Сумейе Коч

Ветреный

Sümeyye Koç

HERCAI

Copyright © 2020 by Sümeyye Koç

© Ражева Д., перевод на русский язык, 2023

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2023

Благодарности

Все, что накопилось внутри меня, всю тяжесть со своего сердца я перенесла чернилами на бумагу, надеясь передать вам свои чувства. Я бы хотела коснуться ваших сердец через эту книгу. Как часто я повторяла, каждая жизнь – это отдельная история, а каждый человек – главный герой собственного романа. Ежедневно с любовью и усердием я взращивала и выстраивала каждое предложение. Выпуская эту книгу, я надеюсь, что она найдет читателя, который поймет и оценит ее.

Я должна сказать спасибо тем, кто помог мне реализовать мои мечты. Хочу поблагодарить свою семью, которая с самого начала оказывала мне огромную поддержку, мою племянницу Мириам Фейза Акан, подтолкнувшую меня к написанию этой книги и подарившую мне веру в мою работу, Эмине Арслан за то, что с самого начала верила в меня и оказала духовную поддержку – наши отношения с ней, начавшись с обычной «книжной» дружбы, переросли в своего рода братские узы, – а также всех моих друзей.

Отдельную благодарность хочу выразить моим любящим читателям, добросердечным людям, которых я узнала в ходе своего приключения, а также Омеру Йенижи и издательству «Epsilon».

Надеюсь, что в каждой написанной мной строчке вы сможете найти частичку самих себя…

Предисловие. Я передаю привет ночи

Порой человек становится чужд сам себе. Чувство беспомощности проникает глубоко в его сердце, горечь подавляет все другие чувства. В движениях, голосе, глазах – отчуждение. Он отворачивается от всего, потеряв веру. Все вокруг теряет для него смысл, поскольку он поглощен своими страданиями.

Он стал чуждым самому себе и перестал узнавать даже свое отражение в зеркале. Кажется, исчезла сама душа, и остались лишь отвратительные воспоминания. В его сердце бушевала ярость, кровь распалилась, мечты разбились вдребезги. У него безо всяких на то причин отобрали детство. Это ожесточило его сердце, переполнило безграничной ненавистью, сделало безжалостным. Он должен был выбрать свой путь… Либо продолжить таить ненависть глубоко в душе, либо ступить на скользкую дорожку и исполнить месть, которой он так желал. Однако он давно выбрал свой путь. Он решил отомстить, восстановить справедливость собственными руками.

Он много раз обдумывал свой выбор. Долго копался в себе, пытаясь понять, какой он человек на самом деле, но так и не смог решить. Он знал наверняка лишь одно: он не был хорошим. В конце концов, он с этим смирился, ведь никто не сможет остаться оптимистом, имея столь тяжелое прошлое.

Его надежды разрушили еще много лет назад.

Ливень почти утих, но тут же задул пронизывающий ветер. С неба продолжали падать крупные капли. От этого ночь казалась опасной, а природа – яростной. Он шел вперед, не обращая внимания на дождь. Волосы намокли и прилипли ко лбу. Суровые черты лица, вечно нахмуренные брови, от которых на лбу прорезалась глубокая морщина. Он никогда не улыбался. Давным-давно она убила в нем это желание.

Торжественную тишину улицы нарушали лишь шум ливня и его собственные шаги. В голове беспорядочно роились мысли… Должен ли он волноваться? Он не знал. Ему казалось, что его душа умерла… Как будто осталось лишь пустое тело, которое просто продолжает дышать…

Нетерпеливая и нервная радость переполняла его душу, он предвкушал долгожданное достижение цели. Неприятное, странное наслаждение… Ведь он так долго этого жаждал. Впереди его ждала опасная игра, в которой так или иначе пришлось бы участвовать. И Миран Караман готовился начать эту игру. Он безупречно составил свой план, провала быть не должно. Он не допускал оплошностей, следуя шаг за шагом к будущему, которое сам себе нарисовал. Нет места ошибкам, нет прощения тому, кто допустит ее!

Он подошел к своей машине у обочины дороги. Дрожа, опустился на сиденье и вздохнул. Промокшее от дождя тело окоченело. Перед тем как завести двигатель, он взглянул в зеркало заднего вида. Перед его внутренним взором проносились темные, отвратительные воспоминания, переполнявшие сердце злобой, оставлявшие зияющую пустоту внутри…

Спустя полчаса езды он остановился в Мидьяте. Не выходя из машины, опустил тонированное стекло и посмотрел на впечатляющее каменное здание. Он оглядел каждый камушек и нетерпеливо выдохнул.

Ненависть… Это – самая большая слабость, таящаяся в его душе. Он продолжал смотреть на особняк и чувствовал, как каждая клеточка его тела переполнялась ненавистью. Он ненавидел всех, кто жил под этой крышей. Он глубоко вздохнул и погладил свою грязную бороду. Мстительный огонек в его глазах разгорался все ярче.

– Я передаю привет ночи, – улыбнулся он и тут же снова сжал губы, непривычные к улыбке. – Клянусь, этот город запомнит мое имя. Даю слово, я верну все, что он украл у меня, отберу по кусочку, причиняя невыносимую боль!

Его взгляд приковал к себе силуэт молодой девушки, появившейся в окне комнаты на втором этаже, где горел свет.

– Наконец-то! – сказал он. Дождаться этого момента было не так-то легко. – Наконец ты моя!

Глава 1. Яд

Отчаяние отравляло ее жизнь подобно яду, связывало руки, делая совершенно беспомощной; оно было ее злейшим врагом. Оно копилось в ее душе, день ото дня лишая сил и всякой надежды. Несмотря на всю безвыходность ситуации, до сей поры ее оживляла надежда. Отныне же мечты девушки о светлом будущем обратились в прах.

Это – тупик. Теперь вся ее жизнь была в руках мужчины.

Рейян было тяжело успокоиться, ком стоял в горле. Уже светлело, от недосыпа под ее глазами появились синяки. Дверь комнаты приоткрылась, и раздался тихий голос:

– Рейян?

Зашла Хавин. Вместо ответа девушка проглотила слезы и опустила глаза.

Решение приняли за нее, никто не считался с ее мнением. Ее бросило в жар.

– Я не хочу, Хавин! – отчаянно воскликнула она.

Кузина села рядом и взяла Рейян за руки, чтобы успокоить. Взглянув ей в глаза, она произнесла:

– Тише, Рейян, не кричи, пожалуйста, кто-нибудь услышит.

– Разве не наше молчание всему виной?

Ее карие глаза были наполнены слезами, ее переполняла невыносимая боль.

– Я не хочу выходить замуж за человека, которого совершенно не знаю. Я не буду счастлива, Хавин, я чувствую это!

Девушке казалось, что земля уходит у нее из-под ног, чувство беспомощности охватило ее. Несмотря на все протесты, люди неустанно повторяли, что со временем она привыкнет к мужу и даже сможет полюбить, но это не успокаивало, а лишь злило ее.

– Но почему? – с любопытством спросила Хавин. – Мне казалось, он тебе понравился. Твои глаза загорелись, когда ты впервые его увидела.

– Не в этом дело, – произнесла Рейян. Она никак не могла выразить свои чувства. – Дело в том, что я понятия не имею, какой он человек, не знаю, что творится в его душе. Это все равно что кинуться в омут с головой, разве нет?

– Но и узнать ты его не особо-то стремишься, – усмехнулась Хавин. – Очевидно, он влюбился в тебя с первого взгляда. Иначе зачем ему ехать свататься со всей семьей из самого Стамбула? – скривилась она. – Я убеждена, что и он тебе понравился, хватит отрицать.

Рейян гневно нахмурилась. Не отвечая, она тихо встала с кровати и подошла к окну. Забрезжил рассвет, восходящее солнце окрасило небо в алый.

– Несколько дней назад, – пробормотала Рейян, указывая в окно, – я видела его вот на этом месте. Он смотрел прямо на меня. Прошло несколько дней, и… – Она замолчала и вздохнула. От воспоминаний сердце начинало биться так быстро, словно хотело выпрыгнуть. – Он пришел ко мне в особняк со всей своей семьей, чтобы свататься.

– Да в чем проблема-то? – никак не могла понять Хавин. – Рейян, рано или поздно ты выйдешь замуж. Найдешь ли ты кого-то лучше его?

– Да вот в чем проблема, Хавин, вот в чем! – отрезала Рейян. – Богатый, обеспеченный, красивый. Мечта любой женщины!

Брови Хавин взмыли вверх от непонимания и удивления.

– Так почему я?

– Так что тебе еще нужно? Я совершенно не понимаю, – сузила глаза Хавин.

– Я тоже не понимаю. – Рейян скрестила руки, не отрывая глаз от окна. – Зачем такому, как он, понадобилась я?

Хавин же все виделось куда более радужно. Ей едва исполнилось семнадцать, и в силу возраста она была смелой и отчаянной. Как бы ни старалась Рейян, она так и не смогла ничего объяснить кузине.

– Почему ты так принижаешь себя? – удивилась Хавин, затем, улыбнувшись, добавила: – Как его могла не поразить твоя красота?

– В мире полно красивых женщин, так почему же я? – вновь спросила Рейян.

– Ты в своем уме? – возмутилась Хавин. – На твою долю выпала любовь, как в сказке! Да тысячи девушек мечтали бы оказаться на твоем месте! Они без всяких вопросов и возражений вышли бы замуж! А ты все твердишь: «Я буду несчастна, я не хочу!»

Рейян злилась все сильнее. Хавин и не пыталась ее понять. От злости она совсем теряла самообладание.

– Заткнись, Хавин! – вырвалось у нее.

Она не могла перестать злиться и на отца, который заварил всю эту кашу.

– Знаешь что, Хавин? – прищурившись, скорбно вымолвила девушка. – Если бы я была ему родной дочерью, он бы не вышвырнул меня из этого дома, как паршивого котенка. – Голос Рейян задрожал от душивших ее слез. – Отец никогда не любил меня. Он всегда так ждал, когда я, наконец, выйду замуж и отправлюсь ко всем чертям! Вот чего он на самом деле хочет.

Хавин вскочила, нахмурившись. Ее прежнее благодушие улетучилось.

– Не смей так обесценивать дядю, Рейян. Все эти годы он заменял тебе отца, относился к тебе как к родной дочери. – Она резко замолчала, заметив ярость Рейян.

– Я никогда не видела даже намека на доброту в его глазах, Хавин! – кричала девушка, не в силах больше сдерживаться. – Хотя откуда тебе знать? – горько усмехнулась Рейян, глядя кузине в глаза. – Ты – родная дочь, не приемная. Это не к тебе относились как к пустому месту. Не ты была маленькой девочкой с израненной душой, которую игнорировал отец. Разве папа когда-нибудь гладил меня по голове? Разве он обнимал меня когда-то, как твой отец обнимал тебя? Я росла, не зная любви! Пойми же, Хавин, этот человек ненавидит меня!

Хавин почувствовала себя застигнутой врасплох. Она понятия не имела, что Рейян переполняло столько горечи и обиды. Или она несла всю эту чушь лишь от злобы?

– Не говори ерунды, Рейян, особенно от злости. Все всегда относились к тебе как к родной. Разве я когда-нибудь указывала тебе, что ты – не дочь моего дяди? Ни мама, ни отец, ни брат, ни дядя… Разве мы когда-нибудь говорили тебе что-то плохое?

Рейян не желала слышать эти слова. Речь Хавин не успокаивала, наоборот, злила еще больше. Она сыпала соль на кровоточащую рану, причиняя невыносимую боль. Чувствуя, что сейчас они лишь сильнее поссорятся, Рейян подошла к двери и, взглянув на Хавин, выпалила:

– Убирайся из моей комнаты. Оставь меня в покое.

– Хорошо, – уходя, промолвила Хавин.

Если бы она задержалась еще хоть на одну минуту, Рейян окончательно разбила бы ей сердце. Рейян потянулась, чтобы закрыть дверь за сестрой, но вдруг заметила Азата, старшего брата Хавин. Он наблюдал за ними у лестницы, опираясь на перила, но когда их взгляды встретились, Азат развернулся и ушел. Рейян, громко хлопнув дверью, подошла к кровати. Все ее тревоги были напрасны. Она тщетно пыталась противиться судьбе, как олененок, стремящийся вырваться из хватки охотника. Ее никто не слушал и не понимал. Обиды на отца она не испытывала, ведь Хазар Шаноглу все равно не любил и свою дочь. Рейян ранило поведение матери, которая могла бы возразить мужу, воспротивиться этой свадьбе, но не сделала ничего. Как же Рейян хотелось хоть на одно мгновение избавиться от терзающих ее мыслей, душившего кома в горле, вздохнуть с облегчением! Но не все возможно… В глазах окружающих приемный отец идеально исполнял свой долг и был с ней добр. Для Рейян же все происходящее открывалось в ином свете. Он никогда не гладил ее по голове, не смотрел на нее с нежностью. Отношение отца к ней и ее брату Бедирхану было очевидным для них. Дрожа всем телом, девушка легла на кровать и зарылась лицом в подушку. Она никак не могла проглотить ком в горле. Если бы только Рейян могла плакать, ей стало бы значительно легче! Но слез не было. Она была не из тех, кто плачет. Рейян держала эмоции в себе, испытывая нестерпимую боль.

От неудержимого потока мыслей разболелась голова. Шея горела, жилка на виске начала пульсировать. Быть может, сон принесет облегчение. Стараясь ни о чем не думать, девушка закрыла глаза. Но дверь вновь отворилась. Окружающие не пытались ее утешить, они лишь хотели поскорее избавиться от нее. Рейян открыла глаза и увидела мать, закрывающую дверь. Мать, на которую она была так сильно обижена, мать, которая никогда не защищала свою дочь.

Женщина посмотрела на Рейян и наивно улыбнулась. Подойдя к дочери и сев на край кровати, она протянула руки и коснулась ее щеки.

– Моя Рейян… Моя красавица…

Рейян молчала, она не желала говорить с матерью. Девушка знала, что та пришла лишь для того, чтобы ее убедить, хоть Рейян и не хотела в это верить.

– Моя прекрасная дочь, не будь такой упрямой, замужество – это не так уж и плохо.

От этих слов девушка почувствовала безграничную усталость. Она оттолкнула руку матери от лица, села на кровати, поджав колени, и гневно взглянула в ее глаза.

– Я не говорила, что замужество – это плохо! Но кто захочет выходить за мужчину, зная лишь его имя и возраст? Я с ним толком не знакома!

Ханим[1] Зехра улыбнулась. Одной улыбки матери раньше было вполне достаточно, чтобы успокоить Рейян, но сейчас это не подействовало.

– Можно подумать, Рейян, что ты выходишь замуж уже сегодня. Миран просто пришел свататься со своей семьей.

Рейян равнодушно пожала плечами. Ей было все равно. Мать не собиралась сдаваться.

– Взгляни на меня, Рейян. – Когда та посмотрела в глаза матери, женщина продолжила: – Разве я смогла бы отдать свою единственную дочь плохому человеку? Моя дорогая, твой отец знает и любит Мирана, считает его надежным мальчиком. Он молод – двадцать шесть лет, – к тому же красив и богат. Чего еще может желать девушка?

Рейян открыла рот от изумления и гнева.

– Чего может желать? – спросила она. – Например, любви! А еще может желать связать свою жизнь с мужчиной, которого она знает, а не с незнакомцем!

Рейян отвела взгляд, она не могла смотреть людям в лицо, когда злилась.

– Разве тебе не понравился Миран? – Ханим Зехра была крайне удивлена. На ее взгляд, в Миране не было ничего, что могло бы не нравиться.

– Наоборот, – произнесла Рейян. Ей вновь вспомнилось его лицо, и девушка поникла. – Он достоин восхищения, это-то мне и кажется странным. Я спрашиваю себя: «Почему я?», есть и другие девушки для женитьбы.

– Но ты ведь такая красивая. Так странно, что ты беспокоишься об этом.

Рейян не хотела поддаваться на уговоры. Она уставилась прямо перед собой и просто ждала. Ее точка зрения была совсем иной. Ханим Зехра взяла лицо дочери в ладоши, и Рейян пришлось взглянуть на свою мать. Женщина сделала такое сердитое лицо, какое только могла, и серьезно произнесла:

– Если ты продолжишь так дуться, мне станет наплевать и на твоего отца, и на Мирана. Я разберусь со всем, пока не стало поздно. Лишь бы видеть твою улыбку.

– Мне страшно, мама, – произнесла Рейян. – Я очень боюсь. До сих пор я никогда не была счастлива, ты же прекрасно знаешь. И вдруг передо мной появляется мужчина, желающий на мне жениться. Я ищу скрытые мотивы. Что мне делать? Я к такому не привыкла.

Ханим Зехра в замешательстве не знала, сердиться ей или смеяться. Грустная улыбка появилась на ее губах. Она поняла, что ее девочка еще просто не выросла. Ханим Зехра никогда не лгала своей дочери, всегда прямо говорила, что приехала в этот дом беременной после развода.

– Выйти замуж по любви – все равно что попасть в рай на земле. Жизнь же без любви похожа на ад. Какая мать бросит свою дочь в огонь?

Глаза Рейян засияли от радости, когда она посмотрела на мать. В ее душе загорелся огонек надежды.

– Ну и что? – спросила она взволнованно.

– Я подарила тебе жизнь, Рейян, но никто не имеет права принимать за тебя решение. Если бы твой отец был жив, он бы никогда не отдал тебя замуж без твоего согласия. Этот брак состоится, только если ты сама этого захочешь.

Глаза Рейян наполнились слезами, и она обняла свою мать. Ханим Зехра подарила ей надежду на спасение. Вот та мать, которую Рейян знала, которая скорее рассталась бы с жизнью, чем отдала бы кому-то свою дочь против ее воли.

* * *

Вечерело; небо усыпали звезды, дул ласковый ветер. На Мидьят опустился сумрак. Подготовка в особняке Шаноглу подошла к концу: обитатели ожидали гостей. Хавин подошла к Рейян с гребнем в руке. Сначала она поправила кузине волосы, затем стала их тщательно расчесывать. Рейян же расправляла руками подол слишком тяжелой и длинной юбки. На самом деле она была уже готова, но намеренно задерживалась, чтобы провести время с Хавин.

У дверей особняка раздался шум, и Хавин, услышав его, бросила расческу на кровать и подбежала к окну. Она выглянула наружу, затем развернулась к сестре и взволнованно прошептала:

– Они здесь, Рейян!

Рейян всё упрямилась, как и утром.

– Ты видела, кто там приехал? – равнодушно поинтересовалась она.

– Кто приехал, кто приехал. Тетя Наргиза и сестра Генюль.

Госпожа Наргиза – мать Мирана, а Генюль – сестра. Их отец скончался, когда Миран был еще ребенком.

Рейян прижала руки к груди. Ей было трудно дышать, и виной тому были не волнение и любопытство. Она боялась предстать перед Мираном. Девушка откинула упавшие на лицо черные локоны, затем встала со стула и тревожно зашагала по комнате.

– Успокойся, Рейян, тебя ведут не на казнь.

Рейян бросила взгляд на Хавин и вновь схватилась за сердце, которое, казалось, вот-вот выскочит из груди.

– Мне даже дышать тяжело, как я могу успокоиться, Хавин?

Дверь внезапно распахнулась, и обе девушки удивились. В комнату вошел Бедирхан. Посмотрев на свою сестру, он холодно бросил:

– Папа ждет тебя.

Очевидно, затея с замужеством ему тоже пришлась не по вкусу. Между Бедирханом и Рейян была разница в год, и, несмотря на то что девушка была старше, большую часть времени брат заботился о сестре.

– Мы сейчас!

Хавин взяла ситуацию под контроль, и Бедирхан молча вышел, прикрыв дверь.

– Давай, спускаемся.

Рейян вышла из комнаты. Ей казалось, что ее сердце вот-вот разорвется. Спускаясь по лестнице, девушка судорожно цеплялась за перила. От волнения все ее тело била мелкая дрожь, как при лихорадке. Рейян вышла в холл и опустила глаза. Сначала она услышала голоса ее отца, дяди и матери Мирана, затем раздался низкий мужской голос. Рейян и теперь было странно слышать его, как и в первый раз.

Она подняла голову и посмотрела на Мирана. Девушке казалось, что сейчас ее сердце вырвется из груди. Пронзительный взгляд голубых глаз стоящего напротив мужчины заставил ее вздрогнуть. Ее охватило странное, неописуемое чувство – опасное, непреодолимое. Рейян оторвала взгляд от Мирана и снова уставилась в пол, не зная, что делать, и боясь, что он заметил ее растерянность.

Рейян взглянула на мать, почувствовав, как та щипнула ее за поясницу. Она указала глазами на мать Мирана. Рейян пришлось подойти к женщине, сидящей в кресле. Лицо и руки девушки горели. Одна лишь мысль о том, что Миран в данный момент наблюдает за ней, смущала. Пытаясь сохранять спокойствие, Рейян подошла к матери Мирана и взглянула на нее.

– Добро пожаловать, – выдавила она, тут же удивившись тому, как хрипло прозвучал от волнения голос.

– Спасибо, моя прекрасная дочь. – Искренняя улыбка госпожи Наргизы невольно вызвала ответную улыбку у Рейян. Девушка перевела взгляд на Генюль, сестру Мирана. Ей было чуть за двадцать, всего немногим больше, чем самой Рейян. Сразу после приветствия Рейян выскочила из зала. Едва добежав до кухни, она упала на первый попавшийся стул.

На кухне ее встретили Фатьма и ее дочь Дилан. Фатьма жила в особняке уже много лет, став неотъемлемой частью семьи. Следом за Рейян на кухню зашла Хавин. Девушки обменялись взглядами.

Рейян все еще находилась под впечатлением от голубых глаз Мирана. Его лицо живо всплывало в памяти. Рейян не могла точно сказать, что чувствует, но чувства определенно не были плохими. Это была любовь. Взгляд Мирана пронзил ее сердце как стрела, и при каждой встрече он производил на девушку все более глубокое впечатление.

Несмотря на это, Рейян упрямо твердила, что не хочет свадьбы.

– Что это с тобой? – со смехом спросила Хавин. – Ты будто привидение увидела!

Дилан стояла рядом с Рейян и ждала ответа. Рейян же пыталась перевести дух, успокоить бешено колотящееся сердце и унять выдававшее ее волнение. Утром в гневе она наговорила много глупостей. Теперь Рейян казалось, что это сказала не она, а какая-то другая девушка.

– Я не знаю, – ответила она спокойно.

– Что ты не знаешь? – Хавин придвинула стул и села рядом. – Разве ты не заметила, какими горящими глазами Миран смотрел на тебя?

– Я не видела, Хавин, – пожала плечами Рейян.

– Не ври, Рейян. Как только ты вошла, вы посмотрели друг на друга! – От внимательной Хавин никогда ничего не ускользало. Пусть Рейян отнекивается сколько хочет, Хавин ни за что ей не поверит.

Хоть на лице Рейян появилась легкая улыбка, она все же покачала головой:

– В конце концов, я его даже не знаю.

Дилан сварила кофе, расставила чашки на подносе и подала на стол. Хавин подвинула поднос поближе к Рейян:

– Давай неси, пока не остыл.

Рейян развернулась, чтобы идти, и услышала за спиной тихий голос Хавин:

– Не приходи сразу на кухню. Посиди немного в гостиной!

С каждым шагом Рейян волновалась все сильнее. Ей нужно поскорее успокоиться, иначе она выронит из дрожащих рук чашки прежде, чем донесет.

Сделав глубокий вдох, она вошла в зал, бережно держа поднос и очень стараясь, чтобы руки не дрожали, и начала разносить кофе. Сначала дяде, как старшему в доме. Поднося чашку Мирану, Рейян не нашла в себе сил взглянуть на него, поэтому опустила взгляд и стала рассматривать узоры на ковре. Затем так же, не отрывая глаз от пола, подошла к столу и мягко опустилась на стул. Ей очень хотелось поднять глаза на Мирана, рассмотреть его лицо, которое она видела всего несколько раз, но застенчивость не позволяла. Вскоре атмосфера в гостиной стала очень теплой. Видимо, мать была права, когда говорила, что отец давно знал Мирана. Рейян не поднимала глаз от пола, и голос Мирана звучал в ее голове, вызывая трепет. Голос, который сначала казался странным, теперь ей нравился.

В одной стороне комнаты сидели ее мать и госпожа Делал, а в креслах у окна уютно расположились госпожа Наргиза и Генюль. На противоположной стороне разместились дядя Джахан, ее отец и Миран. Азат и Бедирхан с угрюмыми лицами остались у входа.

Борясь с застенчивостью, Рейян нашла в себе силы посмотреть на Генюль. При первой встрече Рейян слишком волновалась и никого толком не рассмотрела. Генюль сильно отличалась от брата: у нее были большие карие глаза, белая кожа, вытянутое лицо. Волосы Мирана были черными, а у нее – каштановыми. Несмотря на сильную разницу, Генюль была очень хороша собой. Когда Рейян оторвала взгляд от нее и взглянула на Мирана, то вновь почувствовала трепет.

Несмотря на суровые черты лица, он чем-то напоминал ребенка.

Густые черные волосы, тонкие темные брови, аккуратный нос и пухлые алые губы. Глубоко посаженные голубые глаза, похожие на море, были, пожалуй, наиболее привлекательными. Лицо Мирана не выдавало его возраста, телосложение же было достаточно крепким. Рейян увлеклась изучением Мирана и совсем забыла о том, что кто-то может это заметить. Если бы Хавин увидела, как Рейян смотрела на него, то говорила бы об этом целыми днями без умолку. Когда Миран посмотрел на Рейян, их взгляды встретились, и девушка почувствовала, как ее бросает в жар. Пожалуй, ей следовало уйти. Она вопросительно взглянула на мать и, дождавшись одобрительного взгляда, мягко встала и вышла из комнаты.

Рейян нуждалась в тишине. Ей хотелось сесть и подумать, разобраться в своих чувствах. Ее решение не изменилось, она все так же хотела отказаться от свадьбы, но что-то теперь казалось ей неправильным. Появилось чувство, что она потеряет что-то в случае отказа. Как ни странно, но от упрямства Рейян, которая несколько дней противилась помолвке, не осталось и следа.

Это было не просто отчаяние, отравляющее ее душу, словно яд. Она будто плавала в море неопределенности. Ее переполняли чувства, которых она не ведала до сегодняшнего дня и не могла назвать. Девушка никогда не знала, что значит любить и быть любимой, оттого и не понимала, что именно она испытывает. Было странное ощущение, будто в глазах Мирана скрывается что-то, что видно только ей.

Она никогда не узнает, что именно.

Глава 2. Опасные берега любви

Острая боль терзала его, вызывая приступы гнева. Он понимал, что нельзя продолжать жить прошлым, но ничего не мог с собой поделать. Все зло, отвратительные воспоминания детства навсегда укоренились в его памяти и сердце.

Все его нутро жаждало мести, а раны на душе никак не заживали.

Он изо всех сил старался не заснуть прямо в кресле с ноутбуком на коленях, когда проверял электронную почту. В его голове роился нескончаемый поток мыслей. С тех пор как Миран покинул особняк, им овладело странное беспокойство. Единственная цель, с которой он прибыл в Мардин, – заполучить дочь Хазара Шаноглу. Все шло по плану, так откуда взялось это беспокойство?

Он должен испытывать удовольствие, ведь все оказалось куда проще, чем он думал. Миран ненавидел этого человека так сильно, как никого другого. План мести был для него своего рода игрой. Он выбрал его дочь, эту невинную безгрешную душу, и собирался жениться на ней. Сойдясь с этим человеком, он, как шпион, втерся к нему в доверие, добился любви и расположения.

Миран старался запомнить всех, кого видел сегодня в особняке. Вспоминая присутствующих, он злорадно улыбнулся. Ему хотелось увидеть, как их улыбки исчезнут, когда он откроет им свое истинное лицо. Если бы Хазар знал, за кого выдает свою дочь, радовался бы он так, как сегодня?

Когда приоткроется завеса тайны и обнажится ужасная правда, начнется настоящая война.

Сонливость все больше одолевала его, и он медленно закрыл глаза. Разум рисовал перед ним изумительную картину. Рейян… Она знакома с ним всего несколько дней, хотя Миран наблюдал за ней уже целый год, следил за каждым шагом. Он также думал о том, какой она была сегодня – ни о чем не подозревающей, похожей на робкую лань. Миран наслаждался этим, сама мысль о том, что он причинит ей боль, будоражила его жестокую душу.

Он открыл глаза, услышав звон фарфора – Генюль принесла ему кофе. Потянувшись, он взял чашку. Ложиться спать все равно не хотелось. Потягивая кофе, он вновь стал смотреть на монитор. Генюль сидела напротив и наблюдала за ним.

– Ты устал. Может быть, хватит?

– Одну минуту, – ответил Миран, снова переводя взгляд на монитор. Миран хотел показать своим односложным ответом, что не намерен продолжать диалог. Но Генюль жаждала поговорить о Рейян.

– Позволь мне спросить кое-что? – с любопытством прошептала она.

Не сводя глаз с Мирана, она терпеливо ждала, когда он взглянет в ее сторону. Наконец, Миран посмотрел на Генюль и вздернул бровь, ожидая вопроса. Девушка встала с места, скрестив руки.

– А что насчет Рейян? Что, если она влюбится в тебя? – ровным голосом поинтересовалась Генюль.

Миран насмешливо скривил губы. Разве подобные мелочи волновали его? Почему Генюль задает такие глупые вопросы?

– Нет, – с издевкой ответил он.

– А если это все-таки произойдет? – не унималась Генюль.

Это разозлило Мирана.

– Не думаю, что это возможно, Генюль. А если и так, мне все равно! – Его голос звучал резко и твердо. Ему и правда было все равно. В конце концов, он своего добился, Рейян отдают ему. Он все равно сделает что хочет, независимо от ее чувств.

Генюль была заметно обеспокоена этим, однако Миран не хотел, чтобы сестра лезла в это дело и беспокоилась о судьбе Рейян. Он уже предупреждал Генюль раньше. Наконец он выключил ноутбук и, убрав его на подставку, встал.

– Я пойду спать.

Он оставил недопитый кофе на столе.

* * *

Миран никак не мог уснуть в новом городе, в чужой постели, и проворочался всю ночь. Под утро ему, наконец, удалось ненадолго задремать, но вскоре он проснулся от холода: чем жарче была погода в городе днем, тем холоднее были утро и вечер. Миран взял со стула тонкий кардиган и, накинув его, вышел на балкон. Вдыхая прохладный утренний воздух, он никак не мог выкинуть из головы слова Генюль. Неужели Рейян действительно влюбилась в него?

Он спустился в холл отеля, где остановился, решив позавтракать. Госпожа Наргиза и Генюль еще спали. Зазвонил телефон. Не глядя на экран, Миран принял вызов и поднес трубку к уху.

– Говорите.

Его глаза изумленно распахнулись, когда он услышал голос звонившего.

– Хорошо, – ответил он и бросил трубку. Мираном овладело любопытство. Он только что узнал, что Рейян вышла из дома. Миран взглянул на часы. Зачем она вышла так рано? У него появилось непреодолимое желание встретиться и поговорить с ней. Позавтракав, он вновь поднялся в свою комнату, чтобы переодеться и разыскать Рейян.

Совсем скоро он нашел ее и, наконец, узнал, куда она шла. По непонятным причинам девушка отправилась в дом своей тети в нескольких кварталах от дома. Миран стал ждать на углу особняка ее отца.

Рейян шла быстро, ни на что не обращая внимания. Очень длинное розовое платье сковывало ее движения и не позволяло идти быстро. Ее черные волосы ниспадали на лицо. Осматриваясь по сторонам, Рейян шла по узким улочкам Мидьята. Страх быть пойманной Азатом научил ее ходить осторожно.

Азату исполнилось двадцать пять лет. И Хавин, и Рейян очень боялись его вечно нахмуренных бровей и угрюмого выражения лица. Вспыльчивый и немногословный, он установил невидимый барьер в отношениях с сестрами.

Дойдя до поворота к дому, Рейян остановилась и глубоко вздохнула. Она хотела перейти на другую сторону, как вдруг с кем-то столкнулась. Девушка подняла голову и вдруг онемела от изумления, увидев перед собой Мирана. Он смотрел на нее своими холодными голубыми глазами, ухмыляясь. Рейян невольно вздрогнула. Она не верила в совпадения и поняла, что Миран не мог внезапно появиться перед ее домом. Он что, следил за ней?

Встретившись взглядами, оба какое-то время молчали. Рейян огляделась. Улица была слишком узкой и уединенной. Никто не мог их здесь увидеть, кроме Азата и Бедирхана, которые порой возвращались этой дорогой домой. Однако это было маловероятно, потому что чаще всего братья ездили на машине, а не ходили пешком.

Когда девушка вновь подняла глаза на Мирана, то почувствовала, что ее сердце стало биться сильнее. Она не могла оставаться спокойной под пронзительным взглядом его голубых глаз.

Миран сделал шаг вперед, Рейян – два назад. Она не могла понять, отчего этот страх. Она стеснялась? Да, даже очень… Ладони вспотели. Может быть, ее беспокоило то, что кто-то может их увидеть? Вовсе нет… Ее маленькое сердце плыло к большой любви в голубом море его глаз, и это было длинное путешествие, которому не видно конца… Она даже не осознавала этого!

Мирану понравился испуг Рейян. Она боялась его? Его это развеселило. Раньше он всегда наблюдал за ней издалека, теперь же она находилась так близко, что он мог чувствовать ее дыхание. Миран изучал ее взглядом. Девушку охватил страх, и ее без того бледное лицо стало еще белее. Ее маленькие, розовые, в тон платью, губы дрожали от волнения. Но от взгляда ее темных, как крыло ворона, глаз беспокойство Мирана усиливалось. Он справится с этим, он уже преодолел столько трудностей, чтобы заполучить эту девушку, не так ли?

Рейян была в самом расцвете, ей исполнилось девятнадцать. Она столкнулась с Мираном, как с барьером, и провалилась в пучину опасности. Миран какое-то время рассматривал Рейян, скользил взглядом по ее телу, и это еще больше напугало девушку. Она показалась ему соблазнительной. Впрочем, не будь она красивой, Миран ни за что не стал бы использовать ее для мести. За все в жизни приходится платить, включая красоту.

– Что ты смотришь? – спросила Рейян, наконец нарушив молчание. Ее голос невольно дрогнул. – Да и что ты вообще тут делаешь?

Миран собрался с мыслями. С фальшивой улыбкой на лице он поднял руки, как сдающийся преступник.

– Не бойся, Рейян, – ответил он, оглядевшись, и вновь всматриваясь в черные глаза девушки. – Вокруг нет никого, кроме нас.

Незнакомые чувства пробудились в душе Рейян, когда она услышала, как Миран произносит ее имя. Почему в его устах оно звучит так красиво?

– Что ты тут делаешь? – В ужасе повторила вопрос девушка, отведя взгляд от Мирана. Его голубые глаза были похожи на омут, в котором она боялась утонуть.

– Я сам не знаю, – лишь произнес он. И правда, что он здесь забыл? Ночью он утверждал Генюль, что ему плевать. Так отчего ему так хотелось поговорить теперь с Рейян? – Может быть, я просто хотел встретиться с тобой?

Рейян уставилась на дорогу позади Мирана.

– Я должна идти домой.

Девушка чувствовала, что, задержись она здесь еще хоть на минуту, она лишится сознания. До дома рукой подать, но внезапно появившийся Миран отрезал ей путь. Встречаться так было совершенно неправильно. Девушка сделала было шаг, чтобы уйти, но Миран схватил ее за руку. Его губы, как всегда, искривились в фальшивой улыбке. Миран наклонился к девушке и тихо прошептал ей на ухо:

– Мы еще не познакомились.

От страха Рейян распахнула глаза, ее дыхание участилось. Девушка вновь обвела взглядом улицу. Она упала бы в обморок, если бы кто-то их увидел. Собрав всю волю в кулак, Рейян взглянула в глаза мужчине, продолжавшему держать ее за руку.

– Ты хочешь заполучить девушку, но даже толком не знаешь ее семью. Ты не имеешь права вставать передо мной вот так!

Миран лишь улыбнулся.

– Если кто-то увидит нас, особенно Азат, у тебя будут проблемы!

Миран с той же саркастической улыбкой посмотрел на девушку, не веря в происходящее. Рейян что, угрожает ему Азатом? А она – крепкий орешек. Сильная и смелая.

Рейян удивленно посмотрела на все улыбающегося Мирана, который словно насмехался над ней. Разве ее слова были смешными? Девушка попыталась выдернуть руку, но Миран держал ее крепко.

– Я не хочу тебя видеть, не приходи больше, – в гневе выкрикнула она. В Рейян вселяло уверенность данное матерью обещание. – Я поговорю с мамой и скажу, что не хочу.

Хватка Мирана немного ослабла. Ситуация озадачила его, но он ласково улыбнулся, чтобы не усугубить положение.

– Твой отец считает иначе, – уверенно произнес он. – Он уже принял меня как жениха. К тому же в ваших краях, если девушку выдают замуж, назад пути нет, разве не так?

Рейян будто окатили ледяной водой. Ответ Мирана испугал ее. Она полагала, что ее отказ все решит. Почему этот парень говорит с такой уверенностью?

– Отпусти мою руку! – стиснув зубы, процедила она.

Рейян очень беспокоил этот затянувшийся разговор. Мирану же было все равно, и эта ситуация даже доставляла ему удовольствие. Притянув ее за руку, он вновь склонился к ее уху.

– Я буду ждать тебя за особняком в полночь.

Глаза Рейян округлились от изумления.

– Никогда не приду! – воскликнула девушка, не понимая, как Миран может предлагать подобное. Однако она тоже хотела узнать Мирана поближе. – Отпусти мою руку, – повторила она и сразу же отстранилась. Было больно смотреть ему в глаза – таким суровым был взгляд.

– Ты придешь, Рейян, – мягко и убедительно ответил Миран. Он настаивал на своем. Но Рейян знала, что это невозможно. Если их поймают, то проблемы будут у обоих.

– Я же сказала, что не хочу встречаться. Откуда такая настойчивость?

Он наклонился как можно ниже к уху девушки и прошептал:

– Тогда ты слишком много пропустишь.

Сердце Рейян забилось, как птица в клетке. Казалось, она умирает в руках этого жестокого человека. Миран внезапно отпустил руку девушки, и Рейян показалось, что она падает в пропасть. Девушка робко подняла голову и увидела, что Миран уходит, засунув руки в карманы брюк. Рейян застыла, а Миран обернулся в последний раз, улыбнулся и подмигнул:

– Я буду ждать тебя, Рейян, и неважно, придешь ты или нет. Ровно в двенадцать.

Рейян какое-то время не двигалась с места после ухода Мирана и смотрела ему вслед. Он вел опасную игру, и они оба теперь были участниками. Могла ли она покинуть дом посреди ночи? Нет, у нее не хватит смелости.

Рейян закрыла глаза и глубоко вздохнула. Почему ее так интересует, что скажет этот парень?

Глава 3. Пустая ложь

Она поверила в ложь. То, на что она решилась – безумно. Опасный человек коснулся ее чистой души. Любовь, оставляющая глубокие раны на сердце, уже увлекала ее в свои объятия. Перед Рейян будто опустилась черная завеса, которая не давала ей видеть ничего, кроме своей любви. Она шла в пропасть с завязанными глазами и не знала, что произойдет с ней.

В темноте ночи дул холодный порывистый ветер. Рейян все еще не могла поверить, что покинула особняк в такое время. Мирану все-таки удалось ее заманить. Весь день девушка вспоминала их встречу и прокручивала в голове произошедший диалог. С одной стороны, она злилась на него, но с другой – считала очень привлекательным. В итоге она все же рискнула выйти из дома.

Рейян быстро обошла особняк, обхватив свои плечи руками, чтобы хоть немного согреться. Ее окружала непроглядная тьма, которую освещали лишь звезды. Правильно ли она поступила, придя сюда? Она не знала. После так взволновавшей ее встречи с Мираном Рейян весь день гадала, что же он хочет сказать ей. Она попала под влияние его голубых, как океан, глаз с первой встречи, и они все больше притягивали ее.

Придя домой днем, Рейян первым делом рассказала Хавин о случившемся, и та ждала ночи сильнее самой Рейян. Сейчас Хавин стояла у двери и наблюдала. Рейян зашла в глубину двора и остановилась. Там, в окружении одиноко стоящих деревьев, девушка огляделась, скрестив руки, но никого не увидела. Рейян решила, что Миран пошутил над ней. Кроме того, она очень замерзла, потому что от волнения не подумала накинуть что-нибудь теплое.

Внезапно кто-то накинул на ее плечи кардиган, и девушка испуганно обернулась. Встретившись взглядом с изумительными голубыми глазами Мирана, Рейян облегченно вздохнула, обрадовавшись, что это не Азат. Миран искренне улыбался, и от этой улыбки сердце Рейян растаяло. Не зная, что сказать, девушка просто стояла.

– Надеюсь, я не напугал тебя, – первым нарушил молчание Миран, не сводя глаз с Рейян ни на секунду.

– Нет, я ждала тебя, – ответила девушка, не глядя на него.

– Ты удивила меня. Я думал, ты не придешь.

Вместо ответа Рейян поджала губы. Ком в горле душил ее, она не могла говорить. Да, она сказала, что не придет, и не знала, почему вдруг передумала. Девушка начала привыкать к волнению и учащенному сердцебиению, вызванному присутствием Мирана. Она взглянула на мужчину, и ей почудилось, будто сердце сейчас выскочит из груди. Миран мог заставить человека потерять разум от волнения. Рейян мучило множество вопросов, отчасти поэтому она и пришла. Ей не терпелось задать их и поскорее уйти. Что мужчина из Стамбула забыл в Мардине, почему он решил жениться именно на ней? Но Рейян не хватало смелости заговорить, и она продолжала молчать.

– Ты кого-то любишь, Рейян? – Миран озадачил ее неожиданным вопросом.

– Нет, – хриплым голосом ответила она.

– Отлично… – Этот ответ порадовал Мирана.

Глядя на красное от смущения лицо Рейян, он дерзко улыбнулся и подошел к ней ближе. Ему казалось забавным нарушать границы и смотреть на ее испуг. Миран взял Рейян за подбородок и повернул лицом к себе, и девушка замерла в страхе. Когда Миран смотрел в ее темные глаза, то почувствовал, что его почерневшее от злобы сердце все больше и больше жаждет мести.

Глаза Рейян казались огромными на ее маленьком лице с аккуратным носом и губами. Это не могло не впечатлять. Ее черные глаза будут главным развлечением Мирана. Слегка волнистые темные волосы прикрывали белую кожу, будто полную луну, упавшую в лоно ночи.

Мирану было все равно, полюбит ли его Рейян, когда он решил жениться на ней. Ему достаточно было просто породниться с ее отцом. Он думал, что вовсе не захочет говорить с девушкой, но, к своему удивлению, начинал все больше и больше беспокоиться о ней. В любом случае, это лишь кровавая, грязная игра… Зачем отказываться от развлечения?

– Зачем ты хочешь жениться на мне? – Дрожа, как лист на ветру, она задала вопрос, которого Миран не мог ожидать от нее. Он был ошеломлен вопросом. Что он мог сказать? «Ты – лучшая часть моей игры в месть»?

– Я хочу жениться на тебе, потому что… – отпустив подбородок Рейян, Миран прислонился к дереву за спиной, не отрывая взгляда от девушки. Лунный луч падал на ее густые, зачесанные набок волосы, делая облик Рейян безупречным. Миран взял себя в руки и молча улыбнулся, подогревая любопытство девушки.

– Ты хочешь жениться на мне, потому что что?

Миран никак не мог сформулировать ответ на вопрос и только старался улыбаться как можно более обаятельно. Было бы чересчур, если бы он сказал, что влюбился? Может быть, и нет, но происходящее забавляло Мирана.

– С первой нашей встречи ты не выходила у меня из головы. Знаешь, я хорошо знаком с твоим отцом, – произнес он наконец и заметил, как глаза Рейян расширились от удивления. Неужели он ответил глупо?

Рейян чуть не засмеялась. Это были самые нелепые слова, которые она когда-либо слышала. Если бы парень, стоящий напротив, был обычным человеком, Рейян было бы плевать на ответ, но из уст Мирана эти слова звучали бессмысленно. Зачем мужчине из Стамбула приезжать в Мардин, чтобы жениться? Разве он был страшен? Нет, наоборот – невероятно привлекателен. У него было состояние, которого хватило бы на всю жизнь. Рейян должна была быть намного более богатой и знатной, чтобы стать женой этого человека. Это – не тот ответ, которого она ждала.

– Ты товар, что ли, на рынке покупаешь, Миран? – произнеся его имя, она сжала губы, будто оно обожгло их. Даже в его имени таилась опасность. – Мы говорим о браке, о том, что мы проживем целую жизнь под одной крышей. А ты просто заявляешь, что увидел меня и я тебе понравилась, разве это правильно?

Миран не ожидал такой реакции, слова Рейян его совершенно обескуражили. Эта девушка… Да, у нее острые зубки, но она – всего лишь его добыча, поэтому нужно сохранять здравомыслие и не поддаваться на провокационные вопросы.

– А что, есть другой способ сблизиться с тобой, кроме брака? – спросил он, стараясь быть убедительным. Нет, другого способа не было, и Рейян это знала.

– Мы не в Стамбуле, я бы тоже предпочел сначала лучше узнать тебя, провести время вместе. Не знаю, что тебя смущает, но я уверен, что любовь не знает границ. Сердцу не прикажешь.

Взгляд Рейян все больше заставлял его сомневаться. Эта девушка слишком умна и, казалось, что-то подозревала, в отличие от родителей. Миран понял, что сейчас должен любой ценой развеять ее сомнения.

– Ты позвал меня, чтобы сказать это? – резко произнесла Рейян, и Миран понял, что совсем не произвел на нее впечатления этими словами.

– Я сказал, что хочу узнать тебя получше. Что ты ожидала? – Отойдя от дерева, Миран снова подошел к Рейян и на этот раз протянул руку к ее волосам. – В конце концов, ты будешь моей женой, не так ли?

Рейян медленно отступила, пытаясь избавиться от его рук. Слово «жена» ошеломило ее. Казалось, от этого остановилось сердце. Как одно слово могло так сильно взволновать человека? Это звучало странно или больно? Хотела ли она этого? Происходящее будто ослепило Рейян, понять свои чувства было трудно.

– Это был не мой выбор. – Рейян опустила глаза. – Никто не спросил меня, хочу ли я замуж.

– Прости, я не знал, – ответил Миран. Он не думал, что Рейян может возражать. Возможно, сейчас – лучшее время, чтобы произвести на нее впечатление. Несмотря на риск, Миран чувствовал уверенность в себе. – Если не хочешь, то свадьбы не будет. Не по мне принуждать человека, но я думаю, что заслуживаю хотя бы шанса.

Рейян взглянула на Мирана, будто хотела спросить, какого шанса он хочет, и Миран произнес:

– Подумай до завтрашнего вечера. Подумай и прими решение. Если ты вновь скажешь мне, что не хочешь быть со мной, то клянусь, что откажусь от тебя.

Рейян ненадолго остановилась.

– Как ты узнаешь о моем решении?

– Завтра вечером я отправлю Генюль в особняк, ты поговоришь с ней и скажешь свой ответ.

– Генюль – твоя родная сестра? – спросила Рейян.

Миран нерешительно покачал головой.

– Да, на два года младше.

Рейян потеряла счет времени, но вспомнила о Хавин, стоящей у дверей дома, и поспешила вернуться.

– Я пойду домой. Мне очень холодно.

Миран только прикрыл глаза в знак согласия, и Рейян развернулась, чтобы уйти.

– Некоторые вещи случаются лишь раз в жизни – такие как смерть, как любовь… Ты не можешь избежать смерти, но если отвернешься от любви, то проживешь жизнь впустую.

Фраза, произнесенная Мираном напоследок, заставила Рейян замереть. Он говорил о любви, которая зарождалась между ними? Любовь… Люди, которые познали это чувство, – самые счастливые.

Она продолжила идти, не оглядываясь и не отвечая. Вернушись к особняку, Рейян осознала, что кардиган Мирана остался на ней. Она обернулась, но молодого человека уже след простыл. Быстро сняв кофту с плеч, Рейян большими торопливыми шагами направилась к дому.

Хавин застыла в дверях в ожидании, и ей тоже не пришло в голову что-нибудь накинуть. При виде Рейян она взволнованно замахала руками. Девушки, точно призраки, проскользнули в дом, приоткрыв массивную деревянную дверь, на цыпочках поднялись по лестнице и уже в комнате облегченно вздохнули. То, что они сделали, достойно восхищения. Они даже не хотели думать о том, что с ними случилось бы, если бы их поймали Азат или Бедирхан. Рейян села на край кровати и посмотрела на кардиган в своих руках. Хавин включила ночник, чтобы не привлекать внимания, взяла стул и села напротив Рейян.

– О чем вы говорили? – Ее любопытство усилилось при виде покрасневшей сестры.

– Мы мало о чем говорили, – ответила Рейян, не отрывая глаз от кардигана. – Я чувствую себя иначе. В моей душе неописуемое чувство, которое я не могу объяснить. – Она устремила взор в окно. – Миран… странный человек.

Хавин в удивлении прижала ладонь ко рту.

– Может, ты влюбилась?

– Не глупи, Хавин, полюбить – это не так просто. Я его даже не знаю. – Рейян нахмурилась.

– Но мой дядя знает его очень давно. Будь Миран плохим парнем, разве дядя отдал бы тебя ему, человеку, которого не знает, которому не доверяет?

– Он сказал, что я с первой встречи не выходила у него из головы. – На губах Рейян заиграла легкая улыбка. Она с издевкой вспоминала слова Мирана, но в то же время думала, что, может, и правда она могла ему так понравиться…

– Ты – та девушка, которую можно полюбить, по тебе сходит с ума весь Мидьят!

Рейян не могла удержаться от смеха после слов Хавин. В эту ночь спать не хотелось, да и как возможно, если внезапно появившийся на ее пути человек вдруг занял все ее мысли. Он украл ее разум, мнение и, главное, – сердце. Когда она думала о нем, в памяти всплывала фраза: «Ты будешь моей женой», – и сердце переворачивалось в груди. Когда Рейян была с Мираном, она делала вид, будто не хотела этого, но на самом деле все было совсем наоборот. К тому же ей необходимо решить важный вопрос до завтра. В раздражении девушка швырнула кардиган на кровать.

– Я сказала Мирану, что не хочу замуж.

– Что? Ты с ума сошла?

Рейян лишь закатила глаза от чрезмерно бурной реакции Хавин.

– Он ответил, что заслуживает шанса. Просил подумать до завтра и принять решение.

– Рейян, ты ведь не откажешь ему, правда?

– Завтра сюда придет его сестра, чтобы узнать мой ответ.

– Ты собираешься сказать «нет», Рейян?

Рейян сердито посмотрела в испуганные глаза Хавин.

– Как же тебе интересно, выйду ли я замуж!

Рейян схватила подушку, швырнула в Хавин, и обе девушки начали смеяться.

Они беседовали всю ночь, и Хавин ушла в свою комнату лишь под утро. Рейян легла спать незадолго до рассвета. Она хотела поспать хотя бы час или два, но запах кардигана, который она не выпускала из рук, щекотал нос и не давал покоя, волнуя сердце. Так пахнет Миран? Приятно или нет? Спокойно ли ей от этого запаха? Когда она закрыла глаза, каждая клеточка ее тела шептала его имя: «Миран!»

Десять дней спустя…

– Дилан, ты достала мясо из холодильника?

Фатьма, раскатывая одной рукой тесто, повернулась к плите, глядя на закипающий шербет.

– Дилан! Где эта девочка?

На крик Фатьмы прибежала Хавин. Она подняла пакет с мясом и показала Фатьме.

– Достала, Фатьма, не волнуйся. Дилан пошла открыть дверь.

– Кто-то сказал «Дилан»? – Молодая девушка с улыбкой вошла на кухню, надела фартук и приступила к работе. Сегодня вечером должна была произойти помолвка Рейян и Мирана, поэтому в особняке царила суматоха. Женщины бегали по дому в приготовлениях. Рейян прибиралась в зале, но когда увидела, что пришла Элиф, бросила работу и удалилась с ней в комнату.

Элиф – дочь тети Рейян, а также самая близкая подруга со школы. Поднимаясь по лестнице, Элиф осматривала особняк.

– Когда придет тетя? – спросила Рейян.

Элиф неопределенно пожала плечами.

– Она что-то готовила дома, через пару часов придет.

Рейян и Элиф в прошлом году окончили школу, после чего Элиф сразу поступила в университет в Стамбуле. Отец не заставлял ее выходить замуж, а предложил свободу выбора. Войдя в комнату, Рейян распахнула шкаф и стала показывать подруге одежду, из которой выбирала наряд на вечер. Большая часть вещей была совершенно новой. Вскоре вся кровать была завалена одеждой, но девушки так и не могли выбрать среди огромного количества платьев всех цветов. Кроме того, все наряды удивительно шли Рейян. Она была среднего роста, стройной, но не хрупкой, весьма привлекательной.

Элиф взяла в руки блузку пудрового цвета, похожую на тюль.

– Попробуй эту, Рейян. Думаю, будет великолепно смотреться с прямой черной юбкой.

Рейян взяла в руки блузку и, приложив к себе, посмотрела в зеркало.

– Да, может быть.

Элиф села на край кровати и положила подбородок на руки.

– Мне очень любопытно узнать о Миране.

На лице Рейян появилась улыбка. Она не могла сдержать радости, которая охватила ее, когда прозвучало имя Мирана. Она приняла решение несколько дней назад. В тот день она обдумывала все до вечера, сначала хотела сказать «нет», но мысль о потере Мирана пугала ее. Рейян сгорала от стыда, когда на следующий день пришла Генюль с огромным букетом роз от Мирана. В букете была записка со словами, которые он сказал ей в ту ночь.

Некоторые вещи случаются с человеком раз в жизни, как смерть, как любовь…

Рейян обманули, сказав, что она сможет отказать Мирану. Она была больше не в силах устоять перед его обаянием. Она сказала «да» и согласилась выйти замуж.

– Ты улыбнулась, Рейян! – Элиф указала пальцем на лицо девушки, как будто это было преступлением, и Рейян стала еще больше улыбаться, ведь сердце ее трепетало. Она не хотела, чтобы кто-нибудь ее раскусил, но не утерпела и сдала себя сама.

– Когда ты увидишь его вечером, поймешь, почему я улыбаюсь.

* * *

Рейян подслушивала за дверью, где он находился. Миран с семьей приехал час назад. В одном углу зала ее будущая свекровь и Генюль беседовали с матерью Рейян, невесткой и тетей, а на другом конце комнаты разговаривали о делах Миран, отец Рейян и ее дядя. У Мирана, как и у Рейян, тоже не было отца. Они оба потеряли родных очень рано, но у Рейян был человек, который с детства заменил ей отца.

Азат и Бедирхан сидели в углу с угрюмыми лицами и не участвовали в разговоре. Рейян приходилось ждать на кухне с Элиф, Хавин и Дилан. Но скоро Рейян надоело обсуждать с ними сплетни, и она незаметно устроилась за дверью холла, заглядывая внутрь. На самом деле из всех присутствующих в комнате она смотрела лишь на одного человека, и это был Миран.

До сих пор Рейян испытывала недостаток мужской любви, а без отца она не смогла познать и отцовской ласки. Она впервые встретила любовь, впервые собиралась замуж, и ее сердце удивительно желало этого человека. На мгновение она остановилась и представила, что он очень любит ее, безумно любит… Ее сердце трепетало от этой мысли, – могло ли когда-нибудь случиться что-то подобное?

Она встретилась глазами с Азатом, когда увлеченно наблюдала за Мираном. Азат заметил Рейян и стал недовольно оглядываться. Рейян отступила от двери и быстро побежала обратно на кухню. Погруженные в мрачный разговор, девушки даже не сразу заметили ее уход. Элиф улыбнулась при виде Рейян.

– Куда ты ушла? Мы тут говорим о Миране.

– О чем общаетесь? – Рейян подсела к девушкам.

– Мы говорим о том, какой он привлекательный, властный, красивый…

Все девушки ждали хоть одного хорошего слова из уст Рейян, хоть одной похвалы! Сегодня состоится их помолвка, и пути назад больше не будет, но Рейян не говорила ни хорошего, ни плохого. Да, она согласилась на брак, но все вопросы о Миране оставляла без ответа. Она думала обо всем несколько дней, но больше не видела Мирана, он больше не приходил к ней, потому что ему приходилось часто ездить в Стамбул. После сегодняшнего дня они станут видеться чаще. Подготовка к свадьбе должна вот-вот начаться. Единственным желанием Рейян было узнать Мирана поближе за это время. Она положила руки на стол и громко вздохнула:

– Я просто хочу стать счастливой.

Бедирхан пришел на кухню за девушками, и они поняли, что сейчас начнется церемония помолвки. Когда все прошли в зал, Рейян следовала последней. Как только она вошла, то вновь очутилась под взглядом голубых глаз. Все встали и образовали круг. Хавин подошла к столпившимся родственникам и взяла поднос с кольцами, стоявший на столе.

Старшим в доме был ее дядя Джахан. После того как одно из колец оказалось на пальце Мирана, а другое – у Рейян, дядя Джахан перерезал ленту с пожеланием удачи. Рейян казалось, она лишится чувств от волнения, глядя на красную ленту, привязанную к пальцу. Они, в свою очередь, поцеловали всем старшим руки. За последние два часа было много разговоров, еды, фотографий, и Рейян уже удивлялась тому, как она оказалась в одном кадре с ним, а Миран тем временем устроил сюрприз, удививший девушку еще больше. Перед тем как покинуть особняк со своей семьей, Миран подошел к Рейян, воспользовавшись общей суматохой. Девушка встревожилась. Миран быстро схватил ее за руку и положил что-то между ее ладонями, а затем отошел. Раскрыв их, Рейян увидела небольшую флешку. Она очень крепко сжала ее в руке. Зачем он дал это, что там?

Спустя некоторое время после ухода Мирана все члены семьи разошлись по комнатам; изнемогая от любопытства, убежала и Рейян. Ее чувства были противоречивы. Трепет, беспокойство, грусть и странное счастье… Рейян быстро переоделась, собрала волосы на затылке и поставила ноутбук на столик у кровати. Впервые в жизни она так сильно волновалась.

Затаив дыхание, она вставила флешку и с нетерпением стала ждать, когда включится ноутбук. Увиденное очень удивило девушку. На флешке было множество фотографий Рейян за последние полгода, снятых издалека, без предупреждения. Ни на одной фотографии она не смотрела в объектив. Ее сердце от волнения выпрыгивало из груди. Пролистав фотографии, Рейян наткнулась на текстовый документ, и ее беспокойство усилилось.

Ты веришь в любовь с первого взгляда? До встречи с тобой я не верил. Все изменилось, когда я впервые увидел тебя. Я изменился, моя жизнь изменилась. Я думаю о тебе. Ты – моя ночь, ты – мой день. Я устал от бесконечных ночей, проведенных вдали от тебя… Устал от того, что тебя нет рядом. Мне больно от любви к тебе. Твой образ поселился в моем сердце, не было ни единого дня, когда бы я не думал о тебе. С тех пор как любовь настигла меня, в голове всегда звучит одно и то же имя. Рейян, Рейян, Рейян… Люби меня, красавица, и я отдам жизнь за тебя… Я люблю тебя, люблю! Я без ума от тебя!

Ее душа жаждала любви, радостное возбуждение охватило ее… Вскоре Рейян нашла ответ, почему сердце так быстро бьется: Рейян не просто находилась под впечатлением от этого мужчины, она увлекалась им все больше с каждым днем и, возможно, даже начала влюбляться! Ошеломление и радость в ней усиливались с каждой секундой и превращались в счастье. Значит, ответ на ее вопросы был так прост? Поэтому он так жаждал на ней жениться?

Рейян выключила ноутбук и оставила его на столе, а затем подошла к шкафу и достала припрятанный кардиган. С улыбкой на губах она прижала его к лицу, вдыхая запах Мирана. Она хотела задать ему вопрос и услышать ответ, которого жаждало ее трепещущее сердце. Она попала в капкан Мирана.

Рейян была такой молодой, такой невинной и неискушенной…

От недостатка любви она увлеклась мужчиной, который, как ей казалось, открыл свое сердце, даже не подозревая об опасности игры, которую он ведет… Это будет и начало, и конец…

Прижимая кардиган к лицу, Рейян подумала, что после свадьбы каждую ночь она будет чувствовать этот успокаивающий запах, и мурашки побежали у нее по коже. Рейян закрыла глаза и предалась мечтам. Неужели это любовь? Мурлыканье, сорвавшееся с ее губ, было вызвано новым чувством в ее сердце.

* * *

Мужчина лежал на диване, закинув руки за голову, и смотрел на звездное небо. Улыбка на его губах была полна ненависти, боли… Он невольно думал о Рейян. С каждым днем жажда мести внутри его росла тем быстрее, чем с большей легкостью он приближался к своей цели. Он собирался отомстить за одну безгрешную жизнь, пожертвовав другой.

Миран сразу покинул особняк после помолвки, снял с руки кольцо и бросил в карман. Он испытывал отвращение к этой семье и ко всему, что с ней связано, даже к Рейян! Ему были противны собственные уловки, и он злился на себя, но должен был терпеть, пока все это не закончится. Мирану было отвратительно сидеть за одним столом с этими людьми и лживо смеяться, он чувствовал себя несчастным, однако пришлось стиснуть зубы. Когда настанет долгожданный день мести, он, наконец, избавится от этих оков. Зазвонил телефон. Миран встал, подошел к столу и услышал в трубке голос своего единственного друга – Арды.

– Да?

– Что ты задумал? – грозно прозвучал голос друга.

– Я преследую Рейян. Почему ты спрашиваешь о том, о чем и так знаешь?

Сердитый голос Арды заставил Мирана улыбнуться. С телефоном в руке Миран вышел на балкон.

– Почему ты отдал ей фотографии?

Миран оперся на перила балкона, продолжая ухмыляться. Он испытывал огромное удовольствие от содеянного.

– Хочу добиться любви Рейян, Арда. Так будет куда приятнее, поверь!

Когда Миран выбрал Рейян для мести, он велел следить за ней издалека, фотографировать каждый ее шаг, не предполагая, что эта девушка займет его мысли. Он отдал Рейян фотографии, чтобы убедить ее в искренности своих чувств. Как же было весело писать фальшивое признание в любви. Нужно только убедить Рейян, что Миран влюблен в нее, вызвать ответные чувства. Он так близок к цели.

– Ты разрушишь ее жизнь, хотя бы не играй с ее чувствами!

Чувства! О чем вообще говорит этот человек? Неужели он полагает, что Мирану есть дело до чувств этой девушки? Она – дочь его злейшего врага, и он не подал бы ей и стакана воды, если бы знал, что она умирает!

– Никогда больше не пытайся меня учить! – отрезал Миран и бросил трубку, а затем вернулся в комнату и в ярости захлопнул дверь на балкон. Генюль никак не уймется! Это она сказала Арде, когда жаловалась ему на жизнь. Жалость, сострадание, совесть. Эти чувства давно были незнакомы Мирану. Годами он страдал и ложился спать, обещая отомстить; он не мог себе позволить думать о людях, которые были причиной всему, да и не собирался этого делать.

* * *

Расставив чашки со сваренным кофе на подносы, Рейян вышла из кухни и направилась к лестнице. Со дня помолвки прошло уже три дня, и в животе девушки порхали бабочки. Она призналась в своих чувствах только Хавин, но все в доме уже знали о переменах в ней: невозможно было не заметить, как она расцвела, подобно цветку. Больше всех радовалась ханим Зехра. Материнское сердце не смогло бы вынести страданий дочери.

Рейян поставила кофе для матери и невестки на журнальный столик и села рядом с ханим Зехрой.

Следом вошла изнемогающая от усталости Хавин. Она утомилась от нескончаемой уборки в доме.

– У тебя есть другая работа, Хавин? Конечно, кроме уборки, – поинтересовалась ханим Делал, мать Хавин и Азата. Она рассмеялась, когда уставшая Хавин опустилась на диван и взглянула на Рейян.

– Рейян пытается спастись, но кто знает, какая жизнь ждет ее в Стамбуле.

– Все только начинается, от чего она спасается? – ханим Делал ударила Хавин по плечу, и девушка заскулила от боли.

– За что ты меня ударила, мама?

– Я думаю, что Рейян будет хорошо жить там.

– Надеюсь, что моей Рейян будет хорошо, – произнесла ханим Зехра, и Рейян улыбнулась. Госпожа Зехра наклонилась, поставила чашку на журнальный столик, посмотрела на дочь и улыбнулась в ответ.

– Завтра мы пойдем в магазин с Наргизой и Генюль. Давай составим список покупок.

У Рейян внутри все перевернулось. Она все думала, пойдет ли Миран с ней. Она жаждала его видеть, последний раз они встречались во время помолвки в особняке, и Рейян уже начала скучать по молодому человеку, так запавшему ей в душу.

Ночью Рейян не могла заснуть от волнений, хотя изо всех сил старалась отогнать мысли. С наступлением долгожданного утра она выскочила из постели, будто бессонной ночи и не было. Когда женщины наконец вышли из особняка, то встретились на базаре с госпожой Наргизой и Генюль.

Вместе они обошли все базары в Мардине и зашли во все магазины по пути. Бедирхану поручили отвезти покупки. Багажник его машины был переполнен. Сначала женщины посетили ювелирный магазин, затем магазин тканей, заглянули за кухонными принадлежностями и купили приданое. Несмотря на то что день был приятным, Рейян чувствовала, что ее ноги вот-вот отвалятся. Мать показывала ей все, что видела, предлагая купить. Проблем с деньгами не возникло: и Миран, и отец Рейян были людьми состоятельными.

В магазине, куда женщины зашли, чтобы посмотреть свадебный биндалли[2], Хавин набрала кучу одежды. Она бросила все на прилавок рядом с Рейян и показала длинное платье бордового цвета с кружевными рукавами:

– Может, мне купить его для ночи хны[3]?

Рейян обвела взглядом одежду, но не пришла в восторг. Хавин было всего семнадцать, ей рано было надевать подобное.

– До этого момента еще много времени, давай посмотрим в другом магазине.

– Рейян, посмотри, – Генюль указывала на биндалли на вешалках. Рейян прошла и посмотрела на зеленые и горчично-желтые платья. – Думаю, тебе это подойдет.

– Спасибо, но я хотела красное, – Рейян отрицательно покачала головой.

– Тогда давай посмотрим еще. – Генюль подошла к другим вешалкам, но Рейян уже слишком устала, чтобы что-либо выбирать.

Только она собиралась ответить, что хочет выбрать в другой раз, как ей протянули красный биндалли, выглядевший именно так, как она и представляла. Рейян повернулась, чтобы посмотреть на того, кто протянул ей платье, и потеряла дар речи, увидев мужчину, державшего вешалку.

Разве может так красить человека обычная улыбка? Разве может любовь стать еще сильнее в одну секунду? Как мужчина может занять такое место в сердце за столь короткий срок? В первый раз Рейян улыбнулась Мирану. Она переводила взгляд то на биндалли в его руке, то на его улыбающиеся глаза.

– Миран, ты… Когда ты пришел?

Вместо ответа он приложил к Рейян биндалли и развернул ее к зеркалу, обхватив за плечи.

– Думаю, этот подойдет идеально, – произнес он, не переставая улыбаться. Миран появился в тот момент, когда Рейян уже потеряла надежду увидеть его. Она позабыла даже о своем изнурении, и, если бы Миран пригласил ее на прогулку, она с готовностью согласилась бы.

Рейян протянула руку за биндалли и вдруг заметила стоявшего у двери Азата. Она вновь взглянула на Мирана, который продолжал держать ее за плечо. Это могло вывести из себя Азата, а может быть, и уже разозлило. Она поняла это по недоброму взгляду кузена. Рейян сделала шаг в сторону от Мирана, но Азат уже направился к ним.

Глава 4. Свадебное платье

Боль…

Сегодня, после стольких счастливых дней, ее сердце переполняла лишь боль. Беспокойство внутри ее усиливалось вместе с проливным дождем за окном. Грянул гром, и на глазах Рейян выступили слезы. С детства она по неизвестной причине боялась грома. Может быть, от того, что она не могла в страхе выбежать из комнаты и найти успокоение в объятиях отца.

Когда молния рассекла небо, Рейян поглубже зарылась в подушки и натянула одеяло на голову. Сентябрь подходил к концу, и с каждым днем становилось все холоднее.

Рейян плакала всю дорогу до дома, и ее глаза покраснели. Она не знала причины своих слез, но они продолжали литься. До сих пор Рейян никогда не ссорилась с Азатом, но сегодня стала испытывать к кузену острую неприязнь, ведь то, что он сделал, было нелегко простить.

Ближе к концу дня, когда женщины пошли за покупками, Миран неожиданно приехал в магазин и протянул Рейян биндалли, о котором она мечтала. Каждое движение Мирана притягивало ее все больше и больше. Она хотела быть с ним так сильно, что считала дни, проведенные в разлуке, постоянно ожидая встречи. Жаждущее любви сердце Рейян и ее податливость этому чувству привели девушку в объятия опасного мужчины, а она этого даже не знала. Душа Рейян, переполненная новыми эмоциями, оказалась в плену его голубых глаз.

