Ну, привет, медведь!

Глава 1

— Не жилец.

Седовласый старичок, в халате целителя поверх белоснежной рубашки, профессионально-равнодушно покачал головой. Для него молодое тело на хирургическом столе уже было мертво, хотя формально оно ещё подавало признаки жизни.

— Но почему, Василий Ярославович? — воскликнула молодая курносая девчушка, с некоторой оторопью глядя на своего кумира. — Вы же прима-целитель!

Вьющиеся каштановые волосы хлестнули девушку по лицу — так резко она обернулась на слова своего наставника.

На её глазах только что рухнул мир, в некотором смысле. Она полагала, что уж если человек ещё хотя бы одной ногой здесь, то уж кто-кто, а профессор Торопов его обязательно вытащит! Не даром же его почитают одним из самых сильных целителей Петербурга.

Проблема была в том, что молодой парнишка — судя по одежде, средней руки дворянчик — был уже обеими ногами «там». И за жизнь цеплялся лишь кончиками пальцев, в попытке прожить следующее мгновение, затем ещё одно, и ещё… Но всё это лишь продлевало агонию, и не более того. «Не жилец» — самое верное и точное определение его нынешнего состояния.

«Ох уж, эти дети!..» — вздохнул старик, на миг припоминая, как сам впервые столкнулся с тем, что целительство не всесильно. Но ему тогда было около девятнадцати, а девочке, посланной к нему на практику от Первой магической медицинской академии, едва исполнилось пятнадцать. Мысль вызвала лёгкое раздражение. Это молодость прощает пренебрежение режимом, и недостаток сна. А вот в его годы, даже несмотря на призвание, в пять утра уже тянуло лечь подремать до конца смены, а вовсе не обсуждать неожиданно рухнувшее мировоззрение навязанной ему соплюшки.

Чтобы отвлечься от желания ответить что-нибудь резкое, он отошел к окну, и поднял взгляд на уже посветлевший небосвод.

В большинстве подобных случаев, он бы лишь отмахнулся от пустых расспросов, и отправился бы спать. Однако именно в этой девочке старик чуял большой потенциал. А в таких вещах целитель не ошибался никогда. Потому-то и добрался до своего нынешнего положения. Сейчас же его чутьё «вопило» настолько громко, что он даже намеревался предложить Илоне личное ученичество параллельно с её нынешним образованием. Если, конечно, она его раньше в могилу не сведет своими вопросами.

— Василий Ярославович! — воскликнула девушка, притопнув ножкой.

«Вот не пороли тебя!..» — про себя вздохнул профессор, вновь оборачиваясь к телу, уже им в мыслях переданному коллегам-патологоанатомам.

— Идиоты, — негромко буркнул он, осматривая рану, которая никак не должна была стать смертельной. — Ну кто ж так делает-то!..

К печальному итогу привёл ряд случайностей. Какой-то придурок, естественно, желая «как лучше», вынул нож из раны мальчишки. Естественно, кровь хлынула наружу, да и болевой шок едва не доконал бедолагу ещё там. Хорошо, хоть ума хватило обратно не попытаться засунуть оружие убийства. Вот бы «смеху»-то было…

Безграмотность в плане оказания первой помощи Василия Ярославовича удручала безмерно.

Окончательную точку в судьбе молодого человека поставило беспощадное время. Врачебная помощь просто подоспела слишком поздно.

— Сколько он провалялся посреди улицы? — жёстко спросил он вслух, прекрасно понимая, что сейчас разобьёт ещё одну иллюзию своей ученицы.

Но, чёрт побери, ничего не поделаешь! Девке уже пора взрослеть! Иначе ей не стать хорошим целителем.

Лицо девчушки застыло. Она по-детски шмыгнула носом, явно стараясь сдержать готовые пролиться водопадом слёзы. Илона уже видела смерть пациентов, но чтобы вот так, даже не попытаться оказать помощь… Это было выше её понимания.

— Около часа, — глухо всхлипнула девушка. — Ну почему никто не вызвал помощь⁈

С резким выдохом она спрятала лицо в ладонях.

Старик развернулся, и сделал шаг вперёд. «Эх, кабы не великий дар девочки!..» — подумал он, готовясь к нелёгкому разговору. До сих пор в его голове не укладывалось, как Илона вообще дожила до своих лет. Великая сила её Дара могла соперничать лишь с её наивностью.

— Соберись! — встряхнул он её. — Ты нужна ещё живым!

«Ну что ж… Пора ей взрослеть — а значит, принимать мир таким, каков он есть.» — твёрдо решил про себя старик.

Удивительно, но Илона таки смогла взять себя в руки. Шмыгнув носом, она глухо спросила:

— Почему?..

Всего одно слово. Но старый профессор прекрасно понял, что именно она имеет ввиду. Не убирая рук с её плеч, он медленно и размеренно объяснил:

— Люди — это, во многом, те же животные. Был бы здесь мозгоправ, он описал бы это явление словами «диффузия ответственности» — пожал целитель сухонькими плечами. — Или ещё каким-нибудь красивым и точным определением. Но, по факту, просто никто не захотел брать на себя ответственность, и каждый понадеялся, что помощь окажет кто-нибудь другой.

— Но ведь это же жестоко! — воскликнула Илона, сбрасывая с плеч руки старого профессора.

В глазах её мелькнул неподдельный ужас.

От такой наивности у её куратора буквально свело зубы, а планка раздражения скакнула к максимальным значениям. В такие моменты он успокаивал себя только напоминанием, что звание Учителя одной из Великих целительниц — это почёт и уважение до конца его дней. А также вполне солидная прибавка к жалованию и пенсиону. Вот только беда была в том, что «Великой» этой девочке предстояло стать ещё очень не скоро, а раздражала своей неприспособленностью к жизни она уже сейчас.

— Нет, — начал объяснять Торопов, с каждым словом всё больше распаляясь. — Это просто так есть. На глубинных уровнях человек так запрограммирован, понимаешь⁈ Услышь меня, Илона, мы просто такие, какие есть! Если человек уверен, что кроме него сделать это некому, то тогда да, какой-то шанс есть, что он ринется на помощь! Но стоит его мозгу осознать, что вокруг есть ещё люди, и он все свои силы направит на то, чтобы переложить ответственность на них. Так работает наш разум. Ты пойми, девочка, что лимбическая система, — профессор так разошёлся, что начал употреблять термины, не слишком заботясь о том, понимает ли его слегка напуганная такой отповедью ученица. — А это наши бессознательные реакции, чувства, эмоции, образное мышление, и приспособление к окружающей среде, сформировалась гораздо раньше, чем кортикальная, которая и отвечает за принятие сознательных решений. Вот и ведём мы себя, случись что, как обезьяны. Это природа! А ей всяческие «заморочки» высшей нервной деятельности, типа стыда или ответственности, вообще никак не интересны. Они выжить не помогают!

Старый целитель почти кричал, уже не заботясь о том, что может перебудить пациентов в соседних палатах. Он слишком устал — нужно было успеть хотя бы чуть-чуть поспать. Ох, нелёгким выдался ныне «час смерти». То самое время, с четырех до пяти утра, на которое приходится большинство смертей. Троих сегодня не смогли вытянуть. Если считать вместе с «приговорённым» парнишкой.

— Но он целый час истекал кровью на Невском! — продолжала гнуть свою линию ученица, пусть и слегка напуганная, но всё ещё настроенная весьма решительно. Она даже позволила себе схватить полу белого халата уже собиравшегося покинуть палату наставника.

— А мог бы и два, и три! — огрызнулся целитель, выдирая ткань из цепких пальчиков — нервы под утро всё-таки сдали. Даже прима-целитель имеет право на эмоции.

Вообще-то, обычно Илона прекрасно знала, когда стоит остановиться. Например, сейчас она заметила, как дёрнулись в раздражении губы профессора, однако буря эмоций в душе девушки взяла верх. Как вдруг…

— Аааа-хррр-ррраааа! — вырвался свистящий хрип из груди уже «приговорённого» целителем парня.

Девушка вздрогнула, и отпрянула в сторону, налетев на своего наставника.

«Да что ж ты никак не уйдёшь-то, а!..» — с досадой поморщился тот (будущая звезда целительского искусства знатно оттопталась ему по ноге). Однако этот мальчишка своим примером вот уже полтора часа доказывал, что если кто-то сильно хочет жить, то медицина тут бессильна!

Хотя его организм уже жёг последние резервы в агонии. Температура тела буквально зашкаливала! Оба целителя без всяких приборов могли сказать, что артериальное давление упало до крайне низких значений, а сердце работало на пределе… И всё зря.

— Я попробую! — глаза Илоны фанатично блеснули.

— Да как хочешь! — не выдержал профессор, махнув рукой. — Только дольше промучается!

Однако в глазах его ученицы бушевало лишь упрямство и гнев.

Если бы сознание девочки не пьянил безумный коктейль эмоций, то она заметила бы скрывающуюся за сердитыми словами наставника печаль. Однако ей сейчас было не до того — она готовилась к прямому вливанию силы в зарезанного прямо посреди центральной улицы города несчастного.

Василий Ярославович же прекрасно понимал, что долг целителя — это всегда выбор между тратой сил на безнадёжный случай, и возможностью спасти того, кто ещё мог бы жить. Но это страшное понимание приходит лишь с ростом своего «персонального кладбища».

«Каждый из нас должен через это пройти!» — решил про себя старик, закрывая за собой дверь. Сегодня он готовился преподать девочке один из самых жестоких уроков: «всех не спасти». А думать надо не о мёртвых, а о живых. Даже если первые ещё подают признаки жизни.

За дверью он несколько секунд постоял, закрыв глаза и, сделав несколько глубоких вдохов, отправился в комнату отдыха. Весь сон ему перебила несносная девчонка!.. Ну, уж чашечку чая после бессонной ночи он точно заслужил!

— Аааррргххх! — негромко захрипел тем временем умирающий.

Голова его резко дернулась в сторону. Но не боль стала тому причиной, она давно уже отошла на второй план. Сейчас его мучил очень странный сон.

* * *

Телу, которое уже практически превратилось в голую оболочку, грезилась странная и убого обставленная комната. В ней находилось два человека, одним из которых оно себя и осознавало. Вокруг всё было странным и незнакомым, но остатки горящего в агонии сознания это ничуть не смущало. Картинка казалась столь привычной, как если бы кто-то поделился частью своей памяти.

Откуда-то пришло понимание, что есть компьютер, мобильник и тот самый редкий зверь Песец, что всегда так не вовремя приходит к друзьям, и почти никогда вовремя к врагам.

— Тяжёлая у тебя рука, Вов, — покачал головой усталый мужчина в несвежей форме с майорскими знаками различия. Однако её обладателя можно было простить за некоторую небрежность. Он уже сутки не покидал здания РОВД. А едва собрался отправиться домой, позвонил старый приятель, и попросил о помощи.

— Тём, ну невиноватый я!.. — вопреки своим словам, всё-таки немного виновато произнес тот самый приятель.

Хотя майор был готов поспорить, что Вовка Колчаков, с которым они дружили ещё со школьной скамьи, тяготится вовсе не тем, что ударом своей лапы едва не отправил на тот свет ублюдка, избивавшего женщину прямо на улице, а тем, что доставил столько хлопот своему другу.

— Вот не лез бы — был бы «невиноватый»! — пробурчал майор, прекрасно зная, что кое-кого не переделать. — Вот чего ты вообще туда попёрся-то, а⁈

Последние слова он буквально прошипел, сминая в руках пачку, из которой собирался достать личное лекарство для успокоения нервов — сигарету.

Его собеседник на это поморщился. Сам-то он давно не курил, но качать права в кабинете только что спасшего его задницу товарища было как-то слишком.

— Да ты совсем охренел! — отметил хозяин кабинета мимику приятеля, швыряя смятую пачку на стол между ними.

И причины раздражаться, чем дальше, тем больше, у него вполне себе были! Не первый раз ведь кое-кто попадает в неприятности из-за своего сраного «рыцарства» — и Артём Герасимов не в первый раз прикрывает кое-чью задницу… ещё со школьных времён.

Владимир потупил взгляд, всем своим видом демонстрируя искреннее раскаяние.

— Ой, вот только не звезди, что «больше так не будешь»! — недовольно поморщившись, отмахнулся хозяин кабинета.

Колчаков и сам понимал, что, не разобравшись, заступаться на улице за неизвестную девушку — не лучшая идея, особенно, если это «семейная» разборка. Она же сама первая и побежит потом заявление писать, что её «любимку» избил злодей-хулиган. А вот пересилить себя не смог. «Можешь — помоги!» — вот такой простой, даже не девиз, а «модус операнди», как говорили в древнем Риме — образ действия. Он просто поступал так всегда. И, к своему «полтиннику» сохранив-таки завидное здоровье, отступать от своих привычек не собирался… Пусть и в мире, где «джентльмен» — это тот, кто пропустит даму вперед исключительно для того, чтобы посмотреть, какая она сзади. Но вряд ли заступится за неё в тёмном переулке.

— Самый хреновый ты сапёр на свете! — задумчиво сообщил хозяин кабинета.

Колчаков поморщился. Не слишком он любил вспоминать про войну. Не видел в ней ничего хорошего, всего лишь грязная и отвратительная, но порой такая нужная работа.

Однако и отсыл вполне понял. Мол, сапёр ошибается один раз, а кое-кто, по мнению приятеля, на граблях таки танцует вальс.

— Предпочитаю формулировку «военный инженер». — потягиваясь, привычно огрызнулся Владимир. Он вообще-то не мальчик уже. И ближе к пяти утра жутко хотелось не умные беседы вести, а лечь спать, как можно скорее.

— А по сути? — столь же обыденно бросил майор. Этот диалог у них, действительно, был далеко не первым.

— Ну, допустим, да… — отмахнулся в который раз Колчаков, которому лень было вдаваться в тонкости. В конце концов, всякое-разное минно-взрывное ему обезвреживать приходилось. Равно как и ставить на боевой взвод. А значит, всё верно.

— Герой, мля, нашёлся! — поставил точку в своих рассуждениях майор, окидывая взглядом поднявшегося со стула размять ноги приятеля.

Вообще-то Колчаков был не особо крепок телом на вид. Никаких бугров мышц, и прочих внешних эффектов. Только довольно крепкие кисти и предплечья могли навести на мысль, что перед вами опытный гиревик и поклонник армреслинга с тридцатилетним стажем. А тут вопрос даже не столько в силе и величине мышц, сколько в крепости связок и сухожилий. Да и скоростные характеристики подобные виды спорта воспитывали на раз. Так что, когда Владимир увидел, как возле новенькой «БМВ» какой-то хлыщ чётко и деловито хлещет по щекам молоденькую девчонку (в возрасте, когда с ней уже вполне можно спать, но на мозги рассчитывать ещё рановато), то, не разбираясь в причинах, просто «махнул лапой». Ладонь ведь гораздо крепче костяшек пальцев будет, а удар ею может быть очень и очень опасен, коль нанесён умеючи.

— Ты что творишь, урод?!! — тут же завизжала девка, с ужасом наблюдая за тем, как её «зая» съезжает по лоснящемуся борту собственного джипа на землю. Хорошо, хоть сама не набросилась, а то как её-то класть?.. Дела-а-а… Вот и заехал «драчун» в больничку, а сам Владимир в РОВД. Ладно хоть не под конвоем. Мотоцикл, который он, вальяжно и не спеша, выгуливал по ночным улицам, бросать где попало не пришлось. Разрешили самостоятельно довести до стоянки перед зданием полиции.

Кстати, умирающий где-то далеко-далеко от этих мест и времени парнишка, даже несмотря на боль и страх, испытал восторг от чувства обладания мощным и резвым «железным конём», который так не похож был на «тарахтелки» его родного мира.

Хотя «рыцарский поступок» он тоже не оценил бы. Рисковать собственной шкурой ради какой-то девки?.. Да вот ещё! Своя шкура для умирающего тела всегда была дороже всего на свете. Правда, это не слишком помогло ему с долголетием…

— И что теперь? — поинтересовался Колчаков, хмуро глянув на приятеля.

— Да ничего, — с досадой отмахнулся майор — его друг опять ничего так и не понял… — На этом придурке столько всего висит, что не до тебя будет. Прикрою.

Так тоже было всегда. Ещё с тех времен, когда Колчак вступился за Ленку Огарёву из десятого «В». Вот где замес-то был!..

— Спасибо, брат! — вполне серьёзно поблагодарил Владимир.

Майор поднялся со стула. Несколько секунд он внимательно всматривался в глаза приятеля, надеясь разглядеть там хоть каплю раскаяния.

Как всегда. Ноль. Пусто.

— Х-ха!.. — резко выдохнул Герасимов, выкидывая вперёд кулак.

Колчаков согнулся — не от боли, в конце концов, майор бил не сильно — скорее, от неожиданности. Тоже часть традиции, однако.

— Фу-у-ух… — выдал, выпрямляясь. — Ну, ты как всегда!

— Должен же я получить хоть немного морального удовлетворения, — усмехнулся хозяин кабинета.

— Мусор есть мусор! — без капли обиды в голосе констатировал Колчаков.

— Вали уже отсюда, Робин Гуд хренов! — потребовал полицейский, протягивая пропуск.

Владимир лишь отсалютовал полученной бумажкой.

— А Огарёву ты так и не трахнул! — припомнил майор в спину уходящему Колчакову.

Тот даже обернуться не соизволил. Вот уже тридцать пять лет он вполне успешно делал вид, что не понимает, о чём речь.

* * *

— Ну вот… — слегка расстроенно выдал сам себе под нос Колчаков, устраиваясь на седле мотоцикла.

Он прекрасно понимал, сколько неприятностей из-за него натерпелся Артём. И вовсе не желал того. Никогда. Просто так получалось. Это Тёмка как пошёл по стопам отца в органы — так и пёр. А вот сам он мотался, как и где придётся. И не то чтобы денег не хватало… Нет, он вполне неплохо мог себя обеспечить. Пара «выстреливших» бизнес-проектов вполне себе окупила десяток провальных. Но всю жизнь его мотало из стороны в сторону, так и не приткнулся нигде. Угол свой у него был, да ещё какой! Сто пятьдесят «квадратов» в центре Питера. А вот жены не было. И ладно, пока здоровье и финансы позволяли заводить мимолетных подружек. Но мужчина чувствовал, что уже скоро в его доме станет совсем тихо и, наверно, грустно. Детей он тоже нажить не успел.

Вррруммм!

«Железный конь» послушно завёлся и зарокотал. Сделав глубокий глоток свежего воздуха, Владимир надел шлем, и направил мощную «Хонду» на выезд с парковки, огороженной старыми дорожными конусами. Они уже давно деформировались, и выглядели так, будто их оплавило солнцем. Впрочем, свою функцию они ещё исполняли.

— Распределяющая шляпа дорожного техникума, — усмехнулся себе под нос не умевший долго унывать Колчаков, рассматривая один из конусов.

Все плохие мысли улетучились из головы, едва он выехал на дорогу и слегка прибавил газу. Деятельный характер тут же придумал план отблагодарения старого приятеля. Денег или подарок предлагать — хреновая идея! А вот напроситься к нему на дачу в выходные, чтобы помочь достроить уже несколько месяцев заброшенную в состоянии скелета беседку — самое оно!

Пришедшее на ум решение вновь вернуло ему душевное равновесие. Колчаков кивнул сам себе, и расслабился. Бегущие навстречу линии разметки привычно успокаивали…

— Вот ведь тварь!.. — только и успел крякнуть он, краем глаза отметив стремительный и хищный силуэт справа. И ведь специально фары выключила, чтобы не оставить своему «обидчику» и шанса!

В безумной попытке уйти от столкновения с несущимся прямо на него джипом, он завалил мотоцикл на бок. Но всё было бесполезно. Ведь второй участник (вернее, участница) неизбежной уже аварии в этот миг хотела её больше всего на свете.

Молодая и (чего уж там!) не слишком разумная девушка даже фары погасила, чтобы её цель заметила опасность как можно позже. Так что та самая «БМВ», возле которой урод лупил свою подружку, появилась сбоку совершенно неожиданно для Колчакова. А звук её двигателя… За рокотом собственного мотора он его просто не услышал!

— Вот ведь дура!.. — с каким-то иррациональным сожалением успел подумать он, прежде чем волна боли смыла всяческую способность рассуждать связно…

— Получи, с*ка!.. — со злорадной ухмылкой успела азартно выкрикнуть девка (в полной мере проникшаяся «культурой АУЕ»), что решила отомстить за «своего пацана». Просто потому, что так было «по понятиям». И на восемь лет «клетки», которые довольно скупо отмерит ей судья по итогам процесса, дурынде в тот момент было пофиг. Она наслаждалась видом истекающего кровью «врага», впервые откусив от пирога под названием «месть». Вот только не учла она, что такое блюдо стоит подавать исключительно холодным. А потому, уже через несколько месяцев деваха мотала сопли на кулак, стараясь разжалобить «Вашу честь». Нашлись и сердобольные журналисты, проникшиеся судьбой «несчастной девочки». Но приговор остался в силе.

Правда, Владимир Федорович Колчаков об этом так и не узнал. По причине насквозь уважительной. Он умер.

* * *

В этот же самый миг юноша на хирургическом столе, которого пыталась удержать «на плаву» молоденькая и наивная ученица целителя, резко распахнул глаза и сел.

Несколько секунд он рассматривал отнюдь не детским взглядом её вполне себе детское ошарашенное лицо, после чего произнёс всего два слова:

— Кто. Ты.

На вопросительную интонацию его уже не хватило. А потом он просто обмяк, вновь рухнув на окровавленный стол. Болевой шок — штука опасная. Он уже не слышал, как Илона во всё горло заорала «заклинание», которое могло помочь и в самых страшных случаях:

— Учииитееееееель!..

Глава 2

— Сова, открывай, медведь пришёл! — прокомментировал молодой человек себе под нос, пользуясь малейшей возможностью передохнуть.

Из мультика, что ли, какого-то ему эта фраза запомнилась?.. Но лучше в данный момент и не скажешь. В коридоре явно начиналась какая-то нездоровая буча, о чём свидетельствовал разгорячённый голос Торопова. Кажется, кто-то кого-то требовал, а прима-целитель решительно не соглашался требования визитёров удовлетворить.

— А ну, не филонь! — тут же возмутилась Илона, уперев руки в бока.

Вид она при этом имела скорее смешной, чем грозный, но парень и сам понимал, что предписания юной целительницы исполнять надо беспрекословно. В конце концов, речь идёт о его жизни и здоровье. Ведь далеко не каждому даётся шанс уже через три дня встать на ноги после таких ранений — хреновенько, но встать. А вот бывшему Колчакову, а ныне просто «Коленьке» повезло. Уж больно жаждал профессор Торопов вернуть свой авторитет в глазах девочки. Так что свой интерес «крестнику» своей ученицы он объяснил прямо и просто.

— Мне нет до тебя дела, — сварливо заявил он в первое же утро. — Но мне важна Илона. Поэтому, предлагаю простой договор: ты получаешь наилучшее возможное лечение под моим личным наблюдением, а затем просто исчезаешь. И никаких контактов с моей ученицей после этого, понял⁈

«Коленька» на такое предложение только кивнул. Ему и самому не терпелось как можно скорее встать на ноги. Уж больно в беззащитном состоянии находилось это тело, и так не самое совершенное в физическом смысле. И ладно, если тот удар ножом — случайность. А если нет?.. Если те, кто вогнал ему сталь в живот, вернутся, чтобы довершить начатое?.. А у него даже шанса сбежать не будет!

Кстати, «Коленька», конечно же, имя не настоящее, которого молодой человек так и «не вспомнил». Ну не Колчаковым же Владимиром Сергеевичем представляться!

— Шаг! — строго прикрикнула девочка. — Ещё шаг!

И он их делал. Первый, второй, третий… Тело восстанавливалось. А вот «амнезия» проходить всё не желала.

В бытность Колчаковым было ему пятьдесят шесть лет — уже немалый возраст! А с его шебутным, по выражению матушки, характером, год за два считать надо. Он и в горы ходил, и по Африке путешествовал. Причём маршруты выбирал далеко не всегда самые… оптимальные, с точки зрения здоровья и долголетия. А что? Семьи не нажил — вот и развлекался. Всякое повидал…

Так что, когда его закинуло сюда, он не запаниковал. Почти… Разве что совсем чуть-чуть. Но быстро (относительно обстоятельств!) справился, сосредоточившись на приятных сторонах его «попаданства». Например, проснувшись рано утром, очень порадовался юношескому «вигваму», поднявшемуся даже несмотря на ранение. У него и в прошлом теле со здоровьем всё в порядке было. Но всё же двадцать лет — это двадцать лет! Именно так он оценил возраст нового тела.

А уж как на поднятый под простынёй «флаг победы» молодости над немощью отреагировала вошедшая Илона — никаким пером не описать!.. На ум сразу пришло сравнение с «красной девицей». Девушка смутилась, покраснела, и ещё минут пять старательно отводила глаза. Ровно до того момента, пока Торопов не начал диагностику. Вот тогда-то она мигом забыла про всякое стеснение, сосредоточившись на главном.

«А вроде ж медичка тутошняя!» — подивился ещё про себя «Коленька», не понаслышке знавший про совсем иные нравы в женских общагах медицинских институтов. Впрочем, интернета здесь, как он успел выяснить, нет. Есть что-то похожее — для богатеев, но до состояния «ПорнХаб в каждый дом» ещё не дошло. Так что, возможно, девочка до сих пор просто не видела вживую мужского члена.

— Не замирай!.. — вновь подала голос мучительница.

— Попрошу вас вон!!! — донёсся из коридора требовательный голос Торопова.

Молодому человеку было неинтересно, с кем там собачится прима-целитель. Он сосредоточился на следующем шаге. Вопреки дрожащим коленям и обильно струящемуся по телу поту он-таки собирался его сделать. Таково было предписание, и «Коленька» был готов на всё, лишь бы побыстрее встать на ноги. Прошлая жизнь научила Колчакова, что какая-нибудь фигня может случиться в любой момент. А потому восстановить форму нужно как можно скорее. Тем более, боль и цель помогали бороться с накатывающими мыслями.

Да, в первый день после своего «воскресения» он повел себя не очень-то правильно, фактически слетев с нарезки. Но без особых последствий, и быстро взял себя в руки, благо, про попаданцев был начитан. Да и ворвавшаяся в палату Илона помогла. Сначала шарахнула чем-то, отчего парню стало гораздо легче, а потом просто сидела рядом, и увлечённо рассказывала, как она вернула это тело буквально с того света.

И вообще, от девушки исходила удивительная волна позитива и какой-то детской непосредственности. Сдержать улыбку, глядя на её жестикуляцию и мимику, было невозможно. Колчаков не понимал примерно половину слов из её рассказа, слишком уж специфические термины из лексикона целителей она использовала — но можно было и совсем не слушать, а просто наблюдать её рассказ, как шедевр немого кино. Он и наблюдал.

— Ещё! — радостно выдохнула девчушка, как маленький ребенок, радовавшаяся каждому шагу своего подопечного.

«Садистка!» — вздохнул «Коленька». Сознание его уже слегка «поплыло» от боли, но на ногах он всё ещё держался.

— Дети жестоки… — пробурчал он.

— Ах, вот как! — тут же вскинулась Илона. — Да я тебя всего-то на пару лет младше!.. А ну, ещё шагай!

— Именем!.. — взревел кто-то в коридоре.

— Да мне всё равно! — тут же откликнулся голос Торопова, перебивая шумных посетителей.

Молодой человек только головой потряс, отвлекаясь от назойливых голосов. Они мешали ему сосредоточиться на ещё одном шаге. Вот сделает он его — и утренний рекорд побьёт! А Илона ему за это чего-нибудь сладкого принесёт. Что удивительно, Колчаков сладкоежкой никогда не был, а тут глядите-ка — «пробило на хавчик», как было принято говорить в его оставшемся где-то далеко-далеко отсюда мире.

Голоса в коридоре резко смолкли, но шума не последовало. «Значит, разобрались без драки.» — краем сознания отметил «Коленька».

— Давай! — приказала Илона, призывно протягивая руки к своему пациенту.

«Сейчас!» — скомандовал себе парень, с трудом отрывая правую ногу от пола.

— И-и-и-и… р-раз! — звонко прокомментировала юная целительница.

— И-и-и-и, — сдавленно прохрипел её пациент, переставляя вторую ногу. — Два!..

На этом силы парня оставили, и он начал заваливаться вперёд. Восстановить равновесие у него не получилось, и молодой человек буквально упал на девушку, уткнувшись носом прямо ей в грудь. Однако Илона оказалась на высоте, мигом подхватив обмякшее тело. Сам он, правда, не слишком оценил момент, несмотря на то, что в физическом развитии юница свой возраст определённо опережала. Несколько секунд он вообще слабо понимал, где именно находится. При этом парень нисколько не стеснялся. В смысле, раздавить девушку. Он уже был в курсе, что она великолепно владела целительской магией, и в её арсенале были, в том числе, и навыки транспортировки пациентов. Так что раздавить её своими семьюдесятью килограммами парень не боялся от слова совсем. Не первое его падение, в конце концов! Даже за этот день.

— Вижу, вы чувствуете себя лучше, Владимир Сергеевич! — раздался сухой голос у входа в палату.

Картинка со стороны действительно выглядела забавно. Вроде как ещё с койки встать не успел, а уже к девушкам молоденьким обниматься лезет.

Однако вот парню было совсем не до смеха.

«Органы. Херовые.» — тут же определил он. В смысле, органы — безопасности. А херовые — дела. У него. Ведь обратились к нему «Владимир Сергеевич», а это значит…

— Господин Буровин, — бесстрастно продолжил визитёр. — Вынужден вас отвлечь от ваших… кхм… занятий. Прошу вас уделить нам толику внимания.

«Тёзка!..» — парень, не скрывая, облегчённо выдохнул. В конце концов, это можно свалить на попытку восстановить дыхание после очередного рекорда.

— Вынуждена попросить вас!.. — возмущённо потребовала было Илона, однако осеклась, увидев предупреждающий взгляд профессора. Его успел заметить и пытавшийся дотянуть до своей койки пациент.

«Значит, непростые ребята ко мне пожаловали, раз самого прима-целителя ни в хвост собачий не ставят!» — решил он. Пока молодой человек устраивался на кровати, палату успели покинуть все представители местной медицины.

«Это „ж-ж-ж“ неспроста!» — тут же догадался он, и попытался последовать завету русского императора Петра I. С «видом лихим» у него промашка вышла — слишком уж болезненное состояние было, так что решил сосредоточиться на «виде придуковатом».

Впрочем, (теперь уже) господин Буровин прекрасно знал ещё по прошлой жизни, насколько сложно бывает порой «закосить под дурачка». Но это не значит, что не стоит и пытаться!..

Всё то время, пока он ёрзал на простынях, оба «молодца, одинаковых с лица», наблюдали за ним немигающим взглядом.

«Ну, допустим, про „одинаковых с лица“ я загнул…» — решил молодой человек, так же внимательно наблюдая за визитёрами. Однако, что-то неуловимое роднило их бесстрастные гладковыбритые лица куда больше, чем старомодные кители. Обоим лет по сорок, не меньше. Явно из «органов», и в немалых должностях. Новоявленный господин Буровин не сомневался, что вполне очевидные у обоих «мамоны» не особо способствуют их оперативной деятельности. Но и недооценивать их не стоило, в обоих чувствовались жёсткость и хваткость.

— Ну, теперь-то вы согласитесь на наше предложение? — заговорил первым тот, что стоял слева. — Вас ведь чуть не отправили на тот свет какие-то босяки. Эта досадная случайность могла бы дорого обойтись очень влиятельному человеку…

Молодой человек продолжал молчать, ловя каждое слово собеседников, чтобы разжиться хотя бы каплей новой информации. Чем больше он будет знать о себе к моменту выхода из этих стен, тем лучше, так что сейчас нужно держать ушки на макушке. А признаться в своем беспамятстве никогда не поздно.

Второй визитёр во время монолога своего напарника внимательно разглядывал обитателя палаты, словно пытаясь понять, что именно ему не нравится в нынешний ситуации. А ещё он хмурился, как будто не увидел какой-то ожидаемой реакции.

«А хрен его знает, как я должен сейчас выглядеть?» — мысленно пожал плечами молодой человек. Про характер господина Буровина он ничего не знал, и решил «коня на переправе не менять». В смысле, придерживаться всё той же линии поведения — как можно дольше молчать самому, и как можно больше слушать.

— Уверяю вас, — продолжил первый «китель». — Два десятка отборных бойцов на территории Черновского леса никак не стеснят ваших планов, а к личной охране в подобных обстоятельствах, как я полагаю, любой здравомыслящий человек отнесётся с пониманием. Да и в свете последних событий, сопровождающие пойдут вам исключительно на пользу. Правда, полагаю, поступление в Академию придётся отложить на некоторое время… Однако уверен, что уже на будущий год вы сможете…

«Ишь, какой вежливый!..» — с неким раздражением отреагировал Буровин. Был у него в прошлой жизни эпизод: решил он в «лихие 90-е» заняться коммерцией. Так вот тогда крепкие короткостриженые ребятки точно с такими же интонациями предлагали ему поделиться долей бизнеса «за защиту». Не вышло тогда. Ни с их предложением, ни с коммерческим начинанием.

— Владимир Сергеевич, — неожиданно вмешался в разговор ещё более помрачневший молчун. — Вы согласны на наше предложение?

И оба замолчали, уставившись на молодого человека. Тот негромко вздохнул, и выдал:

— Господа… — он на миг задумался, но память так ничего и не подсказала. — Прошу простить, но я не могу согласиться с вашим предложением. Равно как и подтвердить какие-либо ранее взятые на себя обязательства.

На «оратора» стало страшно смотреть… Нет, он не стал орать, размахивая руками. Просто в его глазах появилось равнодушие изучающего цель снайпера. Ему явно не понравилось подобное заявление.

Буровин мимику оценил. За «предыдущую» жизнь он повидал много людей, и сейчас у него ни на миг не возникло сомнения, что его здоровье и будущее зависят не только и не столько от стараний целителей, сколько от решения, которое сейчас примут эти двое. Не самая приятная ситуация, когда ты и пожить-то ещё не успел. Во всяком случае, в этой «тушке».

— Вы не могли бы объясниться, Владимир Сергеевич? — ровно произнес «молчун», внешне сохраняя при этом завидное спокойствие.

— Я потерял память… Полностью.

«Оратор», недослушав, выскочил из палаты. Его коллега же лишь дежурно улыбнулся, словно бы говоря: «Прошу простить за конфуз. Сейчас мы всё выясним!».

«Гонец» вернулся через пять минут, злой и крайне разочарованный разговором с медиками.

— Всё верно, господин Буровин, — коротко кивнул он. — Прошу простить, не сразу догадался уточнить нынешнее ваше состояние у целителя.

Несмотря на ровный тон, от его слов буквально веяло холодом. Могильным. Владимир не считал себя большим знатоком человеческих душ, но за многие годы в людях разбираться научился. Собеседник был готов убить. Кого — ещё не ясно, но в том, что здесь и сейчас для него человеческая жизнь стоит очень мало, он не сомневался ни на миг. Похоже, его беспамятство сильно ломало какую-то игру этим, неприятным своей «сурьезностью», господам.

— Мой вам совет, Владимир Сергеевич, — растянул губы в холодной улыбке «молчун». — Сразу после завершения лечения, извольте отбыть в своё имение. Академия годик без вас потерпит. А там, глядишь, и восстановитесь. Вот тогда нам будет о чём поговорить…

Буровин неопределённо кивнул. Можно ведь считать это всего лишь за совет, и благодарность за него — а вовсе не обязательство. Здесь и сейчас ссориться с государевыми людьми было явно лишним. Необходимо выиграть чуток времени, и разобраться со своим нынешним положением. Да и план какой-нибудь неплохо было бы накидать на будущее.

— Прошу прощения, господа… — негромко поинтересовался молодой человек. — Но кто вы?..

Конечно же, надо было задать этот вопрос с самого начала!.. Уже собиравшиеся на выход «кители» ненадолго задержались. Молчание нарушил, как ни странно, именно «молчун».

— Полагаю, мы ещё увидимся после улучшения вашего состояния, — заявил он. — Пока вам достаточно знать и понимать, что мы представляем интересы рода Мышкиных.

Новоявленному «попаданцу» это не сказало ни о чём. Однако «говорун» достал из внутреннего кармана удостоверение. Раскрывать его он не стал, но три буквы на «корочке» молодой человек успел прочитать. И были они вовсе не те, что пишут на заборах школяры. «Эм. Вэ. Дэ.», — хмыкнул про себя парень, глядя на закрывшуюся за гостями дверь, и прикидывая, чем это может обернуться для него в дальнейшем. Новость не обрадовала. Та полиция, где старый друг Артёмка мог бы и подмогнуть, осталась далеко-далеко.

— Коленька!.. — тут же впорхнула в палату Илона, явно очень встревоженная.

Молодой человек в очередной раз не смог сдержать улыбки.

— Илона, рад познакомиться… — негромко перебил её он.

Девушка застыла на миг, не совсем понимая, о чём именно идет речь. Но пациент её томить не стал, и продолжил, представившись по всем правилам:

— … Владимир Сергеевич Буровин.

— Ааа… Оо!.. — тут же откликнулась егоза. — Так ты благородный, да?

Лицо её сразу поскучнело. Да и движения словно бы… замедлились. Исчезла из них привычная лёгкость и раскованность.

— Это проблема?.. — забавно выгнул бровь молодой человек. Что-что, а с детьми он обращаться умел. Своих-то не нажил, но вот племяшки в «том» мире с удовольствием проводили время со своим дядькой.

Будущей «Великой целительницы» хватило секунд на тридцать. Затем плотину её сдержанности прорвало волной неудержимого смеха.

— Но вы же!.. — начала было она вновь.

— Ой, да ладно! — отмахнулся парень.

Конечно, не самая лучшая идея — нарушать местные правила и устои с первых дней, однако Илона буквально с того света его вытянула. Да и благородный он… скажем прямо, так себе. Тому же профессору, скорее всего, будет вообще всё равно.

— Так же не положено! — замотала головой девчушка столь энергично, что волосы хлестнули её по щекам. Знакомое зрелище заставило парня рассмеяться.

— Так мы никому и не скажем, ладно?

Надо сказать, насчет его спасительницы не было у него никаких личных планов, кроме чисто человеческой приязни и благодарности. Ведь если бы не она — он был бы сейчас не в этом мире, а в «том». И не факт, что там оказалось бы лучше. Он, в своё время, ведь успел нагрешить… В той жизни, когда нарушение половины заповедей звучит, как неплохой план на выходные. Так что, кто его знает, куда бы там его по итогу направили…

— Договорились! — кивнула юная дева, и аж подпрыгнула на месте. — Ну что, гулять⁈

— Что-о?..

* * *

— Мне очень жаль, но ваш отец тоже умер, — опустив голову, тихо сообщила Илона. — Две недели назад.

Владимир откинулся на спинку кресла-каталки и задумался, уставившись на ласковое августовское небо. Вот уже три дня они до и после обеда «гуляли» во внутреннем дворике госпиталя.

«Значит, сирота. Близких родственников нет, а с дальними ещё надо разобраться, насколько они близки… — мысленно констатировал он. В госпитале он уже шесть дней. Парочка из МВД узнала об этом почти сразу — а вот от "близких» до сих пор ни слуху ни духу. Показатель, однако…

— Спасибо, Илона, — негромко поблагодарил молодой человек, наконец-то отвлекшись от наблюдения за «белогривыми лошадками» — облаками.

Сам он никогда бы не догадался обратиться в Геральдическую палату, чтобы выяснить хоть что-нибудь о своей семье. А вот девочка не только сообразила, но ещё и запрос от имени медицинского учреждения отправила. Вот и оказалось, что матушка этого тела умерла ещё при родах, а отца Буровин схоронил две недели назад… Несчастный случай… На охоте.

Сейчас, конечно, себя накручивать — это лишнее, но, с учётом всего происходящего вокруг его персоны, первым делом приходит мысль, а таким ли уж случайным был тот «несчастный случай»?..

Девушка виновато шмыгнула носом, словно чувствуя себя «чёрным вестником».

— Мне жаль, — повторила она.

Буровин же (о Колчакове ради собственной безопасности парень решил просто «забыть») только слабо улыбнулся. Илона несмело улыбнулась в ответ.

«Ой-йооо!..» — тут же мысленно протянул Владимир, с некоторой опаской наблюдая, как расцвело от улыбки её чистое и открытое личико. Ему прекрасно было известно, как влюбчивы девочки в подобном возрасте. А юной целительнице, как уже успел выяснить молодой человек, всего пятнадцать.

И возраст тут не единственная проблема. Буровин прекрасно помнил свой договор с Тороповым. Буровин против этого особых возражений не имел. Ему было вовсе не до местных интриг в тот момент. Лучшее лечение только за то, что он потом просто «потеряется в закате»?.. Дайте два!

Но планы профессора спутала сама ученица. Она довольно много времени проводила вместе со своим «крестником». Торопову, конечно, это не нравилось от слова «совсем». Девочка даже к учёбе стала относиться с лёгкой прохладцей, чего раньше за ней не водилось. Однако ничего поделать с этим старый целитель не мог… Разве что, как можно скорее, поставить на ноги беспокойного пациента, и изгнать его из «храма пилюли и градусника» на все четыре стороны. Но ещё, как минимум, декаду «этому мальчишке» под наблюдением в клинике провести-таки придётся.

— Значит, матушки и батюшки у меня нет, — со вздохом констатировал молодой человек.

«Зато есть дед с непонятной степенью отношений… Но о внуке он что-то не очень заботится, так что ещё посмотрим, что там за родственничек.» — решил он про себя.

— Да, Владимир Сер…

Парень оборвал её фразу на полуслове одним красноречивым взглядом. Видимо, привычки старого тела.

— …Владимир, — тут же поправилась юная целительница. — В отчете Геральдической палаты сказано, что ваш дед… ммм… Афанасий Петрович Буровин был лишён звания Главы рода «во исполнение воли тотема первопредка».

— Какая интересная формулировка… — протянул молодой человек.

Илона, помня о проблемах с памятью своего пациента, объяснила:

— Это стандартная… гм, формулировка. Если первопредок Буровиных счёл кого-то из носителей фамилии недостойным своего покровительства…

«Как же тут всё непросто!..» — подумал молодой человек, отметив, что Илона говорит о «первопредке» вовсе не как о чём-то абстрактном, а как о некой реальной сущности.

Дальше расспрашивать он пока не стал. Юная целительница и так выглядела расстроенной этим разговором.

— Так, значит, я барон, да, Илона⁈ — весело воскликнул парень, залихватски подмигнув девушке. Нужно было срочно поднимать ей настроение.

— Да, Ваше благородие! — тут же радостно улыбнулась она.

«Ну что за девчушка такая, а? Прямо калейдоскоп настроений… Меняется в секунду!» — подивился про себя Буровин. Против воли, губы молодого человека растянулись в ответной улыбке.

— А ещё у меня для тебя сюрприз!.. — ох, и непросто ей дался переход на «ты»! Несколько дней привыкала. Но ничего, справилась! Хотя до сих пор иногда сбивается.

— Говори! — тут же потребовал её пациент, «грозно» нахмурив брови.

Девушка звонко рассмеялась, и торжественно провозгласила:

— День рождения!

— О, мои поздравления!.. — оживился Владимир, довольный поводом сменить тему, но смущённый, что не может толком поздравить свою спасительницу.

И вновь в ответ он получил порцию искреннего смеха. Девчушка явно наслаждалась ситуацией! Она неспешно поправила волосы, стрельнув своими хитрыми карими глазами, и лишь потом огорошила:

— Поздравляю ТЕБЯ, Твоё благородие! Тебе сегодня исполнилось восемнадцать лет!

— Оу!.. — озадаченно выдал Буровин.

— Держи! — протянула она ему небольшой свиток.

— Что это?.. — заинтересовался парень, чувствуя, как кончики пальцев слегка покалывает при прикосновении к подарку.

— Сама зачаровывала! — гордо сообщила Илона. — С того света не вернёт, но всё же… В час нужды просто сломай его, и всё!

— Спасибо! — тепло улыбнулся молодой человек.

К наличию магии в этом мире он относился скептически только первые полчаса после пробуждения. Однако первая же диагностика, когда схема его внутренних органов возникла в виде голографии прямо перед хмурым Тороповым, убедила его, что ооочень многие представления о том, что может быть, и чего не может, придется поменять.

А «свиток» — просто форма хранения заклятия. Понадобилось — активировал, и всё! И штука эта недешёвая, между прочим. А уж заряженная таким количеством энергии… И ведь это ещё не развитая магия, а просто личные способности девушки. А что будет, когда она войдет в полную силу⁈.. Понятно, почему местный эскулап так за неё ухватился.

— А теперь наперегонки! — воскликнула юная целительница, по своему обыкновению, резко меняя тему.

— Опять⁈ — в притворном ужасе воскликнул Буровин.

— Снова! — строго сообщила девица, и легко, но не очень быстро, сорвалась с места.

Владимир же во время «спора» успел схватиться за ободья колёс, и крутанул их вперёд в тот же миг, как девушка стартовала. За последние дни он научился достаточно быстро разгонять свою «колесницу».

Конечно, целительница бежала даже не в четверть силы, но… Она опять выиграла!

«Вот ведь неугомонная девка!» — покачал головой парень.

— Я — первая! — выкрикнула та, демонстративно коснувшись ладошкой ствола мощного старого дуба, растущего прямо в центре дворика.

— Первая, первая!.. — согласился Владимир, пытаясь восстановить дыхание. Всего-то метров пятьдесят дистанции дались ему крайне нелегко, этому телу предстоит ещё восстанавливаться и восстанавливаться! А ещё — набирать кондиции. Не следил за ним прошлый хозяин. Ну да ничего, ему уже приходилось лет в сорок восстанавливать себя после тяжёлой операции. А тут — молодое тело, которое целители обещают полностью восстановить — идеальный вариант для работы!

— Но я ещё наверстаю! — «сурово» пригрозил этой егозе. — И вообще, будешь издеваться надо мной — покусаю!.. Ишь, взяла моду — старых людей гонять!

Молодого человека отчего-то очень веселила мысль о том, что Буровину и Колчакову почти девяносто лет на двоих.

— Да ты всё только обещаешь! — кокетливо подмигнула Илона, поправляя слегка растрепавшиеся во время забега волосы.

«Ого!» — внутренне подобрался парень, и приказал себе впредь быть поосторожнее. А то девочка уже пытается играть во вполне взрослые игры… А принимать в них участие пока в его планы ну никак не входило! Он уже прикидывал, как бы поизящнее свинтить с этой темы, но был спасён неожиданным образом.

— Вот ты где!.. — разнёсся над сквериком звонкий женский голос.

Буровин обернулся, и на миг завис… Грациозной походкой к ним стремительно приближалась красивая брюнетка лет двадцати. Тёмный брючный костюм выгодно подчёркивал её точёную фигуру, а количество расстёгнутых пуговок белоснежной рубахи было достаточно, чтобы оценить всю красу её обворожительных си… синих глаз!

«Это всё чёртовы гормоны!..» — вздохнул Буровин, стараясь вернуть себе ясность мышления до того, как красавица подойдёт ближе. Вот только удавалось это плохо. С каждым её шагом его всё больше охватывало желание пропустить даже стадию знакомства с черновласой красоткой, и сразу приступить… Парень уже почти «в красках» представил всё то, что ему хотелось «обсудить» с этой малышкой, и в какой форме, как…

Шлёп!.. Крепкая ладошка заставила его голову мотнуться в противоположную от удара сторону.

Глава 3

Удар был силён!.. Особенно третий. А уж первые два как хорошо зашли…

— Дурак!.. — на секунду прерывая экзекуцию, зло сообщила девица. — Собирайся, мы уходим!

В голове тут же прояснилось. Навыки Колчакова взяли верх над бунтующими гормонами молодого тела. «Ударившая тебя женщина лишается статуса оной, и превращается в спарринг-партнера!» — так говорил один из его инструкторов в «той» жизни. Не сказать, что парень тут же обрёл готовность вернуть малышке «ответочку», но мозг заработал куда чётче и холоднее.

Ответил он не сразу. Сначала ощупал лицо на предмет повреждений. Затем успокоил взглядом уже пришедшую в себя, и явно «имевшую что сказать» Илону. Пришлось ей даже аккуратно пальцем погрозить — мол, не вздумай вмешиваться. Упускать возможность собрать ещё один кусочек головоломки под названием «Ху из господин Буровин?» он не собирался.

И лишь потом, убедившись, что все всё поняли правильно, он ровно произнёс:

— Это куда же?

Резонный, вроде бы, вопрос? Однако, столь холодного надменного тона Колчакову из своих уст не приходилось слышать ни разу. Кажется, это навыки уже нынешнего тела. Но точно ли его?..

Даже сексапильная и эмоциональная драчунья слегка оторопела. Такая реакция её явно смутила. Быть может, она ожидала от этого парня чего-то другого? Однако, стоит отдать ей должное, она себя взяла в руки быстро.

— Тебя Афанасий Петрович вызывает! — наконец, фыркнула буйная девица столь гордо, что всем вокруг сразу должно быть ясно, как она счастлива служить такому великому человеку.

А вот кое-кому было так и вовсе даже пофиг на все мнимые и реальные заслуги этого человека. «Посмотрим ещё, кто есть ху!» — усмехнулся про себя Буровин.

— И что теперь?.. — приподнял бровь он с видом «ну вот сейчас, спешу и падаю!».

Ну вот не признавал он в прошлой жизни авторитетов за былое, а судил исключительно по заслугам нынешним. За что, кстати, порой имел нехилые проблемы. Однако, и в этой жизни он отказываться от подобной парадигмы не собирался. В конце концов, чего вообще бояться-то? Ему ведь уже доводилось умирать…

А вот стервочка на миг зависла. Кажется, иных аргументов у неё не было. Судя по её озадаченному лицу, раньше этого вполне хватало, чтобы юный Буровин затолкал себе в одно место все свои эмоции и хотелки.

«Увы, милашка!..» — про себя усмехнулся Владимир.

Но реакцию девушки отложить в памяти стоило… она о многом говорит. «Неужели этому самому Афоне тут никто не отказывает?.. Так я, вообще-то, помер давеча. Все мои долги там остались. А новые — вдумчивого пересмотра требуют!» — решил парень, с интересом наблюдая за работой мысли на её симпатичной мордашке.

— Идём! — коротко заключила она, по результатам размышлений, кажется, сделав абсолютно неверные выводы.

Причём сомнений в согласии собеседника её глаза не выдавали никаких. Опять! Списала всё предыдущее на его истерику? Или, как компьютер, завершила цикл и, не получив должного результата, вернулась к старту программы и запустила новый? Так это совершенно зря!

«Ишь, как дед зашевелился! И эту свою… цепную, накрутил!» — злорадно отметил Владимир. Отчего-то ему стало обидно за умершего парня. Почти неделю он нахрен не был нужен никому из родственничков, а как деду упёрлось что-то и куда-то, так сразу должен явиться? Оставался всего один вопрос: схера ли?..

— Съездить бы, дааа! — мечтательно протянул он, вновь поднимая взгляд к облакам.

Девица вновь вздрогнула. В её представлении так быть не должно! И вообще, они уже должны были быть за воротами госпиталя, их там машина ждёт. А ведь им ещё на поезд успеть надо — билеты же пропадают!..

— Куда? — чуть растерянно произнесла она, оглядываясь. Но подсказать ей было некому. Кроме автора изречения. И он не отказал себе в удовольствии объяснить:

— Не знаю, — хитро прищурившись, честно сообщил пилот коляски. — Лучше всего, конечно, деду в челюсть. Но есть ещё варианты! Как говорится, если в сердце дверь закрыта — нужно в печень постучаться! А то дедушка совсем, смотрю, на старости лет охренел и берега попутал.

— Он же Глава… — прошептала черновласка.

— Возглавить он может лишь колонну идущих нахрен! — выразил свое мнение парень. — Да и то не факт — конкуренция большая! А вот геральдическая…

Владимир ещё долго мог так изгаляться в «остроумии». Однако, обычно у собеседника нервы сдавали раньше, чем у него иссякал поток сознания, называемый некоторыми «словесным поносом».

— Ах, ты!.. — воскликнула гостья, хватая Буровина за руку. Парень чуть не взвыл, почувствовав тиски её пальцев на своем предплечье. ТАКОЙ хватки он от неё никак не ожидал! Аккуратные пальчики вонзились в плоть с силой строительного манипулятора.

«Да что за х*ня⁈..» — мысленно завопил от боли Буровин, что можно было перевести как «Ну и силища! Такой обычными тренировками не достигнешь. Явно магия какая!».

— Ты. Пойдешь. Со мной! — слова взбешенной черновласки падали тяжёлыми камнями.

— Аррррр!.. — только и выдавил из себя парень.

Глухой и явно нечеловеческий рык разнёсся по скверу. Глаза дедовой посланницы удивлённо распахнулись. Илона же глухо охнула и попятилась назад. Она-то прекрасно понимала, к чему может привести «разборка» с применением родовых способностей! И счастье ещё, что Владимир не владеет своей магией, а у отвязной девки хватает ума пока её не применять. Вот где свистопляска бы началась!..

— Пусти!.. — рыкнул парень, не замечая в своем голосе обертонов, к каким человеческое горло явно не приспособлено в принципе.

