Джон Колеман

Дипломатия обмана. «Комитет 300» и тайная власть над миром

От автора

Я решил написать эту книгу, потому что очень многие прочитавшие мою книгу «Комитет 300», просили меня привести конкретные примеры того, как Комитет осуществляет контроль в таких масштабах. Ответ — в этой книге.

Когда вы прочтете «Дипломатию обмана», у вас не останется сомнений в том, что правительства Великобритании и Соединенных Штатов являются самыми коррумпированными в мире и что без их полного сотрудничества в осуществлении замыслов Комитета 300 этот наднациональный орган не смог бы осуществить свои планы по созданию Единого мирового правительства, которое бывший президент Буш, один из его наиболее способных слуг, назвал «Новым мировым порядком».

Я искренне желаю, чтобы «Дипломатия обмана» привела к большему пониманию того, как действуют тайные общества и как их приказы выполняются теми самыми людьми, которые, как предполагается, служат национальным интересам и охраняют национальную безопасность своих стран и своих народов.

Глава 1. Угроза из Организации Объединенных Наций

История создания Организации Объединенных Наций — классический случай дипломатии обмана. Организация Объединенных Наций является преемницей Лиги Наций, первой попытки создать Единое мировое правительство после Парижской мирной конференции, которая положила начало Версальскому договору.

Мирная конференция открылась в Версале, Франция, 18 января 1919 года, в ней приняли участие 70 делегатов, представляющих международных банкиров из 27 «победоносных» союзных держав. То, что делегаты с момента избрания и до возвращения с конференции (и даже долгое время после этого) находились под контролем международных банкиров — непреложный факт.

Давайте внесем полную ясность: мирная конференция была посвящена тому, чтобы обескровить Германию до смерти; речь шла о том, чтобы вытянуть из нее огромные суммы для этих международных стервятников, которые уже пожинали непристойные плоды наряду с ужасными жертвами пятилетней войны (1914–1919). Только в Британии погибло 1 000 000 человек и более 2 000 000 было ранено. Военный историк Алан Бругар подсчитал, что международные банкиры получали прибыль в размере 10 000 долларов с каждого солдата, павшего в бою. Человеческая жизнь весьма дешева для Комитета 300–иллюминатов, Ротшильдов, Варбургов, банкиров Федеральной резервной системы, которые во время войны финансировали обе стороны.

Также стоит помнить, что Герберт Уэллс и лорд Бертран Рассел предвидели эту ужасную войну, в которой напрасно погибли миллионы — цвет христианских народов. Комитет 300 спланировал войну так, чтобы международные банкиры получили наибольшую прибыль. Герберт Уэллс был известен как «пророк» Комитета 300. Справедливо сказать, что Уэллс всего-лишь обновил идеи Британской Ост-Индской компании (БОИК), которые были реализованы Джереми Бентамом и Адамом Смитом. Эти двое — вредители, которыми король Георг III пользовался для подрыва экономического будущего североамериканских колонистов, стремившихся избежать экономических трудностей Венецианской партии Севера в конце 1700-х годов.

В статье Уэллса, опубликованной в «Банкире» (ее копию я нашел в Британском музее в Лондоне), Уэллс изложил будущую роль Международного валютного фонда (МВФ) и общака международных банкиров — Банка международных расчетов (БМР). Как только мы, суверенный народ, поймем роль международных банков в разжигании войн, а затем в финансировании обеих сторон, войны вполне могут уйти в прошлое. До тех пор они останутся любимым инструментом международных банков для увеличения доходов и избавления от нежелательного населения, как красноречиво выразился Бертран Рассел.

В своей книге «После демократии» Уэллс утверждал, что как только будет установлен экономический порядок (социальная энергия) диктатуры Единого мирового правительства, будет установлен политический и социальный порядок. Это было именно то, к чему стремились Парижские мирные переговоры, начавшиеся в 1919 году, основанные главным образом на меморандуме Королевского института международных отношений (КИМО).

КИМО подготовила предложение из 23 пунктов для Вудро Вильсона, который передал его Манделу Хьюису (он же полковник Хаус), голландцу, который был теневым куратором Вильсона Полковник Хаус немедленно отправился в Магнолию, свою частную резиденцию в Массачусетсе, где сократил количество предложений до 14, создав основу для «14 пунктов», представленных на Парижской мирной конференции президентом Вильсоном в декабре 1918 года.

Прибытие Вильсона в Париж было встречено с диким энтузиазмом бедным и введенным в заблуждение населением, которое устало от войны и видело в Вильсоне предвестника вечного мира. Вильсон прикрывал свои речи настоящей дипломатией, используя язык обмана. На публике витал новый дух идеализма — но в то время, на деле он намеревался обеспечить контроль над миром со стороны международных банкиров через Лигу Наций.

Читатель не должен упускать из виду сходство между путем к формированию Лиги Наций и ее преемника ООН. Немецкие делегаты не участвовали в работе конференции до тех пор, пока условия не были готовы для представления конференции. Россия не была представлена, потому что общественное мнение яростно выступало против большевизма. Премьер-министр Великобритании Ллойд Джордж и президент Вильсон хорошо знали, что большевистская революция вот-вот увенчается успехом с ужасными последствиями для русского народа.

С самого начала руководство взял на себя Верховный совет «Большой десятки» (предшественники Совета Безопасности ООН). Совет состоял из Вильсона, Лансинга[1], Ллойд-Джорджа, Бальфура[2], Пишона[3], Орландо[4], Соннино[5] (оба представляли банкиров Черной знати Венеции), Клемансо, Сайондзи[6] и Макино[7].

25 января 1919 года повестка дня КИМО одержала победу, делегаты конференции единогласно приняли резолюцию о создании Лиги Наций. Был выбран комитет (члены которого фактически были назначены КИМО) для рассмотрения вопроса о репарациях со стороны Германии. 15 февраля 1919 года Вильсон вернулся в Соединенные Штаты, а Ллойд Джордж в Лондон, однако к марту оба снова оказались в Париже, чтобы заняться планом разграбления экономики Германии. Совет десяти, оказавшийся слишком громоздким, был сокращен до четырех членов.

Британцы пригласили генерала Яна Кристиана Сматса, ветерана англо-бурской войны, присоединиться к обсуждениям, чтобы его авторитет придал налет добросовестности бесстыдному сюжету. Сматс был предателем своего собственного народа. Будучи премьер-министром Южной Африки, он втянул доминион в Первую мировую войну, несмотря на возражения 78 процентов ее населения, которые считали, что у них нет никаких разногласий с Германией. Сматс стал частью комитета, состоящего из Вильсона, Хауса, лорда Сесила, куратора британской королевской семьи[8], Буржуа[9] и Венизелоса[10].

Лига наций родилась в январе 1920 года. Размещенная в Женеве, она состояла из генерального секретаря, Совета (избранного из представителей пяти крупнейших держав) и Генеральной Ассамблеи. Немецкая нация осталась за бортом, условия мира далеко выходили за пределы согласованного, когда Германию убедили сложить оружие. Немецкая армия не была разбита на поле боя. Она была побеждена дипломатией обмана.

Международные банкиры стали крупными победителями, в конечном счете лишив Германию всех основных активов и получив огромные «репарационные» выплаты. КИМО теперь чувствовала, что у нее все схвачено. Но КИМО не учел большого числа американских сенаторов, которые знали Конституцию США. Сегодня таких сенаторов и конгрессменов всего около двадцати.

Например, сенатор Роберт Берд, признанный протеже Рокфеллера, недавно заявил, что договор имеет приоритеты перед законами страны. По-видимому, сенатор Берд не знает, что для того, чтобы договор был действительным, он должен быть заключен с суверенной страной. Организация Объединенных Наций вообще не является страной и, как мы обнаружим, не обладает суверенитетом. В любом случае, договор является всего лишь законом и не может отменять Конституцию США, равно как и не может оставаться в силе, когда он угрожает суверенитету и безопасности Соединенных Штатов.