Азат будто поклялся разрушить этот волшебный момент. Лишь мельком увидев его у входа в магазин, Рейян поняла по его угрожающему взгляду, что что-то будет, и она не ошиблась. Азат ссорился с Мираном в магазине из-за их близости с Рейян. С его губ срывались ужасные слова. Миран слушал молча, ни один мускул не дрогнул на его лице.

Из-за спины Мирана Рейян наблюдала за их ссорой. Ее сердце сжалось от страха, она искренне не понимала, почему Азат так себя вел, но ей и не нужно было понимать. В этом был весь Азат, который при малейшем беспокойстве лез в драку. Увидев, что Рейян прячется за спиной Мирана, кузен схватил ее за руку и попытался увести, но Миран снова закрыл ее своим телом. Видимо, этот поступок вызвал у Азата неистовый гнев, и тогда он ударил Мирана кулаком в лицо.

На крик Рейян сбежались все вокруг. Ее мать, будущая свекровь, Генюль. У Мирана треснула губа, и он со злобы схватил Азата за воротник, но не ударил. Миран не стал идти на поводу у своего гнева. Рейян не могла забыть, как Миран смотрел на Азата в тот момент. Это было ужасно. Несмотря на то что гнев мужчины выдавали лишь его глаза, казалось, что даже воздух искрил между ними. В тот момент Рейян подумала, что все кончено. Азат все испортил. Она представила, как снимает с руки кольцо, и весь ее мир рухнул. После случившегося Миран наверняка не захочет видеть ни ее, ни ее семью. Азат вышел на улицу, даже не извинившись, и Рейян последовала за ним.

Нервы были на пределе, и она не смогла сдержать слез. Рейян заметила, что Миран идет следом за ней, и поспешно вытерла глаза. Ей было неприятно думать, что мужчина увидит ее слезы. Рейян не любила плакать. Она считала недопустимым показывать окружающим свою слабость. Конечно, сильные люди не стесняются выражать свои эмоции, но Рейян их стыдилась. Когда Миран развернул ее к себе за плечи, она опустила глаза. Хоть драку затеял и Азат, девушка сгорала от стыда. Если бы Миран заявил в тот момент, что отрекается от нее, она бы сочла эти слова заслуженными, но Миран произнес иное:

– Что бы ни случилось, я никогда не откажусь от тебя.

Рейян хотела уснуть, чтобы забыться, будто все произошедшее было лишь ночным кошмаром, притвориться, что ничего не произошло. Чем больше она думала о случившемся, тем больше ей казалось, что она сходит с ума. Азат никогда не падал так низко в ее глазах. Несмотря на то что они жили в одном доме, Рейян не хотела больше видеть кузена.

– Рейян, можешь открыть дверь? – раздался голос Хавин. Она тоже была зла на своего брата, но отрицала это, потому что понимала, что он в ярости. – Давай поговорим, пожалуйста. Не прячься за закрытой дверью.

– Я хочу спать, Хавин, пожалуйста, оставь меня в покое до вечера.

* * *

Миран думал о произошедшем с тех пор, как вернулся в отель. Тогда в магазине он с трудом сдержался, чтобы не разорвать Азата на месте. Сейчас его гнев и злоба усилились… Но осталось совсем чуть-чуть, и скоро все закончится. В день, когда он женится на Рейян, он нанесет первый серьезный удар этой семье. Много лет он мечтал, чтобы Хазар Шаноглу умолял его… Мирану было нечего терять. Он собирался осуществить свои планы, чего бы это ни стоило. Миран не собирался становиться убийцей, как этот человек, но он хотел разрушить его жизнь и наблюдать за его страданиями.

Выйдя из душа, он заклеил ссадину над губой небольшим пластырем. Глядя в зеркало на яркий синяк, он яростно пробормотал: «Ублюдок».

Миран надел черную футболку и вытер волосы полотенцем. Раздался стук в дверь – пришла ханим Наргиза. Она приходилась Мирану тетей, а не его матерью, как она представилась семье Рейян, следуя плану племянника и многолетней привычке. Мать Мирана умерла много лет назад, как и его отец, и ненависть копилась в сердце Мирана с самого детства. Миран, представившийся семье Шаноглу, был полностью фальшивым. Ему ничего не стоило представить тетю своей матерью.

Тетя Наргиза вместо матери заботилась об осиротевшем Миране с самого детства. Она с самого начала видела, как в нем возрастает ярость, как она заполняет его сердце, как мальчик планирует свою грязную игру. Как и все, она безуспешно пыталась отговорить Мирана и в конце концов просто последовала за ним. Как и все, кто понимал, что его невозможно отговорить, Наргиза стала молчаливой соучастницей коварных планов племянника. Женщина опасалась, что человек, не пощадивший его отца, не пожалеет и сына. Она до смерти боялась, что все старания Мирана окажутся напрасными.

– Давай сдадимся, сынок, уедем отсюда.

Миран лишь истерически рассмеялся в ответ на эти слова, а затем резко посерьезнел и многозначительно посмотрел на женщину.

– Я прошел весь этот путь не для того, чтобы сдаться, тетя. Неужели я такой трус, чтобы сбежать при виде первого же препятствия?

– Давай откажемся от помолвки, еще не поздно.

Слова Мирана не повлияли на Наргизу, она упорно пыталась отговорить его, и это только разозлило Мирана.

– Тетя, – сказал он и, подняв палец, заставил замолчать испуганную женщину. – Я не хочу этого слышать!

Но Наргиза оставалась непреклонной. Она знала, что решение Мирана твердо и ее слова вряд ли помогут, но продолжала надеяться.

– Что, если с тобой что-то случится, сынок? Ты совсем не жалеешь себя. А если они что-нибудь сделают с тобой? Разве ты забыл, что сделал Азат?

Мирану было наплевать на все эти слова. Мрачные чувства нахлынули на него, как смертельный вирус. О том, чтобы сдаться, не могло быть и речи, даже если бы он шел на верную смерть, то не сдался бы. Миран яростно швырнул полотенце в кресло.

– Сначала я заберу их дочь, а потом заберу все, что у них есть.

Миран сел на диван и скрестил руки. Его взгляд, казалось, загорелся, когда он вгляделся в пустоту.

– Они все будут моими, я сделаю их несчастными!

Неделю спустя…

Несколько дней минуло, план Мирана постепенно осуществлялся.

День за днем Рейян все больше сходила с ума от скуки и волнения. Прошла уже неделя после похода в магазин, но от Мирана и его семьи вестей не было. Все ее мысли были только о том, что Миран не сдержал своего слова и сдался…

Если бы конфликт произошел до того, как Рейян успела так полюбить Мирана, ей было бы все равно, как если бы на его месте оказался любой другой мужчина, и Рейян было бы безразлично, что Азат его ударил. На протяжении этих дней Рейян не улыбалась, и на душе ее было тяжело. Наконец она справилась о Миране у отца.

– Миран уехал по работе в Стамбул.

Неужели он столько дней так сильно занят, что не мог даже позвонить и узнать, как она?

Рейян была по уши влюблена и призналась себе, что хочет быть с этим человеком. Сидя на подоконнике и вспоминая их встречи, Рейян чуть не расплакалась от боли и тоски. Больше всего она тосковала по голубым глазам, в которых тонула при каждой встрече. Рейян всего лишь мечтала улыбнуться, глядя ему в глаза. Разве это так много?

Девушка плакала каждый день: несмотря на ее гордость, боль, терзающая сердце, была невыносимой.

Она быстро отвернулась к окну и вытерла глаза, когда услышала скрип открывающейся двери. Рейян ненавидела, когда кто-то видел ее слезы. Гордая и с виду неприступная, девушка не могла выразить свои чувства, хотя натура ее была настолько нежной и хрупкой, что трудно было не заметить.

Хавин не стала заходить.

– Быстро иди в столовую, сейчас! – сказала она и вышла, прикрыв дверь.

Ничего не понимающая Рейян отправилась в гостиную. Спустившись по лестнице и увидев гостей, она засияла от радости. Пожаловали Генюль и ханим Наргиза. Лица обеих сияли. Рейян быстро подошла и порывисто обняла обеих. Была ли она рада видеть их? Несомненно! Сейчас они были ее спасением. Мысль о том, что Миран откажется от нее, сводила с ума.

Рейян подошла к сидящей в кресле матери, устроилась рядом и взглянула на госпожу Наргизу, чувствуя неловкость. Рейян было трудно смотреть в глаза Генюль: она еще помнила ее гнев в день драки, но Генюль улыбалась и вела себя так, будто ничего не произошло. Рейян не присоединялась к разговору и лишь молча слушала. Она думала лишь о Миране, ей не терпелось расспросить о нем, но она не осмеливалась. Интересно, вернулся ли он из Стамбула?

Вдруг взгляд Рейян остановился на коробке, стоявшей на столе. Взглянув на будущую свекровь, Рейян поинтересовалась:

– Что в коробке?

– Открой и посмотри, – улыбнулась ханим Наргиза.

Рейян встала с дивана и пристыженно подошла к столу. Она была взволнованна, когда открывала коробку, и ей было стыдно, что все, улыбаясь, наблюдали за ней. Наконец Рейян увидела содержимое, и оно сильно ее потрясло. Великолепное белое свадебное платье сияло во всей своей красе. Рейян одной рукой схватила его и с удивлением посмотрела на Генюль.

– Мой брат купил его в Стамбуле, и хотя он вернется уже через два дня, не мог ждать и отправил его с курьером вчера утром. Я знаю, свадебное платье – не его дело, но уж очень оно ему приглянулось.

Разве мог Миран еще больше взволновать и удивить Рейян? С колотящимся от волнения сердцем девушка достала свадебное платье из коробки и взглянула на него. До этого дня она и не думала о том, какое свадебное платье наденет, и то, что она держала в руках, было гораздо красивее, чем она могла себе представить.

– Померяй, если хочешь. Мы подошьем в случае необходимости.

Рейян быстро положила платье назад в коробку и вышла с ней в обнимку из гостиной. Она помчалась к себе – так ей не терпелось примерить платье.

– Покажи нам, когда наденешь, Рейян, – крикнула ей вслед Хавин.

Положив коробку на кровать, Рейян быстро разделась и потянулась к свадебному платью в упаковке. Оно явно было сшито вручную, а цвет был скорее кремовый, чем белый. Обшитые кружевом рукава, слегка приоткрытые плечи, пышная юбка, удлиненная сзади. Когда Рейян увидела в зеркале свое отражение, то на мгновение позабыла, как дышать. Платье сидело идеально. Она думала, что Миран решил разорвать помолвку, а он купил ей это шикарное платье. Все сомнения Рейян улетучились.

Она наклонилась к коробке, чтобы взять вуаль, и нашла в ней записку от Мирана. Дрожащими от волнения руками она развернула ее и прочитала:

Мне жаль, что пришлось уехать в Стамбул, не предупредив тебя. Надеюсь, это свадебное платье поможет тебе простить меня, и я уверен, что оно тебе очень пойдет. Ты в моих мыслях, в душе, мое сердце принадлежит тебе…

На Рейян снова нахлынули чувства, в ней с новой силой вскипела любовь. Перед знакомством с Мираном она заявляла Хавин, что полюбить не так просто, но сама же влюбилась с первого взгляда. Все изменилось в Рейян: сердце, разум, чувства. Она больше не сомневалась, что влюблена в Мирана. Она злилась на себя за то, что плохо думала о нем. Она прижала записку к груди, произнося те же слова:

– Мое сердце – твое…

Собрав волосы за спиной, Рейян накинула фату на голову. Шикарный мужчина, потрясающе красивое свадебное платье – как же приятно влюбиться… Небрежно отбросив фату на кровать, Рейян спустилась к женщинам. Когда она вошла, все взгляды были устремлены на нее. Ослепительное свадебное платье и природная красота Рейян дополняли друг друга, зрелище было восхитительным. Мать смотрела на дочь полными восторга глазами.

– Машаллах, как же тебе идет! – картинно произнесла госпожа Наргиза. Ее мучили угрызения совести при виде искренней улыбки Рейян.

– Платье будто для тебя сшито, Миран умеет выбирать. – Мать восхищенно осмотрела платье и перевела взгляд на Хавин. – Хавин, готовься: ты следующая.

Хавин покраснела, и все рассмеялись. Хавин знала, что мать шутит, но все равно очень смутилась. Она была очень юной по сравнению с сестрой.

– Есть ли что-то, что тебе не нравится, Рейян? Хочешь что-нибудь изменить?

Рейян прижала к себе вуаль, глядя на Генюль. Это свадебное платье было идеально, и она не хотела что-либо менять. Генюль поставила свой кофе на кофейный столик, повернулась к Рейян и улыбнулась.

– Я хочу сообщить хорошие новости: мой брат придет вечером. Тоскливые деньки закончились.

Рейян пришла в восторг от услышанного. Целых два счастливых события за день. Напрасно она так горько плакала несколько дней, напрасно боялась, что Миран передумает и разорвет помолвку. Рейян поняла, что ее страхам пришел конец. Миран придет сюда уже вечером? Ее сердце учащенно забилось от предвкушения радости встречи.

* * *

Когда наступил вечер, мужчины Шаноглу вернулись домой. На большом столе во дворе был накрыт стол. Не хватало только Мирана, и все присутствующие ожидали его приезда, чтобы начать ужин. В дверь постучали, и Бедирхан открыл. Азат, увидев Мирана, поспешил удалиться в комнату, сказав, что должен переодеться. Миран ему не понравился с первой встречи, и Азат объявил ему войну, ударив его в магазине. Рейян спускалась по лестнице, когда увидела Мирана. Встретив его взгляд, она остановилась и долго смотрела ему в глаза, ласкала взглядом возлюбленного, которого не видела столько дней. Ей казалось, что за время разлуки он стал еще красивее. Рейян хотела подойти к жениху, обнять его, вдохнуть любимый запах. Миран тоже не смог сдержать улыбки при виде Рейян. Он незаметно подмигнул ей, и девушка просияла от счастья.

Чем ближе был день свадьбы, тем нетерпеливее становился Миран. Он уехал в Стамбул якобы из-за работы, но это была лишь его очередная умелая ложь. Он уже начал подготовку к фиктивному браку и уехал на неделю в Стамбул, оставив свою тетю и Генюль в Мардине.

После приветствия все присутствующие собрались за столом. Все улыбались, кроме Азата, который неотрывно и с неутолимой ненавистью смотрел на Мирана. Он также следил и за Рейян. Заметив, что кузина время от времени поглядывает на Мирана и улыбается, Азат, сам не понимая почему, стал нервничать. После ужина Хавин и Дилан быстро убрали со стола, и все собрались в гостиной, наслаждаясь поданным Рейян кофе. Отец девушки и Миран обсуждали дела в Стамбуле. Рейян подошла поближе, устроилась в углу и прислушалась к разговору.

Судя по настроению, ее отец был очень доволен Мираном. В конце концов, он выбрал лучшего жениха для Рейян. Он считал, что достойно выполнил свой последний отцовский долг перед падчерицей. Миран был идеальным, и Рейян в любом случае была бы счастлива. Миран оставил кофе на столике перед собой и заявил, что хотел бы, чтобы свадьба состоялась как можно скорее. Его взгляд был прикован к отцу Рейян. Нужно было добиться его разрешения.

– Все готово для свадьбы. Можем назначить дату в течение месяца, что скажете?

Господин Хазар слегка опустил голову. Он притворился, что задумался, но лишь наблюдал за реакцией Мирана и, заметив изменившееся лицо мужчины и его беспокойство, хитро улыбнулся. Он перевел взгляд на свою жену, и ему показалось, что она испугалась и хочет, чтобы период помолвки продлился немного дольше. В конце концов, Рейян собиралась уехать из родного города. Разлука с детьми – одно из самых трудных испытаний для матери, но она знала, что дела без Мирана в Стамбуле идут плохо. Не было другого выхода, кроме как согласиться на его предложение.

– Все в порядке, сынок, мы можем начать подготовку, – ответил Хазар.

Миран почувствовал себя счастливым, получив одобрение отца невесты. У Рейян же стоял ком в горле. На календаре уже шестое число. Всего двадцать четыре дня назад Рейян была уверена, что эта свадьба – ужасная затея. Не прошло и месяца с тех пор, как они познакомились с Мираном, а свадьба состоялась бы спустя всего два месяца после знакомства – слишком короткий срок, по мнению Рейян. Она еще не была полностью готова к браку. Девушка собиралась начать совершенно новую жизнь в совершенно другом городе, в другом доме, в окружении другого мира. От этой мысли у нее поползли мурашки по коже.

Рейян больше не сможет видеться с матерью, когда захочет, не сможет проводить часы с Хавин, будет тосковать по Бедирхану. Она сделала глубокий вдох, чтобы справиться со страхом. Рейян подняла глаза от пола, взглянула на Мирана, и их взгляды снова встретились. Но Миран вновь обратил глаза на господина Хазара.

– Тогда давайте как можно скорее выберем дату свадьбы.

Господин Хазар тяжело покачал головой. Ему нужно было отпроситься из муниципалитета за день до свадьбы.

– Ты можешь прийти завтра и забрать Рейян.

Миран изобразил волнение. Его удивляло, что мужчина сразу же давал согласие на все, что он предлагал. Это было совсем не весело. Хоть Миран и беспокоился о том, чтобы все шло как по маслу, ему и в голову не приходило, что Рейян была неродной дочерью этому человеку.

– Не волнуйтесь, – сказал он и перевел взгляд на Рейян. – Я буду здесь завтра утром. Мы не будем одни, – Миран предупреждающе улыбнулся господину Хазару. – Не волнуйтесь, моя мама будет с нами.

Госпожа Наргиза тут же одобрительно кивнула. Все шло четко по плану Мирана. Он снова перевел взгляд на Рейян. Он смотрел на нее при любой возможности. Ее полные любви глаза сводили его с ума. Он не только украл ее жизнь, но и завладел ее невинным сердцем. Оставалось только дождаться завтрашнего дня и выбрать дату свадьбы. И начать обратный отсчет…

Последние часы прошли за скучными разговорами. Миран все спланировал так хорошо, что никто в нем не усомнился. Он представил свою тетю как мать, сочинив историю своей жизни как можно более правдоподобно. Невинное выражение его лица, искренний взгляд расположили к нему всех… Никто не сомневался в нем. Никто, кроме Азата.

– Уже поздно, пора идти, – произнес Миран и с позволения господина Хазара встал со своего места.

Рейян тоже поднялась, чтобы попрощаться с Генюль и госпожой Наргизой. Деревянная дверь особняка с грохотом открылась, и Рейян улыбнулась от счастья, в последний раз встретив взгляд Мирана. Сегодня она будет спать спокойно, ведь завтра они снова встретятся.

* * *

В этот день и началась его грязная игра. Миран воссоединится с «любимой» девушкой, а Рейян начнет новую счастливую жизнь с возлюбленным. Миран встал рано утром. Через несколько часов он должен был выйти из отеля и забрать Рейян. Он надел джинсы и обтягивающую голубую спортивную рубашку. Миран любил спортивную одежду. В костюмах ему было некомфортно, особенно мешал галстук. Застегнув пуговицы перед зеркалом, он, как обычно, зачесал волосы набок. Генюль, молча наблюдавшая за ним, улыбалась.

– Ты по-прежнему великолепен.

Миран улыбнулся ей в зеркало.

– Пойдем, ты готова?

– Готова, идем.

Молодые люди покинули отель. Сегодня Рейян особенно ждала их. Миран собирался сказать, что его мать заболела. Они сели в машину и поехали в особняк. Мирану не терпелось забрать Рейян. Он старался не показывать Генюль свою радость от предстоящей встречи. Он, не сбавляя скорости, подъехал к особняку, где его ждала девушка, которой тоже не терпелось с ним встретиться. Рейян была готова и вот уже два часа не отходила от окна в ожидании.

Миран подъехал к особняку и припарковался через дорогу. Отстегивая ремень безопасности, он вдруг почувствовал, что нужно предупредить Генюль.

– Будь осторожна, – сказал он, выходя из машины. Миран посмотрел на Генюль, как будто ждал одобрения, и она покачала головой.

Рейян увидела их в окно и поспешила вниз, прихватив сумку. Ханим Зехра открыла дверь перед молодыми людьми.

– Добро пожаловать, – улыбнулась женщина.

– Спасибо, мама Зехра. Как дела?

Генюль скривилась. Ее разозлило то, что Миран назвал эту женщину матерью. На ее лице появилась никому не понятная усмешка.

– Я в порядке, сынок, спасибо, – ответила ханим Зехра, и Миран вежливо улыбнулся. Ханим Зехра тоже любила Мирана. Не могло такого быть, чтобы кто-то, кто его знал, не полюбил его. В его внешности не было ничего отталкивающего, и поведение его было очень обаятельно. Миран был из тех людей, кого окружающие любили с первой встречи. В тот день, когда Азат ударил его, Миран промолчал, чем еще раз доказал свою любовь к Рейян и свое уважение к их семье, как думала ханим Зехра. Как же опасно она заблуждалась…

Пока Миран беседовал с матерью Рейян, Генюль восхищенно осматривала особняк. Каждый уголок каменного дома был наполнен историей. Особняк был довольно старым, но очень прочным. Снаружи располагалось много поддерживающих постройку колонн. Входные двери были украшены резными арками, а сверху виднелась двуцветная каменная кладка. На верхнем этаже было много комнат. Оглядевшись, она увидела Рейян наверху лестницы. Девушка стояла там и будто ждала приглашения. Генюль почувствовала жалость, увидя ее и вспомнив, что Миран разрушит ее жизнь.

– Иди сюда, Рейян.

Она покорно подошла и взволнованно улыбнулась.

– Пойдем, ты готова? – спросила Генюль.

– Я готова, – ответила Рейян. – Почему мама Наргиза не пришла?

– Она себя нехорошо чувствует, я поеду с вами, – сладко улыбнулась Генюль.

Наконец-то Миран забрал Рейян. Молодые люди покинули особняк, простившись с семьей. Миран галантным движением открыл невесте переднюю дверь своей машины. Генюль невольно закатила глаза, зная, что на самом деле на уме у Мирана.

Когда он завел машину, Рейян затаила дыхание от волнения. Ей очень хотелось повернуться и взглянуть на него, но от смущения она продолжала смотреть в окно. Ехали в полной тишине. Спустя десять минут Рейян вдруг почувствовала прикосновение к своей щеке. Похоже, Миран собирается мучить ее весь день. Рейян начало тошнить от волнения. Она повернулась и увидела, что Миран улыбается, глядя на нее. Девушка улыбнулась в ответ.

– Я говорил тебе раньше, какая ты красивая?

Рейян прикусила губу, смущяясь неожиданным комплиментом. Лучше бы он этого не говорил: так он только лишний раз смущал ее. Хриплым и робким голосом она произнесла лишь:

– Спасибо.

Сказав это, Рейян отвернулась к окну. Она злилась на себя за то, что не смогла унять дрожи в голосе и так глупо ответила.

Сидевшая на заднем сиденье Генюль попыталась успокоить Рейян. Она не знала зачем, но чувствовала необходимость вмешаться.

– Рейян, расслабься, дорогая, иначе как мы привыкнем друг к другу? – сказала она, положив руку ей на плечо. Рейян улыбнулась и вновь повернулась к окну.

Миран остановил машину на одной из центральных улиц города.

Нужно было пойти в загс и выбрать день свадьбы. Он посмотрел на Рейян, сидевшую рядом, и улыбнулся.

– Давай, пойдем со мной.

Миран вышел из машины, и Рейян вышла следом, не став дожидаться, пока он подойдет и откроет дверь. Она постоянно видела улыбку Мирана и не могла сдерживать свою радость, как маленький ребенок. Она подошла к Мирану, и тот протянул ей руку. Рейян какое-то время просто смотрела на нее и не могла решиться взять. Через несколько дней Рейян должна была стать женой этого человека, но она все еще стеснялась его. Кроме того, девушка постоянно боялась, что откуда-нибудь внезапно появится Азат. Миран стоял с протянутой рукой и упорно ждал.

– Ну, ты не против, если я возьму тебя за руку?

– Нас здесь… – Рейян не успела договорить, когда Миран вдруг взял ее за руку, сделав вид, что не услышал. У этого парня не было представления о личных границах.

Пока молодые шли к зданию, Рейян искоса наблюдала за Мираном. На его лице проявилось странное выражение. В последние недели ей казалось, будто она знает его много лет, но порой его взгляд казался совершенно чужим. Девушка перевела взгляд на руку Мирана. Когда он только сжал ее ладонь, Рейян подумала, что умрет от стыда, но сейчас даже его руки казались ей родными. Волшебное тепло наполняло ее душу.

– Дай мне свое удостоверение, Рейян, я со всем разберусь. – Миран вырвал девушку из мыслей. Она же была так рассеянна, что и не поняла сразу, что они пришли. Вот-вот они сделают первый официальный шаг к браку.

Она отдала удостоверение, Миран выпустил ее руку и ушел. Рейян села на один из стульев. Ей было так странно понимать, что у нее осталось мало времени в родном городе. В детстве она мечтала всю жизнь прожить в Мардине, а теперь ей осталось провести здесь всего несколько дней.

Миран вошел, и Рейян поднялась со стула, с любопытством глядя на него.

– Через двадцать пять дней, – сказал Миран, возвращая ей удостоверение личности, – ты будешь моей.

– Так быстро? – изумилась Рейян.

Миран лишь улыбнулся в ответ. Когда игра, наконец, закончится, он с удовольствием раскроет ей свою настоящую, злорадную улыбку. За все свои двадцать шесть лет он не улыбался так часто, как в эти дни.

Молодые люди вернулись к машине. Рейян быстро открыла дверь и села, лишив Мирана возможности за собой поухаживать. Миран справился еще с одним испытанием на пути к своей цели. Он посмотрел на Генюль в зеркало заднего вида и произнес:

– Официальная часть дня завершена.

Бедная Рейян не могла понять смысла слов и многозначительных взглядов. Миран завел машину и поехал в сторону базара. Рейян удивленно спросила:

– Куда это мы?

– Увидишь, когда приедем, – подмигнул Миран.

Рейян молча повернулась к окну. Такой прекрасный день. Вот бы ей удалось прогнать свое смущение! Из-за него она даже говорить толком не могла.

Сегодня на базаре столпилось больше людей, чем обычно. Миран припарковал машину, и все трое вышли. Рейян держалась позади, ее безумно интересовало, куда они направляются, но она не задавала вопросов.

Миран шел впереди, а за ним, отставая на шаг, следовали обе девушки. Рейян не спускала глаз с фигуры Мирана, в ее глазах все было идеально: его походка, взгляд, улыбка, то, как он держал ее за руку…

– Здесь так красиво, – пробормотала Генюль, осматривая окрестности. Внушительные каменные дома и филигранные витрины магазинчиков радовали глаз. Даже узкие улочки и незатейливые жилые дома казались нарисованными. Генюль особенно изумляли шагавшие по улицам ослы: в Мардине было полным-полно людей, которые ездили по своим делам верхом.

– Почему люди передвигаются на ослах? Они слишком бедны?

Рейян искренне улыбнулась ее вопросу. Хотя приезжие часто удивлялись и задавали такие вопросы, Рейян все равно сочла удивление Генюль забавным.

– В Мардине многие улицы слишком узки для машин, вот люди и добираются на ослах.

Генюль понимающе кивнула. Ее глаза с восхищением скользили по стройным рядам магазинов.

– Я восхищена. Честно говоря, не думала, что мне так понравится в Мардине.

Рейян слегка нахмурилась.

– Вы в первый раз приехали в Мардин?

Мать Мирана была родом из Мардина и увезла детей, когда те были еще совсем маленькими. Генюль взглянула в посерьезневшее лицо Рейян и вдруг покраснела, поняв, что дала повод для подозрений.

– Наша семья переехала, когда я еще не родилась. Мама часто привозила нас в детстве, но я мало что помню.

– Понятно.

Рейян показалось это очень странным, ведь Миран знал все о Мардине, а его сестра – ничего. Тем не менее она улыбнулась. Генюль с облегчением вздохнула. Она чуть все не испортила, но опасность миновала.

– Мне будет трудно уезжать из Мардина, – грустно произнесла Рейян, – никак не могу свыкнуться с мыслью о переезде.

– Ты привыкнешь. Начнешь в Стамбуле новую жизнь и обязательно будешь счастлива!

Так глупо пытаться кого-то убедить, когда сама не веришь в собственную ложь.

Рейян не заметила, куда именно они пришли, увлекшись разговором с Генюль, и взволнованно вздохнула, когда наконец увидела магазин, перед которым они стояли. Что они снова здесь делают? Миран спокойно вошел в магазин, а Рейян замерла в дверях. Генюль коснулась ее плеча.

– Пойдем.

– Почему мы пришли сюда?

Генюль слабо улыбнулась.

– Рейян, ты такая забавная. Давай зайдем внутрь.

Ей ничего не оставалось, кроме как войти следом за Генюль. Миран тем временем уже расплатился на кассе, взял большую коробку и вручил Рейян несмотря на ее смущение. Девушка сразу заглянула внутрь, и на ее лице расцвела широкая улыбка: в коробке лежал тот самый биндалли. Но вдруг она вспомнила случай с Азатом и почувствовала тревогу. Как хорошо, что в этот раз все иначе. Сегодня Миран купил ей заветный биндалли, о котором Рейян уже и позабыла. Она считала, что его давно продали, но теперь держала его в руках.

– Спасибо огромное.

– Что, думала, я не куплю то, что тебе так понравилось?

– Да, думала, уже не купим, – Рейян счастливо заулыбалась.

– Значит, неправильно думала, – полный притворной любви взгляд Мирана, его неизменная улыбка при разговоре производили на Рейян неизгладимое впечатление. Она и не подозревала, что так быстро сможет полюбить этого мужчину.

После магазина молодые люди отправились в ресторан перекусить. Миран и Рейян сидели бок о бок, а Генюль пристроилась напротив. Наконец принесли еду. Рейян растерянно ковырялась вилкой в тарелке. От ощущения такой близости Мирана она не могла даже дышать от волнения. Как же она привыкнет к браку?

Она повернула голову и глянула в окно. Погода становилась все холоднее, пасмурное небо предвещало дождь.

– Тебе не нравится? – спросил Миран.

– Я не очень голодна, – ответила Рейян, мельком взглянув на него и переведя взгляд в свою тарелку. Она была очень голодна, но от волнения и трепета ей было не до еды, ведь каждый раз, когда она смотрела в голубые глаза Мирана, сидевшего теперь так близко, она чувствовала, что тонет.

Миран тоже не мог есть, глядя на Рейян. Она была прекрасная, очаровательная, совершенно особенная… Слишком невинная, чтобы ее обидеть. И это очень раззадоривало Мирана.

Время пролетело незаметно. Ужин закончился, Миран оплатил счет и повез Рейян в особняк ее отца. Он не хотел отпускать ее домой. Мирана успокаивало лишь то, что до свадьбы оставалось всего несколько дней.

Уже почти стемнело, когда машина остановилась перед особняком. Миран отстегнул ремень безопасности и взглянул на Генюль.

– Подожди в машине, я провожу Рейян и вернусь, – сказал он и вышел. Рейян покинула автомобиль следом за ним.

Девушка улыбнулась и помахала Генюль на прощание. Вместе с Мираном она подошла к воротам особняка. Рейян счастливо наблюдала за любимым мужчиной, хотя от смущения была очень молчаливой. Каждое его движение отпечатывалось в памяти. Она любила и открыла ему все свое сердце. С каждым проведенным вместе мгновением Рейян все больше попадала под его влияние.

Миран постучал в дверь и, повернувшись к Рейян, взял ее за голову и, не дав опомниться, прижался губами к ее волосам. В первый раз он вдохнул запах ее волос. Как она могла так приятно пахнуть?

– Я хочу засыпать, чувствуя твой запах, каждый день, – прошептал Миран ей на ухо. Она застыдилась и прижала руки к лицу.

Миран отпрянул от Рейян, как только дверь отворилась, и никто ничего не заметил. Рейян же чуть не упала в обморок. Ей казалось, что с каждым прикосновением она должна привыкать к Мирану, но он по-прежнему сводил ее с ума. Дилан открыла дверь и улыбнулась, глядя на пару. Рейян вошла в особняк и, вся красная, обернулась к Мирану.

– Ты не идешь?

– Нет, – покачал он головой. – И не хочу оставлять Генюль одну. Увидимся позже.

Рейян кивнула и с улыбкой прикрыла дверь.

– Увидимся.

– Передавай всем привет, – бросил Миран напоследок. При звуке закрывающейся за спиной двери он сбросил свою маску и скривил губы. В его глазах появилось ужасное выражение. Он стал настоящим. С каждым днем, когда он обманывал эту семью и Рейян, его жестокое сердце все больше ликовало.

Все шло идеально, план был безупречен. К своей жесткой игре он добавил еще кое-что – любовь! Он украл сердце Рейян и собирался завоевать ее, остаться незабываемым, сыграть с ее чувствами… Однако было кое-что, чего сам Миран еще не осознал: порой в его поведении не было лжи. Он искренне жаждал вдыхать аромат ее волос, улыбаться, по-настоящему сходил с ума, глядя в ее темные глаза. Миран безумно желал Рейян.

* * *

Проводив Рейян, Миран и Генюль вернулись в отель. Миран быстрыми шагами направился к лифту, но когда обернулся, то понял, что Генюль и след простыл. Где же она? Миран нерешительно вошел в лифт и нажал на кнопку. Поднявшись на этаж, зашел в свой номер. Он не хотел беспокоить тетю так поздно.

Он собирался в душ, чтобы поскорее избавиться от тесной опостылевшей рубашки, которую ему пришлось носить весь день. Дверь в комнату распахнулась как раз в тот момент, когда он раздевался. Как Миран и предполагал, это вернулась Генюль. Он продолжил расстегивать пуговицы, даже не оборачиваясь.

– Миран! – дикий возглас Генюль заставил его нахмуриться. Он обернулся и с тревогой посмотрел на нее.

– Что с твоим лицом? – спросил Миран, заметив неестественную бледность девушки. Он опустился на кушетку. – Что? Ты снова ревнуешь к Рейян?

Голос Мирана был переполнен ядовитым сарказмом.

Генюль обезумела от гнева, ее карие глаза горели недобрым огнем. Она подошла к столу, схватила стакан и швырнула его об пол: ей нужно было как-то выплеснуть зло, чтобы хоть немного успокоиться. Миран в ярости вскочил, его взгляд источал смертельный холод. Глаза Генюль наполнились слезами.

– Я же говорила тебе, Миран, – воскликнула она. – Говорила, что не могу тебя делить ни с кем! – надрывно закричала она и в ярости сбросила одеяло с кровати. – Ты любишь Рейян! Я своими глазами это вижу! Ты не понимаешь, что это меня убивает?

С глазами, полными слез и тоски, Генюль смотрела на своего мужа. Ее голос задрожал, когда у нее невольно вырвалось:

– Я – твоя жена! Я, а не она!

Глава 5. Просьба

Женщины наиболее уязвимы, когда плачут. Их сердца и души будто сгорают, и боль непроизвольно изливается слезами.

Рыдания душили Генюль, она не могла остановиться, боль терзала ее. Человек, которому она отдала свое сердце, разрушал ее жизнь. Она закричала от бессилия и рухнула на пол, не в силах стоять на ногах. Ее затуманенные от слез глаза остановились на Миране, взгляд которого оставался ледяным и совершенно бездушным. Генюль погибала в бескрайнем, холодном океане его голубых глаз.

– Я этого не вынесу, – устало проговорила она. – Почему ты не понимаешь?

Несмотря на дрожащий голос и душившие ее рыдания, девушка продолжала говорить, глядя в наполненные гневом глаза этого безжалостного человека.

– Пожалуйста… – умоляла Генюль, – пожалуйста, заканчивай свои игры, Миран, умоляю тебя!

Миран устало потер глаза. Он был в ярости от того, что женщина перед ним капризничала и плакала, как ребенок, и его гнев рос с каждым ее всхлипом. Он изо всех сил сдерживался, чтобы не начать крушить все вокруг. Эти ее бесконечные упреки… Неужели какая-то глупая ревность жены может помешать его планам? Миран почти достиг своей цели и сейчас был готов задушить любого, кто встанет у него на пути.

– Все вокруг боятся, что с тобой что-нибудь случится…

– Замолчи! – взревел Миран, прерывая не унимавшуюся жену. Услышав его гневный голос, женщина вздрогнула и стала всхлипывать. – Я велел тебе заткнуться! Хватит плакать! – в гневе кричал Миран. Вены на его шее вздулись, а глаза смотрели исступленно. Он предчувствовал такой исход. Привезти сюда эту женщину было огромной ошибкой, но он не позволит ей встать на его пути после стольких трудов.

– Я не хочу видеть тебя рядом с ней, Миран. Либо мы уберемся отсюда, либо… – Генюль быстро встала и снова посмотрела Мирану в глаза. Ее слова выводили его из себя. – Я пойду и завтра же все расскажу Рейян.

Услышав эту угрозу, Миран словно обезумел. Она что, совсем страх потеряла, раз позволяет себе говорить подобное? Что значит – пойдет и все расскажет? Мирану понадобился целый год, чтобы реализовать свои задумки. Схватив жену за руку, он прижал ее к стене, и женщина застонала от боли. Все мосты были сожжены.

– Я говорил тебе сотню раз, прежде чем мы приехали сюда! – закричал он в лицо жене. – Ты сказала, что не будешь создавать проблем. Ты пытаешься свести меня с ума? Чего ты добиваешься, когда я почти у цели?

Генюль не могла смотреть на мужа, когда тот был в гневе. Она лишь продолжала надрывно плакать.

– Я пыталась, Миран, но у меня ничего не выходит. Мне так больно, как ты этого не видишь?

Миран опустил руки и закрыл глаза.

– Я не вижу, не хочу видеть, я устал от тебя! – продолжал до хрипоты и боли в горле кричать Миран.

Генюль опустилась на колени, не в силах больше стоять. Рано или поздно все пришло бы именно к этому. Как долго она сможет делить своего мужа с другой женщиной?

– Ты совсем меня не любишь, Миран? – спросила она, хотя уже знала ответ.

В ярости Миран продолжил кричать.

– Я не люблю тебя и никогда не любил, ты прекрасно это знаешь. Я говорил тебе, что у меня нет времени на любовь. Ты вышла за меня замуж и знала, что месть – единственная цель в моей жизни. Если ты сейчас начнешь вмешиваться в мои дела, клянусь, что разведусь с тобой!

Миран угрожающе указал пальцем на жену. Станет ли он разводиться? Несомненно.

Генюль плакала, как сумасшедшая, обхватив голову обеими руками, боясь поднять глаза на мужа. Миран не видел, отказывался видеть ее боль. Как и всегда, ему было плевать, что случится с ней. Пока Генюль продолжала плакать, Миран срывал свою ярость и крушил все вокруг. Пол был усеян битым стеклом, как после драки.

Подобную картину можно было видеть регулярно: супруги часто ссорились, и подобное поведение вошло в привычку. Миран не любил Генюль, а она не могла смириться и сходила с ума. Так было всегда…

Генюль была безответно влюблена в Мирана.

Одна мысль о том, что ей придется делить своего мужа с другой, сводила Генюль с ума. Она безуспешно пыталась отереть лицо от непрекращающегося потока слез.

– Мне так больно, – тихо пробормотала она, беспомощно прислонившись к стене.

Миран, устав, молча сидел, уставившись в пустоту.

– Ты целовал ее волосы у меня на глазах, а к моим ни разу не прикасался… Ты смотрел на нее влюбленным взглядом! – Генюль не могла совладать со своими эмоциями, происходящее ранило ее.

– Замолчи сейчас же! – снова оборвал ее Миран…

Но Генюль больше не могла и не собиралась безмолвствовать.

– Ты держал ее за руку, надел на ее палец кольцо. Ты подарил ей биндалли, за который тебя же и ударили!

– Я велел тебе заткнуться! – взревел Миран.

В комнате надолго повисла тишина. Генюль молчала, а Мирану больше не приходилось ее окрикивать. Наконец Генюль снова подала голос:

– Ну, а что будет с Рейян? Почему эта девушка должна расплачиваться за преступление своего отца?

Миран снова сердито посмотрел на нее:

– А я в чем виноват? Я был ребенком, и моего отца убили прямо на моих глазах! В чем моя вина, а?

Генюль покачала головой, словно ничего не понимая:

– Ты – не плохой человек, Миран, я хорошо тебя знаю.

– Ты совсем меня не знаешь!

Генюль понимала, что бороться бесполезно, но все еще пыталась пробудить в муже хотя бы каплю милосердия.

– Пожалуйста, давай уедем, вернемся в Стамбул. Все будет как раньше.

Миран все больше распалялся. Эта женщина смеет говорить так, будто они – самая обычная супружеская чета.

– Как раньше? Ты шутишь, Генюль?

– Скажи, ты сможешь спать спокойно после того, как отомстишь?

Генюль поднялась и подошла к Мирану. Опустившись на колени у его ног, она с болью посмотрела в его глаза. На некоторые ее вопросы у него не было ответа… Действительно, сможет ли он спокойно спать после того, как доведет игру до конца? Разве не будет по ночам возникать образ Рейян перед его глазами?

– Я жду от тебя ответа, – произнесла Генюль дрожащим от слез голосом.

– Я не обязан отвечать.

– Тебе не станет лучше, ведь ты хороший человек. В тебе проснется совесть, и ты снова будешь страдать.

Миран не ответил. Он не хотел продолжать разговор. Он не мог подобрать слова, чтобы ответить на ее бесконечные вопросы. Генюль же ободрилась от его молчания и обняла руками колени мужа.

– Пожалуйста, давай вернемся в Стамбул как можно скорее. Я обещаю, что больше не буду доставлять неприятностей. Я не буду спрашивать, почему ты не приходишь домой. – Ее голос вновь предательски задрожал. – И не буду спрашивать, почему ты меня не любишь, не буду грустить из-за того, что ты меня не обнимаешь, но, пожалуйста, Миран… Останься со мной…

Генюль вновь разрыдалась, а Миран закрыл глаза и сглотнул подступавший к горлу ком.

– Генюль, не поступай так со мной.

– Я не хочу, чтобы ты женился на Рейян. Не хочу, чтобы ты видел ее, касался ее, даже если все это лишь притворство. Я умираю!

Миран глубоко вздохнул, чтобы успокоиться. Сегодняшний вечер оказался очень непростым. Генюль определенно не понимала слов, и Миран не мог сдерживать свой гнев из-за ее поведения.

– Ты с самого начала знала, что никак не сможешь повлиять на мое решение.

Генюль встала, убрав руки с колен Мирана, и быстро вытерла слезы с глаз.

– А если я буду пытаться?

После этой фразы Миран окончательно вышел из себя. Он вскочил со стула и больно схватил жену за руку. Она не смеет его останавливать, когда он почти у цели.

– Не смей лезть в мои дела! Ты будешь держать рот на замке, или я заткну тебя навсегда!

После этих слов Миран отпустил жену, развернулся и ушел, громко хлопнув дверью. Если бы он задержался еще хоть на минуту, то не смог бы сдержаться и навредил бы ей.

Через пару минут Миран покинул отель. Жизнь этого жестокого человека можно описать в одном предложении: он оставил свою жену в отчаянии и слезах, собираясь разрушить жизнь невинной молодой девушки ради мести за его невинного отца, убитого Хазаром Шаноглу много лет назад…

В гневе человек становится слеп. Прямо как Миран Караман!

С самого детства в его жизни не осталось ничего, кроме жажды мести. Он поклялся, глядя на умирающего отца, что его убийца заплатит. Миран не был убийцей и не мог забрать жизнь, но он отберет у Хазара Шаноглу его драгоценную дочь. Более того, это – только первый шаг. Большая и жестокая война ожидает их впереди.

Когда гнев овладевает душой человека, его глаза ничего не видят. Прямо как у Мирана! Пока все шло по плану без сучка и задоринки, его жена пыталась все разрушить. Миран не мог этого допустить, он шел до конца, несмотря ни на что. Однако были некоторые нюансы, которые Миран не учел в своем идеальном плане мести, например, что Рейян – не родная дочь Хазара Шаноглу.

Наступала ночь. Миран спокойно шел по улицам Мардина, и в его голове роилось множество мыслей. Вся жизнь, наполненная лишь жаждой мести, проносилась перед его глазами. Как больно!

Слова Генюль эхом звучали в его голове: «Ты любишь ее!»

Он взъерошил волосы, словно пытаясь стряхнуть отвратительные мысли. Он никогда не влюбится в дочь своего врага, никогда! Брак Генюль и Мирана был незапланированным. Она безумно любила его. Когда он предложил, она сразу согласилась выйти за него замуж и даже согласилась с его планом мести, хотя теперь не могла его принять. Тогда Генюль не знала, что в этом замешана другая женщина.

Начался дождь, но Миран не заметил его и продолжил брести. Рубашка промокла, облепив его стройное тело. Миран шел около часа, не разбирая дороги, и наконец оказался перед особняком, где жила Рейян. Мужчина посмотрел в ее окно. Свет был включен, а значит, девушка еще не спала. Вдруг Рейян подошла к окну. Миран не трогался с места и смотрел на ее силуэт, а в его голове роились тысячи нехороших мыслей. Миран потерял счет времени, наблюдая за Рейян. Он собирался было уйти и уже сделал шаг назад, но снова остановился. Чья-то рука коснулась его плеча. Развернувшись, Миран столкнулся лицом к лицу с Азатом. Он разглядывал Мирана со злобой и неприязнью.

– Что ты делаешь здесь в такой час?

Миран оттолкнул руку Азата. Он был очень зол и теперь даже обрадовался тому, что может выместить всю свою злость прямо сейчас.

– Я что, должен перед тобой отчитываться? – строго спросил он, чувствуя взаимную неприязнь к Азату. Впрочем, в этой семье вряд ли нашелся бы человек, которого Миран не ненавидел. Разве что Рейян? Его чувства к ней были совершенно иными.

Мужчины пристально смотрели друг на друга. На этот раз Миран злился сильнее самого Азата. После ссоры с женой Миран часто искал возможности выплеснуть свой гнев на окружающих. Азат схватил Мирана за руку и потащил за особняк. Оба не хотели, чтобы Рейян их увидела.

Промокшие под дождем мужчины вновь враждебно уставились друг на друга. Миран вырвал свою руку из руки Азата.

– Ты стоишь перед моим домом. Да, ты будешь отчитываться! – наконец ответил тот.

Миран насмешливо взглянул на Азата, и этот взгляд еще больше разозлил его.

– В этом доме живет моя невеста, которая через несколько недель станет моей женой. Ты не имеешь права вмешиваться, Азат, – произнес Миран, делая особое ударение на имени.

После случая в магазине Миран был слишком зол на Азата, и каждый день его ярость обострялась. Миран мечтал переломать ему все кости, но промолчал при первом столкновении, так как не собирался подвергать свой план опасности.

Азат рассвирепел и занес кулак, но Миран успел схватить его за руку. Миран догадывался, отчего Азата переполняет такая злость. Отпустив руку, он спросил:

– Чего ты хочешь от меня? Что тебе нужно?

Какое-то время Азат не знал, что ответить: вопрос прозвучал слишком прямо и неожиданно. Чего он на самом деле хотел от этого человека? Нет, нет… Рейян ни в коем случае не должна узнать ответ на этот вопрос. Никогда!

Миран выпалил то, что было у него на уме, прежде чем Азат успел ответить:

– Я знаю, что ты влюблен в Рейян.

Глаза Азата расширились от удивления. Он услышал правду, о которой не должен был знать Миран. Он не мог заставить себя принять услышанное и в гневе воскликнул:

– Что ты, черт возьми, говоришь?!

– Все ясно, – ответил Миран, угрожающе глядя на Азата. – Нужно быть слепым, чтобы этого не заметить!

Миран заметил испуг в глазах Азата после этих слов и понял, что не ошибся. Азат любил Рейян! Открытие сильно взволновало Мирана, но он попытался это скрыть.

– Заруби себе на носу, что Рейян теперь моя! Если ты снова выкинешь что-нибудь подобное, не жди от меня ничего хорошего!

Миран положил руку на плечо Азата и сильно встряхнул его, с угрозой посмотрел ему в глаза и ушел не оглядываясь.

На какое-то время Азат просто застыл на месте, опешив от услышанного. Он не мог признаться в этом даже себе, а услышал правду из уст Мирана! Сжав в гневе кулаки, он направился в особняк. Он открыл дверь и мрачно поднялся по лестнице. Они столкнулись с Рейян, когда он шел в свою комнату. Откуда она здесь взялась?

Азат хотел сорвать свой гнев на Рейян, на которую злился больше, чем на себя, но успокоился, увидев страх в ее глазах, и молча отправился в комнату. Войдя, он потерял терпение, сорвал с себя мокрую рубашку и в ярости швырнул ее на пол.

* * *

Миран подошел к отелю и издалека посмотрел на свою комнату. Он не хотел видеть Генюль, так как все еще злился на нее. Поднявшись, он постучал в дверь соседней комнаты, и через некоторое время сонная женщина открыла дверь и удивленно спросила:

– Что случилось, сын мой?

Миран вошел в комнату, не ответив. Госпожа Наргиза подошла к нему и вновь спросила:

– Что-то не так, сынок? Что с тобой, почему ты весь мокрый? Ты поссорился с Генюль? – догадалась она.

Миран прикрыл глаза в знак согласия.

– Это из-за Рейян, – неохотно ответил он.

Госпожа Наргиза глубоко вздохнула, услышав это имя.

– Я уже несколько дней не могу спать, сынок… Мы совершаем великий грех, эта девушка невинна. Твоя мать в гробу перевернулась бы, если бы узнала.

Миран не желал говорить об этом, и советы тети сильно раздражали его. От усталости голос Мирана стал ниже:

– Пожалуйста, тетушка, не начинай; ты же знаешь, что я никогда не сдамся.

Женщина замолчала и уставилась в пустоту, гладя племянника по волосам. Она до смерти боялась игры, которую он затеял.

– Я боюсь, вдруг они убьют тебя?

– Не бойся, этому не бывать. – Миран положил голову на ее колени и тут же уснул. То, что он делал, было безумно. Он хотел отомстить за отца, отстоять честь семьи, но знал, что если его раскроют, то обязательно убьют. Сможет ли госпожа Наргиза каждый день жить с этим страхом? Она продолжала сидеть неподвижно и гладить волосы племянника. Почему он так одержим Рейян? Что это за слепая ярость?

Миран унаследовал от отца в Стамбуле огромное состояние. Он спланировал все и был достаточно безрассуден, чтобы потратить все сбережения на то, чтобы уничтожить эту семью. Он знал, что для этих людей честь была превыше всего. Он не мог забрать жизнь и поэтому выбрал Рейян.

* * *

Утром Миран ушел в свою комнату. Он медленно открыл дверь и направился в ванную. Принял душ и надел первую попавшуюся рубашку из шкафа. Перед уходом он взглянул на кровать: жена спала или притворялась спящей. Миран не хотел подходить к ней и будить, поэтому тихонько вышел из комнаты. Он покинул отель и тяжелыми шагами направился к своей машине. Сегодня он собирался в Диярбакыр, чтобы найти там дом, в который собирался отвезти Рейян. Миран неотступно следовал своему плану.

Невинная Рейян в это время, ни о чем не подозревая, примеряла свадебное платье перед зеркалом.

Азат проспал сегодня необычно долго. Он не пошел на работу и боялся открыть глаза. То, что произошло вчера, и то, что сказал Миран, было ужасно. Проснувшись днем, Азат переоделся и вышел из своей комнаты. Он увидел, что дверь комнаты Рейян снова открыта. Девушка обсуждала свадебное платье с Хавин. Зажмурившись, Азат прошел мимо, стараясь не заглядывать в комнату, но его карие глаза вновь устремились на любимую картину. Рейян, на этот раз в свадебном платье, была похожа на ангела… Он не мог оторвать глаз от увиденного и судорожно сглотнул. Азат никак не мог смириться с тем, что дочь его дяди, его любимая девушка – невеста другого мужчины.

Почему боль одновременно обрушилась на их молодые сердца?

Азату казалось, что он тонет, что его душа разбилась. Как он мог влюбиться в дочь своего дяди? Почему он так поздно осознал свои чувства? Тысячи проклятий готовы были сорваться с его языка. Азат злился на все: на свои глаза, которые раньше не замечали Рейян, на свой язык, который не произносил ее имени, на свое сердце, которое так долго молчало. Сейчас уже слишком поздно!

Вечером Миран завершил свои дела в Диярбакыре и собирался вернуться в Мардин. Он был в дороге с раннего утра. Мысли не давали ему покоя, и чем больше он размышлял, тем увереннее становился: каким бы ни был исход, он никогда не откажется от задуманного. В его голове прочно засела Рейян. Зазвонил телефон. Продолжая бороться с безумными мыслями, Миран вставил наушник в ухо и ответил на звонок:

– Я за рулем, тетя, что случилось?

В ответ раздался встревоженный голос Наргизы:

– Сын, Генюль сошла с ума, я не смогла остановить ее. Она идет в особняк, хочет все рассказать.

Миран в гневе отшвырнул наушники и крепче вцепился в руль. Ударив кулаком по рулю, он воскликнул:

– Проклятие!

Миран надавил на педаль газа. Он готов был прикончить любого, кто встанет на его пути.

– Тебе конец, Генюль! – громко крикнул он.

«Разве ей не достаточно было вчерашней ссоры? Она когда-нибудь поумнеет?» – негодовал Миран. Он должен добраться до особняка раньше жены во что бы то ни стало. Генюль и не подозревала, что он сделает с ней, если она раскроет его тайны. Миран взглянул на часы и ускорился. У него в запасе лишь полчаса.

Миран за двадцать пять минут преодолел путь, который всегда занимал около сорока. Страх захватил его. Глубоко дыша, он припарковался напротив особняка и вышел из машины. Некоторое время он колебался, стоит ли заходить. Что, если Генюль уже пришла и все рассказала? Значит, все мечты разбиты и Мирану наступит конец. Нельзя, чтобы из-за глупости жены его план провалился! Миран беспомощно сжал кулаки, чувствуя, что сходит с ума.

Собравшись с мыслями, он принял решение и направился к особняку. Нерешительно подойдя к двери, Миран хотел постучать, но тут дверь сама распахнулась перед ним. Его сердце замерло: перед ним стояла Рейян со слезами на глазах. Миран решил, что все кончено, и не смог вымолвить ни слова, лишь молча уставился на девушку пустыми глазами. Рейян быстро вытерла слезы и удивленно посмотрела на Мирана. Он выглядел так, будто не ожидал ее увидеть. Рейян шагнула ближе и посмотрела ему в глаза:

– Почему ты так смотришь?

Миран затаил дыхание. Он не хотел думать, что безумная ревность жены сорвала все его планы. Его гнев рос с каждой секундой. Отведя взгляд от Рейян, он попытался заглянуть внутрь. Где же Генюль, неужели уже ушла? От мыслей Мирана отвлек очередной вопрос Рейян:

– Куда ты смотришь, Миран?

Он тяжело вздохнул. Необходимо было узнать, что сказала Генюль. Его сердце колотилось как никогда раньше.

– Почему ты плачешь?

– Просто так, – ответила Рейян.

Услышав ответ, Миран облегченно вздохнул. Генюль не приходила, иначе в особняке не было бы так спокойно и Рейян не смотрела бы ему в глаза как ни в чем не бывало. Хоть мысли Мирана были заняты Генюль, он обеспокоился и слезами Рейян. Почему она плакала?

– Что с тобой? – Впервые его вопрос прозвучал с подозрением.

Рейян заметила тревогу на лице Мирана, который следил одновременно и за особняком, и за дорогой.

– У меня все в порядке, – ответила девушка.

– Почему же ты плакала, Рейян, если у тебя все в порядке? Скажи мне, милая моя. – Миран взял ее лицо в ладони и фальшиво-ласково улыбнулся.

Вместо ответа Рейян неожиданно обняла Мирана. Он опешил. Руки девушки крепко обхватили его за талию, и он почувствовал тепло ее тела. Не говоря ничего, Миран с усилием обнял Рейян в ответ. Ему было очень некомфортно.

Рейян же не могла понять, откуда в ней появилось столько мужества. Как она могла обнять Мирана? Может быть, она не смогла удержаться, отыскав в нем тихую гавань. Она не могла ни о чем думать, ей было очень больно.

– Ты расскажешь мне, что случилось? – снова спросил Миран.

Рейян ослабила объятия и положила голову на его плечо, обретя, наконец, долгожданный покой. Его запах был намного теплее и сильнее запаха кардигана, в который она укутывалась каждую ночь.

– Все правда в порядке, я просто грустила.

Рейян не хотела обременять Мирана своими проблемами.

А Миран от ее объятий все больше и больше чувствовал отвращение.

– Больше не плачь без причины, – ответил он, касаясь ее щеки и медленно отталкивая девушку от себя. – Даже если будет причина для слез, все равно никогда не плачь…

Вновь он обманывал ее сердце своими лживыми словами. Он не грустил, а наоборот, был очень счастлив, ведь у Генюль все же не хватило смелости заявиться в особняк.

Рейян долго смотрела Мирану в глаза. Откуда ей было знать, что этот мужчина, который сейчас пытается ее ободрить, – на самом деле не любовь всей ее жизни, что он превратит ее жизнь в ад?

Миран невольно взял ее за руки. Он легко изобразил любовь, и Рейян не усомнилась в нем. Миран провел рукой по ее шелковистым волосам и продолжил обманывать своей фальшивой улыбкой.

– Ты никогда не будешь грустить, ты будешь счастлива.

Какая подлая ложь!

Рейян посмотрела на него с улыбкой. Ей стало легче от присутствия Мирана. Но что он здесь делал в такой час? Никто не должен видеть, как они здесь разговаривают.

– Почему ты пришел? – обеспокоенно спросила она.

Секунду поколебавшись, Миран вновь улыбнулся.

– Я скучал по тебе. Проходил мимо, хотел тебя увидеть, и вот мы случайно столкнулись.

Рейян понятия не имела, что скрывает эта улыбка. Ей было приятно узнать, что Мирану ее не хватало. То глубокое и сильное чувство, которое охватило девушку в эту минуту, нельзя было назвать даже любовью. Да, это было больше, чем любовь. Рейян обхватила лицо Мирана руками и стала поглаживать его бороду, не сводя с него глаз. Она не хотела уходить, но должна была: их близость может повлечь неприятности.

– Я лучше пойду домой.

Миран кивнул, а спустя секунду с изумлением почувствовал, как Рейян целует его в щеку.

После этого быстрого поцелуя она стремительно убежала не оглядываясь.

Миран уставился вслед девушке. Ее черные волосы развевал ветер. В носу его все еще стоял запах Рейян. Миран наблюдал за ней, прижав руку к щеке. Неожиданно ему в голову пришла мысль о Генюль, которая могла все испортить. Он быстро вернулся к машине и направился в отель.

Дорога казалась Мирану бесконечной. Приехав, он торопливыми шагами прошел в лифт, поднялся на свой этаж и резко постучал в дверь номера. Генюль тут же открыла дверь, и он вошел внутрь. Миран еще больше разозлился на жену, которая теперь не осмеливалась смотреть ему в лицо. Войдя, он хлопнул дверью и подошел к ней.

– Ты виновата! И даже не смотришь на меня. Я восхищаюсь твоей смелостью! – громко сказал он.

Генюль спокойно села в кресло, а затем подняла голову и посмотрела на разъяренного мужчину. Его взгляд переполняла ярость. Она откинула волосы назад и равнодушно потупилась.

– Ты все это затеял, а я виновата, – какая ирония!

Миран наклонился к лицу Генюль, прожигая ее полным ненависти взглядом. Его приводило в бешенство ее спокойствие.

– Ты собиралась посетить особняк? – Миран угрожающе погладил ее по волосам. – Знаешь, что я с тобой сделаю?

Генюль не хотела еще больше злить Мирана: в каждом его движении читалась угроза. Она устала сражаться. Ее муж всегда бежал от любви, но побеждал в драке. Она ответила, стараясь сохранять спокойствие и унять боль в сердце:

– Да, я собиралась в особняк, чтобы все рассказать, но в последний момент сдалась.

Она встала и положила руку мужу на плечо – на то место, куда еще недавно Рейян опустила голову. Миран вздрогнул.

– Я побоялась, что с тобой что-нибудь случится. Эти люди не пожалели твоего отца, а значит, не пощадят и тебя.

Миран отбросил руку Генюль и отошел.

– Хватит думать обо мне и переживать! То, что ты делаешь, приносит мне лишь неприятности! Ты понимаешь, что я могу убить тебя из-за этого?

Генюль с болью взглянула на Мирана.

– Я же сказала, я сдаюсь. Не дразни меня больше.

– Мне тебя поздравить? – саркастически спросил Миран. – А если бы не сдалась?!

Он закатил глаза, не желая продолжать разговор, и отправился в ванную принять душ. Миран не мог совладать с переполнявшим его гневом, который с каждым днем становился все сильнее. Он вышел из душа, оделся, вытер волосы и вдруг почувствовал, что совершенно измотан, и, игнорируя присутствие Генюль, лег на кровать.

Потушив свет, Генюль села на диван и стала наблюдать за мужем. Миран тут же заснул, повернувшись к ней спиной. Она лишь усмехнулась. Генюль привыкла, что муж не любит ее, что он всегда отвергает ее любовь. Она вовсе не улыбалась с тех пор, как вышла замуж за Мирана. Она слишком сильно любила его и не могла его оставить, даже несмотря на то что в его жизни появилась другая женщина.

Все, чего она боялась в жизни, – потерять любимого мужчину. О, любовь не просто слепа. Она горда, безбашенна, бестактна.

Глава 6. Воссоединение

Израненная душа, исчезнувшие мечты и разрушенная жизнь без надежды на светлое будущее.

Миран вышел из отеля и быстро пошел по дороге куда глаза глядят. Тысячи мыслей роились в его голове, ужасно утомляя. Он дошел до детской площадки и сел на скамейку. Миран смотрел на качающихся на каруселях детей и задавался вопросом: сможет ли он когда-то стать отцом? Его губы непроизвольно растянулись в приятной улыбке, которая, впрочем, тут же исчезла, когда мужчина осознал абсурдность своих мыслей. К сожалению, для него этот путь закрыт.

Миран снова разругался с Генюль этим утром и, как обычно, сбежал от нелюбимой жены.

Он достал из кармана телефон и, после недолгих колебаний, решился позвонить Рейян. Всю ночь он вспоминал ее слезы и грустил от этого сам. Миран набрал номер, поднес телефон к уху и стал ждать. После нескольких долгих гудков Рейян, наконец, подняла трубку. Миран незаметно для самого себя улыбнулся, услышав ее голос.

– Как ты, Рейян? – спросил он.

– Я в порядке, – весело ответила девушка, и ее бодрый голос немного успокоил Мирана.

– Сделаешь для меня кое-что безрассудное? – неожиданно спросил он. – Придешь туда, где мы с тобой встречались?

Миран задал этот вопрос необдуманно. Почему вообще его сердце так жаждет увидеть эту девушку?

– Не знаю, – нерешительно произнесла Рейян. Она тоже мечтала о встрече, но не выдавала своего желания. Все же девушка не хотела упустить возможность лишний раз увидеть Мирана, хоть до свадьбы и оставалось всего несколько дней.

– Я буду на том же месте в то же время, Рейян. Не заставляй меня ждать слишком долго, – отрезал Миран и повесил трубку.

До свадьбы оставалось всего несколько дней. Зачем он позвонил Рейян и разговаривал с ней? Почему хотел увидеть вечером? Его тетя постоянно общалась с Хазаром Шаноглу, готовясь к фиктивной свадьбе. Миран уже получал все, что хотел. Так почему он все время стремится увидеть Рейян, хотя это больше не требовалось для осуществления его плана?

* * *

Миран медленно возвращался в свой номер, видеть Генюль совершенно не хотелось.

Сегодня вместе со своим будущим тестем, своим заклятым врагом, Миран посетил множество мест для свадьбы. Господин Хазар представлял Мирана всем знакомым, которые попадались на пути. Миран чувствовал неловкость, но молча продолжал играть свою роль.

Наконец, Миран подошел к двери своего номера, страстно желая очутиться как можно дальше от него. Миран не хотел стучать и видеть лицо жены, поэтому провел ключом-картой и тихо вошел. Генюль спала на диване перед телевизором. Миран осторожно прошел к шкафу, чтобы переодеться и поскорее уйти, но выронил вешалку с выбранной рубашкой, и шум разбудил Генюль. Она подняла голову и сонными глазами взглянула на Мирана.

Он молча переоделся, Генюль тоже не нарушала тишину. Она не хотела разговаривать. Мужчина, которого она любила, с каждым днем все больше отдалялся от нее, и Генюль никак не могла повлиять на ситуацию.

От напряженной тишины, стоявшей в комнате, звенело в ушах. Миран собрался, убрал телефон и бумажник в карман, взял ключи от машины и направился к двери. Генюль лишь молча смотрела ему вслед. Как только дверь захлопнулась, она обессиленно уронила голову на спинку дивана. Миран закрыл перед ней дверь не только в их номер, но и в свое сердце.

Уже год они прожили вместе, но Миран так и не обрел счастья с Генюль, ведь недостаточно просто быть любимым, нужно еще и любить. Безответная любовь девушки не могла одна спасти их брак. Генюль осознала, что разрушила свою жизнь, решив выйти замуж за человека, которому она безразлична.

Она закрыла лицо руками и глубоко вздохнула. Если бы ей выпал шанс повернуть время вспять, теперь она вышла бы замуж только за того мужчину, в чьей любви была бы уверена.

* * *

Вечером, когда обитатели особняка разошлись по своим комнатам, Рейян тихонько выскользнула на улицу и побежала к месту встречи. Ее черные волосы и платье развевались на ветру. Вдруг чьи-то руки обхватили ее сзади за талию и притянули к себе. Рейян невольно вскрикнула.

Миран развернул ее к себе и прижал ладонь к ее губам. Взгляды молодых людей встретились, и лица обоих озарили улыбки.

Миран поежился от холода: он был одет только в легкий костюм. Он продолжал смотреть на девушку и сам не заметил, как его фальшивая улыбка вдруг стала искренней. Его сердце трепетало, он очень волновался.

Как мог Миран искренне улыбаться в лицо девушке, которую ненавидел? Захочет ли он быть с ней? Он пока не осознавал этого…

Миран убрал руку с губ Рейян, и его сердце готово было разорваться от волнения. Рейян выглядела как-то иначе, ее улыбка завораживала… Миран отпустил ее и отступил назад.

Он чувствовал, что Рейян очень к нему привязалась, и не сомневался в искренности ее чувств. Наконец-то ему удалось украсть сердце красавицы. Миран вдруг осознал, как сильно он жаждет сердца дочери своего врага. На мгновение он отбросил мысли о мести. Он вдруг захотел хотя бы на несколько минут почувствовать себя обычным влюбленным мужчиной.

Рейян и Миран не нуждались более в словах: их взгляды лучше слов выражали тоску друг по другу. Миран терялся в глубоких черных глазах девушки, а Рейян утопала в омуте его голубых глаз.

Миран снова придвинулся ближе и, отгоняя страх, заключил Рейян в объятия и зарылся лицом в ее волосы. Он вдруг почувствовал, что именно эта девушка способна подарить ему долгожданный покой. Как так получилось, что рядом с Рейян он забывает обо всем?

Запретный плод так сладок. Сердце не ищет легкого пути.

Миран хотел бы остановить это прекрасное мгновение, чтобы Рейян навсегда осталась в его объятиях. Он позабыл обо всем на свете, даже о гневе на жену. Миран взял Рейян за лицо, и она прикрыла глаза. Он мог слышать гулкое биение ее сердца.

– Почему я так сильно скучаю по тебе, почему так жажду увидеть? – в порыве чувств воскликнул Миран. Его слова звучали искренне, исходили из души. Рейян улыбнулась. Должна ли она признаться ему в чувствах прямо сейчас, рассказать о своей любви?

– Я люблю тебя, – шептала Рейян, стараясь успокоить сердцебиение, – я не знаю, что ты сделал со мной…

Она отдала Мирану свое сердце.

Тот торжествующе улыбнулся, услышав долгожданное признание. Наконец-то он достиг своей цели, теперь в его руках не только ее тело, но и сердце. Миран должен был чувствовать упоение, но ощущал лишь боль. Будто ком застрял в его горле. Миран хотел обнять Рейян, но прикосновения стали ему неприятны. Миран пытался совладать с постоянно меняющимися эмоциями, теперь он уже не был уверен, что ненавидит эту девушку.

– Я люблю тебя больше, дорогая, – громко признался он. Эти слова вызвали улыбку на лице Рейян. Она положила голову Мирану на плечо и обняла его за талию.

– Знаешь, – прошептала Рейян, – сегодня ровно месяц, как мы знакомы.

Миран, улыбаясь точности расчетов Рейян, подтвердил:

– Да, уже прошел целый месяц.

– Тебе не кажется, что этого слишком мало? – неожиданно спросила она.

– Что ты имеешь в виду?

– Думаю, что прошло слишком мало времени. Вот бы мы встретились раньше и смогли бы гораздо лучше узнать друг друга.