Глаза стервочки удивлённо распахнулись, вполне соответствуя стандартам японской анимации, однако пальцы она не разжала. Вот только боль отступила куда-то в сторону. Правой рукой Буровин сделал круговое движение, буквально ломая и сбрасывая крепкий захват. «Путь любви», конечно, и всё такое прочее… однако исторически мастера айкидо — те ещё машины для убийства. Впрочем, до мастера Владимиру было, как до луны, но скромных знаний вполне хватило, чтобы грамотно разорвать хватку.

Черновласка добром руку отпускать не желала, вот и не устояла на ногах, упав на колени. Не ожидала она такого… Больно уж неожиданно стал дерзить этот «малахольный». Да ещё и родовые способности в сопляке проснулись… Тут лучше отступить. В конце концов, в её задачу не входило грохнуть молодого барона, а лишь слегка припугнуть, чтобы легче на контакт шёл. И вовсе не её вина, что Дед, как его называло уже не одно поколение, дал неверную вводную.

— Не сметь! — рыкнул парень напоследок, заставив обеих девушек слегка покачнуться и… обмяк в кресле. Как будто весь воздух из него выпустили. Сейчас бы его и котёнок смог побороть.

Однако девица, ещё секунду назад разъярённая, подниматься на ноги не спешила, и выглядела весьма задумчивой. Ну а парень и не был против. Уже неделю как он ни на кого не смотрел сверху вниз. Да и ещё одна расстегнувшаяся пуговка делала открывшийся вид намного приятнее!

— На мою грудь пялишься⁈.. — попробовала было зайти с другой стороны красотка, но вот былой уверенности в её голосе не было. Кажется, она просто подбирала очередной ключик, стараясь вывести из равновесия молодого человека.

— Так не хрен вываливать её на всеобщее обозрение! — холодно улыбнулся тот, сознавая, что вовсе не хочет, чтобы девушка поднималась на ноги.

«Глазки девочки распахнулись ещё шире. Дыхание явно ускорилось. Кажется, сердечко-то чуть чаще забилось!» — с удовольствием мысленно отмечал я у неё признаки «потери равновесия».

— Извращенец!.. — зло выдохнула черновласка, снова начиная заводиться.

— А ты — мужик, — тут же последовал ответ от восседавшего на коляске парня.

Теперь уже две пары глаз уставились на него. Илона, наконец, пришла в себя и, видя, что её пациент с ситуацией вполне справляется, теперь с интересом прислушивалась к разговору.

«Кстати, долговато!» — отметил про себя Буровин. Они тут с посланницей уже минуты три пререкаются, а юная целительница застыла ожидающим бампера сурикатом. И вот только сейчас признаки жизни подавать начала.

— Что, нет?.. Тогда со мной всё в порядке. Смотрю на тебя так, как того заслуживает девка, вывалившая сиськи напоказ!

Вообще-то, Владимир вовсе не был против открытости в одежде, и вообще не имел особых предрассудков. Но позиция: «надену-ка я юбку короткую „по самое не балуй“, и буду вертеть задом, словно в новомодном тверке, но всех, кто проводит меня взглядом, сочту извращенцами!» его очень забавляла. Конечно, он был против грубых подкатов и попыток во всеуслышание оценить внешность красавицы, но искренне считал, что если уж дама оголилась в общественном месте, то это дает ему биологическое право чисто эстетически наслаждаться открывшимся зрелищем. Естественно, в рамках закона и приличий.

— Ты… Ты… — попыталась было подобрать слова черновласка, всё так же не предпринимая попыток встать.

— Да, я! — честно признался тот — это было единственное, в чем он в последние дни был относительно уверен. Хотя и предполагал, что они с бешеной крошкой имеют ввиду разных «Я». Но то уже нюансы.

Закончить свою мысль ей не удалось, а потому она только рукой махнула.

— Как зовут-то тебя, красотка? — жёстко усмехнулся парень. Нужно было пользоваться моментом, пока инициатива на его стороне.

— Анна… — на автомате выдала гостья и замерла. — А ты почему спрашиваешь⁈

«Ага, стало быть, мы неплохо знакомы — столько удивления на смазливой мордашке написано!».

Прищур её стал серьёзным. Кажется, все странности поведения молодого человека сошлись у неё в одну стройную картину мира. Но пока она себе в ней признаваться не хотела.

Буровин через несколько минут почувствовал себя лучше. Всё это время его никто не трогал. Анна всё-таки встала с больничного газона, и потратила это время на то, чтобы привести себя в относительный порядок.

— Так что ты хочешь, Анна? — поинтересовался он негромко, когда все взгляды вновь уставились на него.

Милашка с приличной такой «троечкой», кстати, так и не застегнувшая пуговки, покосилась на Илону. Та ответила злым взглядом. Только что «эта психованная» едва не угробила её пациента! Так что оставлять подопечного один на один с ней девушка не собиралась.

— Афанасий Петрович приказал доставить тебя к нему, — негромко сообщила Анна.

— С какой целью?.. — невозмутимо поинтересовался парень. Да не ответит она, конечно. Кто ж таких вот девах посвящает в реальные планы-то?

— Ты должен вернуть ему главенство в роду! — не моргнув глазом, заявила черновласка, к немалому удивлению Буровина.

«Вот это логика! То уже „глава“, то „вернуть должен“!» — поразился молодой человек.

— Ну вот, — констатировал он, пригорюнившись. — Опять я должен… а он мне что⁈ — но тут же встрепенулся и ехидно поинтересовался у посланницы. — А на спинку ему не пописать?.. Ну, чтоб морем пахло.

Вот тут деваха подвисла капитально… Вообще-то, даже и сопротивления «Володьки-непутёвого» не предполагалось. Уж больно он трусоват, да хлипковат был. А Анна своего добиваться умела. В основном, добрым словом и осколком мощи Силы первопредка, толика которой ей Бурым Медведем — покровителем рода, подарена была. Однако не осталось в старшей ветви тех, кому благоволил бы древний тотем. А это значит, что скоро и она лишится своих невеликих сил.

«А род умрёт. Не этому же размазне его продолжать!» — закончила про себя деваха.

С другой стороны, этот самый «размазня» только что совсем неплохо размазал её… Другой вопрос, что для возрождения Рода разовой вспышки маловато будет!

Анна вздохнула. Ещё совсем недавно план был прост и понятен. Она отправляется с наследником в Петербург, чтобы оформить главенство в роду. Через палату и юристов. Вообще-то, можно было бы сделать всё проще, но… Смешно даже думать, что Медведь признает такого размазню достойным разговора!

После оформления прав, в её задачу входило всеми правдами и неправдами вернуть его обратно в родовое имение, чтобы провести там ритуал передачи прав Главы рода Афанасию Петровичу. А потом пусть обратно катится в свой Петербург — к водке, развлечениям и бабам. Кому этот идиот, только и способный пускать слюни на неё, будет нужен-то? Но что-то пошло не так…

— А если не пойду, что тогда? — нахально взглянул Буровин в глаза посланнице.

Та призадумалась… Очевидно, что первый вариант, допускающий пару сломанных пальцев, отпадал. Она ещё помнила ту мощь, что походя буквально снесла её захват.

— Деньги? — спросила она негромко.

Это заявление отчего-то молодого человека развеселило. А ещё совершенно явно ввергло в скепсис. Иначе отчего ему так открыто фыркать?

— Удиви! — насмешливо кинул Буровин, наконец-то оторвавший взгляд от груди Анны в пользу её же глаз.

Этим он ввёл девушку в ещё большее замешательство. Она-то за последние несколько дней уже привыкла к бегающим сальным глазкам Владимира. Тот взгляд невозможно было поймать. Сейчас же парень смотрел на неё прямо и твёрдо. Во взгляде его чувствовалась лёгкая усталость, спокойствие, и уверенность в своем праве на подобное поведение. А ещё насмешка. Не злая. Так на детишек смотрят, когда те пытаются лезть во взрослые дела.

— Десять тысяч. — выдохнула Анна. Отчего-то она не стала торговаться, а выдала весь её оперативный бюджет, включавший в себя и «торговлю» ради решения вопроса. Хотя, конечно, предполагалось, что она начнёт с куда более скромных сумм в несколько сотен рублей, а не сольет сразу весь бюджет, в том числе, предусматривающий и её собственное проживание, питание и компенсацию транспортных расходов.

— Ой! — тут же пискнула посланница, осознав, что именно натворила.

Однако парень избавил её от необходимости оправдываться перед начальством за растрачивание бюджета. Он только разочарованно покачал головой:

— Совсем нас здесь не уважают…

Такая тупая разводка… Естественно, он выяснил примерный курс имперского рубля. На привычные ему деньги это выходило около миллиона рублей. Конечно, пока он мало что понимал в окружающем мире, но главенство в роду — это явный ресурс. И за него предлагали сущие копейки.

Анна замерла. Молодому Буровину даже не обязательно было заканчивать свою речь. Она уже всё прекрасно поняла.

— Но мне приказали доставить тебя любым образом… — тихо произнесла она, напоминая самоотверженного самурая, готового ради сюзерена исполнить свой долг до конца.

Весь вид парня, старавшегося поудобнее устроиться в коляске, ясно говорил: «А мне-то какое дело?»

— И на что ты ради этого готова пойти?.. — не скрывая ехидной улыбки, полюбопытствал он.

Взгляд Владимира пробежался от стройных ножек до красивого, но сейчас злого и растерянного лица посланницы, по пути в очередной раз уделив должное внимание груди.

Та поёжилась. В парне куда-то исчезла былая застенчивость и нерешительность. Анна буквально почувствовала, как её мысленно уже разложили в самых разнообразных позах. И нельзя сказать, чтобы её догадки были далеки от истины. Разве что в разнообразии и «хитровымудренности» иных позиций. Всё-таки, у Колчакова в активе было почти шесть десятилетий опыта жизни в куда более открытом сексуальным экспериментам обществе! И ту его жизнь, при всём желании, нельзя было назвать монашеской.

— Извращенец!.. — только и смогла выдавить девушка отчего-то пересохшим ртом, и бросилась прочь. Ей было необходимо время, чтобы придумать новую стратегию поведения. Кроме того, у многих мужчин подобный манёвр оставляет чувство вины.

Владимир лишь холодно улыбнулся ей вслед. Его такие «фишки» перестали цеплять ещё лет тридцать назад.

— Ну что ж, «джентльмен всегда пропустит даму вперёд», — негромко буркнул он себе под нос. — Естественно, чтобы лучше рассмотреть, какая она сзади… Вот так вот…

— Ух ты!.. — от размышления парня отвлёк голос Илоны, которая с изумлением наблюдала, как с лица её пациента слезает маска тупой похоти, уступая место привычной задумчивости.

— Ты бы правда… её?.. — тихо поинтересовалась она, всё ещё слегка напуганная этими метаморфозами подопечного.

— Сейчас или вообще?.. — ехидно подмигнул Буровин. Такое выражение появлялось на его лице всякий раз, когда он хотел беззлобно подколоть девочку.

Юная целительница предпочла не уточнять. От греха подальше. А то у неё появилось смутное ощущение, что сам он этого греха избегает далеко не всегда.

* * *

«Я совершенно спокоен и расслаблен…».

Формулы аутогенной тренировки без труда всплывали в памяти Владимира. В конце концов, в мире том он лет тридцать ей занимался, достигнув немалых успехов.

Ему давно уже не нужно было отдельно проговаривать упражнения для рук, пульса, дыхания, диафрагмы и шеи. Вполне хватало для полного погружения в себя короткой формулы: «тяжесть — тепло — расслабление».

Новое тело среагировала мгновенно, погружая юношу в тёплый целительный транс. Однако, в этот раз ощущения были куда глубже и ярче обычных, а образы и видения перед внутренним взором казались невероятно реальными.

— «Всё страньше и страньше», — процитировал он провалившуюся в кроличью нору Алису.

Перед внутренним взором Буровина предстала залитая солнцем поляна. Вокруг неё раскинулся густой лес. Пока парню не удавалось вычленить отдельных деталей, стоило ему попытаться сфокусироваться на чём-либо, и оно тут же «расплывалось»: теряло свои контуры и очертания.

Однако чувствовал себя здесь молодой человек, на удивление, спокойно и безопасно. Похожее ощущение он испытывал по возвращении домой после очередного «приключения». Нет, даже не так. Удивительно приятное чувство навевало воспоминания о бабушкином домике в небольшой деревеньке, где он частенько проводил свои каникулы ещё ребенком.

— Ррррр!.. — гулкий рёв, так похожий на тот, что сегодня издал он сам, раздался из чащи.

Вот только этот рык был куда мощнее! Удивительный звук пробирал до самого нутра, заставляя почтительно склонить голову перед Хозяином Леса.

Страха не было. Откуда-то изнутри шла уверенность, что эта встреча ему ничем не грозит.

— Кто ты? — раздался рычащий трубный глас со всех сторон.

Зверь появился неожиданно. Как-то сразу. Просто Буровин моргнул — и вот уже перед ним стоит огромный бурый Хозяин Леса. Близко-близко. Настолько, что Владимир мог без труда дотянуться до шершавой на вид «кнопки» носа. Подавить это иррациональное желание удалось с большим трудом.

Так они и стояли, довольно долго. Изучали друг друга. Человек и Зверь.

Медведь был явно не молод, на морде его можно было разглядеть следы былых сражений — шрамы от заживших уже ран, но ощущение силы и мудрости, исходящие от него, буквально подавляли.

— В лесу родилась ёлочка!.. — неожиданно запел парень.

Зверя хватило на один куплет и припев.

— Что с тобой, человек?.. — раскаты голоса Зверя повисли над поляной.

Отвечать молодой человек не торопился. Зачем, если можно потратить ещё миг на изучение обстановки и собеседника в этом странном месте вне времени и пространства. Да и как расскажешь Медведю из сна, что вспомнилась вот ему сейчас дурацкая брошюрка от управления промбезопасности одной из нефтяных компаний его уже, увы, прошлого мира. В ней прямо советовалось спеть медведю, или рассказать стишок, чтобы тот понял — вы разумны. Владимир так и не смог выяснить, какого эффекта хотели добиться составители этой методички. В ней там ещё подобные же советы были… бессмысленные и беспощадные. Так что пользы от того буклета было… Даже не подтереться! Бумага была явно дорогая и ламинированная, но для подобных целей, увы, не подходящая.

С ответом его никто и не торопил. Огромный Зверь замер напротив, всё так же внимательно изучая своего гостя. В какой-то миг он подался вперед. Казалось, что их носы вот-вот соприкоснутся…

Грустный выдох местного Хозяина легонько всколыхнул волосы парня. Расстроенно помотав страшной мордой, он подался назад.

— Вижу, — наконец, горько вздохнул он, даже не пытаясь скрыть своего разочарования. — Хлипковат…

Благостное состояние Буровина испарилось мгновенно, смытое волной раздражения. Вот ещё какое-то ископаемое будет ему свое презрение демонстрировать!.. Да ещё и в его же собственном сне!

— А ты вообще кто такой, чтобы решать: хлипковат я, или нет⁈ — огрызнулся он.

Со злостью пришла ясность восприятия. Как будто невидимый оператор подкрутил настройки в своей машинерии, и добился-таки чёткости картинки.

Огромный Медведь выглядел… очень удивлённым. Не заботясь о приличиях, он с треском и хрустом приминаемой травы рухнул на свой мохнатый зад, задумчиво уставившись на своего гостя.

Кажется, в момент касания филея Зверя с землёй, последняя легонько дрогнула под ногами.

Устроившись поудобнее, Медведь заглянул в глаза гостя. «Ну, этим ты нас не проймешь!» — мысленно хмыкнул парень. У него даже кот Васька, властитель маминой квартиры, не каждый раз выигрывал… А тут — какой-то монстр. Па-а-адумаешь!.. Молодому человеку довольно быстро стало скучно.

— Я тучка-тучка-тучка, а вовсе не медведь… — начал напевать он негромко.

— Что⁈.. — утробно прорычал Зверь.

Какая-то странная эйфория накрыла путешественника по чертогам собственного разума, и потому он без всякой задней мысли выдал:

— Шестой раз на краже попадаешься, Винни-Пух, а новых отмазок так и не придумал!

В глазах Зверя читался простой вопрос: «Сразу прибить хама, иль послушать чего ещё там скажет?».

— Чего смотришь, бурый⁈ — почувствовав волю, разухарился Буровин.

А что? Во сне всё можно! Тем более, в собственном. И раз уж местный Хозяин так себя ведёт, так почему бы и ему не повеселиться?

— Думаю… — трубный глас с душераздирающим порыкиванием сменился вполне себе деловым тоном.

— Оно полезно! — согласился парень, и тут же сменил тему, выплёскивая остатки раздражения. — Кто ж так гостей принимает, старый?.. Ты меня сначала накорми, напои, в баньку своди, да спать уложи, а потом и поговорим!

«Хотя мы и так во сне!» — тут же пришла кое-кому в голову светлая мысль, но корректировать список «требований» он не стал. Отчего-то крепла в нем уверенность, что здешнему Хозяину ооочень много лет. — «И почему эта мысль веселит ещё больше?».

А вот морда Зверя всё больше мрачнела. Кажется, своё впечатление о юном Буровине он составил. И для последнего там было очень мало хорошего.

— Зря я тебя призвал… — задумчиво проворчал он. Скорее самому себе, чем молодому человеку. Но тот услышал, естественно. Однако странная эйфория, что с каждой секундой всё больше подчиняла себе его мысли и чувства, диктовала свои правила странного разговора.

— Послушай, лохматый! — речь парня стала более путанной, как в нелёгком уже подпитии. — Я ж к медведям завсегда… с уважением! Вот, помню, мама мне в детстве сразу много мармеладных мишек не давала. Говорила: «Подавишься!..»

На миг буквально бурый вынырнул из своих размышлений, уставившись на гостя.

— … Так я всегда её просил: «Если так случится — говори всем, что меня убил медведь».

Очевидно, старое воспоминание развеселило парня. Он расхохотался — громко и счастливо.

— Зачем? — просто переспросил Медведь.

— Так весело ж… Ха-ха-ха-ха! — с удовольствием объяснил гость.

Зверь только мордой из стороны в сторону повел. А вот сознание парня совсем «поплыло».

— Слу-у-ушай, — весело заорал он, вспомнив ощущения дыхания Медведя на собственном лице во время их первичного «обнюхивания». — А чего у тебя из пасти не воняет⁈

Кажется, такой вопрос местному Хозяину ещё не задавали.

— Зачем? — поинтересовался он во второй раз, примериваясь…

— Так у всех же зверей воняет! — убежденно заявил Буровин. — У моего кота, и то… А ты ж вон какой!..

— Пшёл вон!!! — не выдержал такого «умиления» Зверь.

Удар лапой был стремителен и смертоносен.

* * *

— Ух!.. — выдохнул парень, резко подскочив на койке в больничной палате.

Его выкинуло из собственного сна довольно жёстко. О том свидетельствовали капли пота на теле, сбившееся дыхание, и дрожь в мышцах.

— Ну, превед, медвед!.. — всплыл в памяти какой-то древний прикол.

«Приснится же такое!» — добавил он про себя.

— Ар-р-р… — негромко рыкнул парень, хватаясь за грудь. Казалось, что в районе диафрагмы вспыхнуло пламя. Боль нарастала с каждой секундой, заставив Буровина только крепче сжать зубы. Ещё миг, и он стал бы орать в голос… Однако в тот самый миг всё и закончилось. Молодой человек вновь упал на подушки, испытывая отголоски той эйфории, что совсем недавно испытал во сне. Но это был не кайф, а всего лишь прекращение боли.

Отключился он почти мгновенно. Практически сразу после мысли «Теперь-то точно до утра не усну!..»

И в этот раз он спал крепко и до самого рассвета.

Глава 4

— И что, прямо в кофейник? — негромко поинтересовался у миловидной девчушки лишь чуток старше Илоны Буровин.

Подавальщица скептическую интонацию в его голосе расслышала явно.

— Не извольте беспокоиться! — тут же затараторила она, а в конце так и вовсе доверительно прошептала. — Его императорское величество пьет только так и не иначе. По рецепту его личного повара приготовлено…

Девочка лет восемнадцати таинственно понизила голос на словах об источнике рецепта. Вроде как секретом странным поделилась. А заодно и содержимое выреза продемонстрировала, чтобы у гостя не осталось никаких сомнений в необходимости выложить довольно круглую сумму за небольшую чашечку кофе и «что-нибудь к нему».

«Маркетинг — наше все!» — одобрительно кивнул своим мыслям Буровин, оценивая продуманность «пиар-компании».

Владимир обвел взглядом небольшой зал уютной кондитерской. Ему предстоял первый обед в новом мире! Хотелось порадовать себя чем-то. Тем более, на казенных харчах сложно было протянуть ноги — кормили сытно. Но пресно. Так что последние несколько дней по нескольку минут перед сном молодой человек прикидывал, куда он отправится, едва покинет гостеприимные стены госпиталя. Сей замечательный момент наступил ровно через пять дней после встречи с Анной.

Там вообще странно получилось. Уже а следующее утро после визита черновласки Илона вновь прибегла к своему любимому заклинанию:

— Учитель! — закричала она, едва сняла первые данные во время первого осмотра.

Вечно недовольный всем и вся Торопов появился примерно через минуту. После третьего повторения «призыва».

— Ну и чего ты кричишь? — хмуро уставился он на ученицу.

— Посмотрите, Василий Ярославович! — возбужденно заголосила девушка.

— Любопытно… — протянул старый целитель, глядя на молодого человека с куда большим чем раньше интересом.

— А лет вам сколько полных, Владимир Сергеевич? — поинтересовался он, неожиданно перейдя на «вы».

Это было неожиданно. С первого дня целитель социальное положение Буровина оценил очень невысоко. И счел, что «ты» будет вполне достаточно. Даже когда выяснилась настоящая фамилия, это не слишком заставило одуматься старика. А тут вдруг резко вежливым стал.

«К чему бы это?» — тут же оценил такой заход парень.

— Восемнадцать! — счастливо выдохнула Илона. — Вчера исполнилось!

Целитель только покивал своим мыслям, да и принялся расспрашивать пациента. Особенно его заинтересовала ночная боль в груди.

— Ну, поздравляю вас, — куда благосклоннее заявил Торопов. — С открытием источника. Огонь. Довольно сильный. Но точнее вам только в специальных учебных заведениях сообщат… Хотя, тестирование вы уже должны были пройти. В императорской Академии, если я правильно понял слова… ваших посетителей. Но нам они такую информацию даже по запросу не предоставят. Поэтому рекомендую обратиться в деканат вашего факультета напрямую.

«Я-маг» — только и осталось принять парню. Но «плюшки» своего положения он ощутил очень быстро. Открывшийся источник резко скорректировал прогноз выздоровления в лучшую сторону.

А через пять дней он оказался на свободе. С адресом и телефоном семьи Илоны в кармане на случай «вдруг что-то понадобится».

Итак, что же делать парню, оказавшемуся около десяти утра посреди улице без памяти, особых планов и представления об окружающем мире? Правильно, отправиться исправлять свои маленькие мечты! Например, вкусно поесть. Без фанатизма. Ведь позавтракал он уже сытно! Но с удовольствием.

Выбор пал на «Кондитерскую Вольфа и Беранже». Вот ведь совпадение! В Петербурге его родного мира такое заведение тоже имелось. Одна из первых кофеен в городе. По слухам, именно ее последней посетил Пушкин перед своей последней дуэлью. И как тут не соблазниться⁈ Тем более, очень уж хвалила это место Илона. «Правда, дорого!», — всегда вздыхала она при этом. Однако с деньгами был не то чтобы порядок, но рублей триста в кошельке имелось («Пусть мне еще раз про ограбление расскажут, ага!», — вспомнил в очередной раз парень повторный визит «близнецов»).

«Один раз не… Так, стоп, это из другой серии! Один раз можно, короче!», — решил он. Благо заведение находилось всего в нескольких кварталах от его «узилища».

Он не пожалел о своем выборе. Едальни в этом мире явно повторяли путь российской империи. А это значит, что в ресторанах и трактирах его встретят половые и официанты. Обязательно мужчины. А вот в кофейни частенько нанимали привлекательных барышень. Для привлечения аудитории, так сказать. Да и дамочки любили заскочить в такие места с подружками поболтать. Правда, только днем. К вечеру женский контингент сильно менялся в сторону понижения социальной ответственности, так сказать.

Внутри было уютно и как-то очень комфортно. Сразу же бросилась в глаза стойка с прессой. Глаз выхватил две серьезного вида газеты: «Имперский вестник» и «Светские хроники».

«Ну и куда руки тянешь?» — тут же одернул себя Буровин, переборов желание тут же схватиться за изучение местной периодики. Не ко времени занятие. Молодой человек сюда пришел явился совсем за другим. А жизненного опыта вполне хватило, чтобы понять — пользы будет мало. На кой черт читать местные новости при отсутствии хоть какой-то картины мира? Абсолютно бесполезное занятие!

— Так изволите попробовать, Ваше?.. — вернул его в реальность нежный вкрадчивый голос.

— Благородие, — помог девушке определиться с обращением юный барон. — Если уж сам Е. И. В…

— Не извольте сомневаться! — заверила та мигом. — Напиток приготовлен полностью в соответствии с рецептами придворных поваров. Специально для этого напитка заказали нелуженые кофейники из красной меди. А насчет уголька не извольте беспокоиться. Способ верный!

— И что, прям в кофейник? — Еще раз позволил себе усомниться молодой человек.

— Именно! — чему-то обрадовалась подавальщица. — Раскаленный уголь в кофейнике помогает быстрее оседать гуще!

— Давайте попробуем! — Улыбнулся Буровин.

Девушку как ветром сдуло, а сам он уставился в окно, пытаясь определиться со местом, куда ему удалось попасть. По субъективным оценкам, конец девятнадцатого — начало двадцатого века. Пар, конная тяга, электричество и зарождение ДВС. Во всяком случае, авто он уже видел. Вот только совершенно не был уверен, что их силовая установка работает именно на продуктах переработки нефти. Вполне возможно, что «топливом» служили макры. Магические кристаллы стали очень серьезной частью местной промышленности. Говорят, даже аналоги мобильных телефонов из них делают. Хотя сам Владимир местных аналогов еще не видел. Больно дорогая штучка.

— Дела… — Негромко выдохнул он, наблюдая как статная дама забирается в пролетку.

Все-таки в госпитале молодой человек был довольно ограничен в своих впечатлениях. А тут навалилось вот. Сразу все. Очень хотелось найти ближайшую аптеку, чтобы поинтересоваться, изобрели ли уже аспирин.

«А ты еще газетку хотел почитать!», — усмехнулся парень, обращая внимание на публику. Народу было немного. Человек пять. Пара классических купцов по виду и три девушки лет шестнадцати, собравшиеся вокруг довольно приличной корзинки с эклерами. Кажется, они собирались уничтожить их все. Буровин даже позавидовал про себя такому оптимизму.

— Ваш кофий! — сообщила девушка, прервав стройный ход мыслей.

«Эх, где ж ты мой любимый капучино?» — вздохнул парень и сделал осторожный глоток. Пряная горечь нежной волной рухнула в пищевод, оставив после себя замечательное послевкусие.

— Благодарю вас! — с достоинством кивнул парень и потянулся к круассану.

Или как большой воздушный рогалик тут называется?

«Ох!», — оценил парень через секунду, отдергивая обожженные пальцы. Лакомство было воистину горячим, а сам он не сразу разглядел небольшую вилочку и нож, поданные отдельно.

«Логично!», — мысленно согласился он. Если сам «рогалик» такой горячий, то какова должна быть шоколадная начинка⁈

Конфуза, по счастью, никто не заметил.

«Вот и прекрасно!» — оценил парень, буквально выпадая из реальности.

* * *

«Евдокимова Е. Ю.», — в который раз прочитал табличку на двери помощника декана Буровин.

Да, первым делом он отправился в учебное заведение. Экзамен сюда он выдержал ещё до потери памяти, но вот с учебой действительно решил повременить. Было у него подозрение, что с его «амнезией» тут желать нечего. Не говоря уже о советах господ из МВД. Да и вообще, лучше пока решить нынешние проблемы и уж потом заниматься вопросами высшего образования.

Впрочем, тут сыграло роль еще одно соображение — было бы за что «держаться».

— Академия, — выдохнул парень себе под нос, оглядываясь.

Была одна такая в Петербурге. Под патронажем Е. И. В. Вот где было серьезное заведение. Данная же шарага больше напоминала магическое ПТУ. Поэтому Влад даже был рад, что зашел сюда до начала учебного года. А то вида сидящих на кортах «магов» в спортивных костюмах его нервная система бы точно не выдержала бы. А именно их он отчего-то ожидал увидеть, оценив некую убогость обстановки.

Хотя для аристократов, говорят, заведение. В том числе. Это просто у него просто фантазия «играть» начинает.

— Эй, а есть магафон с камерой позвонить? — усмехнулся себе под нос Буровин. — А если заклятьем приложить и переспросить⁈

«Кстати, надо выяснить, что тут вообще с „сотовой“ связью. И есть ли в принципе камеры в подобных устройствах⁈» — отметил он про себя… и забыл, отложив мысль на дальнюю полку. Таких вопросов и наблюдений у него за одно только утро набралось столько, что на ближайшие пару лет хватит.

— Владимир Сергеевич, заходите, пожалуйста! — раздался хриплый прокуренный голос с явными следами отдышки.

Парень приподнялся и направился в сторону кабинета, откуда выглянула здоровенная такая тетка. Нет, она даже улыбнуться попыталась. Но с непривычки у нее был такой вид, будто ей резко понадобилось к дантисту.

— Деканом принято решение одобрить вам академический отпуск сроком на один год, — поджав губы сообщила она.

«А ору-то сколько было!» — припомнил Буровин. «Так не делается! Серьезные основания надобны!». Но ничего, стоило только появиться справке за подписью прима-целителя, как все встало на свои места. А еще конфеты. Дорогие и вкусные. Влад до сих пор подозревал, что именно они и сыграли основную роль в разрешении вопроса.

— Благодарю вас, Елена Юрьевна! — вежливо поклонился молодой человек. — Скажите, удалось ли вам что-нибудь выяснить по поводу моего второго вопроса.

Монументальная (в смысле, очень-очень большая женщина) приосанилась и закивала, гордо потрясая всеми своими подбородками. Мол, справилась со своей задачей. А, может быть, она еще на одну коробку рассчитывала? Но тут уж дудки — и так два десятка рублей на презент потратил.

Как говорится, «В этом месяце я уже купил новый таз. Кутеж окончен!».

— Обычно, Владимир Сергеевич, мы не идем на встречу в таких случаях, — ханжеским тоном заявила она. — Однако именно ваша ситуация…

Она невольно бросила быстрый взгляд на большую яркую коробку, уютно устроившуюся на ее столе. Глаза ее маслянисто заблестели. А речь полилась куда быстрее. Методисту явно очень хотелось как можно скорее остаться с подарком наедине.

— … Признан уважительным и достойным дополнительного разбирательства.

Я приподнял бровь в ожидании продолжения. Методист не разочаровала.

— Мне удалось сделать копию, — гордо сообщила она. — Вот, прошу.

На стол перед молодым человеком легла небольшая папка с его собственной фотографией на титульном листе. Открывать он ее не стал, лишь мельком глянул на первую страницу. Помимо обычных родился/учился/ФИО там же нашлась скромная подпись «Огонь, 0–5».

— У вас серьезный потенциал, молодой человек, — заверила властительница здешней канцелярии. — Будем рады, если вернетесь именно в наше учебное заведение через год.

Естественно, в моменте парень пообещал, что он обязательно. Вот прям непременно. И с радостью!

— Огненный источник… — негромко пробормотал он, уже собираясь уходить.

— Что? — остановила его Елена Юрьевна. — Ох уж эта молодежь…

Женщина удрученно поокачала головой. Парень промолчал, естественно. Ну зачем прерывать человека, готового совершенно добровольно поделиться важной информацией?

— Все вам лишь бы… стихиями меряться! У вас же такие способности! Не каждому дано видеть энергетическую структуру макров… Эх, к вашем бы талантам, еще бы и знания!

Было о чем подумать.

— Вы могли бы чуть подробнее рассказать о моих… способностях? — заинтересовался он.

— Я-то откуда знаю, — фыркнула тетка раздраженно. — У меня талантов нет. Теоретически, вам должна быть видна суть макра. Его внутренняя структура. Но как именно это происходит…

Она развела руками. С явным сожалением. Мол, достаются такие возможности безалаберным шалопаям, которые их и применить-то толком не могут! Вот она-то, если б ей так подфартило, уж верно добилась бы многого. Но ей не повезло — вот и приходится сидеть на попе ровно. А то, что это попа по бокам рабочего кресла свисает, чиновницу от образования не волновало от слова совсем.

Впрочем, парня тоже. Каждый сам выбирает как ему жить.

«Так, на сегодня достаточно!» — решил Буровин и вежливо поклонился:

— Благодарю вас, Елена Юрьевна!

Та только не слишком вежливо махнула рукой. Однако Влад успел разглядеть, пока закрывалась дверь, что методист уже отрешилась от мира, уставившись на подарок.

Кажется, до Буровин В. С. ей дела уже не было!

— Вот и прекрасно! — Буркнул себе под нос он, выходя на улицу.

Последнее замечание относилось ко всему: теплому, но не обжигающему солнышку, приятной тяжести в желудке и легкого удовлетворения завершением первого этапа своего плана. Конечную цель которого он, кстати говоря, представлял довольно плохо.

Это был тот самый случай, когда информации для формирования какой либо цели решительно не хватало. Только промежуточные этапы в стиле: задача — действие — оценка результата — следующая задача.

— Ну ничего, у самурая нет цели, только путь! — подбодрил сам себя Буровин.

С этой мыслью он бодро зашагал в сторону Невского. Там можно было нанять пролетку. А кто лучше знает, где можно переночевать, если не извозчики?

Однако далеко он не ушел.

— Эй, ты! — Рявкнул слева грубый голос.

Кажется, у «самурая» наступили сложные времена. Те самые, когда добродетельному мужу следует обнажить свой… меч.

Бум!

Толчок в плечо едва не заставил его рухнуть. Все-таки слабость прошла далеко не полностью!

«Классика жанра!» — оценил парень, оборачиваясь.

— Ты тупой или глухой⁈ — рявкнул грубой наружности лысый детина в какой-то местной вариации спортивного костюма. — Вот в прошлый раз тебе мало было, да? Ливер зажил и опять нарываешься⁈

Еще один толчок!

Его словно легкую игрушку оттолкнули в другую сторону. В этот раз он на ногах не удержался. Упал таки, растянувшись на земле. Опасно? Да. Но если бы хотели бить — били бы сразу. А пока чем больше движений, тем больше времени на изучение противников. Да и слабость свою продемонстрировать — всегда полезно. Меньше внимания к его скромной персоне будет. Больше шансов вырваться!

Его в свое время так учили: «Не бойся показаться слабым! Пусть посмеются. А ты выбери момент и действуй!». Так что скорчить жалостливое лицо Буровину удалось без труда.

— Ща захнычет! — расхохотался лысый, невежливо ткнув в сторону своей жертвы пальцев.

Увы, нет! Пускать слезу по желанию в прошлой жизни он так и не научился. Иначе обязательно бы подобным навыком воспользовался. Война — путь обмана. И никак иначе! Его ротный не раз говаривал: «Если ты сражаешься с равным по силе противником, значит, на каком-то уровне планирования допущена серьезная ошибка. Если героически преодолеваешь силы превосходящего противника — ошибка была критической!».

— Не сдох, с*ка, — констатировал лысый, отсмеявшись. — Ниче, ща поправим.

С этими словами он картинно и манерно вытащил из кармана складной нож и «вызволил» лезвие.

«Ну вот и встретились!» — оценил Влад, оглядывая человека, благодаря которому ему довелось свести знакомство с Илоной.

Вот только рад ли он был ответу на свой вопрос?

Глава 5

«П***ец!» — решил Буровин, имея ввиду лаконичное: «Пятеро!».

— Че примолк-то, фраерок⁈ — Все настойчивее сводил диалог к конфликту здоровый такой детина.

«Специальной подготовки нет!», — оценил Буровин. Иначе этот лоб бил бы сразу. А ему требуется себя завести, чтобы нанести удар. Ничего удивительного. Обычная шпана… Которой кто-то дал цель. Возможно, ещё и слегка подогрел деньгами.

— Ща мы с тобой повеселимся!

Отчего-то у молодого человека крепло убеждение, что на него конкретно наехали. Может, все дело в роже заводилы, с которой можно было смело писать атлас смертных грехов. Или плакат «Их разыскивает полиция». А то и шестое чувство какое проснулось. Лучше бы, конечно, пораньше. Еще ДО того, как его задница в неприятности попала…

Остальных парень не разглядывал. А зачем? Его так учили в свое время. Теперь это уже не люди — цели. Да, крутым бойцом его за годы тренировок увы, не сделали, но общие принципы в голове остались.

— Парни, ну вы чего! — мирно начал он. — Давайте я вас подогрею на пивко по-братски, да разбежимся.

В этот момент вообще не важно, что именно говорить. Пока он просто прикидывал позицию.

Правда, дрожащий «от страха» голос лишь рассмешил придурков. Нервные хохоточки раздались со всех сторон. Им явно было не по себе от происходящего. Ограбить кого, избить до полусмерти, а то и пером пырнуть драке — все это далеко не тоже самое, чем прирезать стоящего перед тобой живого человека. Особенно когда он не несет тебе никакой угрозы, а то и вовсе выглядит жалко.

«Ну, кто из них ударит первым?».

— Смотри, тля, как зачесал-то, а! — Раздался голос откуда-то сбоку.

«Метра три — пока не важно!» — тут же оценил внутренний голос. Не дотянется. А то и вовсе сбежит, если дела пойдут не в пользу гоп-компании.

— Подогреем! — тут же со смехом повторил второй.

Ну да, местное арго наверняка отличалось от того, к чему Влад привык. Не важно.

Рука начала наливаться какой-то странной тяжесть. Сознание буквально «краешком» отметило это ощущение и тут же отбросило как в данный миг не существенное.

— Тебя, урод, предупреждали, чтоб ты здесь близко не появлялся? — пока еще ласково-заботливым тоном начал «подводку» лысый громила, блеснув сталью.

Пока что не клинком. Зубами. Как минимум, верхний ряд был явно заменен на стальные протезы. Такими и гвоздь перекусить можно, не то что подвиг Тайсона повторить.

А насчет урода он загнул! Буровин себя в зеркале видел. Вполне себе ничего! Девкам нравиться должен. Вполне себе правильное лицо, голубые глаза и «остатки» спортивной фигуры. Кажется, запустил он себя не так давно. Года два как.

— Ну, предупреждали… — Согласился парень, делая шаг назад…

… И тут же едва не упав носом в землю от толчка в спину. И когда они успели зайти сзади⁈ Дело принимало совсем скверный оборот.

— Ну вот и не обижайся! — почти мило улыбнулся лысый заводила.

С поправкой на его «стальную» улыбку, конечно же. Такой и гвоздь-сотку перекусить можно при желании!

«Деньги не нужны. Грабить не собираются.» — отметил про себя парень, уже совершенно уверенный, что его ждали.

Вновь блеснула сталь. На этот раз «бабочки». Или балисонга. Кому как удобнее, а во Буровину «час от часу не легче». На остроту режущей кромки названия как-то не очень влияют.

Этот нож выхватил худющий, но удивительно подвижный «подпевала», занявший место за спиной лысого.

— Придется повторить! — вроде как грустно констатировал железнозубый.

— Слушай, ты же старший? — вновь предпринял Буровин попытку выгадать позицию получше, поправляя лямку кожаной сумки у себя на плече.

Парню бы ее через плечо перебросить — в ней документы, все деньги и характеристика с места учебы, не считая вполне себе грамотно собранного несессера и прочих мелочей. Терять не хотелось бы. Так ведь и с голой задницей остаться недолго.

А с другой стороны, стоит на миг потерять зрительный контакт, перекидывая лямку через голову, и это станет последней ошибкой в его короткой — длинной (от точки отсчета зависит!) жизни.

— Может, отскочим-пострекочем?

Народ вокруг заржал. Негромко. И как-то очень неприятно. Типа говори-говори, все равно недолго осталось.

Да и содержание его речи как-то очень уж контрастировало с дрожащим голосом.

— Ша! — выдохнул лысый. — Набазарились уже! Вот че ты по-хорошему не понимаешь, а? Свалил бы в свои е**ня, и жил бы спокойно!

«Никто мне в Петербурге не рад!», — вынужден был констатировать парень, старательно не смотря на пируэты «бабочки» в руках помощника заводилы. Внимание его в этот момент было расфокусировано. Движение начнется от ноги или плеча, так смысл следить за смертоносным «жалом»?

А таких в поле зрения уже два. А ведь он еще не видит, что происходить за его спиной. Но это уже неизбежный риск. Парень на него не мог повлиять никак!

— Ха!

От ноги!

Довольно грузный подшаг вперед, и вот уже нож летит в многострадальный «ливер» парня.

Тот привычно для себя-старого скрутился, чуть подмогнув ее величеству инерции. «Путь любви» не подвел. Здоровяк пролетел мимо и, споткнувшись, снес кого-то из своих людей.

Жаль только, что никого из своих по дороге не пырнул как в кино. Да и сам умудрился не зарезаться.

Тяжесть в руке стала почти не выносимой.

— С*ка! — Заорал один из подельников лысого, бросаясь вперед.

БУМ!

Рука взлетела в быстром и четком ударе ладонью. Короткое движение бросило склонившего по-бычьи головы придурка на асфальт, украсив покрытие брызгами крови.

«*б!» — только и оценил Буровин. ТАКОГО эффекта он не ожидал. Как лопатой уфигачил! А рефлексы уже бросили тело на прорыв. Кто-то схватил его за рукав куртки, но он буквально вырвал ткань из цепких пальцев.

— Стой, мля! — заорал очередной «силуэт» (парень не присматривался), растопырив руки ка стремящийся поймать мяч вратарь.

В этот раз Влад выкинул вперед кулак. Однако и противник оказался не промах, вполне грамотно поднырнув под него. Два тела столкнулись. Однако схватить парня гопник не успел. Под пальцы «возвращающейся» руки попалось мясистое ухо. В него Буровин и вцепился, отбрасывая очередного идиота в сторону.

«Ходу!» — скомандовал он сам себе.

«Толпа боится крови!» — первое правило городского «выживальщика».

Хотя нет, все-таки второе. Первое: не шляйся там, где можно встретить ту самую агрессивную толпу! Однако факт есть факт: стоит пустить юшку, и можно рассчитывать на пару «лишних» секунд для бегства. Но вот беда, если ты не успел ими воспользоваться, то тебя порвут. На месте. Из мести. Даже не за пострадавшего соратника, а за испытанный ими страх.

Эти очнулись быстро!

Буровину удалось отыграть лишь десяток шагов, прежде чем оставшиеся бросились за ним.

«Невский!» — промелькнула быстрая мысль в голове Буровина. Вот оно спасение! Не рискнут же они за ним гнаться посреди бела дня⁈

— Жми! — сквозь зубы выдохнул парень, стараясь выжать из ослабшего организма все что возможно.

«Главное, не оборачиваться!».

Беглец и так знал, что за ним гонятся. На то слегка намекали предложения остановиться в стиле «Стой, с*ка!» и просьба переговоров: «Убью, мля!».

Сомневаться не приходилось! Один раз они уже подобный фокус с этим телом провернули. Нет никаких сомнений, что повторят снова. И в этот раз далеко не факт, что милашка Илона ему поможет!

А каждый шаг давался все труднее. Тело явно намекало, что до полного восстановления ему еще лечиться и лечиться. И, желательно, без подобных стрессов!

— Хоп! — Буровин буквально снес какого-то зазевавшегося горожанина, выскочив на оживленную улицу.

Извиниться не успел. Да и не стал бы. Берег дыхание — оно все больше сдавало.

А ублюдки толпы не испугались. То ли он их так «раззадорил», то ли им просто было плевать, но быстрый взгляд через плечо показал — они рядом.

— Арррр! — выдохнул Влад, лишь краем глаза заметив, как шарахнулись в сторону прохожие.

Даже «загонщики» на миг сбились с темпа, но тут же собрались и припустили вслед. Но и за заминку спасибо. Метров семь они парню подарили. В таких условиях — тоже отлично!

Тем более, бежать вдруг стало куда легче! С ног будто слетели кандалы, а дыхание удивительным образом выровнялось.

— Фууух! — выдохнул Буровин почти счастливо.

Волна знакомой уже эйфории буквально смыла усталость и выгнала предательскую дрожь из конечностей.

«Должен будешь!», — произнес смутно-знакомый голос в его голове.

— Буду! — заверил Влад сам себя.

Такие долги он старался возвращать всегда.

Показалось ли, но в голове раздался негромкий хмык.

— Вон он! — раздался крик слева.

Ого, а у придурков, похоже, подкрепление! Еще человека три. Свежих, полных сил и ни разу не пуганых.

— Фух! — резко выдохнул парень, набирая скорость.

Кажется, удалось вскрыть еще один резерв сил. Однако Буровин четко понимал — это последний! Теперь, если нагонят, он даже «возразить» ничего не сможет. Воткнут в него опять что-нибудь острое и привет котенку! В этот раз прима-целитель точно примет решение в стиле «Доктор сказал в морг — значит в морг. И не фиг тут заниматься самолечением!».

Хорошие новости: удалось еще увеличить разрыв. И даже потеряться из виду преследователей.

Молодой человек перешел с бега на быстрый шаг в поисках укрытия. Судьба и ноги вывели его к довольно крупному торговому центру. Тут многолюдно. Однако стоит ли попытаться скрыться внутри? Вот вопрос…

— Эй, ты! — чуткое ухо безошибочно вычленило дребезжащий голос. — Мля, ты! Ходь сюда!

«Призыв» раздался из-под пожарной лестницы. Удачно тень ложится. Сразу и не обратишь внимания, что под ней кто-то засел.

— Давай сюда! — повторил голос. — Ходь!

Буровин раздумывал недолго. Жить захочется — вообще быстро соображать начнешь. Так что парень выхухолью юркнул под лестницу.

Как оказалось, место оккупировал бродяга, призывно машущий грязной рукой. Не обращая внимания на запах давно немытого тела, беглец устроился у него за спиной.

— Чо ты делаешь?

«Что-что… Лысого гоняю!», — заметил мысленно Буровин, но вслух отвечать не стал. Вместо этого он вжался в угол и затих.

Вовремя!

Едва успел он затихариться в своем укрытии, как на площадку вышли пара уродов с лысым железнозубом во главе. Судя по всему, гопники разделились на группы и начали прочесывать территорию… И эта тройка приближалась прямо к ним.

— Тебя хотят? — задумчиво поинтересовался бродяга, не оборачиваясь.

— Ухгу… — выдавил из себя Буровин, которому подобный забег дался очень не легко.

Сейчас он старательно восстанавливал дыхание: резкий короткий вдох — длинный плавный выдох. А на вонь от бродяги можно и внимания не обращать… некоторое время. Жить захочешь — еще не так раскорячишься!

— Не сопи! — строго одернул его косматый бродяга.

Разглядеть его было лицо было трудно. Неожиданный спаситель явно готовился стать рыцарем. А те, всякому известно, ребята суровые. И девиз у них серьезный: «Два сантиметра не грязь, а три само отпадет!». Да и солнце уж больно неудачно светило.

— Че ищут-то? — спросил негромко хозяин сей обители.

Кажется, это его база. Вокруг было даже обустроено. Какой-то старый матрац служил кроватью. В углу были видны какие-то матерчатые сумки, о содержимом которых даже и знать не хотелось! Во всяком случае, вонь от них стояла страшная.

— Да хрен… Их… Поймет, — выдал парень в три приема.

Сердце колотилось как сумасшедшее, а в груди все ярче разгорался «огненный цветок». Это источник. Но чем бы он сейчас помог… Без обучения маг — все равно, что мартышка с гранатой. да еще и без запала. То есть, кинуть ее в голову противника можно, конечно, или в качестве утяжеления при ударе сладить. А вот нормально использовать и — хрен там плавал. И к счастью! А то вытащишь невзначай чеку, отлетит предохранительная скоба… А о том, что ее после отбросить нужно — ты и не знаешь!

— Ты это… не из дворян будешь, а? — поинтересовался хозяин укрытия, наблюдая за приближающейся парочкой.

«Десять метров.». — примерно прикинул Влад.

— Угу! — ответил она чистом автомате, даже не вдумываясь в суть вопроса.

Именно

Это и стало фатальной ошибкой, как оказалось через несколько секунд.

А преследователи, тем временем, подбирались все ближе… Уже слышны были негромкие, но исключительно экспрессивные переговоры.

— Пятьсот рублев! — вдруг неожиданно жестко заявил оборванец, явив миру сгнившие пеньки кривых зубов.

«Пять сетров.» — автоматически оценил дистанцию парень.

Буровин все понял мгновенно.

— У меня нет… Я отдам! — шепнул он едва слышно.

Ну не было у него такой суммы. Будь бы у него хоть секунда на раздумья, он наверняка бы пообещал в моменте и тысячу. Да еще и звезду в придачу. Смерти. На которой Дарт Вейдер жил. Но вот не нашлось у него этого самого мига. А потом было уже поздно.

— Хорошо подумал, блахародие? — ощерился еще шире ублюдок.

— Да будь ты чело…

Договорить Влад не успел. Пробкой от игристого вина бродяга вылетел из укрытия прямо перед носом лысого, едва не врезавшись в него своим чумазым лбом.

— Здеся! Тут он! — надрывался предатель.

Буровин рванул следом. Не думая. Не до того. Плечом он врезался в спину бродяги, отбрасывая иуду на преследователей, и тут же рванул к дороге.

Топот сзади подсказал, что преследователи сдаваться не собирались. Под тоненькое завывание «А-а-а-а! Как есть убили, душегубы!», они рванули следом.

— Влад! — звонкий голос заставил парня оглянуться на дорогу.

По дороге его стремилась с ним поравняться пролетка. Обычный ванька. Но вот пассажирка…

— Быстрее! — буквально взвизгнула она.

«Не уйду!» — решил парень, прикидывая диспозицию. Преследователи догоняли. И очень успешно! Оставался лишь «прыжок веры».

«Что ж… Она меня хоть убить не пыталась!» — оценил момент Влад.

На последнем всплеске сил он рванул по диагонали в сторону и запрыгнул в пролетку. Получилось не очень удачно. Он здорово приложился о кромку борта изделия не слишком грациозна переваливаясь внутрь. Ну уж как получилось!

— Гони! — тут же крикнула пассажирка, и экипаж начал набирать скорость.

«Не уйдем!», — оценил ситуацию мозг. Ублюдки были совсем близко.

Пассажирка пришла к тому же выводу и выхватила из сумочки револьвер. Вполне привычного вида «Наган». Разве что хромированный. Заняв какую-то крайне эффектную, но для стрельбы не слишком эффективную позу, она демонстративно направила оружие в сторону догоняющих гопников.

Влад невольно съежился ожидая грохота выстрелов. Однако ублюдки не стали испытывать судьбу. Первым остановился и перешел на шаг лысый, выкрикнув что-то вдогонку. За ним последовали и остальные.

С нервного напряжения Буровина пробило на смех:

— Чечен кони двинул, а этот ушёл. Сел на трамвай, жёлтый. И ушёл. Я его гада, подстрелил. Он, с*ка, Шишу замочил…

С каждым словом Влад хохотал все громче. Ему уже не хватало дыхания, но он продолжал и никак не мог остановиться.

А вот его спасительница совсем растерялась:

— Какой… Трамвай? Почему Шиша… желтый?

От этого смеяться хотелось еще громче. И парню понадобилось не менее минуты, чтобы прийти в себя. Его не трогали, явно давая прийти в себя.

— Следила за мной? — спросил парень, едва к нему вернулась способность хоть чуть-чуть здраво рассуждать.

— А то как же! — Спокойно как о само собой разумеющемся ответила та самая черновласка Анечка. — Хорош уже, Владимир, поехали домой.

— Куда? — губы парня с которых уже сходила «благоприобретенная» совсем недавно синева растянулись в жесткой усмешке. — На деревню к дедушке⁈

— Что? — опять переспросила она.

— Да ничего! — огрызнулся парень, задумавшись.

Очень уж ему не хотелось отправляться по этому адресу!

Глава 6

— Извращенец! — знакомо завопила спасительница.

Кажется, это было ее любимое слово… Или оно стало им совсем недавно.

Впрочем, Буровин и сам не заметил, как его взгляд остановился на достоинствах девушки. Молодое тело давало о себе знать.

— Не правда ваша, сударыня! — сообщил он, поднимая взгляд выше. — Это антистресс. Учеными доказано, что созерцание хотя бы трех минут в день женской груди благосклонно влияет на мужское здоровье: успокаивает, нормализует сон и давление и даже добавляет несколько лет к предполагаемому сроку жизни.

Все это молодой человек произнес с самым серьезным лицом. Тем более, сам он полагал выводы ученых и врачей абсолютно верными. Так что, по возможности, рекомендациям старался следовать!

— Это… Какие ж такие ученые⁈ — возмутилась черновласка.

Влад задумался. Что вообще можно объяснить человеку, который не верит в Науку (именно так, с большой буквы!)?

Вслух же парень не ответил ничего, переводя дыхание. Тело все-таки не слишком восстановилось. Да и вообще приспособлено не было к физическим нагрузкам.

