Манулов, прекрати!

Глава 1

Завыли чары оповещения. Я вскочил с кровати, прислушиваясь. За дверью комнаты раздался шум, крики охраны и едва различимые звуки вскакивающих со своих постелей наемников.

— Кай! — в комнату без стука, залетела моя помощница. — К тебе пришли. Советую одеться, — окинула она меня оценивающим взглядом, после чего удалилась, аккуратно закрыв за собой дверь. Звуки просыпающегося поместья клана наемников буквально оглушали, поэтому я просто накинул повседневную одежду, которая являлась хорошей зачарованной броней, вооружился и только после этого решил посмотреть на незваного гостя, решившего проникнуть на нашу территорию посреди ночи.

Еще наверху, походя к лестнице, я увидел моего сводного брата с четырьмя вооруженными охранниками. Он выглядел как всегда надменно, в парадном мундире главы клана Волка. Увидев меня, он презрительно скривил губы, отворачиваясь к сопровождающей его девушке-охраннику, которая покинула мой клан около года назад.

— Я смотрю, после нашей последней встречи, ты, наконец, набрал себе более подходящую по статусу охрану, — я, не торопясь, спускался по лестнице, краем глаза отмечая, что вся элита моего клана уже находится на своих позициях, окружая свалившегося на меня родственничка. — Чем обязан такому позднему визиту? Может быть ты забыл, что все общение между кланами происходит на нейтральной территории.

— Я пришел к тебе не как к главе клана наемников, убийц и прочего сброда, — протянул он, махнув рукой. Один из мужчин, стоявших позади братца, вышел вперед, открывая кожаную, покрытую рунами защиты, папку.

— Каждый клан состоит из наемников, убийц и сброда, просто мы этого, в отличие от высшей аристократии, не скрываем, — улыбнулся я, показывая, что его подначки меня совершенно не задели. — Так что переходи к делу, или проваливай туда, откуда пришел

— Отец умер. И чтобы уже, наконец, заняться его похоронами, мне нужно, чтобы наш главный юрист огласил завещание, в котором, видимо, по ошибке, числишься ты.

Я сел на диванчик в гостиной, даже не предложив остальным присесть.

— Ну что же. Если тебе очень нужно, то я сделаю это одолжение. — Лениво махнул я рукой, с удовольствием отмечая, как покраснел от гнева мой брат. — Можете начинать.

— Кхм, — главный юрист клана Волка покосился на братца и сделал шаг от него в сторону, после чего вытащил из папки всего один лист и запечатанный конверт. — Находясь в полном психическом здравии и уме, завещаю вернуть моего сына Кая из клана наемников, именуемого Теневой клан, в родовой клан Волка и наделить его всеми имеющимися по статусу наследника полномочиями.

— Допустим, — поморщился я, понимая, что обратно дороги нет.

Прошло без малого двадцать лет с того момента, как я был изгнан из клана за отсутствие способности к родовой магии и как полное разочарование отца. Пришлось пройти через многое, но я смог превратится из обычного бродяги-изгнанника в главу крупнейшего преступного клана. За это время я смог узнать, что существует не только магия духа, но и магия сил земли и природы, из которых можно черпать энергию, и на которой строится, так называемая, магия печатей. Я не только освоил ее, благо, зачатки магического дара во мне все-таки присутствовали, но и развил до максимального уровня. Наняв себе лучших учителей, я стал мастером холодного оружия и рукопашного боя. Теперь все вынуждены были со мной считаться, даже высшая аристократия в виде моего отца. Поэтому я совершенно не понимал, зачем мне возвращаться в клан Волка.

— Далее, согласно законам наследования, я назначаю своего старшего сына Кая из клана Волка своим законным наследником и преемником, с вытекающими из статуса главы клана полномочиями. Все.

Мужчина положил листок обратно в папку и запечатал ее одним из мощнейших охранных заклинаний, после чего в повисшей полной тишине подошел ко мне и протянул запечатанный конверт.

— Что⁈ — наконец, сообразил, что же произошло мой недалекий, но одаренный братец. Он стоял, сжимая и разжимая кулаки, находясь на грани бешенства. Воздух вокруг нас начал сгущаться, но печать поглощения, которой я накрыл комнату, сразу же загасила все магические всплески и разрушила все готовящиеся заклинания. — Ты, мерзкий, гадкий ублюдок, — прошипел он белыми от злости губами. — Как ты смеешь…

— Выметайся, — тихо ответил я, поднимаясь на ноги, и находясь в довольно скверном настроении. — Я никому не позволю оскорблять меня в моем же собственном доме. Кира, проводи гостей на выход, — не сводя глаз со своего обезумившего от свалившихся новостей брата, отошел в сторону.

— Нет, мы все выясним здесь и сейчас, — рявкнул брат, окружая себя огненной аурой и призывая духа рода.

Белая волчица появилась из отрытого окна портала и прыгнула в мою сторону, повинуясь приказу призывателя. Я не двигался с места, жестом приказав своим людям, чтобы они не предпринимали никаких действий. Мне было интересно узнать, что в итоге произойдет. Как только волчица приземлилась на лапы, она сразу же попятилась и растворилась в воздухе, признав во мне главу клана Волка. Подождав несколько секунд, чтобы убедиться, в том, что родовой дух полностью ушел из нашего мира, я согнул пальцы, отдавай приказ схватить нарушителей.

Мои ребята бросились на брата, стараясь скрутить его и не причинить особого вреда без моих на то указаний. Но вереницей заклинаний направленных, как мне показалось, хаотично, всех раскидало к стенам комнаты, включая его же собственных охранников. Печать идеальной защиты окутала куполом небольшое пространство комнаты, отделив меня с братом от остальных. Я еще не решил, что мне следует делать со внезапно свалившимся наследством, поэтому убивать этого придурка особо не хотелось. Нет, вру сам себе, хотелось еще с того момента, когда тот начал ползать и впервые в своей жизни открыл свой рот, и произнес первое слово «Дай».

— Алан, успокойся, — попытался достучаться я до него, но тот лишь еще больше впадал в неконтролируемую ярость и бешенство.

Судя по тому, как огненная аура, несмотря на наложенные на комнату печати, разгоралась вокруг тела мага все сильнее, я понимал, что он входит в состояние полного единения со своей стихией, из которого ему будет не так-то просто выбраться без духа-защитника, который именно сейчас покинул его.

Как бы не сильна была магия брата, но пробиться сквозь наложенный печатью барьер она не могла. Огненный вихрь бушевал вокруг нас. Огонь не наносил мне вреда, но огненные языки пламени, то и дело, пытались ко мне пробраться, облизывая ноги.

Мне надоело на это смотреть. Разворот, печать усиления, печать скрытности, и я уже нахожусь за спиной брата, заламывая тому руку и прижимая лезвие отравленного кинжала к его горлу.

Огонь сразу стих, аура потухла. Алан начал медленно приходить в себя. Всегда знал, что ощущение холодной стали возле горла довольно действенный способ для успокоения кого угодно.

— Что ты там бормочешь? — я не мог разобрать его слов, как бы ни прислушивался. Это было заклинание, но совершенно не знакомое мне. Убрав нож, я развернул его к себе лицом, выругавшись сквозь зубы.

Он явно находился в астрале, потеряв связь с реальностью. Последнее заклинание, которое он готовил, до конца не отпустило его, и пока он его не закончит, то не придет в себя. Убить его физическое тело тоже не решит проблему. Пока он находится вне времени и пространстве, он не умрет. Заклинание может прервать только оракул, которого по близости у меня не было. Ненавижу огненных магов, неуравновешенные взрывоопасные психи, которые не могут держать себя в руках.

Ощущение неминуемой опасности буквально пронзило меня от головы до ног. От мгновенно накатившего ужаса, я несколько секунд не мог пошевелиться, хотя такого со мной никогда не было. Черная воронка с яркими красными всполохами начала формироваться под потолком гостиной, спокойно разрушая наложенные мною печати высшего уровня. Она увеличивалась. Раздался гром, от которого содрогнулся под ногами пол, а из воронки показались вспышки молний.

— Уходите все, живо! — крикнул я, стараясь перекричать локально свалившуюся на комнату апаколиптическую бурю. Защита на поместье стояла сильная, но братец решил прибегнуть к крайним мерам.

Я не мог сдвинуться с места, мои ноги были, словно магнитами, прижаты к полу, и просто сделать шаг под давящей неизвестно откуда взявшейся силой было практически невозможно.

— Ну вот все, наконец, и закончится, — открыл глаза Алан, усмехаясь. — Я готовил этот ритуал долгие годы, всегда знал, что в поединке с тобой он мне пригодится, — он засмеялся, а я на грани слышимости услышал голос заржавшей лошади и стук копыт.

— Ты что творишь, идиот? — выругался я, стараясь сдвинуться с места. — За это тебя приговорят к смертной казни, если мои ребята не подоспеют первыми!

Звук рассекающего воздух хлыста заставил меня пригнуться, пропуская его над собой. После этого, я смог скинуть стягивающие ноги оковы и уйти перекатом из-под копыт призрачной лошади. Я повернулся лицом к всаднику и на мгновение опешил. Призрачный всадник, окутанный зеленым пламенем, пристально смотрел на меня сквозь огонь. Его черные глаза притягивали внимание и буквально парализовывали, и я прекрасно знал, что живым от него мне не уйти, даже если убью призвавшего его мага. Никто не уходит от всадника Смерти живым.

— Теперь я — глава клана Волка, — вновь рассмеялся братец, обводя взглядом пространство гостиной, в которой никого не оказалось.

Очередной, едва уловимый глазом взмах, и хлыст, направленный в мою сторону призраком, затянулся на шее. Рывок, и меня потащило к всаднику, дыхание перехватило, а кожу под призрачным хлыстом словно обжигало кислотой. Последнее, что я успел сделать перед тем, как меня унесло вслед за призраком в неизвестность, это наложить самую сложную из моего арсенала печать, связывающую наши с братом тела, души и жизни.

* * *

— Костя, просыпайся, ну просыпайся же, — тонкий девичий голосок раздался прямо возле уха, а потом меня кто-то начал трясти за плечи. — Денисов, проснись ты наконец, — рявкнул тот же голос, переходя практически на крик.

Я нехотя открыл глаза, потом резко сел, оглядывая помещение, в котором проснулся. Серые ободранные стены, три пустые кровати рядом со мной, заправленные без единой складочки. Три шкафа и один большой стол посредине комнаты, вот и все убранство.

Я нахмурился, пытаясь вспомнить, что произошло, после того, как призрак Смерти, призванный моим братом, явился по мою душу, и меня затянуло в черную воронку. Словно ничего и не было, а я уснул и проснулся здесь. Было зябко, от дуновения ветерка, исходящего из окна, меня передернуло. Да уж расслабился я за последние годы на должности главы Теневого Клана, а ведь несколько лет назад приходилось жить в условиях гораздо хуже этих.

— Костя, с тобой все в порядке? — я вздрогнул, поворачиваясь к девушке, которая стояла возле кровати и довольно обеспокоено на меня смотрела.

— Не уверен, — ответил я, разглядывая девчонку лет шестнадцати-восемнадцати.

Девушка была довольно симпатичная. Огромные зеленые глаза на худом лице, пепельные волосы, забранные в тугую косу, а одежда, в которой она находилась, была размера на два больше необходимого, но даже, несмотря на балахон вместо рубашки, можно было понять, что у нее очень изящная фигура с тонкой талией. Руки ее были все испещрены какими-то трещинами и мозолями. Видимо, увидев мой взгляд, она спрятала ладони, скрестив руки на груди.

— Ну и отделали же вас вчера. Петька до сих пор в больничке лежит, а тебя отправили в комнату, посчитав условно здоровым, но почему-то мне кажется, что по голове тебя приложили довольно сильно, — проговорила она, заглядывая мне в глаза. — Сколько пальцев видишь? Скажи, что два и собирайся, остальные уже ушли, а нам предстоит работать за троих, раз Петю не выпустили еще, — она помахала перед моими глазами ладонью с двумя оттопыренными пальцами.

Я кивнул, поднимаясь и рефлекторно хватаясь за шею, за которую меня утащили в это место. Это вроде не ад, не пустота и неизвестность, о которой говорили легенды про призрака Смерти, но и райскими кущами это не назовешь. Вопреки моим ожиданиям, шея не болела, даже по ощущениям кожа была не оплавлена под действием обжигающей кислоты. Но вот все тело болело, словно по мне топталась лошадь, а потом меня переехало груженой телегой. Я взглянул на свои руки и недоуменно вскинулся. Тонкие, худые, с такими же мозолями, как и у девчонки. Костяшки были сбиты, а всю кожу до плеча украшали синяки и кровоподтеки.

— Костя? — меня в очередной раз тряхнула девица за плечи, заставляя перевести на нее взгляд.

— Все в порядке, — я встал с кровати и заправил ее так же, как было сделано у соседей, решив не выделяться и постараться вести себя так, чтобы не вызывать лишние вопросы. Даже не удивляться мальчишескому голосу, вместо моего хорошо поставленного еще в детстве, и тому, что меня называют чужим именем. Боль постепенно проходила, но голова была пустая, словно из нее изъяли какую-то часть и забили недостаток опилками.

— Что-то не похоже. Ладно, умывай, одевайся, я буду ждать внизу. Возьму задание, чтобы директриса не решила, что мы пытаемся схалтурить и баллы не сняла. С этой грымзы станется любимчиков первыми на отбор поставить, чтобы их изнанка пожрала, — девчонка развернулась и уверенным шагом вышла из комнаты.

Я открыл один из шкафов, на двери которой висела табличка «К. Денисов». Одежды было мало, две пары штанов и три рубашки из дешевого колючего материала. Не густо. Но вот зеркало, которое висело на двери, стало для меня довольно ценной находкой. Я внимательно смотрел на свое отражение, не зная, как отнестись к моему открытию. На меня смотрел паренек лет шестнадцати, может и больше, но из-за худобы и побоев сказать точный возраст было практически невозможно. Черные волосы по плечи висели какими-то слипшимися сосульками. Я сразу же забрал их в хвост, перетянув лентой, нашедшейся тут же в шкафу. Больше ничего примечательного.

Я закрыл шкаф, прислонился к нему спиной и погрузился в размышления. Раньше я слышал легенды и байки про переселение душ после смерти, но никогда в них не верил. Хотя, никто не знал, куда уносит людей призрак Смерти. Будем считать это шансом начать новую жизнь в довольно трудных условиях. К счастью, мне не привыкать.

Выйдя из комнаты в длинный коридор, я прошел в самый конец, озираясь по сторонам. Однотипные двери по обеим сторонам, ведущие, скорее всего, в подобные комнаты, в которой я очнулся. Лестница нашлась в самом конце. Я спустился в довольно просторный холл, относительно богато обставленный, с хорошим ремонтом и на вид удобной и новой мебелью. Девчонки помладше носились с тряпками, наводя порядок, а парни переставляли мебель, таскали дрова и ящики с продуктами. Похоже, тут намечался какой-то праздник или важная встреча.

— Константин, вы опаздываете, — я быстро спустился вниз и буквально вытянулся перед женщиной, сжавшей тонкие губы. Она смотрела на меня поверх круглых очков и морщилась. — Диана, — она обернулась к девушке, которая разбудила меня. — Вы получили задание. Сегодня отбор. Все возвращаются домой к полудню. Если опоздаете или не выполните задание — попадете в конец списка, несмотря на ваши хорошие результаты и высокие баллы на протяжении всего года.

Женщина развернулась и ушла в соседнее с гостиной помещение, чеканя каждый шаг. Я проводил ее взглядом, стараясь понять, где именно умудрился оказаться и как вести себя дальше.

— Ну чего же ты застрял, — закатила глаза Диана и подошла ко мне, схватив за руку. — Сегодня ты тормозной какой-то. Хотя, сказать честно, ты и раньше скоростью особо не отличался, — едва слышно добавила она и потянула меня вслед за собой на выход из дома.

Мы вышли из здания, которое оказалось трехэтажным и довольно большим. Серый камень, подъездная дорожка, ухоженный сад. Какой-то пансионат или что-то похожее на него.

— Подожди, — я дернул руку девушки, заставляя ту остановится. — Да стой же ты.

— Ну что опять? — прорычала она, поворачиваясь ко мне.

— Какое у нас задание? — уточнил я. — Ты так и не сказала.

— Как обычно, три ведра ягод или дичь, — пожала она плечами. — Нужно поторапливаться, а то действительно не успеем.

Довольно быстро мы вышли за ворота, где висела табличка на незнакомом мне языке, но к своему удивлению, я смог без труда ее прочитать. «Сиротский дом». Я находился точно не в своем мире. У меня дома сиротские дома ликвидировали уже несколько десятков лет назад, а сирот брали на воспитание либо представители кланов, либо храмы, готовя послушников. Я посмотрел на небо, стараясь найти хотя бы одно знакомое созвездие, но только еще больше утвердился в своих мыслях. Я не только находился в новом немощном теле, но еще и в другом мире. Интересно, мой любимый братец тоже перенесся сюда? И если так, то как мне его найти?

Об этом будем думать чуть позже, а пока стоит узнать, что это за мир и кто я. Воспоминаний предыдущего носителя тела не было, от слова совсем. Скорее всего, это именно то ощущение пустоты, которое я почувствовал сразу после пробуждения. Пока мы шли по каким-то тропинкам, углубляясь в стоящий неподалеку лес, я старался сконцентрироваться и призвать силы природы, чтобы по памяти создать хотя бы одну, самую простенькую печать.

На удивление, у меня это получилось. Когда тонкие струйки энергии, которые неохотно шли от земли и воздуха, полились по моим рукам, концентрируясь на кончиках пальцах, я проговорил вслух заклинание печати защиты первого уровня. Ощущения были не слишком приятные. В последнее время я особо не замечал, как призывал энергию природы. Сейчас же нужно было начинать с самого начала. Странно, что растения, к которым я старался обращаться чаще, не откликнулись на мой призыв. В этом нужно было разобраться, чтобы прогресс в освоении магии печатей шел гораздо быстрее. Неяркая вспышка озарила небольшое пространство над нашими с Дианой головами. Сработало? Или нет. Раньше никаких вспышек или иных светопреставлений не было. Но проверить это можно будет только в одном случае, если кто-нибудь из людей решит на нас напасть.

Стрела, пролетевшая рядом с моей щекой, воткнулась в дерево, стоявшее передо мной. Затем еще одна и еще. Все они не попали в цель. Либо стрелок так себе, либо способность накладывать печати у меня сохранилась и работает в этом мире. Я резко развернулся, чтобы посмотреть на стрелка, которому так сильно не понравилось безобидное дерево в лесу.

Прямо передо мной стояли два парня и девушка моего возраста. Одеты они были просто, но гораздо теплее и лучше нас. Наверное, с этим связанно их презрение, с которым они осматривали нас, светя мне в лицо лучами от двух фонарей, точно такими же, как тот, что находился в руках у вскрикнувшей Дианы.

— Да что ты творишь, прикончи его, хватит играться, — прогромыхал в ночном лесу женский голос.

— Хватит брать мой лук! Опять его намочила и не просушила нормально. Стрелы летят куда попало, — процедил парень, сделавший шаг ко мне, буквально в упор направляя на меня взведенный арбалет.

Глава 2

Я смотрел на ребят, не двигаясь с места. По моим прикидкам, печать защиты должна работать еще минуты две, но только от таких неумелых атак. Если будет что-то серьёзнее, то она исчерпает свои силы намного быстрее. Из темноты вышли еще трое парней, из которых вооружен был только один довольно простеньким луком. Остальные были, на первый взгляд, безоружными.

— Ребята, вы чего задумали? — неуверенно спросила Диана, благоразумно держась позади меня.

— Всего лишь хотим помочь нашему другу попасть в команду, — усмехнулся тот, который стоял ближе всех ко мне. — Ничего личного, но в десятку должны попасть достойные, а не такие, как вы. Можно сказать, что это — естественный отбор, — он усмехнулся и спустил курок арбалета, который в этот раз, благодаря печати защиты, сделал осечку, не выпустив болт.

Я рефлекторно попытался, было, уклониться, но мышечная память в данном случае не работала. Тело было слабым и не привыкшим к резким движениям, поэтому я просто растелился на земле, подвернув ногу, под зычный смех собравшейся шестерки. Надо узнать, что это за отбор, о котором все сегодня только и говорят, а некоторые готовы даже на убийство пойти. Ибо просто покалечить, выстрелив арбалетным болтом практически в упор, не получится.

Я аккуратно поднялся на ноги, оберегая от движений подвернутую лодыжку. Сколько же усилий нужно будет потратить, чтобы привести себя в прежнюю форму? Приглядевшись, я увидел, что под ногами у тройки новоприбывших лежит туша зайца и какой-то птицы.

— Легко, наверное, выполнять странные задания в угоду директрисе, которая снабжает вас оружием, да, сопляки? — спросил я, поднимая с земли какую-то палку, дольно длинную и тяжелую.

— Он что, реально думает драться? Один против всех? — загоготал здоровенный парень, выходя вперед и отодвигая не слишком умелого стрелка, который все это время внимательно крутил в руках арбалет.

— Костя, не надо, давай просто уйдем, — прошептала мне в спину Диана, но я только криво усмехнулся. Уйти, к сожалению, не получится. Как я понимал, именно эта группа лиц отметелила предыдущего хозяина этого тела накануне, а сейчас они просто решили завершить начатое. Ну, посмотрим, что из себя представляет Константин Денисов.

Я перехватил поднятую палку обеими руками, стараясь привыкнуть к такому своеобразному несбалансированному оружию, под смешки поощряемых руководством отбросов сиротского дома. В принципе, довольно неплохой посох вышел, главное, чтобы крепким был.

— Уходи, — обратился я к Диане, глядя на идущего ко мне вразвалочку бугая. Базовая печать усиления слетала с пальцев, вмиг напитавшись окружающей меня энергией. Ну, хоть какое-то преимущество получу, в виде немного увеличенной ловкости, силы и выносливости, потому как рассчитывать только на свой энтузиазм и желание отбиться было бы слишком глупо.

Я не стал дожидаться, когда противник подойдет ко мне ближе, благо, длина палки позволяла бить немного на расстоянии. Резкий выпад, удар и не успевший даже ничего сообразить бугай упал на колени, под звук треснувших ребер, хватаясь за грудь и стараясь протолкнуть в легкие воздух. Надеюсь, ничего жизненно важного я ему не перебил, потому как пока не знал местных законов, и как в этом мире карается убийство.

Нападение произошло так быстро и внезапно, что группа поддержки несколько мгновений молчала, просто таращилась на своего друга, который вроде бы был жив и тихо поскуливал, отползая от меня в сторону.

— Кончай его, — заголосила девица, первая сообразив, что происходит. С каким-то диким рычанием на нее набросилась Диана, вцепившись ей в волосы, но драка девчонок не смогла отвлечь остальных от праведного гнева и желания поквитаться.

Разъяренная четверка разом бросилась на меня. Они попытались взять меня в кольцо и атаковать с разных сторон. Не слишком умный ход. Я скользнул между ними, оказываясь за спиной неудачника-стрелка. Тот резко затормозил, развернулся и, достав из ножен довольно неплохой охотничий нож, бросился с ним на меня в атаку. Я не стал отступать, приняв удар ножа, которым противник замахивался, словно тесаком, на палку, делая резкое движение и вырывая нож из рук парня, отбрасывая его подальше. Что он хотел этим маневром сделать? Разрубить меня на части? Еще один замах, и удар концом палки пришелся, аккурат, промеж ног врага. Ослепленный болью стрелок даже не успел согнуться, как я крутанул свой своеобразный посох и ударил другим концом ему меж ключиц.

Я не стал смотреть, что именно стало с парнем, разворачиваясь к следующему противнику. Чуть не успел, но для тычка в живот хватило взгляда через плечо, а когда я уже окончательно развернулся, передо мной оказалась спина согнувшегося пополам недруга. Жесткий удар по затылку и еще один противник распластался на земле без сознания.

Я пригнулся, пропуская удар кулаком, нацеленный в голову, ушел в сторону и ударил врага палкой по коленям, заставляя того упасть на месте. Он не успел перегруппироваться и довольно ощутимо приложился лицом о валяющейся на земле камень.

Последний противник почему-то решил, что он не такой храбрый и смелый, и решил ретироваться, бросившись в направление сиротского дома. Уйти ему не дала Диана, которая, расквитавшись со своей противницей, довольно прытко побежала за ним, быстро догоняя и сбивая с ног.

Я устало опустился на одно колено. Боль в вывернутой лодыжке была просто адская, а все мышцы и связки болели так сильно, словно парень никогда в своей жизни не занимался никакими физическими нагрузками.

Поднявшись и отбросив палку, о которую я содрал всю кожу на ладонях, подошел к каждому из противников, чтобы удостовериться, что они живы.

Из гущи леса вышла Диана, толкая впереди себя сильно потрепанного парня, который с нашего разрешения начал приводить своих друзей в чувства.

— Вот, последний, — бросила она и уселась на землю, пристально глядя на меня. — А теперь отвечай, кто ты и что ты сделал с моим другом?

— Что? — невольно вырвалось у меня, даже тело болеть перестало.

— Что слышал, — рыкнула она. — Ты изменился, бросаешься на людей, хотя еще вчера ты даже слова в ответ этим уродам сказать не мог. Так что с тобой произошло? — она прищурилась, срывая травинки и бросая их на землю. Руки у нее тряслись, то ли от гнева, то ли азарт драки не прошел, то ли ей было страшно.

— Я… Если я скажу, что ничего не помню, ты мне поверишь? — глубоко вздохнул я и сел рядом с ней. — Похоже, меня вчера избили намного сильнее, чем вам показалось. Я сегодня проснулся и не мог вспомнить ничего. Ни кто я, ни где я. Это…

— Жуть какая, — выпрямилась девушка, заглядывая мне в глаза. — Совсем-совсем ничего не помнишь?

— Угу, — кивнул я. Тут даже врать, особо, не пришлось. Пусть считают, что у меня амнезия. Такой вариант развития событий будет проще реализовать.

— Делаааа… — Протянула она. — Значит, так. Сегодня очень важный день, и тебе ни в коем случае нельзя говорить о своем недуге, иначе тебя запрут в лазарете, чтобы выяснить, что с тобой произошло. А этого допустить нельзя, учитывая твои проснувшиеся от длительной спячки способности к драке, то будет шанс показать себя с лучшей стороны. Поэтому держись рядом со мной, я тебе помогу выпутаться, а дальше, если пройдешь отбор, то будем думать, что с тобой делать дальше. — Она решительно вскочила на ноги и протянула мне руку. Она помогла мне подняться, хотя я мог бы сделать это самостоятельно, после чего задумчиво посмотрела на светлеющее небо.

— Что это за отбор? — спросил я, наверное, главное, что меня пока интересовало.

— Сегодня ежегодный отбор в военное училище, профильные общеобразовательные училища, и в магическое училище, если выявится склонность к магии, не зависимо от потенциала. Обучение проходит за казенный счет, и это действительно единственный способ выбраться отсюда, чтобы хоть немного обустроиться в нормальном мире. Первой десятке выпускников сиротского дома назначается стипендия, небольшая конечно, но хоть что-то. Мы на сегодня занимает девятое и десятые места, поэтому на нас и ополчилась, так называемая, элита. Десятка формируется накопленными балами за год обучения, но не только. Ежедневные задания, отсутствие нареканий и тому подобное тоже дает свои бонусы, — она поморщилась и тряхнула головой, отвлекаясь на стоны, который начал издавать приходящий в себя бугай. — За последние десять лет маги всегда уезжали с пустыми руками, не найдя никого, кто бы мог обладать даром. Ну это и понятно…

— И что, получается, они напали на нас из-за какой-то стипендии? — повернулся я к ворочавшимся противникам. Те, которые уже пришли в себя, старались на нас не смотреть, и вообще находились здесь совершенно одни, и просто решили немного полежать.

— Не какой-то стипендии, а из-за халявных денег. А на тебя они напали не поэтому. Ты им просто не нравишься, — пожала она плечами. — На протяжении последних лет они только и делали, что издевались над тобой. Надо торопиться, а мы еще до нашей поляны не дошли.

— Зачем нам куда-то идти? — хмыкнул я, подходя к брошенным тушам. — Дичь же тоже засчитывается. Есть одна единица зайца, и одна единица какой-то птицы. Что ты так смотришь, законный трофей после боя, — я положил туши в мешок, который был со мной и перекинул через плечо.

— А если они расскажут…

— Что их всех побила девчонка и Денисов? Да их гордость не позволит это принять, а вот мне нужно будет теперь держать ухо востро, — покачал я головой. — Я так понимаю, это все не ради добычи еды для детей делается.

— Прививает тягу к труду, так сказать, а свою добычу мы потом продаем той же Койотовой — нашей директрисе, практически за бесценок, но все равно, хоть что-то копится у всех перед выпуском из сиротского дома.

Так, общий расклад был ясен. В принципе, не так тут все и плохо. Так или иначе, дети сыты, есть крыша над головой и хоть какие-то перспективы на нормальное будущее. Мы, молча, шли в направление сиротского дома, лишь изредка бросая друг на друга взгляды.

Внезапно небо заволокло тучами, только что был солнечный рассвет, и вдруг стало темно. Щебет птиц начал доноситься ото всюду, а с неба послышалось разноголосое карканье ворон. Я поднял голову и понял, что накрыла нас совсем не туча. Огромная стая ворон, вперемешку с другими птицами кружили над лесом, создавая суету и панику. Это явно было не обычное природное явление. Раздавшиеся со всех сторон вой волков, тявканье лисиц и шелест листвы вызывали какое-то дикое и первобытное чувство страха, от которого хотелось бежать сломя голову.

— Не может быть, прорыв! — попятилась Диана и посмотрела на меня округлившимися от ужаса глазами. — Надо быстрее бежать в дом, он защищен, — пробормотала она и первая ринулась вперед.

Я совершенно не представлял, что это значит, но испуг девчонки передался и мне, поэтому довольно быстро догнал Диану, которая постоянно останавливалась и оглядывалась, дожидаясь меня. Я как мог держал из последних сил заданную ей скорость, стараясь контролировать дыхание, потому как бег тоже, судя по всему, не являлся характерной чертой Денисова. Хорошо, хоть палку решил прихватить с собой, используя ее в качестве опоры.

Неожиданно сильный порыв ветра сбил нас с ног и отбросил назад. Гул и шум усиливался, а я никак не мог определить источник звука. Воздух вокруг нас сгущался, а пространство, словно искривлялось, создавая что-то похожее на воронку, которая буквально разрывала собой пространство. Зеркальная переливающаяся гладь начала формироваться в месте этих искривлений. Это было не стандартное окно перехода или телепорта, которое было мне известно. Границы этого окна были размыты, причем зеркальная гладь все больше и больше расплывалась, увеличивая размеры этого окна.

Прошло не больше нескольких секунд, когда из еще формирующегося зеркала выпрыгнула крупная тень. Она перепрыгнула через нас и резко остановилась, разворачиваясь в нашу сторону. Я поднялся на ноги, во все глаза рассматривая это существо. Оно не было зверем, в моем понимании. Скорее, это было что-то вроде порождения иных планов. Монстр выглядел практически, как волк. Только шкура у него была зеленая, а из оскалившейся пасти капала слюна, которая разъедала землю, оставляя глубокие рытвины, из которых валил зеленый едкий дым.

Диана упала на землю и зажмурилась, бормоча что-то под нос. Зверь зарычал и пригнул на меня, старясь вцепиться мне в глотку, видимо решив вначале расквитаться с более сильным противником.

Я упал на спину, перекатом уходя от прыжка и, используя инерцию тела, тут же поднялся на ноги. Краем глаза я заметил, как на зеркальной глади начала появляться рябь, и из открывшегося окна выпрыгнул еще один волк, точная копия того, что напал на меня.

Зверь в очередной раз прыгнул, но я крутанул палку у себя в руках, втыкая ее в раскрытую зловонную пасть и буквально нанизывая на нее волка.

Второго монстра я не видел, но прекрасно слышал крики подростков, которые находились от нас в некотором отдалении.

Зверь не подавал признаков жизни, а желтый хищный огонь в его глазах постепенно затухал. Я не стал дожидаться момента, когда из этого адского зеркала вылезет очередной монстр. Подбежав к Диане, которая закрыла голову руками при моем приближении, я, особо не церемонясь с ней, поднял ее с земли и ринулся прочь от окна перехода, прорыва или чем это на самом деле являлось. Я юркнул на едва заметную, заросшую тропку между деревьев, ведущую вбок от того места, где мы встретились со своими сверстниками из сиротского дома.

Адреналин сделал свое дело и, все еще находясь в крови, подгонял меня, чтобы я несся вперед, не разбирая дороги. Только так я мог защитить дрожащую от ужаса девчонку, потому что по-другому в сложившейся ситуации без оружия и знаний мне было не победить этих тварей.

Я добежал до окраины леса, которая была огорожена полуразвалившимся забором. Диана к этому времени уже успокоилась и просто вжалась в меня, крепко обняв за шею и уткнувшись головой мне в плечо.

Волчьего воя, рычания и каких-либо криков я больше не слышал. Но чувствовал, что мы еще недалеко ушли от места прорыва, и при желании монстр сможет догнать нас за несколько секунд.

— Все хорошо, — успокаивающе погладил я девушку по голове и аккуратно поставил на ноги. Она дрожала, но все же сумела себя перебороть и открыть глаза. — Надо уходить из леса. — Я посмотрел ей в глаза.

— Но нам нельзя покидать границы леса, — неуверенно протянула она, оборачиваясь на шорохи в лесу, которые становились все громче. Потом сама довольно резво перелезла через забор и остановилась, ожидая меня.

— Пойдем скорее, — впереди было чистое поле, которое заканчивалось каким-то леском. Я махнул рукой в том направлении и пошел туда, ускоряя шаг. Сердце бешено колотилось, дыхание было частым и тяжелым, а в правую половину тела, начиная от груди, заканчивая бедром, словно воткнулись сотни острых игл, но времени для отдыха у нас не было.

Раздался какой-то громких хлопок, потом еще несколько. Я резко остановился и обернулся на звуки.

— Что это? — спросил я Диану.

— Прорыв ликвидируют, наверное, — пожала она плечами и зашла в лесок первая, прислонившись к дереву. — Повезло нам, конечно. Монстры очень слабые, максимум с первого уровня изнанки.

Я кивнул, решая, что узнаю о прорывах и изнанке несколько позднее, пока мое внимание привлекло здание, которое проглядывалось через деревья и стояло недалеко от этой рощицы, в которую мы забрели. Пока все не уляжется, оставаться на открытой местности не слишком хотелось.

Выйдя из леска, который скорее играл роль своеобразного забора, отделяющего дом от остального внешнего мира, я остановился возле открытых ворот на вид заброшенного и полуразрушенного здания, в котором были выбиты окна, а входная дверь отсутствовала.

— Ну тут, по крайней мере, можно будет найти хоть какое-нибудь оружие, — пробормотал я и первым зашел в дом, не обращая внимания на сомнения, которое испытывала Диана, и ее робкие попытки меня остановить.

Глава 3

Как только мы вошли в дом, недалеко раздался жуткий рев, который стремительно приближался к нам.

Я схватил с пола кусок выбитого стекла и резко обернулся в сторону входа. К нам со всех лап неслись три монстра, того же вида что и тот, который встретился нам в лесу.

Диана, вскрикнув, спряталась за моей спиной, буквально оцепенев и не решаясь убежать вглубь дома. Твари, завыв в очередной раз, синхронно кинулись в открытый проход за легкой добычей. Бежать было глупо, поэтому я, откинув девушку подальше от себя, приготовился к новому бою, прокручивая в голове призрачные шансы на успешную схватку.

Как только один из монстров достиг порога, по внутренним стенам дома пошло голубое свечение, которое начало стремительно расходится по потолку и полу вглубь помещения. Волк завыл и вспыхнул ярким голубым пламенем, который сжег монстра за считанные секунды, оставив на крыльце только небольшую кучу зловонного ярко-зеленого пепла. Я опустил осколок стекла, глядя, как сияние распространяется и по придомовой территории, обжигая оставшихся монстров, которые даже не пытались сбежать, скалясь, рыча и поливая землю своей едкой слюной.

Запах паленой шерсти, сгоревшего мяса и чего-то кислого проник в дом. От этой вони начали кружиться голова и слезиться глаза, поэтому я, схватив девушку за руку, потащил ее вглубь дома, стараясь как можно дальше спрятать от отравляющих воздух паров. Сияние постепенно затухало, но я надеялся, что это не одноразовое защитное заклинание и оно сможет нас уберечь от очередной атаки, если таковая последует.

Такая неожиданно мощная защита придала уверенности Диане и она, освободив свою руку, уже самостоятельно шла следом за мной, озираясь по сторонам.

Дом, на первый взгляд, был абсолютно не жилым, причем очень давно. Повсюду была многолетняя грязь, мусор, осколки выбитых стекол вперемешку с крысиным пометом. Мебели никакой не было, словно отсюда все вывезли в спешке и оставили помещение, чтобы никогда сюда не вернуться. Но, тем не менее, защиту они не сняли, что, скорее всего, спасло наши жизни.

Углубляясь вглубь дома, мы слышали, как в отдалении начали выть сирены, значит, снаружи все еще было не безопасно, поэтому разумнее всего было оставаться здесь.

Мы, молча, забрели в небольшую комнатку, отделенную от просторного помещения большими колоннами и аркой. Судя по сохранившимся петлям, тут когда-то стояли двери. Сколько же лет пустовал этот особняк?

В темном углу комнаты стояла кровать, заваленная ворохом самого разного тряпья. Пока это была единственная мебель, которая встретилась нам в этом доме. Внезапно, прямо на нас выбежала довольно упитанная крыса, принюхалась к нам, и, юркнув между нами, довольно быстро скрылась из вида.

Диана вскрикнула от неожиданности, но замолчала, прикрыв рот рукой, лишь глядя на меня испуганными глазами.

— Не думал, что ты боишься крыс, — усмехнулся я, подходя к вороху тряпья.

— Эта крыса-переросток выскочила неожиданно, — скривилась она, показывая, что совершенно не испугалась, но с места все же не сдвинулась. — Может, не нужно тебе туда идти. Не нравится мне все это. Тем более, сирены перестали выть, значит, можно уже обратно возвращаться.

— Да что может случиться? — хмыкнул я, внутренне все же напрягаясь. Меня словно тянуло к этой куче на кровати, и это было далеко не праздное любопытство.

Как только я подошел к кровати, то в нос ударил кисло-сладкий тошнотворный запах разлагающегося тела. Я отшатнулся, попытавшись сделать шаг назад, но уткнулся спиной в какой-то невидимый барьер, который не пропускал меня. Обернувшись, я внимательно осмотрел пространство перед собой, ощупывая невидимую стену рукой, пытаясь найти в ней хоть какую-нибудь брешь.

— Костя? — Диана обеспокоенно сделала несколько шагов в моем направлении. — Что случилось?

— Не подходи, — крикнул я, краем глаза замечая, как куча тряпья зашевелилась.

Я повернулся к кровати, подходя к ней ближе, подозревая, что источник моего невольного и неожиданного заточения находится именно там.

Высунувшаяся из тряпок костлявая рука, покрытая сухой кожей и какими-то гнойными язвами, схватила меня за рукав рубашки и притянула ближе. Я попытался разжать пальцы и высвободиться, но сила, которую прикладывал этот человек, была явно больше той, которой обладало мое новое тело. Внезапно, старик резко сел на кровати, вперившись в меня безумным стеклянным взглядом. Его лицо больше напоминало череп, обтянутый желтым пергаментом, а желто-зеленые нарывы на коже, которые были распространены по всему телу, казалось, готовы были лопнуть от малейшего телодвижения.

— Как удачно, — прокряхтел он, выдавая подобие улыбки беззубым ртом. — Молодой. С большим потенциалом. Ты тот, кто мне нужен.

— Кто вы? — перестал вырываться я, тихо и спокойно обращаясь к старику.

— Это неважно. Уже неважно. Ты сам все поймешь, — закрыл он глаза и сделал резкий рывок под визг Дианы, обхватывая обеими руками мою голову.

Как бы я не хотел освободиться, но не мог пошевелиться. Меня будто парализовало, а единственное, что я мог делать, это дышать. Мощный разряд электрического тока пронзил мое тело, от чего сердце на мгновение остановилось, дыхание перехватило, а перед глазами встала кромешная темнота.

Боль от рук старика шла волнами, меняясь на жар, а затем на спасительный холод. Перед глазами мелькали молнии и яркие светящиеся огоньки в той кромешной тьме, которая все никак не рассеивалась. А потом пришло ощущение пустоты, которая постепенно заполнялась чем-то теплым и успокаивающим в груди, распространяясь по всему телу.

Сколько это продолжалось, я не знал, но внезапно начал понимать, что могу двигать сначала руками, потом ногами. Когда движения во всем теле восстановились, то скинул руки старика со своей головы и упал на пол, стараясь побороть тошноту и головокружение.

Немного придя в себя, я поднялся на ноги, откидывая тряпки с полуобнаженного тела и внимательно осматривая старика. Он был мертв. Все нарывы вскрылись, буквально окропив его тело смердящим гноем. Стеклянные глаза мертвеца глядели в потолок, а его губы растянулись в блаженной улыбке. Я не знал, что он со мной сделал, но вся боль в теле после схватки с подростками и волками ушла, будто ее не было вовсе.

Я покачал головой и развернулся, буквально столкнувшись с подлетевшей ко мне Диане. Она ощупывала меня, постоянно заглядывая мне в глаза, стараясь убедиться в том, что я жив и ничего смертельного не случилось.

— Я в порядке, — улыбнулся ей, шевеля пальцем на руке, движения которого словно что-то сковывало.

На безымянном пальце прямо на моих глазах формировались очертания какого-то довольно крупного перстня. Красноватые линии пересекались, вспыхивали, буквально впечатывая изображение в кожу. Скрывать от девушки это сияние было уже поздно, поэтому мы вместе смотрели на это явление. Когда все закончилось, я приблизил руку к лицу, рассматривая нечеткую гравировку. То ли кот, то ли рысь, в общем, что-то из семейства кошачьих.

— Да быть того не может, — девчонка схватила мою руку и начала крутить ею, вглядываясь в мое новое украшение. — Но ты же не являешься его последним родственником, ведь так? — пристально посмотрела она на меня, пытаясь разглядеть что-то новое.

— Да я понятия не имею, кто это такой, — покачал я головой, закрывая глаза.

Я немного лукавил. После того, что старик сделал со мной, мне стало известно, что он последний представитель своего рода, маг, который обладал тотемом духа-покровителя. Он был своего рода охотником, который спускался на глубокие уровни изнанки, истребляя тварей, на манер тех, что напали сегодня на нас. Что такое изнанка я пока сформулировать четко не мог, но откуда-то знал, что это своеобразный мир, или скорее осколки миров, населенные монстрам. Твари, на которых вел охоту старик, были гораздо сильнее этих волков, причем намного. Последняя его вылазка закончилась плачевно, и единственное, что он мог сделать, это добрести до этого старого дома, в надежде залечить раны. Но этого не получилось.

Я прошел в середину комнаты, отсчитывая половицы от кровати. На пятой опустился на колени и вынул деревяшку, открывая тем самым тайник, который организовал старик, как только вернулся со своей последней охоты.

Достав сверток, я развернул бархатистую, на вид и на ощупь очень дорогую ткань, извлекая его содержимое. На ладони лежали три довольно крупных кристалла, переливающихся на свету. Один из них был не прозрачным, как остальные, а зеленоватого цвета, чуть светлее изумруда.

— Да это же целое состояние, — прошептала Диана, округлив глаза, не решаясь прикоснуться ни к одному из них.

— Сначала их нужно оценить, — кивнул я, глядя на макры. Это слово само всплыло в голове, скорее всего, доставшись от вложенной памяти старика. Голова начала довольно сильно болеть, а в висках пульсировать. Причем боль настигла меня так внезапно, что я чуть не выронил сокровище, которое из последних сил прятал старик в старом заброшенном доме.

— Слышишь? Кто-то идет! Прячь скорее, — как сквозь вату донесся голос девушки, которая ринулась на выход из комнаты, чтобы посмотреть на непрошенных гостей. Мысли путались и скакали, как белки под возбуждающей наркотой. Незнакомые слова буквально всплывали в памяти, вызывая новые волны головной боли.

Кое-как трясущимися руками, я завернул камни обратно в тряпицу и сунул ее в карман штанов, после чего оторвал от рубашки тонкий лоскут ткани и обмотал им руку, чтобы скрыть перстень, который, по какой-то причине, снять не смог. Только после этого с чувством выполненного перед собой долга, я упал на пол и закрыл глаза, чтобы хоть как-то облегчить боль.

— А потом мы побежали и нашли этот дом, — возбужденный голос Дианы ворвался в мозг, выводя меня из какого-то серого тумана, в который я изо всех старался не провалиться. Я резко сел, открыл глаза, понимая, что боль в голове прошла. Никогда не думал, что буду, как обычная балованная девица страдать от мигрени.

В комнату вбежала Диана и какой-то мужчина, одетый в одежду, напоминающую обычный военный камуфляж, который был распространен в регулярной армии при императоре у меня в мире. Мужик был коренастым и крепким, в руках он держал какое-то ружье или что-то подобное ему. Окинув комнату цепким взглядом, он остановил его на мне, нахмурившись, после чего подошел, сел рядом со мной и принялся меня внимательно осматривать.

— Ты как, парень? Цел? — доброжелательно поинтересовался он, беря в руки нож и разрезая на мне рубашку, несмотря на мои довольно активные сопротивления. Но я особо не усердствовал, прекрасно понимая, что нельзя злить мужика с ножом, которым он размахивает возле твоего лица.

— Все хорошо, что вы делаете? — попытался я встать на ноги, но мужик меня схватил за плечи и насильно усадил обратно.

— Плохо дело. Не болит? — спросил он у меня, рассматривая мой правый бок. Я опустил глаза и удивленно охнул.

Начиная от грудины, заканчивая правым бедром шли глубокие три царапины от когтей. Они не кровоточили и не саднили, и были покрыты толстой зеленой коркой. Я даже не заметил, как монстр успел меня поцарапать, видимо, когда прыгнул на меня в последнем своем смертельном прыжке.

— Не болит, — покачал я головой.

— Эй, тут еще один, лекаря сюда, живо, — гаркнул он, затем снова повернулся ко мне. — Сейчас будет немного больно, но это необходимо, чтобы яд волколака не распространился дальше. Раз уже не болит, то нужно все сделать, как можно быстрее.

Я закусил губу, приглушая вскрик, когда он ножом полоснул по корке, выпуская из раны зелено-красную пену.

В комнату влетела молодая женщина. На вид ей было лет сорок, чуть полновата, с добродушным взглядом и полуулыбкой, которая тут же слетела с ее лица, как только она взглянула на рану. Отстранив мужика, который все еще сдирал твердую корку с моего тела, она внимательно осмотрела рану и покачала головой.

— Очень странно. С такой раной дольше пяти минут обычно не живут, но яд в ней словно покрылся толстой капсулой и не стал распространяться, — она обратился к мужчине.

— И что это может значить?

— Не знаю, нужно разбираться. Я бы сказала, что его энергопотоки самостоятельно начали восстанавливаться, — пожала она плечами и достала из небольшого чемоданчика какую-то мазь и щедро намазала ее на царапины, которая, вступая в контакт с ядом, вспенивалась и обжигала здоровую кожу.

Все внимательно смотрели на бурную реакцию, включая меня. Как только пена сошла, рана полностью очистилась, а кожа начала стремительно стягиваться и зарастать.

— В общем все, повезло тебе, — похлопал меня по плечу мужик и помог подняться. — Забирайте их, а этому уже не помочь, судя по степени разложения, он мертв уже как сутки, — махнул он в сторону трупа старика.

Нас с Дианой молча вывели из дома и посадили в странного вида автомобиль, где на пассажирском сидении, кроме нас никого не было. Машина тронулась с места, а меня будто рывком подняло куда-то вверх, в окружающее меня серое марево.

Я огляделся. Вокруг был серый плотный туман, который рассеивался сразу же, как только пытался потрогать его руками и делал в принципе хоть какие-то движения. Зажегшийся впереди свет растворил кружащуюся плотную серую дымку, явив моему взору довольно большой и богато украшенный пьедестал, на котором восседал здоровый кот. Он водил носом, прижимал свои небольшие ушки и постоянно дергал в раздражении своим пушистым хвостом. Густая длинная шерсть переливалась на свету, практически полностью скрывая короткие мощные лапы.

— Манул? — неуверенно проговорил я, глядя на статного зверя.

— Человек? — поинтересовался он. Мне могло показаться, но в его голосе мне послышалось какое-то ехидство. — Сомневался, что его состояние позволит такое сделать, — прохрипел он и тут я понял, что рот манул не открывает, а его голос звучит у меня в голове. — Первого попавшегося, без моего одобрения, ненавижу людей, — фыркнул он.

— Какой-то ты агрессивный манул, — хмыкнул я, за что получил невидимой лапой в глаз.

— Я не просто манул, а бог! — пафосно раздался у меня в голове голос. — И сейчас я решаю, становиться ли покровителем для тебя или нет. — Он, наверное, около минуты молчал, забавно ведя носом, словно принюхиваясь ко мне. — А, ты из этих, — наконец, протянул он. — Скоро от чужаков тут будет не протолкнуться, а все кровь обновляют. Что ты знаешь о тотемах и духах покровителях? — резко сменил тему кот, пристально глядя мне в глаза. Внезапно я понял, что вложенная стариком информация, частями начала складываться в осмысленные вещи и мысли.

В этом мире основная сила магов заключается в благословении тотема, силу которого маг получает через артефакт — родовой перстень. Тот самый, который сейчас красовался на моем пальце. У каждого рода — свой собственный бог-покровитель, которые могут делиться своей силой со своими последователями и даровать им определенные способности. Вроде все просто, но не совсем понятно: причем тут я? Ведь я не принадлежу роду этого старика.

— Знаешь, мне тоже не особо понятно причем тут ты, — ворвался в голову голос манула. — Последний представитель моего рода мог бы выбрать себе кого получше. — Оскалился он, злобно сверкнув глазами. — Он перед самой своей смертью смог передать тебе свою силу, которая завязана, так или иначе, на мне. У моих последователей есть одно правило: как только патриарх рода чувствует, что умирает, он должен передать свою силу своему преемнику, как правило, подготовленному, обученному магу, а не первому попавшемуся бродяге со слабым потенциалом, — продолжал он меня гипнотизировать, внимательно разглядывая. — Но, как бы ты мне не нравился, Манулов не дал сгинуть мне в небытие на многие годы, — вздернул кот голову вверх, гордясь то ли собой, то ли своим последователем.

— Но как сейчас поступить? — нахмурился я, разглядывая перстень. — Я же безродный сирота, у которого даже магического потенциала быть не должно, да и официальным приемником старику я не являюсь, будет выглядеть подозрительно, как считаешь?

— То-то и оно! — поднял лапу вверх кот. — Пока снимай перстень и не показывай его никому. Манулы животные скрытные, умеют прятаться и никогда не показывают всем свою истинную силу. И если выполнишь мое задание, то я дарую тебе дар великого Манула.

— И? — обратился к коту, который в это время замолчал, видимо, чтобы я проникся важностью момента.

— Тебе нужно отправиться в Дом Всех Богов, ну или сделать вид, что идешь к нему, где я, твой бог-покровитель, официально выберу тебя своим последователем. Я никак понять не могу, почему от тебя пахнет какой-то псиной? — вновь принюхался он, а шерсть у него местами поднялась в раздражении.

— Не важно, — уклончиво ответил я, вспоминая, что всю жизнь имел дело с духом-защитником, которой была Белая Волчица. — Это все?

— Пока да, — махнул он лапой. — Единственное, что я дам тебе небольшой подарок, разложу всю информацию по своим местам в твоей голове, а то при смерти старик тебе такую кашу в голову влил, до сих пор удивлен, как ты на месте не свихнулся.

Я открыл глаза, ощущая, что автомобиль остановился. Посмотрев в окно, увидел знакомые ворота сиротского дома и, глубоко вздохнув, открыл дверь, выползая наружу, под пристальный злобный взгляд стоявшей напротив директрисы.

Глава 4

— Вы заставили нас поволноваться, молодые люди, — скривилась директриса, пристально глядя на нас. Я ничего ей не ответил, начиная в это время озираться по сторонам.

Вокруг сиротского дома было довольно многолюдно. С десяток мужчин в военной форме находились по близости, и, судя по всему, собирались уже уезжать. Испуганные ученики, включая шестерку, встретившуюся нам в лесу, топтались возле ворот. Они тоже только что прибыли и пока еще не успели войти на территорию Сиротского дома.

— Как вам удалось выбраться? — тихо спросила Диана у девушки, когда мы подошли к воротам.

— Залезли на деревья, волки не могут лазить по ним, — передернулась она, видимо, что-то вспоминая. — А вы?

— Отсиделись в заброшенном доме, — ответил я, глядя, как к нам подходят несколько мужчин. Они были одеты в строгие дорогие костюмы, без каких-либо вычурных украшений или вышивки, но сам их вид говорил о том, что все они явно были из высшего общества. Они смерили нас оценивающим взглядом и как-то синхронно перевели взгляды на директрису, которая переминалась с ноги на ногу рядом с нами.

— Все живы? — коротко поинтересовался один из них.

— Да, — кивнула она. — Это последняя группа из тех, кто был за пределами дома.

— Хорошо. Помощь лекаря нужна? — повернулся мужчина в нашу сторону.