Миран наклонился, чтобы взглянуть ей в лицо, а Рейян подняла голову.

– Ты об этом сожалеешь? – со странным беспокойством поинтересовался он. Девушка покачала головой:

– Нет, это не так. Я просто боюсь.

– Чего ты боишься?

Рейян колебалась с ответом. То, что она любила Мирана, еще не означало, что она ему доверяла, ведь они все еще недостаточно хорошо знакомы. Ее смущало, что она не знает, что ему нравится, и что – нет, что он любит, а что не выносит. Кроме того, будет ли Миран верным ей всю жизнь? Этот вопрос беспокоил Рейян особенно сильно, поскольку Миран, видимо, был способен заполучить любую девушку, которую захочет.

– Я всего боюсь, – по-детски пожаловалась Рейян. – Не сердись на меня.

После этих слов она отступила от Мирана, пряча лицо, будто преступница.

– Я боюсь, что пройдет время, и однажды ты полюбишь другую. У меня странное чувство, будто ты вот-вот исчезнешь, Миран.

Эти слова обеспокоили Мирана. Он должен чувствовать бурную радость от этих слов, но никак не грусть, ведь он наконец влюбил в себя Рейян. Так что за боль терзает его сердце, отчего печаль на лице? В Миране давно умерло все доброе, милосердие больше ему не знакомо. Совесть давно умолкла и больше не терзала его.

Миран погладил Рейян по шее. Он с трудом подавил боль в душе, с трудом посмотрел ей в глаза и вновь солгал:

– Такого никогда не произойдет. Как ты можешь мне надоесть? Я не смогу полюбить никого другого. Ты – моя единственная, понимаешь?

– До сих пор я никому не могла доверять, но теперь мое сердце безгранично предано тебе.

После этих слов Миран почувствовал, будто в его грудь вонзили кинжал. Он закрыл глаза. Он никак не мог осознать, почему искренность Рейян так ранит его. Миран хотел сейчас оказаться как можно дальше от нее: может быть, когда он сбежит от Рейян, то сможет снова стать прежним, ведь рядом с ней все вокруг будто исчезало. Миран чувствовал, что ему необходимо как можно скорее успокоить бурю, бушевавшую внутри его, и вновь стать бесчувственным и жестоким, ведь иначе как он сможет жить?

– Иди, – произнес он, продолжая держать Рейян за руки. – Пока ты здесь, я не смогу тебя покинуть.

– Ну, тогда я пойду, – улыбнулась в ответ Рейян.

Вновь им предстояло пережить разлуку.

Миран коснулся щеки девушки и улыбнулся, затем наклонился и поцеловал ее в лоб – совершенно искренне, без задних мыслей.

– Скоро мы будем вместе, любовь моя… Уже через несколько дней я выведу тебя из этого дома в белом свадебном платье, и ты станешь моей навсегда…

Рейян продолжала витать в облаках и не подозревала, что она – лишь часть плана мести этого мужчины.

– До скорой встречи, – бросил Миран напоследок.

Рейян направилась к особняку, а Миран продолжал смотреть ей вслед пустым взглядом. Возможно, они никогда больше не встретятся с Рейян после свадьбы, ведь Миран уже женат. И все же он не мог не думать… Генюль никогда не будет смотреть на него так же, как Рейян, а он никогда не почувствует к ней того волнения, которое испытывает рядом с Рейян.

В глубокой тишине хлопнула дверь особняка. Миран направился к своей машине с тяжелым сердцем. В его жизни не было ничего, что могло бы сделать его счастливым. В своей разрушенной жизни, в своей кровавой игре Миран испытал что-то новое. Рейян была особенной. Если бы он встретил ее при иных обстоятельствах, то смог бы искренне полюбить. К сожалению, реальность не так радужна: Миран – мстительный и злой человек, жаждущий лишь мести убийце отца, а Рейян – дочь этого убийцы. Кроме того, Миран уже женат на другой. Это счастье нереально.

Любовь так близко и так далеко. Все возможно и невозможно! Рейян – самое недоступное, что было в его жизни, она подобна запретному плоду. Миран сгорит в тот момент, когда отдаст ей свое сердце.

Он добрался до отеля и, не заходя в номер, стал расхаживать туда-сюда по коридору. Миран не мог стать ни мужем, ни отцом: он не был к этому готов, да и не хотел. Этот брак, который длился уже год, лишь усложнял его жизнь, а Генюль была тяжелым бременем.

Наконец Миран поднялся в свой номер. Генюль, должно быть, уже спала: горел только ночник. Миран издалека посмотрел на жену и вновь убедился, что не любит эту женщину и никогда не сможет полюбить.

* * *

С первыми лучами солнца счастливая Рейян вскочила с постели. Она не могла успокоиться, думая о прошлой ночи. С одной стороны, ее терзала грусть, но с другой – переполняло счастье. Рейян никак не могла найти золотую середину, уследить за своим переменчивым настроением. Она быстро умылась, переоделась и вышла из комнаты. Как ни странно, чем ближе была свадьба, тем больше становилась ее печаль.

Рейян зашла на кухню и увидела Фатиму.

– Доброе утро, сестренка Фатима, – поздоровалась она, направляясь к холодильнику. Очевидно, все остальные обитатели особняка еще спали.

– Доброе утро, Рейян.

– Мама проснулась? – поинтересовалась Рейян.

– Я ее еще не видела, – с улыбкой ответила Фатима. – Мне кажется, она еще спит.

Рейян было не по себе, и она не могла глядеть в глаза матери из-за того, что услышала в тот день, когда встретила Мирана у особняка. Тогда она, ненароком услышав ссору мамы и обидевшись на нее, выбежала на улицу в слезах, где и наткнулась на Мирана. Слова отчима расстроили Рейян, но она не хотела никому говорить о произошедшем. Если бы тогда она рассказала Мирану о причине своих слез, он тут же понял бы, что Рейян – не родная дочь, а приемная, и, возможно, отказался бы от своего плана.

Появление Хавин вырвало Рейян из задумчивости. Она хотела счастливо провести последние дни дома и размышляла о том, как можно наладить отношения с родителями.

Когда девушки расставляли утварь для завтрака на подносе, в кухню вошла госпожа Делал.

– Мальчику совсем нехорошо!

– Какому мальчику, мама? – Хавин с любопытством уставилась на мать.

– Как какому? Твоему брату Азату! – Женщина печально покачала головой. – В последнее время он совсем не улыбается, поздно возвращается домой и рано уходит, даже не позавтракав.

Фатима отложила нож и с интересом посмотрела на нее.

– Сестренка Делал, тебе не кажется, что мальчик влюбился?

Делал, нахмурившись, перевела взгляд на Фатиму.

– Тогда пойдем и спросим, что это за девушка, пока он нас до ручки не довел!

Сегодня Рейян была рада, что Азат рано ушел из дома: она все еще сильно злилась на кузена из-за драки в магазине. Тем не менее слова тети расстроили ее. С Азатом действительно в последнее время творилось что-то неладное – возможно, и правда безответная любовь была тому причиной. Но Рейян даже не предполагала, что именно она всему виной.

Наконец вся семья собралась за столом на завтрак. Ханим Зехра все время плакала, что очень огорчало Рейян. Зехра печалилась из-за скорой разлуки с дочерью, хоть Миран и обещал часто навещать их. Женщина изо всех сил старалась молчать, чтобы не рушить счастье дочери.

Мать всегда будет прятать слезы за улыбкой, лишь бы ее ребенок был счастлив.

* * *

Дни пролетали, как часы. С каждой минутой Рейян становилось все горше и тяжелее. Осталось всего три дня до свадьбы, подготовка шла идеально. В последний раз Миран приходил в особняк два дня назад. В следующий раз он придет только в день обряда хны, и после их свадьбы Рейян попрощается с особняком навсегда.

После завтрака Рейян отправилась в свою комнату собирать вещи. Хавин молча помогала кузине: если бы девушки нарушили молчание, то не удержались бы и заплакали. Хавин не могла представить жизнь в особняке без Рейян: девочки были неразлучны с самого детства. Их связывала не кровь, но целая жизнь.

Весь дом был словно в трауре. Бедирхан молчал уже несколько дней: отъезд сестры очень его огорчал. Фатима молчала, молчала и Дилан. Азат был подавлен. Уход Рейян причинял ему больше боли, чем кому бы то ни было.

Наконец, девушки все упаковали, кроме нескольких вещей и ночных рубашек. При взгляде на свадебное платье Рейян чувствовала, как ее душат слезы. Она никак не могла справиться со своими противоречивыми чувствами.

Ее мать, тетя, Фатима и Дилан отправились к знакомым, и только Рейян и Хавин остались в особняке и болтали в гостиной. Девушки пытались забыть о скорой разлуке, обсуждая разные забавные вещи. Ни о чем не подозревая, они строили много планов на будущее и мечтали о счастье.

Хавин встала и выбежала на кухню за тортом, который приготовила Фатима. Но прошло около пяти минут, а она не вернулась. Рейян позвала кузину, но та не откликалась. Рейян стало не по себе.

Она вышла из комнаты, и ей вдруг стало нестерпимо страшно, что они остались дома лишь вдвоем. Подойдя к лестнице, Рейян заметила Азата и вздрогнула от неожиданности. Они впервые оказались с глазу на глаз с тех пор, как перестали разговаривать.

Рейян молчала, не зная, что сказать. Ее взгляд остановился на кухонной двери, но она не увидела там Хавин, а заглянуть внутрь не могла. Рейян хотела вернуться назад в комнату, но Азат ее остановил:

– Можешь подождать секунду?

Рейян медленно повернулась. Выражение ее лица было очень серьезным. О чем Азат хочет поговорить? О том, почему он так холоден по отношению к девушкам дома?

Азат подошел к Рейян ближе, пугая и интригуя ее. Хавин еще не вернулась, и Рейян указала пальцем на кухню, сделав вид, что ничего не заметила.

– Где Хавин? – спросила она. Азат опустил ее руку.

Очевидно, это Азат попросил Хавин отойти на несколько минут. Рейян взглянула на Азата, чтобы понять, что происходит, и изумилась его странному взгляду: кузен выглядел совершенно иным. Он снова шагнул к Рейян, заставив ее вздрогнуть.

– Забудь о Хавин сейчас, – сказал он ровным голосом. – Мне нужно кое-что тебе сказать, Рейян.

Девушка удивленно подняла брови. Что Азат мог ей сказать?

– Я слушаю, – ответила она, оставаясь на месте.

Азат с трудом посмотрел ей в глаза. Он хотел кричать, что потерял ее, но сейчас молчал. Его мысли мучили его сердце, и он никак не мог выразить их словами. Азат вновь заговорил, горько улыбаясь:

– Я просто хотел извиниться.

На лице Рейян появилось изумление: Азат впервые в жизни извинялся. Девушка даже решила, что ослышалась – настолько необычно звучали эти слова от ее кузена. Азат, который годами не сдерживал своего гнева, теперь просит прощения.

Рейян встретилась глазами с Азатом и поняла, что не ослышалась: он выглядел очень серьезным.

– Зачем ты извиняешься? – изумилась Рейян.

– Я знаю, что совершил ошибку, – ответил Азат, прижимая руки к глазам. Он с трудом произнес эти слова, ведь он ни разу не пожалел, что ударил тогда Мирана. Но Рейян… Она покинет этот дом через несколько дней. Азат не хотел, чтобы Рейян вспоминала о нем плохо. – Я не должен был его бить. – Азат облизнул засохшие от волнения губы и попытался улыбнуться. – Я поддался гневу тогда. Теперь ты уходишь…

Слова, казалось, царапали ему горло. «Ты забираешь с собой мое сердце, Рейян… Ты покидаешь меня, оставляя раны на душе… Ты уезжаешь, так и не узнав, что я люблю тебя… И никогда не узнаешь…» — хотел сказать он, но не смел.

– Не обижайся на меня. Я столько раз причинял тебе боль, когда сердился, но ты все равно не держи зла. Пусть он будет прав, Рейян. – Азат жег мосты. Он не сказал правды, причиняющей ему боль, он просто не смог.

Рейян смущенно покачала головой. Нет, не такая это и проблема, не так уж и сильно она злилась на Азата. Даже этого небольшого извинения было достаточно, чтобы положить конец обиде.

– Ты – мой брат, я не могу на тебя злиться, даже если бы захотела. – Ее голос в конце почти сорвался на плач. Слова Азата пробудили чувства, которые Рейян подавляла в течение нескольких дней.

Она подняла руку к губам и заплакала. Азат, увидев слезы Рейян, не выдержал и развернулся к лестнице. Если он останется с ней еще немного, его любовь выдаст себя. Рейян плакала, а Азат страдал от каждой ее слезы. Он быстро прошел через двор и направился к двери. Он не хотел, чтобы Рейян плакала.

Азат вышел за дверь и прижал руки к лицу, тяжело дыша. Глаза болели и горели от слез, которых он не мог себе позволить, но как же плакало его сердце! Удаляясь от особняка, он прошептал:

– Пусть не плачут твои прекрасные глаза, будь счастлива всю жизнь… Пусть никогда не настигнет тебя печаль!

Глава 7. Прощание

Миран понимал, что внутри его пробуждаются чувства, которые он не должен испытывать. Он должен сосредоточиться на жажде мести, чувстве ненависти, растущем внутри. Он должен наслаждаться своей игрой, ни о чем не сожалея. Так почему он вдруг ощутил укол совести?

Он сидел в кресле и смотрел в небо, а в его голове роились мрачные мысли. Миран не любил несправедливость. Он всегда считал, что все должны быть равны и в горе, и в радости. Если один радуется жизни, то другой не должен страдать. Как иначе все могут быть равны?

Эти мысли успокаивали его. Раз Миран страдал из-за своего отца, значит, и Рейян будет расплачиваться за грехи своего.

От этих переживаний Миран проснулся глубокой ночью и больше не мог спать, думая обо всем произошедшем.

Вот и прошла ночь обряда хны, которая показалась Мирану очень утомительной. Он устал не столько от толпы, сколько от собственных мыслей. Все вышло из-под контроля, произошло то, на что Миран не рассчитывал… В одном он удостоверился: Азат без памяти влюбился в Рейян. Миран понял это, когда Азат ушел от компании во время обряда хны и явился в особняк лишь под утро шаткой походкой.

Звуки выстрелов в ту ночь также заставляли Мирана понервничать. В самый разгар обряда Бедирхан бесстрашно стрелял в воздух. Стрельба – одна из главных свадебных традиций в этом регионе, но Миран ненавидел пистолеты и звуки, которые они издавали. С каждым выстрелом Мирана все сильнее переполнял гнев, и кровавая сцена вновь всплывала в его подсознании, ведь причиной мести была именно пуля, убившая его отца.

Образ Рейян возник у Мирана перед глазами: искренне улыбающаяся, ни о чем не подозревающая, невинная, как ангел… При взгляде на нее Миран усмехался: уже утром он объявит о своей победе, когда заберет Рейян из этого особняка. Первая часть плана вот-вот сбудется…

Миран также помнил и о Генюль. Всю ночь она ходила мрачной, привлекая внимание людей. На все вопросы она отмахивалась, отвечая, что нездорова. Лишь Миран и госпожа Наргиза знали истинную причину: она не могла скрыть свою боль. Госпожа Наргиза очень огорчалась, но Миран оставался равнодушным и даже время от времени бросал грозные взгляды на жену.

Какая женщина сможет сохранять спокойствие на свадьбе собственного мужа? Впрочем, Миран не видел в Генюль даже женщину. Он видел в ней лишь коварную змею, которая насильно затянула его в этот брак. Зная о плане мести Мирана, она согласилась выйти за него замуж, хотя тогда она и не подозревала, что частью этого плана может стать другая женщина.

Произошло в этот вечер и крайне неожиданное для Мирана событие – венчание с имамом. После обряда хны, когда гости начали потихоньку расходиться, господин Хазар отвел Рейян и Мирана в отдельную комнату и провел религиозный обряд бракосочетания в присутствии имама, и теперь Рейян стала его женой, какой бы фальшивой ни была остальная часть свадьбы.

Под утро Миран с семьей уехал из особняка. Госпожа Наргиза не смогла сдержать слез от великого греха той жестокой игры, которую затеял Миран, но она не могла обсудить это с племянником в особняке. Можно ли мстить, причиняя вред невинному человеку? Это же сумасшествие… Великий, великий грех! Ах, если бы только пробудилось сердце Мирана, но он давно подавил голос совести…

Утром Мирану предстоит заключить фиктивный брак с Рейян. Он легко подкупил регистратора, и завтра Рейян получит поддельное свидетельство о браке с ненастоящей фамилией Мирана. Это – Миран Караман, сын Ахмета Карамана, которого много лет назад убил Хазар Шаноглу. Если бы господин Хазар знал настоящую фамилию Мирана, то раскусил бы его тут же.

Лишь бы завтра все прошло гладко! Тогда он, наконец, сможет сбросить маску, бросить притворство и больше не скрывать свою настоящую личность. К сожалению, Рейян предстоит первой встретиться лицом к лицу с ним настоящим, с тем человеком, которого ей лучше не знать вовсе…

* * *

Светало. Солнце окрасило небо в алый. С первыми лучами Миран встал с постели. Приключение, длившееся сорок дней, сегодня подходило к концу. Как он играл? Как он обманул всех тех, кто ему доверял? Особенно – Рейян. Как он убедил ее в истинности его фальшивой любви?

Сегодня Миран покинет Мардин. Он взял с тумбочки билеты на самолет, подошел к кровати и окликнул лежавшую спиной к нему Генюль:

– Я знаю, что ты не спишь, вставай уже.

Да, Генюль и правда не спала. Как и Миран, она не смогла сомкнуть глаз до самого утра. Она по-прежнему продолжала молчать. Отношения между супругами с каждым днем становились невыносимее, Миран ненавидел ее все больше. В любом случае повлиять на брак с Рейян Генюль не могла, поэтому говорить ей что-либо не имело никакого смысла. После слов Мирана девушка неохотно встала с кровати. Ее глаза, опухшие от слез, свидетельствовали, что она не спала всю ночь. Супруги, как обычно, лежали спиной друг к другу… Миран и так не мог спать, но, когда услышал тихий плач жены, потерял остатки сонливости.

– Сегодня все закончится, – тихо обратился к ней Миран, не веря в собственные слова. Генюль вымученно улыбнулась. Ее пересохшие губы с трудом промолвили:

– Ничего не закончится, Миран. Наоборот, все только начинается.

Генюль говорила чистую правду. Что закончилось? Ничто не станет прежним после сегодняшнего дня. Насколько нормальной может считаться жизнь, построенная на грехе? Миран промолчал. У него не было ответа. Он положил билеты на самолет на прикроватную тумбу.

– После свадьбы поезжайте с тетей в аэропорт. Сарп встретит вас в Стамбуле и отвезет домой. Не выходите из дома, пока я не вернусь.

Миран развернулся, взял куртку и вышел из номера. Генюль всхлипнула и тут же зажала рот руками, чтобы он не услышал ее плач. Теперь он наденет свой черный костюм и станет как ни в чем не бывало играть роль мужа другой женщины? Генюль казалось, что она умирает – настолько сильная боль разрывала ее сердце… Всю ночь ее израненная душа беззвучно кричала. Хуже всего то, что Генюль продолжала жить, будучи уже мертвой внутри. Как и все страдающие женщины…

Миран вернется однажды, снова будет ее мужем, как и обещал, но отныне всякий раз, когда Генюль посмотрит ему в глаза, она увидит в них Рейян. Появление другой женщины между ними – великое предательство!

* * *

Свадебная суета охватила всех в особняке. Большая часть приготовлений успешно закончилась, и все присутствующие с нетерпением ждали прибытия жениха. Рейян казалось, что только что завершился один из этапов ее жизни. Дом, где она родилась и выросла, – уже не ее дом. Все, что осталось, – теплые воспоминания, ком в горле и боль прощания.

Рейян вдруг затаила дыхание: странное напряжение охватило ее. Она пыталась справиться со смешанными чувствами. Волнение, печаль, счастье… Рейян переживала их все одновременно. Ей показалось, что свадебное платье уменьшается и сжимает ее грудь. Она посмотрела на себя в зеркало. Хавин в последний раз все проверяла. Все вещи, которые Рейян возьмет с собой, уже подготовлены. Оставалось всего несколько минут. Совсем скоро она простится с родным Мардином, этим волшебным городом, где она родилась и выросла.

– Рейян, ты намного красивее, чем вчера, Машаллах!

– Да, – поддержала Элиф. – Машаллах, моя дорогая.

Рейян выглядела действительно роскошно. Женщина, которая занималась прической и макияжем Рейян, сегодня очень постаралась, сделав невесту еще красивее, чем накануне, в ночь хны. Рейян улыбнулась, не зная, что сказать, и улыбка ее вышла печальной… Хавин, наоборот, старалась поднять всем настроение и болтала без умолку, пытаясь развеять тоскливую обстановку. Но если бы Хавин не сдержала хоть одной слезинки, Рейян тоже разрыдалась бы. Она и так пролила с утра много слез. Слова матери вонзились в ее сердце точно кинжалы.

– Будь счастлива всю оставшуюся жизнь, дорогая. Не позволяй кому бы то ни было огорчать тебя. Береги свою любовь, несмотря ни на что, и живи на полную!

Вот какую напутственную речь произнесла Ханим Зехра, обрадовав и одновременно огорчив свою дочь. Рейян было очень любопытно… Если мать не любила своего мужа, то зачем вышла замуж? Только для людей? Или она согласилась выйти замуж за нелюбимого человека из-за дочери? Излишне рассуждать, любил ли отчим ее мать: их обоих будто вынудили вступить в этот брак.

Девушки беседовали, наслаждаясь последними минутами вместе, как вдруг в дверь постучали. В комнату вошел Бедирхан, который явно хотел проститься с Рейян наедине. Хавин и Элиф тихо вышли из комнаты. Бедирхан грустно улыбнулся своей сестре, которая и так была готова расплакаться.

Бедирхан был единственной силой, которая удерживала брак ханим Зехры и господина Хазара.

Подойдя к сестре, молодой человек поднял дрожащие руки и нежно коснулся ее щек, затем слегка наклонился и поцеловал ее в лоб. Лицо Рейян покраснело, а на ее глазах выступили слезы. Бедирхан натянуто улыбнулся и покачал головой:

– Не плачь, я пришел сюда не для того, чтобы довести тебя до слез.

Рейян покачала головой и беспомощно улыбнулась своему брату. У них были разные отцы, но общая мать, и это не стало проблемой. Он очень любил сестру, хоть и не показывал этого. Рейян крепко обняла Бедирхана.

– Будь всегда счастлива, сестра, и всегда улыбайся. Надеюсь, печали минуют тебя!

В отличие от Азата, Бедирхан доверял Мирану, не заметив фальши в его глазах. Он был уверен, что Миран сделает Рейян счастливой и позаботится о ней. Бедирхан доверял своему отцу и считал, что раз тот поручился за Мирана, жених не мог оказаться плохим. Никто не подозревал тогда, что они бросают Рейян прямо в огонь.

По просьбе господина Хазара вся семья собралась во дворе. Рейян и Бедирхан вместе вышли из комнаты, и каждый шаг отдавался болью в сердце девушки. Тем не менее она продолжала улыбаться, так как не хотела, чтобы мать видела ее грустной перед отъездом. У дверей особняка выстроились одна за другой свадебные машины. Миран с мрачными мыслями ожидал ничего не подозревающую невесту.

Рейян спустилась во двор и попрощалась с отцом. Он, воспитавший ее до этого возраста, теперь улыбался. Господин Хазар никогда не проявлял сострадания к падчерице, но и никогда не обращался с ней плохо. Он дал ей все, кроме отцовской любви. Рейян поклонилась и почтительно поцеловала его руку. В конце концов, ей никогда не вернуть ему этот долг. Сейчас он выдавал Рейян замуж, избавляясь от нее.

Далее она поцеловал руку дяди Джихана. Господин Джихан очень любил Рейян, всегда видел в ней маленькую раненую девочку и проявлял сострадание. Он всегда желал ей счастья.

Затем Рейян попрощалась с тетей Делал, сестрой Фатимой, Дилан и Хавин, каждой сказала прощальное слово и каждой разбила сердце. Рейян сжала губы, чтобы не расплакаться, но ее сердце ныло, и слезы катились одна за другой по щекам. Наконец девушка подошла к матери и уже не смогла сдержаться. Этот момент больше не повторится… Между ними будто разверзалась огромная пропасть. Как можно прощаться с матерью? Она долго целовала ее руки… Затем крепко обняла, пытаясь облегчить боль, но от этого стало еще тоскливее. Запах матери… Рейян хотела сохранить в памяти ее запах навсегда. Прошлой ночью Рейян плакала у матери на коленях, как маленькая девочка, а затем уснула, но никто не мог облегчить ее боль!

Снаружи доносились звуки барабанов и зурн, призывая невесту как можно скорее покинуть дом. Настал великий момент. Каждая девушка покидала отчий дом с болью в сердце.

Бедирхан подошел к Рейян и трижды обернул красную ленту вокруг талии сестры, а затем обнял ее в последний раз. Рейян и представить не могла, что в этот долгожданный момент испытает такое горе.

В углу двора Азат наблюдал за происходящим, словно посторонний. Как он мог пойти и пожелать любимой девушке счастья в браке с другим? В его душе горел огонь настолько сильный, что Азат едва справлялся с ним.

Наконец, с болью в сердце, и Азат приблизился к Рейян. Украдкой он оглядел ее с головы до ног. Как же ему хотелось, чтобы ему отрезали язык, чтобы ему не пришлось произносить этих слов.

– Надеюсь, ты будешь счастлива, Рейян! – только и смог сказать он.

Едва выслушав благодарность Рейян, Азат убежал от нее как от огня.

– Давай, дочь! – раздался голос отчима. Рейян взяла его руку и направилась к двери, где ее ждал Миран. Совсем скоро отчим отдаст ее руку Мирану. Рейян собиралась отдать свою жизнь, сердце и душу человеку, которого поглотило зло.

* * *

Рейян с улыбкой смотрела на поддельное свидетельство о браке, лежавшее у нее в руках. Фальшивая свадьба закончилась несколько часов назад. Прощаясь с семьей в последний раз, невеста плакала навзрыд. Особенно не хотела она оставлять мать. Теперь Рейян уезжала из этого города и не знала, когда вернется вновь. Она высунула правую руку в открытое окно и махала ей на прощание.

– Прощай, Мардин, прощай, мой прекрасный город. Никогда не забывай меня… Потому что я никогда не забуду тебя…

В этот момент Рейян прощалась с родным городом с ростками надежды в душе.

В это время еще одна девушка со слезами на глазах прощалась с этим городом – Генюль… Несомненно, она тоже никогда не забудет Мардин.

Отныне Рейян стала замужней женщиной. О, как она мечтала об этом моменте! Несмотря на это, она изо всех сил пыталась не плакать от боли расставания с семьей. К тому же Миран всю дорогу молчал. Почему он не говорит ни слова?

Его голубые глаза, блестевшие под нахмуренными бровями, не отрывались от дороги. Миран вел машину слишком быстро, и это заставляло Рейян нервничать. Она лишь молча откинулась назад, ничего не подозревая об опасных мыслях, роившихся в голове у Мирана, а потом отвернулась к окну и стала наблюдать за городом, по которому так будет скучать.

Впереди полтора часа пути. Теперь Рейян была замужней женщиной. Она так мечтала об этом моменте! Помимо своей застенчивости, она изо всех сил пыталась не заплакать из-за своей кровоточащей раны. И к этому пустынному путешествию добавилось молчание Мирана.

Молодожены ехали в Диярбакыр, где собирались переночевать. Через несколько дней они доберутся до Стамбула. У Рейян стало очень тяжело на душе из-за мрачного молчания Мирана, и, хотя она пыталась сопротивляться сну, голова ее уже клонилась набок.

Миран улыбнулся, когда увидел, что Рейян спит. Она будто ребенок. Миран смотрел на нее как на маленькую девочку. Отвернувшись от нее, он чуть сильнее надавил на педаль газа: он хотел попасть домой как можно скорее. Завтра утром он положит конец этой игре и покажет Рейян свой истинный лик.

Уже затемно молодые люди добрались до Диярбакыра. Миран подъехал к туристическому дому, который он арендовал на время, и остановил машину, а затем повернулся к сидящей рядом Рейян. Она все еще спала. Миран наклонился и провел рукой по ее волосам. Девушка удивленно открыла глаза: она даже не поняла, что спала. Рейян подняла голову и посмотрела на Мирана. Он улыбался ей, и это выглядело очень странно.

– Где мы? – спросила Рейян.

– Мы приехали, – спустя некоторое время ответил Миран. – Мы останемся здесь на несколько дней.

Миран снова солгал и вдруг осознал, что именно ложь делает его несчастным. Обычно ему не приходится врать, и он никогда не боялся говорить правду. Миран солгал не в первый раз, но пусть эта ложь станет последней.

Миран вышел из машины и выгрузил чемоданы из багажника. Рейян продолжала сидеть, не зная, что делать дальше. Миран, позабыв о Рейян, нахмурившись, пошел к дому и лишь уже у двери вспомнил о девушке. Он почти ушел домой без нее. Из-за множества мыслей в голове Миран успел позабыть, зачем сюда вообще приехал. Вновь натянув фальшивую улыбку, он обернулся, но тут же улыбнулся совершенно искренне, увидев застенчивость Рейян. Его улыбки при взгляде на девушку – единственное настоящее в этой подлой игре.

Не сводя глаз с Рейян и продолжая улыбаться, Миран вернулся.

– Надеюсь, ты не собираешься провести ночь в машине?

Рейян смущенно улыбнулась и опустила глаза. Мирану она казалась такой наивной и беспомощной. Девушка подобрала подол платья и вышла из машины.

Молодые люди зашли в дом. Миран захлопнул ногой дверь, поставил чемоданы и уставился на Рейян. Что ему теперь делать? Это – второй брак в его жизни. В первый раз Миран впустил в свою жизнь женщину, которую не любил, сделал ее своей, хотя даже смотреть на нее не мог. Эта ситуация почти не отличалась, брак был фиктивным, и хоть Миран не чувствовал к Рейян ненависти, она – дочь его заклятого врага. Он не может ее любить.

Рейян стала осматривать дом и мебель. Дом на самом деле ее не интересовал, – она просто тянула время.

– Дом красивый, – неловко сказала она.

Миран понимал, что Рейян несет бред от волнения. Ни одна мелочь не ускользала от него.

– Да, это так, – улыбнулся он.

Миран жаждал положить конец всему и протянул Рейян руку. Сердце Рейян быстро забилось, она опустила глаза, подала руку Мирану и смущенно побрела за ним. Миран отвернулся, улыбаясь, как победитель. Он сдержал свое слово: усыпил бдительность всей семьи и сумел устроить фиктивную свадьбу с их дочерью.

Миран привел девушку в комнату, отпустил ее руку и закрыл дверь. С этого момента он больше не Миран: всю свою вражду, обиду и ненависть он оставил за дверью. Сегодня вечером он будет тем, кем давно мечтал быть. Он собирался поддаться желаниям и почувствовать себя любимым.

Он подошел к дрожащей от волнения Рейян. Сегодня вечером он выльет всю грязь своего сердца в сердце этой девушки. Без жалости, без колебаний. Он осторожно протянул руки и прикоснулся к ней, как будто ждал этого момента не сорок дней, а сорок лет, и все это время в нем росла огромная тоска. Миран закрыл глаза и медленно поднес ее руку к своим губам.

От нетерпения у него болел живот. Миран ненавидел эту боль.

Рейян чувствовала, будто она вот-вот потеряет сознание. В комнате стояла кромешная тьма, лишь слабо мерцал желтый абажур. Классическая спальня с прикроватными тумбочками кремового цвета. Рейян тщательно осматривалась и обращала внимание на любые мелочи, лишь бы не потерять сознание. Казалось, сердце вот-вот выскочит из груди.

Переполняемая неповторимыми чувствами, девушка не понимала, как такая огромная любовь могла поместиться в ее маленьком сердце. Как так получилось, что эти глубокие, как океан, глаза завладели ее душой? Рейян очень любила Мирана, – так сильно, что хотела всю жизнь смотреть, как он спит, заглядывать в его голубые глаза, слагать о нем песни… Рейян была одинока, и Миран воспользовался этим, став для нее всем.

Миран открыл глаза, взглянул на Рейян и заметил слезы. Он глубоко вздохнул, протянул руку к лицу девушки и вытер слезы.

– Я не хочу, чтобы ты плакала, – голос Мирана дрожал от волнения и чувства вины, – ты должна всегда улыбаться, Рейян.

Она улыбнулась сквозь слезы.

– Всю свою жизнь, – тихо произнесла она, – я буду улыбаться только тебе.

Миран притянул Рейян к себе, положил руки ей на талию и уткнулся носом в ее шею, зарывшись в волосы.

– Будь сегодня со мной такой, будто мы видимся в последний раз.

Миран поднес руку к губам Рейян, предупреждая вопросы.

– Не спрашивай ни о чем, просто люби. Пожалуйста… – тихо произнес он.

Заключая Рейян в объятия, он повторял едва слышно:

– Заранее прости за того человека, с кем ты столкнешься завтра…

Глава 8. Уничтожение

Рейян открыла глаза в первый день своей новой жизни. Она так сладко и беззаботно спала, что, проснувшись, даже не поняла, что проспала все утро. Сначала Рейян занервничала из-за новой обстановки вокруг, но тут же вспомнила, что теперь она замужем, улыбнулась и потянулась в кровати. Она повернулась на другую сторону кровати и обнаружила, что она пуста.

Рейян хотела увидеть Мирана, поэтому быстро встала с кровати, надела халат и собиралась отправиться на поиски мужа. В первый раз в жизни она проснулась в чужой постели и от этого чувствовала себя очень неловко. Уже выходя из комнаты, Рейян заметила записку на двери:

Собирайся и приходи, я жду тебя на завтрак.

Прочитав это, Рейян глубоко вздохнула от приятного волнения и улыбнулась. Тотчас она открыла лежащий на полу чемодан и выбрала голубое платье – одно из тех, что ей купили во время сбора приданого. С трудом расчесав запутавшиеся волосы, Рейян села на пуфик перед зеркалом и оглядела свою косметику. Рейян не очень хорошо умела краситься, но сегодня ей хотелось выглядеть особенно. Она сделала легкий макияж и улыбнулась своему отражению.

На дворе стояла глубокая осень, подходил к концу октябрь. Совершенно непредсказуемая погода то радовала теплом, то отрезвляла холодом. Сегодня темные тучи закрывали небо.

Рейян вышла из комнаты, осмотрелась и нерешительно направилась в сторону кухни. Миран сидел во главе стола, развернувшись спиной. Рейян быстро подошла к нему, села на деревянный стул, взглянула на мужа и улыбнулась. Миран тоже оделся в темно-синюю рубашку.

– Мы выбрали одинаковую гамму, – заметил он, но сразу прижал руку к губам, будто сказал что-то не то. – Доброе утро!

Миран медленно перевел взгляд от стола на Рейян. Пожелание доброго утра он произнес ледяным тоном, заставив Рейян вздрогнуть. Она не поняла, что произошло. Она сделала что-то не так? Чем она могла так разозлить его в первый же день?

Миран пальцем указал на приготовленный им столик с завтраком:

– Давай завтракай.

Рейян же больше не чувствовала голода, хотя ее желудок урчал с самого пробуждения. Девушка ощутила исходящий от Мирана холод и загрустила. Сердце заныло от боли и тревоги. Ком подступил к горлу Рейян, которая будто предчувствовала, что произойдет дальше.

Она оглядела переполненный яствами стол, но аппетит не проснулся. Рейян не застала Мирана в кровати утром, а сейчас он вел себя как чужой человек. Рейян готова была расплакаться. Разве так должен себя вести молодой супруг?

Несмотря на то что стол ломился от всевозможных деликатесов, Рейян была недовольна, хотя ничего не сказала Мирану. Она воткнула вилку в один из пельменей и обнаружила, что Миран за ней наблюдает. Она застенчиво посмотрела в его голубые глаза.

– Почему ты не ешь?

Тусклое лицо Мирана и его безжизненные глаза ничуть не оживились.

– Я не завтракаю, – холодно ответил он.

Рейян опустила голову. Кусок не лез в горло, и она оттолкнула стоявшую перед ней тарелку.

– Я наелась, – обиженно заявила она.

Рейян положила руки на колени и откинулась на спинку. Она ждала, что Миран ответит хоть что-то, хоть бы он и рассердился.

Она не заслуживала такого обращения в первый день замужества. Он собирается всегда так поступать? Рейян посмотрела в его глаза, но ничего не поняла и испугалась их.

Оба молчали. Когда тишина стала невыносимой, Рейян подняла голову и взглянула мужу в лицо. В этот момент ее сердце будто обожгло. Как мог сидящий напротив мужчина с таким пугающим, равнодушным лицом быть ее мужем? Почему ей так страшно? Миран продолжал прожигать ее взглядом. Рейян почувствовала, что проблема серьезная, и уже собиралась спросить Мирана об этом, но он ее опередил.

– Спасибо за прошлую ночь, Рейян, – криво усмехнулся он.

Рейян оцепенела. Некоторое время она пыталась осмыслить услышанное, но так ничего и не поняла. За что Миран благодарит ее? Его поведение совершенно не нравилось Рейян, она хотела, чтобы он вновь стал прежним как можно скорее. Если это шутка, то крайне неудачная. Рейян готова была заплакать, как обиженный ребенок.

– За что? – спросила она дрожащим голосом. – Почему ты благодаришь меня?

Она сжала под столом руки и впилась ногтями в ладони. Всякий раз, когда ей было страшно, Рейян старалась причинить себе боль, но теперь она ничего не чувствовала.

Миран сбросил маску и показал ей свой истинный, мстительный и жестокий лик. Он злобно смотрел на побледневшую Рейян. Голубые глаза, раньше напоминавшие океан, превратились в ледники.

Миран расцепил сжатые руки и облокотился на стол. Встретившись взглядом с Рейян, он опасно улыбнулся.

– Жаль тебя, – тихо промолвил он, – ты правда надеялась, что станешь моей женой?

Казалось, мир перевернулся и время остановилось. Слова Мирана гулким эхом звучали в голове Рейян, девушку будто ударили по лицу. Может, она все еще спит и происходящее вокруг – всего лишь страшный сон? Это наверняка просто очень плохая шутка! Глаза Рейян округлились, сердце неудержимо стучало. Рейян никак не могла разобраться в происходящем.

– Что это значит? Я ничего не поняла, – только и спросила она.

Миран медленно поднялся со стула и бросил взгляд на озадаченное лицо девушки.

– Ты мне не жена! – бросил он и вышел из кухни.

Рейян поднялась и неуклюже побрела за ним, все еще надеясь, что это лишь злая шутка. Иначе весь мир рухнет, а она погибнет. Миран вдруг остановился и повернулся лицом к ней.

– Знаешь, Рейян, отцы порой вершат судьбы своих детей.

Рейян все еще ничего не понимала.

– Я ничего не понимаю. Что ты имеешь в виду? – дрожащим голосом уточнила она.

– Я и не жду, что ты поймешь, поэтому сразу перейду к делу. Ты знаешь, кто я? – спросил он с сарказмом, который к концу предложения превратился в угрозу.

Рейян поглотило отчаяние. Слова, срывавшиеся с губ Мирана, причиняли ей боль. Она чувствовала перед ним страх.

– Миран… Мне страшно!

– Ответь на мой вопрос. Ты знаешь, кто я? – настаивал он.

– Я не знаю… – покачала головой Рейян. Слезинки одна за другой покатились по ее щекам.

– Разумеется, ты не знаешь… – Миран оторвал от стоявшего рядом огромного цветка лист и сжал его в ладони. Рейян наблюдала, как он медленно и невозмутимо рвет его на части. Он так и говорил всем видом: «Чем ты отличаешься от этого листочка?»

– Я – не тот Миран, которого ты знаешь, – пугающе произнес он. – Ты бы не хотела знать настоящего меня. По мнению некоторых людей, я – одержимый жаждой мести злодей. Как по мне, я просто вершу справедливость. Твой отец – виновник тому, что я стал таким. И теперь я натешусь над ним.

Голос Мирана оставался спокойным, мужчина будто говорил о повседневных вещах, и Рейян никак не могла принять того, что все это происходит наяву и что это не злая шутка, как она продолжала надеяться.

– Я пообещал себе, что сполна воздам ему за все, что он отнял у меня, изведу его. И я держу свою клятву – использую тебя, как первую ступень на пути к своей мести.

Миран выпустил лист из руки и посмотрел на Рейян. Ему было все равно, плачет ли она или дрожит от страха. Он подошел к ней ближе и развел руки в стороны.

– Ну как, хорошо я тебя провел?

Рейян боролась с желанием влепить ему пощечину. Ее кровь застыла, язык будто онемел, а разум был опустошен. Она была слишком сбита с толку, чтобы сформулировать свои мысли, извергать проклятия и кричать, какой презренный он человек. От шока Рейян не могла до конца понять, что происходит.

– Я сбита с толку. Почему ты так со мной поступаешь? – Рейян прижала руку к дрожащим губам. Из ее глаз продолжали течь слезы.

– Я солгал тебе, Рейян, я обманул тебя! – прогремел голос Мирана, и Рейян в страхе зажмурилась. – Ты что, не понимаешь? Думаешь, это – шутка?

Он взял руки Рейян и прижал их к своей груди.

– Человек, которого ты сейчас касаешься, – твой злейший враг!

Рейян всхлипнула. Она не знала, был ли этот человек ее врагом, но точно знала, что он – ее убийца. Даже прикосновения к нему были сейчас смерти подобны.

– Ты… Ты… Кто ты, Миран? – собравшись с мужеством, Рейян взглянула в жестокие глаза Мирана.

– Миран Караман, – мрачно ответил он. – Я – сын человека, которого много лет назад убил твой отец!

Миран взмахнул рукой, отмахиваясь от Рейян, и она упала на пол.

– Теперь ты понимаешь? – спросил он.

Рейян перевела полные слез глаза на него, но ничего не смогла ответить от дрожи в теле. Она была уничтожена и будто потеряла способность мыслить, воспринимать происходящее. Кровь застыла в жилах. Неужели его слова – правда? Рейян все бы отдала, чтобы происходящее оказалось лишь дурным сном… Однако теперь она начинала понимать, что все реально.

Рейян беспомощно прижала руки к лицу и зарыдала. Она не хотела плакать, но не могла остановить бурный поток слез.

– Я-то что сделала тебе, что?

Но разве кого-то волновал ее возмущенный крик?

Миран молча отвернулся, и для Рейян наступил конец. К некоторым смерть приходит еще при жизни. Она с надрывом прокричала вслед:

– Куда ты идешь, Миран? Не бросай меня!

Миран замер на пороге. Еще рано утром он сложил свои вещи в машину. Ему оставалось только захлопнуть за собой дверь и уйти, не оглянувшись и не попрощавшись.

Он развернулся и бросил взгляд на Рейян.

– Игра окончена, занавес спущен, дорогая. Иди своей дорогой, а я пойду своей.

Эти слова ранили Рейян, и невозможно описать словами ту боль, которую она испытала в тот момент. Чем она заслужила все это? Она просто любила его всем сердцем и душой и слепо доверилась этому мужчине!

– Ты не мог лгать, когда признавался мне в любви. Ты говорил слишком искренне! – пробормотала Рейян, но Миран не услышал ее слов. Она прижала руку к груди, почувствовав биение своего сердца. Почему она не может быть сильной? Овладеть своим измученным телом и встать перед Мираном. Как осмыслить и принять такой ужасный обман?

Рейян посмотрела на Мирана. Глаза, которые были ей так дороги, больше не смотрели с любовью, а источали ненависть. На самом деле любви в них не было и раньше… Рейян лишь путала азарт с искренними чувствами. Как же она ошибалась… Она силилась встать, но дрожащее тело не слушалось. Миран надломил ей крылья, разбил сердце…

Мужчина наклонился и, почесывая бороду, встал рядом с Рейян на колени, чтобы сказать последние слова:

– Вот и все. Теперь возвращайся туда, откуда пришла. И не забудь передать привет Хазару Шаноглу от Мирана Карамана!

И он медленно поднялся. Сейчас он повернется спиной и никогда больше не увидит Рейян, перевернет еще одну страницу в своей книге жизни. Он много раз представлял эту сцену и предвкушал удовольствие, но сейчас он испытал беспричинную горечь вместо радости мести. Миран решил, что нужно держаться от Рейян подальше, чтобы избавиться от этого чувства. Все кончено. Он уже собирался открыть дверь, но его остановили слова Рейян.

– Я никогда этого не забуду, – выдавила она между рыданиями. – И ты тоже не забудешь. Я не дам тебе забыть!

Лицо Мирана мгновенно изменилось. Он обернулся в последний раз.

– Знаешь, есть поговорка. Если ты – огонь, то жги все вокруг. Делай все, что в твоих силах.

Больше не имело смысла препираться с ней. Миран открыл дверь и ушел без оглядки.

Рейян вновь прижала руки к губам, глядя Мирану вслед. Ей никогда не приходилось так страдать раньше. Уходя, Миран забрал с собой ее сердце, радость и жизнь. Девушка задыхалась от слез. Первый раз в жизни она плакала так сильно, впервые в жизни слезы обжигали ее сердце!

Она влюбилась и распахнула для кого-то свое сердце впервые в жизни, и этот удар оказался невыносимым. Рейян хотела встать, побежать за ним, остановить прежде, чем он уедет, но не нашла в себе сил даже пошевелиться. Миран сел в машину, и Рейян больше не могла его видеть. До нее донесся шум колес по грунтовой дороге.

Миран сделал все, как планировал. Оставил дочь Хазара сразу после женитьбы. Но она была ранена куда сильнее, чем он ожидал.

Теперь Рейян осталась одна с обугленным сердцем, разрушенными надеждами, щемящей болью в груди и заплаканными пустыми глазами. Она задыхалась и умирала внутри. Ни одно любящее сердце не заслуживает подобного унижения. Рейян предстояло с достоинством пережить свою печаль и ненависть.

Глава 9. Израненное сердце

Некоторые мужчины любят женщину самозабвенно и безусловно. Такие мужчины трепетно хранят свою любовь в глубине души, больше всего боясь ранить дорогого человека. Однако не все женщины ценят подобную искренность и отвергают любящие сердца, оскорбляя чистоту их чувств.

Некоторые же мужчины рушат все хорошее вокруг себя, ломают и выбрасывают. Когда приходит время, такие мужчины безжалостно уничтожают свою любовь, оставляя после себя лишь пепел. Вот он, этот бесконечный порочный круг. Хорошие женщины влюбляются в негодяев, которые их обижают. Добрые сердца редко выбирают друг друга, а если подобное чудо происходит, то превращается в легенду, которая передается из уст в уста и воспевается.

Рейян стала одной из этих жертв. Она больше не та маленькая девочка, которая сладко засыпала на коленях у матери. Ее молодость и невинность раздавил грязный и лицемерный человек. Рейян повзрослела за одну ночь, вкусив один из самых горьких плодов мира.

Горькая правда наконец достигла сознания Рейян, и сердце ее наполнила пустота. Рейян нашла в себе силы подняться. Слова Мирана эхом повторялись у нее в голове, и Рейян гневно закричала, чтобы заглушить этот шум, и не умолкала, пока не почувствовала боль в горле. Затем взгляд Рейян упал на дверь, она встала и неуклюжими шагами покинула дом, оставленный Мираном. Новое голубое платье было все помято и запылено.

Рейян вышла из дома и побежала по улице. Она мечтала увидеть его на углу, в конце улицы… Ей казалось, что он сидит где-то за поворотом на булыжнике и ждет ее, но его все не было. Рейян, все еще отрицая горькую правду, металась налево и направо, слезы текли по щекам без остановки, а губы повторяли одни и те же слова:

– Миран, где ты?

Мужчина, которого она безумно любила, ушел и оставил ее. Рейян выбилась из сил и упала на колени прямо посреди улицы. Прохожие смотрели на нее с жалостью и брезгливостью. Последняя искра надежды угасла, и Рейян с трудом побрела назад к дому, дрожа всем телом. Сердце Рейян обливалось кровью: безжалостный человек ранил ее и лишил всего.

В изнеможении она вошла в дом, и ей показалось, что стены вот-вот обрушатся на нее. Рейян нервно теребила свои волосы. Когда ее втянули в эту игру? Как она могла так слепо влюбиться в этого ужасного человека?

С какими надеждами Рейян вошла в этот дом прошлой ночью! Мечты о новой жизни в Стамбуле с любимым превратились в горький сон. Рейян хотела крушить все вокруг.

Она все еще слышала слова Мирана.

– Я молю Бога, – пробормотала она. Горло пересохло, и ее голос звучал глухо. – Пусть он не забудет мое лицо. Пусть видит меня во сне каждую ночь. Пусть мое лицо станет для него ночным кошмаром!

Рейян приоткрыла дверь спальни, боясь войти. Первое, что бросилось ей в глаза, – кровать.

«Так вот для чего были все эти ухищрения? Приготовления, пышная свадьба… Неужели только ради мести?»

Рейян подошла к кровати и начала с остервенением рвать простыню, чтобы выместить зло. Наконец силы иссякли, и Рейян в изнеможении села на край кровати. События проносились перед глазами, как кино. То время, что она провела с Мираном, стало для нее целой жизнью.

Рейян заметила свою сумку в кресле. Она взяла ее и достала оттуда свидетельство о браке. В голове роилось нескончаемое множество вопросов, но не было ни одного ответа. Если он собирался ее бросить, то зачем вообще женился? И тут Рейян догадалась: «Миран Караман!»

В свидетельстве о браке написана другая фамилия. Рейян непроизвольно прижала руки к открывшимся губам. Она никогда и не была замужем. Все это – лишь подлая игра! Девушка перевела взгляд на чемодан. Все ее вещи остались на месте. Миран ничего не тронул.

Рейян стала размышлять о том, что будет дальше. Она ошибочно полагала, что ее жизнь кончена. Ей некуда идти, негде укрыться! Другого дома, кроме особняка, у нее нет, но вернуться туда – невозможно. Они организовали настолько грандиозную свадьбу, что о ней знал весь Мардин. Кто знает, что случится теперь? Наверняка Рейян станет объектом насмешек и осуждения. Кто останется благосклонным к брошенной женщине, даже если она невиновна? Рейян одолевали мрачные мысли. Наверняка теперь ее выдадут за вдовца с ребенком, за мужчину вдвое старше ее. Рейян знала, что кроме матери никому до нее нет дела.

Еще одна мысль не давала ей покоя. Неужели ее отчим, Хазар Шаноглу – убийца? Почему никто в особняке об этом не знает? Наверняка все держалось в секрете по какой-то очень важной причине. Тем не менее почему Миран решил уничтожить именно ее жизнь?

Так она размышляла несколько часов, не видя ни малейшей надежды на светлое будущее. Рейян медленно встала и потянулась к телефону на тумбочке, чтобы позвонить матери. Сейчас она либо поддержит ее, либо нет. Рейян не собиралась возвращаться в особняк: это все равно что идти на верную смерть.

Рейян сходила с ума. «Возвращайся туда, откуда пришла!» – звучало в ее голове. Она ни за что не сделает того, что он хочет, даже под угрозой смерти не войдет в особняк в таком жалком состоянии.

* * *

Прошло несколько часов с тех пор, как Миран вернулся в родной город. Время никогда не приносило столько боли: Рейян не покидала его мысли, ее рыдание эхом звучало в его голове. Вопросы не давали покоя. Интересно, вернулась ли Рейян в Мардин? Узнал ли Хазар Шаноглу ужасную правду?

В Стамбуле вечерело. Воздух становился все холоднее, алое небо прощалось с заходящим солнцем. Когда Али открыл дверь машины, Миран неохотно выбрался с заднего сиденья. Как лиса, вернувшаяся в курятник. Это – его судьба. Миран не мог долго оставаться дома. Чем меньше он проводил времени с Генюль, тем лучше становилось его психическое здоровье. Миран предпочитал проводить большую часть времени в компании своего верного друга Али.

За коридором, увешанным картинами и фотографиями, располагался просторный зал. Лестница из холла вела в прихожую, через которую можно пройти на кухню. Второй этаж занимали спальни. Миран и Али не застали Генюль в гостиной. Тщательно украшенный и роскошно обставленный дом производил на посетителей впечатление, что его обитатели – совершенно счастливые муж и жена. Когда-то давно Генюль заставила Мирана сделать много совместных фотографий, а затем развесила эти фотографии по всему дому. Она никогда не вынесет сор из избы, никогда не позволит друзьям сплетничать о ней.

Миран упал в одно из кресел и облокотился на спинку. Он хотел прогнать все мысли и проспать много часов. Он не мог предсказать, что произойдет дальше. Возможно, Азат станет его искать, чтобы восстановить справедливость. Миран открыто объявил войну Хазару Шаноглу. В опасной войне, которая вот-вот разгорится, уже появилась первая жертва – Рейян. Миран нанес ей самый страшный удар. Теперь он – не единственный, кто не сможет спать по ночам.

– Ты пришел, – Миран услышал укоризненный голос Генюль, посмотрел на нее и медленно кивнул.

Глаза Генюль казались впавшими от бессонных, полных слез ночей. Она села рядом с Мираном. Человек, пообещавший вернуться, сдержал слово. На следующий день после свадьбы он положил конец своей грязной игре и вернулся к настоящей супруге. Глаза Мирана смотрели на Генюль с грустью, но без гнева. Генюль отвернулась. Она больше не хотела смотреть на него, прикасаться к нему, обнимать. Миран казался ей грязным, порочным, он больше не принадлежал ей. Он изменил ей.

Генюль думала о Рейян. Кто знает, как она теперь? Генюль не хватило мужества не задавать лишних вопросов: любопытство не давало покоя. Она поинтересовалась:

– Где она?

Миран разозлился от этого вопроса: он много раз предупреждал Генюль не спрашивать о Рейян после того, как все кончится. Генюль в страхе опустила голову, встретив суровый взгляд мужа.

– Она там, где должна быть. Разве я не велел тебе больше не говорить об этом? – Миран продолжал говорить, не дожидаясь ответа, вымещая всю злость на своей жене. – Никакая Рейян никогда не появится в моей жизни! Сделай вид, что этого человека никогда не существовало, и больше не смей об этом упоминать!

Миран встал и отправился наверх по лестнице. Перед уходом он, не оборачиваясь, еще раз предупредил жену:

– Я устал и пойду спать. Буду очень признателен, если ты не станешь меня беспокоить!

Миран прошел в спальню и бросился на кровать, изнемогая от боли во всем теле. Он редко оставался на ночь в спальне, чтобы не делить постель с Генюль. Он не хотел находиться с ней рядом.

Створки массивных великолепных окон были широко распахнуты, и проносившийся по комнате ветерок трепал волосы Мирана. Он попытался выкинуть из головы Рейян, закрыл глаза одной рукой и попытался уснуть. Миран утешал себя, что со временем забудет всю эту историю.

Он не предполагал, что муки совести будут так сильны.

Непонятно, сколько прошло часов, когда в тяжелой тишине ночи раздался телефонный звонок. Во время своего пребывания в Мардине Миран пользовался другим телефоном, а этот оставил в Стамбуле. Он ответил на звонок. Сон моментально отступил, когда Миран понял, что звонят из Мардина.

– Слушаю, Мурат. Как обстоят дела?

Человек Мирана по плану должен следить за особняком несколько дней после свадьбы и доложить обстановку после возвращения Рейян. Миран изнывал от любопытства.

– Мисс Рейян не вернулась домой, сэр.

Лицо Мирана вытянулось, а брови нахмурились.

– Она до сих пор не пришла?

– Нет. Я позвонил вам из-за необычной ситуации. В три часа ночи из особняка выбежала плачущая женщина и быстро куда-то направилась.

– Следуй за ней, не упусти ее, – ответил Миран.

Миран понял, что муки совести не позволят ему уснуть. Он не сомневался, что Рейян отправится в особняк, когда оставлял ее в Диярбакыре. Разве у нее есть другое место, куда она может пойти? Почему она не побежала к отцу рассказывать о произошедшем?

Кроме того, беспокоили слова Мурата. Кто же та женщина, которая вышла из особняка? Почему она плакала? Это как-то связано с Рейян? И самое главное… Где сейчас сама Рейян?

Миран спешно окликнул Мурата, который уже хотел прощаться с ним. Как бы тщательно он ни продумал свой план, некоторые детали все же упустил. Он выпалил в трубку:

– Срочно отправляйся в дом в Диярбакыре! Проверь, там ли Рейян. Если нет, найди ее. Ты понял? Найди!

Спустя два дня…

Рейян сидела на подоконнике, положив руки на колени, устремив заплаканные глаза на полумесяц в небе. Лунные лучи, рассекающие темное небо, освещали половину ее лица. Слезы медленно текли по щекам. Рейян вспоминала события, произошедшие пару дней назад, и чувствовала себя как героиня грустного фильма – такой беспомощной она оказалась… Казалось, ее душа осталась запертой в том доме. Она вспоминала, как позвонила матери, как рассказала ей о произошедшем, не подозревая, как это повлияет на ханим Зехру. Мать никак не могла осознать чудовищную правду. Кроме того, в ее голове не укладывалось, что ее муж мог оказаться убийцей. Кроме того, как брак ее дочери мог стать уловкой для мести? Как женщина, которая приходила свататься, могла оказаться настолько бесчестной? Как могли они лгать, не побоявшись Бога?

Зехра со слезами умоляла Рейян вернуться в особняк, но девушка категорически отказалась. Как она могла вернуться на следующий же день после свадьбы, будто ничего не произошло? В итоге Рейян убедила мать помочь ей.

– Ты – моя мать, – говорила она. – Кто у меня есть еще, кроме тебя? Кто еще обо мне позаботится?

Рейян после разговора с матерью провела дома еще несколько часов. Телефонный звонок стал для нее спасением.

Она собрала все полезные вещи, подхватила чемодан и выбежала из дома. Теперь она отправится туда, куда должна: в Стамбул, хоть и без Мирана. Рейян осталась одна, хотя должна была оказаться в объятиях любимого мужчины. Она не могла поверить в правдивость лжи и ощущала, как сон, в который ее заставили поверить, превращается в кошмар.

Несмотря на свои подозрения и сомнения, что мужчина с прекрасными голубыми глазами любит ее, Рейян полюбила Мирана и приняла его. То, что они пережили за столь короткое время, – прекрасный, чудесный сон. К сожалению, рано или поздно человек просыпается. Рейян очнулась от своего прекрасного сна и оказалась в кошмарной реальности, столкнувшись с горькой правдой.

Рейян остановилась в доме пожилой женщины в Стамбуле, в районе Ускюдар. Владелица дома, госпожа Сыдыка, когда-то была кормилицей матери и тети Рейян. Два дня назад ханим Зехра связалась с этой женщиной, рассказала о тяжелом положении дочери, и пожилая женщина без вопросов приняла Рейян. Ханим Зехра велела дочери срочно лететь в Стамбул и обещала, что ее встретят в аэропорту.

Сначала обе колебались, ведь все же поездка в Стамбул, в город, где жил Миран, мучительна для Рейян и ужасна для ее матери. Что, если однажды они где-нибудь встретятся и Миран сделает что-нибудь плохое ее дочери? Ханим Зехра очень беспокоилась, но позже отбросила эту мысль. Разве можно встретиться в таком большом городе? Но мир… мир куда меньше, чем кажется. Что, если Рейян сама захочет найти Мирана? Вопреки своим сомнениям женщина отправила свою дочь в большой город, полный опасностей.

В конце концов, для Рейян сейчас не было места опаснее, чем особняк.

Рейян растерялась, когда после скучного полета ступила в город, которого никогда не знала. Многолюдный аэропорт был наполнен иностранцами. Рейян в детстве несколько раз приезжала в Стамбул, но ничего не помнила. Она почувствовала головокружение, и вдруг какой-то молодой человек схватил ее за руку. Она посмотрела на незнакомца, будто спрашивая, что происходит, и, заметив улыбающуюся женщину, сидевшую рядом с ним, почувствовала облегчение.

– Тетя Сыдыка? – нерешительно уточнила Рейян и глубоко вздохнула, когда старушка утвердительно покачала головой. Рейян понятия не имела, как эти люди нашли ее так быстро, но не нашла в себе сил спросить. Мужчина с интересом наблюдал за Рейян.

Она не могла вспомнить ничего после полета на самолете и встречи с ханим Сыдыкой и тем мужчиной. Все события, произошедшие дальше, будто скрылись в тумане. Рейян вновь заметила этого мужчину, когда проснулась в новом доме. Она непонимающе смотрела на человека, имени которого не знала. Интересно, почему он так заинтересовался ею?

– Ты в порядке, Рейян?

Она утвердительно кивнула в ответ.

– Не бойся, – протянул руку молодой человек. – Меня зовут Фырат, я – врач.

Рейян застенчиво пожала руку, и мужчина продолжил, указывая на госпожу Сыдыку, в беспокойстве стоявшую рядом:

– Это – моя бабушка.

Он чувствовал необходимость представиться из-за взгляда Рейян.

– Ты потеряла сознание от усталости. Ты должна лучше питаться и больше пить.

Больше Фырат ничего не сказал и не стал спрашивать, почему Рейян пришлось переехать в Стамбул. Он вышел из комнаты, немного поговорил с ханим Сыдыкой и удалился. С тех пор он не приходил. Рейян хранила молчание в течение двух дней и почти не разговаривала с госпожой Сыдыкой. Женщина, видя ее состояние, сразу поняла, что произошло что-то плохое, и ни о чем не расспрашивала, решив, что Рейян расскажет сама, когда будет готова.

* * *

Рейян шла на поправку и часто разговаривала с мамой по телефону. Обитатели особняка понятия не имели о произошедшем и полагали, что она очень счастлива. Особенно – отчим… Он гордился, что устроил пышную и достойную свадьбу дочери и избавился от нее.

…Две ночи Рейян провела без сна, лишь сидела у окна и смотрела в небо. Она не притрагивалась к еде, которую заботливо готовила госпожа Сыдыка, и почти не пила. Душевную боль заглушала телесная.

Хотя со свадьбы прошло всего три дня, Рейян казалось, что пролетело три года. Наблюдая, как колышутся ветки деревьев, девушка приоткрыла окно, и ворвавшийся в комнату порыв ветра растрепал ее волосы. Рейян лишь стояла на месте, даже не пытаясь убрать упавшие на лицо локоны. Все вокруг напоминало об этом человеке. О его прикосновениях, поцелуях, его запахе… Внутри Рейян разгоралось пламя, огонь пожирал ее. Оставленные на сердце раны нестерпимо болели.

Рейян не могла описать свои страдания, которые не покидали ее с того дня, как Миран ушел. Даже слезы не приносили облегчения. Она будто умирала с каждой минутой. Рейян задумалась на мгновение… Испытывала бы она такую же боль, если бы она не любила Мирана? Может быть, нет… Скорее всего, ее бы просто поглотила ярость. Но она любила, и ее сердце безжалостно разбили…

Из беды, в которую угодила Рейян, выбраться очень трудно. Девушка не знала, что должна испытывать по отношению к Мирану. Он быстро вошел в ее жизнь и так же стремительно ее покинул. Несмотря на то что они провели вместе так мало времени, Рейян казалось, что Миран всю ее жизнь был рядом. На самом же деле в ее жизни никогда не было человека по имени Миран!

Девушка следила глазами за светом луны, и ее дыхание вдруг перехватило. Как странно. Он был там, где не должен был. Многозначительные слова ее любимого поэта сорвались с языка:

Мы в одном городе, ты и я,

Но нас никогда не существовало!

Глава 10. Страх

Сердце Мирана окаменело окончательно, и ничто не могло его смягчить, ничто не трогало. После произошедшего Миран стал еще более жестоким и не задумываясь причинял людям боль. Больше всех страдали Генюль и сотрудники Мирана. Он не понимал, что стало причиной его поведения, ведь месть наконец свершилась. Что же пошло не так? Что-то сводило его с ума… Но что?

Той ночью Миран отправил одного из своих людей в Диярбакыр, чтобы найти Рейян, но, как он и ожидал, ее там не оказалось. Найти ее не смогли. Ее исчезновение сводило Мирана с ума. Все это не вписывалось в его план. Рейян должна была вернуться в особняк, рассказать о случившемся домочадцам и, главное, его злейшему врагу, и лишь тогда Миран получит то, чего хотел. Куда пропала эта девушка?

Наконец Мирану пришло в голову проверить списки пассажиров аэропортов и терминалов в Мардине и Диярбакыре за последние два дня. Он с изумлением обнаружил, что Рейян прибыла в Стамбул через несколько часов после него.

Миран не ожидал, что она окажется такой милой девочкой и отправится за ним, особенно после того, как он бросил ее так. Ему начало казаться, что Рейян вот-вот появится и отомстит ему за то, что он сделал. Неужели он боится? От этих мыслей Миран расхохотался как сумасшедший. Неужели он, мужчина, который никого никогда не боялся, без страха нанес удар в спину главе этой семьи, испугается маленькую девочку?

Нет, Миран боялся не Рейян, а того, как бешено билось его сердце, когда он видел ее. До сих пор он владел своими эмоциями, руководствовался лишь разумом. После всего пройденного он не позволит своему сердцу взять над ним верх! Иначе ему придет конец, а все его планы и тяжелый труд окажутся напрасными.

Миран ходил по своему кабинету кругами, как загнанный в клетке зверь, как вдруг дверь внезапно распахнулась. Миран терпеть не мог, когда к нему так грубо врывались на рабочем месте.

– Сколько раз я должен повторять? – Он не закончил фразу, столкнувшись лицом к лицу с угрюмой женой.

– Твои правила меня не волнуют, Миран.

Он взглянул на вошедшую Генюль и сел в кресло. Как всегда, у нее мрачное лицо, нахмуренные брови. Миран покрутил ручку между пальцами и помахал ею Генюль.

– В моем офисе правила распространяются на всех, включая тебя.

Генюль равнодушно пожала плечами, будто не услышала его слов.

– Я хочу кофе. Без сахара.

Миран поднял брови, пропустив слова жены мимо ушей.

– Зачем ты пришла сюда?

Генюль больше не могла этого терпеть. Она пыталась стойко переносить все испытания, несмотря на произошедшее, пыталась уделять Мирану внимание, продолжала любить его, но он упорно не замечал ее стараний, и это убивало Генюль.

– Зачем я пришла? – печально спросила она, и на глазах выступили слезы. – Вчера ты вернулся очень поздно, я не дождалась тебя и уснула. Утром ты ушел так рано, что я не застала тебя, когда проснулась.

Миран раздраженно закатил глаза. От каждого слова Генюль кровь закипала в его жилах и терпение иссякало.

– Ты пришла, чтобы сказать это, Генюль? – спокойным голосом спросил он.

Ее глаза затуманились от всколыхнувшейся боли.

– Думаешь, я пришла для этого, Миран? – Она содрогнулась от гнева из-за того, что муж упорно избегал ее взгляда, и ее голос задрожал. – Я жаждала увидеть твое лицо. С тех пор как в нашей жизни появилась Рейян, ты отдалился от меня. Ты не видишь меня, не слышишь! И, что печальнее всего… ты меня не любишь, – пробормотала она последние слова и слабо вздохнула.

Мирана утомляли ее жалобы. Он не мог дышать: любовь, казалось, сжимала ему горло. Кроме того, тоска Генюль была для него словно пытка.

– У меня слишком много работы, Генюль. – Миран разбирал лежавшие перед ним файлы совершенно равнодушно, будто жена не сидела перед ним. – Я отсутствовал на работе больше месяца, накопилось множество дел. Я не справляюсь. Я занят, пойми меня.

– Ты солгал своему дяде? – неожиданно спросила Генюль.

Миран поник окончательно. Он поднял голову и сердито взглянул на жену:

– Что я тебе сказал? Не смей говорить с моим дядей!

Генюль не отвечала. Она встала и подошла к огромному окну, которое занимало половину стены. Кабинет располагался на верхнем этаже, и весь Стамбул лежал как на ладони. Глядя на море, Генюль сказала то, что наверняка рассердило бы Мирана.

– Если бы мы не ездили в Мардин из-за этой девушки, то могли бы сейчас проводить время вместе.

Мирану уже стало все равно. Несмотря на его запреты, Генюль упорно продолжала вспоминать Рейян. Он больше не чувствовал необходимости отвечать. Его молчание вынуждало Генюль продолжать говорить. Ошеломленный Миран расстегнул верхнюю пуговицу на рубашке, чтобы было легче дышать. Этому браку всего год, а он уже не дает ему жить. Он уткнулся в монитор, ожидая, что Генюль скоро сдастся и замолчит, но он ошибался. Внезапно перед ним упал лист бумаги.

– Что ты делаешь, Генюль? – слишком резко спросил он.

Миран взял бумагу и с удивлением обнаружил поддельный больничный лист на имя Генюль.

– Что это? – строго поинтересовался он. – Что ты задумала?

– Я спасла тебя от твоего дяди, – высокомерно ответила Генюль. – Как ты собирался объяснять свое столь длительное отсутствие в Стамбуле? Я сказала, что сильно заболела и мы уезжали лечиться. И твой дядя поверил. Ты хоть представляешь, что было бы, если бы он узнал о твоих делах?