«Ну ничего, дайте срок!» — пообещал Буровин себе зло. Чувствовать беспомощно он себя не любил. А восстановить кондиции… Тут сложного ничего нет. Главное, дисциплина и понимание как именно добиться результата. Со вторым у него было неплохо всегда. Да и первый пункт он подтянул, едва вышел из детского возраста (все помнят, что первые сорок лет детства у мужчин самые сложные?).

— Эй, а ну не молчи! — требовательно воскликнула спасительница.

И не поймешь сразу. То ли красотке действительно интересно, то ли ей патологически потребно быть в центре внимания всегда.

«Колличество растегнутых пуговок на рубашке свидетельствует о втором.» — про себя решил парень.

Хорошо хоть за руку уже хватать не решилась. Оно и правильно. Прошел процесс обучения и притирки.

— Спасибо, Аня, — серьезно произнес молодой человек, подняв взгляд до уровня глаз собеседника. — Ты меня спасла! Вот только…

Заканчивать он не стал. Просто молча указал в спину извозчика. Коляска-то общественная. То есть, на козлах не специально подготовленный человек, а обычный ванька. И у него даже затылок выражает такую смесь эмоций, что вообще непонятно, какую фигню он может выкинуть в следующий момент. А проверять в самый неудачный миг не хотелось от слова совсем.

— Мне за это платят! — гордо фыркнула она, убирая револьвер, на который нет-нет да все-таки косился возница. — Эй, человек!

Бородатый мужик вздрогнул. Но все же нашел в себе силы ответить:

— Чего изволите, госпожа? — Тут же пробасил он.

— Десять цен и ты со страха разум потерял! — сделала свое предложение черновласка.

«Эх, умна! Но проще надо быть с людьми, проще!» — отметил парень. Но вмешиваться в диалог не стал. Ей же за это платят, верно?

Да и вообще, даже если мужик сейчас с козел сиганет, то скорость пролетки около пятнадцати километров в час. А мгновенно ускориться такая конструкция не сможет по определению. Так что спрыгнуть успеют. И даже относительно безопасно.

— Десять цен и ты забываешь обо всем, что сейчас случилось! — поправилась Анечка. — Две сейчас. Восемь после!

«Быстро учится!» — кивнул своим мыслям парень.

— На Сенную не поеду! — Тут же твердо откликнулся мужик.

Буровин припомнил, что и в прошлой жизни во времена империи Сенная площадь считалась одним из самых опасных и злачных мест в городе. Видимо, здесь тоже не все так просто с этим злополучным местом.

Дедова помощница тут же скороговоркой выпалила какой-то другой адрес. Парень не расслышал, но, судя по всему, возницу он вполне устроил.

— Не извольте беспокоиться, госпожа! — тут же повеселел мужик, получив пару ассигнаций вперед.

Оставалось только подивиться как меняют человека деньги. Теперь ему был и сам черт не брат.

— Цел? — лишь затем девушка принялась за осмотр молодого человека.

— Выдохся, — устало выдохнул тот.

— Меньше валяться на диване надо! — заявила решительная девица (а какой она еще может быть с револьвером-то за пазухой!), неодобрительно покосившись на приступившего к дыхательной гимнастике парня.

Некоторое время катили молча. Буровин минут через пятнадцать почувствовал себя настолько лучше, что даже начал получать удовольствие от первой в своей жизни поездке в подобном транспорте. На лошадях, кстати, ему доводилось не только кататься, но и в походы ходить. Однако верхом. И на очень спокойных… экземплярах. В сопровождении гида. А вот чтобы так…

— Значит, ничего не помнишь, да? — негромко спросила минут через двадцать Анна.

Молодой человек обернулся к ней, внимательно всмотревшись в глубину темных глаз, и медленно покачал головой.

— Ни-че-го, — медленно произнес он.

Кажется, кто-то все-таки догадался ознакомиться с его диагнозом. Скорее всего, это было не так сложно сделать. К Илоне с такими вопросами подкатывать бесполезно. Она не расколется. Особенно после сцены во дворике. А вот к прима-целителю, да с подарочком соответствующим, можно было бы и обратиться попробовать. Хотя, скорее всего, все еще проще: за небольшой «прогрев» какая-нибудь медсестричка расскажет не меньше лечащего специалиста. Особенно, если имеет доступ к карте. А Буровин сильно сомневался, что его история болезни хранится в сейфе за семью замками.

— Почему молчал⁈ — опять вспыхнула черновласка.

— Милая, а тебе кто-нибудь говорил, что в гневе ты прекрасна! — тут же отбрил Влад, нагло усмехнувшись.

Ожидаемо, девушка сбилась. Разрыв шаблона. Она еще со старыми лекалами подходит к диалогу.

— Да ты совсем⁈ — начала было Анечка разворачиваясь к парню всем телом и подаваясь вперед.

Отчего-то она была уверена, что таким маневром заставит его вжаться в сиденье и вообще примолкнуть.

Однако Буровин столь же резко подался навстречу. Да еще и рукой прихватил ее за талию так крепко, что ее грудь уперлась в его, а лица оказались на расстоянии всего лишь пары сантиметров друг от друга.

Не без некоторого злорадного удовольствия парень ощутил, как напряглись мышцы крепенькой, но от того не менее ладной спинки черновласки. Дыхание ее дало сбой.

«Ох и вряд ли она тут же прониклась неземной любовью ко мне!» — оценил парень, старательно затягивая приятный ему лично момент. Гораздо большую ставку он бы сделал на гнев. Злой блеск глаз Анечки был виден невооружённым взглядом.

— Да, совсем, — выдохнул он, чувствуя как взрывается гормональная бомба в его организме от ощущения упирающегося в его тело бюста.

Теперь уже девочка замерла кроликом. Но это только на миг. Затишье перед бурей. Или даже взрывом, что реальнее.

— Я… — начала было она.

Однако так фразы и не закончила.

— Не дразни меня, — выдохнул парень с трудом подавив в себе желание впиться в губы своей «жертвы» поцелуем. — В следующий раз могу и не сдержаться… Поняла⁈

Анна кивнула. Довольно резко. Если бы не реакция Буровина, то столкнуться бы им в тот миг не только мнениями, но и лбами. Однако парень, вполне резонно предположив, что при столь живом-то характере девушки может запросто получить лбом в переносицу, успел предотвратить… столкновение.

— Ну вот и ладушки… — сообщил он с великой неохотой отпуская черновласку.

«И долго так⁈», — в ужасе взвыл он мысленно, представив, что будет так бросаться на КАЖДУЮ симпатичную деваху. А ведь это Петербург. Тут их попросту не счесть.

Кажется, стоило задуматься, как именно снять излишнее напряжение.

«А, впрочем, почему бы и нет?» — улыбнулся парень своим мыслям и на полном серьезе спросил:

— Ань, скажи, а ты бордель какой хороший знаешь? — поинтересовался он без всяких обиняков.

Бесценно!

Такого набора реакций он не ожидал! Девушка отшатнулась от него как от прокаженного. При этом лицо ее выражало такое потрясение, будто это он ее отправить в столь злачные места собирался. А сама она буквально задохнулась от возмущения.

— Да тыыы… — протянула она и тут же смолкла, подбирая слова. — Тыыыы…

— А пальцем тыкать не вежливо, — равнодушно ответил парень, не без удовольствия наблюдая за тем, как пытается прийти в себя его спасительница.

Он, конечно, ей благодарен был. Но пора выстраивать новые отношения. И чем быстрее его собеседница поймет, что по-старому уже не будет, тем лучше. Вот он и выбивал из нее всяческие стереотипы!

Ну и веселился заодно. Куда ж без этого?

— Да как ты смеешь⁈ — наконец определилась она с формулировкой.

Однако уточнять, что именно смеет молодой человек.

— Ну уж извини, — насмешливо развел он руками. — Кто-то должен полечь на этом поле битвы. Так что либо ты, либо они!

— ОНИ?!! — буквально взвыла черновласка. — Ну ты… извращенец!

«Не слышу возражений по поводу „ты“.» — отметил про себя наглец.

— Неа, — вновь возразил Буровин рассудительно. — Я имею на это полное биологическое право. Ну а если это не нравится тебе, то… моя ли в том печаль?

На это возразить девушке было нечего. И она потянулась за пазуху.

— Стоять!

Рука парня автоматически рванула на перехват!

— Оп! — воскликнул ванька, попав в кочку.

Коляска подпрыгнула, и вместо запястья ладонь молодого человека угодила… удачно угодила, в общем!

И убирать он ее не спешил!

— Извращенец! — отмахнулась той самой рукой, что пытался перехватить парень, Анечка.

Пальцы ее сжимали белоснежный платок.

«Сама виновата!», — решил Буровин. Девушка ведь туда же примерно и револьвер свой схоронила.

А уж с кочкой как получилось… Ну тут-то он совсем не виноват! Да и вообще… ему понравилось!

— Не рекомендую. — холодно сообщил молодой человек.

Девушка была в бешенстве. По его ощущениям, до попытки вцепиться коготками вострыми в его лицо осталось совсем чуть-чуть. Не хотелось бы!

— Еще раз… — начала она.

— Да-да-да, — скучным голосом продолжил воспитательный процесс Буровин. — И что?

— Я тебя!.. — предприняла еще одну попытку продемонстрировать кто тут власть черновласка.

— Могу избавить тебя от своего общества хоть сейчас, хочешь?

Вроде и слова вежливые, но взгляд жесткий, да и тон тот еще.

Девушка несколько секунд всматривалась в глаза своего «подопечного».

— Нет, не хочу… — помотала она головой для верности.

— Тогда нечего тут сыпать угрозами, которые не сможешь осуществить! — Потребовал он.

Девушка пригорюнилась. Кажется, начала понимать, что ничего «просто» у нее не получится. А процесс «боевого слаживания» может очень даже затянуться.

— Выход у нас с тобой один, — констатировал Буровин. — Договариваться. Если не сможем, то и смысла все остальное не имеет. Ясно?

— Но ты должен!.. — попыталась было воззвать к его разуму девушка.

— Ни хрена, — спокойно отбрил парень. — МОИХ «кредиторов» в этом мире очень мало. И да, я готов тебе ЛИЧНО оказать услугу за спасение. Но все остальные, кто считает, что я им чего-то там должен могут смело шагать колоннами по четыре штуки в ряд по направлению к рассвету. А я умываю руки!

— И куда ты пойдешь? — поинтересовалась негромко Анна.

Насмешки в ее голосе не было. Чистый интерес. Кажется, она начала привыкать к резким перепадам эмоций в присутствии молодого человека.

— Найду, — вполне серьезно ответил тот.

А что? Некоторая сумма наличностью у него имелась. Если не шиковать, то месяца на три растянуть вполне можно даже с учетом съема жилья. А уж за это время он что-нибудь придумает. В конце концов, «затеряться» без документов, но в молодом и здоровом теле после того, как ты уже готовился попрощаться с «активной фазой» жизни — тоже неплохой вариант.

Ну кто сказал, что он, подобно героям жанровых произведений из серии «наши — там» обязан заниматься каким-то там достигаторством и прочим Можно же и просто жить, верно? Отбросить от себя все эти разборки, прервать связь с родственниками, которым он на хрен не нужен и просто наслаждаться молодостью, здоровьем и силами.

Ну вот не испытывал Буровин никакого желания изобретать автомат Калашникова и пробиваться с песнями Высоцкого на ковер к Сталину. Ой, это уже из другой оперы, верно?

Когда-нибудь, конечно, нужно будет остепениться, но и тут молодой человек с весьма интересным ныне жизненным опытом, вполне полагался на «совет» Остапа Бендера.

— Но как же… Документы? Деньги?

«Остапа» в ответ на это понесло:

— «При современном развитии печатного дела на Западе напечатать советский паспорт — это такой пустяк, что об этом смешно говорить… Один мой знакомый доходил до того, что печатал даже доллары. А вы знаете, как трудно подделать американские доллары? Там бумага с такими, знаете, разноцветными волосками. Нужно большое знание техники.».

— Какой… советский? Почему доллары? — сбилась с мысли девушка, не в силах сразу принять мудрость Ильфа и Петрова. — Что ты с ними делать будешь?

«Ну никакого ассоциативного мышления!», — расстроился Владимир, вздохнув. Впрочем, за такую фигурку он готов был ей «простить» многое. Да и денек у девушки выдался тот еще. А он тут со своими загадками…

— Ты глубже смотри, — посоветовал парень, уходя от ответа. — В суть.

* * *

— Кто это⁈ — выдохнула Анечка, приваливаясь к дверному косяку.

Они покинули пролетку за два квартала до временного пристанища девушки. Жила она в доме довольно старой постройки. Но и ветхим он не выглядел. Напротив, уже при взгляде на ухоженные газоны перед парадными можно было сказать, что за домом следили и содержали его в образцовом порядке. Да и внутри гостя встречали чистота, ковровые дорожки и растения в кадках. За ними тоже явно ухаживали с любовью и тщанием.

А вот в самой квартире царил хаос и разруха! И, судя по реакции Анечки, можно было четко сказать: картина явно не соответствовала той, что была до ее ухода.

— Фиговая ты хозяйка, — констатировал Влад, оглядываясь.

Спутница на его реплику внимания не обратила.

— Как это⁈ — повторила она.

Буровин предложил бы даме попить. Но вот графин разлетелся осколками по всей гостиной. «Стоит ли предлагать девушке воду из-под крана?», — задумался было он, но тут же пришел к выводу, что предложить-то можно. Вот только вряд ли он найдет хоть один целый стакан или чашку. Некто старательно колошматил все вокруг, сея хаос и беспорядок.

Особенно досталась двум кожаным и явно недешевым некогда саквояжам.

— Да что ж эти твари⁈..

Девушка ругалась. Долго. Не слишком умело. Но зато от души.

Буровин же тем временем прошел вперед, похрустывая подошвами по осколкам и обломкам на полу!

— Что же искали?.. — беспомощно выдала его спутница, явно пребывая в легкой прострации.

От ее прошлой решительности не осталось и следа.

«Ничего!» — мог бы ответить Владимир. Принять вот ЭТО ВОТ за обыск может лишь тот, кто ничего не понимает в этом тонком искусстве. Скорее похоже на демонстративную попытку припугнуть.

Вот только вслух он мысли излагать не стал. По старой привычке. Да и девочке пока не до того. Она отсутствующим взглядом осматривала разгромленное помещение, пытаясь понять «за что же ей все это».

«Шок.», — оценил парень.

— Придется выводить, — негромко, но вполне ясно буркнул он.

Барышня на его слова не отреагировала никак, все так же уставившись на один из своих саквояжей пустым взглядом. Ну что ж…

«Шок требует терапии. Шоковой!», — решил он.

Приняв решение, Владимир сделал три шага к тому самому саквояжу. Нагнувшись, он достал примеченный им «лоскуток» кружевной ткани.

«А мне нравится этот мир!» — решил он, оценив фасон. Да и на Аню кинул взгляд такой. Заинтересованный.

— Грязная малышкааа… — Протянул он как можно похабнее, меж двумя большими пальцами рук растянув предмет нижнего белья девушки.

Той понадобилась всего секунда, чтобы осознать, что именно она видит! Еще пара на то, чтобы сменить колер лица на красный. На пятом мгновении она без объявления войны разъяренной медведицей рванула вперед.

— Дай! — резким злым движением она выхватила собственные трусики из рук Буровина. — Как ты смел!

Черновласка ударила всерьез. Без дураков. Но и без мыслей. Никакого плана и тактики. Просто выплеснула злость на волю. «Путь любви» вновь не подвел — спас парня от увечий!

— Тихо-тихо! — шепнул он ей на ушко, обхватив руками так, что она и шевелилась с трудом.

Все-таки, айкидо очень интересная штука… Как бы ему сейчас действовать, не забрось он в свое время бокс ради более мягкой физической нагрузки?

— Все, успокойся, — попросил Влад. — Больше не буду. Но мне нужно было, чтобы ты успокоилась… Все? Отпускаю?

— Пусти! — рыкнула Аня, дернувшись.

Буровин слегка разжал объятия… и тут же едва уклонился от удара локтем в лицо!

«Вечер перестает быть томным!», — решил он, прикидывая как именно подступиться к «агрессивным переговорам» с уже вырвавшейся на оперативный простор девицей.

Глава 7

— Так ты мне дашь? — серьезно поинтересовался Влад, требовательно протягивая руку в сторону девушки.

Так слегка подалась назад. Видимо, раньше молодой Буровин столь явного интереса к этому вопросу не проявлял. По крайней мере, столь настойчиво.

— Ты… уверен? — негромко уточнила Анечка.

— Кое-кто мне тут совсем недавно про доверие рассказывал, — спокойно пожал в ответ на ее вопрос парень. — Вот и продемонстрируй!

Девушка слегка замялась, окидывая взглядом кухню, на которой они-таки смогли расчистить небольшое пространство и даже найти пару чашек, чтобы заварить чай.

И да, крыть было нечем. Она, слегка растерянная столь варварским обращением с ее временным пристанищем, действительно предложила временно отложить конфронтацию и вместе подумать, что именно происходит.

Со вторым пунктом парень согласился сразу же. Ему как воздух были необходимы источники информации. А вот насчет первого посомневался. Однако, получив заверения, что больше его никто «прогнуть» пытаться не будет, он согласился на перемирие. До прояснения ситуации.

Ну и заодно предложил продемонстрировать тот самый уровень доверия, с упоминания которого девушка и начала свое предложение.

И вот тут случился затык. Как-то черновласка не ожидала, что собственные слова придется доказывать ТАКИМ образом.

— Хорошо, черт с тобой! — выдохнула она и запустила руку себе под аккуратный пиджачок.

Улыбкой Владимир поддержал ее решение.

— Держи, — все еще с неким сомнением в голосе предложила она.

— Эх, кто ж вас так учит? — покачал головой Буровин. — Оружие передается из рук в руки исключительно разряженным и… эй, женщина, не делай так больше!

Анечка удивленно застыла, вскинув свои бровки в удивлении. Пришлось парню самостоятельно мягко отвести ствол с револьвером от себя.

«Похоже, в этом мире с оружейной культурой все несколько иначе. Во всяком случае, правило не наводить оружия на другого человека, если не собрался стрелять, девочке незнакомо!», — отметил про себя Буровин.

— Что не так опять? — начала было девушка.

Она явно не хотела нарушать пока еще зыбкое соглашение, но не понимала, чем именно заслужила столь резкую реакцию.

— Просто не наводи его на меня никогда, пожалуйста, — твердо попросил парень, аккуратно освобождая из цепких пальчиков оружие.

— Но ведь…

— Я знаю, — вздохнул парень. — На курке пальца не было, а боек не дотянется до патрона без нажатия курка даже если упадет на него…

По крайней мере, Владимир очень надеялся, что местное изделие отличается от изобретения братьев Наган его мира лишь непривычным колером.

Девушка кивнула, подтверждая мысли собеседника.

— Просто, пожалуйста… не делай.

Колчакову в своей жизни стрелять приходилось много. Даже чуток «практикой» позанимался. Но чаще все же в тире. В свое удовольствие, не на результат.

И нет, все эти походы в тир вовсе не были попыткой сделать из себя городскую «рэмбу». Просто когда-то он, еще по молодости (колчаковской!), отстреляв в воздух магазин из «макарова» на свадьбе чеченского друга, вдруг осознал, какой это великий антистресс! Не испытывал он таких эмоций не во время службы, хотя и «горячих» ему побывать довелось (там он чаще в руках держал не автомат, а саперный щуп), пусть и не в самом пекле, ни во время соревнований по «практике» или стендовой стрельбе. А вот взять сотню-другую патронов и со вкусом расстрелять ее на рубеже, не слишком заботясь о результате — то да!

— Хм! — хмыкнул парень, рассматривая оружие.

Да, система один в один. Все тоже самое. Уж он-то в этом разбирался. Хобби, чтоб его. Плюс образование инженерное. Его и в армию тогда прямо с завода, где вот такие вот револьверчики в свое время производились, и забрали. Правда, задолго до его прихода, но все же.

Откинув дверцу барабана, Владимир ногтем подцепил обычный на вид патрон, вытряхнув его себе на ладонь.

Явно не новодел. Отчего-то сразу создавалось впечатление, что он произведен был не одно десятилетие назад. Да и впечатление создавалось вполне явное, что никакой фабричностью здесь и не пахнет. Штучное производство. Соответственно, вместо клейма завода-изготовителя только печать какого-то мастера.

— Аккуратнее, пожалуйста! — тут же взмолилась собеседница.

— А что с ним будет? — удивленно поинтересовался Буровин, поднимая взгляд.

Девушка чуть смущенно пожала плечиками.

— Не знаю, — честно призналась она. — Но и проверять не хочу. Просто это очень дорого!

— И сколько такая штучка стоит? — поинтересовался парень.

— Тысячу, не меньше, — тут же откликнулась владелица «машинки». — Штучное производство. Тут порох используется самый настоящий! А воспламенение капсюлем.

«Тааак!» — про себя протянул парень, сноровисто подцепляя ногтем по одному патрону из барабана.

Привычным ему оказался еще один. В соседней каморе. Все остальные напоминали какой-то обработанный… Да хрен его поймет. Камень, что ли? Оттенка он был красноватого. А разделения на пулю и непосредственно патрон он как-то не заметил.

— И что это? — поинтересовался Буровин, демонстрируя странную для себя находку.

Вот тут уж Анечка глазоньки-то распахнула. Во всю ширь! Ее и так шокировала сноровка, с какой «никчемный Вовчик», как она его порой называла (и не только за глаза!), сноровисто разбирался с одним из десятка револьверов (собранных предками ещё в те времена, когда численность рода исчислялась сотнями человек), что обычно хранились в семейном арсенале. Однако спокойно рассматривать уникальный пороховой патрон и при этом демонстрировать такое удивление при знакомстве с обычным макр-снарядом… Это необычно!

Парень реакцию отметил. Даже слегка напрягся. Однако черновласка вовремя вспомнила про его «тут помню, тут не помню» и приготовилась к разговору о разнице в боезапасах.

— А этот сколько стоит? — поинтересовался он, демонстрируя макр.

— Рубль, — уверенно сообщила деваха.

— А зачем тебе выдали такие дорогие патроны? — поинтересовался Буровин, на ладони которого лежали уже оба экземпляра.

Девушка задумалась. Кажется, этот вопрос ей в голову еще не приходил.

«Тааак…», — оценил «новость» молодой человек.

— А как часто их вообще выдают?

Красотка Анечка призадумалась еще пуще.

— Какое тебе дело⁈ — вспыхнула она, поняв, что в этом разговоре ведет уже не она, а вовсе даже ее.

— До-ве-ри-е, — по слогам повторил Владимир то самое слово, которое черновласка и сама выдала аж трижды, убеждая его временно закопать топор войны.

Забавный был у нее вид. Словно у какающего котика. Грустный и в чем-то виноватый.

— Я не знаю, — сообщила она. — Я — защитник рода. Один из последних, после того как Гаврила погиб вместе с твоим отцом. Я…

— Это твое первое задание, — констатировал Буровин.

Без издевки. Просто отмечая про себя. Зато становился понятен непомерный апломб Анечки при «первой» их встрече. Она типа уже крутой профессионал, которому поручили привести недоросля домой на разбор полетов.

— Я была лучшей на курсе! — выпалила та.

— Ага, я понял, — согласился молодой человек, и вернулся к изучению патронов.

Ответную волну возмущения он пропустил мимо ушей.

— Так, стоп, — прервал он собеседницу через десяток секунд. — По делу. Какое задание тебе дали?

Все оказалось довольно просто. «Дед Афоня» отправил недоросля в академию Петербурга, чтобы тот не ума-разума набрался, а, во-первых, принял юридическое главенство родом и, во-вторых, попробовал (во что никто не верил!) связаться с духом-первопредком с изнанки. Тот не отвечал уже много лет… Да никто и не надеялся. Ну и магический потенциал источника стоило бы определить. Раз уж перстня формальный претендент на наследство не имел, то проверить возможный уровень магического дара можно было в учебном заведении. Вдруг бы хотя бы единичка да «сыскалась». А двоечка — так и вообще хорошо! К делу пристроить можно будет.

Задача Анечки была простой: сопроводить, проследить, попку подтереть по необходимости. Однако прошлый владелец тела буквально вывел ее из себя своими сальными взглядами и даже предложением материального вознаграждения за ее «лингвистические» способности. Проще говоря, предложил ей поработать язычком и ротиком. Анечка и сама не знала, что ее взбесило: само предложение или сумма, в которую оценили ее «услуги».

А потом ее подопечный просто пропал. И сыскался лишь через несколько дней в госпитале. Она нашла бы и раньше, но парень в первые дни страдал «амнезией». Следовательно и имени своего назвать целителям не смог. Так что в газеты заметка о нем попала только после визита «одинаковых с лица».

— Прекрасно, — констатировал я. — Больше никого не нашлось?

Девушка вспыхнула. Но никто ее профессиональные способности принижать не собирался. Просто уточнил.

Кажется, она и сама поняла это через несколько мгновений. Так что ответило.

— У рода Буровиных оставалось три защитника, — признала она. — Гаврила погиб, а дед Тарас уже в возрасте.

Несколько секунд парень размышлял, после чего выдохнул:

— Ну, хорошо, тогда к вопросам.

Девушка приподняла бровку.

— У меня потеря памяти, — терпеливо напомнил тот.

Девушка бровку вернула на место.

— Итак, что такое изнанка?

Анечка задумалась. Кажется, парень спросил о чем-то общеизвестном. Примерно как «Что такое воздух?».

— Это иные миры, — наконец выдала она. — Они… Я изучала, но уже давно. Так что точного определения не дам. Я не маг, так что мне там делать нечего. Знаю, что это — слои реальности. От нулевого до известного седьмого. Попасть в них можно через стационарные порталы. Там же находятся учебные заведениях для одаренных, колонии и исследовательские базы. Считается, что уровней всего семь. И чем «глубже» погружается маг, тем сильнее его способности. Однако там и своих обитателей хватает. И чем «глубже», тем более кровожадные и хитрые твари там водятся. Иногда случаются прорывы в наше реальность. Мне доводилось видеть последствия… Страшно! Обычно их закрывают ценой большого количества жертв. Зачастую среди гражданских. Но бывают и случаи, когда удается ликвидировать прорыв без серьезных последствий.

«Изнанка… Мир наизнанку…» — оценил новости Владимир.

— Массаракш, — выругался он вслух. — Ладно, оставим пока это.

Сейчас выжить не поможет. Так что нечего голову забивать.

— Что за дух-первопредок? — решил сменить тему он.

Не в первый раз уже при нем упоминают подобное… божество? Причем каждый раз говорят о нем, как о факте имеющем самосознание и способном влиять на мир.

Анечка посмотрела на молодого человека как на идиота. И даже с ужасом каким-то. Суеверным. Но, видимо, решила, что с людьми больными на всю голову нужно во всем соглашаться.

— Первопредок — покровитель рода. Источник его способностей. Не магии, а именно личных умений. Он награждает достойных, но может и отобрать свои дары, если решит, что род перестал быть достойным его благословения.

Буровин прикрыл глаза и выдохнул:

— Скажи-ка мне, красавица, а у Буровиных тотем не здоровенный ли такой потапыч? — поинтересовался он, отчего-то чувствуя себя полным идиотом.

У девушки был такой вид, словно при ней только что совершили святотатство. Кажется, Влад не слишком уважительно отнесся к покровителю рода.

— Придурок! — констатировала она. — Имей уважение! Да, наш тотем Великий Бурый Медведь, попирающий своей могучей лапой…

— Ой, мляяя… — протянул парень, припоминая, что именно наговорил этому самому божеству в своем «сне».

Анечка изменилась в лице. Ее губы перекосило:

— Ты… Ты же не?…

— Ага, — твердо кивнул Буровин.

Про патроны и перстень, о которых он хотел узнать чуть подробнее, парень так спросить и не успел. У него другие проблемы появились. Кажется, он совсем недавно плюнул в кашу самому настоящему божеству!

* * *

— Может, не надо? — как-то нервно осмотрелась по сторонам черновласка.

«Защитница, мля!» — оценил парень бравый вид своей спутницы.

— Надо, Аня, надо! — как можно ровнее произнес он.

Хотя хотелось сказать чего-нибудь другое. Куда более резкое.

— А если? — попыталась еще раз та, тоскливым взглядом обведя разгромленное жилье.

— Не «если», — оборвал парень, снаряжая барабан обратно в том же порядке, каком и принял оружие от девахи. — Хотели бы нам навредить — дождались бы да и вся недолга. А так только пугают.

Девушку это убедило не слишком.

— Но вдруг?.. — попробовала она еще раз.

Парень защелкнул дверцу барабана.

— Не «вдруг», — отрезал он, кладя револьвер на столешницу перед девушкой.

В руки передавать не стал.

— Кто сунется — стреляй.

Это только для вящей бодрости такое заявление. Он сильно сомневался, что их кто-нибудь побеспокоит.

— А ты что делать собрался? — спросила Анечка, наблюдая за тем, как парень очищает себе краешек дивана.

— У меня важный разговор, — только ответил тот и принялся выравнивать дыхание, привычно избавляя голову от мыслей.

* * *

«Я совершенно спокоен»

Тело юноши привычно расслабилось. Конечно, аутогенной тренировкой он занимался совсем в другом теле, но привычные формулы прекрасно работали и здесь.

«Тяжесть — тепло — расслабление»

Для того, чтобы погрузиться в привычный исцеляющий транс понадобилось не больше минуты.

И вновь перед внутренним взором Буровина возник образ той самой полянки. Вздохнув полной грудь непривычно пьянящий воздух, он сделал пару шагов вперед.

Хозяин уже ждал. Без всяких условностей. Медведь гордо восседал на пятой точке, рассматривая гостя сверху вниз.

«Ему бы еще лапы на груди скрестить!», — невольно отметил гость.

— Явился? — спросил он таким тоном, что Буровину захотелось ответить в стиле «Ну че, с*ки, не ждали⁈».

Однако вслух он этого не сказал. Пока. С большим трудом.

— Мог бы и уважение проявить! — нахмурился Хозяин Леса.

«Может, стоило бы его сначала заслужить⁈» — мелькнула раздраженная мысль в голове парня.

Глаза бурого удивленно расширились.

— Тяжело с вами, призванными! — буркнул он досадливо.

«О, как!» — отметил про себя молодой человек. Эта тема требовала дальнейшего изучения. Ох и вряд ли он случайно произнес это слово во множественном числе.

— Другие вы! — продолжил натурально ворчать как старый дед Медведь.

Как бы странно это ни звучало с его трубным рыком.

— Уважения нет, страха — тоже, почтения, опять же никакого, — продолжил «жаловаться на жизнь» Зверь. — И что с тобой таким делать?

— Договариваться. — Сообщил парень как само собой разумеющееся.

В общем, он только за тем и пришел, чтобы произнести это самое слово. Буровин в своей жизни (прошлой!) слишком много самых разных переговоров провел, так что наивных надежд не питал. Сильно сомневался, что сегодня удастся договориться. Возможно, и не через десять «встреч». Но позициями они обменялись.

— Я призвал тебя, чтобы ты древний род Буровиных поднял, — сообщил Медведь.

Молодой человек так и не понял, то ли Зверь к нему обращается, то ли сам себе на жизнь жалуется.

— Хотел героя, а…

— Получилось как всегда! — негромко голос подал парень.

Нет, это определенно место влияло на него. Скрыть здесь что-то было очень сложно. Особенно свое отношение к собеседнику.

— Да все твои предки ниц падали, стоило им увидеть меня! — взревел огромный Медведь, взмывая на задние лапы.

Трубному рыку вторили раскаты грома. Небо над полянкой мгновенно затянуло тяжелыми грозовыми тучами, какие нередко свинцовыми называют.

— Ну и куда их это привело⁈ — отчего-то завелся Буровин в ответ.

Хотя до этого мига он планировал сохранять спокойствие и душевное равновесие в переговорах. Однако сама суть этого места требовала честного ответа:

— Род почти вымер, дед такого натворил, что ты его лично покровительства лишил, а дальняя родня настолько слаба, что тебе и знаться с ними зазорно! Кто и сколько лет назад из славного рода Буровиных был здесь⁈

Медведь замер. Как был. Вытянувшись в полный рост и поднявший лапы вверх.

— Так что ты, косолапый, уж реши: либо тебе в ножки кланяются, либо род поднимают!

Бум!

Медведь вновь рухнул на свой мохнатый зад.

— Смелый. Дурак. Но смелый, — констатировал он. — Ну что ж, я дарую тебе власть и благословение свое на возрождение…

— Стоп! — перебил Хозяина Влад, поднимая руку.

Он свято чтил первое правило переговоров: всегда четко знай, какой результат тебя устроит. Иначе, как сказал кто-то из великих, если ты не знаешь в какую гавань хочешь прийти, то ни один ветер не будет для тебя попутным! Или что-то вроде того!

Медведь замер с открытым ртом. Отчего-то Буровин каким-то шестым чувством понял, что тот был действительно поражен.

— Когда именно я дал согласие что-то там восстанавливать?

— Возрождать! — автоматически поправил местный обитатель.

— Да все едино! — заверил гость со вздохом.

Наступила пауза. Каждый думал о своем. Буровин так просто не мог «напиться» невероятной чистоты воздухом, а потому использовал каждую секунду, чтобы насладиться им сполна.

— Че ты хочешь? — голосом Коляшки с Привоза буркнул Зверь.

Отчего-то парень был уверен, что тотем его нового рода действительно озадачился. К такому его жизнь не готовила.

— Жить, — просто ответил парень. — И жить счастливо! И я все это сделаю самостоятельно. Мне не нужно многого: едой и кровом себя обеспечить я способен. Женщину себе найду и постараюсь насладиться каждым днем. Плохо что-ли?

Молчание Бурого в этот раз продолжалось минуты три. Все это время он неотрывно следил за своим собеседником. Тот наслаждался видами. Полянка и впрямь была исключительно красивой. Один ее вид наполнял сердце покоем и удовлетворением. Так и хотелось сказать: «Я-дома».

— Посмотри вокруг, — предложил он наконец.

Парень с удовольствием оглянулся. Здесь было так хорошо и спокойно… Знакомая эйфория вновь начала подбирать «ключики» к его сердцу.

— Даже если кто чужой окажется здесь, он никогда не сможет ощутить вот этого…

Зверь повел лапой, не став заканчивать свою мысль. Но молодому человеку этого и не требовалось.

— Это и есть связь с родом, — объяснил Хозяин Леса. — И с первопредком. Именно поэтому мой удар не выжег тебе нервную систему, а просто отправил обратно. На лицо мира.

Отложив для себя на будущее пару новых терминов, парень спросил:

— И что же? Теперь я должен по каждому слову твоему бросаться куда скажешь⁈

Медведь помолчал. Потупился слегка. Но не от стыда, а проигрывая в памяти какие-то свои не очень веселые мысли.

— Знаешь, почему этот твой Афанасий так хочет получить главенство в роду? — неожиданно поинтересовался он.

Собеседник только плечами подал. О мотивах людей, которых он даже не знал лично, судить было глупо и не рационально.

— Он изгнанник, — объяснил хозяин. — Да, он носит фамилию рода Буровиных, но его внутренняя связь прервана. Это чувство одиночества и пустоты буквально сводит его с ума. Вбил себе в голову, дурак старый, что если станет главой формально, то сможет меня заставить сменить гнев на милость.

Промолчал парень. Влезать еще и в эту историю ему не хотелось абсолютно. Себе бы сначала помочь да в глаза деда посмотреть, а уж затем решать, кто виноват и что делать.

— С такой дырой на душе жить непросто, — рыкнул Медведь, подаваясь вперед.

В этот раз у Буровина хватило сил не отстраниться.

— А ведь он слаб, — негромкий рокот голоса Хозяина, казалось, проникал в самое сердце. — Здесь не больше нескольких секунд мог продержаться. Что же будет с тобой?

Взрыв глухой тоски и невероятной душевной боли заставил Влада охнуть. Казалось, будто ничего в этом мире хорошего не осталось. А раз так, то и зачем вообще жить?

Кончилось все неожиданно. Буровин обнаружил себя лежащим лицом в траве. Из глаз текли слезы. То ли неимоверного горя, то ли облегчения от того, что все это кончилось.

— Сможешь так жить? — вкрадчиво поинтересовался Медведь. — Не несколько секунд, а всю оставшуюся жизнь? Эта боль не проходит и не умолкает… Она навсегда.

— А ты⁈ — зло выдавил сквозь собственные зубы гость. — Хочешь остаться тут один в надежде, что получится призвать еще одного «героя» или кто-то из Буровиных отрастит в себе яйца, чтобы возродить род… Я же знаю, что раньше этот лес весь принадлежал тебе.

Взмахом руки Влад очертил безбрежное пространство.

— А теперь все, что тебе осталось — эта полянка!

Откуда-то изнутри пришло понимание, что он прав. Это действительно так.

А еще отступил колыхнувшийся было после подобной демонстрации страх.

— Так кто кому больше нужен⁈

Последние слова Влад едва ли не прокричал.

— И что ты хочешь? — уже куда спокойнее рыкнул первопредок.

Начинался деловой разговор из серии «Сначала вы называете свою цену, а я свою. Затем мы оба смеемся и приступаем к серьезному разговору!».

Глава 8

— Вот этот хочу! — ткнул Буровин пальцем в один из макров.

Судя по подписи, это был «накопитель домашний средний». По сути, как парень понял, батарейка для всяческих бытовых приблуд, работающих не на электричестве и других традиционных (для него!) источниках энергии, а на магии.

Старик-продавец заулыбался, демонстрируя уже образовавшийся некомплект зубов. Кажется, покупателей у него тут было немного. Или молодые люди выглядели куда приличнее привычных ему посетителей.

— Хороший выбор, хороший, господин! — покивал головой он суетливо. — Сейчас принесу и упакую.

— Вы меня не поняли, уважаемый, — остановил Влад владельца небольшой лавки неподалеку от временного пристанища Анечки. — Я хочу именно этот!

Сомнение во взгляде местного хозяина мелькнуло столь стремительно, что заметить его было практически невозможно. Он мгновенно просчитал, стоит ли попытаться обмануть покупателей или ну его на фиг.

Результат размышлений вышел в пользу Буровина и его спутницы.

— Ваше благородие, — рассудительно произнес он. — На выставочный экземпляр не действует гарантия за исходом срока…

Внимательно выслушав продавца, парень кивнул:

— Я хочу этот, — повторил он решительно, присматриваясь к рисунку силовых линий макра.

Права была методист академии. Проснулась способность. Владимир увидел. На следующее же утро после своего разговора с Медведем. Он даже сразу не понял, что именно происходит. Просто при взгляде на один из макр-патронов Анечки он вдруг разглядел его внутреннюю… Парень не сразу подобрал слова для описания этого явления. Если выражаться чуть более поэтично, то ту самую суть. Энергетическую структуру, как изволила сформулировать Елена Юрьевна, отдавая ему папку с копией личного дела.

— Но… — попробовал было возразить владелец небольшой лавки.

— Молодой господин озвучил свое желание, — холодный голос Анечки, вид принявшей надменный и грозный, плетью стегнул по помещению.

Старичок вздрогнул, суетливо поправил чуть кривоватые очки и поспешно начал рыться в карманах растянутого шерстяного жилета цвета детской неожиданности.

На поиск ключей он потратил минуты две.

— Прекрасно, — задумчиво выдал Владимир, рассматривая покупку.

Он прекрасно видел, что изделие откровенно испорчено. Скорее всего, производственный брак. Потому-то оно и заняло место на полке в качестве выставочного образца. У макра был поврежден целый участок структуры. Можно было бы предположить, что этого изделия хватит ненадолго. Особенно при интенсивном использовании. Но в том была и суть.

— Зарядите до полного, — попросил он, возвращая покупку обратно старику.

Стоило тому только принять небольшой цилиндр макра, как Буровин начал шарить глазами по полкам. Небольшой, как его бы назвали в ином мире, универсальный магазин торговал… всяким. Так что поиск завершился очень даже быстро. Во всяком случае, когда владелец лавки вернулся обратно, он уже определился со следующей покупкой.

— Вот эта ложка. Из чего она? — ткнул молодой человек пальцем в соседнюю витрину.

— О, молодой человек, это серебро! — веско сообщил старичок, привычно поправляя очки. — Это дорог… Кхм!

— Что, простите? — холодно поинтересовалась Черновласка в своей непревзойденной манере заламывая бровь.

«Действительно, думать же надо!», — подивился подобной беспечности Буровин.

— Ппошу извинить, Ваше благородие! — тут же заголосил продавец.

Да, похоже, люди благородные в эту лавку захаживают не часто. Кое-кто, как минимум, подзабыл, к чему может привести такая вот неосторожность в словах. Это уже понимал даже молодой человек. Его спутница же выглядела так, будто вот-вот готова была карать направо и налево без всякого уважения к сединам.

Впрочем, стоило рассмотреть мужчину чуть внимательнее, и становилось понятно, что он не так уж и стар. Не старше Колчакова, во всяком случае, точно!

— Я долго буду ждать? — спокойно поинтересовался молодой человек.

Продавец метнулся к полке и буквально через миг вернулся вместе с той самой ложкой.

Буровин, примерившись, приложил ее к макру.

Он прекрасно видел, как серебро замкнуло место разрыва силовой линии, «оттянув» на себя небольшое количество энергии, слег «упрочив» таким образом повреждённый канал.

«Прекрасно! То есть, если добавить еще процентов десять к заряду, то структура сможет выдержать только при замыкании серебром истонченой силовой линии. Однако стоит убрать ложку и…» — парень улыбнулся своим мыслям.

— У вас есть леска? — поинтересовался он негромко, сложив свои будущие покупки перед продавцом.

— А вы на кого пойдете? — тут же оживился владелец.

Судя по заблестевшим глазкам, сам он рыбаком был знатным. Однако парню пришлось его разочаровать:

— Мне просто нужна леска. Тонкая.

— Такая подойдет? — с явным разочарованием уточнил продавец, положив на стол небольшой моток.

— Вполне, — кивнул Буровин. — А гвозди имеются?

Вот тут мужчина слегка растерялся.

— Нет, не завезли…

— А что есть? — не собирался сдаваться парень.

— Гайки где-то были, — последовал ответ.

— А болты к ним? — уже больше ради спортивного интереса поинтересовался Буровин.

— Нееет…

— Тогда давайте гайки! — махнул он рукой.

Получив небольшой холщовый мешочек с крепежом, он внимательно осмотрел одну.

«Ну… нормально!», — решил он, тут же объявляя свой вердикт.

— Берем.

— Что именно? — уточнил продавец.

— Все, — просто провел руками над отложенными товарами молодой человек. — Сколько с меня?

— Сто рублей, — как ни в чем не бывало сообщил владелец лавки.

«Вот ведь жук!» — отметил про себя молодой человек, вполне уверенный в том, что продавец в курсе, что продает именно бракованный накопитель. И дерет за него полную цену. Впрочем, потом он сможет сказать, что об отсутствии гарантии предупреждал и бла-бла-бла.

— Аня, рассчитайся! — кивнул Буровин прикидывая, что если потратит сейчас свои деньги, то у него останется всего около полутора сотен.

А это уже грустненько. Черновласке же выделили бюджет на «доставку». И пусть те, кто громил ее временную квартиру, две тысячи ассигнациями себе присвоили, но в банке, при предъявлении чека, ей моментально выдали еще столько же.

Девушка и ухом не повела. Она вообще вела себя очень… сдержано с того самого момента, как молодой человек открыл глаза после короткого рандеву с Медведем.

А уж каким взглядом она смотрела на перстень с изображением когтистой лапы, что совершенно незаметно буквально возник на пальце у парня.

В тот самый миг она примолкла и в беседах до самого утра больше не участвовала.

Первые слова он услышал от нее лишь поинтересовавшись, где можно купить макр. Срочно. Прямо сейчас. Любой.

Тогда-то она и рассказала про эту самую лавку. Сюда они зашли уже с сумками. Пора была возвращаться домой.

* * *

— Ты серьезно⁈

Анечка решение молодого человека не оспаривала. Просто уточнила, правильно ли она расслышала его слова.

«Эх, раньше с ней было интереснее!» — вздохнул про себя Буровин. И уж, во всяком случае, куда веселее!

До появления перстня на пальце его руки можно было хоть размяться в остроумии. Теперь же молодой человек прекрасно понимал, что постель с ним черновласка разделит. Стоит только изъявить желание. В форме приказа… И это лишало возможную близость всяческого очарования.

Равно как и ставило крест даже на гипотетической ее возможности.

— Да, серьезно, — подтвердил он.

Девушка задумалась, прикидывая расстояние.

— Нам в ту сторону, — наконец сообщила она, определившись заодно и с направлением.

— Далеко? — поинтересовался Владимир, делая первый шаг в указанном направлении.

— Минут за пятнадцать доберемся, — прикинула та.

— Не тяжело? — саквояжи молодые люди разделили поровну.

Тем более, что багаж Влада пропал. Судя по всему, в ту самую злосчастную ночь он был при нем. А фельдшеры кареты скорой помощи взять его с собой не догадались. Хотя, скорее, всего, он исчез куда раньше. Возможно, с тем самым человеком, который и выдернул нож из живота Буровина.

— Нет, справлюсь! — ровно произнесла девушка, явно намеревавшаяся стойко переносить все тяжести и лишения, что могут выпасть ей на службе новому господину.

Да-да, теперь она воспринимала таковым именно молодого человека. Ведь сам Медведь поставил точку в этом вопросе. С появлением перстня на пальце Буровина отпала и необходимость посещения юридической коллегии.

— Ясно, — еще раз вздохнул парень, жалея о потере той взбалмошной собеседницы — тогда ему спутница нравилась куда больше. — Тогда расскажи мне, для чего используются пороховые патроны?

Разу уж «душевного» разговора у него с черновлаской теперь не выйдет, то почему бы не вернуться к тем вопросам, ответов на которые он так и не получил.

Девушка же задумалась над ответом.

— Не знаю, Владимир, — наконец выдала она. — Они слишком редкие, чтобы иметь какое-то конкретное целевое назначение.

«Ну хорошо, что не „господин“ хотя бы» — про себя отметил парень. А то стоило ему вернуться с «переговоров», как девушку буквально подменили. Пришлось даже настоять на обращении по имени.

— Разве что магия такую пулю довольно плохо останавливает, — закончила мысль она.

— Не понял, — честно признался Буровин. — Разверни.

— В макре больше от магического мира, чем от физического, — объяснила Аня. — Поэтому стандартный заряд так хорош против тварей изнанки. Но и любая магическая защита его остановит либо ослабит. С пороховым же патроном все сложнее. Это просто разогнанный кусочек металла. Защита от чисто кинетического воздействия очень энергоемка. А потому постоянно ее не использует никто. То есть, теоретически…

— Оружие против магов и одаренных, — констатировал Буровин. — А они вообще легальны?

Черновласка пожала плечами.

— Я серьезно, — настоял он.

— Только для использования силовыми ведомствами империи по красному списку, — ровно произнесла собеседница.

Парень кивнул.

— Обязательно сообщи мне имя мастера, способного сработать такое… чудо.

— Так Пахом же! — удивилась та, но вовремя вспомнила об «амнезии». — Кузнец черновской. Его изделия военное министерство на корню скупает. Одна из главных статей дохода рода.

— Ань, — тут же нахмурился парень. — То есть, со мной в культурную столицу империи отправили защитницу, снабдив ее огнестрельным оружием и уникальным боезапасом. Пока все верно?

Девушка даже с шага сбилась на миг, но тут же догнала чуть притормозившего вслед за ней Владимира.

«Эх, молодость! Получила задание и понеслась исполнять сломе голову. А подумать перед тем как-то забыла!» — отметил про себя он.

— Мне нечего ответить на это, — ровно произнесла она.

Да и что тут скажешь? Если исходить из комплектования ее провожатой, то чертов дед явно предполагал неприятности в дороге. И серьезные. Вот только отправленного со внуком специалиста по безопасности он о них предупредить «забыл».

Просто прекрасно!

Но во всем можно было найти хорошие стороны. Например, здесь и сейчас молодым людям не пришлось ждать свой транспорт. Он появился практически сразу.

— Прошу, — пропустил даму вперед Буровин.

Та быстро поднялась на заднюю платформу и услужливый кондуктор в форменной ливрее с вежливым поклоном пропустили ее внутрь. Буровин же задержался слегка. Но ровно настолько, чтобы заплатить по рублю на каждого за контрольный билет.

Трамвай тронулся, едва контролер и водитель убедились, что оба пассажира небольшого салона (мест на восемь всего!) с удобством устроятся на вполне удобных сидениях.

* * *

— Почему так? — поинтересовалась девушка, задумчиво рассматривая медленно проплывающие за окнами городские пейзажи.

Скорости в этом мире были совсем не те, к каким привык Буровин в прошлой жизни.

— Скорость, — сообщил к ее удивлению молодой человек. — И обзор.

Молодому человеку очень не нравилась та легкость, с какой его постоянно находили… неприятности. В том или ином виде.

Трамвай же двигался явно быстрее человека, но медленнее даже пролетки, не говоря уже о редких (опять же по его «старым» воспоминаниям!) авто. То есть, чтобы проследить за ними теперь требуется либо бежать следом, либо снижать скорость любого другого транспортного средства. Это будет заметно.

— Владимир…

Молодой человек отвлекся от наблюдений. Девушка впервые обратилась к нему первой после той злосчастной медитации.

— Расскажи, — обращение на «ты» тоже было в списке его требований. — Какой он?

Буровин еще раз оглянулся. Ничего подозрительного не заметил. Да и по обеденному времени в салоне трамвая они были одни… Так почему бы и нет?

— Древний, мощный, усталый, одинокий… — начал он свой рассказ.

Анечка слушала распахнув глазки и приоткрыв ротик как ребенок, увлекшийся волшебный новогодней сказкой. И с каждым словом Владимир чувствовал, отголосок той самой эйфории, что впервые испытал на той самой полянке.

Взгляд его упал на перстень руки девушки. Средний палец левой кисти черновласки украшал перстень с таким же рисунком, как и у него самого. Только куда меньше и скромнее. Неудивительно, что он сразу внимания не обратил.

«Она верит!», — раздался в голове удовлетворенный рык.

Этот мир начал вспоминать Великого Бурого Медведя. Представители рода Буровиных постоянно упоминали его имя всуе. Но с каждым годом в их словах становилось все меньше веры, которая сменялась чисто утилитарным отношением к осколкам даров Хозяина. Многим казалось, что первопредок покинул их навсегда, хотя это они забыли заветы своего тотема.

Владимир говорил долго. Минут двадцать. С великим удовольствием он описывал ту полянку и ее Хозяина. С каждым его словом лицо девушки становилось все светлее.

Правда, он ничего не сказал об их договоренности. А все было просто: молодой человек принимал перстень и всю ответственность, что тот налагал на своего владельца, а Медведь обещал ему посильную помощь. Пока речь шла лишь о тактическом выживании «призванного». Тему же возрождения рода они оставили до следующего раза. Для начала Владу требовалось хотя бы понять с кем и чем ему предстоит иметь дело.

Однако и наделить его «мощей нагибаторской» Хозяин не смог. Слишком мало сил осталось, слишком мало последователей. Однако появление новых способностей все же обещал… Правда, разбираться как именно они проявятся в его конкретном случае молодому человеку предстояло самому.

— Ты… в порядке? — Буровину даже пришлось прервать свой рассказ, ведь по ставшему совсем детским личику черновласки потекли натуральные слезы.

— Да… да! — закивала та, тут же доставая платок и промокая влагу.

Несколько секунд ушло на то, чтобы привести себя в порядок.

— Ты не представляешь себе, что это значит для меня, — объяснила она.

Зато Медведь представлял. И Буровин буквально кожей ощущал, как тот был доволен.

— Так, Ань, соберись! — потребовал Владимир.

Пункт их назначения находился там же, где и в его «прошлом» мире.

— Пора готовиться.

Кстати, именно «заранее готовиться к выходу» не пришлось. Предупредительный кондуктор терпеливо дождался пока единственные пассажиры покинут трамвай и лишь затем, не забыв пожелать хорошего дня, дал отмашку водителю небольшим флажком.

Стоило им только «сойти на землю», как Анечка тут же вспомнила о своих обязанностях и подобралась. Таким макаром они и зашагали прямиком к зданию вокзала.

— Господин, госпожа! — остановил их спокойный голос.

Черновласка среагировала первой, резко развернувшись так, чтобы прикрыть молодого человека от возможной опасности.

«А у нее ствол на кармане! Да еще и с патронами запрещенными!», — охнул мысленно парень.

Лично с его точки зрения ситуация выглядела довольно хреново. Неподалеку виднелись еще несколько представителей закона. И попытайся сбежать молодые люди сейчас — наверняка коллеги сего товарища вмешаются.

— Городовой Матвеев, — козырнул тем временем полицейский. — Пожалуйста, пройдемте…

Глава 9

— Какие-то проблемы, городовой? — холодно поинтересовался Буровин, прикидывая маршруты отступления.

Они, кстати, не очень-то и вырисовывались. В том плане, что железнодорожный вокзал силами правопорядка охранялся очень даже неплохо. Да и сама схема расстановки постов была вполне толковой. Нет, если бы он был крутым спецназовцем в прошлой жизни — тогда да! Семерых одним ударом положил бы и ушел, оставив позади себя дымящиеся руины. Ну или, на худой конец, могли бы помочь навыки шпиона экстра-класса. Какой-нибудь Бонд или Борн наверняка бы придумал хитрый план и тихо свалил от неприятностей. Хотя… Народу на привокзальной площади было совсем немного. А быстроходный транспорт, на котором можно быстро скрыться, в этом мире отсутствует как класс. Пара автомобилей, конечно, стояли на площадке неподалеку. И оба имели обозначения таксомоторов, как выразилась Анечка. Но…

— Да, у нас проблемы, господин, — подтвердил Матвеев, слегка кивнув. — Приносим свои извинения, но центральный вход закрыт на реконструкцию. Прошу вас воспользоваться северным выходом. Пройдемте, я вас провожу.