— Уже нет, — покачал я головой, бросая взгляд на полностью затянувшиеся шрамы, которые представляли собой лишь едва видимые белесоватые полоски у меня на теле.

— Это радует, — улыбнулся краешком губ мужчина.

Он был старше остальных, но выглядел крепко. Его пронзительный взгляд так же скользнул по моему обнаженному торсу, особенно по тому месту, где виднелась засохшая на коже пена от лекарства целителя, вперемешку с грязью, кровью и зеленой жидкостью, выплеснувшейся из раны в первый момент, когда с нее содрали корку.

— Переоденьтесь и подходите к главному залу, собрание через тридцать минут, — кивнул он нам. — А с вами, Ольга Сергеевна, мы пока побеседуем на тему условий содержания детей в Сиротском доме и их ночных лесных прогулок, — прищурился он.

Я решил, что лишняя информация сейчас особо не к чему, тем более, компрометирующая, но девчонки явно хотели погреть уши и насладиться поркой проверяющих. Поэтому, Диану мне пришлось чуть ли не волоком тащить в направление главного входа.

— Мог бы дать дослушать, — фыркнула она, как только мы переступили порог дома и наткнулись на детей, находившихся в момент прорыва в помещении. Все они наперебой начали спрашивать, что произошло, буквально набрасываясь на нас с хищным блеском в глазах.

Отвечать я не стал, поэтому молча прошел в направление своей комнаты, которая все так же была пуста. Немного подумав, прошел до конца коридора, где, как я и предполагал, находилась общая душевая. Расписание висело на двери и, изучив его, узнал, что сейчас как раз время для посещения мужской половины сиротского дома. Вернувшись в комнату, захватил сменную одежду и направился туда, чтобы смыть с себя грязь, кровь и едкую слизь волколака.

На меня никто не обращал внимания, и даже как-то подозрительно не здоровались, лишь один парнишка младше меня года на четыре приветливо кивнул. Судя по тому, что случилось в лесу и по поведению остальных воспитанников дома, с Денисовым тут никто общаться не стремился.

Стоя под тугими струями горячей воды, я закрыл глаза, стараясь усвоить хотя бы часть информации, которая стала мне доступна.

Попал я в Российскую Империю, во главе с Императором. Классовое разделение было во всей красе и в самых классических его проявлениях от барона до князя. Про магию мне, так или иначе, было понятно, после встречи с манулом. Но вот с прорывами и изнанкой пришлось разбираться. Как оказалось, в этом мире существовали определенные слабые точки, через которые можно было построить спуск на изнанку, своеобразные иные миры, разделенные на уровни. Чем ниже уровень, тем страшнее монстры, населяющие этот мир. На изнанке были особенности каждого уровня, точки спуска в него и тому подобная информация, которой была забита моя голова. Старик довольно успешно промышлял охотой на монстров на нижних уровнях изнанки, чему и посвятил свою жизнь, не оставив наследников. В принципе, неплохой способ дохода, если ты не из титулованных баронов и графов.

С сожалением выключив воду, я переоделся и вернулся в комнату, чтобы оставить грязные вещи. Повертев в руках сверток с кристаллами, взятый из дома старика, я положил его под матрас, не найдя более подходящего места для временного тайника. Немного подумал, все же смог наложить простенькую охранную печать. Простому человеку взломать ее будет проблематично, но маг, даже самый слабый, ее даже не заметит. Энергии от сил природы все же генерировалось очень мало. И, как я понимал, виной тому являлись тотемы, которые в этом мире были не только животного происхождения, но и растительного. Без поклонения и покровительства богов, взять энергию у растений было невозможно. Но ничего, нужны тренировки и в конечном итоге, я смогу перестроиться на энергетический фон этого мира. Всегда нужно иметь козырь в рукаве, и я надеялся, что магия печатей в этом мире не развита или вообще не изучена. Посмотрев на себя в зеркало, стараясь привыкнуть к своему новому отражению, вышел из комнаты.

Где находится этот самый главный зал, я не имел ни малейшего понятия, поэтому решил все же спуститься вниз и найти хоть какой-нибудь план эвакуации, где должно было быть указано расположение комнат.

Возле лестницы на меня налетел возбужденный белокурый вихрь, в котором я признал Диану. Она переоделась, как мне показалось, во все лучшее, что у нее было, и сменила серый мешковатый балахон на рубашку по ее фигуре и какой-то жилет, которые на сей раз обтягивали ее фигурку, привлекающую внимание всех проходящих мимо подростков. Она обняла меня и, отстранившись, пристально посмотрела в глаза.

— Ты в порядке? Я так волнуюсь, но и представители училищ могли бы и подождать немного с отбором. Понимают же, что все находятся в стрессе, после происходящего, — затараторила она и, схватив меня за руку, повела по лестнице вниз, а потом через гостиную по нескольким, не отличающимся друг от друга коридорам.

Я не слышал ее щебетание, стараясь запоминать не только дорогу, но и мельчайшие особенности, в виде количества дверей, расположении окон и, в конечном итоге, пресловутый план эвакуации, который висел на стене рядом с выходом из гостиной. Всегда нужно знать пути отхода, хотя бы приблизительно. Эта простая истина находилась у меня на подсознательном уровне, вбитая туда годами, в прямом смысле этого слова.

Когда мы, наконец, дошли до главного зала, представляющего собой большое помещение с небольшим возвышением и трибуной напротив входа, то увидели, что все выпускники сиротского дома были уже на месте. Они сидели на расставленных возле стен стульях и напряженно переглядывались, и переговаривались. Всего я насчитал пятнадцать человек без нас, хотя, их должно было быть ровно двадцать, если верить словам Дианы.

В центре зала было довольно большое пустое пространство, в центре которого стоял стол с какой-то пирамидой небольшого размера. Ее вершина заканчивалась небольшим кристаллом, с переливающимися гранями на свету. Из взрослых никого пока видно не было.

— Где остальные? — тихо спросил я девушки, усаживаясь на свободное место.

— В больничке. Петька до сих пор в себя не пришел, после вчерашнего, — покачала она головой, прикусив губу.

Двери, ведущие в зал, захлопнулись, чем привлекли внимание всех собравшихся. В помещении наступила идеальная тишина, нарушаемая только шагами прибывшей делегации во главе с директрисой и еще какой-то девчонкой, семенившей рядом с ней, неся в руках ворох каких-то бумаг и папок.

— Тишина, — прогромыхал голос Койотовой. Судя по ее виду, директриса была не в самом хорошем настроении. Только молнии из глаз не метала, оглядывая своих воспитанников, но держала себя в руках, периодически бросая взгляд на троих мужчин, которые остановились возле трибуны, не поднимаясь на нее.

— Доброе утро, если его можно так назвать, — начал говорить мужик, который обещал взбучку директрисе у ворот сиротского дома. — Я рад, что прорыв удалось ликвидировать в рекордно короткие сроки и не допустить катастрофических последствий. — Он остановил свой взгляд, которым обводил присутствующих на мне. Я прямо смотрел на него, не отводя глаз, показывая всем своим видом, что скрывать от него мне нечего. — Сегодня ваш последний день пребывания в стенах дома, в котором вас воспитали, обучили и подготовили к взрослой жизни. Это важный момент, который определит ваше будущее. Отбор в профильные учреждения и в военное училище будет проводиться завтра утром. Вам необходим отдых, и мы это прекрасно пониманием, не смотря на наш плотный график. Сегодня все присутствующие пройдут только проверку на наличие дара и определения уровня магического потенциала. Все, кто находятся в больничном крыле, уже это сделали и, к сожалению, отбор в магическое училище не прошли.

Диана глубоко вздохнула и покачала головой, уткнувшись взглядом в пол. Она очень переживает за Петра и, кажется мне, связывает их не только дружба.

— Перед тем, как приступить к важной процедуре отбора в магическое училище, мне бы хотелось узнать одну деталь, — немного вперед вышел молодой мужчина и, усмехнувшись, провел рукой перед собой.

Прямо в центре зала буквально из воздуха материализовалась знакомая туша убитого мною волка.

— Так вот, мне бы хотелось узнать, кто из вас смог убить волколака в лесу рядом с окном прорыва? — обвел он всех каким-то смеющимся взглядом. Все начали переглядываться и удивленно перешептываться, но никто почему-то мои заслуги первым себе присвоить не захотел. Я прекрасно знал, что убийство твари изнанки в Российской Империи, куда меня занесло, никоем образом не наказывалось, а даже поощрялось, поэтому мне была особо не понятна робость воспитанников.

Несмотря на Диану, которая схватила меня за руку и покачала головой, пристально глядя мне в глаза, я поднялся со своего места, под редкие смешки и удивленные возгласы.

— Это сделал я, — уверенно проговорил, глядя на этого молодого мужчину. Он задумчиво на меня посмотрел, с ног до головы окидывая взглядом.

— Занятно, — пробормотал он и указал мне рукой, чтобы я подошел к нему ближе. — Я Николай Совинский — преподаватель на одной из кафедр военного училища Ангарска, — очередные удивленные вздохи и перешептывания.

В моей голове было довольно много информации про изнанку, монстров, магию, но элементарной географией Империи почивший старик почему-то не владел, поэтому лишь отдаленно мог представлять, где именно находится этот Ангарск и собственно наш сиротский дом. Было известно, что где-то в Сибири, которой управляет князь Тигров.

— Вы же, кхм, Константин Денисов, — скосил он глаза на папку, которую ему подсунула помощница директрисы, — приняты в нее вне отбора. Далеко не каждый необученный юноша сможет победить в схватке с монстром изнанки, хоть и первого уровня, — он пожал мне руку, как только я подошел к нему.

Под жидкие аплодисменты воспитанников и недовольное бурчание, я опустил руку преподавателя военного училища и хотел, было, развернуться, чтобы вернуться на свое место, как он меня остановил, положив руку на плечо.

— Разумеется, это будет возможным, если магическое училище не заберет тебя к себе. А поэтому раз ты вышел первым, то испытание тебе и открывать, — улыбнулся он, уступая место мужчине, который брал вступительное слово.

— Вам, Константин, следует подойти к пирамиде, стоящей в центре и просто положить на основания обе руки. Это не больно и совершенно безопасно. Больше ничего от вас не требуется.

Я кивнул и, развернувшись, подошел к конструкции, стоявшей в центре зала. Туша волка исчезла, словно ее и не было вовсе, осталось только едва заметное зеленоватое пятно, в том месте, где она находилась. Решив больше не заострять внимание на незначительных деталях, я сконцентрировался и положил руки на постамент, где стояла эта небольшая пирамидка. Прошло несколько секунд, но ничего не происходило. Удрученно покачав головой, не понимая, как такое могло произойти, если уж даже манул соизволил обратить на меня свое внимание, хотел, было, убрать руки. Но остановился, почувствовал небольшое жжение в ладонях. Кристалл на вершине пирамидки неожиданно засиял изумрудным светом, после чего взорвался, осыпав меня острыми мельчайшими осколками. Сама пирамидка треснула по центру и развалилась на две части, а основание, на котором лежали мои руки, обратилось в деревянную труху.

Стояла гнетущая тишина. Все мое лицо и руки саднили и чесались. Не исключаю, что осколки кристалла вонзились в незащищенную кожу. Теперь понадобиться много времени, чтобы их вытащить.

Я посмотрел на непроницаемое лицо мужчины, который, не мигая, смотрел на остатки своего артефакта.

— Что это может значить? — Совинский задумчиво потер подбородок и повернулся к спокойно стоящему коллеге. — Алексей Владимирович, у вас есть соображения на этот счет, кроме того, что мальчик простой вандал и уничтожил редкий и дорогой артефакт? — хмыкнул он, переводя на меня взгляд.

— В дороге могло случиться всякое, все-таки мы с вами путешествуем не один день, — наконец, проговорил мужик, глядя мне в глаза, изо всех сил, видимо, стараясь, в них что-то разглядеть. — Мила, — помощница директрисы тут же подскочила к мужчине, чуть ли в лицо не заглядывая преданными глазами. — Попроси моего помощника принести еще один артефакт определения, он должен быть в машине.

Девушка кивнула и буквально вылетала из зала, громко захлопнув за собой дверь.

— Сиротский дом не будет покрывать эти убытки… — проговорила директриса, нарушая возникшее молчание.

— Да помолчите вы, — раздраженно отмахнулся Алексей Владимирович, беря в руки папку с моим делом, которую до этого показывали Совинскому. В гнетущей тишине он переворачивал страницы, постоянно хмурясь.

Я стоял, как идиот, в центре главного зала, находясь под взглядами всех собравшихся. Даже мне, привыкшему к излишнему вниманию, как к главе клана, от подобного стало немного неуютно.

Наконец, двери открылись, и в зал вошел молодой паренек, который нес в руках черный футляр. Он подошел к столу и начал распаковывать, на первый взгляд, точно такой же артефакт в виде пирамиды, который взорвался под моими руками. Аккуратно собрав все щепки, осколки и остатки почившей пирамиды, он подошел к своему руководителю и встал рядом с ним, внимательно оглядывая собравшихся.

— Ну-с, молодой человек, можете повторить все заново, — кивнул Алексей Владимирович, отдавая папку своему помощнику.

Я неуверенно подошел и аккуратно положил ладони на новый постамент. В отличие от предыдущего, он был выполнен из темного камня, а на стенках пирамидки были видны какие-то знаки, которые начали загораться ярким красным светом снизу-вверх, как только мои руки прикоснулись к артефакту.

Алексей Владимирович сделал шаг вперед, не отрывая взгляда от пирамидки. Я, затаив дыхание, смотрел, как выгравированные символы зажглись до самой верхушки, а кристалл начал испускать приятное изумрудное свечение, все больше и больше разгораясь.

— Довольно, — прогромыхал голом мужчины. Я сразу же одернул руки и перевел взгляд на него.

— Удивительно большой потенциал, — проговорил молчавший до этого время третий мужчина. — Неужели вам в этом году повезло вернуться в училище не с пустыми руками?

— Что уж тут говорить, приятно и неожиданно, — кивнул головой Алексей Владимирович. — Константин, если вы желаете, то можете принять наше предложение об обучение в магическом училище Ангарска. Если ваш потенциал будет выше шестого уровня, то есть шанс пройти вступительные испытания в Иркутскую академию магии. Что вы скажете, вы согласны?

— Разумеется, — кивнул я, внутренне морщась. Он еще и спрашивает, согласен ли сирота без рода и перспектив к такому подарку судьбы.

— Хорошо. Присаживайтесь пока. Мне интересно узнать, есть ли в этом заведение еще какие-нибудь самородки? — серьезно проговорил он, не проявляя совершенно никаких эмоций.

Я сел под все еще направленными на меня взглядами воспитанников. Только теперь они все излучали не недоумение, как в прошлый раз, а злобу и ничем не прикрытую зависть. Только Диана радостно подпрыгнула на стуле и крепко меня обняла, вытирая слезы, выступившие у нее на глазах.

— Я так рада. Всегда верила в тебя. — Прошептала она и села на свое место, не выпуская мою руку из своей.

Я внимательно наблюдал за испытаниями остальных воспитанников, но раз за разом, кристалл оставался прозрачным. Когда подошла очередь Дианы, она вытащила вспотевшую вмиг ладонь из моей руки и на дрожащих ногах подошла к артефакту.

От напряжения, которое передалось от девушки ко мне, я встал, не отрывая взгляда от пирамиды. Медленно, словно с неохотой руны начали загораться, устремляясь к вершине. От неожиданности девушка икнула, глядя, как тускло загорается кристалл, излучая мягкое голубоватое свечение.

— Неплохо, — удовлетворенно проговорил Алексей Владимирович, сразу же беря в руки папку, предоставленную помощницей директрисы. — Присаживайтесь, я рад приветствовать вас в магическом училище Ангарска.

Девчонка взвизгнула и бросилась в мою сторону. Она рыдала то ли от радости, то ли от облегчения. Я даже не старался ее успокоить, просто прижав девчонку к своей груди.

— Будем покорять магические просторы вместе, — прошептал я ей на ухо, чем вызвал очередную волну истерических рыданий. Уж лучше б рот не открывал.

— На этом все. Денисов и Маринина, жду вас в кабинете директора через пятнадцать минут. Нужно будет обсудить некоторые детали, — проговорил Алексей Владимирович, направляясь мимо воспитанников к выходу.

— А пока займемся действительно интересным делом, — подошел ко мне Совинский. — Мы тут обсудили одну вещь и пришли к единогласному решению, что стоит наградить охотника и вернуть принадлежащий ему трофей.

Прямо посреди зала вновь появилась туша волколака, на которую указывал рукой преподаватель из военного училища.

Глава 5

Начавшие, было, выходить из зала воспитанники остановились и замерли возле входа, недоуменно глядя на наставника военного училища.

— Молодые люди, все на выход. — Нахмурился он, придерживая меня за плечо. — Константин, вас это не касается.

Все, недовольно переговариваясь, начали медленно тянуться на выход, напоследок одаривая меня недружелюбным взглядом. Да уж, услужил. Почему-то казалось, что мне предстоит бессонная ночь с ножом под подушкой. Диана, потоптавшись на месте, все же решила оставить нас наедине и вышла из зала последняя, прикрыв плотно за собой дверь.

Наставник, в свою очередь, взял нож с подноса, который принесла уже порядком уставшая помощница, и передал его мне в руки.

— Сама по себе, туша волколака ничего не стоит, но ты можешь извлечь из него крисп, чтобы потом продать или использовать самому. Ты знаешь, что это такое? — уточнил мужчина, пристально глядя на мою реакцию.

— Накопитель магической энергии, ну или что-то типа этого, — проговорил я, уверенно беря нож из рук Совинского. Такой щедрости я не ожидал. Волколак был монстром первого ранга. Слабенький и не особо ценный в нашем мире, но для сироты без каких-либо накоплений извлеченный из него кристалл — это был щедрый дар.

— Все верно. Магические кристаллы, макры или криспы добываются на изнанке из тел убитых монстров, редко из растений. Чем сильнее тварь, тем ценнее и крупнее извлеченный из него кристалл. Обычно он находится в груди монстра или в его мозге, — начал пояснять Совинский, словно объясняя новый урок у себя на кафедре. — Из туш некоторых монстров крисп может извлечь только человек, убивший его. Волколав не исключение. Справишься?

— Должен, — пожал я плечами, подходя к туше волколака. Вот поэтому его отдали мне, все равно воспользоваться им не смогли бы при всем желании. Совинский смотрел на меня с каким-то интересом, словно ждал того момента, что я брошу предложенный им нож и убегу.

Туши зверей мне ни разу не приходилось разделывать, но я знал, как это делал старик. У волколака крисп находился прямо под сердцем, поэтому, как ни крути, придется испачкать руки.

Чтобы не заляпать кровью рубашку, которых у меня практически не было, я разделся до пояса и сел на пол рядом с тушей волка. Сделав на груди разрез и сломав пару ребер, я запустил туда руку, стараясь нащупать искомый кристалл. Рука ухватилась за что-то твердое, поэтому я, не раздумывая, быстро вытащил камень из груди монстра. Крови не было, вместо нее была знакомая мне зеленоватая слизь, которая, на сей раз, не разъедала кожу. Покрутив в руке небольшой кристалл, я положил его на тот же самый поднос, откуда был взят нож.

— Довольно неплохо для юноши, который ни разу не встречался с монстрами изнанки, — прищурился Совинский, протягивая мне чистый платок.

Я пожал плечами, вытирая руки. Пусть сам гадает, откуда мне все это известно. Тем более, сомневаюсь, что он вообще имеет хоть какое-то понятие о том, как воспитываются сироты в подобных учреждениях.

— Пусть тут приберется кто-нибудь, — обратился он к Миле, которая всеми силами старалась не смотреть на разделанную тушу волка и, судя по ее бледно-зеленому цвету лица, с трудом сдерживала рвотные позывы. — Тушу закопать, желательно за пределами сиротского дома.

Та кивнула и буквально вылетела за двери, надеюсь за подмогой. Я вытер руки и положил платок рядом с волком, все равно его повторно использовать было нельзя. Только сейчас сообразил, что кольцо с изображением манула не было видно. Я прекрасно чувствовал его, но вот увидеть не мог. Неужели кот постарался? Это он хорошо придумал, а то о перстне, если честно, уже и позабыл. Одевшись, я взял в руки извлеченный крисп и повернулся в сторону Совинского, который все это время задумчиво смотрел на меня.

— Вам нужно на встречу с вашим будущим преподавателем, Константин, — кивнул он мне, показывая тем самым, что наше общение с ним подошло к концу. Испытывать его терпение я не стал, поэтому, попрощавшись, буквально вылетел из зала, чтобы меня не припрягли к уборке. Времени действительно было мало, а отведенные нам пятнадцать минут уже прошли.

Диана ждала меня в коридоре, ведущим в зал. Она напряженно прохаживалась недалеко от двери, но как только увидела меня, облегченно выдохнула и тут же подлетела ко мне. Я сделал глубокий вдох чистым воздухом, понимая, насколько спертым он был внутри главного зала. От начавшей уже постепенно разлагаться туши, шел едкий сладковатый запах, вызывая легкое головокружение, которое я не замечал, пока не вышел наружу. К счастью, через несколько секунд все неприятные ощущения прошли, и я мог уже мыслить здраво.

— Что он от тебя хотел? — спросила она у меня, прикусив губу. Выглядела девушка обеспокоенно и довольно напряженно. Волосы на голове редкими прядями выбились из косы, а щеки покрывал легкий румянец.

— Не знаю, — честно ответил я. — В честность и доброту давно уже не верю. Видимо, хотел узнать обо мне побольше. Но, так или иначе, у него получилось сделать небольшой подарок, в виде небольших подъемных на ближайшее будущее, — показав все еще зажатый в руке кристалл, который был раза в три меньше тех, что уже были у меня, я засунул его в карман штанов.

— Никому его не показывай, — зашептала она.

— Я что, по-твоему, дурак? — усмехнулся я. — Ладно, пойдем, а то мы уже и так опаздываем.

Диана, ойкнув, схватила меня за руку и понеслась по запутанным коридорам в другой конец здания. Интересно, связывало ли Денисова и Диану что-то помимо дружбы красивой, умной и пробивной девчонки и неуверенного в себе задохлика. По крайней мере, она постоянно, при первой же возможности, старается меня либо обнять, либо взять за руку.

За раздумьями к кабинету мы добрались на удивление быстро. В небольшой приемной возле массивных дверей, ведущих непосредственно в кабинет, стояла девушка, прижав ухо к одной из створок. Увидев нас, она сначала встрепенулась, но затем приложила указательный палец к губам и вернулась к своему прерванному занятию.

Диана, не преминув воспользоваться ситуацией, подскочила к дверям и тоже сосредоточенно прислушалась. Вот же любопытная особа.

— Девчонки, вам не кажется, что это как-то слишком…

— Денисов, замолкни, — прошипела Диана, не дав мне сказать и слова. Мне стало безумно интересно, чего они такого важного могли услышать, поэтому я, немного помедлив, присоединился к девчонкам, напрягая слух.

— В этом не было необходимости, — я расслышал тихий голос Койотовой, которая, судя по интонации, перед кем-то оправдывалась.

— Хорошо, оставим девушку в покое, но как вы могли при поступлении ребенка проигнорировать правила и не проверить на магический потенциал мальчишку? — прорычал Алексей Владимирович. Он говорил властным, громким голосом, даже не пытаясь скрыть своего раздражения. Кем он интересно является в магическом училище? Не обычным же преподавателем. Жаль, что в отличие от Савинского, он не представился. Я даже его фамилии не знал.

— Нам все известно об его матери… — Начала оправдываться директриса.

— Но ничего не известно об отце. — Оборвал ее Алексей Владимирович. — Данные не установлены, так написано в его личном деле?

— Его мать вряд ли могла родить ребенка от мага! — практически прокричала она.

— Да пусть хоть ветром ей беременность надуло! — уже сам повысил голос мужчина. — Правила, установленные самим князем Тигровым, однозначно гласят, что всех детей-сирот проверяют на наличие магического потенциала, и при его наличии такие дети воспитываются в специализированных домах. Последние несколько лет я мотаюсь по Сибири не потому, что надеюсь на чудо, а потому, что привык к тому, что такие, как вы, вечно злоупотребляете своей властью и полномочиями. За те недолгие часы, которые я провел в вашем заведении, мне посчастливилось зафиксировать столько нарушений, что их с лихвой хватит для того, чтобы засунуть вас в тюрьму лет на десять-двенадцать. А тот факт, что вы подвергаете детей опасности, нарушаете их основные права и, скорее всего, воруете немалые деньги — легко позволит вас повесить. — Перешел он практически на шепот. — И, будьте уверенны, я сам проверю документы, за все время вашей работы, и если выясню, что кто-то из детей в вашем заведении умер, то моя рука не дрогнет. Опыт в общении с детоубийцами у меня есть. Лично затащу на плаху всех причастных и затяну петлю так, чтобы страдали, как можно дольше.

— Кто-нибудь вообще в курсе, кто он такой? — тихо поинтересовался я у девчонок, но те только пожали плечами, также недоуменно глядя на меня.

Раздались шаги буквально рядом с дверью, к счастью, мы вовремя успели отпрянуть, сделав вид, что только пришли. Двери распахнулись, и в приемную вышел Алексей Владимирович. Посмотрев на нас, он махнул нам рукой, приглашая войти следом. Нам ничего не оставалось, как повиноваться, поэтому мы под сочувственный взгляд девушки, которая сидела за столом перед кабинетом, выполняя роль то ли секретаря, то ли очередной помощницы, вошли внутрь под протяжный скрип давно не смазанных петель на двери.

Директриса стояла рядом со своим столом, постукивая пальцами по столешнице и глядя куда-то мимо нас. Ее лицо было пунцовым, волосы на голове сбились в какое-то подобие вороньего гнезда, а губы ее были сжаты с такой силой, что превратились в две бледные полоски. Я бы на ее месте бежал отсюда, и как можно быстрее. Выбрал бы момент, когда этот странный мужик отвлечется и, даже не собирая вещей, свалил подальше. В то, что это обычный учитель из простого училища магии мне с каждой секундой верилось все меньше. Не может так себя вести обычный преподаватель, не в его это власти угрожать директору сиротского дома.

— Итак, молодые люди, — миролюбиво обратился Алексей Владимирович к нам, присаживаясь во главе стола на место Койотовой. Та даже не обратила на это свое внимание, все еще глубоко обдумывая ситуацию, в которой оказалась. — Если вы не передумали проходить обучение в училище магии Ангарска, то сообщаю вам, что мы отправляемся через час. Вас будет сопровождать мой помощник Андрей, вы с ним встречались недавно. Вас доставят в общежитие при училище и помогут обустроиться. Занятия начинаются, как и у всех, первого сентября, так что, у вас будет время обжиться и привыкнуть к новой обстановке.

Он замолчал, пристально нас разглядывая. Мы с Дианой неуверенно переглянулись, совершенно не ожидая такого стремительного развития событий.

— Я вижу, что вы находитесь в некотором замешательстве, — улыбнулся он нам. — Но такая спешка имеет к вам самое непосредственное отношение. Большего пока сказать не могу.

— А как же наши друзья… Мы же должны с ними попрощаться… — Неуверенно проговорила Диана. В ее глазах начала плескаться паника и беспокойство, что не удивительно: ее без предупреждения отрывают от прежнего места обитания и бросают в совершенно незнакомую обстановку.

— Все ваши друзья с выпуска будут проходить обучение в Ангарске, поэтому вы сможете встретиться с ними через два дня, — пояснил Алексей Владимирович. — Что же касается остальных, то советую не терять времени даром.

Диана кивнула и, не глядя на меня, вылетела из кабинета. Я же повернулся обратно к мужчине, который удивленно поднял брови.

— У меня есть несколько вопросов, — проговорил я ровно и уверенно. — Мне можно их задать?

— Разумеется, — кивнул он, более внимательно разглядывая меня.

— Кто вы? — прямо спросил я. — Мне о вас ничего не известно, но, тем не менее, должен ехать с вами, поверим, что в училище магии, просто потому, что какая-та пирамидка под моими руками взорвалась? Простите, но доверие — не моя сильная сторона.

Впервые за все время, которое я провел с этим мужчиной, он искренне рассмеялся, доставая из внутреннего кармана пиджака какие-то бумаги.

— Парень, а ты мне нравишься, — указал он на меня пальцем и протянул мне вынутые бумаги. — Впервые на моей памяти кто-то из воспитанников сиротских домов спросил об этом, — снова он улыбнулся. — Я — Алексей Владимирович Выдров, наставник на кафедре боевой магии училища в Ангарске. Так же я, по совместительству, если так можно выразиться, являюсь дознавателем при службе безопасности особого отдела, основанным князем Тигровым.

Я пробежался глазами по документам, которые, вроде как, подтверждали его слова. Верить, конечно, бумажкам, о подлинности которых не имел никакого представления, дело гиблое, но другого выхода все равно не было. Я протянул бумаги обратно наставнику, показывая небольшую расслабленность после его ответа. Директриса хмурилась, но в разговор не вмешивалась, хотя сама могла бы подтвердить или опровергнуть его слова. Ну, допустим, ему можно в некоторой степени доверять.

— Ты хотел спросить что-то еще? — поторопил меня Выдров, демонстративно посмотрев на часы.

— Я могу посетить Дом Всех Богов?

— Что? — удивился Выдров, вставая с кресла и выходя из-за стола. Он подошел ко мне и встал передо мной, заложив руки за спину. Директриса, тем временем, проскользнула за свой стол и начала тихо выдвигать ящики. — Откуда вы узнали об этом месте, молодой человек?

— Я слышал голос. — Начал я, стараясь напрямую не лгать. — Он велел мне пойти туда.

— Константин. Ты хочешь попытать удачу и воззвать к богам, чтобы кто-то из них обратил на тебя свое внимание и благословение. Но это очень опасно. Если никто не откликнется на твою просьбу, а кто-то посчитает, что своим присутствием ты оскорбляешь лично его, то исход может быть довольно плачевным, — он обошел меня по кругу и встал передо мной, как и обычно глядя мне в глаза.

— Но мне нужно туда попасть до начала обучения, — с нажимом повторил я.

— Ты удивляешь меня своей просьбой и настойчивостью. Я не в силах отказать тебе и запретить это сделать, но могу поинтересоваться, ты знаешь чей голос обращался к тебе? Я все вижу, — не поворачиваясь назад, проговорил он сквозь зубы, обращаясь к Койотовой. Директриса после его слов замерла и даже на несколько секунд перестала дышать. Она держала в руках какую-то серую папку, которую вытащила из верхнего ящика стола. — Положите все, что взяли на стол и займите место рядом со мной, чтобы я вас видел. Константин, я жду вашего ответа, — снова поменялся его голос.

— Сложно сказать, все было как будто во сне. — Я как мог, вспомнил ощущение нереальности происходящего во время разговора с манулом. Если этот тип эмпат или какой-нибудь менталист, которых я никогда терпеть не мог, потому что не имел возможности от них защититься, то в данный момент он должен был мне точно поверить.

Выдров усмехнулся и, отвернувшись от меня, подошел к столу.

— К реалистичным снам нужно относиться серьезно, но не всегда принимать их на веру. Хорошо, я помогу вам добраться до нужного места, даже если придется сделать приличный круг, но мне бы хотелось поприсутствовать во время ритуала, — повернулся он ко мне.

— Простите, а вам это зачем? — чуть не закатил я глаза, прекрасно понимая, что весь мой, как мне казалось, идеальный план летит ко всем чертям, где я просто делаю вид, что прошел необходимый ритуал, после которого обзавелся перстнем, котом и его покровительством.

— Стыдно признать, но я никогда не присутствовал при обретении бога-покровителя и основания нового рода, — он прищурился и слегка усмехнулся, глядя на мое замешательство.

В голове прозвучало рассерженное шипение, хотя, возможно, мне это почудилось. Но вот последующая за ним пара нецензурных слов, произнесенных знакомым голосом Манула в адрес этого подозрительного мужика, не оставила сомнений, что бог в настоящий момент смотрит за мной и следит как за моими поступками, так и за всем происходящим. Я ощутил в области безымянного пальца в том месте, где находился перстень, легкое покалывание, а потом уже непривычную пустоту. Перстень исчез, а, следовательно, манул покинул меня, надеюсь, что только на время.

— Хорошо, это будет очень интересный опыт для нас двоих, — кивнул я, стараясь не выдать раздражение, которое начало на меня накатывать.

— Тогда ничего не меняется. Выезд через пятьдесят минут. Сразу предупреждаю, что мне нужно будет заехать в одно место перед тем, как отправиться в Дом Всех Богов. Учтите, путь не близкий.

Глава 6

Я вернулся в пустую комнату и начал собирать немногочисленные пожитки Денисова. Соседей снова не было. Мне даже стало любопытно, с кем именно проживал мой предшественник и что с ним в итоге стало. Умер от побоев или просто произошел обмен телами? В этом мире есть магия, в принципах которой я пока еще не разобрался, поэтому на самом деле могло произойти все, что угодно.

Одежды было немного, собственно, как и личных вещей. Все уместилось в небольшой заплечный мешок. В самом дальнем конце полки с одеждой лежали скопленные сбережения, завернутые в толстую тряпицу. Всего я насчитал около десяти рублей. С голоду в первое время не пропаду, но вот хотя бы несколько комплектов одежды и самые необходимые вещи приобрести все же стоило. Как-никак в магическое училище поступаю. А этих денег, если верить знаниям старика, точно не хватит. В покрытии этих расходов мне должен был помочь крисп, добытый из волколака. Макры старика мне пока светить не слишком хотелось. Все же настолько ценных вещей у сироты быть не должно.

Положив макры в мешок, переместил на него охранную печать и задумался. Магия печатей довольно интересная вещь, нужно будет узнать, есть ли тут что-нибудь подобное. В памяти старика никакой, даже отдаленно похожей информации не было, но это не всемирная энциклопедия с дополнениями, чтобы полностью ориентироваться на его знания. Он вполне мог просто не знать.

Управлять внешними энергетическими потоками, завязывая их на определенный жест, очень трудно и требует на начальном этапе сильной концентрации. Но, как альтернатива слабому собственному внутреннему источнику, довольно интересна. Однако, если в этом мире у моего нового тела довольно сильный потенциал, как говорил Выдров, то комбинация энергетических потоков будет невероятна сильна.

Оглядевшись еще раз, я решил немного поэкспериментировать. Полчаса вполне хватит на то, чтобы узнать, сколько внешней энергии я смогу сгенерировать, а также определить свой начальный уровень. Необходимо знать, в каком направлении развиваться и с чего начинать свои тренировки.

Я сел на кровати и закрыл глаза, стараясь полностью расслабиться, хотя в незнакомом и довольно враждебном, по отношению ко мне, месте это было сделать достаточно трудно. Наконец, мне удалось достичь определенного чувства легкости. Я открыл глаза и понял, что смотрю на окружающие меня вещи, словно через изумрудную призму. Все чувства обострились, ощущались даже мелкие шевеления воздуха. Здесь и сейчас мне была доступна только энергия воздуха, которая довольно неохотно отозвалась на мой призыв. Кончики пальцев сначала слегка онемели, а затем появилось знакомое и приятное чувство жара в них, которое сменилось едва ощутимым покалыванием.

Я старался максимально сконцентрироваться, но дальше небольших манипуляций с потоками воздуха двинуться не получилось. Вся энергия, которая раньше с легкостью управлялась мной, теперь не хотела подчиняться, и рассеивалась практически сразу, как только оказывалась под моим влиянием.

Мне с сожалением пришлось замкнуть контур охранной печати, которая получалась у меня еще утром, убеждаясь в том, что выше первого уровня плетения мне пока не доступны. Распирающее чувство жара во всем теле появилось внезапно. От неожиданности я даже потерял концентрацию, вскакивая с постели. Создавалась ощущение, что мои руки и туловище были пронизаны сотнями раскаленных спиц, металл которых расплавлялся прямо во мне, как только встречался с кровеносными сосудами. Я практически чувствовал, как что-то тяжелое перемещается вместе с током крови и генерируется в районе ладоней. Давление было такое, что мне чуть ли не разрывало руки. В то же время, энергия воздуха, которую я все еще на автомате пытался собрать, наоборот, начала буквально впитываться через кончики пальцев, а не оседала на них толстыми нитями, как это было ранее.

Через несколько секунд, мне стало тяжело дышать, а сердце забилось неровным частым ритмом. Я хотел только одного: избавиться от этой тяжести и ощущения усиливающегося жара.

Я несколько раз глубоко вздохнул и выдохнул, закрывая глаза. Нужно успокоиться и сконцентрироваться. Успокаивающая прохлада тут же потянулась от сердца, начиная остужать руки и тело. А теперь самое время избавиться от поглощенной, пока непонятно каким образом, внешней энергии. Не придумав ничего лучшего, я выбросил вперед руки и направил потоки через них обратно, стараясь максимально рассеять их в пространстве.

Чудовищный по силе взрыв сбил меня с ног, однако, сразу пришло ощущение свободы и легкости от покинувшей меня тяжести и притупленного прохладой жара. Я открыл глаза, пытаясь хоть что-то рассмотреть в поднявшейся пыли.

Как только вся грязь начала оседать, я с удивлением обнаружил, что нахожусь в центре руин, которые раньше были жилой комнатой. Потолок треснул и местами обвалился. В одной из стен, разделяющей между собой комнаты, была пробита довольно внушительная дыра, через которую на меня испуганно смотрели три парня лет десяти. Половицы в некоторых местах просто сорвало, обнажая каменную кладку, а все стены были покрыты мелкими трещинами. Кровати и стол разлетелись на мелкие доски и труху, целым остался, на удивление, только шкаф, который стоял на том же самом месте, где и раньше. Через выбитую дверь, в комнату заглядывали люди, останавливаясь в проходе и не решаясь пройти внутрь.

Я поднялся на ноги и начал отряхиваться, но только еще больше размазывал грязь по единственным штанам, которые у меня были. Плюнув на это гиблое дело, я поднял голову и встретился взглядом с разъяренной директрисой, которая от гнева не могла вымолвить и слова, только открывала и закрывала рот.

— Что тут происходит? — прошипела она, делая шаг в моем направлении. — Ты что тут устроил, мерзкий паршивец⁈

— Я бы попросил не выражаться в присутствии детей младшего возраста, — холодный голос Выдрова развернул директрису и заставил буквально вытянуться в струнку.

Наставник спокойно подошел ко мне, разглядывая комнату, постоянно хмурясь. Не удивлюсь, что оценивает ущерб, который мне не покрыть. По крайней мере, точно не в ближайшее время. Он остановился напротив и принялся меня осматривать с ног до головы.

— Цел? — коротко спросил он.

— Вроде бы, — пожал я плечами, осматривая свои руки, только сейчас обнаружив, что все синяки и ссадины, с которыми проснулся несколько часов назад, буквально исчезли, а глубокие мозоли на ладонях от тяжелой работы в сиротском доме растворились, не оставив и следа. Это меня так та женщина-лекарь подлечила или что-то произошло еще, чего я не заметил?

— Что ты сделал? — спросил Выдров, кивнув, когда удостоверился, что я не умираю прямо тут на месте.

— Ничего. Просто в груди появилась тяжесть и чувство жара, а потом произошел взрыв, — честно ответил я.

— Занятно, — потер он задумчиво лоб. — Я никогда не слышал о том, чтобы маг не контролировал свои энергетические каналы, особенно, когда не прошел инициацию. — Он в который раз пристально на меня посмотрел и покачал головой. — Ты оказался прав, Константин, тебе как можно быстрее нужно обзавестись покровительством бога-зверя. Я надеюсь, ты собрался? Андрей ждет тебя возле входа.

Он развернулся и молча удалился из комнаты, через образовавшийся коридор расступившихся воспитанников. Директриса, одарив меня очередным презрительным взглядом, засеменила следом за ним, стараясь не отставать и вести себя, как преданнейшая собачка. Все собравшиеся хмурились и недружелюбно на меня смотрели, но что-либо говорить мне не решались. Вот и поэкспериментировал. Сейчас нужно вести себя, как можно аккуратнее, чтобы больше не привлекать избыточного внимания и не угодить в клетку, где на мне будут проводить различного рода опыты, чтобы понять, как именно у безродного зародилась подобного рода разрушительная магия.

Едва найдя в ворохе пыли и обломков свой мешок, я закинул его себе за спину и двинулся к выходу. Все расступались, опасаясь меня и моей неконтролируемой силы, и провожали меня завистливыми и довольно злобными взглядами до самого выхода из сиротского дома.

— Мы еще встретимся, — на грани слышимости услышал я позади себя.

Обернувшись, увидел того самого бугая, который первым получил от меня в лесу. Он буровил меня взглядом, сжимая и разжимая кулаки, явно в мечтах разрывая меня на куски.

— Не скучай, — оскалился я, быстро разворачиваясь и выходя из здания, в который раз утверждаясь, что некоторых людей жизнь точно ничему не учит.

Встречаться с ним мне не слишком хотелось, тем более, я прекрасно понимал, что он мне не противник. Он думает, что станет сильнее, но, ведь и у меня будет время, чтобы привести себя в форму, особенно сейчас. По какой-то причине я не чувствовал усталости и боли в мышцах и связках, после той схватки в лесу. Странно, но мне казалось, что мое тело словно стало сильнее и выносливее, и это за неполные двенадцать часов.

Меня действительно ждали. Возле распахнутых настежь ворот стоял странного вида автомобиль, рядом с которым находился помощник Выдрова. Он расслабленно читал какую-то газету, лишь изредка бросая взгляд на главный выход из здания. Увидев меня, он свернул газету и, открыв дверь салона автомобиля, закинул ее туда.

Довольно бодро спустившись вниз по главной лестнице, я буквально подлетел к Андрею, который кивнул мне в знак приветствия.

— Ну что, молодой человек, будем знакомы. Меня зовут Андрей Шмелев, и я буду какое-то время вас сопровождать. Понятия не имею, что в вас нашел Выдров раз отправил меня нянчиться с вами, но приказы начальства обычно выполняются, — он нахмурился, прекратив меня разглядывать, видимо, не найдя ничего интересного, после чего указал на открытую дверь салона автомобиля.

Долго упрашивать меня было не нужно. Я юркнул внутрь, даже не взглянув последний раз в сторону сиротского дома, от которого просто тянуло в мою сторону враждебностью, а от пристальных взглядов, до сих пор направленных в спину, у меня уже зудело меж лопаток.

Внутри автомобиля уже ожидала Диана, которая волнительно ерзала на своем месте.

— Сейчас мы с вами направляемся в сторону Иркутска, оттуда на дирижабле до Новосибирска, — пояснил Андрей, садясь на переднее место рядом с водителем, повернувшись к нам. — Всего в Империи существует два Дома Всех Богов. Один находится в Москве, второй у нас в Сибири, разумеется, в столицу мы не полетим.

— Разумеется, — усмехнулся я, понимая, что довольно неплохо все на самом деле сложилось. Путь был не близкий, и без поддержки Выдрова и его финансирования до нужного места мне бы пришлось добираться очень и очень долго. До начала учебного года точно бы не успел. Я откинулся на спинку, расслабляясь, когда машина практически бесшумно тронулась с места.

— Пока находимся в пути, я должен рассказать о некоторых нюансах, — отвернулся от нас Шмелев, продолжая разговор. — Обретение бога-покровителя и основание нового рода или новой ветви рода — это смертельно опасное дело. Ты, Константин, должен быть уверен в том, что собираешься сделать. На кону, без преуменьшения, твоя жизнь.

— Ты с ума сошел! — перебила мужчину Диана, буквально набросившись на меня. — Зачем тебе это? Подожди, у тебя же… — Отстранилась она от меня, выразительно косясь на руки, которые я скрестил в это время на груди.

— Как минимум затем, что у меня неуправляемые внутренние потоки, — усмехнулся я, помахав перед ней рукой без каких-либо украшений, когда она хотела, было, возразить. Не нужно было обладать ментальной магией, чтобы догадаться, что именно она хотела сказать.

— Я правильно понимаю, что… — прошептала девушка, округлив глаза.

— Да, не слишком удачно все получилось, — перебил я ее, чтобы она не сболтнула лишнего. Как я уже понял, девчонка очень часто дает волю эмоциям и может в это время себя плохо контролировать. — Я не смог взять свою силу под контроль и чуть не разрушил половину здания, только чудом кого-нибудь не убив. Так что, другого выхода у меня нет. Мне нужен тотем, который поможет в контроле. А почему Диана едет с нами? — спросил я, когда до меня дошло, что по пути до Новосибирска ее высаживать никто не собирается.

— Потому что по поводу Марининой никаких указаний не было, — пожал помощник Выдрова плечами.

— Конечно я еду с тобой, — тряхнула головой девушка, довольно ощутимо ткнув меня локтем в бок. — А ты что, против?

— Когда я был против твоей компании? — улыбнулся я, чувствуя, что обретение покровительства Манула превратится в полный фарс. Интересно, а на это шоу можно будет продавать билеты? Одним зрителем больше, одним меньше, разница небольшая, а денег на таком цирке заработать можно.

Наступила тишина, прерываемая только едва слышным шелестом колес по дороге. У меня было время все обдумать, особенно просьбу кота отправиться в Дом Всех Богов. Как по мне, было лучше и гораздо проще сделать вид, что перстень на руке сам собой появился, после смерти главы рода. Насколько я понимаю, никто не в курсе, кто именно являлся отцом Денисова. Так почему бы не приписать эти заслуги почившему старику?

Думая всерьез над этой идеей, я покопался в обрывках памяти старика, понимая, почему у Манула даже мысли такой не возникло, чтобы хоть немного упростить нам с ним жизнь. Почивший Манулов был социопатом, замкнутым в себе охотником на изнанке. Любил азартные игры и алкоголь, и поэтому имел довольно много врагов, а долгов еще больше. Да уж, мне бы не хотелось иметь к нему хоть какое-то отношение, ведь долги и враги, как правило, не только в полном объеме, но еще и с процентами передаются наследнику. Кстати, покровительство Манула старик так же получил в Храме, так что коту не привыкать действовать подобными методами. Дорожка протоптана, все правила известны, чего мудрить и что-то новое изобретать?

— Я не знаю, говорил ли Выдров вам или нет, но другой способ обретения защиты бога-покровителя есть, — проговорил Андрей. — Пойти в служение в какой-нибудь род, получив таким образом все, что тебе сейчас необходимо: контроль, защиту и доступ на изнанку. Вы же знаете, что на изнанке в незащищенных специальными куполами или контурами местах без кольца находиться не представляется возможным?

— Нет, но это не важно, — внутренне поморщился даже от упоминания перспектив, что мне предстоит стать чьим-то слугой. Я привык возглавлять, а не подчиняться. — С Алексеем Владимировичем мы все обговорили, и он не против того, чтобы я попробовал воззвать к богам, поэтому вам отвертеться от увлекательнейшего путешествия явно не получиться, — усмехнулся я, глядя в окно автомобиля на местность, которая нас окружала.

Леса, дороги, леса, дома, какие-то поселения. От однообразной картинки я задремал, краем уха слушая разговор между Шмелевым и Дианой, в котором они обсуждали перспективы служения роду и стороннему богу-покровителю. Все-таки этот взрыв смог истощить меня, а информация, даже благодаря усилиям Манула, не смогла как следует усвоиться, от чего в голове снова начало шуметь и появилось болезненное чувство распирания в висках. Мне даже начало казаться, что многие знания, словно истаивают и ускользают, оставляя только некую базу об этом мире. Я неуклонно скатывался в полноценный сон, прерываемый только бубнежкой и эмоциональными возражениями девушки.

— Когда я пройду ритуал и стану главой нового рода, то обязательно возьму тебя себе в служанки, если ты так горишь желанием перед кем-то выслуживаться. Будешь мне еду готовить, одежду стирать. Не переживай, я тебя не брошу, — пробурчал я, прерывая очередные размышления Дианы о великолепных перспективах для таких, как мы, если суметь присоединиться к какому-либо роду, на правах слуг.

Похоже, мое предложение девушка оценила, потому как обиженно отвернулась и, наконец, замолчала, давая мне немного времени на полноценный отдых.

Глава 7

Добрались до места назначения мы довольно быстро. Несколько часов перелета на дирижабле ничего, кроме скуки и крупицы информации о делах в Империи, почерпнутой из местной газетенки, не принесли. Дом Всех Богов находился в удалении от Новосибирска, так что Шмелеву пришлось нанимать машину, чтобы проехать пару часов, удаляясь от всех, даже издали видимых благ цивилизации. Остановившись возле густого леса, без единого намека на хоть какую-нибудь тропу, мы выбрались из автомобиля и продолжили путь через труднопроходимую лесную чащобу. Если бы не воспитание Андрея, то я смог бы почерпнуть много о себе нового и пополнить словарный запас местным жаргонизмом, но тот упорно молчал, только пару раз скрипнув зубами за все время нашей пешей прогулки, занявшей чуть больше часа.

На месте нас уже ждал Выдров, который переговаривался с седовласым мужчиной, одетым в какое-то подобие мантии. Незнакомец стоял к нам спиной. Его длинные волосы были забраны аккуратно в хвост, перевязанный черной лентой. Я ожидал увидеть такую же длинную бороду и пронзительный взгляд на морщинистом лице, но как только собеседник Выдрова повернулся, то меня постигло какое-то разочарование. Хитрый взгляд с прищуром на гладко выбритом, практически мальчишеском лице совершенно не вязался с образом, который я себе представлял, увидев того со спины.

— Как прошло ваше путешествие? — поприветствовал нас наставник.

— Спокойно, на удивление, — немного задумавшись, ответил Шмелев, глядя перед собой каким-то обеспокоенным взглядом.

Я его прекрасно понимал. Само место, в котором находилось строение, представляющее собой довольно скромное здание из белого кирпича с одним входом и двумя этажами, вызывал трепет и потусторонний ужас. Все здесь было пропитано силой, которая буквально душила, не давая вздохнуть полной грудью. Дом Всех Богов стоял на пустыре на небольшом возвышении. Первое, что бросилось мне в глаза, это практически полное отсутствие какой бы то не было растительности в довольно большом радиусе от самого здания. Собственно, как и каких-либо животных и птиц было не видно и не слышно. Вокруг стояла гнетущая тишина, которая давила на плечи, заставляя сутулиться и склоняться даже таких породистых аристократов, как Выдров и Шмелев.

Диана выглядела довольно испуганной и притихшей, переминаясь с ноги на ногу, постоянно озираясь по сторонам. Все-таки не так я себе представлял место поклонения и воззвания к богам-покровителям.

— Я так понимаю, это и есть наш юный маг со склонностью к прорицанию? — обратился ко мне непонятного возраста мужчина.

— Константин, это смотритель Дома Всех Богов — Сергей Давыдов, обращаться к нему следует настоятель, — взял слово Выдров, проигнорировав вопрос мужчины.

— И у вас даже нет тотема? — вырвалось у меня сразу же, как только я услышал его фамилию.

— Молодой человек, находясь на службе в Доме Всех Богов, иметь бога-покровителя не слишком разумный ход, — усмехнулся он. Я мысленно отвесил себе подзатыльник. Мог бы и сам догадаться, а не встревать с неуместными вопросами. — Почему вы решили, что достойны такой чести, как основание нового рода и защиты бога-покровителя? — довольно спокойно и ровно спросил он, но взгляд его был насмешливым. Осмотрев меня с ног до головы, он явно пришел к какому-то выводу, который вряд ли мне бы понравился.

— Пускай боги решают, достоин я или нет. Не мне отвечать на этот вопрос, и не вам оценивать. — Раздраженно ответил я, бросая взгляд на Диану, которая пристально на меня смотрела огромными глазами. Ей не хотелось находиться в этом месте, и девушка бы с радостью удрала отсюда, но по какой-то причине все же не решалась оставить меня одного.

— Достойный ответ, — кивнул настоятель, после чего развернулся ко мне спиной и направился в сторону закрытых дверей самого здания. — Любопытно будет посмотреть на такого самоуверенного наглеца. Но давайте уже приступим к ритуалу. Не мне решать за вас подобные вопросы и отговаривать от безумных поступков.

Я пожал плечами и двинулся за ним следом, не до конца понимая смысла всего этого пронизанного до основания Храма пафоса.

— Я, пожалуй, останусь здесь, — неуверенно проговорила Диана. Обернувшись, заметил, как кивнул Шмелев, но Выдров довольно решительно двигался за мной, не желая пропускать подобного зрелища.

— Почему вы хотите присутствовать? — еле слышно спросил я наставника, как только переступил порог Храма. — Ни за что не поверю, что в Империи так мало желающих попытать счастье в обретении покровительства бога.

— Ну почему же, — он поравнялся со мной и как-то хищно улыбнулся. — Я довольно часто присутствую при подобном, только, как говорил ранее, никто пока не смог выйти отсюда с тем, что стремился тут получить.

Я ничего не ответил, только внутренне усмехнулся. Не слишком, видимо, боги желают обрести могущество и силу, раз отказывают всем в их начинаниях. Надеюсь, Манул не передумал давать мне свое покровительство, а то не хотелось бы выглядеть перед всеми полным идиотом, провалившим свое первое важное испытание в этом мире.

Внутри было неуютно и пусто. Стены из необработанного серого камня, высокий потолок с тусклыми светильниками в центре, в дальнем углу небольшая лестница, ведущая на второй этаж. Прямо посредине находился алтарь, буквально усыпанный крупными кристаллами разного цвета. Они переливались при неярком свете, придавая алтарю потусторонний блеск и сияние. Прямо перед алтарем был начертан круг, внутри которого виднелись символы, выложенные небольшого размера макрами, образующие внутри круга свободное пространство.