Если сенатор Берд придерживается этой точки зрения, и мы задаемся вопросом, почему он проголосовал за то, чтобы отдать Панамский канал? Когда Соединенные Штаты приобрели землю для Панамского канала у Колумбии, эта земля стала суверенной территорией США. Таким образом, передача Панамского канала была неконституционной и незаконной, как мы увидим в главе, посвященной Договору Картера-Торрихоса о Панамском канале.

Вудро Вильсон

Когда Договор о Лиге Наций был представлен на рассмотрение Сената США в марте 1920 года, 49 сенаторов поняли его колоссальные последствия и отказались ратифицировать. Было много дискуссий — по сравнению с пародией на дебаты, с которой Сенат рассматривал Устав ООН в 1945 году. КИМО представила несколько поправок к договору Лиги. Они были приемлемы для президента Вильсона, но были отклонены Сенатом. 19 ноября 1920 года Сенат отклонил договор с оговорками 49 голосами против 35.

Затем международные банкиры поручили Вильсону наложить вето на совместную резолюцию Конгресса, объявляющую войну с Германией оконченной, чтобы они могли продолжать терзать немецкую нацию еще целый год. Только 18 апреля 1945 года Лига Наций самораспустилась, передав все свои активы (в основном деньги, отобранные у немецкого народа после Первой мировой войны, и военные займы, не возвращенные союзниками Соединенным Штатам) Организации Объединенных Наций. Другими словами, Комитет 300 никогда не отказывался от своих планов создания Единого мирового правительства и дождался создания ООН, прежде чем распустить дискредитированную Лигу Наций.

Деньги, которые Лига Наций перечислила Организации Объединенных Наций, по праву принадлежали суверенному народу Соединенных Штатов. Соединенные Штаты выделили миллиарды долларов так называемым союзникам, чтобы те таскали их каштаны из огня после того, как они затеяли ссору с Германией в 1914 году, а потом оказались в смертельной опасности, когда чаша весов стала клониться не в их пользу.

В 1923 году американский наблюдатель был направлен на Лозаннскую конференцию союзных держав для обсуждения вопроса о погашении задолженности Соединенным Штатам в размере 10,4 миллиарда долларов и разделе ближневосточных нефтедобывающих стран между собой. Международные банкиры возражали против вмешательства США в Лозанне на основании инструкций, полученных из Чатем-Хауса, резиденции КИМО. Первое соглашение о погашении было достигнуто с Великобританией, которая должна была погасить военные займы в течение 62-летнего периода под 3,3 процента.

В ноябре 1925 и апреле 1926 года Соединенные Штаты достигли соглашений с Италией и Францией о погашении их доли военных займов за тот же период. К маю 1930 года 17 стран, которым Соединенные Штаты ссудили деньги, подписали соглашения о погашении всех своих военных займов на сумму почти 11 миллиардов долларов.

В ноябре 1932 года Франклин Д. Рузвельт был избран первым открыто социалистическим президентом Соединенных Штатов. Приход социалиста Рузвельта в Белый дом начался с убийства президента Уилльяма Мак-Кинли, за которым последовали выборы лживого «патриота» Тедди Рузвельта, чья работа заключалась в том, чтобы открыть двери социализму, который должен был быть введен Франклином Д. Рузвельтом. Эта последовательность событий слишком длинна, чтобы пересказывать ее здесь. По указанию из Чатем-Хауса Рузвельт, не теряя времени, дал зеленый свет ужасающему дефолту по кредитным соглашениям, подписанным союзниками. К 15 декабря 1932 года все страны, задолжавшие Соединенным Штатам миллиарды долларов по военным долгам, находились в состоянии дефолта, Британия была крупнейшим должником и самым крупным неплательщиком.

Значительная сумма этих денег, плюс большая часть того, что было вывезено из Германии после Первой мировой войны, поступила в казну Лиги Наций и в конечном итоге оказалась в казне Организации Объединенных Наций. Таким образом, Америка не только напрасно пожертвовала своими сыновьями-солдатами на полях сражений в Европе, но и позволила обчистить свои карманы странами, начавшими Первую мировую войну. Хуже того, ничего не стоящие облигации военных репараций были выброшены на американский финансовый рынок, что обошлось налогоплательщикам в дополнительные миллиарды долларов.

Если есть что-то, что мы узнали о Комитете 300, так это то, что он никогда не сдается. Есть поговорка, что история повторяется; конечно, это верно в отношении намерения Комитета 300 навязать Соединенным Штатам орган Единого мирового правительства. Герберт Уэллс в своей работе «Образ грядущего» описал этот орган как «своего рода открытый заговор — культ Мирового государства» (то есть Единого мирового правительства).

«Мировое государство, — писал Уэллс, — «должно быть единственным землевладельцем на земле. Все дороги должны вести к социализму». В своей книге «После демократии» Уэллс ясно сказал, что как только мировой экономический порядок будет установлен (через Международный валютный фонд и Банк международных расчетов), будет установлен политический и социальный порядок. В главе, посвященной Тавистокскому институту человеческих отношений, будет объяснено, как «Исследование операций» Тавистока должно было стать двигателем радикальных реформ в экономике и политике.

В случае Соединенных Штатов план состоит не в том, чтобы свергнуть правительство США или его Конституцию, а в том, чтобы «сделать их ничтожными». В значительной степени это было достигнуто путем медленного и тщательного претворения в жизнь социалистического манифеста, написанного в 1920 году Фабианским обществом, которое было основано на Коммунистическом манифесте 1848 года.

Разве это превращение Конституции в «ничтожно малое» не является именно тем, что происходит? Фактически, когда правительство США нарушает Конституцию почти ежедневно с полной безнаказанностью, это делает Конституцию «ничтожной». Указы исполнительной власти, такие как вступление в войну без объявления войны, как во время войны в Персидском заливе, привели именно к этому, к ничтожности Конституции. В Конституции нет абсолютно никаких положений об исполнительных указах. Исполнительные указы — это всего лишь заявления, которые президент не имеет права издавать. Только король может делать прокламации.

Подогретая Лига Наций была навязана Сенату США в 1945 году под новым названием: Договор Организации Объединенных Наций. Сенаторам было дано всего три дня для обсуждения последствий договора, которые не могли быть полностью изучены менее чем за 18 месяцев обсуждения. Если бы сенаторы должным образом понимали, что они обсуждают — а они, за редким исключением, не понимали, — возникло бы требование о надлежащем периоде для обсуждения. Дело в том, что Сенат не разобрался в документе и поэтому не должен был голосовать по нему.

Если бы сенаторы, обсуждавшие договор Организации Объединенных Наций, правильно поняли документ, он, несомненно, был бы отклонен. Помимо любых других соображений, документ был настолько плохо написан и во многих случаях настолько расплывчатый, вводящий в заблуждение и противоречивый, что его можно было отклонить только на этих основаниях.

Закон, которым является договор, должен быть четко написан и недвусмыслен. Договор ООН был далек от этого. В любом случае, Соединенные Штаты, связанные своей Конституцией, не могли ратифицировать договор ООН по следующим причинам:

(1) Наша Конституция покоится на фундаменте суверенитета, без которого не может быть конституции. Внешняя политика США основана на «Законе наций» Ваттеля, который ставит вопрос о суверенитете. В Конституции ничего не говорится о мировом правительстве и о внешних властных инстанциях иностранных организациях, и это не случайно — ибо такая власть входит в противоречие с властью национальной.

(2) Организация Объединенных Наций не является суверенным органом, не имеющим собственной измеримой территории. Он расположен на территории США в Нью-Йорке в здании, арендованном Рокфеллерами. Согласно Конституции США, мы не можем заключить договор с какой-либо нацией или органом, которым не хватает суверенитета. Соединенные Штаты не могли (и не могут) заключить договор с органом или страной, не обладающими суверенитетом.

(3) Попытка Сената ратифицировать договор с органом, штатом или страной, не обладающей суверенитетом, определенными границами, демографией, валютной системой, сводом законов или конституцией, в частности, с Организацией Объединенных Наций, означала бы нарушение клятвы соблюдать Конституцию, которую сенаторы дают под присягой. Обычно это называют государственной изменой.