Кивнул в ответ парень скорее от неожиданности. А городовой, казалось, только того и ждал. Тут же развернулся и зашагал в в сторону небольшого крылечка. Краем глаза Владимир успел отметить, что они вовсе не единственные, кого «сопровождают» к запасному входу. Обычно это были прилично одетые господа и дамы. Остальным же просто указывали верный путь. Кому с поклоном вежливым, а кому и небрежным взмахом руки.

«Сословное общество как оно есть!», — прикинул молодой человек. Впрочем, разве в его прошлом мире было иначе?

Анна следовала чуть позади. С тех пор, как на пальце Влада появился перстень, она постоянно старалась держаться чуть позади. Как правило, справа. Этим она словно подчеркивала его статус.

«Возможно, часть местного этикета!», — размышлял он. Но с расспросами не лез. Им предстоял пусть в двое суток только до столицы, а там еще трое до родовой вотчины. Времени наговориться будет вагон.

Тем более, сутки потребуется погулять по златоглавой. Буровину, кстати, было очень интересно, как сейчас выглядит столица без свечек небоскребов, огромных жилых комплексов и пробок.

— Прошу вас! — городовой даже дверь придержал, пропуская вперед молодых людей. — Счастливого вам пути!

Как ни старался молодой человек, но ни малейшего намека на интонацию «Скатертью дорожка!» так и не услышал. Напротив, в каждом слове сквозила вежливость и доброжелательность.

— И вам доброго дня, — только выдохнул парень в сторону уже практически закрывшейся за его спиной двери.

Все-таки до последнего момента он ожидал вопля «Хватай их! Ату!». Решив, что дело в пошаливающих нервишках, он только покачал головой. Стало ему вдруг интересно, а есть ли здесь психотерапевты. Однако, представив свой рассказ подобному специалисту, все же решил, чо местные мозгоправы к такому не готовы точно!

«А ведь неплохо было бы просто выговориться!», — нервно отметил про себя парень.

— Я куплю нам билеты, — негромко сообщила Анечка, осматриваясь.

— А? — Отвлекся от своих мыслей Влад, вновь обращая свое внимание на черновласку.

Она выглядела как всегда обворожительно. Пусть и чуть менее ярко, чем в первый день их знакомства: чуть темнее рубашка, менее броский макияж… да и пуговок расстегнутых сегодня насчитывалось чуть поменьше.

— Я подожду там, — кивнул молодой человек в сторону чудом оставшейся свободной лавочки на перроне.

Впрочем, уже через минуту он убедился, что лавочки свободны все! В отличие от привокзальной площади народу тут была тьма. Однако никто садиться не торопился. Да и парень ограничился тем, что расположил на лавочке недорогие саквояжи, которые они купили для его защитницы. Конечно, Владимир приобрел кое-что и для себя, но место в общем багаже его вещи занимали очень мало. Суетились пассажиры, солидно вышагивали железнодорожники, скучали сотрудники линейного отдела.

— Пирожки, горячая кукуруза, картошечка с собой! — надрывались торговцы.

Купить можно было так же папиросы, какую-то мелочевку и прессу.

К последней Буровин до сих пор относился с подсознательным страхом. И избегал. Ни к чему оно пока. До составления картины мира, так сказать. О том, куда он попал некоторое представление помогла составить умница Илона, проникшаяся судьбой и ситуацией парня.

— Скандал в благородном доме! — пронзительный ор мальчишки-газетчика заставил парня вздрогнуть. — Буторина и Ольденгбурский! Правда ли? Читайте на третьей странице!

«На фиг, на фиг!», — решил Буровин. Вот еще мозги себе забивать, когда он даже фамилию нынешнего императора вспоминал с трудом. Хотя была она звучной и благородной — Кречет. А вот имя-отчество память выдавать отказывалась напрочь. Впрочем, особо насиловать ее Владимир не стал.

А еще повезло, что здесь при посадке в поезд паспорт не требуют. А то где сейчас его главный документ гражданина империи? Вот до дома доберется — будет восстанавливать. А пока…

— Что ты делаешь,…⁈ — взвизгнула вернувшаяся с билетами Анечка, совершенно позабыв о том, что избрала для себя роль послушной слуги.

Судя по шевелению губ она прокомментировала свой же вопрос парой-тройкой экспрессивных междометий. Не в адрес парня, а вообще. В воздух. От избытка нахлынувших вдруг чувств. Судя по выражению лица, девица много чего интересного сказала. Но ее слова заглушил свист гудка отходящего от перрона паровоза.

«Ту-туууу!» — пожелал он удачи остающимся.

Парень, переждав свист, открыл было рот, чтобы уточнить причину недовольства черновласки, но не успел. Девушка качнулась на вперед, едва сохранив равновесие, а врубившийся в нее шкет лет шестнадцати, мигом выхватил из ее кармана кошелек и попытался рвануть… в сторону Буровина!

Тот прыгнул вперед, перехватывая юркого воришку за руку под аккомпанемент протяжного крика «Неееет!». Свою ошибку он осознал буквально через миг. Стоило ему оставить без присмотра саквояжи, как еще пара мальков схватили багаж, моментально скрывшись с ним в толпе.

— Пусти! — заверещал воришка, попытавшись сбросить руку Владимира.

Но сбросить медвежью хватку Буровина ему не удалось. Напротив, тот только сильнее сжал пальцы, заставив пацаненка взвизгнуть от боли. А тут и Анечка подоспела.

— Дай! — потребовала она, вырывая кошелек из рук мальчишки лет четырнадцати.

— По что сироту обижаете! — тут же заголосил тот, явно играя на публику.

Впрочем, окружающим было явно не до них. Более того, кажется подобная картина для местных была, как минимум, привычной. И понятной. Так что вокруг них моментально образовалось небольшое свободное пространство, а полицейские были слишком далеко и пока скандала попросту не замечали.

— Пусти, дядя! — заверещал мальчонка еще пуще с ужасом глядя на не такую уж великую ладонь Буровина.

— Да щаааас… — негромко выдохнул тот, в пару движений уложив свою «жертву» на землю и зафиксировав шею воришки коленом.

Лишь затем он оглянулся по сторонам. Пока на горизонте все было чисто. Но вот черновласка явно ждала неприятностей. Во всяком случае, озиралась она с явным беспокойством.

— Чего мальца мучаешь, дядь? — раздался наглый ломающийся голосок слева.

К ним приближался молодой парнишка лет двадцати в натянутой на глаза кепке таким образом, что был видны лишь сложившиеся в наглой уме губы, зажавшие спичку.

Миг, и вот их уже было шестеро. Наглые, самоуверенные, слегка потрепанные и совершенно не испытывающие страха перед необходимостью «замарать руки».

Парень счел их куда более опасными, чем шпану, подловившую его у академии.

— Так сумки пропали, кошелек вот выхватил, — объяснил Буровин, не делая никакой попытки отпустить мальца. — Вот, что делать думаю!

Естественно, его слова всем были по барабану. Но нужно же было с чего-то начать?

— Че, мля… — продолжил диалог заводила. — Где сумки, на⁈ Да и кошелька при нем не вижу.

Буровин чуть усилил нажим на заломленную конечность.

— Ай-ай-ай-ааааааа! — завопил воришка.

Отступить назад это его подельников не заставило. Но намерения свои Владимир продемонстрировал.

— Так вон он, — кивнул парень. — У девочки моей. Сейчас городового кликнем, отдадим ему воришку и кошелек. Как считаешь, они установят, брал ли его в руки этот дурачок или нет?

Меж пальцев главаря стальной рыбкой мелькнуло лезвие заточки.

Стороны обозначили свои позиции.

— Ты не балуй, дядь! — добродушно выдал «кепка», ухмыльнувшись еще шире. — Этого поломаешь — так мы твою кралю попишем!

Анечка бросила взгляд на парня. Тот еле заметно покачал головой. Зашибись идея махать стволом среди толпы. На фиг надо.

— Да не буду я его ломать, — пожал плечами Буровин. — Я его мундирам сдам. А он и уж им расскажет, где тебя найти. Там и потолкуем!

Главарь расхохотался. Громко, искренне. И правда, чего ему бояться? Полицейские далеко. Они успеют раствориться в толпе гораздо раньше, чем те прибудут на помощь.

— Во фанера, — наконец выдал он. — Реально цинкуешь, что заради одного «сладкого» они по «дну» шмонать будут⁈

— Думаю! — серьезно кивнул парень, выворачивая руку так, чтобы парню ясно был виден украшающий ее перстень.

Это… Произвело впечатление. Обычный боярич реально получил бы пику в бок и на этом все бы и закончилось. Но трогать родовитого из древней семьи… Да еще и мага… А ведь и первопредок, если поднапряжется, на предсмертном выхлопе немало проблем устроить может!

Последнее — сказка. Но мифы — штука такая живучая. Да и те, кто мог бы внести ясность в этот вопрос, с гораздо большим удовольствием поддерживали всяческие россказни.

— Ты… Вы… Это! — очень даже информативно начал за упокой главарь.

Правда, кончил-таки за здравие:

— Чо делать будем?

— Я хочу увидеть сумки там, где их взяли! — Начал перечислять свои требования Буровин, кивая в сторону лавки.

— Ща будет! — заверил шпаненок, умудряясь при этом каким-то образом сохранять лицо.

— И ты мне будешь должен! — закончил Владимир, убедившись, что «кепка» сделал какой-то знак в сторону толпы.

Оставалось лишь надеяться, что молодняк не накинется на них сейчас по принципу «все вдруг».

— Услугу, — хмуро буркнул тот. — Одну.

— Идет, — согласился парень. — Как найти?

— Ребро! — сквозь зубы отрекомендовался тот. — Спросите тут…

Он сделал пространный жест рукой.

— … Всякий покажет!

— Ты сказал, — констатировал молодой человек, разжимая пальцы и выпрямляясь во весь рост. — Я услышал.

Получивший свободу малек стартовал из положения лежа со скоростью уходящей с направляющих ракеты и мгновенно растворился в толпе.

А там и сумки принесли. Двое оборванцев аккуратно положили их где взяли.

— Да что же… — начала было Анечка. — Нет!

Но те уже поставили саквояжи и скрылись.

— Меня зовут Владимир Буровин, — представился молодой человек и добавил. — Я тебя найду.

Подобная идея «кепку» явно не вдохновила. Губы его скривились. Однако и возражать он не стал.

Сплюнул в сторону, да и был таков.

— Ну… как-то так, — оценил про себя ситуацию Влад, и тут же перевел взгляд на расстроенную черновласку. — Ну а ты чего возмущаешься?

Девушка только глаза закатила, снова забывая про свой образ невозмутимой защитницы.

— Скамееееейка… — простонала она. — Серьезно⁈

Буровин лишь плечами пожал. Особого греха он за собой не ощущал. Так что ответить на крик души спутницы ничего не мог.

Впрочем, Аня молчать долго не собиралась.

— Посмотри, что ты наделал! — Возмутилась она, приподнимая один из саквояжей.

На нем явственно виднелись темные безобразные пятна.

Парень перевел взгляд на маневровый паровоз, что вдалеке толкал куда-то сцепку из трех вагонов. Затем перевел взгляд на дым, валящий из его трубы и тяжело вздохнул.

Он понял, почему никто не садился на лавки. Здесь ВСЕ было покрыто таким слоем сажи, что стоило поставить саквояж хотя бы на миг, и его было уже не спасти!

Ну чего сейчас-то разоряться тогда? Он уже испортил все что можно до того. Да и чище они уже не станут. Чего зря нервы тратить?

— Ну… бывает! — Пожал плечами он.

— Да не у всех проходит!.. — едва слышно буркнула та, все-таки припоминая о новой субординации.

Парень, однако услышал. Однако, раз уж прозвучало тихо, решил оставить без внимания.

* * *

Какой бы ни был мир, какая бы вселенная не находилась под подошвами путешественника, но если есть перрон, то есть и желание постоять перед вагоном перед отправлением состава, словно бы настраиваясь на путешествие.

И молодые люди не стали исключением. Они лишь занесли багаж в местное купе и закрыли дверь на ключ, выданный предусмотрительной проводницей.

— Если б курил, обязательно бы задымил, — признался Буровин, едва они вновь вышли на воздух.

Анечка отчего-то выглядела еще более задумчивой, чем накануне вечером.

— Откуда в тебе все это? — поинтересовалась она негромко, явно игнорируя последние попытки своего спутника проникнуться духом культурной столицы перед пятидневным путешествием.

Владимиру отвечать на вопрос не хотелось. Если честно, ему вообще не особо хотелось говорить. Но сеять ростки недоверия в отношениях с единственным союзником (пусть и весьма своеобразным!) отчего-то не хотелось.

— Что ты имеешь ввиду? — поинтересовался он, наблюдая за компанией молодых людей, загружающихся в их вагон.

— Приемы странной борьбы, готовность к действию… Откуда? — уточнила свой вопрос девушка.

И что тут ответить?

— Меня чуть на тот свет не отправили, — пожал плечами парень, не отрывая взгляда от их будущих попутчиков. — Не помню я каким был раньше. Теперь буду таким.

Сумбурно, не слишком логично, но девушке вполне хватило.

— Не помнишь, значит, — повторила она негромко.

Владимир, все так же не оборачиваясь к ней только головой покачал.

— Интересная у нас компания ожидается, — прокомментировал он неожиданно для своей собеседницы.

— Нефтяники, — пожала плечами та.

Парень обернулся и вопросительно уставился на спутницу.

— Они сразу за мной билеты брали, — прокомментировала свою осведомленность та. — Я просто услышала их разговор. На заработки едут.

Выглядела черновласка весьма довольной собой. Мол, знай наших!

— Пошли! — Вздохнул парень, направляясь в сторону вагона.

Дышать свежим воздухом ему резко расхотелось.

Едва они зашли в купе, он сразу потребовал свои сегодняшние покупки.

— Зачем тебе сейчас? — подивилась такому всплеску мрачной активности Анечка.

Но так, для проформы. Уже доставая из-под нижней полки саквояж и радуя своего спутника видом туго обтянутой тонкой темной тканью крепкой попки.

— Держи, — протянула она макр, леску и ложку Буровину. — Может, расскажешь, что происходит?

Владимир только вздохнул, подивившись наблюдательности своего защитника.

Шестеро парней примерно одного возраста грузятся в вагон, покупая билеты прямо за ними. Нефтяники в первом классе? Ну… допустим. Примерно один возраст… Тоже возможно. Пусть будет одна бригада. Но вот практически одинаковые короткие уставные прически уже как-бы на что-то намекали. Но больше всего парня зацепила обувь. Одинаковые ботинки с высоким голенищем на шнуровке.

Много где пришлось шляться Буровину в прошлой жизни. И он был четко уверен, что единая обувь для нефтяников — это различные виды сапогов. Возможно, рабочие ботинки со вставкой на носке. Но никак не местный аналог берцев. Да еще и одинаковый для всех… Что-то это уже совсем близко к таким понятиям как «устав», «приказ» и «оружие».

Каков вывод?

— Приготовь оружие! — серьезно потребовал Владимир, сосредотачиваясь на макре.

В этот раз черновласка подчинилась без споров.

Глава 10

— Если коту делать нечего, он что делает? — негромко поинтересовался Буровин под успокаивающий перестук колес.

— Что? — переспросил «нефтяник» Андрей, отрываясь от шахматной доски.

Он явно был из тех, кто не привык рубить с плеча. Каждый ход свой их попутчик обдумывал досконально и… долго. Некоторых подобное поведение соперника во время партии раздражает. Однако молодой человек снисходительно относился к чужим «слабостям». Заранее прикинув примерные варианты, он сосредоточился на своем «дефективном» макре, то так, то этак прикидывая к нему ложку.

Что же касается выражения… похоже в этом мире его просто не существовало.

— Чистоту наводит, вот! — негромко ответил парень, примерно определившийся со взаимным расположением объектов.

Андрей нахмурился. Даже весельчак и балагур Николай отвлекся от очень вежливого и тактичного, а все ж таки «охмурения» Анечки.

Без какой-то надежды на результат. Просто такова уж натура была у человека.

— Не вижу связи, — наконец признал «нефтяник».

— И я не вижу, — согласился Владимир. — А она есть.

И каждый из них понял фразу по своему.

Например, Буровин до сих пор не мог понять кто же такие их соседи по вагону, умудрившиеся выкупить по купе с каждой стороны от них и еще одно возле входа в вагон. Парень в очередной раз перевел взгляд на руки Андрей. Крепок парень. Да и предплечье развитое слегка намекает на то, что молодой человек немало времени уделяет физическому самосовершенствованию. Не качок, нет. Атлет.

«Нефтяники» приперлись знакомиться в первый же вечер совместной поездки. Не все. Только двое. Как раз Андрей. Именно их до того момента можно было чаще всего встретить словно бы случайно в коридоре вагона. Остальные же предпочитали своих купе не покидать. Разве что для похода в туалет… Да и то по графику… Конспираторы, блин!

Анечка никакого гостеприимства проявить не поспешила.

— Прошу простить, — мило улыбнулась она тогда. — Однако мы уже собираемся отходить ко сну…

Довольно детское время в семь часов вечера ее не смущало ничуть.

— Но раз намечается прекрасная компания, — тут же мягко подхватил парень. — То с этим можно и повременить. Проходите, уважаемые!

Красавица-черновласка бровками хмуро поиграла, но спорить с новым главой рода не решилась. Или не стала.

Ход мыслей парня был просто и понятен: они оказались в кольце. Шесть человек. Полноценная группа захвата. Даже на станциях, стоило покинуть вагон ради возможности размять ноги, как кто-нибудь из добрых молодцев да оказывался рядом. Абсолютно случайно, естественно.

Аню это нервировало. Владимира же… Отчего-то успокаивало. Не чувствовал он от этих людей опасности.

Конечно, полагаться на такие эфемерные категории как «чую — не чую» — такое себе удовольствие. Однако с тех пор, как Медведь поделился частью способностей с молодым человеком, его доверие к собственной интуиции выросло кратно.

Молодые люди собеседниками оказались интересными. А потом Николай предложил принести шахматы.

Игра шла уже второй день.

— Ага! — обрадовался он, найдя устраивающее его решение. — А мы вот так, Ваше благородие!

Буровин в ответ только криво усмехнулся. Пока его сопернику долгое обдумывание выигрывать особо не помогало. Во всяком случае, три из четырех партий он довольно бездарно проиграл.

— Да как скажете, Николай, как скажете! — не отрывая взгляда от макра Буровин сделал ход конем, поставив соперника в очень неприятное положение.

«Вилкой» он умудрился поставить под удар одновременно ладью и ферзя. Теперь же парень с интересом ждал, какой выбор сделает его визави. Спасет «королеву» — мат через два хода. Если проявит благоразумие и выведет из-под удара «туру», то побегает еще сколько-то.

Собеседник в ответ на такой ход конем только крякнул. Не увидел он его заранее. Зевнул. О чем, спрашивается, все это время только думал?

— Анечка, леску передай, пожалуйста! — попросил Буровин, прекрасно поняв, что его собеседник вновь погрузился в свои мысли.

Девушка тут же вытащила из саквояжа требуемое и протянула молодому человеку.

— Это новый вид искусства? — поинтересовался Николай, наблюдая за тем, как Владимир привязывает ложку к цилиндрику макра. — Я, знаете ли, тоже не чужд прекрасного!

Влад только хмыкнул. Это их попутчик для черновласки старается. Впечатление производит. Кстати, ошибка. Если уж решил сблизиться с «объектами», то учитывай их личностные черты. Подкатывать к сексапильной «помощнице» восемнадцатилетнего парня — такой себе план. Даже в шутку. Даже столь деликатно. У него же чисто на гормонах обязан взыграть инстинкт «Мое!!!».

— Это каким? — невинно переспросил Буровин, тонко ухмыльнувшись. — Бокс англицкий? Сават франский аль борьба греческая?

Не удержался парень от тонкого троллинга. Больно уж характерными следами были украшены сбитые кулаки собеседника. Вот и проскочила мысль, что если тот искусствам и не чужд, то явно боевым!

Николай вздрогнул. Андрей оторвался от доски и вопросительно уставился на молодого человека. Тот невинно улыбался.

— А что это друзья ваши с нами не общаются? — решил еще чуток форсировать события Влад.

— Они устали, отдыхают! — ответил соперник по шахматной доске.

— Вы же на смену едете, верно? — поинтересовался Буровин, и тут же протянул. — Понимаааю…

«Все, этого хватит!», — решил молодой человек. Завуалированное предложение поговорить без обиняков он озвучил. Теперь решение за второй стороной.

— Вот и отсыпаются, — вздохнул Андрей, которого молодой человек определил как главного в их компании. — Когда еще придется?

— Вдруг война, а я уставший, — понимающе кивнул Влад, вновь возвращаясь к своему занятию.

«Ну на нет и суда нет!», — решил он.

— Ка-кая война? — слегка запнулся Николай, с удивлением взглянув на своего командира.

— Да не все ли равно какая, — отмахнулся Буровин. — Главное, что она.

В купе повисла тишина. Первым ее нарушил опять же молодой человек.

— Во сколько мы в Москву прибываем? — поинтересовался он, лишь бы сменить тему.

— В четыре пятнадцать, — на автомате откликнулся Андрей.

— А ближайшая остановка когда?

Повелитель черных фигур на нынешнем поле боя достал часы-луковицу из внутреннего кармана своего жилета.

— Через двадцать минут, — сообщил он. — Десять минут стоим.

— Отлично! — выдохнул парень.

Очень уж ему хотелось размять ноги.

* * *

— Хорошо! — выдохнул Владимир потягиваясь.

На улице по вечернему времени уже было прохладно. Однако легкая свежесть ощущалась скорее благом.

Да, ныне путешествовать им приходилось вовсе не в плацкарте «Владивосток — Москва» (у Буровина в бытность Колчаковым такой опыт был — удовольствие то еще!). Купе первого класса — это прекрасные кожаные полноразмерные диваны, замечательный стол и вообще очень уютная атмосфера каюты круизного сухопутного лайнера, отделанной дорогими сортами дерева. Однако на второй день размять ноги уже хотелось очень и очень. При любой возможности.

— Что ты делаешь? — поинтересовалась Анечка, пристально наблюдая за парнем.

— Танцую, — буркнул тот досадливо, внутренне выматерившись. — От счастья.

Ну неизвестна здесь суставная гимнастика, а парень просто на рефлексах попытался «выжать» себя, избавляясь от напряжения в спине и шее.

— Так себе, — оценила вновь понемногу возвращающая себе былую язвительность черновласка.

— Да я и не претендую, — пожал плечами ее спутник, оглядываясь через плечо.

Один из «нефтяников» был тут как тут. Попыхивая трубкой, он внимательным взглядом «держал» пространство вокруг.

Заговорить или еще как-то взаимодействовать с молодыми людьми он даже не пытался. Просто стоял и наблюдал. Так же поступали и остальные «засони».

Ради интереса Буровин попытался было пожелать доброго дня одному из них во время «стычки» в общем коридоре. Тот буркнул что-то приветственно-невразумительное и отвернулся в сторону.

«Ну что ж, ребята явно из силового блока. Политесу и прочему не обучены.» — оценил тогда парень результаты встречи.

Удивительно, но народу на полустанке, где даже отдельной будочки для представителя железной дороги предусмотрено не было, оказалось немало. Через несколько вагонов от них на поезд грузилась целая компания. Насколько Владимир понял, там располагались самые недорогие места — сидячие.

А почему бы и нет, в принципе? До столицы всего несколько часов осталось. Видимо, компания одна. Вполне может быть, что отдохнули от жен-детей, да и возвращаются сейчас мужики к своим домашним очагам. Вон, даже багажа с собой практически никакого нет.

— У нас в Москве будет целый день, — констатировал я. — Что делать будем?

Анечка, так же наблюдавшая за погрузкой компании в вагон, задумалась на миг.

— Посетим представительство Буровиных.

«Вот и поговорили!», — усмехнулся мысленно парень.

Это и так было понятно. Род вел дела в столице. Когда-то Буровиным принадлежало целое здание, считавшееся представительством рода. Формально, оно и сейчас числилось за ними. Вот только даже на содержание его денег не хватало, а потому пришлось довольствоваться лишь северным его крылом. Остальное пространство было сдано под купеческую контору. Один этаж так же арендовал какой-то юрист. Не то чтобы первой величины. У таких под конторы собственные здания отведены. Однако, по словам Анечки, довольно неплохой.

— Ладно, пойдем, пора ложиться спать, — предложил Владимир, предвкушая замечательное зрелище.

Дело в том, что черновласка сняла им купе для семейных пар. Можно было бы, конечно, ожидать внутри огромное супружеское ложе. Но, увы, спальные места были разнесены по разным сторонам купе. Так что ночи приходилось «мерзнуть» в одиночестве.

Однако все искупал сам процесс отхода ко сну…

— Отвернись! — потребовала девушка в первый же вечер.

Владимир, как человек честный, просьбу добросовестно исполнил. Но вот когда обернулся обратно…

Ну кто бы мог подумать, что пижамка из брючек и рубашки может выглядеть ТАК соблазнительно. Парню даже показалось, что даже полностью голая Анечка у него бы вызвала куда меньше фантазий на тему «А как могла бы пройти эта ночь!».

— Что ты смотришь⁈ — вспыхнула девица, позабыв на миг о своей тщательно декларируемой покорности.

— Любуюсь, — вполне искренне заявил парень.

Отвернуться, чтобы дать возможность черновласке спрятаться под одеялом, он даже не подумал. Логика была проста: этот «костюмчик» она купила уже после того как они решили добираться до родового гнезда на поезде. Билеты в общее купе — тоже на ее совести! Так почему же молодой человек должен насиловать свой организм и лишать себя прекрасного зрелища⁈

А вот девушка от такого простого и ясного ответа аж застыла на месте.

«А чего она ожидала от восемнадцатилетнего парня, а?» — хмыкнул Буровин.

— И… И… — Начала было она.

Однако Владимир дослушивать не стал, предположив:

— Извращенец?

Девушка на миг замялась, но все-таки выпалила:

— И как тебе?

— Великолепно! — вполне искренне выдал парень, не задумываясь ни на миг.

Отчего-то ответ девушку… смутил? Да, наверное, именно так можно было описать ее состояние. Но и забираться под одеяла она явно не спешила, дав возможность Владимиру увидеть все, что он хотел.

Вот и сегодня Буровин предвкушал небольшое шоу перед сном.

В ожиданиях он не обманулся. Девушка попросила его отвернуться, чтобы переодеться, но затем потратила на разглаживание только ей заметны складок на ложе несколько минут, демонстрируя единственному зрителю свою невероятную пластику и всю красоту подтянутой, но очень женственной фигуры.

Буровин же, наслаждаясь открывшимся видом, искренне радовался, что первым юркнул под одеяло. Под ним не видно было его самого честного комплимента.

Закончив с демонстрацией, Анечка выпрямилась и сладко потянулась, заставив верхнюю часть пижамки натянуться на ее груди… Несколько секунд она позволила Владу полюбоваться собой, после чего мягко хлопнула в ладоши.

Светильники на макрах, среагировав на звук, мягко потухли.

«Да уж, сексом здесь не займешься!» — в который раз «закручинился» парень. Конечно, если нет желания заниматься им под светомузыку.

Как будто дело было только в этом…

В сон Буровин провалился мгновенно.

Сегодня ему приснилась все та же полянка. Однако он словно бы видел ее со стороны сквозь мутное стекло. Прямо посреди нее тревожно принюхивался к окружающему пространству и сам Хозяин.

— Арррргхххх! — раздался негромкий, но басовитый рык.

Глаза Вадимира открылись мгновенно!

— Ах, ты ж! — выдохнул Буровин с яростью.

Он и сам не успел понять, как оказался на ногах. И, конечно же, в темноте таки треснулся пальцем ноги о стойку стола.

— Аррр! — выдал он в пространства, бросаясь к кровати Анечки.

А темноте он нащупал…

— Владимир! — раздался сонный голос.

Слегка хриплый со сна тембр выражал такое «возмущение» наглостью молодого человека, что, будь бы он зверем, волосы на загривке встали бы дыбом.

Отчего-то ясно пришло понимание, что именно сейчас все может получиться самым лучшим образом.

— Арррр, — негромко зарычал Буровин, разгоняя пелену сладкого тумана, застилавшую разум.

От потусторонних обертонов в рыке парня девушка мгновенно распахнула глазоньки и села на кровати.

Ее слегка растрепанный, но столь притягательный образ едва не заставил парня…

«Соберись!», — скомандовал он сам себе.

— Анечка, красавица, — быстро зашептал он. — Собирайся, быстро.

Каким образом он угадал, что девушка подняла руки, он не смог бы сказать и сам. Однако перехватить их, схватив Анну за запястья, он успел.

— Тиииихо… — прошипел он почти нежно. — Свет не включаем, звуков не издаем.

В этот раз черновласка его отвернуться его не просила. И пусть света луны не хватало на то, чтобы разглядеть хоть что-то, фантазия прекрасно дорисовывало детали, которых так не хватало гибкому силуэту девушки.

Бум!

Что-то грохнуло в коридоре. Пока еще далеко. За дверью послышался приглушенный топот ног и азартная возня, в которую страшной мелодией вплетался металлический лязг.

— ААААА! — заорал кто-то, но звук моментально оборвался на какой-то булькающей ноте.

Буровин на ощупь накинул на дверь в купе цепочку. Замок был закрыт и так.

— Оружие! — негромко бросил он, хватаясь за тот самый бракованный макр.

«Ну, Медведь, помогай!» — мысленно выдохнул он.

Влад прекрасно знал, что именно хочет получить в итоге. И даже был уверен (хотя откуда взялась эта уверенность, сказать бы не смог!), что у него получится это сделать. Если бы не нервозность обстановки, то уже получилось бы!

Ладони потеплели. Структура макра вспыхнула чуть ярче. Огонь из источника молодого мага вырвался на свободу и полился в единственном возможном направлении. В накопитель.

Буровин ясно видел, как еще чуть-чуть, и «дефектная» линия просто порвется. Пока систему от разрушения спасала лишь та самая серебряная ложка, служащая дополнительным укреплением связи.

Остановить поток энергии удалось вовремя. Во всяком случае, на воздух они не взлетели. Осталось лишь закрепить накопитель на одной из полок. К нему парень леску привязал заранее. Сейчас он ее просто размотал. Но накидывать на петлю для одежды, подвешенную на противоположной стене, пока не стал. Самим бы тоже подорваться не хватало еще!

Бум, бум, бум!

Кто-то забарабанил в дверь.

Свои или чужие?

Парень мигом задвинул Анечку себе за спину. Но и простым статистом не оставил. Схватив ее за руку с оружием, он поднял ее на нужный уровень и показал как нужно держать.

Получилось, очень неплохо. Девушка просунула револьвер между его телом и рукой. Ствол, конечно, не вороненый, но в темноте — хрен заметишь.

— Ну, помогай, Потапыч! — выдохнул он.

Отчего-то парень был уверен, что Зверь на такое обращение не обидится!

В дверь забарабанили снова.

— Кто там⁈ — крикнул он «сонным» голосом как можно громче.

Черновласка же использовала именно этот миг, чтобы взвести курок.

Глава 11

— Кто там⁈ — крикнул парень «сонным» голосом и мигом подался в сторону, увлекая за собой девицу с револьвером.

Та все поняла правильно и от двери ствола не отводила.

Стоять же на месте прямо перед входом… ну такое себе. Как-то сильно сомневался Буровин, что двери тут пуленепробиваемые. И пусть Анечка уверяла, что огнестрельное и магострельное оружие — редкость, да и выстрелов пока слышно не было, но парень решил, что лучше все-таки не полениться и сделать шаг в сторону, чем апостолу Петру объяснять чего ж он такой ленивый!

«Стоп, апостолов же тут быть не должно?» — не вовремя задумался Влад. Кто же в этом странном мире тотемов встречает души «на том» берегу?

— Владимир, Анна, это Андрей! — раздался напряженный голос с той стороны.

— Открываю! — крикнул в ответ Буровин под аккомпанемент шипения черновласки в стиле «Да ты чо⁈».

А логика у него была простая. Судя по всему, там идет бой. Кто-то атакует, кто-то защищает. Лучшее, что они могли сделать сейчас — не мешать защитникам.

Но кто там за кого? Поди разбери! А пытаться прорваться в стиле одни против всех — тот еще идиотизм!

Парень рассудил так: «нефтяники» уже давно бы напали, коль такова была бы их цель. Да и «внутренний голос» с чуйкой на пару в их адрес молчали. А вот кто вторая сторона… это вопрос тот еще!

Щелкнул замок.

Андрей юркой выхухолью скользнул внутрь купе и тут же захлопнул за собой дверь, вновь закрыв ее на замок. Да и про цепочку он не забыл. Та еще защита, но несколько секунд даст.

А там еще перед входом Николай остался. Успел Влад его спину рассмотреть в тот краткий миг, что понадобился Андрею. Что ж, по крайней мере, очень на то похоже, его недавний противник по шахматной доске убивать их здесь и сейчас намерения не имел. Уже плюс, если разобраться.

— Господин Буровин, вы только не волнуйтесь… — Начал было он поспешно.

Да еще и всей своей позой старался вызвать расположение и доверие.

— Кто? Какими силами? — оборвал словесный поток парень.

Вот сейчас самое время всеми этими сословными приколами заморачиваться. А с другой стороны, местные, пожалуй, и припомнить могут, если их спасут «без вежества». Вечный выбор между «шашечками» и «ехать». Далеко не все, кстати, выбирают второй вариант.

— До двух десятков человек, — куда лаконичнее выдал «нефтяник». — С холодным. Попытались взять нахрапом. Не получилось. Откатились. У нас двое — все.

«Серьезно!», — оценил Буровин, оценивший уровень подготовки их защитников как «спецназ». Вот только, если мы не о синематографе говорим, толпа есть толпа. Да еще и вооруженная.

— Какой план? — приступил к важному Владимир.

А то кто их знает, какой приказ у их сопровождающих? Вполне возможно, просто ликвидировать цели, чтобы чужим не достались. Впрочем вряд ли. Смысл тогда вообще разговоры вести. Отработал бы, да и вся недолга!

Откуда взялись «эти», каков их план — все это волновало парня в последнюю очередь. Да и предположить в нападавших компанию, погрузившуюся на прошлом полустанке, можно было без труда.

Да даже если не они — какая ныне разница-то?

— Не сдержим, — признал Андрей.

Буровин спиной почувствовал, как напряглось тело Анечки. Ей в голову, похоже, тоже пришло, что иногда бывают ситуации «Так не доставайся ж ты никому!».

— Зато сможем задержать, — продолжил он, не подозревая, насколько близко находится к очень опасной грани.

«Вот дернется у моей девочки пальчик указательный…» — оценил он. Наверняка ведь на спусковом крючке лежит — как парень уже убедился, в этом мире вообще хреново с культурой оружейной безопасности.

И сколько же у них есть времени, интересно? Впрочем, на этот вопрос Владимир получил ответ тут же.

— Недолго, — тут же продолжил полуночный «гость».

Влад быстро прикинул варианты.

— Стоп-кран?

Больше в голову не приходило ничего из тех вариантов, что он мог себе представить. Хотя шанс на «прилетит вдруг волшебник в голубом вертолете» есть всегда.

— Да, — серьезно кивнул Андрей. — Встанем в лесу. Это не егеря — медлить не будете, схоронитесь без проблем.

Примерный план ясен. «Нефтяники» свяжут боем нападавших и остановят поезд.

— Дайте нам минуту после остановки! — попросил молодой. — Затем уходите сами.

Боец негромко хмыкнул. Лица его парень, конечно, не видел, но… Умирать никому не хочется.

— Андрей! — прошипел Владимир. — Пропустите их к купе как уйдем. Но сами держитесь подальше.

Очередной хмык.

— Что задумал? — деловито уточнил он.

— Рвануть может знатно, — не стал вдаваться в подробности тот.

Да и долбанет — не долбанет — тот еще вопрос! Фактически бабушка надвое сказала. Да, в свое время Колчаков считался очень серьезным специалистом. И до всех событий он был уверен, что иные знания с ним до самой смерти останутся. Как оказалось, и после оной тоже память о довольно страшных годах его прошлой жизни никуда не делась.

Вот будь бы у него с недельку времени прогуляться по местным магазинам, да с бытовой химией всерьез разобраться, много чего веселого он бы мог соорудить.

Беда была в том, что время играло против него.

— А может и не рвануть? — усмехнулся, судя по голосу, «нефтяник».

— Пятьдесят на пятьдесят, — вынужден был признать Буровин. — Либо шарахнет, либо нет.

А что тут еще можно ответить? Ему как-то подобную конструкцию испытывать пока не доводилось.

— Принято, — не стал спорить собеседник. — Сколько времени тебе нужно?

«О, вот это — деловой разговор!», — оценил Буровин, прикидывая.

— Три минуты на сборы — подготовку и минута на сбежать.

Так себе, конечно, зазор. Но за неимением лучшего и рука — блондинка!

Все-таки лес — это оперативный простор. В нем можно прятаться. Вряд ли нападавшие — профи. Фонарей у них может и не оказаться. А попробуй при таких исходных найди черную кошку в темной комнате.

Пусть даже и силами пары десятков человек. А ведь кто-то должен связать боем группу прикрытия. И кому-то уже не повезло никуда с этого поезда не уйти.

Короче, шансы есть. И неплохие.

Да и шесть патронов в барабане, коль работать умеючи по невооруженному противнику — очень даже серьезное преимущество. А ведь у Анечки еще и россыпью чего-то имеется.

— Дам две, — серьезно пообещал Андрей.

— Ну ты это… — на Буровина вдруг напало косноязычие. — Сам-то сильно не того…

А что еще можно сказать собеседнику, который собирается жизни положить на то, чтобы дать тебе шанс уйти. Да, не по доброте душевной. У него приказ. Но все же.

— Вы чьи будете-то, Андрей? — поинтересовался он.

Очередной хмык стал ему ответом. Спецы свои секреты разглашать ой как не любят. Даже в такой момент.

Буровин на ответе настаивать не стал. Мужчины просто пожали друг другу руки, каким-то образом безошибочно найдя ладони друг друга в темноте.

Щелкнул замок. Андрей вновь ужом выскользнул обратно в коридор, где пока еще стояла предгрозовая тишина.

Хлоп!

Буровнин хлопнул в ладоши. Ярко вспыхнул осветительный макр.

— Нуууу… — тут же протянула девушка, прикрывая глазки. — Зачееем⁈

— Собирайся! — проигнорировал ее слова Владимир. — Эти все равно узнают где мы. А мне в темноте работать… Хочешь подорваться раньше времени?

Судя по всему, красавица Анечка подорваться не желала совсем и никак. И спорить тоже. Она, еще не успев толком проморгаться, бросилась доставать саквояжи.

«Хоть с исполнительностью проблем нет!», — решил парень.

Сам же Владимир не спешил. Сначала он внимательно проверил свою одежду. Пиджак и брюки — не самый оптимальный вариант для леса. Спасибо, что хоть из темной шерсти. А то видал он вкусы молодежи в Петербурге. Вот бы он сейчас здорово смотрелся в ярко-малиновом костюме с отливом. Светился бы не хуже елки новогодней.

«Ну, что есть… Жизнь она такова и больше никакова!» — подбодрил себя парень, перепроверяя шнуровку левого ботинка. Чем-то она ему показалась подозрительной. А такие вот, казалось бы, мелочи, как невовремя развязавшийся шнурок, сгубили немало очень хороших парней.

Затем он занялся своим самопальным макром. В первую очередь он вытащил его из нынешнего «гнезда» и аккуратно обмотал полотенцем. Экстренная остановка в голове юноши прочно ассоциировалась с резким же рывком. И очень бы нежелательно, чтобы вместе с ним отлетела и его импровизированная «чека». Это же не УРГЗМ второй — привычный ему гранатный запал. Никакого замедления не предусмотрено. Расчетного, в смысле. А так секунда-другая таки понадобится.

«Продумать момент на будущее!», — отметил себе в голове парень. А то нынешняя конструкция предполагала детонацию в момент размыкания цепи. В теории. А на практике он пока не проверял.

Хотя, если честно, большого «бума» он не ждал. Во всяком случае, он всего процентов десять энергии добавил к максимальной емкости системы. Но даже небольшой хлопок и вспышка — уже секунды. А это очень и очень немало.

Да и мешочек с гайками — штука в контексте ситуации очень даже интересная. Чем не поражающий элемент?

— Не думай о секундах свысока, — пропел он, продолжая «пеленать» свое изделие.

Работать со своим творением молодой человек не боялся. Знание о его состоянии внутренней структуре позволит успеть хотя бы в сторону отбросить.

— Я закончила! — отрапортовала Анечка.

— Патроны смени! — потребовал Буровин, от дел своих не отвлекаясь.

— Что?… Я не…

— Пороховые смени на макры! — повторил барон. — Быстро!

Он сильно сомневался, что сейчас им противостоят сильные маги. А не то эта история бы для них уже кончилась.

А вот что может в будущем пригодиться никто не знает. Да и война — в первую очередь экономика. Если боезапас и впрямь такой дорогой, то его, на самый крайний случай, и загнать куда-нибудь можно попытаться с дисконтом раз в десять за срочность сделки. Особо сумма не впечатляет, но это уже крыша над головой и хоть какая-то еда на протяжении месяца.

— Поняла. — Кивнула девица, тут же хватаясь за револьвер.

«Ну, надеюсь, не убьется!», — поморщился парень, наблюдая за тем, как вертит в руках заряженное оружие его спутница.

Про себя он уже решил, что обязательно прочтет девушке лекцию по безопасному обращению с оружием. Если выживут.

На этой позитивной ноте он сделал шаг к окну и распахнул створки настежь. Вот еще не хватало в ответственный момент терять секунды.

— Готова? — обернулся он к защитнице.

Вот уж чего он действительно не хотел, так это проверять способности девицы в качестве телохранителя. Или кем она там себя возомнила?

Анечка нервничала, конечно. Очень и очень. Но не до такой степени, чтобы это стало действительно серьезной проблемой. Кажется, ее действительно кто-то и чему-то учил.

Вот только подготовка у нее была какой-то… странной. Буровин отнес это насчет местного уровня развития немагического боевого искусства.

— Так, вещи… Давай-ка все самое необходимое по карманам. Остальное бросим.

Идея черновласке не понравилась, но и спорить она не стала. На это ей понадобилась всего секунд тридцать.

— К стене, — потребовал Буровин, убедившись, что документы и чековую книжку девица распихала по внутренним карманам. — Да не к той, Ань! Мы тормозить-то как будем?

Девушка указала пальцем направление в сторону головы состава. Владимир вообще не понял, что именно этот жест значит, но вдаваться в подробности не стал.

— Куда нас мотанет значит? — уточнил он.

В этот раз девица понятливо кивнула и рванула к противоположной стене.

Хлоп!

Купе вновь погрузилось во тьму.

— Нууууу… — протянула девушка вновь.

— Что не так? — хмыкнул Буровин.

Он не против был потрепаться просто так, в ожидании рывка. Нервы — они разговор любят!

— Зачем? — очень внятно спросила черновласка. — Они же все равно знают. А так спокойнее.

«Ох, дите…», — оценил парень, покачав головой.

— Анечка, красавица, — вкрадчиво начал он. — Головушкой подумай секундочку. Ты из светлого купе в темный лес собираешься сигать?

Мысль явно осталась непонятой.

— И? — чуть нервно подбодрила его спутница.

— И! — передразнил ее и сам нервничающий Влад. — Привыкай к темноте, иначе вообще ничего видеть не будешь!

Колчакова инструктора в свое время учили, что при переходе, например, с улицы в полумрак здания, лучше секунд за тридцать закрыть один глаз. Так зрение быстрее адаптируется.

Спорить Анечка не стала. То ли с доводами согласилась, то ли просто приняла тезис в рамках положения подчиненного. Владимир на том не настаивал — это было полностью ее решение.

— Стрелять-то хоть умеешь? — решил прояснить молодой человек вопрос немаловажный.

А то вдруг окажется, что его спутница с трех метров в сковороду блинную мажет? Нехорошо получиться может. И смертельно обидно. Для них в первую очередь.

Отобрать же оружие он у нее даже не пытался. Во-первых, может и не отдать. А, как его учил один умный командир еще там, где все стреляло и взрывалось, не стоит отдавать приказ, который заведомо не выполнят. Подорвёшь свой авторитет да и только. Во-вторых, хрен его душу знает как из подобной дуры палить-то. Как-то в любимых тиров Колчакова никаких макр-патронов отродясь не водилось! Хотя из нагана ему палить доводилось более сем достаточно. Веселая штука, на самом деле.

— Восемьдесят из ста на двадцати шагах выбиваю! — гордо заявила черновласка.

«Не слишком убедительно!», — решил парень. Если стабильно — то вполне нормально. А вот если это «лучшая куча», то дела плохи. Да и огневой контакт это все-таки не совсем стрелковый рубеж.

— Дальше десяти шагов не бей, — вздохнул он. — Самовзводом не стреляй. Курок взводи только вручную!

Он сильно сомневался, что девушка в «практику» умеет. Так что единственный вариант — работа на дистанции, когда она уже способна относительно попадать, но не вплотную, где работа с короткоствольным оружием уже имеет больше общего с рукопашным боем чем со стрельбой!

Ответа не последовало. Буровин и не настаивал. Совет он дал. Настоять на исполнении его все равно не сможет. Так смысл воздух сотрясать?

Хотя хотелось, конечно, добавить: «Ты, главное, вверенного имущества не про**и!». Но он сдержался.

— Откуда ты все это?.. — начала было девушка.

Вжууууууух!

Металлический визг ударил по ушам. Резкий рывок впечатал Владимира в стену. Рядом довольно громко ругалась красавица Анечка. Кажется, со вполне себе сексуальным контекстом.

«Остается только посочувствовать слетающим с полок пассажирам! Их то никто не предупредил!» — оценил парень.

От стены он «отлепился» гораздо раньше, чем поезд остановился. В коридоре вновь раздались звуки боя. Звучали резкие матерные команды чужаков. Их защитники сражались и, похоже, умирали молча.

На установку макра понадобилось секунд пятнадцать. Еще столько же, чтобы зафиксировать леску и натянуть ее на уровне груди. На всякий случай, парень схватил установленный в специальном зажиме графин с водой.

Бух!

Красивое изделие разлетелось брызгами осколков около двери.

— Ай! — испугалась Анечка. — Зачем?

Владимир в диалог вступать не стал. Тем более, поезд уже достаточно замедлился, чтобы его покинуть.

— Пошли! — подтолкнул он к девушку к окну.

— Но… — попыталась было возразить она, с ужасом глядя на проплывающие мимо деревья.

Молодой человек спорить не стал. Просто уселся на стол и одним движением перекинул ноги за окно.

— Ты идешь? — поинтересовался он.

Анечка была против. Однако все же повторила движение нового главы рода.

— Если мы из-за тебя погибнем, я тебя сама убью! — пообещала она и первой оттолкнулась руками.

— Стой, дура!.. — хотел бы тормознуть ее Влад, но не успел.

А скорость еще так высока!

Осталось только последовать ее примеру. Им сейчас только потеряться не хватало!

Насыпь больно ударила по ногам. Естественно, его «закрутило», а темное небо и трава превратились в какой-то размытый калейдоскоп. Так он и летел, обдираясь о… Да обо все, что попадалось на пути!

Глава 12

— А-А-А-А-А!!!

Крик боли и ужаса заполнил тамбур. И даже стук колес из открытой внешней двери вагона не мог хотя бы приглушить звучавших в в вопле отчаяния и мольбы о помощи.

Созерцание собственной торчащей из руки кости кого угодно напугает до медвежьей болезни.

А принимать решение в такой ситуации только одному человеку.

Бум!

Короткий удар в голову по задумке главаря должен был облегчить положение, попросту вырубив пострадавшего в первой же стычке бедолагу.

— Храаа… — Захрипел страдалец.

Орать в горло ему уже было сложно — мешала раздробленная челюсть. Еще бы! В свое время «лекарь» подавал очень неплохие надежды как голкипер. Если бы не травма, играл бы, быть может, за империю сейчас!

Однако вместе с концом спортивной карьеры пришел и конец жизненным перспективам. Умом Гол не вышел, чтобы реализоваться где-то еще. Зато в среде криминалитета здоровяк пришелся ко двору. И очень даже неплохо устроился.

Мозгов, правда, это ему не прибавило.

— Гол, мля, ты че⁈ — от таких методов оказания первой помощи охренели даже ближайшие соратники одного из главарей не самой последней московской шайки.

Здоровенный громила обвел своих подельников тяжелым взглядом. Возражения смолкли. Никому не хотелось попадаться под горячую руку взбешеному неудачным натиском главарю.

— Храааа…

Лишь раненый продолжал корчиться на полу.

— Н-на! — нанес еще один удар в голову Гол.

На этот раз все вышло «как надо». Крысь дернулся и замолк на полу тамбура.

Заводила провел по короткому ежику седых волос ладонью. Он все пытался понять, когда простая, на первый взгляд, просьба Кольки Воробья превратилась вот в это вот все. Речь же шла о парочке «сладких». Нет, авторитет московский, конечно, предупредил, что могут быть «осложнения». Но к тому он прибавил слово «незначительные».

Беда в том, что когда Гол попадет на ковер особняка авторитета, чтобы ответить за провал операции, тот обязательно забудет о маленькой неточности в собственном же заказе.

Конечно, Воробьев упоминал, что «сладкие» могут быть под присмотром. Но полутора десятков бойцов должно было хватить за глаза для решения любого вопроса!

И что в итоге?

Они пошли на дело за два часа до прибытия в столицу. Первыми отправились всего пятеро парней. И Гол вместе с ними. Еще столько же остались в тамбуре как резерв. Остальные расположились в вагоне согласно купленным билетам. Как полагал главарь, на шестерых не таких уж крепких на вид охранников и десятка хватит. За глаза. Тем более, большинство, наверняка, уже десятый сон видят. Да и эффект неожиданности со счетов сбрасывать не стоит!

Казалось бы, им даже повезло! В коридоре находился всего один охранник.

— Слышь, с дороги, тля! — успел главарь услышать голос громилы Штольца.

Тот даже замедлить шаг не соизволил. Наверняка надеялся походя снести довольно жилистого, но не слишком крупного парня.

А вот ответ охранника остался за кадром.

— Да я ж тебя! — вызверился не самый умный, но невероятно сильный выходец из поволжских немцев.

Он по-бычьи склонил голову и рванул вперед, словно пытаясь задавить «малыша» всей своей массой.

Однако грозный рык прервал противный хруст, сменившийся надсадным хрипом. Здоровенный детина буквально рухнул на подломившихся ногах.

— Н-на! — выдохнул тот самый Крысь, вгоняя любимую заточку в печень охранника.

Попал, но руку отдернуть не успел. Обманчиво неспешным движением подоспевший к месту боя напарник убитого переломил руку опытного мокрушника, и ударом ноги отправил воющее тело в сторону подельников, создавая кучу мала.

Вжуууух!

Гол едва успел податься назад, уходя от удара распахнувшейся двери. Отчасти у него даже получилось! Но по левой ноге все равно прилетело знатно.

И ему повезло. Две крепкие руки моментально втянули шедшего перед ним Лося в купе. Удивленный вскрик заслуженного вора мгновенно оборвался. Отчего-то Гол был уверен, что больше голоса флегматичного прибалта он не услышит.

— Пи**р! — выкрикнул Сява, бросаясь с ножом на перевес следом.

Кого-то он даже успел пырнуть, но через секунд затих. В этот момент Гол изрядно струхнул. Защитники не церемонились. Это не было похоже на уличную драку или разборки за территорию. Крепкие ребята без всякой жалости просто убивали его людей. Без особых эмоций. Будто не жизней братьев по разуму лишали, а… ну, скажем, вытачивали детали на станке: быстро, четко и без лишних душевных метаний.

Гол попятился назад, оставляя своих людей на произвол судьбы. Он-то денег рассчитывал заработать, а вовсе не сдохнуть здесь. В конце концов, ну осерчает Воробьев… так ведь и на Петербурге с Москвой свет клином не сошелся! Прописку всегда сменить на время можно. Но только если останешься в живых.

— Общий сбор! — Рявкнул он встревоженному Русу.

Тот уже понял, что где-то что-то пошло неправильно, но без приказа вперед не сунулся.

«Дебил!» — оценил уровень развития и инициативности своего подчиненного Гол. Однако уже через миг вынужден был признать, что если бы тот всё-таки сунулся, то организовали бы они давку в узком проходе. Ушел ли бы он тогда? Да кто его знает!

«Но все равно… дебил!», — заключил он.

— Всех сюда, мля! — рявкнул он еще раз.

Со второго раза Рус задачу понял и ломанулся исполнять.

Пока он носился в коридор выполз поломанный Крысь. За ним тянулся след из крови.

За несколько десятков секунд шайка потеряла треть своего ударного потенциала. Возможно, бандитов слегка бы успокоил факт, что и защитники потеряли двоих убитыми, но им об этом никто не доложил.