— Разденьтесь до пояса и подойдите ко мне, — проговорил настоятель, находясь уже возле алтаря. Он сделал какое-то движение руками, и макры внутри круга начали светиться, ослепляя, даже при мимолетном взгляде на них.

Я повиновался, скинув с себя мешковатую рубашку, и подошел к мужчине, аккуратно переступая линию круга и все большее разгорающиеся символы.

— Не беспокойтесь, больно не будет, — улыбнулся он мне, взяв в руки глиняную миску, заполненную какой-то жидкостью, в которую обмакнул самую обычную художественную кисть.

Начертив на моей груди и спине несколько символов, он указал рукой на внутренний круг.

— Пройдите внутрь и сядьте на колени, — скомандовал он. Его взгляд изменился, стал более серьезным, а все его движения более собранными.

Как только я сел на колени, стараясь не задеть периметр круга, настоятель начал читать то ли молитву, то ли какое-то заклинание, по крайней мере, слов мне разобрать не удалось. Все кристаллы, которые находились в этот момент внутри Храма, одновременно ярко зажглись, сразу после того, как он закончил свою речь. Я поморщился от жжения и легкого покалывания, которые начали усиливаться в том месте на теле, в котором были начертаны символы.

Я чувствовал, как воздух вокруг меня начал уплотняться, а над алтарем появился серебристый дымок. Символы на груди и спине, судя по ощущениям, словно обвели острым ножом по их контурам, принося неприятную, но терпимую боль.

Дымок завихрялся, приобретая очертания кота, который гордо распушил хвост и шел по тропе, ведущей из неизвестности, приближаясь к нам, постепенно увеличиваясь в размерах. Я мог бы поклясться, что увидел ехидный оскал на его морде, когда тот остановился и показался над алтарем в своем призрачном обличие.

— Не может этого быть, — прошептал Выдров за моей спиной. Я хотел, было, обернуться, чтобы увидеть недоумение, отразившееся на его лице, но внезапно налетевший ледяной ветер, пронизывающий мое тело насквозь, отвлек от посторонних мыслей.

Серая плотная тень метнулась в сторону Манула, сливаясь с ним в единый серо-белый вихрь. Кристаллы один за другим начали то гаснуть, то снова загораться, а в помещении стало очень холодно. Зубы непроизвольно застучали, а все тело пробила дрожь, когда пол и стены покрылись толстой ледяной коркой.

— Что происходит? — сквозь свист ветра донесся голос Выдрова.

— Я не знаю, такого никогда не случалось, — прокричал настоятель Храма, когда мое тело пронзила нестерпимая боль. Символы на груди засветились изумрудным светом, а кожа на их месте лопнула, мелкими брызгами окропив пол.

Я стиснул зубы, стараясь подняться на ноги, но невидимая сила будто прижимала меня, заставляя приклонить голову и тело к полу. Из раны потянулась сначала одинокая изумрудная ниточка, затем вторая, потом хлынул изумрудный поток, который вплетался в вихрь, разрастающийся под потолком и уже практически занявший весь периметр комнаты. Слабость и ощущение пустоты накатывало на меня, с каждым биением сердца все больше усиливаясь.

— Вытащи его оттуда, — как сквозь вату донесся голос наставника. В глазах двоилось, но был единственный положительный во всем этом момент: я больше не ощущал холода и боли. — Он сожжет все энергетические мосты!

— Я не могу. Пока длится ритуал, невозможно пересечь круг ни с одной, ни с другой стороны! Любой, кто попытается, будет просто уничтожен на месте, — услышал голос настоятеля, едва оставаясь в сознании.

Внезапно все прекратилось. Стало тепло и светло. Тело приобрело легкость, и больше не было ощущения давящей откуда-то сверху на меня силы. Я посмотрел на свою грудь, но не увидел на ней ни символа, ни ран, ни даже затянувшегося шрама. Кожа была абсолютно чистая.

В помещении стояла подозрительная тишина. Выдров и Давыдов, переглядываясь, молча смотрели на то, как начинают уже в своем правильном ритме гаснуть кристаллы сначала на алтаре, а затем на символах вокруг меня.

Я, едва сдерживая тошноту от слабости и головокружения, поднялся на ноги и осмотрелся. Все выглядело точно так же, как и во время нашего прибытия сюда, словно тут и не было этого странного вихря и ледяной корки, покрывшей все стены и пол.

— И что, на этом все? — покачал я головой, стараясь увидеть хотя бы намеки на призрачного Манула над алтарем, которые бы показали, что бог-покровитель выбрал меня своим почитателем.

— Я не знаю, — неуверенно проговорил настоятель, уже более внимательно глядя на меня. — Такое на моей памяти впервые. Что ты чувствуешь?

— Слабость. Очень сильную слабость, — проговорил я. И желание убить одного усатого бога-зверя, который так позорно кинул меня. Но довольно эффектно, чего уж тут скрывать.

— Ты на грани магического истощения. Еще несколько секунд, и твои энергетические каналы просто бы перегорели, — подошел ко мне Выдров, протягивая рубашку, которую подобрал с пола. Я трясущимися руками начал одеваться, как почувствовал знакомое покалывание и жжение в области безымянного пальца.

Подняв руку, приближая ее к своему лицу, я смотрел, как формируется перстень с изображением Манула в центре на синем переливающемся камне.

— Невероятно, — хором проговорили мои сопровождающие, хватая мою руку и разглядывая перстень.

— Это очень редкое явление, за последний год только трое удостоились внимания богов, — поднял на меня взгляд настоятель Храма.

— Почему-то в этом парне я не сомневался, — как-то расслабленно похлопал меня по плечу Выдров. — Ну что, готовь документы, через неделю зачисление в училище, нужно, чтобы все было оформлено правильно и своевременно, — повернулся он к настоятелю, который, наконец, выпустил мою руку и скривился, словно съел целый лимон вместе с кожурой. — А тебя поздравляю, теперь ты не Константин Денисов, а Константин Манулов.

— Спасибо, я рад, что все закончилось так, как планировал. — Пробубнил я. Хотелось поскорее оказаться на улице, чтобы вдохнуть чистого воздуха и избавиться от ощущения каменного гроба, в котором я находился. Стены словно сжимались, уменьшая пространство внутри храма, но я прекрасно понимал, что это игры моего восприятия. — От меня что-нибудь требуется? — все же решил уточнить. Не каждый день в новом мире свой собственный род основываю.

— Пока нет. Когда все будет готово вас пригласят в мэрию, где нужно будет ознакомиться с правилами и подтвердить все факты, подписав кучу бумаг, — ответил мне настоятель, глядя на меня уже более внимательным взглядом, без намека на недоверие и какие-либо усмешки.

— Хорошо, буду ждать. — Кивнул я и, пошатываясь, побрел к выходу из храма, где возле дверей нарезала круги Диана, грызя ногти на руке от волнения.

Увидев меня, девушка бросилась в мою сторону, а я в этот момент ощутил какой-то рывок и провалился в серую дымку.

Открыв глаза, я увидел Манула, что сидел, обвив лапы своим пушистым хвостом, на своем постаменте, который видел в первую нашу встречу. Выглядел бог потрепанно, шерсть стояла дыбом, а местами виднелись довольно грубые проплешины. Шея его была мокрая, а шерсть на ней слиплась толстыми сосульками. Одно ухо было разорвано, а смотрел он на меня, прищурив один глаз.

— Что случилось? — спросил я, все еще не до конца понимая, как богу можно было принести такие значительные увечья, да и в принципе покалечить. От моего вопроса кот распушился и задергал в раздражении кончиком хвоста, единственное, что сохранилось на теле Манула целым.

— Я не знаю, откуда взялась эта псина! — прошипел разъяренный голос в моей голове. — Еле справился с ним. Как-никак за черту меня еще не вынесло, поэтому смог победить в схватке. И чем ты так ему приглянулся?

— Псине? — удивился я, вспоминая тень, бросившуюся на Манула.

— Ладно, не псина, но волков я тоже не слишком жалую, — уже более спокойным голосом проговорил он. — Не суть. Это наши личные заморочки, в которые обычным смертным, то есть тебе, лезть не стоит. Я настраивался на приветственную и пафосную речь, а ты сбил мой настрой. Как у тебя получается одним словом вывести меня из равновесия? — в очередной раз дернул Манул хвостом. — В общем, буду краток. Ты являешься единственным из рода Мануловых, и это держит меня в этом мире и не дает уйти на покой. Я изменю своим принципам и убеждениям, потому как сомневаюсь, что в следующий раз мне так легко удастся сохранить свое существование в мире. Ты, как единственный представитель рода, сейчас просто обязан добиться для него достойного места среди остальных родов, продолжить свой род и набрать тех, кто будет поклоняться мне, таким образом делая меня сильнее. Сейчас я слаб, но даже в этот момент могу передать тебе несколько способностей, которые будут отличать род Мануловых от остальных.

— Хорошо прятаться, медленно бегать и всех ненавидеть? — не удержавшись, хмыкнул я, когда бог в очередной раз сделал паузу, чтобы я прочувствовал важность момента.

— Не следует недооценивать мощь своего бога-покровителя и его злить, — в голосе дикого кота послышались нотки угрозы, поэтому я примирительно поднял руки и сделал очень серьезное и задумчивое лицо, на которое только был способен. — Мы — охотники, и род Мануловых всегда ими будет, и не важно останешься ли ты один, вопреки моим указаниям, или заведешь огромную семью с многочисленными поклоняющимися мне слугами. Я дарую тебе всего лишь пару умений, которые помогут тебе пройти инициацию: истинное зрение и идеальная маскировка. — Манул задумался и пристально на меня посмотрел. — Твоим первым заданием будет пройти инициацию на изнанке. Но в этом я тоже тебе помогу. Тебе нужно вернуться в Ангарск и найти тайник старика, с ним ты быстро разберешься и поймешь, что тебе следует делать.

Все пространство перед глазами заволок серый плотный туман, через который не было видно даже очертаний теперь уже действительно моего бога-покровителя. Очередным рывком меня перенесло обратно в реальный мир, в котором я очнулся, лежа на крыльце, а надо мной склонился наставник и Диана, которая трясла меня за плечи, стараясь привести в чувства.

Глава 8

— Ты как? В порядке? — спросила Диана, обеспокоенно разглядывая меня. Я убрал ее руку со своего плеча и поднялся. Слабость в теле еще присутствовала, но меня хотя бы уже не клонило в сон. Так что, было намного легче.

— Вроде, да, — ответил я, поворачиваясь к Выдрову, который тихо разговаривал о чем-то со Шмелевым, лишь изредка бросая на меня заинтересованный взгляд.

— Что там случилось? — спросила девушка, поежившись, когда двери храма распахнулись и из него, вслед за холодным воздухом наружу вышел настоятель.

— Получил благословение грозной пушистой лапой, — отмахнулся я, не вдаваясь в подробности, разумно полагая, что о делах со своим богом-покровителем не принято распространяться. Мысли о том, что единоличному триумфу Манула помешал волк, все не отпускали, как только я услышал о нем от кота. Не может же такого быть, чтобы дух-защитник из моего мира смог переместиться вместе со мной. Он бы точно, в таком случае, показался мне раньше, известив о своем присутствии.

Я посмотрел на сереющее небо вечерних сумерек, прикидывая, что внутри Дома Всех Богов пробыл достаточно много времени, часа два, не меньше. Хотя мне казалось, что прошло совсем немного времени.

— Вы все это время ждали меня возле ворот? — обратился я к Диане, только сейчас замечая, что девушка выглядела уставшей и немного осунувшейся. Она пожала плечами, не давая вполне очевидный ответ на глупый вопрос. — Не хочешь сама попробовать? — я кивнул на распахнутые настежь двери.

— Нет, — замотала она головой, глядя на меня, как на умалишенного. — Я ничего не знаю об этом месте и даже не думала, что подобное существует. От него просто веет какой-то потусторонней жутью, которая буквально заставляет нести ноги подальше от Дома Всех Богов. Это ли не знак, что внутрь заходить все же не стоит? — прикусила она губу, нервно теребя пуговицу на рубашке.

— Может быть. Я ничего подобного не чувствовал, — покачал головой, глядя, как двери закрываются сами собой, тихо и довольно медленно. — Как только наберешься в себе уверенности, мы обязательно сюда вернемся, — ободряюще улыбнулся я ей, поворачиваясь в сторону подошедшего Выдрова.

— Так, молодые люди, уже достаточно поздно, поэтому нужно выдвигаться обратно и не испытывать терпение разбуженных нашим присутствием богов. Вы с Андреем отправитесь назад в сторону Новосибирска и переночуете там, а утром уже полетите в Ангарск, — задумчиво проговорил он.

— А как же вы? — не удержался я от вопроса, хотя это было довольно бестактно с моей стороны.

— А я закончу свои дела. Надо уже до конца разобраться с вашим директором, ну это если вам интересно, — усмехнулся он. — Все, пора уходить. — Он первым направился в сторону ожидающих мужчин.

— Похоже, он все знает, — покраснела Диана. — Ну, что мы подслушивали тогда.

— Да уже не все ли равно, — отмахнулся я от нее, подходя к Андрею, по пути хватая свой мешок с вещами, который оставил возле входа в Дом. Темнело с каждой минутой все сильнее, и я не представлял, как мы будем передвигаться по лесу ночью. Мы и днем чуть ноги себе все не переломали.

Настоятель кивнул, когда мы все собрались и сделал несколько шагов в сторону. Я внимательно следил за каждым его движением, буквально кожей чувствуя шевеления воздуха, как только он повернулся к нам лицом. На его ладони вспыхнул небольшой синий огонек, от которого тянуло холодом даже на расстоянии. Он резко вытянул вперед руку и очертил круг, создавая его границы и контуры пляшущим синим пламенем. Круг начал увеличиваться в размерах, а внутри него начала формироваться зеркальная гладь, точно такая же, какую я видел во время прорыва в лесу. Правда, там она дергалась и постоянно рябила, а тут все было стабильно.

Андрей кивнул настоятелю и первым сделал шаг в это своеобразное окно, скрываясь в зеркальной глади телепорта. То, что это был именно он, сомневаться не приходилось.

— Ну, что стоим, давайте уже бегом, — крикнул Давыдов довольно напряженным голосом. Держать окно перехода открытым, судя по всему, было довольно сложно и требовалось приложить много усилий и энергии. Я, немного помешкав, все же сделал несколько шагов, пересекая линию огня, проваливаясь буквально на секунду в пустоту.

Ощущения были неприятные. Словно меня прокатили на карусели на самом экстремальном режиме. Замершее сердце вновь начало ровно биться, а подступивший к горлу ком неохотно начал опускаться вниз к желудку.

Диана появилась сразу же за мной, натыкаясь мне в спину, чуть ли не сбивая меня с ног. Окно телепорта начало уменьшаться, пока полностью не захлопнулось с каким-то щелчком и слабой вспышкой.

— А вот так путешествовать постоянно нельзя? — спросил я, вспоминая длинный путь от сиротского дома до Дома Богов.

Я огляделся по сторонам. Переместились мы в длинный темный проулок прямо напротив входа в какое-то серое, неприметное двухэтажное здание. Вывесок никаких я не увидел, хотя крыльцо было очень хорошо освещено. Андрей стоял неподалеку, ожидая, кода мы придем в себя.

— Почему же? Можно, но только если ты очень богатый человек или маг, специализирующийся на перемещениях. Магия пространства очень редкая. Различные свитки могут помочь в этом, но они все же не для повсеместного использования и стоят очень больших денег. А использовать пространственную магию рядом с Домом Всех Богов может только настоятель, если честно, это единственный способ выбраться оттуда. Если идти по дороге, по которой мы шли к нему, в обратном направлении, то можно будет плутать по лесу очень долго. А если кто-то все же решится использовать пространственную магию рядом с воротами Дома или воспользоваться свитком, то того ждет очень большое разочарования. Таким способом можно отправиться исключительно на изнанку, причем в случайное место и на любой, даже самый низший уровень, — пояснил он. — Пойдемте, день выдался длинным и насыщенным, нам всем следует отдохнуть.

Он развернулся и направился к дверям здания, возле которого мы стояли. Переглянувшись с Дианой, мы двинулись следом. Я постоянно озирался по сторонам, буквально чувствую на себе какой-то посторонний взгляд. Если бы я находился в своем мире, то сказал бы, что это квартал какого-нибудь преступного клана, довольно специфичное место для нелегальной деятельности.

Зайдя внутрь, я удивленно остановился, осматривая довольно богато уставленный холл классической гостиницы, далеко не низшего уровня. Внутри на белых диванчиках сидели несколько мужчин, делая вид, что увлеченно читают последние новости местной газеты, хотя сами внимательно следили за входом.

— Что это за место? — Тихо шепнула мне на ухо Диана, схватив меня за руку и крепко сжав ладонь.

— Да если б я знал, — негромко ответил я, догоняя Шмелева, который уже подошел к стойке, стоявшей прямо напротив входа, за которой находился молодой парень в строгом костюме. Он приветливо улыбнулся Андрею, одновременно с этим окидывая нас с Дианой немного удивленным и неприязненным взглядом.

— Будьте добры, два номера. Один одноместный, другой двухместный с раздельными комнатами, — коротко бросил он, кладя на стойку руку, показывая тому родовой перстень. Парень, только взглянув на него, сразу вытянулся чуть ли не в струнку, прибавив визуально к своему росту сантиметров десять. Его взгляд больше не косил в нашу сторону и был направлен исключительно на Шмелева. Не хотелось бы ошибиться, но и этот наш невольный спутник был не так прост, как и его начальник. Парень, тем временем, на ощупь достал несколько ключей из-под стойки и выложил их перед собой рядом с рукой Шмелева.

— Третий этаж, комнаты двадцать и двадцать четыре. Может, вы хотите все же воспользоваться апартаментами наверху, отведенные специально для вас?

— Нет, — холодно бросил Андрей, направляясь в сторону лестницы, лишь кивком головы молча указав нам, чтобы мы следовали следом за ним. Диана неуверенно двинулась с места, все еще не выпуская свою руку из моей.

— Вы какая-то местная знаменитость? — тихо спросил я, когда поравнялся со Шмелевым. Тот затормозил у основания лестницы и, повернувшись к нам, засмеялся.

— Не совсем, — ответил он. — Мой отец основал ряд подобных перевалочных пунктов для охотников. Здесь очень высокий уровень защиты от тварей изнанки и есть некоторые услуги, которые интересны только охотникам. Это не слишком известное в общих кругах место, если на то пошло. Сейчас вы находитесь на нулевом уровне изнанки, именно поэтому тут не так многолюдно, и попасть можно исключительно через пропускной пункт, ну или так, как попали в это место мы, — терпеливо объяснил он.

— Но мне говорили, что без перстня на изнанке нельзя находиться. У Дианы его нет, — нахмурился я, осматривая холл в очередной раз. Все уже, не скрывая интереса, таращились на нас, о чем-то перешептываясь.

— Это защищенное место, поэтому люди без кольца могут вполне комфортно существовать здесь. Мы окружены специальным защитным куполом, такой же стоит на училище магии в Ангарске, где вы будете проходить свое обучение.

Я кивнул, удовлетворившись ответом. Старик о подобных местах не знал и никогда не был, хотя именно охотой он и промышлял. Решив не забивать подобным голову, мы поднялись по широкой лестнице на третий этаж. Комнаты располагались в центре коридора друг напротив друга. С нумерацией я запутался, так и не понимая, как именно раздавались номера комнатам. Рядом с нашей находились комнаты три и тринадцать.

Открыв дверь нашего номера, мы с Дианой вошли в небольшой тамбур, из которого вело три двери. Две в небольшие комнатки, и третья в ванную комнату, совмещенную с туалетом. В номере находился лишь небольшой шкаф, стол и одноместная кровать.

Бросив свои немногочисленные пожитки на стол, я лег на кровать, закрывая глаза, давая девушке первой привести себя в порядок и смыть с себя дорожную пыль.

Манул говорил о двух способностях, которые он, якобы, мне даровал. Идеальная маскировка и истинное зрение. Если с первым было более-менее понятно, хотя, как его использоваться, я пока не разобрался, то, что такое истинное зрение даже из названия было не совсем понятно.

Вот же противный кот, не мог инструкцией поделиться хотя бы. Если бы я не знал, что подобные способности у меня в теории могли быть, то ни за что не подумал бы об их наличии, потому как совершенно никаких изменений в своем организме я пока не чувствовал.

Раздался робкий стук в дверь. Я открыл глаза и резко сел на кровати под звук открывающейся двери.

— Я могу войти? — неуверенно спросила Диана, заглядывая внутрь.

— Конечно можешь, — удивился такому изменившемуся поведению девушки. — Что случилось?

— А почему ты решил, что что-то случилось, — закрыла за собой дверь Диана, подходя ко мне и садясь на край кровати.

— Ты как-то изменилась. Ладно, я. Получил по голове и ничего не помню, но тебя вроде бы никто не бил, — пристально посмотрел я на девушку, которая опустила голову, разглядывая простой серый ковер с коротким ворсом, которым был застелен пол.

— Ну раньше мы были одинаковые, сироты без рода и семьи. Теперь ты глава нового рода, я же не могу обращаться к тебе по статусу равной себе, — пробубнила она, все еще не поднимая головы.

— Ты ерунду не неси, — вскинулся я, повышая голос. — Вот из-за этого я точно не собираюсь рвать отношения с единственным человеком, которого знаю в этом мире. Если ты забыла, то я все еще ничего не помню, и ты являешься моим единственным проводником, пока я либо ничего не вспомню, либо не узнаю обо всем заново. А, может, ты судишь по себе и, если бы представилась подобная возможность, то сразу же сделала вид, что меня не существует? — прищурился я, удовлетворенно глядя, как она раздраженно подняла голову, вперившись в меня злым взглядом.

— Как ты мог о подобном вообще подумать⁈ — воскликнула она.

— Ну ты же как-то подумала, — покачал я головой.

В комнате воцарилась тишина, во время которой Диана не отрывала от меня взгляд, сжимая и разжимая кулаки. Мне уже начало казаться, что она бросится на меня разъяренной фурией, но пронесло. Она успокоилась, глубоко вздохнула и неожиданно для меня разревелась. Я совершенно не знал, как успокаивать девушек в такие моменты, поэтому просто прижал ее к себе, гладя по мокрым волосам, давая время, чтобы та сама пришла в себя и прорыдалась.

— Прости, я такая дура, — отстранилась она от меня, вытирая ладонью покрасневшие глаза. — А ты говорил тогда правду? Ты правда можешь взять меня в свой род прислужницей?

— Нет, я соврал, — поморщился я. Девушка вскинулась, но потом вновь опустила голову и протяжно всхлипнула. Я понял, что она находится на грани истерики, поэтому решил сразу же все прояснить. — Потому что я не позволю, чтобы ты склоняла перед кем-то голову и была у кого-то в услужении. У тебя есть дар, ты сильная, умная и целеустремленная, и я не вижу благоприятного исхода в том, чтобы ты целовала кому-то ноги. Этим на своем будущем ты поставишь крест. Хочешь кольцо? Добросовестно учись магии, стань сильнее, и ты обязательно дождёшься того момента, когда боги обратят на тебя свое внимание. Ну, или, в крайнем случае, могущественная магиня всегда может войти почти в любой род на своих условиях.

Она смотрела на меня, усваивая те слова, которые я пытался до нее донести.

— Наверное, ты прав, — довольно серьезно проговорила она и тряхнула головой. — Но ты должен пообещать, что если я стану по настоящему сильной магиней, то мы серьезно вернемся к этому разговору еще раз.

— Разумеется, — выдохнул с облегчением я, избежав довольно неловкой ситуации.

— Ну тогда договорились, — улыбнулась она, поднимаясь с постели.

— Постой, — я ее остановил, вставая на ноги. — Ты мне можешь помочь кое в чем?

Она кивнула, вопросительно приподняв бровь. Все время раздумывая над способностями, дарованными Манулом, я пытался хоть как-то понять, что именно нужно делать. И именно сейчас мне удалось почувствовать какие-то изменения, происходящие в моем теле. Чем больше я думал о маскировке, тем отчетливее ощущал какие-то внутренние колебания где-то в районе груди. Я сосредоточился на этих колебаниях, стараясь их усилить. Спустя несколько секунд, у меня это получилось, и колебания превратились в легкое покалывание, распространившееся по всему телу. Диана все это время напряженно смотрела на меня, ожидая каких-либо от меня пояснений.

— Ты меня видишь? — спросил осторожно я девушку, когда покалывания превратились в легкий жар, исходящий из области сердца.

— С тобой все хорошо? — аккуратно спросила Диана, глядя пристально мне в глаза. — Почему я должна тебя не видеть?

Я прикрыл глаза, стараясь понять, что делаю не так. Может, я неверно истолковал значение слов идеальная маскировка? Это же не полная невидимость. Я приблизился к стене, не открывая глаз, стараясь максимально сосредоточиться, и повторил попытку, потому что во время движения смог потерять концентрацию и посторонние чувства мгновенно улетучились. Сейчас чувство жара настигло гораздо быстрее, нежели в первый раз. Открыв глаза, увидел, как Диана всматривается в то место, где я находился, даже сделала шаг и вытянула перед собой руку.

— А сейчас? — тихо спросил я. Девушка отшатнулась, после чего резко приблизилась ко мне и дотронулась до меня рукой.

— Как это у тебя получилось? — удивленно воскликнула она, ощупывая рукой мою грудь. — Я чувствую тепло и то, потому что знаю, что ты находишься в этом месте.

Пошевелив рукой, отведя ее от тела, я продолжил эксперимент.

— Попробуй описать, что ты видишь?

— Небольшую рябь и легкое искривление пространства. Но опять же, я бы этого даже не заметила, если бы не всматривалась. Это так здорово! — восхищенно проговорила она, все же вздрогнув, когда я прекратил действие способности, появляясь прямо перед ней.

— Только никому не говори об этом, — тихо проговорил я, глядя ей в глаза. Она стояла практически вплотную ко мне и ей пришлось поднять голову, чтобы уловить направленный на нее взгляд.

— Разумеется, — серьезно ответила она, после чего смутилась и сделала шаг от меня, отстраняясь.

Внезапно голову пронзила резкая боль, которая длилась долю секунды, не больше. В глазах потемнело, а в ушах появился довольно противный шум. Но все быстро развеялось, как только боль полностью ушла. Я прислонился к стене, приходя в чувства и глубоко дыша.

Какой-то звук буквально резанул слух, в котором я только спустя какое-то время сумел различить плачь, переходящий в какое-то жалобное поскуливание. Я не смог определить, откуда доносился этот звук, но слышал его предельно ясно.

— Ты слышишь? — спросил я Диану, подходя к входной двери.

— Что? Я ничего не слышу, — тихо проговорила она, приблизившись ко мне.

— Будто ребенок плачет, причем, довольно громко, — открыв дверь, я понял, что звук сначала усилился, а потом начал звучать, будто в отдалении. Словно его кто-то уносил.

— Нет, тут абсолютно тихо. — Диана, продолжила удивленно смотреть на меня.

Я посмотрел на опешившую девчонку, после чего довольно решительно вышел за дверь, не найдя объяснений своему поступку. Потому что был твердо уверен в том, что должен найти источник этого звука и помочь. Чего бы мне это не стоило.

Глава 9

— Ты куда? — раздался в спину голос испуганной моим поведением Дианы.

— Оставайся в номере, — через плечо ответил я ей и, развернувшись, тихо направился прямо по коридору.

Звук перестал от меня удаляться, превратившись из плача уже в полноценный горестный вой. В коридоре было тихо и на удивление пусто, но я все равно решил двигаться рядом со стеной, сливаясь с ней при помощи идеальной маскировки, которую получил от Манула.

Коридор закончился тупиком, причем в самом конце никаких дверей, ведущих в комнаты, не было. Прислушавшись, я понял, что звуки доносились совсем рядом, но откуда-то снизу. Пришлось возвращаться к лестнице и спускаться на этаж ниже, чтобы просмотреть и эту часть здания. По пути мне встретилось несколько мужчин в какой-то полувоенной форме, буквально увешанные всевозможным оружием, от обычных охотничьих ножей, висевших на поясе, до массивного арбалета и ружья. Так как находился я под действием способности и шел довольно медленно, чтобы не вызывать искажений в пространстве, охотники меня не заметили, пройдя мимо, даже не посмотрев в мою сторону.

Спустившись на этаж ниже, я завернул в коридор, находившийся прямо под тем, где располагалась моя комната, и двинулся в самый конец, постоянно прислушиваясь к плачу существа, которое при моем отдалении от него начало завывать громче и горестнее.

Через несколько минут, я дошел до точно такого же тупика, осматривая голые стены. Плач доносился совсем рядом, за стеной, около которой я находился. Неужели есть какой-то другой вход в помещение, где-то с другой стороны здания? Жаль, что мы сразу же вошли внутрь, и у меня не было шанса его осмотреть.

Немного помешкав, я приложил к стене руку и ощутил исходящее от небольшого ее участка тепло и едва уловимые колебания воздуха. Нет, отсюда тоже можно зайти внутрь. Скорее всего, здесь есть какой-то скрытый механизм, который отпирает потайную дверь.

Ощупывая каждый сантиметр в поисках рычага, я ощущал какое-то скрытое беспокойство вперемешку со страхом, которые были мне совершенно не свойственны. Я понимал, что это как-то связано с тем существом, которое неистово зовет меня на помощь, но даже не мог представить, что или кто это мог быть.

На удивление, никаких других звуков я не слышал. Ни шагов, ни голосов, ни шороха из-за преграды. Поэтому внезапно отъевшая часть стены стала для меня полной неожиданностью. Я отпрыгнул в сторону, сливаясь со стеной и рассматривая пару мужчин, выходивших из помещения, в которое я так стремился попасть. Один из них резко остановился и пристально посмотрел в мою сторону, даже сделав шаг в моем направлении. Я замер, не шевелясь, даже дышать перестал, чтобы никоим образом себя не выдать.

— Ты чего? — остановился второй, в котором я признал посетителя гостиницы, еще совсем недавно находившегося внизу и старавшегося скрыть свой интерес к появившимся на входе незнакомцам за чтением газеты.

— Не знаю, показалось что-то, — он отмахнулся и вернулся к двери, прикладывая перстень к едва заметной выемке на стене, на которую я натыкался при ее осмотре. Теперь понятно, как именно открывается дверь, а то уже подумал ранее, что это просто дефект покраски, потому что, как бы я не прилагал силу, нажимая на нее всеми пальцами никакого эффекта достичь так и не смог.

— Откуда в гостинице могла взяться тварь с изнанки? — спросил тот, кто закрывал двери. — Ведь никогда такого не случалось ранее, это здание полностью защищено, даже туши монстров невозможно пронести через порог.

— Если честно, то мне не кажется, что оно с изнанки, — покачал головой его собеседник. — Слишком беззащитно оно выглядит. Даже детеныши монстров таят в себе угрозу, а здесь хватило сил одного человека, чтобы усмирить его.

— Да что тут думать, — проговорил второй, удаляясь со своим напарником по коридору от меня. — Мы доложили, все необходимые меры приняли, пусть теперь разбирается хозяин этого заведения.

Они, все еще разговаривая, наконец, дошли до лестницы и оставили коридор чистым. Немного подождав и больше не заметив никаких нежданных гостей, подошел к стене и приложил перстень с изображением Манула к той самой, едва заметной вмятине.

Часть стены так же бесшумно отъехала, открывая мне проход. В очередной раз оглядевшись по сторонам, я шагнул в темное помещение. Никогда не поступал так безрассудно, но времени и шанса на разведку у меня не было.

Дверь за мной закрылась, а в комнате зажегся свет от яркого светильника, висевшего на стене. Я удивленно озирался, разглядывая большое помещение, которое занимало по размерам с десяток стандартных комнат, в которые нас разместили на ночлег. Эта комната была больше похожа на какой-то военный склад. Все стены были увешаны оружием, а стеллажи под ними были битком набиты простыми ножами, патронами, стрелами и другими расходными материалами. Несколько открытых шкафов возле двери были заполнены простой, но даже на вид крепкой одеждой, на манер той, что я видел на охотниках, когда спускался по лестнице.

— Чем я могу вам помочь? — я чуть не подпрыгнул от неожиданности, когда за моей спиной раздался спокойный, тихий мужской голос. Шагов я не слышал, поэтому аккуратно повернулся в сторону голоса, рефлекторно пытаясь схватиться за кинжал, который всегда висел у меня на поясе в прошлой жизни. Рука схватила пустоту, поэтому мысленно выругавшись и вспомнив, что из оружия у меня с собой нет даже палки, я посмотрел на мужчину, который выжидательно на меня уставился.

Он был одет в строгий черный костюм, ворот белой идеально выглаженной рубашки выглядывал из-под пиджака, а из нагрудного кармана с изображением какого-то грызуна, выглядывал угол белоснежного платка. Мужчина был средних лет, с едва проглядывавшимися прядями седых волос, но вот спокойный взгляд серых глаз, направленный на меня, подходил скорее столетнему старцу. На его пальце я заметил перстень, подобный тому, что украшал мою руку, но изображение на нем разглядеть так и не смог, как бы не старался.

— С кем имею честь разговаривать? — осторожно спросил я, не делая никаких резких движений.

— Я — Сергей Вениаминович Хомяков, представляю побочную ветвь главного рода Хомяковых и являюсь смотрителем гостиницы и отчасти оружейником. Вас я вижу здесь впервые, — он, прищурившись, буквально по сантиметру осматривал меня, заострив свое внимание на руке с перстнем, после чего удовлетворенно кивнул и даже, на первый взгляд, немного расслабился.

— Константин Манулов, — все же решил я представиться. — Да, вы правильно отметили, я здесь нахожусь впервые, поэтому не знаю правил посещения этого места. Случайно услышал от своего спутника об этом месте, поэтому решил сюда наведаться в поисках своей пропавшей вещи, — уклончиво ответил я, отмечая, что как только начал разговаривать, то существо перестало плакать и теперь в моей голове, впервые за это время, воцарилась тишина.

— Манулов? — удивился он. — Неужели Станислав Игоревич, наконец, нашел себе преемника?

— Однофамилец, — буркнул я.

— У Манула нет однофамильцев. Мануловы, последние три сотни лет — это странствующие одиночки. Если вы не знаете Станислава, то смею предположить, что он скончался. Жаль, он был хорошим охотником. Так о какой пропаже вы говорите? У нас здесь не бюро находок, поэтому вряд ли я смогу вам чем-то помочь.

Да что это за место такое, где обычный смотритель ведет себя, как вышколенный аристократ, которому правила тона, поведения и этикета влили еще при рождении с молоком матери. Я еще раз огляделся, но так и не увидел ничего, что могло бы напоминать клетку, где содержали бы пойманное существо с изнанки, о котором говорили вышедшие из этого помещения мужчины.

— Понимаете, — я немного замялся, но все же решил испытать удачу. — Я ищу потерянного питомца. Так вышло, что эта кроха сбежала от меня, когда я разбирал вещи. — Еще бы знать, что это за кроха, а то, если начнет расспрашивать, то даже двух слов связать не смогу. В комнате повисла тишина, а сама ситуация мне вообще перестала нравиться.

— Откуда вы узнали, что пойманный зверь находится здесь? — с нажимом спросил мой собеседник, теряя даже видимость расслабленности и благожелательности, которую хотел изначально мне показать.

— Мы с ним связаны, и он позвал меня на помощь, — не мигая, ответил я, больше ничего не поясняя. — Если вы мне не верите или считаете угрозой, можете позвать человека, с которым мы путешествуем — Андрея Шмелева. Он подтвердит мою личность, и мы уже закончим эту бесполезную и бесперспективную болтовню.

Я все же решил прибегнуть к той силе, которая всегда мне давалась крайне трудно — к дипломатии. Никогда не понимал этого. Силовой метод всегда был эффективнее, но это скорее моя вина, сдержанностью никогда не обладал и теперь, переместившись в новое тело, отметил, что характер остался прежним.

Хомяков некоторое время молчал и пристально смотрел на меня, затем повернулся и пошел вглубь помещения, которое было скрыто в тени.

— Константин, идемте за мной. — Он, не оборачиваясь, уходил от меня, а я все еще раздумывал, стоит ли доверять этому подозрительному старику.

Все же решившись, я незаметно схватил со стойки один из ножей для личного успокоения и двинулся за ним следом. Никаких сигнальных чар, оповещающих о том, что кто-то позаимствовал одну из вещей в комнате, я не услышал, собственно, как и Хомяков никоем образом не показал, что заметил кражу.

Я догнал мужика, который стоял возле металлических запертых дверей в ожидании, когда его свалившийся из ниоткуда спутник подойдет к нему. Отворив дверь обычным ключом, он повернулся ко мне.

— Приложите ваш родовой перстень к отпирающему замку. Так система защиты сможет вас идентифицировать как гостя, а не как вора.

Я пожал плечами и сделал так, как говорил Хомяков. Раздался громкий щелчок, и массивная дверь отворилась, приоткрывшись на пару сантиметров.

Отойдя в сторону, я дал возможность смотрителю открыть дверь на всю ширину, после чего заглянул внутрь маленькой комнатки, в которой находилось несколько больших стеклянных клеток, и только одна из них была занята.

Маленький пушистый комок сидел на голом полу и смотрел перед собой испуганными голубыми глазами. Волчонку было от силы месяца два и, судя по его потерянному виду, его словно только что отлучили от мамки. Я вошел внутрь, прикоснувшись к холодному стеклу ладонью.

— Малыш, как же тебя напугали, — тихо проговорил я.

Волчонок поднял морду и вскочил на лапы, как собака, виляя небольшим хвостом. Его серая шерсть, судя по виду, была мокрая и покрыта какой-то слизью, которую он пытался с себя стряхнуть. Зверь метался по своей клетке, периодически бросаясь на стеклянные стены, стараясь выбраться наружу. Я пока слабо представлял, каким образом он связан со мной, но ощутил разлившееся по телу тепло, словно нашел потерянное давным-давно родное существо.

— Вы что, слепые здесь все⁈ — резко вскочил я на ноги, обращаясь к Хомякову, который не скрывал своего удивления, глядя на развернувшуюся перед его глазами картину. — Волка от монстра не в состоянии отличить? В мире, где все поклоняются богам-зверям? Отпирайте ваш загон для монстров и выпустите уже ребенка наружу, — буквально прорычал я.

Мужик ничего не ответил, только сделал несколько шагов назад и нажал на какую-то кнопку на стене. Я сделал рывок, но тело не было подготовлено для таких маневров, поэтому добежать вовремя до смотрителя у меня не получилось. Не хватило буквально доли секунды до того момента, как передо мной опустилась матовая стена.

До меня не доносились звуки, по крайней мере, я не слышал, как Хомяков говорит с кем-то, связываясь с помощью какого-то устройства. В моем мире ничего подобного не было, а дистанционные сообщения передавались при помощи специальных артефактов связи. Я ударил кулаком по стене, которая по твердости напоминала камень.

Волчонок снова заскулил. Я обернулся, глядя в глаза зверю, замечая, что окрас его глаз начал меняться с голубого на желтый, а сам он будто становился прозрачным. Я закрыл глаза, стараясь успокоиться и перестать представлять самую мучительную кончину Хомякову.

Сделав шаг назад, я открыл глаза, стараясь придумать способ, как выбраться наружу. Резкая желтая вспышка перед глазами буквально ослепила меня, за ней последовала зеленая, голубая, красная. На седьмом цвете я уже перестал различать что-либо, кроме светящихся кругов перед глазами, за которыми следовали очередные разноцветные всполохи всевозможных оттенков, о существовании которых я ранее даже не догадывался.

Спустя минуту, или немного больше, это светопреставление прекратилось, и я аккуратно открыл глаза, надеясь, что не ослеп окончательно. То, что я увидел, повергло меня в секундный ступор, но потом до меня дошло, что все это могло значить. Стеклянная стена, которая заперла меня внутри этой комнаты, была покрыта переливающимися разноцветными нитями, сплетаясь между собой и образуя сложную сеть. Стеклянный короб, в котором сидел зверек, успокоившись и с интересом наблюдая за мной, тоже был оплетен сетью, только намного более легкой и одноцветной. Оглядев комнату, обнаружил, что стены и потолок тоже местами были покрыты переплетенными нитями, издалека больше похожими на разноцветные кляксы. Все это цветовое многообразие светилось и переливалось, но никакого дискомфорта я не ощущал. Может, это и есть то самое истинное зрение, о котором говорил Манул, а все эти нити — потоки, из которых сотворены чары.

Мне приходилось слышать о магах, способных видеть заклинания и с легкостью их разрушать, но таких в моем мире было мало. Их поголовно истребляли. Никому не хотелось иметь дел с человеком, против которого твоя магия бессильна. А как говорил мой наставник из прошлой жизни, вовремя пущенная пуля из винтовки может убить даже всесильного мага, не ожидающего такого варварского нападения.

Я сел на колени, рассматривая сеть, которой была окутана клеть с моим волчонком. Ага, как я и думал все нити, переплетаясь между собой, создают какое-то подобие узелка, значит, в структуре заклинаний есть главный узел, на котором держится все тонкое плетение. Теперь нужно его найти и попытаться разрушить.

Мне хватило ровно десяти секунд, чтобы его вычислить. Из слегка отличающегося по цвету пятнышку, буквально исходили все остальные нити. Допустим, это тот самый главный узел, и как мне теперь его разрушить? Не придумав ничего умнее, я сгенерировал печать сокрушения, и легкий толчок воздуха, вместо привычного мне полноценного тарана, угодил ровно в эту переливающуюся кляксу.

Раздался довольно приличный по силе взрыв, от которого меня откинуло к стене, а сама стеклянная клетка развалилась на части. Волчонок сделал неуверенный шаг и, поняв, что его ничего не сдерживает ринулся ко мне, запрыгивая на колени и вылизывая лицо шершавым мокрым языком.

— Да что ты творишь, успокойся, — аккуратно ссадил я его с себя и, поднявшись, начал рассматривать стену, сквозь которую видел, как пятится Хомяков, с усмешкой до этого наблюдая за мной. Дай мне только выбраться, вместе посмеемся, я видел, ты это умеешь.

Оскалившись, я принялся искать подобные точки и на стене. Это, конечно, было довольно глупо с моей стороны, ведь даже от простенького заклинания, запирающего клетку, меня отнесло на добрые два шага назад, но покорно сидеть и ждать с моря погоды было не по мне.

Разделив три цвета, которые смешивались в путину, на составные части, я нашел все три узла.

— Так, малыш, отойди в самый конец комнаты, чтобы тебя ненароком не зацепило, — обратился я к волчонку, который тряхнул мордой, словно понял мои указания и отбежал в угол комнаты.

Направив печати сокрушения в три узла одну за другой, я лег на пол, закрывая голову руками. Взрыв был по громкости довольно мощным, но вот отдачи, как от разрушения клетки, не последовало. Так, всего лишь небольшой волной жара обдало тело. Вскочив на ноги, я позвал волчонка и ринулся внутрь темной комнаты.

— Неплохо, — раздался в голове довольный голос Манула, но я только отмахнулся от него, лишь отметив, что тот, вроде, не был против моей находки, в виде волчонка. — Будут знать, грызуны позорные, как в клетку Манулова садить.

Светильник на стене больше не горел, но это проблемой не было. Сорвавшиеся с рук печати света одна за другой осветили пространство. Хомякова я на своем пути не встретил, но как только приблизился к выходу, то наткнулся на пятерых мужиков в военной форме, что тут же направили на меня ружья и арбалеты.

Глава 10

Несколько секунд я следил за каждым движением и действием противника. У них имелся численный перевес, они были вооружены и, скорее всего, многие, если не все, были в этой компании магами. У меня же из оружия был только охотничий нож и ослабленная магия печатей, действие которой, возможно, могло стать для них неожиданностью. Решив, что здесь все же расклад явно не в мою пользу, я сделал шаг назад, погасив все печати света одновременно, погружая комнату в кромешную темноту.

Внезапно перед глазами заплясали разноцветные нити, которые в итоге сплелись в очертания людей, все еще стоявших у порога. Я моргнул, и наваждение прекратилось. Этой доли секунды хватило, чтобы меня дезориентировать. Я попятился и наткнулся спиной на стойку с оружием. Однако мне удалось не потерять концентрацию, продолжая собирать энергию из воздуха и концентрировать ее на кончиках пальцев.

Ожидаемо, почти сразу зажглись светильники на стене, и в помещение ввалились охотники. Несколько отработанных в прошлой жизни до автоматизма движений пальцами, и в противников летит печать ослепления, что на некоторое время должна была вывести их из строя, а следом печать сокрытия, тут же заполнившая комнату черным дымом, который, впрочем, из-за недостатка вложенной энергии, стал практически сразу же оседать.

Взглянул на стойку с оружием, я с сожалением отметил, что ничего из того, что было представлено здесь, пригодным к сиюминутному использованию не было. Ружья, собственно, как и арбалеты, естественно, заряженными на стойке никто не держит, а холодного оружия на ней нет.

Энергия, буквально только что прекратившая собираться из окружающего пространства, внезапно довольно сильным потоком хлынула по моим рукам. Это не была энергия сил воздуха, земли или растений. Я почувствовал силу, которая даже в лучшие годы использования магии печатей была мне недоступна. Только лекари могли управлять ей, остальным жизненная энергия была недоступна. Однако сейчас я прекрасно чувствовал, как она выходит из моих противников и концентрируется у меня в руках.

Я услышал удивленный возглас одного из мужиков, которые довольно быстро пришли в себя после моей небольшой атаки. Так и должно было быть. Самый слабый из них уже ощутил дикую слабость и, судя по звукам, выронил оружие из трясущихся рук. Я усмехнулся, делая шаг вперед, полностью развеивая черный дым и накладывая печати со всей доступной мне скоростью. Ну, теперь повоюем.

Раздались выстрелы. Пули и несколько арбалетных болтов столкнулись со щитом, который я выставил перед собой, предвидя такое развитие событий. Щит распался после очередного залпа, а один из арбалетных болтов пронесся рядом с моим ухом, отведенный печатью защиты. Теперь это не было той пародией печати, которая получилась у меня утром в лесу. В данный момент она была максимального уровня и, чтобы истощить ее, одного выстрела было мало.

Печать сокрушения, наполненная их собственной жизненной энергией, буквально смела противников, выкидывая из комнаты вместе с частью стены. Для следующего действия мне нужно было видеть цель, поэтому я медленно двинулся вперед, создавая печать звездного огня. Меня разозлили, и оставлять людей в живых, направивших на меня оружие без причины, более того, желающих меня убить без каких-либо объяснений, я не был готов. Все же я глава Теневого клана, а не сиротка из этого мира, и пора уже играть по тем правилам, которые были мне более привычны.

От полного уничтожения все еще не очухавшихся противников спас раздавшийся голос, который немного привел меня в чувство.

— Что здесь, вашу мать, происходит! — Шмелев явно был зол, раз растерял даже видимость аристократического поведения. Я вышел из проема, который еще совсем недавно был стеной, и осмотрелся.

Шмелев стоял рядом с руинами, в которые я превратил коридор. Диана встревожено топталась позади него и, увидев меня, облегченно выдохнула, всплеснув руками. Неудачная пятерка бойцов поднималась на ноги, а вертевшийся рядом с хозяином гостиницы Хомяков что-то объяснял и буквально заламывал руки. Постепенно коридор заполняли люди, которые недоумевающе смотрели на меня, постоянно переводя взгляд на охотников, ворвавшихся в комнату. Я развеял уже готовую сорваться с рук печать. Слишком много свидетелей в настоящий момент наблюдают за нами. Успею еще поквитаться.

Выпрыгнувший следом за мной волчонок обогнал меня и преградил мне путь, вздыбившись и грозно рыча в направлении охотников.

— Вы слепые что ли? Вы что, волка от твари изнанки отличить не можете? — прорычал Шмелев, глядя пристально мне в глаза. Я развел руки в стороны, потому что совсем недавно задавался точно таким же вопросом. — От моего имени, хозяина этого заведения, хочу принести свои извинения за произошедшее недоразумение, Константин, — громко, чтобы все вокруг слышали, произнес Андрей.

— Ваше Сиятельство, да как же так, — засуетился Хомяков, обращаясь к Шмелеву. Тот поднял руку, прекратив лепетания смотрителя на полуслове. Тот недоуменно замолчал, отходя ему за спину. От былой мудрости в глазах не осталось и следа. Теперь Хомяков казался мне слегка свихнувшимся стариком, который действительно не понимал, что тут происходит.

Ваше Сиятельство? Это что, получается, Шмелев — граф? Как интересно выходит, но совсем не вяжется с его поведением. И что, он обычный преподаватель или вообще к магическому училищу не имеет никакого отношения. Как же все запутанно в этом мире.

— Что теперь? — спросил я, глядя на обескураженного Шмелева, который обводил взглядом коридор, заостряя внимание на наибольших разрушениях.

— Теперь все, кто в состоянии работать, оправляются наверх, недалеко от Новосибирска довольно мощный прорыв. Просьба непосредственно князя Тигрова. А ты компенсируешь весь материальный ущерб одному из охотников, который причинил твой питомец, а потом…

— Подождите. Какой ущерб? — удивился я, разглядывая мужчин, вставших на ноги и собирая вылетевшее у них из рук оружие. Некоторые из них злобно на меня смотрели, другие же глядели несколько презрительно. Но то, что их раскидал восемнадцатилетний парень из приюта теперь точно не даст им спать спокойно. Я вглядывался в лица, стараясь запомнить каждого из них, потому что друзьями они мне точно теперь никогда не станут.

— Согласно показаниям моего смотрителя, твоего волка приняли за тварь изнанки только потому, что он разгрыз походный мешок одного из постояльцев и съел все, что хоть как-то работало на макрах, включая целый макр с его недавней охоты. Согласись, это не типичное поведение обычного зверя, — мне оставалось только кивнуть, соглашаясь с рассуждениями графа. — Вещи вряд ли смогут быть дальше использованы, а вот макр придется вернуть.

— Я согласен, — усмехнулся я, делая шаг вперед. — Но победа в довольно нечестном бою с превосходящим по силе и численности противником, позволяет мне забрать их оружие. — Я покосился в сторону охотников, которые переглядывались между собой и о чем-то шептались. — Я готов пойти навстречу и оставить его им, но пускай они покроют нанесенный ущерб. Тогда мы будем в расчете и практически без обид.

— Да кто ты такой, сопляк, чтобы ставить какие-то условия⁈ — прорычал один из них, потянувшись рукой к своему найденному арбалету. В коридоре начались перешептывания среди сторонних лиц, некоторые из них утвердительно кивали, другие же просто наблюдали за бесплатным развлечением вместо сказки на ночь.

— Я тот, кто одержал победу. И заметьте, я не заставляю вас унижаться и просить прощения, хотя мог бы, — пристально смотрел в глаза тому, кто открыл свой рот.

— Справедливое замечание. Кодекс охотника достаточно четко трактует подобное. Проигравший платит, — кивнул Шмелев, уважительно смерив меня взглядом. — Обсудим все по возвращению, сейчас снова попрошу всех, кто свободен, уже выбраться, наконец, из этого здания и помочь в ликвидации прорыва, — рявкнул Андрей, после чего все спохватились и ринулись в направлении выхода, включая ту пятерку самоуверенных вояк.

— Странно. Я думал они останутся, — поморщился я, хватая щенка за загривок и садя его себе на руки. — Ведь храбры они только на детей оружие поднимать.

— Я бы на твоем месте, Константин, все же подумал, как друзей найти или верных компаньонов, а не врагов, — покачал головой Шмелев. — Откуда у тебя щенок? — спросил он у меня прямо.

— Подарок бога-покровителя, — пожал я плечами, глядя на все еще вздыбленного, но успокоившегося на моих руках волчонка.

Мне кажется, я теперь мог понять, откуда он взялся и что произошло. Дух белой волчицы не мог существовать в этом мире, поэтому она ушла, оставив подле меня того, кто мог оберегать главу клана Волка здесь, на этой земле. А она будет ждать меня там, в моем прежнем мире, ну или найдет достойного, чтобы основать новый клан.

— Ну почти, — раздался задумчивый голос Манула в моей голове. — Мы пришли к определенному консенсусу. Это дела богов, о которых тебе лучше не знать и не забивать голову. Ты показал себя достойно, по крайней мере, для котенка. Так что, теперь я спокоен, что в тебе не ошибся. Как выполнишь мое поручение, мы встретимся, до этого на мою помощь и присмотр больше не рассчитывай. Настоящий хищник, учится всему сам.

— Манул подарил тебе волка? — удивился Шмелев, сразу же теряя часть своей злости, которой он буквально был переполнен. А я все еще переваривал сказанное Манулом, опешив от того, что он мне каким-то неведомым образом помогал.

— Дословно? Бери, что дали и катись на все четыре стороны, — перефразировал я слегка кота, решив ответить, когда молчание затянулось.

Я кивнул своим мыслям, задумчиво обводя руины взглядом. Как у меня получилось использовать энергию жизни? Нет, пока я не попаду в магическое училище, то вряд ли смогу сам ответить на этот вопрос.

Он, тем временем, прекратил гипнотизировать нас с волчонком подозрительным взглядом и повернулся в сторону смотрителя.

— Вы не перестаете меня удивлять и втравливать в непростые ситуации. Извинитесь перед Мануловым за свое поведение, оденьте его и вооружите, разумеется, за ваш счет, в качестве компенсации за предоставленные неудобства. А ты, — теперь уже повернулся он ко мне. — Прекрати пока все крушить и ломать на своем пути. Поверь, у тебя еще будет возможность это делать, притом за весьма неплохие деньги.

