику, который сосредоточенно разглядывал трупы.

— Слышь, а я их знаю. Этот Рус, наемник, знаешь, средней руки. Остальные тоже примелькались, в «андерах» видал пару раз, новички, конечно, но с какой-никакой репутацией. Чего они на тебя взъелись вдруг?

— Натравили их на меня, — я обтер руки от крови об штаны. — Помнишь, я тебе звонил, что нашла меня шпана какая-то. Мудак этот не унялся, и еще наемников прислал. В курсе был, что я у Ника обслуживаюсь, вот они и пасли меня тут. И выпасли, как видишь, правда, не уверен, что теперь рады этому.

— Еще бы, блядь, ты ж перехуярил их всех. Ну, чего дальше? Наверх поднимаемся?

— Не, — я покачал головой. — Мне надо поехать кое-куда. У них Ната.

— Ната? — переспросил наемник. — Так у вас же все вроде, нет разве?

— Все-то все, — ответил я. — Но этот мудак ведь не уймется. Да и жалко ее, честно говоря, пусть и тварь. Съезжу, посмотрю, что там. У тебя ствол есть? А то у меня только легальный с собой.

— Держи, — Чех протянул мне «Ярыгина», которого я тут же упрятал за пояс под куртку сзади. В машине переложу поудобнее, а пока мне надо, чтобы никто его не увидел. — И еще, — он протянул мне два запасных магазина. — Слушай, может с тобой съездить?

— Не, это личное, — качнул я головой. — Да у вас и без того дел по горло.

Я запустил руку в карман, и достал из него чип, который мне дали люди Кары.

— Держи, — протянул я его Чеху. — Как смогу, вернусь, будем думать, что делать дальше.

— Мы тогда без тебя посмотрим, ладно? — спросил он, забирая чип. — Может быть, план накидаем. Как вернешься, обсудим.

— Добро, — кивнул я.

— Давай, удачи, — хлопнул он меня по плечу. — Порви там всех.

Глава 20

Эта история с Натой слишком затянулась, и ее надо закончить сегодня. Раздать долги, чтобы ничего не тянуло меня назад. Если этого пиджака там не окажется, то я поеду к нему домой, и завалю. Правда, действовать придется быстро, и наверняка, уверен, что у корпората страховка класса «люкс», а данные с его биомонитора постоянно отслеживаются. И в случае каких-то сбоев к нам сразу же приедет отряд «Амбулансия Макс». А эти парни церемониться не станут, они вообще больше боевики, чем медики, как раз на том и специализируются, чтобы вывозить людей из опасных мест, а уже потом реанимировать.

Компания, кстати говоря, бразильская, но контракты у них со страховыми компаниями по всему миру. В нашей стране там, конечно, работают русские, из бразильцев там разве что региональные менеджеры.

Припарковал я тачку прямо напротив спортзала, вышел на улицу, поморщился, проведя языком по осколкам зубов. Ладно хоть со стороны не видно. Черт, придется удалять, а потом ставить новые, а я ненавижу стоматологов. Договорюсь с Ником, пусть проведет операцию под наркозом, тем более я вроде неплохо его переношу.

Ладно, кровь остановилась, хоть по ощущениям за время дороги я и проглотил где-то с поллитра. Хрен с ним, выживу. От пары выбитых зубов еще никто не умирал. А вот, что будет дальше.

Посмотрев налево-направо, я перебежал дорогу, и остановился у входа. Запустил руку за спину, достал пистолет, и дослал патрон. Все, вроде готов. Пора идти внутрь.

Я толкнул дверь, и вошел в здание, оказавшись на ресепшене. Совсем небольшой холл, стойка администратора, который по-видимому должен был торговать абонементами. За ней никого. Дальше проход в подвальчик, где и должен был располагаться спортзал и душевые. Я двинулся туда.

Вошел в зал, и остановился.

Место явно оказалось очень старым, тренажеров, хоть и много, но все они не в лучшем состоянии: краска с железа облезла, с боксерских груш слезло покрытие, маты были рваные, из них кое-где торчал поролон. Да уж, местечко они выбрали так себе, оно больше подходит для сборов какой-нибудь банды, чем для любителей фитнеса и бодибилдинга.

На стенах были изображены герои боевиков прошлого, рисунки тоже были не в лучшем состоянии, хоть когда-то их и малевали с большим старанием. Я узнал только Арнольда Шварцнеггера и Александра Невского, оба были нарисованы с фотографий, на которых были на пике формы.

Но остановили меня, естественно не они. В зале было несколько человек: четверо, судя по виду, наемников, Ната, прикованная наручниками к турнику, и сам пиджак.

Отреагировали они по-разному. Наемники, увидев меня, тут же разошлись полукругом, Ната радостно вскрикнула, и тут же заткнулась, когда пиджак со все дури зарядил ей пощечину. Я почувствовал, как волосы на затылке становятся дыбом, а мышцы лица сводит в злобной гримасе.

Нет, я бы и сам с удовольствием ей прописал бы, она это заслужила, но когда это делает какой-то ублюдок, который попортил мне столько крови. Хрен знает, чем мне аукнется побоище перед клиникой Ника. Могут и закрыть. А возможно, что нет, особенно если за меня впрягутся корпораты из «РосИнКома». Все-таки это была самооборона, пусть я и несколько вышел за ее пределы.

— Где Рус и его парни? — спросил один из наемников.

— В переработке, — ответил я. — Не с тем связались. Вы бы свалили, у меня к вам претензий никаких, мне надо только с этим пиджаком поговорить.

— Мы взяли заказ, — ответил он.

— Это не тот заказ, который следовало брать, — ответил я, и перешел в режим взлома.

Попытался отметить одного из наемника, но не смог. Связи не было, они поставили на этаже глушилку. Видимо, чтобы Ната не могла позвать на помощь. Иначе тут уже все кишело бы спецназом «Ростелекомовской» СБ.

Это плохо. Может быть, надо было все-таки взять с собой Чеха? Или подтянуть кого-нибудь из парней Фаната…

Я услышал за спиной шаги. Слава слуховому импланту, он позволял различать даже самые тихие звуки. Одновременно с этим сработал ускоритель рефлексов, интерфейс просигнализировал об опасности, я сгруппировался, и перебросил через себя бросившегося мне на спину парня.

Впечатал подошву ботинка ему в лицо один раз, второй, третий, превращая морду наемника в искореженное месиво.

Перелом костей носа. Повреждения мягких тканей лица. Черепно-мозговая травма, потеря сознания.

— Взять его! — заорал пиджак. — Лишь бы слушать и смотреть мог, на остальное мне насрать!

Двое из ближайших наемников бросились ко мне. От первого удара я ушел уклоном, долбанул в ответ, и мне тут же прилетело в челюсть, так что я отшатнулся и сделал два шага назад. Споткнулся о лежащую на полу штангу и рухнул на мат. Хорошо хоть не так больно. Пистолет я при этом, естественно, выронил.

Блядь! На стенах куча плакатов о том, что инвентарь после занятий надо убирать, а они разбросали тут все. Вот дебилы!

Оба наемника подскочили ко мне, один тут же рухнул ничком, прижимая к полу мою левую руку. Второй попытался сделать то же самое, но я, что было сил, долбанул ногой ему в живот. Похоже, что никаких повреждений ему это не нанесло, даже интерфейс никак не отреагировал. Еще бы, по мышцам пресса тренированного человека даже пробежать можно, и ничего ему не будет.

Зато это дало мне время. Я подхватил лежавшую на полу гантель, килограмма в три весом, маленькую, видимо, женскую, и долбанул того из наемников, что лежал на моей левой руке в висок. Один раз, второй, и тут же третий. В лицо брызнуло кровью.

Перелом костей черепа. Черепно-мозговая травма. Потеря сознания.

Скинув его с руки, я попытался подняться на ноги, но тут ко мне подскочил второй, и бросился на меня сверху, схватил за горло, пытаясь задушить.

Коленом он уселся на мою правую руку я, что было сил, долбанул левой его по груди, потом ещё нет, но это не возымело никакого эффекта.

Перед глазами стало темнеть, легкие жгло от отсутствия воздуха. Еще немного, и я попросту отключусь, и тогда со мной можно будет делать все, что захочется.

Я поднял руку, с огромным трудом дотянулся до белого пятна лица своего врага, и запустил один за пальцев ему в глазницу. С хрустом пропихнул искусственное глазное яблоко дальше в череп, вогнал палец глубже.

Наемник заорал и отшатнулся, а я почувствовал, что снова могу дышать. Закашлялся, но кое-как взял себя в руки, и сбросил с себя парня, который покатился по мату, закрывая руками лицо. Кажется, ему было очень больно.

На меня бросились оставшиеся двое наемников, я сумел привстать, наклонился, подхватил с пола полупудовую гирю, и метнул в одного из них. Раньше такое было бы мне не под силу, но теперь, с «руками-базуками», оказалось вполне возможно.

Гиря прилетела ему в грудь, и он свалился на землю. Послышался хруст сломанных костей.

Переломы ребер и грудины. Повреждения внутренних органов.

Последний из наймитов вдруг остановился. Я окончательно поднялся на ноги, посмотрел на него, склонив голову.

— Ну давай, — сказал я. — Я уже перехуярил всех твоих корешей. Ты следующий, парень.

Он резко наклонился и рванул ко мне, пытаясь пройти в ноги. Долбоеб, кто же так делает? В корпус надо проходить, этому же на первых занятиях учат.

Он охватил меня, попытался оторвать от земли, но получил локтем по затылку, потом еще раз. Хватка его ослабла, и он свалился на пол. Я тут же добавил ему ногой по голове, несколько раз подряд. Люблю хорошие ботинки, ими можно буквально растоптать человека насмерть, что я и проделал.

Переломы костей черепа. Черепно-мозговая травма. Повреждение мозга. Мгновенная смерть.

Поздравляем. Ваше умение рукопашного боя увеличено до 23

Я огляделся по сторонам.

Двое наемников лежали без сознания, еще один определённо был мертв, потому что голова его была превращена в кровавую кашу. Еще один из парней катался по мату, держась за лицо, а последний лежал, схватившись за грудь, и на губах у него была кровавая пена. Да, интересно получилось.

Корпорат посмотрел на происходящее, и вдруг подорвался, ринулся к двери, к выходу из зала. Я бросился в сторону, подхватил с пола пистолет, и дважды выстрелил. Первая пуля прошла мимо, а вторая пробила бедро, после чего пиджак рухнул на пол, но от своей идеи не отказался, и продолжил ползти в сторону двери, размазывая по бетонному полу казавшуюся черной кровь.

Пулевое ранение бедра, повреждение мягких тканей. Непосредственной угрозы жизни нет. Подвижность конечности снижена.

Я подошел к тому из наемников, что держался за лицо, и пустил ему две пули в голову. Потом дострелил того, которому гиря пробила грудную клетку. Сделал контроль остальным, перезарядил пистолет, скинув магазин на пол, подошёл к пиджаку, уже успевшему доползти до двери, схватил его за ворот, и потащил обратно.

— Отпусти! — закричал он. — Отпусти! Ты знаешь вообще, кто я такой?

— Знаю, — ответил я. — Злобный пидорас, который не понимает с первого раза. Надо было тебя тогда, на лужайке твоего дома и кончить.

Я бросил его на скамью под штангу, а когда он снова попытался дёрнуться, слегка приложил рукоятью пистолета по голове.

Только сейчас я обратил внимание на запах. До устроенной мной бойни зал пах застарелым потом, железом и плесенью от матов. Вентиляция тут, похоже, толком не работала. Теперь же все было хуже, ко всему этому примешивался солоноватый запах крови.

— Я же говорил тебе, — спокойно сказал я. — Не надо было меня злить. Ну вот хотел ты отомстить, и что теперь? Наемники, которые приняли заказ, мертвы. Ты с простреленной ногой никуда не уйдешь, а на помощь позвать не сможешь. Ну и что мне теперь с тобой делать?

— Отпусти меня, — чуть не плача, попросил он. — Сколько тебе заплатить? Тридцать тысяч хватит? Пятьдесят? Сто?

— Триста дашь? — спросил я.

Триста тысяч — большая сумма не только для наемника, но и для пиджака… Не то, чтобы я собирался отпускать этого зловредного придурка, мне просто было интересно, во сколько он оценивает свою жизнь.

— Дам, — не задумываясь, ответил он. — Выйдем наружу, и сразу же бабки на твой счет переведу.

Ну, если он не пиздит, то кучеряво живут корпораты, ничего не скажешь. Триста-то кусков. Я даже с последних, очень прибыльных дел, столько заработать не смог. Да уж, интересно.

— Ты думаешь, что твоя жизнь стоит триста тысяч? — спросил я. — На самом деле она не стоит ни гроша. Ровно с того момента, как ты натравил на меня тех троих придурков. Они не передали тебе моего послания?

— Передали, — ответил корпорат.

— Так чего ты меня не послушал-то? Настолько стыдно было, что испугался одного наемника? Перед своими дружками стыдно было за то, что ты обоссался?

— Да заткнись ты! — вдруг с неожиданной силой выкрикнул он. — Что ты вообще знаешь о нашей жизни? Один такой случай, и ты теряешь авторитет навсегда. Если бы я не поквитался с тобой, то…

— Ну, ты попробовал. И что теперь? Доволен, тем, что получилось? Восемь трупов на твоей совести. Нормальных парней, наверняка, таких же наемников как я.

— Отпусти меня, — вдруг попросил он. — Я забуду твое имя. Я попрошу о переводе, уеду в Петербург или в Минск, ты никогда больше меня не увидишь. Только прошу, не убивай.

— Не убивать? — переспросил я. — Знаешь, я бы тебя отпустил, и даже денег с тебя не взял. Да только вот, прости, не верю я тебе. Не уедешь ты никуда. Выйдем на улицу, и ты сразу же «эсбешников» своих притащишь. Знаешь, я тут познакомился с одним из них, он меня на работу звал. Уж извини, но с ними связываться я не хочу.

Я перехватил пистолет левой рукой, он лежал в ее ладони так же уверенно, как в моей «профильной» руке. Странные дела. Похоже, что я действительно становлюсь амбидекстром. Проверить бы еще, как это работает.

Раньше, говорят, люди от руки писали. Но теперь-то этим никто не занимается, проще текст набрать, тем более, что ни на какие кнопки даже нажимать не приходится. Текст сразу из мыслеречи в сообщения превращается.

Надо бы поговорить об этом с Ником при случае, рассказать, что со мной происходит. Правда, это придется и про пиджаков, которые меня взяли, рассказывать. Ладно, посмотрим.

Только надо сперва закончить с этим хлыщом.

Я развернулся, подобрал с пола пудовую гирю, резко выжал ее вверх, что не стоило мне никаких усилий. Ну да, импланты и не такое позволяют. Наверное, если еще несколько искусственных мышц себе пересадить, я смогу и машину от земли оторвать, и продержать какое-то время.

Обойдя скамью справа, я поставил ногу на грудь «пиджака», прижимая его к жесткой поверхности так, чтобы он не мог подняться.

— Тебя предупреждали, — сказал я. — И денег мне твоих не надо. Сидел бы тихо — работал бы дальше, жил, развлекался. А теперь, увы, тебе одна дорога — в переработку.

— Нет! — успел крикнуть он, когда я размахнулся и опустил спортивный снаряд ему на голову.

Один раз, второй, третий, и так, пока его голова окончательно не превратилась в кровавую кашу. Интерфейс сообщил, что я убил его уже вторым ударом, но я продолжал долбить раз за разом. А потом отбросил в сторону гирю, покрытую кровью, клочками кожи и волос.

Поднялся и выдохнул, и услышал звуки, словно кто-то прочищал плотно забитую трубу. Развернулся — это блевала Ната. Похоже, что для нее это оказалось уже слишком. Впрочем, ничего удивительного, мы ведь жили в совершенно разных мирах. В моем люди убивали друг друга, в ее тоже, но если мы дрались за выживание, то они за власть. И мы убивали своими руками, а они с помощью интриг. Так что разница есть, но не такая уж критическая.

Я подумал, не оставить ли ее прикованной, но потом решил, что это будет уже слишком. Не торчать же ей тут с трупами. Да и спортзал, очевидно, заброшен, так что вряд ли кто-то сюда придет и выпустит ее.