— Затаскивай! — потребовал главарь.

Сразу несколько рук потянулся к поломанному. Тот взревел еще громче. Кто-то взялся за изувеченную руку.

«Дебилы, мля!» — решил Гол, пообещав себе, что в следующий раз будет принимать в шайку исключительно тех, кто осилил хотя бы четыре класса. Или умеет читать.

«Лучше б ты там кончился!» — зло сплюнул он про себя. Главарь даже задумался, а не добить ли ему пострадавшего. Однако мозгов представить, как подобное зрелище повлияет на его людей у него вполне хватало. Он даже прекрасно осознавал, что отпустили подранка исключительно для того, чтобы каждый мог наглядно увидеть, что именно его ждет.

Будь бы Гол чуть более эрудированным наверняка бы вспомнил, что раньше при осаде замков головы защитников закидывали за крепостную стену, чтобы сломить сопротивление гарнизона. Однако своим собственным новым «требованиям к приему» он не соответствовал никак — дальше второго класса ему продвинуться не удалось. Читать же он умел. Но навыком этим не пользовался от слова совсем.

«Так как я вообще во все это ввязался⁈» — мысленно взвыл он. Но, с другой стороны, Воробьеву не очень-то и откажешь. Да и куш был больно заманчивый! Его, конечно, еще предстоит забрать. Ну так то, как Гол считал ранее, дело техники. Теперь же он сильно усомнился в первоначальных оценках.

Однако сдавать назад было плохой идеей. Заказчик такого не прощал. Уж если кто согласился на одно из его «предложений», то никаких «сделай или умри». Воробей признавал только вариант «сдохни, но сделай». Не смог сам… Ну что ж… петербургский авторитет всегда был готов в том помочь. Впрочем, с его — то связями на Изнанке, он в любой точке империи кого хочешь достанет.

— Кость, цепани служивых с…

Закончить Гол не успел.

Вжууух!

Металлический визг ударил по ушам.

«Стоп дернули, мляди!» — сообразил он, влетев Кола. Кто-то сдавлено захрипел.

Бандитов откинуло по ходу движения, буквально «прессуя» в стену.

— ААААА! — заорал кто-то.

Ему не повезло. Во время рывка он оказался между вагонами. А там и под колеса угодить недолго.

— Кто? — рявкнул Гол.

— Мотя! — заорал в ответ чей-то голос.

— Тащи! — командовал кто-то в ответ.

Там явно было весело. Подоспевший с остальными бойцами Рус пытался вытащить верещавшего громче визга «вставших» катков по рельсам Мотю.

— Братия, мля, — удивленно выдал Клоун. — Я, кажись, на Крыся наступил.

Однако тому было все равно. «Лечение» явно пошло ему на пользу. По крайней мере, в части обезболивания. Вопрос, а не окажется ли лекарство хуже болезни, «доктора» не интересовал абсолютно!

А Мотю все же вытащили.

— Трындец, — выдохнул кто-то.

— Что с ним? — поинтересовался состоянием «бойца» Гол.

В ответ донесся нервный ржач сразу нескольких глоток.

— Живой! — подтвердил Рус, выглянув в сторону соседнего тамбура, где уж помогали спасеному прийти в себя. — Пахнет только.

— А ну собрались, псы! — рявкнул седой здоровяк.

Он-то вполне представлял от кого исходил заказ и что именно грозит каждому из них в случае, если задача не будет выполнена.

Им предложили очень хорошую награду «за дело». Однако до сего момента даже главарь шайки не слишком задумывался о сопутствующих рисках. Что уж говорить о рядовых «штыках».

— Пошли, мля!

Первым рванул Рус…

Вжжжжух!

Его буквально вынесло обратно стеной, нашпигованным осколками льда. Десятки небольших «снарядов» буквально изрешетили его тело. И хорошо, что первым рванул далеко не худой бригадир. Его туша приняла полный заряд, послужив щитом для остальных.

«Маг!», — сообразил предводитель.

— Вперед! — заорал он вновь. — Мы их или они нас!

Ужас погнал его людей вперед. Все что угодно, только бы не слышать этих страшных стонов буквально нашпигованного льдом бандита Орать Рус отчего-то уже не мог. И мало кто сомневался, что совсем скоро у шайки будет другой бригадир.

— Вы, на улицу! — крикнул он тем, кто остался во втором тамбуре.

Сам же он рванул в вагон и… Никого! За время, пока бандиты собирались с силами, защитники успели вывести остальных пассажиров и скрыться сами.

— Девятое! — рявкнул он, оглядываясь.

Номер купе был ему известен. Как и многое другое. Заказчик довольно много рассказал о парочке «сладких». У девки даже был пистолет. Именно его требовалось принести Воробью лично.

— Тут! — моментально донесся ответ.

Гол чуть ли не бегом бросился вперед и схватился за ручку. Дверь в купе была не заперта.

Хрусть!

Что-то треснуло под плотной подошвой его ботинка. Здоровяк инстинктивно глянул вниз, пытаясь понять, что это. Однако инерция свое дело сделала — он качнулся-таки вперед, задев грудью что-то легкое и невесомое.

* * *

— ЗАЧЕМ⁈ — страшным шепотом «кричал» Владимир, для верности тряся свою «защитницу».

— Ну ты же сказал, что… — начала было та.

— Тиииихо! — выдохнул парень, оглядываясь на остановившийся уже полностью поезд.

Их вагон остановился полностью метрах в ста от них по ходу движения.

На свои исцарапанные руки он пытался внимания не обращать. Не смертельно.

— Ну не сразу же, дурочка! — он старался давить в себе эмоции.

От части у него даже получалось. Поэтому даже слово «дурочка» не прозвучало слишком обидно. Но это ж надо придумать… сигануть на такой скорости!

Анечка повесила плечи. Казалось, что она вот-вот заплачет.

Буровин тряхнул ее за плечо и рявкнул.

— Не сейчас, Ань, пожалуйста! — в его голосе слышалась натуральная мольба.

Что он будет делать, если сейчас девушку снесет с нарезки, он не представлял от слова совсем.

Черновласка с собой справилась. Во всяком случае, она только шмыгнула носом и кивнула. Пойдем, мол.

— Вот умница, вот красавица! — обрадовано запричитал парень, аккуратно, но неуклонно оттаскивая девушку в сторону леса.

Нехай затем там ищут. Буровин сильно сомневался, что у бандитов и обычные фонарики найдутся, что бы организовать толковое преследование. О следопытах и собаках тоже можно забыть.

Он шептал какие-то успокаивающие глупости. Она, кажется, что-то даже отвечала. Но все это было не важно. Главное, оттащить ее от опасного места.

— Ату, их! — заорал вдалеке резкий голос. — Тыщонка — первому!

Оратора поддержали бессвязные, но очень бодрые крики.

Человек пять выскочили из вагона.

«Явно за нами!», — оценил Буровин. Кажется, за последние дни он уже начал к этому привыкать.

Парень сцепил зубы. Ситуация, в которой он вообще ничего не понимал, бесила зверски! Вот всем он чем-то интересен. А он, судя по реакции Анечки, был тем еще засранцем. Таким частенько бьют лица. Но чтоб объявить охоту по всей империи…

Сюр!

— Как же вы, с*ки, нас находите-то⁈ — в сердцах выдал он.

Но больше решил вслух не ругаться. Дыхание тоже стоит поберечь. Анечка — девочка легкая. Относительно. Всего около шести десятков килограмм. Девочка была весьма тренирована, а потому вес давали именно мышцы, которые, как известно, куда тяжелее жира.

При этом смотрелась его спутница очень даже женственно и сексуально. Но не хрупко, нет.

— Я сама! — попыталась было отмахнуться защитница.

— Ага-ага! — тут же согласился Буровин, все так же буквально тянувший черновласку буквально на себе. — Конечно сама!

Не смотря на собственные же заверения, девушку он не отпускал. Однако сама она ножками перебирать таки пыталась. Хоть чуть-чуть, но все-таки полезно!

— А ты же обещал…

БУМММ!

Рвануло знатно! Какая там «эфка». Вагон попросту переломило пополам! Обе его половины буквально вздыбились вверх и с солидным грохотом рухнули обратно на полотно.

Молодые люди упали. Однако девушка тут же попыталась подняться.

— Лежать! — потребовал парень, буквально подгребая черновласку под себя.

— Тебе так нравится, да? — Негромко спросила та, не слишком-то пытаясь отбиться.

«Женщины! Что у них в голове⁈», — выдохнул парень. И в такой момент!

Все было, на самом деле, куда проще и практичнее! Элементарные правила безопасности требуют переждать разлет обломков-осколков. А ну как чего прилетит? Они, конечно, уже деревьями чуток защищены, но не настолько глубоко углубились в лес, чтобы считать себя полностью в безопасности.

Ну и да… в общем, ему нравилось. Чего греха таить?

— Что это… было⁈ — выдохнула слегка оглушенная и не слегка ошарашенная девушка.

— Да х** знает, — искреннее выдал парень, не слишком ныне заботившийся о политесе. — Рассчитывал на шестьдесят мегатонн, а оно как е**нет!

«К черту, с такими экспериментами нужно завязывать!» — решил по себя Буровин, пообещав себе обязательно разобраться с местной бытовой химией. Кладезь, если разобраться, всякого разного для человека понимающего.

Удивительно, но черновласка ничего переспрашивать не стала.

— И… как мы теперь? — только и спросила она.

— Ты лежишь и ждешь, — выдохнул Владимир. — А я скоро вернусь.

— ЧТО?!! — придушено взвизгнула девушка, хватая Буровина за рукам. — Нееет! Не оставляй меня.

Однако уже через миг она словно бы устыдилась своего порыва.

— Мне надо, — ровным, но каким-то глухим голосом выдал парень. — Я вернусь.

Он уже видел такое. Там где стреляют. И прекрасно представлял, что может сделать с хрупким человеческим телом взрывная волна. И больше всего боялся, что когда-нибудь гражданские подорвутся на его «закладках».

— Я должен увидеть, — решил он.

Молодой человек ожидал, что Анечка вцепится в него клещом. Но, видимо, что-то такое прозвучало в его голосе. Во всяком случае, хватка разжалась.

— Иди, — почти ровно произнесла защитница. — Только… возвращайся поскорее.

Естественно, Буровин пообещал. Бросать здесь девушку у него не было ни малейшего умысла. Однако результаты своей «работы» он оценить был просто обязан.

Во всяком случае, нечто внутри него буквально требовал этого. Возможно, совесть. Народу в его вагоне было немного кроме них с Аней и «нефтяников». Но все-таки они ехали не одни. Да и спецы…

«Вот черт!», — подвел черту под размышлениями парень.

Буровин поднялся быстро. И направился в сторону их вагона.

Удивительно, но раньше парень никогда не любил леса. И двигаться в них тихо не умел. Его даже на охоту с собой друзья не звали — «Всю добычу распугаешь!». Сейчас же он чувствовал себя в «зеленке» совершенно иначе. Самым настоящим Хозяином. От былой неуклюжести не осталось и следа. А услышать его мог только очень внимательный человек.

А результат впечатлял!

Обломки вагона упали по обе стороны железнодорожного полотна. Тем удивительнее, что остальной состав не пострадал. Совсем. Даже с рельс не сошел. Ну, повыбивало окна. Не так страшно. Нет, пассажирам, конечно, досталось. Сначала экстренное торможение, затем подрыв… Однако шанс на то, что никто серьезно не пострадал, все же был.

«Повезло им!» — вмешался внутренний голос. Рвани его «закладка» на ходу и было бы все намного хуже!

Обратно он вернулся тем путем, без труда отыскав практически в полной темноте Аню.

— Ну вот я… ть!

Вместо приветствия черновласка вполне технично подсекла ему ноги, завалив на землю. Проделала она все это на удивление тихо.

— Тсссс! — прошептала она парню на ухо.

Тот замер и… услышал. Шорох и треск веток. Как минимум один из преследователей был рядом!

Глава 13

— Че там? — крикнул кому-то неподалеку налетчик.

«Не сбежали!», — поразился про себя Буровин. Это ж насколько они с Анечкой должны быть ценны для этих бандитов, чтобы те не свалили подальше, сверкая пятками, после подобного «фейерверка». Тут ведь уже не «хулиганка» и прочие мягкие статьи светят, а чего посерьезнее. Вплоть до теракта.

Ан нет, в лесок ломанулись. Даже не смотря на то, что подобным взрывом там кого-то знатно покрошить должно было. И все же, даже потеряв чуть ли не половину «стада» они все еще здесь. Что это? Слабоумие и отвага (ой, вряд ли!), жадность (горячее!) или страх перед заказчиком? (еще реальнее!). Буровин ответа пока не находил. А хотелось бы разобраться в причинах такого странного для подобного контингента упорства. Или упоротости. В данном случае — все равно!

Кстати, парень прекрасно понимал, что и ему за содеянное придется отвечать в свое время. Но не слишком волновался пока о том. Его, к тому времени, уже и в живых-то может не оказаться. В государство его все равно найдет рано или поздно. И там все будет зависеть от интерпретации «нефтяников» произошедших событий. Впрочем, оставался вариант «никто не выжил». И тогда кто сможет обвинить барона Буровина в том, что он хоть как-то к произошедшему причастен?

— Нас… — всхлипнула девушка. — Нас четвертуют… Кхм…

Владимир слушать спутницу не стал. Просто заткнул ей рот, навалившись сверху так, чтобы она и пошевелиться не смогла. А то мало ли чего придет в ее очаровательную головку?

Судя по всему, до девушки только сейчас начало доходить, что именно они натворили. Ну хорошо, ее подопечный натворил. И что с того? По таким статьям даже сообщницей идти — то еще удовольствие. Порой смертельно опасное.

— Тссс… — едва слышно прошипел парень.

До имперских палачей еще надо было дожить. Да и не так все страшно. Если Андрей его услышал и увел подальше людей, то, глядишь, и обойдется. Ну, впаяют какое-нибудь превышение норм самообороны. Переживут уж как-нибудь.

— Эй, — раздался крик откуда-то слева.

Парень оценил расстояние до крикуна метров в тридцать. Интеллект примерно на столько же.

— Ау! — тут же откликнулся ближайший к ним бандит.

«Идиоты!», — мысленно решил парень.

— Хээээээй… — уже совсем тихо раздался третий голос.

Короче, разбредались товарищи бандиты все дальше и дальше. Причем шуму от них было столько, что Буровин легко бы проскользнул сквозь «поисковое звено». Но только если один. А вот с девушкой в шоковом состоянии на плечах… Тут риск. Можно, конечно, но нужно ли?

Хотя скоро приедут местные органы. Разбираться. Там могут уже и более грамотное прочесывание организовать. А парень с цепкими ручками правосудия дела иметь не желал. Вот доберется до «своей» территории — даст о себе знать. А то как-то не хочется встретить какое-нибудь утро в камере уже удавившимся. Проснешься, а голова у тебя в тумбочке. И, главное, совершенно не важно в какой. Главное, что в ней.

В том же, что преследователи возможностей имеют немало, парень уже убедился. Находят же они его каждый раз каким-то образом.

Причем, самое интересное, еще до посадки в поезд он предполагал, что им или ими интересуются несколько сил. Уже в пути он прикинул, что, как минимум, три. А вообще, хрен его знает… И никакой подсказки почему именно. Ну с него-то взятки гладки. А защитница-то его на что? В чью задачу входит анализ вероятных рисков и оперативной обстановки? Хотя хрен их поймет, как тут телохранители работают. Хотя… Если говорить положа руку на ногу, то и Колчаков не слишком представлял, как именно работают подобные специалисты в его родном мире. Сталкиваться не приходилось, а такого состояния, чтобы всерьез пришлось задуматься о своей безопасности, он не сколотил.

Так как-то.

Короче, оптимальным он видел вариант добраться до своей родовой вотчины и уже оттуда решать все вопросы. В том числе и в плане сдачи властям.

— Аня, — шепнул он. — Надо уходить.

Девушка среагировала не сразу. У нее начался «откат». Эмоциональный.

«Ожидаемо… Но как не вовремя!», — оценил парень.

— Слышишь меня? — окликнул он свою защитницу.

Черновласка покивала. Однако через миг все-таки сообразила, что в таком положении партнер ее стараний не оценит.

— Да, уходить, — повторила она и, сделав небольшую паузу, добавила. — Надо!

«Риск, конечно!» — оценил молодой человек. Однако все же решил, что это куда лучше, чем ждать прибытия уже профессиональных сыскарей. Вот уж кто работу наладит по всем правилам.

Владимир поднялся первым и, не тратя время на отряхивание одежды, помог аккуратно утвердиться на ногах черновласке. Девушку натурально трясло. Кажется, пережитое эмоциональное напряжение было для нее слишком… Просто слишком!

— След в след! — шикнул он.

Впрочем, девушка буквально повисла на нем, с трудом перебирая ногами. Удивительно, но даже с таким «балластом» молодой человек умудрялся пробираться сквозь «зеленку» довольно скрытно.

Первый привал они сделали метров через сто пятьдесят. Анечка дважды уже наступила на развязавшийся шнурок, едва не упав сама и не утянув за собой «проводника». Сам же молодой человек отошел чуть в сторону «слить нервы». Кто его знает, как оно дальше обернется и когда еще доведется. Это как недострелянный магазин в автомате. Выдалась секунда — меняй!

Пока девушка возилась с подгонкой одежды и, судя по всему, отрывания от нее каких-то лоскутов, Буровин прислушивался, прикрыв глаза. Все равно зрение ему сейчас могло помочь мало. Гораздо больше пользы было от «ощущения» леса.

— Спасибо, Потапыч, — буркнул себе под нос молодой барон.

Слух не подвел. Он прекрасно «видел», что метрах в пятидесяти от них продирается с грацией слона в посудной лавке один из боевиков. Кажется, он забрел в такие дебри, что уже и сам плохо представлял, как из них выбираться. И, если Буровин мог вполне неплохо ориентироваться благодаря Медведю, то этот кадр действовал буквально на ощупь!

«Дебил! И кого он таким макаром найти пытается⁈», — оценил Владимир, покачав головой.

— А ведь они уже давно не орут на весь лес, — усмехнулся себе под нос Буровин.

— Что ты сказал? — поинтересовалась девушка.

Она притихла уже чуть ли не минуту назад, справившись с поправкой одежды. Однако мешать молодому человеку не стала. «Умница!» — решил тот. Самое логичное решение. Если кто-то в подобной ситуации делает хоть что-то осмысленное, то лучшее, что ты можешь сделать, коль скоро альтернативного плана действий у тебя нет, это просто не мешать.

Жаль, что далеко не все это понимают. О каком бы мире не шла речь.

— Дай мне револьвер, — попросил Владимир, во тьме безошибочно протягивая руку в сторону девушки.

Впрочем, уже через миг он ее опустил. Какой смысл, если она все равно ничего не видит.

Черновласка же приятно поразила. Если она и замялась, то всего на несколько секунд.

— Держи, — протянула она делано равнодушно.

Кажется, все же решение далось ей нелегко, но она всеми силами старалась этого не показывать. Как же… Это ведь ей выдали. Пусть и на одну операцию. Отметили, стало быть, оценили!

— Спасибо, — поблагодарил парень. — Барабан полон?

— Да, — негромко выдала девушка. — Все макры.

— Угу, — негромко кивнул своим мыслям парень, проглатывая вопрос «А насколько силен звук выстрела?».

Нечего сеять неуверенность в своей спутнице. Тем более, в ночном лесу ЛЮБОЙ звук будет слышен очень даже неплохо. Впрочем, по ряду причин, ничего плохого парень в этом не видел. Как говорится, пропал Медведь. Нашедшему — Царствие небесное. Или что тут в этом мире за аналог выступает?

Ушедшие вперед преследователи уже притихли и пробирались сквозь «зеленку» молча — так что точно услышат!

«Зря, кстати!» — оценил барон тягу «загонщиков» к тишине. В ночном лесу лучше все-таки хоть немного, а шуметь. И не стоит бояться привлечь хищника. Он и так чужака почует. Но если шумнуть, то можно избежать встречи неожиданной. Это здорово снизит вероятность атаки с его стороны. Ну а если хищник все-равно сочтет «вторженца» опасным, то атакует он в любом случае.

Как-то так.

Это Буровин отчего-то безошибочно выбирал безопасный маршрут. Вернее, от кого-то.

Вот и сейчас он прислушался к окружающей обстановке. Ничего опасного он поблизости не видел, а потому таки решился…

— Ань, послушай меня, — начал он негромко. — Тебе надо будет подождать меня здесь.

— Нет-нет-нет! — зачастила защитница. Судя по тому, как хлестнула непослушная прядь по лицу Влада, головой она мотала очень даже интенсивно.

— Надо, — вздохнул он.

Кажется, девушка негромко икнула. Перспектива остаться одной ей очень не понравилась. Особенно ночью. В темно-минем лесу, где трепещут осины.

— Я ненадолго, — попробовал прибегнуть к разумным доводом он.

Надо сказать, то, что вполне нормально звучало бы днем где-нибудь в Питере, в ночном лесу за аргумент воспринималось очень даже сомнительный.

— Не надо… — попросила красоточка, в который раз буквально вцепившись в многострадальный рукав буровинского пиджака.

— Надо, Аня, надо, — вздохнул парень.

Очень уж ему интересно было, кто там такой умный их преследует. А для удовлетворения любопытства срочно требовалось найти собеседника. Благо вариантов было аж целых два поблизости. За остальными пришлось бы бегать куда больше. То еще удовольствие по ночному-то леску. Да же с учетом его способностей. Да и защитница тут от страха и неизвестности с ума сойдет. Оно ему надо?

— Мне нужно полчаса, — сообщил он. — Тебе страшно?

Судя по всему, девушка кивнула. Разглядеть было сложно.

— Это не долго, — заверил парень. — Просто сосчитай до двух тысяч через двадцать два.

Буровин специально взял с небольшим запасом. Да круглые цифры должны в таком состоянии восприниматься лучше. А чем не занятие до его прибытия? И мозг при деле, и страха поменьше будет!

— Как-как? — удивилась девушка, даже на миг забывая, что она тут вообще-то очень-очень боится.

— Раз… двадцать два… два… двадцать два… три… Двадцать два… — примерно обозначил скорость счета молодой человек.

— А… почему двадцать два?

Девушке было страшно и она всеми силами пыталась сосредоточиться на чем-то «левом». ну что ж, отличное занятие парень ей предоставил.

— Ну, можешь повторять «Миссисипи», — пожал плечами Влад. — Это река такая в…

— Ученая, — слегка нервно, но, вроде бы, даже относительно бодро огрызнулась Анечка.

Конечно, все это была попытка сделать хорошую мину, коль скоро все равно не удастся добиться своего… Но все же.

— Ну вот и считай! — в тон ей ответил парень. — Раз цифры знаешь!

— Раз… двадцать два… два… двадцать два… три… Двадцать два… — негромко передразнила молодого человека красотка.

Она и до пяти досчитать не успела — парень растворился в темных зарослях. С той самой грацией медведя, над которой может смеяться лишь тот, кто никакого понятия о повадках Хозяина Леса не имеет.

Девушка прикрыла глаза. Все равно она не чего не видела толком в этой тьме, а так можно было бы представить, что она отдыхает в Крыму, растянувшись на сглаженной водой гальке. Как в детстве, когда из хлопот только и была забота как бы мама не заругала за очередное опоздание.

Парень же, тем временем, бесшумно скользил сквозь океан зелени словно акула, рассекающая толщу водную.

А вот его жертва вела себя прямо противоположным образом. Мужик явно уже задолбался, а потому присел на пенек и… нет, пирожка у него не было. Зато нашлись папиросы. И какое-никакое, а все-таки огниво.

«Что ж, если он хотел оповестить всех лесных обитателей в округе — то все верно!» — оценил парень. Все-таки запах тлеющих табачных листьев в «зеленке» крайне чужероден. И слышится издалека.

— Да я ***л этого *****ка искать, — сообщил вслух мужик.

Кажется, для вящей бодрости. Он, похоже, уже окончательно заблудился. И теперь надеялся дождаться солнышка и попытаться выйти… хоть куда-нибудь.

Первоначальная задача для него уже давно перестала быть хоть каким-то приоритетом.

Однако опыта не слишком сильно дергаться, когда в основание черепа ему уперся ствол у «преследователя» вполне хватило. Во всяком случае, действовал он вполне разумно — просто замер и все.

— А чего меня искать? — задушевно начал парень. — Тут он я. Но рад ли ты этому?

— Слыыыышь, — протянул в ответ недавний преследователь. — Сопляк, я щас шумну и че делать будешь⁈

Вот только не чувствовалось в его голосе уверенности в собственных словах. А это на ТАКИХ переговорах самый что ни на есть главный козырь!

— Отлично! — заявил Буровин. — Так и сделаем. Ты шумнешь. Я пальну. И чего?

— Братия услышит! — уверенно сообщил дядька.

Ну, с «уверенно» вышло не очень. Но все же.

— Обязательно, — согласился Владимир. — И чего?

Этот вопрос явно сбил с толку «братана».

— К-как, чего⁈ — чуть громче воскликнул он, явно ожидая, что его услышат.

— Ну еще погромче поори! — предложил парень, прекрасно понимая, что пока некому поблизости услышать очень уж удачно заблудившего бандита. — Только где тот предел, когда я испугаюсь и пальну? А услышат твои выстрел или крик и чего? Думаешь, скоро найдут это место? Ты сам-то представляешь, где находишься?

«Кстати, никакого сомнения, что оружие у меня в руках настоящее!» — автоматически отметил барон. Неприятненько. Это вполне может значить, что «наводчик» сообщил шайке даже столь интимные подробности.

— Слышь, малой!.. — начал было возбухать дядька.

— Дернешься — убью, — равнодушно сообщил Буровин. — Заорешь — тоже. Понял?

Кричать и ругаться, а тем более угрожать жестокими карами парень не стал. Он еще помнил «наставление» старого зека, с которым, вот совпадение, когда-то целых три дня провел на соседних койках в плацкарте. Так вот он уверял, что ничто не действует лучше. чем вежливая речь в сочетании с холодным тоном («Будто ты глотку выгрызть готов!»).

— Ну.

— Баранки гну, — отбрил парень.

Однако, вопреки своим словам, взялся он за ухо бандита.

— Эй, ты чего⁈ — забеспокоился тот.

Кистевым движением Буровин резко повернул захваченный орган. Практически «до щелчка».

— Пять… Четыре… Три… Два… Один… — скучным голосом считал Влад под аккомпанемент негромкого, но очень эмоционального шипения.

Заорать в голос или попытаться хотя бы коснуться руки Буровина бандит даже не попытался. Возможно, верное решение ему подсказал упершийся в спину ствол. И щелчок взведенного в ручную курка.

— Это так, разогрев, — продолжил он как ни в чем не бывало через несколько секунд. — А теперь будет самое настоящее деловое предложение!

Кажется, никаких дел с парнем бандит иметь не хотел. Но кто бы его мнением по этому вопросу поинтересовался?

— Итак, я оооочень хочу пострелять, — проникновенно заверил Владимир.

— Не, ну ты че… Эй, давай ладом, на…

На это бормотание молодой человек внимания не обратил никакого. Все равно ему было.

— И я выстрелю, — заверил Влад. — Так или иначе.

Причитания с приблатненными интонациями тут же смолкли.

— А че мне тогда?..

— О, да вы, батенька, в торговлю умеете! — обрадовался правильному вопросу Буровин. — Итак, мои условия: ты отвечаешь на все мои вопросы. Понравятся мне ответы — пальну в ногу. И можешь орать — звать на помощь! Я не возражаю. Это шанс! Или можешь меня расстроить.

— И че? — грустно уточнил «преследователь».

— Тоже пальну, — заявил Буровин. — Но в голову. Это фатально. А если ты меня совсем расстроишь, то всажу тебе три пули в живот и подыхать оставлю. Спасти тебя вряд ли успеют, но смерть будет долгой и неприятной. Как говорится, делай свой свободный выбор!

Глава 14

— На… ссссска!

— Ох! — выдохнул Буровин, сгибаясь пополам.

Это. Было. Больно. И сильно.

А уж как точно-то — и словами не передать! Впрочем, членораздельно выразить даже самую короткую мысль парень в сей миг бы не смог.

— Т-тыыыы⁈ — протянул в ответ на его выдох голос Анечки.

Ох, сколько в нем было непередаваемых эмоций. Невероятная радость от возвращения главы рода и желание тут же задушить его собственными руками читались лучше всех.

— Я-кха-ха… — с трудом выдал парень, стараясь как можно быстрее вновь научиться дышать.

Девушку понять было можно. Она осталась одна посреди леса. Вокруг не видно вообще ничего — вытяни руку и количество пальцев уже не сосчитать! А потом грохнул выстрел, заставив ее легонько вскрикнуть. Секундой позже раздался полный боли и ужаса вой.

Ане только и оставалось, что свернуться в клубочек и продолжать отсчет, изо всех сил вознося мольбы первопредку, чтобы новый глава рода все-таки вернулся.

Застань ее парень в этом состоянии, и у него бы появилось множество вопросов по поводу подготовки своей защитницы! Возможно, он даже пришел бы к выводу, что это ее первое задание. И был бы совсем недалек от истины.

Однако у него пока были совсем иные проблемы. Эта ночь уже измотала довольно слабое пока еще (или правильнее сказать все еще?) тело. А тут такой… удар. И спасибо, что не ниже пояса!

«Вот бы первопредок обрадовался, коль мне род возрождать нечем было бы!» — пришла в голову дурацкая мысль. Впрочем, отчего-то молодой человек был уверен, что Хозяин Леса имел ввиду нечто иное под своими словами.

Короче, нехилый шанс на лишения самой возможности завести детей все-таки был. «Рвануло» очень близко.

С другой стороны, возможно, и он был в чем-то не прав.

Все-таки он-то еле слышное бормотание девушки услышал издалека.

— Тысяча четыреста восемь… двадцать два… Тысяча четыреста девять… Двадцать два…

— Ку-ку! — негромко окликнул он, увлеченную счетом черновласку, подходя ближе.

Это и было ошибкой! Ведь помнил же еще, как в Афгане пацанов будил. Аккуратно протянул руку и потряс за ногу. Так, чтобы под шальной удар не попасть. А то мало ли что кому снится на войне…

Девушка же на его появление среагировала мгновенно: взметнулась вверх, ударив, что называется, на звук. Зашло не очень точно, но Владимиру хватило и того. Получись у нее более акцентированный и точный удар — быть нокауту. Менее точный — принудительной кастрации. Общий вывод: повезло!

В свое оправдание Буровин мог бы сказать, что был уверен — защитница его видит. Правда, кто бы его об этом спросил. Анечка, например, не стала. Она тут же вынесла приговор:

— Дурак!

«Не без того!» — согласился парень мысленно.

Вслух не сказал ничего. Время пустых разговоров он счел исчерпанным. Теперь им предстояло свалить как можно дальше из этого леса.

— Зачем стрелял⁈ — прошипела Анечка со злостью. — Услышат же!

— Ну и? — устало спросил Буровин, опираясь на толстый ствол дерева спиной.

Ему было необходимо перевести дыхание прежде чем идти дальше. Непосредственной угрозы он не видел, так что решил себе позволить небольшую паузу.

— Что «и»? — поразилась девушка. — Они ж сейчас все сюда рванут!

— Прям-таки сюда? — переспросил парень.

Он специально заставлял напарницу обдумывать его слова. Пора ей было уже подключать мозг.

— А куда? — вызверилась та. — Дай сюда!

— Ааааааауааа! — донесся до молодых людей очередной полный боли крик.

Как и обещал, Буровин выстрелил в мякоть бедра подальше от артерии. И, кстати, перевязаться бандиту помог. Даже если его теперь не найдут «коллеги», то и сам выбраться с утра неплохие шансы имеет. Если не запаникует, конечно!

Ну а если не выберется — то кто ему злобный доктор?

— А куда? — переспросил парень, ничуть не сопротивляясь насильственному разоружению.

— Ну…

«Оп-па! Пошла мысль!» — оценил Влад.

— Туда… — прошептала его напарница.

— Все верно, — кивнул тот (бесполезное действие — все равно никто не увидит!). — Если бы я его пристрелил, то что бы это изменило? Ни-че-го. Эти придурки уже половину «стада» потеряли, а все равно прутся вперед. Подранок же их задержит. Не смогут его просто так оставить. Хотя бы для того, чтобы в руки полиции не попал. То есть, его нужно найти и вытащить… ну или добить на месте. А это все время, душевные и физические силы…

Жесткая истина: раненный тормозит подразделение куда сильнее чем убитый. Не даром у некоторых снайперов была довольно жесткая и страшная тактика. Не убивать бойца противника, а подстрелить его, после чего затаиться и ждать тех, кто поспешит оказать помощь. Итого количество жертв увеличивалось в несколько раз.

Обратной стороной медали служил простой факт: если подобный стрелок попадался в плен, то никогда долго не жил. И «уход» его был очень тяжелым.

Сейчас Буровин поступил вполне… Разумно.

— Откуда ты все это?.. — начала было девушка.

Однако парень еще не закончил. И прерываться на другие темы, пока не выяснит один очень важный для него сейчас вопрос, не собирался.

— Анюта, — негромко позвал он, прижимая девушку к стволу дерева, на которое только что опирался сам. — Скажи-ка мне, милая, а все ли ты мне рассказала?

Черновласка вздрогнула. Но скорее от неожиданности в целом. Такого поворота разговора она как-то не ожидала. Секунда ей понадобилась на то, чтобы припомнить пару последних недель. Ничего криминального она в своих воспоминаниях не обнаружила.

— Владимир… — начала было она.

— А если подумать? — он даже не стал дослушивать первый вариант ответа.

К этапу «втащить и переспросить» переходить он не планировал. Это дама. А молодой барон все-таки не был хладнокровным спецназовцем, который и глотку спокойно перережет своей спутнице, если та откажется сообщить «где начальник штаба».

— Я не понимаю!.. — прошипела девушка. — Что случилось⁈

— Уточню вопрос: есть ли у тебя что-то ценное с собой? Такое, ради чего и убить не грех?

Сразу не ответила. Задумалась.

— Разве что неприкосновенный запас — пятьсот рублей, — наконец ответила она. — Тоже деньги неплохие… для кого-то. Но рисковать ради них жизнью… Ой вряд ли! Остальное осталось в саквояже. У меня только чековая книжка. Но в банке деньги просто так не получишь — ее красть абсолютно бесполезно!

— И все? — поинтересовался парень скептически.

Девушка честно подумала еще несколько секунд.

— И все! — ответила она.

Однако парень не отставал, попробовав «сподвигнуть» мысль Анечки в нужную сторону.

— Золото, бриллианты, какие-нибудь дорогие…

— Я на задании! — отмела подобные варианты черновласка.

Вроде как: «Не говори глупостей, кто ж цацки на дело с собой берет!».

— На задании она… — буркнул парень, вопреки всем чаяниям собеседницы вполне себе догадывавшийся, что опыта той не достает катастрофически.

Буровин разжал пальцы. Анечка руку убрала, но выворачиваться из довольно узкого пространства между стволом дерева и телом молодого человека не стала. Она вообще старалась не совершать резких движений. В ее памяти еще свежи были воспоминания о вокзальном воришке. Таких приемов борьбы она не видела. Но не это главное, а то КАК ее «подопечный» их применял. Абсолютно без размышлений и сомнений. До такого уровня движения доводятся годами, а то и десятилетиями!

Так почему до этого Владимир скрывал ото всех свои навыки? «Наверняка, причины были! А после амнезии он просто забыл, что вел какую-то игру и начал действовать естественным для себя образом!» — подумала девушка и вздохнула: «И как такого защищать?». Впрочем, через миг ей пришла не слишком приятная для самолюбия мысль: последние дни он защищает ее куда больше, чем она была бы способна.

— Что он тебе сказал? — негромко спросила девушка.

Владимир вздохнул. «Да почему бы и нет, собственно?» — решил он.

— Этот… — он махнул рукой. — Он мелкая сошка. У них бригадир все знал. Гол. Но тот, по ходу, подорвался в поезде. Этот лишь слышал, что мы перевозим что-то ценное. На десятки тысяч рублей. Это и было наградой бандитам. Это нечто они должны были доставить в Петербург к некому Кольке Воробью и получить за это тридцать тысяч рублей.

— Ох! — выдохнула девушка.

Это, по местным меркам, было ооочень щедрой оплатой за подобную «операцию».

Выяснил парень и почему их преследовали с таким нездоровым фанатизмом, полностью игнорирую «комплекс наемника»: «А оно мне надо за эти деньги?». Воробей попросту бы не простил им, если бы те вернулись с пустыми руками.

Щедрая оплата предполагала высокую ответственность. Но об этом парень говорить вслух не стал. Просто счел момент для тактического выживания несущественным. Так что эту мысль он отложил в долгий ящик с подписью «обдумать позже».

— А откуда они узнали?.. — начала была Аня.

Парень вопрос понял гораздо раньше, чем черновласка его закончила.

— Их предупредили, — сообщил он. — Они прекрасно знали время прибытия поезда и номер купе. Были у них и словесные портреты.

А так же словесные описания примерного уровня подготовки. Сводились они к оценкам «зеленая соплячка» и «слабоумный увалень». Но об этом здесь и сейчас вслух можно и не говорить. К чему подрывать боевой дух в их небольшой команде?

— Так что они ищут? — негромко спросила вновь Анна.

— Кто бы знал… — задумчиво протянул Буровин. — Меня сейчас куда больше интересует, почему послали именно тебя на это задание.

Девушка замялась. И парень прекрасно понимал, почему именно. Правда, чему эту предпочитал оставить на «когда-нибудь потом».

— Ну… у меня были одни из лучших результатов в школе защитников, — уклончиво сообщила девушка.

«На тестах, что ли?» — усмехнулся про себя ее «подопечный». Вслух комментировать заявление никак не стал. Не ко времени.

— И?.. — настоял он.

— Я не знаю мотивов главы рода, — призналась красотка.

«Ну да, на тот момент исполняющим его обязанности считался дед Афоня.» — кивнул своим мыслям Влад.

— А что, огнестрельное оружие всем защитникам положено? — поинтересовался он негромко.

Они уже как-то касались этой темы. Теперь вот настало время вернуться к ней вновь.

— Что ты! — удивилась защитница. — Нет, конечно! Даже у дядьки Игната такого не было. Револьверы выдаются исключительно на конкретную операцию и под определенную задачу.

— Вот как… — подивился парень. — Скажи, а револьвер — штука дорогая?

Вот тут девица задумалась. Кажется, такие вопросы ей до того момента в голову не приходили.

— Нет, скорее редкая. Само по себе оружие стоит довольно недорого. А вот цена выстрела — зашкаливает. Да и не используют подобные игрушки шайки. У них свое оружие. Впрочем, если кому-то бы сильно понадобилось, то нашли бы. И без всяких проблем. А вообще, подобные системы чаще используют на Изнанке. Говорят, против тварей макр-патроны работают замечательно. Сама не проверяла. Магии во мне ноль, а способности не позволят находиться там долго.

— Жаль, — констатировал парень задумчиво.

— Кого именно? — уточнила девушка.

— Теорию, — выдохнул Буровин. — Такая стройная версия провалилась!

* * *

— Однажды в студеную зимнюю пору… — прокомментировал свой внешний вид Влад.

— Что? — тут же с любопытством переспросила девушка.

— Я из лесу вышел, — задумчиво закончил парень. — Видок соответствующий имею.

«Зеленку» они покинули когда солнце уже давно перевалило за зенит. К кромке-то они вышли еще часов пять назад. Однако Буровин решил, что неплохо было бы отойти подальше от предполагаемой точки выхода. Мало ли какой радиус поиска зададут соответствующие службы.

— Да уж! — оценила их внешний вид Анечка и… начала пальчиками пытаться привести прическу в порядок.

«Женщины!» — решил парень, ничего плохого тем ввиду не имея. С его точке зрения, чтобы затмить очарование его спутницы требовалось несколько большее, чем какая-то ночка в лесу. Но, как и все прекрасные дамы, сама она имела на этот счет особое мнение.

«Мужчины!» — решила черновласка, с некоторой даже завистью наблюдая за пренебрежением, с которым парень отнесся к своему нынешнему виду.

— Дорога, — тем временем объявил парень очевидный факт.

Если до того они шли вдоль какой-то тропки, не выходя на открытое пространство, то сейчас им попался явный «тракт» местного значения. Судя по состоянию земли и колеям, здесь ездили относительно часто. Как минимум, судя по следам протекторов, грузовики и трактора. Возможно, какая-то еще техника. Попадались следы копыт. Их было немало.

Итак, подобно легендарным богатырям они оказались на развилке. И сейчас им походя предстоит решить вопрос быть или не быть.

— Дела, — выдохнул Буровин, прикидывая варианты.

В своей прошлой жизни он ни за что бы не вышел к населенному пункту. Однако здесь и сейчас, при нынешней скорости обмена данными есть неплохой такой шанс, что ориентировки местным представителям власти разошлют нескоро.

Хотя… с другой стороны, что он знал о системах, находящихся на вооружении специальных служб.

Главный вопрос, как скоро начнут искать именно его. Как минимум, шайки Воробьева (скорее всего, уже другие!), представители Мышкина (который оказался аж цельным князем!) и те, кто направил «нефтяников» на его защиту. Было у парня предположение, что это не полиция. Больно уж повадочки армейские…

— Куда пойдем? — негромко спросила девушка.

— Ты меня спрашиваешь, защитница⁈ — удивился парень, покосившись на свою спутницу.

Губки девушки дернулись. Однако уже через миг она поняла, что ее никто подкалывать не собирается.

— К такому меня не готовили, — призналась та. — А когда не знаешь, что делать, нужно запросить приказа у старшего по званию или главы рода. Я действую по инструкции.

— Ань… — негромко вздохнул парень, но спросил совсем не то, что планировал. — Какая у тебя фамилия?

Парень вдруг понял, что не знает вообще ничего о своей спутнице. А раньше спросить… Так как-то к слову не пришлось. Все никак не выдался случай по душам поговорить. Сейчас вот заинтересовался чего-то.

— Буровина, — откликнулась та.

«Твою-то чешуйчатую!» — расстроился молодой человек. Когда столь сексуальная девочка оказывается твоей родственницей, это… Расстраивает.

— Петрова, — выдохнула девушка. — Анна Сергеевна. Это по паспорту. Однако каждый защитник, поступая на службу Великому Медведю имеет право называть родовой фамилией. Наша семья уже три поколения верно служит Семье.

«Фууууух!» — выдохнул парень. Не то чтобы это признание сделало его задачу проще… и не то чтобы оно вообще перед собой ее ставил. Но все-таки новость настроение подняла.

— Однако и просто назваться родовым именем я права не имею Не благородного происхождения я. Так что официально моя фамилия звучит как Буровина-Петрова, — просветила она. — Всем сразу ясно, что я служу роду, но не являюсь его частью по крови. В других семьях, говорят, за такие дерзости и убить могут. Но у нас так испокон веков заведено. Так завещал Медведь.

— Ну раз Медведь завещал! — глубокомысленно покивал головой Владимир, отчего-то очень обрадовавшийся такому объяснению.

Он даже позволил себе широко улыбнуться.

— Вот сейчас ты меня пугаешь! — призналась девушка.

Мысль свою объяснить более подробно она не пожелала. Лишь покачала головой.

«Ну что ж, сменим тему- значит, сменим тему!» — правильно истолковал пантомиму Влад.

— Как думаешь, нам в ближайшей деревне помогут? — поинтересовался парень.

Черновласка пожала плечами и потянула руку под куртку.

«Ага, добрым словом и пистолетом!», — оценил парень. Но Анечка достала пачку ассигнаций. Критически осмотрев ее, она уверенно кивнула:

— Обязательно помогут!

Глава 15

— Девяносто один… двадцать два… Девяносто два… двадцать два… девя… что⁈ Уже все⁈

— Фууууух… — выдохнул парень, в очередной раз ударив в грязь лицом.

В натуральном смысле этого слова. Руки просто отказались повиноваться молодому человеку и он уткнулся лицом в землю. Какой же это кайф…

Хотя и было больно. Как физически, так и после очень неприятной плюхи по его самолюбию!

Анечка молчала. Владимир сопел, восстанавливая дыхание и пытаясь унять колотящееся сердце. В своем старом теле он бы так над собственной тушкой издеваться не стал. Но молодость прощала подобный экстрим. Хотя, конечно, подобная резкая остановка для сердца — так себе история. По-хорошему стоило походить слегка, чтобы не шокировать организм резкой сменой режима работы.

Впрочем, если уж быть честным, то Колчаков свое тело держал в форме и этот тест редко когда не сдавал на отлично. Бывало. Но обычно подобная ситуация означала, что где-то он себя начал запускать и стоит подналечь на тренировки. Обычно, по его наблюдениям, такое случалось после того, как проходило увлечение очередной дамой…

— Фуууууух… — еще раз протяжно выдал Буровин.

Все по науке: длинный протяжный выдох и резкий коротки вдох. Быстрее дыхание восстановится.

Кажется, ему серьезно придется постараться, чтобы вернуть телу нужные кондиции. А с другой стороны, оно здорово и молодо. Этого достаточно. А остальное он доработает. Благо на него работает опыт.

— И что это было? — поинтересовалась черновласка.

Объяснять, что такое тест Купера на силовую выносливость парню не хотелось. Хотя бы потому, что за тем обязательно последует вопрос: а откуда, уважаемый ты глава, это знаешь. И ответить на него будет сооовсем не просто.

Врать придется. Много и складно. А молодой человек подозревал, что в ближайшем будущем это вообще придется делать часто. И придется сильно постараться, чтобы во всем этом не запутаться. Так что незачем плодить сущности.

— П****ц это был, — еле слышно, но вполне отчетливо пробормотал Буровин.

— Чего ты там бормочешь? — негромко переспросила девушка.

Ответил юноша не сразу. Сначала он потратил несколько секунд на то, чтобы подняться с земли и слегка отряхнуться.

— Плохо все, — наконец ответил Влад печально.

— Это-то я вижу! — усмехнулась красотка, окидывая главу рода задумчивым взглядом.

Выглядел он, надо сказать, очень даже колоритно. Из одежды на нем были хоть и потерявшие прежний лоск, но свежепостиранные штаны из того комплекта, в котором он недавно по лесу «гулял» и… все. Впрочем, все труды баб Марьи по очистке его одежды пошли прахом. Равно как и его помывка в летнем душе. Сейчас он был потным, грязным и очень-очень собой недовольным.

Можно было бы, конечно, сослаться на обстоятельства: ему такое тело уже досталось, да и ослаблено оно еще после ранения. Однако такой подход к жизни молодого человека не устраивал от слова сосем.

«Работаем с тем что имеем и стараемся стать лучшей из возможных версий себя!» — таким подходом он руководствовался в мире том. Так собирался подходить к организации своей жизни здесь.

— Мда, а выглядело все не так плохо, — грустно констатировал парень, оглядывая свой торс. — На вид.

Да, довольно худощав был парень, но, с его точки зрения, не так чтобы критично. И «остатки» мышц имеются. Кто ж мог предположить, что его так вынесет тест на силовую выносливость? Он ведь на четырех кругах не просто продемонстрировал хреновое время, а вообще не смог их закончить. Про какие уж рамки трехминутного отличного результата тут говорить можно…

Остальное тестирование, по своим внутренним оценкам, он тоже провалил. Разве что растяжка порадовала. Но что она ему даст в сложной ситуации? Он как-то никогда не был сторонником ударов ногой в голову. Да и занимался он до айкидо боксом, а не киком или тхэквондо.

В общем, приятный бонус. «Поддерживать гибкость нужно обязательно, чтобы в старости проблем меньше было!» — решил он. Правда здесь и сейчас счел данный навык не слишком-то полезным. Вот нападет на них кто, а парню только и останется, что шпагат продемонстрировать. Вдруг противники удивятся, и, пока они аплодируют, удастся тихонечко сбежать!

— Мдааа… — в очередной раз покачал головой Влад, еще раз окинув глазами двор, где они «квартировали» вот уже три дня.

Парочка от той памятной развилки прошагала километров двадцать, выбрав деревеньку дворов на тридцать, как место передохнуть и привести себя в порядок. Едва они определились с точкой выхода в люди, как встал вопрос кому идти договариваться.

— Сиди уж, страдалец! — негромко и как-то совсем не обидно фыркнула черновласка.

Аня уже километра три назад заметила очень нехорошие признаки. Влад стал чаще спотыкаться, хуже держал «прямую», да и лицо побледнело уже вполне явно.

Спорить с приказом защитницы он не стал. Просто плюхнулся где стоял на задницу. Однако, подумав миг, решил, что этого недостаточно и растянулся прямо на траве. Благо костюмчик его уже подобным возлежанием испортить было сложновато. От него и так мало чего осталось.

— Я схожу посмотрю что там и как, — сообщила Анечка, даже после подобной ночки умудрившаяся выглядеть замечательно.

Косметику размазанную, правда, пришлось смыть еще часа три назад в попавшемся ручье. Но это ее ни чуточки не портило. Напротив, она стала выглядеть как-то свежее и несколько моложе. Да и налет некой стервозности на ее лице стал куда менее заметен.

Парень прекрасно понимал, что примолкла девушка временно. И еще неизвестно, как она определиться с линией поведения, взвесив все за и против. Пока же ее «штормило». В единому выводу она прийти не могла.

Влад в ответ только закрыл лицо руками. Отпускать девушку куда-то одну совершенно не хотелось. Но… Сам он, случись чего, будет только мешать. Обидно, но иногда здравый смысл именно в том и состоит, чтобы заткнуться и не мешать.

— Иди, — глухо выдохнул он, наблюдая за тем, как черновласка взялась за перстень на своей руке и повернула его так, чтобы виден был только ободок со стороны.

«Логично!» — решил он, проделав ту же операцию. Нечего — тут своим благородством светить. В такой ситуации оно должно быть как мужское достоинство или характер — иметь обязательно, а вот показывать всем вокруг вовсе даже и нет!

И девушка ушла… И девушка пришла. Через полчаса. Кажется, за это время молодой человек успел нечаянно вырубиться.

— Воооот ты каков, гусь! — прозвучал над его головой скрипучий голос.

Анечка вернулась не одна.

— Это баб Марья, — представила она свою спутницу.

Ну натуральная ведьма то была! Разве что не скрюченная-скособоченная, а статная худая, но образ отчего-то навевала именно такой. Может быть, выдающимся носом с горбинкой и небольшой бородавкой на нем?

А уж взгляд какой! Острый да с прищуром. У такой не забалуешь!

«Ты где нашла такую⁈» — хотелось завопить парню. Весь его жизненный опыт прямо таки визжал, что с такой женщиной (пусть и хорошо в годах, но на «бабу» она не тянула от слова совсем!) договориться будет непросто.

Парень, не без усилия поднялся на ноги.

— Добрый день, баб Марья! — коротко кивнул он, продолжая изучать местную жительницу.

Та отвечала твердым насмешливым взглядом. Она моментально подметила рваную одежду, грязь, следы крови на рубахе (ну, напоролся-таки под конец пути на ветку — подумаешь!). Отметила она и бледность лица Владимира… Однако признала ее для жизни не опасной.

— Держи, богатырь! — сунула она в руки парню какие-то простые штаны и рубаху в коричневую клетку.

Только сейчас парень заметил, что и Анечка преобразилась. Вместо брючного костюма она щеголяла в самую малость выцветшем светлом сарафане в какой-то цветочек.

И выглядела она просто и… великолепно. На ее фигурке простой сарафанчик смотрелся столь естественно, что… Взгляд парня мигом упал на стройные загорелые ножки. Да там и задержался на некоторое время.

— Жить будет… богатырь! — с каркающим смешком выдала баб Марья (именно так она и произнесла — без второй буквы «а»!).

— Переодевайся! — строго бросила девушка, кажется, слегка смутившись.

— Ну вот, видишь, — проворчала женщина, оценив реакцию Буровина. — А то разоделась как это… суфражистка!

Парень кивнул, начав расстегивать пуговицы старого костюма. Отделаться от размышлений есть ли под этим сарафанчиком нижнее белье у него не получалось никак.

«Чертовы гормоны!» — оценил он, с трудом заставляя себя не коситься на стройные ножки напарницы.

Рубашка оказалась на пару размеров больше чем надо. Штаны тоже. Но, в целом, для сельской местности вполне потянет. Тем более, спутница Анечки поясом, чтобы подвязаться, озаботилась.

Впрочем, в таком виде можно и в Москве появиться. Несколько провинциально, зато внимания особого не привлекает. Нужно будет договориться об аренде прикида на время.

— Ну вот, — удовлетворенно гаркнула ведьма.

Про себя ее парень решил называть именно так. Уж больно похожа. Это был второй вариант. Первый — «теща». Но не рискнул. А то еще накаркает: привлечет в свою жизнь нечто подобное.

— В таком виде и в столицу можно!

Влад вздрогнул. Угадала или…?

— Нешто угадала? — усмехнулась та и неожиданно закончила. — Не бойся, соколик, не выдам. По самой бывало листы розыскные кружили.

«Хренасе!» — коротко оценил заявление парень, даже и не подумав усомниться в словах ведьмы.

— Пойдемте, — позвала она. — Все по правде будет! Напою, накормлю, да спать уложу. А наутро разговоры говорить будем.

От усталости Владимир в тот вечер даже дом толком не рассмотрел. Зато прекрасно оценил шикарную баню… Жаль, правда, париться пришлось в одиночестве. Делившая с ним тяготы пути девушка предпочла его обществу поход с хозяйкой дома.