На этих словах под недовольный взгляд Хомякова, он развернулся и быстрым шагом двинулся в направление выхода, оставив нас одних.

— Что тут произошло? — спросила Диана, когда я выбирал себе оружие и одежду. Смотритель ни разу со мной не заговорил, лишь коротко давая описания каждому приглянувшемуся мне ножу или арбалету.

Я коротко пересказал все то, что произошло, не вдаваясь в подробности. Такой ответ девушку вполне устроил и все время, пока я выбирал оружие, неприязненно косилась в сторону Хомякова. В итоге я смог выбрать оружие, довольно неплохое, даже по моим завышенным требованиям, что чуть не привело к сердечному приступу у старика, когда он прикинул, сколько все это добро стоит. Но по какой-то причине перечить мне не стал. Все же лимит графом был не обозначен. В итоге, переодевшись в удобный походный костюм и скинув уже окончательно превратившиеся в тряпки вещи, я повесил на пояс кинжал, взял арбалет и несколько десятков болтов в удобном колчане. Хотел взять еще ружье, но тут были только дульнозарядные, а с такими я никогда не имел дела. Так что, покрутив несколько из них в руках, я поставил их обратно на стойку и покинул это негостеприимное место.

Волчонок все это время носился рядом со мной, но как только мы поднялись к себе на этаж разбежался и, высоко подпрыгнув, растворился в воздухе. При этом я прекрасно чувствовал его присутствие и откуда-то знал, что могу позвать питомца в любой момент. Словно он теперь часть меня.

Диана, как завороженная смотрела на то место, где только что исчез зверь, не решаясь задавать лишних вопросов.

— Слушай, может пойдем съедим что-нибудь, — отвлек ее от ненужных размышлений, открывая дверь нашей комнаты. — А то с утра крошки во рту не было. Скоро живот к спине прилипнет.

— Да мы и утром не ели, — улыбнулась она и осталась в дверях, ожидая, пока я положу арбалет и возьму те немногие сбережения, что у меня были.

Мы молча спустились вниз, не зная, куда следовать дальше. Я подошел к стойке, за которой находился все тот же молодой человек.

— Простите, тут есть какая-нибудь столовая или место, где можно перекусить? — привлек я его внимание.

— Разумеется, мы элитное заведение. Вам нужно пройти по коридору прямо, окажетесь в местной ресторации, — довольно миролюбиво ответил он, указывая мне дорогу рукой. — А это вы тот самый Манулов, который смог раскидать братьев Хомяковых? — наклонившись, поинтересовался он.

— Что, они все братья? — удивился я. — Их же было пятеро.

— И в наше нелегкое время бывают многодетные семьи, — удовлетворившись моим ответом, улыбнулся мне парень. — Вечно пытаются с кем-то сцепиться, надоели уже. Почему им не запретят тут останавливаться?

Я ничего не ответил, резко повернувшись на шум, раздавшийся на входе в гостиницу. Несколько мужчин ввалились в холл, один нес на руках окровавленную девушку, двое других практически тащили на себе молодого парня. Он был бледен и едва переставлял ноги, но, на удивление, все же держался в сознании.

— Целитель на месте? — прокричал в нашу сторону ворвавшийся в двери мужчина с девушкой на руках. Он положил ее на пол в центре холла, после чего ринулся помогать затаскивать бьющегося в судорогах парня.

— Нет, целитель вместе со своим помощником отбыли вместе с графом Шмелевым, — ответил округливший глаза парень.

— Хреново, еще один переход они не протянут, — сквозь зубы процедил один из мужиков, поднимаясь на ноги, когда парень успокоился и забылся беспокойным сном или, скорее, бредом. — Мишка, давай за подмогой, может, найдешь кого-нибудь, кто сможет помочь.

Я подошел к ним, разглядывая пострадавших. Девушке на вид было не больше двадцати лет. Черные прямые волосы, бледное лицо и выразительные голубые глаза. Именно глаза привлекали все внимание. Она прямо посмотрела на меня и закашлялась, выплевывая сгустки алой крови. Диана сообразила первая, поставив на уши практически всех, кто находился в этот момент в гостинице, и к нам уже несли какие-то склянки, полотенца, чистую воду.

— Что случилось? — я сел на пол, беря девушку за руку, понимая, что не в силах ей помочь. Судя по всему, было пробито легкое, а рванные глубокие царапины на животе, которые проглядывались через разодранную куртку, сочились черной вязкой жидкостью вперемешку с кровью. Было очевидно, что если ей не помочь прямо сейчас, то она вряд ли долго протянет.

— Орлоклювы, не менее десятка, не должно было их быть на этом уровне перехода, никогда их там не встречали, — сокрушенно покачал головой мужик. — Двоих потеряли на месте.

Девушка в этот самый момент застонала от боли и закрыла глаза, буквально стиснув со всей имеющейся у нее силы мою руку. Я знал об орлоклювах, на них преимущественно и охотился старик Манулов. Раны, нанесенные этими тварями, были смертельными в восьмидесяти процентах случаях, потому как яд, которым был пропитан их клюв, отравлял не только весь организм за короткое время, но и разрушал энергетические потоки.

Я пристально посмотрел на раны девчонки, которые Диана уже прочищала простой водой, особо не церемонясь разорвав одежду у нее на груди и животе. Я сконцентрировал все свое внимание на рваных ранах, даже не сразу ощутив тепло, которое начало исходить из моей руки, перетекая в руку девушки. Она распахнула глаза и посмотрела на меня слегка удивленным и довольно осмысленным взглядом.

— Почти не болит, — прошептала она, после чего ее снова пробил приступ кровавого кашля. Да нет, я не могу снимать боль, я же не целитель, Манул меня побери. Сконцентрировавшись, как тогда в оружейке, где меня заперли в стеклянной клети, я пристально смотрел на руку девушки и даже уже не удивился, когда смог увидеть переплетенные толстые нити энергетических потоков. И не только их. Я видел буквально все, что творилось с израненным организмом в настоящее время. Как я и предполагал, легкое было пробито и спалось, а в животе были буквально раздавлены какие-то сосуды. Я видел разорвавшиеся энергетические потоки, но как их можно было восстановить, не имел ни малейшего понятия.

Действуя больше на удачу, я попытался направить ту волну жара, которая все еще исходила из моей руки, в сторону рваной раны на животе. Проявившийся изумрудный поток буквально начал встраиваться в поврежденные ткани и клетки, останавливая распространение яда и восстанавливая поврежденные органы. У меня начала кружиться голова, но я упрямо вел свой изумрудный поток к самым критическим повреждениям, надеясь, что, хотя бы подобным образом, смогу уменьшить повреждения и помочь девчонке дождаться профессиональных целителей, а не тех, кто может просто использовать истинное зрение и латать прорехи в организме, заплатками, сделанными кое-как.

Рана на животе довольно быстро очистилась, а легкое начало расправляться, давая девушке спокойно дышать и провалиться в глубокий сон. Я разжал руку девушки и попытался подняться. Меня заметно качнуло, а в глазах потемнело.

— Костя! — подлетела ко мне Диана и помогла сесть на пол. Зрение вернулось, но слабость была такая сильная, что принимать хоть какое-то положение тела, кроме горизонтального было довольно тяжело. — Как ты это сделал?

— Что? — непонимающе посмотрел на свою подругу, отмечая, что в холле гостиницы стоит полная тишина, прерываемая только хриплым дыханием парня.

— Ты ее… исцелил, — нахмурилась Диана. — Как это у тебя получилось?

— Если б я знал, — прошептал я, переводя взгляд на лежащую на полу девушку, на коже которой не было ни единой царапины.

Глава 11

Тело обдало успокаивающей прохладой, придавая мне сил, которых, как мне казалось, уже практически не осталось. Я мог поклясться, что где-то внутри меня раздалось успокаивающее сопение волчонка. Я встрепенулся, прислушиваясь к своим новым ощущением. Каким-то образом щенок смог передать мне часть своей силы, уберегая меня от полного истощения.

— Да быть того не может, чтобы такой молодой парень был хорошим целителем, — краем уха услышал я перешептывания мужиков, стоявших недалеко от меня. — Да еще и Манулов. Его предшественники вообще человеколюбием и состраданием никогда не отличались. Правда силы, похоже, не слишком много.

Усмехнувшись, я все же поднял голову и посмотрел на говоривших. Да я как бы тоже не слишком миролюбивый человек. Был таким, по крайней мере. Но то, что меня называют целителем, немного повергло меня в шок. Да нет, это просто истинное зрение и способность управлять энергетическими потоками, но кто им об этом расскажет. Пусть уж считают обычным лекарем. Я смотрел на мужиков, которые молчали и неуверенно топтались, с интересом и какой-то надеждой в глазах разглядывая меня.

— Нужно попробовать, — решительно кивнул один из них и подошел ко мне.

Я неуверенно поднялся на ноги, понимая, о чем они хотят попросить. Но прекрасно осознавал, что мне и дойти до своей комнаты будет не так просто, не говоря уже об исцелении мечущегося в бреду парня. Тем более, я понятия не имел, что именно произошло с девушкой.

— Сынок, на, возьми, — он вложил мне в руку крисп и заставил сжать руку с ним в кулак. По телу медленно начало разливаться тепло, концентрируясь где-то в районе груди, откуда сразу же начало доноситься утробное и довольное урчание волчонка.

— Я думал это запрещено, — прямо посмотрел я в глаза мужику, который все еще держал мой кулак в своих руках, заставляя поглощать энергию, чтобы восстановиться. Хотя, признаться честно, я и не сопротивлялся. В голове сразу же прояснилось, а силы в ногах, которые только что еле держали меня в вертикальном положении, заметно прибавилось.

— Мы в перевалочном пункте охотников, думаешь, тут правила такие же, как и везде? — усмехнулся он и выпустил мою руку. Я тут же вернул ему крисп, который практически полностью смог восстановить мои энергетические потоки. — Ты сможешь ему помочь? — он кивком головы указал на молодого парня, дыхание которого было поверхностным и хриплым.

— Не уверен, — я тряхнул головой, переводя взгляд на девушку, которая спала, свернувшись калачиком на полу. — Все же у нее были почти обычные раны, а с ним что-то непонятное.

— Попробуй. Все равно хуже ему от твоих попыток не станет, — тихо проговорил мужик и отошел от меня, больше не наседая со своей просьбой.

Направленные на меня взгляды всех собравшихся давили гораздо больше, нежели прямые уговоры. Только Диана хмуро на меня смотрела и отрицательно покачала головой, отговаривая от такого опрометчивого поступка. Может, она и была права, предыдущая попытка самого чуть в небытие не отправила, но мне нужно было лучше узнать свои возможности и силу, которой я обладал.

Я глубоко вздохнул и подошел к пареньку, вглядываясь в его лицо. Он был очень сильно похож на спасенную мною девушку, даже возраста примерно одинакового. Скорее всего — брат с сестрой. Сев на колени, как и в прошлый раз, я сжал руку парня, стараясь активировать истинное зрение. Переливающиеся потоки возникли перед глазами заметно быстрее, но я так и не понял, как все это на самом деле работало. Представшая на сей раз картина заметно отличалась от той, что я видел, когда занимался девушкой. Его энергетические потоки не были разорваны, а все внутренние органы были целы. Только сердце едва билось, небольшими толчками качая кровь и поддерживая жизнь в организме. Нет, тут точно должно было что-то быть. Я не знал, как именно выглядит разливающийся по телу яд, если смотреть на это истинным зрением, но точно был уверен в том, что отличия должны быть заметны. Тут же, сердце, словно, по какой-то причине само по себе замедлялось, грозя вскоре и вовсе остановиться.

Я решил направить поток собственной энергии в тело мужчины, хотя бы для того, чтобы посмотреть, как он будет реагировать на мое вмешательство. Изумрудный поток не сплошным потоком, а тонким ручейком перетек в руку парня, окутывая его собственные энергетические потоки.

Картина, которую я увидел, буквально сразу же повергла меня в ступор, если не сказать большего. Все его внутренности были буквально оплетены черной, слизкой пульсирующей сетью, которая вбирая его жизненную силу, разрасталась на глазах и грозила заполнить все свободное пространство в теле парня. Эти щупальца исходили из черного слизня, который окутывал сердце, все больше сдавливая его с каждым новым толчком.

Я такого не видел ни разу в своей жизни и даже не мог представить, что подобное в принципе было возможным. Встречаясь с моим изумрудным поток, черные нити сразу же набросились на него, вытягивая силу уже из меня. Я резко оборвал связь, убирая руку от тела парня, чувствуя подступившую к горлу тошноту и ощущение секундного опустошения, которое практически сразу же прекратилось.

Ладно, эта тварь питается жизненной энергией, тем самым становясь сильнее, и только Манулу известно, к чему может это привести. Ведь, может быть и такое, что оно перекинется на другого человека. Эволюция даже на изнанке творит чудеса. Всем было известно, что твари не могут долго существовать в нашем мире, а вот может ли это делать паразит, которого протащили наверх заботливые охотники? У меня подобных знаний не было, поэтому я, как и всегда, думал сначала о наихудших вариантах развития событий.

Как бы я не был зол на мужиков, которые утаили часть правды, случившейся с ними внизу, проблему нужно было решать, причем, на кону теперь стояла не только жизнь этого незнакомого мне парня, а, возможно, и жизни всех собравшихся, включая мою собственную.

Думай, что ты можешь предпринять в этом случае. Судя по тому, что сердце уже практически не билось, а тварь заняла уже большую часть грудной клетки, поглотив целое легкое, на месте которого теперь находился клубок черных нитей, времени оставалось не так уж и много.

Я закрыл глаза. Можно было бы конечно попробовать воздействовать на паразита физически, но будет ли в этом смысл, а если и будет, как потом доказать, что я не добил паренька, чтобы тот не мучился? Да и сам факт, что я увидел тварь только тогда, когда начал делиться с парнем собственной энергией, давала определенную почву для размышлений.

Перебрав в голове с десяток вариантов действий, я понял, что до конца не уверен ни в одном из них. А потому, решив разбираться по ходу, я просто стал действовать. Первым делом, я начал привычным мне движением собирать энергию воздуха, стараясь вспомнить те ощущения, которые настигли меня во время стычки с Хомяковыми. Долгое время ничего не получалось, на моих пальцах концентрировалась только энергия воздуха, но в конечном итоге, дело двинулось с места, и я перешел на сбор энергии жизни. Видимый только мне черный дым начал неохотно тянуться из твари и собираться возле моих рук, обжигая ладони колючим, липким холодом. Когда ее стало уже достаточно много, тварь, видимо поняв, что происходит что-то не так, завизжала, переходя на ультразвук, с такой силой, что треснули все стекла в помещении, а на потолке появилась глубокая трещина. Я замкнул уже готовую печать самого сложного заклинания, из тех, что были в моем арсенале. Комната погрузилась в непроглядный сумрак, уцелевшие от крика твари светильники, освещающие до этого комнату, замигали. Стало тяжелее дышать, а перед глазами встала серая пелена, сквозь которую с трудом можно было разглядеть очертания предметов и людей. Так было всегда, когда применялась печать распыления. Запрещенное в моем мире заклинание, способное уничтожить любое живое существо, ибо поражало саму душу. Правда, энергии оно требовало столько, что даже на обычного человека у меня бы ее сейчас не хватило. Но с мелкой полуразумной тварью, даже с моим запасом, оно вполне могло справиться.

Вспышка света, которая полностью развеяла спустившуюся на комнату потустороннюю темноту, подействовала и на паразита. Он превратился в черную пыль, осевшую внутри тела парня. Я быстрым движением вновь прикоснулся к его руке и направил потоки силы, стараясь, как можно быстрее очистить его организм от останков твари. Дело двигалось медленно, я словно сдирал наждачкой липкую грязь, собирая орган за органом, как конструктор, с нуля. Возможно, я что-то делал неправильно, и это в будущем отразится на состоянии парня, но сейчас я боролся за его жизнь. Так что, это было не важно.

Когда его сердце часто забилось, заполняя кровью уже практически опустевшие сосуды, я убрал руку, ощущая слабость вперемешку со злостью. Я ненавидел, когда мне врали, и это ничуть не изменилось, после моего перемещения.

— Там были не только орлоклювы, ведь так? — прорычал я, поднимаясь на ноги и пристально глядя в глаза мужика, который восстановил меня при помощи криспа. Он нахмурился, сделал шаг назад, лишь мельком взглянув мне в глаза. Он опустил голову, проведя рукой по волосам.

— Мы не знаем, что это было, — прямо ответил второй, подходя ко мне ближе. — Никогда не встречались с подобным. Это был рой каких-то жуков, который буквально облепил нас, а за ним последовала атака орлоклювов.

— Что случилось? — раздался голос парня, который сел, схватившись за грудь, морщась от боли. Меня немного качнуло, но я смог устоять на ногах, даже без сторонней поддержки.

— Добро пожаловать с того света, — ответил я ему, все еще бросая взгляд на мужиков. У меня не было повода им не доверять, но какие-то ощущения недосказанности буквально витали в воздухе. — Сегодня можно считать день твоего второго рождения. Мой тебе совет, тщательнее выбирай спутников для рискованного путешествия, — голова все же пошла кругом, и я осторожно присел на пол, стараясь не отключиться.

Все тот же мужик, который все это время не смотрел на меня, буквально материализовался передо мной, вкладывая в руку крисп. Что бы они не хотели скрыть, скрывали это явно не от меня. Как минимум, спасли жизнь парню и сейчас пытались привести меня в чувства. Пускай сами разбираются. Никогда не любил встревать в разборки посторонних.

Тошнота не проходила, несмотря на действие кристалла. Диана тихо подошла ко мне, обтирая лицо мокрым холодным полотенцем.

— Кому тут срочно нужен целитель? — раздался запыхавшийся мужской голос на входе в гостиницу. Как всегда вовремя.

— Похоже, что уже только мне, — тихо проговорил я, усмехнувшись своим мыслям, что половину задания Манула мне все же удалось выполнить: сразиться с тварью на изнанке. Я закрыл глаза и провалился в спасительную темноту.

Очнулся я от резкого света, направленного мне в лицо. Открыв глаза, стало понятно, что это солнечный луч светит мне прямо в глаз, из довольно большого окна, которое не было задернуто шторой.

Чувствовал я себя, на удивление, хорошо. Ничего не болело, голова не кружилась, и вообще, снова ощутил небывалый прилив сил. Я уже и забыл, какого это находиться в молодом теле, которое довольно быстро восстанавливается после нагрузки.

Как только я сел, разглядывая белоснежную небольшую комнату, в которой проснулся, дверь отварилась, и внутрь вошел молодой мужчина в белом халате.

— Доброе утро, коллега, — доброжелательно улыбнулся он, подходя ко мне. — Даже не ожидал, что вы так быстро придете в норму, после серьезного магического истощения.

— Коллега? — вскинул я удивленно брови, разглядывая его.

— Довольно топорная работа, не скрою, но в нашем деле главное эффективность, — продолжал он улыбаться, жестом показывая, чтобы я поднялся на ноги. На мне была надета белая удобная пижама, и до меня, наконец, дошло, что я нахожусь в палате какой-то больнички. Мужчина положил руку мне на грудь, после чего удовлетворенно кивнув, отошел от меня.

— Вы ошиблись, я не целитель, — мотнул головой. — Если честно, я вообще пока не маг. Только поступаю в магическое училище. Где я нахожусь?

— В центральной больнице имени князя Тигрова в Новосибирске, — пояснил он, пристально меня разглядывая, после моих слов. — Я бы даже и не подумал, что ты ничего не знаешь о магии жизни. То, что ты сделал с наследниками графа Сапсанова, говорит об истинном мастерстве и знании дела.

— Ну, я хорошо изучал анатомию, — поморщился я, вспоминая дни своей довольно мрачной молодости.

— Это уже половина дела! — снова улыбнулся он. — С тобой сразу хотел поговорить граф Шмелев, как только придешь в себя. Ему сказать, что ты очнулся или дать время, чтобы немного прийти в норму? — поинтересовался он. Не знаю, как обстояли дела с другими пациентами, но к своему, так называемому, коллеге, относился он довольно благожелательно.

— Нет, лучше сразу, — кивнул я, внутренне собираясь с духом и готовясь, как понимал, к серьезному разговору.

Целитель еще раз осмотрел меня и выпорхнул из палаты, не закрывая двери. Ждал я не долго. Буквально через несколько минут ко мне вошел Шмелев. Окинув комнату беглым взглядом, он при помощи пары жестов накрыл пространство, в котором мы находились, плотным куполом. Я хорошо смог его разглядеть, прибегнув к истинному зрению. Я, наконец, понял, как это работает, следовало только немного сконцентрироваться и подумать о месте, которое хотел бы рассмотреть.

— Как себе чувствуешь? — спросил он, садясь на край кровати рядом со мной.

— Неплохо, — пожал я плечами, рассматривая графа. Он выглядел уставшим, глаза были красными, а лицо даже немного осунулось.

— Что произошло на самом деле? Мне нужно знать, как тварь изнанки смогла проникнуть через охранные заклинания и купол. Такого раньше никогда не случалось, и нужно, чтобы больше не повторилось.

— Внутри человеческого организма. Это был какой-то то ли червь, то ли жук, питающийся жизненной силой носителя. Это все, что мне известно. Как именно мне удалось его уничтожить, даже не спрашивайте, это секрет рода Мануловых, — ответил я.

— Даже не собирался. Интересно, — он задумчиво посмотрел на меня, после чего тряхнул головой и потер глаза рукой. — Граф Сапсанов настаивает на встрече с тобой. Ты спас его детей, которых он отправил на первый уровень изнанки вместе с охраной из десяти человек, из которых вернулись живыми только двое. Только, вот, на первом уровне не водятся орлоклювы, о которых говорят охотники, и тем более твари, которых ты описал. Тут, скорее всего, зреет некий заговор, в который я не рекомендую тебе вмешиваться.

— Почему вы возитесь со мной? — прямо спросил я его.

— Потому что ты заинтересовал Выдрова и, чего скрывать, меня тоже. Мы еще не знаем уровень твоего магического потенциала и направление твоего дара, но Алексей Владимирович считает, что он довольно высок. Тем более, у тебя есть один небольшой недостаток, который мы видим впервые: ты не контролируешь свой дар. Это показал взрыв в сиротском доме у тебя в комнате. — Он замолчал, видимо, подбирая слова, чтобы продолжить свою речь.

— В общем, до того момента, когда я перестану быть опасным для общества вы моя нянька, — закончил я за него. Не слишком радужные перспективы, быть под чьим-то присмотром.

— Не совсем, — поморщился он. — Но небольшая истина в твоих словах есть. Но только до того момента, пока ты не будешь зачислен в училище.

— Что нужно Сапсанову? — перевел я разговор на другую тему. Все же, нужно обдумать, что следует делать дальше, чтобы сбросить с себя настойчивое внимание Выдрова и его команды.

— Когда он узнал, кто ты, и что ты даже не спросил имен того, кому решил оказать помощь, он решил поблагодарить тебя за спасение его детей и предложить свое покровительство, а также место в магической академии в Норильске без какого-либо отбора. Естественно, он берет на себя все расходы на твое обучение, — хмыкнул он.

— Почему в Норильске? — удивился я.

— Там находится его графство. Это довольно неплохое предложение. Я бы на твоем месте согласился. Элитное учреждение, в котором готовят магов всех направлений, особенно упор делается на боевую магию и целительство.

— Но…

— Твои друзья тоже будут проходить обучение там. Это предложение самого графа, потому что он, по его словам, прекрасно понимает, как сироте тяжело в одиночку покорять мир. Правда, понятия не имею, откуда это ему известно. Ну, может, он собирал сирот и спрашивал, всякое бывает, — развел он руки в сторону, поднимаясь с кровати, развеивая купол, который все еще накрывал комнату. — У тебя есть время подумать до шести вечера.

Он быстро направился в сторону выхода, больше не глядя в мою сторону.

— Подождите, — остановил я его. — Вы сказали друзья?

Граф ничего не ответил, только в очередной раз усмехнулся и вышел из палаты, оставив меня одного наедине со своими мыслями.

Глава 12

Я стоял возле окна, рассматривая с высоты нескольких этажей город. Машины медленно двигались, люди куда-то спешили, создавая какую-то суету. Я обдумывал слова Шмелева и все еще не мог до конца определиться со своим решением. Все же, покровительство самого графа это было довольно заманчивое предложение, как и обучение в более элитном учреждении. Но почему-то мне казалось, что граф не так просто пытается перетянуть меня поближе к себе. Еще бы знать истинные причины такому приступу щедрости, и не планирует ли он впоследствии что-то попросить взамен.

Волчонок появился неожиданно. Я почувствовал, что кто-то трется об мою ногу и, когда опустил глаза, увидел его под ногами. Он смотрел на меня преданнейшим взглядом, в котором читался укор и какая-та просьба. Наклонившись, потрепал его по холке, но тот быстро отпрянул от меня и, попятившись, резво побежал в сторону входной двери, которая перед ним распахнулась. Он оглянулся и выбежал из палаты, в прыжке буквально растворяясь в воздухе.

Я удивленно подошел к дверям, понимая, что при движении они не открываются сами собой. Значит зверь, оставленный мне в дар волчицей, каким-то образом может воздействовать на предметы, не прикасаясь к ним. Интересно, что еще он может делать и куда он убежал, а самое главное, будут ли у меня после его новых похождений проблемы. В коридоре было на удивление пусто. Я увидел лишь несколько сотрудников, которые прошли по коридору мимо меня, но ни других пациентов, ни волчонка в поле моего зрения не было.

Поморщившись, я вернулся обратно и, закрыв за собой дверь, попытался его призвать. Всё-таки в детстве меня учили обращаться с духом-защитником, но, к сожалению, в этот раз ничего из этого не вышло. То ли я что-то делал не так, то ли этот мелкий паршивец просто-напросто меня проигнорировал.

Из размышлений меня вывел стук в дверь. Я сразу же ее открыл, на пороге увидев Диану, которая тут же довольно крепко меня обняла.

— Перестань уже так меня пугать. За эти два дня я уже несколько раз думала, что больше тебя не увижу, — наконец, прошептала она, отстранившись.

— Ты вообще спала? — посмотрел на ее опухшее лицо и красные глаза. Она отрицательно покачала головой и глубоко вздохнула.

— Какой тут сон, когда с нами такое происходит, — ответила она и прошла в палату, когда я посторонился, пропуская ее внутрь.

Никаких стульев или другой мебели, которой воспользовались бы посетители в комнате не было, поэтому она робко присела на край кровати, вытягивая ноги. Видно было, что она чертовски устала, но все еще крепилась, чтобы элементарно не отрубиться на месте.

— Ты говорила со Шмелевым? — спросил я ее, подходя ближе.

— Нет, я его видела всего пару раз и то мельком, — отмахнулась она.

— Поступило заманчивое предложение от отца тех ребят, которых я спас. — Сразу перешел я к делу. До начала учебного года оставалось всего немного времени, а мне еще нужно было разобраться с поручением Манула и успеть слетать в Ангарск, поэтому прохлаждаться в больничке не собирался. — Оказывается, это были не простые охотники, а дети графа. В общем, он предлагает спонсорскую помощь, в виде оплаты за обучение в академии Норильска. Говорят, это престижное заведение, гораздо выше по уровню, нежели то училище, в которое нас взяли.

— Такой шанс редко выпадает, и ты точно должен им воспользоваться. Если откажешься, то будешь полным дураком — фыркнула она, отвернувшись.

— Я не отказываюсь от этого предложения, поэтому и говорю сейчас с тобой об этом, — сразу же ответил, убирая из головы все посторонние мысли. Выбор был сделан, и я его озвучил не столько для Дианы, сколько перед самим собой. Девушка резко повернулась, дернувшись, словно от удара током.

— Это правильно, — через панику, которая на секунду ее охватила, смогла проговорить она, опустив голову и рассматривая свои ногти на руке.

— Это предложение касается и тебя. Ты можешь составить мне компанию, укатив еще дальше от сиротского дома, чем планировалось изначально, а можешь остаться в училище. Я ни на чем не настаиваю, у каждого человека должен быть свой выбор, независимо от окружающих, — ровно добавил я, переходя к сути разговора.

— Ты что, издеваешься надо мной? — буквально прорычала она, вскакивая с постели. — Какая академия?

— В Норильске, — повторил я довольно сдержанно. — Но ты, так же, как и я, должна хорошо подумать. Будет тяжело вписаться, все же, как понимаю, это элита, которая примет нас не сразу, если вообще примет. Так что, свое место под солнцем, придется выгрызать зубами.

— То есть, ты сейчас не шутишь? — наконец, до нее дошел смысл моих слов, и она, попятившись, рухнула на кровать.

— Ты видишь на мне клоунский колпак и шаровары? — хмыкнул я, изо всех сил сдерживаясь, чтобы не тряхнуть ее за плечи, приводя в себя и заставляя уже рационально мыслить. Мне было необходимо, чтобы она согласилась. Поддержка друга мне бы точно не помешала, особенно того, кто будет всегда на моей стороне и не ударит в спину, хотя бы в первое время.

— А Петя? — ошарашено спросила она меня. — Как я могу его бросить. Я и так с ним даже не смогла попрощаться, собственно, как и ты.

— У меня не было шанса этого сделать, слишком все быстро завертелось, — покачал я головой, совершенно забыв про этого мифического молодого человека, который по причине Денисова оказался на больничной койке. — Ты знаешь, что с ним?

— Нет. Я когда пришла после распределения в палату, брата уже там не было. Целитель, прибывший вместе с командой для ликвидации прорыва, забрал его в профильное учреждение, в какое именно, мне так и не сказали, — вздохнула она, рассматривая стену позади меня, и только потом до меня дошло, что она сказала «брата». Получается, что Диана и Петр брат с сестрой? Неожиданный поворот. А ведь ничего не стоило разузнать про это раньше. Если они родственники, то возможно и у парня есть магические способности. Значит, именно про этих друзей мне говорил Шмелев.

— Мы обязательно его найдем, не переживай, — ободряюще улыбнулся я. — Поспи, а я пока найду Шмелева, чтобы сказать, что мы согласны на небольшое приключение в Норильске, — я развернулся и вышел из палаты, даже не посмотрев на Диану, которая не стала спорить и не пыталась меня остановить.

Увидев в конце коридора знакомого мне целителя, который разговаривал с каким-то молодым парнем в точно такой же больничной пижаме, что была надета на мне, я быстро к нему подошел.

— Нет, я не отпущу тебя раньше, разговор окончен, — резко закончил разговор целитель, переключая все свое внимание на меня. — Что-то случилось?

— Мне нужно найти графа Шмелева. Можете помочь с ним связаться? — обратился я к лекарю.

— А чего с ним связываться. Эта заноза в энергетических потоках ягодичной мышцы находится у меня в кабинете, в ожидании момента, когда я дам добро, чтобы тебя выпустить, — скривился мужчина. — В конце коридора прямо перед выходом будет дверь по правой стороне. Тебе туда. — Махнул он рукой в сторону выхода, поворачиваясь к парню, который все еще стоял возле нас. — Ну чего тебе еще?

Я не стал медлить и отправился в направлении, которое указал мне целитель. Постучав, я открыл дверь кабинета, заходя в него без разрешения, удивленно обводя взглядом просторное помещение, чуть ли не полностью заставленное всевозможными растениями. Посреди зарослей находился стол, за которым и расположился Шмелев, неторопливо листающий какие-то документы. На единственном диванчике, стоявшим возле окна, сидел Выдров в довольно расслабленной позе, прикрыв глаза.

— Ну и шума вы наделали, молодой человек, — произнес он, после чего открыл глаза и встал с дивана.

— Что вы тут делаете? — прямо спросил я, бросая взгляд на Шмелева, который не прервал своего увлекательного занятия, словно никого в кабинете рядом с ним не было.

— Заглянул узнать, как обстоят дела у моего подопечного, раз вы находитесь в Новосибирске, — улыбнулся он мне. — Я так понимаю, в моем учебном заведении вы учиться не будете?

— Тем самым прибавив мне еще проблем, — буркнул Шмелев, раздраженно переворачивая очередной лист. — Как будто мало их свалилось на мою голову в последнее время.

Я перестал улавливать суть разговора, поэтому просто пожал плечами, решая, что с причастностью Шмелева буду разбираться позднее.

— Я так понимаю, что это утвердительный ответ. Ну что ж, это правильное решение, — улыбнулся мне Выдров. — Собственно, ничего удивительного. Но, прежде, чем вы отправитесь в Норильск, необходимо пройти инициацию, определить ваш потенциал и направление магии. Это правило академии, и его необходимо соблюдать. Как бы не хотел граф Сапсанов показаться всемогущим благодетелем, но в Норильскую академию берут далеко не всех. Есть специальные условия: уровень не ниже третьего, потенциал не ниже пятого и любое направление магии, кроме склонности к водной стихии. Какие-то у них проблемы с ними, может, личная неприязнь основателя. Никто до сих пор так и не знает, откуда такая ненависть к водникам. Как только вы оправитесь от последствий вашего довольно импульсивного и благородного поступка, мы отправимся в Ангарск. К сожалению, придется сделать круг, но это даже к лучшему, — подошел он ко мне и похлопал по плечу.

— Мне уже лучше, поэтому я готов выдвигаться, — ответил я Выдрову, с облегчением осознавая, что не нужно придумывать причины, по которым я бы настаивал на поездке к тайнику старика Манулова.

— Ну и хорошо, ближайший дирижабль отправляется ровно через тридцать минут, как раз успеем сесть на него, — махнул мне рукой Выдров, отправляя собирать вещи. Довольно неплохо все сложилось, но так ничего и не смог узнать о Петре, ведь об этом я и хотел поговорить со Шмелевым, когда направлялся сюда.

Когда я вернулся обратно в палату, Диана уже спала. Я переоделся в форму, которую получил от смотрителя отеля и перебрал все свои вещи, которые кто-то заботливый прихватил вместе со мной и небрежно закинул в шкаф, находившийся в палате.

Все было на месте, включая оружие, кроме криспа, извлеченного из туши волколака. То ли я его потерял, то ли кто-то таким образом взял плату за доставку без разрешения хозяина, не тронув остального. Было, конечно, не приятно, но искать пропажу времени не было, хотя это были единственные средства, на которые я рассчитывал в материальном плане.

Разбудив девушку, которая с трудом соображала, что происходит и куда я ее веду, мы вышли из больницы и, сев в машину, в которой нас уже ждали Шмелев и Выдров, направились прямиком к дирижаблю, успев сесть на него, буквально за минуту до вылета.

Нас разместили в маленькие комнатки, где кроме одноместной кровати, ничего толком не помещалось. Да большего и не нужно было. Я несколько раз пробовал воззвать к волчонку, но в очередной раз не услышал никакого отклика, хотя ощущения, что зверь был все еще со мной никуда не делись.

Через некоторое время после взлета, в комнату вошел Выдров, прикрывая дверь. Это был довольно неожиданный визит, поэтому я резко сел, наблюдая за наставником магического училища. Как и Шмелев, он сразу же набросил непроницаемый купол и только после этого подошел ко мне, садясь на кровать рядом со мной.

— Константин, я хочу поговорить о твари изнанки, с которой тебе посчастливилось повстречаться, — улыбнулся он и посмотрел на меня взглядом хищника, который почувствовал добычу.

— Почему бы и не поговорить, — вздохнул я в предвкушении допроса, ведь с дирижабля уже набравшего скорость и высоту все равно никуда не деться.

К концу полета удовлетворенный моими ответами Выдров, наконец-то, оставил меня одного. Время прошло, на удивление, быстро. Правда, после этого изнурительного разговора у меня сложилось ощущение, что мне просто вынули мозг, прополоскали его в кислоте, протерли грубой тряпкой и с силой засунули обратно в черепную коробку, которая по каким-то причинам уменьшилась в размерах. Таким вымотанным и уставшим я не чувствовал себя даже после исцеления дочери графа Сапсанова, хотя Выдров, казалось, ни к каким магическим уловкам, кроме занудства и интереса к самым незначительным подробностям не прибегал. Было такое чувство, что тварь, путешествующая внутри человеческого организма, в определенных кругах навела очень много шороха.

С больной головой и в довольно скверном настроении, я сошел с дирижабля и сел следом за Шмелевым в ожидающий нас автомобиль. Я смотрел в окно особо не запоминая местность и расположение улиц и зданий. В данном случае, мне это просто не требовалось. Старик Манулов почти всю свою жизнь прожил здесь, поэтому знал о городе практически все.

— Петька! — я вздрогнул от звонкого голоса, раздавшегося у меня под ухом. Я даже не заметил, как задремал, но зато теперь чувствовал себя просто великолепно.

Я вышел из автомобиля следом за вылетевшей из него Дианой. Она бросилась на шею парню, который обнял ее, крепко прижимая к себе.

Петр был похож на Диану. Такие же светлые волосы, зеленые глаза. Только был выше и шире в плечах, сразу было заметно, что он не гнушался физического труда и тренировками. Как они вообще с Денисовым дружили, было не совсем понятно.

— Костя! — он, увидев меня, крепко пожал мне руку, довольно искренне улыбаясь добродушной улыбкой.

— Привет, — я кивнул ему, поворачивая голову в сторону недовольного Шмелева, который чеканя каждый шаг, двигался в нашу сторону.

— Потом пообщаетесь. Прибыл наблюдатель из Норильской академии, хотя я понятия не имею, как он добрался сюда так быстро. Через десять минут вас ждут в комнате распределения, — процедил он, нахмурившись. Таким злым и раздраженным я его еще не видел. Хотелось бы знать, что именно стало причиной такого плохого расположения духа.

— Сейчас? — переспросил я, оглядывая внутренний двор училища. Серое трехэтажное неприметное здание. Если бы не знал, куда именно нас привезли, то даже не заострил бы своего внимания.

— Нет, на третьи сутки после полнолуния. Зайдете с черного входа, постучавшись пять раз и дважды подпрыгнув на левой ноге. Конечно сейчас, или вы зачем-то другим прибыли в училище до начала учебного года? — ехидно спросил граф, разворачиваясь в сторону входа, расположенного в центре здания.

— Вы что-нибудь понимаете? — спросил Петр, когда мы неуверенно двинулись следом за Шмелевым. Я отрицательно покачал головой. Как-то быстро и стремительно начали развиваться события. И мне это казалось довольно подозрительный, вкупе с таким явно избыточным интересом окружающих к обычным сиротам.

Внутри здание было так же ничем не примечательным. Серые коридоры, с учебными комнатами на этажах. Комната распределения, о которой говорил Шмелев находилась на втором этаже в конце длинного коридора.

Небольшое пустое помещение, кроме стола в самом дальнем конце зала, за которым сидела женщина, изучающая какие-то бумаги, да пирамида, напоминающая ту, что была у Выдрова в сиротском доме, только размерами больше, включая кристалл, располагающийся на ее вершине.

— Чуть не опоздал, — двери за нами с грохотом распахнулись, и в комнату вошел мужчина с стильном дорогом черном костюме, начищенных до блеска ботинках и с тростью, которую он просто держал в руках, не используя ее по назначению. Я только взглянул на его лощёное лицо, как сразу понял, кто именно почтил нас своим присутствием. Дети графа Сапсанова были очень сильно похожи на отца, вот только боль и страдания скрывали надменность на их лицах. Хотя, есть вероятность, что до этого состояния они просто еще не доросли. Возле комнаты остались несколько охранников, которых Сапсанов остановил властным жестом руки, не позволяя зайти за ним внутрь. Граф встал недалеко от стола, рядом с женщиной, которая смотрела на вошедшего совершенно безэмоционально, собственно, как и на всех остальных. Сапсанов же в это время, изучающе смотрел на меня. Как будто уже подсчитывал дивиденды, которые он может с меня получить. С детства терпеть не мог таких людей. Я уже хотел было плюнуть на все и заявить о том, что остаюсь в училище, и ничьи подачки мне были не нужны, как Шмелев довольно тихо проговорил:

— Константин, начинай, что делать, вы знаете.

Я подошел к пирамиде и положил ладони на ее основание, выжидательно глядя на кристалл, который должен был показать, на что я, собственно говоря, был способен. Зеленый луч ударил из вершины кристалла, ярко осветив небольшую комнату. Я уже хотел, было, убрать руки, но в этот момент из кристалла пробился второй луч, ярко красного цвета. Сначала лучи располагались параллельно друг другу, но затем начали переплетаться между собой, освещая комнату каким-то неестественным светом. Когда они, наконец, переплелись между собой, то в воздухе прямо над кристаллом пирамиды сначала засияла цифра пять, следом за которой последовала расплывчатая цифра восемь.

— Это… Потрясающе. — Пробормотал Сапсанов, глядя на то, как угасают лучи, когда я убрал руку от пирамиды.

— Магия жизни, магия огня. Потенциал восемь, текущий уровень пять, — прогнусавила женщина, вновь не проявив никаких эмоций. — Вы приняты. Диана Маринина.

Я посмотрел на Шмелева, который задумчиво наклонил голову, даже не глядя в мою сторону. Удивлённым он не был. Хотя я сам находился в небольшом шоке. Восьмой уровень потенциала из десяти возможных и известных на сегодняшний день в Империи. Даже у императора девятый. Правда, как я понимал, работать над достижением максимального для меня уровня придется много, если не сказать большего.

Луч Дианы был серого цвета. Цифра три и шесть говорила так же о том, что она прошла. Это тоже было довольно неплохо. Даже эти цифры привели ее в щенячий восторг, если бы не Сапсанов, думается мне, она бы носилась по комнате, обнимая от счастья все, что только встретится на ее пути.

— Магия воздуха, уровень три, потенциал шесть, вы приняты. Следующий Петр Маринин.

Парень неуверенно подошел к пирамиде, постоянно оглядываясь назад. Я понял, что никакую проверку он до этого не проходил и все это было для него в новинку. Довольно странно со стороны Шмелева и Выдрова, который, к моему удивлению, отсутствовал на распределении, ориентироваться только на родословную. Диана вгрызлась в ноготь на руке, а Шмелев уже с интересом перевел взгляд на очередного воспитанника сиротского дома.

Когда Петр прикоснулся к основанию пирамиды, в комнате стало заметно темнее и тяжелее дышать. Кристалл долго не загорался, хотя по тому, как Шмелев сделал шаг вперед, было понятно, что еще рано делать какие-то определенные выводы. Я ожидал чего-то другого, но зеленый луч, немного темнее, чем мой, вырвался из кристалла, вернув комнате прежнее освещение. Вылетевший следом за ним голубой, практически прозрачный луч сразу же впитался в зеленый луч, наполняя комнату освежающей прохладой. Цифры несколько раз сменили друг друга, показывая совершенно разные значения, после чего все же остановились на отметке три и семь.

— Магия жизни, магия льда. Уровень три, потенциал семь, — проговорила женщина. — Вы приняты.

Мы с Петром смотрели друг на друга довольно удивлено. Два дара практически идентичных, но огонь и лед делали их противоположными друг другу.

— Какой интересный нас ждет учебный год, — впервые проявила эмоция женщина, как-то зловеще улыбнувшись.

Глава 13

— В смысле ты маг жизни? — прошипел Манул, после чего я снова ощутил рывок и оказался в другом мире. Кот сидел, прижав к голове и без того маленькие уши, и дергал кончиком хвоста, которым укрывал лапы. — Манулов, прекрати эти издевательства над моим родом!

— Зачем ты меня постоянно дергаешь? Сам же сказал, что до выполнения задания даже не появишься, как бы я тебя не звал, — раздраженно дернулся я, понимая, что Манул вытащил меня прямо во время пафосной речи графа Сапсанова, которую хотелось бы послушать от начала до конца. Там он как раз распинался, какой его род благородный, и как нам повезло обратить внимание главного Сапсана на таких, как мы.

— Никогда в роду Мануловых не было целителей, лекарей и других, совершенно ненужных нам магов поддержки, — проговорил он, не обращая внимания на мое недовольство. — Хорошо хоть старик смог передать тебе свой дар магии огня, не оставив тебя практически безоружным, а то, это был бы позор, сравнимый с лысым хвостом. — Манул продемонстрировал мне свой шикарный хвост, за которым, судя по его состоянию, он ухаживал с утра до вечера.

— Чем плоха магия жизни? — спросил я прямо, не сводя с кота взгляда.

— Магия жизни лечит, а кого ты собираешься лечить на охоте? Монстров изнанки? — Манул резко убрал от моего лица хвост, видимо, обидевшись, что я не проникся его великолепием.

— А кто сказал, что я посвящу свою жизнь охоте? — прорычал я, не совсем понимая причину недовольства родового божества. Я прекрасно видел, что при использовании магии жизни можно приносить вред, не так быстро, как каким-нибудь огненным шаром, но в умелых руках, это может стать хорошим оружием, особенно на восьмом уровне развития, ну или около того. — Тем более, этим я никоем образом управлять не могу. — Пошел я на попятную, начиная понимать, что привычный образ жизни Манула, буквально только что развернулся на сто восемьдесят градусов.

— Да мне вообще все равно, чем ты будешь заниматься, — Манул сделал вид, что ничего не произошло, и он вполне уравновешенный в эмоциональном плане кот. — Я сказал, что появлюсь, когда ты пройдешь инициацию. Поздравляю, ты ее прошел.

— И это все? — осторожно спросил я, глядя на задумчивого и молчаливого бога.

— Нет. Просто я немного не ожидал, что у тебя появятся подобные способности. Возможно, это даже к лучшему, — кивнул своим мыслям кот, небрежно махнув в мою сторону лапой.

Я почувствовал, что у меня в руках появился какой-то небольшой холодный предмет, который при ближайшем рассмотрении оказался тонкой серебристой спицей. Из какого металла она была сделана, я так и не понял, но она оставалась ледяной, несмотря на то, что должна была хоть немного согреться под действием моего собственного тепла.

— Что это? — перевел я взгляд на Манула, который все это время пристально меня разглядывал, словно увидел в первый раз.

— Это ключ к родовой способности истинного зрения. — Кот встал на задние лапы и с видом профессора начал расхаживать передо мной, объясняя принцип действия иглы. При этом, одновременно с его словами, передо мной, прямо в воздухе начали появляться картинки, наглядно показывая то, о чем он рассказывал. — С его помощью ты можешь управлять нитями заклинаний и распутывать даже самые сложные узлы. А самое главное, найдя центр плетений, ты можешь спокойно на него воздействовать ключом, не прибегая к варварским методам, которые могут тебя похоронить раньше времени, если ты подорвешь что-нибудь взрывоопасное. Запомни это! Как минимум, ты не должен помереть, не передав свой дар другому, на радость всяким мышам и хомякам.

— И береги хвост смолоду. — Продолжил я его речь, понимая, что Манул уже все рассказал и начинает просто ворчать.

— А ты чего такой смелый? — прошипел на меня кот, обнажив в оскале длинные белоснежные клыки.

— А я Манулов. — Подмигнул я. — А ты чего такой вредный?

— Жрецы за хостами не следят. — Усмехнулся кот. — Ладно, иди уже, и без добычи не возвращайся. — Манул взмахнул лапой, и я опять оказался в обычном мире.

— Плата за обучение это всего лишь небольшой шанс отблагодарить вас за спасение жизни моих детей. Так же, хочу еще раз добавить, что высокоуровневые целители и просто маги с высоким уровнем потенциала нужны всем здравомыслящим родам, поэтому я лично предлагаю вам шанс стать частью рода Сапсановых. Что вы об этом думаете? — закончил свою речь граф Сапсанов и, не мигая, уставился на меня.

Спицы в моей руке не было, и я, мысленно поблагодарив своего вредного бога, попытался включиться в реальность происходившего. Безэмоциональной женщины, кстати, в комнате тоже уже не наблюдалось. Зато Шмелев стоял недалеко от нас, буквально прожигая взглядом Сапсанова, который все еще находился возле стола, помахивая своей тростью. Судя по всему, я пропустил главную часть самовосхваления и самолюбования, разбавленную редкими вставками про то, как он рад повстречать нас, таких смелых, одаренных и незанятых магов.

Я посмотрел на Диану с Петром, которые бросали довольно обеспокоенные и обескураженные взгляды в мою сторону, ожидая хоть какой-нибудь реакции с моей стороны. Покачав головой, я прямо посмотрел в глаза графу, что его никоим образом не смутило, и вытащил руку с родовым перстнем из кармана, которую до этого прятал от посторонних.

— Спасибо за такой щедрый дар, мы приложим все силы, чтобы стать лучшими учениками в академии и не подвести ваше доверие. — Аккуратно начал я свою речь, стараясь не слишком разозлить графа. — Что же касается вашего второго предложения, то, по независящим от меня причинам, стать частью вашего рода, я не смогу. У меня уже есть бог-покровитель, который явно будет против того, чтобы я вливался в какую бы то не было семью. Это было бы предательством с моей стороны, — зрачки Сапсанова на мгновение расширились, что говорило о явном удивлении. Он не знал о том, что я Манулов, ведь, официальные данные обо мне еще не обновились. — За своих друзей я решение принимать не могу, они вам ответят сами. Ваше Сиятельство, — я повернулся в сторону Шмелева, который даже сначала не сообразил, что обращаются именно к нему. — Я могу с вами поговорить без посторонних?

Шмелев кивнул и, больше не глядя на Сапсанова, вышел вместе со мной из комнаты, оставив дверь слегка приоткрытой. Охранники, стоявшие по бокам двери, сначала, было, дернулись, но потом решили, что на чужой территории правила все же диктуют хозяева, и остались на своих местах, сосредоточенно глядя перед собой.

Я обратил внимание, что у каждого из них на пальцах красуется тонкий ободок родового перстня, на которых была изображена птица с расправленными крыльями. Довольно сытно граф кормит своего бога, принимая к себе даже обычную охрану. Точные особенности о количестве почитателей мне были неизвестны, но все же склонялся к тому, что каждый бог самостоятельно диктует условия главе рода, кого, в каком количестве и на каких основаниях брать себе в служение.

Мы зашли в учебную комнату недалеко от зала, где проходило распределение. Шмелев присел на край стола, сложив руки на груди, кивнув мне на парту, стоявшую напротив. Я повторил его маневр, использую парту в качестве опоры и прямо посмотрел на своего собеседника.

— Я хочу знать правду. Мне надоело испытывать каждую секунду потрясение, не зная истиной подоплеки. Еще несколько дней назад я был обычным подростком, который даже не думал о том, что будет кем-то большим, нежели обычным работягой на заводе, — ровно проговорил я, отмечая, как взгляд Шмелева становится каким-то задумчивым.

— Что ты хочешь знать, — наконец, ответил он.

— Что вы знаете о наших родителях? Судя по поведению всех, кто нас окружает, встретить мага в сиротском доме очень редкое явление, а уж троих, да с таким высоким потенциалом — это событие просто из ряда вон выходящее, — поморщился я. Мне было необходимо узнать сколько именно внимания посторонних будет приковано к нам на самом деле.

— По правде говоря, ничего, — покачал он головой. — Вас нашли в маленькой деревне недалеко от сиротского дома, куда сразу же и доставили. Случился прорыв, по официальной версии, в результате которого погибли все жители деревни, кроме троих годовалых детей. Если в твоем деле указано хотя бы, что твоя мать была простой крестьянкой, и то, судя по всему, это довольно спорное заключение, то в деле Марининых о родителях не указано ничего.

— И никак нельзя определить к какому роду мы относимся на самом деле? — прищурился я.

— Если бы мы знали с чем нам сравнивать. — Развел руками Шмелев. — Но в случайный прорыв ни я, ни Выдров не верим. Как-то странно, что твари изнанки уничтожили всех, кроме троих одаренных детей одного возраста, — он выжидательно уставился на меня, словно я должен был вспомнить нечто такое из своего детства, что решило было загадку и избавило его от лишней головной боли.

— Я так понимаю, что вы не простой учитель. — Вопросительно посмотрел я на него, впрочем, не особо рассчитывая на честный ответ.

— Нет, я действительно наставник в этом училище, преподаю защитную магию и охранные чары, — усмехнулся он.

— Мне можно будет прогуляться, или теперь вы будете ходить за мной тенью, чтобы собрать необходимую информацию? — раздраженно повел я плечами, стараясь успокоиться. Теперь встало все на свои места. Неужели сразу нельзя было сказать о той куче неприятностей, из которых мы вылезли и в которую снова угодили, благодаря, скорее всего, своим настоящим родителям.

— Естественно, вы не экспонат в музее, чтобы вас стерегли и сдували пылинки, считайте, то, что с вами происходило до сегодняшнего дня — был приступ щедрости, — махнул он рукой, показывая, что разговор, из которого я одновременно узнал много нового и практически ничего путнего, был окончен, и я могу катиться куда пожелаю.

Кивнул Шмелеву, я вышел из комнаты и направился к выходу из училища, решив, что поговорю с друзьями позже. Диане наверняка понадобится время, чтобы она пообщалась с Петром и все ему рассказала. Так что пока я совершенно свободен, и могу отправиться за наследием старика Манулова.

Я и забыл, что училище находилось на нулевом уровне изнанки, поэтому пропускной пункт с охраной, расположенный прямо напротив главных ворот училища, привел меня в некоторое замешательство. Двухметровая крепкая каменная стена, как оказалось, окружала училище по всему периметру. Двое охранников лишь бегло на меня посмотрели, отворив дверь, возле которой они стояли, прямо внутрь этой каменной громады, открывая проход в небольшое помещение. Внутри было абсолютно пусто, лишь дверь, расположенная напротив входа. Выйдя через нее и поднявшись по небольшой, но довольно широкой лестнице, я через очередную дверь вышел наружу, где встретился с еще одним охранным пунктом. Узнав кто я и сверившись с бумагами, мне выдали временный пропуск, после чего мне, наконец, удалось двинуться в сторону тайника Манулова.