Миран сжал кулаки и яростно процедил:

– Это на тебя давило, Генюль? Я не боюсь своего дядю, так почему ты-то боишься? – Миран больше не мог выносить тяжелого состояния жены. Он потянулся к рабочему телефону на столе, поднес трубку к уху и резко приказал: – Ко мне в кабинет, Сарп!

Генюль молчала, понимая, что делает Миран. Дверь отворилась, вошел мужчина с опущенной головой. Миран спокойно спросил:

– Ты отведешь Генюль домой?

Девушка гневно покинула кабинет, а Сарп отправился следом. Миран вздохнул с облегчением, когда дверь за ними закрылась, и откинулся на спинку стула. Он не мог избавиться от этой безумной женщины и разорвать их брак.

Вскоре дверь снова отворилась. На мгновение Миран подумал, что Генюль вернулась, и нахмурился, но увидел входящего Арду и мгновенно успокоился.

– Ты опять?

– Что такое? Я тебя раздражаю? – усмехнулся Арда.

Миран улыбнулся. Арда – один из тех немногих людей, кто всегда может заставить его улыбнуться. Их дружба зародилась еще в школе, и с того времени они оставались неразлучны, словно братья. После того как Миран вступил во владение наследством, получив компанию отца, он вел дела вместе с Ардой. Дядя тоже играл важную роль в жизни Мирана, так как он все это время заменял ему отца.

– Как ты себя чувствуешь? – неожиданно серьезно спросил Арда. – Что происходит в твоей голове?

– Ничего… – Миран раздраженно взъерошил волосы руками.

– Почему ты такой нервный, когда должен быть счастлив? – с намеком поинтересовался Арда, поддевая Мирана. Арде не нравилась идея мести с самого начала, из-за этого друзья много раз напрасно ссорились, но никто не мог отговорить Мирана от его решения.

– Все пошло наперекосяк, – произнес Миран, оперевшись о стол. – Рейян не вернулась в особняк, Хазар ни о чем не подозревает. Более того, она может появиться здесь в любую минуту!

– Допустим, вы с ней столкнетесь. Что произойдет?

Миран скрестил руки на груди. Он не мог ответить на вопрос, так как не знал, что делать. Он глубоко вздохнул и взглянул в окно.

– Она где-то в этом городе, дышит со мной одним воздухом.

– Почему тебя это так волнует? – спросил Арда, пытаясь найти главную причину этой проблемы. – С Рейян все кончено. Тебе остается ждать ответных действий ее отца.

Миран не ответил, и Арда, как обычно, продолжил его упрекать:

– Ты буквально играл с огнем. Знаешь, что значит для этой семьи честь? Тебе без суда пустят пулю в лоб!

– Я начал эту войну не для того, чтобы умереть. Я не проиграю в этот раз! – прошипел Миран сквозь стиснутые зубы. Он прижал руки к вискам, пытаясь унять ноющую боль в голове. – Иногда я не могу дышать, мой брак меня душит…

Арда откинулся на спинку стула и скрестил руки, глядя прямо на Мирана. Он видел, как мучается его несчастный друг.

– Я много раз тебя предупреждал в прошлом году. Ты не должен был жениться на Генюль. Посмотри на себя… Ясно как божий день, что ты ее не любишь. Теперь, когда вы оба страдаете, тебе стало лучше?

– Иногда мне хочется биться головой о стену. Будь проклят тот день, когда я сказал, что не могу бросить Генюль, и согласился на свадьбу.

– Ты не в силах изменить прошлое, но ты можешь избегать в будущем ошибок, о которых будешь сожалеть. – Арда указал пальцем на Мирана, словно обвиняя. – К сожалению, ты продолжаешь совершать чудовищные ошибки. Не буду лгать, – продолжил Арда. На его лице появилось странное выражение, будто он боялся собственных слов. – Последнее, что ты натворил, ужаснуло даже меня. Ты не должен был трогать Рейян, Миран, и использовать невинную девушку в своих целях. То, что ты сделал…

Гневные крики Мирана прервали его речь:

– Ошибка или нет, тебе что?! Я ни капли не жалею и воспользовался бы этой девушкой снова, не задумываясь! Никто не вправе вмешиваться в мои дела, даже ты, Арда!

Миран вскочил со стула и вышел, хлопнув дверью. Он готов был поссориться даже с таким близким человеком, как Арда. Гневно сжимая кулаки, Миран направился к лифту. Нет, он не утверждал, что невиновен, но нападки тети, Генюль и Арды стали совершенно невыносимы.

В лифте Миран невольно взглянул в зеркало. В глубине его выразительных глаз скрывались и ужасный преступник, и беспомощный ребенок. Миран готов ответить за свои слова. Приливы неописуемых эмоций испортили ему настроение. Поверни время вспять – он все равно женился бы на Рейян. Но сможет ли он оставить ее на этот раз? Он не знал…

Миран шел извилистой каменистой дорогой, будто попал в лабиринт. Он окончательно запутался, сердце его было в смятении. Его путь вел либо в тупик, либо в глубокую трясину, которая рано или поздно его утянет. Терпение Мирана подошло к концу!

* * *

Беду ощущают лишь те, на кого она навалилась. Огонь, который разжег Миран, сначала сжег Рейян, а затем ханим Зехру. На следующий день после свадьбы дочери, когда ханим Зехра узнала горькую правду, она будто сгорела изнутри. Она нервно ходила туда-сюда по особняку вот уже два дня, но никому не пришло в голову, что за этим скрывается какая-то беда. Обитатели особняка полагали, что ханим Зехру так сильно расстроил уход дочери.

С тех пор как она узнала, что произошло с Рейян и что виновником оказался ее муж, Зехра не могла даже пить, и молчать стало невмоготу. Она собиралась рассказать все о произошедшем с Рейян уже сегодня.

Ханим Зехра медленно спускалась по лестнице, судорожно цепляясь за перила: дрожь охватила ее. Все обитатели особняка уже собрались за столом перед ужином. Хавин увидела тетю на лестнице, помахала ей и улыбнулась. С тех пор как ушла Рейян, Зехра почти не ела.

– Тетя, мы ждем вас!

Ханим Зехра подошла к столу со скорбным выражением лица, и это не ускользнуло от внимания окружающих. Госпожа Делал решила, что неплохо бы взять ситуацию под контроль, поэтому произнесла:

– Ты – не первая мать, выдавшая дочь замуж. Возьми себя в руки, Зехра. Подумай о Рейян.

Ханим Зехра по очереди осмотрела лица всех присутствующих. Теперь все почувствовали, что что-то не так.

– Ты в порядке, мама? – разволновался Бедирхан.

Господин Джихан, Хавин, Азат и госпожа Делал – все пристально всматривались в лицо Зехры, которое приняло ужасное выражение. Она же не сводила взгляда с одного человека – своего мужа. В этот момент с ее губ сорвались слова, от которых у всех присутствующих застыла кровь:

– Возможно, я – не первая мать, которая выдала замуж дочь, но я могу оказаться первой женщиной, которая пожертвовала дочерью ради чужой мести.

За столом повисла тяжелая тишина. Азат первым нарушил молчание:

– Что это значит, тетя?

Фатьма, снедаемая любопытством, застыла в кухонных дверях, а госпожа Делал уставилась в окно.

Зехра не сводила глаз мужа.

– Кто такой Миран? Кто тот человек, которому ты отдал мою дочь, Хазар?

Господин Хазар медленно поднялся со стула. Он понятия не имел, о чем говорила его жена.

– Что ты такое говоришь, женщина? Разве ты не знаешь, кто такой Миран?

– Хорошо, а ты знаешь, кто такой Миран?

Господин Хазар встал перед своей женой, и у всех присутствующих перехватило дыхание. Особенно напрягся Азат. Ханим Зехра опустила взгляд на стол. Недолго думая, она сдернула с него скатерть, и вся посуда с грохотом посыпалась на пол, заставив всех встать.

– Как ты посмел бросить мою дочь в огонь, а? Как ты мог отдать Рейян сыну врага? Ты никогда не думал о том, что с нами будет?

Господин Хазар широко распахнул глаза от удивления и гнева. Он ничего не понял из слов своей жены и очень рассердился.

– О чем ты говоришь, женщина? Какой враг, какой огонь?

– Почему ты не сказал нам, что убил человека много лет назад? – гневно продолжала ханим Зехра.

Господина Хазара ошеломило то, что его жена выдала его ужасную тайну. Он перевел взгляд на своего брата, господина Джихана. Никто не знал этого, кроме него. Откуда эта женщина узнала?

– От кого ты это услышала? – запинаясь, спросил он.

Глаза Зехры наполнились слезами.

– Человека, которого ты убил много лет назад, звали Ахмет Караман! – крикнула она. – Миран – его сын! Сын человека по имени Ахмет Караман. Все это – грязная игра, его месть тебе. И Рейян стала самой большой жертвой этой игры!

Воцарилась мертвая тишина. Все были подавлены раскрывшимся. Хазар Шаноглу был раздавлен новостью. У этого человека был сын? Миран – сын Ахмета Карамана? Он все пытался привести мысли в порядок.

Ханим Зехра не выдержала и заплакала.

– Миран бросил Рейян одну в доме на следующий же день после свадьбы, не забыв перед уходом передать тебе привет!

Она упала на колени и начала безудержно плакать.

– Ты погубил мою дочь, ты!

Азат в большом горе встал на колени рядом с тетей, положив голову ей на плечо. Окружающие стояли тихо и спокойно, но внутри у Азата все полыхало. Как он мог оставаться хладнокровным, когда речь шла о Рейян?

– Не плачь, тетя, – сердито сказал он. – Где сейчас Рейян?

Этот вопрос волновал всех присутствующих.

Где же Рейян? Почему спустя два дня она до сих пор не вернулась домой, если Миран ушел от нее на следующий же день после свадьбы?

– Рейян больше нет для вас, – крикнула Зехра, глядя на мужа, а не на Азата. – Оставьте мою дочку в покое!

– Скажите мне, где Рейян, ханим Зехра, – вмешался господин Джихан. Как старший в доме, только он мог унять эту суматоху. – Я пойду и приведу ее сюда. Девушка сейчас в отчаянии. Давайте выясним, чем все закончилось.

Зехра яростно замотала головой. Ее вуаль порвалась и упала на плечи. Хавин плакала, склонившись над тетей. Кто знает, где сейчас Рейян, как она?

– Забудь об этом. Рейян никогда больше не вернется в Мардин. Один раз ее уже растоптали. Я больше не допущу, чтобы с ее головы упал хоть волос!

– Подумайте логически, тетя, – произнес Азат. – Это дом и Рейян тоже. Что значит, она сюда больше не вернется? Вы сказали, Миран бросил ее. Куда она отправится?

– Разве это – главное? – яростно закричала ханим Зехра. – Такая ложь, фальшивая свадьба ради мести! Моя Рейян пострадала! Кто этот Миран, кто?

Азат встал и посмотрел на дядю, будто ожидая объяснений. Все вокруг пребывали в глубоком шоке, никто не мог поверить, что все оказалось лишь игрой. Азат гневно сжал кулаки, переводя взгляд то на тетю, то на дядю. Одна вещь совершенно не укладывалась в его разуме: то, что его дядя кого-то убил. Азат не думал, что это возможно, но молчание дяди убедило его в правдивости этих слов.

– Дядя, это правда? – спросил Азат.

Все вокруг заговорили. Господин Хазар был в глубоком замешательстве после того, как узнал, что Миран оказался сыном этого человека. Он не мог произнести ни слова, глубоко погрузившись в свои мысли, несмотря на царившую кругом суматоху.

Хавин перешептывалась с матерью, а Зехра продолжала упрекать мужа. Азат, не получив ответа от дяди, направился к отцу:

– Отец, скажи что-нибудь, ради бога! Кто такой этот Ахмет Караман?

Господин Джихан поднес указательный палец к губам, повелевая сыну молчать, затем повернулся к своему брату, понимая его чувства, ведь он – единственный человек во всем особняке, хранивший эту тайну столько лет. Ужасное прошлое держалось в строжайшем секрете, его давно перечеркнули. Однако не зря говорится, что прошлое преследует людей. Оно настигает в самый неподходящий момент.

– Мы поговорим об этом позже.

После этих слов все взглянули на господина Хазара, который признал себя убийцей. Как же Азату хотелось, чтобы это оказалось ошибкой. Кем бы ни был Ахмет Караман, его сын Миран сыграл злую шутку с этой семьей. Мстить таким образом – очень подло, что бы ни было причиной. Для Азата произошедшее было непростительным, он не мог смириться с позором. Миран объявил войну их семье, ударил по их чести, отомстив за отца. Теперь Азат понимал, почему ему так не нравился Миран. Причина оказалась не только в его любви к Рейян: он с самого начала чувствовал неладное.

Обезумев, господин Хазар развернулся и пошел к лестнице под пристальными взглядами окружающих. Он чувствовал необходимость побыть одному. Он не желал отвечать на вопросы, и причиной было не то, что семья узнала его страшную тайну. Он узнал, что у Ахмета Карамана был сын.

Человек, чьему слову он доверял, кому вверил свою дочь, оказался сыном того, кого он застрелил много лет назад…

Миран без стыда оставил для него послание, открыто заявил о мести и начал жестокую войну. Он такой же негодяй, как его отец!

Хазар застыл на ступеньках, с каждым вдохом его легкие разрывались. Прошлое проносилось перед глазами. Он до сих пор помнил тот момент, который так отчаянно пытался забыть. Будто этот проклятый пистолет снова оказался у него в руках, а ему опять двадцать семь и он целится в Ахмета Карамана!

Он сделал шаг, как вдруг услышал гневные слова Азата, пронзившие, казалось, весь Мидьят:

– Это так не закончится. Клянусь, я прикончу эту собаку своими руками!

Глава 11. Гость

Иногда человек замыкается в себе, ненавидит самого себя за те трусливые слова, которые не может произнести. Спустя время зарождается сожаление, и он начинает мечтать повернуть время вспять. К сожалению, как мы знаем, это невозможно. Остается лишь с тяжелым сердцем оглядываться назад, печально наблюдая за последствиями.

Рейян много думала. События того утра намертво врезались в ее память, и она сожалела о своих поступках. Будь она такой холодной, как сейчас, то сказала бы Мирану совершенно другие слова и ни в коем случае не стала бы умолять его не уходить. Рейян ненавидела себя за то, что так унизилась перед этим мужчиной.

Минула целая неделя с тех пор, как Рейян поселилась в доме тети Сыдыки, но боль не утихла и израненное сердце не исцелилось. День летел за днем, часы бежали, но боль оставалась неизменной.

Рейян потянулась к зазвонившему телефону. Во рту пересохло от постоянного молчания. Звонила мать. После переезда Рейян в Стамбул Фырат купил ей новый номер, а старую сим-карту она сломала. Никто из членов семьи не должен был ее найти – ни отец, ни дядя, ни Азат или Бедирхан. Мать звонила ей, уходя из дома, чтобы никто не знал, где скрывается Рейян. Только Элиф и ее мать госпожа Айше знали, что Рейян остановилась у госпожи Сыдыки в Стамбуле. Ханим Зехра доверила это лишь своей сестре, и долгое время женщины втроем хранили эту тайну от обитателей особняка.

– Мама? – каждый раз, когда Рейян слышала голос матери, она не могла проглотить ком в горле и подавить беспричинные слезы.

– Моя Рейян, ты в порядке, моя красавица?

– Я стараюсь быть хорошей, – прошептала Рейян. Она не хотела, чтобы госпожа Сыдыка стала свидетельницей их разговора. – Мама, расскажи мне, что происходит дома?

Ее особенно интересовало, узнал ли правду господин Хазар.

– Твой отчим принял правду, он не отрицал, что убил отца Мирана. Кроме того, он не говорит об этом уже несколько дней. Они строят планы за закрытыми дверьми. Твой отчим побелел, когда услышал имя отца Мирана. Ты бы видела, Рейян. Азат сошел с ума. Он постоянно твердит, что найдет и убьет Мирана, а твой дядя пытается его успокоить.

– Подожди секунду, – перебила ее Рейян. Сердце девушки на мгновение замерло. – Почему Азат так говорит? Разве проблема не в моем отце?

– Миран играл с нами, использовал тебя. Знаешь, что будет, если слухи об этом разлетятся по Мардину? То, что он совершил, не прощается так просто.

– Что они сделают с Мираном? – Голос Рейян дрожал, а сердце трепетало от страха. К глазам невольно подступили слезы. – Мама, что бы ни было, пусть с ним ничего не случится.

Рейян невольно заплакала, ведь она еще любила Мирана. Одна лишь мысль о том, что с ним случится что-то плохое, разбивала ей сердце.

– Останови Азата, умоляю тебя. Не позволяй им и пальцем к нему прикоснуться! Пусть отец и Азат перестанут искать Мирана.

– Не вмешивайся в это, Рейян, – отрезала Зехра. – Теперь это тебя не касается!

После разговора с матерью девушка горько заплакала и не могла найти причину этому нескончаемому потоку слез. Рейян также успела пообщаться с Элиф, которая училась в Стамбуле. Она собиралась приехать туда через несколько дней, и девушки договорились встретиться. Это – единственное, что радовало Рейян. Злобные планы отчима, дяди и Азата жгли ей сердце.

Рейян злилась и на себя за то, что продолжала думать о Миране, несмотря на то зло, которое он ей причинил. В Рейян проснулась гордость.

Вдруг дверь ее комнаты открылась, и Рейян поспешно вытерла глаза. Госпожа Сыдыка с любопытством заглянула внутрь.

– Ты в порядке, моя прекрасная девочка?

Рейян утвердительно кивнула.

– Иди завтракать, моя девочка, ты совсем ничего не ешь. Забыла слова Фырата?

– Я не забыла, тетя Сыдыка, мне просто не хочется.

– Так не пойдет, – рассердилась старушка. – Давай иди на кухню.

Рейян понимала, что другого выхода нет, и послушно отправилась на кухню. Стол с самыми разными блюдами пробудил в Рейян аппетит. Она села и улыбнулась госпоже Сыдыке, которая уже наливала ей чай.

– Наслаждайся едой, девочка.

Рейян вдруг счастливо улыбнулась, и госпожа Сыдыка очень обрадовалась, видя это.

– Тетя Сыдыка, через несколько дней Элиф приедет в Стамбул, она тут учится. Можно ей остаться в этом доме?

Рейян знала, что Фырат давно не живет в доме и что он поселился отдельно от бабушки, а две молодые девушки не отяготят жизнь пожилой женщины.

– Что за вопрос, моя девочка? Вы можете оставаться тут сколько хотите. Я вырастила ваших матерей и вам тоже буду рада, – улыбнулась госпожа Сыдыка.

Рейян очень интересовалась ее прошлым, но несколько дней не выходила из комнаты и не могла пообщаться с хозяйкой. Она поставила чашку на стол и взглянула на нее:

– Вы из Мардина?

– Да, – улыбнулась женщина. – Я там родилась и выросла, это – мой родной город. В шестнадцать лет я вышла замуж, а в двадцать четыре овдовела. Мне полагалось либо снова выйти замуж, либо начать зарабатывать себе на жизнь. Я не хотела замуж, так как очень любила покойного мужа и просто не могла представить себя с другим. В то время твой дедушка Фируз Ага был одним из самых богатых людей Мардина.

Рейян с улыбкой выслушала грустную историю жизни Сыдыки.

– Его жена, ханим Дилбер, не имела молока. Твоей тете было около двух лет, а твоя мама только родилась. Я кормила твою мать. С того дня я и жила в особняке твоей матери. Я руководила всеми работами в доме, и все поддерживали меня. Я вырастила дочь и через некоторое время переехала в Стамбул.

– А что потом? – спросила Рейян. – Где сейчас твоя дочь?

Рейян догадалась, что дочь Сыдыки, должно быть, родственница ее матери.

От этого вопроса лицо старушки стало очень печальным. Морщинки на лице, казалось, стали еще глубже. Рейян поняла, что сказала то, что не следовало.

– Я спросила что-то не то? – испугалась Рейян.

– Нет, нет, – замахала рукой старушка. – Четыре года назад она погибла в аварии. С мужем и моим внуком.

Рейян ахнула от жалости. Мир полон страданиями, острой, невыносимой болью, а Рейян столько дней замыкалась на несправедливости своей судьбы, намного менее тяжелой, чем бывает у других.

– Сочувствую, – только и нашла что сказать Рейян. – Значит, Фырат остался без отца, матери и брата?

Печальные глаза старушки затуманились.

– Он остался совершенно один, дитя мое. Я вновь испытала боль от потери близких.

Растерянная Рейян не могла найти слова, чтобы сказать, как ей стыдно за свой эгоизм в предыдущие дни. Если бы эта женщина спросила, что с ней, Рейян в ответ только смущенно склонила бы голову. Словно прочитав мысли, госпожа Сыдыка коснулась ее руки. Рейян подняла глаза на старушку.

– Поверь мне, моя прекрасная девочка. Когда Бог ниспослал беду, он же дарует и спасение. Все, через что ты проходишь, однажды останется в прошлом. Время лечит. Будь терпелива. Терпение – вот самый светлый путь к спасению.

* * *

Сожаление было самой большой мукой Мирана в последнее время, и от мук совести он не мог сбежать. Он не ожидал, что будет так страдать, завершив свою игру. День за днем сердце Мирана страдало все сильнее с каждым ударом.

Мирану было больно.

Миран сожалел.

Миран скучал по Рейян.

«Какое право ты имеешь скучать по ней?» Миран бесчисленное количество раз судил сам себя, подвергая сомнению свои поступки. Много раз он пытался умолить своего главного свидетеля – совесть, уповая на милосердие судьбы. Но в конце каждого судебного процесса его признавали виновным.

Миран не подозревал о сожалениях, поджидающих его в конце пути. Миран не жалел о мести, только о Рейян. Его гнев на отца девушки не утих, но любовь к ней настигла так внезапно! Миран миллион раз размышлял о своих чувствах к Рейян и отрицал их, но они были бесспорны.

Впрочем, Миран не жалел о своем уходе. Что-то в Рейян изначально отталкивало его. С самого первого дня он противился своему сердцу, которое с первой же встречи трепетно билось… Миран полагал, что это пройдет и Рейян забудется, когда закончится игра, но он ошибался. Когда солнце покинуло небо и тьма заполнила мир, Миран преисполнился нежными чувствами, и черная, глубокая, жгучая любовь настигла его…

Миран с трудом дышал, разница между той жизнью, которой он жил, и той, которую хотел прожить, так велика… С одной стороны, Генюль, с другой – Рейян. Миран будто оказался в чистилище между адом и раем.

Миран вернулся домой уже за полночь. Он снова поссорился с Ардой и в гневе ушел с работы. Слова друга не на шутку его разозлили.

– Ты любишь Рейян, – заявил Арда. – Как бы ты ни отрицал, ты без ума от этой девушки.

Миран тихо повернул ключ и открыл дверь. Он не знал, застанет ли Генюль, но очень надеялся, что она уже спит. Как оказалось, напрасно: она сидела перед телевизором, обиженная и несчастная, как обычно. Их мир рухнул. С того самого дня Миран даже не смотрел на нее. Генюль предвидела такой исход. Она знала, что однажды его фальшивая любовь перерастет в настоящую. И теперь она чувствовала, что у ее мужа на уме другая женщина. Хуже всего то, что Генюль ее знала.

Миран молча поднялся по лестнице, чувствуя на спине взгляды жены. Но не испытывал ничего. Это не его дом, а этот брак для него – не брак. Эта жизнь, которую он прожил, даже не была жизнью.

Он вошел в спальню, быстро разделся и отправился в душ. Когда он вернулся в комнату, то обнаружил, что грязной одежды на полу уже нет. Миран подошел к шкафу за футболкой и почувствовал, что Генюль стоит прямо позади него.

– Когда ты уже поговоришь со мной? – спросила девушка. Она без устали задавала вопросы, но Миран не желал слушать.

– Я устал, – как всегда, ответил он и быстро оделся. За спиной вновь раздался голос жены:

– Знаешь, сегодня Эйлюль приходила.

Миран невольно повернулся на эти слова.

– Когда она вернулась?

Эйлюль – дочь тети Мирана, университетская подруга Генюль. Благодаря ей молодые люди и познакомились. Однажды Генюль пришла в гости к Эйлюль и заметила выходившего Мирана. Прощаясь с тетей, он даже не заметил стоявшую в дверях девушку, которая восхищенно за ним наблюдала. Так и началась эта печальная история. Продолжалось все так же: Миран не замечал Генюль, а она, в свою очередь, терпеливо наблюдала за Мираном. С первой встречи девушка не упускала возможности встретиться с ним, поговорить. Хоть Миран изначально даже не обращал на нее внимания, однажды он пошел на поводу у своей молодости и был вынужден жениться на Генюль, хотя даже не думал об этом.

– Она, оказалось, совершенно не знала о той безобразной игре, в которую мы играли, я ничего не могла объяснить.

– О, как мило!

– Ты ведь понимаешь, что Эйлюль будет в курсе всего, что происходит? Ты не сможешь скрыть историю с Рейян от нее. Когда этот бандит Азат вломится к нам, она все узнает.

– Ну и пусть узнает, – наконец крикнул Миран. – Я не боюсь Эйлюль. Ты у меня в печенках уже сидишь, Генюль. Сколько еще я должен повторять, чтобы ты не упоминала Рейян?

Крик Мирана испугал девушку. Она старалась спасти их брак, но он трещал по швам все больше. Она боялась лишь того, что однажды все окончательно разрушится.

Генюль решила сменить тему и взяла Мирана за руку.

– Я так скучаю по тебе, – шепнула она. Чем больше Миран ее избегал, тем больше она по нему тосковала. Генюль не учла того, что одной из тех вещей, которые пугали Мирана больше всего, были слова «Я скучаю по тебе», ведь он этого не испытывал. Миран не хотел этого признавать и ломать Генюль, но с каждым днем все больше отдалялся от жены. Он медленно отдернул руку.

– Давай поговорим позже, хорошо?

Мучительная боль отразилась на лице Генюль.

– Я сказала, что скучаю по тебе, Миран, разве это совсем неважно?

Терпению Мирана подходил конец. Он закричал, даже не думая, какую боль его слова причинят Генюль:

– Нет, Генюль, нет! Я год живу так, как ты хочешь! И моя жизнь превратилась в ад! Я несчастлив с тобой, разве ты не видишь?

Генюль отпрянула и ударилась о стену. Не глядя она нащупала флакон духов на комоде. Что-то оборвалось внутри девушки, и в ней пробудился гнев.

– Тогда почему ты вообще женился на мне?

Миран постарался набраться терпения. Назревала очередная грандиозная ссора, но он уже устал даже от борьбы. Он глубоко вздохнул, положил руки на плечи жене и измученно заглянул в ее полные боли глаза.

– Мы оба виноваты. Нет смысла ворошить прошлое на ночь.

Он убрал руки и медленно развернулся, но Генюль схватила его за руку и вновь повернула к себе. Кажется, сегодня вечером она решительно настроилась бередить старые раны. Генюль источала злобу, каждый день она пыталась достучаться до мужа, но не преуспела, и ее гнев все возрастал.

– Хочу все выяснить, Миран!

Мужчина прижал руки к глазам. Он впадал в глубочайшее уныние каждый раз, когда она испытывала его нервы. Убрав руки от лица, Миран поднял голову и взглянул в глаза жене.

– Ты хочешь услышать правду, даже если она тебя расстроит, не так ли?

Генюль беспомощно покачала головой. «Я не хочу слышать, не говори тех слов, которых я боюсь!» — говорило все в ней. Она никак не могла выдавить из себя эти важные слова, которые вертелись на языке.

Не получив ответа, Миран быстро притянул к себе Генюль.

– Скажи, я когда-нибудь говорил тебе, что люблю?

– Не говорил, Миран… – Сердце Генюль настигло отчаяние. Она и правда ни разу не слышала этих слов от Мирана!

– Я не говорил, потому что никогда не любил тебя. С того злополучного дня ты ни разу меня не оставила… Тебе будто недостаточно просто захватить мой разум, ты пробралась и в мою постель…

Речь Мирана прервала пощечина. Генюль часто поддавалась своему гневу, но то, что она сделала на этот раз, оказалось непростительным. По мере того как Миран отходил от яростного оцепенения, его глаза становились все более пугающими. Эта пощечина оказалась последней каплей. Он схватил Генюль за руку и с силой швырнул на кровать, а затем закричал так громко, что его наверняка услышали все соседи:

– Откуда у тебя взялась эта смелость?

– Ты сделал меня такой, ты! – Гнев прорвался в Генюль. Она начала громко плакать.

Миран угрожающе указал пальцем на жену и в гневе произнес то, что так долго хранил в сердце:

– Я ненавижу тебя и твою бесконечную любовь!

Он тяжело вздохнул и опустил руку.

– Не только тебя, – слабо сказал он. Его голос стал совершенно беспомощным, усталым, даже болезненным. Эти последние безжалостные слова окончательно раздавили Генюль. – Я ненавижу все, что ты любишь!

Миран отвернулся. Его ненависть к этой женщине заиграла с новой силой, он перестал чувствовать жалость и вину, его сердце будто обратилось в камень. Он схватил куртку из шкафа и пошел к двери. Он знал, что Генюль последует за ним, но оборачиваться не собирался. Закинул куртку на плечо и быстро направился к лестнице и уже на первом этаже услышал слова Генюль:

– Куда ты, Миран? Куда ты уходишь от меня?

Он замер на месте: ему вспомнилась Рейян, которая несколько дней назад произнесла те же слова. Каким же человеком он стал? Голос Рейян эхом отдавался у него в голове, Генюль же звучала где-то на задворках.

Миран быстро пошел к двери. Он собирался уйти из этого дома и никогда не возвращаться. Болезненное рабство, сковывавшее его сердце, подошло к концу. Миран поклялся избавиться от мук совести.

Он был уже на грани.

– Не ходи за мной, – крикнул он. – Человек, которого ты столько времени держала в плену, сегодня обретет свободу.

Генюль села на ступеньках лестницы и судорожно плакала.

– Ты не был моим пленником, Миран, ты был для меня всем!

В последний раз перед уходом Миран замешкался, но не повернулся к ней. Всякий раз, когда он смотрел на Генюль, его начинала мучить совесть. С сегодняшнего дня он снимает с себя груз ответственности и больше не будет ее мужем.

– Выбирай свой путь. Меня на нем не будет, ведь на моем пути тебя больше нет!

«На самом деле тебя никогда там не было», – подумал он.

Миран стремительно вышел, а Генюль безутешно плакала на лестнице. Слезы душили ее. Человек, которому она посвятила свою жизнь, покинул ее дом и сердце. Никакая любовь не длится вечно, все однажды кончается. Там, где иссякло терпение Мирана, закончилась жизнь Генюль.

* * *

Прошло несколько часов после ссоры. Миран пришел на работу. Он не первый раз ночевал здесь, и кресло в его кабинете много раз становилось свидетелем его одиночества. Он ночевал здесь, когда не мог вернуться домой, но на этот раз он не собирался возвращаться вовсе. Ему нужен новый дом. Кроме того, помимо черной футболки и кожаной куртки, у него больше не было вещей.

Наступило утро, начался рабочий день. Сотрудники медленно заполняли офис, из коридора доносились голоса людей. Миран еле дождался рассвета. Он увидел во сне Рейян, когда ненадолго задремал, и теперь ему казалось, что он скоро сойдет с ума, думая о ней.

Миран сел в кресле и сонными глазами стал просматривать ежедневный план на компьютере. Дверь в кабинет отворилась, и вошел Арда. Улыбка немедленно сползла с его лица, когда он увидел Мирана в спортивном костюме. Он нахмурился:

– Почему ты так одет? Ты забыл о нашей встрече днем?

Миран глупо ухмыльнулся. Расставание может неописуемо осчастливить человека, и Миран радовался как ребенок, что наконец оставил Генюль.

– Сейчас расскажу. – Миран указал на стул перед собой: – Присядь и закажи мне что-нибудь на завтрак.

Миран также позвонил Сарпу и торопливо отдал приказы.

– Отправляйся сейчас ко мне домой, Сарп. Принеси мне документы из сейфа. Кроме того, – добавил он, а затем поднял глаза и улыбнулся удивленному Арде, – возьми чемодан и собери как можно больше моей одежды.

Сразу после разговора Арда удивленно раскрыл глаза и указал пальцем на Мирана:

– Так все кончено? Браку конец?

Миран склонил голову.

– Я просто избавился от сковывавших меня уз. Это должно было случиться. Все правильно, Арда. Дело не в том, что я не жалел Генюль, но односторонняя любовь долго не живет. Да, – повторил он. – Это то, что должно было случиться.

Арда хотел справиться о Рейян, но промолчал, ведь всякий раз после упоминаний о ней они неизбежно ругались. Однако одна деталь не осталась незамеченной. При последней ссоре Арда заявил, что Миран любит Рейян, а сегодня он ушел от Генюль и приехал на работу. Арда был убежден, что Миран все делает ради Рейян.

Через некоторое время мужчины вернулись к работе. Как бы ни были запутаны нити судьбы, как бы ни было больно, жизнь продолжалась. Люди не в силах сопротивляться стремительному потоку времени и вынуждены подчиняться течению жизни.

Миран никогда не позволял жизненным неудачам мешать работе. Он тешил свою душу всем, чего хотел, поэтому он и затеял эту месть. Его не волновали обломки судеб, которые он мог оставить после себя. Он убил Рейян, поглотил Генюль, раскрыл тайну человека, который много лет страдал от чувства вины, разрушив всю его семью.

Он вел себя так, будто ему все равно.

На самом деле все обстояло несколько иначе. С того самого злополучного дня несчастная Рейян стала его кошмаром, ее пронзительные крики эхом отдавались глубоко в сознании, а ее взгляд постоянно вставал перед его глазами. Миран не мог забыть ее. Более того, с каждым днем это терзало его все больше.

Миран мог умереть, но не мог забыть Рейян.

Усталость болью отозвалась в его теле, и Миран откинулся на спинку кресла. Сотрудники уже разошлись по домам после окончания смены, остались лишь Арда и Миран. Миран посмотрел на свой чемодан у двери. Теперь он был один. Наверное, он первый в мире человек, который так рад, что ему некуда идти вечером. Телефон не замолкал весь день, разрывался от безумных сообщений Генюль.

Миран останется у Арды на несколько дней, пока не завершится покупка его нового дома. Арда не позволил бы другу остаться в отеле. Тетя Мирана также услышала о том, что он ушел из дома, и настаивала, чтобы он остался у нее, но Миран отказался, ведь и тетя, и Эйлюль стали бы его убеждать поговорить с Генюль.

Миран преисполнился решимости покончить с ней раз и навсегда.

Он погасил свет в кабинете, взял телефон и ключи от машины, как вдруг целый этаж задрожал от грохота. Миран вновь включил свет и увидел Арду в дверях кабинета.

– Ты знаешь, кто внизу? – затаив дыхание, спросил Арда.

Мирану пришло на ум лишь одно имя.

– Должно быть, пришел Азат.

Арда хлопнул рукой по двери.

– Человек ворвался в здание в десять часов вечера с пистолетом! Как ты можешь оставаться таким спокойным?

– Это было неизбежно. Думаешь, я не обдумал все возможные варианты?

Мужчины больше не могли тратить время на разговоры. Арда выглядел очень обеспокоенным, он ужасно боялся, что с Мираном может что-то случиться. Мирана же мучил другой вопрос: этот человек, убийца его отца, Хазар Шаноглу, тоже пришел?

Миран и Арда вошли в лифт и нажали на кнопку первого этажа. Громкий голос Азата эхом разносился по стенам офиса, охранники у входа с трудом его удерживали. Кто знает, на что он готов, чтобы утолить свою злобу? Причиной злости стала, однако, не жестокая игра Мирана, а любовь Азата к Рейян. Вот почему Миран так же ненавидел Азата.

– Ты сказал охранникам не вызывать полицию?

– Они не будут звонить.

Двери лифта раскрылись, но Миран не удосужился выйти. Азат заметил, что он ждет его, и тут же напал. Миран упал от внезапного удара. Арда вмешался, вытащил Азата из лифта и выиграл немного времени. Миран смог собраться и выйти. Удар Азата был настолько сильным, что у Мирана из носа потекла кровь. Он прижал тыльную сторону ладони, чтобы остановить ее. Все присутствующие чувствовали, что станет еще хуже.

– Добро пожаловать, – саркастически поприветствовал Миран. – Ты заставил меня долго ждать, Азат Шаноглу.

– У тебя нет чести, – пробормотал Азат.

Миран улыбнулся: эти слова его обрадовали. Вид разъяренного человека забавлял его. Человеку достаточно носить фамилию Шаноглу, чтобы Миран его искренне ненавидел.

– Я хочу, чтобы сегодня отсюда вынесли твое тело. Только тогда я успокоюсь, – продолжил Азат.

– Да неужели! Что еще ты хочешь? – Миран задумчиво поднял руку и щелкнул пальцами. – Я забыл, убийство ведь у вас – семейная традиция?

Лицо Азата исказилось от ярости. Арда беспокойно наблюдал за происходящим.

– А ты, должно быть, унаследовал способности к сутенерству от своего отца.

В один момент безумный гнев охватил Мирана, его тело и душу. Он не мог этого вынести. Никто не имеет права говорить плохо о человеке, ради которого он бросался в огонь, губил себя, причинял боль невинной душе, чтобы восстановить справедливость. Миран потерял самообладание. Арда, многолетний друг Мирана, впервые видел его в таком состоянии и пришел в неимоверный ужас.

– Я тебя убью прямо здесь, ублюдок! Немедленно забери свои слова назад!

Азат не отставал от Мирана. Ответом на проклятие послужил удар кулаком в лицо. Несколько минут мужчины, проклиная, колотили друг друга. Арда не вмешивался в происходящее, зная, что ярость, отравляющая кровь, должна выйти наружу. Разве Миран не предусмотрел этого, выбирая путь мести?

Наконец окровавленные мужчины остановились, не в силах больше пошевелить руками. Азат выглядел куда хуже Мирана, который заставил его поплатиться за свои слова.

Охрана ждала у двери. Тут вошел еще один мужчина. Он увидел на земле обессиленного Азата и подошел к нему, опустившись рядом на колени.

– Что случилось, Азат? Ты в порядке?

Азат покачал головой и встал, опираясь на него.

– Я в порядке, Бекир.

Азат перевел взгляд на Мирана.

– Чего нельзя сказать о нем.

Миран в гневе стиснул зубы.

– Уходи отсюда.

– Я ухожу, – ответил Азат. Гнев не пошел на пользу никому из них, лица обоих мужчин были изранены. – Но это не значит, что я не вернусь. Скажи спасибо моему дяде, что я не оставил дыру в твоей голове. Молись ему!

– Молиться убийце? Да если бы я лежал при смерти, то не выпил бы и полглотка воды из его рук. Он – убийца моего отца!

После своих слов Миран задумался. Хазар Шаноглу не пожалел его отца, так почему он проявляет снисхождение к нему после того, что он сделал с его дочерью? Миран не понял, но не мог спросить.

Он измученно поднялся на ноги, поднял руку и позвал своих людей у двери. Сарп и Али вошли вместе с охранниками. Он указал на Азата:

– Если этот человек снова войдет в эту дверь, считайте, что вы – трупы!

Увидев приближающихся к нему противников, Азат вытащил из-за пояса пистолет.

– Я сам уйду, хлопоты ни к чему.

Миран улыбнулся, несмотря на раны на лице и усталость. Его взгляд был прикован к пистолету в руке Азата.

– Ты – ничто без него, верно? Бедняга!

Азат сделал вид, что его не задевают слова Мирана, и поспешно направился к двери. Он уезжал, но планировал вернуться однажды. Неожиданные повороты судьбы несли непредсказуемые события. С тех пор как узнал правду от тети, Азат лишился рассудка, гнев в нем с каждым днем все больше усиливался. Ситуация оказалась непростой: Миран запятнал их честь, и наказанием ему должна стать смерть, но дядя принял твердое решение – Мирана не тронут.

Сегодня Азат не застрелил Мирана только потому, что дал обещание своему дяде.

Прежде чем выйти за дверь, Азат в последний раз взглянул в ненавистные голубые глаза.

– Мы еще не закончили, – выдохнул он. – Я вернусь. Ты подписал себе смертный приговор, объявив нам войну, Караман. – Азат глубоко вздохнул, прежде чем произнести ненавистное имя, которое обжигало его язык. – Я найду Рейян, – продолжил он, а затем поднял палец и указал на Мирана. – Я перевяжу все ее раны, которые ты нанес, одну за другой. Я больше не потеряю ее, буду сражаться до последнего, пока в ее разуме и сердце не останется ни следа от тебя. Я умру, если понадобится, но сотру твои следы в ее жизни один за другим…

Глава 12. Забыть тебя

Некоторые сами выбирают свою судьбу, свой конец, с лживой любовью и бессмысленными криками. У подобных историй предсказуемый сюжет – как у книги, которую перечитываешь снова и снова. Жестокие предательства, совершаемые человеком, в конце приносят страдания и бесконечные ночи, полные боли. Приветствую вас, бесконечные муки совести! Приветствую тебя, пламя милосердия, обжигающее сердце! Добро пожаловать, вечные предательства, постоянные душевные страдания и жизнь, полная сожалений!

Миран мчался по бездорожью Стамбула, нарушая все ограничения по скорости и не обращая внимания ни на окровавленные губы, ни на бешено колотящееся сердце, ни на слезы, которые застилали его глаза, несмотря на гордость.

Последние слова Азата, сказанные перед уходом всего несколько часов назад, глубоко ранили Мирана – даже сильнее, чем колкости в адрес его отца. Миран только теперь осознал, насколько сильно эти слова жгли его изнутри. Он мог поклясться, что никогда раньше не испытывал такой боли. Миран признал чувства, которые отрицал до сегодняшнего дня. Огонь любви растекался по его венам, отравляя тоской, словно яд. Сожаление переполняло его, и даже обостренная жажда мести, казалось, утратила власть.

Знаете, для напуганного до смерти любая опасность теряет свою силу.

Отныне Миран находился под властью другой слабости – более сильной, чем месть, и имя ее – любовь, Рейян!

– Притормози, – предупредил Арда, который, несмотря на последние события, так и не смог помешать Мирану сесть за руль. Гнев, охвативший Мирана, будто огонь, испугал Арду, который никак не хотел оказаться одним из погибших утром. Но кто знает, о чем думал Миран, подвергая их жизнь такой опасности? – Помедленнее, я сказал! – в гневе крикнул Арда. – Ты убьешь нас!

Раздался визг колес, машина встала, и их по инерции бросило вперед. Арда облегченно вздохнул: казалось, ледяные руки смерти наконец отпустили его шею.

– Я понимаю, твой гнев очень силен, но что мы будем делать, если умрем? Ты разве этого хочешь?

Миран бросил взгляд на Арду, и в его глазах промелькнуло множество эмоций. Что происходило с ним? Миран молча положил голову на руль. Разве он не должен кричать или ругаться сейчас?

– Я умираю, – пробормотал он. – Господи, дай мне сил. Она здесь, в моем городе, может быть, всего в нескольких шагах от меня, но я не могу к ней прикоснуться!

Арда протянул руку к Мирану и, стараясь успокоить, погладил его по плечу.

– Я же говорил, что это тебе не по зубам: любовь сожжет тебя. Но ты меня не слушал, – прошептал он и замолчал, ведь все слова сейчас были бессмысленны. Можно ли пережить подобное, не испытывая мучительной боли?

– Я сжег ее, не задумываясь. Теперь же сам горю…

– Так что ты собираешься делать?

Миран молчал, не нарушая тишины ночи. Казалось, все вокруг замерло, ожидая его ответа, и даже ветер затих. Он медленно поднял голову. Зная, что у него нет на это права, Миран произнес:

– Я хочу ее, Арда. – Тело дрожало, будто от лихорадки, предательские сожаления обжигали горло. Миран безумно ухмыльнулся. – Я сожалею обо всем и хочу вернуть Рейян. Что за знакомый финал? Как странно повторяется история!

Он глубоко вздохнул.

– Тебе нужен взгляд женщины, на которую ты не можешь взглянуть. Подумай…

На лице Мирана все еще оставались следы крови, синяки под глазами и глубокие шрамы в уголках губ.

– Я скучаю по человеку, которого заставляю плакать ночами. Мужчина, который сожалеет, и женщина, любви которой он не заслуживает ни на йоту… Неужели так будет всегда? Должен ли я был ее любить? Но… – Он ударил правой рукой по рулю, а левую положил на грудь. – Я думал, что смогу справиться с этой болью!

– Ты ошибся, – горькая улыбка скользнула по губам Арды. Он всегда говорил правду, какой бы она ни была, и, к сожалению, слова Арды не понравятся Мирану. – Что ты думаешь? – спросил он. – Что Рейян к тебе прибежит или что? Ни одна женщина на свете на ее месте не простила бы тебя. Не глупи. Ты не можешь надеяться, что она полюбит тебя после того, как ты оставил в ее сердце пустоту.

После этих слов Миран выскочил из машины, отвернулся и закрыл слезящиеся глаза, словно пытаясь их спрятать. Перед ним возник образ Рейян. Арда тоже вышел из машины.

– Я сожалею о том, что сказал, но просить Рейян простить тебя…

– Нет, – перебил Миран. – Я всегда совершал ошибки. С самого детства я всегда проигрывал, оставался неудачником… Даже тогда я воспринимал слезы как слабость, и сейчас впервые мои глаза наполняются слезами. Я впервые сожалею. Разве это не имеет значения?

Арда молчал, лишь бы не обидеть друга больше.

– Нет, – повторил Миран. – На этот раз я не хочу проигрывать. Я не хочу, чтобы кто-то другой залечивал оставленные мной раны! Смотри, смотри туда!

Перед ними расстилалась дорога, ведущая к кладбищу, и в нескольких метрах друг от друга располагались могилы.

– У тысяч людей не осталось надежд, над ними стоят эти холодные камни. Моя душа все еще в моем теле, и пока это так, я никогда не сдамся! – Миран прижал руки к горящим глазам. – Пока я жив, есть надежда. Впервые за столько лет меня согрело тепло искреннего чувства… Я никому не позволю разрушить мои надежды, имя которым – Рейян. Я переверну мир с ног на голову. Может быть, я буду первым мужчиной, которому женщина простит такое оскорбление. – Миран самодовольно повернулся к Арде: его глаза искрились.

* * *

Израненное сердце Рейян, которое в течение нескольких дней утопало в боли, наконец испытало горько-сладкую радость. Элиф позвонила с утра и сообщила, что прибудет через несколько часов в Стамбул. Наконец рядом с Рейян будет душа, с которой она сможет разделить свою боль. На протяжении многих лет Элиф оставалась ее лучшей подругой, доверенным лицом, даже ближе двоюродной сестры. Хавин ревновала иногда, но Рейян старалась оставаться справедливой.

– Элиф сможет найти наш дом? – спросила госпожа Сыдыка, и Рейян улыбнулась.

– Нет места, которое она не смогла бы найти, тетя Сыдыка. За год она выучила Стамбул как свои пять пальцев. Она приедет сразу, как только сядет в такси.

– Хорошо, пусть приходит, и вместе поужинаем вечером.

Старушка копалась с вязанием, хотя едва видела сквозь толстые стекла своих очков. Рейян улыбалась, глядя на нее.

– У нас будет много гостей: Фырат со своей девушкой придут сегодня вечером, – улыбнулась Сыдыка, а затем добавила: – Я люблю, когда много народа, это напоминает мне о былых временах.

Несмотря на свою жестокую судьбу, госпожа Сыдыка крепко держалась за жизнь. Погибших не вернуть. Как бы ни было горько, жизнь продолжается. Рейян тоже стала так думать и решила, что, может быть, со временем она даже позабудет Мирана и начнет жизнь с чистого листа.

Порой у женщин не остается другого выхода, кроме как взять судьбу в свои руки и встать на ноги.

Спустя несколько часов Рейян услышала звонок и взволнованно побежала открыть дверь. Настал конец ее одиночеству в этом доме. Рейян не глядя открыла дверь, и родной запах ударил в нос, когда Элиф ее обняла. Рейян не смогла сдержать слез, почувствовав аромат матери и Мардина, а вместе с ним аромат печали и глубокой тоски.

– Все пройдет, – хрипло сказала Элиф, – мы с тобой все преодолеем.

Рейян, так отчаянно нуждавшаяся в словах поддержки, тихо плакала в плечо подруги. Но пройдет ли все? Заживут ли со временем раны, нанесенные Мираном?

После краткого приветствия девушки прошли в гостиную. Элиф поцеловала руку госпожи Сыдыки и передала привет от матери и тети. Вскоре старушка покинула дом под предлогом покупки продуктов, чтобы девушки могли спокойно поговорить.

– Ты увяла, – сказала Элиф, глядя на Рейян.

– Я – яркий пример человека, чья жизнь разрушилась в одно мгновение.

Элиф достала из сумки конверт с деньгами.

– Моя тетя прислала это. Неизвестно, сколько ты здесь пробудешь, тебе нужны деньги.

Рейян положила деньги рядом. Этой суммы должно было хватить надолго. Элиф взяла подругу за руки.

– У тебя руки ледяные, – она подняла голову и заглянула в печальные глаза Рейян. – Хочешь рассказать мне о том, что случилось?

Рейян нуждалась в этом больше всего.

– Мне до сих пор не верится в произошедшее. – Она устремила взгляд на ковер. – Я представляю себе, что все – лишь кошмар, будто ничего плохого не случилось, что он не уходил от меня. Мне кажется, я открою глаза, и страшный сон закончится. Я увижу его улыбающееся лицо. Но он ушел, понимаешь, Элиф?

Некоторые люди живы снаружи, но внутри мертвы, и виной тому – жестокая судьба.

– Он ушел… Я столько всего не могла сказать, и мое молчание стало погибелью. Он так страшно на меня смотрел, словно моя жизнь оказалась в его руках. Он так внезапно ушел, мне в жизни не было так больно… – Рейян посмотрела на плачущую Элиф. Она по-настоящему переживала боль подруги. – Скажи мне, за какой грех я расплачиваюсь?

Рейян вновь вспомнился тот день, мстительные голубые глаза Мирана, поразившие ее сердце, такие предательские, убийственные…

– Они разожгли огромный костер на пепелище прошлого… – В тоне Рейян чувствовалось нарастающее возмущение. – Скажи мне, почему пострадала я одна?

– Ты не должна расплачиваться за преступления отчима. Ты этого не заслужила! – беспомощно покачала головой Элиф.

– Знаешь, что причиняет больше всего боли? – продолжила Рейян, и Элиф с любопытством взглянула на нее. – Его глаза… Они будто дали обещание никогда не покидать меня. Я хотела утонуть в этих глазах, Элиф, хотела всю жизнь прятаться за ними.

– Мне вот что интересно, Рейян. Миран в курсе, что ты – приемная дочь?

– Не знаю, – пожала плечами Рейян. – В Мидьяте никто об этом не знает, это почему-то держится в секрете, будто что-то постыдное… Все считают меня родной дочерью Хазара. Я никогда никому не говорила, что он – не мой отец. С самого детства мама твердила мне, что я должна воспринимать его как родного, потому что окружающие так и должны считать. Если бы Миран знал об этом, он бы все равно причинил мне боль? – заинтересованно спросила Рейян.

– Не думаю, – ответила Элиф. – Он хотел навредить твоему отцу, но упустил самую важную деталь.

– Причинить боль отцу? – нервно улыбнулась Рейян. – Глупый Миран. Даже если я умру, отчиму будет все равно.

– Но он-то этого не знает.

– Он не знает, потому что… – Рейян скрестила руки на груди, – наши ему об этом не сказали, ведь это – семейная тайна. В любом случае, даже если он и узнал, сделанного не воротишь.

Элиф раздраженно вздохнула.

– Рейян, я должна тебе кое-что сказать, – хрипло произнесла Элиф, будто сознаваясь в преступлении. Глаза ее бегали по стенам дома. – Вернее, ты должна кое-что знать.

– Что такое? – спросила Рейян.

– Перед тем как я сюда пришла, тетя строго-настрого запретила мне об этом говорить какое-то время, но я не могу поступать так с тобой, не могу скрывать.

– Элиф, не тяни, говори уже, – Рейян чувствовала, что слова подруги обязательно ее расстроят. Что вообще осталось от Рейян, кроме сердца, разорванного на части и брошенного ей обратно?

– Миран – действительно плохой человек, Рейян.

Рейян нахмурилась. Элиф явно хотела сказать что-то другое, но пыталась уйти от разговора. Но Рейян не позволит ей этого.

– Говори, Элиф. Ты ведь не это хотела сказать.

Судя по раскрасневшемуся лицу Элиф и ее блуждающему взгляду, она явно собиралась сказать что-то очень плохое.

– Если я скажу тебе, ты расстроишься, я знаю; но если не скажу, я буду чувствовать, будто скрываю что-то от тебя, действую за твоей спиной…

– Элиф, скажи мне, ради бога!

– Миран, – сказала Элиф, проклиная про себя этого человека, – он был женат, Рейян. На самом деле Генюль – его жена, а не сестра.

Изумление и необузданный гнев нахлынули на Рейян. Разум отказывался принять этот факт. Как такое возможно? Ее особенно расстраивало не то, что он был женат, а то, что его жена – Генюль. Губы Рейян приоткрылись, но лишь безмолвно задрожали. Она поднесла руку к губам.

– Как? – в удивлении спросила она, надеясь, что ослышалась. – Как же так?

– Твой дядя и отчим узнали об этом. Все в особняке знают. Правду скрывают лишь от тебя, и, хотя тетя велела тебе не рассказывать, я не могла так поступить.

– Я не могу в это поверить, – выдавила Рейян, чувствуя себя полностью разбитой. – Как женщина может делить своего мужа с другой? Как женщина может пасть так низко?

Рейян пыталась выплеснуть свой гнев, вцепилась руками в свои роскошные волосы, которые с таким трепетом целовала ее мать, и вырвала клок.

– Рейян, не делай так, пожалуйста, не заставляй меня сожалеть о том, что я тебе рассказала! – Элиф попыталась схватить подругу за руки и спасти ее волосы. Она очень пожалела, что сказала правду.

Рейян опустилась на колени, захлебываясь слезами.

– Я была мертва и не знала об этом, Элиф! Что это за игра такая?

– Рейян… Не делай так…

– Боже, помоги мне! Ненавижу эту мерзость!

Миран умирал в глазах Рейян, девушка начала ненавидеть даже мечты об их счастливой жизни. Все оказалось ложью. Она едва могла различить лицо подруги сквозь слезы, застилавшие глаза.

– С этой минуты я не желаю ни видеть его лица, ни слышать его имени!

* * *

Вечерело. Секунды превращались в минуты, а часы тянулись бесконечно долго. Боль внутри поглотила каждый миллиметр тела. Время летит, когда мы счастливы, и замирает, когда страдаем.

Все собрались вокруг стола. Рейян не могла даже глотать от боли и застывших в горле слез, но вымученно улыбалась. Элиф сидела рядом с ней, напротив расположился Фырат со своей девушкой Аслы, а во главе стола восседала госпожа Сыдыка.

Старушка очень хотела произвести приятное впечатление на гостей, остановившихся в ее доме, поэтому приготовила множество изысканных блюд и пригласила внука с его девушкой. Она и не подозревала, что бедняжка Рейян едва сдерживается, чтобы не заплакать.

Рейян долго смотрела на тарелку с супом перед собой, но ее желудок отказывался принимать пищу. Она очень ослабла с тех пор, как приехала в Стамбул. Разговор за столом будто звучал где-то вдалеке, и лишь некоторые слова долетали до ее затуманенного сознания.

– Рейян? – Она вздрогнула, когда почувствовала прикосновение Элиф к своей руке. – Аслы тебя о чем-то спросила.

– Что? – удивленно спросила Рейян. Она заправила прядь волос, спадавшую на ее лицо, а затем повернулась к Аслы, с любопытством смотревшей на нее.

– Я спросила, сколько тебе лет, – повторила та.

– Девятнадцать, – Рейян прокашлялась, ее голос прозвучал достаточно грубо. – Скоро двадцать исполнится.

– Мы – ровесницы. – Элиф попыталась привлечь внимание к себе, чтобы Рейян перестали задавать вопросы, но именно Рейян интересовала Аслы, которая, несмотря на предостережения Фырата, хотела узнать, почему девушка покинула Мидьят и приехала в Стамбул.

– Ты учишься, не так ли? – Аслы задала этот вопрос Элиф, и та незамедлительно ответила:

– Да, я здесь учусь.

Аслы перевела взгляд на Рейян:

– А ты, Рейян? Ты тоже приехала учиться?

Терпение девушки подходило к концу. Нет, она не злилась на присутствующих, лишь на Мирана. Но столь любознательные собеседники были в тягость, ведь она еще не оправилась от шокирующей правды, которую узнала всего несколько часов назад. Ни госпожа Сыдыка, ни Фырат не задавали ей вопросов, так почему эта девушка так настойчива?

– Нет, – односложно ответила она.

– Вы работаете в одной больнице? – Элиф посмотрела на Аслы и Фырата. Мужчина с улыбкой кивнул.

– Как мило, что вы оба – врачи. – Элиф ни за что не замолчала бы, даже если бы знала, что выглядит глупо. Что угодно, лишь бы отвлечь внимание от Рейян. Сегодня она причинила ей достаточно боли. Элиф сама себя ругала и очень сожалела о сказанном. – Какие у вас специальности?

– Фырат – кардиохирург. Я – анестезиолог.

– Давно вы вместе?

– Скоро уже два года.

– Боже мой, как здорово! Да минует вас дурной глаз. Когда свадьба?

Элиф не подозревала, насколько неуютно может почувствовать себя Рейян от разговоров про свадьбу. Глаза девушки мгновенно наполнились слезами, и вилка со звоном упала на тарелку. Все присутствующие повернулись к Рейян.

– Девочка моя, ты в порядке? – Госпожа Сыдыка не на шутку забеспокоилась. С момента появления Рейян все над ней буквально тряслись. Неужели они неосознанно сделали что-то, что причинило ей боль?

– Прошу прощения, – ответила Рейян, вставая.

Она прижала руки к губам, чтобы подавить прорывавшиеся всхлипы, оттолкнула стул и направилась к двери. Рейян не знала, куда идти, но больше не могла этого вынести. Бремя оказалось слишком тяжелым для нее. Все, что она хотела, – остаться одной.

– Боже мой, что это за боль? – уже на улице она закрыла лицо руками и опустилась на колени прямо на холодные камни. – Я больше не могу этого вынести, помоги мне!

На улице было холодно, но внутри Рейян все горело. Как может жить человек, который принес в ее жизнь столько боли? Как Миран может дышать? Рейян не понимала.

– Ты должна прийти в себя, – окликнул ее вышедший за ней Фырат. – Иначе ты не одолеешь превратностей судьбы.

Рейян обхватила ноги руками, опустила голову на колени и плакала. У каждого в жизни своя боль. Возможно, для кого-то подобное даже не стало бы проблемой, но не для Рейян. Она не знала, почему этот человек ее утешает.

– Я с тобой разговариваю, разве ты не слышишь? – Фырат подошел к ней с серьезным выражением лица, даже зная, что она и не видит его. – Или ты просто игнорируешь меня?

Рейян не подняла головы и хриплым голосом ответила:

– Довольно! Ты оставишь меня в покое? – Она не отдавала себе отчета в том, что срывается на совершенно постороннем человеке. – Оставь меня в покое. Не переживай, я не задержусь у вас надолго.

– При чем здесь это? – невольно улыбнулся Фырат. – Ты – не мой гость, а моей бабушки. Зачем ты мне это говоришь?

Рейян медленно подняла голову, вытерла лицо тыльной стороной ладони и увидела улыбающегося Фырата. Она очень рассердилась.

– Ты смеешься? Тебе смешно, что я плакала?

– Ты снова ведешь себя глупо. Я просто хочу тебе помочь.

– Не нужна мне ничья помощь. Мне достаточно моих проблем.

– Боль становится легче, когда делишься ею, разве ты не слышала? – Рейян пустыми глазами уставилась на Фырата, и он почувствовал необходимость объясниться. – Если ты расскажешь мне о своих проблемах, может быть, я окажусь полезен; кто знает…

– Моя боль – это не то, чем можно поделиться, доктор, и никакое ваше лечение не принесет мне пользы, – прервала Фырата Рейян. Она поднялась с камней и сердито посмотрела на мужчину. Единственная причина, почему она злилась на него теперь, – то, что ей вспомнился Миран, который принес ей так много боли. Нет, она больше не позволит никому к себе приблизиться.

Рейян вернулась в дом, направилась в свою комнату и наткнулась на Аслы в коридоре. Рейян заметила полный гнева взгляд Аслы, которая, видимо, приревновала Фырата. Впрочем, Рейян подобное не волновало. Она хотела покинуть этот дом и город, хоть и не знала, куда ей идти.

В безымянный город, в пустынные развалины, где никого нет…

Этот город принадлежит Мирану. Улицы пахнут предательством, облака шепчут его имя. В каждой капле дождя по ночам была частичка Мирана. Любовь Рейян превращалась в глубокую ненависть.

Так всегда начинаются самые большие обиды; жалкие чувства вечно колеблются на тонкой грани между добром и злом. Когда тысячи надежд и мечтаний уничтожаются, невинность превращается в свирепого зверя.

Как Миран, как Рейян!

* * *

Вечера в Мидьяте становились холодными, и болезненный, мрачный цвет неба наполнял сердца непереносимой тоской. С тех пор как раскрылась правда о браке Рейян, обитатели особняка не знали ни радости, ни покоя. Напряжение между ханим Зехрой и Делал достигло апогея, женщины официально объявили друг другу войну, и причиной тому стала поездка Азата в Стамбул для поиска Мирана. Госпожа Делал в день свадьбы Рейян узнала, как сильно ее сын любит эту девушку, и понимала, что именно из-за нее Азат последует за Мираном. Женщина пребывала в ужасе от этой ситуации.

И было чего бояться! Накануне вечером Азат вернулся из Стамбула с опухшим, окровавленным лицом и вновь поругался с отцом и дядей, которые будто скрывали что-то от Азата и твердили ему не вмешиваться и держаться подальше от Мирана.

Азат не остановится, и сегодня все поймут почему.

Азат медленно спускался по лестнице и подбирал слова, чтобы рассказать о том, что у него на сердце. Может быть, сегодняшняя ночь не станет легкой, но Азат не сбежит. Разве люди не теряют то, что любят, когда сбегают?

Молодой человек вошел в зал. Отец и дядя сидели в кабинете, а мать осталась одна наверху. В зале были только его тетя и Хавин, которые шепотом общались, видимо, о Рейян, потому что они тут же замолчали при виде Азата. Он хотел поговорить с ними как раз на эту тему.

Женщины взглянули на него, когда он опустился на стул напротив тети. Азат собирался задать лишь один вопрос и получить ответ, чего бы это ни стоило.

– Тетя, где Рейян? – Он сразу посмотрел на Хавин, потому что сестра никогда не могла ничего скрыть от него. Как он и предполагал, Хавин отвела глаза.

– Сколько раз я должна повторять, Азат? – резко спросила ханим Зехра. – Только что Бедирхан задавал этот вопрос, теперь ты… Пойми, Рейян не хочет возвращаться в особняк, держитесь подальше от моей дочери!

Азат медленно сжал губы. Если бы они знали, что имя Рейян вырезано у него на сердце, остались бы они такими? Все в особняке сердились, когда он говорил о Рейян.

– Почему, тетя, почему? Почему Рейян не хочет вернуться в особняк? С каких пор мы не можем ужиться под одной крышей?

– Твой дядя ошибся, Азат. Он поступил неправильно по отношению к моей дочери и ко мне. Он отдал мою дочь человеку, которого не знал, сыну своего заклятого врага. Он уничтожил мою Рейян. И скажи мне, что мы ответим людям, когда те, увидев Рейян, будут спрашивать о ее замужестве? Все узнают правду, назовут ее разведенной. Рейян этого не вынесет!

– Не делайте этого, тетя… Ваша дочь больше чем просто ранена… – Азат глубоко вздохнул. Кто знает, где сейчас Рейян? Ему даже в голову не пришло, что в день после свадьбы она отправилась в Стамбул вслед за Мираном… – Вы – мать. Как вы можете вынести разлуку с дочерью? Разве не хотите, чтобы она была в безопасности в особняке, рядом с вами?

Азат давил на больное, пытаясь разузнать, где Рейян, чтобы вернуть ее домой.

– Что меняется от того, что я не выдерживаю? Ты так говоришь, будто не знаешь обычаев нашего края… Кто оставит Рейян в покое после такого? Этот особняк станет могилой для моей дочери. Я этого не позволю…

– Обещаю, – ответил Азат дрожащим голосом, – никто, даже дядя не посмеет тронуть Рейян. Разве моих слов не достаточно? Как долго мы собираемся жить, завися от мнения других? Я верну Рейян туда, где она должна быть. Просто скажите мне, где она!

Госпожу Зехру ошеломили слова Азата. Несмотря на его милосердие, она не могла ожидать такой горячности. Несомненно, чистое сердце скрывалось под его порочным гневом. Тем не менее это уже слишком… Только ли в его добром сердце заключается чувствительность Азата, когда речь заходит о Рейян?

– Даже если вы мне не скажете, я найду ее, тетя. Думаете, я не смогу? Я камня на камне не оставлю, но найду ее и приведу сюда. Поймите… – устало сказал Азат. Хавин смотрела на брата широко раскрытыми глазами. – Я не причиню ей вреда и никому не позволю этого сделать!

– Кто кого не обидит? – вошла госпожа Делал.

При виде нее Зехра поникла, а Азат рассердился за несвоевременное появление.

– Забудь об этом, Азат, – ответила Зехра, проигнорировав Делал.

– Что забыть? Скажите мне, я тоже хочу знать. – Госпожа Делал чувствовала, что речь идет о Рейян, и тоже хотела выяснить, в чем дело. Азат застенчиво посмотрел на мать. Его терпение подошло к концу, и он решился выложить всю правду.

– Я люблю Рейян, – внезапно заявил он, еще решительнее, чем обычно. Азат повторил свои слова, словно доказывая изумленным женщинам, что это – правда. – Что вы так смотрите? Я люблю ее с самого начала, с тех пор, когда этого негодяя еще не было!

– Что ты сказал, сын мой? – Азат посмотрел на разгневанное лицо матери. – Ты слышишь, что ты говоришь? Рейян вышла замуж!

– Замуж? Где ее муж? Он обманул ее! – Казалось, Азат сошел с ума от гнева. – Я не оставлю ее без присмотра!

Ханим Зехра молчала в изумлении, Хавин прижала руки к губам, не ожидая такого от брата. Как они могли не понимать столько времени?

– Нет, – отрезала госпожа Делал и покачала головой. – Забудь об этом, Азат! Ты и Рейян? Даже не думай об этом! Иначе ты меня уничтожишь!

– Ладно, – Азат поднял руки вверх. – Ладно, я молчу.

– Ты, – госпожа Делал злобно повернулась к Зехре, – ты приехала в особняк много лет назад разведенная. А теперь ты собираешься подсунуть свою разведенную дочь моему сыну?

Кровь застыла в жилах у ханим Зехры. В первый раз она получила такой удар; более того, Рейян оказалась замешана. Будет ли дочь жить судьбой матери? Ее единственная дочь осталась брошенной, и эта семья стала тому причиной. Ошеломленная Зехра не смогла вымолвить ни слова.

– Я не позволю. Я не позволю моему Азату жениться на твоей разведенной дочери!

Внезапно раздался выстрел, от которого содрогнулись стены особняка. Женщины замолчали, испуганно огляделись и вышли из дома, не понимая, что происходит. Во дворе стоял Азат с пистолетом в руке. В то же время дядя, отец и Бедирхан также вышли наружу. Все изумленно уставились на Азата.

– А теперь слушайте меня внимательно, вы все. – Азат хотел прокричать правду на весь мир. Он поднял палец и посмотрел на своего дядю, который наблюдал за ним, опираясь на перила. – Особенно ты, дядя. Во-первых, Рейян вернется в этот дом.

Азат поднял второй палец.

– Во-вторых, ты не станешь мне мешать разбираться с Мираном. – Он повернулся к матери и тете и разогнул третий палец. – В-третьих, я женюсь на Рейян, и никто из вас не встанет на моем пути!

Окончив свой монолог, Азат направился к двери, не желая ни от кого ничего слышать. Он не собирался оставаться сегодня в особняке, желая, чтобы родственники сначала переварили все факты. Однажды Азат потерял свою любовь, но теперь не собирался повторять свою ошибку. Кто может любить Рейян больше, чем Азат?

Он чувствовал себя более чем спокойно, когда вышел из особняка. Сегодня он раскрыл свою самую глубокую тайну, которая тяжким бременем лежала у него на сердце…

Дилан услышала Азата, когда убирала на кухне остатки посуды. Его слова ранили ее так сильно, что она даже не заметила, что порезалась. Она перевела взгляд на окровавленную руку и горько улыбнулась. Это – пустяк по сравнению с раной на кровоточащем сердце.

Хавин зашла на кухню за водой для матери и увидела Дилан с окровавленной рукой. Она моментально забыла о собственных проблемах.