«Чертовы пубертатные мечты!» — вновь оценил он, с трудом добираясь до кровати.

Дожидаться женщин он не стал. Просто упал и уснул. До самого утра.

А наутро он первым делом отправился колоть дрова. Получилось так себе. Силенок не хватало. Однако на чистом упорстве он заполнил-таки не самую маленькую поленницу хозяйки дома, чем заслужил очень внимательный взгляд и короткий комментарий:

— Характер имеется.

Парню было все равно. Он коротко кивнул, наскоро поел и вновь добрался до спального места с твердым намерением «прилечь на минуточку». Проснулся он с петухами следующего дня.

В этот раз ведьма ничего не просила, а на вопрос «Чем помочь?» лишь отмахнулся. Вот тут-то и пришла в голову Буровину мысль оценить состояние своего тело. Благо тестов для этого он помнил немало.

Начать решил с разминки и проверки гибкости. Результатами он был вполне удовлетворен. Да и начало обнадежило. Это потом все пошло наперекосяк да с присвистом. Силовые показатели были… так себе. Нашлись неподалеку несколько крупных чурбаков. Их вполне хватило, чтобы проверить. Не то чтобы результат был совсем плохими, но и никак не впечатлял. Остается только удивляться силе его «взмаха лапой», подаренной Медведем.

Неплохую доску он просто разломил пополам. Так эксперимента ж ради, не удовольствия для…

— Ну-ну… — знакомый каркающий голос заставил его вздрогнуть от неожиданности.

Однако хозяйка лишь головой покачала и кивнула каким-то своим мыслям. Она, кстати, слегка слукавила: накормила, напоила и спать уложила, а вот «разговоры разговаривать» все никак не спешила. И, отчего-то Буровин был в том абсолютно уверен, вовсе не по причине скудной памяти.

Это немного напрягало.

Равно как и ее бесшумность и незаметность. Вроде бы, чего такого? А вот парень задумался. К нему не так легко было подобраться. Занятия любыми боевыми искусствами предполагает контроль пространства. пусть даже и «мирного», как ошибочно считают многие, айкидо. Да и чутье потапыча обычно не дремлет… Но вот сейчас он даже не смог бы сказать сколько хозяйка наблюдала за его упражнениями!

«Черте что!» — оценил он… и продолжил.

Тренировочный день парень завершил несколькими довольно специфическими упражнениями для «айкидоков». Вот тут тело слушалось довольно неплохо. Как бы не танцами занимался его бывший хозяин когда-то! Во всяком случае, координация и контроль были гораздо лучше, чем можно было ожидать!

На третий же день парень решил оценить свою силовую выносливость.

— Все уже придумано до нас, — решил он. — Аня, мне нужна твоя помощь!

— Слушаю, — тут же откликнулась девушка.

В последние дни она куда больше общалась с хозяйкой, чем с главой своего собственного рода. Впрочем, парня это вполне устраивала.

— Мне нужен таймер! — выдал Влад по привычке.

«Упс!» — тут же оценил он. Кажется, не в первый раз он что-то такое выдает. Во всяком случае, лицо девушки выражало лишь вопрос, а не удивление.

— Секундомер, — поправился он. — Нужно будет засечь время. Просто сосчитать за сколько я выполню четыре круга.

— А круг это? — тут же поинтересовалась она без всякого удивления.

Взбрела вот барону очередная блажь. Чего бы и не уважить? Всяко лучше, чем его предыдущие попытки залезть ей в трусы и «люблюнимагукоровуподарю». Естественно, после соития. Желательно, прямо сейчас.

— Четыре упражнения по десять повторений в каждом. Готова? Ну, тогда начинай!

— Раз… Двадцать два…

О том, что легко не будет, парень понял уже после первого… опускания в упоре лежа. Коснувшись грудью земли, он попытался отжаться. Вышло… Ну, как вышло. Руки выпрямить удалось, но уже с видимым усилием. Однако десять раз Буровин как-то выдержал, чувствуя, как с каждым разом все больше забиваются не такие уж и слабые руки. С виду.

Прыжки из упора лежа в упор сидя и обратно дались куда легче. Но сбилось дыхание.

Чуть восстановить его удалось во время переворота на спину. Дав себе секунду, парень начал закидывать ноги за голову. Это упражнение показалось ему еще проще предыдущего.

А вот на выпрыгиваниях из полного приседа потемнело в глазах. Однако допрыгал. Ничего так.

Второй круг его едва не доконал. Кажется, он взял темп куда выше своих нынешних возможностей, ориентируясь на память прошлого своего тела.

На третьем же Влад просто упал. В какой-то миг он просто не смог разогнуть руки, а через миг уже уткнулся носом в землицу.

— Спорт и правда прибавляет годы жизни, — вынужден был признать он, слегка отдышавшись. — Мне восемнадцать, а чувствую себя на восемьдесят один.

Анечке же было не до смеха. Напротив, мордашка была очень задумчивой.

— Почему ты не остановился раньше? — поинтересовалась она, напрочь проигнорировав предыдущее замечание.

— Это же тест, — пожал плечами парень. — Нужно выложиться, чтобы понять, на что способно твое тело!

Кстати, его это всегда удивлял этот момент в рассказах о всяких там попаданцах. Что-то не припомнил он, чтобы хоть кто-то, прежде чем начать пользоваться новым телом по-полной проверил, а на что оно вообще способно.

— Надеюсь, в бане вода еще горячая, — озабочено выдал он, осматривая себя.

— Теплая с вечера, — обрадовала защитница, явно думая о чем-то другом.

Например о том, что она могла бы сдаться несколько раньше.

— Тогда я пошел! — махнул парень и направился в сторону небольшого деревянного пристроя.

Аня же задумчиво смотрела ему вслед. Волновал ее всего один вопрос:

— Неужели у главы рода Буровиных появилась… воля? — вслух пробормотала она.

Впрочем, быстро осеклась и чуть воровато оглянулась по сторонам. Такие мысли — вовсе не ее забота. Целее будешь. И Хозяина не разозлишь.

В конце концов, Медведь признал Владимира вполне достойным места главы.

И не с ее шестка судить о воле первопредка.

Глава 16

Владимир повторял одно и то же слово из трех букв уже в третий раз:

— Нет.

Анечка же реагировала все в том же стиле «Ну пачииимуууу⁈»:

— Я обязана это сделать! — убеждало она со всем присущим юности пылом.

— Я запрещаю, — наконец прибег у железобетонному аргументу Буровин.

Защитница на это только глазками похлопала. Кажется, она вполне уже признала парня главой, вот только не совсем поняла, как именно это меняет их жизнь. Впрочем, ему было не лень и объяснить.

— Но Афанасий Петрович… — начала она всю ту же песню.

«Ну что ж — спор с женщиной как охота на медведя. Не убил с первого выстрела — беги!», — пришла в голову странная мысль. Где-то в районе диафрагмы в ответ «разлилось» приятное тепло. Потапычу эта мысль определенно понравилась.

— Мне. Все. Равно, — четко и раздельно выдал он.

Рычащие обертоны Хозяина в голосе придали словам молодого человека такой вес, что черновласка буквально упала на лавку. Не ожидала она такой мощной поддержки первопредка.

— Но как же ваш дед?.. — вновь сбилась на «вы» девушка, растерянно взирая на своего спутника.

Тот помедлил несколько секунд. Это время ему понадобилось, чтобы унять натуральное раздражение. Спор заходил на очередной круг. Причем аргументы со стороны девушки были все теми же самыми.

— Мне все равно, — вновь повторил он уже не слегка раздраженно. — А ты подумай хорошенько. Либо мы с тобой… договариваемся…

С учетом событий нынешнего утра «договариваемся» явственно звучало как «ты выполняешь мои приказы».

— …Либо пора задуматься о том, чтобы добираться до родовой берлоги отдельными маршрутами.

Девушка похлопала глазками ещё раз и жалобно так начала:

— Но глава…

Тихий, но продирающий буквально до печенки рык заставил ее замолчать.

— Я — глава рода! — прорычал парень.

Стекла в доме ведьмы жалобно дрогнули в такт его голосу. На мг защитнице показалось, что комнату заполнила какая-то древняя и мощная энергия. Ей даже дышать тяжело стало. Однако это практически сразу закончилось.

— Итак, твое решение? — чуть успокоившись, потребовал парень.

Анечнка думала недолго. Просто кивнула и поделать «собираться в дорогу». Было бы там чего, на самом деле. Голому ж собраться — только подпоясаться!

А вот скорчить демонстративно-обиженную мордочку не забыла. И тут же огребла… От хозяйки дома.

— Что, лютует медвежонок? — услышал парень негромкой насмешливый голос. — А ты не перечь! Косолапые они все такие!

Влад помотал головой, выбрасывая ненужные мысли. Эта женщина знала о них куда больше, чем он готов был бы ей рассказать. И источник ее информации был столь же таинственен, сколь и сама местная владычица.

— И впрямь ведьма! — буркнул себе под нос он и… тем ограничился.

Вопросов он не задавал. Ни к чему это. Ну живет баб Марья в такой глуши, хозяйство ведет. Кто он такой, чтобы к ней с расспросами в душу лезть? Помогает и ладно! Еще вопрос, как бы оно все обернулось, коль к «обычному» селянину в дом бы попали. Небольшая деревня — совершенно особый мир. И пришлый никогда не сможет остаться в нем незамеченным. Если, конечно, не сидит безвылазно в подполе.

А ведь полиция уже приезжала откуда-то из местного райцентра (или как он там называется на местные деньги?). Вопросы задавали. Но никто не сдал гостей ведьмы. Даже местный «участковый» и тот промолчал.

В общем, помогает — и ладно! Лично Буровину о многом сказало отношение местных к Баб Марье. Уважительное оно было. Но без страха и подобострастия. Привыкли тут к ней и зла от ведьмы не ждали.

Его такие наблюдения вполне устроили. Так что неделю они жили как у Медведя в берлоге: если, спали и немного помогали по хозяйству. Буровин еще и тренировался под любопытным взглядом черновласки… и очень задумчивым взором хозяйки дома.

Проблемы подкрались с самой неожиданной стороны. В селе был один единственный телефон. И тот, на момент прибытия парочки беглецов, находился в нерабочем состоянии. Сложности же начались накануне, едва сосед Пахомыч заявился с кадкой яиц для ведьмы и радостной вестью: «Телефон починили!».

Анечка тут же воспылала желанием отчитаться перед дедом Афоней. Влад был против.

— Но это нужно сделать! — убеждала своего спутника защитница.

Так ее учили. Нестандартная ситуация? Выйди на связь и доложись при первой же возможности.

— Кому нужно⁈ — каждый раз «отбивал подачу» новый глава рода.

Конечно, можно было бы и сразу просто приказать. Но любой, кому в жизни доводилось хоть кем-то управлять, знает, что прямой приказ — не всегда самая эффективная тактика. Особенно когда речь идет не о крупной иерархической структуре, а о работе в паре.

Однако логика и доводы были проигнорированы. Пришлось с козырей заходить:

— Я — новый глава рода, Владимир Буровин, отменяю любые данные тебе до сего момента приказы.

Это подействовало. От части. С одной стороны, Анечка пристегнула одну губу к другой и подчинилась, а с другой затаила «обиду» и тщательно ее демонстрировала.

«Негоже такой херни допускать!», — только хмурился Буровин… и ничего не предпринимал. Сначала следует добраться до родных пенатов и уж там строптивую девчонку либо приводить в меридиан, выстраивая новые взаимоотношения, либо просто удалять ее куда подальше от собственной персоны. Просто во избежание всяческих неприятностей типа выстрела в спину упор. От собственного защитника хрен защитишься в подобной ситуации — вот такой вот каламбур!

Однако все это вопросы в папочку с подписью «на потом». Пока же все ресурсы «чертогов разума» требовалось направить на тактическое выживание. Да, среднесрочный план у молодого человека тоже имелся. Но сосредоточиться он предпочел на нынешнем моменте.

Владимир покачал головой и прислушался. Из соседней комнаты доносился властный и размеренный голос ведьмы, делавшей внушение строптивой черновласке. Причем никакого особого уважения ни к его ни к ее персоне баб Марья не выказывала. Напротив, насмешливое обращение «богатырь», стоило ей присмотреться к молодому человеку, сменилось еще более ехидным «медвежонок».

Впервые ввернув словцо в разговоре, ведьма ехидно глянула на своего гостя. Полезет ли с расспросами. Владимир на то лишь демонстративно плечами пожал. Мол, хоть горшком назови, только в печь не ставь.

Старуха на то лишь удовлетворенно кивнула каким-то своим мыслям. Кажется, такой исход ей дела ей вполне по душе пришелся. Чем именно — не сказала. А никто и не настаивал.

— Сегодня Игорек будет! — вырвал из задумчивости Владимира голос ведьмы.

Умела она подкрадываться незаметно. Наверное, даже делала она это совершенно не специально. Но получалось как получалось. Парню было очень интересно, природный ли это дар или какая-то подготовка. Были несколько признаков и в пользу второго варианта.

Во всяком случае, к третьему или четвертому дню парень даже практически перестал вздрагивать. К седьмому уже научился довольно неплохо скрывать свои чувства по поводу неожиданных появлений хозяйки дома.

— Прекрасно, — ровно откликнулся он. — Сколько у нас времени?

— Пока разгрузится да поснедает с устанку-то… — прикинула баб Мань. — Часа три у вас есть.

Буровин кивнул. Больше своим мыслям. Деревня Бычки Новые была действительно редкостным захолустьем. И выбраться отсюда было не так-то и легко. Вариантов было всего два: пешком тридцать километров по дороге или ждать оказию, которая случалась всего пару раз в неделю, а то и реже. И в половине случаев была гужевой.

И это только до небольшого городка!

Этот вариант Буровин заблокировал сразу. Если полиция их ищет (а она ищет, судя по визиту ее представителей в Бычки!), то ехать по единственной «обитаемой» дороге в окрестностях — верх «благоразумия». Однако имелся и второй вариант: в тридцати километрах от деревни пролегала трасса до Москвы (всего-то три сотни километров не доехали!). Вот только добраться до нее — отдельная история! По таким дебрям и сети тропинок проехать нужно, что никто кроме местных и не разберет!

Добираться на попутках — тоже так себе идея. Зато подвернулся вариант с местным «шОфером», как его называли местные, Игорьком. Он как раз собирался «вот-вот» в столицу съездить. Где-то через месяцок. Машину свою, чем-то до боли напоминавшую знаменитую «полуторку» знакомым показать. Однако за денежку малую, равную стоимости пары комплектов резины на свою «ласточку» он согласился-таки поменять свои планы.

— Но не раньше чем через неделю, баб Мань! — твердо заявил он. — Никак нельзя. Работа! Вот уеду я нахрапом, а мне как потом⁈

Парня, кстати, такой расклад устроил более чем полностью. Есть время отдохнуть, восстановить силы и толком отоспаться.

Возможно, даже подумать.

Теперь же с момента того разговора как раз таки и минули семь дней. И вот сегодня, когда уже совсем пора была отправляться, починили обрыв на телефонной линии. В деревне появилась связь. И Анечка мгновенно воспылала желанием ею воспользоваться.

— Молодая она, горячая! — хозяйка дома уже не в первый раз заставила парня задуматься, что чтение мыслей все же существует.

И кое-кто подобной техникой вполне себе владеет.

— Да чего их читать-то, — по-простецки отмахнулась ведьма. — У тебя ж все во лбу написано. И вообще, женишься — тогда-то и поймешь, где настоящее чтение мыслей! И, благородие, коль совет позволишь тебе дать тетке старой…

— Говорите, баб Мань, — ровно предложил Владимир, практически не удивившись упоминанию своего благородного происхождения.

— Срочно учись быть чуточку непроницаемее! — серьезно закончила свою мысль она.

А уж как глянула! Вспомнились парню допросы из прошлой жизни. Был момент, когда «случайно» куда-то делся представитель тех… сил, которого послали для силового решения вопроса с «охеревшим коммерсом». Вот точь-в точь такие же глаза у тамошних следаков были.

— Благодарю, баб Мань, — серьезно кивнул тот. — Обязательно запомню. И соответствовать постараюсь.

— Ну и молодец, медвежонок, — улыбнулась ведьма.

Буровин аж заинтересовался: это настолько целители в его новом мире хороши или столь ровные и белые зубы в таком возрасте — заслуга генетики?

— А на девочку не злись! — неожиданно закончила хозяйка дома. — Хорошая она. Просто запуталась. И боится.

Это парень понимал. Вот только было у него подозрение, что кое-кто при том еще и характер показывает. Вроде как ее уде лет десять как на защитницу учили, а тут какой-то раскомандовался.

— Все боятся, — вот на этой теме парень, кстати, чуть смутился.

В той жизни он никогда не выносил вопросы своих отношений с другими людьми на суд третьих лиц. В этой жизни своей привычки он изменять не хотел.

— Тебя она боится, — усмехнулась ведьма. — Она ж тебя сколько знает? И давно уже образ составила, да бирки наклеила. А тут ты совсем другой стал. Сильнее, жестче, старше…

Последнее слово она выделила особо. Да и в глазах некая ехидца появилась. Мол, знаем-знаем, но никому не скажем!

— Да полно вам, баб Мань! — отмахнулся парень. — Что ж я, страшный человек какой, что ли?

— Другой ты, благородь, совсем другой, — серьезно покачала головой собеседница. — Не нашенский. Но, может, и хорошо это, а? Опять же, признал тебя первопредок… А она сердцем-то чувствует, а понять пока не умеет. И принять тоже. Вот и мечется.

Буровин нахмурился. Очень ему не понравилось последнее замечание. Хотя бы тем, что единственным свидетелем консенсуса между ним и Медведем покуда оставалась черновласка. А тут такие откровения. В пору предположить, что кое-кто слишком много болтает… если бы речь шла об обычной старухе.

— Не думай плохо о девочке! — ведьма ловко шлепнула сухонькой на вид, но очень даже крепенькой ладошкой. — Сама вижу. Не слепая чай! Давно живу. Много знаю. И помню еще времена, когда Бурые были сильными и гордыми медведями. Теперь-то им и медвежонок за счастье! А дальше… Кто знает!

«Не думать!» — решил Владимир придерживаться правила, которое принял для себя еще в первый день знакомства с баб Марьей. Проблем и так хватало. Слова он запомнил. Месторасположение деревни представлял. Понадобиться переговорить — обязательно вернется. В конце концов, жила же ведьма, по собственным словам, здесь последние лет тридцать. Надо думать, что и дальше никуда не денется.

— Умный, — коротко заключила та и улыбнулась какой-то странной улыбкой.

Почти сразу хозяйка дома отвернулась, так что Буровин не был уверен, что ему не послышалось. Однако едва слышный шепот складывался в слова:

— Все вы такие…

Однако переспросить он не успел. Хозяйка дома неожиданно оживилась.

— Да, куртку возьми с вешалки, — предложила она, указывая на старую легкую штормовку.

— Спасибо, баб Мань! — поблагодарил Буровин. — Так не холодно пока на улице. Так доеду.

Лишнего парень у ведьмы брать не хотел. Дом был не самым у нее богатым. пусть и хозяйство можно было описать лишь словом «справное».

— Холодно не холодно, а возьми, — потребовала та едва ли не ультимативно. — Не новая она, да… а срам прикрыть сгодится.

При этом она очень красноречиво похлопала себя по левому боку.

— Ой! — тут же выдала невовремявернувшаяся в комнату Анечка, прекрасно поняв, что именно та имеет ввиду.

Очередной щелчок ей по носу. Вернее, по гордости. Но тут ничего не поделаешь.

— Шибче стараться будет! — махнула рукой ведьма.

Парень ухмыльнулся. Ну да, с навыками девочки прятать оружие, он и сам бы без труда его заметил. Хотя, как подозревал Влад, в этом доме вообще мало что могло укрыться от взгляда хозяйки.

— Благодарю за совет! — легонько склонил голову тот. — Обязательно воспользуюсь!

— Ну и ладно! — слегка прихлопнула в ладоши ведьма. — Есть у нас пару часиков еще. А баню я еще как час затопила. Вы помойтесь пока, а я покушать чего соберу.

— Да… нам не… — попыталась было возразить черновласка.

— Цыц, — коротко усмехнулась хозяйка.

Девушка осеклась мгновенно. Как рубильник дернули.

— Научите? — поинтересовался парень насмешливо.

Анечка же слегка покраснела. Но Буровину многообещающий взгляд все же подарила.

— То наше, бабское! — отмахнулась та. — Ты, жеребец, кобылку должен любовью да лаской обхаживать, а не в стойло загонять!

Теперь черновласка вспыхнула по-настоящему и поспешила покинуть комнату, под негромкий смех Влада и баб Марьи.

— Норова больно много! — констатировала ведьма, бросив взгляд в сторону увсвиставшей девушки.

На такое парень только плечами пожать смог. Это не его проблемы. Вот доедет до берлоги и…

Что «и» он пока сказать и сам бы не смог.

— Ну-ну, — негромко выдала баб Марья. — Тяжело тебе в этом теле, вижу я…

Такие заявления уже никакого удивления не вызывали. Равно как и желания приставать с расспросами. Хозяйка говорила ровно столько, сколько считала нужным. Никогда не повторяла и не объясняла свои слова. И не отвечала на вопросы.

Буровин принял это как данность. Все равно другого выбора не оставалось. Но мозг изо всех сил старался не забивать.

— Явись ты на лет на семьдесят раньше, — расхохоталась она каркающим смехом. — Глядишь и сладилось бы чего! А так сам справляйся…

— Сам, все сам! — усмехнулся в тон Владимир, почесывая след от укуса какого-то местного кровососа.

— А когда по иному было-то в твоей жизни? — без капли шутливости в тоне переспросила ведьма.

Оставалось только прикусить язык. Действительно, ему в прошлом мире гораздо легче было все сделать самому, чем к кому-то обращаться. В общем смысле, конечно.

— Вот иди и делай что должен, — заключила баб Марья. — А там и увидишь как будет!

Вздохнул Буровин, да и пошел… в баню. По негласной традиции, которой насчитывалась аж целая неделя, он мылся первым.

Глава 17

— Облака… Белогривые лошадки… — негромко выводил Владимир, бездумно уставившись в небо.

Руки парень закинул за голову, наслаждаясь возможностью вытянуть ноги. Повезло, что «шОфер» ныне решил перевезти матрац для кого-то из своих. Иначе путешествие в кузове местной «полуторки» было куда менее приятным.

— Почему? — негромко спросила Анечка, растянувшаяся рядом, едва они отъехали от гостеприимных Бычков.

— Облака… — вдохнул парень и переспросил. — Почему что, Анна?

В голосе его сквозило уже даже не раздражение, а усталость от недавнего спора.

— Почему ты не дал мне позвонить? — ожидаемо уточнила вопрос она.

Буровин вздохнул. Как-то очень тяжко.

— Ответ «Потому что я так захотел!» подойдет? — поинтересовался он, не отрывая взгляда от небесной синевы.

Парню сейчас было куда приятнее думать о каком-нибудь прохладном котельчике. Или даже слегка поднапрячься и дотянуться до банки с квасом, подаренным на прощание ведьмой. Но вот возвращаться к уже надоевшему ему за сегодня спору не хотелось абсолютно.

Он едва не выдал нечто вроде «Лучше уж в города бы сыграли!». Однако вовремя прикусил язык. В местных названиях он мог запутаться на раз-два. Вякнет что-нибудь не то, и объясняй потом красавице, что такое Комсомольск-на Амуре, когда тут комсомола отродясь не водилось.

— Подойдет! — резко выдохнула черновласка и отвернулась.

«Да чтоб тебя!», — обреченно ругнулся парень про себя. И не было это восклицание никому адресовано. Но действительно не хотелось вновь возвращаться ко всему этому.

Буровин протянул руку и аккуратно отделил прядь волос отвернувшейся в сторону девушки.

— Аня, — негромко позвал он, легонько потянув пару раз за прядку.

— Что? — девушка обернулась.

— Что ты хотела спросить?

Некоторое время стояла тишина. Кое-кто явно решал, не стоит ли пообижаться еще чуток.

— Красавица, — добавил в свой голос легкую толику ехидства парень. — Все понимаю, женские штучки и всякое такое. Но вовремя ли? Ты сама назвала себя защитницей. Ну так и веди себя соответственно.

Кажется, мысли девушки таки изменили свое русло. Теперь она решала, не отвесить ли одному слишком… самоуверенному главе рода подзатыльник. В итоге, решила, что не стоит. Для себя она это объяснила тем, что Владимир на затылке как раз и лежит, а, значит, до него не дотянуться. Это было куда приятнее варианта, что от ЭТОГО главы рода можно и огрести. Не в смысле физического насилия, но поддержать дисциплину он, вполне вероятно, сможет.

— Почему ты не дал мне позвонить? — повторила она свой вопрос.

На этот раз задумался. Что ж, если это НАСТОЛЬКО важно его спутнице, то можно и уделить вопросу несколько минут. Раз уж слушают, а не пытаются на каждое слово вставить два.

— Сколько себя помню, — начал неспешно парень. — Меня все время преследуют неприятности. Допустим, нападение некой сумасшедшей в госпитале можно как-то объяснить…

Он легко улыбнулся, давая понять, что слишком всерьез его слова воспринимать не стоит всерьез.

— Продолжай! — потребовала она.

— … Мое появление в академии… Допустим. Просчитать было несложно, — начал перечислять он. — Однако каким образом кто-то вычислил твою квартиру — мне решительно не понятно. Вокзал — скорее всего случайность. Очень похоже, что работали просто воришки. А вот в поезде было уже куда интереснее. Как минимум, кто-то сообщил время и место отправления как «нефтяникам», так и тем уродам, что пытались нас достать. Вот как-то так. То есть, мы имеем нападение в поезде и разгром твоей временной квартиры. Один раз случайность. Два — совпадение. Но мне очень не хочется попадать проверять, а не закономерность ли это.

Анечка задумалась. Думала долго. Так же уставившись на небо и кроны деревьев, стремящихся до него достать.

— Афанасий Петрович? — наконец выдала она с ужасом.

Кажется, раньше ей это в голову не приходило. Да и сама мысль казалась невероятным кощунством!

«А кто его там ведает? Но очень на то похоже!», — мысленно выдал парень про себя. А вслух выдал следующее:

— Не знаю, — заявил он. — Однако вполне себе заставляет задуматься о том, что лучше пока нам особо никого в известность не ставить по поводу наших с тобой передвижений.

В этот раз молчание длилось еще дольше. Анечка взвешивала все за и против.

— Допустим, — заявила она наконец. — Ты прав.

«А че, так можно было, что ли⁈» — мысленно выдал парень в память о миллионах погибших нервных клетках.

— Бывает, — почти равнодушно выдал он вслух. — А, может быть, и нет. Выясним. А сейчас давай решим, что мы делаем дальше?

— Москва. Представительство Буровиных, — негромко подтвердила девушка прежний маршрут.

Кажется, мысль о том, что прошлый глава рода мог ее натурально подставить, ей не нравилась от слова совсем.

Буровин решил, что пора выводить свою спутницу из этой меланхолии.

— Зато каков я молодец! — заявил он, чуть раздвинув губы в улыбке.

Анечка подивилась такой самоуверенности, но бровку вопросительно подняла. Мол, откуда у вас, господин Буровин, такие мысли?

— Всего две недели себя помню, а уже вон с какой девочкой ложе делю!

— Какой? — немного заторможено переспросила черновласка, но уже через миг поняла, кого именно имеет ввиду ее собеседник.

— Влааад! — выдохнула она.

Тот пожал плечами. Своего он добился. В моменте девушка сосредоточилась на мысли «Чертов извращенец!», перестав фокусироваться на парадигме «Самые близкие предали — теперь мы все умрем!».

«Ну а теперь можно и попытаться!..» — решился парень, садясь на матраце и стягивая с себя куртку.

— Владимир, не надо, — негромко выдохнула Анечка севшим голосом.

На миг ей стало действительно страшно, что сейчас новый глава рода отдаст один простой приказ. И она должна будет подчиниться. Нет, шанс отказать у нее есть. Но стоить это будет ей… всего. В том числе и дара первопредка.

И… она не знала как именно поступит. Это тоже пугало.

— Надо, Аня, надо, — негромко выдал Влад и, отметив, что резкий укол страха как-то резко вытеснил из сознания девушки все пораженческие настроения, выдал. — Дай сюда кобуру.

В глазах черновласки сверкнули молнии. Она вспыхнула гневом и ей понадобилось несколько десятков секунд, чтобы взять себя в руки. Казалось, что еще секунда, и она начнет материться не хуже портового грузчика. Парень знал, она умеет. Наслушался, едва девушка чуть отошла от шока посреди разгромленной квартиры.

— Скажи мне, красавица, тебя бесит, то что я сделал?

Девушка уверенно кивнула.

— Или то что НЕ сделал?

— Да на! — швырнула ему в руки оперативную кобуру Аня, которой очень не хотелось даже задумываться об ответе на этот вопрос!

Пожав плечами, парень сосредоточился на ее изучении. Ничего сложного в системе ремней не было. «Оперативка» она и в Африке оперативка.

Пока глава рода сосредоточился на подгонке «сбруи», его защитница размышляла о том, что ЭТОТ Буровин умудряется задеть ее эмоции куда серьезнее, чем ТОТ, что реально дважды пытался залезть ей в трусы.

— Оружие! — потребовал парень, едва убедился, что ремни подогнаны как надо и тело двигается вполне приемлемо.

Револьвер девушка уже передала уже куда спокойнее.

«Все равно не озаботилась тем, чтобы его разрядить перед тем, как передать!» — отметил Владимир.

С другой стороны, можно было сказать в защиту девушки, что из камор барабана по одному извлечение макр-патронов занимает куда больше времени, чем просто выщелкнуть обойму из рукояти какого-нибудь куда более привычного для молодого человека оружия.

— Хм, — подивился парень, убедившись, что куртка, накинутая на плечи, замечательно скрывает оружие.

— Патроны, — негромко произнесла девушка, так же доставая из кармана своего пиджака, накинутого на сарафанчик, «россыпь».

Парень посмотрел, подумал мгновение, и покачал головой:

— Оставь пока у себя, — попросил он.

Анечка пожала плечами и ссыпала патроны обратно, заставив Владимира натурально поморщиться таким пренебрежением к хранению БК.

«Ну что ж, я ж не „рэмба“ какая!» — решил парень, вполне справедливо полагая, что если он не решит дело семью патронами, то дело реально швах. И там уже будет иметь значение не огневая мощь, а скорость ног.

— А эти где? — Сделал пространный жест рукой Буровин.

— Тут, — выудила откуда-то Аня небольшой кошель. — Оба. Нужны?

«А хрен их знает!», — задумался парень. С одной стороны, оружие против магов — это «мощща», но, с другой, он пока ни одного из них не встретил. Да и тактико-технические характеристики этого боеприпаса представлял себе плохо. Может быть, им вообще полагается стрелять из укрытия, находясь не менее чем в пятидесяти метрах от цели? Нафиг, нафиг.

— Оставь себе пока, пожалуйста, — негромко попросил он и откинулся на матрац.

Аня прилегла рядом. Больше они не разговаривали до самой Москвы.

Каждому было о чем подумать в тишине.

Глава 18

— Здесь дорого! — надменный тон прозвучал холодно и властно.

Буровин завелся мгновенно. Он вообще не терпел, когда ему указывали что в этой жизни можно, а что нельзя. Какой-нибудь психотерапевт обязательно сказал бы, что столь острая реакция — «месть» за то, что в детстве действительно было многое «нельзя». Не слишком богато жила семья Колчаковых тогда.

Но парня это волновало мало. В прошлой жизни он, например, нередко в такие моменты делал то, о чем потом и пожалеть мог неоднократно. Правда, со временем он научился сдерживать подобные порывы. Однако сейчас острый укол коктейля из злости и раздражения удачно лег на гормоны молодого тела.

— Нам нужно позвонить, — довольно мило улыбнулась Анечка.

Девушка — молодец. Она явно заметила состояние спутника и попыталась погасить назревающий конфликт.

«Ничего себе, вот мы как умеем, оказывается!», — поразился Владимир, а планка раздражения скакнула куда-то к отметке «щас спою». Вернее, «не сдержусь»!

А вот халдей окинул девушку равнодушным взглядом. Как табуретку, примерно.

— Хм, времена меняются, Москва все та же! — Едва слышно шепнул себе под нос Буровин.

Как человек, большую часть своих лет проживший в столице культурной, он с неким предубеждением относился к москвичам. Вот такие вот предрассудки.

— Девушка, у нас тут не богадельня! — раздраженно фыркнул официант, дернув уголком губы.

Взгляд его при том выражал истинное презрение слуги к тем, кого он считал ниже себя.

Парень сделал несколько разминочных движений шеей и… сумел-таки обуздать бурлящие в теле гормоны.

— Человек, — негромко окликнул он спешащего по своим делам коллегу сего «доброго» юноши.

Тот выглядел куда старше и солиднее встретившего их халдея, а потому вызывал куда больше веры в наличие разума.

— Слушаю вас, — среагировал мгновенно официант.

У него опыта побольше было явно. Во всяком случае, ему хватило примерно секунды, чтобы наметаным глазом уловить иные детали, что мгновенно заставили его позабыть про непрезентабельный вид гостей.

— Чего изволите? — расплылся в улыбке он.

— Роман Игоревич! — пораженно воскликнул молодой.

Уже в годах мужчина с достоинством кивнул гостям, не обратив и малейшего внимания на восклицание коллеги.

— Пару кофе и… Что у вас на обед? — поинтересовался парень, уже полностью подавивший вспышку раздражения.

Борзый халдей теперь занимал в его восприятии мира место где-то между табуреткой и плинтусом.

— У нас сегодня нежнейшая осетрина с кашей гурьевской да грецкими орехами. Великолепен и поросенок холодный натюрэль. Мясо с дичью так же удалось.

— Мы спешим, — негромко усмехнулся Владимир. — Обед для двух человек на наше усмотрение. У нас около сорока минут. Без алкоголя. Кофе сразу.

— Все сделаем, не извольте беспокоиться, — заверил человек, еще раз с достоинством поклонившись.

— Благодарю. Где мы можем позвонить?

Парня не поняли. Их новый официант очень тактично изобразил вежливое недоумение. История в этом мире пошла несколько по иному пути развития, так что никакого «Ало, барышня, Смольный дайте!» местные не знали. Телефоны, в общем были, но использовались скорее для связи с такими глухими поселками, как их недавнее пристанище, а не повсеместно. Зато существовали местные аналоги мобильных телефонов… Естественно на макрах. Вот только они издавали совершенно другие звуки при входящем вызове, а вовсе не старались спародировать механический будильник. Оттого термин «позвонить» у местных был не слишком распространен. Чаще использовали глагол «связаться».

— Нам нужен телефон, — негромко поправила парня Анечка.

— И он тоже, — невозмутимо кивнул тот.

Официант остался невозмутим.

— Конечно, — предложил повел он рукой в сторону пар небольших кабинок. — Наше заведение всегда готово предоставить переговорную комнату для гостей.

Аня оглянулась на Буровина. Тот, задумавшись на миг, не упустил ли он чего важного, кивнул.

— Вам могу предложить оставить верхнюю одежду в гардеробе.

Вот тут взгляд парня натурально похолодел. Этого момента он как-то не учел. Однако официант оказался куда более внимательным, чем требовалось при его профессии.

— Правила нашего ресторана никак не ограничивают гостей в их праве иметь при себе оружие, — добавил он. — Не сомневайтесь, его вид никак не побеспокоит остальных посетителей.

— Благодарю, — вежливо кивнул парень. — Анна…

Девушка кивнула и отправилась в сторону кабинок.

— Где тут у вас гардероб?

— Прошу за мной.

Девушке на все про все понадобилось не более пяти минут. Но этого вполне хватило Владимиру, чтобы определиться. Раз уж он теперь, по меркам мирового пролетериата, самый что ни на есть буржуй, то его внимание привлек пункт «Рядчики тушеные в сметане, брусничное варенье».

— Час, — сообщила она коротко, присаживаясь рядом.

— Они что, из подмосковья добираются? — поинтересовался парень, приподняв бровь.

— Нет, почему? — удивилась его спутница. — Наше представительство находится на Армянском переулке.

«Моих бы отцов-командиров, да в ваши пенаты!» — удивленно присвистнул парень, припоминая их подъемы по тревоге. А тут глава рода у них пропал. Ну, хорошо, наследник! Вполне возможно, что дед Афоня не поставил остальных в известность о новом статусе своего внука. И все равно, время реагирования тревожной группы было каким-то… диким.

— Это… нормально? — негромко поинтересовался парень.

— Вполне… — не слишком уверенно протянула девушка, явно почувствовав раздражение спутника.

— Могу я принять заказ? — поинтересовался все тот же официант, буквально материализуясь у их столика.

— Рекомендую остановиться на холодных закусках, — коротко выдала Анечка.

— Дама сказала свое слово, — подтвердил заказ Владимир, вздохнув про себя, что так рябчиков и не попробовал.

— Быстрее подадут, — объяснила свой выбор девушка. — Полноценное блюдо будет готовиться довольно долго.

«Другой мир, другие скорости.» — отметил парень, медленно и спокойно извлекая из кобуры револьвер. Резких движений он старался не делать, чтобы не вызвать беспокойства среди почтенной публике и излишнего в свой адрес ажиотажа.

— Что ты делаешь? — едва слышно шепнула девушка, ни видом ни жестом не подавая вида, что происходит нечто необычное.

— Готовлюсь, — выдохнул парень негромко, таки справившись.

Револьвер он разместил под бедром, как, бывало, у него АПС лежал во время поездок на «козлике» в чужой и враждебной стране.

— Ты передала ВСЕ что я просил? — поинтересовался молодой человек негромко.

Анечка уверенно кивнула.

— Слово в слово.

— Ну вот и готовься, — предложил он. — Если не исполнят — просто уходим. Любым способом.

После подорванного поезда идея прорыва через стеклянную витрину ресторана как-то уже и не казалась особо дикой. В любом случае, им либо простят уже все, либо отвечать придется по столь тяжелым статьям, что о таких мелочах как разгромленный ресторан, даже даже и вспоминать неприлично будет.

Как-то так.

* * *

— Они, — коротко прокомментировала Анечка.

Буровин, дожевывая тонкий кусочек превосходного мяса, только кивнул.

Началось.

Два автомобиля, чем-то напоминавших «ролсы» времен Аль Капоне, остановились напротив входа в ресторан. Оттуда вразнобой выгрузились пятеро мужчин и направились ко входу.

— Серьезно? — негромко оценил подобную «высадку» парень, с неудовольствием отметив, что водители покинули свои места и отправились вслед за остальными. — Я разочарован.

— Чем же? — подивилась Анечка, радости при виде знакомых лиц не скрывая.

— Вон же светофор имеется! — указал на оный парень, вовсе своими настоящими размышлениями делиться не собирающийся. — А они прям через дорогу сигают. Срамота!

Девушка распахнула глазки. Впрочем, через пару секунд взгляд ее стал хищным.

— А подробнее? — попросила она.

— Работаем, — оборвал все лишние разговоры парень.

«Эвакуационная команда» уже вошла в зал. Вот их пришлось провожать уже молодому и борзому сотруднику, что усомнился в платежеспособности молодых людей. Абсолютно счастливым он от того не выглядел.

К столику отправились только двое. Крепкий кряжистый дед лет семидесяти с походкой профессионального танцора и молодой худощавый и гибкий молодой человек. Остальные остались у входа.

Старик был примечателен. Хотя бы шрамом на щеке. Было у Буровина чувство, что оставлен он не иначе как пулей. Конечно, его вполне удачно скрывала небольшая седая бородка, но при желании разглядеть след былого ранения можно было вполне. Одет он был в серую тройку, а широкое пальто вполне могло скрывать даже какой-то не особо компактный автомат.

Таковых Буровин, правда, еще не видел в этом мире, но мало ли…

Аня молчала. Владимир тоже. Дед Тарас, а по описанию это был именно он, тоже не проронил ни звука. Его молодой спутник вообще предпочитал делать вид, что его тут нет и не отсвечаивать.

С каждой секундой второй оставшийся защитник рода Буровиных хмурился все больше. Молодой человек же, руки под стол убрав еще до появления «эвакуационной команды» в заведении, разговор первым начинать не спешил.

— Могу присесть? — первым не выдержал защитник.

— Прошу, — предложил молодой человек, уже пожалевший, что отказался от идеи соорудить еще одну «гранату».

Ему и вагона пополам разорванного хватило. Решил не рисковать пока боле.

Защитник и его спутник степенно уселись за столом.

— Все хорошо, Владимир Сергеевич? — поинтересовался дед Тарас еще после минуты напряженного молчания.

— Не знаю, — честно сознался Буровин. — Вы мне скажите. Насколько понимаю, именно в вашу задачу входит обеспечение безопасности на маршруте?

«Ого, не ожидал такого дядя!» — отметил про себя парень наблюдая за чуть сузившимися глазами своего собеседника.

— У меня приказ Романа Григорьевича доставить вас… — начал было защитник.

— Стоп, отсюда подробнее, — перебил его Владимир. — Кто такой Роман Петрович?

— Григорьевич.

— И он тоже.

Дед Тарас… Не слишком удивился. Лишь откинулся на спинку стула в задумчивости. Отвечать, кстати, на вопрос, он не спешил.

— Тарас Васильевич, — мягко, где-то даже вкрадчиво произнес парень. — У меня под правым бедром заряженный револьвер, а в голове примерный план отхода. У вас пять минут…

Вообще-то, парень хотел ограничить «крайний срок» минутой, но, сделав поправку, на общую здешнюю медлительность, решил чуть увеличить временной интервал.

— …Чтобы убедить меня отправиться с вами, — закончил он.

— Нешто по своим палить будешь? — «поразился» дед.

А вот глазоньки-то серьезными остались. И шутливостью в его тоне не пахло от слова совсем.

— А вот это значения не имеет. Ваша задача увести нас отсюда, не привлекая внимания. И даже если я не буду стрелять именно в вас, то выполнение ее вам осложню. По возможности, попросту сорву. И это если мы тактично обходим вниманием важный вопрос, который вы прямо-таки обязаны себе задать: «А вдруг он дурак и правда полить начнет? Как бы сам не убился!».

— Понимаю, — кивнул защитник.

— Не думаю, — покачал головой Владмир. — Итак, кто такой Роман Григорьевич?

Местного представителя Буровиных звали Нестор Андреевич Гудков. Был он из слуг, но самых доверенных. А этот вдруг всплывший кадр кто такой?

— Первый помощник и советник Афанасия Петровича, — ровно ответил тот.

Анечка подтвердила легким кивком головы. Взгляд деда Тараса стал очень жестким.

— Нам нужно ехать! — сообщил он твердо.

— Куда? — поинтересовался парень небрежно.

Ему срочно требовалось понять, стоит ли садиться в поданную «карету». Салон автомобиля — очень специфическое пространства, лишающее его большей части маневра. А информация опять ушла деду Афоне, раз уж его помощник уже при деле.

— Приказ главы рода, — жестко обрубил старый защитник.

Да, это не «зеленая» Анечка. Этот реально может и силой поволочь.

«Хотя… вот рубль за сто: он уже прекрасно увидел по положению моего тела, что какой-то сюрприз я таки приготовил», — оценил Владимир.

— Володька, не зли меня! — потребовал дед. — А то напомню, как хворостина по заднице ходят.

Парень решил рискнуть. Не устраивать же, в самом деле, престрелку в ресторане?

Он аккуратно сложил руки на столе и левой провернул на пальце перстень так, чтобы он был виден и его собеседнику.

— Я теперь глава рода, — спокойно произнес он. — А потому, Тарас Васильевич, извольте сначала объяснить, что именно вы собираетесь сделать.

Старик замер, уставившись на кисть «непутевого Володьки». На осознание ему понадобилось несколько секунд.

Бумс!

С противным металлическим звоном поднос с остатками их заказа разлетелся по полу. Это молодой официант неожиданно понял, КОМУ именно он перечил около часа назад.

Глава 19

«Правильно я поступил!» — мысленно похвалил сам себя Буровин.

Горело где-то внутри парня желание ткнуть защитнику под нос кулак с перстнем. Да еще и пальцы в кукиш сложить. А для полноты картины добавить нечто вроде: «Мне ты теперь служишь, холоп!».

Естественно, он так выражать свое неуважение к собеседнику не стал. Делать резкие движения перед носом спеца вообще так себе идея. Там ведь в первую очередь рефлексы сработают. И, вполне возможно, уткнулся бы новый глава рода лицом в стол. Отличное было бы начало для знакомства со своими будущими людьми! А так Владимир не спешил, выполняя каждое движение нарочито плавно, чтобы у деда Тараса хватило времени не только разглядеть перстень, но и скорректировать свою линию поведения с учетом новых данных.

Дед не подвел:

— Нешто сам Медведь признал, — ухмыльнулся он. — Ну, здрав будь, глава!

«Какая непередаваемая смесь эмоций!» — поразился парень. Тут тебе и удивление, и радость, даже толика гордости. Очень ему в тот миг захотелось расспросить свою защитницу. Было у молодого человека предположение, что был ему дед не только слугой, но и самым настоящим дядькой. Воспитателем, то есть. Иначе откуда бы такая смесь чувств?

Молодой человек просто кивнул и подцепил серебряной вилкой очередной кусочек мяса.

— Тарас Васильевич, — негромко спросил Владимир, поглядывая в окно на присланный за ним кортеж. — А почему у тебя водители машины покинули, а? И почему авто стоят задом к предполагаемому пути отхода?

Защитник не стал задавать глупых вопросов типа «А что такого?». Напротив, он сначала задумчиво посмотрел в сторону кортежа, а затем на своего нового сюзерена.

— Есть основания предполагать опасность? — поинтересовался он негромко.

Буровин от такого вопроса аж офигел очень даже не слегка! По его мнению, охрана должна быть готова к работе попросту всегда. А уж в ситуации, когда нападение действительно возможно… А с другой стороны, знают ли они вообще о нынешней ситуации?

Хороший вопрос!

— Аня? — негромко спросил он с интонацией «Это сейчас серьезно прозвучало?».

Черновласка только головкой тряхнула.

— Тарас Васильевич — глава силового блока в столице, — ровно прокомментировала она, явно свои эмоции перед собственным начальством стараясь сдерживать. — Если до них не довели специально, то… подобная неинформированность вполне возможна.

«Не довели до непосредственных исполнителей столь важной информации? Ну-ну, дед Афоня! Найдется у нас о чем поговорить при встрече!», — решил молодой человек.

Защитник же с интересом переводил взгляд с нового главы на Анечку. И обратно. Кажется, он реально был не в курсе, сколь интересная выдалась неделька у молодых людей.

— За последнюю неделю на меня совершено не менее четырех покушений, — ровным тоном выдал парень. — Первое можно назвать до некоторой степени удачным. Во всяком случае, если бы не мастерство целительницы, я бы уже к первопредку отправился.

Кустистые седые брови старика приподнялись… миллиметров на пять. В остальном же он остался вполне спокоен.

На обдумывание новой вводной ему понадобилось секунд десять.

— Интересно, — наконец выдал он.

— Более того, предполагаю, что мы в розыске, — продолжил по порции выдавать новости Буровин.

— Это-то беда не большая! — отмахнулся его собеседник. — Вряд ли ты чего серьезного натворил, а остальное перемелется… мука будет.

Молодой человек согласно покивал головой.

— Во время последнего нападения мне пришлось подорвать пассажирский вагон поезда… — начал было парень.

Вот тут защитника проняло. Уже серьезно.

— Того самый⁈ — резко выдал он. — Петербург — Москва⁈

Смотрел он при этом не на своего сюзерена, а на черновласку.

— Как же ты умудрилась, девочка? — впервые за весь разговор проявил он яркую эмоцию.

Ею стал ужас за судьбу девушки.

— Это я, — выдохнул парень негромко. — Моя ловушка. Не совсем так сработала, но…

— Я видел фотографии на передовице «Вестника», — вновь взял себя в руки Тарас Васильевич (а вот его молодой спутник с эмоциями пока что-то не очень справлялся, вполне демонстрируя изумление!). — Вагон буквально разорвало пополам. Каким образом вы достигли такого эффекта, Владимир Сергеевич?

«Ну, спасибо, хоть сомневаться в моих словах не стал!» — оценил парень, сочтя, что это неплохой задел для будущей плодотворной работы.

— Рассчитывал на «пшик», а оно как е**нет! — развел руками парень, но тут же посерьёзнел. — Жертв много? Среди гражданских.

Этот вопрос его волновал больше всего. В конце концов, там, «за ленточкой», он занимался снятием подобных сюрпризов, а тут…

— Не могу сказать, — ровно выдал защитник. — Они точно есть, но… Там довольно запутанная история. Кажется, на этот вагон напали…

Парень кивнул поощрительно. Мол, делай выводы!

— … Сообщалось о нескольких погибших, — закончил дед. — Часть из них, насколько я понял, были военными — отпускниками.

Молодой человек вздохнул, мысленно пожелав «нефтяникам» выбраться всем… из тех, кто к тому моменту оставался жив. Он прекрасно помнил слова Андрея:

— У нас двое — все, — сообщил он прямо перед тем, как Буровин порекомендовал им свалить подальше от их купе.

Очень уж Владимиру хотелось верить, что его послушали.

— Плохо! — выдал парень неожиданно севшим голосом.

Впрочем, заставил себя собраться он тоже быстро, пообещав себе, что как только они доберутся до безопасного места, то он себе даже в подушку порыдать позволит, если это потребуется для разгрузки психики.

— У меня есть знакомцы в линейном… — задумчиво огладив бороду негромко прокомментировал новости дед.

— Тарас Васильевич, я буду вам очень благодарен, если вы узнаете насчет жертв, — ровно попросил молодой человек.

— А твоя… ваша судьба что же?.. — негромко поинтересовался собеседник.

Да еще и взглядом одарил, будто в первый раз увидел.

— От своей судьбы не уйду, — негромко заявил Буровин. — Но с властями согласен общаться лишь как доберемся до родового леса.

Защитник вновь приподнял бровь.

— Это отчего же? — поинтересовался он.

— Ничего не могу утверждать, — пожал плечами Влад. — Да вот только мне в Петербурге что-то на внимание людей князя Мышкина везло. И отчего бы не предположить их участие в этой… истории?

Теперь дед молчал долго. Почти минуту. С учетом полной уверенности Буровина, что его собеседник соображает очень быстро, это было долго.

— Совсем никому не веришь… верите, глава? — невесело ухмыльнулся он.

— Дед Тарас, — твердо заявил парень. — Выкать кончайте. Плохо получается. Да и ни к чему!

Старый защитник на то лишь усмехнулся.

— Так и ты, Володя, раньше мне все больше тыкал, — негромко констатировал он.

— Значит, нам обоим нужно ослабить галстуки, — кивнул парень.

Выражение это, судя по секундной заминке собеседника, здесь было не в ходу. Но общий смысл старик «раскусил» в секунду.

— Так, — кивнул он твердо. — Это все дела будущего. Сейчас у меня приказ доставить тебя в представительство.

«Молодец какой, а!» — восхитился Буровин. Нынешние реалии осознал верно! О приказе оповестил, да и посмотрел на нынешнего главу вопросительно.

— Что это нам даст? — поинтересовался парень.

— Ключи от одной из оперативных квартир, — начал перечислять защитник. — И транспорт для отправки в Черновской лес. Так понимаю, поезд ныне исключен? Не по изнанке же нам добираться.

— Зачем мне появляться в представительстве лично? — решил таки уточнить Влад.

Лично ему казалось куда более логичным переждать где-нибудь, пока защитник решает организационные вопросы.

— Приказ на выделение таких ресурсов может отдать либо Афанасий Петрович, либо Роман Григорьевич, — едва заметно пожал покатыми плечами дед. — Даже Нестор Андреевич самостоятельно не сможет выделить такие ресурсы. Так что у нас два варианта: либо силовой захват, либо приказ нового главы рода, отданный лично.

Молодой человек подцепил очередной кусочек мяса и задумчиво прожевал.

— Дед Тарас, — негромко выдал он, справившись с нежнейшим кушаньем. — Разреши вопрос: какого хрена водители еще не на своих местах, двигатели заглушены, а машины стоят багажниками к дороге?

Старик нахмурился, но исполнять приказ не спешил.

— Володь, ты не… — начал он.

— Тарас Васильевич, — перебил его парень. — Ты меня плохо понял. Я сказал «Бегом!».

Упрямое выражение лица стало ответом молодому человеку. «Вот где мы, дед, с тобой в клинч-то войдем!» — отметил мысленно Буровин.

— Это приказ, — напомнил молодой человек, так как никто его словам подчиниться не поспешил.

Защитнику понадобился всего один жест, чтобы двое его подручных рванули на улицу.

— Стало быть, едем? — уточнил старик.

— Стало быть, едем, — согласился Буровин.

А что ему еще оставалось?

* * *

«Приятно!» — оценил Влад местные машины в стиле ретро. По воспоминаниям о прошлом мире, естественно.

Автомобили двигались довольно бесшумно и мягко. Как он понял, силовая установка тут тоже была запитана от макров. ДВС хоть и был изобретен, но особой популярностью не пользовался. По крайней мере, при производстве гражданских авто.

Порадовала и Москва. В основном отсутствием вечных пробок и уродливых высоток. А в остальном… Столичный город, что тут сказать. Девушек много. Красивых и разных. Глаз радовался. Тело испытывало явный дискомфорт от нереализованных желаний.