Искать ключи не было желания, поэтому я спрятал пистолет за пояс под куртку и подошел к девушке, старательно обойдя лужу рвоты на полу, схватился за наручник справа, и одним резким движением разорвал цепь. Проделал то же самое с левым. Ну, вроде бы можно уходить.

Ната посмотрела на меня с сомнением, а потом вдруг сделала шаг в мою сторону, и обняла, обхватила руками, прижалась к груди.

Я замер. Пару дней назад я чувствовал к ней сильную привязанность. Теперь же не ощущал абсолютно ничего. Совершенно чужой мне человек.

— Я знала, что ты придешь, что не оставишь меня. Они схватили меня на выходе из дома, заставили сесть в машину, а там оказалась глушилка. Привезли сюда, этот урод сказал, что и тебя тоже скоро притащат, а потом с нами обоими поквитаются.

Аккуратно разжав ее руки, я сделал шаг назад.

На самом деле с ней было неплохо. Даже если не брать в расчет эмоциональную связь, которой в общем-то и не имелось. Чисто с утилитарной точки зрения. Она договорилась о прикрытии для меня, у нее была большая квартира. Мягкая кровать, вкусная еда, качественный секс, да еще и разнообразный. Она ведь таскала к нам в постель своих подруг.

И проблема даже не в том, что она трахалась на стороне, пусть и это я не смог бы простить. Ната ведь использовала меня, просто чтобы повыебываться перед своими подругами тем, что она встречается с наемником. Не знаю, зачем ей это нужно, наверное, такой способ показать себя.

— Я приехал не за тобой, а чтобы разобраться с ним, — ответил я.

— Но мы…

— Нет никаких нас, Ната. Есть я, и ты. И мы раздельно. Между нами все кончено, дальше ты пойдешь своей дорогой.

— Но…

— Нам не о чем говорить. Сейчас я выйду, и поеду по своим делам. И мы больше никогда не увидимся. Поняла?

— Поняла, — сказала Ната. — Сходи, умойся, тут туалет есть, А то ты чисто ангел смерти какой-то.

Посмотрел на свои руки, которые действительно оказались заляпаны кровью, как и рукава куртки. Бросил взгляд на Нату. Корпоратка, кажется, собиралась мне что-то сказать, но вдруг тряхнула плечами, развернулась, и двинулась к выходу из зала.

А я двинулся в туалет, который оказался за дверью соседней с той, которая вела в холл. Зашел туда, поморщился от запаха, подошёл к зеркалу, и уставился в него.

Блядь, а ведь действительно ангел смерти. Руки в крови, лицо тоже, я же специально ее размазал, чтобы меня идентифицировать было сложнее. Но, теперь это уже ни к чему, можно смыть.

Положил пистолет на раковину, открыл воду, и принялся отмывать кровь с ладоней. Потом почистил рукава куртки, плеснул пару пригоршней воды себе в лицо, стал тереть кожу. Мыла тут, конечно, не было, но хотя бы водопровод работал.

Посмотрел в зеркало. Теперь гораздо лучше, и я не выгляжу, как человек, который сделал куннилингус десяти женщинам во время месячных подряд. Большую часть крови смыл, этого достаточно, чтобы пройтись по улице, и на тебя не показывали пальцами.

Я закрыл воду, посмотрел вокруг в поисках чего-нибудь, чем можно было вытереться, но не нашел. Хрен с ним, так высохну, на улице-то не холодно, можно и так и пройтись.

А, когда вышел из туалета, уткнулся в ствол пистолета. Интересно, где она его взяла? Хотя, наверняка каждый из наемников был при оружии, а в ход они его пустить просто не успели. К тому же пиджак ведь приказал меня взять живым.

— Что, думаешь, сможешь выстрелить в живого человека? — спросил я, склонив голову.

Пистолет был в руках Наты, ствол порядочно дрожал. А еще бы, оружие ведь тяжелое, не для нетренированных женских рук. Да и я, если бы не занимался раньше стрельбой, вряд ли смог бы целиться нормально. Но держала она его все равно уверенно.

— Выстрелю, — ответил она. Голос ее тоже дрожал, а по щекам текли слезы. — Но как еще мне заставить тебя выслушать меня?

— Ладно, — сказал я. — Ну и чего ты хочешь мне рассказать?

— Я не знаю, что тебе наговорила про меня Лана, — сказала она. — Но это все ложь.

— Может быть, не ты будешь врать? — я прищурился. — Я знаю, как обстояли дела. Ты напропалую трахалась за моей спиной. Со всеми подряд.

— Это вранье! — крикнула она, и на секунду пистолет в ее руках прекратил дрожать.

Я аж зажмурился. Да, на мне подкожная броня, и пистолетная пуля никак мне не навредит. Но если она каким-то чудом попадет в голову, то все кончится плохо. Череп-то у меня обычный, человеческий.

— Она просто хотела занять мое место. Скажи еще, что она не писала тебе после того, как ты уехал из клуба! Скажи, что она не сказала, что раз мы теперь не вместе, то она не против быть с тобой.

— Писала, — согласился я. — Потому что она такая же корпоратская шлюха, как и ты. Блядь, да я лучше себе пулю в голову пущу, чем еще раз свяжусь с такими, как вы.

— Вот видишь! — крикнула она. — Это все было вранье!

— У меня полный профайл на тебя. Три гига переписок, все нюдсы, которые ты кидала парням. Ты думаешь, эта инфа хоть как-то спрятана? Блядь, да у тебя цифровой след длинной в километр, и достать его, поверь, совсем несложно.

Она ничего не ответила, но ствол не отвела. А я сделал шаг в ее сторону, а потом еще один. Третий. Теперь я мог броситься на нее и попытаться выхватить пистолет. Да, был риск, что она успеет меня пристрелить, но что мне тут, пытаться демонстрировать красноречие? Заниматься этим мне совершенно не хотелось.

— Не надо лгать, хоть сейчас, — сказал я. — Забудь обо мне. Найди себе другого наемника, если так хочется. Только не надо ему изменять, потому что он, в отличие от меня, может просто замочить тебя за это. Я не буду. Не хочу марать руки.

— Но… — сказала она. — Но… Мне жаль. Мне реально жаль.

Она опустила пистолет, нагнулась, уперев руки в колени. Я, так ничего и не сказав, двинулся на выход. Эта страница моей жизни перевернута. Осталось только сбросить где-нибудь ствол. Можно, конечно, оставить его прямо тут, но лучше уж затруднить легавым жизнь хоть немного.

А она… Пускай выбирается, как хочет.

Я вышел из зала, и перед глазами тут же появилось уведомление о нескольких пропущенных вызовах. И сообщение от Ника: «срочно приезжай в клинику».

Ну и что там могло случиться за час моего отсутствия?

Глава 21

Я позвонил в видеофон, дверь отворили почти сразу же. Войдя внутрь, я увидел Чеха и Фаната, которые сидели на диванчике. При этом вид у обоих был не очень, особенно у наемника, который пил кофе из кружки и морщился. Честно говоря, он выглядел так, как будто только что побывал на грани смерти: нос заострился, глаза запали, под глазами появились круги. Что тут случилось-то за тот час, что меня не было?

Ник сидел чуть в стороне в кресле, и читал что-то с планшета. Выглядел он едва ли не хуже, чем Чех, хотя с чего бы?

— Эта тварь меня чуть не убила, — вместо приветствия сказал Чех.

— Какая тварь? — не понял я.

— Кара, — мрачно ответил Фанат.

— На чипе не было никаких данных, только нейровирус. Если бы не Ник, он выжег бы мне мозги. До сих пор штормит, и в глазах двоится, сука.

Значит, предчувствие меня не обманывало. Не собиралась решала меня проверять, просто хотела избавиться. Наказать, как она сказала. Да уж. Вот ведь сука, а если бы я там, в кафе, попробовал бы прочитать, что на чипе? Когда рядом нет квалифицированного рвача, который может спасти? То то и оно.

— Мощная штука, — сказал Ник. — Она не просто сердце останавливает и кровь сгущает, как тот же «Тампакс». Она убивает болезненно, выжигает мозги. Блядь, что ж только не придумали люди, чтобы друг друга мочить.

— Ну и что делать будем? — спросил я, присаживаясь на край журнального столика.

— Пушка все равно у нее, — проговорил Фанат. — Ее забрать надо. Без нее летуна не посадим, а тогда делу конец.

— А эту суку отправить в переработку, — добавил Чех.

— Так она, одна из самых влиятельных решал, — пожал я плечами. — Если замочим ее, то куче народа бизнес сломаем. На спинах у нас окажется по огромной мишени. Сами их себе нарисуем.

— В первый раз что ли? — спросил наемник. — Давай лучше думать, как до нее добраться. Ты хоть что-нибудь запомнил из той поездки?

— Нет, — покачал я головой. — Глаза завязали, заставили вставить чип, который все соединения блокирует. Ни маршрута, ни даже примерных ориентиров. Знаю только то, что у нее база где-то под землёй, через туннели меня вели достаточно долго. И все.

— Хуево, — сказал Фанат. Решала вообще выглядел мрачно, похоже, он был далеко не в лучшем настроении.

Из-за того, что наша игра пошла прахом? Или что-то другое случилось? Хрен его знает, он игрок не моего уровня, в бизнесе очень давно, так что мне его не просчитать.

— Вы бы попустились, — снова вступил в разговор Ник. — По краю ведь ходите. Сперва в штаб-квартиру корпорации вломились, теперь собираетесь Кару грохнуть. Да она вопросы решала еще когда вы с Фанатом ураганили, я на легавых работал, а Молодой пешком под стол ходил.

— Такого я прощать не буду, — покачал головой Чех.

— Так она не тебя пыталась убить, а Молодого, — возразил рвач.

— Тем более. Во-первых, он мой человек. А во-вторых, меня тоже зацепило. Нет, за такое валить надо.

— А если Крисси подключить? — спросил я. — Она сможет что-нибудь выяснить? Наверняка ведь какой-то цифровой след у Кары есть.

— Глухо, — покачал головой решала. — Я уже пытался. Тут, разве что, если в голову кому-нибудь из ее людей забраться. Скачать сохраненные маршруты из навигатора, историю звонков. Тогда, может быть, все и получится, и то не факт.

— Мне не показалось, что они ехали по какому-то маршруту, — сказал я. — Скорее, просто петляли на пути к цели. Чтобы запутать меня.

— Еще хуже. Так шансов меньше. Но что-то делать-то надо.

— Ладно, — сказал я. — Допустим, мы узнаем, где находится ее база. Как мы до нее доберемся? Там ведь наверняка охраны полно, да и системы защиты какие-никакие тоже есть. Мины, может быть, турели.

— Да тут ничего не придумаешь, кроме как собрать толпу народа, да вломиться внутрь, — ответил Чех. — Причем наобум. Без плана местности, без карты, просто нагнать людей, да перестрелять всех, кого увидим.

— Сколько человек сможешь подтянуть?

— Двадцать смогу, — ответил Фанат. — Но, если честно, я не уверен. А если мы до нее не доберемся, если сбежит? Это ведь война будет, а у нее авторитета побольше моего. Как мы ее базу можем штурмануть, так и она людей в «Иглу» отправить. А это не бункер, просто клуб.

— Да хули об этом думать сейчас? — Чех откинулся на диване и сделал несколько больших глотков из кружки. — Сперва надо решить, как ее найти.

— Звоню ей, назначаю встречу. Под каким-нибудь глупым предлогом, скажу, что данные с чипа прочитать не могу. Они по-любому попытаются меня вальнуть, после того, как не вышло подсадить мне вирус. Едем на место встречи, я — открыто, вы прикрываете. Берём живым кого-нибудь из ее людей, подключается Крисси, достает из него инфу. Едем туда, ебем всех, забираем пушку.

— Тупой план, — сказал Фанат. — Слишком много «если».

— Я так-то ни одного не сказал.

— Зато подумал. Может никто не приехать. Или она, вместо того чтобы своих людей послать, просто заказ выдаст. Или тебя просто отправят в переработку, а мы ничего не успеем сделать. Либо Крисси не сможет скачать данных. Где тонко, там и рвется, а тут, знаешь, тонких мест, как на застиранной простыне.

— У тебя лучше идеи есть? — спросил Чех.

— Нет, — качнул головой Фанат.

— Ну, тогда сейчас кофе допью, и поедем. Тебе народ собрать надо, нам тоже подготовиться, пушки взять, остальное. С хакершей этой твоей связаться нужно. Дел куча.

— Ты бы остался лучше, — сказал Ник. — Я тебя почистил, конечно, но ты ж сам говоришь, плохо тебе. Если пулю поймаешь, лучше не станет.

— Раздуплюсь по дороге, — Чех двумя длинными глотками добил кружку, поставил ее на столик, и встал. — Поехали.

— Ладно, хрен с вами, поедем, — вздохнул Фанат, и тоже поднялся.

* * *

Я стоял возле того же самого кафе, и ждал. Встречу мне все-таки назначили, но, судя по голосу, Кара была совсем этому не рада. Нет, удивления тому, что я жив, она не высказала, владеть собой умела, но было в ее словах что-то такое…

Встречу назначили в том же месте, но на этот раз я был не один, меня прикрывали. Помимо Чеха здесь было двое боевиков от Фаната. Один стоял чуть дальше по улице и курил, готовый в любой момент вступить в бой, а наемник со вторым сидели в машине, припаркованной в ближайшей подворотне. Чтобы в случае чего отправиться в погоню.

Было жарко, куртку пришлось застегнуть, потому что под ней был бронежилет. А ведь уже вечер, хрен знает, как я так ходил бы, если б было так же солнечно и жарко, как днём.

Броник хороший, полицейский, который держал даже автоматную пулю. Понятное дело, что прикрывает он только жизненно важные органы, но ведь, если в меня будут стрелять, то наверняка именно в грудь.

Пистолет пришлось прятать в сумке, которую я повесил на бок. Достать его из кобуры я бы не смог, засунуть сзади за пояс, как делал обычно, тем более. А так, сунуть руку, достать ствол, прицелиться — дело нескольких секунд. Если мне их, конечно, дадут, а по мне попросту не отработает какой-нибудь снайпер.

Не сомневаюсь, что в этот раз в машину они меня не посадят, а попытаются завалить прямо тут. Они ведь в курсе, что я знаю про то, что они пытались меня убить.

Черная «Алина» появилась из-за поворота, медленно поехала по улице, и остановилась напротив меня. Машина точно та же, что и в прошлый раз, но номера на ней были другие. Наверное, их меняют перед каждым выездом в город, что неудивительно. Конспирация, мать его.

Дверь тачки распахнулась, наружу высунулся тот же бугай, что и сегодня днем, махнул мне рукой, мол подходи.

Я двинулся к нему нарочито медленно, так, чтобы успеть отреагировать, если что-то произойдёт. Шаг, второй, а потом в руке человека Кары появился пистолет с накрученной на ствол длинной трубой глушителя, и он прицелился в меня.

Вот как, значит все-таки не снайпер. Приказала самому отработать. Ну, посмотрим, кто кого.

Я бросился в сторону, одновременно запуская руку в сумку, выхватил свой пистолет, прицелился, и дважды выстрелил в силуэт, едва видный из-за тонированных окон. Машина вдруг резко, с пробуксовкой, рванула вперед, очевидно, водитель утопил педаль газа.

Нет уж, черти, уйти я вам не дам.

Я прицелился в заднее колесо, и высадил весь магазин. Попал уже третьей пулей, но не смог заставить себя перестать стрелять.

Колесо с громким хлопком лопнуло, машина резко вильнула в сторону, и врезалась в мусорный бак, опрокинув его. Я натянул на лицо маску, на пути перезаряжая пистолет, подбежал к тачке со стороны водительской двери, попытался открыть ее, но она оказалась заблокирована. Тогда резким ударом пистолетной рукояти выбил стекло, запустил внутрь руку, снял блокировку, и через секунду уже открывал дверь.

Водитель попытался сопротивляться, но получил той же рукоятью по затылку, обмяк, и я одним рывком руки вытащил его из машины.

Бугай выбрался с другой стороны, и дважды пальнул в мою сторону. Меня дернуло, одна из пуль все-таки попала в бронежилет, но естественно его не пробила. Даже интерфейс никак не отреагировал, только в куртке появилась дырка. Да уж, блядь, что-то не везет мне с ними в последнее время.