(4) Для того чтобы Соединенные Штаты стали членом Организации Объединенных Наций, необходимо было бы принять две поправки к Конституции. Первая поправка должна была бы признать, что существует всемирный орган. В ее нынешнем виде Конституция не может признавать Организацию Объединенных Наций в качестве всемирного органа. Вторая поправка должна была бы гласить, что Соединенные Штаты могут иметь договорные отношения с неподконтрольным международным органом. Ни одна из поправок никогда не предлагалась, не говоря уже о том, чтобы быть принятой Сенатом и ратифицированной всеми штатами.

Таким образом, весьма подозрительный «договор» ООН никогда не был законным законом в Соединенных Штатах. Так обстояли дела в 1945 году, такими они остаются и в 1993 году. Хотя президент имеет право голоса в международных делах, у него нет и никогда не было власти заключать соглашения — а тем более договора — с мировым органом. Это недвусмысленно означает, что ни один другой мировой орган, в частности Организация Объединенных Наций, не обладает юрисдикцией размещать американских военнослужащих и женщин или приказывать Соединенным Штатам действовать вне Конституционных ограничений, введенных нашими Отцами-основателями.

Сенатор Дэвид И. Уолш, один из немногих сенаторов, которые понимали конституционную опасность, исходящую от сильно искаженного Устава ООН, сказал своим коллегам следующее:

«Единственные акты агрессии или нарушения мира, на подавление которых, несомненно, направлена хартия, — это те, которые совершаются малыми нациями, то есть нациями, которые наименее способны и маловероятны для разжигания еще одного мирового конфликта. Даже в этих случаях, г-н Президент, расследование и превентивные действия могут быть произвольно парализованы любой из держав «большой пятерки», которые являются постоянными членами Совета Безопасности…

Таким образом, любая маленькая нация, которая пользуется покровительством или служит инструментом или марионеткой одной из крупных держав, так же невосприимчива к вмешательству, как и сама Большая пятерка. Давайте посмотрим правде в глаза — в Уставе ООН есть инструмент только для пресечения военных действий со стороны стран, которым и так не хватает сил для развязывания войны. Угроза крупномасштабного конфликта заключается не в их ссорах между собой. Такие ссоры могут быть ограниченными и изолированными.

Угроза заключается скорее в том, что малые державы действуют в интересах великого соседа и сами провоцируются этим соседом на свои действия. Но в этом случае привилегия вето, которая делает крупную державу невосприимчивой к действиям Организации Объединенных Наций, может привести к тому, что маленькая страна-сателлит станет неуязвимой. Превентивный механизм работает безотказно до тех пор, пока не будет достигнута точка реальной опасности, точка, в которой нация достаточно сильна, чтобы развязать мировую войну, и тогда она может погибнуть.

На самом деле мы можем предположить, что каждая маленькая страна может подвергнуться искушению и давлению, чтобы искать покровителя у большой державы. Только таким образом она может получить косвенную долю в монополии на контроль, которой наделена «Большая пятерка». Один из недостатков Хартии, господин президент, заключается в том, что ее карательные и принудительные рычаги могут быть применены только против действительно маленькой независимой нации». (Ирак — прекрасный пример прогнившего Устава ООН).

«Ценой своей независимости одна из этих наций могла бы освободиться от принудительного авторитета устава, просто заключив сделку с государством, обладающим правом вето…»

Сенатор Хайрам У. Джонсон, один из немногих, не считая сенатора Уолша, который видел Устав ООН насквозь, заявил следующее:

«В некоторых отношениях это довольно слабая система. Она ничего не делает, чтобы остановить войну, спровоцированную любой из держав большой пятерки; дает каждой нации полную свободу вести войну. Поэтому наша единственная надежда сохранить мир во всем мире состоит в том, что ни одна из стран большой пятерки не решит развязать войну…»

То, что у американского народа нет защиты и нет возможности прибегнуть к военному потенциалу Организации Объединенных Наций, было подтверждено войной в Персидском заливе, когда президент Буш взбесился, попирая ногами положения Конституции. Если бы президент Буш следовал надлежащим процедурам и попытался добиться объявления войны, войны в Персидском заливе никогда бы не произошло, потому что ему было бы отказано. Миллионы иракцев и более 300 американских военнослужащих не погибли бы понапрасну.

Президент не является главнокомандующим нашими вооруженными силами до тех пор, пока Конгресс не издаст юридически оформленное объявление войны и нация официально не вступит в войну. Если бы президент всегда был Главнокомандующим, его должность обладала бы теми же полномочиями, что и у короля, что прямо запрещено Конституцией. До войны в Персидском заливе CNN принимала ложную посылку о том, что Буш, как главнокомандующий нашими вооруженными силами, имел право самостоятельно отправлять войска в бой. Эта опасная интерпретация была быстро подхвачена средствами массовой информации, и сегодня ее принимают как факт, хотя это не так.

Грубый обман, применяемый к американскому народу, заключается в том, что президент всегда является главнокомандующим вооруженными силами. Члены Сената и Палаты представителей настолько плохо осведомлены о Конституции, что позволили президенту Джорджу Бушу уйти от ответственности, отправив почти 500 000 военнослужащих в Персидский залив для ведения войны за интересы «Бритиш Петролеум» и утоления личной ненависти к Саддаму Хусейну. Буш тут же потерял доверительные отношения с американским народом, которые он должен был ценить. Президент Билл Клинтон недавно использовал это ошибочное толкование понятия «главнокомандующего», чтобы попытаться обязать военных принимать гомосексуалистов на службу, на что у него нет полномочий. Это не столько вопрос морали, сколько вопрос превышения президентом своих полномочий.

Трагическая правда об американских военнослужащих, отправленных на войну — как это было с Организацией Объединенных Наций во время войн в Корее и Персидском заливе, — заключается в том, что те, кто погиб в этих войнах, погибли не за свою страну, поскольку смерть за нашу страну под нашим флагом представляет собой акт суверенитета, который полностью отсутствовал в войнах в Корее и Персидском заливе. Поскольку ни Совет Безопасности, ни какая-либо другая структура ООН не обладает никаким суверенитетом, флаг ООН бессмысленен во всех смыслах.

Ни одна резолюция Совета Безопасности ООН, прямо или косвенно затрагивающая Соединенные Штаты, не имеет никакой юридической силы, поскольку такие резолюции принимаются органом, который сам по себе не обладает суверенитетом. Конституция США выше любого так называемого мирового органа, и это, в частности, включает Организацию Объединенных Наций, Конституция США выше любого соглашения или договорного соглашения, заключенного с любой нацией или группой наций, независимо от того, связаны они с Организацией Объединенных Наций или нет. Но Организация Объединенных Наций де-факто и де-юре наделяет президента Соединенных Штатов неограниченными диктаторскими полномочиями, не предоставленными Конституцией.

Издав прокламацию (исполнительный приказ) непосредственно от имени Совета Безопасности ООН во время войны в Персидском заливе, президент Буш обходил Конституцию. Палата представителей и Сенат, тем временем, не выполнили свой конституционный долг по пресечению незаконного издания такого приказа. Они могли бы сделать это, отказавшись финансировать войну. Ни Палата представителей, ни Сенат не имели права и не имеют его сейчас, финансировать соглашение (или договор) с мировым органом, который ставит себя выше Конституции США, особенно там, где этот всемирный орган не обладает суверенитетом, и, что более важно, там, где этот орган угрожает безопасности Соединенных Штатов.

Общественный закон № 85766, Раздел 1602 гласит:

«…Никакая часть средств, выделенных в этом или в любом другом Акте, не должна использоваться для оплаты… любому лицу, фирме или корпорации или любой комбинации лиц, фирм или корпораций за проведение исследования или планирование того, когда, как или при каких обстоятельствах правительство Соединенных Штатов должно передать эту страну и ее народ какой-либо иностранной державе».

Общественный закон № 471, Раздел 109 далее гласит:

«Незаконно использовать средства для любого проекта, который продвигает Одно Мировое правительство или Одно Мировое гражданство».

Итак, как Организация Объединенных Наций справилась с этой основой права? Войны в Корее, Вьетнаме и Персидском заливе также нарушали Конституцию США, поскольку они нарушали статью 1, раздел 8, пункт 11: «Конгресс должен иметь право объявлять войну». В нем не говорится что Госдепартамент, Президент или ООН имеют такое право.