«Надо с этим что-то делать!» — рушил твердо Влад.

— Интересная привычка, — негромко прокомментировал дед Тарас.

Револьвер себе под бедро парень засунул автоматически при посадке в машину. Даже не задумываясь.

Анечка повернулась на голос наставника. Вопреки привычным тому алгоритмам работы «лички», его усадили вовсе не за черновлаской, а за усевшемся за руль Олегом — тем самым молодым помощником деда.

— Удивляюсь, почему ее нет у тебя, Тарас Васильевич! — буркнул Влад, вздохнув.

— Это столица! — усмехнулся тот. — Кто рискнет напасть средь бела дня?

Буровин вздохнул. Может, воином дед был и не плохим. Но и завидным раззвездяйством отличался он же. Осталось понять, это местное отношение к организации службы или личные черты характера.

— Ты невнимательно меня слушал, защитник, — негромко буркнул молодой человек.

Однако его услышали. Еще б нет-то! Парень так старалсяоднако дед его хоть и услышал, но реагировать не спешил.

— Почему у вас нет своих машин? — поинтересовался Владимир, пока «амнезию» свою успешно скрывавший, через некоторое время.

— Они дороги! — пожал плечами Тарас Васильевич равнодушно.

Новый глава рода аж зубами скрипнул: «Дороже безопасности⁈» — хотелось едко спросить ему. Сдержался.

— А вон та, например? — поинтересовался Буровин, указывая на остановившийся перед светофором рядом с ними авто.

— «Тэшка»? — поморщился тот. — Это ж хлам!

Парень присмотрелся внимательно. Да, автомобильчик был явно без изысков. И сильно напоминал знакомый ему «Форд Т». Но он все-таки ехал!

Впрочем, возможно, парень чего-то об этой модели не знал.

— Такой ненадежный? — поинтересовался он негромко, провожая взглядом закрепленую сзади запаску «Тэшки».

Их, по местным меркам, наверное, лимузин, тронулся медленно и степенно. А вот вторая машина слегка отстала.

«Да, ребята, до спецов трассового сопровождения вам как до Китая непонятным ходом» — вздохнул он.

— Да нет, говорят не ломается особо, — пожал плечами защитник.

— А в чем тогда проблема? — искренне не понял парень.

Уж больно напоминал ему увиденный на перекрестке авто старую добрую «Жестянку Лиззи» — первый полицейский экипаж США. Про тамошних копов можно было много чего сказать, но тачки они всегда выбирали довольно неплохие. Во всяком случае, своим задачам отвечавшие полностью.

Дед Тарас обернулся к Буровину и уставился на него долгим изучающим взглядом.

— Он дешевый, — наконец определился с ответом он.

Опять настала очередь Буровина оценивать ответ… которого он, если на чистоту, совершенно не понял.

— И? — попросил парень развернуть мысль подробнее.

— На такой и мастеровой рукастый за несколько лет скопит, — сообщил защитник, с любопытством присматриваясь к молодому человеку.

И как ты, мол, отреагируешь?

Влад же, не смотря на страстное желание выматериться, постарался удержать раздражение в рамках.

— Насколько наш авто дороже «тэшки»?

— Раз в пятнадцать, — пожал плечами дед Тарас.

— То есть, за один подобный членовоз, — парень обвел руками действительно богатое убранство салона, можно было бы купить пятнадцать недорогих и надежных машинок⁈

Хохот защитника заполнил салон авто.

— Членовоз… ну да, есть что-то… этакое, — кивнул он. — Но невместно аристократам на подобном хламе кататься.

Твердо сказал. Как о традиции. А это штука такая. Хрен перешибешь за раз.

— Зато у нас бы были сейчас свой машины и не пришлось бы идти на поклон к Гудкову, опасаясь, что иначе он переполох наведет на всю округу! — довольно зло бросил парень.

— Невместно, — твердо повторил старик.

Глава уставился ему прямо в глаза. Это был довольно жесткий поединок взглядов, где каждая сторона считала правой исключительно себя.

— Ах, да! — негромко добавил молодой человек. — И, естественно, никто не догадается проверить два лимузина с гербами Буровиных на выезде из города. Я же не в розыске нахожусь, верно?

Тарас Васильевич замолчал на миг, что-то обдумывая, но тут же отложил мысль на потом.

— Подъезжаем.

Владимир с трудом подавил желание зажать револьвер меж коленей и взвести курок. Так, на всякий случай.

Разум возобладал. С таким радикальным выражения недоверия парень решил повременить. Хотя с местными «милыми нравами» отчего-то в голову приходили мысли о том, что пока он толком с этих кадров «стружку» не снимет, собственная безопасность, по большей мере, останется его собственной заботой.

— Тарас Васильевич, — негромко сообщил он. — Свои для меня лишь те, кто сидят в машинах и в курсе, что я глава рода. Да и то, весьма условно. Из этого и буду исходить.

За окном уже проплывал забор территории особняка.

Стены главного здания в три этажа были выкрашены в синий цвет. Стиль… да кто его разберет! Не очень парень в этом вопросе понимал. Зато отметил, что в доме имеются два подъезда. У правого стояла машина, возле которой беседовали пара человек. Ни одному из них дела до кортежа не было. Даже когда посланные за Владимиром авто въехали во внутренний дворик.

— Даже обидно, — усмехнулся Буровин себе под нос.

— Клерки этого… адвоката, — с презрением и горечью бросил защитник.

«Ну да, они же… то есть, мы же не можем самостоятельно содержать такую недвижку в столице» — припомнил парень рассказ Анечки. Отчего-то накатило какое-то рациональное чувство обиды на подобную «несправедливость». Так что молодой человек пообещал себе, что если у него появится возможность, то он эту ситуацию обязательно поправит.

Автомобили лихо подкатили к левому входу.

— Владимир Сергеевич! — лоснящийся колобок скатился по лесенкам, едва парень успел распахнуть дверь со своей стороны. — Мы волновались!

— Рад приветствовать вас, Нестор Андреевич! — борясь с желанием прямо сейчас начать финансовый аудит дел товарища Гудкова.

При таком упадке дел Буровиных иметь столь выдающийся мамон их слуге — прямо-таки моветон.

Разум возобладал повторно! А потому Владимир потянулся рукой не за оружием, а к протянутой руке представителя семьи. Правда, сначала хорошенько потянулся, давая себе тем самым время рассмотреть представителя семьи.

— Пройдемте в дом, Гудков, — негромко начал парень, не сдержав короткого рыка. — Нам есть о чем поговорить.

Первопредок был в ярости не менее его самого. Однако, может быть, он и впрямь прекрасный специалист, «вытаскивающий» из нынешних условий все что можно?

«Но если нет, лично погоню со двора. Пинками!» — пообещал себе молодой человек.

Глава 20

— Зачем⁈ — Анечка была в шоке от методов ведения переговоров своего «подопечного».

«А хороша, чертовка, в гневе!» — с удовольствием рассматривал свою собеседницу Буровин. Конечно, он бы предпочел видеть это разгоряченное личико и слышать тяжелое дыхание несколько в иной ситуации, но…

— Хорош! — усмехнулся дед Тарас в усы, отхлебывая из чашки с чаем.

И непонятно было, то ли он оценивает таланты нового главы, то ли требует от своей ученицы замолчать. Кажется, его опыта вполне хватило, чтобы совместить оба процесса.

Сам старый защитник произошедшим был доволен. В их дом возвращалась Власть. Афанасий Петрович пытался удержать род от распада. Как умел. Но что-то не слишком у него получалось. А вот с новым главой шанс имеется. Во всяком случае, старый воин хотел в это верить.

— Деда! — удивленно воскликнула девушка, давая понять, что наставника дедом она зовет не просто так.

Однако старик лишь нахмурился. «Эх, понабралась новомодных веяний! Того и гляди в суфражистки запишется. Стыдно людям в глаза смотреть будет!» — подумал он.

— Двадцать три года уже «дееееда!», — передразнил внучку любящий дедушка. — А ума все нет!

Ну да, не выдержал Буровин. Но внутренний зверь (самый настоящий, кстати говоря!) его души прекрасные порывы поддержал с удовольствием.

А началось все с бегающих глазок представителя семьи. И его же потоотделения. Обильного.

— Ну как можно… — начал причитать он, едва молодой человек потребовал привести в готовность две машины.

На это Владимир только бровь приподнял. Сам смысл затруднения был ему не ясен. В конце концов, если молодой человек все понял правильно, обе машины были имуществом Буровиных, а, значит, в полной мере принадлежали ему самому!

— Какие-то проблемы, Нестор Андреевич, — вкрадчиво уточнил парень, чувствуя, что этот прилизанный лоснящийся колобок вызывает в нем самую настоящую ярость.

Первобытную. Животную.

Охрана все поняла мгновенно, стоило только бойцам деда Тараса услышать рычащие нотки в голосе их нового главы, как они непроизвольно отступили на шаг.

— Так ить машины же к нашему гаражу приписаны! — зачастил тот. — Как же я отчитаюсь за них-то, прости первопредок!

В груди Буровина взорвалась небольшая бомба. Ярость буквально туманила разум, и сдерживать ее было ой как нелегко! Кажется, самому Потапычу ооочень сей господин не нравился. А уж упоминания в подобном контексте и тому подавно!

Владимир его мнение разделял более чем полностью.

— Ты перед кем отчитываться собрался, а? — все еще очень ровно поинтересовался парень. — Чье разрешение испрашивать⁈ Моего слова тебе мало⁈

Он даже сумел сократить длину своего вопроса примерно вдвое от первоначальной формулировки, выкинув из нее весь мат.

Буровин сдерживался с большим трудом. Конечно, Гудков ему и самому не нравился, но эти волны ярости… Кажется, первопредок решил сказать свое веское слово!

— Понимаете…

— Нет, не понимаю, — вполне искренне ответил парень.

Теперь в его голосе угрозы мог не заметить лишь человек откровенно тупой… либо крайне обеспокоенный, как бы не сорвалась его какая-то мутная схема по личному обогащению.

— Так я объясню! — натурально обрадовался «колобок».

Кажется, он всерьез в моменте поверил, что кому-то есть до этого дело.

— Ну, попробуй, — предложил ему молодой человек.

Тут пробрало даже безбашенную Анечку. Настолько, что она, опасаясь как бы в холе представительства Буровиных не пролилась кровь, попробовала вразумить «подопечного»:

— Владимир Сергеевич…

Однако Владу оказалось достаточно лишь перевести взгляд на черновласку. Она тут же и осеклась, разглядев в его глазах что-то очень-очень нехорошее и опасное.

— Итак, я слушаю, — негромко предложил продолжить он.

— Видите ли, господа Фундуковы…

Рассказ лился подобно полноводной реке. Изобилие деталей, лирических отступлений и иных литературных троп туманило разум. Однако главное парень для себя все-таки вычленил:

— Ты что ж, с*ка, — холодно произнес он. — Машины рода кому-то… пообещал?

Кто-то за его спиной охнул, вполне понимая, ЧТО может ожидать слугу за такой проступок. Да даже если прямо сейчас Буровин действительно прибьет «колобка», то большой вопрос, будет ли вообще суд после. Да-да, положение официального слуги и последователя рода — это не только плюшки, но еще и очень серьезная ответственность.

— А как! — взвился Гудков. — Как я должен все это содержать⁈

Казалось, на конце фразы визг его скользнул куда-то в область ультразвука.

— А это мы посмотрим «как», — «спокойно» выдал Владимир. — Проверим каждую трату! И не приведи Медведь, если окажется, что ты хоть копейку утаил!

— Да кто ты такой здесь⁈ — взвизгнул толстяк подпрыгивая.

Ткнуть пальцем в грудь молодого человека он не забыл.

— Да я Афанасию Петровичу все… — бессвязно кричал он, размахивая руками перед лицом нового главы. — А уж Роман Григорьевич… Он У-У-У-У!..

Хлоп!

Парень не сдержался. Или первопредок внутри него. Ударом «лапы» он отправил представителя в ближайшую стену, по которой тот благополучно и стек на пол.

— Владимир Сергеевич, — дед спокойно протянул парню платок.

— Благодарю… Тарас Васильевич, — отреагировал тот, вытирая лицо.

Брызгать слюной Гудков изволил в самом прямом смысле слова.

— Влад… — негромко прошептала Анечка, но старик только цыкнул и задвинул ее за спину.

В нее тут же по цепочке вцепились руки водителя Олега. Тот, не дав своей «жертве» сориентироваться, вывел ее на улицу.

— Тарас… Васильевич, — с трудом взял себя в руки парень. — Я очень зол.

Дед радостно изобразил вид лихой и придурковатый. Его люди поступили так же.

Буровин обвел всех тяжелым взглядом, в котором сейчас было так мало от человека и столь много от Хозяина. Кое-кто от такого зрелища явственно вздрогнул.

— Медведь вернулся… — еле слышно сглотнул кто-то из охранников.

Однако Владимир услышал и погрозил тому пальцем. Без всякой злобы. Просто показывая, что реплика до его слуха таки донеслась. Худощавый молодой человек, так и не представленный молодому главе рода, вытянулся еще больше. Хотя, казалось бы, куда уж там еще-то.

— Это что такое? — негромко спросил парень.

Ему не ответили. Слово-то у всех на языке вертелось. Вот только материться «в строю» никто не решился. А подбирать аналоги… Не так-то это просто! Род Песцовых и обидеться может!

— Этот на тебе, — негромко сообщил парень, указывая на стонущее тело. — Проверить машины и подготовить их к старту. Срок — сутки.

Дед Тарас понимающе кивнул.

— Убедись, что этому… человеку, — последнее слово было произнесено Буровиным с большим сомнением. — Не придет в голову нарушить приказ главы рода и позвонить Афанасию Петровичу… или еще кому-нибудь.

Еще один кивок подтвердил, что защитник все понял.

— А, лучше, знаешь что… Запри-ка ты его под домашний арест до нашего выезда.

Однако тут старик лишь головой покачал.

— Никак нельзя, — уверенно заявил он. — Завтра с утра просители пойдут, могут слухи пойти нехорошие… А репутация — она девка такая. Сами знаете!

Владимир задумался. Но лишь на миг.

— Делай как знаешь, — решил он. — Мероприятия на тебе. Никакой возможности связаться с остальным родом у него быть не должно. Это приказ. Мы с вами так же переходим на нелегальное положение. Так что твоих бойцов это тоже касается.

Тарас Васильевич примелькавшимся уже движением огладил бороду, да и заявил:

— Понял, сделаем.

Молодой человек только кивнул и прошел в дом. Хозяин, заявив свои права, вновь «залег в берлогу» где-то в глубине души парня. Начался легкий откат. Накатила слабость. А потому парень не услышал, как старый защитник прошептал со смешком:

— Ох, Володька!

* * *

Вечер они встретили на одной из квартир, принадлежащих роду.

Места всем в тесной двушке не хватило, но с учетом двух парных постов — вроде как разместились. Олег даже организовал питание из ближайшего ресторана. А с чаем они разобрались и сами. Так что все были сыты и довольны.

Кроме Анечки.

Не понравилось, видите ли, прекраснодушной девочке обращение с Гудковым. Про то, что она и сама рукоприкладством не брезговала для вразумлении «еще того» Буровина, она в этот миг позабыла.

Владимир, кстати, очень надеялся, что защитнице ума промолчать хватит.

Не сложилось.

— Зачем⁈ — резко выдохнула она в какой-то момент. — Так нельзя!

Буровин пожал плечами. Ему было все равно. Честно говоря, он ожидал, что с Гудковым случатся куда более неприятные вещи после полноценного аудита. Если не сбежит, конечно. Хотя куда бы? Да и шарик земной имеет свойство становится очень даже тесным и маленьким, если за тебя взялись всерьез.

А искать его будут обязательно. Нельзя, чтобы у кого-то возникла хотя бы и тень мыслишки, что подобное можно провернуть с родом Великого Медведя.

— Знаешь, Аня, — серьезно ответил Буровин. — У ханьцев была когда-то славная традиция. Если чиновник проворовался, то из него делали чучело и сажали в кабинете, чтобы его сменщик всегда помнил, что его ждет за двурушничество.

Девушка сглотнула. Кажется, фантазией она обладала богатой. Не самая лучшая черта при ее профессии.

— Представь себе, не помогало, — развел руками парень. — Видимо, это в природе человека. Некоторые без этого не могут.

Дед Тарас одобрительно кивнул и сделал еще один шумный глоток из чашки.

— Тогда… зачем? — зло выдохнула черновласка.

— Воровать будут всегда, — констатировал молодой человек. — Но пусть хотя бы боятся!

— Так надо найти того, кто не ворует! — вскипела та вновь.

— Зачем, — искренне удивился, Влад, одним махом ополовинивая свою чашку. — Да я первым уволю управленца, который к своей выгоде ничего не придумает! Нет, случаи бывают, конечно! Однако чаще всего прекраснодушные люди со «светлыми лицами» либо начинают воровать еще пуще, стоит им прибиться к кормушки, либо страдают полной деятельной импотенцией.

Это девушку озадачило. Она даже забыла, что очень-очень злится на этого «несносного мальчишку».

— Но… тогда?

— Надо знать меру и приносить больше пользы, чем вреда, — наставительно поднял палец Буровин. — Однако кое-кто иногда зарывается. И тогда…

Он развел руками. Мол, не хотел этого, но…

— Шершень, я оса, — раздалось из комнаты. — Ответьте.

Парень поморщился. Качество связи тут было так себе. Говорить приходилось довольно громко. Он потянулся к двери и закрыл ее.

— Повторяю, шершень… — уже куда тише раздался голос из комнаты.

— А я считаю, что!.. — начала по новой юная дева.

Хлоп!

Ее дед сделал самый натуральный фейспалм.

— Встать! Смирно! — голосом десантного генерала взревел Буровин.

С «эффектом Медведя» вышло просто замечательно. Стекла дрогнули. Как и вера Анечки в возможность качать права.

Девушка на рефлексах взмыла со стула, на котором до того вольготно расселась, подобрав под себя левую ногу.

— Считаю здесь я, — уже не так громко, но жестко объяснил парень. — А что «считаешь» ты, я сейчас расскажу…

Однако довести внушение до конца он не успел. В комнату ворвался Олег.

— Шершень не отвечает! — доложился он.

— Тревога! — тут же негромко рявкнул парень, выхватывая пистолет из кобуры.

— Уходим! — тут же резко выдал дед Тарас.

Далеко они не ушли. Только до двери…

Стоило им только выстроиться в походный ордер, а идущему впереди бойцу прикоснуться к ручке двери, как ее буквально вынесло внутрь квартиры.

БУМММ!

Взрывная волна ударила по ушам, оставив после себя лишь звон, заглушивший все вокруг. Влад на миг не только оглох, но и ослеп.

«Прозреть» ему не дал удар чем-то тяжелым в лоб.

Накатила тьма.

Глава 21

— Где они, с*чка⁈

Буровин пришел в себя рывком. Что именно послужило тому поводом: звонкий щелчок пощечины, вскрик Ани или ор нападавших — он так и не понял.

— Ээээ, — протянул голос за спиной парня. — Этот задергался!

Владимир обвел взглядом окружающее пространство. Зрение упорно не желало фокусироваться на чем-то одном. Все виделось будто размытым. Подкатила тошнота.

— Э, мля! — тут же отреагировал придурок, что до того отвешивал черновласке смачные оплеухи.

Удар в грудь отправил парня в короткий полет вместе со стулом, к которому были привязаны руки.

— Хээээх, — выдохнул он.

Удивительно, но пинок ногой в грудь и удар затылком об пол слегка «прояснил ориентиры». По крайней мере, парню взгляд удалось-таки сфокусировать на чернявом подонке, склонившимся над его телом.

— Смотри-ка, живой шкет, — продемонстрировал он десятка два не слишком-то белых зубов и один золотой.

Остальных явно не хватало.

Кто-то сзади рывком поднял стул вместе с привязанным к нему парнем.

— Ну че, петушок, разговаривать будем⁈ — поинтересовался «цыган».

Буровин не ответил. Он тратил время куда более продуктивно — запоминал. Жесты, интонации, мельчайшие детали.

— Ты че, урод, мля! — взгляд в упор явно не понравился склонившемуся над окровавленным лицом парня налетчиком.

«Плюнуть в него что ли кровавой слюной как в кино⁈» — пришла в голову дурацкая мысль. Но парень счел ее излишней. Он ж теперь барон, как никак!

— Какого хера пялишься⁈ — уже всерьез разозлился чернявый.

Ответ парня состоял всего лишь из одного слова:

— Запоминаю.

На большее его эмоций пока не хватало. Словно кто-то взял и выжег их изнутри.

«Чем это меня приложили?» — с трудом составил мысль он. Кажется, тут было не только что-то тяжелое, но еще и чем-то заряженное!

— Эй, Кроль, — раздраженно окликнул своего приятеля «цыган», отвешивая оплеуху Буровину. — Ты там мозги ему не сжег⁈

Голова Влада мотанулась из стороны в строну. Удивительно, но это принесло еще одну порцию облегчения. Где-то внутри шевельнулись эмоции: страх, ярость и гнев. На грани восприятия заявляла о своих правах и боль. Это пока действовала «анестезия» — еще терпимо. Однако Владимир был уверен, что скоро он ощутит все прелести нынешнего положения сполна.

«В кадре» парня появился еще один персонаж: худющий небритый вьюнош лет тридцати. Мужчиной нескладного ублюдка с бегающими глазками было назвать сложно. Он внимательно осмотрел парня и покачал головой:

— Скоро придет в себя.

— Я тебя убью, — глупо улыбаясь сообщил ему Буровин.

Откуда-то изнутри пришло понимание, что перед ним не самый сильный, а все же маг. Это начала восстанавливаться их связь с Медведем.

«Ну, просто прекрасно!» — про себя отметил парень. Кто-то не пожалел сил, чтобы укомплектовать команду одаренным. Судя по всему, им в этот раз удалось столкнуться не с мелким криминалитетом, а с полноценной командой, в составе которой был и маг. Как минимум, один.

— Тю, так он в отрубе еще, что ли⁈ — протянул чернявый. — Так мы с ним позже повеселимся! А пока вернемся к девочке.

Сзади послышался резкий шорох, тут же переросший в звуке борьбы.

— Дави, с*ку! — взревел «цыган».

— Аааа! — тонко взвизгнул Коль.

— Держи, на! — зло шипел чей-то голос за спиной.

Бум!

Звук выстрела болезненно стегнул по ушам. Парень болезненно сморщился, стараясь унять звон у ушах. Так может «рвануть» только куда более крупный чем у «семейного» револьвера калибр.

— НИКИТААА! — закричала Аня, рванувшись из пут.

Наручники оказались крепкими. И мебель тоже выдержала.

Девушка упала на пол, попытавшись ползти куда-то в сторону Буровина.

— Лежать, млядь, а ну замерла, про***ндовка! — заорал Кроль истерично, ударив черновласку в живот.

Потом еще раз и еще… Девушка без сил затихла на полу лишь после пятого удара.

Но сознания не потеряла. Лишь слезы боли и бессилия текли по ее лицу.

Владимир все это наблюдал в какой-то странной апатии. Словно по самые уши обколотый анестезией, он чувствовал отголоски собственных эмоций. Казалось, дотянуться до них — секунда. Но пока не получалось.

— За ним хочешь, а⁈ — Орал подбежавший к девушке рыжебородый лысый детина, отвешивая еще один пинок куда-то в область живота.

Черновласка только дернулась, но сил у нее явно не осталось, а потому она лишь тонко выла, скрючившись на полу насколько ей позволяли веревке.

— Где патроны, мразь⁈ — крикнул он.

Девушка не ответила. Владимир вообще не был уверен, что она все еще воспринимает действительность.

Рыжебородый ублюдок сделал жест рукой. Кроль с «цыганом» тут же вздернули Аню вверх все так же вместе со стулом.

— Эй, Бар, — донесся из кухни радостный вопль в обрамлении радостных возгласов. — Мы тут рыжья нашли!

— Схороните!

— Ах ж ты, мурло! — донесся грубый голос справа.

Удар, еще удар.

Кто-то застонал негромко.

— Эх ж ты, ***нь, — выматерился все тот же налетчик. — Оп-па!

К одной из полок подошел мужик лет пятидесяти, на чьем лице оставили отметины, казалось, все известные пороки и болячки. В том числе и сифилис. Он взял с гладильной доски тяжелый утюг и картинно продемонстрировал его Буровину. Тот с трудом сфокусировал взгляд. Ублюдок вновь пропал из его поля зрения.

— Хэээ, — выдох стал предвестником глухого тяжелого удара.

А в следующее мгновение с громким стуком испачканный чем-то темным утюг упал на пол прямо посередине комнаты.

По счастью, Аня к этому моменту выпала из реальности. В отличие от Владимира, она вполне могла разглядеть во что превратилась голова одного из ее коллег — совсем еще молодого парнишки, которого все звали просто Лешик. Он был старше нового главы рода всего на пару дней.

Однако девочка с трудом осознавала где она находится — адская боль стала ее вселенной. А мозг посмешил отключиться от страшной действительности.

— И че теперь! — неуверенно оглянулся «цыган».

— Воду тащи, — досадливо сплюнул Бар. — Грек, мля, ты **ли творишь⁈

— А че⁈ — тут же вполне борзо выдал убийцы.

— Да ниче! — передразнил его «цыган», поставивший в ванной таз и включивший воду.

Буровина окатили первым.

Помогло замечательно. Парень встрепенулся и даже вроде как очнулся.

В нос ему тут же уперлось дуло одноствольного обреза.

— Говори, с*ка! — тут же потребовал рыжебородый. — Завалю!

Парень рта не открывал. Отчего-то был уверен, что хотел бы завалить — завалил бы. А, может, просто не хотел демонстрировать дрожащий голос.

Эмоции накатились все разом. Словно смогли-наконец-то прорвать какую-то невидимую плотину.

— Говори, млядь! — заверещал «цыган», ударив наотмашь Буровина анечкиным револьвером.

Или его собственным. Тут с какой стороны посмотреть, да.

Голова парня дернулась. Отступившая было розоватая дымка вновь повисла перед его взором.

Но что именно налетчики хотят услышать — так не один и не сказал. Возможно, вопрос был озвучен до того как молодой человек пришел в себя.

— Ч-кха-то?.. — через кашель выдал Влад.

Зато вкус крови разбудил внутреннего зверя. В груди начал разгораться знакомый пожар.

— Что «что», тварина⁈ — взревел рыжебородый и вцепился в плечо Влада.

— Аррррргх! — выдал тот так, что треснули стекла.

Боль была адской.

Пришел он в себя далеко не сразу, после того, как боль прошла.

— … Валить надо, мля! Это ж дворяне, — истерил цыган. — У него, с*ка, перстень! Да нас за такое в ножи свои же возьмут!

«Ага, кого-то не предупредили!» — позлорадствовал тот самый «благородный», сплевывая тягучую слюну, отдающую металлом на вкус. Впрочем, через секунду ему пришла в голову мысль, что слово «валить» может иметь несколько значений. В том числе и не самых приятных для него!

— Две тысячи есть, — взвизгнул Кроль. — Берем и хиляем с хазы!

— Нет, — крикнул Бар, пытаясь восстановить порядок в рядах подельников.

Секунд на десять повисла нехорошая такая тишина. Зловещая в чем-то даже.

— Ты, срань шоховская, знааааал!.. — очень недобро протянул чернявый. — Знал и не сказал, падла!

— Охолони, Ростик, — попытался воззвать к разуму «цыгана» Бар. — Я…

— Знал или нет⁈ — потребовал таки ответа тот.

— Знал! — заорал в свою очередь тот.

Мгновение и револьвер уже смотрит в живот рыжебородому.

— Стой-стой-стой, Ростик! — зачастил тот.

А что ему оставалось? Свой обрез он уже нацелить на чернявого не успевал.

— Деньга есть, — вдруг заявил «цыган». — Пару месяцев отсидеться хватит. Братия, бери кто что может и сваливаем!

— Ростиииик! — выдохнул бывший главарь, похоже. — Нет!

— А этих в минуса! — выдохнул чернявый бунтарь.

— НЕТ! — теперь уже реально в ужасе завопил детина. — Не вздумай! Всех, кроме этого!!!

«Это он про меня!», — с удивлением отметил Буровин, приходя в себя.

Жар в груди стал уже практически невыносимым, а в ушах слышался нескончаемый звериный рев.

— Ой-йо, а что такое, Гришок? — негромко поинтересовался чернявый. — Они нас видели. Теперь вот и имя твое знают…

— Братия, не надо!.. — в ужасе зашептал тот.

И столько неподдельного страха было в его словах, что даже разгоряченный бунтарь примолк.

— Говори, — наконец выдал он.

Рыжий выдохнул:

— Нельзя! — начал он. — Бить можно, грабить — тоже. Убивать — нет.

— Это почему? — нахмурился чернявый, поигрывая револьвером.

— Нас прикроют бетонно, — если заказ выполним. — И заплатят сверху. Там такие люди, что у-у-ух…Но если он умрет — найдут! Совсем найдут!! Везде найдут!!!

Последние слова рыжебородый буквально прокричал.

— А заплатят сколько? — вдруг поинтересовался «цыган».

— Тридцать штук!

— Ах ж ты мразь, — протянул налетчик. — Нам по восемь сотен обещал, а остальное себе, да, крыса⁈

— Их еще получить нужно! — быстро ответил Бар. — Без меня не заплатят. Щенка этого грохните — тоже в пролете.

«Пусть уходят!» — решил Владимир. Потом их найти можно будет. Или не найти. Но сейчас, если они никого не убьют… Больше! Пусть валят. В данный момент куда важнее сохранить жизни охране!

— Да кто нам за тридцатку заплатит? — усомнился чернявый.

Не то чтобы слишком. Ему просто требовались доказательства.

— За это заплатят! — негромко сообщил Бар, доставая что-то из кармана.

Буровин присмотрелся.

«С*ка! Мы все это время носили награду за собственные головы при себе!», — мысленно взвыл он. На ладони лежали те самые два патрона. Пороховых.

— На «чернухе» по пятере за каждый, — кивнул «равнодушно» цыган.

Да разве мог безразличный тон скрыть алчный блеск в глазах. Для него уже и эти деньги были неплохим гешефтом.

— На каждой пуле нанесен знак Огня… — объяснил нехотя рыжий.

— Ой-еееее…

— Тогда валим всех, кроме барончика и валим! — сообщил, похоже, новый атаман шайки и начал поворачиваться к Ане.

«Аааааргх!» — взревел Медведь в черепной коробке Буровина. В груди буквально взорвался шар боли!

— Ааааррргх! — выдал парень уже вслух, что есть сил напрягая руки.

С глухим звуком лопнули веревки. Парень, почуяв свободу, рванул вперед. Он бы успел перехватить руку с оружием, но по пути ему попался шарахнувшийся в ужасе Кроль.

Мага Владимир незатейливо отшвырнул в сторону, снеся при том какого-то ублюдка, вздумавшего заглянуть в комнату.

Бах!

Буровин на миг замер. Как в замедленной съемке он видел как дернулся револьвер, осветив довольно темную комнату вспышкой дульного пламени. Тело девушки дернулось. Пуля вошла ей в живот.

— Ааааррргх! — взревел еще раз парень, чувствуя как по его руке растекается почти невыносимый жар.

Налетчики в ужасе уставились на объятые пламенем руки недавнего пленника.

А затем Буровин взмахнул лапой в первый раз. Он же стал для чернявого последним.

Остальные отправились следом чуть позже.

Глава 22

— АНЯ!!! — старик с разбитым лицом склонился над бьющимся в агонии телом девушки.

Деду досталось первому. Да и большая часть «пиротехники» налетчиков на него пришлась! А дальше ублюдки «развлекались» с ним на кухне. К тому моменту, как туда ворвался разъяренный Буровин они уже успели переломать ему все пальцы на левой руке. Судя по кляпу во рту, его ни о чем не спрашивали, просто пытали.

Однако сейчас Тарас Васильевич внимания на такие мелочи не обращал, поддерживая тело своей внучки

Да, крови было мало. Но, как говорил кто-то давным-давно под другим солнцем и совершенно другому человеку, это при ранениях в живот и есть самое хреновое.

Бум!

Хлопнула входная дверь.

— Господин, — склонил голову в коротком поклоне Максим, один из пришедших в себя охранников. — Это Макар. Он "вспышку, с*ка, бросил, а сам прикрылся.

— По делу, — вроде бы негромко выдал Буровин, но стекла в очередной раз тонко «тренькнули».

Боец вздрогнул, но тут же подтянулся и уже куда суше выдал.

— Нас атаковали до двадцати человек, — отрапортовал он. — Посты взяли во время пересменки, вырезав всех четверых. Затем Макар Игнатов, вернувшись вместе с налетчиками подорвал неизвестный артефакт шокового воздействия.

— У нас настолько все хреново с подготовкой? — поинтересовался парень глухо, не отводя взгляда от уже «затихающего» на руках у деда Тараса тела черновласки.

По спине «докладчика» ощутимо пробежал холодок, а на лбу выступили капли пота. Да, они все ждали, когда в роду появится новый глава, способный навести порядок. Однако ЭТОМУ главе на ЭТОТ вопрос отвечать было довольно… боязно.

— Никак нет, — почти прокричал он, вытянувшись еще больше. — Противник оказался…

Буровин обернулся и внимательно глянул на парня, лишь на пару лет старше его самого. У того слова застряли комом в горле, но он смог-таки заставить себя закончить:

— … Хорош.

— Мы не способны противостоять мелкому криминалу? — удивленно приподнял бровь Владимир.

Мысль, что ближайшие времена окажутся непростыми для всего силового блока рода пришла каждому из присутствующих самостоятельно. Их, тех самых выживших, оказалось четверо: Олег, Максим, дед Тарас и он сам.

— Ты не прав, — глухо прорычал защитник, все так же баюкая тело, в котором еще теплилась душа… и которое молодой человек уже не посчитал в пересчете переживших нападение.

— Это наемный отряд, — тут же зачастил молодой охранник. — Из охотников. Довольно серьезная сила. Да еще и при поддержке мага. А предатель…

— Что с ним, кстати⁈ — резко бросил парень, оживляясь.

В глазах его мелькнуло что-то такое, отчего не только Максим сделал шаг назад, но и Олег со старым защитником натурально вздрогнули.

— Он… Он б-был… — начал слегка заикаться докладчик.

— На кухне он был, — прохрипел дед Тарас, гладя тело девушки по лбу, словно пытаясь облегчить ей отход к последнему пристанищу. — По стенке ты его размазал.

Парень поморщился. Ибо сегодня надо было понимать выражение буквально и без всяких скидок.

— Аня? — негромко спросил он, буквально выталкивая из себя слова.

Старик покачал головой.

— Разве что целитель… — с интонацией «Откуда ж ему взяться-то?..» ответил ее наставник. — Да и то не всякий.

Взрыв!

Мысль буквально заставила Буровина подпрыгнуть и под причитания «б**дь-б**дь-б**дь» рвануть на залитую кровью кухню!

Он ураганом влетел в разгромленное помещение. Искать в нынешнем разгроме пиджак было сложно. Тем более, что светильники не выдержали творившегося здесь недавно действа и попросту рассыпались осколками. Парню даже дважды пришлось ворочать тело одного из нападавшие, пока он не вытащи наконец превратившийся в тряпку пиджак.

Дрожащими пальцами он зашарил по карманам.

«Только бы не выпал!» — мысли лихорадочно метались внутри черепной коробки.

— Здесь! — выдохнул он с оскалом, который и самый записной фантазер победной улыбкой бы не назвал, наконец.

Но на «празднование» времени не было. Буровин рванул обратно в комнату.

— Дед, как этим пользоваться⁈ — показал находку он старшему защитнику.

— Но откуда?.. — замер на миг тот.

— Живо! — рыкнул парень голосом Хозяина.

— Дай! — тут же вытянул руку Тарас Васильевич, потратив лишь миг, чтобы уложить на землю Анечку.

Кажется, она еще дышала.

Больно ударились рука об руку. Старик не миндальничал. понимая, что дорог каждый миг.

Аккуратно разместив находку в уже побелевших руках внучки, он разломил свиток.

Ничего особого не произошло. В смысле, не сошел свет благости на комнату, да и музыка небесных сфер не прозвучала. Все та же тишина. И едва слышные хрипы редкого прерывистого дыхания.

— Работает! — выдохнул дед и упал рядом.

Сам Буровин не шевелился. Эффекта он не видел, а поверить раньше времени… Просто не мог себе позволить.

А разбрасываться фразами типа «Уверен⁈» он не видел смысла.

«С того света не вернет, но все же… В час нужды просто сломай его и все!» — припомнились Владимиру инструкции Илоны.

Вот и пригодился подарок.

Дед Тарас, тем временем, потянулся в ране и в несколько легких нажатий проверил рану.

— До прибытия помощи протянет! — выдохнул он.

Без всяких эмоций. Перегорели они уже за эту ночь.

— Спасибо, глава.

— Ну так чего встали? — обвел взглядом собравшихся Влад. — Помощь вызывайте.

— Уже, — глухо протянул Олег, усаживаясь прямо на полу с «берданкой» налетчиков в руках. Кажется, инструмент был признан им годным для отражения повторной атаки, если таковая последует.

Буровин повторил его маневр. Будто неожиданно из-под него выбили какую-то опору. Револьвер он, правда, тоже из рук не выпустил. Да и уселся так, чтобы видеть вход.

Хотя Максим, конечно, отправился дежурить на площадке, чтобы в случае неожиданностей предупредить о гостях. Но, как они убедились совсем недавно, наружные посты — совсем не панацея.

Людно в квартире стало как-то неожиданно. К Буровину потянулись сразу несколько пар рук. Но он только отмахнулся.

— Сам встану. — Сообщил он.

И притворил собственные слова в жизнь. Не без труда, но все же.

— Владимир Сергеевич, — тут же вскрикнул женский голос.

Парень пока не присматривался к лицам.

— Вам плохо?!!

Буровин равнодушно пожал плечами. Ему не было плохо. Зато временно было по х**. На все.

— Это не его, — раздался со стороны голос старшего защитника.

Владимир опустил взгляд. Губы его легонько дрогнули. Реакция девицы была понятна. Выглядел он вампиром, восставшим с того света: руки по локоть в крови, а светлая рубашка выглядела так, будто ей мыли пол на скотобойне.

Похоже, прибывшие еще не знали о перестановках в родовой иерархии. Оно и к лучшему. Парню было только на руку, пока его считают «всего-лишь» непутевым внучком главы.

В квартиру, тем временем, набилось уже человек десять. Вокруг тела Анечки суетились люди.

— Как она?.. Эммм…

— Жанна! — тут же откликнулась все таж девушка, оказавшаяся невысокой брюнеткой. — Помощник лекаря. Защитник Анна будет в скором времени готова исполнить свой долг, а…

— Жить будет? — коротко поинтересовался парень.

— Безусловно! — заверила местный парамедик. — Ей вовремя оказали помощь. Так что можете не сомневаться…

— Жанна, Жанна, Жанна… — остановил парень поток информации, чувствуя, что у него начинает трещать голова.

Слишком много событий для одного такого недолгого вечера.

— Сейчас-сейчас! — заверила девушка, тут же положив ладони Владимиру на виски.

«Вот это талант!» — оценил тот. Он ведь даже среагировать не успел. Удивление соседствовало с легким чувством досады: будь бы у нее в руках нож, и ему бы не жить. Аккуратнее надо!

Однако талант лекарский и впрямь помог. Насколько успел узнать у все той же Илоны парень, до полноценных целителей лекарям было далеко. Однако голову Жанна «поставила» на место новому главе Рода за каких-то тридцать секунд.

— Точно все в порядке? — поинтересовался Буровин, едва приступ острой боль отступил.

Смотрел он при этом исключительно на Аню, которую уже готовили к транспортировке.

— Не сомневайтесь, глава, — кивнула волшебница.

Больше в переносном смысле, чем в прямом.

— Прекрасно! — кивнул головой парень. — Тогда я выйду на воздух.

— В таком виде? — поразилась Жанна.

— А кто мне запретит? — вопросом на вопрос ответил парень.

Очень уж ему на воздух хотелось. В тесной квартире стоял дух из крови и чего-то очень неприятного. Задумываться подробнее молодому человеку просто не хотелось.

— Я…

— Все в порядке, — выдохнул за плечом парня дед Тарас.

Его уже осмотрели. Пальцы привели в норму. Не совсем, конечно. Рука весела на перевязи, но скоро должен быть в норме.

Максим и Олег как-то незаметно подтянулись к общему сбору.

— У нас есть еще пара человек, — тут же засуетился зеленый от увиденного толстяк слабым голосом. — Мы выделим вам…

— Не стоит, — мягко остановил его Буровин. — Полагаю, что одного защитника и двух бойцов вполне хватит для моей защиты. Займитесь девушкой… Ну, и всем что полагается.

Толстяк явно хотел высказать свое компетентное время, но Олег молча оттеснил его в сторону, дав пройти Буровину.

«Ну, вот и слаживание началось!» — промелькнула в голове короткая мысль у последнего. Хотя парень, конечно, предпочел бы более мягкие варианты «тимбилдинга».

А на улице было спокойно и хорошо. Бабье лето. Что тут еще добавить?

— Вид у тебя, твое благородие! — добродушно протянул дед, донельзя довольный, что его внучка будет жить.

Буровин осмотрел себя. Да уж. После смены на скотобойне он бы и то пристойнее выглядел.

— На себя посмотри, Тарас Васильевич, — усмехнулся совсем невесело он. — А скажи-ка мне, уважаемый, кто у нас знал об этой квартире? И кто мог сообщить об этой «нычке»?

Старик думал совсем недолго. И ответ ему не слишком понравился. Во всяком случае, ликом он сделался черен, а челом задумчив.

— Олег, — ответ Владимиру не так чтобы нужен был. — Ключи при себе?

Боец усмехнулся.

— А то! — подтвердил он. — Мне ж за машину, если что, отвечать. Нестор Андреевич шкуру спустить может и за царапину!

Дед и новый глава рода как-то одинаково усмехнулись. Молодой парень так ничего и не понял.

— Ну что, в гости? — риторически уточнил Буровин.

— В таком виде⁈ — ужаснулся Максим и тут же замолк, поняв чьи решения он «обсуждает» в тот миг, когда их исполнять требуется.

— Ничего, Макс, — выдохнул Владимир. — Так оно даже и доходчивее будет!

С этими словами он первым направился к машине. Остальные поспешили за ним.

Ночь была почти на исходе. Но утро обещало быть жарким!

Глава 23

— Не оторвёмся, — негромко сообщил Буровин. — Олег, сверни где потише.

Дед Тарас обернулся к нему. Он не совсем понял, почему нужно кому-то от кого-то отрываться. Красные всполохи за нашей «кормой» его ничуть не беспокоили. Равно как и завывание сирены.

— Олег, тормози, — попросил Владимир, взмахнув рукой. Окровавленной. Новый Глава рода задержался в той квартире лишь затем, чтобы кисти рук отмыть. Никто из них не хотел находиться там дольше необходимого. Кажется, машину после этой поездки однозначно ждёт чистка. «В мире магии неужто не справятся⁈» — мысленно усмехнулся парень.

Водитель тем временем дисциплинированно прижался к обочине.

— Готовность номер один! — негромко потребовал Буровин, крайне разочарованный тем, как расслабленно Максим держит трофейную бандуру.

Так расслабляться, на взгляд Владимира, пока было рановато. Охранники явно не ждали от полицейских ничего плохого.

— Зачем, сейчас же безопасно… Это же… — озадачился дед Тарас.

— Это Я так сказал? — жёстко поинтересовался Буровин, опуская стекло со своей стороны.

Из полицейской машины вышли двое с фонариками. Уличное освещение, пусть и было довольно неплохим, но всё-таки явно недостаточным.

Охранники и защитник, наконец, что-то поняли. Во всяком случае, какие-то приготовления к бою таки начали.

«Мда-а, работать с вами и работать ещё… господа хорошие!» — разочарованно отметил молодой Глава. Он уже твёрдо решил, что если ему всё же удастся добраться до «берлоги» в Черновском лесу, то их силовой блок обязательно познакомится с таким неприятным в иных ситуациях словом, как «реорганизация». Откуда-то изнутри навстречу его мыслям пришла тёплая волна согласия и одобрения. Хозяин считал так же.

— Что с вами, господа⁈ — воскликнул один из полицейских, ослепив ярким фонариком пассажиров. Думается, специально, чтобы условным злодеям было сложнее сопротивляться. Но делал он это, наверно, по привычке. Всё-таки господская машина видна издалека. Тут вежество проявлять надо. Непонятно, что вообще стало поводом для её остановки.

— Доброй ночи, — спокойно выдал Буровин, проинструктированный ещё до отъезда дедом Тарасом. — Мы направляемся с одного раунда силовых переговоров — на другой.

— Простите, но не соблаговолите ли Вы выразиться яснее? — попросил второй «фонарщик». — Вам нужна помощь? Куда вы едете?

«Это просто сюр какой-то!» — вздохнул Буровин. Четверо перемазанных кровью мужчин в машине, а эти… «слуги закона» даже не напряглись! Ни один из них даже клапан кобуры не отстегнул. Так же просто быть не может…

— Убивать, — спокойно сообщил Владимир, что, с учетом обертонов Зверя в голосе, произвело эффект — эти двое буквально отшатнулись от авто. — Хотите с нами?

Полицейские не хотели. Они поспешили как можно скорее распрощаться. Да, наверняка, с утра они подадут рапорт о происшествии в жандармерию и соответствующие службы, благо гербы на авто вполне себе видны, но ныне мешать не будут. А уж когда там этот самый рапорт по инстанции дойдёт…

— Благодарим за сотрудничество, господин…?

«Ох, ничего себе! А он смелый!» — поразился парень, и ответил вслух:

— Буровин, Владимир Сергеевич, Глава рода.

— Доброй ночи, Владимир Сергеевич, — слегка поклонились полицейские, и быстренько отправились к своей машине. Патрульная «тэшка» довольно лихо развернулась, и учесала по своим делам.

Буровин проводил её задумчивым взглядом.

— Тарас Васильевич, — негромко позвал он. — В следующий раз, когда буду в столице, я надеюсь, что у нас останется только один «членовоз»… и парк штук в пять таких вот машинок. Плюс запас средств на дальнейшее реформирование автомобильного хозяйства.

— Но они же…

Буровин обернулся, и внимательно уставился на защитника. Тот, если до сего момента и хотел высказаться насчет удобства и комфорта, а так же статуса подобных машинок, благоразумно решил смолчать.

— Сделаем, — коротко кивнул он.

— Хотя… знаешь, — неожиданно передумал парень. — Продай «членовоз», и положи деньги на счёт, а после мне нужна будет подробная аналитическая записка по поводу нужд моей Службы охраны… А также предложения общего плана по её реорганизации.

Дед отвесил ещё один кивок. У него хватило ума не спросить что-то вроде «А чем вас, Владимир Сергеевич, не устраивает нынешняя её организация?» Этого Влад мог бы и не понять… А Зверь внутри него поддержал бы.

«Кажется, фраза „Не буди во мне зверя!“ становится актуальнее», — отметил он мысленно.

Машина тем временем уже свернула на Армянский переулок. Представительство Буровиных и дороги вокруг него были прекрасно освещены.

«Красиво, наверное!» — оценил Владимир, представляя, как монументально и величественно выглядит выезд их ретро-лимузина. Наверняка, отблески света фонарей должны шикарно смотреться на его лакированных лоснящихся бортах.

КПП их встретило удивлённым молчанием.

— Знаете, кто я?.. — негромко поинтересовался молодой человек.

— Владимир Сергее… — начал старший караула.

— Нет, — покачал головой Буровин. — Глава. Рода.

В доказательство он показал сверкнувший в отсветах ночных огней перстень. Бойцы тут же подтянулись.

— Никого не впускать, и не выпускать. Про нас никому не сообщать. Если кто снаружи ломиться будет — шлите нахрен. Или ко мне — что одно и тоже выйдет. Но не пускать!

— Так точно! — вытянулся в струнку боец, которого Владимир даже не составил труда рассмотреть. Его сейчас занимали совсем другие мысли.

— Много охраны в доме? — поинтересовался Буровин.

— Обычно двое, — негромко ответил старший защитник. — Не больше.

— Сегодня может и не повезти, — заметил парень, уже не отводя взгляда от одинокой фигуры, спокойно курившей трубку около соседнего входа.

— Гольцман, Михаил Иосифович, адвокат, — тут же прокомментировал дед Тарас. — Арендует правое крыло здания. Добросовестный арендатор и…

— Ладно, пусть живёт, — только фыркнул Владимир.

В шутку, конечно! Но вот ответные взгляды были… мда-с. Неужели собравшиеся и впрямь готовы были запросто «израсходовать» человека по первому его приказу?..

— O tempora, o mores! — негромко процитировал Буровин, и тут же, под странными взглядами спутников (очередными!), перевёл: — О времена, о нравы. Высаживаемся!

«Слаженности никакой!» — оценил новый Глава, первым выскакивая из машины, и отпрыгивая подальше. Остальные особо не спешили, а после его манёвра и вовсе уставились на него с немым удивлением.

«Мда-а… кажется, нет у ребят понимания, что оказаться в небронированной машине во время возможной перестрелки — резкий повод задуматься, а что ты в этой жизни делаешь совсем-совсем не так!» — отметил Владимир, в крови которого вскипели «афганские» рефлексы Колчакова.

— Доброй ночи! — раздался негромкий голос справа. Казалось, сухопарого благообразного старичка ничуть не волновали ни внешний вид ночных визитёров, ни револьвер в руке Буровина.

— И вам доброй ночи, Михаил Иосифович! — усмехнулся парень, на автомате смещаясь таким образом, чтобы из окон ничего не прилетело. — Не спится?..

— Вот хотел с утра с Нестором Андреевичем по поводу условий аренды пообщаться…

— Не думаю, что доведется!.. — машинально выдал Буровин, уже прикидывая, как будет выносить дверь собственного дома. Рык Зверя в его голосе был слышен очень даже явно.

— Я повременю, пожалуй, — согласился Гольцман, с любопытством рассматривая собеседника. До всего происходящего ему, казалось, и дела нет.

— О, у меня всякие клиенты случаются! — легко улыбнулся забавный старичок, демонстрируя нечто блестящее на цепочке. — На территории Буровиных, конечно, мало кто может себе позволить набедокурить безнаказанно, но здесь бывает лишь почтенная публика. Остальных же я предпочитаю принимать в городской конторе. Так что без серьёзной защиты в нашем несовершенном мире не обойтись!

«А реакции охраны в доме таки нет. Тут оружием размахивают, а там никто и не чешется!» — отметил Буровин, не забывая вежливо кивнуть старичку. Дядька-то забавный, получается!..

Бум-м-м!..

Удар «тяжёлой лапы» буквально вынес дверь внутрь. В следующий миг Владимир отпрыгнул в сторону, пропуская штурмовую пару с короткими дубинками в руках. На концах каждой из них светилось по небольшому огоньку. Хорошая штука, конечно, но Буровин бы с гораздо большим удовольствием увидел у каждого из своих людей огнестрел.

— Пошли! — сообщил дед Тарас через пару десятков секунд.

— Веселитесь, молодой человек! — поднял в приветственном жесте трубку господин Гольцман.

На его лице было написано полное довольство жизнью и нынешней ночью.

Парень потратил секунду на ответный кивок, и шагнул вслед за уже начавшим движение защитником. Старик, с временно реквизированным «карамультуком» Макса, выглядел очень внушительно. Разве что впечатление портила рука на перевязи. С единственной уцелевшей конечностью стрелять из такого оружия Владимир бы не решился… Хотя, при помощи дара Хозяина, как раз он бы и смог удержать чудовищную отдачу.

— В некоторых пушках после выстрела меняют патрон, а в иных — стрелка! — сообщил он защитнику ещё в машине.

— А я в нашем доме палить и не собираюсь, — резонно ответил тот. — А вот впечатлить Нестора Андреевича — очень даже сгодится! А что? Выглядит внушительно!

Тут Владу спорить было не с чем.

Поднялись на третий этаж они очень быстро. Путь был уже расчищен Олегом и Максом. По пути Буровин насчитал два тела, замерших на полу в неестественных позах.

Бум-м!..

Дверь в личные покои Гудкова распахнулась, не выдержав молодецкого удара Макса.

— Да что вы себе!.. — завизжал фальцетом тот, и тут же замер, разглядев Буровина. — В-в-дд-дмр С-с-ргвич…

Язык управляющего явно отказывался подчиняться хозяину. Ровно как и выбивающие чечётку зубы.

«Его можно понять!» — зло усмехнулся Владимир. Если бы к нему домой посреди ночи завалились четыре вооружённых мужика, с ног до головы забрызганных кровью, он бы тоже «медвежьей болезнью» заболел… Да, стоит добавит, что эти «мужики» были очень-очень злыми!..

Однако понимание вовсе не помешало Владу вздёрнуть колобка за шкирку, едва ли не оторвав от пола, и голосом Хозяина прорычать прямо в лицо:

— Слушай сюда, шкура, — слова парня падали тяжёлыми камнями. — Кому ты рассказал о нас? Живо!..

Последний рык заставил пригнуться всех. Даже несколько стекол вылетели из оконных рам сверкающим в уличных фонарях фейерверком.

— Я… я всё скажу… — залепетал тот.

«Ну ещё бы… Р-р-р», — откликнулся Медведь где-то внутри Буровина.