– Дилан, у тебя рука в крови! – Она взяла две салфетки и сунула их Дилан в руку.

Та насмешливо улыбнулась, глядя на рану, а затем на смену медленно исчезнувшей улыбке пришли слезы. Ее крики постепенно перешли в рыдания, и она обессиленно упала на пол. Хавин опустилась рядом, откинула волосы Дилан назад и взяла ее окровавленную руку.

– Неужели так больно, милая? Почему ты так плачешь?

Дилан изо всех сил попыталась говорить, несмотря на рыдания, но ее голос сильно дрожал.

– У меня не рука болит, Хавин! – продолжала плакать Дилан. Несмотря на порез, она положила руку на грудь, и одежда быстро пропиталась кровью. Она с трудом продолжила: – Смотри сюда, здесь так больно, Хавин!

Хавин положила свою руку на руку Дилан.

– Почему так больно?

– Азат, Азат… – рыдания снова прервали ее речи, и Хавин показалось, что та проглотила язык. Она прикрыла рот, чтобы не закричать от страха. Ее глаза снова расширились от удивления. Что происходит сегодня в этом особняке?

– Ты… – в шоке сказала Хавин. – Ты влюбилась в моего брата, Дилан?

Она покачала головой, в слезах. Ее сердце напрасно наполнилось любовью…

– Забудь об этом, Хавин, – покачала головой та. – Ты ничего не слышала, а я ничего не говорила. В сердце Азата живет Рейян…

Как сильно Дилан любила Азата… Сколько ночей она наблюдала за ним, ее маленькое сердечко трепетало от его нахмуренных бровей, лица, на котором почти никогда не появлялась улыбка. Девушка терпеливо ждала и надеялась, что однажды он заметит ее, что в нем проснутся чувства… И вот в ее восемнадцатилетие жизнь преподнесла ей горький сюрприз. Пуля, которую выпустил в воздух Азат, чтобы сказать, что хочет жениться на Рейян, попала в сердце Дилан!

Хавин хотела утешить Дилан, хоть и не знала, что делать с только что услышанным откровением. Но как ей помочь? Как можно утешить любящее сердце? Хавин сидела, совершенно подавленная, и не замечала матери у двери, которая слушала их разговор. Отныне госпожа Делал не собиралась бездействовать. Пока в доме есть такая девушка, как Дилан, она никогда не примет Рейян как пару для своего сына.

Глава 13 Невозможно. Ты горишь! Ты в огне…

Человек с незабываемыми глазами посеял зерно войны в ее сердце, оставив после себя лишь разрушения… Жизнь каждый день понемногу теряла краски, а девушка, казалось, мало-помалу утрачивала саму себя в то время, как его жизнь не изменилась ни на йоту…

Ее голову с каждым днем наполняло все больше и больше болезненных мыслей, рана, нанесенная Мираном, с каждым днем становилась все глубже. Она стала ощущать опасное одиночество, которое затягивало ее в пучину отчаяния. Рейян старалась забыть его, вышвырнуть из своего гордого сердца, но могла ли она действительно вычеркнуть его из памяти?

Ответ – однозначное нет.

Она никак не могла его забыть.

Сколько дней Рейян провела в Стамбуле? Прошло больше месяца, и она потеряла счет дням, научившись жить с огнем, пожирающим ее сердце. Думал ли о ней Миран хоть иногда? Болела ли его совесть? Кто знает, может быть, этот человек, оставивший глубокий след на сердце, вовсе позабыл, кто она такая.

Все окружающие пытались помочь Рейян. Элиф изо всех сил старалась заставить ее хоть как-то улыбнуться, и хоть усилия не приносили результатов, она не сдавалась и продолжала пытаться хоть как-то облегчить несчастье. Однажды вместе с Фыратом она устроила Рейян экскурсию по Стамбулу, но и это не помогло, улыбка так и не появилась на лице девушки.

Рейян ничего не могла с собой поделать, ее душа кровоточила, а раны не заживали. Единственное, что изменилось за это время, – Рейян привыкла к дому, в котором жила, и могла свободно общаться с госпожой Сыдыкой, не стеснялась Фырата, к которому с каждым днем становилась все ближе, будто к брату.

Рейян устремила черные глаза в темное небо, вновь оказавшись в плену прошлого. Чья-то рука коснулась ее спины и погладила волосы, и девушка закатила глаза от усталости.

– Рейян, – обратилась Элиф, подавая ей кружку с кофе. – Будешь пить? Заодно поговорим.

Рейян подняла голову и приняла кофе из рук Элиф, поднесла чашку к губам, но почувствовала боль в животе от запаха, скривилась и поставила чашку на подоконник.

– Можем просто поговорить. Без кофе.

– Хорошо, – улыбнулась Элиф. – Тетя Сыдыка спит, у нее снова разболелись колени.

Девушки отвозили вчера госпожу Сыдыку в больницу, где работает Фырат, и заодно посмотрели его рабочее место. Аслы не особо обрадовалась этому, но Рейян это не волновало.

– Ты тоже это заметила?

– Что?

– Поведение Аслы, она будто ревнует Фырата.

– Это так, – пожала плечами Рейян. – Она меня очень не любит.

– Будь осторожна с этой девушкой.

Рейян подняла брови.

– Мне все равно, Элиф, мне достаточно своих проблем.

Рейян взяла с подоконника дымящуюся чашку.

– От запаха кофе меня тошнит. – Рейян медленно открыла окно и вылила туда содержимое кружки. – Думаю, растениям тоже нужен кофе.

– Ты сумасшедшая, – улыбнулась Элиф. Половину своей порции она уже выпила.

Рейян улыбнулась на мгновение, но снова помрачнела: на ум вновь пришел Миран. А он когда-то исчезал из мыслей? Его лицо, позы, успокаивающий тон голоса, голубые глаза, вселившие в нее безжалостный холод, то и дело беспричинно возникали перед ней. Несмотря ни на что, воспоминания остались хорошими. Сколь прекрасна может быть ложь.

– Знаешь ли ты, – спросила Элиф, поставив кружку из-под кофе на журнальный столик и взглянув на Рейян, – историю о подснежниках и анютиных глазках?

– Нет, не знаю.

– Давным-давно два полевых цветка полюбили друг друга. Весной они распустились вместе с другими цветами, чтобы поздороваться с солнышком. Один из цветков сказал другому: «Мы не должны быть как все остальные. Давай впредь распускаться среди зимы, когда все остальные так боятся холода. Вся природа будет любоваться только нами!» Но пока один цветок ждал прихода зимы и своего возлюбленного, второй расцвел посреди лета. С тех пор тот цветок, который в конце зимы ждет своего возлюбленного, называется подснежником, а другой – анютины глазки, или ветреный, лжец, нечестный, лицемер… Прямо как Миран, да?

Рейян указала на себя пальцем и улыбнулась сквозь слезы.

– В таком случае, я – подснежник.

– Рейян… – слабо промолвила Элиф, не зная, как утешить подругу. Она не могла просто сказать: «Ты справишься, все останется позади». Рейян не становилось лучше. – Долго ли ты собираешься так скорбеть? Пожалей себя! Этот негодяй Миран сейчас спокойно спит на груди своей жены. Ты все еще живешь во власти лжи. Не поступай так с собой.

Рейян заплакала. Долгими ночами она лишь тяжко вздыхала, не находя слов, чтобы описать ту боль, через которую проходила. Разрозненные фразы не складывались в предложения. Плененная болью, Рейян под утро почувствовала резь в животе. Сначала она не придавала этому значения, но в течение часа боль усилилась, и терпеть стало невыносимо. Девушка ничего не сказала подруге, но Элиф заметила холодный пот, проступивший на ее лбу.

Рейян утверждала, что ничего не нужно, но госпожа Сыдыка и Элиф остались непреклонными и рано утром разбудили Фырата, чтобы отвезти ее в больницу. Фырат расспросил Рейян, затем отвел в процедурный кабинет, чтобы взять кровь на анализ. После он оставил ее отдохнуть в комнате. Сначала нужно было узнать результаты анализов, чтобы затем, в зависимости от ситуации, сделать томографию и рентген.

Некоторое время спустя боль в животе немного стихла, и Рейян сказала госпоже Сыдыке и Элиф:

– Я же сказала вам, что со мной все в порядке. Вы напрасно побеспокоили Фырата рано утром.

– Ну и пусть, моя девочка. Тебя доверили мне. Что бы я сказала твоей маме, если бы с тобой что-то стряслось?

Рейян беспокойно уткнулась головой в подушку. Учитывая, что она не ела несколько дней, боль в животе могла оказаться вполне естественной.

Вдруг распахнулась дверь, и вошел Фырат во врачебном халате. Он выглядел очень внушительно. Со своей смуглой кожей и карими глазами он чем-то напоминал Азата.

– Когда мы сделаем то, о чем ты говорил, сынок? – услышав вопрос ханим Сыдыки, Фырат посмотрел прямо на Рейян.

– Результаты анализов крови готовы, – холодно сказал он, не сводя глаз с девушки. – Нет необходимости в рентгене или томографии, результаты хорошие.

Он быстро взглянул на бабушку и Элиф.

– Мне нужно позаботиться о Рейян, вы не оставите нас наедине?

Элиф подозрительно посмотрела на него и покинула комнату вместе с госпожой Сыдыкой. Девушка очень боялась, что случится что-то плохое. Рейян разделяла ее опасения: Фырат выглядел так, будто на самом деле собирался сказать что-то нехорошее. После того как женщины удалились, Рейян поднялась на кровати и опустила ноги на пол.

– Что ты собираешься со мной сделать? Что-то не так, верно?

Фырат подошел к Рейян и некоторое время молча на нее смотрел. Происходящее очень пугало девушку, но в это время Фырат просто пытался собраться с мыслями.

– Ты ничего не хочешь мне рассказать? – спросил он, думая, что Рейян подозревает о предмете разговора.

– Нет. Ты пугаешь меня, Фырат. – Рейян медленно покачала головой. – Ты должен все рассказать. Что со мной?

Тут боль вновь пронзила живот Рейян, и ее лицо исказилось.

– Боль в животе вполне естественна, учитывая, что ты ничего не ешь. – Мужчина глубоко вздохнул и засунул руки в карманы халата. – В таком положении тебе нужно лучше заботиться о себе.

Лицо Рейян мгновенно посерьезнело.

– В каком положении?

– Ты действительно не знаешь, что беременна? – Фырат взглянул на Рейян и увидел ее удивление.

Рейян какое-то время пыталась осмыслить услышанное. Она смотрела Фырату в глаза, будто ожидая ответа. Жизнь в последнее время стала слишком напряженной.

– Как? – запнулась она в изумлении. – О чем ты говоришь?

Фырат удивился еще больше. Так странно, что Рейян не знала.

– Значит, ты не знаешь? Ты беременна, Рейян! – отрезал он.

– Не может быть, – покачала головой девушка, невольно схватившись за живот. Подобное ей и в голову не приходило. Она позабыла даже о боли. – Что я буду делать? – спросила она, а затем, совершенно сбитая с толку, повторила: – Что я буду делать?

– Ты расскажешь мне с самого начала, что произошло?

– Нет, – надменно и холодно ответила Рейян. Она пыталась выдать свою совершенную беспомощность за обычное несчастье. Девушка забралась с ногами на кровать. – Пусть придет Элиф. Уходи, пожалуйста!

Рейян пальцем указала Фырату на дверь, а затем закрыла лицо руками и заплакала. Ошеломленный мужчина не знал, что делать. Он подошел к Рейян и протянул к ней руку.

– Не прикасайся! Элиф!

Дверь мгновенно распахнулась, и на пороге появилась Элиф. На ее лице читался страх. Она не понимала, почему Рейян плачет и кричит.

– Пожалуйста, пожалуйста, выйди из комнаты, – продолжала кричать Рейян Фырату, указывая на дверь пальцем.

Фырат покинул помещение, но из-за любопытства остался за дверью.

Элиф присела на край кровати и взяла Рейян за руки.

– Что происходит, Рейян? Ты пугаешь меня. Что тебе сказал Фырат?

Рейян освободилась от рук подруги и вновь ухватилась за живот.

– У тебя болит живот? – быстро спросила Элиф. Рейян покачала головой, дрожа всем телом. Она все еще не могла поверить, ей казалось, будто Фырат просто наговорил на нее.

– Я беременна!

Элиф застыла на месте, а Рейян обняла живот и подалась вперед.

– Скажи мне, Элиф, что со мной будет? Что теперь?

Речь Рейян стала бессвязной из-за паники и боли. Элиф пришлось взять ситуацию в свои руки.

– Не плачь, Рейян, мы найдем выход.

Рейян снова покачала головой, все еще отрицая ситуацию. Все, что она знала, – отныне ее жизнь изменится. Она вновь убедилась, что решение не возвращаться в Мардин оказалось правильным.

* * *

Все предыдущие дни Миран мучился, чувствуя, будто он давно мертв внутри. Его жизнь растворилась в тоске, сжигавшей все, ранившей душу. Никакая боль никогда не терзала его настолько сильно. Следом за тоской пришла апатия. Он чувствовал, что должен найти способ добраться до Рейян, ведь каждый день без нее – невыносим, каждый вздох обжигает легкие. Последний крик девушки эхом звучал в его голове и пробуждал муки совести за содеянное. Миран понял, что значит умереть при жизни, сгорая на том огне, что собственноручно разжег для другого. Сознание боролось с обидой, которую он столько лет хранил в себе, губы неустанно повторяли одно и то же имя, перед глазами мелькали черные полосы. Отчаянный плач нарушал торжественную тишину ночи.

Миран медленно поднялся со своего места и направился к двери, не обращая внимания на друга, который пристально на него смотрел. Он не выходил на работу уже два дня, боль от отсутствия Рейян мешала ему жить.

– Подожди, Миран! – позвал Арда, но тот не обратил на него ни малейшего внимания. Миран надел черную толстовку и накинул капюшон на голову.

– Я пойду подышу.

– Мне нужно тебе кое-что сказать о Рейян.

Опустошенный Миран сначала не ответил, но вдруг услышал имя, откинул капюшон и вернулся в гостиную. Кровь отлила от его лица.

– Что ты собираешься рассказать о ней?

Арда сжал губы и щелкнул пальцами, чтобы показать, что у него есть секрет.

– Ты что-то скрываешь от меня? – вопросительно нахмурился Миран. – Давай говори.

– Я знаю, где Рейян.

Голубые глаза Мирана мгновенно округлились, и казалось, что он вот-вот взлетит от внезапно нахлынувшего счастья. Он искал Рейян по всему Стамбулу вот уже двадцать дней, но не мог разыскать никаких следов. Он никак не мог понять, откуда узнал Арда.

– Откуда ты знаешь? – удивился он. – Где Рейян?

– В Ускюдаре.

Миран рассердился, что друг проигнорировал его первый вопрос.

– Я спросил, откуда ты знаешь?

– Вообще-то я давно знаю, просто скрывал от тебя.

Признание Арды свело Мирана с ума от гнева: пока он искал девушку в каждом закоулке Стамбула, его друг нарочно молчал.

– Что ты имеешь в виду, говоря, что скрывал это? Разве ты не видишь, в каком я состоянии весь месяц? – Миран в слепой ярости схватил Арду за шиворот и с силой тряхнул.

– Вижу, – сердито ответил Арда, высвобождаясь из цепкой хватки. Миран отступил на шаг. – Причем хорошо. А ты предвидишь, что будет?

– О чем ты говоришь? – нахмурился Миран.

– Можешь представить, что случится, когда ты найдешь Рейян? – Азат ткнул пальцем в сторону Мирана. – Они тебя убьют. Они не отдадут тебе эту девушку. Кроме того, ты что, полагаешь, что Рейян тебя простит? Нет! Да, я скрывал местоположение Рейян. Пойми… Я боюсь, что с тобой что-то случится. Теперь все возможно! – Арда задыхался от раздражения. Он сделал то, о чем не подумали ни Миран, ни Азат, – проследил за Элиф, когда та покинула Мардин, и узнал, что она отправилась в Стамбул к Рейян. Арда не хотел говорить другу, но, видя его, утопающего в отчаянии, не смог больше скрывать.

Все сказанное Ардой осталось без внимания, Мирану было плевать на него.

– Где она остановилась в Ускюдаре? С ней кто-то есть?

– Разве ты меня не слышишь? – не на шутку злился Арда. – Азат тоже ищет ее, ты понимаешь? Как только ты появишься подле Рейян, опасность, которую несет этот человек, тебя настигнет!

Миран в гневе шагнул к Арде.

– Думаешь, я боюсь Азата? Я – человек, который чего-то боится? Я давно отказался от самого себя! Либо Рейян будет со мной, либо наступит конец света!

* * *

Мы всегда выбираем молчание. Пока крики, которым не суждено нарушить тишину ночи, душат нас изнутри, мы продолжаем молчать. Так продолжается испокон веков. Так будет всегда. Пока мы безмолвствуем, столкнувшись с болью, окружающие понимают нас превратно. Рейян тоже поступила так. Узнав в больнице о беременности, она держала язык за зубами. Она ушла домой, зная, что Фырат поймет ее неправильно. Она даже не могла сказать, что не сделала ничего плохого.

Темнеющее небо постепенно серело, накрапывал мелкий дождь. Рейян откинула назад свои густые черные волосы. Госпожа Сыдыка задремала перед телевизором, а Элиф убирала на кухне посуду после ужина. В дверь постучали, и Рейян пришлось идти открывать. Каждый раз, когда кто-то приходил, она боялась, что это Азат. Рейян знала, что в этом доме ее никто не найдет, но все равно не чувствовала себя спокойно, и мурашки пробегали по коже при каждом стуке в дверь.

Рейян с тревогой открыла и увидела за дверью Фырата. Сначала она облегченно вздохнула, а затем почувствовала стыд. Ее щеки покраснели. Вчера этот человек сообщил ей о беременности, и после этого произошла катастрофа. Рейян не могла оправиться от шока и смириться с ситуацией, и женщины быстро покинули больницу. Госпожа Сыдыка чувствовала, что что-то не так, но ничего не спрашивала. Она немного знала, через что прошла Рейян и о ее ложном браке.

– Я принес лекарство для бабушки, – сказал Фырат, протягивая руку с пакетом из аптеки. – Я только что закончил работу в больнице, поэтому пришел поздно.

– Заходи, – после небольшой паузы ответила Рейян. – Но тетя Сыдыка спит.

– Нет, я не буду заходить. – Он передал ей пакет с лекарствами. – Поставь внутри и выходи. Давай немного поговорим.

Рейян поставила лекарства на шкаф, надела толстый кардиган и вышла из дома.

Она нашла Фырата у стола в саду. Рейян быстро подошла к нему. Дождь усилился, и они оба могли промокнуть насквозь.

– Дождь идет, – заметила она.

Фырат повернулся и раскрыл зонтик. Рейян мгновение колебалась, стоит ли ей идти с ним под одним зонтом, но усилившийся дождь заставил ее подойти к Фырату, который уже поднял над ней зонтик, чтобы она не промокла.

– Как ты? – участливо спросил он. – Лучше?

Рейян покачала головой.

– Я стараюсь держаться.

Рейян какое-то время даже не собиралась сообщать матери о беременности. Она пока не придумала, что со всем делать.

– Я знаю, что произошло, Рейян. Элиф мне все рассказала. – Рейян во все глаза посмотрела на Фырата. Она начала злиться на подругу, и Фырат, словно почувствовав это, взял ее за руку. – Не сердись на Элиф. Я очень настаивал. Кроме того, тебе нечего бояться, ведь ты не сделала ничего плохого. Что бы ты ни решила, я помогу тебе. Если хочешь сделать аборт…

– Никогда! – грубо оборвала Рейян. Ее переполняли тревога и гнев. Она уже защищала своего ребенка – материнский инстинкт проявился. – Нет, – забормотала Рейян, обхватив живот руками. – Что бы ни случилось, я никогда не откажусь от своего ребенка. Я – не первая и не последняя женщина, которая воспитает малыша без отца.

Фырат слегка улыбнулся, хоть в темноте Рейян и не могла разглядеть его лица.

– Это – то, чего я от тебя ожидал, Рейян. Ты – очень сильная девушка.

– Поскольку ты все знаешь, я прошу тебя хранить мой секрет. – Она беспомощно вжала голову в плечи. Ее голос звучал совершенно растерянно. – Только между нами, хорошо?

– Не волнуйся, все останется в тайне.

Ночную тишину нарушила вибрация телефона в кармане Фырата. Он достал телефон и ответил на звонок.

– Хорошо, – сказал он и скинул вызов, а затем протянул Рейян зонт. – Мне срочно нужно идти. Иди в дом, не стой снаружи.

Фырат быстрым шагом удалился, и Рейян осталась одна, сжимая зонтик в руках. Когда он сел в машину и уехал, свет фар его машины медленно исчез вдали. Жуткая тишина накрыла улицу, а тусклые фонари едва освещали тьму.

Рейян осталась наедине с ночью, мрачное темное небо напоминало ее душу. Она стояла на месте, а капли дождя злобно барабанили по зонтику. Девушка медленно закрыла глаза и прислушалась к грустной песне плачущего неба. Она больше ничего не хотела. Внутри дома, казалось, даже стены давили на нее, а отчаяние сковывало и мешало дышать.

Ах! Разве все должно было так произойти?

Неужели ее одинокое сердце должно было разбиться от любви к этому ветреному мужчине?

Это несправедливо…

Рейян одолели мрачные мысли, сознание затуманилось. Этот человек уничтожил ее, превратил ее душу в руины. Девушка медленно побрела в сторону дома, сжимая зонт в дрожащей руке. Слезы без остановки текли из ее глаз. Воспоминания о злополучном дне усугубляли и без того мрачное настроение.

Казалось, каждая частичка ее тела запятнана грехом. Грязные руки мести осквернили ее чистую душу.

Рейян уже взялась за ручку двери, как вдруг кто-то с силой схватил за руку ее саму. Рейян испуганно повернулась, уронив зонтик на землю. Рука незнакомца обхватила ее запястье. Капюшон и темнота скрывали его лицо, но Рейян поняла, кто перед ней, когда почувствовала его губительный запах, от которого еще больше разболелась душа.

Казалось, все вокруг пропахло Мираном, заглушив даже аромат мокрой от дождя земли. Он пах предательством и ветреностью. И Рейян умирала.

Глава 14. Как жизнь

Запах мокрой от дождя земли, аромат любимого, от которого не хочется жить…

Казалось, весь город сегодня плакал и кричал… Ах, Стамбул! По ком ты плачешь, к кому взываешь так отчаянно? Для кого горят твои огни? Огромное скопище опустошенных людей, страдающих от самых разнообразных несчастий и изнывающих от боли… Сегодня Стамбул плакал по таким разным и одновременно таким похожим людям, но больше всего – по Рейян!

Время, казалось, остановилось, замерли стрелки часов, и даже ветер не колыхал более ветки деревьев. Рейян забыла, как дышать, под пристальным взглядом пронзительных глаз. Ей показалось, что она вновь оказалась в одном из своих кошмаров, но шум и свежесть дождя доказывали реальность происходящего, а взгляд голубых глаз проникал все глубже. Душа Рейян издала безмолвный крик, от которого застонало все небо.

Дождь не утихал. Миран отправился в путь сразу же, когда выяснил адрес Рейян, хотя уже наступила полночь. Весь прошлый день он наблюдал за домом, не находя в себе сил ни подойти и постучать, ни отправиться восвояси. Сегодня же Миран с любопытством следил за незнакомцем у порога дома, невольно приревновав и затаив на него злобу. Миран потерял дар речи, когда увидел девушку, что открыла дверь. Его сердце будто пронзила стрела, а на плечи упало что-то тяжелое. Что это за боль?

Мирану становилось все труднее дышать, будто невидимая рука сжимала горло. Как у ребенка, пытающегося сдержать слезы, лицо Мирана исказилось, и он до крови впился ногтями в ладони. Наконец-то он увидел лицо Рейян. Его безумная любовь, неиссякаемая боль сердца, его безымянный огонь был перед ним.

Неописуемая боль охватила Мирана. Почему ему так тяжело видеть Рейян спустя месяц? Неужели из-за всего содеянного? Миран не мог описать свои чувства, но проливной дождь и свистящий в ушах ветер не могли унять огонь в его сердце.

Миран ждал, пока Рейян разговаривала с тем мужчиной, кем бы он ни был, и когда незнакомец ушел, тут же направился к девушке. Бремя совести тяжким грузом давило на его плечи…

Теперь молодые люди стояли лицом к лицу, и казалось, будто минул не месяц, а долгие годы. Каждый день тянулся бесконечно долго, и к концу месяца за спиной каждого будто осталось выжженное после боя поле.

Будет трудно.

Миран уставился на Рейян, все еще удерживая ее за руку, будто годами тосковал по ней, и не мог выдавить ни слова. Девушка же от изумления застыла, не в силах пошевелиться; она уже решила, что Миран ушел безвозвратно.

– Ты права, – наконец произнес Миран, будто читая ее мысли. – Ты удивлена, не ожидала меня здесь увидеть.

Рейян слегка нахмурилась, пытаясь осознать происходящее, но мозг отказывался работать.

– Я не хотел представать перед тобой в таком виде, – продолжил он. – Извини.

Высокомерные высказывания Мирана звучали как пощечина. Кровь вскипела в жилах Рейян, гнев достиг апогея. Миран… Человек, растоптавший ее мечты, стоял прямо перед ней.

– Ты… – Только и смогла выдавить Рейян, не понимая, что Миран делает подле ее дома после всего произошедшего. Она хотела и кричать, и злиться, и заявлять об обиде, и, главное, еще раз спросить: «Зачем?»

Рейян посмотрела Мирану в глаза и вдруг увидела в них совершенно новое, не свойственное ему чувство – обиду. Такой расстроенный и измученный. Она заметила, что Миран все еще удерживает ее руку, резко потянула ее и невольно отступила, когда его рука оказалась у нее на талии.

– Рейян…

– Даже не думай! – вскрикнула она. В ее глазах горел всепожирающий огонь обиды, который, казалось, обжег Мирану лицо. Роли менялись… Рейян извергала гнев, глаза Мирана молили. – Даже не думай произносить мое имя. Даже не думай…

Миран ожидал подобной реакции. Разве могло быть иначе? Неужели Рейян подбежит и обнимет его при встрече? И все же… Внутри его будто что-то медленно рушилось.

Конец фразы, конец сериала… «Титаник», который никогда не вернется в порт.

– Пожалуйста, давай поговорим, – устало выдохнул Миран, не представляя, что произойдет, если Рейян подарит ему такую возможность. И правда, как он докатился до такого? Он нуждался в этой девушке, как в воде, пище или воздухе.

– О чем нам разговаривать? – спросила Рейян. В ее голосе отчетливо звучали гнев, сарказм и изумление. – Например, о том, как ты меня бросил? Или как обманул? Или как, глядя мне в глаза, говоря «я люблю тебя», ты получаешь удовольствие от моих страданий? Или… – Рейян сделала паузу и заправила за ухо черные волосы. Ненависть накопилась внутри ее. – Или о том, что ты женился второй раз, хотя уже был женат?

Она умолкла и заглянула Мирану в глаза. Больше всего ей хотелось, чтобы он стал все отрицать, но он лишь молчал. Рейян не ошиблась, как бы сильно ей ни хотелось этого.

Миран сжал губы, медленно прикрыл глаза и вновь осознал, как трудно будет снова заполучить Рейян. Он понятия не имел, откуда она узнала о его браке с Генюль, но ничуть не удивился. В конце концов, все тайное становится явным, не так ли?

– Все не совсем так, – ответил Миран и вновь протянул к Рейян руку. Девушка с отвращением отступила. – Рейян, не поступай так, пожалуйста, позволь мне объясниться.

Миран понятия не имел, о чем говорить, кроме как о боли, поглощавшей его израненное сердце, которая его хоть немного оправдывает. Рейян подошла к двери, и Миран беспомощно взглянул на нее. Он не собирался сдаваться, он поговорит с Рейян. Он должен сделать это! Сражаться до конца, несмотря ни на что.

– Ты женат, – отрезала Рейян, прежде чем зайти в дом. Будто это – самое важное из всего, что она хотела сказать. – Иди домой. Веди себя так, будто я никогда не появлялась в твоей жизни. Снова увидеть тебя – вторая худшая вещь в моей жизни.

– Какая тогда первая? – уцепился за слова Миран.

Рейян замерла, прежде чем захлопнуть дверь, и пробормотала, не глядя на него:

– Быть обманутой таким человеком, как ты.

Дверь захлопнулась перед носом Мирана, и он с трудом сглотнул. Кто знает, сколько раз это повторится, прежде чем он получит прощение. Сколько раз он окажется на пороге перед закрытой дверью, прежде чем будет услышан? Ожидания растают, и все неясности закончатся так же, как после последних слов прощания. Мирану останется медленно умирать.

Он продолжал стоять перед домом под свирепым дождем, охваченный отчаянием; Рейян же дрожала на диване. Она в кои-то веки смогла остаться сильной перед Мираном. Не зная, куда пристроить дрожащие руки, она обхватила живот. Так ее нашла Элиф и спросила, что произошло. Рейян пришла в голову чудовищная мысль. Что, если Миран с самого начала следил за ней, узнал, что она беременна, и внезапно появился, так как хочет забрать ребенка?

– Миран здесь, – срывающимся голосом ответила она. Губы, руки, ноги… Вся она дрожала неудержимо. – Зачем он пришел, Элиф? Чего он хочет от меня? Что еще с меня можно взять? Он хочет моего ребенка? Он мог узнать, Элиф?

Рейян прикрыла рот рукой после последней фразы. Шокированная приходом Мирана, Элиф изумилась догадке Рейян. Элиф потребовалось некоторое время, чтобы прийти в себя. Госпожа Сыдыка спала, и им следовало вести себя тихо.

– Тише, Рейян, – спокойно произнесла она. – Оставайся в комнате, я скоро вернусь.

Стоило Элиф сделать шаг, как Рейян схватила ее за руку.

– Стой, не уходи! Не открывай ему дверь. Я боюсь, очень боюсь!

Миран сегодня предстал перед Рейян очень потерянным, глаза его выражали искреннее сожаление, но она все равно боялась, это чувство осталось неподвластно ей. Она сразу поняла, что он за человек, когда увидела его страшное лицо. Для него не существовало преград, он мог сделать все что угодно.

– Ничего не случится, просто подожди. – Элиф вышла из комнаты, оставив подругу. Ее переполняла злость, она искренне не понимала, какое право имел Миран прийти и с каким лицом он заявился.

Она бесшумно прокралась к выходу, накинула кардиган и распахнула дверь. Шум проливного дождя заполнил всю прихожую. Элиф прикрыла дверь и всмотрелась. Миран стоял всего в нескольких шагах и ждал. Мокрые волосы упали на лицо, мужчина выглядел изможденным.

Элиф не верила глазам. Неужели мужчина перед ней – Миран? Что случилось с величественным Мираном, способным свернуть горы? Где его бушующая злоба, надменность, высокомерие?

– Что ты здесь делаешь? – спросила она.

Услышав, Миран отошел от стены и направился к Элиф. Он с надеждой взглянул на дверь дома.

– Не надейся, – нервно бросила Элиф. – Ты больше не можешь ее видеть.

Мирана не волновали слова Элиф.

– Мне нужно говорить с Рейян, – взмолился он.

– О чем еще говорить? Разве все твои слова не лживы?

– Я должен поговорить с Рейян, – повторил Миран, все еще пристально заглядывая в дверь дома. Он с трудом сдерживался, чтобы не сотворить что-то безумное, чтобы ворваться внутрь.

– Убирайся отсюда, или вызову полицию. Или крикну «Вор!», чтобы сбежалась вся округа.

Миран усмехнулся в ответ на нелепые угрозы девушки. Разве он похож на человека, которого пугает подобное? Он встал перед Элиф, игнорируя ее слова, а затем направился к двери.

– Не смей входить в этот дом! – кричала Элиф, но было уже слишком поздно. Миран зашел внутрь.

Он впервые оказался в этом доме, но не думал, что поиски Рейян потребуют таких усилий: здание было небольшое, всего несколько комнат. Миран оглядывался по сторонам, как вдруг перед ним возникла старушка. Она стояла, глядя на него сонными, полными недоумения глазами.

– Кто ты?

Миран бегло взглянул на госпожу Сыдыку и уставился на комнату напротив, дверь которой была заперта. Он быстро направился в ту сторону. Ханим Сыдыка не умолкала позади:

– Кто ты, сын? Что ты делаешь в моем доме ночью?

Элиф поспешила на помощь старушке.

– Это – он, – только и смогла промолвить она, сверля сердитым взглядом Мирана. – Давайте что-то сделаем, тетя Сыдыка. Он может навредить Рейян.

Элиф очень сожалела, что не послушалась подругу и позволила Мирану войти.

Рейян в страхе сидела на коленях прямо за дверью, одной рукой обхватив живот, а другую прижав к губам. Сердце, казалось, хотело выскочить из груди от ужаса, когда до нее донесся голос Мирана.

– Ты так сильно боишься меня? – спросил Миран, чувствуя ее испуг. – Я ничего не сделаю, поверь. Я лишь хочу поговорить!

– Ты – человек, которого нужно бояться! – внезапно заявила Рейян, удивив саму себя. Она не хотела выглядеть слабой перед этим человеком. – Уходи отсюда, – пробормотала она. – Это – все, чего я сейчас хочу. Мне больно видеть тебя!

Миран приложил руку к двери и медленно опустил.

– Рейян, пожалуйста…

– Уходи, уходи, уходи! – каждое произнесенное слово вызывало всхлип, сжатая в кулак рука ударяла в дверь. Рейян не понимала, почему она бежала. Чего стыдилась? Она пыталась сбежать, хотя должна была гордо стоять перед Мираном. Она пыталась скрыться от своих гибельных чувств. Одно лишь существование этого человека высасывало из нее жизнь.

– Я знал это, – сказал Миран, встав на колени. – Я знал, что ты не захочешь меня видеть, что станешь смотреть с отвращением. И все же мне было трудно так жить.

Рейян не понимала, почему он пытается говорить так, будто ничего не произошло. Они – не обычные люди, которые расстались по какой-то банальной причине, их отношения – ужасны. Говорить не о чем. Миран предал Рейян, совершил самый ужасный поступок, который только мог совершить мужчина по отношению к женщине.

– Я не могу тебе верить! – закричала она. – Я никогда не смогу доверять такому человеку, как ты. Я бы разбила тебе лицо, если бы могла. Но ты даже не стоишь того, чтобы я на тебя смотрела!

Ее слова растоптали Мирана. Он оказался совершенно беспомощным, ведь возразить было нечего. Все, что ему оставалось, – стоя на коленях, молить о прощении. Рейян в тот момент поставила жирную точку в их отношениях. Согласится ли Миран на это? Он виноват, он собственными руками осквернил непорочную любовь, бросил невинную душу и ушел без оглядки.

После всего, что произошло, Рейян не могла понять, почему он хочет поговорить так, будто ничего не случилось. Но Миран предал Рейян. Это величайшее предательство, которое мужчина мог совершить по отношению к женщине.

Миран уже был раздавлен тяжестью ее слов. Именно тот факт, что ему нечего было сказать, нечем защититься, сделал его таким беспомощным. Это чувство было для него чужим. Оставалось только встать на колени и просить прощения. Он не мог поверить себе. Рейян не оставляла ему ни шанса в этот момент, она порвала все отношения между ними.

Миран обхватил колени руками и закрыл глаза. За дверью находилась женщина, с которой он хотел прожить всю оставшуюся жизнь, но в ее глазах он выглядел полным подонком. Впервые в жизни Мирана Карамана отвергли.

Он собирался уйти, но не мог встать: от горечи подкашивались колени. Снаружи послышался шум, и Миран открыл глаза. Раздался звук полицейской рации. Скоро его заберут за незаконное проникновение в чужое жилище. Но разве ему не все равно? Совершенно.

– Миран Караман? – Полицейский встал над ним и назвал по имени. Миран слегка поднял голову, напоминая скорее жертву, чем злоумышленника, и вопросительно посмотрел на мужчину. – Ты идешь с нами. – Полицейский протянул руки, пытаясь поднять его с пола, но Миран с раздражением их оттолкнул. Служащий в гневе наклонился с наручниками. – Что с тобой не так, черт возьми?

Миран не ответил, ведь его ждала темная ночь в заключении. Он в последний раз наклонился к двери, пока на него надевали наручники.

– Ты пожалеешь, – уверенно заявил он. Несмотря на слабость, в его голосе вновь четко звучала злоба. – Я заставлю тебя пожалеть о сказанном.

Рейян прикусила губу после этой угрозы. Чего она ожидала? Миран, которого она знала, становится высокомерным тираном, когда не получает того, что хочет.

– Попробуй, – она прислонилась к двери и различила за ней его дыхание. – Больше ты ничего не сможешь мне сделать.

– Я и не буду ничего делать. – Миран глубоко вздохнул и собрался с мыслями. – Но ты пожалеешь.

Миран чувствовал на себе победный взгляд Элиф, когда полиция выводила его в наручниках. Он знал, что день окажется тяжелым, но не догадывался, что настолько. Уже в дверях он столкнулся с мужчиной, знакомство с которым не отняло много времени. Этим мужчиной оказался Фырат. Миран еще не знал его имени, но, увидев его лицо, он понял, что это человек, с которым разговаривала Рейян пару часов назад. Миран так злобно посмотрел на него, что Фырат даже замер от изумления.

Кто этот человек? Миран обязательно выяснит. Одного лишь присутствия мужчины подле Рейян оказалось достаточно, чтобы свести Мирана с ума. Фырат не отводил взгляда, и Миран еще суровее оглядел его с головы до ног.

– Хорошенько запомни мое лицо, – процедил Миран, прежде чем его вывели. – С этого момента тебе придется видеть его часто.

Миран знал, что этот человек вызвал полицию. И он об этом пожалеет.

* * *

Бесконечно тянулись часы, и в темноте мучительной ночи Миран все строил новые планы, чтобы вырваться из ловушки, в которой он оказался.

Миран располагался в своем новом доме, сделав первый шаг к разводу с женой и новой жизни. Встреча прошлой ночью оказалась шокирующей и очень плохо кончилась. Сегодня же Миран видел в зеркале совершенно иного человека.

Он застегнул белую рубашку и надел часы. В памяти всплыло лицо незнакомца, и Миран скривился от гнева. Кто знал, что творилось у него в голове, когда он так холодно вглядывался в свое отражение в зеркале. Раздался стук в дверь, Миран вышел из комнаты и поднялся по лестнице. Он быстро миновал длинный коридор и подошел ко входной двери, за которой ожидал Арда. Он прислонился к дверному косяку и с привычной ухмылкой взглянул на Мирана.

– Хороший дом, брат, – огляделся Арда.

– Мы вместе выбирали, ты забыл, что ли? – Миран прекратил поиски ключей от машины и уставился на друга.

– У тебя нет чувства юмора.

К сожалению Арды, друг оказался не в настроении. Миран угрюмо нахмурился. Улыбка этому человеку казалась совершенно несвойственной.

– В голове множество мыслей, – пробормотал он.

– Заметно, – улыбнулся Арда. – Ты словно мертвец.

Известие о том, что Миран оказался в полицейском участке, прежде всего дошло до Арды. Ему пришлось посреди ночи ехать в Главное управление полиции. Арда не представлял, что именно Миран делал в том доме, но совершенно не удивился подобному окончанию ночи. С утра он попытался расспросить Мирана о произошедшем, но тот лишь мрачно молчал.

– Только я воссоединился не с землей, а с возлюбленной, брат, – криво улыбнулся Миран.

Арда не привык слышать подобное от Мирана.

– Любовь с тобой заговорила, – буркнул он. – Посмотрим, что еще это принесет.

– Не понял?

– Ничего. Идем, не то опоздаем.

– Дома куча незавершенных дел. Как доберусь до работы, отправлю Али. Пусть все сделает в течение дня.

Арда покачал головой и остановился, увидев улыбку Мирана.

– Что ты смеешься? – с любопытством поинтересовался он.

– Ничего, – тихо ответил Миран. – Через несколько дней Рейян будет в этом доме.

Выражение лица Арды мгновенно стало сердитым.

– Я вижу, тебе не хватило. Рейян не просто выгнала тебя, но и вызвала полицию, заставив всю ночь провести в участке. Почему ты так уверен, что через несколько дней она будет здесь?

– Интуиция. Она у меня отличная.

– Что ты станешь делать? Силой притащишь ее сюда? Брат, ты когда-нибудь поумнеешь?

– Она не оставила мне выбора. Я пытался поговорить, но она меня не слушает.

– И правильно делает. Я бы на ее месте… – Арда проглотил остаток фразы при виде гневного взгляда Мирана. Друзья часто расходились во мнениях по разным вопросам, прямо как сейчас.

– Ты мне друг или враг? Я иногда сомневаюсь.

– То, что ты задаешь этот вопрос, уже подозрительно.

Мужчины вышли из дома, сели в машину и не прекращали спорить всю дорогу до офиса. Арда не хотел поражения Мирана, ему нужен был лишь его отказ от плана, чтобы он осознал, что не все на свете можно заполучить силой. Миран – не из тех людей, кто готов остепениться.

– Мне трудно тебя понять. Ты скорее умрешь от боли, чем отвернешься от горы Каф. Почему ты все еще радуешься, что воздвиг эти маленькие горы?

Миран молчал. Его снова переполнял необъяснимый гнев. Вчерашние события вновь всплыли в памяти, заставив кровь закипеть. Дело было не только в отказе Рейян, но и в том незнакомце.

Арда, не дождавшись ответа на свой вопрос, дружески хлопнул Мирана по плечу.

– Наконец-то ты смиришься. Встанешь на колени, будешь умолять, поймешь, что не всемогущ…

– Ничто, – отрицал Миран, – ничто в этой жизни не поставит меня на колени.

После освобождения из полицейского участка Миран разместил вещи в новом доме, а остаток дня провел в офисе. Тело изнывало от истощения, но он не собирался сдаваться. Свет надежды теплился в нем. Сегодня он вернется в тот дом, откуда его насильно увезли прошлой ночью. Нельзя тратить времени: Азат тоже разыскивает Рейян. Она может быть в безопасности только рядом с ним, с Мираном. Что, если Азат найдет ее раньше и увезет в Мардин? Тогда все будет напрасно, и в конце концов он встанет на кровавую дорожку.

Тем не менее кое-чего Миран не мог понять: молчание Хазара Шаноглу интриговало. Почему он не пошевелил и пальцем, когда Миран проявил враждебность и открыто объявил войну? Он что-то задумал? Почему появился только Азат? Почему отец Рейян никак не отреагировал? Чем больше Миран думал о причинах и не мог найти ответ, тем усиленнее он принимал меры предосторожности. Он не должен оказаться беззащитным перед внезапно нанесенным ударом. Главным его козырем станет Рейян.

Миран бесцеремонно вошел в кабинет Арды: друзья не имели привычки стучать. Арда уже закончил работу и собирался уходить.

– Я отправляюсь в дом, где остановилась Рейян, – заявил Миран. Арда неуверенно взглянул на него.

– Что ты будешь делать? Через дымоход проберешься в дом, где тебя не ждут?

– Да, если придется, – кивнул Миран. – Я перепробую все, пока Рейян не согласится поговорить со мной.

Арда усмехнулся в ответ. Человек перед ним оставался непробиваемым и совершенно непонимающим женщин. Его методы были так же грубы, как и он сам.

– Хорошо. Допустим, она согласилась поговорить. Что ты скажешь Рейян? Мне очень жаль, прости меня, пойдем домой и продолжим наш фиктивный брак с того места, где остановились?

Миран молча посмотрел на друга, и Арда отбросил шутки, резко посерьезнев.

– Ваши отношения и этот фиктивный брак – не самый обычный случай. Говорят, друг всегда должен говорить горькую правду! Я не думаю, что Рейян тебя простит. Как бы сильно она ни любила тебя, ненависть возьмет верх.

Арда совершенно не хотел разрушать надежды друга и очень переживал, но Миран лишь сильнее разгневался.

– Хорошо, – ответил он, указав на себя пальцем. – А что насчет моей любви?

Арда осторожно улыбнулся.

– Думаешь, если ты страдаешь от любви, то и всему миру конец?

Он сделал шаг к Мирану и посмотрел на него. Он хотел донести мысль, помочь разобраться во всем.

– Какая темная любовь не исчезает в этом мире? В чем заключался грех Меджнуна, который не смог воссоединиться со своей Лейлой? Была ли любовь юных сердец, павших мученической смертью за свою страну, меньше твоей? Даже сейчас, пока мы разговариваем, кто знает, какой еще свет угасает в это время. Ты чувствуешь? Еще одна любовь потеряна, еще одна любовь превращается в рану на сердце, которая будет кровоточить всю жизнь.

– Ну и что? – настаивал Миран. – Хочешь, чтобы я стал таким же? «Оставь себе свою боль, забудь о Рейян», – ты это хочешь сказать?

К концу этой речи Миран окончательно лишился самообладания. Разговор пошел на повышенных тонах. Миран снова неправильно понял.

– Нет, я просто… Я хочу, чтобы ты подумал о возможном поражении.

* * *

Рейян сидела на своем обычном месте, устремив взгляд в звездное небо, и не подозревала, что вот-вот произойдет. Со вчерашнего дня она была не в себе. Со встречи с Мираном она чувствовала себя плохо: ужасное настроение, расстроенная психика. Госпожа Сыдыка и Фырат пытались ее поддерживать, но Рейян лишь ощущала неловкость от такого внимания.

Из-за нее посреди ночи приехала полиция, и, возможно, соседи об этом судачили.

– Я только что разговаривала с мамой, – сообщила Рейян Элиф. – Они в порядке. Я всегда была лишней в особняке. Все будто ждали, когда я уеду.

Рейян глубоко вздохнула. Всю ночь она провела в боли и слезах.

– Не говори так. Не возвращаться в особняк – твой выбор. Может быть, твоя мама так говорит, только чтобы ты за них не переживала.

– У меня не было выбора, Элиф, мне пришлось. Разве у меня был шанс вернуться в Мардин? Такой, какая я теперь? – Рейян указала на свой живот. – Думаешь, я смогу контролировать свою жизнь там? Да ты представляешь, что произойдет, когда они узнают, что я беременна?

– Даже думать не могу… – Сама мысль казалась невозможной. Рейян приняла правильное решение, отказавшись вернуться. Это решение было бы совсем удачным, если бы не внезапное появление Мирана.

– Ты сказала своей матери?

– Что? Ты о том, что Миран нашел меня? Или о ребенке?

– Обо всем, – покачала головой Элиф.

– Я не хочу волновать маму. Пусть продолжает думать, что я здесь в безопасности.

– Тетя Сыдыка сделает это если не сегодня, то завтра. Не говори потом, что я не предупреждала.

Рейян сначала запаниковала, но затем вспомнила обещание госпожи Сыдыки.

– Она обещала ничего не говорить. – Рейян развернулась к окну и раздраженно вздохнула. – Я для них как груз. Мне некуда идти.

Ситуация очень беспокоила Элиф. Как долго Рейян планирует тут оставаться?

– Вообще-то у меня есть несколько идей, – понизила голос Элиф. Рейян стало любопытно, и она подошла к ней поближе.

– Что, если я уйду из общежития, и мы будем жить в доме, заботиться друг о друге? Мои братья ничего не скажут, мне разрешат.

– Как это будет? – нахмурилась Рейян.

– Все отлично, у нас нет проблем с деньгами.

– У меня большие проблемы. Либо меня найдет Миран, либо наши. Нет в жизни мне покоя!

– Я так и не поняла, чего хотел Миран, – Элиф выглядела угрюмой – она злилась, вспоминая о вчерашнем дне. – Я думала, он к тебе больше не имеет отношения. Кроме того, разве он не женат?

Слова Элиф остались без ответа. Вдруг раздался шум, который удивил обеих девушек. Рейян во время разговора не смотрела в окно и не заметила, что Миран наблюдает за ней уже минут пять. Он захотел привлечь ее внимание и бросил в окно небольшой камушек. Разумеется, он и предположить не мог, что наделает столько шума. Стоящий в нескольких метрах от него Арда не мог не рассмеяться.

– Брат, ты бы окно разбил.

– Заткнись, Арда.

Миран не хотел вспоминать о нем сейчас, ведь перед его глазами стояла красивая девушка. В глазах ее читался испуг, но этот момент стоил для Мирана целой жизни.

Если бы он только осознавал, что однажды почувствует себя таким счастливым, то отдал бы все, что имел. Почему некоторые вещи ценятся только тогда, когда уже потеряны? Такие, как жизнь, как любовь…

Глава 15. Уходи

Иногда в самый неподходящий момент перед глазами, словно отголоски прошлого, проносятся воспоминания. Они бередят душу, вновь заставляют кровоточить старые раны. Ребенок, познавший одиночество, не превращается во взрослого. Он остается ребенком в любом возрасте, как бы себя ни обманывал.

Мирана бросало то в жар, то в холод. В образе Рейян, в ее лице он увидел свою мать, которую лишь смутно помнил, и понятия не имел, откуда возникла эта неожиданная ассоциация. До сих пор пустоту, возникшую в его сердце после потери матери, не удавалось ничем заполнить, но сейчас впервые затрепетало сердце, не знавшее женской любви. Никто, кроме этой девушки с бездонными глазами, не мог залечить его раны. Кто знает, может быть, именно Рейян научит его любить.

Занавеска вдруг задернулась, развеяв воспоминания. Образ, возникший от взгляда Рейян, растаял, как лед, когда ее лицо скрылось от Мирана.

Рейян почувствовала изумление и тревогу с появлением Мирана и, не зная, что делать, задернула занавеску. Фырат собирался остаться дома и присмотреть за девушками, но уехал в больницу из-за неожиданного вызова. У хирурга нет ни дня, ни ночи для отдыха. Впрочем, останься он дома, смог бы он защитить Рейян от Мирана?

– Он снова здесь, Элиф, – тревожно сообщила Рейян. – Снова…

Он будто поклялся ее убить…

Элиф тоже боялась Мирана, хоть не так сильно, как ее подруга.

– Что мы будем делать? – поинтересовалась она. – Может, еще раз вызовем полицию?

Миран, стоявший у дома, являлся живым доказательством того, что эта идея не сработает снова.

Рейян молчала. Ее страх стал реальностью – он вернулся. Еще больше она боялась вновь втянуть госпожу Сыдыку в эту историю. Стало ясно, что Миран не оставит ее в покое. Что же делать дальше? Куда ей идти? Как избавиться от этого человека?

– Рейян! – упрямо кричал Миран. – Если мы не поговорим, я никогда отсюда не уйду. И полиция мне не указ, понимаешь?

Рейян раздраженно закрыла глаза, и ее горло пересохло. При виде Мирана у нее потели ладони, а сердце бешено колотилось.

– О чем он хочет с тобой поговорить? – Элиф начала думать, что Миран, должно быть, настойчив не без причины. – Поговори с ним, послушай, что он хочет сказать, и пусть уходит. Смотри, он не собирается сдаваться.

Рейян вновь приоткрыла занавеску. Она видела лицо Мирана так же ярко и отчетливо, как уличные фонари и лунные лучи. Рейян почувствовала, как кровь отлила от ее лица, когда она наткнулась на его острый, как и прежде, взгляд. Она медленно открыла окно и высунула голову.

– Я тебя слушаю. Давай, говори! – Рейян изо всех сил старалась не показывать гнев, но не смогла сдержать дрожи в голосе.

Она не могла снова показаться слабой перед этим мужчиной.

Миран оценил обстановку. Рейян стояла у окна, а он находился снаружи.

– Не так, выходи.

Предчувствуя отказ Рейян, он поднял палец и быстро продолжил:

– Не говори «нет». Если ты не выйдешь, я снова войду. На этот раз меня не остановит запертая дверь. – Миран вдруг осознал, что его слова прозвучали слишком злобно, сам на себя рассердился и уже спокойно продолжил: – У меня нет плохих намерений. Пожалуйста, приди, я жду.

Рейян молча закрыла окно и задернула занавеску. Она поговорит с Мираном, ей тоже этого хочется. Она понимала, что избегание проблемы пользы не принесет. К тому же она страстно желала выплеснуть на него свою ярость.

Через несколько секунд она вышла из дома, обхватив руками свое дрожащее тело. Миран подошел ближе к дому. Они встретились, и сердце Мирана затрепетало, Рейян же почувствовала раздражение. Она мгновенно шагнула назад и стала буравить его злобным взглядом. Гнев Рейян не знал предела. Она ничего не могла с собой поделать: глядя на Мирана, она вспоминала тот злополучный день и что все, что случилось до него, – лишь ложь.

– Что ты здесь делаешь? – вскрикнула она. – Как ты меня нашел? Зачем ты снова притащился, черт возьми? Чего ты от меня хочешь?

Раздраженная Рейян сыпала вопросы один за другим. Ей безумно хотелось поскорее получить ответы и больше его не видеть.

Она действительно хотела этого?

Ведь так тяжело смотреть в глаза человеку, которому хотел посвятить свою жизнь, а получил в ответ лишь предательство. Разве не ему она отдала свое будущее, не задумываясь? Не он ли – единственная причина горьких слов, срывавшихся с ее языка? Разве не он разрушил ее жизнь?

– А ты что здесь делаешь? – в ответ спросил Миран. Этот вопрос интересовал его больше всего. – Почему ты в Стамбуле, а не в Мардине, Рейян? Что ты делаешь в моем городе?

Рейян ошеломил этот неожиданный вопрос и разозлил еще больше.

– Я здесь из-за тебя! – крикнула она, не в силах больше сдерживаться. На дворе стоял поздний вечер, но Рейян это не волновало. Тело горело, словно в огне, она задыхалась от ярости. – Черт возьми, из-за тебя! Разве у меня остался дом, куда я могу вернуться? Разве у меня осталась жизнь? Что еще у меня есть, что ты хочешь теперь заполучить? Скажи мне… Что ты хочешь от меня на этот раз?

– Нет, нет… – покачал головой Миран. Язык не слушался, фразы будто застревали в горле. Он был так виноват, что не мог подобрать нужных слов в свое оправдание. – Рейян, я просто… Прости меня.

От внезапного извинения и опустошенного голоса Мирана мороз пробежал по коже девушки. Даже ночью его интонации причиняли боль. Само существование Мирана – катастрофа для Рейян.

Миран пронзительно смотрел на нее, а она из последних сил держалась, чтобы не заплакать. Нет, у нее не осталось слез для этого человека.

Ложь…

– За что? – Рейян открыла рот от удивления. Слова, которые она только что услышала – самые нелепые в ее жизни. Что это за сожаление?

Миран какое-то время колебался, качал руками, не зная, куда их деть. Не отрывая взгляда от Рейян, он облизал губы.

– Я сожалею, что ты стала частью моей мести. – Миран согнулся под тяжестью собственных слов. – Я знаю, невозможно объяснить и искупить то зло, что я причинил тебе.

Миран замолчал и потупился: черные как ночь глаза Рейян пронзали его насквозь.

Надежда и муки совести убивают человека. Рейян стала голосом его морали, причиной пробудившегося сострадания.

Молодые люди очутились в ловушке ночи, словно двое несчастных, приговоренных к пожизненному заключению. Мучительное ожидание, долгая расплата. Смертельные секунды, опустошенные сердца, переполняемые лишь отчаянием.

Элиф и госпожа Сыдыка затаили дыхание у двери, а Арда стоял поодаль и наблюдал за этой картиной.

Рейян вдруг нарушила молчание, не зная, что своими словами уничтожит Мирана.

– Я не хочу видеть этого человека, – она указала пальцем на Мирана, не в силах смотреть на него: слишком много воспоминаний всплывало перед глазами. – Я не хочу… Не хочу…

Рейян повторяла одну фразу, а Миран молча наблюдал. Не такой реакции он ожидал. Разве Рейян не должна пытаться отомстить или начать ругаться, выплескивать свою ненависть, вымещать гнев? Почему она даже ничего не спрашивает?

Своим поступком Рейян разбила сердце Мирана. Притворяясь чужой, она лишала его веры и сил.

Она развернулась и прошла к дому.

– Скажите ему, чтобы убирался отсюда!

Миран не хотел отпускать Рейян, несмотря на свою слабость.

– Не уходи, я не закончил. – Он схватил ее за руку, чтобы помешать уйти. Это стало последней каплей для Рейян. Для нее все казалось невозможным: этот человек нанес раны, которые никогда не заживут, которые она будет нести в себе всю жизнь, словно клеймо.

– Уходи! – воскликнула она. – Ради бога, убирайся отсюда!

Каждое слово болезненно отдавалось в голове у Мирана, с каждым «уходи» он по капле умирал. Миран испытал дежавю: он проходил через то же когда-то.

– Не прогоняй меня, Рейян, я не могу уйти, – беспомощно взмолился он, но девушка явно не собиралась прощать, что бы он ни делал. Миран не хотел сдаваться. Он взял ее за руку, но не хотел говорить всего при свидетелях.

Пока Рейян пыталась вырвать свою руку, вмешались Элиф и госпожа Сыдыка.

– Отойдите, не подходите! – крикнул Миран, вытянув вторую руку и не позволяя им приблизиться. Рейян хотела освободиться, толкнула его свободной рукой и оказалась перед дверью, в нескольких шагах от дома. Теперь их никто не видел.

– Ты – самый-самый…

Миран не хотел слышать ее слова, что бы она ни говорила, и прикрыл ей рот ладонью.

– С каждым словом ты меня убиваешь.

Как только Миран убрал руку от ее лица, Рейян его сильно ударила. Она не сожалела об этом внезапном порыве. Это – ничто по сравнению с тем ударом, который ей нанес Миран.

– Не трогай, не смей! Не прикасайся ко мне руками, которыми трогал свою жену! Ты даже не достоин того, чтобы я тебя проклинала. Если бы я была уверена, что мои слова тебя убьют, то кричала бы на весь город! Но, к сожалению… – она сделала паузу, когда свет фар внезапно ее ослепил. – С такими, как ты, ничего не случается.

Миран уже хотел сказать, что разводится с Генюль, но его внимание тоже привлек свет фар приближающейся машины. Появился вчерашний мужчина. Сегодня Миран узнает его имя. Заметив пристальный вопрошающий взгляд приехавшего, Миран ответил тем же.

– Что ты здесь делаешь? – осведомился Фырат, глядя на Мирана. Он не ожидал увидеть этого мужчину вновь так скоро, ведь только вчера его увезла полиция. Фырат оглядел Мирана с ног до головы, – вчера эта возможность ему не представилась.

– Я сказал тебе запомнить мое лицо, – лениво протянул Миран, стараясь не показывать своей ревности и угрожающе глядя на Фырата. «Кто этот человек? Какое право он имеет заступаться за Рейян?» – думал он.

– Он сейчас уйдет, – вмешалась Рейян, внимательно глядя в глаза Мирану. – И больше не вернется.

– Этого не случится, – возразил он. – Я никуда не уйду, останусь тут.

– Значит, я снова позвоню в полицию. Видимо, вчерашнего вечера тебе оказалось мало, так что на этот раз ты не сможешь выбраться из этой дыры, – сказал Фырат.

Внимательно выслушав его, Миран сбросил маску серьезности и пронзительно рассмеялся.

– Попробуй, если хочешь. Ты даже не представляешь, что тебя потом ждет.

В его словах звучала неприкрытая угроза. Фырат нахмурился, а Рейян побледнела. Она не хотела, чтобы из-за Мирана случилось что-то плохое.

– Я тебя не боюсь, – заявил Фырат и полез в карман за телефоном, но Рейян выхватила мобильный из его руки.

– Не делай этого, Фырат, не нужно полиции. Он скоро уйдет.

– Я никуда не уйду, – упрямился Миран. Он должен был что-то сделать, убедить Рейян и забрать ее отсюда. Он не хочет применять силу, но она не оставляет ему выбора.

– Тебе не нужно бояться этого человека, Рейян, дай мне телефон.

Миран остался равнодушным, когда Фырат взял у Рейян свой телефон и набрал номер полиции, и лишь насмешливо улыбался. Фырат удивленно обернулся, когда кто-то сзади снова выхватил у него телефон.

– Оп, телефон забрал. – Арда выключил мобильный.

– Кто ты? – гневно спросил Фырат, обернувшись к нему. Ситуация выходила из-под контроля и становилась опасной.

– Кто это? – процедила Рейян сквозь стиснутые зубы. – Свидетель, сообщник.

Рейян лишь однажды видела Арду, но не забыла его лицо. Она посмотрела на него, и тот опустил голову. Арда до смерти стыдился за то, что сознательно участвовал в игре Мирана и закрывал глаза на его поступки. Сейчас он платил цену за молчание.

– Смотри, – сказала Рейян, кивая Фырату на Мирана и Арду. – Вот они, двое бесчестных людей, лжецов. Оба служат дьяволу…

– Заткнись, Рейян! – Миран злобно посмотрел на нее. Кто этот человек, чтобы он позволял себя так перед ним унижать?

– Что такое? Мои слова причиняют боль? Ранят твое несуществующее сердце?

Вместо того чтобы сердиться на Рейян, Миран перевел взгляд на Фырата.

– Для тебя же лучше, если ты уйдешь с моего пути. Иначе мне будет очень жаль тебя и твой маленький мир.

– Что ты можешь сделать? – с любопытством осведомился Фырат, поддразнивая Мирана.

Тот в ответ лишь улыбнулся. Эта улыбка мгновенно уничтожила Рейян. От нее сердце трепетало, как пичуга…

– Чего я только не сделаю. Однажды утром ты проснешься – а у тебя ничего и нет. И из больницы, где ты работаешь, выгнали. – Миран картинно поджал губы, будто сожалея о печальном финале. – Не дай бог.

После этих слов Рейян окончательно потеряла самообладание. Она резко ткнула Мирана в грудь, заставив его споткнуться.

– Ты отвратителен! – Рейян продолжала кидаться на Мирана, как сумасшедшая.

Фырат схватил ее за руки и потянул назад, но девушка будто потеряла рассудок и хотела лишить Мирана всего. Арда беспомощно наблюдал.

– Отпусти меня, отпусти! Я ненавижу его!

Рейян жаждала выместить всю злость на этом человеке и невольно расплакалась. Она хотела кричать изо всех сил ему в лицо. «Почему ты обманул меня? Почему ты ушел? Почему ты так поступил? Зачем ты пришел в мою жизнь?» — кричала ее душа.

Шокированный Миран стоял неподвижно, пока Фырат и Элиф завели Рейян в дом. На этот раз он не двинулся следом. Как только они ушли, Арда приблизился к Мирану.

– Ты зашел слишком далеко, – упрекнул он. – Как ты мог так угрожать перед ней? В любом случае, ты теперь монстр в ее глазах, ты достиг дна.

– Она ненавидит меня, – пробормотал Миран, садясь на тротуар. Он обхватил голову и взъерошил волосы. – Она ненавидит меня!

Арда пристроился рядом, не зная, что сказать.

– С самого начала это было очевидно. – Арда хотел сказать больше: что это он виноват, что придется заплатить за свои грехи… Но некоторые вещи вслух произнести невозможно. Арда не мог видеть своего друга таким. – Вставай, идем; ты все испортил. Возможно, в другой раз…

– Нет, – отрезал Миран. – Не сдаваться, не отступать!

Мужчины и не подозревали, что соседи пристально наблюдают за ними у окон. Миран подошел к двери, начал стучать и бормотать бессвязные слова, но дверь не открывали и Рейян не выходила.

Наконец Миран добился реакции – госпожа Сыдыка вылила на мужчин ведро воды. Не зря говорится, что друг и в беде рядом. Двое молодых людей застыли в изумлении. Элиф тихонько хихикала над ними, как и все наблюдавшие соседи.

– Черт, холодно! – Арда поднял руки, холод пронизывал насквозь.

Совершенно сбитый с толку Миран вытер рукой мокрое лицо и взглянул наверх. Соседи моментально спрятались.

– Хорошо, пусть так, – дрожащими губами произнес он. – Теперь я не просто влюблен, а влюблен по уши.

– Пойдем уже, мне холодно! – воспротивился Арда.

Перед уходом Миран последний раз крикнул в закрытую дверь, зная, что его услышат внутри:

– Не думайте, что я сдался. Я приду еще!

Неделю спустя…

Когда человек устает, вместо того, чтобы распутывать узлы, он перерезает веревку.

Миран много раз пытался поговорить с Рейян, но ни разу не преуспел: девушка даже не взглянула на него. Ему становилось все хуже с каждым днем: он перестал упрямиться, боль захлестнула его. Миран перестал есть и спать, каждый день борясь с самим собой.

Арда перестал винить Мирана и уговаривать сдаться. Он не знал, чем закончится любовь его друга.

Сегодня мужчины получили неприятное известие из Мардина: Азат снова едет в Стамбул. Глупо было бы пытаться отрицать, что причина его прибытия – Рейян. Может быть, Азат уже знал, где она находится, и собирался забрать ее в Мардин. Миран должен что-то сделать и увезти Рейян из этого дома – у него нет другого выхода.

Миран гнал машину на полной скорости. Он даже отложил важную встречу со своим адвокатом по поводу развода. Миран мчался как мог: он не проиграет времени и Азату!

Он оставил машину в нескольких метрах от дома Рейян. Он еще не знал, что делать. Не мог же он просто ворваться внутрь и насильно вывести ее. Несколько минут Миран колебался, а затем вышел из машины.

Удача улыбнулась ему: стоило только Мирану захлопнуть дверь автомобиля, как на улице показалась Рейян, держащая в руке зонт и тонкое пальто. Ее длинные распущенные волосы спадали на спину. Она стояла на тротуаре, будто кого-то ждала. Миран даже не задавался вопросом, куда она собралась, ведь она все равно не доберется туда. Ей суждено остаться с ним. Рейян повернулась, помахала в окно и улыбнулась. Миран тоже улыбался, наблюдая за ней издалека. Рейян его не замечала, иначе мгновенно нахмурилась бы.

Миран сел в машину, пока она его не заметила. Ему стало интересно, кого она ждет. Он натянул капюшон до бровей и стал следить. Вскоре перед дверью остановилась машина Фырата, и Рейян, улыбаясь, села внутрь. Миран невольно сжал кулаки. Это стало последней каплей.

Как только машина Фырата двинулась, Миран последовал за ней. Он собирался выкрасть Рейян в наиболее подходящий момент. Сократив расстояние, начал преследовать автомобиль Фырата. Почему этот парень так заинтересован Рейян? Мирану казалось, что причина ему не понравится.

Выехав на главную дорогу, Фырат увеличил скорость. Миран вдавил педаль газа в пол и посигналил, требуя остановиться. Машина замедлила ход и остановилась. Миран вышел из своего автомобиля и направился к Фырату. Он невольно усмехнулся, когда увидел внутри два растерянных и сердитых лица. Миран открыл дверцу, сунул голову в салон и встретился глазами с Рейян.

– Выходи из машины.

Она откинулась назад, чтобы держаться от Мирана подальше, и с раздражением ответила:

– Я не выйду, уходи!

К сожалению, в этот раз Миран не мог позволить себе оставаться добрым. Он схватил Рейян за руку. Фырат вышел из машины, чтобы помешать.

– Ты что, преступник? Девушка не хочет видеть тебя!

Миран выволок Рейян из машины, не сводя глаз с Фырата.

– Ты слишком сильно вмешиваешься, заткнись и вернись в машину!

Миран тащил Рейян в свой автомобиль. Она так истошно кричала, что впору было затыкать уши. Если бы Миран поступал мягче, она бы победила. Без малейших колебаний он заявил:

– Твои попытки сопротивляться окончены. Ты поедешь со мной.

Глава 16. Не смей прощать

Порой страдания неизбежны, как сама жизнь. Человек причиняет боль любимому. Мужчину, разрушившего жизнь женщины, ей невозможно забыть. Его имя врезается в память, и в сердце навсегда остается любовь или ненависть. Это нерушимое правило жизни.

Рейян отчаянно боролась в машине, истошно кричала, бранилась. Она не узнавала саму себя. Такое поведение было ей несвойственно, Миран сделал ее такой.

Всего каких-то десять минут назад Фырат вез Рейян в больницу. Миран настиг их и насильно утащил ее с собой, как куклу. Фырат пытался помешать, но Миран ударил его по лицу. Рейян не представляла, как теперь будет смотреть ему в глаза, хотя и подозревала, что они больше не увидятся. Теперь она заперта, подобно птице в клетке. Вокруг нее разверзлась сама тьма.

Рейян перевела взгляд на Мирана. Нахмурившись, он не отрывал от дороги своих пронзительных голубых глаз. Рейян заметила, что в последние дни он почти не улыбался и явно был зол. Она только что познакомилась с настоящим Мираном. Как ни странно, это ей нравилось больше, ведь маска, которую он носил, совершенно не подходила ему.

Рейян продолжала упрямо смотреть на Мирана, хоть он и не обращал на нее внимания.

– Скажи мне, – сердито потребовала она, – что ты сделаешь со мной? Какую роль ты мне уготовил?

Миран молчал. Он считал, что Рейян в таком состоянии его не поймет, неправильно воспримет слова и начнет кричать еще больше. Впрочем, она все равно явно не собиралась умолкать. Миран же все равно считал, что молчание – лучший путь.

– Я с кем говорю? – Рейян все больше распалялась, так и не получая ответа на свой вопрос. – Или ты отведешь меня к своей жене? Извини, или мне лучше называть ее твоей сестрой?