Организация Объединенных Наций хотела бы, чтобы мы обязали нашу страну вести войну на иностранных территориях, но в пункте 1 раздела 10 статьи 1 говорится, что не должно быть никаких положений, согласно которым Соединенные Штаты как нация могут брать на себя обязательства по ведению войн в зарубежных странах. Более того, пункт 1 раздела 8 статьи 1 разрешает расходовать налоговые поступления только на следующие цели:

(1) «… выплатить долги, обеспечить общую оборону и общее благосостояние Соединенных Штатов».

В нем ничего не говорится о выплате взносов (дани) Организации Объединенных Наций или любому другому мировому органу, и никому не даются полномочия, чтобы разрешить это. Кроме того, существует запрет, содержащийся в пункте 1 раздела 10 статьи 1, который гласит:

(2) «Ни один штат не должен без согласия Конгресса…содержать войска или военные корабли в мирное время… или участвовать в войне, если только они не подвергнутся реальному вторжению или неминуемой опасности такового».

Поскольку со времен Второй мировой войны не было действительного Конституционного объявления войны Конгрессом, Соединенные Штаты находятся в состоянии мира, и поэтому наши войска, размещенные в Саудовской Аравии или где-либо в регионе Персидского залива, Ботсване и Сомали, находятся там в нарушение Конституции, и их следует не финансировать, а немедленно вернуть домой.

Животрепещущий вопрос для Соединенных Штатов должен звучать так: «Как ООН могла санкционировать применение силы против Ирака (т. е. объявить войну), когда у нее нет суверенитета, и почему наши представители пошли на такую пародию и нарушение нашей Конституции? Почему наши представители пошли на такие грубые нарушения Конституции, которую они поклялись соблюдать?» Более того, ООН не обладает суверенитетом, который необходим для заключения договора с США, согласно нашей собственной Конституции.

Что представляет собой суверенитет? Он основан на достаточной территории, законно определенной единой валюте, значительном населении в четко очерченных границах, которые определенно поддаются измерению. Организация Объединенных Наций никак не соответствует ни одному из этих требований, и что бы ни говорили наши политики, ООН никогда не может считаться суверенным органом с точки зрения определения суверенитета в Конституции США. Следовательно, из этого следует, что мы никогда не сможем заключить договор с ООН — ни сейчас, ни когда-либо. Объяснение может заключаться в том, что либо по явному незнанию Конституции, либо во имя верной службы Комитета 300, сенаторы в 1945 году согласились с Уставом ООН в нарушение своей присяги защищать и поддерживать Конституцию США.

Организация Объединенных Наций — это бездеятельная, лишенная корней пиявка, паразит, питающийся своим американским хозяином. Если в этой стране есть какие-либо войска ООН, им следует немедленно приказать уйти, поскольку их присутствие на нашей земле является осквернением нашей Конституции, и те, кто дал присягу соблюдать Конституцию, не должны, более того, не могут с этим мириться. Организация Объединенных Наций является постоянным продолжением фабианско-социалистической платформы, созданной в 1920 году, каждый элемент которой в настоящее время выполнен в точном соответствии с фабианско-социалистическим планом для Америки. Присутствие Организации Объединенных Наций в Камбодже, ее бездействие в Боснии и Герцеговине говорит само за себя.

Некоторые законодатели видели договор об ООН насквозь Одним из таких бдительных законодателей была представительница штата Иллинойс Джесси Самнер:

«Господин председатель, вы, конечно, знаете, что мирная программа нашего правительства — это не про мир. Движение возглавляют все те же старые поджигатели войны, все еще маскирующиеся под принцев мира, которые вовлекли нас в войну, притворяясь, что их целью было удержать нас от войны (очень подходящее описание дипломатии обмана). Подобно Ленд-лизу и другим законопроектам, которые вовлекли нас в войну, обещая удержать нас от войны, эта мера (Договор ООН) будет вовлекать нас в каждую последующую войну».

К члену Палаты представителей Самнер присоединился еще один информированный законодатель, член Палаты представителей Лоуренс Х. Смит:

«Проголосовать за это предложение — значит одобрить мировой коммунизм. Иначе почему оно пользуется полной поддержкой коммунистов всех оттенков в других странах? Эта мера (ООН) наносит удар по самому сердцу Конституции. Она предусматривает, что право объявлять войну должно быть отобрано у Конгресса и передано президенту. Вот в чем суть диктатуры и диктаторского контроля, которым все остальное неизбежно должно следовать».

Смит далее заявил:

«Президенту даны абсолютные полномочия (которых Конституция США не дает), чтобы в любое время, которое он выберет, и под любым предлогом вырывать наших сыновей и дочерей из их домов, чтобы сражаться и умирать в бою, столько, сколько заблагорассудится ему самолму и большинству членов международной организации. Имейте в виду, что Соединенные Штаты будут в меньшинстве, так что политика, касающаяся продолжительности пребывания наших солдат на чужих землях в любых будущих войнах, будет больше зависеть от иностранных государств, чем от нашей собственной…»

Опасения Смита оказались обоснованными, потому что это именно то, что сделал президент Буш, когда он вырвал наших сыновей и дочерей из их домов и отправил их сражаться в войне в Персидском заливе под флагом Организации Объединенных Наций, всемирной организации, которая не обладает суверенитетом. Разница между договором (на который претендовали документы, принятые Сенатом в 1945 году) и соглашением заключается в том, что договор требует суверенитета, тогда как соглашение не требует.

В 1945 году Сенат США дебатировал всего три дня — если это можно назвать обсуждением вопроса о договорах. Как мы все знаем, договоры имеют тысячелетнюю историю, и Сенат не мог и действительно не стал изучать Устав ООН в полном объеме тех ресурсов, которые были ему доступны. Государственный департамент США послал своих самых коварных персонажей лгать и сбивать с толку сенаторов. Хорошим примером этого было свидетельство покойного Джона Фостера Даллеса, одного из 13 крупнейших американских иллюминатов, члена Комитета 300 и сторонника Единого мирового правительства до кончиков пальцев.

Даллесу и его команде, отобранным Комитетом 300, было поручено ниспровергнуть Сенат и полностью запутать его членов, большинство из которых мало что знали о Конституции, что довольно ясно доказывает протокол Конгресса. Даллес говорил криво, нагло лгал и лицемерил, когда думал, что его могут уличить во лжи. Совершенно предательское шоу.

Даллес пользовался поддержкой сенатора У. Лукаса, агента банкиров, внедренного в Сенат. Вот что сенатор Лукас выдал от имени своих хозяев, банкиров с Уолл-стрит:

«… Я очень решительно отношусь к этому (Уставу ООН), потому что сейчас настало время сенаторам определить, что означает устав. Мы не должны ждать год или полтора, когда условия будут иными (по сравнению с непосредственным послевоенным временем). Я не хочу, чтобы какой-либо сенатор отозвал свое решение раньше, чем через полтора года…»

Очевидно, что это молчаливое признание сенатора Дж. Лукас подразумевал, что для того, чтобы Сенат должным образом изучил Устав ООН, потребовалось бы по меньшей мере восемнадцать месяцев. Это было также признанием того, что, если документы будут изучены, договор будет отклонен.

К чему такая неподобающая спешка? Если бы здравый смысл возобладал, если бы сенаторы выполнили свою домашнюю работу, они бы увидели, что потребовался бы по меньшей мере год, а возможно, и два года, чтобы должным образом изучить и проголосовать по представленному им уставу. Если бы сенаторы в 1945 году сделали это, тысячи военнослужащих все еще были бы живы сегодня, вместо того чтобы пожертвовать своими жизнями ради несуверенной власти Организации Объединенных Наций.

Как бы шокирующе ни звучала правда, суровый факт заключается в том, что Корейская война была неконституционной войной от имени несуверенной власти. Следовательно, наши храбрые солдаты умирали не за свою страну. То же самое было и во время войны в Персидском заливе. Будет еще много «Корейских войн»: война в Персидском заливе и Сомали станут следствием неспособности Сената США отклонить Договор ООН в 1945 году. Из-за этого Соединенные Штаты участвовали во многих неконституционных войнах.