Я выстрелил один раз, второй, подручный Кары вдруг резко опрокинулся, и упал лицом в землю. Я думал, что сейчас он встанет и побежит дальше, но подсказка интерфейса сказала совсем о другом.

Пулевое ранение в голову. Повреждение мозга. Мгновенная смерть.

Бля… Я ведь даже не целился, просто наугад стрелял! Припугнуть хотел, а не убивать. Ну ладно, хоть один у нас в руках, и то хорошо. Теперь его надо допросить, у нас минут пять, потом сюда приедут легавые.

Наклонившись над водителем, я достал из кармана небольшую черную коробочку с коннектором, и подключил ее в разъем для чипов. Естественно, Крисси никуда не поехала, но это и не важно. Она вполне может подключиться к нему дистанционно через эту штуку, даже не выходя из своей уютной квартиры с навороченной капсулой для доступа в сеть и коллекцией анальных пробок. Хотя про второе я скорее воображаю.

Я набрал одноразовый номер, выждал несколько гудков, потом еще и еще. Переадресация. Хакерша заботилась о своей анонимности и принимала все меры предосторожности.

— Подключайся, — сказал я. — Рыба на крючке.

— Какая банальность, — ответила она. — Ага. Доступ есть. Ну, что дальше?

Я перевернул водителя на спину, уселся сверху, придавив его руки коленями, и зарядил пощечину. Глаза его распахнулись, он дернулся один раз, второй, но вырваться естественно не мог.

— Где база? — прорычал я, приставив ствол к его лбу. — Где сидит Кара, отвечай!

— Да пошел ты! — ответил он. — Хуй я тебе что-то скажу, понял?

Я долбанул его рукоятью пистолета по голове, дважды зарядил свободной рукой пощечину, схватил его за горло.

— Либо отвечаешь, либо в переработку, понял? Считаю до трех!

— Да стреляй, — сказал водитель. — Все равно подыхать, так что лучше уж от пули. Ну, нажимай на спуск!

Мне очень хотелось расплескать его мозги по асфальту, но я сдержался. Это наш единственный источник информации, лишимся его, и никогда не найдем эту суку.

И тут из глаз водилы вдруг полетели искры, он дернулся один раз, второй, пальцы его заскребли по асфальту, и через несколько секунд он затих.

— Это что за хуйня? — спросил я.

— Ему выжгли мозги, — сосредоточенно ответила Крисси. — Дистанционный приказ, который активировал вирус. Знаешь, хорошо, что я с вами не поехала, иначе сейчас тоже на асфальте валялась бы. Секунду, кое-что попробую.

Я остался сидеть на свежем трупе. Нужно было дождаться, пока хакерша не закончит работу, потому что ее прибор нужно забрать. Оставлять его тут нельзя — лишний след.

— Есть, — сказала она. — Отследила. Да уж, ну и дыра. Складская зона на Краснопутиловской, строение четыре, сейчас гляну по карте. Слышишь, а это ангар какой-то, не жилой дом. Даже не знаю, что там.

— Спасибо, — ответил я. — Я тебя отключаю?

— Давай. Координаты сейчас пришлю. А пока попробую подключиться туда, может что-нибудь узнаю. Вдруг там камеры есть, или еще что-нибудь подобное. Давай, на связи.

— На связи, — ответил я, выдернул из разъема прибор, и вскочил.

Резво перебирая ногами, я побежал к переулку, у которого была припаркована наша машина. Открыл заднюю дверь, уселся внутрь, захлопнул, стащил с лица маску.

— Ну что? — спросил Чех, который тут же завел мотор, и двинул тачку с места.

— У людей Кары установлен вирус, — ответил я. — Если кто-то попадает в плен, то ему импульсом выжигает мозги.

— Блядь, да она ебнутая, — сказал наемник. — Удивительно, что на нее вообще кто-то соглашается работать на таких-то условиях. Я бы не пошёл, вдруг что-то заглючит?

— Я бы тоже не пошёл, — ответил я. — Но, видимо, она очень хорошо платит, так что это перекрывает риск. Но ты прав, эта стерва действительно ебнутая.

— То есть, ничего узнать не удалось?

— Крисси отследила место, откуда пришёл приказ. Это складская зона на Краснопутиловской. Если подумать, то самое удобное место для базы. Сейчас она ломает их защиту, если получится пробиться, то что-нибудь, да узнаем.

— Надеюсь, что получится, — почесал жесткую щетину наемник. — Иначе пизда. Но хрен его знает. У нас одна хакерша, а у Кары, судя по тому, как она пользуется вирусами, их много. Так что и защита там должна стоять приличная.

— Крисси сеть корпы ломала, — возразил я. — А там программисты наверняка лучше, чем у Кары. В крайнем случае, она еще кого-нибудь подключить может. Платит-то за все Фанат.

— Ну да, — кивнул Чех. — Ладно, едем в «Иглу», новостей будем ждать уже там, только тачку сменим.

Я утопил кнопку стеклоподъемника, и выбросил маску в окно. Штука удобная, конечно, лица не видно, да и обзора не закрывает, изнутри она прозрачная. Но достать бы такую, чтобы еще пулю пистолетную держала, цены бы ей не было.

— Фанат землю носом роет? — спросил я.

— Людей он собирает, — ответил Чех. — Если пойдем штурмовать базу Кары, то нам толпа понадобится, человек двадцать, не меньше. Уверен, что у нее там народа куча сидит, и не только хакеры, но и боевики.

— Ну, уже на двоих меньше, — ответил я. — А если он заказы сейчас рассылает, Кара об этом не узнает? Все ведь с друг другом связаны, кто-то и настучать может.

— Те, кто с ним работает, с Карой не связаны. А заказы в сети никто не обсуждает, только лично, сам знаешь. Думаю, в «Игле» нас уже толпа встретит, да на нескольких машинах. И двинем. Краснопутиловская, так?

— Точно, — кивнул я.

— Бывал я в той складской зоне, брали кое-что. Там черт ногу сломит, контейнеры, ангары, все меняется постоянно. Куча мелких производств, люди работают. Одно хорошо, легавые туда долго ехать будут, полчаса у нас есть, как минимум.

— Полчаса? — спросил я. — Это не мало?

— Мы не в Старой Москве, где всем наплевать, что ты делаешь. Так что тут либо работаешь быстро, либо прорываешься с боем. Но не советую, ты же парней из «Волка» видел. Если их по наши души пошлют, тогда вообще никому не уйти.

Перед глазами появилось окошко входящего вызова. Снова Крисси. Уже что-то накопала?

— Да? — спросил я.

— Это ее база, — ответила девушка. — Там есть камеры, часть на поверхности, часть под землёй. Я уже набросала примерные планы, скинула их Фанату. Только учтите, это настоящая крепость, и народа там человек тридцать. Плюс автоматизированные системы защиты. Будет непросто.

— Ты поможешь? — спросил я.

— Помогу, — сказала хакерша. — Пока будете ехать, загружу пару эксплойтов. Попытаюсь взломать защиту турелей и изменить настройки целеуказания. Ну и замки, думаю, смогу вскрыть, они там почти все электронные.

— А что с самой Карой? — спросил я. — Она там?

— Не видела, — сказала Крисси. — Может быть, у нее в логове просто нет камер. А возможно, что уже в другом месте.

— Да, понял, спасибо.

В любом случае, эту базу придется брать. Война между двумя решалами началась, и теперь ее просто так не закончить.

Глава 22

На Краснопутиловскую мы выдвинулись на четырех машинах. Три легковушки, и минивэн. Фанат собрал даже не двадцать, а двадцать пять человек, каждый из нас получил по плану базы Кары. Он был весьма схематичным и приблизительным, но хорошо, что хотя бы такой в наличии имелся.

Все были вооружены, и в броне, Фанат расщедрился, и выдал каждому по старенькому, но рабочему «калашникову». Все-таки штурмовать базу чужую идем. Оружие, кстати говоря, привезли на этом самом минивэне.

Я понимал, что эта операция встанет решале как минимум тысяч в восемьсот. Примерно за такие же деньги можно было купить эту самую пушку, но тут дело было не только в ней. Фанат собирался нашими руками избавиться от могущественного старого врага. Наверное, оно того стоило.

По крайней мере, мне он обещал за это дело полтинник. Да, это даже меньше, чем за освобождение Крисси, но похоже, что с деньгами у него было туго. К тому же лезть на базу Кары рискованно, но я делаю это не один, значит, есть шанс затеряться в толпе. Да и как я понял, массовые акции оплачивались гораздо дешевле, чем одиночные.

Мой капитал постепенно приближался к полумиллиону рублей. Это значит, что скоро снова можно будет вложиться в прокачку. Причем, не только имплантами, надо уже, наконец, завести собственный тайник с оружием. Правда тут делать все придется самому, чем меньше народа о нем знает, тем безопаснее.

Дорога напрямую через город заняла около часа. Когда мы приехали на место, у меня затекли ноги, очень хотелось пройтись и размяться. Ну ничего, как до дела дойдет, кровь по жилам разгоним.

Проезд на территорию складской зоны был перекрыт шлагбаумом, Чех, который сидел за рулем машины, остановился, но двигатель глушить не стал. Я запустил руку в карман, натянул маску клоуна. Наемник сделал то же самое, остальные тоже прикрыли лица.

— Сходи, открой, — сказал он мне. — Только не шуми.

— Постараюсь, — ответил я, открыл дверь, вышел из машины, и двинулся к узкому проходу сбоку от металлической полосы.

— Въезд только по пропускам! — крикнул мужичок в форме какого-то ЧОПа, выскочивший из здания проходной. — Уезжайте, не загораживайте проезд!

Увидев у меня на груди автомат, он вдруг заткнулся и попятился.

Что-то я не помню, чтобы мы останавливались у какого-то шлагбаума. Хотя, может быть, в то подземелье есть несколько входов? Наверняка. И это плохо, потому что Кара может воспользоваться одним из них и сбежать. А этого допустить никак нельзя.

Ладно, придумаем что-нибудь.

Я подскочил к охраннику, который уже потянулся к рации на поясе, схватил его за голову, и одним резким движением приложил о стену. Металл загудел, на нем появилось кровавое пятно.

Черепно-мозговая травма. Сотрясение мозга. Потеря сознания.

Ну, живой и ладно, пусть спасибо скажет.

Достав из кармана несколько кабельных стяжек, которые я взял вместо наручников, я крепко-накрепко зафиксировал его руки и ноги. В принципе, если не боишься без зубов остаться, их можно и перегрызть, да только вот долго это дело придётся. Достал чип, блокирующий все сигналы, и вставил в разъем на шее охранника.

Одним ударом ноги я превратил упавшую на землю рацию в кучку пластика и электронных компонентов. Так, теперь ему и на помощь не позвать.

Вошёл в здание проходной, осмотрелся. Несколько мониторов, на которые выводится изображение с камер видеонаблюдения. На одной из них, кстати, видно и наши тачки. Посмотрев вокруг, я увидел сервер, наклонился над ним и вытащил кабель питания. Экраны погасли, через несколько секунд на них появилась надпись «нет сигнала».

Так-то лучше. Чем меньше следов мы оставим, тем ниже шансы, что нас смогут выследить.

Кнопка открытия шлагбаума тоже нашлась быстро, я надавил на нее, и металлическая полоса поднялась вверх, перпендикулярно земле. Проезд был открыт.

Решив, что не стоит оставлять на улице тело, я вышел, схватил охранника за ворот форменной куртки, и затащил в здание проходной. Теперь непорядок будет выдавать только открытый шлагбаум, и пятно крови на стене. Но ничего, оно скоро засохнет, побуреет, и сольется с темно-синей краской. Не так заметно будет.

Выбравшись наружу, я вернулся в машину, и мы поехали дальше. Я дернул рукоять затвора, досылая патрон. Ну что, сейчас начнется потеха.

Нужный ангар мы нашли быстро, он оказался огромным. Наверное, туда можно было загнать несколько грузовиков. Большие ворота оказались заперты, а вот маленькая дверь открыта. И возле нее стояло двое парней, куривших сигареты. Увидев, как несколько машин остановились прямо напротив них, один тут же скрылся за дверью здания, а второй пошел к нам, доставая пистолет.

— Валим? — спросил я у Чеха.

— Да, — кивнул он.

Я открыл дверь машины, вышел, вскинул автомат и высадил короткую очередь. Выстрелы прозвучали очень громко, отдаваясь от стен соседних зданий, враг дернулся в сторону, уворачиваясь, но одна пуля все-таки пробила ему руку. Пистолет выпал на землю.

Пулевое ранение плеча. Подвижность конечности нарушена.

Я перевел автомат чуть в сторону, снова выцеливая человека Кары, утопил спусковой крючок. Автомат снова прогрохотал, и на этот раз я попал в цель. На белой футболке парня расцвело несколько кровавых цветков, и он упал, будто кто-то подрубил ему колени.

Множественные ранения грудной клетки. Мгновенная смерть.

Из машин наружу высыпали люди. Чех уже раздавал команды.

— Вы пятеро, оставайтесь тут, следите за машинами! — крикнул он. — Грини и Раста, вы со своими людьми идете в обход, если там есть другие входы, вламывайтесь внутрь, смотрите, чтобы никто не вышел. Остальные — за мной.

Человек десять, два отряда наемников, возглавляемые теми самыми Растой и Грини стали обходить ангар с разных сторон. Мы же двинулись прямо к воротам, при этом Фидель — один из наемников, тащил в руках небольшой заряд пластиковой взрывчатки. На то, чтобы раздолбать запорные механизмы на воротах, этого хватит.

— Все нахуй с пляжа! — заорал взрывник, устанавливая заряд на воротах.

Мы разбежались и попрятались за углами здания, те наемники, что остались охранять машины, тоже попрятались. Я открыл меню управления слуховым имплантом, и вручную выкрутил чувствительность до минимума.

Грохнуло, но там, словно через вату, а я уже вернул автоматическую настройку чувствительности. Мы повыскакивали из укрытий, двое парней тут же двинулись открывать искореженные ворота.

Один из них тут же завалился на землю, получив несовместимую с жизнью дозу свинца, второй успел юркнуть обратно, за бетонное укрытие.

Люди Кары, не мудрствуя лукаво, расстреливали металлические ворота ангара. Судя по плотности огня, по ним работало никак не меньше десятка стволов. Часть пуль долетала до здания, стоявшего напротив, выбивая из стены куски бетона и рикошетя во все стороны. Хорошо, что мы припарковали машины чуть в стороне, иначе безопасность наших транспортных средств оказалась бы в большой опасности.

— Нам не пробиться! — крикнул я.

С противоположной стороны ангара послышались выстрелы, и пули перестали дырявить металлическое полотно ворот. Похоже, что в бой вступили отряды, которые обходили ангар с другой стороны.

Я подскочил к дверце, доставая из кармана разгрузочного жилета одну из двух гранат, которую успел урвать. Утопил кнопку на ней, дождался, пока индикаторная лампочка загорится красным, и швырнул подарочек внутрь.

Из здания послышались крики боли. Граната была не осколочной, и не фугасной, а нелетального действия, она вызывала жуткую боль. Зацепило, конечно, не всех, потому что радиус действия у нее был достаточно ограниченным.

Наемники подскочили к воротам, и потащили створки в разные стороны.

Я высунулся в дверной проем, и, наконец, заглянул в ангар. Здесь действительно были припаркованы грузовики, как я и предполагал, три КамАЗа с большими контейнерами фур. Наверняка в них должно быть что-то интересное. Ну ничего, откроем посмотрим, когда разберемся с защитниками.

Интерфейс успел пометить с десяток целей, они были не только на земле, несколько находились наверху, на узком мостике, ведущем к погрузчику. Поймав одного из них в прицел, я утопил спусковой крючок. Не достал, зато заставил залечь. И то хорошо.

Ворота распахнулись, впуская в помещение естественный свет. Группа наемников тут же вбежала внутрь, занимая укрытия. Под ногами у них тут же появились фонтанчики пулевых попаданий. Один словил пулю в живот и, отчаянно матерясь, упал, перекатился в сторону, пополз вперед, но в него попали еще несколько раз, и он затих.

К счастью, несколько наемников Кары по-прежнему катались на земле, воя от боли.

Крики раненых и попавших под действие болевой гранаты, стрельба, другие звуки боя. Наверняка мы переполошили всех соседей, они уже вызвали полицию, и сюда едет несколько нарядов. Возможно, что и какой-нибудь элитный отряд по типу «Волка».