В конце она картинно прижала руку к губам, будто испугавшись, что сказала что-то не то.

Миран больше не мог молчать.

– Генюль для меня – никто, – спокойно ответил он.

– Как так? – удивленно вскинула брови Рейян, но затем добавила, чтобы не выглядеть заинтересованной: – Не говори ничего. Я не хочу слышать.

Она откинулась назад, почувствовав головокружение. Все происходящее не шло на пользу ни ей, ни ребенку.

– Даже если ты не хочешь знать, я тебе расскажу. Мы с Генюль разводимся, – ответил Миран, чувствуя необходимость заставить Рейян принять этот факт.

– Почему ты мне это рассказываешь? – несмотря на свой гнев, она не смогла удержать любопытство. Кто эта девушка, Генюль? Если она действительно была женой Мирана, то как она могла спокойно притворяться сестрой и улыбаться ей в лицо? Этот вопрос Рейян задать не могла.

– Мне нужно о многом рассказать тебе, Рейян, – начал Миран. Он ненадолго оторвал взгляд от дороги и взглянул на нее. Она морщилась и выглядела неважно. – Ты в порядке?

Вдобавок к головокружению появилась тошнота, и Рейян со вздохом прижала руки к вискам.

– Разве с тобой может быть хорошо?

Миран пожалел, что спросил: Рейян тут же вновь начала протестовать.

– Я не знаю, куда ты меня везешь, но это неправильно. Я сбегу, вот увидишь.

– С этого момента, – решительно отрезал Миран, – единственное место, куда ты пойдешь, – мой дом.

Рейян широко распахнула глаза.

– Какой дом? – спросила она. – О чем ты говоришь?

– Я отвезу тебя домой, – ответил Миран. Ему хотелось сказать «в наш дом», но слова застряли в горле. – Я – тот, кто лишил тебя дома, и я же все исправлю.

Он заметил растерянность на лице Рейян и продолжил:

– Ты не могла вернуться домой из-за меня. Весь Мардин знал, что ты вышла замуж. Если бы ты на следующий день вернулась, все начали бы сплетничать за твоей спиной. Ты бы этого не вынесла.

При последних словах его голос задрожал. Эти слова заставили сердце Рейян трепетать.

– Ты знал, что я с этим не справлюсь, – без эмоций произнесла она, не убирая руки от висков: голова продолжала кружиться. – И все равно сделал это. Разве ты не этого хотел? Опозорить меня и всю мою семью… Разве не это – цель твоей мести?

Голос Рейян звучал очень слабо. Холод проник в ее сердце.

Миран вновь погрузился в молчание. Да, сначала он преследовал именно эту цель, но не сейчас. Гордость сменилась сожалением, которое его сломило. Любовь была слишком сильна, и он оказался во власти этой девушки. Несмотря на то что она – дочь врага, Миран не мог отказаться от нее.

– У меня проблемы с твоим отцом, – наконец ответил Миран, вспоминая, что натворил. – Не с тобой.

Рейян хотела поговорить о многом, но молчала, заставляла себя глотать прорывавшиеся слова, отчего очень мучилась. Тошнота еще больше усугубляла положение. У Рейян появилось нестерпимое желание умолкнуть навсегда, свернуться калачиком в кресле автомобиля и исчезнуть.

– Останови машину, – слабо произнесла Рейян, почувствовав, что ее вот-вот вырвет. – Мне нехорошо.

Только Миран остановил машину, Рейян распахнула дверь и выбралась наружу. Ее стошнило. Когда она увидела, что Миран вышел из машины и направляется к ней, то почувствовала, как кровь закипает в жилах: ей не хотелось, чтобы он видел ее в таком состоянии. Рейян почувствовала себя еще хуже, когда Миран встал перед ней на колени с упаковкой салфеток в руке. Он собрал ее волосы и откинул их за спину, а потом поднес салфетку к ее рту, но Рейян не позволила ему прикоснуться.

– Не трогай меня, – она откинула руку мужчины. – Я справлюсь сама.

Лицо Рейян мгновенно стало пунцовым от стыда. Почувствовав себя лучше, она вернулась в машину и, глубоко дыша, устроилась на сиденье под обеспокоенным взглядом Мирана. Горло горело. Ей придется несладко, если на протяжении всей беременности она будет себя так чувствовать.

– Тебе лучше? – обеспокоенно спросил Миран, и Рейян отвернулась от него, чтобы он не ощущал исходящего от нее запаха. Почему он так себя вел? Будто ничего не произошло… Он так смотрел ей в глаза, будто никогда не уходил, вел себя прямо как до свадьбы. Будто никогда не бросал Рейян.

Она больше не могла сдерживать слезы. Вновь она плакала из-за этого мужчины прямо у него на глазах.

– Не плачь, – беспомощно взмолился Миран. Он чувствовал тяжесть на душе, ведь он не мог никак остановить слезы, причиной которых являлся сам. – Не убивай меня.

Рейян плакала все сильнее, но вдруг подняла на него сердитые глаза, будто проклиная Мирана за его слова.

– Я тебя никогда не прощу! – вновь взбунтовалась она.

Несомненно, порой слова ранят острее ножа и могут погубить душу. Миран медленно и молча умирал. Он знал, что не прав сам, и поэтому не мог издать ни звука.

Миран чувствовал себя измотанным, слова давались ему с огромным трудом.

– Такого, как я, – не прощай! – признание вырвалось неосознанно. Он сделал глубокий, полный боли вдох. – Я сам себя не могу простить, и ты не прощай никогда.

Он медленно вышел из машины и остался стоять снаружи, пока Рейян не перестала плакать. Миран ждал так долго, что потерял счет времени. Наконец он вновь сел за руль, и казалось, что их сердца и воздух вокруг почернели. Молодые люди молчали, оба истощенные и израненные друг другом.

Рейян выглянула в окно. Слезы застилали глаза и мешали ей видеть. Она остановила взор на бескрайней, как море, дороге. Теперь она находилась там, где так боялась оказаться, – рядом с Мираном. Что она делает с этим человеком? Какова его цель? И речи не шло о том, чтобы снова быть вместе. В любом случае, разве он – не враг ее отчима? Отношения между ними невозможны, никто не позволит им воссоединиться. Теперь между ними вырастали горы и бескрайние моря, необъятная пропасть, которую Миран оставил после своего ухода. Если он решит вернуться, то провалится в эту бездонную пустоту.

Много раз Рейян мысленно вычеркивала этого человека из жизни, но сердцу не прикажешь.

Молодые люди приехали в незнакомый Рейян район. Судя по дорожным указателям, это был Бейкоза. Машина остановилась перед двухэтажным домом; у дверей ожидал молодой человек. Как только он их заметил, предусмотрительно распахнул массивные металлические ворота. Машина въехала во двор, и Рейян посмотрела в окно.

– Нам сюда, – объявил Миран, не глядя на нее.

Бог свидетель, когда он покупал дом, то думал о Рейян и о том, чтобы всю жизнь провести здесь с ней. Миран хотел оставить все прошлое позади и начать с чистого листа.

– Рейян, я ни в коем случае не хочу с тобой плохо обращаться, – он судорожно вцепился в руль. – Пожалуйста, не старайся избавиться от меня или причинять беспокойство, иначе тебе снова будет больно.

Рейян с насмешливой улыбкой повернулась к Мирану, а затем снова перевела взгляд на дом.

– Думаешь, сможешь удержать меня здесь? – Она вновь повернулась к Мирану в ожидании ответа.

– Я так не думаю, – уверенно заявил он, указывая пальцем. – Отныне это – твой дом.

– Хорошо, – медленно кивнула Рейян и вышла из автомобиля. Миран последовал за ней. Что вдруг случилось с этой девушкой, которая буквально час назад смотрела на него полным отвращения взглядом? Это спокойствие испугало Мирана. Он сходил с ума, гадая, что у Рейян на уме.

Девушка перестала бороться: криками и сопротивлениями она лишь себе вредила. Отныне она собиралась стать терпеливой и подыгрывать Мирану, но когда придет время, она уйдет из этого дома без оглядки.

Рейян быстро огляделась. Дом воплощал все ее мечты: еще перед свадьбой Рейян описала Мирану, в каком доме она хочет жить. Как глупа она была тогда! Сейчас она смотрела на живое воплощение своего идеала, но не испытывала ни малейшего волнения. Всему свое время под небом.

– Ты не забыл, – заметила Рейян. Миран стоял позади и с интересом наблюдал. – Когда-то я рассказала тебе, о каком доме мечтала. Ты помнишь.

– Я не могу забыть что-то, сказанное тобой, – улыбнулся Миран.

Посреди большого сада располагалась уютная беседка, множество деревьев возвышалось вокруг, иней сковал ветки. Кто знает, как расцветет этот сад летом. Рейян грустно вздохнула: она не собиралась так долго оставаться в этом доме. Она продолжала отмечать про себя мельчайшие детали.

– Я хотела цветочные деревья и герань вокруг дома, ты и об этом не забыл. – Она подняла голову и осмотрела дом. Взгляд ее остановился на массивной террасе, и Рейян горько улыбнулась. – Я мечтала о большой террасе, чтобы пить там чай и общаться, ты помнишь.

Она нагнулась и подняла один из сухих листьев у ног.

– Я не забыл, – еще раз повторил Миран. Он ждал, чем закончится этот разговор.

– Мне больше не нравятся такие дома. После твоего ухода я возненавидела все, что связано с тобой. У тебя ужасный вкус, – саркастически закончила Рейян. Миран с трудом сглотнул, когда она бросила на землю разорванный листик. Он словно вернулся в прошлое. – Твой дом похож на тебя.

– Раз ты так говоришь, так и есть. – Миран решил не возражать, что бы она ни сказала. Он понял, что Рейян пытается его разозлить, но не хотел терять самообладания. – Пойдем внутрь, на улице холодно.

Рейян молча вошла в дом вслед за Мираном. Внутри оказалось так же красиво. Солнечные лучи пробивались сквозь окна, от чего светлые стены, украшенные картинами, приобретали особый шарм. В конце длинного коридора находилась лестница на второй этаж, за ней – дверь на кухню, напротив располагался просторный зал, а справа – две двери.

– Спальню и другие комнаты ты найдешь наверху, – Миран указал на лестницу.

– Мне неинтересно, – равнодушно пожала плечами Рейян.

Миран следовал за девушкой. Она направилась к залу.

– А мне интересно кое-что, – Миран наблюдал за Рейян, устроившейся в одном из кресел. – Куда ты собиралась сегодня с этим мужчиной?

Рейян вдруг напряглась. Больше всего она боялась, что Миран узнает о ребенке. Она не умела лгать и все время краснела и колебалась. Она отправилась с Фыратом в больницу на УЗИ, чтобы впервые увидеть своего ребенка, но Миран им помешал.

– Это – не твое дело, – отвела глаза она. Он не должен знать, по какой причине она ездила в больницу.

Миран с сомнением сузил глаза, подошел ближе к Рейян и увидел, что она покраснела еще больше. Любопытство его разгорелось сильнее.

– Я не спрашиваю дважды, а получаю ответ с первого раза. У тебя только один шанс ответить.

– Думаю, я только что им воспользовалась.

– Предпочитаешь молчать? – Миран хлопнул в ладоши. – Думаешь, я не смогу узнать?

Рейян гневно посмотрела на него.

– Что ты собираешься делать? – спросила она. – Снова собираешься вырывать слова у Фырата, применяя насилие?

– Да, если потребуется, – дерзко заявил Миран, не в силах сохранить спокойствие. – Парень не понимает без этого.

– В моих глазах, – процедила Рейян, прижимая ногу к земле, будто пытаясь что-то раздавить, – как низко ты можешь пасть?

Она испытывала удовольствие, думая, что поставила Мирана на место, но вдруг поняла, что ее слова ничуть не смутили его.

– Ты и представить себе не можешь, – скривил губы Миран, – пока ты меня провоцируешь, подобное меня не волнует.

– Я не думаю, что тебе все равно, как ты выглядишь в моих глазах, – отрицала Рейян. – Человек, который был мне дорог, умер на следующий день после свадьбы. Ты убил его!

Она, обвиняя, указала пальцем на Мирана. Тот молчал, и Рейян продолжила:

– Фырат меня не предаст. Он верный, в отличие от тебя.

Миран разозлился от этих слов. Охваченный гневом, он позабыл обо всем на свете.

– Что, Рейян, так доверяешь человеку, которого знаешь два дня? Кто он такой?

Миран угодил в собственную ловушку, и теперь Рейян могла его ранить.

– Пусть это останется моей ошибкой. Я равняю людей по себе и очень разочаровываюсь, видя их настоящие лица. Как твое, например. К сожалению, порой бывает слишком поздно.

Миран не удивлялся, что разговор вновь перетек в это русло. Он обязательно привыкнет к подобным разговорам, оскорблениям и сарказму, как и Рейян смирится с новым домом и его присутствием.

Рейян воспользовалась молчанием Мирана и сменила тему:

– С какой целью ты привез меня сюда?

Миран присел рядом, и она невольно отодвинулась. Он размышлял над ответом. Конкретную цель он не преследовал и объяснить ситуацию затруднялся. Она все равно не поверила бы.

– Азат в Стамбуле, – бросил он и замолчал, ожидая реакции. Как Миран и предполагал, Рейян резко побледнела.

– Почему? Почему он в Стамбуле? – даже ресницы ее дрожали.

– Он ищет тебя.

Рейян нервно взъерошила волосы, заерзав в кресле. Глаза ее забегали.

– Но ведь никто, кроме мамы, не знает, что я в Стамбуле, а она никому не расскажет.

– Я не знаю, как он это выяснил. Он отвезет тебя в Мардин, когда найдет.

Миран произнес последнюю фразу, будто пошутил.

– Откуда ты это знаешь? – подозрительно прищурилась Рейян.

Миран не мог рассказать об их столкновении. С самого начала он знал, что Азат любит Рейян. Но в курсе ли она сама? Если она не знала, то почему так запаниковала, услышав его имя? Нужно незаметно выяснить, что в голове у Рейян, чтобы она ничего не заподозрила.

– Почему ты так волнуешься? Боишься вернуться в Мардин?

Рейян запаниковала из-за каверзного вопроса Мирана; она не могла рассказать ему о своих страхах и не понимала, что он задумал.

– Тебе-то что? – закричала она. – Ты не заставишь меня говорить.

Миран в замешательстве скрестил руки: он не знал, как поступить. Эта девушка оказалась намного крепче, чем он ожидал.

– Со мной ты в безопасности. Только я могу защитить тебя от Азата.

Рейян неожиданно засмеялась, чем озадачила Мирана еще больше.

– А от тебя меня кто защитит? Ты понимаешь, что ты за человек?

Миран протянул руку к Рейян и, не заметив сам, придвинулся ближе, влекомый любовью и обжигающей тоской.

– Убери руку! – закричала Рейян и вскочила.

– Рейян, я не причиню тебе вреда.

Разве она не видела слезы на его глазах? Как он смог так сильно настроить ее против себя, когда каждая его частичка шептала ее имя?

– Как ты можешь причинять мне еще большую боль? – застонала Рейян. – Кто ты? Где мы находимся? Почему этот дом кажется мне таким чужим, когда должен быть моим? Почему я убегаю от тебя вместо того, чтобы найти укрытие рядом?

– Здесь твой дом.

– Здесь мой кошмар!

– Я хочу все исправить, Рейян, – вставая, произнес Миран. Нужно с чего-то начать. Он знал, что молчание сжигает его самого, а его слова тревожат Рейян, и жаждал высказаться. – Я хочу загладить свою вину, искупить все зло, что причинил тебе, чтобы ты забыла о произошедшем. Мой брак с Генюль – не такой, как ты себе представляешь. Я не люблю ее и никогда не любил.

Рейян не желала его больше слушать. То, что совершил Миран, нельзя так просто искупить. Она направилась к выходу из комнаты, но Миран проследовал за ней.

– Куда ты идешь?

Вопрос остался без ответа. Рейян шла на кухню. Скоро она докажет Мирану, что он ничего не может исправить. Она открыла кухонные шкафы и под удивленным взглядом Мирана взяла в руки большую стеклянную тарелку и бросила ее об пол. Та разбилась на множество осколков, а Рейян морщилась так, будто вместе с ней разлетелась ее жизнь.

– Посмотри, – указала она на тарелку. – Можешь ее починить? Мне еще хуже. Ты разорвал меня на мелкие кусочки.

По горящим глазам и колкостям, срывавшимся с губ Рейян, Миран понял, что она никогда не сможет его простить.

* * *

Миран устремил взор в бескрайнее ночное небо. Он проводил ночь без сна, не понимая, в каком состоянии находится. Да это и неважно. Наверху сидела женщина, которой он нанес неизлечимые раны, женщина, которая теперь ранит и его собственное сердце. Ему казалось, что если бы он коснулся ее, то разлетелся бы на мелкие кусочки. Жестокий и дорогой сердцу запрет.

Сегодня у любви нет имени. Как ни повернись, чувствуешь только боль. Миран стремительно встал и направился к лестнице, несмотря на требование Рейян не заходить в ее комнату. Миран замер у двери. Как он собирался показать Рейян свое волнение и трепет? Он постучал несколько раз, но ответа не последовало.

– Рейян? – умоляюще позвал он. Как он мог произносить это прекрасное имя… – Ты меня слышишь?

Миран поднял руку, чтобы постучать еще раз, но тут дверь распахнулась. Миран глубоко вздохнул. Ее появление было словно подарок для него.

– Если хочешь убить меня, просто посмотри мне в глаза. Больше ничего не нужно, – прошептал он.

– Чего ты хочешь? – нервно спросила Рейян.

– Я не знаю, не знаю, – Миран удрученно покачал головой. – Я схожу с ума, мы в одном доме, но отдельно. Я не могу этого вынести.

– Что же я могу сделать для тебя? – Рейян подняла руку и задумчиво потерла подбородок. – Давай вернемся в тот дом, чтобы развеять твою скуку. Бросишь меня еще раз. Тогда ты будешь счастлив?

Она пристально смотрела на Мирана.

– Мы не знали друг друга хорошо, – сказал Миран, чувствуя себя измотанным как никогда. – Я не отрицаю, что не был хорошим человеком. Но и ты бессердечна, Рейян.

Рейян, которая с самого утра сыпала колкостями, изумилась, услышав подобное обвинение. Было ли ей больно? Да. И Мирану удавалось всего одним словом ее задеть?

– Но я все еще надеюсь, – приблизился Миран, не в силах сопротивляться сильному притяжению между ними. Рейян тоже это чувствовала. Несмотря на ненависть, она не могла не чувствовать, как тает от одного его взгляда. Миран взял ее руку и прижал к левой стороне своей груди; Рейян не сопротивлялась. Она не понимала, как позволила это.

– Несмотря на все, что было?

– Несмотря ни на что.

Рейян улыбнулась и медленно убрала руку.

– Мы будем вместе, только если ад замерзнет, а небо упадет и море коснется облаков.

– Неужели это настолько невероятно?

– Да, именно так.

Рейян отошла от Мирана на другой конец комнаты, будто хотела разорвать эту незримую связь между ними. Тень Мирана отчетливо виднелась на стене, и хоть Рейян и отвернулась, она все равно не могла отделаться от давления его присутствия.

Миран погладил бороду рукой. Отчаяние захлестнуло его. Он изо всех сил старался приблизиться, но Рейян отдалялась.

– Хотел бы я, чтобы этого не было. Вот бы мы никогда не встречались вот так и прошлое не отравляло нашу жизнь. Ты бы влюбилась в мою доброту, а я бы любовался твоей улыбкой.

Рейян глубоко вздохнула в ответ. Как долго уже тянется эта ночь? Отвратительные воспоминания душили ее.

– Тогда я не был бы так расстроен, не страдал бы, Рейян.

Миран поднял палец и указал на Рейян:

– Я бы скорее выбрал смерть, чем вновь увидеть такой твой взгляд, поверь мне!

Глава 17. Задыхаюсь

Минула еще одна бессонная, полная боли ночь. Еще одна рана открылась на сердце. Рейян не могла стереть черноту со своей души. Она жила под одной крышей с мужчиной, превратившим ее лето в вечную зиму. Порой она не могла дышать от боли и пустота будто завладевала ею. Рядом больше не было матери, чтобы ласкать ее. Израненная душа и постоянное чувство одиночества. Из головы не выходило то ужасное предательство. Судорожные вздохи превращались в слезы. Рейян всегда была очень чувствительной.

Вчера Миран назвал ее бессердечной. Почему это так больно?

Рейян не находила слов, чтобы описать свои чувства, поэтому иногда пряталась за песнями, в строках которых видела себя, тихо напевая обладателю голубых глаз, пронзивших ее сердце.

– Прошу прощения за слезы, пролитые ради тебя, прошу прощения за дождь… Я возьму высушенные для тебя красные розы и откажусь от тебя…

В какой-то степени Рейян радовалась, что не одинока, что в мире существуют другие люди, разделяющие ее боль. Такие же преданные нежные сердца, как она. В песне рассказывается об общей боли, словно тысячи людей пережили одно и то же.

Рейян чувствовала себя сломленной, будто в каждой частичке ее тела жила обида. Миран занимал особое место в ее жизни. Он похож на драгоценное сокровище, о котором она мечтала ночами, но которое так и не получила. Это глубоко ранило ее душу.

– Задыхаясь… – пробормотала она. – Задыхаясь, сидишь здесь, крадешь меня, заставляя нуждаться в завтрашнем дне.

Рейян встала с опостылевшей кровати. Шкаф ломился от купленной для нее одежды, но она к ней не притронулась, оставшись в том же, в чем прибыла в этот дом. Она направилась в ванную, умылась и взглянула на себя в зеркало. Фиолетовые круги вокруг глаз уже стали привычным зрелищем. В последний месяц они вовсе не исчезали.

Прошлой ночью Миран принес ей еду, несмотря на ее отказ, и оставил поднос на тумбочке. Спустя несколько часов Рейян все же пришлось поесть, ведь она должна была заботиться о ребенке.

Она пообещала себе, что уйдет до того, как Миран узнает о малыше.

Рейян посмотрела на пол, заметила свою сумку, наклонилась и стала искать телефон. Аккумулятор оказался разряжен. Рейян вздохнула. Кто знает, сколько важных звонков она пропустила? Она была уверена, что все уже знали о том, что Миран насильно забрал ее, даже мать. Что случилось с мамой, когда она узнала? А родственники в особняке? Они знают? Какова реакция отца, дяди, Азата?

Рейян знала, ни на миг не сомневалась, что ни дядя, ни Азат ни за что не оставили бы ее с Мираном после всего произошедшего. Во-первых, как такое возможно с учетом их вражды? Рейян не хотела думать, что произойдет дальше. Более того – что будет с ней? Ее жизнь ничего не стоит в их глазах. Ее судьба всегда находилась в руках других людей.

Рейян подошла к двери и заметила свернутую бумагу на полу. Она наклонилась за ней, ругая себя за волнение. Рейян узнала почерк Мирана. После прочтения она почувствовала противоречивые эмоции.

Я тысячу раз извиняюсь за каждую минуту, что лгал тебе, за каждое мгновение, когда смотрел в твои глаза без любви, за времена, пока ты испытывала боль…

Рейян чувствовала, как гнев и обида борются в ее душе. Губы скривились в усмешке. Неужели за то, что случилось, достаточно обычных извинений? Вот так просто? Она злилась не на Мирана, а на саму себя: ее сердце все еще трепетало при нем.

Рейян сжала лист бумаги до дрожи в пальцах.

– Простить, а? Я тысячу раз извиняюсь за то, что мое сердце все еще любит тебя и бешено бьется рядом с тобой, несмотря ни на что! – Рейян вновь не смогла совладать со слезами и, стиснув зубы, прижала ладони к лицу. – Не плачь, не плачь, не плачь больше. Никто не подумает о тебе, кроме тебя самой!

Рейян вышла из комнаты, продолжая сжимать лист бумаги в одной руке, а телефон – в другой. Она вытерла слезы и отправилась на поиски Мирана. Звать его по имени ей не хотелось. Рейян обнаружила его в гостиной. Миран встал при виде девушки, будто ее ожидал, и оглядел с ног до головы, обратив внимание на вчерашнюю одежду. Он что, и вправду ожидал, что она наденет то, что он купил?

Рейян подняла руку с телефоном и холодным приказным тоном произнесла:

– Разряжен. Мне нужно поговорить с мамой и Элиф.

Миран посмотрел в лицо Рейян, а не на телефон, а затем перевел взгляд на скомканный лист бумаги в ее ладони. Рейян поспешно спрятала руку за спину.

– Я тебе сказала, ты не слышишь? – требовательно закричала она. Ее внимание привлекли круги под глазами Мирана, говорившие о бессонной ночи, бледность лица и потухший взгляд. Рейян не хотела расстраиваться. Неужели она являлась причиной этого?

– Я слышу, – приблизился Миран. С каждым его шагом вперед она отступала назад, пока не уперлась спиной в стену. Миран схватил Рейян за запястье одной рукой, а другой вцепился в телефон. Девушка сразу же закричала:

– Отпусти телефон! Что ты делаешь?

Миран отобрал мобильный, спрятал его в задний карман, а затем привычно поднял на Рейян суровый взгляд.

– Тебе запрещено пользоваться телефоном какое-то время, – отрезал он.

– Прошу прощения? – твердо возразила Рейян. – Какое право ты имеешь мне запрещать?

Сам вопрос прозвучал абсурдно, учитывая, что она уже являлась пленницей в этом доме. Рейян попыталась отобрать телефон силой, но Миран поднял его высоко над головой. Из-за своего невысокого роста Рейян не смогла дотянуться.

– Не старайся, ты не сможешь его достать, – спокойно объявил Миран. Рейян же, напротив, сердилась все больше.

– Ты просто негодяй! – Она осознала, что не сможет вернуть телефон, и уже развернулась было, чтобы уйти, но вспомнила о зажатой в руке записке и швырнула ее в лицо Мирану.

– Никогда больше не пиши мне такие вещи! – с издевкой заявила она. – Потому что это выглядит смешно!

– Почему это смешно? – спросил Миран, когда Рейян уже повернулась к нему спиной. Она заколебалась.

– Потому что, – она снова повернулась и посмотрела на Мирана, в его бездонные, как морская пучина, глаза, – от такого человека даже извинения звучат неискренне. Это – для порядочных людей, не для тебя!

Рейян развернулась и вышла из зала. Она вновь сыпала колкостями, не заботясь о Миране. Ее трясло от негодования. За двумя зайцами погонишься – ни одного не поймаешь, не так ли? Миран забрал и телефон, и свободу, а Рейян не добилась ничего. С этого момента она оказалась в роли заключенной в темнице. Уже на лестнице она услышала голос Мирана:

– Не поднимайся наверх, я тебя кое-куда отвезу.

* * *

Попытки сопротивления терпели крах. Рейян заявляла, что никуда идти не хочет, но не смогла устоять перед Мираном и снова проиграла ему, сев в машину. Она всю дорогу действовала Мирану на нервы, не замолкая ни на минуту. Мужчина поражался собственному терпению. Раньше он злился от одного слова, сказанного Генюль, но сейчас у него получалось стоически переносить все нападки и оскорбления Рейян. Это из-за чувства вины или от любви?

– У меня есть дела, – наконец сказал Миран. Он остановил машину перед домом своей тети. Рейян, пытаясь понять, куда он ее привез, осматривала дом.

– Куда ты меня притащил? – нетерпеливо спросила она. – Мы что, каждый день собираемся ходить по разным домам?

– Ты останешься здесь, пока я не вернусь, – невозмутимо ответил Миран. – Я отправляюсь на работу, чтобы обсудить некоторые вопросы с моим дядей.

Рейян перевела на него любопытный взгляд:

– Кто твой дядя?

– Тебе необязательно знать всех моих родственников, Рейян. Не задавай слишком много вопросов, – отрезал Миран. Он не доверял ни дяде, ни Рейян и не хотел их знакомить.

– Мне все равно, – равнодушно пожала плечами девушка.

Молодые люди вышли из машины. Рейян злилась на себя, что не могла молчать, и все время говорила.

– Ну и где мы? – ворчала она.

– Это дом моей тети, – ответил Миран, поспешно шагая в сторону дома. – Оставайся здесь, пока я не вернусь.

Миран нервничал, чувствуя, что Рейян может в любой момент взорваться; нужно было как-то привести ее в чувство. Он постучал и заметил, что Рейян будто спряталась за его спиной, и невольно улыбнулся.

– Что такое? Ты прячешься?

– С чего бы мне прятаться? – привычно ухмыльнулась в ответ Рейян.

Дверь открыла молодая девушка, которая при виде Мирана моментально повисла у него на шее с широкой улыбкой. Рейян невольно нахмурилась, приревновав к незнакомке. Кто она такая? Довольно красивая: волнистые каштановые волосы ниспадают на плечи, огромные глаза изумительного медового цвета.

– Я так скучала по тебе, брат! – воскликнула девушка, и Миран обнял ее, будто тоже тосковал. После объятий оба посмотрели на Рейян.

– Ты должна ее знать, – указал Миран на Рейян. Затем представил сестру: – Это – Эйлюль, дочь моей тети.

Эйлюль с теплой улыбкой протянула Рейян руку, хоть ей и казалось, будто внутри ее что-то оборвалось: она дружила с Генюль со школы. Она чувствовала себя виноватой в их знакомстве, несчастливом браке, а теперь ей казалось, что она предает Генюль, тепло приветствуя Рейян, но все-таки Миран – ее старший брат, и его выбор необходимо уважать. Эйлюль сначала не поверила в услышанное, но сейчас убедилась, что Миран действительно искренне любит Рейян.

Рейян не протянула руку в ответ, но Эйлюль не обиделась, понимая, что произошедшее не так легко принять. Все трое вошли в дом, и Рейян принялась осматриваться, думая о женщине, которая станет ее свекровью. Где она? Рейян никогда не спрашивала Мирана о ней, но вдруг заметила его мать, которая, видимо, жила вместе с его тетей. Рейян злобно сверкнула глазами.

– О-о-о, – саркастически протянула Рейян, глядя на госпожу Наргизу. Та, сгорая от стыда, потупилась. – Кого я вижу?

Миран предупреждающе сжал руку Рейян, а затем наклонился к ее уху:

– Рейян, веди себя прилично.

Девушка равнодушно пропустила его слова мимо ушей: ей не терпелось насладиться моментом и поставить эту женщину на место. Рейян порывисто выдернула руку, которую держал Миран, и приблизилась к госпоже Наргизе.

– Дорогая мамочка, не скучали ли по мне?

Женщина от стыда не могла ответить. Она так виновата, что она может сказать? Повисла гнетущая тишина, которую нарушил Миран:

– Моя тетя невиновна, Рейян. Никто не виноват! Я за все в ответе, не срывай свою злость на ком-то еще!

На лице Рейян промелькнуло удивление.

– Эта женщина, – она указала на госпожу Наргизу, – разве не твоя мать?

Миран некоторое время смотрел на тетю, а затем повернулся к Рейян. Еще одну постыдную ложь разоблачили только что. Сердитые взгляды Рейян причиняли ему боль.

– У меня нет матери, – обессиленно ответил он. – Она умерла сразу после отца, когда я был маленький. Эта женщина – моя тетя, единственная родственница, которая у меня осталась со стороны мамы.

Слезы покатились по щекам госпожи Наргизы, и она опустила голову под взглядом Рейян. Что бы ни сказала ей эта девушка, она была бы права. Женщина от стыда опустилась на пол. Разве они не лгали ей, глядя прямо в лицо? Госпожа Наргиза не хотела этого, много раз предупреждала Мирана, но он не слушал.

– Где твоя дочь? – пренебрежительно бросила Рейян. – Или мне лучше сказать: твоя невестка?

Миран подошел к Рейян, схватил ее за подбородок и развернул лицом к себе.

– Ты слишком много себе позволяешь, Рейян. Это не вина моей тети, не смотри на нее так.

– Отпусти, Миран, – попросила госпожа Наргиза. – Мы заслужили это услышать.

Миран не хотел, чтобы кто-то страдал по его вине, и, наклонившись к уху Рейян, прошептал:

– Пожалуйста, Рейян… Не беспокой ее. Проблема только во мне.

Рейян сердито толкнула его руку. Злость стала для нее совершенно естественной в последнее время.

– А что еще я могу тебе сказать? – укоризненно вопрошала она.

Госпожа Наргиза почувствовала, что атмосфера накаляется, и вместе с дочерью покинула комнату. Миран и Рейян вновь остались одни.

– Чего я еще не знаю? – воскликнула Рейян. – Ты обманул нас всех, под маской невинности внедрился в нашу семью, инсценировал свадьбу, хотя уже был женат! Женщина, которую ты назвал мамой, оказалась твоей тетей, и все эти люди – твои партнеры в этой грязной игре! Ради бога, что это за мир такой?

– Это все, – Миран развел руки в стороны. – Больше ничего, чего ты не знаешь.

Миран жалел о произошедшем до смерти, но Рейян относилась так, будто ему все это было по душе.

– Браво! Мне тебя поздравить?

– Перестань, хватит так смотреть! – Миран взмахнул рукой перед глазами девушки.

– Как я смотрю на тебя? – с насмешкой уточнила Рейян.

– Ужасно.

– Это – твоя заслуга.

Взгляд Рейян неожиданно упал на висевшую на стене картину. На ней была молодая женщина с глазами, как у Мирана, мужчина, смотрящий на нее с любовью, и милый маленький мальчик. Миран горько улыбнулся, когда заметил, куда смотрит Рейян.

– Мама, папа и я, – грустно констатировал он.

Рейян оторвалась от картины и притворилась, что ей неинтересно, – как и всегда в последнее время.

– Не помню, чтобы я спрашивала, – холодно заметила она.

Эйлюль вошла в комнату, Миран взглянул на часы и понял, что опаздывает. Единственное, чего он хотел в данную минуту, – чтобы Рейян поладила с тетей и сестрой.

– Я сейчас ухожу, вернусь через час или два, – он не отводил глаз от Рейян, а во взгляде читались и мольба, и приказ, и даже угроза. Миран хотел внушить Рейян, чтобы она вела себя хорошо. Вместо ответа она отвернулась и подошла к окну. Через некоторое время Миран ушел. На улице он сразу принялся кому-то звонить. К дому подъехала машина, и Рейян сразу же узнала мужчину в салоне. Миран поставил охрану.

– Кто этот человек? – поинтересовалась она.

Эйлюль подошла поближе и выглянула в окно.

– Али, – улыбнулась она. – Он работает с моим братом уже много лет. Вероятно, он здесь, чтобы присматривать за тобой.

Она так спокойно говорила о таких вещах, будто о чем-то само собой разумеющемся.

– Да, – сердилась Рейян. – Будто я могу куда-то сбежать.

Эйлюль хотела пообщаться с ней, чтобы доказать, что протягивает руку дружбы.

– Хочешь поговорить? – Эйлюль нежно коснулась плеча Рейян, но в ответ получила лишь враждебный взгляд. – У тебя нет причин сердиться на меня, я не имею отношения к тому, что случилось. Поверь, если бы я знала, то была бы против.

Рейян немного расслабилась и улыбнулась, обнаружив хоть одного непричастного человека. Она тут же подумала, поможет ли ей Эйлюль?

– Можешь тогда сделать мне одолжение? – спросила Рейян.

– Конечно, о чем речь?

Рейян приняла протянутую руку дружбы, что очень обрадовало Эйлюль. Как ни странно, эта девушка показалась ей симпатичной, несмотря на ее дружбу с Генюль.

– Можешь одолжить мне свой телефон? – После вопроса Рейян Эйлюль внезапно поникла: перед уходом Миран велел не давать ей телефон. Как же теперь отказать?

– Ну как сказать… – взъерошила волосы Эйлюль.

– Он велел тебе не давать телефон, да? – Рейян мгновенно помрачнела.

– Прости, Рейян, мне жаль, но Миран очень разозлится.

– Ты такая же, как они, – вздохнула Рейян, садясь на стул. Она скривилась, как маленький ребенок. Эйлюль застенчиво присела напротив, госпожа Наргиза вошла в комнату.

Происходящее убивало Рейян, но она ничего не могла с этим поделать. Она вновь страдала от беспомощности в окружении людей, превративших ее жизнь в ад. Выхода не было! Рейян сходила с ума от мысли, что она застряла в этом доме. Больше всего на свете она желала узнать, что делают сейчас ее мать и обитатели особняка. Рейян посмотрела на Наргизу.

– Тебе удобно? – плачущим голосом спросила она, на этот раз без сарказма.

Злиться? Обижаться? Рейян уже не знала, что делать. Тяжкий груз свалился ей на плечи, и его невозможно вынести.

– Скажи, что бы ты сделала, если бы твоя дочь оказалась на моем месте? – продолжила Рейян.

Госпожа Наргиза озадачилась. Они заставили Рейян испытать то, о чем страшно было даже думать. Пока женщина подбирала слова, Рейян продолжила:

– Из-за него я два дня не могла поговорить с мамой, я не знаю, как она. Что же вы за люди?

Боль внутри усиливалась, напоминая о том, как она слаба. Мрачная тишина повисла в комнате, никто не издавал ни звука.

– Видит бог, я посылаю к нему всех, кто сделал меня такой.

Рейян откинулась на спинку стула, смиряясь со своей беспомощностью. Госпожа Наргиза мягко встала, вышла из комнаты, а через несколько секунд вернулась с телефоном в руке и протянула Рейян мобильный:

– Позвони маме.

* * *

Каждый день в душе у Рейян появлялись новые раны, боль не давала покоя, и девушка понемногу умирала. Вот что приносил в ее жизнь этот голубоглазый ветреный человек.

Она не знала, стала ли эта боль сильнее от голоса матери, который она наконец услышала, или от ее слез. В душе полыхал неукротимый огонь.

Ничего хорошего в особняке не произошло. Новость о том, что Миран похитил Рейян, мгновенно долетела до обитателей, подняв всех. Азат без отдыха их разыскивал. Значит, Миран не солгал. Отчим молчал, и обитателей особняка в этой суматохе поражало его спокойствие. Почему он вел себя так, хотя был причиной произошедшего? У Рейян возникло дурное предчувствие. Ладно, пусть она и не родная дочь, но неужели она для него не значила совсем ничего, раз он даже пальцем не пошевелил? Миран открыто объявил войну, но отчим не реагировал.

– Тебе лучше? – взволнованно спросила Эйлюль, протягивая Рейян стакан воды. Та улыбнулась и покачала головой. Эйлюль присела рядом. – Почему тебя только что тошнило?

Рейян вновь чувствовала тошноту, но сдерживалась: она не хотела, чтобы женщины узнали про беременность.

– Это – спазмы, ничего страшного, – ответила она, надеясь, что ей поверят.

– Хорошо. Ты голодна? Что бы ты хотела съесть?

Рейян смущал интерес Эйлюль.

– Я ничего не хочу, – мрачно заявила она.

Желудок сводило, и Рейян действительно не хотела есть.

– Но ты же не завтракала, голодать вредно.

Рейян закатила глаза, осознав, что Миран предупредил их и об этом. Неожиданно раздался стук в дверь. «Не буди лихо», – хотела сказать она, но сдержалась.

Эйлюль отправилась открывать дверь, а Рейян развернулась спиной: она не хотела видеть лицо Мирана. Отчего-то каждый раз, когда он смотрел ей в глаза, Рейян все меньше и меньше злилась.

Прошло несколько минут, и Рейян задумалась, почему он до сих пор не вошел. Вдруг в коридоре раздался шум, и волосы зашевелились на голове Рейян. Она узнала вошедшего.

Пришла Генюль, а не Миран.

Глава 18. Прощай, любовь

Порой самые непредсказуемые события происходят в самое неподходящее время – как, например, появление Генюль, когда ей вовсе не следовало приходить. Встреча двух женщин, любящих одного и того же мужчину, более чем опасна.

Рейян охватила безумная ярость, когда она поняла, чей голос донесся до нее. Она подскочила как ошпаренная. Эйлюль никак не понимала, как это могло произойти, ведь обычно Генюль не приходила без предупреждения. Почему она явилась именно в этот день? Это совпадение или ирония судьбы?

Генюль изумилась не меньше, когда Рейян вышла из зала, и не смогла вымолвить ни слова, столкнувшись с болезненной реальностью. Невозможно описать ту боль, которую она почувствовала. Ком встал в ее горле, колени подкосились, и Генюль обессиленно опустилась на пол. Казалось, будто тяжесть всего мира свалилась на ее плечи. Ужасная правда, которую она не могла принять в долгие бессонные ночи, предстала перед ней. Что, если Миран никогда не уходил от Рейян? Что, если на самом деле он играл с ней?

Последняя надежда умерла, и мечты о том, чтобы вернуть мужа и все исправить, испарились.

Миран и Рейян вместе, и это куда хуже смерти.

Генюль заглянула в полные ненависти глаза Рейян. Что она делает в этом доме? Стало трудно дышать, будто невидимая рука ударила под дых.

Генюль побледнела. Она хотела поговорить, но не знала, с чего начать. Последняя надежда, которой она пыталась исцелить умирающее сердце, исчезла. Поражение – вот что ей осталось. Генюль никогда не признавала того, что Миран ее не любит, и всегда тосковала по дням, проведенным с ним. Она обвиняла Рейян в том, что муж от нее отвернулся. Генюль подняла палец и указала в сторону соперницы.

– Ты? – прохрипела она. – Что ты здесь делаешь?

Чувства Рейян не отличались от тех, что испытывала Генюль. Рейян вышла из себя, когда увидела ненавистную ей женщину. Ее переполняло отвращение. Она делила мужа с другой. Какая женщина может смириться с такой мерзостью?

– Что такое? Ты, кажется, не рада меня видеть. – Рейян шагнула к Генюль, а Эйлюль в страхе закусила губу. Госпожа Наргиза уже набирала номер племянника, чтобы сообщить ему о надвигающейся катастрофе.

– Рада тебя видеть! – скривилась Генюль. Ярость постепенно брала верх над изумлением, которое возникло при виде Рейян.

Рейян же чувствовала удовлетворение от этой картины и гордо смотрела перед собой. Она должна была излить на Генюль всю свою обиду.

– Ты, – повторила Генюль, пытаясь оправиться от шока. – Ты все это время была здесь, не так ли? Миран никогда не оставлял тебя.

Генюль прижала к губам дрожащие руки.

– Вы все меня обманывали! – Генюль посмотрела на Эйлюль, свою якобы лучшую подругу, а затем разочарованно добавила: – Ты тоже, Эйлюль?

Та чуть не расплакалась.

– Нет, – покачала она головой. – Клянусь, Генюль, это не так. Я только сегодня встретила Рейян. Ты и мой брат – настоящие виновники! Это вы обманывали Рейян! Вы сговорились с матерью и втроем лгали этой девушке!

Эйлюль вышла из положения, указывая на изумленную Рейян, которой показалось странным, что ее защищают. В конце концов, они встретились в первый раз, а Эйлюль и Генюль дружили со школы. Значит, она делала это не из какого-то расчета и есть еще на свете люди, у которых осталось чувство справедливости.

– Я делала все, чтобы не потерять Мирана! – Генюль кричала так истошно, что, казалось, дом застонал. В гневе она швырнула на землю скомканный листок бумаги, который до этого держала в руке. – Он велел заткнуться, и я молчала! Он сказал притворяться, и я притворялась! Я каждую ночь проводила в слезах, а утром улыбалась Рейян, будто ничего не произошло!

Эйлюль подняла упавшую на пол бумагу и стала рассматривать, а Генюль протянула дрожащие руки и продолжила:

– Смотри, смотри. – Она дрожала всем телом, как в лихорадке. – У меня больше нет Мирана! Неужели я терпела это все, чтобы он остался с Рейян!

Генюль задыхалась от гнева, а Рейян саркастически рассмеялась.

– Ты заслужила все, что с тобой случилось!

Рейян выхватила бумагу из рук Эйлюль. Это оказалось заявление на развод. Миран и Генюль и правда разводились. Глаза Генюль метали искры.

– Я страдала не для того, чтобы Миран стал твоим! – Она напала на Рейян, переходя границы дозволенного. Она схватила ее за руки и яростно встряхнула. – Ты уйдешь отсюда! Вернешься туда, откуда пришла!

До этой минуты Рейян не хотела даже стоять рядом с Мираном, но теперь ей хотелось кричать, что она назло не уйдет.

– Уеду отсюда не я, – нервно ответила Рейян.

– Значит, ты согласна жить с женатым мужчиной? – удивленно подняла брови Генюль, пытаясь надавить на Рейян. – Знаешь, как называются такие женщины, как ты?

Рейян не позволила Генюль продолжить: она ударила намного сильнее, чем Мирана пару дней назад.

Госпожа Наргиза и Эйлюль выпучили глаза от изумления, а Генюль ухватилась за покрасневшую от удара щеку. Генюль тоже не могла больше сдерживаться, ее всегда отличала склонность к насилию. Она прыгнула на Рейян и толкнула изо всех сил. Та пошатнулась, боясь упасть и повредить ребенку. Если с ним что-то случится, она, без сомнения, убьет эту женщину. Рейян заколебалась перед ответным ударом: хоть она и хотела разорвать эту женщину на куски, Генюль могла броситься в любой момент, поэтому необходимо соблюдать спокойствие и думать о ребенке. Рейян боялась, что кто-то узнает о беременности, но еще больше – что с малышом что-то случится.

Генюль напала вновь. Гнев – злейший враг человека. Весь мир сейчас не смог бы их разнять. Рейян вцепилась в волосы Генюль, не позволяя снова себя ударить. Эйлюль хотела вмешаться, но не могла. Как до такого дошло? Как она превратилась в такого человека? Она не могла ответить на эти вопросы. Все, что она знала, – ничто не осталось таким же чистым и невинным, как раньше.

Жуткая драка закончилась весьма неприятно: Генюль потеряла равновесие, упала и ударилась головой. Рейян не хотела этого, и руки ее задрожали от страха, когда она смотрела на лежавшую без сознания Генюль.

* * *

Миран опоздал: прибыв к дому тети, он увидел машины «Скорой помощи» у дверей. Он испугался, что Генюль причинила вред Рейян, и правда его весьма озадачила.

В конце концов они оказались в больнице. Врачи занимались Генюль, а Миран и Эйлюль ждали у дверей. Тетя осталась дома с Рейян. Встревоженный Миран присел на сиденье у дверей, сцепил руки на коленях и опустил голову. Ему пришла мысль, что последствия его ошибки становились катастрофическими. И стало только хуже, когда он попытался все исправить. Миран не знал, как исправить ситуацию, как восстановить разрушенные им жизни. Он стал свидетелем разбитых сердец, о чем глубоко сожалел. Миран думал одновременно и о Генюль, и о Рейян. Он хорошо знал Рейян и с ужасом осознавал, что именно он сделал ее такой. Чья-то рука коснулась его плеча, и он поднял голову. Эйлюль смотрела на него и криво улыбалась.

– Ты должен оставаться спокойным и терпеливым, – сказала девушка. – Все пройдет.

Миран невольно улыбнулся. Он хотел кричать, что ничего не пройдет, но промолчал. Он запрокинул голову назад. Мрачные стены больницы давили. Отец Мирана умер и очутился в холодном больничном морге с такими же стенами. В тот день Миран возненавидел это заведение. Вскоре после отца больницу часто стала посещать мать. Она утверждала, что ей станет лучше, но этого не произошло: через некоторое время он получил еще одну печальную весть. Каким он тогда был маленьким, и какую огромную боль он должен был испытать… Минули годы; ребенок вырос, но не забыл о своих потерях. Боль превратилась в жажду мести, в сердце разгорелся огонь. Теперь же предстояло собрать пепел, который он оставил после себя.

Наконец дверь распахнулась, и Миран и Эйлюль вскочили со своих мест, глядя на доктора.

– Как Генюль? – беспокоился Миран. Он не хотел, чтобы с ней что-то случилось, особенно если виновницей была Рейян. – Она в порядке?

– Она потеряла сознание от удара, но сейчас в порядке. – Молодые люди вздохнули с облегчением после слов доктора, будто гора упала с их плеч. – Вам все равно нужно быть осторожными. Важны следующие двадцать четыре часа. Если пострадавшая начнет жаловаться на тошноту или рвоту, нужно немедленно обратиться в больницу.

– Понятно, спасибо, – пробормотал Миран.

Эйлюль коснулась его руки после ухода доктора.

– Я отведу ее домой. Забирай Рейян и уходи.

Миран кивнул в знак согласия.

– Не звони ее семье, пусть не беспокоятся. – Миран со вздохом посмотрел на палату Генюль. – Подожди здесь, Эйлюль. Я поговорю с ней в последний раз.

Миран осторожно открыл дверь и медленно вошел в палату. Для него брак не значил ничего, но он знал, как его ценила Генюль. В последний раз они виделись перед расставанием. Миран увидел жену и невольно пожалел ее. Ему стало тяжело смотреть ей в глаза; куда проще было, когда он злился. Он вновь почувствовал угрызения совести.

Миран не мог злиться на Генюль, расспрашивать о причине ее прихода. Чего еще ожидать от влюбленной женщины? Он ожидал, что Генюль доставит ему много неприятностей при разводе.

– Как ты? – спокойно спросил он, садясь на стул у ее ног.

Генюль смотрела в окно и не повернула головы ни когда отворилась дверь, ни когда она почувствовала запах любимого: она знала, что его глаза станут ее гибелью.

– Как ты думаешь, я в порядке?

– Я хочу, чтобы с тобой все было хорошо. – Миран сглотнул, а затем вымученно продолжил: – Ведь я вернулся в твою жизнь.

– Я не хочу это слышать! Я не могу этого вынести, не говори мне этого, пожалуйста, не говори… – визгливо прервала его Генюль, зажимая уши руками.

Для Мирана все стало совершенно невыносимо. Он порывисто встал, стул со скрипом отъехал назад. Он подошел к кровати Генюль, убрал ее руки от ушей, схватил ее за подбородок и посмотрел в глаза.

– Ты снова это делаешь, – с болью отчеканил он. – Ты давишь мне на жалость, Генюль…

Та смотрела на него слабо, будто при смерти, и Миран закрыл глаза и глубоко вздохнул.

– Почему? Почему? Почему?

– Я ничего не делала, – всхлипнула Генюль. – Я просто так сильно любила тебя.

– Возможно, это – твоя самая большая ошибка. Ты гналась за несбыточной мечтой, пыталась запереть меня. – Миран убрал руку с подбородка Генюль и приблизил свое лицо вплотную к ее. – Но ты не могла. Моя свобода больше не в твоих руках.

Генюль покачала головой, словно отрицая услышанное: она не могла принять такой конец. Она встала с кровати и опустилась на колени перед Мираном.

– Убей меня, Миран… Только не говори этого!

Она вновь давила на жалость и будила совесть Мирана, ранила в самое чувствительное место, но все было напрасно: теперь – конец. Им больше нет смысла видеться, не о чем говорить.

– Встань! – выкрикнул Миран.

Не в этот раз, не в этот раз…

Генюль не слышала его, рыдая и пытаясь оттянуть неизбежный конец.

– Встань, женщина! Я сказал, вставай! – повторил Миран.

Генюль неохотно поднялась, не глядя на Мирана: она чувствовала, что умрет, если встретится с ним глазами. Может быть, они видятся последний раз. Тяжелая потеря. Она никогда не задумывалась о жизни без Мирана.

– Ты собираешься жениться на ней, когда разведешься со мной? – спросила Генюль, дрожа от отчаяния. Скорая разлука ранила ее в самое сердце.

– Я сделаю то, что должен, – рявкнул Миран, не в силах больше лгать.

– Если бы не она…

– Если бы не она, у нас бы все равно ничего не вышло. Пойми уже, я не вижу тебя рядом с собой!

– Все же у меня был бы шанс, Миран, если бы она не встала между нами…

Миран не хотел слышать эти слова и приложил палец к губам Генюль, заставив ее замолчать.

– Тише. Молчи и слушай меня! – Наконец настал момент истины. Миран тихо продолжил: – Ты ошибаешься. Она не вставала между нами. Это ты – та, кто стоял между мной и Рейян.

Генюль изумленно посмотрела в его глаза, хотя так боялась этого.

– Что это значит?

– Рейян всегда была частью моей жизни, знала она меня или нет. Я годами ждал ее. Думаешь, я за минуту составил план брака? Я решил жениться на ней пять лет назад. Ты появилась после. Ты – лишь неучтенная, неважная деталь.

Сердце Генюль сжалось от услышанного, не осталось даже сил на стон. Она устало облокотилась на кровать. Теперь она поняла, что биться бессмысленно, поражение предопределено.

– Ты влюблен в нее с тех самых пор… – глядя на Мирана, прошептала она.

Миран молчал, что она приняла за согласие. Финальная точка достигнута. Сегодня в последний раз он видит эту женщину, часть своей бурной жизни. Некоторое время никто не нарушал тишину.

– Я ухожу, Генюль, – тихо, но уверенно сказал Миран. – Неважно, хорошо это или плохо. Ты разделила со мной свою жизнь, хоть и на столь короткое время. Ущерб, который мы причинили друг другу, невозможно подсчитать. Нет смысла заставлять друг друга истекать кровью. Это – конец. Все кончено!

Генюль покачала головой. Без него она не может открывать глаза по утрам, спать по ночам. Со временем придется привыкнуть. А кто не привык? Кто умер от любви? Но рана еще очень свежа. Может быть, однажды она заживет и перестанет болеть, но пока ей предстоит мучиться каждый день. Возможно, впереди ее ждет новая жизнь. Кто знает? Говорят, все пройдет.

– Пока, – бросил напоследок Миран, а затем направился к двери. И Генюль в последний раз услышала голос любимого, в последний раз заглянула в его глаза, в последний раз смотрела, как он уходит.

Она посмотрела ему вслед влажными глазами и в последний раз ответила:

– Пока, любимый!

Глава 19. Сильные дожди

В течение жизни люди постоянно сталкиваются с горестями, печалями, что-то теряют. Например, богатство, здоровье, родных и близких. Даже счастье. И люди тратят свое драгоценное время на сожаления, пока не становится слишком поздно. Годы, проведенные в бессмысленных жалобах, потеряны, жизнь прошла мимо.

Каждый человек должен понимать, что потерянные минуты не вернуть, время не повернуть вспять.

Осень нехотя покинула Стамбул, и в дверь постучалась зима. Казалось, холод захватил не только Стамбул, но и сердце Рейян. Ее лето закончилось, когда она узнала правду о Миране, и до сих пор душа пребывала словно в руинах. Рейян никак не могла оправиться. События минувшего дня не давали покоя. Она не понимала, в какой момент потеряла голову и обидела Генюль. Она ненавидела себя за то, что не испытывала угрызений совести.

Миран заковал ее в кандалы, надел невидимые наручники и заключил в этом доме. Рейян жила вдали от своих близких, точно в кошмарном сне. Она во многом сомневалась. Если бы ее брак с Мираном не был фиктивным, как сложилась бы ее жизнь в этом доме? Каким человеком был Миран? Что ему нравилось, а что – нет? Какая у него любимая еда? Во сколько он засыпает и просыпается? Как бы он смотрел на Рейян, если бы действительно любил?

Это все уже не имело значения: надежды и мечты рухнули, растворившись во мраке. Рейян потеряла вкус к жизни. Со вчерашнего дня она не выходила из комнаты, безо всякой причины смотрела в окно, наблюдая, как ветер колышет ветки деревьев.

Пошел дождь, и от его вида Рейян захотела плакать. Казалось, что капли дождя тарабанят ужасную правду, которую она не хочет слышать. Девушка закрыла уши руками, чтобы не слушать. Внутренний голос сводил ее с ума. Тяжело бороться против любви, когда осознаешь правду!

Рейян отвернулась от окна и подошла к кровати. Заметив на полу сложенный лист бумаги, она подобрала его и невольно улыбнулась. Рейян очень злилась на себя из-за этой внезапной улыбки. Несомненно, она накажет Мирана за это. Девушка с волнением развернула записку.

Как прекрасен твой голос… Однако я отказываюсь слышать свое имя.

Как прекрасны твои руки… Мне было так холодно с тех пор, как я бросил тебя…

Лучи солнца так и не озарили мою комнату, и я остался наедине со своей тьмой.

С тех пор как я тебя потерял, дни превратились в ночи!

Я не имею права говорить это, я знаю. Мне стыдно…

Мое сердце неустанно выкрикивает твое имя.

Мне стыдно признаваться, но улыбка сошла с моего лица…

С тех пор как я покинул тебя, день темен, как ночь!

Рейян не могла понять этого мужчину. Разве не он уничтожил эту любовь своим предательством? Разве не он сжег ее дотла? Воссоединение невозможно!

Она боялась? Даже очень!

На этот раз Рейян не скомкала записку. Она вышла из комнаты, сложив бумагу пополам. Сердце колотилось от волнения, когда она спускалась по лестнице. Сначала она заглянула в холл, но Мирана там не оказалось. Затем Рейян прошлась по комнатам, заглядывая в каждую, наконец добралась и до кухни, но Мирана нигде не было. Тогда она вернулась в гостиную, выглянула в окно, но снова не увидела ни Мирана, ни Али. Ей выпала чудесная возможность. Рейян вышла из комнаты и поспешно поднялась по лестнице. Она схватила сумку и пальто и после некоторых колебаний положила записку в сумку, хоть и не понимала зачем. Она понятия не имела, куда идти, но уже решила покинуть этот дом.

Рейян сбежала по лестнице и вышла из дома, сделав первые шаги к своей долгожданной свободе. Она слушала голос разума, игнорируя разбитое сердце. А как иначе? Она выскользнула через приоткрытые железные ворота и побежала по улице, не зная, куда она ведет. По мере того как она удалялась от дома, боль пронзала ее сердце. Она спасалась, но что это за щемящее чувство?

Рейян остановилась перевести дыхание и огляделась в поисках такси, но увидела лишь частные автомобили. В этом тихом районе не найти ни автобусов, ни маршруток. И все же Рейян упорно продолжала идти. Ее телефон остался у Мирана, так что связаться с кем-то оказалось невозможным. Она волновалась, что ходит кругами. Она понятия не имела, сколько времени прошло, и не могла ничего спросить у прохожих, поскольку не доверяла людям из-за Мирана, и лишь шла вперед, надеясь выйти на большую улицу. Многообещающе прогремел гром, и Рейян поежилась, вспомнив, что она не захватила с собой зонт. Смеркалось. Рейян старалась не отчаиваться и мыслить спокойно. Должно быть, она оставила зонтик в машине Фырата в тот злополучный день. Где-то в бумажнике должен был остаться блокнот с номерами. Тут она заметила проезжающее мимо такси и громко закричала:

– Стой! Стой!

Таксист заметил Рейян и развернулся. Она заулыбалась от радости: теперь она спасена. Рейян собиралась покинуть этот город и уехать туда, где ни Миран, ни Азат не смогут ее найти. Уже в такси она открыла сумку.

– Куда мы едем?

– Ускюдар, – поспешно откликнулась Рейян, глядя на водителя, а затем смущенно спросила: – Можно воспользоваться вашим телефоном?

Она хотела позвонить Элиф и попросить принести куда-нибудь ее вещи. Нельзя терять ни минуты: она должна исчезнуть прежде, чем Миран придет в этот дом. Может быть, это – лучшее решение для них обоих.

Рейян сделала паузу, порылась в сумке и поняла, что у нее нет кошелька.

– Черт, – пробормотала она. – Ты и это забрал, негодяй!

– Вот телефон.

Она не взглянула на таксиста, протягивавшего ей мобильный.

– Остановите машину, я выйду!

Таксист хмуро посмотрел на нее в зеркало заднего вида.

– Ты шутишь, что ли!

Рейян кипела от ярости из-за Мирана.

Водитель сердито нажал на тормоз. Как только машина остановилась, Рейян выскочила из машины, все больше распаляясь от гнева. Она понятия не имела, где находится. Рейян перешла дорогу, проклиная Мирана. На обочине между деревьями она заметила скамейки, швырнула на землю свою бесполезную теперь сумку и села на нее.

Ей не сбежать.

Рейян пыталась составить план действий. Почему она не запомнила номер Фырата или Элиф? Черные волосы растрепались и упали на лицо, тонкое пальто не согревало. От отчаяния Рейян почти плакала. Снова Миран оставил ее совершенно беспомощной.

К ночи дождь усилился. Рейян мерзла на скамейке, безуспешно пытаясь найти выход из ситуации. Она почувствовала голод. Вот наказание за ее необдуманный побег. Вдруг кто-то пробежал мимо и схватил ее сумочку. Рейян подумала, что она войдет в историю, как девушка, которая и пальцем не пошевелила, когда ее сумочку украли. Она просто смотрела вслед удаляющемуся вору.

Спустя некоторое время вор вернулся. Рейян могла видеть его ноги. Она не боялась, ведь красть у нее было совершенно нечего. Она не отреагировала, когда похититель бросил сумку ей на колени. Бродяга, лица которого она не видела, остановился рядом.

– Ты тоже, как я?

Рейян не ответила и даже не удосужилась поднять голову, чтобы посмотреть на него. Судя по голосу, это был молодой мужчина. Она сунула озябшие пальцы в сумку и сжала в ладонях записку от Мирана.

– Бедная, одинокая молодая женщина на улице в такой час, – процедил мужчина сквозь зубы и схватил Рейян за подбородок. Теперь она почувствовала страх, глядя на бродягу.

– Да еще красивая… – Мужчина усмехнулся, будто веселился. Рейян с силой оттолкнула от себя грязные руки мужчины.

– Убирайся, или я закричу так громко, как только смогу! – Она широко распахнула глаза от ужаса.

– Кричи, – ухмыльнулся бродяга. – Здесь тебе никто не поможет.

Рейян поспешно встала. Бандит продолжал улыбаться. Оставив сумку на скамейке, Рейян быстрым шагом направилась прочь, сжимая в руке записку Мирана – свое последнее богатство. Она промокла от дождя. Дождь казался неизменным спутником длинной ночи. Еще несколько часов на улице, и ее госпитализируют. Рейян слышала, что бродяга следует за ней по пятам.

– Тебе не сбежать, дорогуша, ты – моя! – крикнул он, заставив Рейян вздрогнуть. Одинокая и беспомощная, как же она справится с таким злом?

Рейян закусила губу от страха, как вдруг услышала за спиной звук, как будто человек упал на землю. Она обернулась и чуть не вскрикнула от радости. Это нормально, что она так счастлива видеть Мирана, хотя убегала именно от него?

Миран схватил бродягу за шею и прижал к земле. Тот явно был слишком пьян, чтобы встать. Злоба до неузнаваемости исказила лицо Мирана. Рейян с удивлением смотрела на него, на его полные гнева голубые глаза.

– О чем ты думала? – Его голос дрожал. От гнева или от страха? Почему так сложно разгадать Мирана?

Рейян развела руки в стороны, вдруг осознав, что промокла до нитки.

– Я от тебя сбежала, – дрожащими губами произнесла она. – Разве не видишь?

Миран в несколько шагов преодолел разделявшую их дистанцию, схватил Рейян за руку и потащил к машине, стоявшей в нескольких метрах у обочины. Он только на пять минут вышел из дома и не смог найти Рейян, когда вернулся. Всего один час он искал ее, но в этот час он чуть не умер от испуга. Кроме того, его переполняла злость.

Рейян не издала ни звука, когда ее подтащили и швырнули в машину, как вещь: она слишком замерзла и устала, сил сопротивляться не осталось.

Миран завел машину.

– Я предупреждал тебя, – крикнул он, сжимая руками руль. – Я сказал, что ты не должна доставлять мне беспокойства, но ты меня не слушаешь!

Рейян продолжала молчать, но Миран все подначивал ее.

– Я не понимаю, чего ты хочешь! Что с тобой не так? – Он отвлекся от дороги и посмотрел на девушку. – Ты хочешь только избавиться от меня? Если ты меня так ненавидишь, я собственноручно передам тебя Азату!

Миран блефовал: одна лишь мысль об этом ужасала его, но он хотел видеть реакцию Рейян. Никогда в жизни Миран не отдал бы любимую Азату.

– Отдавай, – слегка кивнула головой Рейян, глядя на Мирана. – Если ты этого не сделаешь, ты – не мужчина.

Ее саму до смерти пугал такой исход, но она решила бросить вызов Мирану.

Чувства к нему мертвым грузом лежали на сердце.

Рейян отвела глаза. Дорогу освещали уличные фонари и фары автомобилей. Небо почернело, как и ее душа. Никакая тьма не испугает человека, который утопает во мраке собственной души. Рейян глубоко вздохнула, а затем подумала:

Пусть не проходят морозы, не прекращаются дожди, не наступает лето. В конце концов, каждый из нас – заложник своей судьбы, не так ли?

Машина подъехала к дому, и Миран вышел, громко хлопнув дверью. Рейян последовала за ним, чтобы он снова не поволок ее, как вещь. Глаза Мирана помрачнели, предвещая беду. Почему он так разозлился, когда она убежала? Разве он не знал, что она попытается уйти при первой же возможности?

Али вновь стоял на положенном месте. Миран подошел к нему и схватил его за ворот рубашки.

– Кто тебе разрешил отходить от этой двери?

Молодой человек выглядел очень смущенным.

– Всего полчаса, – оправдывался он, пытаясь вырваться. Обычно они с Мираном общались как друзья, тот никогда не смотрел свысока на сотрудников. Сейчас же Миран злился: он не мог потерять Рейян из-за неосторожности. – Я отлучился на полчаса. Вы были дома.

– Меня не было дома! Как ты мог не заметить, что я ушел?

Но дело уже было сделано. Рейян не видела смысла выяснять что-то дальше и вмешалась. Она храбро встала перед Мираном и посмотрела ему в глаза.

– Хватит срывать свою злость на невинных людях из-за меня!

Должно быть, она сошла с ума, бросая ему вызов, хотя сама очень боялась его гнева.

– Не вмешивайся! – крикнул Миран. – Иди домой немедленно!

Рейян отвернулась и побрела к дому, не оглядываясь. Она слишком устала. Единственную ее вещь в этом доме – ее одежду – испортил дождь. Дрожа, она вошла в приоткрытую дверь дома, прошла по лестнице в комнату и заперлась. Сначала она избавилась от мокрой одежды, затем взяла случайные вещи из шкафа и направилась в ванную, заперев дверь и здесь. Продрогшая до костей, Рейян с удовольствием приняла горячий душ, а затем переоделась, высушила волосы и причесалась. Она не знала, следует ли ей выходить из комнаты, а также задавалась вопросом, почему Миран до сих пор не пришел. Впрочем, она этого и не хотела. Рейян устало опустилась на кровать. В доме нет ни одной вещи, принадлежавшей ей. Миран отобрал даже телефон и кошелек, сумочку она оставила на скамейке, а одежду испортил дождь. Теперь она оказалась в рабском положении, как и хотел Миран: она в нем нуждалась.

Рейян уже засыпала, когда в дверь постучали. Миран будто ждал неудобный момент, чтобы поговорить. Рейян неохотно встала с кровати и направилась к двери. Миран стоял, держа в руках поднос с едой – если, конечно, это можно было так назвать.

Он выглядел совершенно спокойным, от его ярости не осталось и следа. Рейян развернулась и села на кровать, а Миран привычно поставил поднос на тумбочку.

– Я не умею готовить, – ровным голосом сказал он. – На кухне есть все что нужно, можешь приготовить что-нибудь сама.

Рейян посмотрела в холодные голубые глаза Мирана.

– Я ничего не хочу, – сердито заявила она. – Мне не нужно ничего твоего. Я не собираюсь вести себя так, будто ничего не произошло. Этот дом – не мой.

– Это – твой дом.

Рейян сводило с ума упрямство Мирана.

– Если бы мне удалось, я бы избавилась от тебя уже сегодня. Неужели ты все еще не понимаешь?

Миран неодобрительно покачал пальцем.

– Я не понимаю и отказываюсь понимать.

Некоторое время Рейян смотрела на него, затем натянула одеяло.

– Верни мне телефон и кошелек.

– Пока ты не решишь все в своей голове, я ничего подобного делать не буду. – Миран скрестил руки на груди.

– Тогда запомни вот что, – Рейян встала, подошла к Мирану и остановилась в шаге от него. Она хотела, чтобы он видел решимость в ее глазах, но каждый раз сама себе рыла яму. – Что бы ты ни делал, ты не сможешь удержать меня здесь.

Миран так выразительно посмотрел на Рейян, что та почувствовала боль в сердце. Ее губы приоткрылись от удивления и непонимания.

– Почему ты так смотришь на меня?

– Я думаю о той Рейян, которая очень любила меня. – Лицо Мирана исказила гримаса боли. Он невольно коснулся волос Рейян. – Неужели она мертва?

Взгляд девушки остановился на руках Мирана. Почему он так мучил ее? Почему он так жесток?

– Та Рейян умерла в день, когда ее предали. Она исчезла, когда ее бросили в незнакомом месте, в незнакомом доме. Ты убил ее.

– Так кто ты? – спросил Миран. – Я не узнаю тебя.

Рейян улыбнулась. Как трудно выглядеть сильной в такой момент. Миран причинял ей боль своими прикосновениями.

– Ты – не единственный, кто открыл свое настоящее лицо. Вот она – настоящая я.