В своей знаковой работе по конституционному праву судья Томас М. Кули писал:

«Конституция сама по себе никогда не уступает договору или постановлению. Она не меняется со временем и теоретически не подчиняется силе обстоятельств… Конгресс черпает свои полномочия по изданию законов из Конституции, которая является мерилом его полномочий. И любой акт Конгресса, который противоречит его положениям или выходит за рамки предоставленных им полномочий, является неконституционным, следовательно, не является законом и ни для кого не обязателен… Конституция не налагает ограничений на власть, но подразумевает, что ничто в ней не может быть направлено на ее изменение, или лишить любой департамент федерального правительства или правительства любого штатов его конституционной власти — договор, заключенный Конгрессом и Сенатом, не может иметь приоритет Конституцией».

Профессор Герман фон Хойст в своем монументальном труде «Конституционное право Соединенных Штатов» писал:

«Что касается объема власти, предоставляемой договорами, то в Конституции об этом ничего не сказано, но она, очевидно, не может быть неограниченной. Власть существует только в соответствии с Конституцией, и поэтому любой договор, несовместимый с каким-либо положением Конституции, является неприемлемым и, согласно Конституционному закону, ipso facto[11] недействительным».

Договор Организации Объединенных Наций нарушает по меньшей мере дюжину положений Конституции, и поскольку «договор» не может отменить Конституцию, все без исключения резолюции Совета Безопасности являются недействительными в той мере, в какой они затрагивают Соединенные Штаты. Это включает в себя наше предполагаемое членство в этой паразитической организации. Соединенные Штаты никогда не были членом Организации Объединенных Наций, не являются им сейчас и никогда не смогут быть, за исключением случаев, когда мы, народ[12], согласимся с тем, чтобы Сенат внес поправки в Конституцию и ратифицировал их всеми Штатами, разрешающие членство в Организации Объединенных Наций.

Существует огромное количество случаев, когда прецедентное право подтверждает это утверждение. Поскольку все они не могут быть включены сюда, я упомяну три случая, когда этот принцип был установлен: «Черокки Тобакко» против Соединенных Штатов, Уитни против Робертсона и Годфри против Риггса.

Подводя итог нашей позиции в отношении членства в ООН: Мы, суверенный народ Соединенных Штатов, не обязаны подчиняться никаким резолюциям ООН, поскольку принятие Сенатом Устава Организации Объединенных Наций, который призван привести Конституцию в соответствие с законодательством Организации Объединенных Наций, противоречит положениям Конституции и, следовательно, ipso facto является недействительным.

В 1945 году сенаторов убедили в том, что договор обладает полномочиями, превосходящими Конституцию. Очевидно, сенаторы не читали того, что хотел сказать Томас Джефферсон: «Считать полномочия по заключению договоров безграничными — значит превратить Конституцию в чистую бумагу».

Если бы сенаторы в 1945 году удосужились ознакомиться с огромным количеством информации, содержащейся в отчетах Конгресса, в том, что касается заключения договоров и соглашениях, они бы не действовали в неведении, одобряя Устав Организации Объединенных Наций.

Организация Объединенных Наций на самом деле является Единым Мировым правительством, созданным с целью отмены Конституции США, что, несомненно, является намерением ее первоначальных создателей, фабианистов Сиднея и Беатрис Уэбб, доктора Лео Пасвольски и Леонарда Вулфа. Хороший источник подтверждения вышесказанного можно найти в книге Роуз Мартин «Фабианское шоссе, большая дорога к социализму в США».

Основу социалистического заговора с целью свержения Соединенных Штатов можно найти в таких газетах, как «Нью Стейтсмен» и «Нью Рипаблик». Оба были опубликованы примерно в 1915 году, и копии находились в Британском музее в Лондоне, когда я там учился. В 1916 году Брентанес из Нью-Йорка опубликовал те же документы под названием «Международное правительство», сопровождаемые бурными похвалами со стороны социалистов всех мастей в США.

Был ли Устав Организации Объединенных Наций на самом деле написан предателем Элджером Хиссом, Молотовым и Пасвольским? Доказательств обратного предостаточно, но в основном произошло то, что КИМО взяла социалистический документ Беатрис Уэбб Фабиан и отправила его президенту Вильсону для включения его положений в законодательство США. Документ не был прочитан президентом Вильсоном, но передан полковнику Хаусу для немедленных действий.

Вильсон, да и все президенты после него, всегда послушно исполняли любой приказ наших британских хозяев из Чатем-хауса. Полковник Хаус удалился в свой летний дом «Магнолия» в Массачусетсе 13–14 июля 1918 года и вместе с профессором Дэвидом Х. Миллером из Гарвардской исследовательской группы, чтобы проработать британские предложения о создании Единого мирового правительственного органа.

Хаус вернулся в Вашингтон с предложением из 23 статей, которое Министерство иностранных дел Великобритании приняло как составляющее основу Лиги Наций. Это было не что иное, как попытка подорвать Конституцию США. Проект «Палаты представителей» был направлен британскому правительству на утверждение, а затем сокращен до 14 статей.

Так родились «14 пунктов» Вильсона, на самом деле не Вильсона, а скорее британского правительства, которому помог социалист Уолтер Липпман, которые затем легли в основу документа, представленного Парижской мирной конференции. (Когда речь идет о подрывных тайных обществах, следует отметить, что слово «мир» используется строго в коммунистическом-социалистическом смысле.)

Если бы сенаторы проделали свою домашнюю работу в 1945 году, они бы быстро обнаружили, что Договор об Организации Объединенных Наций был ничем иным, как подогретой версией социалистического документа, придуманного британскими фабианистами и поддержанного их американскими кузенами. Это вызвало бы тревогу. Если бы сенаторы узнали, кем на самом деле были предатели, подсунувшие нам Лигу Наций, они, несомненно, без колебаний отклонили бы этот документ.

Очевидно, что сенаторы не знали, на что они смотрели, судя по замечаниям, сделанным сенатором Гарольд А. Бертон:

«У нас снова есть шанс восстановить и учредить не Лигу Наций, а нынешний Устав Организации Объединенных Наций, хотя 80 процентов его положений (в Уставе ООН) по существу те же, что и в Лиге Наций в 1919 году…»

Если бы сенаторы прочитали Отчет Конгресса о Лиге Наций, особенно страницы 8175–8191, они бы нашли подтверждение словам сенатора Бертона о том, что Устав ООН был не чем иным, как обновленным Уставом Лиги Наций. У них должны были возникнуть подозрения по поводу передачи Лигой своих активов предлагаемой Организации Объединенных Наций. Они также заметили бы, что задача преобразования современной версии Лиги была выполнена группой развращенных людей, не заинтересованных в благополучии Соединенных Штатов: Элджером Хиссом, чьим наставником был разрушитель Конституции Феликс Франкфуртер, Лео Посвольским, а за ними международными банкирами, олицетворяемыми Ротшильдами, Варбургами и Рокфеллерами.

Бывший конгрессмен Джон Рэрик очень хорошо выразился об этом, назвав Организацию Объединенных Наций «Созданием Невидимого правительства». Если бы сенаторы хотя бы мельком заглянули в историю обновленной Лиги Наций, они бы обнаружили, что ее Устав был восстановлен в Чатем-хаусе, а в 1941 году отправлена с инструкциями КИМО государственному секретарю Корделлу Халлу (выбранному Советом по международным отношениям, как и каждый госсекретарь с 1919 года), и приказом ввести его в действие.

Время было выбрано идеально, через 14 дней после Перл-Харбора, когда наши британские хозяева сочли, что это не привлечет особого общественного внимания, и в любом случае, учитывая ужас Перл-Харбора, общественное мнение было бы благоприятным. Итак, 22 декабря 1941 года международные банкиры из Комитета 300 поручили Корделлу Халлу проинформировать президента Рузвельта о его роли в создании «новой и улучшенной» версии Лиги Наций.

Дочерний орган КИМО, Совет по международным отношениям (СМО), рекомендовал Рузвельту немедленно отдать распоряжение о создании Президентского консультативного комитета по послевоенной внешней политике. Вот как СМО рекомендовал предпринять соответствующие действия:

«Чтобы Устав Организации Объединенных Наций стал Высшим Законом страны, и чтобы судьи в каждом штате были связаны им, и чтобы ничто в конституции любого штата, противоречащее этому, не противоречило».