Хоть я и выполнил задание кота, но упускать шанса покопаться буквально в своем наследстве, упускать все же не стал. Я прекрасно помнил, где он находится, но как он выглядит, как его открыть и что находится внутри не имел ни малейшего понятия.

Дорога до тайника вела по пустым и темным проулкам и переходам, обходя центр города и оживленные улицы. Я несколько раз ловил себя на мысли, что если бы пошел через главную площадь, то путь занял бы от силы минут двадцать, а не полный час, во время которого я похоже прогулялся по всем злачным местам Ангарска.

Завернув в очередной проулок и пройдя, наверное, с километр сквозь самую обычную свалку, которых, как я думал ранее, в этом мире элементарно не существует, я остановился. Тут маршрут, заложенный в мою память стариком, закончился, а передо мной предстала вереница одинаковых по виду небольших строений, больше напоминающих складские помещения из моего мира.

Активировав истинное зрение, я увидел, что каждый контейнер был защищен всевозможными охранными чарами, которые отличались на каждом строении и по структуре плетения, и по их качеству. Пройдясь между ними, я не нашел ничего, что могло бы хоть как-то навести на тот, который был мне нужен, потому как ни опознавательных знаков, ни элементарной нумерации на них не было. И как мне найти нужный? Не взламывать же каждый, чтобы найти спрятанное на открытом месте наследство.

Решив действовать последовательно, я еще раз по очереди осмотрел каждое из них. Старик владел магией огня, поэтому искал плетения, которые подходили под этот параметр, в надежде, что хозяин использовал свой собственный дар для охранных заклинаний. Всего под этот критерий попадало три бокса, и из них я выбрал тот, чары на котором были наиболее замысловатыми. Родовой дар Манула позволяет не только видеть потоки, но еще и воздействовать на них, поэтому изменить структуру заклинания при помощи ключа, было не так уж и сложно, делая каждое уникальным и не похожим на другие.

Представив спицу, я в ту же секунду обнаружил ее у себя в руке и, оглядевшись по сторонам, подошел к двери строения, которое было оплетено паутиной, наверное, не менее четырех заклинаний. Найдя все четыре центра, я хотел уже было прикоснуться ключом к ним, как увидел небольшое, свободное от плетений пространство, с небольшой выемкой в самом ее центре. Подобное было в отеле, и сейчас я, с сожалением понял, что истинное зрение сыграло со мной злую шутку. Без него этот отпечаток я обнаружил бы гораздо раньше. Активировав печать защиты и набросив на себя купол, ограждающий от внешнего физического воздействия, я приложил перстень к этой ямке и сделал быстрый шаг в сторону, ожидая взрыв, активацию ловушки или еще какой-нибудь пакости от хозяина склада. Но ничего, к моему облегчению, не произошло. Дверь бесшумно отворилось, а все охранные заклинания мгновенно потухли, пропуская владельца внутрь.

Как оказалось, это был спуск под землю, в который вела длинная и скользкая лестница, заканчивающаяся проходом в темное помещение, которое сразу же осветилось тусклым светом настенных светильников, как только я вошел внутрь.

Я удивленно озирался по сторонам, разглядывая целый арсенал самого разнообразного оружия. Как использовать некоторые из них я даже не подозревал. Да тут небольшую армию можно было, при желании, вооружить. В самом дальнем углу располагалась небольшая оранжерея, закрытая непроницаемым стеклянным куполом. Растения мне были незнакомы, но судя по их насыщенному цвету, от недостатка воды и света они не страдали. Стоявший рядом столик со склянками, покрытыми толстым слоем пыли, явно свидетельствовали, что пользовались ими крайне редко. Одна из стен была свободна и на ней висело несколько карт, на которых были крестами отмечены несколько мест. Указаний, что именно было отмечено стариком нигде не нашлось, но вот одно место привлекло мое внимание. Один из красных крестов помечал место, которое было расположено недалеко от сиротского дома, в который мне угораздило переместиться.

Задумавшись, я подошел к сейфу, который стоял чуть ли не посреди помещения прямо на полу. Приложив перстень к замку, я приложил довольно много усилий, чтобы отворить заржавевшую дверцу. Металлический сейф был полностью заполнен. Когда я начал вытаскивать мешочки и коробочки, то, не удержавшись, даже присвистнул, глядя на разноцветные сияющие макры довольно крупных размеров и пачки с деньгами, которые битком заполняли одну из двух полок шкафа. Интересно, с такими сбережениями быть у всех в долгу было дело принципа старика, или имелась какая-то другая подоплека?

Взяв одну пачку купюр, я положил ее в карман. Немного подумав, прихватил так же один из макров. Всё-таки у меня были сомнения в том, что я в ближайшее время, смогу вернуться в это место.

Кот все же не соврал, тут я действительно мог неплохо подготовиться к охоте на изнанке.

Оглядев содержимое тайника еще раз, я не нашел ничего, что могло бы мне пригодиться прямо сейчас и вышел наружу, закрывая за собой дверь перстнем-ключом.

Внезапно, чувство близкой смерти обрушилось на меня, словно ведро ледяной воды. Не став рассуждать о том, откуда оно может исходить, я упал на землю и перекатился в сторону, прямо перед раздавшимся звуком выстрела. Реакции неподготовленного тела едва хватило, чтобы уклониться, благо, своему предчувствию я доверял всегда беспрекословно. Дар волчицы неоднократно спасал меня в прошлой жизни, не подвел и сейчас. Я вскочил на ноги, сливаясь при помощи идеальной маскировки со стеной, одновременно активируя печать поиска. В этот раз она сработала не так, как я привык. Я почувствовал все жизненные потоки, которые окружали меня со всех сторон, но только один из них был довольно сильным и явно принадлежал человеку, а не крысе, которая в панике пробежала прямо передо мной.

Появившийся волчонок буквально из ниоткуда, растянулся в длинном прыжке и кинулся в направлении человека, который находился на крыше соседнего здания. Я смотрел на увеличившегося, наверное, вдвое от своего прошлого размера щенка, немного опешив от увиденного, лишь краем уха услышав вскрик и звук падения.

Я тихо двинулся в направлении рычания и слабого стона, стараясь все же не привлекать лишнего внимания. Еще не совсем доверяя своему дару, который самостоятельно начал вливаться в магию печатей, я озирался в поисках, как минимум, еще одного противника, но никого больше не обнаружил. Обойдя здание, я увидел своего духа-волка, который, взъерошив шерсть, стоял прямо над человеком, лежащим без движений на земле.

Подойдя к противнику, я достал кинжал, висевший на поясе, отмечая, что перестал чувствовать хотя бы крупицу жизненной энергии, исходящей от человека. Присев на корточки, я осмотрел труп, с удовольствием отмечая то, что моему зверю понадобилось лишь одно движение, чтобы перегрызть врагу горло.

Внезапно небольшое движение на руке мужчины привлекло мое внимание, и я увидел, как у него с пальца исчезал перстень со знакомой гравировкой Сапсана.

Дорогие читатели!

Если Вы дочитали до этого места и вам понравилось, то не стесняйтесь поставить лайк. Для меня это очень важно.

Всем мира, добра и пушистого хвоста!

Глава 14

Я обыскал тело, но ничего, что могло бы хоть как-то идентифицировать напавшего на меня не нашел. Выходит, что доказательств виновности Сапсанова в покушении у меня нет. Конечно, я мог вернуться и рассказать о родовом перстне, исчезнувшего с пальца мужчины сразу после его смерти. Но это будет мое слово против слова графа. Не лучший расклад.

— Ну что же ты сразу набросился на него. А поговорить? — я укоризненно посмотрел на волчонка, который сидел рядом со мной, внимательно следя за каждым моим движением. Встретившись с направленным на меня непонимающим взглядом, я лишь покачал головой, поднимаясь на ноги. Хоть он и подрос в рекордные сроки, но он все-таки дух, да еще и ребенок, и такие понятия, как свидетели и допрос для него были не совсем понятны.

Я огляделся, не переставая сканировать местность, при помощи печати. Винтовка несостоявшегося убийцы лежала недалеко на земле, но забирать оружие я не стал. В тайнике старика и не такие были, так что, проблем от нее будет гораздо больше, чем пользы, если меня поймают с ней какие-нибудь местные представители закона.

Волчонок внезапно вскочил на лапы и грозно зарычал, вздыбливая шерсть на загривке, делая медленные шаги в сторону выхода из этого проулка со складскими помещениями. Сразу за этим я почувствовал три источника жизненной энергии, которые приближались ко мне с разных сторон, стремительно беря меня в кольцо.

Подождав несколько секунд и убедившись, что они идут именно в мою сторону, я немного отошел назад, сливаясь со стеной одного из складов. Что же, видимо пришло время проверить дар Манула в бою.

— Твой слева, — шепнул я щенку, который лишь бегло на меня взглянул и тут же растворился в воздухе.

Теперь моя очередь. С двумя я точно должен справиться. Сделав шаг вперед, я повернулся в противоположном от волчонка направлении и отправил печать сокрушения в сторону появившейся фигуры. Использовать жизненную энергию и вкладывать ее в магию печатей, с каждым разом становилось все проще и проще. Мужчина сдавленно вскрикнул и завалился на землю, но печать сканирования четко показывала, что он все ещё жив. Так что, мне пришлось потратить еще секунду на то, чтобы отправить в него печать обездвиживания и полностью вывести из строя.

Раздавшийся щелчок, а следом за ним звук рассекающего воздух арбалетного болта, заставил меня упасть на землю и перекатом уйти в сторону. Показавшийся из туманной завесы мужчина в черной одежде, абсолютно такой же, как была на первом убитом противнике, точно дал понять, что это не обычный заблудившийся прохожий. Он откинул разряженный арбалет в сторону и едва уловимым движением достал нож, который тут же метнул в моем направлении. Я немного не рассчитал траекторию полета оружия и мое плачевное состояние тела, поэтому увернуться, на этот раз, у меня не вышло. Нож вонзился прямиком в мое плечо, вызвав кратковременную вспышку боли, которую, впрочем, я тут же погасил, направив свои собственные энергетические потоки в сторону раны.

Мужик сделал рывок в моем направлении. Он двигался чертовски быстро, а все его движения были точно выверенными и совершенно бесшумными. Наверняка профессионал, только, вот, он явно не ждет, что встретит тут противника на уровень выше его самого. Он не таился и не пытался скрыть своих намерений, стараясь выполнить свою работу, как можно быстрее, и не дать мне время на то, чтобы я пришел в себя и смог оказывать сопротивление. Убрав лишние мысли и прекратив оценивать уже приблизившегося на довольно опасное для меня расстояние убийцу, я резким движением выдернул нож, который все еще торчал у меня из плеча и мешал исцелить рану. Развернувшись, я сделал несколько шагов в сторону, после чего напитал клинок энергией ветра и метнул его обратно. Слегка улыбнувшись, противник попробовал отбить оружие, но усиленный магией клинок легко пробил его руку и воткнулся в грудь почти на всю длину.

Он был все еще жив и недоумевающее смотрел на меня, когда я подошел к нему, вытаскивая кинжал.

— Даже не ожидал, что это будет так легко, — проговорил я еле слышно, понимая, что никакой информации у него добиться не получиться. Я поморщился и вогнал кинжал обратно в ножны, начиная собирать остатки его жизненной энергии и направляя ее в печать тишины, которая накрыла пространство всех складских помещений проулка непроницаемым для звуков прозрачным куполом.

Когда поток прервался, а противник завалился на землю, я быстро обыскал его, отмечая, что на этот раз никакого перстня на руке противника не было. Не найдя в его карманах ничего интересного, я с сожалением поднялся на ноги и направился в сторону обездвиженного противника в надежде на то, что в этот раз мне повезет больше.

Мужик на вид лет сорока, может немного больше, лежал на спине, лихорадочно вертя глазами и стараясь хоть что-нибудь рассмотреть. Он мало походил на профессионального наемника, по крайней мере, он явно был далек от идеальной физической формы. Как же низко меня ценят. Даже никого серьезного отправить по мою душу не смогли. Его сердце билось часто и быстро. Переживал, наверное. Я присел рядом с ним, бегло осматривая его снаряжение. Черная одежда без опознавательных знаков, отсутствие перстня. Из оружия только пара ножей и револьвер.

— Нет, вы серьезно пошли убивать мага без магической поддержки практически голыми руками? — хмыкнул я, глядя пристально в испуганные глаза мужика. Он в ответ только замычал и скосил в мою сторону глаза. — Ах да, сейчас.

Я изменил структуру печати, давая возможность ему нормально дышать и говорить.

— Ты же необученный целитель, откуда нам было знать, что это не так, — простонал незадачливый убийца, замолчав, услышав странные, приближающиеся к нам звуки.

Я повернулся в сторону тихого рычания и звука волочения чего-то большого по земле. Волчонок, особо не напрягаясь, тащил свою жертву ко мне, крепко вцепившись в руку уже мертвого тела. Я даже удивился, как он ее не отгрыз или не оторвал. Положив тело к моим ногам, он сел рядом, слегка помахивая хвостом и глядя мне в глаза.

— Молодец, мелкий, — кивнул я ему и вернулся к источнику информации, которую буквально жаждал заполучить. — Ну, рассказывай, как ты докатился до такой скверной жизни, как попал в дурную, не слишком умную компанию и решился пойти на такое бесперспективное дело?

— Я ничего тебе не скажу, — прорычал мужик, пытаясь проявить характер в патовой для него ситуации. Вены на его шее вздулись, а лицо покраснело. Ну молодец, видимо, прикладывал все усилия, чтобы хоть немного пошевелиться.

— Зря. С каждой минутой ты будешь чувствовать все нарастающую слабость, пока, в конце концов, не умрешь. Смею заметить, довольно мучительно и позорно, — улыбнулся я, призывая спицу, дарованную котом себе в руку. — Хотя, если постараться, то можно сделать еще более мучительнее и позорнее, поверь, я прекрасно знаю, как вытащить из человека нужные мне сведения.

— Я все равно ничего тебе не скажу, — прошипел он и клацнул зубами. Из его рта сразу же потекла желтая пена, а глаза закатились.

— Яд? У такого дилетанта? — поморщился я, активируя истинное зрение и хватая мужика за руку. После чего небольшим потоком своей собственной силы очистил его организм от простенькой отравы, которая даже еще не успела впитаться полностью в кровь и достигнуть жизненно важных органов.

Как я и думал, яд было хорошо видно. Не знаю, как остальные яды, но конкретно этот выглядел, как тягучая зеленая слизь, которая медленно распространялась по кровеносным сосудам. Направив эту слизь в обратном направлении, я не стал очищать от нее организм, а, создав своим потоком небольшое вместилище, окутал эту субстанцию, словно капсулой, оставив яд внутри тела убийцы до лучших, так сказать, времен. Убрав руку от тела мужика, перекрыв тем самым действие магии жизни, я похлопал того по щекам, приводя в чувства.

— Ты больной? — спросил я его, как только он резко открыл глаза. — Я же, хоть необученный, но все же целитель. И ты решил просто отравиться у меня на руках? — он отвел от меня взгляд, сжав плотно губы от нахлынувшей на него злости и отчаяния. — Мелкий, — повернулся в сторону волка, который в это самое время что-то упорно жевал. Увидев, что я на него смотрю, он это что-то проглотил, делая вид, что ничего не происходит. — На тебе важная задача. Если кто-то подойдет или посмотрит в нашу сторону, даже издалека, дай мне знать.

Волчонок кивнул и, смешно растопырив уши, сосредоточенно завертел головой.

— Знаешь, есть такая детская игра «Операция»? Сейчас мы поиграем точно в такую же. Пока ты не заговоришь, я немного поэкспериментирую и посмотрю, насколько тонкими потоками могу управлять, и заодно узнаю, какие именно из них связаны с человеческой нервной системой.

Размяв руки, я прикоснулся спицей к тонкой серебряной нити, сотни которых шли, как оказалось, во все органы и ткани непосредственно от точно такого же серебристого жгута, оплетающего позвоночник. Хорошо, что печать тишины работала, как надо, иначе на крики, уже точно бы сбежались все, кто находился в пределах пары десятков километров.

— Стой, хватит, — всего лишь через пару минут простонал мужик, едва находясь в сознании. Слабый он какой-то. Я же еще толком ничего не сделал. — Я все скажу, только остановись.

— Зачем вы на меня напали? — я убрал спицу и наклонился к нему, глядя прямо в глаза и контролируя его пульс, что, учитывая его не слишком хорошую подготовку к допросам, должен в полной мере показать, когда тот почувствует смелость и начнет мне врать.

— Ты-лекарь, который исцелил Андрея Сапсанова. — С трудом ворочая языком, начал он.

— И? — поторопил я его. Время было позднее, а мне нужно было еще вернуться в училище, чтобы никто не поднял шумиху, что я куда-то запропастился.

— Это невозможно. Было, по крайней мере, невозможным. Магического паразита нельзя увидеть тому, кто не связан с семьей… Теперь ты знаешь о секрете рода, и тебя нужно было заставить замолчать, — сглотнул он.

— Чьего рода? Сапсанова? — я видел перстень на руке стрелка, и мне нужно было всего лишь подтвердить, что он мне не привиделся. Я продолжал допрос, но мои мысли сейчас блуждали далеко от графа. Это что, получается. Червь с изнанки — ручная зверушка графа? А что, так можно что ли, использовать тварей изнанки для своих грязных делишек наверху? Или он не с изнанки, а создан с помощью магии? Полученная информация требовала серьезного обдумывания.

— Не графа, — пробормотал он, замолкая, как только волчонок начал рычать. Щенок вскочил на лапы и бросился ко мне, схватив за рукав, стараясь поднять и оттащить в сторону.

— Кто стоит за покушением на меня и детей графа? — тряхнул я за плечи мужика, направляя печать поиска в разные стороны, чтобы понять, насколько далеко находятся очередные незваные гости. Довольно людное место, как оказалось, на самом деле. Я почувствовал с десяток человек, направляющихся с противоположной от центрального входа стороны. Они были еще далеко, но убираться нужно было именно сейчас. — Да говори же ты, — прорычал я.

— Его брат, — закашлялся он, после чего я дезактивировал все наложенные мною печати и разрушил капсулу с ядом, не оставляя никаких следов моего вмешательства.

Я бросился в направление выхода, понимая, что далеко уйти не получиться. Обойдя склады, я, приблизившись к стене, активировал маскировку и медленным шагом направился в сторону хранилища Манулова, благо, оно располагалось ко мне довольно близко. Я открыл дверь перстнем-ключом и нырнул в образовавшийся проем ровно в тот самый момент, когда появилась группа людей в поле моего зрения, освещая себе дорогу яркими фонарями. Волчонок следовал за мной, не отставая ни на шаг.

Ну, подождем. Надеюсь, что никто из них, наткнувшись на тела наемников или кем они там на самом деле были, не станут обыскивать каждый защищенный охранными чарами бокс.

Я спустился вниз и сел прямо на пол, стараясь разложить полученную информацию у себя в голове. Если мужик не соврал, а судя по ровному, но частому сердцебиению, он в этот момент говорил правду, то на меня точит зуб брат Сапсанова, и почему-то мне кажется, что так просто он от меня не отстанет. Внезапно раздавшийся звук скрипнувшей металлической двери привел меня в чувства, подобно вылитому на голову ведру ледяной воды. Я вскочил на ноги, стараясь определить источник шума, и тут же наткнулся взглядом на волчонка, который в этот самый момент открыл сейф и копался в его содержимом.

— Ты что творишь? — прошипел я, подходя к нему ближе. Как он открыл запертую перстнем дверь, я, скорее всего, сейчас не пойму, а он не ответит. Щенок активно завилял хвостом, не поворачивая ко мне головы, более активно начиная чем-то шуршать внутри сейфа, попутно выбрасывая на пол пачки с деньгами.

— Так, а ну иди сюда. — Я оттащил щенка от сейфа и повернул его в свою сторону. Волчонок старательно отворачивал морду, пытаясь вырваться у меня из рук. Когда я насильно повернул его голову к себе, то увидел, что его щеки были раздуты, как у хомяка. — Что там у тебя? А ну выплевывай, живо, — приказал я.

Щенок посмотрел на меня такими грустными и обиженными глазами, что мне даже на мгновение стало его жалко, но, собрав в кулак всю силу воли, я встряхнул его еще раз. Не увидев во мне ни капли жалости, он, наконец, сдался и выплюнул четыре разноцветных больших макра на подставленную ладонь. Я отпустил волчонка, разглядывая кристаллы. Как они у него вообще поместились в пасти? Вопрос о том, куда делся крисп из кармана брюк в больнице решился как-то сам собой. Похоже, для того, чтобы быстрее развиваться и расти, ему необходима была энергия макров.

Волчонок, все еще обижаясь на меня, подошел к сейфу и, забросив внутрь все вытащенные предметы, лапой закрыл дверцу с такой силой, что металлическая коробка упала на пол с оглушающим грохотом.

— Так, — серьезно посмотрел я в глаза мелкому паршивцу. — Иди наверх и следи за тем, что происходит. Как только все разойдутся, сообщишь. И не смей пропадать. От этого зависит моя жизнь.

Тот тряхнул головой и, чеканя каждый шаг, медленно направился вверх по лестнице. Видимо, давая мне время осознать, как же сильно я его обидел.

— Кстати, а куда делись остальные кристаллы? Тут их было намного больше. — С усмешкой спросил я в спину медленно удаляющемуся щенка, после чего он резко проникся поставленной задачей и пулей взлетел по лестнице.

Поднимать сейф я не стал. Рассовав обслюнявленные макры по карманам, я сел обратно на пол, закрывая глаза, отмечая тот факт, что мое сознание, прижившись в новом теле, старается направить мышцам ту память, которой обладало мое тело ранее. По крайней мере, я точно знал, что не промахнусь, когда метнул нож, и все же смог увернуться от арбалетного болта, хотя, тогда в лесу и ходить то мог с трудом, не говоря уже о чем-то большем. Это открытие меня порадовало. Осталось немного привести себя в форму, и тогда я стану похож на подобие человека. Главное, чтобы мне это дали сделать.

Через некоторое время, устав сидеть без дела, я провалился в полудрему, но, так или иначе, контролировал все, что происходило внутри хранилища. Поэтому, когда появился волчонок, я тут же открыл глаза и поднялся на ноги. Он наклонил голову вбок и, развернувшись, направился в сторону выхода. Проход был чистым, значит, можно было возвращаться обратно.

Когда я отворил дверь, то обнаружил, что просидел внутри всю ночь. Только-только начало светать, поэтому в сумерках можно было легко скрыться от посторонних глаз. И это было очень кстати, потому что на выходе из проулка я увидел двух дежуривших сотрудников правопорядка. Волчонок растворился в воздухе даже без моих указаний, а мне оставалось как-то незаметно пройти между ними. К счастью, мужчины о чем-то активно переговаривались и не обратили внимание на рябь, которая проплыла между ними.

На сей раз петлять я не стал. Добравшись до центральной площади, я скинул с себя способность маскировки, полагая, что искажение пространства все же привлечет больше внимания, нежели слоняющийся подросток.

— Ты где был? — раздраженный голос, раздавшийся за спиной, заставил меня резко остановиться и обернуться. Шмелев стоял совсем рядом, сложив руки на груди, и буквально прожигал меня уставшим взглядом.

— А вы же сказали, что следить за мной не будете.

— Не собирались. Но когда ты не вернулся вечером, твои друзья подняли такой шум, что мне пришлось идти на твои поиски, и более того, направить людей, лишая их законного отдыха и сна. — Он дернулся и, обойдя меня, двинулся в направление училища.

— Как вы меня нашли в итоге? — поинтересовался я. Судя по всему, он был не в курсе моих похождений, поэтому особо волноваться по этому поводу не стоило.

— С помощью поискового заклинания, которое, к слову, начало работать только несколько минут назад. Я уже думал, что тебя прибили где-нибудь в подворотне, потому что оно не работает только по двум причинам: если что-то скрывает того, кого хотят найти, либо тот, кого хотят найти — мертв.

— Мне нужно поговорить с графом Сапсановым, — тихо проговорил я. Мне требовалось разобраться в том, что происходит, и желательно было убрать мишень с моей груди. Чтобы хоть некоторое время не озираться по сторонам, в поисках очередного наемника, и почему-то я был уверен в том, что таких любителей больше на охоту за мной не отправят.

— Он уехал практически сразу после инициации, — остановился он и посмотрел пристально на меня. — Он тебе зачем?

— Мне нужно поговорить с ним о его брате, — уклончиво ответил я, еще раз отмечая тот факт, что даже имя графа Сапсанова вызывает у него ничем не прикрытую агрессию.

— О каком из троих? — уточнил Шмелев, ставя меня своим вопросом в полный тупик. Похоже, добраться живым в академию будет довольно проблематично.

Глава 15

— Ты не стараешься! — под грозный крик Шмелева, огненный щит, который я старался удержать, распался на множество искр, которые тут же потухли в воздухе. Я раздраженно дернул рукой и снова представил плетение, направляя в него огненный поток, едва пробивающий через магию жизни.

— Я стараюсь, — сквозь зубы процедил я, уже сам видя изъян в плетении еще до того, как легкий воздушный кулак ударил в него. Все повторилось. Щит распался, искры разлетелись в разные стороны.

— Плохо стараешься, — прямо посмотрел на меня Шмелев. — Еще раз.

Прошло ровно пять дней с момента нападения. Разумно решив, что мне лучше находиться в стенах училища и никуда не выходить, я наотрез отказался выезжать в Норильск. Я удивился, когда узнал, что Петр все же дал свое согласие на предложение графа. Диана металась между мной и братом, но в итоге все равно уехала следом за ним, как только я объявился, и она удостоверилась, что я жив, здоров и, вроде, в ее помощи не нуждаюсь.

Все, что я знал о Петре, никак не вязалось с его решением примкнуть к роду Сапсановых на правах прислужника, по крайней мере, из слов Дианы. Складывалось чувство, что ему все равно, что я не вернулся в стены училища, и поддержал свою сестру в стремлении меня найти, только из-за уважения к ней. У нас не было времени, чтобы элементарно поговорить. Поэтому такая смена поведения от «я защищу Денисова ценой собственной жизни», до «мне плевать на него», наводила на совершенно разные мысли. Диана тоже находилась немного в недоумении, но бросить брата не решилась.

Так что сейчас, я остался один, что меня, с одной стороны, тяготило, потому что уже привык ощущать поддержку со стороны девчонки, но с другой, чувствовал небольшое облегчение. Потому что мне никто не мешал пытаться разобраться во всей этой странной и запутанной истории.

Шмелев почему-то решил, что я впал в уныние, когда друзья меня покинули, и не вмешивался в мои попытки утолить одиночество в стенах библиотеки. Интересно, откуда они вообще взяли такую информацию, что сироты тяжело переносят расставание с друзьями? Опыты какие проводили, или психологи у них не слишком профессиональные?

За все то время, что я провел в библиотеке, выходя только чтобы перекусить и поспать, я перечитал, наверное, практически все, что у них было про магию огня и жизни. Общие сведения, разумеется, потому как у каждого рода дар проявлялся индивидуально. Но и этого хватило, чтобы понять, что, как правило, маги, управляющие несколькими стихиями и способностями, как в нашем с Петром случае, практически не встречались. Были универсалы, что являлось так же редким явлением.

Я так и не решил, что делать с дальнейшим обучением. Ехать в Норильск и засунуть голову в пасть льву или, все же остаться в Ангарске и постоянно оглядываться, ожидая нож в спину.

Но в любом из этих случаев, мне понадобится вся доступная сила. Поэтому я решил попросить Шмелева помочь мне разобраться со вторым магическим потоком. Всё-таки огненные навыки всегда считались одними из сильнейших по своей разрушительной мощи.

— Почему ты не едешь в Норильск? — внезапно спросил Шмелев, прерывая мое плетение. — До начала учебного года осталось всего пара дней. Если ты решил остаться здесь, то тебе самое время подать документы на обучение и переселиться в общежитие. Потому как скоро наставник с исторического факультета вернется с отпуска и попросит тебя убраться из его апартаментов, которые, как мне кажется, покидать ты не намерен.

Задумавшись над ответом, я случайно дернул кистью и с удивлением увидел, как узлы на моем огненном щите разъехались в сторону. Выходит, после сотворения заклинания, я не теряю над ним контроль и могу видоизменять его по своему усмотрению. Это было достаточно странно, ведь все учебники, которые я прочитал, утверждали, что маг после того, как создал заклинание, способен только его поддерживать, и, возможно, немного стабилизировать. Плетение было грубым, и работать с ним можно было просто руками без ключа. Поэтому я быстро залатал прореху в заклинании, немного перераспределив огненные потоки, но, к сожалению, в последний момент несколько узлов, когда приблизились друг к другу, спаялись в один.

Внезапно, вместо щита у меня из рук вылетела огненная цепь, которая рассекла воздух, доставая до потолка, и с громким гулом и треском пронеслась по залу, где проходили тренировки, в сторону Шмелева. К счастью, наставник довольно легко развеял заклятие. С грустным видом глядя после этого на потолок, который обуглился и местами пошел трещинам.

— Я говорил, что ты не стараешься, — покачал он головой и повернулся ко мне. — У тебя очень сильный потенциал к магии огня, но ты элементарно не можешь на ней сосредоточиться. Это как-то связано с тем, что произошло с тобой той ночью? Я не стал спрашивать и настаивать на разговоре, когда ты упомянул братьев графа, думая, что ты сам все расскажешь. Но ты играешь в молчанку и не выходишь из стен училища. Это наводит на определенные размышления.

— Вы тоже много утаиваете от меня, — хмыкнул я. — Зачем мне что-то рассказывать обычному преподавателю училища?

На самом деле, я просто не знал, стоит ли ему доверять. Но все то время, что мне приходилось с ним проводить, подтверждали его благие намерения в отношении меня. У него было около сотни способов, чтобы убить меня, покалечить или сдать, но он по какой-то причине хотел меня именно защитить, причем, не слишком навязывая свое внимание. Еще вчера я думал поднять эту тему, потому как мне действительно нужен был совет от стороннего и, главное, знающего хоть что-нибудь о Сапсановых человека.

— Если я скажу, что это секретная информация, ты же вряд ли от меня отстанешь, — усмехнулся он, заложив руку за спину. — Могу сказать, что непосредственно имею отношение к одному из тайных отделов князя Тигрова, которым руководит Алексей Выдров. Теперь ты скажешь, что заставило тебя остаться в моем училище, а не нестись сломя голову в академию, которая даст тебе шанс на светлое будущее?

— На меня напали, — поморщился я, решив, что ответа Шмелева для первого раза достаточно. — Точнее, хотели просто убить люди из рода Сапсановых. Один из них обмолвился, что их направил брат графа.

— Вот оно что, — прикрыл глаза Шмелев. — Я так понимаю, кровь на рубашке в то утро, когда мы с тобой встретились, была не твоя.

— Да нет, моя, — пожал я плечами.

— Это как-то связано с найденными неопознанными до сих пор трупами на окраине города? — прищурился он, с нескрываемым интересом наблюдая за моей реакцией. Я мысленно улыбнулся и неопределенно пожал плечами, ничего не произнося вслух. Пусть сам строит догадки, официально, я в этом деле не замешан. Такой ответ Шмелева вполне удовлетворил.

— Значит, брат графа Сапсанова. Один из трех, но кто именно тебе не известно. Почему они хотели тебя убить? — сделал шаг вперед мужчина, пристально глядя мне в глаза.

— Это связано с тварью, которую я убрал из тела парня. Больше мне не сказали.

— Отлично, — чему-то улыбнулся Шмелев. — Наш отдел уже давно подозревал род Сапсановых в незаконной деятельности, только доказательств никаких не было. — Он хлопнул в ладоши и купол, ограждающий нас от большей части зала, исчез. — На сегодня достаточно.

— Но мне-то что делать? — прямо спросил я его. — У меня нет связей, безопасного убежища, денег и, главное, информации. Я надеялся, что вы хотя бы поделитесь последним, чтобы мне можно было разработать первоначальную тактику поведения.

— Тебе будет безопаснее находиться в академии в Норильске, нежели здесь. В своем доме такие люди, как говорится, не гадят. Остерегутся привлечь лишнее внимание. Поверь, я изучил графа и наслышан о его семье, поэтому знаю, о чем говорю.

— А еще мне почему-то кажется, что вы будете использовать меня в качестве приманки, — я прищурился, глядя на задумчивого графа.

— Не исключаю такой вариант развития событий, но это требует согласования. Но, если бы я хотел сделать тебя приманкой, то начал уверять, что тебе лучше остаться именно здесь, в Ангареске, потому что здесь Сапсановых сдерживать никто не станет, — подошел он ко мне ближе.

Легче, конечно, не стало, но на территории графа, против которого плетется некий заговор, явно будет безопаснее, в этом Шмелев прав. Я думал об этом, но все же ничего не знал об этих людях, а информацию смогу получить только в Норильске.

— Когда отправляется ближайший дирижабль в Норильск. — Приняв решение, уточнил я. — Если мы все обговорили, то, думаю, мне нужно отправляться сегодня же.

— В семь часов вечера, у тебя как раз есть время, чтобы собраться. Да и волка своего найти не помешает. Где он, кстати?

— В безопасном месте, — ответил я, ощущая тепло внутри меня. Волчонок действительно не показывал свой нос, видимо, переваривая то, что сумел вытащить из сейфа, пока я не видел.

— Хорошо. Никому не говори о нем в академии, — серьезно сказал Шмелев, разворачиваясь и направляясь в сторону выхода, больше ничего не поясняя.

— У меня есть просьба, — добавил я, после чего граф резко остановился и, развернувшись, нахмурился, пристально разглядывая меня. — Попытайтесь найти хоть какие-то сведения о наших родителях. Все же, есть вероятность, что их происхождение может довольно упростить наши жизни.

— Этим уже занимается непосредственно Выдров, а дело под пристальным контролем князя. Не каждый день детей, судя по вашему потенциалу, сильных в магическом плане родителей стараются спрятать в сиротском доме от какой-то угрозы. Это все?

Я кивнул и вышел из зала, прокручивая разговор со Шмелевым, который точно знал гораздо больше, чем говорил, особенно про родителей. Значит, они смогли разговорить директрису, которая призналась, что прятала нас. Интересно, если кто-то прознает о том, кто мы и откуда, эта угроза выплывет наружу или за давностью лет ее уже не стоит опасаться?

Собрав свои немногочисленные пожитки, я переоделся в форму охотника, единственную приличную одежду, которая у меня была, и направился в сторону выхода. Деньги, благодаря схрону старика, теперь у меня водились, поэтому первым делом, я решил прогуляться по магазинам и купить все самое необходимое на первое время. Все же не дело было появляться в стенах академии, не имея хотя бы минимального гардероба. Кроме того, благодаря прочитанным в библиотеке училища книгам, у меня появилась идея, как перенять опыт из моей прошлой жизни и сделать магию печатей более доступной. Для этого требовалось несколько ингредиентов и материалов, которые здесь не пользовались особой популярностью и стоили достаточно дешево, потому как местные не знали об их истинной ценности.

Поздоровавшись с охранниками, я вышел на улицу, вздохнув полной грудью свежий воздух. Нет, находиться в четырех стенах и прятаться не по мне. Если Сапсановы объявили на меня охоту, посмотрим, кто в итоге окажется дичью: птичка или хищная кошка.

Не оборачиваясь, я направился в сторону небольшого рынка, где, то и дело, затаривался старик. Именно там можно было найти самые разнообразные, даже поистине редкие вещи, были бы деньги. Самое главное, что все это было даже законно, по крайней мере, внешне.

Постоянно чувствуя на себе посторонний взгляд, я, не торопясь, дошел до искомого магазинчика, стараясь все время находиться в центре толпы. Останавливаться и искать преследовавшего меня человека я пока не хотел. Нужно было добраться до открытого места с одной стороны, а с другой, чтобы была возможность спрятаться, в случае непредвиденных обстоятельств. Сувенирная лавка, как официально назывался необходимый мне магазинчик, как раз попадал под все мои требования. Он стоял в центре небольшой площади, огороженный высоким забором. Кроме палаток торговцев никаких зданий в округе не было, но зато в самой лавке за несколько монет, можно было воспользоваться запасным выходом, ведущим в подземные туннели.

Колокольчик висевший над дверью залился мелодичной трелью, когда я вошел внутрь. От обилия стеллажей с разными безделушками просто мельтешило в глазах, а запах пряностей и каких-то восточных терпких ароматов вызывал небольшую тошноту.

Продавца не было. Лишь на длинной стойке, где стоял кассовый аппарат и несколько статуэток, лежала огромная серая крыса, которая, увидев меня, вздыбилась и противной зашипела, готовясь наброситься.

— Гоша, успокойся, сколько раз тебе говорить, чтобы ты не распугивал моих дорогих клиентов, — в зал из дверей, располагающихся за стойкой, буквально вылетел пожилой мужчина низкого роста. Его бегающих хитрый взгляд, направленный из-за круглых очков, быстро оценил платежеспособность клиента, и его улыбка сразу же стала менее приветливой.

Я подошел ближе, совершенно игнорируя крысу, которая при виде хозяина успокоилась и вольготно развалилась на стойке, и положил руку с перстнем прямо перед мужчиной. Чтобы он смог полюбоваться на изображение Манула и вернуть себе ту радушную улыбку, которая была на нем в момент появления.

— Чем могу помочь? — поправил он свои очки, периодически бросая взгляд на перстень.

— Мне нужен лунный камень, обсидиан, серебряная проволока и вот этот список трав, — протянул я ему листок с заранее приготовленным перечнем всего необходимого. Он внимательно его изучил, задумчиво потерев подбородок.

— Очень необычный список, молодой человек. У меня все есть в наличии, кроме волчьего корня. Но я могу предложить взамен готовой травы семена. При должном уходе растет около трех суток.

— Идет. — Я положил на стойку заранее отсчитанные двадцать рублей, чтобы поторопить продавца.

— Очень приятно видеть молодого человека, который настолько серьезно относитесь к своему делу! — Расплылся в еще большей улыбке хозяин заведения. — Гоша, охраняй гостя, пока я не вернусь.

Я пристально посмотрел на крысу, которая повела носом и демонстративно отвернулась от меня, свесив со столешницы хвост. Я прислушался к своим ощущениям, понимая, что скрытого взгляда больше на себе не чувствовал.

— Константин? — за спиной неожиданно прозвучал незнакомый женский голос, заставляя нас с крысой резко повернуться в сторону входа.

В дверях неуверенно топталась девушка, которую я заметил еще возле выхода из училища. Правда, какой-либо опасности от нее в тот момент не исходило, поэтому я просто прошел мимо. Внезапно она сорвалась с места и буквально за долю секунды материализовалась передо мной, крепко обняв. Я сначала опешил от такого поведения, но потом все же узнал в черноволосой девчонке дочь Сапсанова, которую я спас на изнанке. Сейчас она выглядела совершенно иначе. Дорогая одежда, профессиональный макияж и запах едва уловимых духов, от которых у меня начали все же слезиться глаза, и я изо всех сил старался сдержаться и не чихнуть ей в макушку.

— Что вы тут делаете? — я деликатно отлепил ее от себя, глядя в бездонные, наполненные слезами глаза.

— Я… — она немного замялась, после чего решительно вздернула голову, ловя мой взгляд. — Я хотела поговорить с вами наедине, но не знала, как к вам подойти и с чего начать, — замолчала она, глубоко вздохнув.

— Это вы следили за мной? — не мигая, смотрел на нее, не зная, как реагировать на ее появление.

— Я не следила, — покраснела она, опустив голову. — Просто не сразу вас догнала.

— Что же, видимо, я слишком быстро хожу. — Усмехнулся я.

— Вы все еще не прибыли в академию, хотя, как говорили ваши друзья, вы приняли приглашение моего отца обучаться в ней. Я подумала, что вы передумали, поэтому решила сама поинтересоваться так ли это. Но внутрь училища меня не пустили, а мне нужно было встретиться с вами. Осталось всего полтора дня до начала обучения, и вы вряд ли бы успели добраться до Норильска за такое короткое время, — решительно проговорила она, пристально глядя мне в глаза. — Тем более, что я вас так и не поблагодарила. Я обязана вам жизнью, и никакие деньги, дарованные моим отцом, не в силах покрыть этот долг перед вами.

— Очень приятно, но вы мне ничего не должны, — ровно проговорил я. — Мне приятно ваше внимание, но я именно сейчас выдвигаюсь в сторону вашего графства, поэтому ваши волнения беспочвенны… мм, не знаю вашего имени, — ответил, глядя на смутившуюся моими словами девчонку.

— Лера, — проговорила она. — Валерия Сапсанова.

— Очень приятно, Лера, но прошу меня извинить, — я повернулся в сторону появившегося хозяина лавки, который тащил в руках несколько запечатанных бумажных пакетов. Истинный смысл ее появления здесь мне был не до конца понятен. К тому же, хоть она, так же, как и я пережила покушение, спланированное, как мне кажется, одним человеком, но заводить дружеские отношения с кем бы то не было из четы Сапсановых мне не слишком хотелось. Поэтому я просто хотел расплатиться за полученный товар и уйти, как со стороны двери опять раздался незнакомый голос. На этот раз, правда, мужской.

— Хм, а я думал, что слухи о том, что в элитной академии Норильска будет вместе с нами обучаться всякий сброд, всего лишь выдумка моего отца, чтобы в очередной раз задеть меня побольнее, — я обернулся в сторону парня, одетого во все белое. Синие глаза на бледном лице выделялись какой-то кляксой, даже притупив впечатление от презрительной ухмылки, которую было практически не видно. Пепельные волосы так же картину не улучшали.

— Олег, ты что тут делаешь? — раздражённо вскинулась Лера.

— Зашел купить пару сувениров. Я как раз возвращаюсь из Москвы со встречи с его императорским величеством, а дирижабль сделал остановку в этом забытом всеми богами месте. Увидел тебя и решил почему бы и не поздороваться со своей двоюродной сестренкой. Поинтересоваться ее здоровьем, а то слухи ходят всякие, — покачал он головой, все еще пристально меня разглядывая. — Компанию, конечно, ты себе выбрала… — поцокал он языком, — не самую лучшую. А когда ты начала заниматься благотворительностью, привечая всяких побирушек?

— Закрой свой поганый рот, — прошипела девушка, сжимая кулаки. Свет в лавке замигал, несколько из стеклянных витрин лопнули, осыпая нас колючей крошкой, а парня буквально вынесло из здания через выбитую дверь, направленным потоком силы. Если это не какая-та игра двух родственников, то девушка явно было немного огорчена и раздосадована появлением этого бледного молодого человека.

— Госпожа, прошу вас, не нужно выяснять отношения здесь, — взмолился хозяин лавки, выбегая из-за стойки. — Прошу, покиньте помещение, тут же много ценных экспонатов. Молодой человек, с вас еще три рубля тринадцать копеек, — уже совершенно другим тоном проговорил мужчина, протягивая мне несколько пакетов.

— Ну все, сестричка, тебе вместе с твоим оборванцем не жить, — откуда-то издалека раздался крик обиженного брата, после чего землю слегка тряхнуло, а воздух запах озоном.

Глава 16

Я даже не удивился тому, как ловко меня подтянули к семейным разборкам. Похоже, этот Олег решил действовать в угоду своей семье и взять решение проблемы в свои руки. Хорошо, хоть, он все решил сделать самостоятельно и больше не посылать сторонних людей.

Девушка сжала кулаки и, вздернув подбородок, вышла из лавки под облегченный вздох продавца и яростное шипение крысы, которая, видимо, решила оставить последнее слово защитника лавки за собой.

— Пусть это все постоит пока здесь, вернусь, потом рассчитаюсь, — поставил я пакеты на стойку и, не слушая возмущения хозяина лавки, вышел вслед за девушкой на улицу.

Все же, мне было интересно посмотреть на битву магов, да и просто ретироваться, после оскорблений в мой адрес, я не мог. Не позволяла гордость и ответственность за новый род, который я основал при благословении Манула.

Пространство возле лавки было окружено зеваками, стекающимися со всех сторон, образуя ровный круг возле четы Сапсановых, оставляя для маневров совсем немного места. Это было довольно странно, учитывая, что буквально несколько минут назад тут прогуливалось лишь несколько человек. Продавцы начали довольно проворно сворачивать свои палатки, которые вполне могли смести в разгар семейных баталий, принося довольно ощутимый материальный ущерб испорченному товару. Причем, пока еще ничего не предвещало беды, словно кто-то всех предупредил, что сейчас грядет что-то опасное.

Лера стояла напротив брата, все еще сжимая кулаки. При помощи истинного зрения я увидел, как вокруг девушки появляется плотная энергетическая завеса, которая, завихряясь, словно коконом окружала ее. А вот Олег выглядел довольно расслабленно. Тонкие губы скривились в злобной улыбке, а взгляд выражал все то же презрение и чувство полного превосходства. Усмехнувшись, он поднял руки вверх, и пространство вокруг нас начало огораживаться от остальных зевак частоколом ледяных прутьев, вырывающихся прямо из земли и скрывающих происходящее внутри круга от посторонних глаз.

— Ты действительно хочешь бросить вызов, брат? — холодно поинтересовалась девушка. Она стояла ко мне спиной, поэтому я не видел ее лица, но, судя по тому, как резко стал серьезным и сосредоточенным Олег, его сестра в этот момент была действительно настроена крайне решительно.

— Сначала я разберусь с твоим безродным дружком, потом и до тебя дело дойдет, сестренка. Я не позволю позорить наш род, — ответил ей Олег, переводя взгляд в мою сторону. Я глубоко вздохнул, делая шаг вперед, начиная собирать внешнюю энергию и подготавливать печати.

— Тебе это с рук не сойдет, — Валерия вскинула голову и подняла руки вверх, из которых тут же вырвалось сиреневое пламя, создающее внутренний круг защиты, с обеих сторон обволакивая ледяной частокол.

Замкнув контур, пламя, тем временем, рвануло вверх, трансформируясь в очертание птицы, которая, расправив свои сиреневые крылья, тенью накрыла небольшой участок под собой. Я видел сквозь магические потоки, как недоуменно переглядываются и перешептываются люди. Некоторые начали расходиться, понимая, что их лишили бесплатного зрелища, а ждать итоги, додумывая, что же произошло на самом деле было не так интересно. Приглядевшись, среди обычных горожан я заметил человек пять охраны, которые кучно толпились возле абсолютно внешне незапоминающегося человека. Если бы не опыт из моей прошлой жизни, то я бы даже не обратил на него никакого внимания.

Олег атаковал первым и без предупреждения. Ледяное копье, вылетевшее у него из рук, с легкостью пробило защитный барьер Леры, но ее волшебная птица тут же спикировала вниз и приняла оставшийся удар на себя. От волны высвободившейся энергии двух заклинаний, девчонку откинуло назад, и она довольно ощутимо врезалась спиной в стену лавки, из которой украдкой подглядывал продавец. Все произошло достаточно быстро, и вмешаться я элементарно не успевал. Я не мог пока держать больше трех печатей одновременно, а печати усиления и ловкости были практически готовы и наполнены энергией, поэтому все что я смог сделать — это укрыть ее печатью физического щита. К счастью, он вполне справился, и она не получила серьезных травм, после неудачного приземления.

Этого я уже стерпеть не смог, особенно после того, как парень повернулся в мою сторону и довольно злорадно улыбнулся.

— Ну, теперь можем поговорить без посторонних, — проговорил он и решил повторить тот же самый трюк, что минутой ранее, отправляя в меня очередное ледяное копье. Правда, несмотря на всю его мощь, заклинание было рыхлым и топорным, поэтому центр плетения я смог заметить еще в первое ее применение.

Я активировал уже готовые печати и просто сделал шаг в сторону, легко уклоняясь от ледяного копья, которое вонзилось в стену лавки прямо над головой Валерии. Естественно, следом за ним полетело еще одно. Но в этот раз, я решил попробовать использовать в бою божественный артефакт. Напитав спицу энергией ветра, я метнул ее в центр плетения, благо он располагался прямо в области навершия, и попасть в него было достаточно просто. Заклинение мага распалось в шаге от меня, не оставив после себя даже ледяных брызг. Ключ исчез, правда, после того, как я его призвал, он снова оказался у меня в руке. А вот это было действительно хорошим открытием и делало подарок Манула еще более ценным.

— Ты оскорбил меня, но с тобой мы незнакомы, — холодно произнес я, делая шаг вперед и создавая огненную цепь. Хотя еще час назад она получилась у меня случайно, но структуру ее потоков запомнить смог с первого раза. Я встал прямо перед парнем, который дернулся, было, чтобы сделать шаг назад, но потом остановился, выпрямившись и прямо глядя мне в глаза. — Может, я и оборванец, как ты говорил ранее, но я далеко не безродный, как ты выразился сейчас, и твои слова оскорбляют меня и моего бога-покровителя.

— Как ты… — он перевел взгляд на цепь, огонь которой разжигался все ярче. — Ты же лекарь, — все же показал удивление Олег Сапсанов, как мне показалось, не обратив внимание на мои слова про бога-покровителя.

— Я не лекарь, — усмехнулся я. — Я маг жизни. И почему все путают эти понятия?

Противник сделал шаг назад и выбросил руку вперед, направляя в мою сторону ледяной шар, который стремительно увеличивался в размерах. Я увернулся от него, пропуская его мимо себя, теряя из вида парня. Шар достиг размера больше человеческой головы и, замерев на долю секунды, развернулся и устремился ко мне, ускоряясь с каждым пройденным сантиметром.

Я не мог разглядеть центр плетения, поэтому размахнувшись цепью и раскрутив ту над головой, бросил ее в направлении заклинания, отпрыгивая в сторону. Стало заметно холоднее и темнее. Из неизвестно откуда взявшейся тяжелой серой тучи повалил мокрый снег, а земля под ногами превратилась в корку льда, на которой было тяжело устоять.

Огонь, встретившись со льдом, разрушил плетение с оглушительным взрывом, отбрасывая меня и моего противника в разные стороны. Легкие ботинки не могли нормально сцепиться со скользкой поверхностью, поэтому мне пришлось упасть на колени, чтобы элементарно удержать равновесие.

— Я маг жизни, — передразнил меня Олег, скривив губы в презрительной усмешке. — Я старше тебя, я сильнее тебя, и я из благородного рода. Каким самоуверенным храбрецом нужно быть, чтобы вступить со мной в схватку…

Магия жизни сильным потоком хлынула ко мне, заставляя противника замолчать на полуслове и согнуться в приступе болезненного кашля. Печать очищения, направленная на землю, полностью убрала ледяной покров вместе с гранитной плиткой, перемалывая ее в мелкую крошку и оставляя после себя лишь голую сухую землю.

Внезапно снежинки, которые все еще сыпались с неба, замедлили падение и начали собираться вместе, образуя снежные шары, из которых тут же формировались ледяные кинжалы, резко сорвавшиеся с места, стараясь атаковать меня все одновременно.

В этот раз огненный щит получился целым и крепким, а внешняя сила, которую я направил в структуру заклинания, сделала его практически непроницаемым, пропустив только пару кинжалов. Один из них болезненно вонзился мне в плечо, а второй, летевший точно в грудь, я успел отбить собственным клинком, который достал из ножен.

— Хватит. — Поднялся я на ноги и печатью сокрушения отправил противника в полет, который прервался лишь в тот момент, когда тот встретился с ограждающим периметр щитом из ледяного частокола. Я даже удивился тому, что он не выставил никакого щита или барьера для своей защиты, полностью концентрируясь на атаке и держа меня от себя на расстоянии.

Хриплый стон вырвался у него изо рта, и он попытался подняться на ноги. Энергетические потоки Олега были целыми, но довольно блеклыми, что говорило о магическом истощении. Смертельных физических ранений я у него не обнаружил, поэтому даже не стремился хоть как-то облегчить его страдания. Судя по той массивной атаке, которую он провел против меня, не побоявшись причинить вред своей сестре, то он явно намеревался меня убить.

— Я победил, и ты должен извиниться за свои слова, — тихо произнес я, направляясь в его сторону. Он сидел на коленях, приложив руку к груди и вперился в меня злобным взглядом.

— Я лучше умру, чем извинюсь перед тобой, — сплюнул он кровь на землю и закашлялся. Да что с этим парнем не так?

Я покачал головой и медленно подошел к нему в тот самый момент, когда над площадью раздался знакомый раздраженный голос.

— Что здесь происходит? — граф Шмелев в сопровождении запыхавшегося охранника, которого я видел возле ворот рынка, появился сразу же, как только распался магический ограждающий пространство периметр. Видимо почувствовавший неладное охранник сразу же бросился за помощью, только не понятно почему именно к Шмелеву?

Обведя взглядом пространство вокруг нас, он медленно подошел к нам и помог подняться Сапсанову, бросая взгляд на Леру, которая медленно поднималась на ноги, держась за голову.

— Что на вас нашло? Устроить бойню в центре торговой площади? — зарычал наставник, уставившись на меня злобным взглядом.

— Он прилюдно оскорбил меня и мой род, первым напав на Валерию Сапсанову, а потом просто хотел меня убить. Я не думаю, что в случившемся есть моя вина, — холодно проговорил я, бросая взгляд на парня. Он едва держался на ногах, но все еще не осознавал своего поражения и того, что его элементарно спас граф Шмелев.