Глава 24

— Вот ведь ситуация, Тарас Васильевич… — негромко подвёл итог короткого, но полного драматических моментов, разговора Буровин. — Голову бы сейчас кому-нибудь отвинтить, но вот кому — не ясно…

Старый защитник хмыкнул. С облегчением. Надо сказать, весьма уместным, ведь именно в его задачу входило не дать Гудкову маякнуть чего лишнего «наверх». И кажется, он с ней вполне справился.

— Бывает такое, — согласился он.

В конце концов, короткий допрос Гудкова — его, защитника, полностью оправдал. Равно как и самого Нестора Андреевича (хоть и не полностью). Так что у последнего тоже был повод порадоваться. Он эту ночь переживёт. А будет вести себя правильно, так и при должности своей останется.

В таком смысле и высказался Влад.

Дед Тарас же в ответ на такие речи лишь застыл статуей самому себе посреди разгромленного зала, хотя до этого очень активно мерил его шагами от стены — к стене, и обратно. По крайней мере, у парня, всё ещё пачкающего кровью одно из чудом устоявших кресел, аж в глазах рябить начало.

— Ты это серьёзно?.. — резко отреагировал Анечкин дедушка. — После всего, что сейчас произошло? После того, что мы от него узнали?..

При этом он весьма красноречивым взглядом обвёл комнату, разгромленную во время «беседы» с Гудковым. Тот много в чём сознался: махинации, схемы увода средств… Довольно изящные, кстати говоря, схемы, на взгляд нового Главы.

А вот куда более прямолинейному старику оценить красоту решений и юридических формулировок не сподобилось. Ему хотелось крови! И найти кого-то, ответственного за ранение внучки, чтобы кишки ему на кулак намотать.

— Мы же взяли его за яйца, — хладнокровно пожал плечами Буровин. — У нас на него теперь столько всякого-разного, что я его могу закопать в любой момент. Буквально.

И это было правдой. «Ни один суд мне за него ничего, кроме, может быть, символического штрафа, не предъявит. Впрочем, если отойти от радикальных решений, то стоит просто вытащить это „грязное бельё“ на свет, и Гудкова даже в дворники не возьмут.» — прикинул Влад, откинувшись на спинку кресла. Ноги за ночь устали чертовски! Хотелось их вытянуть, и не думать какое-то время вообще ни о чём.

Дед Тарас задумчиво огладил бороду, и только головой покачал.

— А вообще он молодец, — рассмеялся Буровин. — Столько наворовать — и ни разу не попасться… Это же талант, черт побери!

Правда, Влад ещё пока не понял, чья именно это «заслуга»: махинатора и шулера Гудкова — или ничего не замечавшего «деда Афони».

Однако взгляд молодого человека тут же словно подёрнулся корочкой льда.

— Вот и пусть теперь лет десять потрудится под «дамокловым мечом» на очень коротком поводке. А там, глядишь, и какую-то степень автономии заслужит…

«А, может, и нет.» — договорил он про себя. Но сейчас искать замену управляющему — дело такое… Не слишком быстрое, и очень ответственное. Владимир прекрасно помнил, сколько времени он, ещё в бытность Колчаковым, потратил на то, чтобы найти нормальную уборщицу в свой офис.

Будь у него чуть меньше опыта из прошлой жизни — рубанул бы с плеча, да и всё!.. Однако, парень прекрасно понимал, что иное лекарство куда хуже болезни — и от такого «гусарского наскока» его род только проиграет.

— Конечно, тебе решать, — фыркнул защитник. — Но он же едва не убил Анечку!..

Влад только головой покачал в ответ… Ну ладно, ещё он сам — гормоны юношеского тела и всё такое прочее иногда действительно заставляли делать его не самые разумные вещи. Потом он, конечно, спохватывался… Но старик-то чего?

Это его последнее заявление Буровину не понравилось. Организация любого серьёзного дела — это не про эмоции, а про расчёт.

— Ну, раз уж ты об этом заговорил, — негромко протянул парень. — Тогда подумай, как искупать свою вину перед внучкой будешь ТЫ. Чья задача была не дать ему связаться с «дедом Афоней»⁈

Старик от таких обвинений натурально вздрогнул. Лицо его застыло неприятной маской. Несколько секунд он боролся с рвущимися изнутри словами. Но справился, и смог произнести относительно ровно:

— Гудков дозвонился до Афониного помощника ДО твоего приказа обеспечить «тишину».

— … И ДО ТОГО, как я отдал ему приказ прервать сообщение с нынешним руководством Рода, — закончил Буровин. — И, если уж ты так хочешь поискать виноватых, то почему бы не вспомнить про саму Анну?.. В конце концов, ведь именно она настояла на том, чтобы в Москве сразу сообщить о нашем местоположении представителю. Я предлагал добираться самостоятельно.

Дед вздрогнул. Очень не понравились ему обвинения в адрес внучки.

«А как иначе?» — про себя подумал Влад. Будем помаленьку избавляться от привычки рубить с плеча. Вот и пусть теперь надо всем хорошенько подумает!

— Зачем же вы так, Владимир Сергеевич?.. — вновь перешёл на официальный тон дед Тарас.

«Ага, за внучку обидно стало!» — оценил парень. Ну, так соображать же надо!..

— А затем, Тарас Васильевич, что пора уже включать голову, — довольно жёстко выдал Буровин, буквально давя старика тяжёлым взглядом. — Знаешь, один классик задавался вопросами «Кто виноват?» и «Что делать?»…

Вообще-то не один, конечно. Да и фамилию «одного» классика Владимир помнил. Но вот совсем не был уверен, что этот мир знал Чернышевского.

— … Так вот, парадокс в том, что невозможно одновременно искать ответы на оба вопроса, — закончил мысль Влад. — Либо мы тут «шашкой машем» — и на месяц-другой парализуем работу представительства, со всеми вытекающими отсюда репутационными потерями — либо заводим на Гудкова «папочку», и даём шанс исправить ошибку. Или у тебя есть на примете человек, способный сходу занять его место?.. Да даже, если и есть такой, и будь он хоть семи пядей во лбу — ему понадобится минимум несколько месяцев для формирования команды и перехвата управления. Или ты сам справишься?.. Нет, ты скажи!.. Ежели так — то Гудкова можно хоть полиции сдать, хоть на ближайшей березе вздёрнуть. Сможешь⁈ А что, найди ему замену! Под личную ответственность за результат. Твою, прошу заметить, ответственность! Справишься⁈

Защитник задумался. Парень, тем временем, поднялся, чтобы взять со стола комплект свежих полотенец и белья, принесённый услужливой горничной.

— Нет, Владимир Сергеевич, не смогу, — наконец, ответил дед.

Как ни старался Буровин услышать в голосе защитника недовольство или злость, не получилось. Его подчинённый выслушал аргументы, обдумал их, и принял к сведению.

«Ну и славно! Глядишь, и сработаемся!» — решил Глава, отправляясь в сторону ванной комнаты. А то ему в последнее время что-то совершенно не нравилась безынициативность окружающих сотрудников. А ещё ему хотелось как можно скорее закончить разговор.

Ночь была долгой. Парню не терпелось смыть с себя чужую кровь. Да и поспать бы несколько часиков… Молодое тело, конечно, многое прощает. Но он прекрасно помнил, как может сказаться легкомысленность юности лет через сорок… Ну, хорошо, в этом мире, насколько он успел понять, «расплата» настигнет его лет через восемьдесят — сто. Но всё равно…

— Но почему ты уверен, что сможешь обеспечить его преданность⁈ — негромко поинтересовался дед, вновь переходя на «ты», как и просил обращаться к нему Буровин.

— Есть у меня план, — откликнулся парень. Однако вдаваться в подробности не пожелал, а потому просто захлопнул за собой дверь в ванную, и принялся буквально сдирать с себя уже покрывшуюся коркой одежду. Мыло, мочалка, шампунь, и тёплая вода — вот что ему действительно было нужно в этот момент.

Конечно, не помешала бы ещё и довольно миловидная горничная, которая ему всё вышеперечисленное принесла. Однако эту проблему он всё же оставил на потом. Как тут у них всё между мужчинами и женщинами происходит — ему пока было не совсем понятно. Ну не у Илоны же было спрашивать?.. А то переспишь с какой-нибудь красоткой, и тут же же куча проблем для Рода нарисуется… Ну его нафиг. До прояснения ситуации.

Впрочем, старик оказался упрямым. Дождался-таки, пока Глава вымоется, и вновь поинтересовался:

— Так как же ты собираешься обеспечить его преданность?..

* * *

Тук-тук-тук.

Дверь открылась секунд через сорок после того, как Буровин постучал.

— Доброго утра, Владимир Сергеевич, — услышал он, когда арендатор показался на пороге. — Вы выглядите намного…

— … Чище, — с улыбкой подсказал молодой человек.

Гольцман вежливо покивал. Мол, он совсем не удивился визиту своего соседа и, по совместительству, арендодателя вместе с первыми лучами солнца.

— Прошу простить, если этой ночью помешали вашему сну своими «переговорами», — светски заметил Владимир, улыбнувшись.

— Ничего-ничего, — ответил старичок с понимающей ухмылкой.

Даже в столь раннее время он был одет в отглаженные брюки и белую рубашку, поверх которой носил застёгнутую на все пуговицы жилетку.

— Даже галстук!.. — поразился парень восхищённо. — И это в пять утра!

Улыбка старика стала буквально на миллиметр шире. Кажется, такая реакция собеседника задела какие-то струны в душе адвоката. Во всяком случае, его голос чуть-чуть потеплел. На самую малость.

— Самодисциплина, молодой человек, — наставительно произнёс он. — На длинной дистанции — единственный способ добиться своей цели… Впрочем, к чему вам мое ворчание?.. Надеюсь, вы пришли в это утро… раннее… не для того, чтобы изменить условия аренды?..

Парень рассмеялся. Вполне искренне, уж больно интересным персонажем оказался этот Гольцман!

— Простите, — поднял он руки в сдающемся жесте. — Нервы, тяжёлая ночь…

Арендатор всё с той же улыбкой наблюдал за ним. Весь вид его прямо-таки располагал к себе, а глаза его, казалось, лучились радостью от этой встречи.

«Опасный человек!..» — тут же решил про себя Буровин.

— Нда-с, методы у вас, молодой человек, конечно… — прокомментировал тот. — Но вы молоды, а молодые всегда торопятся жить…

И было непонятно, чего в тоне собеседника больше: одобрения или осуждения.

— Я к вам по делу, Михаил Иосифович, — посерьёзнел Владимир.

— По делу, по делу… Вечно спешащая юность!.. Когда-то и старик Гольцман таким был…

Впрочем, заметив не по годам внимательный взгляд Главы, адвокат собрался вмиг.

— О, прошу прощения!.. Проходите, пожалуйста!.. Я вас слушаю!..

На изложение своей просьбы у Влада ушло несколько минут.

Первоначальное удивление на лице старика сменилось профессиональным интересом.

— Знаете, молодой человек, — покивал он после минутного размышления. — Я могу составить нужные бумаги. И, из уважения к вам, даже не возьму за это денег. Нет-нет!.. Такой интересный случай!.. Но я просто не представляю, как вы заставите своего сотрудника это подписать, не приставив к его голове револьвера?..

— Понадобится — приставлю, — серьёзно ответил на это Влад.

И шутить старику Гольцману мгновенно расхотелось.

Глава 25

Два отмытых и надраенных лимузина чинно выехали со двора представительства Буровиных. Их сопровождал до ворот десяток охранников, а в дальнейшем пути — целых четыре мотоциклиста на допотопных предках оставленного в прошлой жизни Колчаковым «Харлея».

Колонна получилась вполне себе представительной. Гудков расстарался. «Членовозы» выдраили с таким тщанием, как не стараются курсанты нахимовского училища, натирая тестикулы коню на памятнике Петру I. Будь его воля, Нестор Андреевич бы и оркестр по пути следования организовал… Он нынче был рад любому шансу доказать свою полезность, так как ещё не был в курсе своей частичной амнистии, а потому вполне справедливо опасался за своё положение.

— Красиво!.. — кивнул своим мыслям Глава, проводив взглядом «стопы» замыкающей машины кортежа.

Выезд мотоциклистов он пропустил, задумавшись о чём-то своём. Кажется, это были уже оскомину набившие мысли о крайне нерациональном комплектовании их автопарка.

— Красиво, — недовольно буркнул старый защитник.

Ему новая идея Главы не понравилась от слова совсем. Он бы предпочёл тоже восседать на мягких креслах.

— Не менжуйся, Тарас Васильевич, — весело подмигнул ему молодой человек. — У нас перина ничуть не хуже будет!..

Самого Владимира идея воспользоваться небронированным транспортом тоже не прельщала. При подобном раскладе он предпочитал полагаться на скорость или скрытность. Однако, первый пункт был ограничен технологическим развитием этого мира. Так что оставалось думать, как спрятаться половчее.

Старик на это только кивнул, без всяких эмоций — ибо они уже были не одни. Михаил Иосифович закончил свою работу, и ему не терпелось получить гонорар.

— Молодой человек, с вас рубль! — негромко обратил на себя внимание Гольцман, также вышедший проводить взглядом отьезд кортежа.

— Прошу, Михаил Иосифович, — протянул заранее приготовленную монету Владимир.

Адвокат, несколько секунд полюбовавшись на «гонорар», покачал головой. Вроде бы, удовлетворённо. Впрочем, было у Главы подозрение, что до уровня, который позволил бы «прочитать» Гольцмана, он ещё не дорос. Ни в том мире, ни в этом.

— Рад нашему сотрудничеству, — заключил адвокат, и засеменил в сторону «своего» крыла.

Тарас Васильевич хмуро посмотрел ему вслед, и буркнул:

— Проще было бы убить!.. — конечно, имея ввиду не Гольцмана, а Гудкова.

Владимир только вздохнул, но спорить не стал — не время и не место. А лекцию про неразумное «расходование ресурсов» он ему успеет прочесть позже, возможно, ещё не раз. Вместо этого молодой человек молча развернулся, и направился к дому. Во-первых, пора было уже обедать, а во-вторых, хотелось закончить с тем самым «представителем» как можно скорее.

Означенный персонаж дожидался их в своём кабинете. Поза была показательна: управляющий схватился за волосы, и остановившимся взглядом уткнулся в листы контракта, разложенные перед ним.

Каждый из них уже был подписан.

«Да уж, не каждый день сам себе приговор подписываешь. Вернее сказать, отдаёшься в рабство на очень долгий срок», — оценил ситуацию молодой Глава, когда они с защитником по-хозяйски вошли в логово взгрустнувшего «колобка».

— Ну что, — весело подытожил Владимир. — Уговор дороже денег, а, Нестор Андреевич?..

От его голоса Гудков вздрогнул и поднял взгляд. Очень не нравился ему тот веселый кураж, что прозвучал в голосе «непутевого Вовки». Он-то привык видеть парня совсем другим: важным и напыщенным индюком, которому любую чушь с умным видом протолкнуть можно, а тот только покивает, да и проглотит.

Сейчас же этот «валенок» показал зубы. Жёстко и грубо, но очень-очень доходчиво.

— Я…

— Кошелёк — или жизнь, — жёстко придавил Буровин голосом и взглядом хозяина кабинета.

— Я… понял, — заверил тот. — А вы… вы разве не уехали?

Вопрос был из разряда то ли риторических, то ли тупых. Поэтому Владимир, сделав скидку в пятьдесят процентов на моральное состояние «колобка» (не каждый день ТАКОЙ договор подписываешь!), просто констатировал:

— Нет.

— А зачем же я…

— За «надом».

Отвлекающий маневр, как он есть. Владимир очень сомневался, что по кортежу будут палить посреди бела дня, пока не убедятся, что он внутри. А время на это потеряют однозначно. И ресурсы потратят немалые.

— С тобой пытались связаться из «берлоги»? — продолжил расспросы парень.

Гудков вздрогнул. Его «веселая ночка» как раз и была связана с тем, что он невовремя связался с «берлогой» до того. Поэтому на упоминание главного поместья Буровиных он реагировал достаточно нервно.

— Да… Да, Владимир Сергеевич! — кивнул он. — Три звонка за сегодня из кабинета Главы.

«Кажется, нас тут не уважают!» — приподнял бровь Буровин.

— То есть, бывшего… БЫВШЕГО Главы! — тут же завопил Гудков, вскинув пухлые ладони в сдающемся жесте.

Влад внимательно посмотрел на него. Видок был «тот ещё»… С особым удовольствием парень заценил жирный бланш под глазом, ссадины, и разбитую губу. «Бить аккуратно, но сильно!» — неплохой слоган для прошлой ночи, а?

Секунд через тридцать, когда «колобок» уже успел взопреть, Буровин решил, что дальнейшей «правки» не требуется. Всё-таки удовольствия от таких «процедур» он не получал. Его задачей было как можно быстрее донести до «клиента» мысль, что, как раньше, теперь не получится.

— Это нормальная частота звонков? — поинтересовался он.

— Это много, — закивал Гудков, как раз припоминая, как этот, с виду не такой уж здоровый, молодой человек ударом своей «лапы» снёс одну из стен в кабинете. Просто для наглядности.

Зато после этого здесь было очень легко подписывать добровольно-принудительное соглашение. И Гольцмана, что характерно, подобная обстановка ничуть не смутила. Только усмехнулся старичок понимающе, да и без всякого стеснения разложил контракт в уголке стола, предварительно смахнув с него ладонью слой строительной пыли и мусора.

— Грязновато у тебя тут, Нестор Андреевич, — обведя задумчивым взглядом разрушения, констатировал парень, освобождая ещё один небольшой участок стола от кирпичного крошева. На очищенный «плацдарм» он и уселся.

Человек перед ним только негромко икнул. Однако Буровин был уверен, что тот уже понял своё место в этой жизни, как и то, что прямо сейчас у него есть шанс. А чуть более старательно, чем было на самом деле, он «дрожал» для того, чтобы угодить новому начальству.

В общем, самое время переходить от угроз ко вполне себе деловому взаимодействию. Иначе психика местного управляющего может не выдержать. Нельзя постоянно давить на пружину — рано или поздно она либо треснет, либо распрямится с непредсказуемыми последствиями.

— Короче, у тебя есть шанс, — сменил интонацию до того почти безукоризненно вежливый Владимир (если кое-где в его речах пропустить маты, конечно же).

— Я слушаю, — с готовностью откликнулся тот.

Влад мысленно кивнул. Энтузиазм Гудкова был не наигранным, он уже полностью осознал своё нынешнее положение, и теперь стремился как можно скорее его улучшить. Ну, а почему бы и нет?.. Для того вся эта тема и разыгрывалась!

— Мы выезжаем через несколько часов, — негромко сообщил Глава. — За это время ты напишешь мне… эссе.

— Что, простите?.. — не совсем понял затею нового начальства «колобок».

Тарас Васильевич также недоумённо хмыкнул.

— Не прощаю, — спокойно отчеканил Влад. — Прощение — штука такая: его заслужить нужно. Итак, у тебя два часа. Затем я хочу видеть в своих руках эссе на тему «Финансовое положение рода Буровиных» с обязательным ответом на вопрос «Что я могу сделать для улучшения оного?». Как ты понимаешь, от этого будет очень многое для тебя зависеть.

— Понимаю… — негромко повторил Нестор Андреевич, уяснив, чего именно от него хотят.

— Как минимум, твоя дальнейшая жизнь! — кивнул Владимир, и покинул кабинет сквозь пролом в стене.

Последнее заявление не было угрозой. Он просто дал понять, что взаимодействие тоже может быть разным. И лучше бы Нестору Андреевичу приложить все усилия, чтобы оно было продуктивным и комфортным. Для обоих.

* * *

Следующим пунктом назначения стал гараж, где уже возились Олег и Максим. Грязные и потные, они сейчас куда больше походили на замотанных грузчиков, чем на охранников.

— Владимир Сергеевич! — тут же заметили они Главу, стоило ему только шагнуть на территорию царства механиков. — Это вот — Архип, водитель.

Перед внимательным взглядом Главы предстал простоватый на вид мужичок. Видимо, до этого ни с одним Главой рода ему общаться не доводилось. Сам он тоже, с некой затаённой хитрецой во взоре, рассматривал барона. Впрочем, ничего лишнего он себе не позволял — держался с достоинством, но скромно.

— Добрый день, Архип! — поздоровался Влад. — Ну что, дотянет твоя «ласточка» до Черновского леса?..

За его спиной раздался сдавленный фырк. И принадлежал он явно недовольному планом эвакуации Тарасу Васильевичу.

— Это что-то вроде осуждения моего плана?.. — поинтересовался Владимир, не оборачиваясь. Всё-таки, подобное поведение было серьёзным нарушением этикета… Которое он пока решил оставить без внимания. Этот мир ещё не привык к тому, что с Владом необходимо считаться.

— Никак нет, господин Буровин! — тут же пришёл в себя старик.

На это молодой господин только головой покачал.

— Так ведь, ваше… Оно ж… Так ведь, — всё же разволновался водитель.

Видимо, не столь уж он и спокоен был, как хотел казаться. «Минуй нас, пуще всех печалей, и барский гнев, и барская любовь!» — всё, как везде.

«Да, так разговора не получится!» — решил Влад.

— Расскажи мне про него! — потребовал он, похлопав ладонью не слишком чистый борт грузовичка — почти точной копии того, на котором Владимир с Анной добирались до столицы. Вряд ли здесь было в ходу слово «рестайлинг», но Буровин был почти уверен, что это был именно он.

— Так ить… Рама штампованная, двигатель о сорока «лошадках»…

С каждым словом речь механика-водителя становилась всё глаже да увереннее. Свою машину он явно любил, и болтать о ней мог бы часами. Буровин с удовольствием послушал водителя несколько минут — уж очень увлечённо и интересно тот рассказывал.

— Неплохо! — заметил Владимир, и тут же вернулся к тому, с чего начал. — Так до Черновского дотянет?..

— …И обратно привезёт! — с готовностью закивал «кучер», но тут же слегка сник. — Ежели Нестор Андреевич макров отписать изволит… Одной пары, почитай, на две сотни хватит… так, стало быть, семь комплектов надобно… Точнее скажу, когда узнаю, сколько весит груз.

— Не волнуйся, Архип, — успокоил Буровин. — Выпишет Гудков, сколько надо. Готовь машину. А грузом займутся…

— Уже занимаемся, Владимир Сергеевич, — бодро отозвался из кузова Максим, которому Олег как раз подавал мешок с песком.

Владимир только вздохнул, глядя на такой энтузиазм. «Их бы энергию да в мирное русло!» — прокомментировал он про себя. А то все работать готовы, да что ж так бестолково-то?

— Вы сами-то хоть в кузов не грузите, орлы! — усмехнулся он.

Охранники переглянулись, после чего Олег заверил:

— Да мы справимся!..

Ещё и бицепс (весьма внушительный!) продемонстрировал. С позированием у него, конечно, было не все гладко. Однако искупал он это физической формой.

— Справиться-то, возможно, и справитесь! — согласился Глава. — Да вот только «вдруг война, а ты уставший»?..

От этакой мысли оба «стахановца» замерли на месте. Максим — с мешком в руках.

— Брось, а то уронишь! — потребовал Влад.

— Ах ты ж! — тут же воскликнул его напарник, едва успев отскочить в сторону.

Потому что Макс выполнил приказ буквально — разжал пальцы в тот же миг.

«Это. Будет. Непросто!» — в который раз сказал себе Буровин, добавляя ещё пару пунктов в план будущей работы с людьми Рода.

— Архип, найдётся кому закинуть мешки и груз в кузов? — негромко спросил он.

— А то как же!.. — с готовностью кивнул водитель, засучивая рукава.

«Ну и что с ними будешь делать⁈..» — Влад был готов уже схватиться за голову.

— Кроме тебя, естественно! — покачал он головой. — Тебе сегодня в рейс.

— Так я… — попытался было рассказать тот о своей выносливости и способности крутить баранку двадцать часов подряд.

Вот только Главе нужны были не трудовые подвиги, а нормальная планомерная работа. В конце концов, если требуется сверхусилие для выполнения задачи — это всегда результат того, что где-то кто-то чего-то не рассчитал.

— Это приказ! — рыкнул Буровин.

Рычание Хозяина отразилось от стен гаража. Медведь «откликнулся» тёплой волной в районе солнечного сплетения. Наконец-то Род начал вспоминать о его существовании!

* * *

— Как-как?!!.. — поразился Буровин, тут же вспомнив один известный неприличный анекдот.

— Камушкин, — ровно повторил Тарас Васильевич.

Вроде и голос его был спокоен, но парню показалось, что дед Тарас этот анекдот тоже знает… И, судя по жёстким складкам в углах губ, ему не давали о нём забывать.

Спросил, называется, фамилию у старика…

— Зачем тебе этот хлам⁈ — сменил тему тот.

Буровин, на миг заслушавшись матом пары грузчиков, быстро найденных Архипом, вернул своё внимание к верстаку, на котором были разложены пара десятков различных макров. Все они были разряжены, сломаны, или по иным причинам не годны к прямому использованию. Однако местный кладовщик отчего-то их не выкинул. А вот теперь этот «брак» так и вовсе пригодился…

— За «надом», — уже привычно ответил Буровин, присматриваясь к очередной «батарейке», что некогда питала несколько светильников в доме.

Небольшой цилиндр был удобен, вес имел грамм в сто, да и внутренней структурой обладал довольно примечательной. Потратив несколько секунд на любование силовыми линиями, парень отложил его на край стола, к пяти ранее отобранным кристаллам.

— Остальное — действительно, хлам, — заявил он, смахивая макры с верстака в мешок.

— А эти, значит, нет?.. — ещё раз попробовал добиться ответа защитник.

— А эти — нет, — заявил парень. — Особенно во-о-он тот «булыжник»…

Голосом при том он столь явно выделил последнее слово, что Тарас Васильевич не мог не услышать в нём отсылки к тому старому анекдоту… И предупреждения. Что называется, «получил щелчок по носу».

— Я не против, — поднял он руки. — Но это — избыточно носимый вес на охранниках, и я должен знать, зачем он нужен, либо потребовать избавиться от него.

— А, так ты по делу… — согласно кивнул Буровин, которого ворчание защитника уже начало доставать. — Тогда отвечаю: поезд помнишь?..

— Ох ты ж… — только и выдохнул Камушкин. Его озабоченность можно было понять! Оказалось, что охранники теперь не только будут носить лишний вес, но тот ещё и рвануть может!..

— Так… — тем временем подвёл черту под разговором Владимир. — Где тут у нас местный кладовщик? Пора его хорошенько потрясти!..

Глава 26

— Ну, поехали! — воскликнул Буровин, гордо оглядывая получившийся «пепелац».

С виду грузовик не отличался от многих тысяч своих собратьев. Но всё самое интересное скрывалось в кузове. Взгляд со стороны увидел бы лишь наваленные мешки. На деле же за короткий срок удалось создать довольно простое, но эффективное транспортное средство с укреплённым десантным отсеком. А с учетом револьвера Влада, трофейного карамультука Макса, и пары длинных и неудобных винтовок, конфискованных у охраны представительства, самодельный бронемобиль мог не только защитить экипаж от обстрела, но и неожиданно огрызнуться огнём.

Сложнее было укрыть Архипа. Тоже кое-чего придумали, но этого было явно недостаточно. Сам водитель об этом знал — и всё равно отправился в эту поездку. Не по приказу, а осознанно, несмотря на то, что ему объяснили весь сопутствующий риск. Влад решил, что добровольцы в данном случае будут эффективнее.

— Говорил же, как на перине путешествовать будешь!.. — подмигнул он старому защитнику, вытягиваясь во весь рост.

Тот только крякнул. Строго говоря, они действительно путешествовали на перинах. Будущий экипаж импровизированного БМП реквизировал их у всё того же бедолаги-Гудкова. Тот, похоже, любил спать с комфортом — во всяком случае, даже попытался возражать. Правда, безуспешно…

— Главное, чтобы не «земля пухом», — философски заметил дед. — А неудобство и потерпеть можно!

При этом он с ехидцей посмотрел на нового Главу. Кажется, как раз от него старик пренебрежения удобством и не ждал. Впрочем, Анечка любимому дедушке про «амнезию» Влада рассказать успела, так что резкое изменение его поведения было объяснимо.

— Ну зачем же зазря задницу квадратить, когда есть возможность путешествовать с комфортом? — широко улыбнулся парень.

— Ну… идея интересная, конечно, — дипломатично согласился Тарас Васильевич.

По его мнению, решение занять часть кузова дорогими матрасами было… спорным. Однако Глава решил, что люди в пути будут дежурить посменно. И почему бы отдыхающей смене не выспаться с комфортом? Да и о себе любимом не мешает позаботиться.

Владимир ненадолго позволил себе расслабиться, лениво следя за проплывающими над ними облаками. Дел у него, до следующей точки маршрута, было ещё немало, а потому он с удовольствием ловил минуты неги, прежде чем взяться за работу.

Выехали они, кстати, довольно поздно, около шестнадцати часов. Именно потому, что это не логично. Всё-таки, нормальный человек, если есть возможность преодолеть маршрут одним днём, вряд ли станет намеренно делить его на два. Не говоря уж о том, что Буровин настоял на ночёвке. Кстати, о ней…

— Ты подобрал место? — поинтересовался он негромко.

— Подобрал, — буркнул Камушкин, раскладывая довольно большую автомобильную карту прямо на полу. — Лагерь «Роса». Ныне пустует. На территории должно быть несколько сторожей. Домик-другой нам выделят без проблем.

Владимир кивнул. Оставалось лишь надеяться, что Гудков способен вовремя вскрыть конверт и выполнить не такие уж сложные инструкции. Всего-то и надо было: в строго определённое время ответить на вызов «берлоги» и выдать им местоположение нового Главы.

— Рискуешь, — вновь выразил свое мнение старик.

Максим и Олег к диалогу прислушивались, но вмешиваться не решались, или не желали.

— А где я не рискую?.. — поинтересовался в ответ парень. И ответа не последовало.

Конечно, можно было сразу гнать в сторону главной резиденции Буровиных — и что?.. С порога предъявлять претензии «деду Афоне»?.. Ну, поднимет он лапки в знак капитуляции и… опять же, что дальше?.. Не решит ли он, что некая особая «приправа» в кофе — прекрасный способ решить проблему надоевшего родственника?.. В общем, Буровин решил, что пора определиться с кругом своих неприятелей. По методу исключения. И начал с собственного деда.

— До лагеря ещё около шести часов езды, — сухо сообщил Камушкин. — Я бы на твоём месте поспал.

Владимир в ответ лишь вздохнул, и подтянул к себе увесистые сумки. В одной были припрятаны отобранные им макры, а во второй — всё то, что он счёл полезным и нужным для работы: от лески до изоленты и нескольких упаковок крепежа. Частенько ржавого. Но ему же не дом строить, сойдёт и такой.

— На том свете отоспимся, — буркнул он, выуживая первый попавшийся кристалл. — А на этом ещё предстоит поработать!

Затаив дыхание, он присмотрелся к структуре, тут же вспыхнувшей перед его внутренним взором.

— Кажется, это у нас будет ручная граната, — решил он через секунду.

Осталось лишь придумать, как именно реализовать его идею. Впрочем, на этот счёт молодой человек изначально не переживал, ведь у него был местный аналог изоленты. Владимир, прошедший советскую, а затем и российскую «школу жизни», прекрасно знал, что при помощи этого волшебного средства можно решить практически любую проблему.

— Не перетрудись! — усмехнулся дед Тарас, наблюдая за Главой.

Вроде как в шутку. Однако парень решил, что пора уже дать господину Камушкину небольшой укорот. Он поднял взгляд, и некоторое время насмешливо рассматривал Тараса Васильевича.

— А ты бы под руку лучше не говорил… — наконец, процедил Буровин. — А то могут дрогнуть пальчики-то!.. А про поезд ты помнишь…

Макс с Олегом на этих словах беспокойно переглянулись, и постарались отсесть подальше. Даже дед как-то незаметно отодвинулся.

Владимир только засмеялся негромко, глядя на эти перемещения.

— И что тут смешного?.. — поинтересовался защитник, машинально огладив бороду, как всегда в затруднительный момент.

— Да история вспомнилась забавная, — признался парень, не отрываясь от накачки энергией Огня структуры макров. — Военные учения. Вдруг падает на плац бомба с тележки. Все разбегаются. Лишь старенький генерал стоит и смеется над ними. Повезло, взрыва не произошло. Собираются обратно остальные. «Что вам показалось смешным, вашество?» — поинтересовался один полковник. «Так бомба-то…»

Буровин успел подавить уже готовое вырваться «ядерная», и быстренько подобрал соответствующий аналог:

— … «Яйцо Феникса».

Невесело усмехнулся дед, заметно при том расслабившись. А вот Олег с Максом соображали чуть дольше. Пришлось объяснить специально для них:

— Если рванёт — лишняя пара-тройка метров не спасёт, — объяснил Глава, вновь вернувшись к работе.

Больше его никто не отвлекал.

* * *

«Я совершенно спокоен и расслаблен…»

И вновь перед утренним взором Влада раскинулась знакомая поляна, залитая мягким солнечным светом.

Однако, в этот раз что-то в ней изменилось… Как будто она стала даже больше и куда уютнее! Всё это фиксировалось на уровне ощущений, которые невозможно описать словами. Да и лес вокруг ощущался совершенно иначе. Дружелюбнее, что ли…

Отчего-то молодой человек был уверен, что и ареал прогулок Хозяина здешних мест увеличился.

— Род начал чаще вспоминать обо мне, — раздался голос-рык из-за спины Буровина.

Парень оборачиваться не спешил, он наслаждался каждым вдохом пьяняще-вкусного воздуха.

— Приветствую, Потапыч! — наконец, ответил он.

И в этот раз в его голосе не было насмешки. Напротив, к своему Первопредку он обратился с искренним уважением. И пусть что-то подсказывало молодому человеку, что им ещё не раз предстоит характерами меряться, но сейчас…

— Они близко, но время ещё есть, — объявил Медведь, по своей привычке падая на круп посреди поляны.

— Кто «они», и сколько их?.. — тут же уточнил Буровин.

Страшно ему не было, он так и предполагал, что давить их будут численным преимуществом. Не зря же Владимир последние два часа буквально собственным пузом «нарезал круги» вокруг выделенного им домика.

Охрана лагеря и впрямь не стала им препятствовать. А получив взятку в виде небольшой стопки ассигнаций и нескольких бутылок «беленькой», вообще согласились не беспокоить гостей до завтрашнего утра. У местных сторожей сейчас было времяпровождение повеселее…

— Не знаю… — покачал израненной в древних битвах мордой Хозяин. — Но с ними есть Пробуровины. Мало, но есть.

«Кажется, Афоня решил не привлекать людей из Рода, а в очередной раз обратиться к сторонним специалистам», — устало констатировал Буровин. Сил на эмоции уже не было.

— Ну что ж… — развёл руками парень, усаживаясь на траву. — Мы к встрече готовы.

Морда Зверя уныло поникла. Мол, как же так могло выйти, что его Род раскололся на части, готовые вцепиться друг другу в горло?

— У тебя есть время, — наконец, рыкнул он. — Ступай!

В этот раз взмах тяжёлой лапы, вернувшей молодого человека обратно, был величественен и неспешен. Словно благословение перед битвой.

* * *

— Готовность! — негромко произнёс Буровин.

Возможно, это прозвучало забавно — от молодого человека, в «позе лотоса» усевшегося посреди комнаты в одном из деревянных домиков детского лагеря. Однако вот никто из присутствующих смеяться не стал. Все просто подтянули поближе оружие. К окнам бросаться тоже никто не спешил — ещё не хватало по-глупому словить с улицы пулю, или заклятье какое каверзное.

— Когда?.. — быстро поинтересовался Камушкин, едва приказ был выполнен.

Владимир пожал плечами.

— Медведь не сказал — но они близко. Когда приблизятся — огонь на поражение!

Защитник серьёзно кивнул. Волю Первопредка он под сомнение не ставил, хотя до последнего не хотел верить, что его Род причастен к охоте на своих, и убийству его людей. Парень видел боль в глазах старика.

— Надеюсь… — начал было фразу Владимир, и не стал заканчивать — его остановил уверенный кивок старика.

— Лично проверял, — солидно огладил бороду Тарас Васильевич. — Его только барсук и обнаружит. Да и то, если только зацепится яй…

— Хотелось бы верить!.. — вздохнул парень себе под нос, чтобы никто его не услышал.

Буровин не был уверен, что идея замаскировать грузовик неподалеку — так уж верна. Стоит их противникам обнаружить транспорт — и они лишатся мобильности и манёвра. И Архипа, который должен их ждать там, в полной готовности дать по газам.

Вжу-у-у-ух!

Вверх с резким свистов взлетела сигналка.

— Ложись! — только и крикнул Буровин, уже успевший обучить своих людей этой команде.

БУМ-М-М-М!

Солидно ухнула за окном первая колчаковская «закладка», а по раскрытым заранее окнам (никому же не нужен «дождь» из осколков стекла?) стегануло ударной волной.

— Ну, понеслась!.. — буркнул сам себе парень.

Теперь можно смело быть уверенным в том, что «утечка» произошла из кабинета старого Главы. У их врага появилось имя!

Глава 27

Взрыв тугой волной стеганул по ушам.

— Лежать!.. — заорал Буровин.

Впрочем, кто бы его услышал!.. Пыль и комья земли, заброшенные через окна, осыпались на дощатом полу. Парень закашлялся, но лицо от пола предпочел пока не поднимать. Несколько секунд он дал себе, чтобы сообразить, на каком вообще свете находится.

Громыхнуло опять куда мощнее, чем он планировал — но уже ближе к «расчётным значениям». Во всяком случае, деревянный коттедж не снесло, как домик Ниф-Нифа от дутья волка. Хотя их укрытие, казалось, тоже было построено «фекально-дендральным» методом. Из говна и палок, если по-простому.

«Чтобы нормальный инженер, да не смог соорудить направленный взрыв из подручных средств?..» — промелькнула в голове мысль. Ему в свое время и не такие «сюрпризы» готовить приходилось! Равно как и «снимать» оные.

Бах!.. Бах!.. Бах!..

Выстрелы, после недавнего взрыва, прозвучали жалкими хлопками. Это охрана решила продемонстрировать нападавшим, да и своему Главе, что у неё тоже есть зубы и патроны.

«Да-а, со слухом плоховато!..» — оценил парень, прислушиваясь к стрельбе. Звуки доносились будто сквозь ватную перину. Однако, всё-таки что-то было слышно — и это уже было хорошо.

Владимир бросил взгляд на Макса, разрядившего свой карамультук в очередной раз. Тот словно почувствовал взгляд — обернулся к Буровину, и помотал головой.

«Плохо… значит, план-максимум накрылся медным тазом!» — понял парень. Взять кого-то из нападавших живьём, чтобы по душам пообщаться, конечно, не судьба. Противников оказалось слишком много.

— …их МНОГО!!! — заорал охранник во всю глотку, подтверждая догадку Буровина.

Кажется, Максим вообще не был уверен, что его хоть кто-то слышит. «Надо будет поработать над мощностью "бабахов», — вздохнув, пообещал сам себе Влад. Вот только когда еще найдется время на эксперименты?

Он поднял вверх большой палец. Хотя ситуация куда больше заслуживала среднего. Кажется, «гостей» куда больше, чем они рассчитывали! А это значит только одно:

— ЧЕТВЁРТЫЙ!!! — заорал Владимир не хуже своего охранника. Да ещё и четыре пальца вверх поднял — чтобы все точно увидели сигнал, и определились с путём отступления. Коротко его можно было описать всего парой слов: «отступаем и бежим».

Впрочем, план-минимум выполнен. Тот самый, ради которого всё и затевалось. Правда, никто из них даже близко не мог предположить, что за них возьмутся ТАК основательно!

— За мной!.. — крикнул Владимир, переползая к стене, под прочные бревна. Такие и винтовочную пулю удержат. Правда, такую «избу» подпалить можно без труда, но парень надеялся убраться отсюда куда раньше.

Макс, Олег и Тарас Васильевич последовали за ним. Больше никто отстреливаться не пытался — это был лишний риск. Буровин был практически уверен, что совсем скоро противники попробуют штурмануть их укрытие. А для этого им придется подойти ближе и, стоит сделать лишь один неаккуратный шаг…

«И флаг им в руки!..» — злорадно оскалился Владимир. Пусть только подберутся поближе… Конечно, без систем удалённого подрыва (известных Колчакову), рассчитать минную ловушку было сложновато. Однако он с гордостью мог похвастаться, что вполне неплохо с этим справился.

А насколько всё это эффективно — покажет время. Вот буквально через несколько секунд… В крайнем случае, минут.

— Скоро полезут?.. — довольно громко, но уже без крика, поинтересовался он у Камушкина. Кажется, слух начал восстанавливаться, и довольно быстро. Во всяком случае, азартные выкрики и отрывки коротких команд со стороны врагов доносились вполне отчётливо. Буровин был доволен, насколько сейчас это было возможно — надо лишь помнить, что остальные будут приходить в норму чуть дольше. Всё-таки, ему помогал сам Хозяин…

Скорее, по губам прочитав вопрос, чем действительно его услышав, защитник только плечами пожал. Кто его знает, когда «эти» пойдут на второй заход?.. «Гости» явно не ожидали столь «жаркого» приёма, и теперь готовились отблагодарить радушных хозяев от всей души. Послушав их злые вопли, Буровин внутренне порадовался, что решил оставить один «мешочек» для себя. В плен сдаваться ему теперь совершенно точно не стоило.

«Умру натуралом!..» — зло ощерился он, проверяя содержимое внутреннего кармана. Всё было в порядке.

— Скоро начнут, — уверенно заявил Тарас Васильевич, и тут же добавил. — Не удержимся!..

Владимир кивнул. Наживку они закинули знатную, и не их вина, что их добыча оказалась так велика, что наличными у них средствами её не вытянешь на берег…

«Ну что ж… Всегда остается вариант глушить рыбину динамитом…» — прикинул молодой барон. И под этим прикрытием рвануть к замаскированному грузовику, от всей души надеясь, что Архип после такой свистопляски ещё не сбежал, и ждёт их… Хотя ранее водитель показался Буровину вполне надёжным, однако, как он поведёт себя в подобной экстремальной ситуации, заранее никто не мог знать. Так что остаётся лишь надеяться…

Зато теперь появилось чёткое понимание, кому именно предъявить счёт за всё… В первую очередь, за пострадавшую Анечку. К тому моменту как раз девочка придёт в себя, и сможет принять участие в общем «веселье» — так отреагировал Афанасий Петрович на сообщение Гудкова. Так что теперь осталась лишь самая малость: выжить сейчас, и предъявить счёт к оплате бывшему Главе рода. Всего делов-то!..

— Э-э-э-эй, а ну, кто там есть⁈..

Грубый голос с той стороны был ещё плоховато слышен. Всё-таки последствия удара по барабанным перепонкам прошли не полностью. «Интересно, если им в ответ чего-нибудь крикнуть — услышат?..» — подумал парень. Раз уж защитникам избушки так досталось по ушам, то что говорить о тех, кто оказался в фокусе игрушки-хитрушки, установленной Владом?

— Отдайте сопляка — и у****айте отсюда!.. — потребовал «переговорщик».

«Так себе переговорные условия!» — оценил Буровин, доставая из сумки небольшой мешочек, и критически разглядывая своё изделие. Всё-таки пока не получалось создать «стандартизированную» гранату. У каждого макра была своя структура, и работать приходилось индивидуально. Впрочем, разобрался с этим парень быстро.

— Желающие есть?.. — весело поинтересовался Владимир, окидывая задумчивым взглядом своё воинство. На него посмотрели, как на идиота.

— Ну, на нет — и суда нет!.. — пожал он плечами, отвязывая небольшой гвоздик, играющий роль предохранительной скобы.

— Макс, на счёт «три» пальни-ка! — попросил Буровин.

Охранник приготовился и… Как только Влад выкрикнул заветное «три!»… высунулся наружу со стволом в руке!.. По счастью, скрыться он успел куда раньше, чем ему прилетело что-то в ответ.

А вот сам Глава настолько охренел от подобного способа, что так и остался сидеть со своим «изделием» в руке, забыв его бросить… Хорошо хоть, аналог чеки, приклеенный парой кусков той самой изоленты, сорвать не успел.

— Макс, ты что, дурак?.. — севшим голосом просипел он.

Звон уцелевших стекол, и глухие удары о бревна снаружи, свидетельствовали о том, что кое-кому только что о-о-очень повезло!.. В раму ударил даже кусок льда, разбросав осколки во все стороны. Вот уже и маги подключились!..

Охранник же на замечание Владимира только головой помотал:

— Но… Вы же сами сказали…

— Пальни, а не высунься!.. — рявкнул Глава. — Ещё раз… На счёт «три!»… «Раз… два…Три!»!

В этот раз боец только винтовку в окно высунул, и нажал на спуск.

Звук выстрела совпал с движением Владимира, швырнувшего свою «гранату» в сторону противника.

Секунда… Третья… Восьмая… Бум-м-м-м!..

Рвануло на десятой. По сравнению с первым, этот взрыв показался каким-то несолидным, но крики раненых доказывали, что сработал «волшебный мешочек» очень даже результативно!.. Вернее, его поражающий элемент из старых мебельных гвоздей. Такой, может, и не убьёт, но посечёт знатно… Цели убивать у Влада пока не было — ещё успеется… А именно сейчас нужно лишь уменьшить поголовье противника, а раненые куда лучше задержат погоню.

— Пошли-пошли-пошли!.. — поторопил Буровин остальных, бросаясь к стене, где некогда был запасной выход из коттеджа. Но уже давно дверь была заколочена. Внимательно не посмотришь — даже и не заметишь. Однако лом, крепкое словцо, и желание жить четырех мужиков свое дело сделали — «Сим-сим» снова открылась. Правда, за прошедшие годы перед выходом уже успели вырасти кусты, но это было только в плюс — маскировка!

Да и сама «избушка» стояла «к лесу задом», как пишут в сказках — так что до «зелёнки» было рукой подать. Успей противник развернуть свои порядки полностью, сейчас они могли бы сильно «попасть»… Однако неприятель в минную ловушку вляпался прямо с ходу.

Первыми из домика выпрыгнули Макс с Олегом. Тарас Васильевич же придержал уже готового рвануть следом Владимира.

«Всё верно! Поспешил!..» — оценил парень, чуть крепче сжимая рукоять револьвера.

«Чисто!» — махнул рукой Олег. В спину Буровина тут же прилетел лёгкий толчок от деда. Мол, теперь можно. Вперёд!

— Да чтоб тебя!.. — матерился Владимир, с шумом проламываясь через кусты. Треск стоял знатный! Впрочем, после взрывов, и под аккомпанемент криков раненых у него были все шансы.

— Бах-х!.. — ударилась о стену дверь, распахнутая ударом ноги штурмующего.

— Вперёд!.. — заорал защитник, пальнув в проём. Кто-то вскрикнул, но задержало это нападающих только на миг.

— За мной!.. — прорычал Буровин, хватая за шиворот уже готового остаться деда.

Тот, поняв, что если будет сопротивляться, то только задержит Главу, припустил следом.

— Вон они!.. — заорал кто-то за спиной, и как-то слабо бабахнули пара выстрелов. — Дави с-сук!..

— Быстрее, дед!!! — взревел Влад, вламываясь в лес. Однако почти сразу, сбив с ног защитника, парень вместе с ним уткнулся носом в землю. Шестым чувством Владимир почувствовал, что именно сейчас…

— Да что за нах!.. — пытался возмутиться такому неуважению к сединам Камушкин, но не успел.

— БУМ-М-М-М!!!..

Казалось, сама земля дрогнула под животом Буровина. Домик же буквально разнесло на части!..

— К-куда!.. — рявкнул парень, вновь дёрнув защитника вниз. Неугомонный дед попытался вскочить, едва прогремел взрыв. Тут же нельзя сразу вставать — ещё не хватало каким-нибудь обломком получить!.. Им ведь ещё около километра добираться до зоны эвакуации. По ночному лесу подобное расстояние и так не мало, а с раненым на плечах… Буровин выждал секунд десять, и лишь потом вскочил на ноги, жестами показав, что идёт первым.

В прошлой жизни Владимир не был любителем лесов. Однако сейчас, благодаря Дару Первопредка чувствовал себя Хозяином леса, и прекрасно ориентировался, куда им нужно идти.

«Внимание!..» — подал он знак уже через пару минут. Отважная четвёрка, повинуясь его скупым жестам, улеглась на землю.

Вскоре впереди послышались шорох и треск веток. Противникам всё-таки хватило ума поставить оцепление. И сейчас оно спешило на помощь «штурмовикам».

«Сколько же людей они сюда нагнали⁈..» — про себя подивился Буровин. Тот же Камушкин уверял, что вряд ли «они» соберут больше десятка человек за такой срок.

Бойцы противника так спешили к разгоняющему ночную тьму зареву, что лёжки беглецов попросту не заметили.

— Вперёд!.. — шепнул остальным парень. Он прекрасно понимал, что времени у них осталось совсем немного. Судя по задействованным ресурсам, враг пошёл «ва-банк». И теперь отступать ему было смерти подобно. Да и некуда.

* * *

— Они рядом!.. На хвосте! — предупредил Влад, не снижая скорости.

Олег и Макс только запалённо выдохнули. Всё-таки организм Одарённого будет покрепче, чем у обычного человека. Дед Тарас, кстати, держался не в пример лучше. Дар Медведя, пусть и небольшой, помогал ему не слишком отставать от Главы.

Вариантов было два: либо садиться в оборону, и отстреливаться — либо всё-таки попытаться добежать до грузовика, и положиться на мощь подкапотных лошадок. Первый вариант Буровину не нравился. Оставаться на месте — верная смерть. Прижмут их огнём к земле — и «ага»… Помощи ждать неоткуда — в отличие от противника, который быстро стянет все силы к этой точке.

А потому парень принял решение: прорываться в сторону транспорта. «Хошь — не хошь, а „прыжок веры“ исполнить придётся!..» — решил он, от всей души надеясь, что Архип их всё-таки дождётся.

— К машине! — хрипло бросил Владимир, чуть прибавляя ходу.

Второй вариант был лишь немногим лучше. Для того, чтобы добраться к грузовику, им придётся преодолеть открытое пространство. Небольшое, всего метров тридцать… Но всё это время они будут открыты всем «нескромным» взглядам, а уж подстрелить их будет проще простого, если у стрелков хоть сколько-нибудь руки растут из нужного места. Да, огнестрельного оружия у них много быть не должно по определению, оно не так распространено в этом мире. Да и Одарённых вряд ли больше трех-четырех человек… Но им и этого хватит с лихвой… Вот только иного пути не было.

— Бегом!.. — потребовал Буровин, рванув первым. За ним из последних сил понеслись остальные. Они успели пробежать не больше половины поляны, прежде чем за спиной раздались выстрелы. Страшное дело — бежать и не оглядываться, прислушиваясь к свисту пуль над головой. Умом-то Влад понимал, что свою пулю всё равно не услышишь, но…

Упал Олег, неловко взмахнув руками…

— БЕЖАТЬ!.. — тут же заорал дед, не давая никому остановиться. «Иначе все тут ляжем!» — оценил ситуацию парень. Стоит им лишь чуть притормозить — и это может стать их концом.

Нога Буровина зацепилась за какой-то корень. Он на миг потерял равновесие но, буквально оттолкнувшись от земли руками, тут же помчался дальше.

«Десять метров!..» — оценил он оставшуюся дистанцию. Архип уже должен был завести двигатель…

— Су-у-ка-а!.. — выдохнул Влад. Сердце дало сбой… Всё было кончено!.. Рядом с грузовиком было явно больше человеческих фигур, чем должно было быть (одна!). И они вскидывали оружие в их сторону.

— Лежать!.. — раздалась резкая команда под аккомпанемент лязга затворов.

— Хр-р-р!.. — только и смог выдавить из себя парень, теряя равновесие. Что-то резко ударило его в спину. Или кто-то… Сделав по инерции ещё шаг, он растянулся на земле. Сверху его придавило чем-то тяжелым. Или кем-то…

В тот же миг ночь взорвалась заполошной стрельбой десятка стволов. Да ещё с неприятным «вжухом» над головой пронеслось несколько «стихийных» ударов.

Буровин в это время пытался просунуть под себя руку, и вытащить из внутреннего кармана той самой, подаренной ведьмой, куртки свой «сюрприз», сейчас так больно впившийся в рёбра.

Стрельба стихла. Раздалась громкая команда, и топот многих ног рванулся в сторону лагеря. Но и про них не забыли. Звука шагов парень не услышал, но Хозяин подсказывал, что к ним приближаются несколько человек. Буровин чувствовал каждого.

— Встань, Тарас! — потребовал суровый голос.

Владимиру тут же стало легче дышать. Обессиленно он перекатился на спину, одновременно доставая из кармана последний «мешочек», и первым делом схватился за грубую веревку, служившую чекой для этого заряда.

— Всех взорву!.. — хрипло сообщил парень, и лишь затем осмотрелся, кто там такой… требовательный.

Склонившийся над ним человек был ему знаком. Хотя вживую они не виделись никогда, но его портрет в московском представительстве висел на видном месте. Так что Владимир сразу узнал этот строгий прищур глаз, и клиновидную седеющую бородку.

— Брось бомбу, внучок! — потребовал пожилой уже мужчина. — Нам нужно серьёзно поговорить…

Content

Ну, привет, медведь!

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27