Время замедлилось, и я едва успел юркнуть в укрытие, пуля пролетела рядом с моей головой, и попала в стену, выбив из нее бетонную крошку, которая прилетела мне в лицо. Я едва успел закрыть глаза. Конечно, они у меня не живые, так что конъюнктивит мне не грозит, но это все равно было бы неприятно.

Высунувшись наружу, я высадил короткими очередями с половину магазина по укрытию, за которым засел меткий стрелок, что чуть не убил меня. И все-таки достал урода! Шальная пуля прилетела ему прямо в голову, и он скрылся за укрытием. Неважно, есть у него броневая пластина, или нет, автоматная пуля в голову — это серьезно. Если там не титановый череп, то сотрясение мозга, глаза в кучку, и прочие прелести ему гарантированы.

Пулевое ранение в голову. Повреждение мозга. Мгновенная смерть.

Бля, да у меня же интерфейс лагает! Он пытается просчитывать результаты всех попаданий, а так как в моем поле зрения стреляет два десятка человек, подсказки проходят с задержкой.

Я юркнул обратно в укрытие, перезарядил автомат, и перед глазами появилось окно.

Внимание. Мощностей вашей деки не хватает на то, чтобы просчитать все повреждения. Хотите перевести интерфейс в индивидуальный режим? Он будет просчитывать исходы только ваших попаданий.

И три варианта: отказаться, перевести до конца этого боя, перевести навсегда.

Уверенно навожу взгляд на последний. На хрена мне знать результаты чужих попаданий? Чех, конечно юзал интерфейс не в индивидуальном режиме, но у него и дека, очевидно, мощнее.

Применил настройки, снова высунулся наружу. Вскинул автомат, прицелился в еще одного из врагов, который засел в будке погрузчика, выпустил две короткие очереди, целясь прямо в металлический бортик.

Результатов попаданий интерфейс не показал, но я так знал, что не промахнулся. Трое врагов на моем счету, неплохой день, господа.

Тех, что занимали позиции на верхотуре, мы уже убили. Да, вести огонь оттуда гораздо удобнее, но ведь и риск пулю словить гораздо выше. Остальные люди Кары попрятались за укрытиями и огрызались короткими очередями. Но мы зажали их с двух сторон, так что дело скоро должно быть покончено.

Так и получилось, превосходство в огневой мощи сделало свое дело. Я успел отстрелять едва ли пару магазинов, когда последний из обороняющих ангар упал на землю, истекая кровью. Впрочем, и у нас были потери: наша группа потеряла троих. Сколько раненых было из отрядов, что штурмовали здание с противоположной стороны, я даже не знал.

Чех перезарядил автомат, сбросив магазин прямо на землю, осмотрелся.

— Ищем люк, он должен быть где-то здесь! — крикнул он. — Я, Молодой, Шелк, Рысь и Медведь идем вниз, остальные ждут тут. Перевяжите раненых, добейте выживших. Если приедут легавые — отстреливайтесь до последнего. Прорываться будем на КамАЗах в случае чего.

Я набрал Крисси. Она в этой операции играла роль поддержки, наблюдала за устроенной нами резней через камеры. Она же должна была знать, где люк, потому что смотрела за обитателями этого ангара уже несколько часов.

— Ну что там, супербоец? — спросила она. — Кстати, прямо над твоей головой камера, можешь помахать мне и передать привет маме.

Я посмотрел наверх, и увидел небольшую сферу камеры. Но махать, естественно не стал, не до того было.

— Скажешь, где люк? — спросил я.

— Восточный угол здания, — ответила девушка. — Там спуск. И это, звонок не сбрасывай, вам там помощь понадобится. А еще лучше, перешли коды доступа, тогда я смогу через тебя подключаться ко всему, что увидишь.

— Даже под землей? — спросил я.

— Даже там, — ответила она. — Если под тобой не три метра бетона, то связь будет работать. Тут много вещей в автономке, на отдельном сервере, лучше всего к нему подключиться, но у меня не получится. Придется ломать на ходу.

— Понял, — согласился я, и на секунду задумался.

Блядь, а ведь не высылать коды доступа — это первое, чему учат на занятиях по информационной безопасности. Это очень опасно, хакер, который знает коды, сможет подключиться к тебе из любого места, и в любое время. Более того, все его действия системами безопасности будут считаться твоими, потому что ты будешь работать, как его прокси.

— Не дрейфь, сменишь потом пароли, — подбодрила меня Крисси, которая прекрасно поняла мои сомнения. — Давай ключи, без меня вы под землей и пяти метров не пройдете.

— Ок, — ответил я, и отправил ей пакет данных.

— Подключаюсь, — сказала она.

Авторизованный доступ. Пользователь #@$%^$#.

Доступ получен. Работа в режиме прокси.

— Я уже говорила тебе, чтобы ты сменил деку? Это старье актуально было лет двадцать назад.

— Так мне двадцать лет назад ее и ставили, — ответил я. — Подарок от матери.

— Времени не трать. Работайте, тут легавым уже куча вызовов поступила, они силы собирают, вот-вот в вашу сторону выдвинутся.

— Люк там — махнул я рукой туда, где по словам хакерши должен находиться вход в подземелье. — Чех, идем, времени мало, вызовы уже поступили, мусора вот-вот будут тут.

— Крисси сказала? — спросил Чех. — Врубай конференцию!

Я добавил наемника в исходящий звонок, а мы уже бежали к люку. Он оказался на месте.

Трое наемников шли с нами, все в полной выкладке — при бронежилетах и оружии. Шелк — мужик лет тридцати, высокий и худощавый. Не думаю, что ему будет удобно в подземельях, скорее всего головой будет потолок прохода скрести. Медведь — здоровенный мужик, вооруженный ручным пулеметом и в штурмовом бронежилете шестого класса, который прикрывал не только туловище, но и верхнюю часть ног, и плечи. Тяжелая штука, килограммов двадцать весит, но и защиту обеспечивает отличную, даже бронебойные пули его не берут.

Ну и Рысь, которая оказалась девушкой, с короткой, под мальчика, стрижкой светлых волос, вооруженная дробовиком.

Люк оказался на месте, большая металлическая пластина полтора на полтора метра, скорее всего таких размеров, чтобы можно было протащить внутрь грузы. Я схватился за ручку, и потянул ее в сторону, но люк не открывался.

— Минуту, мальчики, — сказала Крисси. — Тут электронный замок. Брутфорсить долго, сделаем так.

И створки люка сами собой поползли в сторону, открывая нам лестницу. Пригнувшись и вскинув автомат я пошел вниз первым, за мной двинулись остальные наемники.

Мы оказались в небольшом узком предбаннике, в котором я едва мог идти. Проход дальше перекрывался еще одними воротами, больше похожими на герму противоядерного бункера. Даже представлять не хочу, сколько Каре стоило построить такое укрытие. И все это ради паранойи?

Замок на стене справа от дверей пискнул, загорелась зеленая лампочка, и створки разъехались в сторону, утопая в стене. Да, если бы не хакерша, мы бы действительно не прошли бы и пяти метров.

Ускоритель рефлексов сработал, и я дернулся в сторону, прижимаясь к стене. Остальные наемники отреагировали правильно и сделали то же самое. Только Медведь глухо вскрикнул, поймав пулю прямо в грудь, и упал на задницу. Черт, это какая же у нее должна быть энергия, чтобы досталось даже ему? Впрочем, он тут же перекатился в сторону, выходя из зоны обстрела.

Из-за двери прозвучал звук длинной очереди, в помещение влетел целый рой пуль, они зарикошетили в разные стороны от бетонных стен. Да, тут определенно становится жарковато.

Глава 23

Я высунулся из-за укрытия, и посмотрел в коридор. Тут же вернулся обратно, потому что рядом с головой просвистела пуля. Говорят, если слышишь как она летит, то не твоя. Хрен его знает, так ли оно на самом деле.

В коридоре стояли две установки со спаренными пулеметами. Их технических характеристик я не знал, но уверен, что патронов внутри достаточно. Стволы раньше поплавятся.

— Ты можешь что-нибудь сделать? — проорал я, перекрикивая грохот пулеметных очередей.

— Нужен визуальный контакт, — ответила хакерша. — Хотя бы три секунды, лучше пять.

Блядь, да мне башку прострелят раньше, чем она подключится. Впрочем, делать все равно нечего, тут мы не пройдем. Можно, конечно, бросить гранаты, осколочные у нас тоже есть, да вот только не возьмут они бронированную оболочку.

Выругавшись про себя, я высунулся из укрытия, уставившись на одну из турелей.

Раз, два, три, четыре, пять.

Юркнул обратно, и услышал звук попадания по металлу паза, куда уходили двери. Сталь басовито взвыла от такого обращения, звук достиг моих ушей даже через грохот пулеметов.

— Ну, подключилась? — спросил я.

— Не мешай работать, — ответила Крисси и секунд через пять сказала. — Путь свободен. Можете идти.

Я высунулся наружу недоверчиво посмотрел на замолчавшие пулеметы. Ага, а вдруг мы пойдем, а они снова стрелять начнут? Впрочем, поводов не доверять хакерше у меня не было, она свое дело знала.

Перехватив поудобнее автомат, я двинулся вперед, но на плечо тут же легла тяжелая рука Медведя.

— Я первым пойду, — сказал он. — У меня, если что, шансов больше.

Ну да, тяжелая броня, и ручной пулемет с барабаном на девяносто патронов повышают шансы на выживание в случае неприятностей. Мой-то броник пулеметы точно пробьют, а может и автомат взять, особенно если патрон окажется бронебойным с вольфрамовым или урановым сердечником. Может ведь и так случится.

Так что спорить я не стал, и двинулся вторым. Рысь и Шелк шли за мной, замыкал нашу колонну Чех.

Я, не удержавшись, потрогал броню турели, которая оказалась кустарной, что демонстрировали грубые сварные швы. Сплав, конечно, мне неизвестен, но выглядит очень внушительно. Правда, мы и стрелять по ним не пробовали.

Коридор оказался длинным и узким, в паре мест даже пришлось протискиваться боком. Не мне, разумеется, а Медведю. Более того, бетона здесь больше не было, а под ногами была коричнево-оранжевая глина. Как их вообще не затопило еще, Новая Москва ведь, почва очень болотистая. Может быть, откачивают периодически? Хотя сухо, вроде, под ногами особо не чавкает, пусть и липнет к подошвам.

Скоро мы добрались до первой развилки. Я посмотрел вверх, и увидел камеру. По стенам были закреплены провода, они тянулись вдаль, освещение тоже было, тусклые диоды внутри плафонов. А если их вырубит кто-то, то что нам делать? Понятное дело, что оптика может даже темную безлунную ночь превратить в обыкновенные сумерки, но ведь не при полном отсутствии источников света.

Сами мы себе злобные дураки, конечно, кто нам мешал взять с собой подствольные фонари, тем более, что и оружие планками увешано по самое не балуй. Даже на дробовике у Рыси «спрут» стоит.

— Куда нам? — негромко спросил я.

— Налево, — ответила Крисси.

Подумав, я провел рукой по земляной стене, нацарапав пальцем стрелку. Если связь прервется, и выбираться наружу придется самим, то пусть хоть какие-то ориентиры остаются. Ну или если нас зажмут, и срочно понадобится подкрепление с поверхности.

— Ну они тут накопали, — сказал Шелк. — И ведь не проходческий комбайн шел, тут либо вручную все, либо легкие машины.

Я протиснулся мимо столба, который поддерживал потолок. Такие были примерно каждые десять метров. Да, разумно, без них земляной потолок давно обвалился бы.

Мы прошли еще метров сто, и оказались около пролома в стене. Острые обломки бетона торчали во все стороны, за арматуру легко можно было зацепиться и порвать одежду.

Медведь жестом показал, что идет внутрь, вскинул пулемет, вдавливая приклад в плечо, присел, и гуськом двинулся вперед. Я тоже взял автомат наизготовку, и двинулся за ним, как за живым щитом.

Послышался выстрел, пуля прилетела в грудную пластину бронежилета нашего тяжа, заставив его громко выматериться. Он покачнулся, но пошел вперёд, поливая кого-то длинными очередями. Секунду спустя, я тоже увидел врага: трое сидели за какими-то агрегатами и стреляли по нас.

Я высадил несколько коротких очередей по укрытию одного из них, заставляя человека Кары залечь. Медведь выругался еще громче, стрельба прямо над ухом ему явно не понравилась. Слуховой имплант, конечно, регулирует громкость, уменьшая ее до минимума, но тут ведь и вспышка огня, и горячий воздух, и свистящие рядом пули. Все равно неприятно.

Решив, что так дело не пойдет, я достал вторую гранату, утопил кнопку и, наклонившись, закатил гранату в подвал.

Из помещения послышались крики боли. Мы ворвались внутрь, я перескочил через один из агрегатов, упер ствол «калашникова» ко лбу корчащегося на полу наемника, и утопил спусковой крючок.

Пулевое ранение головы, повреждение мозга. Мгновенная смерть.

За спиной послышались еще два выстрела, наемников добили. Я перезарядил автомат, сунув полупустой магазин в карман разгрузочного жилета. Перед глазами появилось число тридцать один. А вот гранат больше нет, это плохо. Очень уж они полезные, особенно в замкнутом пространстве подвалов.

— Секунду, — сказала Рысь, достала из кармана жилета гранату и моток проволоки.

Через несколько секунд спуск был перекрыт растяжкой. Конечно, сомнительно, что на ней кто-нибудь подорвется, но так мы хотя бы услышим, что со спины кто-то идет. И то неплохо.

С противоположной стороны был такой же пролом.

— Трое, идут в вашу сторону, — услышал я голос Крисси. — Секунд через тридцать будут внутри. Встречайте.

— Медведь, пулемет на сошки, через пролом сейчас гости пожалуют. Остальным в угол, и прятаться, могут и гранату забросить, — негромко приказал Чех.

Медведь тут же занял позицию за одним из агрегатов, установив свою ручную машину смерти на сошки. Я занял позицию за лестничным спуском. Если осколочную забросят, то она меня прикроет, глушанет, правда в замкнутом-то пространстве. Другое дело, что может и нелетальная у них оказаться, болевая или аналог светошумовой. Вот тогда да, жопа.

Прошло несколько секунд, и наш тяж открыл огонь. Высадил весь магазин, не жалея боезапаса. Да, тем, кто был в коридоре, точно не поздоровилось.

Так и вышло, когда мы выскочили наружу, на земляном полу оказалось три трупа, буквально нашпигованных свинцом. Бронежилет был только у одного, но это ему не помогло. У остальных из ран торчали ошметки подкожной брони. Но она-то исключительно пистолетную пулю держит, это для уличных разборок приспособа, а не для полноценной войны.

Мы вошли в коридор, и двинулись дальше. Добрались до следующей развилки, повинуясь указаниям Крисси свернули направо, а потом сразу же налево. Туннель пошел под уклон, идти, конечно, стало легче, зато голос хакерши стал периодически пропадать. Глубоко забрались, сеть уже толком не ловит. Это плохо.

Что-то глухо щелкнуло, и Медведь, шедший первым вдруг повалился на землю. Я, не думая долго, тоже бросился, завалился на спину, закрыл руками голову, захлопнул уши, открыл рот. Взрыв прозвучал ожидаемо громко, голова закружилась, перед глазами поплыла пелена. Приподнявшись, я увидел на лежащих на земле наемников, оглушенно крутящих головами. А вот тяж наш не двигался, лежал на земле.

Я попытался подняться на ноги.

— Не вставать! — сквозь шум в ушах послышался крик Чеха. — Всем лежать, блядь!

С чего бы это, ему ведь помочь надо, вдруг живой еще? Хотя не дергается, не орет. Сознания лишился? Может быть и так.

Остальные стали отползать назад, я вытащил из кармана брюк ингалятор с «шоком», зажал мундштук зубами, вдохнул. Стало легче, зрение прояснилось, сердце заколотилось, разгоняя по организму кровь. Но этого явно было недостаточно, поэтому я принял решение принять вторую дозу.

И тут раздался второй взрыв. Кто бы ни устанавливал эти ловушки, он явно был неплохим психологом. Если кого-то поранило, какая первая реакция? Подойти помочь, ну или хотя бы выяснить, жив или нет. И тут, когда все собрались вокруг раненого, второй взрыв, который накрывает всех остальных.