Если бы в 1945 году сенаторы потрудились посмотреть, то они бы обнаружили, что директива СМО была равносильна ГОСУДАРСТВЕННОЙ ИЗМЕНЕ, которой они не могли бы потворствовать не нарушая своей клятвы соблюдать Конституцию. Они бы обнаружили, что в 1905 году группа международных банкиров полагала, что они могут подорвать Конституцию, используя мировую организацию в качестве своего проводника, и что директива СМО была всего лишь частью этого продолжающегося процесса.

Договор не может быть юридически поставлен выше Конституции, и все же договор ООН имел приоритет над Конституцией. Конституция или любая ее часть не может быть просто отменена Конгрессом, но договор может быть приостановлен или вообще отменен. Конституция гласит, что договор — это всего лишь закон, который может быть отменен Конгрессом двумя способами:

(1) Принять закон, который отменит договор.

(2) Прекратить финансирование договора.

Чтобы избежать подобных злоупотреблений властью, мы, суверенный народ, должны потребовать, чтобы наше правительство прекратило финансирование Организации Объединенных Наций, которое чаще всего выражается как «членские взносы». Конгресс должен принять разрешающий закон для финансирования всех обязательств Соединенных Штатов, но для Конгресса явно незаконно принимать разрешающие средства для незаконных целей, таких как наше предполагаемое членство в Организации Объединенных Наций, которое поставило себя выше Конституции. Если бы сенаторы в 1945 году провели надлежащее исследование, и если бы они не позволили Даллесу морочить голову, лгать, лицемерить, обманывать и вводить их в заблуждение, они бы обнаружили следующий обмен мнениями между сенаторами Генри М. Теллером и Джеймсом Б. Алленом и сделали бы из него выводы. Вот этот обмен мнениями:

Сенатор Теллер: «Не может быть никакого договора, который связывал бы правительство Соединенных Штатов в отношении увеличения доходов».

Сенатор Аллен: «Очень хорошо. Это по самой своей природе является исключительно внутренним делом и не может быть предметом договора».

Сенатор Теллер: «Это не потому, что это внутреннее дело; это потому, что Конституция передала это дело исключительно в руки Конгресса».

Сенатор Аллен: «Нет, господин президент, не обязательно так, потому что повышение доходов — это чисто внутреннее дело. Это лежит в основе жизни нации, и оно должно осуществляться только правительством, без согласия или участия иностранной державы (или всемирной организации)…»

Договор не является высшим законом страны. Это всего лишь закон, и притом даже не надежный закон. Любой договор, который ставит Конституцию под угрозу, ipso facto немедленно становится недействительным. Кроме того, договор может быть нарушен. Это хорошо доказано в «Праве наций» Ваттеля на странице 194:

«В 1506 году генеральные штаты королевства Франции, собравшиеся в Торе, заставили Людовика XII разорвать договор, который он заключил с императором Максимилианом и эрцгерцогом Филиппом, его сыном, потому что договор был пагубен для королевства. Они также решили, что ни договор, ни сопровождавшая его клятва не могут быть обязательными для королевства, которое не имело права отчуждать собственность короны….»

Безусловно, договор Организации Объединенных Наций разрушителен для национальной безопасности и благополучия Соединенных Штатов. Поскольку поправка к конституции, которая необходима для того, чтобы Соединенные Штаты были членом Организации Объединенных Наций, не была принята 50 штатами, мы не являемся членом Организации Объединенных Наций. Такая поправка подчинила бы себе право Конгресса объявлять войну и передала бы объявление войны в руки Организации Объединенных Наций на более высоком уровне, чем это предусмотрено Конституцией, поставив американских военнослужащих под контроль и командование Организации Объединенных Наций.

Кроме того, потребовалась бы поправка к Конституции, чтобы включить объявление войны Организацией Объединенных Наций и Соединенными Штатами в один и тот же документ или даже быть связанным с ним либо прямо, либо косвенно. Только по этому одному пункту Организация Объединенных Наций угрожает безопасности Конституции, и поэтому только по этому пункту наше членство в Организации Объединенных Наций совершенно определенно является недействительным и не должно быть оставлено в силе. Сенатор Лангер, один из двух сенаторов, проголосовавших против Хартии ООН, предупредил своих коллег в июле 1945 г., что договор таит в себе опасность для Америки.

В 1945 году, устав от войны, сенаторы думали, что Организация Объединенных Наций станет средством прекращения войн. Они и не подозревали, что цель Организации Объединенных Наций была прямо противоположной. Теперь известно, что только пять сенаторов фактически прочитали хартию, написанную Элджером Хиссом, перед голосованием по договору.

Целью Организации Объединенных Наций, или, скорее, целью людей, стоящих за ней, является не мир, даже в коммунистическом смысле этого слова, а фактически мировая революция, свержение хорошего правительства и хорошего порядка и уничтожение установившейся религии. Социализм и коммунизм сами по себе не обязательно являются целью, они всего лишь средства для достижения цели. Экономический хаос, который сейчас творится в Соединенных Штатах, является гораздо более мощным средством достижения этой цели.

Мировая революция, неотъемлемой составляющей которой является Организация Объединенных Наций, — это совершенно другое дело, ее целью является полное ниспровержение моральных и духовных ценностей, которыми веками пользовались западные нации. Как часть этой цели, лидерство христианства волей-неволей должно быть уничтожено, и это уже в значительной степени было достигнуто путем размещения лжепророков там, где они оказывают огромное влияние. Билли Грэм и Роберт С. Шулер — два хороших примера так называемых христианских лидеров, которые таковыми не являются. Большая часть этой программы революции была подтверждена Франклином Д. Рузвельт в своей книге «Наш путь».

Если читать между строк преступного Устава ООН, то можно обнаружить, что многое из целей, изложенных в предыдущих параграфах, подразумевается, и даже в некоторых случаях даже прописано в пагубном «договоре», который, если мы ничего не предпримем, растопчет нашу Конституцию и сделает из нас рабов диктатуры самого дикого и репрессивного типа под руководством Единого Мирового правительства.

Подводя итог, можно сказать, что цели бушующей сейчас духовной и нравственной мировой революции — и нигде так сильно, как в Соединенных Штатах, — таковы:

(1) Разрушение западной цивилизации.

(2) Роспуск законного правительства.

(3) Уничтожение национализма, а вместе с ним и идеала патриотизма.

(4) Доведение народа Соединенных Штатов до нищеты с помощью дифференцированных подоходных налогов, налогов на имущество, налогов на наследство, налогов с продаж и так далее, пока от них не начнет тошнить.

(5) Отмена данного Богом права на частную собственность путем обложения налогом собственности на существование и нацеливания на наследование все больших и больших налогов. (Президент Клинтон уже сделал гигантский шаг по этому пути.)

(6) Разрушение семейной ячейки через «свободную любовь», аборты, лесбиянство и гомосексуальность. (И здесь президент Клинтон твердо отстаивает эти революционные цели, тем самым уничтожая любые сохраняющиеся сомнения относительно того, какую позицию он занимает по отношению к силам мировой революции.)

В Комитете 300 работает огромное количество специалистов по дипломатии обмана, которые заставляют нас поверить, что крайне опасные и часто разрушительные изменения происходят в «меняющиеся времена», как будто их направление может измениться без какой-либо силы, вынуждающей к таким изменениям. В Комитете работает огромное количество «учителей» и «лидеров», чья единственная задача в жизни — обмануть как можно больше людей, заставив их поверить в то, что серьезные изменения «просто происходят» и поэтому, конечно же, должны быть просто приняты.

С этой целью эти «лидеры», которые находятся в авангарде реализации «социальных программ» Коммунистического манифеста, умело использовали методы Тавистокского института человеческих отношений, такие как «внутренняя направленная обусловленность» и «Исследование операций», чтобы заставить нас принять изменения так, как если бы они изначально были нашими собственными идеями.