— Где Глеб Сапсанов, — обернулся он в сторону охранника, с которым он прибыл на площадь.

— Я направил за ним своих людей, как только появился магический барьер, но ответа еще ни от кого из них не получил, — обеспокоенно посмотрел охранник на Шмелева, доставая из кармана мобилет, местный источник дистанционной связи. — Сейчас сам попробую связаться.

Я обвел взглядом площадь, но не увидел того странного мужчину в окружении охраны, которого приметил ранее. Олег внезапно захрипел и, закрыв глаза, начал заваливаться на Шмелева, теряя сознание, отвлекая мое внимание от толпы, в которой я все еще старался найти эту странную компанию.

— Что с ним? — спросил у меня наставник, укладывая парня аккуратно на землю. Напряжение, внезапно воцарившееся на рынке, можно было разрезать кинжалом, который все еще находился у меня в руках. Вложив клинок в ножны, я присел рядом с находившимся без сознания парнем, глядя на него истинным зрением. Едва заметную прозрачную паутину, окружающую его голову, я заметил ни сразу. Только притронувшись к ней своим магическим потоком, когда она распалась, не оставляя после себя и следа.

— Что-то случилось, — я поднял голову на Валерию, которая подошла к нам. — Я не знаю, как это объяснить, но он вел себя очень странно. Он хотел бросить мне вызов, и если бы не Константин, то он бы сделал это. У нас, конечно, не слишком радужные отношения, но на взаимных оскорблениях и подколках мы обычно тормозили.

— Вызов? — нахмурился Шмелев, вперившись взглядом в девушку. — Ты уверена?

— Почему это вас беспокоит? — спросил я, глядя на девушку, которую заметно потряхивало, и она обхватила себя руками, чтобы успокоиться и согреться.

— В кодексе рода Сапсановых с этим очень строго. Если поединок происходит в людном месте на глазах свидетелей, то проигравший платит за это собственной жизнью. Это не обычная дуэль. Это вызов чести одной из ветвей рода, — пояснил Шмелев, обводя площадь пристальным взглядом, словно пытаясь отыскать ответ на вопрос, который задал сам себе. — Поэтому все споры они стараются переносить на священную поляну, где нет обязательных условий и на которой всегда можно прийти к взаимному соглашению.

— Тем более, Олег в поединке с тобой применял только магию, но он не очень сильный маг, хоть и старше тебя на два года. На дуэлях он всегда использует обычное оружие, которым владеет практически в совершенстве. А то, что он сделал… — она посмотрела на все еще падающие снежинки, которые сразу же таяли, как только опускались на землю.

— Что происходит? Где я? — простонал Олег, садясь на землю и хватаясь обеими руками за голову. Я прикоснулся к нему, направляя целебный магический поток, чтобы убрать боль. Происходящее мне нравилось все меньше и меньше, и сейчас я был практически уверен в том, что он к случившемуся имеет лишь косвенное отношение.

— Олег, что последнее ты помнишь? — спросил Шмелев, как только я убрал руку, а взгляд у парня немного прояснился.

— После аудиенции с императором, мы с отцом сели на дирижабль и вылетели в Норильск. Я ушёл к себе в комнату и уснул. Почему я здесь, где мой отец? — он резко вскочил на ноги, озираясь по сторонам. Успокоился он только после того, как встретился взглядом со своей сестрой. — Лера?

Мы резко обернулись на звуки приближающихся шагов. Толпа зевак начала в панике разбегаться и расступаться, освобождая место людям в военной форме и стражам правопорядка. Подошедший к Шмелеву охранник в компании мужчины, судя по знакам отличия находившегося в звании капитана, в это время начал что-то тому докладывать, но из-за воцарившегося вокруг шума ничего расслышать не получалось.

— Идите сюда, — махнул нам Шмелев, подзывая к себе. — Произошел несчастный случай на дирижабле, который летел из Москвы в Норильск, — посмотрел он на Олега пристально. — Вы отправляетесь вместе с капитаном в местное отделение, вас допросят, а потом доставят в училище.

— Что-то случилось с моим отцом? — тихо проговорил Олег, обводя всех обеспокоенным взглядом.

— Ваше сиятельство, ваш отец найден мертвым в своей комнате вместе со всей вашей личной охраной и главным советником графа, — тихо проговорил капитан, под вырвавшийся вскрик девушки, стоявшей рядом со мной. От неожиданности она вцепилась со всей силы мне в руку, сжав ее так крепко, что мне пришлось направить целебный поток в том направлении, чтобы притупить резкую боль.

— А мы тут причем? — спросил я, пытаясь унять резко нахлынувший жар, который всегда появлялся, когда мне грозила опасность. Исходящее от волчонка беспокойство передалось и мне, но я приказал ему оставаться в невидимости и не появляться на людях, что бы не происходило. Ощутив недовольство, исходящее от духа, я попытался успокоить все сильнее бьющееся сердце, но у меня это сделать не получалось. Под пристальным взглядом Шмелева и капитана я начал осматривать площадь, стараясь найти хоть какие-нибудь намеки на предвещающую опасность.

— Они родственники убитого, а ты просто за компанию, — процедил наставник, видимо, тоже уже не понимая, что происходит вокруг.

Накрывший площадь плотный туман стал неожиданностью для всех, кроме меня. Чего-то подобного я как раз и ожидал. Мгновенно закрыв стоявших рядом со мной огненным щитом и максимально усилив его печатью, я увидел, как выстроенная мною защита с легкостью опадает под массивной атакой в нашем направлении. Но со своей задачей я справился, дав Шмелеву лишнее мгновенье, на установку его защиты, что с легкостью отбила всю направленную в нас троих вражескую магию.

После этого, туман тут же пропал. Шмелев в это время уже склонился над капитаном, который лежал на земле, не подавая признаков жизни, собственно, как и еще несколько мужчин в военной форме, включая охранника, сопровождавшего наставника.

— Уходите отсюда, живо, — прорычал в нашу сторону Шмелев, стараясь перекричать толпу, мечущуюся по площади в панике, стараясь добраться до выхода первыми.

Глава 17

Я огляделся, пытаясь найти пути отхода. Два выхода из рынка были перекрыты мечущимися людьми, которых пытались хоть как-то утихомирить охранники и военные. Что, как обычно, еще больше сеяло панику среди толпы. Родственники Сапсановы стояли, не двигаясь, с округлившимися от ужаса глазами, рассматривая убитых.

— Чего вы замерли, уходим, — прорычал я и схватил девушку за руку, поворачиваясь в сторону лавки, возле которой было подозрительно тихо, словно все пытались обойти это место, не смотря на давку.

Парень на мои слова даже не пошевелился, поэтому я довольно грубо схватил его за ворот парадного костюма, в котором он находился, и тряхнул, приводя в чувство. Когда он перевел на меня потерянный взгляд, я толкнул его в сторону выбитой двери магазинчика сувениров.

— Что ты делаешь, — попыталась остановить меня пришедшая в себя Валерия, стараясь вырвать свою руку из моего захвата, когда мы переступили порог лавки.

Парень, покорно шедший за мной, затормозил прямо перед входом, озираясь по сторонам, и развернулся в сторону площади, собираясь вернуться на открытое место.

— В очередной раз спасаю ваши жизни, — рявкнул я, осматриваясь и пытаясь найти следы затаившегося продавца, но не увидел даже крысы, которая, как полагаю, являлась первым уровнем защиты. Поведение Сапсановых можно было посчитать за шок, но лично мне легче от этого не становилось. Если бы нас со Шмелевым рядом не было, они бы так и тупили в центре площади, если, конечно, дожили бы этого момента.

— Нужно вернуться. Мой отец… Это я его убил, да? — резко повернулся ко мне Олег и схватился за голову обеими руками, оседая на пол. — Я ничего не помню. Почему я ничего не помню?

— Может хватит уже себя вести, как избалованные малолетние кретины? — прошипел я. — Вашу семью пытаются уничтожить, и по чистой случайности меня втянуло в ваши родовые разборки, в которых почему-то ваш бог-покровитель не собирается вам помогать. Поэтому берите уже себя в руки! Если хотите заниматься самокопанием — оставайтесь здесь, лично я собираюсь выжить и свалить отсюда. Эй, лавочник со своей героической крысой, вылезай, разговор есть, — крикнул я, ощущая два источника жизненной энергией, находившихся прямо за стойкой магазина.

Сапсановы молчали и, судя по их напряженному сопению у меня за спиной, все-таки решили остаться рядом со мной и не геройствовать. Продавец не отзывался и даже дышал через раз, стараясь сделать вид, что его не существует. Мог бы и уйти, но такие люди до последнего будут находиться рядом со своим богатством, надеясь, что именно его беда обойдет стороной.

Наложив защитную печать на здание, я влил в нее всю доступную мне энергию воздуха, после чего глубоко вздохнул и обошел стойку, заходя за нее и останавливаясь прямо перед продавцом. Он сидел в самом углу и крепко держал в руках свою крысу, которая не оставляла попытки вырваться из захвата. То ли ей было просто не комфортно, то ли просто хотела показать благоразумие и сбежать. Я некоторое время постоял, но потом довольно громко кашлянул, привлекая к себе их внимание, только потом сообразив, что могу видеть их исключительно с помощью истинного зрения. Окружающие их серебристые нити делали очертания расплывчатыми, а когда я посмотрел на них обычным взглядом, то они и вовсе исчезли из поля зрения. Заклинание маскировки слетело, после чего продавец вместе с резко успокоившейся крысой подняли на меня испуганные взгляды. Я достал из кармана десять рублей и положил деньги на стойку, нарочито медленно и спокойно.

— Мне с друзьями нужно освежиться, — произнес я слова, которые ранее использовал старик, заплатив ровно столько, сколько для этого требовалось.

— Да-да, конечно, — пролепетал он и, выпустив крысу, кряхтя, поднялся на ноги. — Ключ оставите в замке, — кивнул он, доставая его из внутреннего кармана куртки и протягивая мне. — Не забудьте ваши покупки, не дело, если вам за ними придется возвращаться, — изобразил он подобие улыбки, протягивая мне большой бумажный пакет, в котором находились купленные ингредиенты.

— Да что вы такое говорите, у вас так уютно, и есть все необходимое, я обязательно к вам загляну еще, — оскалился я и повернулся в сторону ничего не понимающих Сапсановых. — Пошли, быстро.

На удивление, они послушались, даже не проронив ни слова, только, неуверенно переглядываясь, двинулись за мной.

Потайной выход, о котором знал, наверное, каждый охотник в этом городе, располагался возле служебного помещения. На двери красовалась художественно оформленная табличка в виде красочной картины с писающим мальчиком. Вставив ключ в замочную скважину, я увидел, как очередные защитные чары слетают с дверей. Золотистые волны шли снизу вверх. Когда последняя волна достигла пола, в замке раздался мелодичный щелчок, и дверь сама без какой-либо помощи отворилась внутрь.

Внутри было темно и сыро. Собрав немного энергии ветра, я создал маленький огненный шар и осветил, как оказалось, абсолютно пустое помещение. Только люк в полу, прикрытый тяжелым металлическим щитом. Я поднял его и заглянул вниз, обнаружив лаз, в которой вела на вид довольно хлипкая деревянная лестница.

— Олег, ты первый, за тобой Лера, я замыкающий, — скомандовал я, поворачиваясь к ним. Парень довольно сосредоточенно кивнул, несколько раз оглянувшись в сторону выхода, после чего уверенно подошел и начал спускаться.

Я прислушался, понимая, чем было вызвано беспокойство Олега. В лавке кто-то был и, судя по неразборчивым голосам неожиданных гостей, чьи слова, к сожалению, было практически не разобрать, зашедших было, минимум, трое. Как только раздались шаги в нашем направлении, дверь, ведущая в основное помещение, тихо закрылась. Погрузив помещение в полумрак, который развеивал мой небольшой огонек.

Когда вслед за братом в лазе полностью скрылась девчонка, я загасил огненный шар и юркнул последним, отмечая, что тяжелый щит, который я откинул в сторону, легко поднялся и прикрыл выход, наглухо его запечатав с внутренней стороны.

Спускаться пришлось недолго. Далеко удаляться Сапсановы не спешили и ждали меня внизу, освещая небольшую пещерку голубым светящимся шаром, висевшим прямо над выходом, ведущим в лабиринт подземных туннелей.

— Что теперь? — сосредоточенно поинтересовалась Лера, глядя на меня. Олег озирался по сторонам и к чему-то прислушивался, направив ярко голубой щуп в проход. Его глаза в этот момент ярко засветились точно таким же ярко-голубым светом, и парень замер, видимо, полностью сосредоточившись на каком-то поисковом заклинании.

— Нужно добраться до училища, там в данный момент безопаснее всего, — прикинул я. — А там уже доберемся до твоего отца в Норильске. Я никого не знаю в этом городе, поэтому за помощью кроме, как к Шмелеву мне не к кому обращаться.

— Я удивлена, что граф, в принципе, нам помог, учитывая конфликт между ним и отцом, — закусила девушку губу, поворачиваясь к своему брату. — У меня есть другое предложение. — Она достала из кармана свиток, скрепленный массивной сургучной печатью. — Я не была уверена в том, что успею на дирижабль вместе с тобой, поэтому решила перестраховаться. Это свиток массового перемещения, настроенный на мое родовое поместье в Норильске. Может перенести до четырех человек.

— Неплохой запасной план, — процедил я, едва удерживаясь от нецензурных слов в адрес девчонки, у которой был самый короткий путь к отступлению, потому что даже сейчас я не был уверен в том, что путь по туннелям будет безопасным.

Убить графа и подставить его сына — это довольно рискованное мероприятие само по себе. Если бы подобное планировал я, то несомненно предусмотрел и эти туннели. Да и в принципе любые другие пути отхода жертвы. И выбор места дуэли между членами семьи, мне почему-то кажется, что тоже не был случайным.

— Впереди несколько человек. Возле каждого выхода, до которого я смог дотянуться, тоже дежурят вооруженные люди, — тряхнул головой парень и качнулся, втягивая голубой щуп себе в руку. Он присел на одно колено и закрыл глаза, видимо, стараясь прийти в себя после применения столь затратного заклинания. — Отсюда нет выхода. Это конец.

— Выход есть всегда. Даже если вас съели, то их все еще два. — Поморщился я, вспоминая слова своего наставника, глядя на девушку, которая все еще держала артефакт в руке, вытянув ее в мою сторону. — Активируй свой свиток, пора навестить твоего отца.

— Прикоснитесь друг к другу, — скомандовала она. Я помог Олегу подняться. Он, не отпуская моей руки, положил руку на плечо своей сестре. Как только я прикоснулся к девушке, она разломила печать и разорвала свиток, бросая его под ноги в центр образовавшегося круга. Ощущение переноса были точно такими же, как тогда, когда нас переместили в гостиницу Шмелева из Храма. Толчок, секунда свободного падения и ощущения земли под ногами.

Я открыл глаза, которые рефлекторно прикрыл после активации артефакта и отошел от Сапсановых, озираясь по сторонам.

— Это мало похоже на твое родовое поместье, сестрёнка, — еле слышно проговорил Олег, делая шаг назад.

Я сначала даже не понял, где мы находились. Красное небо, словно окрашивало даже воздух своим кровавым хищным светом. Запах крови и разложения чувствовался даже при поверхностном дыхании, от чего к горлу подкатывала тошнота, а голова начинала кружиться. И пустота. Вокруг не было ничего, лишь огромная, расстилающаяся до горизонта пустыня. Я присел, ощупывая песок, который отливал каким-то нереальным фиолетовым цветом. От земли тянуло жаром, а песок был буквально раскален. Значит, ощущение жжения в ногах мне не почудилось. Еще немного, и казалось, что ноги буквально загораться, если оставаться на месте, по щиколотку увязнув в этом песке.

— Этого не может быть, — прошептала Лера, попятившись и споткнувшись обо что-то, рухнув на спину.

Она села на колени, разгребая песок руками. Я, кажется, начиная понимать, куда нас занесло, осматривался по сторонам, стараясь отмечать даже незначительное шевеление или искривление пространства.

Девушка резко вскрикнула и отползла назад, когда из песка появилась идеально обглоданная кисть находившегося в песке человеческого скелета.

Неожиданно материализовавшийся прямо из воздуха волчонок сбил меня с ног и в резком, едва уловимым взглядом прыжке, напал на огромную птицу, что расправила свои черные крылья прямо надо мной.

Я прыжком поднялся на ноги и сотворил огненный щит, который непроницаемым куполом накрыл нас, оставляя за периметром птицу и щенка. Волчонок, вцепившись в горло, не отпускал ее и не разжимал челюсти. Я знал, что в случае чего он переместиться ко мне, но все равно чувство тревоги за щенка меня не отпускало.

Внешняя энергия без особого труда потекла ко мне буквально огромным лавинообразным потоком, чуть не роняя на землю. Я едва устоял на ногах, но потом, не прекращая ее собирать и концентрировать, направил прямиком в сторону моего щита, укрепляя печатями тонкие места. Я не мог понять природу этой энергии, но она точно была от разных источников.

— Где ты взяла свиток? — с трудом поднялся на ноги Олег. Его глаза были красными, лицо осунулось, и его била мелкая дрожь.

Девушка резко вскочила, глядя на купол, через языки пламени которого с трудом можно было разглядеть то, что находилось с другой стороны от него. При помощи внешней энергии, я без труда держал свой щит, даже в момент чудовищной по силе атаки, спикировавшей, словно из ниоткуда, еще одной огромной черной птицы.

— У отца в кабинете. У нас всегда лежат свитки перемещения в сейфе на крайний случай, — ответила Лера, вздрагивая после каждого удара орлоклюва по моему щиту. Атаки становились сильнее и чаще, а щит местами начал разрушаться.

— Кто знал, что ты отправишься в Ангарск… — Прищурился Олег.

— Народ, сейчас не время играть в детективов, — крикнул я, понимая, что прочности моего щита хватит максимум еще на пару атак. — Кто-нибудь знает, что это за место?

Сапсановы отрицательно помотали головами. Взлетевшая в воздух сиреневая птица девушки яростным криком, разнесшимся чуть ли не до горизонта, отвлекла орлоклюва, старавшегося пробить щит. Волчонок с победным рыком появился возле меня, тряхнув головой и выплевывая перья из своей пасти. В тот же момент я заметил, как моя собственная магия, преобразованная в огненный щит, не слушаясь меня, буквально начинает переплетаться с магией печатей, вызывая яркое изумрудное свечение, которое можно было заметить, даже не прибегая к истинному зрению. Атака на щит усилилась, и теперь уже, как минимум, четыре твари старались добраться до своей добычи.

— Ложитесь! — только и успел крикнуть я, когда понял, что сейчас произойдет. После чего, подавая пример моим спутникам, упал на горячий песок и накрыл голову руками.

Раздавшийся чудовищный по силе взрыв подкинул меня в воздух и оправил в далекий полет, благо, падать было не больно: песок смягчил падение.

Я резко встал, стараясь сквозь поднявшуюся пылевую завесу, рассмотреть хоть что-нибудь. Активировав истинное зрение, меня чуть не ослепило яркое серебристое сияние, исходящее от твари, которая кружила надо мной, собираясь напасть. Остальных птиц я не видел, только светящиеся перья кружили в воздухе вперемешку с песком. Значит, взрыв смог не только отогнать тварей.

С орлоклювами было справиться не просто даже обычному магу, если не знать куда бить, но, благодаря знаниям старика и подарку Манула, я знал, что мне делать, чтобы быстрее завершить нашу схватку. Почувствовав меня, тварь застрекотала и камнем бросилась ко мне, целясь своим длинным острым клювом. Я ушел от атаки перекатом и, вскочив на ноги, метнул спицу, напитав ее энергией ветра, как в поединке с Олегом, стараясь попасть прямо в области ее лба, пока птица находилась в нескольких метрах от земли.

Ее тело было оплетено энергетическим коконом, который было тяжело разбить как заклинаниями, так и физическим воздействием. Пока этот энергетический щит был цел, птица была практически не уязвима, по крайней мере, от моих атак еще необученного мага.

Я едва удержался, чтобы не броситься в направлении раздавшегося крика девушки, прекрасно понимая, что пока эта тварь жива, мне от нее все равно не уйти. Игла, достигнув цели, с громким хлопком разрушила энергетический кокон, от чего птица неуверенно сделала пару взмахов резко опавшими крыльями и просто рухнула вниз. Тут же появившийся рядом со мной волчонок громко зарычал и бросился к ней, благо, теперь расправиться с тварью было не столь проблематично.

Обернувшись в ту сторону, откуда услышал крик, я увидел, как ярко голубой щит накрывает двух человек, стараясь сдержать нападение еще одной птицы. Энергетического щита на ней не было. Мгновенно наложив на себя печати силы и скорости, я бросился в сторону твари, раскручивая над головой огненную цепь. Щит Олега был мощнее и искуснее моего, значит, и вправду, на изнанке энергетические потоки мага восстанавливаются быстрее, что не позволяет полностью истощиться. Но почему он не атакует?

Цепь, которая полетела в сторону орлоклюва, обвила его шею. Дернув ее на себя, я смог притянуть птицу и, не дожидаясь, пока она окажется на земле или сбросит с себя цепь, я достал кинжал и прыгнул ей навстречу, усиливая свой прыжок очередной печатью. Поравнявшись с ней, я вонзил свой клинок прямо в шею твари, после чего уперся ногами ей в спину и рванул оружие на себя. Тем самым нанося огромную, резаную рану, которая гарантированно должна была убить, даже столь живучее существо.

Приземлившись, я едва увернулся от рухнувшей на песок твари и глубоко выдохнул. Волчонок подлетел ко мне, довольно громко хрустя своей законной добычей, в виде небольшого макра.

— Следи за обстановкой, если что, предупреждай сразу, — посмотрел я ему в глаза, после чего тот, все еще пережёвывая кристалл, растворился в воздухе.

Я, быстро достав из твари два макра золотистого цвета, расположенных у нее в голове и в специальной плотной капсулой под клювом, подошел к Сапсановым, которые выглядели, мягко скажем, обескураженно.

— Так, а сейчас вы мне расскажете, что, вашу мать, здесь происходит и почему ваш бог-покровитель терпит тот факт, что две ветви вашего рода просто хотят уничтожить, — пристально посмотрел я на них.

— Мы…

Их прервал дикий рев, от которого содрогнулась земля. Откуда именно он раздавался было не до конца понятно. Складывалось ощущение, что отовсюду.

— А может, мы сначала поищем отсюда выход? — робко спросил Олег, вместе со мной вглядываясь на стремительно заходящее за горизонт ярко-красное солнце.

Глава 18

Несмотря на резко опускающуюся темноту, песок под ногами накалялся все сильнее. После повторившегося рева, земля под ногами задрожала, а мелкие фиолетовые песчинки поднялись в воздух, собираясь в кучу и завихряясь в мелкие смерчи. Они сближались и вливались друг в друга, образуя уже несущий вполне ощутимую угрозу вихрь, который, к счастью, кружил пока вдалеке от нас.

Я почувствовал под ногами толчки, которые все учащались и становились сильнее. Через несколько минут из-под земли, на которой мы стояли, стал пробиваться едкий дымок. Твердая поверхность, оставшись без песка, покрылась трещинами и разломами. Стоять на одном месте было уже практически невозможно, поэтому я при помощи печати вознесения, напитанной энергией ветра, поднялся в воздух на своеобразной воздушной подушке, пристально оглядываясь вокруг. За своих спутников я не переживал, ледяные ступени начали образовываться прямо над землей и уходить вверх в то место, где я находился.

Складывалось чувство, что внешней энергии становилось все больше, поэтому я без проблем взлетел еще выше на сформированном мною облачке, постоянно подпитывая печать, чтобы не свалиться вниз, как только ее действие прекратится.

— Что происходит? — спросил Олег. Сейчас он выглядел собранным и сосредоточенным. Видимо, парень смог полностью абстрагироваться от посторонних мыслей. Поравнявшиеся со мной Сапсановы так же, как я озирались по сторонам в поисках источника рычания, которое мы слышали ранее.

— Как долго продержится твое заклинание? — я кивнул на ступени, увидев, что нижние из них начали элементарно таять. Капли воды, которые формировались после разрушения ступеней, падали на черную землю, мгновенно испаряясь и превращаясь в пар

— Это заклинание поддержки, оно не требует много энергии, — пожал плечами Олег. — Ты что-нибудь понимаешь?

— В общих чертах, — кивнул я. — Скорее всего, мы в самом центре пробуждающегося вулкана. Нужно уходить отсюда, как можно дальше, если не хотим сгореть заживо.

Парень сосредоточенно кивнул, озираясь по сторонам в поисках путей отхода. Я смотрел на кратер под ногами, из которого большими толчками начал выбрасываться осевший и слежавшийся многовековой пепел. Сколько он будет просыпаться не известно, наверное, даже Манулу.

Я отлетел в сторону за пределы кратера, чтобы посмотреть, что творится на реальной земле, но увидел только черную пустоту. Пустив небольшой огненный шарик, я довольно долго смотрел, как он опускается вниз, превращаясь в едва заметную огненную точку, пока полностью не скрылся из моего поля зрения. Вот это попали. Нужно срочно искать окно портала.

— Ты что-нибудь видишь? — обратился я к волчонку, прикоснувшись к груди. Щенок появился возле меня незамедлительно, сев на облако рядом со мной и покачал головой. — Ищи выход отсюда, ты единственный из нас, кто может передвигаться быстро и незаметно. — В очередном мощном и стремительном прыжке волчонок исчез, оставив меня одного. Нужно убираться от жерла вулкана как можно быстрее, боюсь, что как только он пробудится, внешней энергии станет в разы меньше.

Раскат грома, вперемешку с рычанием раздались вместе с мощным выбросом пепла. Я развернулся в сторону своих спутников, которых из-за поднявшегося вверх черного пепла практически не было видно. Я заметил только едва различимые очертания поднимающихся еще вышел людей на медленно образующихся ступенях. Прикинув, сколько веса я смогу держать в воздухе, оставляя запас энергии на защиту от тварей, которые по мере удаления от вулкана появятся в довольно большем количестве, нежели пара-тройка заблудившихся орлоклювов, стремительным рывком взлетел вверх.

Внезапно чудовищный по силе столб пепла вырвался вверх, сбивая меня с ног и отбрасывая в сторону от Сапсановых за пределы кратера в кромешную темноту. Я перевернулся в воздухе, группируясь и активируя еще одну печать. Как только ноги коснулись относительно твердой поверхности воздушной подушки, я взлетел вверх, взглядом ища своих спутников. Олег смог сориентироваться, поэтому они приземлились на довольно широкую ледяную платформу, окутанные ледяным щитом, не пропускающий пепел и песок, который постепенно начал оседать вниз.

Я больше почувствовал, нежели увидел чужое присутствие. Вслед за тяжелым, пристально направленным на меня взглядом появилось ощущение давления, которое буквально пыталось вжать меня в поверхность, перед невидимым пока противником. Сотворив вокруг себя огненный щит, мне, к счастью, удалось снизить силу этого влияния. Правда, огоньки пламени в нем, то вспыхивали, то практически затухали, однако, структура заклинания хоть и требовала постоянной подпитки, но оставалась целой.

Неожиданно, яркий, буквально ослепляющий меня поток огня упал с неба и вонзился во все еще твердую поверхность вулкана, разделив меня с ребятами гудящим пламенным столбом. Жар, исходящий от него был такой силы, что ткань одежды, в которую я был одет, плавилась, прилипая к коже. Я, придав ускорение своей воздушной подушке, отлетел подальше от разгорающегося потока, который, коснувшись поверхности вулкана, мгновенно увеличился в размерах. Оглядевшись, я увидел, что ледяная платформа, на которой находились брат с сестрой, была пуста, а они, все еще окруженные ледяным щитом поднимаются по ледяным ступеням выше, пытаясь обойти это странное явление и приблизиться ко мне.

Новый поток огня, вырвавшийся из земли недалеко от первого, слился с ним воедино, приобретая кроваво красный оттенок. Песок и пепел потекли к нему, вплетаясь в его структуру, делая плотнее. Снова раздался дикий рев, но он уже находился совсем рядом с нами и шел прямо из жерла просыпающегося вулкана.

Мы с моими спутниками уже приблизились друг к другу, когда огненный столб резко увеличился в размерах и взорвался, озаряя своим красным светом все вокруг далеко за пределами этого огромного кратера, где находилась черная пугающая до дрожи пустота. Наши щиты выдержали этот удар, но мгновенно распались, не оставив после себя даже части плетений.

— Все целы? — уточнил я, подлетая к Сапсановым, которые, остановившись, с ужасом смотрели, как из огненного столба формируются очертания какого-то огромного существа.

— Да. Но похоже, это ненадолго, — прошептала Лера, закусив губу до крови. — Я чувствую силу этого монстра. Мы не сможем не то что победить, но даже убежать от него.

Не став тратить силы на бесполезный спор, я осмотрел возвышающуюся над нами тварь, с телом из камня и песка, окруженного синим огненным пламенем. Активировав истинное зрение, я увидел, что вместо крови в его теле струиться магма, а там, где у обычного человека расположено сердце находится огромный черный пульсирующий кристалл.

— Уходим. Если не сражаться с ним, то мы можем поддерживать друг друга и оставаться в воздухе, где у нас преимущество в маневренности, — решительно произнес я, мысленно призывая волчонка, который уже по моим прикидкам должен был осмотреть довольно приличную площадь. Протянув руку, я схватил Олега, который находился ближе ко мне, чтобы перетащить его к себе на воздушную подушку.

Как только он сделал неуверенный шаг, становясь рядом со мной, а я подал руку дрожащей от страха девчонке, в тот же момент, тварь издала мощный рев, извергая из своей пасти синее пламя, которое мгновенно расплавила все ледяные ступени, находящиеся под нами и задела последнюю, где стояла Валерия. Естественно ступень тут же испарилась и девчонка, едва прикоснувшись к моей руке, полетела вниз.

— Лера! — прокричал Олег, создавая одну ступень за другой, но они тут же испарялись, как только касались сверхъестественного огня, созданного чудовищем.

Наложить вторую печать вознесения, пока существует первая, я не мог, поэтому полетел вниз следом за девушкой, стараясь ее достать. Но она падала подозрительно быстро, словно расправленная ладонь твари, которую та подставила под нами, притягивала ее, ускоряя падение.

Чтобы дотянуться до нее, мне не хватало всего каких-то пары метров. Раскрутив мгновенно сотворенную огненную цепь, я метнул ее в сторону Валерии. Цепь, дотянувшись до своей жертвы под ужасный болезненный крик девушки, обвила ее за ноги и остановила падение. Я рванул ее на себя и как только смог дотянуться до Леры, сразу же разрушил заклятие, хватая девушку за руку и встаскивая ее на свое облако. После чего запитал воздушную подушку всей доступной энергией и максимально быстро направил его вверх, попутно уклоняясь от языков пламени, которыми еще не обретший полную силу монстр пытался нас достать.

Ожоги, оставленные цепью, были ужасны, а от запаха обожженной плоти сразу же подступил ком к горлу. Девушка находилась без сознания, и я, направив спасительный лечебный поток собственной силы прямиком к ранам, первым делом убрал боль и разложение тканей, а также привел девушку в чувство. Более тщательное лечение оставим на потом, когда уберемся от твари подальше.

Резко взметнувшиеся огненные жгуты силы перекрыли нам отступление буквально в нескольких метрах от края кратера. Огненные жгуты, находящиеся по всему периметру, не давали пробиться сквозь них. Они извивались, старались ухватить нас, одновременно с этим плотными канатами направляясь к монстру и вплетаясь в его тело, делая того физически больше и сильнее.

Тварь снова издала чудовищный рык, стараясь сбить нас с ног. Но моих сил хватило, чтобы удержать печать и не свалиться в уже бушующее пламя, которое разгоралось под нами. Волчонок появился внезапно и, тряхнув головой, в яростном прыжке бросился на тварь. Я попытался его ухватить, но руки прошли сквозь призрачную шерсть, хватая лишь пустоту.

— Стой! — попытался докричаться я до него, но тот, ловко уворачиваясь от атак твари, стремился вонзиться тому в грудь, прямо туда, где располагался черный кристалл. Волчонок не мог разговаривать со мной, но на эмпатическом уровне я понял, что нам не вырваться отсюда, пока монстр был жив. — Постарайтесь не умереть, — повернулся я к Сапсановым. — Будьте всегда в движении и, как только появится возможность — уходите.

— Ты куда⁈ — завопил Олег, падая на сотворённую ледяную платформу вместе со своей сестрой, когда я рванул в сторону твари. Внезапно энергия, которую я до этого момента без труда собирал из воздуха и легко поддерживал печать, резко начала рассеиваться, а я, лишившись опоры полетел вниз

Упал я на ледяную ступень буквально в нескольких метрах от кипящей огненной лавы. Махнув мне рукой, Олег начал создавать их, выстраивая ледяной дорожкой вверх, прямо в направлении огненного монстра. Не став дожидаться пока магический лед растает, я прыжком поднялся на ноги и побежал из-за всех сил. Благо, вспыхнувшая на мне одежда сразу же потухла под образовавшимся ледяным доспехом, который окружил мое тело, не сковывая движений.

Лера тоже не стала бездействовать. Появившаяся на небе сиреневая птица, закричав, ринулась в атаку, переключая внимание чудовища с волчонка на себя. Я не знал, что мне следует делать и как биться с тварью. Единственное, было понятно, что его слабое место — это как раз тот черный кристалл, который было видно сквозь не до конца сформированное тело.

Внешней энергии все еще не было, поэтому я, оставшись без магии печатей, на секунду затормозил, прикидывая план дальнейших действий. Похоже, пришло время обратиться к своему новому богу. Я тут его единственный последователь, в конце концов, или погулять вышел?

— Ну что, обладатель самого пушистого хвоста во вселенной. Поможешь, или будем ждать, когда к Сапсановым их куриный бог придет и всю славу себе присвоит?

Внезапно, яркая вспышка осветила небо, на которую все мы, включая монстра, подняли головы. Я чувствовал, что этот свет не несет опасности. Он был теплым и каким-то родным. Ощущение этого придало мне силы, и я вновь ринулся вперед по рассыпающимся ледяным ступеням. Олег, взмахнув руками, создал сотни ледяных кинжалов, что тут же пронзили тело твари, правда не причинив тому особо вреда. Лишь огонь местами потух, чтобы через секунду разгореться в этом месте с новой силой.

Я увидел, как вместе с затухающим светом на волчонке образуется светящийся кокон, через который монстр не мог пробиться, встречаясь с преградой и обжигаясь об нее, приходя в еще большую ярость. Ощущение прикосновения чего-то мягкого и пушистого к телу придало сил, заставляя меня двигаться еще быстрее.

— Щенка главное спаси, я к нему уже привык, — прозвучал в голове голос Манула, который на сей раз был очень сосредоточенным.

Я тряхнул головой, прогоняя наваждение, ощущая, как появляется спица в моей руке, а меня самого окружает точно такой же кокон света, как на штурмующем в яростных попытках достать тварь волчонке.

Спица в руке начала тяжелеть и удлиняться, а сама она довольно стремительно превращалась в короткий одноручный меч, окруженный той же самой аурой, что и я. Ступени стремительно появлялись в самых разнообразных местах, давая мне возможность для маневрирования. Уходя от огненных потоков пламени, я едва не угодил в ловушку. Монстр, зарычав, раздавил в кулаке птицу Валерии и метнул в мою сторону столб синего пламени, который встретился с божественным щитом и сразу же отпрянул от него. Но в это короткое время, когда пламя заслонило мне обзор, я все еще не прекращал движений, поэтому врезался в расправленную ладонь твари, которую он тут же попытался сжать, в попытке поймать меня и прекратить мои слабые атаки. Замахнувшись мечом, я саданул по ладони, с удивлением ощущая, как легко клинок разрубает каменную огненную плоть, причиняя боль монстру.

Используя падающие куски камня в качестве не слишком надежной, но все же опоры, я отталкивался от них, стремясь приблизиться к телу твари, которое с каждой секундой окутывало еще сильнее разгорающееся пламя.

Ледяные ступени разрушались за секунду, но мне этого хватало, чтобы двигаться вперед и уходить от атак, которые становились все мощнее, яростнее и стремительнее. Я потерял счет тому времени, которое прошло, пока мы играли с монстром в догонялки, но сил, даже увеличенных божественной энергией кота, уже практически не оставалось. Появившийся прямо под ногами волчонок, разогнавшись, подбросил меня вверх, и я, наконец, достиг твари, пронзая его грудь острым клинком и стараясь протолкнуть лезвие до черного сердца.

Монстр закричал, выбрасывая в крике огромное количество энергии, от чего меня просто снесло вместе с мечом до самого края кратера, который уже не был защищен огненными толстыми нитями. От падения в бездну меня спас ледяной щит, который затормозил мой полет, а сразу же подставленная под ноги платформа дала возможность опуститься на колени, чтобы отдышаться и, хотя бы секунду отдохнуть.

Я осмотрелся. Бушующее пламя начало падать, а кипящая лава, уходя вглубь кратера, мгновенно застывала. Песок и пепел, кружащийся в воздухе, опадали, покрывая толстым слоем тело твари, в глазах которой уже угасали последние искры жизни.

Олег обессиленно сидел на своей платформе, с трудом удерживаемый им от того, чтобы элементарно не свалиться вниз вместе со своей сестрой, что крепко его обнимала, вытирая кровь на лице парня, которая потоком лилась из глаз и носа.

— Все закончилось, — пробормотал я, чувствуя огромную усталость и мысленно убирая меч. — Путь свободен…

— Смотрите! — прервал меня голос Леры, которая, вскочив на ноги, указала рукой на то место, где находилось тело монстра. Едва заметная рябь в воздухе искажала пространство, но только не было четких очертаний и подобия зеркала, которое я видел до этого. — Это же формирующийся портал.

— Надеюсь, что это выход, а не прорыв с одного уровня изнанки на другой, если такое вообще бывает. — Тихо пробормотал я и спрыгнул вниз на поверхность кратера, которая уже даже прекратила дымиться.

Становилось холодно. Все вокруг покрывалось инеем, а внезапно пошедший снег, буквально за несколько минут, пока я шел в направлении этого искажения, местами образовал на поверхности еще недавно бушующего огненного потока непроходимые сугробы.

Схватив волчонка за шкирку, который с рычанием откапывал снег и пепел, я оттеснил его, буквально вырывая из затвердевшей плоти монстра черный кристалл, который, вопреки моим ожиданиям, не был поврежден. Волчонок облизнулся и, усердно завиляв хвостом, выразительно покосился на макр, но я лишь отмахнулся от него, прикидывая, куда можно его было положить, ведь прекрасно понимал, что все мои пожитки сгорели в адском пламени, превратившись в пепел, как и все остальное.

— Ладно, пока понесу в руках. Сможешь узнать, что находится на той стороне? Это очень важно, — обратился я к щенку, который, фыркнув, юркнул в образовавшийся проход, а мое сознание резким рывком унеслось куда-то вверх.

Глава 19

— Ты что, действительно считаешь, что именно так нужно молиться своему богу? — рявкнул мне в лицо Манул, как только я появился перед ним в сером мареве. Кот отпрянул от меня и уселся на свой постамент, глядя на меня уставшим и пренебрежительным взглядом.

— Если честно, понятия не имею, как следует молиться местным богам, — покачал я головой, усмехаясь. — Насколько помню, вы со стариком вообще не общались, а что, ты считаешь, что у кого-то есть еще более пушистый хвост, чем у тебя?

— Манулов, прекрати пытаться свести счеты с жизнью! — прищурился кот, как мне показалось, совершенно меня не слушая. — Я еле успел пробиться, чтобы помочь и вытащить тебя из этого места.

— Кстати, а что это было за место? — я нарушил тишину, глядя на задумчивого кота.

— Пятый уровень изнанки, — махнул лапой Манул. — А монстр — это демон вулкана, по крайней мере, так его называют. И твоими силами его было не победить.

— Самый настоящий демон? — усомнился я, рассматривая огромный черный макр, грани которого неестественно блестели в тусклом свете. Интересно, сколько стоит подобный кристалл?

— Нет, наверное, подделка. Водяных знаков я на нем не увидел. — Завелся кот, вздыбившись. — Ты вообще понимаешь, что если бы не я, то тебя бы пожрала вулканическая лава, и вся твоя энергия влилась бы в эту тварь, делая ее сильнее? Ни магия, ни физический урон демону вулкана вреда бы не нанесли. На это способно только благословенное оружие. Да и так, победив, ты не уничтожил его навсегда, а лишь погрузил в стазис, в котором он будет находиться до тех пор, пока не соберет достаточно энергии, чтобы сформировать новое сердце, после чего пробудится вновь. Тот мир принадлежит ему, и любая тварь боится того момента, когда демон снова вылезет из своего кратера, потому что он не будет жалеть никого, кто окажется на его пути. Скажи спасибо, что моих сил хватило, чтобы его победить, — начал шипеть кот от полного возмущения. Его усы топорщились в разные стороны, а шерсть на загривке встала дыбом. Переживает за меня, бедняга.

— Спасибо, — честно ответил я, склонив перед богом рода голову в знак благодарности. — А меч мне оставишь?

— Чтоб лапы твоей больше тут не было! — зарычал на меня кот, и мир в очередной раз перевернулся.

Реального времени прошло от силы несколько секунд, по крайней мере, Сапсановы едва приблизились ко мне, а волчонок еще не вернулся из прохода телепорта. Я вертел в руках макр, думая над тем, как бы половчее его спрятать. Сомневаюсь, что его следовало бы показывать всем подряд. Стянув с себя легкую куртку, я завернул в нее кристалл, оставшись в одной майке. Снежинки, которые все еще падали с неба коснулись разогретой кожи, вызывая озноб, который тут же погасила моя жизненная энергия, разогревая кожу своими обволакивающими потоками.

— Что это было? — тихо спросил меня Олег, когда они вдвоем с сестрой подошли ко мне.

— Какая-то тварь изнанки, — я пожал плечами, всматриваясь в проход в ожидании своего духа-защитника. — Нужно уходить отсюда, а то, судя по тому, как начинает разогреваться земля, сомневаюсь, что второй раунд мы сможем выдержать.

Я посмотрел на Леру, которая еле стояла на обожженных ногах, закусив нижнюю губу, чтобы сдержать боль. Олег выглядел не лучше, но у него не было физических повреждений, только магическое истощение. Энергетические потоки парня довольно быстро восстанавливались, что было заслугой того места, в котором мы находились. Пока волчонок не вернется, я не стану рисковать и уходить отсюда не известно куда. Мало ли, вдруг проход, который открылся на месте гибели демона, приведет в какой-нибудь мир, состоящий из сплошного океана, окруженного пятиметровыми акулами. Хотя, в принципе, это теоретически не такое жуткое место, как кратер вулкана, который даже твари изнанки пятого уровня обходят стороной.

Глубоко вздохнув, я подошел к девушке и взял ее за руку, глядя ей прямо в глаза. Она только охнула, когда прохладный поток жизненной силы направился к ее ногам, восстанавливая поврежденные ткани. Такие простенькие, но довольно болезненные раны залечить мне не составило особого труда, и когда вернулся щенок, довольно бойко выпрыгнув из прохода и виляя хвостом, я уже убрал руку от Валерии, которую она сразу отпускать не захотела.

Волчонок залился лаем и, подбежав ко мне, буквально кивнул в сторону прохода.

— Там точно безопасно? — решил все же уточнить я, на что щенок посмотрел на меня укоризненным взглядом и выплюнул передо мной карандаш и какой-то жетон. — Надеюсь, что много шума ты там не наделал, — покачал я головой. — Все, уходим в реальный мир.

В проход я зашел первым. Скорее всего, к ощущениям перехода я привыкну еще не скоро. Голова закружилась, а перед глазами встала плотная темная пелена. Сделав шаг в сторону, чтобы освободить дорогу остальным, я тряхнул головой, чтобы быстрее восстановить зрение.

Было темно. Оглядевшись по сторонам, я увидел с десяток человек в военной форме, которые окружали нас и зеркальную ребристую гладь перехода, направив ружья в нашу сторону. Оказались мы в пустой комнате, очень похожей на ту, которая находилась на выходе из академии. Серые стены, дверь, расположенная напротив, только вот количество вооруженной охраны было немного больше. Обернувшись, я не увидел двери за искажающим пространство зеркале, только голую стену и довольно много обычных строительных материалов, которые совершенно не вписывались в антураж подобных мест.

Сапсановы быстро сориентировались и, сделав шаг вперед, подняли руки вверх таким образом, чтобы было хорошо видно их родовые кольца. Я все ждал волчонка, но не видел его появления, только в один момент почувствовал разлившееся тепло в груди, говорившее о том, что он находится рядом со мной. Все же мелкий поступил разумно и не стал показываться на глаза не слишком радушно встречающей нас толпе.

Я сделал шаг назад ближе к своим спутникам, так же показывая родовой перстень. Судя по тому, как начали переглядываться вояки, они такого явно не ожидали.

— Кто такие? — громко спросил один из них, подходя к нам ближе, все же не спеша убирать нацеленное на нас оружие.

— Олег и Валерия Сапсановы, — звонким, довольно властным голосом проговорила Лера. — Это Константин Манулов. Кто вы? Где мы находимся?

— Эм, ваше сиятельство, — опустил, наконец, ружье главный, подойдя к нам вплотную и всматриваясь в наши лица. — Майор Дмитрий Сергеев. Мы охраняем переход на уровень выше. Как вы оказались в месте прорыва?

— Это был единственный способ выбраться с пятого уровня изнанки, — ответил я, опуская руки. — Что это за место?

— Так, переход же, — немного удивился вопросу майор. — Он не достроен и находится в разработке, поэтому мы не ожидали гостей из вне, по крайней мере, не здесь, — он посмотрел на зеркальную гладь, задумчиво потерев гладко выбритый подбородок.

— Где мы находимся? — повторила свой вопрос Лера. — Мы устали, немного огорчены и совсем не настроены на долгие беседы, поэтому просто ответьте на все вопросы и закрывайте прорыв хоть всю оставшуюся ночь. Хотя, не уверена, что именно из этого окна полезет много тварей, но все же, проход лучше всего запечатать.

— В Дудинке, ваша светлость. — Ответил мужчина, давая отмашку своим людям, чтобы они уже опустили оружие. — Вас ищет весь ваш род, где вы пропадали?

— Кто занимается разработкой этого перехода? — спросил Олег, игнорируя вопрос майора. Он выглядел серьезным и обеспокоенным, хотя не удивительно, мне эта ситуация нравилась еще меньше, чем подстава со свитком перемещения.

— Ваш отец, граф Сапсанов, — не скрыл своего удивления вояка. Собственно, его ответ так же удивил нас всех. Сомневаюсь, что о координатах стройки и особенностях уровня изнанки знал только покойный граф.

— Нам нужно добраться до Норильска, и как можно быстрее, — вновь обратил я внимание вояки на себя.

— Туда можно добраться только на дирижабле, — с готовностью ответил Сергеев, излучая желание как можно быстрее отделаться от свалившихся на голову владельцев охраняемого им объекта. — Игорь, подойди сюда.

К нам вышел молодой человек, который по стойке смирно вытянулся перед майором, лишь мельком бросив взгляд в нашу сторону.

— Это сержант Капустин, он проводит вас до вокзала. Мне необходимо доложить о вашем местонахождении, ваше сиятельство, — обратился он к Олегу. — Случившееся в Ангарске, а следом за этим ваше похищение наделало много шумихи в силовых ведомствах.

— Разумеется, — кивнул парень, уверенно глядя в глаза майору. — Это все? Мы можем идти?

— Конечно, — отвернулся от нас Сергеев, — кто я такой, чтобы вас останавливать. Где эти чертовы порталисты, долго нам еще тут стоять⁈ — закричал он, выходя через дверь.

Мы переглянулись и довольно неуверенно двинулись за ним следом. Пройдя четыре одинаковых перехода, я отметил, что помещения становятся больше и вмещают довольно много людей, начиная от обычной охраны вперемешку со штатскими, заканчивая обычными охотниками.

На дворе стояла ночь. Пустырь, на котором шла стройка был со всех сторон освещен. Складывалось чувство, что работы тут велись постоянно не зависимо от времени суток. По крайней мере, кто-то приезжал, кто-то уезжал, создавая какую-то суету на входе на ровном месте. Выйдя следом за сержантом, нас даже не проверили, просто отметили в специальном журнале наши имена.

— Я подгоню автомобиль, — неуверенно проговорил сержант и отошел в сторону дороги, где стояла военная и гражданская техника. Было даже странно, что прорыв в переходе не поднял еще больше шума и неразберихи. Хорошо, хоть, стрелять по нам сразу не стали. Я бы начал.

— Что будем делать? — остановил меня Олег. — Мы находимся на территории моего графства, но, сомневаюсь, что мне тут будет безопасно оставаться.

— Ехать в Норильск, — хмыкнул я, усаживаясь в обычный гражданский автомобиль, за рулем которого сидел прикомандированный к нам сержант. — Сейчас разумнее всего находиться подле главы рода в месте, которое даже с большой землей с этой стороны дорогой не сообщено. Но как знаешь, я не твоя нянька и личная охрана, чтобы решать подобные вопросы за тебя, — закончил я, когда все остальные заняли места на заднем сидении, и автомобиль тронулся с места.

— Нет, ты все говоришь правильно. Я просто… — Олег не договорил, отвернувшись от нас, больше не проронив ни слова.

— Если сможешь, свяжись с отцом, — тихо проговорил я, обращаясь к Лере, вытягивая ноги, давая возможность расслабить перегруженные мышцы.

Когда мы разместились втроем на заднем сидении, я отвернулся от Сапсановых, глядя пристально в окно, но ничего подозрительного не замечал. Сержант так же в разговор с нами не включался, то и дело бросая взгляд на нас в зеркало заднего вида. Лера, послушалась моего дельного, в общем-то совета, и разговаривала по мобилету, уверяя графа Сапсанова, что ничего серьезного не случилось. Олег погрузился в свои грустные мысли и, судя по всему, находился в собственном мире самокопания. В общем, все были при деле.

Несмотря на то, что расслабляться было рано, я все же задремал. Усталость дала о себе знать, поэтому я довольно резко встрепенулся, когда автомобиль затормозил. Я глянул в окно, увидев перед собой довольно шикарное на вид здание за высоким охраняемым забором.

— Дирижабль готов к отправке, — повернулся Капустин в нашу сторону. — Сейчас вокзал закрыт. Но граф Сапсанов распорядился, чтобы вам подготовили личный дирижабль для перелета, я и еще трое охранников будут вас сопровождать.

Обращался сержант почему-то больше ко мне, нежели к Сапсановым, поэтому, когда я кивнул, убирая меч, который появился в руке в тот самый момент, когда мы затормозили, ворота отворились и мы въехали на территорию вокзала. До дирижабля мы добрались без приключений, хотя такого подарка судьбы я никак не ожидал.

Нянчится со всеми мне дико надоело, поэтому я, пройдя по всему, скромному по меркам аристократии, судну и не увидев ничего подозрительного, обосновался в выделенном мне номере и рухнул на кровать, даже не раздеваясь. Никогда бы не подумал, что добраться до академии будет так сложно.

Не успел я как следует расслабиться, как в дверь комнаты постучали. Я еще никогда не был так негативно настроен к непрошенным гостям. На пороге стоял, переминаясь с ноги на ногу, Олег.

— Не спится? — поинтересовался я, пропуская его внутрь. Дерзить не хотелось, собственно, как и рушить отношения между мной и высшим сословием только по причине моего плохого настроения.

— Я все думал о том, как вас отблагодарить, Константин. — Он аккуратно прикрыл дверь и осторожно сел на кресло за небольшим чайным столиком, располагающимся напротив искусственного камина. Я присел на соседнее кресло, уже с любопытством глядя на незваного гостя.

— За что именно вы хотели меня отблагодарить? — поторопил я парня.

— Вы дважды за один день спасли мою жизнь и жизнь моей сестры. Вы не убили меня на площади, хотя у вас было на это основание, вы вытащили нас с людного места, а потом защитили от монстра, хотя я видел, что ваших сил хватило бы, чтобы просто улететь и бросить нас, — покачал он головой. — Я не знаю, что происходит в моей семье и что будет завтра, да я даже не уверен, что мы сможем живыми добраться до главного поместья, — вскочил он на ноги, сжимая кулаки. — Я всего лишь маг поддержки. Мне не доступны боевые заклинания, и я совершенно не готов принимать бразды правления рода в свои руки. Но, так или иначе, я не привык оставаться в долгу, поэтому хочу, чтобы вы приняли этот небольшой презент. — Он наклонился и положил на столик довольно массивный перстень, который я видел у Олега на руке ранее.

— Это что? — все же решил поинтересоваться я, переводя непонимающий взгляд на графа.

— Ох, вы, наверное, не встречались с такими вещами ранее… кхм… в общем, это артефакт, управляющий пространственным карманом. — Поспешил объясниться Олег. — Личный сейф, привязанный только к своему владельцу. Он достался мне от деда, но я не пользовался им, тем более, что у меня уже есть подобная вещь. Карман совершенно пуст, я проверил перед тем, как отдать его вам. Просто, я видел, что все ваши вещи были утеряны, и чтобы такого больше не повторилось, с перстнем у вас будет больше шанса сохранить ваши пожитки.

— У тебя, — я взял со стола кольцо, пристально его рассматривая. О подобных вещах я знал от старика, но стоили подобные артефакты очень дорого. Например, всех макров из хранилища явно бы не хватило, чтобы приобрести подобный перстенек. Нечто подобное есть у божественных вещей, дарованных Манулом, куда пропадает меч и спица, когда я в них не нуждаюсь.