Взрывной волной меня опрокинуло обратно на землю, в грудь ударило, вышибая из легких весь воздух. Я судорожно дернулся, пытаясь вдохнуть, пусть он и сырой, наполнен запахами земли, крови и сгоревшего взрывчатого вещества, но все равно необходим для жизни.

Кое-как продышавшись, я выдернул из нагрудной пластины осколок, и пополз вперед. Я знал, что может произойти и третий взрыв, но делать было нечего, нам все равно нужно двигаться. Медведь лежал на земле, передний слой бронежилета оказался прорван в множестве мест. Но проблема была не в этом, из головы его торчал здоровенный, сантиметров десять в длину, осколок.

Я посмотрел наверх, и увидел, как с потолка сыпется земля. Рванулся вперед со всей возможной скоростью, как раз тогда, когда потолок туннеля рухнул, погребая под собой труп Медведя. Но мне повезло, я не оказался засыпан землей.

— Живы? — спросил я.

— Живы. Крисси, есть обход?

— Есть, — подтвердила девушка. — Обратно, потом направо, и снова налево. Выйдете к этому же месту.

— Я вперед пойду, — сказал я. — Не буду здесь торчать.

— Стой там, мы сейчас придём.

— Нет уж, на хуй, — ответил я. — Если туннель дальше обваливаться будет? Вы лучше под ноги внимательно смотрите. Мне далеко осталось, Крисси?

— Ты почти пришел. Метров пятьдесят туннеля, и будет дверь. Код я уже подобрала, открою. Кара там, я ей небольшой сюрприз приготовила. Думаю, тебе тоже понравится.

— Отлично, — сказал я. — Сюрпризы я люблю.

Я развернулся, и уставился на пол туннеля. Как бы хорошо ты не маскировал мины, через какое-то время земля оседает, и их становится видно. Вот и сейчас интерфейс отметил десятка три мест, куда наступать никак нельзя. Взрывоопасные подарки, конечно, не везде, но лучше быть осторожным.

Я осторожно прошагал через минное поле, и двинулся дальше. Через пятьдесят метров меня действительно ждали еще одни гермоворота. Я даже не успел ничего сказать, как они открылись. Хорошо, когда на твоей стороне квалифицированный хакер. Но все пароли и коды доступа я все равно сменю.

За ними был кабинет, не такой, как у Легиона или Фаната, а очень спартанский. Дешевый стол, консоль на нем, кресло и сейф в углу. Даже и не скажешь, что это он принадлежит одному из самых могущественных людей в городе. Наверное, она любит переезжать, поэтому не обрастает всяким хламом. Может быть, в этом есть какая-то другая причина.

Кара стояла у двери и набирала один и тот же код на электронном замке. Только он никак не хотел срабатывать. Женщина материлась, то отчаянно продолжала пытаться.

— Я ей пароль на замке сменила, — проговорила Крисси. — Вот умора-то, да? Она пытается выйти, а не может. Так и застряла тут в четырех стенах.

Женщина развернулась, и уставилась на меня. Я отпустил автомат так, чтобы он повис на ремне, и достал из кобуры пистолет. Мало ли, бросится на меня, придётся отбиваться, а с длинным стволом это особо не получится. Зато с пистолетом будет в самый раз. От этой сумасшедшей суки можно ждать чего угодно.

Я стащил маску, навел на нее ствол пистолета и улыбнулся. Впервые за все время нашего недолгого знакомства на ее лице появились эмоции. И это были удивление и страх.

— Не ожидала меня увидеть? — спросил я. — Думала, что выжгла мне мозги тем вирусом? А хуй тебе.

— Молодой? — она вдруг улыбнулась. Владела женщина собой просто великолепно, тут же взяла под контроль свои эмоции. — А ты неплох. Значит это ты привёл всех этих людей сюда? А как вычислил мое укрытие?

— А тебе-то какая разница? — вопросом на вопрос ответил я. — Жить тебе осталось минут пять. И от того, отдашь ли ты нам импульсную пушку, зависит то, как ты умрешь. Плохо или очень плохо.

— Какой же ты строгий, — проговорила Кара, продолжая улыбаться. — Знаешь, ты смог меня впечатлить. Пожалуй, я продам тебе импульсную пушку. Скажем, девятьсот тысяч рублей. Как тебе цена? На открытом аукционе я бы выручила за нее не меньше полутора миллионов. А тебе отдам, считай, по себестоимости.

— Хватит болтать, — прорычал я. — Говори, где она. Причем, лучше тебе это сделать до того, как сюда придут мои люди. Я-то, может быть, и отпущу тебя, а вот мой друг, которому чуть не выжгло мозги вирусом из твоего чипа, очень хочет с тобой посчитаться. Он дьявольски на тебя зол, понимаешь?

— Еще бы я не понимала. Не знаю только, как он смог выжить. «Сектор» работает безотказно, спастись от него нельзя. Твой друг обречен, ему осталось двое, максимум трое суток жизни. А потом все. И только я могу нейтрализовать вирус. Так что давай ты уберешь пистолет, и мы поговорим нормально.

Интерфейс, перешедший в режим определения лжи, сообщил мне о том, что с вероятность в девяносто пять процентов она блефует. Конечно, пять процентов — это достаточно много, но разве такой квалифицированный рвач как Ник может не заметить вирус? В крайнем случае надо показать Чеха Крисси, она уж точно разберется.

— Врет, — сказала Крисси. — Я была одной из тех, кто писал «Сектор». Нет у него никаких долговременных эффектов, он на это не рассчитан. Просто выжигает мозги. С тем, как выжил твой друг, еще предстоит разбираться.

А как она слышит Кару-то? По идее не должна, телефоны не передают звуки окружения, только голоса абонентов.

— Да, и я слышу все, что происходит вокруг тебя, потому что подключилась в твоему слуховому импланту, — ответила на незаданный вопрос девушка. — Ты же сам мне коды доступа дал, забыл уже?

Может быть, она еще и мысли читать может? Хотя вряд ли, до такого техника еще не дошла.

— Приятно слышать, что со мной все будет нормально, — сказал Чех. Ну да, он ведь тоже подключён к линии. — И да, отпустить ее я тебе не позволю, уж извини. К тому же это будет очень большой глупостью.

— Ты врешь, — улыбнулся я. — Мне не хочется пытать женщину, но я это сделаю, если не начнёшь говорить, мне придётся это сделать.

— Ладно, — сказала женщина. — Я сдаюсь. Пушка в одном из грузовиков в ангаре. Забирайте ее и убирайтесь.

— Проверишь? — спросил я. — Пушка должна быть в одном из грузовиков.

Чех уже приказал Рыси позвонить Грини. Три минуты напряжённого ожидания, и он сказал:

— Да, все верно, пушка здесь. Я прикажу нашим забирать грузовики и убираться, легавые уже на подходе. Отсюда ведь есть еще выходы, да, Крисси?

— Да, один из них как раз у нее за спиной. Ведет в коллекторы под городом. Я вас провести не смогу, но, думаю, выберетесь.

— Выберемся, — согласился Чех. — Давай, Молодой, заканчивай с этим. Ну или подожди, пока мы подойдем, и я сам могу.

— Да я сам, — сказал я. — Она ведь меня убить пыталась.

— Что? — посмотрела на меня Кара и вдруг громко расхохоталась. — Значит, ты меня обманул, да? И что ты мне сделаешь? Убьешь? Ты — никто, личинка наемника, только вылупился. Я — легенда, меня знают все, я в этом бизнесе столько, сколько ты на свете не прожил. Нет, ты не посмеешь меня убить.

— Знаешь, — ответил я, и вдруг улыбнулся в ответ. — Мне не впервой отправлять в переработку легенд.

И утопил спусковой крючок. Заходила туда-сюда затворная рама, пули полетели в сторону женщины, ее глаза расширились от невыносимого ужаса.

Я высадил в нее весь магазин, не обращая внимания на подсказки интерфейса, перезарядил пистолет, подошел ближе и еще дважды выстрелил в голову.

Таких, как она, надо валить наверняка.

Глава 24

Мы сидели в угнанной машине. На этот раз это была не неприметная «Лада», а кое-что от Арзамасского завода, только не для военных, а гражданская линейка. Но и это было не все, над машиной хорошо поработали, усилили подвеску, форсировали движок. Все это наверняка встало Фанату в крупную сумму денег, но раз уж собираешься съесть слона, то на столовых приборах экономить как-то неприлично.

Тем более, что импульсная пушка досталась ему гораздо дешевле, чем ее номинальная стоимость. Даже если бы Кара согласилась нам продать ее, то это вышло бы в полтора миллиона минимум. А так только расходы на наймитов.

История оказалась громкой, в даркнете, где сидели наемники, стоял шум. Люди обсуждали, кто оказался достаточно крут, чтобы убрать одну из Легенд, самых могущественных решал в городе, причем сделать это в ее логове, перекрошив при этом кучу народа.

Тогда мы спокойно ушли через черный ход. А вот остальным пришлось пробиваться на КамАЗах, забрали все три, в остальных тоже оказались ценные грузы. Так что Фанат, которому все это досталось, еще богаче стал. По крайней мере, он больше не ныл по поводу того, что у него заканчиваются деньги.

Я тоже стал богаче ровно на сто пятьдесят кусков. Часть денег от решалы, остальное — из сейфа Кары. Чтобы вскрыть электронный замок Крисси понадобилось три минуты, я подключился через личный коннектор, и она все сделала.

И вот сейчас я сидел на переднем сиденье большого и крепкого джипа и парил, выдыхая в открытое окно. Чех же, который снова был за водителя, сжимал в руках рулевое колесо. На руках у него были стрелковые перчатки с керамическими вставками с тыльной стороны и мягким покрытием на ладонях. Интересно, зачем ему они, «рилскин» ведь все равно не потеет, и оружие не скользит.

— Что думаешь? — спросил я. — Получится у нас все?

— Ну ты даешь, Молодой, — ответил он. — Кто ж о таких вещах спрашивает? Удачу спугнешь. Но, раз уж заговорил об этом, то думаю, что да, получится. Подготовились-то мы хорошо.

Маршрут конвоя проходил над трассой, в лесочке, растущем вдоль нее, было спрятано еще три машины: такой же джип, как у нас, и два фургона. У тех местные Кулибины сотворили вообще что-то невообразимое с подвеской, теперь они могли вести до четырех тонн груза. Лишь бы объема кузова хватило.

Грузовик с импульсной пушкой был припаркован на обочине, его все равно не спрячешь, зато у капота демонстративно ковырялись двое наемников. Прикрытие нормальное, у дальнобойщиков постоянно что-то ломалось, разве что кто-то сердобольный остановится чтобы подсобить. Но это вряд ли, люди больше зациклены на своих проблемах.

Интересно, почему золото везли по воздуху, ведь гораздо дешевле было бы отправить его в обычных грузовиках. Наверное из-за соображений скорости и безопасности. Ограбить «летуна» гораздо сложнее, чем фуру или фургон, его ведь сперва нужно посадить. Да и быстрее это, нам-то со всей мочи гнать придется, чтобы их не упустить.

— Подготовились хорошо, — кивнул я. — Еще бы, месяц на это потратили. Столько работы пришлось переделать, а ведь ее не только мы делали.

— Месяц, — фыркнул Чех. — Месяц — это катастрофически мало в таких делах. И по три, и по полгода тратили, бывало. Но если срубим куш, то…

— То что? — спросил я.

— Слушай, я никому этого не говорил, но тебе скажу. Я завязать думаю. Хватит мне с пушками наперевес бегать. Кое-какие сбережения у меня есть, заберу свою долю, да свалю в Краснодар, туда, где солнце.

— Столько лет на это потратил, а теперь съехать решил? — невольно вырвалось у меня.

— Не съехать, — покачал головой Чех. — Съехать — это другое. Просто есть у меня ощущение, что все свои деньги я уже заработал, а дальше удачу за усы дергать не хочу. Но тебе я еще кое-что рассказать должен.

— Что? — спросил я.

— Потом, — он улыбнулся. — Так, знаешь, больше мотивации у тебя будет до конца дела дожить. Но вообще, думаю, это будет интересно.

— Блядь, и что мне теперь от любопытства страдать?

— Ты о деле думай, — ответил он. — Кстати, а сам-то что дальше делать собираешься? Бабок у тебя тоже вагон, да еще с этого дела доля. Миллион-то, думаю, в кармане будет.

— Да ничего не буду, бабки в прокачку вложу, тайник оборудую, и буду дальше работать. Нравится мне эта жизнь. Знаешь, наверное, теперь я тебе даже благодарен, что ты меня во все это втянул. А то раньше оно как-то пресно было, понимаешь? И даже если свое дело открыть. Да хули, я его открою, а пиджаки тут же долю потребуют.

— Так ты теперь парень зубастый, и со связями, отобьешься, нет разве?

— Не хочу. Знаешь, весело мне. Бабки шальные, адреналин, пули свистят. Любая из них может моей оказаться, но ведь это от меня зависит, верно?

Сказал, а сам задумался. Так ведь оно и есть. Понравилось мне это. Вроде и ранили не раз, и из подземелий под базой Кары я вполне мог прямиком в переработку отправиться, если бы не повезло. Даже осколок в грудь словил, да только броник выручил. И приложило взрывной волной знатно.

Но ведь я без этого теперь свою жизнь не представляю. Скорость, азарт, адреналин. А с другой стороны, кровь, кишки, и дерьмо, которое приходится хлебать. Но что мне делать-то, в офисе опять сидеть? Так я через неделю повешусь от скуки. В «эсбэшники» идти, где все то же самое, только платят регулярно? Нет, жопу лизать пиджакам тоже не хочу, как и становиться одним из них.

А что мишень, которая на спине у каждого из нас? Кстати, надо бы и про нее у Чеха спросить.

— А что до людей, которые тебя достать могут попытаться? Сейчас ты — вольная птица, перекати-поле. А потом, как имуществом обрастешь? На одном месте будешь сидеть…

— Ага, разжирею, обрюзгну, — перебил он меня. — Да нет, конечно, это дело такое, навсегда. Но я поэтому и собираюсь съебаться. Мстить мне ради мести, кому это надо? А если я от дел отойду, да еще и из Новой Москвы уеду, то кому буду мешать? Вот то-то и оно.

А сколько у меня хвостов осталось, если подумать? С пиджаком, который мне столько крови попил, я расправился, да так, что данных никаких там остаться не могло, я же ему башку расколол, только обрубок и остался. Парни Легиона? Так они, если бы могли, то уже достали бы, я ж не прятался больно. Вот только не до них нам сейчас, судя по новостям, которые из Старой Москвы до Новой доходят, пересрались они между собой за наследство. Легенды — они такие, после них всегда что-то остается, и претендентов на это обычно хватает.

«Канюки»? Так они все в переработке, где им и самое место. «Мироград» вроде не в курсах, что я в его дела влез.

Остаются «Резаки», вот откуда может прилететь. Если выйдут на меня, то точно попытаются прикончить. Причем не просто в переработку отправить, а как-нибудь по особенному. Я ведь целое отделение банды перехуярил. Могут и найти, так что начеку нужно быть.

Ну и «ИнвестТех», они ведь тех, кто на их конвой нападет, искать будут. Причем приложат все силы, и используют все возможности.

А еще какие-то непонятные отношения с «РосИнКомом». Чувствую я, не отпустят они меня на покой, использовать будут до последнего. И я им никак помешать не могу, не моего полета это птицы.

— Что, считаешь сколько народа тебе смерти желает? — усмехнулся Чех. — Не ссы, гораздо меньше, чем мне. Ты-то в этом деле новичок еще, но ничего, и тебе предстоит многим ноги оттоптать.

— Да и так прилично выходит, — я почесал бороду и снова затянулся. — Если тебе больше, то представить не могу, как ты по этой земле еще ходишь.

— Опыт, — ответил он. — Ну и осторожность, конечно. Лицо прятать надо, улик не оставлять. Вот, ты с открытой рожей явился к тому пиджаку, спутался с телкой, которая тебе это дело заказала, да еще и потом на работу к ним устроился. Натупил по-полной. Чего ожидать было?

С работы меня, кстати говоря, так и не выперли, что было удивительно, я-то думал, что Ната подсуетится. Я продолжал прилежно пересылать обговоренную сумму тем, кто меня прикрывал, и мне даже зарплату платили. Чисто номинальную, конечно, но все же.