Рейян указала на дверь: она больше не могла оставаться сильной, слезы подступали к горлу. Плакать перед ним – значит вновь оказаться беспомощной.

– Уходи, я не хочу видеть твое лицо.

Миран не реагировал, и Рейян оттолкнула его руку.

– Я сказала, уходи! Ты меня не слышишь? Иди! – Она вновь толкнула Мирана, а потом прижала руки к голове и закричала. Вдруг что-то произошло, и Рейян открыла глаза и удивленно наклонила голову. Миран стоял на коленях и держал ее за бедра, положив голову на грудь.

Малыш впервые почувствовал своего отца.

– Ты причиняешь мне боль, – со слезами произнес Миран. – И я этого не вынесу. Ты – моя единственная тихая гавань.

Рейян только сегодня пообещала себе, что заставит Мирана страдать так сильно, как мучилась сама. Она должна ему навредить! Только так он сможет расплатиться с ней за ту боль… Но почему она так страдает сейчас? Почему ее барьеры рухнули, когда этот человек преклонил колени? Рейян прокляла свое мягкое сердце. Почему же ей так больно видеть Мирана таким?

– Ты сжег эту гавань, – ответила Рейян дрожащим голосом. – Ты ушел, бросил меня!

Рейян вновь переменилась: теперь перед Мираном стояла совершенно другая девушка – с поникшими плечами, лишенная гордости, которая не могла больше оставаться сильной.

– Я не могу спать по ночам из-за боли в груди! Мое сердце разбито на тысячу осколков! Твоя совесть чиста? – Слезы текли по ее лицу, пока она продолжала смотреть на Мирана. – Ты когда-нибудь жалел меня, когда лгал, обманывал, когда бросил? Но я любила тебя больше, чем отца… Я говорила тебе, что не забуду тот день и не позволю забыть его тебе!

Теперь плакала не только Рейян, но и Миран без всякого стыда. Рейян рассыпалась на кусочки: лишь крик Мирана мог сделать ее настолько несчастной. Как грустный конец любимого романа или душераздирающего фильма, который не забыть с годами.

Миран вытер глаза, прежде чем встать. Впервые в жизни он оказался на коленях, хотя говорил, что этого никогда не произойдет. Оно того стоило. Стоило такой сильной любви, таких чувств. Рейян… Даже боль от нее прекрасна, как и ее имя. Миран схватил Рейян за шею и прижался лбом к ее лбу.

– Мне очень жаль, так жаль! Я не знал цену любви. У меня сердце разбито, клянусь!

Эта близость увлекала Рейян в бездну. Она повернулась спиной, убрав руки Мирана со своей шеи. На этот раз он взял ее ладони в свои и не отпускал, будто он и без того причинил мало боли. Он уткнулся носом в ее шею, обхватил талию, поцеловал длинные волосы, вдыхая их аромат.

– Позволь мне быть с тобой. Позволь перевязать твои раны. Обещаю, тебе больше не будет больно!

Рейян не хотела слышать эти слова и чувствовать прикосновения, она была готова нарушить свои обещания. Она освободилась из рук Мирана и отошла на несколько шагов.

– Закончил?

– Месть окончена! – прохрипел Миран. – Осталась любовь. Я готов даже страдать от твоей руки.

Рейян прижала руку к губам: ее сердце истекало кровью. Все выходило из-под контроля. Она убеждала себя, что Миран ее не любит, и поддерживала этим свою ненависть. Но не получилось… Она любила этого мужчину всем сердцем. Почему же тогда невозможно его простить? Рейян злилась на жизнь и на судьбу. Это просто невозможно. Любовь – не всепрощающая!

– Не молчи, скажи хоть что-нибудь, – взмолился Миран. – Излей на меня всю злость, что скопилась внутри.

Влажные от слез голубые глаза, спутанные черные волосы, дрожащие губы свидетельствовали о его боли. Мирану казалось, что никакие слова не могут причинить большую боль, чем это невыносимое молчание.

– Мне больше нечего сказать. – Ее лицо вновь залили слезы. – Слова закончились, как и моя жизнь. Знаешь, почему я не могу тебя простить?

Миран устремил взор на Рейян, и она судорожно сглотнула.

– Десятки женщин в мире сломаны, прямо как я. У нас одинаково кровоточат раны, нас связывает общая боль, которую невозможно выразить от стыда. – Рейян подняла палец вверх. – Это называется предательством…

Она качала головой, ее губы дрожали.

– Знаешь, что я могу тебе сказать? – Миран посмотрел на Рейян, а она мягко закрыла глаза. – Да убережет Аллах от таких людей, как ты, и такой любви!

Глава 20. Тебе должно быть стыдно

Если бы ядовитой фразой можно было убить, Миран уже лежал бы мертвый. Молчание Рейян казалось катастрофой, а ее слова – приговором в судный день.

У Мирана не осталось ни крупицы надежды. Что за судьба такая, полная горя? Если бы он заранее знал, что придется так страдать, то не захотел бы рождаться. Жизнь обходилась с ним очень жестоко. Миран лишь хотел второй шанс, ведь каждый его заслуживает, однако ему этой возможности не давали.

– Знаю, я совершил много ошибок, – Миран болезненно сглотнул и, ссутулившись, обессиленно прижался к стене. – Я согласен с твоими словами… Я – ужасный человек.

Миран снова вздохнул и уставился в потолок.

– Знаешь что? – спросил он и сразу продолжил, не дожидаясь ответа: – Я ненавижу оружие. Все началось с той злополучной пули из пистолета твоего отца. Сначала погиб мой отец, потом умерла мама. Я рос с ненавистью вместо любви. Твой отец, Хазар Шаноглу, за все в ответе.

Рейян закрыла глаза от боли. Она никак не могла сказать, что этот человек – не ее отец.

– Это произошло из-за денег? Что вообще стоит того, чтобы ребенок рос без родителей? Твой отец даже не попал в тюрьму! Каким-то образом это сошло ему с рук. Я хотел, чтобы он понес наказание за кровь моего отца, чтобы он заплатил за то, что счастливо жил со своей семьей, пока я рос без отца. Я хотел, чтобы сиротство ребенка превратилось в его кошмар.

Правда, в которой так трудно было сознаться, вырвалась из Мирана, эхом разнесясь по дому. Рейян не оставила ему выбора. Впервые он оказался слаб и беспомощен перед ней.

Настала очередь Рейян говорить. Боль мешала ей глотать. Печаль другого человека, осквернившего ее любовь, оказалась ей не по силам.

– Ты ненавидишь оружие, но ты же выстрелил мне в самое сердце. – Рейян не осознавала, что своими словами она добивает Мирана. – Я думаю, даже спустя годы эта пуля в сердце не остынет.

Воцарилось молчание, от которого обоим стало не по себе. Миран мягко отодвинулся от стены и направился к двери. Он в последний раз взглянул на любимую женщину, повернувшуюся к нему спиной.

– Если бы ты знала, сколько боли ты сейчас мне причинила, ты бы не открывала рта. Если ты хотела добить меня своими словами, то тебе это удалось. Теперь мы равны, Рейян. – Миран распахнул дверь. – Я горюю так же сильно, как и ты!

* * *

Минуло несколько часов. Рейян пыталась заставить себя уснуть, чтобы не страдать. Вдруг раздался шум, и она невольно открыла глаза. Она все равно не могла заснуть. Видимо, в доме находился кто-то еще. Девушка медленно встала и направилась к двери. Подойдя к лестнице, она немного отступила назад, чтобы ее не заметили: у подножия лестницы стоял Миран и с кем-то разговаривал. Все слова звучали очень отчетливо.

Миран равнодушно рассматривал папки в своих руках. На его лицо падала тень, но Рейян все равно живо представила его образ: бесчувственный и пустой. Справа он него стоял Арда, напротив – двое незнакомых Рейян мужчин.

– Это заполнили все, – сердито сказал Арда. – Все правление считает, что ты плохо справляешься с компанией. Он хочет передать двадцать процентов твоих акций своей дочери. В этом случае вы станете равны.

Рейян поняла, что проблема связана с бизнесом, и развернулась было уйти, но вдруг услышала свое имя и застыла на месте.

– Так что вы делали, когда дядя настраивал работников против меня? – Миран выглядел очень сердитым. Рейян понимала, что причиной его гнева была не только работа. Кем бы ни был дядя Мирана, очевидно, ладили они не очень хорошо. На днях Рейян пыталась расспрашивать о нем, и Мирану явно стало не по себе: он побледнел и ушел от ответа.

Миран прятал Рейян от дяди, а дядю – от Рейян.

– Мы ничего не могли сделать. – Арда положил руку Мирану на плечо. – Но не волнуйся, я обо всем позабочусь, поговорю со всеми по очереди, пока не соберется совет директоров. Я изменю их мнения.

– Вы сделаете все возможное! – Миран выкрикивал приказы мужчинам, но вдруг увидел наблюдавшую за ним Рейян. Она в панике сбежала, а он продолжил как ни в чем не бывало: – Акции останутся у меня, в противном случае случится катастрофа.

Рейян вернулась в комнату озадаченная. Она хотела расспросить Мирана о его дяде, но они уже не были так близки: несколько часов назад Рейян поставила точку своими словами.

Рейян сожалела о некоторых сказанных ею вещах. Она не промолчала, зная, что причиняет страдания. Слова Мирана эхом звучали у нее в голове. Если бы она знала, что причинит ему столько боли, то не раскрыла бы рта. Каждый раз, когда она ранила его, то страдала и сама.

Рейян ждала, когда откроется дверь и войдет ее любимый.

Но Миран не пришел.

* * *

Рейян раскачивалась на стуле, и слова, которые она хотела сказать, терзали ее. Она не интересовалась домом и понятия не имела, в какой комнате спит Миран. После длительных раздумий Рейян приняла тяжелое решение: она перестанет воевать, так как ее ресурсы закончились. Она наконец оставит в покое человека, покрытого шрамами так же, как и она. Рейян его не простила. Прощение исходит от сердца, а она еще не готова к этому. В душе осталась лишь пустота. Жизнь не всегда складывается так, как хочется, и судьба продолжает ставить палки ей в колеса.

«Султаны не жили вечно; думаешь, ты будешь? Ты собираешься спалить все вокруг лишь потому, что отчаянно страдаешь? Всегда впереди смерть… Но что это за бесконечные ожидания? Боль людей, истекающие кровью чистые мечты».

Рейян убеждена, что она – не единственная, чьи раны кровоточат.

Она и не заметила за своими размышлениями, что Миран давно наблюдает за ней. Она не слышала, как открылась дверь, не видела, как он вошел.

Миран удивился: так странно, что Рейян, которая никогда не покидала свою комнату, сидит в зале. Поколебавшись, он шагнул к Рейян, удивляясь самому себе: с каждым шагом его сердце сжималось и страх одолевал его. Что, если Рейян его больше не любит?

– Ты здесь, – сказал Миран с недоумением. Он почувствовал себя счастливым, увидев Рейян.

Сегодня он должен отправиться в офис компании. Миран не хотел оставлять Рейян в одиночестве, успокаивала лишь мысль, что она не сможет уйти из этого дома.

– Да, я ждала тебя. – Рейян спохватилась, сложила руки на коленях и грустно посмотрела на Мирана. Его глаза подобны морю, но взгляд – горяч, как угли.

Миран удивился еще сильнее и медленно опустился в кресло напротив девушки. Что изменилось со вчерашнего вечера? Что-то случилось с Рейян.

– Я спрошу тебя кое о чем, – сказала она, нервно перебирая руками. Сердце Мирана дрогнуло. «Попроси меня, и я подарю тебе весь мир», – подумал он про себя.

– Спрашивай.

Рейян беспокойно поерзала: внутренний голос твердил, что Миран ей откажет в просьбе.

– Ты отвезешь меня в дом тети Сыдыки? Мои вещи остались там.

Миран обрадовался, но не подал виду. Он решил, что за этой просьбой кроется другое намерение.

– Ты наконец принимаешь?

– Что?

– Что твое место в этом доме.

Миран серьезно смотрел на Рейян, а она натянула фальшивую улыбку.

– Я не приняла, – с обвинением сказала она. – Мне пришлось принять!

Миран встал, снял куртку и направился к двери из комнаты. Рейян следила за каждым его движением, не отрываясь.

– Ладно, собирайся, и пойдем.

После его ухода Рейян обхватила свой живот руками. Она до сих пор еще не была в больнице и не видела своего ребенка. В тот день, когда тетя Мирана дала ей телефон, Рейян позвонила Элиф и Фырату, сообщив, что в порядке. Сейчас она собиралась отправиться к ним. Сил не осталось, но она должна. День за днем в ней росло создание, о котором Миран и не догадывался. Впрочем, если бы все наладилось, Рейян не возражала бы, чтобы Миран узнал правду. Она не любила лгать, но, как это ни было тяжело, девушка не могла простить любимого человека.

Вскоре молодые люди собрались. Вечерело, и на улице ощутимо похолодало. Рейян оделась по погоде, Миран же накинул тонкую кожаную куртку.

– Тебе так не холодно? – спросила Рейян, и на лице Мирана заиграла искренняя улыбка. Он улыбался так красиво, что Рейян чувствовала, что жаждет его любви, как глотка воды в пустыне.

– Мне не холодно, не волнуйся. – Он открыл дверь и отошел в сторону, пропуская Рейян и собираясь закрыть дверь, но вдруг замер. За массивными железными воротами собралась толпа, и она уже прорывалась внутрь. Миран с самого утра чувствовал, что что-то пойдет не так. Азат дышал ему в спину. Нетрудно догадаться, что он проследит за ним и найдет его дом.

Рейян заметила, куда смотрел Миран, и тоже перевела взгляд. Она не видела, что происходит за воротами, но слышала гул недовольной толпы.

– Возникла проблема? – Рейян не приходило в голову, что Азат может найти этот дом.

– Заходи внутрь.

– Что? – удивилась она. Миран же не отрывал взгляда от забора. Рейян встала перед ним, чтобы привлечь внимание. – Почему?

Миран не знал, как сказать правду. Он бы не отдал Рейян, но что, если она сама захочет уйти? Что тогда произойдет? Страх сковал его точно параличом. Впрочем, конец был неизбежен.

– На улице, – Миран указал на дверь, – стоит Азат!

Лицо Рейян мгновенно посерело, тело похолодело. Вспомнилось, как Миран обещал отдать ее Азату, а Рейян в ответ провоцировала его. Азат скорее сожжет дом, но не оставит здесь Рейян. Она чувствовала приближение конца и не видела выхода из ситуации.

– Он, – горько заметила Рейян, – никуда не уйдет, не забрав меня отсюда.

– А ты хочешь пойти с ним? – ровным голосом спросил Миран. Ответ на этот вопрос мог стать его концом, но он все равно спросил. – Хочешь вернуться в Мардин?

Теперь он ждал ответа, сжимая кулаки. В его глазах отчетливо был виден страх.

Рейян медлила с ответом, хотя знала его наверняка: больше всего на свете она хотела остаться с Мираном, пусть и не доверяла ему, чувствуя себя в опасности рядом с ним. Она ненавидела себя за любовь к нему. В любом случае ее жизнь больше не безопасна.

Молчание работало против нее, рука Мирана на ее подбородке, казалось, обжигала кожу. Рейян глубоко вздохнула, глядя в его голубые глаза, окаймленные длинными ресницами. «Я бы хотела, чтобы все было иначе», – говорил ее взгляд.

– Все зависит от тебя. Если хочешь уйти – я не стану тебя останавливать. Прямо сейчас тебе решать, убить меня или оставить в живых.

Миран на мгновение перевел взгляд от лица Рейян к воротам.

– Если ты по-прежнему хочешь остаться здесь и ненавидеть меня, я сожгу этот город.

Миран дрожал, сгорая от нетерпения и страха. Он жаждал услышать два заветных слова: «Я останусь».

Молчание Рейян убивало его.

– Меня устраивает то, что исходит от тебя, пусть даже это – яд, который меня отравляет. Я дышу тобой, – продолжал он.

Рейян отвела его руки от лица и перевела взгляд на землю. Она ничего не ответила, она приняла решение и скользнула в приоткрытую дверь дома. Миран сказал, что дышит ею, и она понимала, что ни за что не уйдет, пусть это ее и погубит.

Миран получил ответ.

Дверь за Рейян закрылась, и Миран прокричал громко, чтобы она слышала:

– Не выходи!

Миран со страшным выражением лица отправился к воротам. Он не знал, что произойдет дальше, но понимал, что сегодня все закончится. Что бы ни случилось с Азатом, он больше никогда не должен преследовать Рейян, даже близко подходить к ее дому, не упоминать ее имя.

Из дома Рейян следила за толпой. Миран распахнул ворота и вышел; увиденное его ничуть не удивило. Часть людей из толпы была предана Мирану, часть – Азату. Арда тоже присутствовал, и Миран ничуть не удивился, увидев здесь и его.

Миран не сводил взгляда с Азата, а Азат – с Мирана. Вот они и встретились вновь спустя несколько недель; обоих переполнял гнев. Если бы Азат с самого начала знал, что Рейян находится в Стамбуле, он бы никогда не вернулся в Мардин, но такая вероятность даже не приходила ему в голову. Откуда он мог знать? Что Рейян забыла в городе человека, который так оскорбительно бросил ее? Азат несколько дней не давал прохода своей тете, но не смог добиться от нее ни слова, поэтому он надавил на Хавин и узнал правду. На этом сюрпризы для Азата не закончились. Он разыскал дом, где остановилась Рейян, но выяснил, что опоздал. Всего на один день! Если бы он разыскал Рейян хотя бы на день раньше, то уже отвез бы ее в особняк. Миран опередил его и похитил Рейян.

Миран будто прочитал его мысли.

– Ты опять опоздал, – нарушил он напряженное молчание, чувствуя свое превосходство. Он зловеще ухмыльнулся и саркастически спросил: – Ты не устал, Азат?

Несмотря на внешнее спокойствие, Миран готов был взорваться: он не хотел, чтобы Азат приближался к Рейян.

– Где Рейян? – зловеще осведомился Азат и посмотрел на дом. Он не мог видеть, что происходит внутри, но знал наверняка, что его кузина там. Это его томило.

– Неправильный вопрос, – помахал пальцем Миран. Зловещая тишина будто предвещала грядущую битву. Вскоре сильнейшая буря разразится в Стамбуле. – Ты должен спросить сам себя, что ты здесь делаешь?

Азат сжал кулаки. Несмотря на запрет дяди, он с трудом сдерживался, чтобы не убить Мирана на месте. Азат не понимал, чего добивается Миран. Ради мести он объявил войну господину Хазару, осквернив мечты невинной девушки и заставив ее страдать. Почему он все еще удерживает Рейян рядом с собой, хотя уже женат на другой и не имеет к ней никакого отношения?

– Я спросил тебя, где Рейян! – стиснул зубы Азат, поражаясь собственному спокойствию.

– Не смей больше никогда произносить это имя, – резко ответил Миран, опьяненный гневом.

Терпение Азата лопнуло: он вытащил пистолет из-за пазухи и прицелился в Мирана. Али, Мурат и другие сторонники Карамана тоже перешли в атаку, но Миран этого не заметил. Увидев пистолет, он разозлился еще больше, но саркастически улыбнулся. За этой вызывающей улыбкой на самом деле скрывались все растущая обида и безграничная ненависть. Разве не достаточно того, что они убили его отца? Миран гневно выдохнул.

– Ты выстрелишь в меня?

– Я бы не колебался, – тихо ответил Азат.

– У тебя не хватит сил и духа!

Миран еще больше усиливал возникшее напряжение. Все происходящее – не шутка. Как он может оставаться таким бесстрашным? Он невозмутимо направился к Азату, несмотря на нацеленное на него оружие, посмотрел сопернику в глаза и схватился за пистолет. Разъяренные мужчины, готовые к драке, не сводили друг с друга глаз.

– Ты – не Хазар Шаноглу, а я – не погибший много лет назад Ахмет Караман, – твердо сказал Миран.

Азат безумно улыбнулся.

– Действительно так думаешь? Разве я не могу тебя убить?

Азат выдернул пистолет из пальцев Мирана и нацелился ему в голову. Мурат, тоже не задумываясь, направил свой пистолет на Азата.

– А теперь… Если я пущу тебе пулю прямо в лоб, кто заберет твое тело с моих рук?

– Кто тебя заберет у нас? – раздался полный злобы голос Арды. – Опусти оружие, дрянь! Иначе… ляжешь с пулей в голове!

Мирана окружали порядочные люди, но достаточно преданные, чтобы без колебаний замарать руки ради него.

– В этом нет нужды. – Миран снова ухватился за оружие Азата, опустив его дуло в землю. – Сегодня перед моим домом этот пистолет не выстрелит.

Сразу после его слов Азат поднял оружие в воздух и несколько раз выстрелил. Это была открытая угроза. Азат опустил руку, и Миран схватил его за шиворот, собираясь ударить и наконец выплеснуть весь свой гнев, как вдруг произошло то, чего не ожидал никто. Прямо за дверью раздался истошный крик. Ворота внезапно открылись, и показалась бледная от страха Рейян, прижимавшая руку к трепещущему сердцу.

– Миран! Миран! – измученная девушка оперлась на ворота. Рейян сидела в доме, терзаемая страхом, но выбежала наружу, не выдержав звуков выстрелов. Она увидела перед собой невредимого Мирана и глубоко вздохнула. Рейян осознала, что нарушила очередное правило, покинув дом. Она поймала на себе взгляд Азата, и от тревоги у нее перехватило дыхание. Она старалась не смотреть на него: ей казалось, что прошло много лет с их последней встречи.

При виде Рейян Миран отпустил Азата и бросился к воротам. Он предупредил ее, чтобы она не выходила. Не прошло и доли секунды, как Миран уже ухватил Рейян и потянул ее внутрь, а Азат проскочил за ними. Теперь их осталось только трое, и желтые массивные ворота отделяли их от толпы.

– Разве я не велел тебе не выходить? – вскрикнул Миран: он не хотел, чтобы Азат и Рейян встречались, боясь, что кузен убедит ее уйти.

Рейян прижала руки к груди, чувствуя, как сердце колотится от страха.

– Я думала, что-то случилось, так испугалась!

Рейян на долю секунды перевела взгляд на Азата и сразу потупилась.

Азат шагнул к ней, но Миран встал на пути, хлопнул его по плечу и оттолкнул.

– Не трогай ее! – крикнул Миран.

Рейян не понимала, что оба мужчины одинаково влюблены в нее.

– Кого и от кого ты защищаешь?! – Азат с силой ударил Мирана по лицу. Глаза Рейян округлились от ужаса. Миран потерял самообладание из-за разбитой губы и ударил Азата в ответ.

– Стоп! Довольно, остановитесь, ради бога!

Рейян подняла дрожащие руки и прижала их к лицу, словно теряя рассудок. От страха слезы лились из ее глаз. Рейян не знала, сможет ли своим криком остановить их, но хотела все прекратить. Она чувствовала свою вину, хоть и не являлась первоисточником этой вражды.

– Я что, игрушка? Что это за бой? – грусть в голосе Рейян разбивала сердца обоих мужчин.

Азат перевел взгляд на Рейян. Как же она осунулась с их последней встречи – словно минули годы.

– Что за бой? Мне нужно напомнить тебе, что этот человек сделал с тобой и с нами? – Азат указал на Мирана.

Рейян потупилась. Какой смысл напоминать ей о том, что она и так не в силах забыть?

– Я ничего не забыла, наоборот, мне кажется, будто все произошло только вчера, – устало призналась девушка. Ее слова придавали Азату храбрости, а Мирана будто подталкивали к краю пропасти, и все же кузен не мог понять ее поведения.

– Тогда что ты делаешь здесь с этим человеком, Рейян? – укоризненно спросил он, и девушке захотелось расплакаться. Рейян словно застряла между той жизнью, которой она заслуживала, и той, которой жила. Ее молчание убивало, и оба мужчины затаили дыхание, ожидая услышать долгожданные слова, которые их осчастливят. Миран молчал: если Рейян уйдет, этот город превратится в его могилу.

– Ты ничего не сделала, – беспомощно вымолвил Азат. – Ты – сама невинность.

Азат не знал, с чего начать. Он не хотел оказаться проигравшим, ведь раньше он не знал поражений.

– Ты ничего не знала, а если бы знала, то ни за что не вышла бы за него замуж. – Азат с отвращением посмотрел на Мирана. – Мы тоже не знали, иначе не отдали бы тебя ему.

Рейян продолжала стоять, потупившись.

– Не склоняй голову, ты не виновата.

Азат сделал несколько шагов к Рейян; Миран не шевелился, не пытался его остановить, ожидая, что произойдет дальше. Он так боялся, что кузен уговорит Рейян уйти, что оцепенел от напряжения. Миран не хотел утонуть во тьме, из которой так отчаянно выбирался.

– Неважно, почему ты здесь, – продолжал Азат, остановившись рядом с Рейян. Он радовался, видя ее лицо, хоть она не смотрела на него в ответ. – Я знаю, он удерживает тебя здесь насильно.

Миран все еще молчал. Любовь связала ему руки, лишила дара речи.

– Я пришел тебя забрать, тебе ничего не нужно делать. Знаю, ты боишься, но даю слово, что никто тебя не тронет. Кто бы что ни говорил, не опускай взгляд!

– Рейян хочет остаться со мной, – перебил Миран, не в силах больше терпеть. Рейян подняла глаза и посмотрела на него, впервые заметив отчаяние в его взгляде. Он будто умолял ее не уходить. Время выбирать пришло. Она все же хотела заставить его заплатить за содеянное, бросить и уйти, но оставались и причины, связывавшие ей руки: любовь и ребенок. Она не может уйти.

– Я не пойду с тобой.

Слова Рейян уничтожили Азата. Он не поверил своим ушам. Это была уже не та Рейян, которую он знал и которую любил… Та Рейян скорее умерла бы, чем осталась с этим мужчиной. Азат кивнул на Мирана, не сводя глаз с кузины.

– Не верю, – беспомощно сказал он. – Чем он тебе угрожает, чем запугивает?

– Ничем, – ответила Рейян. – Уходи отсюда, Азат!

Азат горько улыбнулся.

– Так ты хочешь остаться с этим негодяем?

Миран ради Рейян изо всех сил старался сохранять спокойствие и не бросаться на Азата.

– Этот человек – враг нашей семьи! – поражался Азат: отказ Рейян не укладывался в голове. – Он – муж другой женщины. Разве он не обманул тебя? Что ты имеешь в виду, говоря, что никуда не пойдешь?

Азат перешел на крик. Как еще ему было излить свою обиду? Как еще убедить Рейян не совершать ошибки?

Еще одна рана появилась на сердце Рейян, слова Азата стали тяжелым ударом.

Молчание девушки послужило самым красноречивым ответом. Рейян – не просто дочь дяди Азата, но и любимая женщина и самая большая рана на его сердце. Он не отрывал взгляда от нее, а Миран, напротив, наблюдал за ним. Рейян не поднимала глаз от земли.

– Когда ты стал настолько бесчестным? – не выдержал Миран.

Рейян громко всхлипнула, а Миран терял терпение: он не хотел выглядеть еще хуже в глазах любимой.

– Почему ты так много думаешь о Рейян? – Миран задал самый сложный вопрос, поставив Азата в затруднительное положение. Он потер руки, не сводя глаз с соперника. – Лучше расскажи Рейян о своих настоящих намерениях, скрывающихся за твоей добротой!

Слова Мирана задели Азата за живое. Он хранил свою любовь к Рейян в секрете и не мог позволить Мирану раскрыть ее. Азат устремил взгляд на него, будто прося помалкивать.

Наступила звенящая тишина. Никто не издавал ни звука. Миран не мог сообщить Рейян о чувствах к ней другого мужчины.

Азат нарушил тишину.

– Взгляни на меня! – вскрикнул он, и Рейян посмотрела на него влажными от подступающих слез глазами. – Посмотри на мое лицо, потому что видишь меня в последний раз. Попрощайся с матерью, Бедирханом, Хавин, ведь ты больше никогда никого из нас не увидишь. Ты сделала свой выбор в его пользу. У тебя больше нет ни семьи, ни дома, куда ты сможешь вернуться!

Рейян молча расплакалась. Азат чувствовал пустоту в душе.

– Разве мы когда-нибудь заставляли тебя чувствовать, что мы – не одна семья?

Подул пронизывающий ветер. Миран подобрался очень близко к правде. Что только что имел в виду Азат?

Рейян снова всхлипнула, глядя в небо. Знакомо ли вам чувство отчаяния, вызванное вынужденным молчанием? Женщинам всегда затыкали рот – силой, принуждением. Так трудно быть женщиной. Невозможно кричать о своей боли, и ты живешь вместе с ней в тишине. О, никто бы и не слушал.

– Живи теперь с этим мужчиной до конца жизни! – Азата глубоко ранил отказ Рейян. Вот она, обратная сторона страсти. Как известно, очень трудно прощаться со своей любовью. – Для тебя нет больше места под названием Мардин!

Азат повернулся спиной к Рейян и Мирану и быстро вышел за ворота, словно решившись и отправляясь на смерть. Азат даже не обернулся: оставшиеся позади этого недостойны. Еще один путь подошел к концу, его сердце получило еще одну рану. Первую он получил в тот день, когда Рейян покинула особняк в свадебном платье, а вторую – сегодня! Азат хотел выстрелить себе в сердце, не в силах смириться с тем, что оно бьется ради неблагодарной Рейян. Если необходимо, он вырвет его из груди, но больше не произнесет ее имя. Все кончилось… Любовь, которую он лелеял бессонными ночами, исчезла. Пришло время Азату попрощаться со Стамбулом.

Толпа за воротами провожала его растерянными взглядами. Бекир подошел к нему, пока он садился в машину. Он тоже крайне удивился. Азат сказал, что не уйдет от дверей этого дома, не забрав Рейян, но почему он один? Он не осмеливался задать этот вопрос. Но разве ответ не очевиден?

– Куда ты, Азат?

Но Азат не мог смотреть в лицо другу, руки и губы его тряслись.

– Я ухожу, – ответил Азат. – Дьявол их побери.

Бекир мало что понял и лишь покачал головой. Азат выглядел нехорошо. Бекир положил руку ему на плечо.

– Езжай осторожно, мы поедем следом.

Азат молча завел машину: он хотел уехать как можно скорее. За что он боролся все это время? Он верил в огромную ложь. Рейян, которую он знал, скорее умерла бы, чем осталась с Мираном. Как она могла так сильно измениться? Как с ней жить после всего произошедшего? В жизни Азата не было места предательству и бесчестию. Как Рейян пренебрегла своим достоинством ради этого человека? Азат не понимал, а если бы и понял – не смог бы принять. Он чувствовал тошноту. Что бы он ни делал, невыносимая боль не давала ему покоя.

– Стоит ли любовь того?

Азат не променял бы свою гордость ни на какую любовь. Рейян превратилась в черное пятно на его сердце.

– Я любил тебя. Ты того не стоишь!

Азат отправился в Мардин, чтобы никогда больше не возвращаться. Его любовь закончится там, где началась. Мардин станет свидетелем того, как его чувства угаснут. Он глубоко вздохнул, чтобы успокоиться, но гнев не утихал. Каждая частичка его тела ныла от боли. Азат Шаноглу нарушил свое главное правило. Что это за влага на его щеках? Неужели он плачет?

Азат коснулся лица тыльной стороной ладони.

– Не тебе, Рейян, – закричал он. – Позор мне… Будь я проклят, а не ты!

Глава 21. Попрошайка. Мардин

Азат вернулся в Мардин, оставив за спиной город, принесший ему столько боли, с которой теперь предстояло как-то справиться. Он долго вдыхал аромат родной земли… Даже этот любимый запах не лечил его раны. Сердце Азата словно горело.

Наступило утро. Азат не верил, что вернулся в родной город один, без Рейян. Все его надежды оказались тщетными. Больше они никогда не встретятся, ведь Азат запретил Рейян появляться в Мардине!

Он, задыхаясь, направлялся к особняку. Он воспротивился воле дяди, уехал в Стамбул, поклявшись, что вернет Рейян. Азат гневно сжал кулаки. Рейян любила Мирана и всегда будет любить, позабыв о гордости. Почему это так трудно принять? Сердце все еще молит о любви, как попрошайка. Почему?

Азат хотел проникнуть в дом так, чтобы его никто не увидел. Никто не должен ничего узнать. Он понимал, что от этой боли ему не сбежать. Сколько патронов он выпустит по бутылкам, прежде чем боль уйдет? Азат знал лишь, что его раны так просто не заживут.

Около семи утра он вошел в особняк. Члены его семьи только-только просыпались. Азат медленно поднялся по лестнице, и его взгляд невольно остановился на комнате Рейян. «Дьявол! Впору хоть взять бензин и поджечь эту комнату!» – думал он. Любое напоминание о Рейян сводило с ума. Сколько лет они прожили вместе! Даже улицы Мидьята – свидетели их детства. Азат глубоко вздохнул и прикрыл глаза: сил не осталось. Он быстро прошел в свою комнату, не зная, как выплеснуть скопившуюся бессильную ярость.

В дверях своей комнаты Азат столкнулся с выходившей оттуда Дилан. Он с изумлением перевел на нее взгляд. Дилан тоже крайне удивилась такой встрече и чуть не выронила одежду, но взяла себя в руки. Ее сердце бешено колотилось, и казалось, Азат может его услышать.

– Одежда грязная… – стала оправдываться Дилан, в панике вытянув руки, хотя Азат ничего не спрашивал. – Я пришла за ней.

Азат молча вошел в комнату, а Дилан постаралась как можно скорее скрыться.

– Подожди, Дилан. – Девушка замерла, когда Азат позвал ее. – Пусть в следующий раз Хавин заберет мою одежду. Не заходи в мою комнату.

Дилан молча закрыла дверь. Азат не сказал ничего неправильного, но любящее его сердце все равно было разбито. Дилан удивилась, не увидев Рейян: Азат отправился за ней в Стамбул, но вернулся один. Но это осчастливило Дилан. Если бы Рейян вернулась и осталась с Азатом, как бы могла Дилан дышать?

Она спустилась на кухню, встретив по дороге заспанную Хавин. Обе занялись приготовлением завтрака. От внимания Хавин не ускользнули дрожащие руки подруги: когда она расставляла чашки на подносе, они в ее руках отбивали дробь друг о друга. Хавин отставила в сторону корзинку с хлебом и взяла поднос из рук Дилан прежде, чем та от волнения опрокинула бы его на пол, а затем пристально взглянула ей в глаза.

– Что случилось, Дилан? Ты дрожишь. Ты заболела?

Дилан отрицательно покачала головой. Она не могла рассказать, что встретила Азата, иначе пришлось бы признаться Хавин, где они встретились. Она не могла признаться, что Азат поймал ее в своей комнате.

– Ладно, садись, я со всем разберусь. – Хавин явно не убедили слова подруги, но она не стала расспрашивать. Дилан с трудом пристроилась на стуле: она все еще испытывала странную радость от встречи с Азатом.

Семья собралась за столом на завтрак. Мать Рейян теперь почти не улыбалась, и ее несчастье омрачало всех присутствующих. Хазар Шаноглу хранил молчание после известия о случившемся. Кроме того, отъезд Азата за Рейян окончательно рассорил женщин дома: ханим Зехра и госпожа Делал даже в сторону друг друга не смотрели.

Хавин разливала чай, как вдруг госпожа Делал пронзительно воскликнула. Взгляды присутствующих устремились к двери: пришел Азат.

– Азат, сын мой! – Глаза Делал сияли от радости. Она заметила, что Азат приехал один, и почувствовала облегчение. Все присутствовавшие сгорали от нетерпения в ожидании новостей. Азат подошел к столу, а Дилан, как всегда, украдкой наблюдала за ним из окошка на кухне. Два окна в огромной кухне очень удачно выходили во двор и в гостиную, будто специально сделаны так, чтобы Дилан могла незаметно следить за Азатом.

Но его угрюмое лицо отбило у окружающих охоту задавать вопросы. Сердце ханим Зехры сжалось. Видел ли Азат Рейян? Что произошло? Как она там? С одной стороны, Зехра была рада, что Рейян не вернулась в особняк, но с другой – она была сломлена.

– Налей брату чай, Хавин. – Госпожа Делал вела себя так, будто ничего не произошло. Все взгляды за столом устремились на Азата: окружающие с нетерпением ждали объяснений, но он все продолжал молчать. Хазар Шаноглу нарушил молчание первым.

– Как Рейян? – спросил он. Этот вопрос вызвал панику у его жены. Зехра судорожно сжала вилку в руках.

Азат напрягся после вопроса дяди. Он знал, что все так или иначе станут расспрашивать, и ему это не нравилось. Азат сглотнул, подавляя обиду. Они обсудят эту тему один раз, прежде чем закрыть навсегда. Молодой человек оглядел присутствующих, одного за другим.

– Хорошо, – саркастически улыбнулся Азат. – Она живет рядом с вероломным человеком, врагом всей нашей семьи, и она всем довольна!

Улыбка сошла с его лица, Азат поднял палец и ткнул им в середину стола.

– Не спрашивайте меня о Рейян! – строго заявил он, не боясь демонстрировать свой гнев. – Она сделала свой выбор и больше никогда не сможет войти в этот дом!

Ханим Зехра с грохотом уронила вилку на тарелку. Бедирхан вскочил со стула.

– Что это значит, брат? Что ты имеешь в виду, говоря, что Рейян больше не сможет войти в этот дом?

Азат в гневе встал из-за стола. Он может выместить злость на присутствующих, даже на самом Бедирхане.

– Твоя сестра сделала выбор в пользу этого негодяя! Это значит, что она не сможет вернуться сюда! – закричал Азат. Взгляд его блуждал по столу. Несомненно, его мать обрадовала эта новость. – Что именно вы не понимаете?

Бедирхан злобно засопел: он тоже рассердился, что Рейян предпочла Мирана, но она все же оставалась для него невиновной. Из-за них его сестра стала жертвой их врагов.

– Почему ты не взял ее за руку и не притащил сюда? Ты поклялся, помнишь? – после этих слов Бедирхан перевел взгляд на отца. Он не понимал, почему тот остается равнодушным и молчаливым.

Слова Бедирхана привели Азата в бешенство: казалось, он вот-вот взорвется, точно бомба. Он в ярости дернул скатерть со стола.

– Я что, за волосы должен был притащить ее сюда? Если ты можешь себе это позволить, пойди и сам притащи ее! – Азат посмотрел на дядю. – Если Миран отберет не только ее честь, но и жизнь, ты будешь всему виной, дядя!

Разговор принимал опасный оборот. Господин Джихан поднял руку и прогремел:

– Достаточно! Замолчите оба! Кто вы такие, чтобы грубить старшим за столом?

После сердитого высказывания отца Азат молча направился к выходу из комнаты. Господин Хазар прижал руки ко лбу: он больше не мог выносить этой картины. Перед уходом Азат еще раз обернулся на присутствующих.

– Я вас предупреждаю, – прорычал он, – чтобы я не слышал в этом доме ни ее имя, ни имя этого ублюдка, иначе я за себя не ручаюсь!

Неделю спустя…

Мужчина с голубыми, как море, глазами сидел в нескольких футах от Рейян и с тоской смотрел ей в лицо. Мучительные взгляды, полные жажды любви, подогревали ее гнев.

Она любила и ненавидела, и боль разрывала ее на тысячу кусочков. Рейян убегала, а Миран преследовал ее.

Судьба не всегда была справедлива. Некоторые люди устали смеяться, другие – плакать. Жизнь принесла много горя и Рейян, и Мирану. Отвернувшаяся от них удача вызывала слезы. Счастье, казалось, так близко, но сейчас – дальше, чем когда-либо. Никто не понимал их, даже они сами.

Миран чувствовал себя виноватым еще больше после появления Азата, ведь он упустил одну из ключевых деталей. Миран знал, что не получит ответа, но не мог не спросить. Рейян что-то рисовала пальцем на запотевшем окне.

– Почему ты мне не сказала?

Рейян осторожно провела дрожащими пальцами по стеклу. Она ответила тихо, не оборачиваясь. Волнистые черные волосы скрывали ее лицо.

– Что изменилось бы, если бы я рассказала? Ты бы отказался от своей игры?

– Да, – пробормотал Миран, хотя Рейян ему не поверила. – Если бы ты сказала мне раньше, я бы никогда не совершил этого.

Он все еще не мог поверить. Почему они скрывали это? Почему Рейян никогда не рассказывала? Он встал и приблизился к ней.

– Чего этого? – Рейян казалась равнодушной, но каждое слово Мирана вызывало у нее любопытство. Любовь, скрывавшаяся за ненавистью, все еще теплилась в ней. – Что, не женился бы на мне? Или мы бы не встретились? Чего бы ты не совершил?

– Я бы не оставил тебя, – Миран шумно вздохнул. – Только мы с тобой пострадали в этой игре в месть. Я хотел причинить боль ему, но не получилось.

Рейян снова провела пальцем по стеклу. Говорить не хотелось. Вечерело, и она отчетливо видела силуэт Мирана в темном окне. Он коснулся ее рукой.

– У меня в голове множество безумных вопросов, – сказал Миран, с любопытством глядя на девушку. – Но ты просто молчи.

Рейян пожала плечами и уставилась в пол.

– Того, что случилось, не исправить, те раны не залечить, и то, что умерло, не вернуть к жизни. Я не думала, что ты так обманешь меня. У тебя не написано на лбу, что ты – лжец. Наоборот, я видела доверие в твоих глазах. Думала, ты избавишь меня от одиночества. Я ошиблась, – сказала Рейян потерявшему бдительность Мирану, скривив губы.

Миран схватил ее за руку и развернул к себе.

– Я все тот же человек, – сочувственно сказал он, пытаясь найти отклик в ее душе, но раненая женщина не оставляла ему шанса.

Рейян злилась, когда Миран хватал ее за руки: она тщательно следила, чтобы между ними сохранялась дистанция, и не подпускала его близко. Она считала, что в противном случае угодит в его ловушку.

– Не прикасайся ко мне, пожалуйста. – Рейян сердито посмотрела на Мирана, и он невольно усмехнулся.

– Не могу, – обеспокоенно ответил он. – Ты все еще не отвечаешь на мои вопросы.

Рейян раздраженно закатила глаза.

– Мой отец умер еще до моего рождения, а мать вышла замуж за моего отчима. Я родилась и выросла в особняке, не зная своего отца. – Рейян потупилась, сама не зная почему. Она не могла решиться рассказывать дальше. – Не знаю почему, но моя мать предупредила меня, чтобы я никому не говорила, что он – не мой отец. Это – секрет нашей семьи. Я росла, принимая это правило. Никто никогда не сказал мне в лицо, что я не принадлежу к этой семье.

Закончив рассказ, Рейян отвернулась от Мирана.

Азат выкрикнул то, что до сих пор никто не осмеливался сказать ей в лицо, и из-за этого Рейян несколько дней мучилась от боли.

– Я не понимаю, – недоумевал Миран, чувствуя головокружение. – Если твоя мать стала вдовой, почему этот человек женился на ней? Он так сильно влюбился?

Рейян знала, что ее мать и отчима не связывала любовь, но о причинах брака она не догадывалась. Мать много раз признавалась Рейян, что все еще любит покойного мужа, настоящего отца Рейян.

– Не знаю, – крикнула она, отступив на несколько шагов от окна, и уставилась на Мирана. – Разве ты не эксперт в таких вопросах? Разберись и узнай! Не спрашивай меня больше!

Тон Рейян сердил Мирана. Обычно люди вели себя услужливо, он привык к роли босса, но эта девушка вела себя иначе, и это сводило его с ума. Впрочем, ее бунтарское поведение ему нравилось.

– Буду признателен, если ты станешь следить за своей интонацией, когда со мной разговариваешь, – предупредил Миран.

– А если не стану, то что? – Рейян удивленно вскинула брови.

– Ничего не будет, – усмехнулся Миран. – Что может быть?

Он сразу пошел на попятную. Насколько же сильно любовь влияет на человека, если даже Миран Караман уступает? Глядя на свое затруднительное положение, он не знал, смеяться ему или плакать. Он ни за что не поверил бы, если бы ему сказали раньше, что он станет так уязвим перед девушкой. Миран жаждал прощения и следил за языком. Образуется ли все когда-нибудь?

– Куда ты идешь? – спросил Миран, глядя на Рейян, которая встала и собралась уходить, так и не ответив ему. Рейян убегала, а Миран преследовал, как обычно. Другого не дано. Она находилась так близко, но Миран все не мог протянуть руку и обнять ее. Это сводило его с ума.

Он тосковал по женщине, которая находилась прямо перед его носом.

Рейян заметила, что Миран поднимается следом за ней по лестнице, и ускорилась. Куда бы она ни отправилась, он шел за ней, не давая даже вздохнуть. Рейян вошла в комнату, собираясь захлопнуть дверь перед носом Мирана, но не успела: в последнюю секунду он догнал ее и распахнул дверь. Рейян нахмурилась.

– Дай отдохнуть хотя бы сейчас!

– Почему, Рейян? – беспомощно спрашивал Миран, не в силах больше терпеть разлуку. – Почему ты всегда избегаешь меня?

Рейян указала на Мирана пальцем.

– Может, потому что я не хочу видеть твое лицо?

– Тогда какого черта ты осталась со мной? – Миран растерялся и начал браниться. Терпение Рейян тоже лопнуло. Нормально поговорить не получалось, и молодые люди снова ссорились.

– Я должна, понимаешь, должна! Я утону, если обниму тебя! Я не могу этого вынести, понимаешь? Каждый раз, когда я смотрю в твои глаза, то вижу, что потеряла… – Рейян задохнулась от ярости. Она снова ощутила тошноту, и ее лицо исказилось от боли. – Из-за тебя я лишилась семьи!

Миран молчал. Рейян прижала палец к его груди.

– Оставаться рядом с тобой означает отказаться от всего, что делает меня мной! Я даже не знаю, когда ты вновь ударишь меня. Я стою на краю обрыва в ожидании смерти.

Миран шагнул к Рейян, но вдруг заколебался, не в силах коснуться ее.

– Ты не умрешь, – вырвалось у него. Сколько отчаяния приносит эта разлука? Миран больше не мог этого выносить. – Ты настолько слепа, что не видишь, как отчаянно я пытаюсь сохранить тебе жизнь?

– Я была слепа, когда встретила тебя, – настаивала Рейян. – Теперь мои глаза раскрыты. Доверие – как стекло. Если разбито, уже не восстановить.

Миран закрыл лицо руками и вздохнул. Казалось, Рейян может уйти в любой момент, ее слова звучали как прощание. Казалось, что Рейян однажды покинет этот дом и больше не вернется.

– Не надейся на меня, – отвернулась Рейян. – Я словно в огромной яме ищу лучик света. Или в тупике… Когда я найду верный путь, ни ты, ни мужчины у дверей… Ничто меня не удержит!

Мирана испугали слова Рейян. От раздражения он опрокинул стоявший рядом столик. Рейян не моргнула и глазом, когда флаконы с духами с грохотом разлетелись по полу. Что ей терять?

Затуманенные голубые глаза следили за ней.

– Я… – Голос Мирана дрожал, и слова давались с трудом. – Если ты уйдешь, я стану очень плохим человеком!

Рейян повернулась к нему и насмешливо улыбнулась.

– А раньше ты был хороший?

– Я – не плохой человек! – закричал Миран, ударив кулаком по стене. Крик отчаяния наконец рвался из человека, который много лет никому не рассказывал о своих бедах. Единственная ветка, служившая ему опорой, обломилась.

Рейян прикрыла слезящиеся глаза и глубоко вздохнула.

– Но и хорошим человеком ты не был…

– Я хочу быть хорошим, Рейян, – в слезах пробормотал Миран. Его душераздирающие взгляды обжигали девушку. – Ты говоришь, что уйдешь, будто обещаешь убить. Ради бога, как я смогу жить?

Детская улыбка Рейян заставляла кровоточить его старые раны. Прислонившись к столику, он развернулся к девушке.

– Ладно, продолжай ненавидеть, не прощай, не смотри на меня… Но не говори и не думай об уходе, умоляю тебя. Я… Не оставляй меня одного. Я не хочу быть плохим человеком!

Миран с силой прижал руки к груди, не в силах взглянуть на Рейян. Он чувствовал себя так, будто вновь стал маленьким беспомощным мальчиком.

Упорство и мужество Рейян иссякли. Пораженная девушка опустилась на колени. Рыдания душили ее. Защитные барьеры рухнули.

– Я ненавижу тебя! – кричала Рейян. Слова прервались судорожными рыданиями. – Ты пленил меня слезами, заставил сдаться боли…

Рейян бессильно прижала руки к лицу. Она угодила в капкан любви, от которой силилась сбежать. Есть ли смысл теперь отрицать чувства? Девушка пыталась рассказать о своей проблеме, но Миран не понимал ее. Боль Рейян оказалась слишком велика. Миран опустился на колени и обхватил ее руками. Сил возражать не осталось. Наоборот, сейчас Рейян нуждалась в объятиях…

– Отпусти, не трогай…

Миран еще сильнее прижал ее к груди.

– Ты меня сильно любишь! – прошептал Миран, целуя волосы девушки.

– Глупый! Что в тебе мне вообще может нравиться? – Рейян продолжала рыдать. Она ухватила Мирана за свитер, но не нашла в себе сил его оттолкнуть.

– Твои глаза говорят иначе, дорогая, – счастливо вздохнул Миран. Он чувствовал себя очень сильным: казалось, даже если весь мир обрушится на его плечи, он устоит, пока Рейян в его объятиях. – Ты – моя душа.

– Я тебя ненавижу! – повторила Рейян, не в силах больше отрицать свою любовь.

Ненависть и любовь тесно связаны друг с другом. Если вы ненавидите человека, значит, он глубоко запал вам в душу.

Миран снова улыбнулся.

– Я вырву из тебя эту ненависть.

Он зарылся лицом в волосы Рейян; ее аромат придавал ему сил.

Рейян отползла назад, прервав этот волшебный момент. Ее глаза горели ненавистью.

– То, о чем ты говоришь, никогда не произойдет. Даже если я забуду тебя, то навсегда запомню, что ты сделал.

Миран поджал губы, не в силах сопротивляться. Он опустил глаза. Снова перед ним захлопнулись двери.

– Помнишь, ты сказала: «Упаси бог от таких людей, как ты, и такой любви»? Если у меня еще есть право молиться, я тоже попрошу об этом.

Миран схватился за воротник свитера.

«Упаси бог молить о любви!»

Глава 22. Аромат любимой

Несчастная любовь попадает в сердце, пробуждает в нем боль, и все его чувства становятся ненавистными. Боль и любовь теперь неразделимы – как солнце и луна, как небо и дождь. Они равносильны в сердце. Если вы обрекли свое сердце на несбыточную любовь, знайте, это – очень больно.

Рейян не верилось, что она смогла покинуть дом, в котором оставалась узницей несколько дней. Она уже думала, что свободы ей не видать.

Ранним утром перед уходом Мирана Рейян призналась ему, как она скучает по Элиф и что она хочет навестить госпожу Сыдыку. Она ожидала, что Миран нахмурится и откажет, но он не стал возражать и даже предложил подвезти.

Миран остановил машину у дома старушки.

– Иди, если хочешь, – сказал он изумленной и все не верившей Рейян. Она открыла дверцу и вышла. – Я больше не слежу за тобой, Рейян. Никто не наблюдает за тобой, ты не увидишь лиц, которые не хочешь видеть. Я устал тонуть в твоей ненависти.

Миран протянул ей телефон, а затем наклонился и поцеловал ее в лоб.

– Ты свободна. Тем не менее я очень хочу, чтобы вечером ты ждала меня.

Миран посмотрел ей вслед, пока она заходила в дом, а затем уехал. Рейян не могла поверить, что Миран совершил такой поступок, и очень обрадовалась.

Сначала она пообщалась с госпожой Сыдыкой, а затем позвонила матери, пока ждала возвращения Элиф. Смелости спросить об Азате у нее не хватило. Рейян кратко объяснила матери, что случилось, и рассказала о своем намерении остаться с Мираном.

Ханим Зехра позволила своей дочери сделать выбор. Она ничего не знала о беременности: Рейян пока не собиралась делиться этой новостью ни с кем. Знали только Элиф и Фырат, но они тоже хранили молчание.

Рейян с трудом убедила мать, ведь ни одна женщина не останется спокойной, зная, что ее дочь в опасности. Для Рейян больше не было безопасного места ни в Мардине, ни в Стамбуле.

– Ты волнуешься? – спросила с милой улыбкой Элиф. Рейян застенчиво кивнула.

– А как же счастье? Где оно?

Рейян усмехнулась, неопределенно пожав плечами.

– Счастье далеко от меня.

Ее сердце трепетало от волнения, когда она нежно прижимала руки к животу. Может быть, где-то Миран все же наблюдал за ней. Он считал, что Рейян осталась в доме ханим Сыдыки, но она уже уехала в больницу. Ей не терпелось как можно скорее увидеть своего малыша. Женщина становится матерью в тот момент, когда она чувствует жизнь ребенка внутри себя.

– Как он к тебе относится? – спросила Элиф, и Рейян почувствовала себя нехорошо от вопроса подруги.

– Я с самого утра рассказываю тебе, почему ты все время спрашиваешь?

Больше всего Элиф заинтересовали подробности о Генюль.

– Ах, Рейян, – вздыхала она. – Если бы я в тот день оказалась там, то показала бы этой стерве! Как она могла напасть на тебя? Что, если бы с ребенком что-то случилось?

– Ничего не случилось, – отрезала Рейян. – Кроме того, не только она в тот день напала. Я тоже потеряла голову.

– Мне с самого начала не нравилась эта женщина. Я будто чувствовала, что что-то с ней не так.

Элиф никак не унималась, хотя Рейян предупредила, что беспокоится и не хочет разговаривать.

– Когда же они разведутся? – продолжала расспрашивать она. – Раз Миран жаждет прощения, он должен развестись, не так ли? Или он снова лжет тебе? О, я не могу доверять этому человеку, Рейян!

Рейян вздохнула. От испытания этим разговором ее спас подошедший Фырат. Рейян нетерпеливо встала. При их последней встрече Миран ударил его по лицу, и теперь Рейян краснела от стыда за то, что навлекла на него эту неприятность.

– Как ты? – спросил Фырат, прежде чем Рейян успела что-то сказать. Она не могла смотреть ему в глаза.

– Мне жаль, – тихо произнесла она. – Я прошу прощения за него.

Фырат улыбнулся. Его доброе сердце не держало обид.

– Мне плевать на такие вещи, Рейян. Пожалуйста, перестань чувствовать вину из-за того, что сделал этот человек.

Он заметил, как расстроена Рейян.

– Я повторю вопрос. Как ты?

– Я в порядке, – пробормотала Рейян, наконец поднимая глаза.

– Ты уверена? – Фырат опасался, что она нездорова, ведь ее увезли насильно. – Мы не в горах живем, Рейян. Если ты не хочешь оставаться с этим мужчиной, а он плохо с тобой обращается, мы как-нибудь разберемся с этим.

– Нет, – подняла руки Рейян. – Не беспокойся обо мне. Я не хочу, чтобы кто-то в это вмешивался.

Фырат видел, что причиной отказа было не раздражение, а искреннее желание Рейян остаться с этим мужчиной.

– Хорошо. – Он кивнул на ее живот: – Мы еще храним наш секрет?

Рейян по очереди посмотрела на подругу и на Фырата.

– Да, еще какое-то время об этом будем знать только мы втроем.

– Как долго ты собираешься это скрывать?

– Столько, сколько смогу.

Фырат невольно улыбнулся.

– Через пару месяцев твой живот станет заметен.

– Не волнуйся, – успокоила его Рейян. – К тому времени я уже приму решение.

– Ладно, пойдем. Госпожа Нилгюн ждет нас.

Фырат указал на длинный больничный коридор, и девушки последовали за ним. Вскоре они остановились в самом конце, у двери последнего кабинета. Фырат постучал и вошел. У входа сидела ассистентка, которая тут же вскочила при виде него.

– Госпожа Нилгюн ждет вас, мистер Фырат.

– Не меня, – пошутил он, указывая на подругу. – Она ждет госпожу Рейян.

– Пожалуйста, госпожа Рейян, – ассистентка указала на дверь внутри кабинета.

– Я буду ждать тебя здесь, – ободрила Элиф.

Рейян беспокоило то, что она впервые посещала больницу с тех пор, как узнала о беременности. Что, если с ребенком что-то случится по ее вине? Она вошла в помещение, увидела очаровательно улыбающуюся женщину лет сорока и немного успокоилась.

– Проходи, Рейян, – пригласила она. Рейян обрадовало теплое отношение, и она присела, отбросив свое напряжение.

– Какой у тебя срок? – уточнила госпожа Нилгюн, и Рейян стала считать.

– Думаю, около семи недель.

– Ты в первый раз приходишь на осмотр?

Рейян утвердительно кивнула.

– Раньше у тебя не было времени, – доктор знала, что Рейян столкнулась с трудностями, и не задавала лишних вопросов. – Давай сначала измерим давление и взвесим тебя, а потом пройдем на УЗИ.

Наконец процедуры с давлением и весом окончились, и Рейян напряженно легла на кушетку. Сердце гулко билось в груди, и она чуть не упала в обморок от волнения. Доктор нанесла на ее живот холодный гель, и Рейян чуть не хихикнула от щекотки. Несколько минут доктор и Рейян смотрели на монитор. Рейян ничего не понимала, но взволнованно наблюдала за лицом врача.

– Кажется, все в порядке. – Доктор протянула Рейян салфетку, чтобы та вытерла живот. Затем она продолжила говорить, подходя к столу: – Сейчас мы проведем несколько тестов. Ты должна чаще ходить на осмотр. Ты находишься на важном этапе развития малыша и должна внимательно следить за питанием, режимом сна и своим здоровьем.

Рейян отвлеклась, пока доктор ее наставляла: она не знала, когда вновь сможет посетить врача. Что еще важнее – наберется ли она смелости рассказать о ребенке Мирану?

Рейян вышла из кабинета врача со спокойной душой, сжимая в руке список рекомендаций. Она наконец почувствовала облегчение. Знание, что ее ребенок здоров, вызывало у нее улыбку. Элиф и Фырат встали со своих мест при виде Рейян.

– Все в порядке, – Рейян благодарно улыбнулась Фырату. – И спасибо большое за все!

* * *

После больничных процедур Фырат отправил девушек домой на такси. Вечерело, и до приезда Мирана оставалось совсем мало времени. Рейян все еще удивлялась, что он оставил ее так легко, а радость за малыша перечеркнула все неприятности предыдущих дней. Рейян собирала свои вещи. Всего за несколько дней жизни в доме госпожи Сыдыки Рейян стала членом семьи, хоть и считала себя обузой. Она ничего не могла поделать со своей стыдливостью.

После ухода Рейян Элиф не осталась в этом доме, а вернулась в общежитие: у нее остались друзья и своя жизнь в Стамбуле. Более того, то, что Рейян тоже жила в этом городе, заставило Элиф полюбить его еще больше.

Рейян вышла из комнаты, звучно хлопнув дверью. Она безошибочно чувствовала приближение Мирана. При виде ее лицо мужчины озарила многозначительная улыбка. Он дал Рейян шанс уйти, но обнаружил ее в этом же доме и очень обрадовался. Теперь, казалось, весь мир принадлежит ему. Улыбка Мирана окончательно растопила сердце Рейян, но она все еще смотрела хмуро.

– Я очень везучий. – В голосе Мирана слышалась радость, переполнявшая его. – Ты – замечательная женщина.

Рейян заметила, что невольно заулыбалась, и тотчас взяла себя в руки.

– Не принимай это на свой счет, – как можно более бесстрастно сказала она и ткнула пальцем в грудь Мирана. – Мне просто некуда идти. Не думай, что я в тебе нуждаюсь.

Несмотря на всю ее серьезность, Миран продолжал улыбаться, и Рейян нахмурилась.

– Почему ты смеешься?

– Потому что ты не можешь скрыть свою любовь. Ты отрицаешь это, но глаза тебя выдают.

– Я восхищаюсь твоей самоуверенностью, – скривилась девушка.

Молодые люди настолько увлеклись друг другом, что так и остались стоять в дверях. За спиной Рейян появилась госпожа Сыдыка, и Миран невольно посерьезнел: он не мог забыть, как эта женщина вылила воду ему на голову.

– Так и будете стоять у двери? – проворчала старушка. – Пройдите внутрь.

Рейян покачала головой: ей казалось странным, что Миран в качестве гостя войдет в дом, из которого его выгоняли всего несколько дней назад.

– Ничего не понимаю, – тоном, не терпящим возражений, отрезала госпожа Сыдыка. – Я приготовила для вас много еды. Заходите.

Рейян и Миран продолжали нерешительно переглядываться, и женщина вновь вмешалась:

– И позови того другого парня, пусть тоже придет. С того дня, как я вылила на вас воду, маюсь от чувства вины.

* * *

Миран, Рейян, Элиф, Арда и госпожа Сыдыка ужинали за одним столом: никто не смог противостоять настойчивой старушке, и даже Арде пришлось приехать. Оба мужчины не могли от стыда смотреть в лицо пожилой хозяйке после того, как они надоедали ей целую неделю.

Ханим Зехра являлась главной виновницей этого ужина: она позвонила госпоже Сыдыке и попросила ее внимательно понаблюдать за Мираном и Рейян, ведь сама не могла проследить за ними из Мардина. Так она сможет почувствовать себя спокойнее. Госпожа Сыдыка не сводила глаз с Мирана.

– Скажи-ка мне, – лукаво спросила она, изучая его. – Ты заботишься о Рейян как о самом себе?

Рейян покраснела до корней волос.

– Тетя Сыдыка, что вы такое говорите?

Вопрос старушки показался Рейян очень странным, ведь она знала, что у них не самый обычный брак.

– А ты молчи! – Женщина строго посмотрела на Рейян поверх очков. Арда тихонько захихикал, и это не ускользнуло от внимания госпожи Сыдыки. – А ты что смеешься?

– Ничего, ничего! – мгновенно оправился Арда. Его взгляд невольно остановися на Элиф, которая в это время косилась на Мирана.

– Сколько тебе лет? – спросила госпожа Сыдыка Арду.

– Двадцать шесть.

– Ты уже взрослый. Когда собираешься жениться? – строго спросила она.

– Я пока не задумывался об этом, – неопределенно улыбнулся он.

– Вот, современная молодежь, – вздохнула старушка. – Моему Фырату двадцать семь, и он все никак не женится. Я покину этот мир, так и не увидев его детей.

– Не дай бог! – вырвалось у всех присутствующих. Госпожа Сыдыка по очереди посмотрела на каждого.

– Конечно, однажды я умру, я же не стану жить вечно.

После сытного ужина Рейян и Элиф убрали со стола, а затем сбежали на кухню под предлогом мытья посуды. Миран и Арда остались слушать госпожу Сыдыку в гостиной.

– Умираю со смеху, – хихикала Элиф. – Поделом им.

– Я уверена, Миран пожалел, что вошел, – улыбнулась Рейян. Девушки домыли посуду и вытерли руки полотенцем. – Пойдем, уже поздно.

– Ты права, – согласилась Элиф. – Мне еще нужно учиться.

– Как ты поедешь?

– На такси.

Девушки вошли в гостиную, и Рейян объявила, что хочет уйти. Миран и Арда тут же встали, словно только и ждали команды. Госпожа Сыдыка тихо улыбалась, глядя на их красные лица. Молодые люди покинули дом, и Элиф попыталась найти такси. Рейян возразила, ведь это может быть опасно.

Рейян остановила Мирана, когда он подходил к машине. Его лицо светилось от радости после ухода из дома госпожи Сыдыки.

– Мы можем отвезти Элиф в общежитие? – спросила она, не подозревая, что любая ее просьба для Мирана – точно приказ.

– Конечно, – улыбнулся он.

– Не надо, я поеду на такси. – Элиф, нахмуришись, отказалась.

– Элиф, ради бога, не делай этого. Ты собираешься ехать одна на такси вечером?

Миран поддержал Рейян:

– Я не могу этого допустить. Куда бы ты ни пошла, я тебя подвезу.

– Идите, я отвезу Элиф, – нетерпеливо прервал Арда. Лицо Элиф вытянулось.

Арда скрестил руки и удивленно посмотрел на нее.

– Не бойся, я тебя не съем, – сказал он и угрюмо направился к своей машине. – Смотри, как хочешь. Мне в общем-то все равно.

Арда очень расстроился, хоть и не показывал этого. Он открыл дверь машины, посмотрел на Мирана и Рейян.

– Хорошего вечера. – Он сузил глаза, перевел взгляд на Элиф, так и не решившуюся поехать с ним, и скривился. – А тебе нехорошего вечера.

Арда уехал, а Элиф села в машину к Мирану. Молодые люди спокойно довезли подругу до общежития и, наконец, отправились домой.

Рейян входила в этот дом не в первый раз, но сегодня все казалось иначе: она больше не чувствовала себя чужой. Видимо, она стала привыкать. В конце концов, ни одна женщина не захочет остаться брошенной на следующий же день после свадьбы, и когда причинивший боль мужчина с сожалением возвращается, ей невозможно отвернуться от его любви.

Ах, если бы не эта обида! Неужели ее одинокое сердце должно пройти через такую боль?

Обида не забывается, и каждый раз, когда смотришь в глаза человека, причинившего боль, чувствуешь, как вновь закипает ярость в сердце. Рейян повернулась, чтобы подняться в свою комнату, а Миран нежно взял ее за руку. Рейян чувствовала на затылке его дыхание. Вот опять он собирался уничтожить ее своей любовью.

– Спасибо, – прошептал Миран, – что осталась со мной и не бросила.

Рейян молчала. Миран уткнулся носом в ее волосы, и она прикрыла глаза, страстно желая, чтобы время остановилось. Ни к чему что-либо отрицать.

– Перестань…

– Нет, это ты перестань, – тихо упрекнул Миран. Он утопал в ее аромате. Он коснулся губами изгиба ее шеи. – Если я умру вот так, то, клянусь, не пожалею. Рейян, ты сжигаешь меня.

Миран обхватил ее руками за талию и притянул к себе.

– Ты – мой халяль, – жарко шептал он на ухо. – Совсем скоро я избавлюсь от оков, которые обрекли меня на жизнь без тебя. Я никогда не любил эту женщину. Никто не запал мне в душу так, как ты. Лишь ты смогла распахнуть двери моего сердца. Ты сводишь меня с ума.

Миран покрывал поцелуями волосы любимой.

– Скоро, – повторил он, – я превращу фальшивый брак в настоящий. Ты будешь носить мою фамилию, обещаю.

Рейян боялась вновь оказаться обманутой, но ее сердце растаяло. Попытки сопротивляться провалились, Миран не отпускал ее, еще крепче сжимая руки.

– Пойдем со мной.

Рейян беспрекословно поднималась по лестнице вслед за ним. Он смотрел в ее глаза так, будто приказывал умереть: «Умри, Рейян».

Распахнулась дверь комнаты, в которой она несколько дней прожила в одиночестве. Простило ли ее сердце этого мужчину? Почему оно так сильно бьется сейчас? Где истины, убившие ее мечты? Осталась лишь одна правда: она вновь открыла свое сердце для любви.

А его запах… От него, казалось, весь мир переворачивался. Аромат любимого сводил с ума.

– Знаешь что? – спросил Миран. Рейян прикрыла глаза, и он коснулся губами ее щеки. – Я умру, с тобой или без тебя… Песни не лгут.

Однажды полюбить – значит тысячу раз умереть.

Я испил вино любви, не ведая того,

Я прошел по дороге любви, не ведая того,

Твоя любовь – пламя,

И я предал свое сердце огню.

Голос Мирана так сильно обжигал сердце Рейян или слова песни? В первый раз давно знакомая песня произвела на Рейян неизгладимое впечатление. К тому же – как правдивы строки! Однажды полюбить – значит тысячу раз умереть.

Тусклый свет уличного фонаря проникал в темную комнату. Миран держал Рейян за руки. Он не мог остаться один сегодня ночью, а Рейян не злилась настолько, чтобы возражать ему. Она села на кровать, и любимый мужчина положил голову ей на колени. Душа Рейян разбилась на тысячу осколков.

– Помоги мне уснуть, Рейян, – взмолился Миран. – Я так люблю тебя. Я просто хочу заснуть на твоих коленях. Знаю, это – безумие.

Миран замолчал. Он обвил колени Рейян руками и наконец, спустя столько времени, спокойно сомкнул веки.

Что бы я ни делал, я нуждаюсь в тебе…

Глава 23. Слепая пуля

Дни летели один за другим. Казалось, неприятности остались позади и все вокруг успокоилось. Минуло еще три недели. Ранившее сердце отчуждение не закончилось: Рейян так и не простила Мирана, но с каждым днем разделявшие их барьеры рушились, а Рейян смягчалась. В глубине души она простила его, хоть и не признавалась в этом. Некоторые вещи невозможно забыть.

Молодые люди больше не ссорились, Рейян не ранила колкостями Мирана. Ненависть к нему постепенно исчезала, и Рейян начинала жить любовью. Пока Миран спал, она наблюдала за ним с улыбкой, но когда смотрел на нее – притворно хмурилась. Впрочем, это не расстраивало Мирана: он знал, что однажды заслужит прощение.

Рейян осталась наедине со своей проблемой, которая не давала ей покоя.