— У тебя, — впервые за все время я видел промелькнувшую улыбку на его лице. — Чтобы активировать его нужно нажать на камень в центре. Тогда произойдет привязка.

Я посмотрел на парня истинным зрением, но не заметил никакой сети на голове или каких-либо других сторонних заклятий. Так что, можно считать, что Олег действует по своей собственной инициативе. Я все еще сомневаясь и ожидая какой-либо подставы, все же надел кольцо на средний палец и нажал на податливый камень. Палец слегка кольнуло, а руку с перстнем окутала яркое, красное сияние. Когда оно прошло, перед глазами, словно накинутой на глаза темной вуалью, за которой просвечивался реальный мир, встала серая небольшая комната, стены которой были сделаны из необработанного камня. Света не было, но я прекрасно видел каждую трещину на камне и каждую песчинку на пыльном полу. Еще раз нажав на камень, видение исчезло, хотя я до конца не мог понять, чем именно являлась эта комната.

— Чтобы переместить предмет нужно активировать артефакт, как вы поняли, он завязан на вашей крови, и подумать о предмете. — Пояснил мне Олег, садясь на кресло, с каким-то детским любопытством всматриваясь мне в лицо. Я представил черный кристалл, который в данный момент лежал у меня на кровати, все еще обмотанный в куртку, нажимая на камень. Макр с довольно громким хлопком исчез в серебряной вспышке, потом появился прямо передо мной, когда я призвал его обратно, все так же обернутой рубашкой. Неплохо, учитывая, что о рубашке я не думал.

— Это довольно щедрый дар, — обратился я к парню, убирая макр обратно в пространственный карман.

— Нет, это всего лишь благодарность от меня лично, — кивнул он и, пожав мне руку, вышел из комнаты. Дирижабль в этот самый момент начал свое снижение, поэтому последовал за Сапсановым следом к выходу из цепеллина, где нас уже ждала Валерия.

Дирижабль приземлился прямо возле богатого, даже внешне, огромного поместья на специальной площадке. Вокруг было довольно много охраны, слуг и каких-то людей в форме служителей правопорядка. Именно факт появления последних заставил внутренне напрячься, когда я спускался вниз. Все молчали и как-то странно переглядывались. Первым никто по какой-то причине приветствовать хозяйку поместья не спешил.

— Ваше сиятельство, — вперед вышел мужчина средних лет, по выправке которого я сразу опознал в нем бывшего военного, хотя внешний вид говорил о том, что он был явно кем-то вроде управляющего или дворецкого поместья. — Я рад, что вы вернулись.

— Что случилось? — нахмурилась Лера, подозрительно оглядываясь по сторонам.

— Ничего трагического, просто вашего отца поразил недуг, — подбирая каждое слово, ответил дворецкий. — Но он жив… — Замахал руками мужчина, когда девушка сорвалась с места и бросилась в сторону дома.

— А мне можно просто уйти в какую-нибудь гостиницу, например? — глубоко вздохнул я, обращаясь в пустоту перед собой, когда люди начали постепенно разбредаться по своим делам. Я сошел вниз, резко остановившись, когда увидел перед собой знакомую девичью фигурку. — Диана? Ты что здесь делаешь?

Глава 20

Дина на мгновение прикрыла глаза, а потом подбежала ко мне, повиснув на шее, крепко меня обнимая.

— Что ты тут делаешь? — повторил я свой вопрос, отстраняя девушку от себя. Оглянувшись, я увидел Олега, который нерешительно топтался у меня за спиной, не торопясь уходить в главное родовое поместье. Как только наши взгляды встретились, он все же отошел от меня, подходя к дворецкому и нескольким мужчинам, облаченным в военную форму.

— Понимаешь я… — она немного замялась, глядя мне в глаза. — Я тут с Петькой. Побоялась оставаться одна, и никто не возражал, чтобы я прибыла вместе с ним.

— Так, а зачем он сюда прибыл? — тихо спросил я у Дианы, аккуратно хватая ее за локоть и уводя в сторону. Мне вспомнилось ее маниакальное желание быть в курсе всех событий, подслушивать и шпионить. Наверное, она единственная, кто ответил бы мне правду в этом месте. Наложив слабенькую печать тишины, которая не позволила бы посторонним услышать то, о чем мы говорим, я остановился, разворачивая девушку к себе лицом.

— Ох, — она покачала головой, после чего приблизилась ко мне и, озираясь по сторонам, начала шептать. — На самом деле, не совсем понятно. Мы находились в общежитие, когда всех магов жизни попросили спуститься вниз. Как я поняла, где-то на окраине города прогремел взрыв на какой-то шахте, куда отправили всех целителей из больниц города. А потом кто-то напал на поместье графа. Точнее, по официальной версии в лаборатории произошел какой-то инцидент, но я слышала, как охранники и прибывшие законники говорили, что на поместье напали, и на графа совершено покушение. Тогда собрали всех, кто обладает магией жизни и направили сюда, ликвидировать последствия взрыва в лаборатории, — протараторила она, замолчав, когда Олег подошел ко мне.

— Нам нужна твоя помощь, — нахмурившись, обратился он ко мне. — Ты можешь осмотреть графа Сапсанова? Он, мягко говоря, не слишком хорошо себя чувствует, а целители рода только разводят руками, так и не выяснив, что с ним происходит.

— Почему нет? Я же только что с отдыха вернулся, — помимо воли вырвалось у меня, но мне, мягко говоря, уже надоело вертеться в этом птичьем гнезде.

— Мы в долгу не останемся, — посмотрел мне в глаза Олег. — Это глава рода. Так что, хотя бы мнение со стороны услышать не помешает. Я потерял сегодня отца, и не хочу терять еще главу главной ветви рода.

— Что с ним произошло? — уточнил я, отвечая на взгляд парня не мигая.

— Через тридцать минут после нашего разговора произошел взрыв, — моргнул он и отвернулся, глядя на все еще находившихся возле ворот людей, которые пристально смотрели на нашу компанию, о чем-то тихо переговариваясь между собой.

— Почему я? У вас целителей сейчас половина поместья вместе с их учениками, — сделал последнюю попытку отвертеться я.

— Потому что я доверяю тебе, а не всем целителям рода.

— Петька сейчас в поместье, под присмотром наставников старается помочь пострадавшим. Может, повидаетесь. — Улыбнулась Диана, беря меня за руку. — Тем более, договор на обучение на тебя еще не подписан, потому что ты не забрал документы из мэрии. Граф тебе нужен живым и здоровым. — Закончила непринужденно девушка, уговаривая согласиться на просьбу парня.

— Если только посмотреть, — покачал я головой и направился в сторону главного входа в родовое поместье Сапсановых, возле которого дежурило до неприличия много охраны, от которой, как я понял, толку особо не было.

Пройдя мимо серьезно настроенных вооруженных мужчин, пропустив перед собой Олега, я, все еще не выпуская руку Дианы, вошел в дом.

— Мда, — остановился я, разглядывая руины, оставшиеся некогда от великолепного и богато обставленного холла.

Взрыв был, это точно, и судя по разрушениям, где-то совсем недалеко, но не с нижнего этажа, потому что единственное, что уцелело — это пол, на котором не было ни единой трещины. Олег только на секунду затормозил, после чего довольно уверенно направился в сторону чудом уцелевшей лестницы, ведущей наверх. Чувствуя, что меня ждет очередная бессонная ночь и море незабываемых приключений, я направился следом за ним, стараясь запомнить каждую деталь, которая могла бы мне помочь, если придется быстро уходить отсюда.

Мы прошли на третий этаж, где располагалось всего несколько дверей. Открыв ту, на которую мне указали, я оказался в довольно скромно обставленной комнате личных покоев графа Сапсанова. Так же тут находилось еще с десяток мужчин в одежде целителей. Все они кучковались возле дальней стены, негромко переговариваясь. Притом, судя по обрывкам фраз, их особо не волновала судьба графа, потому что рассуждения о покушении наследников в Ангарске, вряд ли можно было отнести к обсуждению тактики лечения их подопечного. Судя по напрягшемуся Олегу, его этот факт тоже слегка поставил в тупик. Он вышел из комнаты и махнул рукой, подзывая к себе начальника охраны, который тенью следовал за ним, и негромко попросил несколько человек дежурить возле дверей. Нужно отметить, что лекари немного напряглись и замолчали, когда услышали шаги ботинок возле дверей. Когда я прошел внутрь комнаты, в ней воцарилась идеальная тишина. Валерия сидела на кровати, держа отца за руку, который часто дышал и находился без сознания. Петра я тут не увидел, скорее всего, он находился внизу. Все же необученного безродного мага жизни вряд ли допустили бы до тела графа.

Я оставил Диану возле входа вместе с Олегом и подошел к Валерии под возмущенный ропот собравшихся, положив руку ей на плечо. Она вздрогнула и резко обернулась, посмотрев на меня снизу вверх. Узнала она меня где-то через несколько секунд, резко вскочив с постели и обняв меня за шею, уткнулась лбом мне в грудь, беззвучно заливая ее слезами. Я, тем временем, активировав истинное зрение, осматривал графа, даже внешний вид которого был не слишком утешительным. Его кожа была мраморного цвета, на руках проступили синюшные пятна, под глазами черные круги. Зеленоватое марево, окружающее все его тело, подпитывало каким-то целебным заклинанием его энергетические потоки, напитывая жизненной энергией, но совершенно не исцеляя его.

Черная, тягучая, словно смола, жидкость, распространялась по сосудам, заполняя все органы и ткани Сапсанова, оставляя не тронутым только сердце, которое часто билось, стараясь прокачать через себя больше крови, чтобы хоть немного очистить организм от отравы.

— Все будет хорошо, — отлепил я уже успокоившуюся девушку и сел на кровать, боковом зрением видя, как несколько мужчин сделали вперед шаг, видимо стараясь меня схватить или помешать, но Олег и Валерия довольно проворно перекрыли им дорогу, не говоря ни слова.

Разрушив спицей заклинание, которое было наложено целителем на графа, я положил руку ему на плечо, направляя туда едва видимый даже мне поток собственной магии. Прикасаясь к черной жидкости, поток ее разбивал на мелкие капли, которые буквально через несколько секунд соединялись вновь, ловко обходя нити моей собственной силы.

Это было не заклинание и не было похоже на ту тварь, которую пронес в себе Андрей с изнанки. Подобное, но не столь разрушительное я видел только один раз, когда на моих руках пытался отравиться неудачливый наемник. Только действие яда в этот раз не разрушалось под чистой целебной силой, а лишь немного его тормозило.

Запах исходящий от тела, едва уловимый, но мешающий мне до конца сосредоточиться, все не выходил у меня из головы. Он был такой знакомый, что даже не верилось, что в другом мире я мог бы его встретить. Прикрыв глаза, я принюхался, сосредоточившись исключительно на нем. Так и есть, едва уловимые нотки гвоздики и аниса, которые перебивали основной миндальный запах. Подобный яд мастер зелий из моего мира изготовил специально по моему заказу в свое время, который нельзя было разрушить универсальными целебными заклинаниями, настоями и артефактами. И действие его было чертовски похоже на то, что я видел раньше. Только видел уже у трупов: черные разложившиеся еще в живом организме органы, пахнувшие не гниющей плотью, а приятным пряным ароматом. Возможно, и здесь, в этом мире, кто-то смог додуматься до подобного.

Я направил довольно мощный поток своей магии в тело графа, которого должно было хватить минут на десять, и резко поднялся с кровати, встретившись взглядом с Дианой.

— Мне нужен Петр, сейчас, — коротко бросил я ей. Она кивнула и буквально исчезла из поля моего зрения, ринувшись на поиски своего брата. — Кто сейчас исполняет обязанности графа? — спросил я у повернувшихся ко мне наследников.

— Наверное я, если Андрея нет, — ответил Олег, выходя вперед под сосредоточенный кивок Леры.

— Хорошо, Валерия, мне нужен листок и карандаш, — подождав, когда та, слегка затормозив, бросится к письменному столу, стоявшему в дальней части комнаты, я повернулся к Олегу, не до конца понимая, зачем мне это нужно и главное, почему меня слушаются. — Его отравили, причем искусно сделанным ядом, который активируется только при вдыхании паров аммиака, когда и где это произошло мы не узнаем, но взрыв в лаборатории точно не был случайным. Это все целители рода? — я кивнул на переглядывающихся мужчин, один из которых явно готовил какое-то заклинание, по крайней мере, я прекрасно видел, как формируется плетение вокруг него.

— А ты вообще кто такой? — вышел вперед мужчина, на вид лет сорока. Он буровил меня взглядом, сжимая кулаки.

— Я тот, кто выполняет за вас вашу же работу. Сомневаюсь, что никто из вас не заподозрил, что граф подвергся действию яда, — я усмехнулся, сложив руки на груди и пристально наблюдая за молодым парнем, вокруг которого внезапно начала собирается магия.

Энергия огня и ветра никак не могла относится к целительным практикам, а значит он что-то замышлял. Когда заклятие, состоявшее из золотистых линий, уже было практически сформировано и стало видно всем, я резко метнул спицу в самый центр плетения, отмечая, что тело стало сильнее и слушалось моих команд практически без каких-либо задержек. Скорее всего, собственная жизненная энергия, которая пробудилась, слегка подкорректировала мои физические параметры, доведя до вполне приличного уровня.

Под дружный недоуменный вздох, который раздался в комнате, заклятие развеялось и откинуло парня в дальний конец комнаты, чуть не сбив застывшую столбом Леру, которая держала в руках перо с чернильницей и довольно большую стопку чистых листов.

— Охрана! — рявкнул Олег, первым придя в себя. В комнату тут же ворвались несколько мужчин в военной форме с ружьями наперевес. — Увести всех, включая барона Шалфеева. Мне почему-то кажется, что целитель вашего уровня должен был хотя бы вычислить причину этого внезапно сваливавшегося на графа недуга, — процедил он, делая шаг вперед.

— Да кто ты такой… — побагровел главный целитель графа Сапсанова. Похоже, других вопросов он не знал, ну или от неожиданности забыл.

— Я граф Сапсанов, второй наследник главной ветви рода, — ровно проговорил Олег. — Пригласите сенсора и начальника охраны, когда освобожусь, лично хочу поприсутствовать на допросе.

— Вы сильно ошибаетесь, ваше сиятельство, — улыбнулся Шалфеев, разворачиваясь в сторону выхода.

— Если я ошибаюсь, то лично принесу свои извинения, — отчеканил каждое слово Олег.

— Нужно противоядие. Без него нашими силами вылечить его будет практически невозможно, — я дождался, когда последнего целителя выведут из комнаты и подошел к графу, в состоянии которого ничего не изменилось. — Если я, конечно, прав.

— Я понятия не имею, что происходит в нашей семье, — покачал головой Олег. — Но лично я верю только тебе. Ты единственный, кто не заинтересован в наших семейных разборках.

Я кивнул, подходя к Валерии и забирая у нее писчие принадлежности. Сев за стол, я накарябал ингредиенты, необходимые для противоядия, все еще сомневаясь в правильности своих рассуждений. Потому что в совпадения я никогда не верил, а подобная формула яда и противоядия была известна только трем людям: мне, мастеру зелий и моему брату Алану, который его перекупил. Петр и Диана неуверенно вошли в комнату, предварительно постучавшись.

— Это список того, что необходимо для противоядия, — я вручил бумагу Лере, та кивнула и вылетела за двери, чуть не сбив с ног моих друзей. — Диана, составь ей компанию. — Девушка прищурилась, но все же вышла из комнаты, послушавшись моего приказа. — Так лучше. Отвлечет от грустных мыслей. Это мой друг. Петр маг жизни четвертого уровня. Если ты доверяешь только мне, то я доверяю только ему, — объяснил я Олегу, который все еще стоял в центре комнаты, видимо, не зная, чем ему заняться сейчас.

— Я могу остаться с вами? — спросил он у меня, присаживаясь на одно из кресел возле камина, прикладывая руку к голове. Я только усмехнулся и махнул Петру рукой, подзывая его к себе, сам подходя к графу.

— Мне нужно, чтобы ты пока поддерживал его жизненные потоки, — объяснил я слегка растерянному парню.

— Но я не умею. Меня научили простеньким заклинаниям первого уровня для лечения поверхностных травм. — Тот замотал головой, делая шаг назад, как только посмотрел на графа.

— Если я все буду делать сам, то мне элементарно не хватит на это сил.

— Ладно, что нужно делать? — он задумался над чем-то и решительно подошел к графу, хватаясь за его руку, глядя на меня.

— Поделись своей силой, этого хватит.

Я увидел, как зеленоватые линии исходят из руки Петра, переплетаясь с энергетическими потоками графа. Они были не такие, как у меня. Более светлые и какие-то прозрачные. Я почувствовал исходящую от них прохладу, понимая, что он искуснее меня может совмещать два магических потока, соединяя их в одно целое.

— Ну, и что это было? — тихо спросил я у Пети. — Улетел из Ангарска, даже не попрощавшись навстречу новой жизни.

— Ты вообще меня не навестил ни разу, — процедил он, на мгновение теряя концентрацию и разрушая связь между собой и графом.

— А где ты был? В Новосибирске? Иркутске? Ангарске? Я понятия не имею куда тебя забрали, когда та магичка добралась до нашего лазарета, — нашел, что ответить я. В комнате ненадолго повисло неловкое молчание. Я не знал, стоило ли мне восстанавливать отношения с человеком, которого я в принципе не знал.

— Я просто завидовал, — наконец он нарушил тишину, посмотрев на меня. — Ты убил тварь изнанки, спас мою сестру, добился благословения бога-покровителя и даже успел спасти детей графа. А я все это время провалялся на больничной койке.

— Замечательное решение всех проблем. Я-то смотрю, что перстнем тебя никто так и не одарил, и фамилия у себя пока не Просапсанов?

— Мне нужно достичь пятого уровня, как минимум, такие условия поставил граф, — покачал головой Петр. — Прости нас, это ребячество. Мне не хочется, чтобы мы перестали общаться друг с другом.

Мы резко замолчали, когда граф открыл глаза и застонал. Я пригляделся к его энергетическим потокам, но увидел только, что сосуды его головного мозга очистились, зато эта дрянь еще ближе подобралась к сердцу.

— Ваше сиятельство? — я наклонился к нему, вглядываясь в расширенные зрачки.

— Константин? — едва слышно проговорил он. — С Валерией все хорошо?

— Да, не тратьте силы, мы вас вылечим, — ответил я, прикасаясь к его груди. Наших двух потоков хватало, чтобы держать графа в сознании, предотвращая попытки яда пробиться к его голове.

— Нет. Александр… Он был здесь, это он. Мы узнали о его планах на третьем уровне… — Я едва разбирал его слова, видно было, что он едва держится, чтобы снова не погрузиться в небытие от слабости и боли, которая была довольно сильной. Олег подлетел к нам и внимательно слушал графа.

— Я не понимаю, ваше сиятельство, — проговорил Олег, глядя на часы, висевшие над камином. Да, девчонок подозрительно долго нет, ведь все травы легко было нарвать даже под окном поместья.

— Документы у меня в кабинете в сейфе. Вторая часть была у твоего отца. Он встречался с Мышкиным утром по этому поводу. Если я не выживу, дойди с ними до императора, мой брат не оставит вас в покое, пока не воплотит задуманное.

— Мышкин? Мы были на аудиенции у императора, — нахмурился Олег. — Но он не говорил ничего про третий уровень.

Граф закрыл глаза и погрузился в беспокойный сон, но он был, по крайней мере, не в коме, это уже хороший признак. Петя выглядел бледным. До магического истощения было еще далеко, но он впервые тратил столько сил.

— Его сиятельство Александр Сапсанов прибыл в поместье, — ворвалась в комнату Диана, кидая огромный пучок вырванных с корнем трав. — Лера сейчас его встречает, но попросила Олега спуститься, как главного.

Олег посмотрел на меня обеспокоенным взглядом и вышел из комнаты. Значит, Александр — это и есть плохой брат? Или не следует доверять болезненным бредням умирающего графа?

Зачем я в это лезу? Я глубоко вздохнул и мысленно позвал волчонка, который отозвался только злобным сопение возле моего уха.

— В кабинете графа есть сейф, там лежат документы, принеси их мне. С меня макр от орлоклюва, — мысленно дал я приказ своему духу-защитнику, вспоминая, как тот легко смог открыть сейф в тайнике старика, вдруг и тут сможет. Меня обдало небольшим ветерком, ну за макром он без возражений побежал выполнять мою небольшую просьбу.

Я оторвал руку от груди, глядя, как Петька усилил после этого действие собственной жизненной силы, давая мне время, чтобы приготовить противоядие.

— Да так не бывает, — прошептал я, понимая, что вместо шерсти с хвоста черной кошки, мне принесли живого черного котенка и ножницы.

— Тронешь хоть шерстинку на хвосте котенка, я тебе ноги оторву. — Тут же раздалось в голове шипение одного очень злобного манула. Похоже, у графа Сапсанова большие проблемы.

Глава 21

Я смотрел на котенка, который так активно играл с травами, что быстро превращал комнату в свинарник, и думал над словами Манула. Бог явно переживал не за шкуру котенка, тут было нечто иное, до чего я пока не мог дойти своим ограниченным в этом мире кругозором.

— Мне тяжело его удерживать, долго еще? — прорычал Петька, едва держась на ногах.

— Потерпи немного, нужно все смешать, — покачал я головой, мысленно взывая к своему богу, чтобы тот пояснил, что именно имел ввиду.

— Конечно я не за внешний вид котенка переживаю, — раздался в голове уже более спокойный голос Манула. — То, что ты хочешь сделать — это магическое зелье. Из трав ты энергию не получишь — боги не позволят помогать другому роду на безвозмездной основе, поэтому даже волосок котенка будет выполнять роль катализатора и просто высосет из того всю жизненную энергию, — опять перешел на шипение Манул. — И я не позволю убивать которебенка во славу какого-то человечишки. Только не тебе и не на моих глазах, — отрубил он и замолчал.

— И что, ничего нельзя сделать? — тихо спросил я, присаживаясь на пол, чтобы погладить котенка, который от неожиданности сначала отпрыгнул от меня, вздыбившись, а потом неуверенно подошел, начиная тереться об мою руку.

— Руки убрал, — потребовал Манул, но я ничего предрассудительного делать и не собирался. Если бог намекнул, что лишит меня своего покровительства, как только я задумаю то, что ему не по нраву, значит, не нужно идти против него.

— Если граф умрет, то я никогда не смогу узнать, кто отравил его, и откуда в этом мире известна формула именно этого яда. Это, так сказать, моя личная разработка. — Подошел я к распахнутому окну, чтобы меня никто не смог услышать. Я сделал глубокий вздох чистого ночного воздуха, осматривая двор. Охраны во дворе стало, словно больше, как и машин разных ведомств. Знать бы, что там происходит. Никогда не любил находиться в окружении такого большого количества вооруженных лиц, представляющих закон.

— Наверняка совпадение, — фыркнул Манул.

— Без этого противоядия я не могу спасти графа, а без него не получу информацию, которую он может предоставить. В конечном итоге, конец придет и мне, потому что сомневаюсь, что брат, о котором говорил наемник, решит меня оставить в живых, — попытался вразумить я кота. — А их осталось еще целых два.

— Да замолчи уже, — протянул бог, — я уже стараюсь решить этот вопрос с выгодой для обоих наших родов.

Я повернулся на звук открываемой двери. В комнату вошло несколько человек. Двое из них были явно охранниками, Олег находился во главе этой группы лиц, а рядом с ним шел знакомый мне мужчина, которого я видел на площади перед схваткой с Сапсановым. Он осмотрел комнату, ненадолго задержав на мне взгляд, и подошел к кровати, где лежал граф.

— Как он? — довольно равнодушно спросил мужчина куда-то в пустоту.

— А вы, простите, кто? — ответил я, подходя к нему и становясь рядом, пристально следя за каждым его движением. Не хотелось бы, чтобы все наши с Петром труды пошли насмарку.

— Я граф Александр Германович Сапсанов, — повернул он ко мне резко голову, дернувшись, словно от удара током. — А вы — то самое юное дарование, о котором в определенных кругах только и говорят в последнее время? — довольно пренебрежительно осведомился он.

— Понятия не имею, я не вхож в определенные круги, чтобы знать, о чем идет речь, — пожал я плечами. — Граф в тяжелом состоянии, но стабилен. Как только я получу последний ингредиент для противоядия, то его шансы выкарабкаться будут гораздо выше. — Граф скривился, лишь на мгновение бросив взгляд на своего брата, после чего уже полностью повернулся в мою сторону.

— И что это за ингредиент, который никто не может достать в этом доме и спасти жизнь брата?

— Все достали и принесли мне, но скажем так, обстоятельства не позволяют его использовать в первозданном виде. Поэтому сейчас проводится работа над тем, чтобы решить этот вопрос, — ровно ответил я, внимательно рассматривая мужчину.

— Откуда вам известно столько о ядах и противоядиях? Звучит как-то подозрительно, учитывая ваш возраст и происхождение. — Надменно спросил он, поднимая руку и подзывая к себе охрану.

— Читал. Я, знаете ли, неплохо подготовлен в некоторых областях науки. В анатомии, там, разбираюсь, в ядах. С противоядиями не очень пока дружу, но в данном случае мне повезло, у этого яда весьма характерный запах, — честно ответил я, замечая, как в комнату вошла миловидная блондиночка в коротком сарафане. Она внимательно смотрела на нас, акцентируя практически все свое внимание на мне.

— Это Алина Юрьевна, сенсор, — перехватил мой взгляд Олег. — Я попросил ее пообщаться с каждым в этом доме, чтобы сложилась определенная картина произошедшего.

Она кивнула и улыбнулась мне, что-то записывая в небольшой блокнотик. Значит, я правильно поступил, что не стал врать в ее присутствии. Я кивнул ей в ответ в знак приветствия, все же с ходячей сывороткой правды в юбке лучше находиться в хороших отношениях.

— И именно поэтому вы выгнали отсюда главного лекаря нашего рода? — процедил Александр, не обращая внимания на возникшую в комнате заминку и сжимая кулаки, когда понял, что его охранники остановились под пристальным взглядом Олега Сапсанова и теперь нерешительно переглядывались между собой.

— Ваше сиятельство, сейчас я являюсь главным в поместье рода и это было мое решение, причины которого я не хочу выносить на всеобщее обсуждение, — громко ответил Олег, подходя к нам ближе. Он так же не сводил пристального напряженного взгляда со своего дяди, помня о том, что говорил граф в те минуты, когда находился в сознании. — Это все, что вы хотели здесь увидеть?

— Я хотел убедиться, что делается все необходимое, но этого, к сожалению, увидеть так и не смог. Юноша, если граф умрет, вы лично понесете за это ответственность, — обратился он к Олегу. — Пока граф находится в недееспособном состоянии, я хочу получить документы, с которыми должен был ознакомиться Николай Германович.

— Вам придется ждать его выздоровления или приезда его законного наследника, — усмехнулся Олег, сложив руки на груди. — Согласно кодексу, никто, кроме законного наследника после смерти главы рода не может заниматься делами рода. А при жизни главы, пока он не признан недееспособным, даже законный наследник не имеет права лезть в незаконченные дела. Вы забыли свод правил, ваше сиятельство, или думаете, что о них не знаю я?

Судя по виду Александра, лицо которого перекосило от нескрываемой злобы, он явно не рассчитывал на такой отпор. Хотя, если бы не слова графа, то к нему относились бы сейчас по-другому. Как к старшему помощнику в кризисной ситуации. Увы, граф, вам не повезло.

Что-то в его внешнем виде мне не нравилось. То, что сейчас привлекало мое внимание и чего не было при первом его появлении передо мной. И это была не излишняя бледность и лихорадочный больной блеск в глазах. Мне казалось, что его речь слегка замедленная, а движения какие-то неестественные, будто он ходит и двигается, заставляя себя поднять ногу или руку. Я активировал истинное зрение и теперь посмотрел на него более внимательно. Все его энергетические потоки были целыми, никаких повреждений в тканях и внутренних органов тоже заметно не было. Но я чувствовал, что с ним что-то не так.

— Я могу вам задать один вопрос? — спросил я у собиравшемуся уходить мужчине. Тот снова резко обернулся и пристально на меня посмотрел. — Вы хорошо себя чувствуете? Мне кажется, вы выглядите слегка больным.

— Вам кажется, я полностью здоров, — отчеканил он и повернулся в сторону дверей, буквально сталкиваясь с девушкой-сенсором, которая, нахмурившись, покачала головой, переводя взгляд на Олега.

— Задержи его и изолируй, — негромко обратился я к Олегу. — Когда я закончу здесь, то хочу его осмотреть, мне кажется, на нем заклинание подчинение, или что-то типа этого. Я не смогу ответить точно, пока не прикоснусь к его жизненным потокам.

Парень довольно сосредоточенно кивнул, бросив взгляд на Алину, которая подтвердила мои слова, и вышел следом за своим дядей, охраной, девушкой-сенсором и Дианой, которая прошмыгнула в толпе. Она сейчас была моими ушами и глазами в особняке, и я был несказанно рад, что она занялась своим любимым делом.

— А теперь хоть кто-нибудь обратит на меня свое внимание? — простонал Петр, буквально заваливаясь на кровать, отпуская руку графа.

Я бросился к нему, глядя на его потускневшие энергетические потоки. Он находился в сознании, но был полностью обессилен. Кое-как подняв его на ноги и усадив в кресло, я достал активированный макр, который не отдал охотникам в гостинице Шмелева и вложил тот в его руку, видя, как буквально на глазах кровь приливает к лицу, а взгляд все более проясняется.

— Ну как ты? — похлопал я его по плечу.

— Словно пробежал марафон, — он протянул мне макр, тряхнув головой. — Не хочу привыкать к этому. Говорят, что на подпитку, как на наркотик подсаживаются, а переизбыток энергии еще хуже, чем магическое истощение.

Я кивнул и положил кристалл в карман. Старик был тоже такого же мнения и не злоупотреблял подобным, будучи падким на всякие штуки, которые вызывали зависимость: подпольные бои, карточные игры и алкоголь уже были в его списке. А если даже он отказывался от подобного, то следовало верить мудрости моего предшественника.

— Пойду проверю, как там граф, — я снова вернулся к постели с умирающим главой рода.

Петька умудрился сделать своеобразный защитный барьер из своей магии жизни, предотвращая проникновению отравы в сердце и мозг, но судя по всему, без почек и печени он слишком долго не проживет. Яд полностью проник в эти органы и уже начался распад тканей, превращая их в черную неопределенную субстанцию. Ну, Манул, где же тебя носит. Обернувшись, я поискал взглядом котенка, но тот уже куда-то удрал, о чем красноречиво говорили черные следы от лап, ведущих к выходу из комнаты.

Я больше почувствовал, как по моей ладони провели чем-то похожим на перышко. Переведя туда взгляд, обнаружил в своих руках длинные серые волоски, от которых шло искрящееся сияние, освещающее пространство в темном участке комнаты. И это только три волосинки. Я представил, если бы в руках находился целый клок подобных волос. Скорее всего, увидевший их просто-напросто бы ослеп.

— Не благодари, — раздался в голове довольный голос Манула, словно его обкормили сметаной и теперь она раскинулся на теплой лежанке, переваривая угощение.

— Я правильно понимаю, что это твое? — покрутил я волосками перед глазами, после чего проморгался, пытаясь восстановить зрение.

— Понятия не имею, о чем ты говоришь. Это тебе от покровителя их рода. Чтобы ты смог вылечить графа, — продолжал самодовольно вещать кот. Даже не могу представить, что этот вымогатель выторговал у бога-Сапсана за такой щедрый дар главе рода.

— Но мне нужна шерсть из хвоста черной кошки, — прошептал я, ринувшись собирать травы и крошить их в соответствующих пропорциях, согласно рецепту, в небольшую чугунную кастрюльку.

— А ты знаешь почему везде используется шерсть именно черной кошки? Этот тотемный зверь обладает наибольшей магической активностью, нежели другие. Я не знаю, правда это или нет, но говорят, что все черные коты и кошки дети самого бога-кота. Но, скорее всего, это обычная уловка, чтобы их не кромсали на зелья и эликсиры направо и налево, — тоном профессора с кафедры прозвучал в голове голос Манула. — А ты знаешь, что в таком случае может сотворить всего один волосок бога-покровителя? Все только не трать! Оставь парочку на всякий случай, хвост — это святое, не забывай.

— Забудешь с тобой, как же, — покачал я головой, добавляя часть одной из шерстинок Манула в зелье, которое после этого буквально засветилось зеленоватым цветом, а из кастрюли повалил дымок, который полностью был похож по цвету и запаху на тот, что я готовил ранее.

Я перелил настой в кружку, переместив его остатки вместе с шерстью и оставшимися травами в мое личное хранилище, так, на всякий случай. Ну, время истины.

Подойдя к графу, я влил содержимое в его рот и стал ждать. Если я все сделал правильно и угадал с ядом, то эффект должен был наступить довольно быстро.

Через минуту Сапсанов выгнулся тугой, и все мышцы его тела на несколько секунд затвердели, после чего он упал на кровать тряпичной куклой и часто задышал. Из его рта, носа, глаз и ушей начала вытекать черная густая жидкость вперемешку с кровью. Это продолжалось недолго, но даже за такое короткое время отравы набралось настолько много, что обильно залив постель, она начала стекать на пол. Энергетические потоки начали восстанавливаться, а сосуды очищаться. Токи крови буквально выдавливали густую смолу из органов и тканей, которая, в итоге, через желудок и легкие оказывалась снаружи.

— Кто-нибудь может нам помочь в этом доме? — рявкнул я в сторону дверей, понимая, что нас реально оставили одних наедине с главой дома. Это было подозрительно, а доверие, оказанное каким-то людям со стороны, вообще, кроме как растерянностью и глупостью я назвать не мог.

Сразу же послышались шаги, шум за дверью и в комнату буквально влетела Валерия, подбегая к нам с округлившимися от ужаса глазами. Похоже, мою просьбу о помощи она поняла совсем не так, как мне хотелось.

— Отец, — прошептала она и залилась слезами, снова используя мою грудь в качестве подушки.

— Ты чего? Все хорошо, он поправится, — тихо проговорил я, понимая, что, увидев подобную картину, девушка пришла к вполне логическому и трагическому выводу. — Мне нужно, чтобы кто-то убрал отраву с постели и помог переодеть графа, только и всего. Мы с Петром слишком устали, чтобы заниматься еще и этим.

— Он… что? Манулов, никогда не смей меня больше так пугать! — она ударила меня кулаком в грудь и, присмотревшись к своему отцу, видя его ровное дыхание, одарила меня злобным взглядом и вылетела из комнаты, судя по крикам так же пытаясь найти хоть кого-нибудь из прислуги.

— Как ты узнал? — задумчиво спросил Петр, подходя ко мне. — Ну, в смысле, что нужно делать в этом случае?

— Манул подсказал, — пожал я плечами, садясь в кресло. Сейчас нужно было следить за состоянием графа. Яд был слишком долго в его организме, поэтому последствия разрушительного действия нельзя было пропустить.

— Богам нет никакого дела до всего этого, особенно твоему, — хмыкнул Петя, прищурившись, посмотрев на меня. — Не хочешь говорить — не надо, потом все равно расскажешь. Пойду я отдыхать. Завтра учеба начинается, не хочу пропустить самый главный день в моей жизни.

Он, посмотрев на графа и на суету, которая воцарилась в комнате, вышел, больше не говоря мне ни слова. Поверит, потому что более реалистичного оправдания я вряд ли смогу придумать.

Когда комната опустела и возле Сапсанова осталась только Валерия, я перетащил кресло ближе к кровати, сразу же оценивая состояние графа. Манул был прав. Действие противоядия, основанное на силе бога, работало гораздо активнее и лучше, чем я рассчитывал. По моим прикидкам, на восстановление Сапсанову теперь хватит несколько дней, а не недель, как было бы, будь в зелье волосы обычного черного кота.

— Иди поспи, все будет хорошо, — обратился я к Лере, краем глаза замечая завихрения в воздухе рядом со мной, которые то и дело трансформировались в очертания прозрачного волка. Он не показывался на глаза в присутствии посторонних, но всячески намекал, что ему есть, что доложить. — Правда. Я все равно останусь ночью здесь.

— Даже немного жаль, что ты Манулов, — грустно улыбнулась она и, поднявшись на ноги, вышла из комнаты. И как это понимать?

Волчонок сразу же, как только она вышла, приобрёл материальную форму и сел на пол возле нескольких папок с бумагами, пристально глядя мне в глаза. Подождав несколько секунд и не увидев от меня реакции, он сердито топнул лапой и зарычал.

— Я прекрасно помню о нашем уговоре, — улыбнулся я и достал из кармана обещанный ему макр, который тут же исчез из моей руки, оказавшись в пасти волчонка. Зверь, завилял хвостом, крутанулся на одном месте и пропал из поля зрения. Правда характерный хруст, раздавшийся из дальней части комнаты, рассказал мне, что он все еще тут.

В поместье воцарилась подозрительная тишина. Я, выглянув в коридор, увидел только двух охранников, стоявших рядом с дверьми. Прикрыв двери поплотнее, я сел в кресло, взяв одну из папок с бумагами, чтобы изучить, то, что именно так стремился получить Александр Сапсанов. Надеюсь, это хоть немного что-нибудь прояснит.

Глава 22

Я отложил бумаги в сторону и, посмотрев в очередной раз на графа, задумался. Как и говорил Сапсанов, это была лишь часть информации, которая находилась в одной тонюсенькой папочке. Остальные документы относились к делам рода, поэтому я особо не вникал в подробности. Лишь отметил тот факт, что граф имел довольно существенное влияние на большую часть отраслей в регионе. В основном это были шахты, где добывались ценные и редкие минералы, а также несколько проходов на изнанку, один из которых, как мне кажется, стал причиной того клубка заговоров, в котором я по чистой случайности оказался.

В документах, относящихся к третьему уровню изнанки, были подробности спуска, точные координаты пробоя на изнанку и полный план стройки. Тонкое место было обнаружено случайно, как раз на стыке земель трех графов Сапсановых. Но так как глава рода имел преимущества над остальными в плане использования природных ресурсов на всех землях рода, то разработку спуска он начал самостоятельно, без вмешательства братьев.

Но потом что-то изменилось, и к этому делу подключились остальные, причем, как я понял, спуском, в конечном итоге, стали владеть три брата в равных долях. Я нашел только единичное упоминание о том, что во время экспедиции было найдено поселение с разумной расой, которое было уничтожено еще до первого спуска с нашего мира. Вот, в общем, и все. Главная информация сейчас находилась в Ангарске рядом с телом мертвого графа. Именно ее нужно было предоставить князю Мышкину, который постоянно крутится возле императора.

Но почему именно ему, а не самому императору, мне было не совсем понятно. Хотя, если суммировать все знания о графе Сапсанове, которые я почерпнул из небольшой части его документации, то он тот еще фрукт. Тянет в свои загребущие руки все, что плохо лежит, а то, что хорошо — не упускает из вида и при возможности откусывает кусок при помощи влиятельных союзников. Возможно, они хотели втянуть Мышкина в разработку и заручиться его поддержкой, но что-то не срослось. Гадать можно долго, но ответ на этот вопрос может дать только граф, когда очнется, а это произойдет, по моим прикидкам, еще не скоро.

— Положи это все обратно, — обратился я к волчонку, который приобрёл материальную форму и спал возле моих ног. Он неохотно разлепил глаза и с явным неудовольствием поднялся на лапы, косясь на документы в моих руках. — Не притворяйся сонным зверем, я тебе все равно не поверю, — усмехнулся я и протянул папки духу, который довольно вальяжно забрал их у меня из рук и исчез в едва видимой серебристой дымке.

Я посмотрел в окно, где в предрассветном небе уже проглядывались лучи солнца и устало потер глаза. Нужно было отдохнуть, но прекрасно понимал, что в ближайшее время этого не получится сделать.

Дверь тихо приоткрылась, и в комнату вошла Лера. Такое чувство, что она только и ждала того момента, когда я разберусь с бумагами и отправлю волчонка замести следы. Девушка выглядела уставшей, глаза были красные от слез и перенапряжения. Судя по всему, она так и не смогла поспать, вопреки советам главного целителя в этом поместье, то есть моим.

— Как он? — она подошла к кровати, заглядывая в лицо мирно спящему графу. Я как мог избавил его от боли, от которой в середине ночи он стал метаться, и погрузил в искусственный сон, до того момента, когда все ткани не восстановятся.

— Хорошо, насколько это возможно. Выкарабкается, — тихо проговорил я, поднимаясь на ноги. Вставать не слишком хотелось, только если добраться до постели и самому отрубиться на несколько часов. — Смотрю, ты совсем не отдохнула.

— Все только сейчас разъехались. Пришлось давать показания, наверное, паре десяткам разных личностей, занимающих всевозможные должности и звания. Только вот ничем им помочь я все равно не могла, — она пожала плечами и присела на кровать, беря за руку отца. — Скажи, зачем ты нам помогаешь? — неожиданно спросила она и подняла глаза на меня, когда я подошел близко к ней.

— Сам не знаю. — Пожал я плечами, поднимая девушку с постели на ноги. — Слово есть такое, неприличное…

— Альтруист? — улыбнулась она, давая увести себя в кресло. Активировав истинное зрение, я осмотрел Валерию, пуская тонкий ручеек магии жизни через ее руку, пристально следя за ее энергетическими потоками при этом. Но ничего не изменилось. Не было никакой сетки на голове или какой другой дряни, вплетенной в ее собственные жизненные потоки.

— Почти, — усмехнулся я, усаживая ее в кресло. Я направил свой поток в сторону сердца и к мозгу, замедляя сердцебиение и погружая ее в сон. — Скорее, идиот, раз вообще связался с вашей семейкой, но теперь, чтобы выбраться, нужно расплести эту паутину, — тихо проговорил я уже спящей девушке и вышел из комнаты.

Возле дверей дежурили уже совершенно другие парни, которые даже не повернули головы в мою сторону.

— Где найти Олега Сапсанова? — спросил я, обращая их внимание на себя.

— Внизу в комнате для допросов, в течение последнего часа он оттуда не уходил, — ровно ответил один из охранников, наконец, повернув голову в мою сторону.

— А с кем он там, вы случайно не знаете?

— С графом Александром Германовичем Сапсановым. Его сиятельство как раз предупредил нас, что, если вы изъявите желание, то можете присоединиться к нему, — прищурился он, видимо, в принципе впервые меня увидев. Я удовлетворенно кивнул, потому как уже с полчаса грел себе голову, стараясь найти способ приблизиться к Александру, чтобы задать ему пару неудобных вопросов.

— Кроме меня никого сюда не впускать, — отдал я распоряжение и, дождавшись кивка, направился в указанное направление. После всего случившегося я не знал, кому можно доверять, даже к самому главе рода относился с подозрением, но во время такого экспериментального лечения, я наверняка бы смог увидеть следы чужого влияния на нем.

Руины в холле начали постепенно разбирать. По крайней мере, довольно много слуг и рабочих трудились, как муравьи в муравейнике, стараясь навести порядок. На меня все пристально смотрели, отрываясь от своих занятий, и провожали взглядом, сразу же перешептываясь за моей спиной. Чем было вызвано такое внимание к моей скромной персоне, я не знал, но направленные на меня взгляды довольно сильно раздражали, поэтому, когда я дошел до спуска в подвальные помещения, то был не просто на взводе. От желания прирезать кого-нибудь с особой жестокостью меня даже слегка потряхивало. Возле лестницы, в одной из небольших комнат, я увидел мужчину, который отдавал последние распоряжения одной из служанок, и дождался, пока он обратит на меня свое внимание.

— Где у вас комната для допросов? — резко спросил я у дворецкого, который встречал нас после посадки дирижабля. Он смерил меня удивленным взглядом, но потом наклонил слегка голову в знак уважения, наверное, ну или так было в этом доме принято встречать всех гостей.

— Вниз по лестнице, затем направо и прямо по коридору третья дверь по левой стороне, — отчеканил он.

— Спасибо, — кивнул я и собирался выйти, как резко обернулся и пристально посмотрел на мужчину. — Чем вызвано такое пристальное внимание к моей скромной персоне? — все же полюбопытствовал я.

— Ах, это. Не обращайте внимание, — махнул он рукой. — Сплетни разносятся со скоростью звука, кто-то сказал, что вы прибыли с госпожой, а другой подхватил, что вы являетесь ее женихом.

— А Олег, значит, наша сваха? — усмехнулся я.

— Почти. Просто люди обеспокоены и не знают, что и думать о случившемся, а тут вы. Да еще и высокоуровневый целитель в таком молодом возрасте, которого тут же допустили до графа, изгнав с позором Шалфеева, который верой и правдой служил нашему дому многие десятки лет. Все слишком запутанно, и в центре вообще всех сплетен находитесь именно вы, человек, о котором ничего не известно, даже вашего имени и титула. Кстати, я могу удовлетворить свое любопытство…

— Нет, — отрубил я и двинулся в сторону допросной. Слухи скоро улягутся, а что-либо говорить о себе никогда не было моей привычкой. Меньше знают, больше шансов отвертеться из особо щекотливых ситуаций.

Внизу было темно и мрачно, небольшая сырость и пустые коридоры создавали правильную атмосферу безнадежности, вызывая небольшой, но страх. У каждой двери маячила охрана. Я насчитал человек десять вооруженных мужчин, как из охраны поместья, так и просто военных, в форме, которая довольно сильно была похожа на ту, что я видел на людях возле сиротского дома, ликвидировавших прорыв. Нужно будет в самое ближайшее время разобраться во всех этих ведомственных структурах, чтобы больше не гадать, чего именно следовало ждать от каждого из них. С моим появлением все сразу же подобрались и потянулись к оружию, но пока не делали попыток меня остановить или напасть.

— Олег Сапсанов здесь? — подошел я к двери, на которую указал дворецкий. Два охранника в военной форме сразу же напряглись, как только я заговорил.

— Представьтесь, — обратился ко мне один из них.

— Константин Манулов. Его сиятельство ожидает меня, — ответил я ровно, стараясь никого из собравшихся не провоцировать. Все были на взводе, и одно неправильное слово или резкое движение могло привести к печальным последствиям.

— Проходите, — он отпер несколько замков, после чего отворил тяжелую дверь, которая словно нехотя начала открываться под протяжный тягучий скрип.

Я зашел в небольшую комнатку с обшарпанными стенами, где стоял только стол и несколько стульев. В дальнем углу сидела девушка-сенсор, которая не сводила взгляда с Александра Сапсанова, сидевшего за столом напротив Олега.

— Я просил изолировать его, а не находиться с ним наедине в замкнутом пространстве без возможности быстро убраться от него подальше, — глубоко вздохнул я, присаживаясь рядом с Олегом. Он перевел на меня какой-то отрешенный взгляд и потер уставшие глаза, откидываясь на спинку довольно неудобного стула.

— Мне нужна хоть какая-та информация, — раздраженно ответил он. — Все звонят, наседают, сочувствуют, угрожают и вопят. Все дела рода внезапно встали, и именно сегодня всем что-то от меня нужно.

Я посмотрел на брата графа, который не выглядел встревоженным своим текущем положением. Даже не смотря на наручники, которые длинными цепями были прикованы к полу и стягивали его руки, он находился в довольно хорошем расположении духа. Усмехаясь, он переводил полного превосходства взгляд с меня на своего племянника, чуть ли не смеясь нам в лицо.

— Я так понимаю, он молчит? — обратился к Олегу, который дернулся от моего вопроса и покачал головой. — Ты бы связался со Шмелевым, что ли. Он как раз специализируется на кризисных ситуациях.

— Я не доверяю Шмелеву, тем более, наши семьи, мягко говоря, в плохих отношениях.

— Как знаешь, если ты не забыл этот человек тебе накануне жизнь спас, — пожал я плечами. — Давай я попробую. Скажите мне, Александр Германович, что именно вы нашли с братьями на третьем уровне изнанки?

Мужчина заметно напрягся и пристально посмотрел мне в глаза. Взгляд у него был тяжелый и какой-то неправильный. Меня непроизвольно пробила секундная дрожь, глаза заслезились, а голова словно стала пустая и начала заполняться туманным маревом. Я распределил свой собственный магический поток внутри тела так, чтобы он, как кокон, окружал мою голову. Этот небольшой фокус сработал как мне было нужно, в голове прояснилось, а я не опустил глаза, хотя до этого выдерживать взгляд моего собеседника с каждой секундой становилось все труднее.

— Что можно найти на изнанке? Монстры, твари, снабжающие нас кристаллами. Все как обычно, — развел он в сторону руки, улыбнувшись. Я не смотрел в это время на Алину, прекрасно понимая, что он врет. — Я могу спросить хотя бы вас, за что именно меня задержали и сейчас допрашивают в моем собственном главном родовом поместье? — прищурился он, все еще улыбаясь.

— Где вы взяли яд?

— Какой яд? — довольно искренне удивился мужчина. — Ах, вы о том средстве, что подкосило нашего главу рода? Так я не знаю, о чем вы говорите. А вы откуда о нем знаете? — я не удержался и повернулся в сторону сенсора, которая внимательно слушала наш разговор.

— Он говорит правду. Он не знает ничего о яде, — ровно проговорила она, перехватив мой взгляд. Я снова повернулся в сторону Александра, не понимая причин его самодовольства, которое снова начало появляться на его лице.

— Так что с вашим здоровьем? Я, как маг жизни, очень обеспокоен вашим самочувствием, — мягко поинтересовался я. — Не болит ли голова, нет ощущения нереальности происходящего или может это все кажется вам обычным сном?

— С моим самочувствием и душевным состоянием все в полном порядке, — процедил Александр сквозь зубы. И почему вопрос о его здоровье вызывает такую агрессивную реакцию?

— Наверное, сейчас самое время убедиться в этом лично, — я резко вытянул руку и схватил мужчину за предплечье, активируя истинное зрение и направляя магический поток через его руку. Он вскрикнул и попытался вырваться, буквально вырывая цепи из пола. Но небольшое воздействие на нервные окончания в позвоночнике, и Сапсанов обмяк, только злобно вращая глазами.

Я пока ничего не видел подозрительного. Только небольшие повреждения печени и какие-то наложения на сердце. Направив поток исключительно в сторону его мозга, я резко отпрянул, прерывая контакт, глядя на картину, которая предстала передо мной. Я ожидал увидеть многое, какую-нибудь сеть, покрывающую мозг, или какое-то другое проявление заклинания подчинения, но не знакомого мне паразита, который своими размерами занимал практически всю черепную коробку Александра Сапсанова. Только теперь он не выглядел, как слизень, который питался жизненной энергией. Он был словно самостоятельным организмом, плотным, окруженным прочным матовым панцирем. От него шли тонкие ветви поверх нервных окончаний, врастающих в них, а местами уже полностью их заменив. Я чувствовал энергию, исходящую от паразита и прекрасно помнил те ощущения, когда прикоснулся к нему в теле Андрея. Они были точно такими же.

— Твою мать, — прошептал я, переводя взгляд на Олега, который вопросительно на меня посмотрел. — Уходим отсюда, живо…

Единственное, что я успел сделать — это вскочить со стула, когда Александр плавно поднялся на ноги. Его тело начало меняться, увеличиваться в размерах, разрывая кандалы и цепи, которые до этого сковывали его тело. Заняв больше половины пространства комнаты буквально за несколько секунд, тварь полностью трансформировалась в монстра с черной чешуйчатой кожей и головой птицы с довольно длинным острым клювом и горящими синим светом глазами.

Я оттолкнул Олега в сторону девушки-сенсора, которая округлившимися от ужаса глазами смотрела на монстра, не в силах даже не пошевелиться. Я еле успел накинуть на них огненный щит, когда тварь заорала, выпуская звуковую волну такой силы, что меня подняло в воздух и припечатало к стене, довольно болезненно и ощутимо в нее вжимая до хруста в ребрах. Щит пока держался, а вот мои ребра скоро такого напора точно не выдержат. Я прикрыл глаза, концентрируясь.

Жизненная энергия твари скользкая, черная и противная потекла к моим рукам. Печать тишины накрыла меня куполом, через который не мог проникнуть звук, издаваемый монстром. Давление исчезло, и я рухнул на пол, успев хоть немного сгруппироваться, чтобы не подвернуть себе ноги.

Я поднялся и печатью сокрушения сбил тварь с ног, которая все еще вопила, стараясь пробить наложенную печать. Мы атаковали вместе. Сделав стремительный рывок в направление монстра, я призвал божественный меч, и вонзил его в сердце твари, которая, в свою очередь, ринулась на меня.

Паразит остановился, так и не успев нанести по мне ни единого удара, глядя недоумевающе на клинок, торчащий у него из груди, который пробил его панцирь с невероятной легкостью.

— Тебе не остановить меня, — прогрохотал искаженный голос на всю комнату, сотрясая пол и стены.

— Как скажешь, — прошипел я, вгоняя клинок глубже по самую рукоять.

Раздался скрип открываемой двери, и в комнату ввалились охранники, видимо, привлеченные странным шумом из-за стены. Тварь начала нагреваться, и я довольно поздно сообразил, что именно сейчас произойдет. Издав предсмертный вой, тело твари разорвалось изнутри, откидывая меня снова к стене и покрывая всех, кто находился в комнате, черным пеплом и темно-синей, воняющей гниющей плотью жидкостью.