Ната звонила один раз, просила забрать вещи. Я сказал ей, чтобы выбросила все на помойку. Видеться с ней еще раз мне не хотелось совершенно. Я считал, что эта страница жизни окончательно перевернута.

— Натупил, — кивнул я. — Но разрулил ведь все.

— Разрулил, — фыркнул он. — Куча трупов — это не разрулил. Я вообще иногда удивляюсь, в кого ты кровожадный такой пошел? Куда не отправишься, везде резня. «Канюков» всех под корень извел, банду «Резаков» перебил, про наемников, которых голыми руками покрошил у всех на виду, я вообще молчу. Как за тобой еще легавые не пришли?

А вот на этот вопрос ответ я знал, но говорить Чеху не буду. Легавые не пришли за мной, потому что по этому поводу подсуетился Эрнест. Стоило мне позвонить ему, и рассказать, что произошло, он тут же подключил адвокатов, они занесли, кому надо, и все списали на самооборону. Меня даже таскать на допросы не стали, один раз позвонили и ограничились устным предупреждением. А раньше-то, говорят, за превышение пределов самообороны и посадить могли. За то, что отпор дал тому, кто тебя убить пытался.

Вот ведь бред, верно? Хорошо, что мы не в то время живем.

А вот с трупами из спортзала меня никак не связать, разве что Ната расколется. Но мне кажется, что она молчать будет. Боится она меня теперь, наверняка думает, что я и ее убью в случае чего. А я как раз-таки этого сделать не смогу. Нас ведь кое-что связывало.

— Повезло, наверное, — ответил я. — А может быть, и придут еще. Заодно и тебя подтянут, ты ведь тоже на камеры попал, да и пистолет мне отдал.

— Да плевать им на это будет, у них четыре трупа. Вот за это палка будет, а ствол — ерунда. Иногда удивляюсь я, какой же ты везучий. Смотри, чтобы удача эта раньше времени не закончилась.

— Посмотрим, — я снова затянулся, выпустил пар в окно и сказал. — Никто ведь не знает, когда умрет. Такие вещи не угадаешь.

— Кстати, тут ведь еще прикол есть. Щегол-то все-таки на той девке женился.

— Да ну? — я удивился. Вот уж не думал, что это произойдет, искренне считал, что все ограничится его пробитой головой.

— Ага, — Чех улыбнулся. — Я случайно узнал, когда соцсети серфил. И на фотках свадебных он доволен, вроде. Так что, может быть, мы доброе дело сделали. Знаешь, для разнообразия.

— Странно, что нас на свадьбу не пригласили, — я улыбнулся. — Мы ведь, получается, сваты.

— Ага, точно, — он тоже усмехнулся. — Вот это умора была бы. Хотя, сам понимаешь, лучше нашим именам в этом деле не всплывать. Вспомни, что мы в «Маламуте» устроили.

Интересно, как оно там вообще сейчас в этом борделе, как дела у этой бешеной суки Рины, которая вырвала целый клок мяса из моего плеча. Нику предлагал закрыть шрам «рилскином», чтобы его не было видно, но я забил. Все равно ведь, не он первый, не он последний, двигать рукой рубец, вроде, не мешает, так что все нормально.

Интересно это, осознавать последствия своих действий. Как сегодняшнее дело закончится, разносом службы безопасности или крупной облавой? Да, скорее всего, и тем и тем, если у нас, конечно, получится перебить всю охрану, перегрузить золото и свалить.

Хотя далеко не факт, что там золото. Есть у меня сомнения. Может быть спросить, тем более, что мы у последней черты. Валить уже поздно, но узнать, зачем мы едем.

— Ты знаешь, — сказал я. — Я не верю, что там золото. Уж слишком много шума из-за него. Оно ценится, но ведь это тяжелый и объемный груз. Да и пятнадцать миллионов — не та сумма, ради которой можно потратить десять. Окупаемость в полтора раза — и не окупаемость вовсе. Так что скажи правду, что там.

— А если я скажу, что груз не пятнадцать миллионов стоит, а двадцать?

— Двадцать миллионов золотом? — я усмехнулся. — Не пудри мне мозги. Двух фургонов и двух легковушек не хватит, чтобы увезти столько. Да мы его грузить только будем несколько часов.

— Неа, — покачал головой. — В «летуне» специальные системы погрузки на антиграв пластинах. Так что один человек все перегрузит за пятнадцать минут, вместе же мы справимся гораздо быстрее. Но…

— Но я ведь прав? — перебил его я. — Там не золото. Скажи как есть, мы в машине посреди леса, мне уже не съехать, поэтому я, так или иначе, пойду до конца. Долю свою я тоже знаю, лишнего не попрошу. Скажи.

— Ты прав, не золото там. И груз даже не двадцать миллионов стоит, а под пятьдесят. Теперь понимаешь, за что мы так жопой рискуем? И почему Фанат все на кон поставил.

— Понимаю, — кивнул я. — Но все же, что там?

— Я толком не знаю, — качнул головой Чех. — Фанат и сам не знает, по его словам. Пиздит, скорее всего, занижает суммы, но дело верное. Если возьмем куш, мне еще полмиллиона прилетит. Тебе-то он сколько пообещал?

— Сто пятьдесят, — ответил я. — Вот, подумать, страшные деньги. У меня уже сейчас полмиллиона есть, тут еще сотка с полтинником. Раньше я бы даже представить не мог бы, куда их день. А, самое смешное, я ведь все это богатство у себя в квартире держу, в оружейном сейфе. В банк его не положишь, сразу же перед налоговой спалишься, за жопу возьмут. Легализовать бы эти бабки, да только как.

— Перед тем, как на покой уйти, познакомлю тебя с людьми, кто деньги моет. Возьмут тебя в учредители какой-нибудь фирмы-однодневки, проведут бабки по счетам, налоговая не прикопается. Процент возьмут свой, конечно, но немного.

— За контакт спасибо, но оно мне пока ни к чему. Все равно залечь надо будет на месяц минимум, пока буча не уляжется. Вот я и проведу время с пользой, пойду в клинику к Ника и прокачаюсь, на сколько бабок хватит. Деку хочу поменять, а сам ведь знаешь, это операция сложная. Минимум на месяц дел.

— А еще что ставить думаешь?

— Да пока не думал особо. Ноги на бег, наверное, модифицирую, инжектора поставлю автоматические. Насчет черепа сомневаюсь, не хочу, чтобы лицо искорежило, но и пулю в голову поймать не хочется. Будем думать, короче.

— Сколько готов в железо вложить?

— Да тысяч пятьсот, — ответил я. — На остальное тайник оборудую. Пушки, броню, вот это вот все. И новых заказов буду ждать.

В том, что новые заказы будут, я не сомневался. Фанат-то от дел не отходит, да и Эрнест что-нибудь наверняка подкинет. Без работы и средств к существованию не останусь, это уж точно.

— Я тебя еще кое с кем сведу, — кивнул Чех. — Работа будет, не волнуйся.

— А все-таки, что ты мне рассказать-то хотел? — то, о чем обмолвился наемник, никак не выходило у меня из головы. — Интересно же.

— Потом, — махнул он рукой. — Ты лучше сосредоточься. Вот-вот начнется. Ты разве не слышишь?

— Что? — я выкрутил чувствительность слухового импланта, но ничего кроме двигателей ехавших по трассе машин и шуршания шин по асфальту, расслышать не смог.

— Двигатели «летуна», — сказал Чех. — Они вот-вот здесь будут. А ты слуховой имплант поменять не забудь. Хороший тебе не один раз жизнь спасет.

— Ага, и оптику тоже, — кивнул я.

— Они на подходе, — послышался из рации, установленной на машину голос Шелка, который и в этом деле участвовал вместе с нами. — Пролетели над нами. «Дальнобойщики», завязывайте с движком ковыряться, по машинам. Всем — готовность номер один.

Чех завел двигатель, уверенно зарычавший на низких оборотах. Я убрал вейп в карман куртки, зачем-то отсоединил магазин от автомата и заглянул внутрь. Кончик пули окрашен черным, лак-герметизатор красного цвета. Бронебойные. Каждый третий патрон — трассер. Те с зеленым носиком. Иначе целиться по дронам будет непросто.

— Поехали, — послышалось из рации, и Чех тронул машину, выезжая на трассу.

Глава 25

Мы ехали по трассе во главе небольшой колонны. Два джипа, два фургона и грузовик в хвосте. Скорость колонны равна скорости самого медленного транспортного средства, так у нас и получалось, но так как дорога была хорошая, прямая и ровная, мы гнали что-то около ста пятидесяти. Форсированный двигатель КамАЗа позволял держать и такую скорость, тем более, что импульсная пушка, установленная там, совсем не тяжелая. Да, аккумуляторы занимают много места, а их пришлось взять целую кучу. Чем больше их, тем больше раз мы можем выстрелить.

Конвой внушал, иначе не скажешь. Один грузовой «летун», два десантных и полтора десятка дронов. Скорость они набрали порядочную, мы едва успевали за ними. Если бы не фора, с которой мы выехали на дорогу, хрен бы мы их догнали. Они врубили бы форсаж, и на этом все закончилось. «Летуны» могут разогнаться до трехсот километров в час.

— Мы готовы, — послышался из рации голос. — Работаем?

— Работаем, — ответил Чех.

Я посмотрел в экран заднего вида, и увидел, как с фуры сбросили брезент, открывая импульсную пушку. Да, ее действительно можно было установить только на грузовик или на танк, уж слишком она была большая. А аккумуляторы так и вообще были размерами с танковые, примерно с четыре-пять обычных автомобильных.

Вдоль тела пушки загорелись белые огни, конденсаторы, или что там, набирали заряд. Через несколько секунд что-то грохнуло, и в небо устремился ослепительный разряд, который угодил в бок одному из «летунов», десантного, шедшего в хвосте колонны.

К моему удивлению он не упал, только резко снизил скорость. Всему остальному конвою пришлось сделать то же самое.

Я дернул затвор своего АК-45, досылая патрон, и высунулся в окно. Ветер бил в лицо, держаться на такой скорости было совсем не просто. Целиться уж тем более, со штатного диоптра я бы точно никуда не попал, но в этот раз Фанат не поскупился даже на простенькие голографы. Этого было более чем достаточно.

Наведя красную точку на ближайший дрон, я утопил спусковой крючок и естественно, что все пули пролетели мимо. Но огненная линия, оставшаяся после трассера позволила мне скорректировать огонь. Я чуть сместил линию прицела и продолжил долбить короткими очередями.

Несколько пуль все-таки попали по дрону, но интерфейс никак не отреагировал на это. Видимо, он все-таки был настроен под исключительно живые цели, а не на роботов. Или я был слишком далеко, и алгоритмы не могли зафиксировать результатов попадания. В общем-то, и так все было видно, дрон вдруг резко задымился, и сбросил скорость.

Следующей очередью я сбил его. Дрон потерял управление, отлетел куда-то в сторону, и упал. Раздался негромкий взрыв, в том месте, куда угодил робот вспыхнул огненный цветок.

Со всех сторон послышались выстрелы. Наемники палили по дронам, сопровождавшим конвой. Еще два оказались сбиты за считанные секунды, но остальные вдруг развернулись, и открыли огонь в ответ.

По корпусу внедорожника заколотили пули, несколько просвистело совсем рядом со мной. Насколько я знал, в дроны были вмонтированы обычные пистолеты-пулеметы, только с огромным боезапасом и ленточным питанием. Попадание такой пули не оказалось бы для меня чем-то критичным, броню бы оно не пробило. Зато я вполне мог выпасть из окна, что меня точно прикончит.

Чех резко вильнул, объезжая машину, меня тряхнуло, так, что пришлось отпустить цевье автомата и схватиться за крышу машины. Да, стоит не забывать о том, что выпасть я могу еще и из-за резких поворотов. А ведь мы не одни на трассе, тут ездят и другие автомобили, которые приходится объезжать.

Один из дронов вдруг резко остановился, и от него в нашу сторону полетело что-то, оставляя за собой реактивную струю. Я каким-то чудом успел залезть обратно в машину, Чех вывернул руль, ракета попала в асфальт и взорвалась. По левому боку машины забарабанили осколки. Если бы я был снаружи, то меня точно убило бы.

Черт, у этих дронов есть ракетные установки? Если пистолетные пули не нанесут нам особого урона, то при попадании ракеты нас ожидает неминуемый пиздец. Этого только не хватало.

Решив воспользоваться минутной передышкой, я перезарядил автомат, сунув полупустой магазин в карман разгрузки. На этот раз бой предполагался долгим, поэтому я взял с собой аж двенадцать автоматных магазинов. Все заряжены бронебойными, и не только потому, что мне предстояло стрелять по дронам, но и потому, что все охранники конвоя наверняка были в броне.

Импульсная пушка снова загорелась белым, заряжаясь. Заряд пролетел над нами, сбил три дрона, но пилот «летуна» каким-то чудом умудрился вильнуть в сторону и вывести машину из-под удара.

Один заряд в молоко. А сколько всего аккумуляторов у нас в грузовике? Не закончится ли все тем, что мы попросту не сможем остановить конвой? Хотя, судя по дыму, который тонкими струями тянется из двигателей десантного «летуна», долго в воздухе он не протянет. Впрочем, он нас не интересует и, скорее всего, даже если он упадет, конвой просто продолжит движение. Надо заземлять грузовой, все, что нужно, хранится сам. Остальные сами остановятся.

Водитель фургона, что ехал за нами, вывернул на встречную полосу, воспользовавшись тем, что заграждений на этом участке дороги не было. Он вырвался чуть вперед, обгоняя нас, пассажир высунулся и насадил того дрона, что стрелял ракетами, на длинную очередь. Робот задымился, потерял управление, закрутившись на месте волчком и теряя высоту. Секунду спустя он остался где-то позади.

— Бей по двигателю десантного! — крикнул Чех. — Нужно его заземлить! Он мешает!

Я прицелился, ориентируясь по струе дыма и принялся садить короткими очередями. Пули застучали по броне, часть из них рикошетила в разные стороны, высекая из корпуса искры. Я расстрелял весь магазин, но особого урона летающей машине это не нанесло. По крайней мере, на первый взгляд. Разве что дым стал чуть погуще, и «летун» стал заваливаться на одну сторону. Ну, еще немного, и он не сможет летать!

Дроны из передней части конвоя стали отставать, на нас снова обрушился град пуль. Мы ехали на огромной скорости, ветер бил в лицо, пули летели совсем рядом со мной. Как же это охуительно!

Я перезарядил магазин, и принялся стрелять по одному из дронов. Эта цель была гораздо меньше, чем «летун», да и летела не так ровно, так что попасть по ней было труднее. Но мне удалось, корректируя огонь по трассерам, я попал в цель.

За спиной снова сверкнуло, импульсный заряд пролетел над моей головой. «Летун» попытался увильнуть, но тут раздался громкий взрыв, и на месте одного из двигателей вспух огненный шар. Вращаясь вокруг своей оси, летающая машина вылетела с маршрута, врезалась в деревья, растущие вдоль трассы, с хрустом выворачивая и ломая березы и осины, да так и осталась лежать.

Не взорвалась, а жаль. Большинство десантников наверняка пережили жесткую посадку, а значит, могут реквизировать несколько проезжающих машин и доехать до того места, где мы заземлим конвой.

В то, что это случится, теперь я верил окончательно и бесповоротно. Мы уполовинили количество дронов, и сбили один из транспортников. Более того, грузовой «летун» теперь был открыт для выстрелов из импульсной пушки. Собьем его, они сами остановятся.

Я продолжил стрелять по дрону, который осыпал нашу машину градом пуль, сбил его, вернулся в салон, и снова перезарядился. Минус два с половиной магазина за несколько секунд боя. Если так продолжится, то охрану убивать придется руками. Шучу, конечно, там наверняка такие волки, что сами кого хочешь на куски разорвут.

Один из летающих роботов снова выпустил ракету, которая за доли секунды достигла фургона, который ехал чуть впереди на встречной полосе. Машина подпрыгнула на месте, и взорвалась, в последний момент я успел увидеть, как пассажир открыл дверь, и выпрыгнул прямо на асфальт. Сомневаюсь, что отчаянная попытка спасла ему жизнь.

Ну да, не спасла. Одна из «гражданских» машин проехала прямо по нему, подпрыгнув пару раз. Водитель попытался, было, вывернуть в сторону, но только врезался в заграждение. Тачка всмятку, из-под капота повалил дым.