Критический анализ Устава ООН показывает, что он лишь незначительно отличается от Манифеста коммунистической партии 1848 года, полная и неизмененная копия которого хранится в Британском музее в Лондоне. Существует выдержка из манифеста, предположительно являющегося работой Карла Маркса (Мордехая Леви) и Фридриха Энгельса, но на самом деле написанного членами Общества Иллюминатов, которые все еще очень активны сегодня через 13 высших членов совета в Соединенных Штатах.

В 1945 году абсолютно ничего из этой жизненно важной информации не было просмотрено сенаторами, которые изо всех сил старались подписать опасный документ. Если бы наши законодатели знали Конституцию, если бы наш Верховный суд поддержал ее, тогда мы смогли бы повторить слова покойного сенатора Сэма Эрвина, великого ученого-конституциониста, которым так восхищаются либералы из-за его работы по Уотергейту: «При свете дня мы ни за что не вступим в Организацию Объединенных Наций», и заставить наших законодателей признать тот факт, что Конституция США имеет первостепенное значение над любым договором.

Организация Объединенных Наций — это орган, ведущий войну. Она стремится передать полномочия в руки исполнительной ветви, а не туда, где ей место: в законодательную ветвь. Возьмем примеры Корейской войны и войны в Персидском заливе. В последнем случае Организация Объединенных Наций, а не Сенат и не Палата представителей предоставила президенту Бушу полномочия начать войну против Ирака, тем самым позволив ему использовать дипломатию обмана в качестве средства обхода предусмотренного Конституцией объявления войны. Президент Гарри Трумэн использовал такую же несанкционированную власть для Корейской войны.

Если мы, суверенный народ, будем продолжать верить, что Соединенные Штаты юридически являются членом Организации Объединенных Наций, то мы должны быть готовы к новым незаконным действиям наших президентов, таким, какие мы видели при вторжении в Панаму и войне в Персидском заливе. Действуя в соответствии с резолюциями Совета Безопасности, президент Соединенных Штатов может взять на себя полномочия короля или диктатора. Эти полномочия прямо запрещены Конституцией.

В соответствии с полномочиями, предоставленными президенту резолюциями Совета Безопасности ООН, президент сможет втянуть нас в любые будущие войны, которые, по его мнению, мы должны вести. Основа для этого метода саботажа процедур объявления войны, предусмотренных Конституцией, была опробована и осуществлена в дни, предшествовавшие войне в Персидском заливе, которая, без сомнения, навсегда будет использоваться в качестве прецедента для будущих необъявленных войн в поддержку стратегии дипломатии обмана. Войны приводят к далеко идущим изменениям, которые не могут быть достигнуты дипломатией.

Чтобы внести полную ясность относительно процедур, установленных Конституцией, которые должны быть соблюдены ДО того, как Соединенные Штаты смогут вступить в войну, давайте рассмотрим их:

(1) И Сенат, и Палата представителей должны принять отдельные резолюции, объявляющие, что между Соединенными Штатами и другой нацией существует враждебное состояние. В этой связи нам необходимо изучить слово «враждебность», поскольку без «враждебности» не может быть намерения начать войну.

(2) Затем Палата представителей и Сенат должны по отдельности принять резолюции, объявляющие, что между враждебной нацией или нациями и Соединенными Штатами существует состояние войны. Это официально ставит Америку в известность о том, что она вот-вот вступит в войну.

(3) Затем Палата представителей и Сенат должны принять отдельные резолюции, информирующие военных о том, что Соединенные Штаты в настоящее время находятся в состоянии войны с враждебной нацией или нациями.

(4) Затем Палата представителей и Сенат должны решить, будет ли война «несовершенной» или «совершенной». Несовершенная война означает, что в нее может быть вовлечен только часть вооруженных сил, в то время как совершенная война означает, что каждый мужчина, женщина и ребенок в Соединенных Штатах находятся в открытой войне с каждым мужчиной, женщиной и ребенком другой нации или народов. В последнем случае задействованы все виды вооруженных сил.

Если президент не получит конституционное объявление войны от Конгресса, все без исключения военнослужащие США, отправленные для ведения необъявленной войны, должны вернуться в Соединенные Штаты в течение 60 дней с даты их отправки (это жизненно важное положение в большинстве случаев утратило силу). Легко видеть, как президент Буш попирал Конституцию паровым катком, наши военные все еще находятся в состоянии войны с Ираком и все еще используются для обеспечения незаконной блокады ООН. Если бы у нас было правительство, которое действительно соблюдает Конституцию, война в Персидском заливе никогда бы не началась, и наши войска сейчас не были бы на Ближнем Востоке или, если уж на то пошло, в Сомали.

Такие меры по объявлению войны были разработаны специально для того, чтобы Соединенные Штаты случайно не оказались втянутыми в войну, и именно поэтому президент Буш предпринял окончательную попытку обойти Конституцию, чтобы втянуть нас в войну в Персидском заливе. Организация Объединенных Наций также не имеет полномочий навязывать Соединенным Штатам правило, предписывающее нам соблюдать экономическую блокаду Ирака или любого другого государства, поскольку Организация Объединенных Наций не обладает суверенитетом. Мы рассмотрим войну в Персидском заливе в следующих главах.

Эти полномочия, предоставленные de facto не президенту, а законодательной власти, делают ООН самым могущественным органом в мире благодаря резолюциям Совета Безопасности. С тех пор как мы отказались от джефферсоновской формы нейтралитета, нами правит череда бродяг, один за другим, которые грабили Америку по своему желанию и продолжают это делать. Именно Томас Джефферсон выступил с суровым предупреждением, которое наши избранники в Конгрессе беспечно проигнорировали, о том, что Америка будет разрушена тайными сделками с иностранными правительствами, желающими разделить американский народ и управлять им, чтобы интересы иностранных правительств были поставлены выше нужд нашего собственного народа.

Иностранная помощь — это не что иное, как программа по разграблению природных ресурсов стран и передаче денег налогоплательщиков США диктаторам в этих странах, чтобы Комитет 300 мог извлекать непристойные выгоды из незаконного грабежа, в то время как американский народ, ничем не лучше рабов египетских фараонов, стонет под огромным бременем «иностранной помощи». В главе об убийствах мы приводим Бельгийское Конго в качестве хорошего примера того, что мы имеем в виду. Бельгийским Конго управляли в интересах Комитета 300, а не конголезского народа.

Организация Объединенных Наций использует иностранную помощь как средство для разграбления ресурсов суверенных государств. Ни у одного пирата или грабителя дела никогда не шли так хорошо. Даже у Кубла Хана не получалось грабить так гладко, как это делали Ротшильды, Рокфеллеры, Варбурги и им подобные. Если нация не проявит энтузиазма, отдавая свои богатства, как это было в случае с Конго, которая пыталась защитить свои природные ресурсы, будут задействованы войска ООН и принудят ее к соблюдению, даже если это означает убийство гражданских лиц. Именно это войска ООН и совершили в Конго, свергнув и убив его лидера Патрисом Лумумбой. Продолжающаяся попытка убийства президента Ирака Хусейна является еще одним примером того, как Организация Объединенных Наций подрывает законодательство США и законы независимых государств.

Вопрос в том, как долго мы, суверенный народ, будем продолжать терпеть наше незаконное членство в этом Единственном Мировом правительстве? Только суверенный народ может приказать своим слугам в Палате представителей и Сенате немедленно отменить наше членство во всемирной организации, которое наносит ущерб благополучию США.

Глава 2. Военное преступление в Персидском заливе

Самая последняя из войн, проводимых под прикрытием дипломатии обмана, война в Персидском заливе, отличается от других тем, что Комитет 300, Совет по международным отношениям, иллюминаты и бильдербергцы не смогли должным образом замести свои следы. Таким образом, войну в Персидском заливе легче всего проследить до Чатем-хауса и Гарольда Пратта-хауса, и, к счастью для нас, это одна из самых простых для доказательства тезиса о дипломатии обмана.

Войну в Персидском заливе следует рассматривать как отдельный компонент общей стратегии Комитета 300 в отношении ближневосточных нефтедобывающих исламских государств. Здесь можно дать лишь краткий исторический обзор. Важно знать правду и освободиться от пропаганды лиц, формирующих общественное мнение на Мэдисон-авеню, также известных как «рекламные агентства».