Протерев глаза, я в очередной раз поднялся на ноги, разглядывая недоумевающих охранников, уже вставшего Олега и девушку-сенсора, которая все так же находилась в той же позе, что и до этой внезапной и скоротечной схватки.

На полу лежало тело Александра Сапсанова, у которого из груди торчал мой меч, половины черепа у него не было, а вместо мозга, как я и видел ранее при помощи истинного зрения, находилась черная тварь, от которой уже не шло никаких токов жизненной энергии. Можно было предположить, что это существо было мертво.

— Что сейчас произошло? — наконец, нарушил тишину Олег, разглядывая тело своего дяди.

— Ничего. Судя по всему, я убил Александра Сапсанова. Но, думаю, обстоятельства произошедшего как-то смягчат мой приговор, — ответил я, вытаскивая меч и вытирая его от крови и черной слизи об одежду убитого.

— Не паясничай, — прямо посмотрел на меня Олег. — Что нам делать?

— Я лично пойду приму душ, а ты уже свяжись со Шмелевым, в конце концов, — ответил я, выходя из комнаты под пристальные взгляды всех собравшихся охранников.

Глава 23

Пока я шел до лестницы, ведущей из подвального помещения, где находилась допросная я, все больше ощущая жжение и болезненность в тех местах, где на кожу попала слизь твари. К счастью, от нее не чувствовалось какой-либо жизненной активности, поэтому факт заражения подобным образом можно было исключить.

Поднявшись наверх, я затормозил, понимая, что не знаю, выделили ли мне элементарно комнату, где можно было привести себя в порядок. Наверху все так же кипела видимость бурной деятельности, но по факту, за время моего пребывания на нижних этажах поместья, дело в разборе завалов не сдвинулось ни на йоту.

— Я могу вам чем-нибудь помочь? — раздался голос дворецкого откуда-то сбоку от меня. Повернувшись к нему, я увидел, как тот с интересом меня разглядывает и постоянно принюхивается, едва сдерживаясь, чтобы не морщиться.

— Вот вы как раз мне и нужны, — радушно улыбнулся я, подходя к нему ближе, от чего гримаса отвращения на его лице проявилась в должной мере. Сам я запахи уже перестал чувствовать минуте не третьей. Хотя, казалось, тошнотворный кисло-сладкий запах будет преследовать меня еще довольно долгое время.

— Вы… Очень странно выглядите, — с трудом нашелся, что сказать мужчина, глядя мне в глаза. Не удивлюсь, если окажется, что главный источник слухов и сплетен стоит сейчас передо мной. Явно, что этот хитрый дворецкий все это время караулил меня возле входа в подвал, чтобы по возможности первым узнать, что происходит. Нужно его потом как следует расспросить о том, что произошло в поместье в момент отравления графа. Думаю, ему наверняка будет, что рассказать, чего не рассказал начальнику охраны или законникам. — Наверное, вам нужно отдохнуть. Я как раз распорядился, чтобы вам выделили одну из гостевых комнат. Она находится на третьем этаже, пойдемте, я вас провожу.

Мне даже не пришлось ничего говорить, как дворецкий взял резвый старт, довольно быстро двинувшись в сторону лестницы. Скорее всего, находиться рядом со мной ему совсем не хотелось, поэтому он старался держать между нами довольно приличную дистанцию, в конечном итоге перейдя практически на бег. Интересно, к уборке допросной привлекут его лично или он отрядит туда тех, кого больше всего не любит в своем окружении.

Гостевая комната была довольно уютной, без явных бросающихся в глаза элементов роскоши, но довольно богато обставленной и имела все необходимое для полноценного отдыха: кровать, стол, пару мягких кресел, шкаф и, самое главное, отдельную ванную комнату.

— Что-нибудь еще? — спросил он, дождавшись, когда я все тщательно осмотрю, а к моим дверям подойдут несколько человек охраны. Интересно, они меня охранять собрались или от меня? Наверное, мне в этом не признаются.

— Да. У вас есть библиотека?

— Разумеется, — удивился моей просьбе мужчина. — Находится на первом этаже возле…

— Просто распорядитесь, чтобы мне принесли все книги, которые имеют отношение к магии жизни, — прервал я его. Самостоятельно рыться в недрах библиотеки, которая, судя по главной гостиной, еще и частично разрушена мне совершенно не хотелось.

— Будет сделано, ваша светлость. — Он приклонил голову и вышел за дверь, довольно аккуратно прикрыв ее за собой.

То, что с этим делом нужно разобраться до конца, никаких сомнений не вызывало. По какой-то непонятной причине видеть эту тварь мог только я, по крайней мере насколько мне было известно. Но я же не могу ходить по всему поместью, а следом за ним по улицам и в академии, прикасаясь ко всем подряд, чтобы проявить паразита для моего истинного зрения. Нужно было действовать тоньше и, возможно, более массово. Надеюсь, что книги по магии жизни в этом помогут, и мне удастся придумать способ на основе уже имеющихся заклинаний и умений, чтобы можно было видеть тварь на расстоянии.

Я снял с себя одежду, место которой было сейчас исключительно на костре, предварительно проверив все карманы, вытаскивая из них все содержимое. В итоге, после всех приключений у меня осталось немного наличных денег, четыре макра разных размеров и цветов, и кинжал в ножнах, все остальное находилось в вещевом мешке, который сгорел в вулканической лаве во время пробуждения демона. Не густо. Я переместил это все в свое хранилище, удостоверившись, что все находившиеся в нем вещи находятся в целости и сохранности. Немного подумав, переложил облитую черной слизью одежду, которая местами начала уже самостоятельно дымиться в один из тазов, находившихся в ванной, и маленьким огненным шаром спалил все тряпки до состояния пепла. Сплавлять это в водопровод я все же не решился, поэтому оставил все это в тазу, даже несмотря на то, что сейчас сам собирался смыть с себя эту едкую и вонючую дрянь.

Некоторое время я просто стоял под тугими горячими струями, наслаждаясь ощущением того, как расслаблялись мои уставшие мышцы. В голове немного прояснилось, и теперь можно было подумать над тем, что делать дальше.

Времени на отдых совсем не оставалось. Собрание в честь первого учебного дня в академии назначено на двенадцать часов дня. Сейчас где-то девять. Надеюсь, мне хватит времени, чтобы купить хоть какую-нибудь одежду, сходить в мэрию за документами и попытаться в самый последний момент зачислиться на обучение. А дальше самостоятельно связаться со Шмелевым, если этого не сделал Олег. В одиночку сражаться с неизвестной мне тварью было верхом идиотизма. А вот Шмелев вместе со своей группой поддержки, которая наверняка у него имеется в его специальном отделе, вполне смогут мне в этом помочь.

Выключив воду, я обмотался полотенцем и подошел к довольно большому зеркалу, висевшем над умывальником. Последний раз я смотрел в свое отражение еще в сиротском доме и не смог не увидеть те изменения, которые произошли за прошедшую неделю. Благодаря моей собственной магии и таким своеобразным физическим тренировкам, структура тела заметно преобразилась. Сейчас не было той болезненной худобы, бледности и затравленного взгляда. Тело за такой короткий промежуток времени смогло довольно сильно перестроиться. Оно стало подтянутым и более жилистым. Мышцы подкачать мне конечно не помешает, но уже сейчас я чувствовал, что связки стали более эластичными, а суставы более подвижными. Длинные волосы стали еще длиннее, и меня это довольно сильно раздражало. Нужно будет сходить к местному цирюльнику. Я бы и сам смог довольно неплохо подстричься, но мне предстоит обучение в элитной академии, а к таким незначительным, казалось бы, деталям любая избалованная аристократия довольно внимательно относится. Но в целом, увиденное меня порадовало.

Я резко вздрогнул и напрягся, когда услышал шаги, раздававшиеся в отведенной для меня комнате. Призвав из хранилища кинжал, я слегка приоткрыл двери и сквозь щель попытался разглядеть, что происходит в основной части апартаментов. Обзор был довольно ограничен, но при помощи магии жизни, я хотя бы знал, что снаружи находится всего один человек. Тихо выйдя из комнаты, спрятал кинжал, рассматривая девушку, стоявшую в центре комнаты, в которой на столе уже лежала довольно большая стопка книг и поднос с какой-то едой.

— Что ты тут делаешь? — спросил я у Валерии, которая от неожиданности вздрогнула и быстро повернулась ко мне лицом.

— Я… хм, — она потупилась и отвернула голову, после того, как бегло, но внимательно меня осмотрела.

— Что, не нравлюсь? — усмехнулся я. — Стучаться надо, а то мало ли, вдруг я одетый?

— Меня Олег попросил организовать тебе завтрак и принести одежду, потому что он, в отличие от тебя, смог догадаться, что переодеться после душа тебе будет не во что. А твоя гордость не позволит что-либо попросить первому, — она кивнула на костюм, который в прозрачном чехле лежал на кровати. — Он новый. Это Андрея, я прикинула, что телосложением и ростом вы похожи.

— И ты решила самостоятельно его принести? — хмыкнул я, подходя к ней ближе.

— А почему бы и нет, — повернулась она ко мне лицом и поймала мой взгляд. — Нужно же чем-то заняться.

Она выглядела довольно странно. Лицо залил довольно привлекательный румянец, а сама она была несколько потерянной. Складывалось чувство, что она обнаженных парней никогда до этого не видела. Хотя, может так оно и было.

— Занятия в академии отменили до особых распоряжений, причины не уточняются. Информация пришла минут десять назад. Это как-то связано с тем, что произошло сегодня с Александром?

— Вот, значит, как, — задумался я и сделал шаг назад, прекращая испытывать терпение Леры, не отвечая на ее прямой вопрос. — Где Олег?

— Поместил себя и всех, кто находился во время смерти дяди в карантин. Тебя тоже пока попросили не выходить из комнаты. Костя, что, изнанка вас всех подери, происходит в этом доме? — прошипела она, сжимая кулаки. От нахлынувшего ее смущения не осталось и следа, и сейчас она находилась на грани истерики.

— Понятия не имею, — честно ответил я, подходя к окну и поворачиваясь к Валерии спиной. Довольно странный приказ о закрытии академии поставил меня в тупик. Я понимаю, почему Олег решил изолировать всех нас, но довольно крупное учебное заведение закрывают только по распоряжению с выше.

— Держи. Тебе необходимо средство связи, — она подошла ко мне, обращая мое внимание на себя. Повернувшись, а увидел в ее руке мобилет, который она протягивала мне. — Так мы все между собой сможем держать связь, пока хоть что-нибудь не прояснится.

— Ты не знаешь, с кем Олег связался после инцидента в подвале? — спросил я ее, забирая средство связи из ее рук.

— Со мной, — прозвучал знакомый голос от дверей комнаты. — Валерия, оставь нас наедине, пожалуйста, а ты оденься, что ли, — я посмотрел на Шмелева, который в это самое время зашел в комнату и сел на стул, стоявший рядом со столом, и начал рассматривать книги, беря одну из них в руки, глядя на обложку. — Самостоятельно обучение? Похвально, но довольно рискованное занятие без наблюдения наставника. Как и заводить совершенно не дружеские отношения с дочерью графа. Константин, ты чем вообще думаешь? — смерил он нас насмешливым взглядом, бросая книгу на стол.

— Я это… пойду, наверное. — Тихо проговорила Лера, сразу же направляясь к выходу и закрывая плотно за собой дверь.

— Как-то вы, граф, довольно быстро прибыли после звонка Олега Сапсанова. — Я медленно подошел к кровати и начал вытаскивать одежду из чехла, начиная одеваться. Лера не соврала, костюм подошел практически идеально. Немного широкий в плечах и рукава были чуть длиннее.

— Я уже сутки, как прибыл в расположение академии. Перед тобой, Манулов, твой новый декан факультета поддержки и защиты, — усмехнулся он, после чего стал предельно серьезным. — Так как несколько студентов изолированы и не могут начать обучение, а декан занят и не может приступить к своим обязанностям, я попросил перенести начало занятий. Кстати, ты забыл забрать, — он протянул небольшую папку с документами, которые просто появились у него в руке. Похоже, у Шмелева есть подобное хранилище. Я открыл протянутые документы, с удивлением обнаруживая там бумаги на мое новое имя. — Мои люди сейчас осматривают тело Александра Сапсанова. Олег мне все рассказал в подробностях, насколько он мог понять, естественно. Мне важно знать только одно: каким образом ты можешь видеть эту тварь?

— К сожалению, я ее не вижу, — поморщился я, присаживаясь на кровать. Говорить правду о родовом даре было нецелесообразно, значит, нужно подыскать слова, которые отражали бы суть, но не открывали все карты. — Когда я влияю на организм носителя своим магическим потоком, я ее чувствую, а ей это, судя по всему, не особо нравится, поэтому она проявляет себя.

— Как именно чувствуешь? — не мигая, пристально глядел на меня Шмелев.

— Как что-то скользкое, противное и неестественное, что ли. Словно оно вплетается в энергетические потоки жертвы. Но вот то, что этот паразит может управлять своим носителем, заменяя мозг и нервную систему, немного странно. Я так понимаю, оно разумно? — спросил я, сам удовлетворившись своим ответом. Большего я сказать не мог, но судя по тому, как отвел взгляд Шмелев, этого и не требовалось.

— Оно разумно. Названия у этой твари нет, потому что мы никогда до этого момента не могли ее видеть и разоблачить вовремя, — постучал он пальцами по столешнице, глядя куда-то перед собой. — Это монстр изнанки, который приспособился жить в нашем мире, используя для этого тело носителя. Главная его задачи, как мы поняли, насытиться и уйти в спячку на три года. Я не знаю, как именно передается заражение, поэтому мы попросили всех, кто контактировал сегодня ночью с Сапсановыми не покидать своих домов. Но знаем точно, что первичное заражение происходит на изнанке, только не знаем на каком уровне и где именно. И еще один нюанс: магов жизни она никогда не трогает, возможно, по причине того, что они могут ее почувствовать еще в самом начале заражения. Поэтому, держать тебя взаперти я не стану. Костя, мы обычно всегда опаздываем, когда она истребляет целые рода и потом скрывается в своей норе. Но сейчас в изучении и борьбе с этой тварью у нас появилось преимущество. Во-первых — это систематизированная информация о всех ее прошлых появлениях. А во-вторых — ты. Теперь бы еще понять, как использовать твое влияние на паразита в благих целях. Я свяжусь с Выдровым, нужно решить, что делать дальше.

— Можно вопрос? — обратился я к вставшему на ноги Шмелеву. Тот кивнул и сел обратно на стул. — Где можно в Норильске обменять макры на вполне реальные деньги?

— Смотря какие, — пожал он плечами. — Обычные — в специальных лавках, они расположены по всему городу. Если какие-то редкие, то лучше воспользоваться услугами аукционного дома.

— Сколько будет стоить макры орлоклюва? — прямо спросил я. Мне не хотелось обменивать трофеи, но возвращаться в Ангарск за деньгами в тайнике старика было не слишком рационально.

— Красный или желтый?

— И тот и другой, — я призвал оба и положил их на стол, показывая Шмелеву. Тот довольно удивленно хмыкнул и, повертев оба, положил обратно.

— Я бы выставил начальной ценой один за пятьдесят, второй за сто, — после несколько секунд раздумий ответил он. — Что ты так смотришь? Я владею сетью гостиниц для охотников и прекрасно знаю, сколько стоит их добыча.

— Не густо, — покачал я головой, думая, что макр из существа третьего уровня будет стоить несколько дороже.

— Это начальная ставка, — усмехнулся он. — Конечная будет в полтора-два раза дороже. А что ты хочешь купить такого, на что тебе не хватит двести тысяч? Просто интересно, — забавлялся он, глядя на мое слегка опешившее лицо.

— Эм… — не стал я ничего говорить, убирая кристаллы в тайник. Двести тысяч за кристалл? Может, он шутит? Я не помнил ничего о ценах на макры из памяти старика, только незначительную информацию, что некоторые из них стоят на порядок дороже обычных, и цена зависит не только от размера, но и от цвета и уровня твари, из которых они были извлечены. — А, скажем, черный кристалл с пятого уровня изнанки размера в три больше этих, теоретически изъятого из твари под названием демон вулкана? — осторожно спросил я.

— Ты знаешь того, у кого есть подобный макр? — воскликнул Шмелев. — Демона изнанки можно убить только божественным оружием, а охотников с подобным снаряжением не больше десятка. Несмотря на то, что это всего лишь пятый уровень, уничтожить демона под силу, разве что магу минимум восьмого уровня, а они уже подобным не занимаются.

— Так сколько? Просто интересно.

— Последний подобный был продан на московском аукционе за десять миллионов. Я, конечно, понимаю, что ты мальчик одаренный, но не следует бросаться на эту тварь. Лучше постепенно начинать с монстров, которых легче убить, так сказать, — покачал он головой. — Не ведись на поводу у своего бога. Все знают, что Мануловы — одиночки и великолепные охотники, но ты маг жизни как-никак. — Я кивнул, соглашаясь с подобными рассуждениями, задумываясь о том, что сейчас реально обладаю целым состоянием. Возможно, не в глазах графа или князя, но для стартового капитал вполне себе сгодится.

— Третий уровень, — нарушил я возникшее молчание. — Та тварь, которая охотится на Сапсановых живет на третьем уровне в спуске, который начали строить Сапсановы, недалеко от Норильска. — Решил все же рассказать об этом Шмелеву, чтобы тот отвлекся от мыслей о кристалле вулканического демона.

— Откуда тебе это известно? — уточнил мужчина, направляя на меня довольно удивленный и настороженный взгляд.

— Граф сказал, в те секунды, когда мне удалось его привести в чувства, — пожал я плечами. — Только мне не понятны эти хитросплетения с отравлениями и покушениями на род Сапсановых.

— Подожди, но Андрей Сапсанов был заражен на уровне, где находится один из моих домов для охотников, а там раньше никогда не встречали подобного. Этот пробой уже существует не один десяток лет.

— А кто сказал, что он заразился именно там? — задал я вполне уместный вопрос. — Там был рой каких-то жуков, как говорили охотники, их сопровождающие, а также нападение орлоклювов. Так что паразит мог начать действовать просто из-за того, что носитель был ранен. А, собственно говоря, где вообще сейчас находится Андрей Сапсанов? — задал я вполне уместный вопрос.

— Последний раз я его видел в Ангарске, когда он прилетел туда решать вопрос о транспортировке тела его дяди в Норильск, — нахмурился Шмелев. — Тело было доставлено тем же рейсом, на котором я прилетел сам. То есть, главного наследника рода никто не видел уже двое суток?

— Я его не видел и, судя по тому, что Олег здесь за главного, то в поместье его нет.

— Алексей Владимирович, тут, оказывается, есть еще одна проблема, — проговорил Шмелев, поднеся мобилет к уху. — Андрей Сапсанов пропал.

Глава 24

— Костя, не выходи, пожалуйста, пока из поместья, — закончив разговор, повернулся ко мне Шмелев.

— Да я из постели не выйду, если мне дадут отдохнуть, — отмахнулся я и завалился в кровать, радуясь небольшому отдыху, который маячил на горизонте.

— Ну-ну, — хмыкнул граф, продолжая буровить меня взглядом. Ну а что такого, нужно же и мне хоть когда-нибудь спать. Это он еще не знает о портале, в который нас закинуло по возвращению из Ангарска. Может и не был бы так скептически настроен. — Слушай, у меня есть к тебе задание. Как только восстановишься, сможешь начать проверять людей в поместье? Нужно точно знать, заражен тут кто-нибудь еще или нет.

— Мне нужен Петр и еще парочка проверенных лекарей, — задумчиво ответил я, прикидывая объем предстоящей работы, которой я и сам думал заняться без просьбы Шмелева.

— Конечно, как будешь готов, позвони мне по этому номеру, — написал он цифры на листах для заметок, лежавших на столе. — Сам без прикрытия не начинай, не хочу, чтобы кто-нибудь пострадал.

Дождавшись моего кивка, который говорил о том, что я все понял и серьезно отношусь к делу, он вышел из комнаты, оставляя меня одного.

Но, как бы я не пытался заснуть, сон не шел. Такое бывает после длительной физической активности и отсутствия отдыха. Организм работает на пределе и не может перестроиться на спокойный лад. Даже собственная магия жизни по какой-то причине не может мне в этом помочь.

Поднявшись, я сел за стол, отодвинув поднос с едой в сторону, и взял первую книгу из той стопки, что нашел мне дворецкий. Желудок протестующе что-то вякнул, но я не поддался его уговорам. Что-либо есть в этом доме, приготовленное без моего присмотра из только что вымытой на моих глазах посуде — было равно самоубийству, довольно нелицеприятному и болезненному. Я не был параноиком, но в том месте, где уже было совершено хотя бы одно покушение, и злоумышленник не был найден, всегда следовало ожидать повторения.

Проведя несколько часов за книгами, я поднялся, разминая затекшие ноги, глубоко задумавшись. Ничего принципиально нового я из литературы Сапсановых не почерпнул. По крайней мере того, чего бы не было в библиотечных книгах училища в Ангарске. Кроме нескольких нюансов, о которых в некоторых пособиях было рассказано подробнее.

Как оказалось, высокоуровневые маги жизни с большим опытом могут работать с энергетическими потоками больного, ощущать их, некоторые даже их видят, причем без таких способностей, которые даровал мне Манул. Это была вершина мастерства, и к этой цели стремились все маги жизни, но, так или иначе, их было не слишком много. Целителям третьего уровня и ниже подобные нюансы были не доступны. Я вообще не понимал, как они могут в таком случае кого бы то не было лечить, если не знают, куда именно следует направлять магические потоки.

Второе, что меня заинтересовало, это существования определенного рода заклинаний, основанных на собственных энергетических потоках. Ими владеть было тяжелее, нежели стихийной магией, но все же возможно. Заклинания, а точнее плетения, каждый род и маг жизни строил сам, но пара-тройка стандартных плетений, были известны всем. И об одном я узнал как раз из предоставленных мне книг.

Массовое исцеление было энергозатратным, но довольно эффективным. Его плетение чем-то напоминало обычную рыболовную сеть, которая накрывала собой определенную площадь. Чем больше собственных ресурсов было задействовано, тем большая площадь попадала под действие заклятия. Внешне для обычных людей оно выглядит, как туманная дымка, окутывающая пострадавших. Так как оно было массовым, созданным специально в свое время для ликвидации последствий прорывов, то заклинание это было, грубо говоря, тупым, не выбирающим цель, степень ее исцеления, а также не делающее различий между обычной царапиной и жизнеугрожающим состоянием.

На основании именно этого заклятия я и решил сделать то, что могло бы выявить тварь на расстоянии. Интересно, я могу управлять этими потоками, делая заклинание более полезным и избирательным? У меня есть возможность видеть эту самую сеть и управлять ей при помощи спицы. Нужно попробовать, так будет гораздо быстрее проверить всех людей в поместье и держать на будущее эту способность наготове.

Сконцентрировавшись, я приступил к созданию плетения. Магией жизни я до этого момента пользовался варварски, грубо влияя на предмет исцеления голой силой, поэтому, в принципе, сомневался, что у меня что-нибудь получится. Действуя так, как учил меня Шмелев во время создания огненного щита, я заметил, как зеленые тонкие нити стремительно вырываются у меня из рук, образуя прямо передо мной непонятный клубок из хаотично переплетенный между собой зеленых потоков. Поморщившись, я взял спицу в руки и начал распутывать этот шар нить за нитью. Этот процесс занял достаточно много времени, но, в итоге, у меня получилось сделать все, что было задумано, и самое главное, мне стало понятно, как именно нужно плести заклинание.

Убрав небольшую сеть, я, вспоминая все тонкости плетения, снова выпустил нити из своих рук. Сеть сформировалась сразу же без каких-либо нареканий. Я увеличил площадь его воздействия и, когда сеть покрыла всю комнату, ощутил небольшой холодок в груди и слабость. Действительно, на поддержание этого плетения уходит довольно много силы, и это оно еще находится в состоянии ожидания.

Разрушив заклинание, я сел на кровать, стараясь побороть головокружение. Достав спасительный макр, я восстановил силы, чтобы элементарно включить голову и настроиться на разумные мысли. Так дело не пойдет, слишком много собственной энергии я на это трачу. А ведь нужно предусмотреть тот вариант, когда после применения исцеляющего тумана мне придется защищаться или атаковать, а в таком состоянии это сделать практически невозможно. У меня все не выходила из головы периодичность, с которой выползала тварь наружу. И почему она, насытившись одним родом, уползала обратно в свою нору. В самой структуре этого монстра было что-то не так, и я не мог понять, что именно, пока меня вдруг не осенило, когда посмотрел на макр, все еще державший в руке. В ней не было никакого кристалла. Изо всех тварей изнанки извлекают макры, но в паразите его не было.

Ладно, пусть этим греет голову Шмелев, а мне необходимо заняться собственной защитой и вернуться к плану А, который в свое время сорвали Сапсановы в лавке в Ангарске. Создания артефактов энергии в сложившейся ситуации было приоритетной целью, чтобы в любом месте иметь возможность постоять за себя при помощи магии печатей. Ингредиенты для колец энергии были уничтожены, значит, нужно именно сейчас заняться тем, чтобы получить новые.

Я вышел из комнаты, лишь мельком обратив внимание на то, что охраны возле дверей не было и пошел слоняться по дому, в надежде, что набреду на знакомого мне дворецкого. Как и оказалось, он появился передо мной достаточно быстро, наверняка караулил меня не хуже собаки, чтобы я ненароком ничего не прикарманил. Мужчина материализовался передо мной возле лестницы, смерив подозрительным взглядом.

— Вот вас я как раз и ищу, — поприветствовал я дворецкого, который, прищурившись, посмотрел на меня.

— Зачем? — только и ответил он, когда я замолчал.

— Мне нужно все по этому списку, как можно быстрее, — протянул я ему листок с написанными ингредиентами. Он довольно неуверенно взял его из моих рук и пробежался по нему взглядом.

— А вам это зачем? — удивленно вскинул он брови, не отрывая взгляда от написанного.

— А вы не слишком много вопросов задаете? — усмехнулся я, сложив руки на груди. Само поведение дворецкого было каким-то подозрительным. Слишком любопытным и настороженным он был для обычной прислуги в поместье. Я не удержался и, решив все же проверить свои новые знания в полевых условиях, сотворил небольшую сеть лечебного тумана, который стремительно накрыл того с ног до головы.

— Что вы делаете? — он отшатнулся от меня, замахав руками, стараясь разогнать появившийся туман.

— Оказываю небольшую и бесплатную услугу целителя. Вы неважно выглядите, слишком перетрудились, да еще и бессонная ночь, — покачал я головой, осматривая мужчину истинным зрением.

Никакого намека на тварь я не увидел даже близко, хотя работал с его энергетическими потоками скрупулезно и внимательно, посылая жизненные потоки вглубь его тела, проникая в мозг и сердце. После того, как туман развеялся, а я убрал сеть, отмечая, что на воздействие на единичную цель тратится не слишком много энергетических ресурсов, дворецкий вздрогнул и довольно забавно тряхнул головой. Цвет его лица принял нормальный оттенок, а под глазами исчезли темные от усталости круги.

— Эм, спасибо, но не стоило так усердствовать ради меня, — немного опешив, попытался он меня отблагодарить подобным образом и снова уставился на список. — Я все смогу достать в течение получаса. Только с серебряными кольцами определенного размера может возникнуть небольшая заминка, но я решу эту проблему, — пробормотал он и, развернувшись, начал спускаться по лестнице вниз.

Значит, у меня есть где-то полчаса-час, пока дворецкий не принесет мне необходимые ингредиенты. Не придумав никакого иного занятия, я поднялся на этаж, где располагались покои главы рода, чтобы проверить, как проходит исцеление. Все было так, как я и рассчитывал. Начался процесс регенерации и восстановления, которая такими темпами займет до двух-трех дней, после которых Сапсанова можно будет выводить из лечебного сна, и уже начинать вести деловые разговоры об оплате труда, потому что обычными словами благодарности со мной они вряд ли смогут расплатиться.

Охраны было на хозяйском этаже достаточно много, даже больше необходимо. Кто-то явно старается сейчас выслужиться и показать свою работоспособность после фиаско с отравлением и взрывом. Переговорив с несколькими охранниками, я нашел комнату Олега и, постучавшись, зашел внутрь.

Комната Олега была разделена на две части: спальню и небольшое подобие кабинета, где я, собственно, его и нашел. Парень сидел за столом, вертя в руках карандаш, и смотрел куда-то перед собой отрешенным взглядом.

— Как ты? — я сел напротив него, без разрешения беря того за руку, тут же направляя свою магию через ладонь внутрь его тела. Тот перевел на меня все еще какой-то безумный взгляд и, вздрогнув, сначала попытался освободиться из моего довольно крепкого захвата, но потом наконец поняв, что происходит, расслабленно откинулся на спинку стула и прикрыл глаза.

— Если в самое ближайшее время все службы моего графства и приглашенные Шмелевым люди не найдут Андрея, то аристократы из противостоящих нам родов просто разорвут меня не части. Или ты о физическом здоровье интересуешься и не поработила ли меня та тварь изнанки? — внимательно посмотрел он мне в глаза, когда я выпустил его руку. Никаких следов твари я не увидел. Может, еще не слишком много времени прошло, а может, как я и предполагал ранее, заражение проходит несколько иным путем.

— Пока все в порядке, — ответил я на его немой вопрос, от чего тот заметно повеселел. — Слушай, я вот о чем поговорить с тобой хотел. Есть несколько непонятных мне моментов. Тварь изнанки это одно, и у нее есть совершенно иная собственная цель, как мы предполагаем. А есть непонятные пока мне покушения на членов семьи и это странное отравление. Олег, я не верю в совпадения, — покачал я головой, вспоминая вполне реальных наемников, которых направили по мою душу. Я был практически уверен в том, что это дело рук человека. — Что ты знаешь о Глебе Германовиче Сапсанове? — раз наемник говорил о том, что направил его брат графа, то в живых остается только он.

— Младший брат моего отца, — пожал плечами Олег. — Лет двадцать назад посчитал, что не достоин называться нашим родственником и уехал куда-то в Европу искать лучшей жизни. Насколько мне известно, он сейчас проживает в Бельгии, женился на какой-то графине и живет, даже не вспоминая о своей семье и родине. Почему тебя интересует мой дядя?

— Просто стало любопытно, кто еще заинтересован в истреблении целого рода помимо твари, — ответил я, наблюдая за реакцией парня.

— Если ты намекаешь на меня, то смею тебя уверить, четырнадцати часов разборок мне хватило за глаза, чтобы понять, что в управлении я ничего не понимаю, — усмехнулся он и замолчал, отвлекаясь на гостя, который зашел в комнату.

Я повернулся, посмотрев на Алину, которая довольно уверенно прошла через все помещение и остановилась возле стола, глядя преимущественно на меня.

— Олег Владимирович, вот список, который вы просили меня подготовить, — она протянула лист бумаги Сапсанову, после чего встала у него за спиной, все еще не отводя от меня взгляда. Я не мог понять, чем было вызвано такое внимание от сенсора, но во взгляде больше читалось некоторое любопытство, нежели враждебность и подозрительность.

— Хм, занятно. — Отложил он лист в сторону, нахмурившись. — Это, Константин, список лиц, которые попали под подозрение нашего сенсора. И ты числишься в нем первым номером.

— Бывает, — пожал я плечами. — Могу я узнать, что именно вызывало такое заключение, может, я прямо сейчас смогу развеять все ваши подозрение. — Я немного напрягся. О силе и способностях сенсора имел лишь небольшое представление, однако, как я понимал, они каким-то образом могли улавливать правдивость ответа, ну или типа того.

— Я не знаю, — ответила Алина, как только к ней повернулся Олег. — Вы явно что-то недоговариваете и скрываете. Даже когда находились в допросной, у меня сложилось ощущение недосказанности, и все ваши поступки, словно идут вразрез с вашими желаниями, — неуверенно проговорила она, закусив губу. Похоже, она сама даже не понимала, в чем именно меня подозревала.

— Поверьте, Алина Юрьевна, если бы я не хотел вас защитить, то оставив бы вас сначала на поздний ужин твари, а потом сокрушался бы вместе с остальными по поводу вашей трагической кончины, — холодно проговорил я. — А то, что вы описали, может являться причиной того, что я не помню ничего из жизни Константина Денисова до того дня, когда у меня обнаружили дар к магии. — Она сосредоточенно смотрела мне в глаза секунд десять, после чего отвела взгляд и повернула голову в сторону Олега. — Да, он говорит абсолютную правду. Мне были неизвестны подробности вашей жизни, поэтому пришла к неверному заключению, прошу меня простить, — вновь посмотрела она на меня, склонив немного голову.

— Ничего страшного, у каждого из вас своя работа, — успокоил я поникшую девушку. — Я могу посмотреть на составленный список?

Взяв листок со стола, я увидел около десяти имен. Преимущественно, это была прислуга и только два имени привлекли мое внимание. Один из них был охранником, как было написано возле его имени, второй был начальником охраны поместья.

— Я так понимаю, ты хочешь их всех опросить? — спросил я у Олега, который в этот самый момент разговаривал с кем-то по мобилету на повышенных тонах. Я так понял, это был начальник одного из семейных банков. Да уж, не так-то просто быть во главе клана или рода, если к этому совершенно не готов. Я знаю об этом не понаслышке.

— Да, именно поэтому я хочу, чтобы при разговорах в помещении находилась Алина Юрьевна. — Ты хочешь присоединиться?

— Разумеется. — Я встал со стула и встал возле девушки-сенсора в ожидании первых вызванных на дружескую беседу.

Проведенный час в плане нужной информации не дал ничего дельного. Зато ненужной было столько, что помимо усталости из-за использования тумана на каждого вошедшего, начала трещать голова. Вся прислуга под небольшим давлением со стороны Олега и Алины сознавались в своих самых страшных грехах, но никто не был причастен к покушению ни на меня, ни на графьев Сапсановых. Зато мы узнали кто ворует деньги из сейфа, который особо-то и не защищен и находится в главной гостиной, что продукты с кухни пропадают не просто так, а горничная Люда спит с механиком Евгением, все бы ничего, но каждый из них уже обзаведен собственной семьей. Еще была горничная Леночка, та, что убиралась на этаж ниже. У нее была склонность к клептомании. Она была влюблена в водителя. Водителю нравилась Оля, та, что работала в прачечной. А Оле снился тренер по физической подготовке графа Сапсанова, и иногда дворецкий. Правда, кое-что, все же привлекло мое внимание, это охранник, который сокрушался в том, что уснул на посту в то самое время, когда произошел взрыв. Причастен он к нему не был, но винил себя в случившемся.

— Я больше не вынесу всего этого бреда, — простонал Олег, положив голову на стол, закрывая глаза. — Ты что-нибудь обнаружил? — спросил он у меня.

— И да, и нет. Потом скажу, — довольно серьезно ответил я.

Без Шмелева, полученную информацию я разглашать не буду, потому что даже у стен есть уши, а у твари, возможно, и другие органы чувств. Все, кто попал под воздействие тумана были заражены. Но я действовал аккуратно, и тварь не смогла меня обнаружить. По крайней мере, у каждого из них она находилась в спящем состоянии в какой-то жесткой голубоватой капсуле и паразитировала в разных органах, поэтому понять, как именно происходило заражение мне не удалось.

— Давай начальника охраны, — устало махнул рукой Олег, дежурившему охраннику. — Послушаем с кем он спит и как ворует серебряные ложечки.

В дверях тут же показался мужчина, который довольно вальяжно прошел в комнату и сел на стул, даже не спрашивая разрешения.

Туман уже полностью накрыл его тело, а жизненные потоки устремились внутрь. Во время использования этого заклинания, я смог усовершенствовать его, однажды ошибившись в плетении. Как оказалось, ошибка привела к довольно ценному открытию: туман теперь становился для всех невидимым. Да даже я, едва мог разглядеть сеть плетения.

— Простите, ваша светлость, но у меня совсем не осталось больше сил. — Демонстративно сказал я, не давая Олегу даже начать разговор.

— Вот, значит, как, — глубоко вздохнул Сапсанов, задумавшись. — Хорошо, тогда продолжим в другой раз. Извини, Егор, но, похоже, я сильно загонял своего помощника.

— Ничего страшного, ваше сиятельство, — приклонил голову начальник охраны и вышел из комнаты, даже не обернувшись.

— На нем такая же сеть воздействия, как та, что я снял с твоей головы, — Пояснил я Олегу. Но паразита вроде бы нет. По крайней мере, я не увидел.

Если мы снимем сеть, то он забудет все, что происходило, если попытаемся допросить, то он может повести себя довольно агрессивно, благо, его навыки позволяют ему это сделать.

— Я позвоню Шмелеву. — Ровно сказал я, доставая мобилет из кармана брюк. — А ты собирай всех в одном месте, пора уже заканчивать эту клоунаду в одном взятом поместье.

Глава 25

Позвонив Шмелеву, я вернулся в свою комнату. Не знаю, сколько у меня времени до того момента, пока всех соберут, но нужно успеть подготовиться как можно лучше. Тем более, все материалы по списку, который я дал дворецкому, уже лежали на столе в отдельных подложках.

Повертев в руках кольца и примерив каждое, чтобы удостовериться, что размеры мне подходят, я принялся за работу над артефактами. Постоянно крутившаяся в голове мысль о том, что в этом мире растения и части животных работают не так, как надо, не оставляла меня в покое. Когда приготовление первого артефакта закончились, и я не получил от него желаемого эффекта, только лишь небольшое ускорение накопления внешней энергии, я даже особо не удивился.

Решив, что небольшое божественное влияние на саму структуру заклинания, наложенного на кольца, особого вреда не нанесет, я достал шерстинку Манула. Отрезав от нее крохотную часть, добавил к уже смешанным ингредиентам. Зелье в небольшом котле окрасилось в яркий золотистый цвет, после чего активно забурлило, нагреваясь самостоятельно без моего вмешательства. Я бросил в центр экспериментального варева первое из колец, активируя одновременно с этим одну из печатей, необходимую для создания артефакта. Первые несколько секунд ничего не происходило, зелье все так же бурлило, а кольцо под своим весом ушло на дно. Решив, что эксперимент прошел гладко, я наложил оставшиеся печати и уже собрался вытаскивать получившийся артефакт. Но внезапно начавшееся завихренье в котле, стремительно превращающееся в водоворот, в эпицентре которого находилось кольцо, заставило немного повременить.

Водоворот набирал обороты, и часть зелья начала выплескиваться из посуды прямо на стол, при этом продолжая активно бурлить и пузыриться. Я обратил внимание, что от лужиц на столешнице начали подниматься вверх золотистые лучи, которые, в конечном итоге, залили ослепительным светом все пространство комнаты. Смотреть на котел становилось уже невозможно. Перед глазами весело плясали черные круги на фоне свечения даже через закрытые веки. Когда все прекратилось я до конца не понял, только ощутил вместо жара — холод, который тянулся от котла.

Проморгавшись и восстановив зрение, впредь зарекаясь больше смотреть на шерсть Манула в реальном мире, я поднялся со стула и осторожно заглянул в котел, отмечая, что никаких следов на столешнице не осталось. Зелье превратилось в болотного цвета тягучую жидкость, на поверхности которого лежало серебряное кольцо, от которого исходило едва заметное золотистое свечение. Аккуратно вытащив артефакт из котла, я внимательно осмотрел его обычным и истинным зрением. Тонкая вязь разноцветных плетений целиком окутывала перстень. При этом линии были настолько тонкими, что как бы я не пытался, но не мог обнаружить центр этого клубка. Аккуратно поддев одну из нитей спицей, я ощутил довольно болезненный электрический разряд, который прошел от руки до головы. Приму к сведению, что в сотворенные при помощи божественных ингредиентов артефакты лезть не стоит. Ну, теперь пришло время эксперимента. Надеюсь, что Манул сможет меня защитить, если вместо генератора, я сделал какую-нибудь самоубийственную вещицу.

Надев кольцо, я почувствовал, как внешняя энергия сама стекается к моим рукам, концентрируясь преимущественно в сделанном мною артефакте. Я не мог понять, сколько именно энергии принял на себя накопитель, но чувствовал, что достаточно много. Активировав несколько защитных печатей, я ощутил, что внешней энергии в перстне осталось еще довольно много, несмотря на то, что всю ту часть, которая просто осела на моих пальцах, я потратил еще на первую печать.

Не теряя времени даром, я повторил все манипуляции и буквально за полчаса получил еще пять колец-накопителей, которые тут же надел на пальцы рук. Чувство силы прокатилось волной по телу, когда я ощутил всю ту мощь, которая была мне доступна в прошлой жизни при использовании магии печатей. Теперь я максимально был готов к защите и атаке. По крайней мере, до тех пор, пока не обучусь пользоваться своими внутренними резервами. Тогда я стану еще сильнее, чем был в своем мире.

Решив, что пора выходить, я развеял печать тишины. В тот же момент, в дверь комнаты кто-то настойчиво постучал, а мобилет противно зазвенел, отвлекая меня от важных мыслей.

— Войдите, — крикнул я, одновременно с этим нажимая кнопку приема вызова. — Слушаю.

— Ты что, уснул? Уже пятнадцать минут до тебя достучаться никто не может, — раздался ворчливый голос Шмелева.

— Уже встаю, — ответил я, снимая печати защиты, которые наложил сразу же, как только приступил к работе с кольцами, чтобы меня лишний раз никто не отвлекал. Зашедший после этого дворецкий, приклонил голову, внимательно осматривая помещение. Не увидев ничего предрассудительного, он перевел взгляд на меня.

— Все собрались в обеденном зале, ждут только вас.

— Уже понял, — встал я с кровати и направился на выход из комнаты, пряча в хранилище все, что осталось от приготовления артефактов. Потом утилизирую. Ни к чему посторонним знать, чем я тут занимался.

Меня повели по каким-то запутанным коридорам, как я понял, огибая часть разрушенного здания. В поместье царила идеальная тишина, скорее всего, всех или большинство тех, кто живет здесь, удалось все же собрать в одном месте. Довольно оперативно сработали. Могут же, когда хотят.

В зале меня действительно ждали. Вместо длинного стола и всех причитающихся обеденному залу атрибутов стояли ряды стульев, на которых сидели работники поместья. Чуть поодаль от них располагались лица более высокого статуса, либо это были члены семьи, либо гости, которые слегка подзадержались в этом месте. Шмелев с парой незнакомых мне молодых людей, Петькой и Валерией стояли лицом к толпе, а Олег в это самое время о чем-то пафосно вещал, с облегчением выдохнув, когда меня увидел.

— Ты где был, — прошипел Шмелев. — Олег уже всякую ерунду несет, лишь бы задержать всех в одном месте.

— Сами же говорили, спал, — раздраженно повел я плечами, вставая рядом с Петром, который лишь искоса глянул на меня. Судя по его виду, он не до конца понимал, зачем именно его пригласили сюда. — Что с начальником охраны? — поинтересовался я, когда не увидел того среди приглашенных людей, собственно, как и ту десятку, которую мы уже успели проверить до этого.

— Его допрашивают мои люди. Нам нужна информация и желательно ее получить, не спалив бедняге мозг, — ровно ответил он. — Но мы узнали, что этот он отравил графа Сапсанова, устроил взрыв и заказал на тебя довольно топорное покушение. Вот к чему приводят расплывчатые приказы данные человеку под заклинанием подчинения, — усмехнулся он, повернувшись к Олегу, который уже от безысходности говорил о двадцатипроцентной прибавке к жалованию всем работникам за добросовестный и верный труд этому дому. Ведь еще со времён Половцев и Печенегов, их предки, не жалея себя, служили роду Сапсановых, а значит, пришло время оценить их труд.

— А кто за всем этим стоит? — я даже особо не удивился, когда Шмелев поделился полученной информацией.

— За отравление отвечает Александр Сапсанов, но это не он наложил сеть, как и не он планировал от тебя по какой-то причине избавиться. Эту информацию мы не смогли получить. Когда начнешь? А то род Сапсановых так без штанов останется, если Олег не закруглится и будет продолжать кидаться финансовыми обещаниями.

— Сейчас, — уверенно проговорил я, решив больше не медлить.

Я, оглядев собравшихся, начал плести заклинание массового исцеления, чтобы уже разобраться, кто есть кто в этом доме. Моих сил едва хватало на такую площадь, поэтому вытащив активированный макр, который не раз меня уже выручал, я зажал его в руке, постоянно подпитываясь от него, заканчивая плетение. Как только сеть накрыла всех присутствующих, я, активировав истинное зрение, начал беглый осмотр.

— Ну что там? — тихо спросил меня Шмелев, подходя ко мне.

— Не знаю, — честно ответил я, убирая сеть. — Вроде ничего нет, но что-то не так, — покачал головой, продолжая всматриваться в каждого, кто находился в зале.

Я не видел ничего, что могло бы говорить о присутствии твари, но что-то меня настораживало. Я ощущал липкую знакомую энергию, которая словно тянулась от людей и концентрировалась в кольцах, но внятно объяснить, что это могло быть и откуда эта энергия исходит, так и не смог.

— Что ты чувствуешь? — процедил Шмелев, пристально глядя на меня. — Ты что-то делаешь? — внезапно встрепенулся он, оборачиваясь в сторону зала.

— Ничего. Это не я. — Я так же, как и граф почувствовал холодный ветер, который пробирал меня буквально до костей.

Лампы, висевшие на стенах, до этого полностью освещающие помещение, начали мигать, пока быстро не потухли, погружая зал в полумрак. Олег замолчал, глядя на нас недоумевающим взглядом, однако, все, кого собрали в зале, словно не замечали ничего, спокойно сидя на своих местах довольно расслаблено, глядя на нас все таким же добродушными и слегка заинтересованными взглядами.

— Что происходит? — спросила Валерия, которая находилась рядом с нами. Одновременно с ее вопросом двери, ведущие в зал, захлопнулись, а по их периметру прошла рябь и установилось синеватое свечение.

Я ничего не ответил, только сделал шаг вперед, понимая, что не смог разглядеть изменения, которые были в людях. Я не видел тварь, как видел ее ранее. Потому что твари не было. Было что-то похожее на нее. Едва уловимые взгляду энергетические потоки, которые выглядели тонкими черными нитями, которые прочно вплетались в жизненные потоки людей, подпитываясь ими. Было ли это заклинанием или чем-то другим, но ощущение давление, исходящее из толпы, начало усиливаться, буквально прижимая меня и всех остальных к земле.

Двое парней начали плести заклинание массового исцеления, когда одна из женщин, сидевшая в первом ряду, захрипела и обмякла на своем месте, погружаясь в бессознательное состояние.

— Нет, стойте, — попытался я их остановить, но плотный туман уже полностью накрыл большую часть зала. Я даже без истинного зрения видел, как при соприкосновении с жизненными потоками, черные гладкие жгуты, подпитываясь чистой энергией, ринулись из тел наружу, полностью оставляя своего носителя.

— Это не тварь, — только и смог проговорить я, глядя, как все жгуты начинают собираться в один большой ровный шар, который начал в это самое время вращаться на одном месте, окутываясь изумрудной капсулой с едва слабым свечением.

— Назад, — прошипел Шмелев, хватая меня за плечо и закидывая себе за спину, буквально за секунду до того, как из шара резко вылетел шип в моем направлении. Граф успел поставить защитный барьер, который отделил нас от остальной части зала, полностью перекрыв даже теоретические пути отхода.

— Что будем делать? — спросил я, глядя как шип встречается со щитом Шмелева и получает электрический разряд такой мощности, что отделяется от набирающего обороты шара и превращается в пепел.

— Если б я знал, что это такое, — тряхнул головой граф.

— Это не тварь, хоть и имеет точно такую же энергетическую структуру, как она. Я конечно могу ошибиться в своих рассуждениях, но вы точно уверены, что все, с чем вы встречались ранее действительно имеет отношение к изнанке? — полюбопытствовал я.

— Может потом обсудим? — рявкнул Петр, делая несколько шагов назад, когда в его сторону бросилось сразу с десяток шипов. — Надо убираться отсюда, и как можно быстрее.

— Согласен, — прошипел Шмелев, делая какие-то пассы рукой. — Сейчас я попробую ненадолго отключить эту тварь.

Сразу же после его слов, огромная молния ударила сверху в самый центр шара. На миг полетели в разные стороны искры, благо, граф догадался огородить людей точно таким же щитом, поэтому ни один разряд до толпы не долетел. Шар будто поглотил всю энергию из заклинания, становясь больше. Я всматривался в это непонятное явление истинным зрением, пока до меня не дошло, что это очень тонкое, замысловатое, но все же плетение, имеющее как минимум с десяток связующих точек.

— Это какое-то заклинание-паразит, — прошептал я. — Оно поглощает энергию из ваших и… Открывает портал! — Удивленно вскинулся я, видя, как прямо перед шаром появляется знакомая мне рябь, искажающее пространство. — Но как такое возможно?

— Это риторический вопрос, — продолжал ворчать Петька, поднимая целителя, который стоял рядом с ним. Полностью израсходовав все силы на заклятие массового исцеления, которое было поглощено этими черными нитями, он свалился без чувств, заполучив магическое истощение.

Я окликнул Петра и бросил тому макр, который все еще сжимал в руке. Я не знал, сколько заряда в нем осталось, но он все еще работал, потому что несмотря на свои собственные затраты, чувствовал себя неплохо, а от переизбытка накопленной энергии уже начало подташнивать и кружиться голова.

— Снимите щит. Если это обычное заклинание, то можно попытаться его разрушить. — Попросил я. — И не применяйте пока магию.

Шмелев пристально на меня посмотрел, но затем кивнул и махнул рукой. Меня воздушным потоком вынесло за пределы купола, который снова накрыл моих товарищей у меня за спиной. Что же, пора показать им как сражается глава гильдии наемников. Печати усиления и защиты мгновенно слетели с моих рук. Следом за ней печать вознесения подняла меня в воздух, и я с легкостью смог уклониться от шипов, которые сразу устремились ко мне, почувствовав жертву. Времени до того момента, когда портал полностью сформируется оставалось мало, поэтому следовало поторопиться и как можно быстрее подобраться вплотную к шару.

Я стремительно полетел в центр зала, уворачиваясь от шипов, которые с каждой секундой начинали вылетать быстрее. Однако, словно почувствовав мое приближение, они начали извиваться словно змеи, стараясь поймать меня в захват. Несколько метров мне удалось преодолеть, используя печать «поступь тени», которая позволяла практически мгновенно перемещаться на расстояние до пятидесяти сантиметров. Но потом, мне все же пришлось достать, и пустить в ход божественный клинок. К счастью, как только я отрубил первый шип, к центру шара пошла волна искажений, которая замедлила его вращение. Чем бы не были эти отростки, но они были вполне себе материальными, и им, как и структуре заклинания, не нравилось примененное против них божественное оружие.

Отметив это, я начал буквально прорубать себе дорогу, заметно снизив скорость своего приближения к шару, но, тем не менее, ослабляя плетение, изумрудное сияние которого начало гаснуть, а окно открывающегося портала сужаться.

Когда до заклинания оставалось меньше метра, я, наложив на себя печать ускорения, взорвался серией ударов, на миг освобождая возле себя пространство, и, используя поступь тени смог переместиться к шару. После чего вонзил в него свой клинок по самую рукоять. К сожалению, хоть он и пошел рябью, но этого явно было недостаточно. Так что, я выпустил рукоять и ударил по нему сразу двумя печатями сокрушения, куда вложил большую часть той энергии что была в кольцах. Магия печатей была чужеродна этому миру, и от нее заклинание не могло черпать силу. Поэтому шар несколько раз дернулся, в тщетных попытках сопротивляться, и разлетелся на множество осколков, осыпая ими все неогороженное щитами пространство комнаты.

Но радоваться было преждевременно. Осколки, словно нехотя, начали ползти друг к другу и снова собираться воедино, под действием плетения, которое совершенно не пострадало после удара. Правда сейчас заклинание только начало формироваться, и я не чувствовал от него угрозы. Поэтому, спокойно поднявшись к нему, я достал спицу и начал разрывать ей все узлы, которые видел ранее. Когда плетение практически распалось, и остался только один узел, в комнате снова потемнело и раздался взрыв, который разрушил все защитные барьеры, установленные Шмелевым. Печать защиты уцелела, и это спасло меня от физических травм, когда я отлетел в сторону своих товарищей.

— Все в порядке? — уточнил я, вставая на ноги и осматривая комнату.

Никакого упоминания о шаре и шипах не было, собственно, как и окно портала окончательно захлопнулось. Все вроде бы были целы, собравшиеся люди, ставшие жертвой заклинания, были живы, но были сильно истощены. Что бы не случилось здесь на самом деле, но это заклятие было сильным и готовилось тщательно, и явно не наспех. А активировал его я сам. Моя жизненная энергия запустила скрытый механизм, значит, тот, кто это сделал, знал, что в мою голову придет мысль собрать всех в одном месте. И почему-то я был уверен в том, что это была не полуразумная тварь.

— Все порядке. — На удивление бодро отозвался Петр, который казалось совсем не пострадал из-за взрыва. — Разве может быть иначе, когда за дело берется сам… Кай? — на лице парня возникла до боли знакомая усмешка, после чего резкая сиреневая вспышка озарила комнату, и меня будто подняло куда-то вверх, а мир перед глазами закружился, как всегда бывает во время телепортации.

От автора: Тут я должен упрашивать вас ставить лайки и отправлять награды. Кот, конечно, настоятельно советует это сделать, но, пожалуй, я обойдусь просто словами благодарности. Спасибо за чтение. Приглашаю всех, кому понравилось, почитать продолжение https://author.today/work/310633

Content

Манулов, прекрати!

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25