От транспортного летуна вверх отлетело несколько металлических пластин, из-под которых появились новые дроны. Было их немного, с полдесятка, но если и они вооружены ракетными установками, то боюсь, все будет не слишком хорошо.

Чех вывернул руль, выезжая на обочину, и я увидел, как в зеркале заднего вида расцветает огненный цветок. Да это же по нас ракетами херачат. Нет, нужно что-то делать.

Снова высунувшись в окно, я взял на прицел ближайшего дрона, и каким-то чудом подбил его первой же очередью. Металлическая туша упала на асфальт, а я уже перевел огонь на следующего, тремя короткими очередями расстрелял и его.

И тут меня толкнуло назад, пришлось отпустить цевье автомата и схватиться за крышу, чтобы не выпасть из тачки на полном ходу. Перед глазами всплыла подсказка интерфейса:

Пулевое попадание в живот. Броня не пробита.

Я посмотрел вниз, и увидел, что из кевлара бронежилета торчит расплющенная пуля. Не отрикошетила, застряла, но тряхнуло меня все равно сильно. Оставалось только поблагодарить себя за то, что раскошелился на «руки-базуки», если бы не их мертвая хватка, то точно вывалился бы наружу, прямо под колеса грузовика, который ехал за нами.

Громко выругавшись, я перехватил автомат, прицелился в следующего дрона.

В небе снова сверкнуло, импульсный заряд врезался в двигатель грузового «летуна», и из него резко повалил дым. Интересно, а мы не спалим содержимое? Это золоту на все насрать, его даже из пожара можно будет достать, а если там какие-то технологии, железо? Хотя, наверное, они в специальных контейнерах, которым и пожар, и электромагнитные импульсы нипочем.

Пока я думал об этом, руки действовали сами собой. Я уже поймал очередного дрона в прицел, и принялся палить по нему. Летающий робот будто издевался, вилял из стороны в сторону, пропуская пули мимо себя. Одно хорошо, он и сам при этом не мог стрелять точно, пули либо долбили по броне машины, либо летели мимо.

Изловчившись, я все-таки насадил его на очередь, как раз тогда, когда курок щелкнул всухую, сигнализируя о том, что в автомате закончились патроны. Дрон взорвался прямо в полете, хлестнув меня взрывной волной, несколько легких металлических прилетели в бронежилет, один распорол рукав куртки.

Зарычав, я выдернул его, заглянул внутрь. Нет, все хорошо, застрял в плотной коже, и не пробил кибернетическую руку. Они ведь тоже защищены, причем оболочка у них даже прочнее, чем просто подкожная броня.

Осколки из брони выдирать не стал, они особо не мешают, а вместо этого снова перезарядил автомат, на этот раз сбросив магазин прямо на асфальт.

Очередной дрон развернулся в нашу сторону. Чех вильнул, выезжая на дорогу, ракета пролетела мимо, слегка обожгла меня реактивной струей и взорвалась где-то среди деревьев.

Блядь, сколько можно? Хотя, насколько я понял, боезапас этих дронов ограничен одной ракетой на каждого. По крайней мере, больше одного раза ни один из них не выстрелил. Только вот, сколько еще их осталось? Штук десять. Так это что значит, если они по нас выпустят еще хотя бы десяток ракет, то рано или поздно попадут. И гореть нам тогда во взорвавшейся машине. Пули-то броня держит, а вот снаряд тачка точно не переживет.

Второй джип выехал вперед. Трое парней высунулись из окон, и обрушили на оставшихся дронов целый шквал огня. Я решил не отставать от них. Минус один магазин у меня, и количество дронов оказалось уполовинено.

Импульсная пушка в очередной раз загорелась белыми огнями, и выпустила заряд. И снова прямое попадание! Грузовой дрон резко накренился в сторону, чуть ли не перевернувшись, и полетел в сторону, дым из двигателя пошел густым шлейфом.

— Все, готово! — крикнул Чех, когда я вернулся в салон, чтобы в очередной раз перезарядиться. — Им теперь не до маршрута, будут искать место, чтобы сесть.

Я даже представил, как пилоты сейчас матерятся под мигание красных ламп и вой аварийной системы предупреждения. Ну или как-то так, я ни разу не был в кабине «летуна», и уж тем более такого, грузового, так что даже не представляю как оно все выглядит.

— А куда им садиться-то? — спросил я. — Тут лес везде, не думаю, что там можно сесть.

— Докуда дотянут, там и упадут, — ответил Чех. — Думаю, что на первой же поляне сядут. Так что готовся, сейчас будем корпоративный спецназ потрошить.

Ага, как бы они нас не выпотрошили. Там народа должна быть куча, а нас теперь на пятерых меньше, после того как фургон взорвали. Хотя нас все еще пятнадцать человек…

Сменив магазин, я снова высунулся в окно. Дроны летели не так густо, как раньше, и по-прежнему виляли. Но теперь я и стрелял по ним не один. До этого парни не выезжали вперед как раз на случай, если дроны попытаются атаковать импульсную пушку. Это штука хрупкая, попадания одной ракеты хватило бы, чтобы заставить ее замолчать.

Но теперь она была не так уж и нужна, конвой мы заземлим в любом случае. Более того, грузовик выпалил своим зарядом в последний раз, снеся двоих дронов, и стал отставать. Больше от них прока не будет, видимо, заряды аккумуляторов закончились.

Конечно, грузоподъемности КамАЗа хватит на то, чтобы вывезти не только пушку, но и добычу, но его и спрятать будет гораздо сложнее, чем фургоны. В любом случае, свою задачу парни выполнили, и теперь должны вернуться на базу. Импульсное оружие слишком ценно, чтобы использовать его как одноразовый инструмент.

Один из дронов выпалил очередную ракету, Чех снова вильнул в сторону, пропуская ее мимо себя. Интересно, насколько у него прокачано управление транспортом? Может быть, он ходил в какую-нибудь школу экстремального вождения? Если да, надо будет взять контакты, мне это тоже пригодилось бы.

Впрочем, долго этот летающий робот в воздухе не продержался, шквальным огнем сразу из трех стволов его очень быстро приземлили. Очередной взрыв, осколки хлестнули по задней части кузова нашего джипа, и мы поехали дальше.

Пилоты попытались поднять «летунов» выше, у десантного это получилось, а вот грузовому явно не хватало мощности. Взлетел он, может быть, метров на десять, и порядком ускорился, но и дым стал гораздо сильнее, причем теперь из двигателя периодически вырывались языки пламени. Да, он вот-вот упадет.

Я прицелился и принялся садить длинными очередями по второму двигателю. Сила «рук-базук» неплохо компенсировала отдачу, Не знаю, добился ли я этого, или просто двигатель потерял тягу, не выдержав массы транспортного средства, но «летун» снова стал снижаться.

А потом завалился на один бок, вылетел с трассы, и упал на землю, подняв целое облако пыли. Десантный резко развернулся и скоро завис над грузовым, метрах в четырех от земли. Задняя дверь распахнулась, оттуда потянулось три фала, и по ним вниз стали спускаться люди.

Я насчитал пятнадцать человек. Не так уж и плохо, считай, паритет по силам. Правда, продлится это недолго, у нас от силы минут двадцать, потому что сюда наверняка уже мчатся еще люди, как на машинах, так и на таких же «летунах». И эти двадцать минут включая то, чтобы перегрузить добычу и свалить.

Чех вывернул руль вправо, машину занесло так, что послышался визг шин. На мгновение колеса оторвались от земли, а потом последовал жесткий удар. С огромным трудом ему удалось выровнять машину. Мы вылетели с трассы, и сейчас мчались прямо в сторону врагов, которые уже занимали оборону.

Глава 26

Агенты службы безопасности «ИнвестТеха» уже стреляли по нас. Чех вывернул руль, поворачивая машину и подставляя под выстрелы бронированный бок, да так, что колеса с противоположной стороны немного оторвались от земли.

— Наружу! — крикнул он. — Живо!

Отстегнул ремень безопасности, и вылез из машины. А мне-то что делать, он ведь мою сторону под выстрелы подставил.

Пули забарабанили по многострадальной броне кузова, я извернулся, пополз по сиденьям, и скоро выпал на землю с противоположной стороны. Одна из пуль пробила композитное стекло и клюнула меня в спину, только придавая мне ускорение.

Попадание в спину. Бронежилет не пробит. Опасности для жизни нет.

Опасности для жизни, может быть, и не было, а вот больно оказалось чертовски. Я выматерился про себя, пытаясь вдохнуть, поднял голову, и увидел, как еще две машины выезжают с дороги. Значит, мы в сборе.

— Отчет пошел, парни, — послышался в наушнике голос Шелка. — У нас есть двадцать минут на все про все. Потом прибудет кавалерия, нас зажмут, и тогда пизда.

Это и без того было понятно, но раз кто-то включил таймер, так оно и лучше. Сейчас наверняка еще и Крисси висит в сети, отслеживая все транспортные коммуникации. «Летуны», они хоть и движутся по воздуху, но все равно оставляют следы. Все маршруты, даже экстренные, для воздушного транспорта должны быть согласованы. Да и камеры никто не отменял. Так что, если координатор говорит, что у нас есть двадцать минут, значит так и есть. У него ведь самая свежая информация.

Я поднялся на корточки, и подбежал к заднему колесу джипа, высунулся наружу. Корпораты заняли позиции на местности, попрятались в ее складках. Дистанцию нужно было рвать, но как это сделать под плотным огнем? К тому же у них ведь не пистолеты, подкожная броня не поможет.

Раздался рев реактивного гранатомета, над нашими головами пролетела ракета, и попала точно в двигатель десантного «летуна», который так и висел в воздухе над своим транспортным собратом. Нам не был важен груз, так что приземлить его можно было и так, без импульсной пушки. Да и не было там никакого груза.

Можно было и грузовой сбить таким же образом, но попасть ракетой гораздо сложнее, чем из самонаводящимся импульсным зарядом, особенно в движении на скорости под двести километров в час.

«Летун» накренился в сторону, но пилоты смогли выровнять его, а потом аккуратно посадить на поляну. Сработали автоматические системы пожаротушения, наружу брызнул белый порошок, раньше находившийся под давлением в специальных баллонах.

— Теперь гранаты — сказал Шелк.

— Работаю, — ответил кто-то из наемников.

Захлопал гранатомет, и в сторону залегших корпоратов полетели снаряды. Они падали в траву, и тут же начинали испускать густой белый дым. Основная его задача — прикрыть наше наступление, но и дышать им тоже не рекомендуется, если не хочешь потом кашлять до крови. Не боевое отравляющее вещество, и даже не заводской состав, а разработка новомосковских кулибиных: плотная взвесь частиц с резким запахом перца.

Использовать осколочные и фугасные гранаты мы не решились. Все системы активной защиты в «летуне» должны вырубиться после посадки, и есть нихуевый риск повредить груз. Так что лучше обойтись стрелковым оружием.

В нашу сторону по-прежнему палили, но уже не прицельно, потому что пули летели не только в машины, но и куда попало. А через несколько секунд выстрелы и вовсе прекратились. Кто-то из командиров навел порядок и запретил понапрасну тратить боезапас.

Я поднял респираторную маску на лицо, натянул на затылок резинку, тщательно фиксируя ее. Теперь третья часть плана операции: кто-то идет в лобовую атаку на позиции противника, а другие прикрывают их из-за машин, на случай, если «эсбэшники» все-таки попробуют выйти наружу из облака дыма. И я должен быть в числе первых, как и Чех. Он-то и поведет нас в атаку.

Но сперва кое-что еще. Я вывел на интерфейс окно навигатора, так, чтобы получилось что-то типа миникарты. На ней уже горело полтора десятка красных точек. Почему красных? Потому что зеленые не было бы видно. У каждого из наемников был с собой маячок, который позволял нам видеть друг друга на радаре. Так будет гораздо меньше шансов на дружественный огонь, хотя риск все равно есть.

— Вперед, вперед! — закричал наемник, выскакивая из-за машины.

Я побежал параллельно ему со своей стороны, пригнувшись, и держа автомат наизготовку. Из облака белого дыма выскочил один из пиджаков, он даже не пытался стрелять в меня, шел, согнувшись, и кашлял из-за дыма, попавшего в легкие. Я навел на него точку голографа, и утопил спусковой крючок. Он был в броне, но мои пули прошили ее насквозь, будто и не имелось на его теле никакой защиты.

Множественные пулевые ранения грудной клетки. Мгновенная смерть.

Чех тоже уже стрелял, кого-то он углядел там, в облаке дыма. Ну у него и оптика получше моей, не с тепловизором, конечно. Хотя вот что-что, а «теплаки» нам сейчас точно не помешали бы, передавили б «эсбэшников», словно кутят.

Секунду спустя, я вошел в облако дыма, и тут же переключил слуховой имплант в тактический режим. Такой появился в новой прошивке, который я скачал совсем недавно: он глушит громкие звуки, и наоборот делает тихие громче. Прошивка была неофициальной, и в бета-версии, кое-какие баги могли встречаться, но это все равно лучше, чем ничего. Хотя лучше было бы обойтись тактическими наушниками.

Услышав справа шорох, я резко повернулся, увидел силуэт в черной форме, и утопил спуск. Вспышка выстрела в белом тумане показалась мне ослепительной, обладатель силуэта упал, но интерфейс никак не отреагировал на попадания. Ну да, я уже встречался с этим, в облаке газа он не работает.

И тут же я упал на землю, уходя перекатом в сторону. Сзади тут же послышались выстрелы, пули пролетели как раз там, где я стоял секунду назад. Я прицелился по дульным вспышкам и утопил спуск. Выпустил две короткие очереди, и тут же перекатился в сторону. Пламя, вырывающееся из ствола демаскирует не только врагов, но и меня.

Услышав сзади хрустнувшую ветку, и я снова перекатился, вскидывая автомат. Раздалась длинная очередь, пули с влажными шлепками входили в землю туда, где я только что лежал. Пару секунд спустя оружие моего врага сухо щелкнуло, сигнализируя о том, что в магазине закончились патроны. Я, не целясь, навел оружие в сторону черного силуэта, утопил спусковой крючок, но «эсбэешник» вдруг резко сместился в сторону, оказавшись гораздо ближе ко мне, чем я рассчитывал.

Значит, у него установлен ускоритель рефлексов. Именно так они и работают, время для тебя будто замедляется, а тело начинает слушаться гораздо лучше. Установленный у меня «УМУР» не позволяет вот так вот за доли секунды покинуть линию прицела, но это ведь не самая современная модель, пусть и надежная.

Я довернул ствол, но пиджак уже рухнул на меня, прижимая автомат к моей груди. Палец заклинило на спуске, последние патроны в магазине улетели в молоко, курок сухо щелкнул. В лицо мне тут же прилетел кулак, одетый в стрелковую перчатку. Маска больно впилась в кожу, из глаз брызнули слезы.

Получен удар в лицо. Значимые повреждения отсутствуют.

Я резко согнул колено, пытаясь сбросить с себя врага, но хрен там, он сам по себе здоровый, да еще и в экипировке. Я дернулся еще раз, и еще. В лицо мне снова прилетел кулак. Хорошо, что рука у него, очевидно, своя, иначе я уже сдох бы.

Дервнушись в четвертый раз, я сумел освободить левую руку и тут же наотмашь долбанул пиджака по голове. Удар получился мощным, даже несмотря на надетый на голову шлем, он ошалел, а я снова согнул колено и умудрился все-таки сбросить его с себя.

Теперь уже я был сверху, и первое, что я сделал — это сорвал с него респираторную маску. Потом рванул вверх подбородочный ремень, срывая шлем. Выхватил из кобуры пистолет, прижал к виску, и утопил спусковой крючок.

Пулевое ранение головы. Повреждение мозга. Мгновенная смерть.

Выстрел оказался неожиданно громким на фоне наступившей тишины. Я огляделся, посмотрел на радар, и увидел семь красных точек, разбросанных неподалеку от меня. Еще восемь собрались чуть в стороне.

Ветер потихоньку разгонял дым, и теперь я видел чуть дальше, чем на расстоянии вытянутой руки. Похоже, что с большей частью корпоратов мы уже разобрались. А теперь нужно пробиваться к «летуну», заглянуть внутрь, проверить, что там с грузом.