– Интересно, каково это – быть отцом? – спросила Рейян прошлой ночью.

– Не знаю, – холодно отозвался Миран, и Рейян побоялась рассказать ему правду – настолько равнодушно он ответил. Она колебалась. Наступила десятая неделя беременности, и она все еще хранила секрет ото всех, самостоятельно заботясь о своем здоровье и питании.

Миран очень нервничал все эти дни: на прошлой неделе состоялось первое слушание о разводе, и суд вынес решение против Мирана, основываясь на лживых показаниях Генюль. Несмотря на возражения, дело отложили до второго слушания и перенесли на более поздний срок. Миран мучился от того, что все еще состоит в официальном браке с другой женщиной. Рейян молчала, но тоже беспокоилась из-за этой проблемы.

Из глубоких раздумий Рейян вывел телефонный звонок. Миран больше не мешал ей общаться с людьми из особняка. В трубке раздался голос Хавин.

– Слушаю, Хавин? – обрадовалась Рейян, но от лихорадочного тона сестры ее улыбка моментально померкла. Только утром Рейян разговаривала с матерью. Что могло случиться?

– Произошло кое-что очень плохое.

Рейян прижала руку к сердцу и замерла от страха.

– Что случилось, Хавин, расскажи! – тревожно воскликнула она.

– Мой брат… Утром он уехал в Стамбул, – выдохнула Хавин.

– Что… С чего вдруг? – голос Рейян задрожал. Зачем Азату снова ехать в Стамбул?

– Не знаю, Рейян, но я уверена, что ничего хорошего это не сулит.

Хавин замолчала, и Рейян почувствовала, что от страха у нее темнеет в глазах.

– Что произошло, Хавин? Почему он вдруг едет сюда?

Хавин смущенно вздохнула.

– Отец вернулся домой. Что-то произошло утром у него на работе, мы ничего не знаем. Брат ушел, сыпля угрозы в адрес Мирана.

Рейян обессиленно присела, ей стало трудно дышать.

– Еще кое-что, – робко продолжила Хавин. – Вслед за братом отправился и дядя.

– Мой отчим? – Рейян широко раскрыла глаза. Почему человек, который столько времени молчал, именно сейчас решил взяться за это дело? У Рейян появилось нехорошее предчувствие.

– Что-то случилось, Рейян. Если бы Миран ничего не сделал, мой брат не сошел бы с ума. Береги себя. Мы все здесь умираем от страха.

После разговора с сестрой Рейян немедленно позвонила Мирану. Он не взял трубку. Рейян беспокойно посмотрела на часы: двенадцать дня. Она не могла сидеть сложа руки, поэтому вышла из гостиной и направилась в кабинет Мирана. Наверняка он где-то написал свой рабочий адрес. Рейян порылась в папках на столе, но ничего не нашла и сунула руку в ящик стола. Вещей внутри оказалось не так уж и много: ручки, маленькие блокноты. Рейян в отчаянии хотела уже закрыть ящик, как вдруг нашла визитку Мирана в записной книжке, где были написаны его фамилия, имя и место работы. Теперь Рейян должна выбраться из дома и что-то сделать. Она наспех оделась, вышла и направилась к массивным воротам.

Она открыла ворота и поймала на себе взгляд Али.

– Я собираюсь испечь кекс, но в доме не осталось молока, – небрежно улыбнулась она. В голову не пришло ничего другого. – Можешь купить молоко в магазине?

Али заколебался, услышав просьбу Рейян. Миран велел ему никуда не уходить, несмотря ни на что. Али не доверял девушке и решил предпринять меры предосторожности.

– Позвольте мне сначала позвонить Мирану.

– В этом нет необходимости, – махнула рукой Рейян. Сердце пропустило удар от страха быть пойманной с поличным. – Я только что с ним говорила, он разрешил. Ну что? Магазин в пяти минутах отсюда… Я могу сама пойти, если хочешь.

– Нет-нет, вы возвращайтесь в дом, а я принесу.

Рейян кивнула. Али смотрел ей вслед, пока она не скрылась в доме. Рейян не знала, поверил ли он ей. Она подхватила сумку и пальто, снова направившись к воротам на свой страх и риск. От волнения перехватывало дыхание. Она открыла дверь и очень обрадовалась, не увидев Али. Она знала, что вновь накликала на него беду, но ничего не могла поделать. На этот раз у нее были деньги и телефон. Она возьмет первое попавшееся такси и отправится в офис компании.

* * *

Рейян вышла из такси и какое-то время разглядывала высокое здание. Она не могла понять, почему Миран старается держать ее подальше от компании. Через несколько минут она бросилась к автоматической двери. Если бы не система контроля, она прошла бы без проблем. Следом за Рейян вошло много людей, все провели картами у турникета и спокойно вошли внутрь.

– Кого-то высматриваете?

Рейян уставилась на охранника перед собой. Она зашла очень далеко, и прятаться больше нет смысла. К тому же плохое предчувствие не давало ей покоя.

– Миран, – ответила Рейян, затем поправилась: – Я хочу встретиться с Мираном Караманом.

Охранник подозрительно посмотрел на нее.

– Как вас представить?

Рейян без колебаний назвала свое имя. Охранник продолжал на нее смотреть, и Рейян изумленно вскинула брови.

– У вас нет фамилии, мэм?

– Имени будет достаточно, – ответила Рейян. Охранник с насмешкой посмотрел на нее.

– Вы здесь по работе? Послушайте, мэм, кто-то вроде вас каждый день приходит сюда и несет всякую чушь. Назовите фамилию, иначе как господин Миран узнает вас?

Рейян набралась терпения. Ей хотелось закричать, что она – его жена, но выбора не было. Оставалось молчать. Миран все еще женат на Генюль. Никто бы не поверил Рейян.

В здание вошел мужчина лет пятидесяти.

– Рейян Шаноглу! – решительно представилась девушка. Так сойдет?

Вошедший мужчина сначала даже не взглянул в лицо Рейян, но вдруг услышал ее фамилию. Глаза его широко распахнулись от удивления, но тут же наполнились гневом. Он неожиданно обернулся и злобно посмотрел на Рейян, заставив ее содрогнуться.

– Ты, – тихо сказал он, шагнув к ней. – Как твоя фамилия?

Рейян слишком поздно осознала, что совершила непростительную ошибку. Ей не потребовалось много времени, чтобы понять, что перед ней дядя Мирана. Она не ответила, дрожа от страха, и мужчина закричал:

– Ты – Шаноглу?

Рейян попятилась от страха.

– Господин Вахит, – прервал охранник. – Какие-то проблемы?

Человек по имени Вахит не услышал охранника. В его глазах читалась многолетняя ненависть.

– Что здесь забыл человек с этой фамилией? Отвечай, девочка! Ты проглотила язык?

Охранник не связался с Мираном и все продолжал стоять и наблюдать за этой картиной. Некоторые люди, услышав шум, вышли из кабинетов. Вернувшийся с обеденного перерыва Арда стал спасением для Рейян. Молодой человек с удивлением посмотрел на нее и на дядю Мирана перед ней. Бледная от ужаса Рейяна заметила Арду и моментально спряталась за ним. Тот слегка повернулся к ней и тихо спросил:

– Рейян, что ты здесь делаешь?

– Я не хотела, чтобы так произошло.

Между господином Вахитом и Рейян Арда почувствовал себя как между двух огней. Что случилось, отчего дядя Мирана смотрит на эту девушку так, словно хочет ее убить? Он узнал ее настоящую личность?

– Он слышал мою фамилию, – прошептала Рейян, будто читая мысли.

Арда сглотнул. Раз так, скоро в этом холле не останется камня на камне. Секрет, который Миран хранил несколько месяцев, раскрылся в самый неподходящий момент.

– Кто эта девушка, Арда? – прохрипел Вахит, не сводя глаз с Рейян. – Какое она имеет отношение к нам?

Арда махнул рукой, и охранник наконец позвонил Мирану.

– Думаю, нам следует поговорить в тихом месте, дядя Вахит. – Отстранившись от Рейян, Арда развернулся к ней лицом и добавил: – Бояться нечего, Миран скоро подойдет.

Рейян не могла не бояться этого человека со страшным взглядом. Она сильно дрожала, зная, что сделала что-то не так. Но она так испугалась, когда не смогла связаться с Мираном.

– Я пришла потому, что была очень напугана.

– Ты ответишь на мой вопрос? – прогремел господин Вахит. – Что здесь делает Шаноглу?

– Не кричи, дядя Вахит, – невольно повысил голос Арда. – Ты пугаешь девушку.

Двери лифта открылись, и вышел Миран. Рейян не знала, бояться ей или радоваться. Миран напряженно подошел к ним. Невозможно было понять по его глазам, о чем он думает. Он остановился и огляделся.

– Всем работать! Никто не выходит из кабинета! – крикнул он.

Толпа мгновенно рассеялась, и Миран посмотрел сначала на дядю, потом на Рейян.

– Что здесь происходит? – невозмутимо спросил он.

– Это ты мне скажи, – господин Вахит сначала указал на Мирана, а затем перевел палец на Рейян. – Эта девушка – Шаноглу. Что она здесь делает, а?

Рейян поджала губы и закрыла глаза, ожидая своего конца. Господин Вахит вот-вот узнает, что она – дочь человека, убившего его брата. Карты раскрыты, скрывать больше нечего. Миран не хотел до официального бракосочетания рассказывать дяде о Рейян, но жизнь вечно рушит все наши планы. Мирану всегда приходится идти трудным путем, и он привык.

– Она – не Шаноглу, – уверенно заявил Миран. Поскольку Рейян – не родная дочь Хазара, нет необходимости что-либо скрывать. – Я женюсь на Рейян, когда разведусь с Генюль.

Вахит пережил еще одно потрясение, не успев оправиться от предыдущего. Он знал, что брак Мирана и Генюль неудачный, но никогда не слышал о разводе.

– Что ты имеешь в виду, говоря, что она – не Шаноглу? Кроме того, что значит – развод с Генюль? Что ты задумал?

Миран уже собрался ответить, но его опередила Рейян. Несмотря на то что Хазар Шаноглу – не родной отец, он заботился о ней, защищал и воспитывал и ни разу ей не навредил. Она не могла проявить неблагодарность.

– Не говори за меня, – вскинула брови она. – Хазар Шаноглу – мой отец!

Господин Вахит застыл на месте, пораженный услышанным. Миран потер лицо.

– Ты, – господин Вахит указал на племянника. Он не мог даже толком рассердиться от потрясения. – Ты собираешься жениться на дочери убийцы твоего отца?

– Ты все не так понял, дядя, – спокойно ответил Миран. – Рейян – не родная дочь этого человека.

– Какая разница! Она все-таки его дочь? Да! Как ты мог так поступить со своим отцом? – Он перевел гневный взгляд на Рейян. – Убери отсюда эту девушку немедленно! Чтобы мои глаза ее больше не видели! Если ты думаешь на ней жениться…

– Она – уже моя жена, – громко прервал дядю Миран. – Ты – мой дядя, старший родственник, но если ты в это влезешь, тебе же будет хуже. Лучше не вмешивайся!

– Ты поступаешь неправильно, – ответил Вахит, глядя на Мирана как на предателя. – Ты идешь против меня, Миран! Ты предпочел своего кровного врага собственному дяде, ты умер в моих глазах!

Господин Вахит снова со злостью взглянул на Рейян, а затем развернулся к двери. Девушка шагнула назад, пропуская его. Арда последовал за ним: ему, как всегда, предстояло помогать начальнику снять напряжение.

– Я поговорю с ним, – бросил Арда и вышел.

Взгляды Рейян и Мирана встретились. Она чувствовала, что нет времени на раскаяние: у нее есть более важная новость.

– Я не догадывалась, что так произойдет.

Миран выглядел рассерженным.

– Почему ты не слушаешь меня? – спросил он с укором. Он велел Рейян не приходить в компанию, но она явилась.

– Я не могла тебе дозвониться, поэтому мне пришлось приехать.

Миран буквально на час оставил телефон в кабинете во время деловой встречи. Ему стало любопытно узнать причину, по которой Рейян так торопилась в офис компании.

– Пойдем, – Миран нежно взял Рейян за руку. Как только они вышли за дверь, Рейян посмотрела ему в глаза.

– Что ты сделал?

– Что я сделал? – не понял Миран.

– Сегодня утром я говорила с Хавин. Азат едет в Стамбул вместе с моим отчимом, – решительно выпалила Рейян. Она ждала от Мирана реакции, продолжая пристально на него смотреть, но он не отвечал. Рейян повысила голос: – Я спросила: что ты сделал?

– Я ничего не делал, – ответил Миран, но Рейян заметила на его лице смутную улыбку. Она хотела ему верить, но не могла.

– Почему же они тогда едут? – хрипло спросила девушка.

– Разве ты еще не поняла? – Миран оставался совершенно спокойным. Он подошел к Рейян и обхватил ее лицо руками. – Мы находимся в самом сердце битвы. И я люблю тебя даже сейчас.

Разговор отклонился от начальной темы и становился абсурдным. Рейян разозлилась и оттолкнула руки Мирана от лица.

– Если ты сделал что-то плохое… – она ткнула пальцем в грудь Мирану, и ее следующая фраза причинила боль ей самой, – ты больше никогда не увидишь меня, Миран.

Но Миран улыбнулся, будто услышал комплимент, а не угрозу.

– Ты назвала меня по имени. Впервые за долгое время.

Рейян взъерошила волосы.

– Боюсь, ты не понимаешь, что я живу в страхе, в постоянном ожидании чего-то ужасного!

– Бояться нечего, я не хочу, чтобы ты во что-то ввязывалась. – Миран нежно коснулся плеча Рейян, затем протянул ей руку: – Давай я отвезу тебя домой. У меня есть еще несколько часов.

Миран взял за руку застывшую Рейян. Она не понимала, как он может оставаться таким спокойным. Не понимала, что происходит, но на душе ее скребли кошки.

Рейян не сводила глаз с Мирана, когда они сели в машину. Собравшись с духом, Рейян снова спросила:

– Есть что-то, чего я не знаю? Ты что-нибудь скрываешь от меня?

– Я не сделал ничего плохого, – улыбнулся Миран, не отрывая взгляда от дороги. – Будь уверена.

Некоторое время оба молчали. Пока Рейян боролась с терзающими ее страхами, Миран оставался спокойным, как море.

– Ты поругался с дядей из-за меня, – снова нарушила тишину Рейян, и Миран усмехнулся.

– Не зацикливайся на этом. Рано или поздно он все равно узнал бы о тебе. Должен сказать, что я не особо хорошо ладил с дядей и раньше, мы вечно спорили, так что это – не твоя вина.

– Твой дядя знал?

– Что именно?

– Про игру, которую ты затеял с моей семьей.

– Нет, – ответил Миран, судорожно сглотнув. – Я уверен, сейчас он теряется в догадках, как мы познакомились. Совсем скоро он все выяснит.

– Почему ты такой сорвиголова? – Рейян почувствовала, что нужно объясниться, заметив недоумение Мирана. – Ты не боишься ни дядю, ни кого-либо еще. – На этих словах она замялась: не могла произнести имя своего отчима. Всякий раз при упоминании о нем Миран начинал сердиться. – Человек, не пощадивший твоего отца, не пожалеет и тебя. Не боишься умереть?

Миран на краткий миг перевел взгляд на Рейян.

– Я всего лишь вершу справедливость. Кроме того, почему я должен бояться смерти?

– Правильно, – покачала головой Рейян. – Ты бы не был таким смелым, если бы поддался страху.

Молодые люди подъехали к дому, и Рейян с беспокойством вышла из машины. Как он мог сохранять спокойствие, когда вокруг столько опасностей?

Миран вышел из автомобиля и строго посмотрел на Али, который сразу принялся оправдываться:

– Я звонил вам много раз.

– Неправильно охраняешь, – сказал Миран, посмотрев на Рейян. – Уже второй раз. Разве ты не можешь позаботиться об одной женщине?

Рейян нахмурилась.

– Что ты говоришь? – закричала она. – Ты говоришь о предмете или животном?

– Каждый раз ты доставляешь мне неприятности. Почему я должен общаться с тобой так, когда моя единственная задача – защитить тебя?

Рейян пошла домой, не ответив. Она чувствовала, что Миран идет следом за ней. Она очень разозлилась: сегодня Миран особенно сильно действовал на нервы – он приводил Рейян в ярость, не отвечая на вопросы и ведя себя более чем подозрительно.

Девушка зашла в дом и хотела уже закрыть дверь, будто за ней никто не шел, но Миран в последнюю минуту успел придержать ее. Как только она вошла в дом, он схватил ее за руку и прижал к стене.

– Терпеть не могу, когда ты относишься ко мне так.

Рейян затаила дыхание от волнения. Каждый раз после ее побегов результат был один. Миран каким-то образом контролировал ее разум.

– Как мне вести себя? – спросила она, едва глядя в глаза. – Я никак не могу понять, какой ты человек.

– Зато я знаю тебя наизусть, – сказал Миран, сжимая волосы Рейян. Он поцеловал ее. – Ты сейчас злишься на меня, потому что не доверяешь.

Он отступил на шаг и тепло посмотрел на Рейян, растапливая лед в ее сердце.

– Однажды ты посвятишь мне всю себя.

– Думаешь, наша жизнь нормальна? – притворно рассердилась Рейян. – Я осталась с врагом своей семьи, вынуждена принять его сторону. А теперь живу в страхе, что в любой момент произойдет что-то плохое!

Миран серьезно посмотрел на нее. Он понимал, что все ее слова – чистейшая правда, которую невозможно отрицать.

– Не бойся, – только и сказал он. – Я действую по плану.

Миран приблизился к губам Рейян, зная, что она станет злиться. Сердце девушки бешено колотилось. После этой попытки Миран улыбнулся, глядя на хмурившуюся Рейян. Он так любил ее, особенно теперь. Она сердилась не взаправду, и он это понимал. Он отступил.

– Сейчас я уеду, – сказал от, подходя к воротам, – и вернусь через несколько часов.

Рейян молча смотрела, как Миран быстро удалялся. Она хотела попросить его не уходить, но ее губы остались неподвижны. Наконец, Миран скрылся из вида. Рейян больше не могла жить без него: часы разлуки превращались в пытку, и она чувствовала себя одиноко. Она любила этого мужчину, несмотря на ненависть.

Прошел час после отъезда Мирана, и Рейян глубоко погрузилась в чтение. Она обожала книги. Они стали ее единственными друзьями и спасением от одиночества в тяжелое время. Несколько дней назад Миран купил несколько книг для Рейян. Кое-что общее у них все же нашлось – они оба любили читать.

Вдруг раздался звонок, и Рейян оторвалась от чтения. Она оставила книгу на диване и побежала к двери: сначала она подумала, что вернулся Миран, но потом вспомнила, что он не стал бы звонить. Она очень удивилась, увидев на пороге Эйлюль.

Девушка вошла внутрь с огромным тортом в руках. Рейян не знала причины визита, но и не проявляла особого любопытства. Скорее всего, она пришла увидеться с Мираном.

– Добро пожаловать, – поприветствовала Рейян, закрывая дверь. Эйлюль осматривала дом.

– Спасибо, – ответила она, безошибочно направляясь к кухне. – Извини, что без предупреждения.

Рейян последовала за ней. Эйлюль с улыбкой поставила коробку на стол.

– Очень красивый дом.

Рейян не ответила: в конце концов, дом выбирала не она.

– Что-нибудь выпьешь? – попыталась сменить тему Рейян.

– Чашку кофе, пожалуйста, – ответила Эйлюль, не переставая улыбаться. Пока Рейян доставала кофейник, девушка продолжила: – Я собиралась приехать раньше, но не решалась. Сегодня мне позвонил Миран и попросил приехать к тебе. Он, должно быть, думает, что тебе скучно одной.

Рейян неопределенно улыбнулась, и, хоть ее лица не было видно, Эйлюль заметила это:

– Ты улыбаешься.

– Неправда.

– А теперь ты врешь.

Рейян сдалась и улыбнулась, а Эйлюль широко улыбнулась в ответ. Наконец лед между ними растаял.

– Мы очень сожалеем о том, что случилось в тот день с Генюль. Мы с мамой не знали, как тебе в глаза смотреть.

Рейян оперлась на стол. Она не знала, что ответить: пока Миран намеренно обманывал ее, тетя молчала. К сожалению, она не могла так легко все забыть и простить, смириться с произошедшим.

– Не нужно грустить, – ответила Рейян. – Все в прошлом.

– Ты права.

Эйлюль указала на торт:

– Я не хотела приходить с пустыми руками. Любишь торт?

Рейян улыбнулась в ответ. При виде торта она почувствовала голод. Хорошо, что пока у нее не проявлялось необычных пристрастий, свойственных беременным. Не хотелось поднимать Мирана посреди ночи.

Наконец кофе сварился, и девушки переместились в комнату с чашками и кусочками торта на тарелках. Рейян полюбила Эйлюль с первой встречи, но ее дружба с Генюль все же напрягала Рейян. Время покажет. Рейян больше не доверяла людям сразу.

Прошло уже много часов после ухода Мирана, но он все не возвращался. Рейян еще нервничала из-за утренних новостей. Она не могла сдержаться, чувствуя, будто скоро взорвется. Она взяла телефон и набрала номер Мирана, но тот не ответил. Беспокойство Рейян заметила Эйлюль.

– В чем дело? – тревожно спросила она. – Ты ведешь себя странно с самого моего прихода.

– Я не совсем в порядке, – Рейян дернула ворот свитера, чувствуя, что задыхается. – Миран…

– Рейян, что происходит? – Эйлюль подошла вплотную и заметила, что девушку трясет. Рейян не могла признаться, что ее отчим и Азат едут в Стамбул. Вражда семей заставляла ее постоянно нервничать и жить в напряжении.

– Миран сказал, что вернется через несколько часов… Он не пришел, он не придет.

Если бы Эйлюль не видела, как сильно переживает Рейян, то рассмеялась бы.

– Ну, Рейян, – улыбнулась она. – Он не маленький мальчик, у него есть работа.

Рейян потеряла счет времени. Она чувствовала всем сердцем, что произошло что-то плохое. Эйлюль никак не могла ее успокоить, что бы ни делала. Но и она тоже волновалась, что Миран не отвечает на звонки.

Неожиданно у Эйлюль зазвонил телефон.

– Не волнуйся, Арда звонит, теперь мы узнаем, где он.

Она ответила на звонок и через несколько секунд вдруг побледнела. Рейян поняла, что ничего хорошего она не услышала. Пришла беда, которую Рейян чувствовала с самого утра.

– В брата стреляли! – сообщила Эйлюль, бросая трубку. Слепая пуля только что развязала войну.

Глава 24. Место пожара

Порой боль заставляет нас преклонить колени перед врагом, и не хватает слов, чтобы описать ее. Мстительные сердца немы перед добром. Попытки бороться оказываются тщетными – лишь силы истощаются, – и даже мужество беспомощно перед ликом смерти.

Обезумевшая от горя Рейян ждала у отделения «Скорой помощи». Она рыдала, с трудом подавляя крики. С тех пор как она узнала ужасную новость, сердце ее горело. Она винила себя: она знала об опасности, но отпустила Мирана, не помешала ему уйти. Почему нельзя вернуть тот час и предотвратить случившееся? Рейян не знала о том, что произошло, понятия не имела о том, кто стрелял в Мирана. Не знала, жив ли он вообще. Ожидание новостей убивало. Девушка чувствовала на спине холодное дыхание смерти, и каждый вдох давался ей все труднее: легкие будто пронзало невидимое копье. Страх сковал ее. Несомненно, Рейян запомнит этот момент на всю оставшуюся жизнь. Она неподвижно наблюдала за врачами, бегущими к машине перед отделением «Скорой помощи». Одну руку она прижала к разбитому сердцу, другую – к дрожащим губам. Ее ноги будто заковали в кандалы, и тяжкий груз свалился на плечи. Что это за боль?

Дождь неприятно хлестал в лицо, но Рейян не реагировала. Из подъехавшей машины вышел Азат, а затем из задней двери вынесли на носилках Мирана. Увидя его, Рейян закричала так громко, что, казалось, вместе с ней эхом застонал весь город:

– Мирааааан!

Рейян, с трудом передвигая ноги, подошла к нему. Неужели ей суждено увидеть окровавленное бездыханное тело любимого? Пуля попала в верхнюю часть спины. В Мирана стреляли сзади, как и в его отца много лет назад.

История повторялась, и другой Шаноглу вершил судьбу следующего Карамана!

Врачи везли Мирана в операционную под непрекращающиеся крики Рейян. Глаза девушки не видели вокруг ничего, кроме любимого. Белая рубашка Мирана окрасилась в красный, а сердце Рейян обратилось в пепел. Прядь волос упала на его лоб, отбросив тень на побелевшее обескровленное лицо. Рейян прижала ладонь к его щеке. Она чувствовала, что сходит с ума. Чувствовала, как чьи-то руки пытаются оттащить ее, но не видела, чьи именно.

– Он жив? – душераздирающе кричала она. – Ради бога, скажите, он жив?

В ушах звенело, и она не могла расслышать ответа на свой вопрос. Носилки остановились, и она упала на Мирана. Десятки глаз наблюдали за ними.

– Не умирай, Миран… Умоляю тебя, не умирай! – Рейян горестно всхлипывала, не отрываясь от раненого. Она снова пронзительно закричала: – Клянусь, я прощаю тебя!

Не слишком ли дорогой оказалась цена за совершенные им деяния? Не слишком ли тяжелый и болезненный конец?

Врачи пытались оттащить Рейян, чтобы везти носилки дальше, а она лишь рыдала и повторяла:

– Клянусь, я прощаю!

Рейян наблюдала, как Миран удаляется и скрывается в одном из кабинетов. Она почувствовала головокружение, осела на землю и прижала руки к раскалывающейся от боли голове, но тут же вскочила и бросилась за ним, а двери операционной захлопнулись перед ее носом.

– Пожалуйста, не умирай! Все не может закончиться вот так, Миран…

Все пропахло кровью: лицо Рейян, руки, одежда. Не хватало слов, чтобы описать всю боль, которую она чувствовала. Каждая клеточка ее тела, казалось, горела. Рейян прислонила голову и руки к холодному стеклу. Человек, которого она любит, каждую секунду отчаянно борется за свою и ее жизнь за той дверью!

От запаха крови в горле першило, а Рейян все плакала. В воздухе, казалось царил запах смерти, и девушка задыхалась от него. Почему она ни разу не улыбнулась ему? Почему не сказала, что простила? Почему не держала его за руки, глядя в глаза? Она не хотела об этом думать, но… Если Миран умрет, как станет жить Рейян? Но он ведь не умрет, не так ли? Он не оставит жену с нерожденным ребенком, не уйдет сейчас? Нет, он не должен.

Рейян простила его за все, забыла все, что он совершил. Кто имел право наказывать его, когда он одно за одним стирал плохие воспоминания из памяти? Рейян убрала руки от стекла и огляделась в поисках Азата, а затем беспомощно направилась к выходу. Шум и суета, доносившиеся из-за дверей, убивали ее надежды. Азат стрелял в Мирана?

Арда поднял крик при виде Азата, но Рейян ничего не слышала: все ее мысли занимал Миран, и она не услышала, что разразилось за дверью.

Рейян покинула больницу, не обращая внимания на боль в ногах, которые едва двигались. Пошел снег, подул сильный ветер. Погода в Стамбуле замораживала сердца. Она заметила Азата перед машиной и, собравшись с силами, направилась к нему. Азат заметил кузину и застыл на месте. Лицо его оставалось неподвижным, но в глазах читалось чувство вины. Рейян подошла к Азату и с силой толкнула его в грудь.

– Ты это сделал, – стонала она, нанося удары изо всех сил, но Азат даже не шатался. Рейян устала.

– Не делай этого! – остановил ее Азат, схватив за руки. Он запретил себе называть имя этой девушки.

– Почему ты это сделал, почему, почему? – рыдала Рейян, поражая Азата до глубины души. Она ударила еще несколько раз, дрожа все больше и теряя рассудок. Ноги подкосились, и Рейян упала на землю. Казалось, что она больше никогда не встанет… Хотелось закрыть глаза и не открывать больше никогда!

– Я простила его, – сквозь слезы бормотала Рейян. – Ради бога, зачем тебе его жизнь? Что бы он ни сделал, разве оно того стоит?

Азат смотрел на съежившуюся на земле Рейян. Он не знал, как они дошли до такого. Кровь на руках Рейян размазалась по его одежде. Он никогда не чувствовал себя настолько грязным. Он сделал глубокий вдох. Глаза затуманились, во рту пересохло, язык с трудом шевелился.

– Если бы у меня хватило смелости выстрелить, я бы целился в голову. Если бы у меня хватило сил нажать на курок, я бы пустил пулю Мирану прямо в лоб!

Азат на мгновение замолчал, формулируя мысли.

– Если бы я его застрелил, то зачем вез бы в больницу, спасая его жизнь?

Рейян встала после этих слов Азата. Что это значит? Ее разум был слишком затуманен, чтобы осознать, что говорил Азат. Черная как смоль завеса опустилась перед ее глазами. Рейян с ненавистью посмотрела на Азата.

– Кто же тогда стрелял в Мирана?

Азат прижал руки к лицу. Его молчание свидетельствовало о невиновности.

– Я не знаю, Рейян. Я этого не делал, – процедил Азат, стиснув зубы. – Не я стрелял в Мирана, не я спустил курок!

– Что случилось? – закричала Рейян. – Скажи, что там произошло, я с ума схожу!

– Пока мы ссорились, – голос Азата дрожал, – в него выстрелили. Стрелял не я.

Больше всего на свете он хотел, чтобы Рейян поверила ему. Он не мог вынести ненависти в ее глазах.

Рейян застыла в недоумении. Кто это мог сделать, кроме Азата? Кто еще мог выстрелить?

– Это сделал мой отец? Он стрелял? – вскинула брови Рейян.

Другого варианта не оставалось.

– Я скажу один раз, – глаза Азата почернели. – Мой дядя ничего не сделал, наоборот, он собирался остановить меня! Кроме того, его даже не было на месте происшествия. Как ты можешь винить своего отчима?

– Я тебе не верю! – закричала Рейян, глядя на Азата своими черными, полными ненависти глазами. – Если это не ты и не мой отчим, то кто еще мог стрелять? Кто еще способен убить человека?

Азат не ожидал, что ярость Рейян так слепа и сильна. С каких это пор они стали врагами?

– Рейян, – искренне удивился Азат. Он взял девушку за плечо и встряхнул. – Посмотри на меня, Рейян, загляни мне в глаза! Ты совсем меня не знаешь? Сколько лет мы сидели за одним столом? Ты больше не веришь мне?

Рейян вырвала руку, и жестокие слова сорвались с ее губ:

– У меня больше нет сил верить кому бы то ни было!

Арда в поисках Рейян вышел на улицу: ему пришло в голову, что она может прийти к Азату, и он не ошибся. Арда забрал Рейян и закричал:

– Полиция ищет тебя! Тебя накажут за то, что ты сделал!

Азат невольно улыбнулся. Он не ушел из больницы, зная, что рано или поздно за ним действительно придут, и проследовал за Ардой и Рейян.

Молодые люди вошли в больницу и заметили сотрудников полиции у стойки информации. Они надели на Азата наручники. Азат стоял у стены и молча смотрел на Рейян. Он колебался, будто хотел что-то сказать, но потом молча ушел.

После того как Азата увели полицейские, Арда и Рейян облегченно выдохнули возле операционной. Тетя Мирана и Эйлюль выглядели жалко. Рейян измученно опустилась на сиденье и посмотрела на Арду, нервно шагавшего туда-сюда по коридору.

– Как это произошло? Он ушел из дома всего несколько часов назад, – спросила Рейян.

– Не знаю, – неопределенно пожал плечами Арда. – Азат пришел встретиться с Мираном – понятия не имею где! Все, что я знаю: они встретились, и никто, кроме Азата, не мог стрелять!

Арда сердился, поскольку не знал ничего о произошедшем: Миран не предупреждал об этой встрече.

– Жаль, что я не сообщила прежде всего тебе, когда приехала в офис компании, что Азат направляется в Стамбул! – тихо произнесла Рейян.

– Дядя Вахит устроил скандал, – успокоил Арда. – Не вини себя, ты не знала, что это произойдет.

Рейян молча прислонила голову к стене. На ее глазах невольно проступили слезы. Что, если она никогда не увидит его глубокие, точно море, голубые глаза? Если забудет его запах, голос… Никакая боль, перенесенная ранее, не сравнится с той, которую Рейян испытывала сейчас… Страх потери – хуже смерти. Какая разница, что Азат может сесть в тюрьму до конца его дней? Какая разница, что сгорит весь мир, если угаснет жизнь Мирана?

Минуты тянулись бесконечно долго, словно часы, и Рейян казалось, что она провела в больнице несколько столетий, думая лишь о Миране и их ребенке. Зря она скрывала малыша от отца.

– Только ради этого, – бормотала она себе под нос. – Ты должен открыть глаза ради своего ребенка.

Наконец двери операционной открылись, Рейян вскочила со своего места. Врач, не глядя на присутствующих, куда-то побежал. Внутри явно что-то было не так. В коридоре повисла угнетающая тишина.

– Что происходит? Скажите кто-нибудь! Что с Мираном? – кричала Рейян.

Она в ужасе схватилась за голову. Арда обнял ее за плечи, пытаясь успокоить.

– Успокойся, Рейян, нет ничего страшного!

Случайные прохожие смотрели на них. Рейян не сдерживала слез. Арда поймал возвращавшегося доктора и преградил ему путь, испуганно заглядывая в глаза.

– Как Миран, доктор? Скажите хоть что-то!

– Мы делаем все, что в наших силах, – ответил врач, заглядывая в операционную. – Пожалуйста, наберитесь терпения.

Рейян тускло смотрела вслед удалявшемуся доктору. Дверь в операционную закрылась, и она всхлипнула, прижав руки ко рту. О, эта боль была совершенно иного рода!

* * *

Минуло несколько мучительных часов, ожидание казалось бесконечным. Никто не нарушал тишины, но все мысленно читали молитву: «О, Аллах, не забирай его от нас!»

Сколько часов может длиться операция? Так сложно удалить одну пулю? Дверь в операционную больше не открывалась, врачи ничего не показывали и ничего не говорили. Рейян, опираясь на холодную стену, беспомощно ждала. Слезы текли без остановки. Стоило лишь сомкнуть веки, как образ Мирана всплывал перед ее глазами. Когда она закрывала уши, то слышала его голос.

Рейян вспоминала его признания в любви, взгляды, улыбки и даже злость… Она не хотела думать о том, что ей, возможно, придется жить без него. Она не сможет открывать глаза по утрам без Мирана.

Напротив Рейян примостился человек, время от времени кидавший на нее мстительные взгляды, – дядя Мирана незамедлительно явился в больницу, когда узнал о произошедшем. Даже напряженная обстановка не помешала ему бестактно оскорблять Рейян. Но она лишь молчала: ей нечего было ответить.

Элиф тоже примчалась в больницу, чтобы поддержать подругу, но все слова утешения не имели смысла для Рейян. Без Мирана она осталась совсем одна, понемногу умирая.

Элиф протянула Рейян бутерброд, но та отвернулась, почувствовав тошноту. Тогда Элиф коснулась плеча Рейян и прошептала:

– Ты должна есть, тебе нельзя голодать. В тебе жизнь.

– Как я могу есть, Элиф, когда Миран лежит там? – Рейян оттолкнула от себя бутерброд. – Мое сердце болит.

Взгляды Элиф и господина Вахита встретились. Девушка не могла вынести того, как этот человек смотрит на ее подругу. Он сверлил Рейян убийственным взглядом с тех пор, как пришел. Нет, Элиф не может с этим смириться.

– Почему вы так смотрите? – громко, с раздражением спросила она, приковывая к себе внимание всех присутствующих. Арда отклонился от колонны и переглянулся с Эйлюль. Тетя Мирана непонимающе нахмурилась.

– Тебе неловко? – с насмешкой поинтересовался господин Вахит и перевел взгляд на другой конец коридора. – Тогда уходи! Я не хочу видеть здесь своих врагов!

Его переполняли жестокость и ненависть.

– Дядя Вахит! – вмешался Арда, пристально глядя на мужчину. – О чем мы с вами договаривались?

– Я не могу сохранять спокойствие, когда передо мной сидит дочь моего врага!

Элиф снова не выдержала.

– Ну так не будь спокойным! Говори прямо, что хочешь сказать! – закричала она.

Мужчина ощетинился; атмосфера накалялась. Рейян продолжала молчать, а Арда изо всех сил пытался развеять напряжение. На этот раз он посмотрел на Элиф.

– Ты не можешь закрыть свой рот? Тебе не стыдно так разговаривать с человеком, который тебе в отцы годится?

Элиф перевела гневный взгляд на Арду.

– Почему ты вмешиваешься? – нахмурилась она.

Арда вышел из себя и направился к ней. Она не успела ничего сделать, как он схватил ее за руку и повел за собой. Они, споря, удалились. Рейян снова встретилась взглядом с господином Вахитом. Что-то нехорошее чувствовалось в этом человеке, хоть Рейян и не понимала, что именно. Он явно пришел сюда не ради племянника, это читалось в его глазах. В дяде Мирана нет ни капли человечности.

Элиф и Арда вернулись через пять минут, и девушка молча села рядом с подругой. Рейян не стала расспрашивать, о чем они говорили: она слишком ослабла от усталости, и ей было безразлично. Коридор вновь погрузился в тишину.

Спустя несколько часов открылись двери операционной, и ожидавшие оживились. Все подошли к врачу. Рейян, затаив дыхание, ждала вердикта доктора, который выглядел очень усталым. Она молча выслушала его, затем отступила на несколько шагов и прислонилась к стене. Голова кружилась.

Вскоре двери снова распахнулись, и врачи вывезли Мирана. Все столпились вокруг него, Рейян же не могла сдвинуться с места и лишь молча наблюдала, как врачи увозят его. Миран исчез, и, казалось, земля разверзлась у нее под ногами.

Остального она не помнила.

Погасли синие огни,

Умолкли полные сожаления молитвы,

Воспоминания нахлынули в ночи,

А снег падает на сердце – не на землю…

Неделю спустя…

Солнечные лучи проникли в комнату через окно, заставив Рейян открыть глаза. Посмотрев на часы, девушка встала. Начав обуваться, Рейян почувствовала укол совести за то, что она будто проспала целый век.

Уже минула неделя, но Миран еще не открывал глаз.

Рейян вышла из палаты и направилась в место, путь к которому уже выучила наизусть. Она направлялась в палату, от дверей которой не отходила уже целую неделю. Девушка через стекло с тревогой наблюдала за лежащим Мираном. Он уже неделю ни на что не реагировал. Опасности для жизни не было, но он оставался без сознания. Рейян утешало то, что, по крайней мере, он дышит.

Внутрь ее не пускали: туда могли заходить лишь врачи и медсестры. Пару дней назад Рейян тайком прокралась в палату, но врач поймал и вывел ее. Так трудно оставаться снаружи и просто наблюдать полными слез глазами, не имея возможности помочь. Питался Миран через капельницу, и Рейян чувствовала, что, наблюдая за ним, лишь сильнее бередит свою душу.

В день, когда она потеряла сознание, все узнали ее секрет: доктор объявил о беременности Рейян еще до того, как она открыла глаза. Господин Вахит оказался единственным, кого это не обрадовало, и он перестал приходить в больницу. Для Рейян было даже лучше не видеть своего врага.

– Без тебя очень трудно жить, – сказала она, уткнувшись головой в разделявшее их стекло. От тоски Рейян стала биться головой о стекло, пока не наткнулась на чью-то руку. Она обернулась и увидела Эйлюль.

– Не вреди себе, – велела та. – Что скажет мой брат, когда проснется и узнает, что ты плохо заботилась о его ребенке?

– Лишь бы он проснулся. Я больше не могу! – ответила Рейян, вновь прислонившись к стеклу.

– У него есть две замечательные причины, чтобы очнуться. – Эйлюль смотрела на Рейян с улыбкой. – Первая – это ты, вторая – ваш ребенок.

Эйлюль ободряюще положила руку на плечо Рейян.

Прошедшие несколько дней казались Рейян темными, как ночь. Сердца девушки не коснется свет, пока Миран не откроет глаза. В последние несколько дней тошнота усиливалась: отвратительный запах больницы ее усугублял. Рейян договорилась с Эйлюль и отправилась к выходу из больницы, чтобы глотнуть свежего воздуха и прийти в себя.

Азата освободили до суда: согласно судебно-медицинской экспертизе, пулю, ранившую Мирана, выпустили из другого пистолета. Полиция день и ночь искала стрелка и оружие. Место происшествия было далеко от города, камер и очевидцев не нашлось. Также установили, что второй подозреваемый, Хазар Шаноглу, находился в тот момент в другом месте. Когда очнется Миран, он сможет пролить свет на эту историю. Вся семья в особняке молилась о том, чтобы Миран очнулся. Ханим Зехра особенно расстраивалась.

Рейян задумчиво брела вокруг больницы, пока не обнаружила, что пришла к задней ее части. Тонкое пальто совсем не согревало, и Рейян решила вернуться. Она дошла до угла и, увидев за ним двух людей, отшатнулась назад и остановилась. Сердце учащенно забилось.

Ее отец здесь! А вместе с ним приехал Фырат!

Но Рейян заинтересовало не то, почему они здесь, а связь ее отчима с Фыратом. Она выглядывала из-за угла. Казалось, мужчины о чем-то спорят, но Рейян не могла их слышать из-за расстояния. Через некоторое время они вошли в дверь помещения, похожего на склад, и Рейян проследовала за ними, молясь, чтобы дверь осталась не заперта.

Что Фырат и ее отчим могут делать здесь? Почему они пришли в больницу, где лежит Миран? Если они хотели лишить его жизни, то Рейян обрушит потолок на их головы. Нужно узнать, что они задумали.

Девушка бросилась бежать: она легко могла потерять двоих мужчин в этой огромной больнице. Рейян могла прямо сейчас подойти к ним и поговорить, но тогда она не узнала бы, что они скрывают.

Рейян подошла к лестнице, оглянулась и быстро направилась вниз. Первые два этажа оказались обычными – с лабораториями и рентген-кабинетами. Ниже располагался подвал с многообещающей надписью на двери: «Посторонним вход запрещен». Рейян глубоко вздохнула, чтобы побороть свой страх и беспокойство, которое терзало ее душу. Девушка собиралась уже спуститься, как вдруг увидела, что кто-то выходит навстречу ей, и в панике убежала. Она молча прошла по коридору, а затем увидела сотрудников, поднимавшихся по лестнице с коробками в руках. Ждать здесь было слишком подозрительно. Рейян вновь направилась к подвалу, затем, немного спустившись, прислушалась. Один из голосов явно принадлежал ее отчиму. Девушка спустилась еще на несколько ступеней. Ее сердце отчаянно колотилось в груди, и Рейян очень боялась потерять сознание и все испортить.

В конце лестницы горел тусклый свет. Рейян повезло: при ярком освещении ее бы тут же заметили. Она прислонилась к стене и прислушалась.

– Ты сказал, что все будет готово через три-четыре дня, Фырат. Мне снова придется ждать?

Рейян едва слышала голос отчима, а ответ Фырата не расслышала совсем. Рейян затаила дыхание, умирая от любопытства. О чем говорили эти люди?

– Ничего не знаю, Фырат, я потратил все деньги на эту штуку.

Рейян в замешательстве нахмурилась и вдруг услышала шаги на ступеньках. Она укрылась под лестницей, не зная, куда спрятаться. Шаги приближались, и Рейян услышала голос какого-то молодого человека.

– Извините, что заставил вас ждать.

Судя по халату, этот мужчина – врач. Фырат и отчим исчезли из поля зрения Рейян, но на этот раз Рейян отчетливо слышала голоса.

– Пожалуйста, – произнес молодой доктор. – Теперь я должен идти.

– Хорошо, спасибо, Тахсин, – поблагодарил Фырат.

Доктор ушел. Рейян услышала нетерпеливый голос отчима:

– Скажи мне, Фырат, каков результат?

Рейян распирало от любопытства. Лист бумаги зашуршал в руках у Фырата, подпитывая ее волнение, свет фонарика ударил в глаза: из-за темноты потребовалось дополнительное освещение. Рейян подождала еще немного, но никто из мужчин не издавал ни звука. Рейян занервничала еще больше. Она услышала шаги, затем шуршание складываемой бумаги. Фырат кашлянул, прочищая горло, а затем сказал:

– Вы правы, господин Хазар.

Рейян нахмурилась, ничего не понимая. Она уже собиралась уйти из укрытия, думая, что больше не может ждать, как вдруг застыла от слов Фырата:

– Миран Караман – ваш сын!

Глава 25. Больное прошлое

Рейян прижала руку к губам, чтобы не закричать от удивления. Она думала о правдивости услышанного от Фырата. О чем он говорил?

Рейян отказывалась воспринимать информацию: либо она неправильно расслышала, либо прошлое скрывало намного больше секретов. Девушка всей душой надеялась, что ошиблась, но раздавшийся голос развеял ее сомнения.

– Я знал это, – слабо произнес господин Хазар. – Разве человек не узнает родную душу?

Его голос звучал так грустно, что сердце Рейян разбилось сильнее: она никогда не видела, чтобы этот человек проявлял слабость.

Сердце выпрыгивало из груди. Нет, этого не может быть! Такая правда разрушит весь ее мир! Миран не выдержит этого!

Всю свою жизнь он ненавидел Хазара Шаноглу за убийство его отца. Рейян прижала руку к груди, дрожа всем телом. Она не выдержала и покинула свое убежище. Фырат услышал шорох ее шагов и посветил телефоном, чтобы посмотреть, кто пришел. Рейян прищурилась от света, а Фырат замер от удивления. Рейян перевела взгляд на отчима.

Он выглядел таким опустошенным… Погрязший в собственных проблемах, он и не заметил Рейян. Он прислонился рукой к стене, положив на нее голову. Фырат подошел к нему.

– Вы в порядке, господин Хазар? – забеспокоился он. Господин Шаноглу жалко опустился на колени. Рейян бросилась к нему и опустилась рядом.

– Папа, ты в порядке?

Мужчина молча покачал головой. Фырат положил руку господина Хазара себе на плечо и нерешительно посмотрел на Рейян.

– Помоги мне, давай отведем его в комнату.

Рейян молча подчинилась. Молодые люди усадили мужчину на стул. Глаза Хазара застыли.

– Должно быть, у него давление. Оставайся здесь, я сейчас приду.

Фырат вышел, а Рейян посмотрела на своего отчима. Бледное лицо, тусклые глаза.

– Ты в порядке, папа?

– Я в порядке, – прошептал мужчина, и Рейян с облегчением вздохнула. Вскоре вернулся Фырат с тонометром. Встав на колени рядом с господином Хазаром, он расстегнул пуговицу, закатал рукав и надел манжет тонометра. Рейян наблюдала за этим, не двигаясь, а затем обессиленно села напротив отца.

Фырат заставил господина Хазара выпить воды. Через какое-то время отчим поднял глаза на Рейян, несмотря на головокружение. По ее растерянному взгляду мужчина догадался, что она все слышала. Он откинулся на спинку и глубоко вздохнул: трудно осознать и принять, что Миран – его плоть и кровь.

Да, он подозревал. После той фальшивой свадьбы Рейян и Мирана Хазар Шаноглу узнал, что человек, которого он считал своим зятем, – сын убитого им много лет назад мужчины. Тогда-то и зародилось подозрение. Господин Хазар хотел положить конец всем нелепым мыслям в голове, сдав тест ДНК. Он ожидал опровержения своих подозрений, но услышал из уст Фырата обратное. Сейчас перед ним сидела Рейян, которую он растил столько лет как собственную дочь.

Как он расскажет ей о своем сложном прошлом, которое столько лет держал в секрете?

– Вы в порядке? – Господин Хазар кивнул в ответ на вопрос Фырата, хотя он чувствовал себя совсем нехорошо! Теперь на его плечах лежал огромный груз, будто он должен нести и бремя своего сына. От боли он прикрыл лицо рукой. Взрослый мужчина готов был заплакать, как маленький ребенок. Он не подозревал, что его мрачное прошлое однажды вот так всплывет.

– Зачем ты сделала это, Дильша? – прошептал он.

Рейян встала, услышав это имя. Мысли путались. Вдруг девушке пришло в голову, что она никогда не спрашивала Мирана, как зовут его мать. Рейян посмотрела на Фырата.

– Скажи мне, Фырат! Что все это значит?

Тот не знал, что ответить: он сам был озадачен происходящим. Господин Хазар неделю назад запросил анализ ДНК Мирана – как раз в тот день, когда его ранили. Вся ситуация казалась Фырату абсурдной, но он не задавал вопросов. Теперь молодые люди, снедаемые любопытством, ждали правды от господина Хазара.

– Я ничего не знаю, – потупился тот.

– Ты не хочешь нам ничего рассказать? – Рейян развернулась к отцу.

Она вглядывалась в лицо мужчины, ожидая ответа. Она смотрела на человека, который вырастил ее, но будто видела его в первый раз. Рейян внимательно рассматривала его глаза, брови, поседевшие волосы, и изумление ее росло подобно лавине. Раньше она не догадывалась, насколько Миран похож на этого человека, но сейчас она будто видела перед собой своего возлюбленного. Возможно, Рейян все это казалось от шока: ее психическое здоровье явно было шатко.

– Я тебя спрашиваю, – громко спросила Рейян, привлекая внимание. Господин Хазар поднял голову на склонившуюся над ним дочь. Больше, чем дочь. Она – невеста его сына…

Мужчина нахмурился, осуждающе поднял палец и указал на стул позади Рейян. Девушка без возражений села и вновь пристально посмотрела на отчима, ожидая ответа. Фырат стоял в нескольких шагах, прислонившись к картонным коробкам. Помещение, в котором они находились, было складским и глухим.

Хазар Шаноглу судорожно сглотнул: в горле его пересохло. Он не знал, с чего начать. Как сформулировать мысли, сложить слова в предложения и коротко рассказать о насыщенном прошлом? Какой ветер способен потушить бушующее в нем пламя? Мужчина потерял многое, но приобрел еще больше. Любимая женщина подарила ему сына. Может быть, было уже слишком поздно, а может, и нет. Кто знает?

– Двадцать семь лет назад, – начал он, – я только-только вернулся из армии.

Господин Хазар снова сглотнул. Слова давались ему с трудом. Две пары глаз с любопытством следили за ним.

– Я влюбился в девушку. Я впервые увидел ее на свадьбе в Омерли. Ее звали Дильша. Она – первая женщина, которой удалось покорить мое сердце своими голубыми глазами.

У Рейян по коже пробежали мурашки. Рассказ о старой боли заставил ее сердце сжаться. Женщина, о которой он говорил, – мать Мирана. Это словно шутка!

– Наши отцы очень тесно дружили. Когда я сказал, что хочу Дильшу в жены, мой отец пошел просить ее руки для меня, и, когда ее отец согласился, я был очень счастлив. Вскоре мы сыграли пышную свадьбу. Увы, наше счастье длилось недолго: женившись на ней, я понял, что она со мной несчастлива. Дильша не любила меня. Мне не нашлось места в сердце женщины, за которую я готов был отдать жизнь.

Рейян потеряла дар речи и забыла, как дышать. Значит, мать Мирана и ее отчим поженились много лет назад? Любопытство Рейян возрастало. Господин Хазар с трудом говорил, а пульс Рейян участился от волнения и нетерпения.

– Меня не волновало, что она думала и чувствовала. Я ее заполучил, а все остальное меня не интересовало. Я ждал, что она полюбит и примет меня со временем, но она лишь отдалялась. Чем больше я ее любил, тем сильнее она меня ненавидела!

Хазар Шаноглу будто заново переживал те моменты, и его глаза стали печальными.

– Три месяца, – расстроенно продолжал он. – Мой брак закончился спустя три месяца, когда она ушла от меня. Однажды я проснулся, а ее нет в кровати. Дильша убежала и бросила меня! Я искал ее повсюду, перевернул весь Мардин, но нигде не нашел. Я искал ее до тех пор, пока правда не настигла меня.

Глубоко вздохнув, мужчина поднял глаза и повернулся к сидящей рядом Рейян. Он не знал, зачем рассказывал ей все это.

Рейян смотрела на отчима, словно завороженная. Оказалось трудно во всем разобраться. Неужели он стал таким из-за несчастной любви?

– Оказывается, ее сердце занял другой мужчина. Он с самого начала любил ее, и они не расставались даже после нашей свадьбы. Рискуя всем, она бросила меня и сбежала в Стамбул вместе с ним.

– Ахмет Караман? – сорвалось с губ Рейян имя.

Наступила глубокая тишина. Все части пазла встали на свои места. Приподнялась завеса великой тайны, скрывавшая его убийство, и ненависть Хазара Шаноглу к этому человеку стала понятна.

– Тот человек, – продолжил господин Хазар, не называя имени. Возможно, он чувствовал раскаяние, а может быть, все еще ненавидел его. – Он не из Мардина. Он был бизнесменом из Стамбула. Однажды он приехал в Мардин по делам, увидел Дильшу и полюбил ее. Откуда мне было знать? Он собирался просить ее руки, но я его опередил, не подозревая об этом. Вы ведь знаете, слово отца – закон. Когда он отдал мне свою дочь, Дильша не могла ничего возразить, не могла сопротивляться.

Господин Хазар прижал ладонь к лицу – воспоминания растопили его сердце. Больше не было нужды казаться сильным.

– Но, несмотря на то что Дильша была моей женой, они убежали. За четыре года они замели следы, и я не мог их разыскать. Безумная ярость охватила меня. Его огромного богатства не хватило, чтобы избавиться от меня!

Рейян ждала, когда речь зайдет о Миране, и наконец ее отчим сказал:

– Я ничего не знал о Миране, никогда его не видел. Они не собирались мне его показывать. Я пошел на поводу у гнева и стал жертвой собственного невежества. Я спустил курок и выстрелил без всякой пощады!

И Фырат, и Рейян слушали господина Хазара, затаив дыхание. Они столкнулись с невероятной реальностью. Рейян не ожидала, что прошлое может оказаться настолько печальным. Она не могла оторвать глаз от измученного болью лица отчима: она впервые видела его таким. Хазар Шаноглу, которого она знала, – черствый, жесткий, бессердечный человек. Быть может, за спиной каждого мужчины с каменным сердцем есть несчастная любовь и подлое предательство.

Хазар Шаноглу еще раз признался в убийстве. Оставшуюся часть истории Рейян уже знала. Как она сможет сообщить правду Мирану, который все это время верил в большую ложь? Как она расскажет, что причина этой смерти – не деньги, а любовь и оскорбление?

Рейян молчала. Больше всего правда навредит Мирану. Он с трудом вынес смерть своего отца, считая, что он убит из-за денег. Если бы он только знал настоящую историю! Миран все еще спал в полном неведении.

Господин Хазар, раздавленный тяжестью правды, продолжал просто сидеть на стуле. Он вновь почувствовал себя преданным, боль прошлого снова терзала его. Любимая женщина, которая его ненавидела, скрыла существование их сына, который затаил обиду на родного отца и затеял опасную месть. Жизнь – слишком странная штука. Чем больше об этом думаешь, тем больше удивляешься.

Если бы Миран не женился на Рейян, чтобы отомстить, Хазар даже не узнал бы, что у него есть еще один сын, и все так и осталось бы сокрыто в прошлом.

Рейян понятия не имела, что будет дальше. Тяжкий груз предстояло ей нести: девушка не представляла, как рассказать Мирану правду, и лишь догадывалась, как он отреагирует. Ясно одно: ничего хорошего не произойдет. Она знала, что привычный мир Мирана рухнет.

Вдруг Рейян поймала себя на мысли, поразившей ее: она осознала, что Миран и Бедирхан – братья по отцовской линии. Бедирхан – брат Рейян по матери. Значит ли это, что Миран и Рейян – брат и сестра? Что это за противоречие?

– Бедирхан, – пораженно выдохнула Рейян. – В этом случае Бедирхан… брат нам обоим?

Рейян заикалась. Господин Хазар кивнул головой в ответ.

Рейян не могла думать. Что, если все же она – родная дочь этого человека? Рейян считала, что у всего в мире есть причина, за каждым злом сокрыто добро, что судьба сплела для них паутину, идеально проработав каждую деталь. Если это – правда, это станет катастрофой.

Теперь Рейян и Мирана связывало множество уз. Узы судьбы.

– Что будет дальше? – спросила Рейян.

Пораженный вопросом, господин Хазар не знал, что ответить, и лишь беспомощно покачал головой. Он чувствовал нестерпимую боль, узнав спустя двадцать шесть лет, что у него есть еще один сын. Должно быть, это – самое большое наказание в его жизни.

Рейян все еще хотела получить ответ на мучившие ее вопросы.

– Ты – все еще враг Мирану?

Господин Хазар медленно поднял голову.

– Я никогда не был ему врагом! – он признался в величайшей правде. – Как человек может обижаться на собственную жизнь? В день, когда я узнал истинную личность Мирана, я почувствовал огонь, разгоревшийся внутри меня. Я хотел ошибиться, но этого не произошло.

Господин Хазар еще раз убедился в том, что все тайное становится явным. Он пытался скрыть совершенное убийство, но его собственный сын раскрыл его.

– Кто стрелял в Мирана? – задала Рейян еще один мучивший ее вопрос, который интересовал всех. Она пригляделась к лицу отчима, пока ждала ответа: лжецов чаще всего выдают глаза. Господин Хазар продолжал смотреть в пол.

– Я не знаю, – холодно ответил он. – Но даже если бы знал, я бы в любом случае его не убил.

– Когда Миран очнется, все откроется – ты ведь знаешь, верно? – Рейян смотрела на отчима как на преступника. – Почему-то я не верю ни тебе, ни Азату. Ты что-то скрываешь!

Мужчина задумчиво посмотрел на дочь.

– Мы не сделали и не сделаем ничего, что может ему навредить.

– А Азат?

– Он тоже ничего не сделал.

– Почему тогда вы приехали в Стамбул? Почему в Мирана стреляли? Кто это был?

Рейян никому не верила, она хотела получить исчерпывающий ответ на свои вопросы, особенно теперь, глядя на виновато склонившего перед ней голову отчима. Рейян не могла сохранять спокойствие.

– Только никому не говори, – сказал господин Хазар, явно боясь еще за эту свою тайну. – Этот секрет должен остаться между нами.

Рейян нахмурилась: она не собиралась скрывать такую правду от Мирана – наоборот, она расскажет ему все, когда он поправится.

– Я не могу скрыть это от него!

– На какое-то время, – добавил отчим. – Некоторое время никто не должен знать. Я сам скажу ему. Это не твоя забота.

Рейян не знала, что ответить. Как она сможет скрывать что-то столь важное? Разве ее намеренное молчание – не предательство?

– Предположим, ты ничего не слышала. Я просто хочу, чтобы ты молчала. Я прошу тебя, как отец просит дочь.

Господин Хазар встал со стула, посмотрел на Фырата и взглядом попросил его уйти, а затем повернулся к Рейян.

– Ты тоже иди, – прошептал он. – Не позволяй обнаружить свое отсутствие.

Рейян встала, не реагируя. Уже за дверью она снова услышала голос отчима:

– Поверь мне, девочка. Ничего никому не говори, я все исправлю.

Рейян ничего не обещала. Она задумчиво брела к лестнице, как вдруг перед ней внезапно возник Фырат. Рейян пыталась обойти его, но он снова преградил путь.

– Прочь с дороги! – сердито закричала она.

– Ты удивлена и сердишься на меня, знаю, – виновато произнес Фырат. – Я должен был рассказать тебе, что знал твоего отчима.

– Я не удивлена, – нервно улыбнулась Рейян. – Я уже привыкла к тому, что те, кому я доверяю, обманывают меня. Из-за таких, как ты, я теряю веру в людей.

Девушка чуть не плакала. Тот, кому она доверяла, оказался предателем. А ведь она верила в чистосердечную помощь Фырата, надеялась, что еще остались на свете люди с добрыми намерениями.

Фырат смущенно смотрел на нее.

– Прости, – шепнул он. – Все это было для твоего блага.

Рейян бросила презрительный взгляд на него и быстро поднялась по лестнице. Ее разум был в смятении. Как она может молчать? Разве она может причинить зло любимому мужчине?

Рейян с трудом добрела до первого этажа больницы. Вдруг чья-то рука схватила ее, заставив невольно вздрогнуть. Она подняла голову, увидела Арду и облегченно вздохнула.

– Не бойся, – успокоил он. – Я тебя уже два часа ищу. Где ты была?

– Дышала свежим воздухом, – ответила Рейян, отводя глаза, но затем снова с беспокойством посмотрела на Арду. – Есть хорошие новости?

– Нет, Миран все в том же состоянии. Я просто волновался, что потерял тебя.

После этих слов он указал на коридор, ведущий в столовую.

– Давай, поешь что-нибудь. Когда Миран проснется, он разозлится на меня за то, что я плохо о тебе заботился.

Заботливое отношение и участливый голос окончательно разрушили образ плохого парня в глазах Рейян. Она решила, что у такого человека, как Арда, должно быть, доброе сердце.

Молодые люди прошли в столовую, и Рейян подошла к столу, где сидели госпожа Наргиза и Эйлюль. Арда отправился за едой, а Рейян села и уставилась на госпожу Наргизу. В голове ее возник неожиданный вопрос, и Рейян очень жалела, что не задала его своему отчиму на складе. Если господин Хазар когда-то женился на той женщине, то почему он и госпожа Наргиза друг друга не узнали? Знала ли тетя Мирана о секрете сестры? Рейян считала, что она просто не могла не знать. А если она знала и скрывала, как могла позволить Мирану затеять эту игру? Девушка не понимала, и вопросы без ответов сводили ее с ума. Рейян не могла выдавить из себя ни слова.

Госпожа Наргиза подозрительно всмотрелась в лицо Рейян. Казалось, она даже вздрогнула под ее пристальным взглядом.

– Девочка моя, почему ты так смотришь? – робко спросила она. Женщина постоянно чувствовала стыд за свой прежний обман. Даже если бы Рейян простила ее, она бы продолжала себя винить.

– Ничего, просто задумалась, – ответила Рейян, поводя плечом.

Госпожа Наргиза вопросительно посмотрела на Рейян, и она слегка наклонилась к женщине.

– Жизнь такая странная, не так ли? Полная таких тайн…

Женщина изумленно посмотрела на Рейян, Эйлюль тоже удивилась.

– Что ты имеешь в виду, Рейян?

Девушка с трудом заставила себя молчать, подавляя крик.

– Ничего, – отмахнулась она. – Все будет хорошо. Миран очнется и по порядку расскажет, что произошло.

Вернулся Арда и сел на свободный стул.

– Когда Миран проснется, я уверен, он скажет, что стрелял Азат, – он явно все еще злился. – Азат ведет какую-то игру, в этом я тоже уверен. Должно быть, он сменил пистолет. Я не позволю ему просто так ускользнуть. Полиция все еще у него на хвосте.

Рейян с трудом вздохнула. Правда, которую она узнала, мешала ей дышать. Девушка знала, что придется нелегко. Она с трудом подавляла желание прокричать всем присутствующим о том, что выяснила.

Зазвонил телефон госпожи Наргизы, лежавший на столе. Рейян невольно посмотрела на экран и увидела, что звонит Генюль. Женщина мгновенно взяла в руки мобильный и встала, но было уже поздно.

Генюль не оставляла Мирана в покое.

Госпожа Наргиза вышла из-за стола, и Арда тяжело вздохнул. Рейян и Эйлюль посмотрели на него.

– Все так сложно, – огорченно признался он, глядя на Рейян. – Ничто уже не будет прежним.

– Что это значит?

– Когда Миран откроет глаза, он будет иным человеком, которого мы и представить себе не можем. Я боюсь, он станет более бесстрашным, жестким и опасным. Я знаю, в нем вновь возьмут верх плохие намерения. Война разгорится еще сильнее, риск возрастет. Готовься к этому, Рейян. Он – человек, легко поддающийся гневу и ненависти. Теперь ничто его не удержит.

Рейян не могла позволить Мирану превратиться в такого человека, она просто не выдержит. Кроме того, она видела слезы, чувствовала страдание в его сердце, стала свидетелем моментов слабости, которые больше никто не видел.

– Я не позволю, – чуть не плача, возразила она. – Миран не плохой человек, вы знаете!

– Я не называю его плохим, но гнев превращает человека в монстра. Представляешь, как он будет зол, когда откроет глаза?

Рейян замолчала. Как раз тогда, когда все должно наладиться, жизнь снова доставляла ей проблемы. Дороги все больше извивались и путались. Ничего хорошего не произойдет, теперь для всех настала черная зима.

Однако было кое-что, чего не знал никто. Миран – кровный сын своего врага. В тот день, когда эта правда будет объявлена, земля содрогнется!

Рейян съела тост и вышла из столовой. Ноги сами привели ее в реанимацию, к тому, чье сердце навсегда связано с ее. Сначала она наблюдала за Мираном через стекло. Он все еще не открыл глаза. Неужели он настолько слаб? Неужели он так не хотел жить? Почему он не возвращается к Рейян? Боль затуманила ее рассудок, и Рейян медленно проскользнула в палату. Она боялась. Она чувствовала, что больше не может оставаться сильной. Слезы текли из ее глаз, свидетельствуя о глубокой печали.

Рейян взяла стул и подошла к Мирану. Она сжала его неподвижные руки в своих ладонях и некоторое время просто сидела так, наблюдая за его ресницами, скрывавшими голубые, как море, глаза, за бледным лицом и пересохшими губами. Черные волосы растрепались, а борода спуталась. Рейян провела рукой по его лицу, погладила пальцем бороду.

– Почему бы тебе не открыть глаза? Ты не соскучился по мне?

Рейян поднесла неподвижную руку Мирана к своему лицу, затем к губам. Ее сердце ныло.

– Я прощаю тебя, – прошептала она. – Ты не знаешь.

«Прости меня, мама… Прости меня! Простите меня, все раненые женщины мира. Все, кто пережил предательство в жизни. Я не смогла сдержать свое слово, я простила этого человека».

Долгожданное признание слетело с ее дрожащих губ:

– Я люблю тебя. Страсть как люблю!

Она сунула руку в карман, достала скомканный лист бумаги и зажала его в ладони Мирана. Вздох сорвался с ее губ.

– С тех пор как тебя нет, дни превратились в темные ночи! Открой свои прекрасные глаза, напиши мне снова стихи, оставь в полночь под моей дверью… На этот раз я не стану сердиться, обещаю!

С каждым словом ей становилось все тяжелее, она не могла сдерживать прорывавшиеся рыдания. Рейян положила голову на грудь измученного Мирана.

– Если бы мы никогда не встречались вот так, если бы яд прошлого не отравлял нас. Я бы хотела, чтобы ты был очарован моей улыбкой, а я бы влюбилась в твою доброту!

Рейян не забыла сказанные им от чистого сердца слова.

– Эти слова произнес ты, Миран. Я не забываю ни одного слова, сказанного тобой, просто не могу.

Рейян положила руки на живот Мирана, не отрывая головы от его груди. Она прижала его руку к своему животу.

– У нас будет ребенок, – прошептала она сквозь слезы. – Извини, я не могла тебе сказать.

Некоторое время Рейян молчала: она исчерпала слова. Закрытые глаза Мирана заставляли ее сердце замирать и мучиться.

– Ты спишь, а я умираю, – пробормотала она напоследок, медленно поднимаясь. Рейян повернулась спиной к Мирану, вытирая руками мокрое от слез лицо. В этот момент что-то произошло. Она сделала шаг, чтобы уйти, но вдруг почувствовала на себе руку. Она удивленно опустила голову, ее сердце восторженно подскочило. Рука Мирана, которую Рейян только что мягко опустила на кровать, теперь снова лежала на ее животе. Девушка повернула голову и посмотрела Мирану в лицо. Слезинка медленно стекла по его щеке и исчезла в бороде.

Миран Караман снова плакал, но теперь не потому, что проиграл. Он выиграл!

Продолжение следует…

Примечания

1

Ханим – уважительное обращение к женщине в турецком языке (примечание редакции здесь и далее).

2

Биндалли – роскошное, богато украшенное платье для церемоний.

3

Ночь хны – древний турецкий обряд прощания невесты с отчим домом.

Content

Сумейе Коч
Ветреный

Благодарности

Предисловие. Я передаю привет ночи

Глава 1. Яд

Глава 2. Опасные берега любви

Глава 3. Пустая ложь

Глава 4. Свадебное платье

Глава 5. Просьба

Глава 6. Воссоединение

Глава 7. Прощание

Глава 8. Уничтожение

Глава 9. Израненное сердце

Глава 10. Страх

Глава 11. Гость

Глава 12. Забыть тебя

Глава 13 Невозможно. Ты горишь! Ты в огне…

Глава 14. Как жизнь

Глава 15. Уходи

Глава 16. Не смей прощать

Глава 17. Задыхаюсь

Глава 18. Прощай, любовь

Глава 19. Сильные дожди

Глава 20. Тебе должно быть стыдно

Глава 21. Попрошайка. Мардин

Глава 22. Аромат любимой

Глава 23. Слепая пуля

Глава 24. Место пожара

Глава 25. Больное прошлое

Примечания