На всякий случай перекатившись на спину, я перезарядил автомат. Снова огляделся. Вспышек выстрелов не было.

— Давайте к «летуну» — послышался в ухе голос Шелка. — Сканер движения больше никого не засекает. Похоже, что вы уже всех убили.

Я поднялся на ноги, и побрел в сторону транспортника. На полпути встретил Чеха, который почему-то был весь в крови. Я вопросительно уставился на него, но он покачал головой.

— Не моя, — сказал он. — Давай за мной.

— Нам не к «летуну»? — спросил я.

— Нет, с ним разберутся, — покачал головой Чех. — У нас другой груз. Шелк, ты с нами?

— Идите, я догоню, — послышался ответ в рации.

Чех повел меня куда-то прочь. Мы выбрались из облака дыма, и двинулись в сторону ближайших деревьев. Интерфейс отметил следы: примятую траву, кое-где отпечатки ботинок. И еще какой-то обуви, но явно не той крепкой, военного покроя, которую носили бойцы службы безопасности. Пассажир?

И только сейчас до меня дошло, что груз — не основная наша цель. В десантном «летуне» ведь полно место, там можно хоть всю верхушку корпорации перевезти. Да и в грузовом наверняка есть что-то по типу пассажирских кают. Не все же там место забито ящиками с грузом.

Сзади послышались шаги, к нам присоединились двое: Шелк, и еще один незнакомый мне наемник. В схватке внутри дымного облака они не участвовали, так что были без масок. Я тоже стащил маску, если придется бежать, то так будет гораздо удобнее, чем без нее.

Группа уходила прямо в лес. Не знаю, на что они рассчитывали, наверное, думали, что оставленные у «летунов» вояки смогут задержать нас дольше. Почва здесь была болотистая, так что следы оставались заметные, их даже без подсказок интерфейса было видно.

— Пробежимся, — сказал Чех. — Нельзя их упустить.

У меня в голове вертелась куча вопросов. За кем именно мы охотимся, почему эта цель настолько важна, что мы бросили транспорт, забитый ценным грузом. Почему в конце-концов, меня используют втемную, ничего толком не рассказывая.

Но было не до разговоров. Мы сосредоточенно передвигали ногами, лавируя между деревьями. Дважды нам приходилось перепрыгивать через небольшие ручейки. И минут через пять бега, среди деревьев замаячили силуэты преследуемых нами людей.

Их было всего трое. Один из них обернулся, увидел нас, махнул рукой и крикнул своим:

— Бегите!

На что он рассчитывал, задержать нас? Удивительная самоотверженность. Видимо, пассажир-то действительно важный, иначе к чему бы это все?

Он рухнул на землю и выпустил длинную очередь, на весь магазин веером, заставляя нас рассредоточиться. Я прижался спиной к стволу дуба, в дерево которого влетело несколько пуль. Дуб даже не покачнулся, он рос тут больше сотни лет, и будет расти еще столько же, если кто-то не вздумает построить тут новый город.

Высунувшись из-за дерева, я прицелился и выпустил несколько коротких очередей по «эсбэшнику». Никакого результата от попаданий заметно не было, все-таки сто метров — это очень много для моего голографа.

Но не для Чеха, у которого на прицеле был увеличитель-трехкратник. Хорошая штука, жаль только, что я так и не научился толком стрелять через оптику, иначе бы и себе такой же поставил. Уж чего-чего, а оружия и обвесов на сегодняшнее дело Фанат не жалел.

Я увидел, как наемник, стоявший за соседним деревом прицелился, задержал дыхание, и только потом открыл огонь. Выглянул, как раз чтобы успеть заметить, как агент службы безопасности дернулся от попадания и затих.

— Готов, — сказал Чех. — Вперед.

Мы снова побежали. Шансов уйти у них просто не было, их было двое, к тому же пассажир, очевидно, был совсем не в такой обуви, чтобы в ней можно было бежать по лесу. Я не успел рассмотреть, что именно на нем было, но мне на секунду показалось, что это платье.

Мы догнали их на краю небольшой полянки, где деревья расступились в стороны, а на земле густо росла смородина. Жаль, что еще рано, всегда хотелось попробовать ягод прямо с куста.

— Стоять! — крикнул Шелк. — Дернетесь, обоих положим!

Мы разошлись по кругу, вскидывая автоматы. Нам ничего не стоило достать их, но стрелять было нельзя.

Только теперь я смог рассмотреть пассажира. Это действительно была женщина, одетая в белое платье, сейчас уже покрытое бурыми и зелеными пятнами. Похоже, что она падала, ее поднимали, и тащили дальше. «Эсбешникам» очень не хотелось, чтобы она попала в наши руки.

— Ложись! — крикнул боец, но девушка его не послушала, так и осталась стоять.

— Отпустите его! — крикнул она, повернувшись к нам. — Не нужно больше жертв! Я сама с вами пойду.

Да кто это вообще такая, мать ее? И почему мы не груз потрошим, а за ней по лесам гоняемся? Понятное дело, что это наша основная цель, но я по-прежнему толком не осознавал, во что ввязался.

— Не надо! — сказал «эсбэшник». — Ты не представляешь, что это за люди.

— Что они мне сделают? — спросила она. — Только выкупа попросят. А вот тебя убьют.

— Благоразумно, — встрял в их разговор Шелк. — Оружие пусть бросит только. Автомат, пистолет, нож. Все, короче, пусть бросает.

— Бросай, — сказала женщина, и в голосе ее было столько власти, что я даже удивился. А вот боец повиновался, стащил с себя ремень автомата, уронив ствол в траву, вытащил из кобуры пистолет, бросив туда же. И даже кинжал из наплечных ножен тоже выбросил.

Она, что, кто-то из правления корпорации? Плохо, когда ничего не знаешь о высших кругах. Но не модные журналы же мне читать со сплетнями, тем более, что там правды — кот наплакал. Киборгизированные коты-то вообще не плачут.

Шелк двинулся в сторону, где стояла девушка, обходя плотно растущие кусты. Он наклонился, подобрал автомат бойца, повесив его на плечо, а пистолет и нож выбросил куда-то в кусты. Потом запустил руку в карман, и вытащил из него чип, протянул ей.

— Вставляй, — сказал он.

— Что это? — с подозрением спросила девушка.

— Это чтобы ты никуда позвонить не могла, — ответил он. — Не волнуйся, никто тебе вреда не причинит. А потом повернись спиной, руки назад.

Девушка вставила чип в индивидуальный разъем, и выполнила приказ. Шелк застегнул на ее запястьях наручники, и повел в нашу сторону. «Эсбэшник» так и остался стоять на месте, не решаясь уйти. Поравнявшись с нами, Шелк провел ладонью по горлу, Чех тут же вскинул автомат, и расстрелял бойца, так и не успевшего ничего сделать.

— Зачем? — только спросила девушка.

— Свидетель, — ответил ей наемник. — Нам очень не нужно, чтобы твой папа спустил на нас всех собак. А ты не волнуйся, нам ничего кроме денег не нужно. Заплатят за тебя, сколько скажем, окажешься на свободе. Ну, память чуть-чуть поправим, чтобы нас не вспомнила, есть у нас специалисты. Но жива будешь зато.

— Да, — сказал Шелк и кивнул второму наемнику, что шел с нами. — Жива будешь.

Тот вдруг вскинул автомат и выпустил длинную очередь по Чеху, расстреляв его в упор. Он развернулся ко мне, но ускоритель рефлексов уже сработал, и время для меня остановилось. Поднять оружие я не успевал, поэтому просто бросился вперед, сбивая наемника с ног, подминая под себя.

Выхватив нож из его наплечных ножен, я схватил его за подбородок, рванул голову вверх вогнал лезвие прямо под ворот бронежилета. Повел в сторону, вспарывая вены и артерии, разрезая трахею.

Резаная рана горла. Повреждение сонных артерий и яремных вен. Повреждение трахеи. Предполагаемое время смерти — тридцать секунд.

Время вернулось к своему нормальному бегу, и я понял, что тело Чеха только-только упало на землю. Развернувшись к Шелку, я бросился на него, уже понимая, что не успеваю. Ускоритель рефлексов ушел на перезарядку, а без него ускориться у меня не получалось. Он и так проработал на удивление долго, дав мне расправиться с одним из предателей.

Шелк утопил спусковой крючок, и время вновь замедлилось, но только я не остался таким же быстрым, а тоже увяз, словно муха в искусственном меду. Я видел, как в мою сторону летят пули, видел, как вылетают гильзы. Надеяться на то, что бронежилет выдержит, не было смысла, там ведь бронебойные патроны, как и у всех нас.

Первая пуля отбросила меня в сторону, остальные впились в тело, вгоняя туда осколки пластин бронежилета и обрывки одежды. Я заорал от нестерпимой боли. Ни одна из моих ран не шла ни в какое сравнение с теми, что я получил сейчас.

Множественные пулевые ранения грудной клетки. Получение данных с биомонитора…

Повреждение легкого. Повреждения крупных сосудов. Предполагаемое время смерти — полторы минуты.

Девушка вдруг вскрикнула и побежала прочь, продираясь через смородиновые кусты. Шелк только выругался и рванул за ней. А я уставился в небо, которое закрывали кроны деревьев. Перед глазами все плыло.

Вот оно, значит как. Про то, как делают дела в Новой Москве, я прекрасно знал. Но то, что Фанат решится кинуть нас с Чехом и сделать ставку на Шелка… И ради кого? Я ведь так и не узнал, что за девушку мы похитили.

Немеющими пальцами, я вытащил из кармана шприц-ручку реаниматора, зубами вырвал колпачок, пачкая все вокруг текущей изо рта кровью, и вогнал иглу себе в бедро. Боль почти прошла, но дышать я все равно толком не мог. Если уж разорвано хотя бы одно легкое, то в груди у меня теперь полость, которая постепенно наполняется кровью. Ну продлил я себе жизнь на несколько минут, и что теперь с того?

Но сдаваться нельзя. Рыча и стеная, я перевернулся на живот, и пополз. Руки-базуки по-прежнему слушались меня, успешно загребая землю, одна нога тоже еще повиновалась. А что еще надо?

Эпилог

Я пришел в себя, искренне удивившись тому, что я еще жив. Более того, чувствовал я себя вовсе не так, как положено человеку, в которого высадили полмагазина бронебойных патронов. А совсем наоборот, ощущал я себя прекрасно, ебаное удушье вспоминалось, словно страшный сон.

Кое-как разлепив склеившиеся веки, я осмотрелся. Белый потолок, белый ковер на полу, белые стены. Ну, либо я попал в рай, что сомнительно, если учесть, что я натворил за последнее время, либо я в одном знакомом месте.

Если я в раю, то зачем на моем теле повязки, и нахуя мне катетер, подсоединенный к подключичной вене? Разве там люди не появляются сразу в первозданном виде, голыми, прекрасными, и без единого шрама?

Хрен его знает, как там в раю, но в исследовательском центре «РосИнКома», где я, очевидно, находился, это может пригодиться, чтобы достать меня с того света. Значит, я не отправился в переработку и не накормил своей плотью лесных зверей, меня нашли, и привезли сюда. Интересная история, только зачем я им? И как они меня нашли.

С огромным трудом я сел, прислонившись спиной к стене. Нашел взглядом камеру, помахал рукой, давая наблюдателям знать, что я пришел в себя, и готов к разговору. Очень хотелось пить, в глотке пересохло, но ни еды, ни напитков на этот раз в камере не было. Наверное, мне и нельзя. Сколько я пролежал в отключке-то?

Дверь открылась, и в помещение вошел Эрнест. Как обычно, в костюме. В руках он держал бутылку воды с «Черноголовки», и как только подошел, сразу протянул ее мне.

— Ну что, — сказал он. — Довыебывался, парень?

И куда только пропала его вежливость и формальное обращение на «вы»? Да, похоже, что я очень серьезно накосячил. Хотя, казалось бы, чем? Ведь «РосИнКом» и «ИнвестТех» известные соперники. И если я насрал в кашу вторым, то первым от этого должно быть только лучше.

Я забрал бутылку, свернул крышку, и приложился, в несколько больших глотков осушил полбутылки. В животе заурчало. Много воды на пустой уже несколько дней желудок, ничего хорошего в этом не было.

— Как нашли? — хриплым от долгого молчания голосом спросил я.

— Ты думаешь, мы готовы так просто упустить такой перспективный актив? — спросил Эрнест. — Мы следили за тобой все это время, у тебя в биомониторе маячок, который давал нам информацию о твоем местоположении. Правда, пару раз ты пропадал. Как тебе это удалось?

— Чипы-блокираторы, — ответил я. — Они блокируют любые соединения. Если ваши идут через ГЛОНАСС или телефонную сеть, то и их тоже.

— Скажи спасибо, что в этот раз ты был без чипа, иначе так и остался бы лежать в подмосковном лесу. Операция по твоему спасению обошлась нам в крупную сумму. Но это не вопрос, ты нам нужнее, чем мы тебе. Ты лучше скажи, ты хоть знаешь, кого вы выкрали из того конвоя?

— Не знаю, — покачал я головой. — Мне сказали, что мы идем за грузом. Решала молчал, наемники тоже. А потом мы пошли за пассажиром. А потом.

Руки судорожно сжались, сдавив бутылку. Шелк, сука. Думал, что убил меня, а я жив. Достану и разорву на куски. И Фаната туда же, который Чеха кинул и приказал порешить. А Чех… Если бы он сразу сказал…

Уебки они там все. И пиджаки эти такие же, но они хотя бы спасли меня. И хрен его знает, зачем я им нужен. Столько шума из-за одного наемника?

— А теперь, чтобы ты окончательно осознал, что произошло, — сказал корпорат. — Украли вы дочку главы «ИнвестТеха». И судя по тому, что по поводу выкупа на связь никто до сих пор не вышел…

— Сколько времени прошло? — перебил я его. — Сколько я тут валяюсь.

— Неделю уже, — ответил Эрнест. — Сегодня восьмой день пошел. Ты бы знал, сколько свинца мы из тебя вытащили.

Ну насчет свинца — это он вряд ли, пули там, скорее всего, навылет шили. Но ведь действительно спасли.

— Короче, с тобой серьезные люди поговорить хотят, — сказал он, и повернулся в сторону камеры.

— Куда уж серьезнее, — пробормотал я.

Дверь открылась. Первыми в камеру вошли двое охранников, оба в бронежилетах, и при оружии: на груди у них висели пистолеты-пулеметы. Третьем вошел мужчина в свитере и джинсах, совсем молодой. Впрочем, внешность ничего не значила, ему и под шестьдесят вполне могло быть. А если я правильно понимаю, кто это, то скорее всего так оно и есть.

— Значит, это ты украл мою дочь? — спросил он, уставившись на меня.

— А ты видишь тут свою дочь? — спросил я.

Корпорат подскочил ближе, и попытался дать мне пощечину. Ускоритель рефлексов сработал, время привычно замедлилось, а я схватил его за предплечье. Охранники тут же вскинули оружие, прицелившись в меня. Я отпустил руку пиджака.

— Я понимаю, что ты не привык, когда с тобой так говорят, — сказал я. — Но держи эмоции при себе, ты же глава крупной корпорации. Да, я был там, но меня нашпиговали свинцом свои же, и бросили подыхать. Дочери твоей у меня нет.

— Блядь, — выругался он. — Ты знаешь похитителей, так?

— Знаю исполнителей, — кивнул я. — Кто заказчик — не знаю.

— Да и плевать мне! — он снова заорал. — Делай что хочешь, только верни мне Лену! Иначе тебе не жить, понял⁈ Ты меня понял⁈

Я понял. Сегодня благодаря пиджакам я получил второй шанс, буквально вторую жизнь. И чтобы сохранить ее, мне придется найти украденную Шелком и Фанатом корпоратскую дочку. А точнее выйти на заказчиков. Груз-то из конвоя они забрали себе, а вот на нее у них явно был контракт. И кто его открыл, мне еще предстоит выяснить.

Самое плохое, что Чех был в курсе, но ничего мне не рассказал. Хотя нас обоих сыграли в темную, а потом списали. Но я даже не представляю, с чего начать.

Однако есть и один плюс. Те, кто меня убил, думают, что я отправился в переработку. А это значит, что настало время попугать их. Никогда еще не бывал призраком, но почему бы и нет?

Content

Наиль Выборнов
Груз

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Эпилог