Британские империалисты при содействии своих американских кузенов начали осуществлять свои планы по захвату контроля над всей ближневосточной нефтью примерно в середине 1800-х годов. Преступная война в Персидском заливе была неотъемлемым положением этого плана. Я говорю «преступная», потому что, как объясняется в предыдущей главе, только Конгресс может объявить войну, как это предусмотрено в статье I, раздел 8, пункты 1, 11, 12, 13, 14, 15 и 18 статьи Конституции США. Генри Клей, признанный авторитет в области Конституции, неоднократно заявлял об этом.

Ни одно избранное должностное лицо не может отменять положения Конституции, и бывшему госсекретарю Джеймсу Бейкеру III и президенту Джорджу Бушу следовало бы объявить импичмент за нарушение Конституции. Источник в британской разведке рассказал мне, что когда Бейкер встретился с королевой Елизаветой II в Букингемском дворце, он на самом деле хвастался тем, как он обошел Конституцию, а затем в присутствии королевы отчитал Эдварда Хита, который выступал против войны. Эдвард Хит, бывший премьер-министр Великобритании, был уволен Комитетом 300 за неспособность поддержать политику европейского единства и за его решительную оппозицию войне в Персидском заливе.

Бейкер заявил собравшимся главам государств и дипломатам, что он отвергает попытки втянуть его в обсуждение конституционных вопросов. Бейкер также похвастался тем, как были выполнены его угрозы в адрес иракского народа, и королева Елизавета II одобрительно кивнула. Очевидно, Бейкер и президент Буш, которые также присутствовали на собрании, поставили свою верность Единому Мировому правительству выше присяги Конституции Соединенных Штатов.

Земля Аравия существовала тысячи лет и всегда под этим названием. Ее связывали с Турцией, Персией (ныне Иран) и Месопотамией (ныне Ирак) семьи Вахаби и Абдул Азиза. В 15 веке британцы под руководством черных гвельфов, венецианских грабителей-банкиров, увидели возможности закрепиться в Аравии, где им противостояло племя курайшитов, племя пророка Мухаммеда, посмертного сына хашимитского Абдаллы, из которого произошли династии Фатимы и Аббасидов.

Война в Персидском заливе была лишь продолжением попыток Комитета 300 уничтожить Мухаммеда и хашимитский народ в Ираке. Правителей Саудовской Аравии ненавидят и презирают все истинные последователи ислама, особенно с тех пор, как они позволили «неверным» (американским войскам) разместиться на земле пророка Мухаммеда.

Основные положения мусульманской религии состоят из веры в единого Бога (Аллаха), в его ангелов и его пророка Мухаммеда, последнего из пророков, и веры в его богооткровенный труд, Коран, веры в День Воскресения и Божье предопределение людей. Шесть фундаментальных обязанностей верующих — это декламация исповедания веры, свидетельствующая о единстве Бога и твердом принятии миссии Мухаммеда, пять ежедневных молитв, полный пост в течение месяца Рамадан и паломничество в Мекку, по крайней мере, один раз в жизни верующего.

Строгое соблюдение фундаментальных принципов мусульманской религии делает человека фундаменталистом, но семьи Вахаби и Абдул Азиза (королевская семья Саудовской Аравии) отнюдь не таковы. Королевская семья Саудовской Аравии медленно, но верно отошла от фундаментализма, что конечно не вызвало симпатии у правоверных исламских стран, таких как Ирак и Иран. Сегодня они обвиняют саудитов в том, что последние сделали возможной войну в Персидском заливе. Перескакивая через многовековую историю, мы подходим к 1463 году, когда в Османской империи разразилась великая война, спровоцированная и спланированная венецианскими банкирами-Черными гвельфами. Венецианские гвельфы (которые имеют непосредственное отношение к английской королеве Елизавете II) обманули турок, заставив их поверить, что они друзья и союзники, но османам предстояло усвоить горький урок.

Чтобы понять этот период, мы должны понять, что британское Черное дворянство является синонимом Черного дворянства венецианского. Под предводительством Мухаммеда Завоевателя венецианцы были изгнаны с территории современной Турции. Роль Венеции в мировой истории была намеренно и сильно преуменьшена. И его влияние сегодня недооценивается, например, та роль, которую он сыграл в большевистской революции, обеих мировых войнах и войне в Персидском заливе. Османы были преданы англичанами и венецианцами, которые, как гласит история, «пришли как друзья, но держали за спиной спрятанный кинжал». Это была одна из ранних попыток дипломатии обмана. Это было очень удачно скопировано Джорджем Бушем, выдававшим себя за друга арабского народа.

Благодаря британскому вмешательству турки были отброшены от ворот Венеции, и арабское присутствие прочно утвердилось на полуострове. Британцы и их агент полковник Томас Э. Лоуренс использовали арабов, чтобы повергнуть Османскую империю, а потом предали и их, создав сионистское государство Израиль, посредством Декларации Бальфура. Это хороший пример успешной дипломатии обмана. В период с 1909 по 1915 год британское правительство использовало Лоуренса для руководства арабскими войсками в борьбе с турками и изгнания их из Палестины. Пустота, оставленная турками, была заполнена евреями-иммигрантами, хлынувшими в Палестину в соответствии с условиями Декларации Бальфура.

Британское правительство продолжило свой обман, перебросив британские войска на Синай и в Палестину. Сэр Арчибальд Мюррей заверил Лоуренса, что этот шаг был направлен на предотвращение еврейской иммиграции в соответствии с Декларацией Бальфура, подписанной лордом Ротшильдом, высокопоставленным членом общества Иллюминатов.

Условия, на которых арабы (которым Черная знать Британии поклялась в вечной верности) согласились вмешаться в турецкую кампанию, были согласованы Шарифом Хусейном из Хиджаза и конкретно включали положение о том, что Британия прекратит еврейскую иммиграцию в Палестину, Трансиорданию и Аравию. Хусейн сделал это требование самой сердцевиной соглашения, подписанного с британским правительством.

Конечно, британское правительство никогда не собиралось соблюдать условия своего соглашения с Хусейном, добавляя названия других стран к Палестине, чтобы они могли сказать: «ну, мы действительно не пускали их в эти страны». Это была дипломатия обмана в лучшем виде, потому что сионисты не были заинтересованы в отправке евреев в какую-либо ближневосточную страну, кроме Палестины.

Британское правительство всегда играло с Абдул-Азизом и вахабитами (королевская семья Саудовской Аравии) против Шарифа Хусейна, тайно заключая соглашение с двумя семьями, которые «официально» делали вид, что признают Хусейна королем Хиджаза (что британское правительство и сделало 15 декабря 1916 года). Британское правительство согласилось тайно снабдить две семьи достаточным количеством оружия и денег, чтобы завоевать независимые города-государства Аравии.

Конечно, Хусейн не был посвящен в побочную сделку, и он согласился начать полномасштабное наступление на турок. Это побудило семьи Вахаби и Абдул Азиза собрать армию и начать войну, чтобы взять Аравию под свой контроль. Таким образом, британским нефтяным компаниям удалось заставить Хусейна невольно сражаться с турками от их имени.

При финансовой поддержке Великобритании в 1913 и 1927 годах армии Абдула Азиза и Вахаби провели кровавую кампанию против независимых городов-государств Аравии, захватив Хиджаз, Джауф и Таиф. Священный хашимитский город Мекка подвергся нападению 13 октября 1924 года, что вынудило Хусейна и его сына Али бежать. 5 декабря 1925 года Медина капитулировала после особенно кровопролитного сражения. Британское правительство, в очередной раз продемонстрировав свое искусство дипломатии обмана, не сказало ваххабитам и саудитам, что его истинной целью было осквернение Мекки и общее ослабление ислама, что вызвало глубокое возмущение британских олигархов и их кузенов из Черной знати Венеции.

Британское правительство также не сказало семьям Сауди и Ваххаби, что они были всего лишь пешками в игре по обеспечению Британии аравийской нефтью в противовес претензиям Италии, Франции, России, Турции и Германии. 22 сентября 1932 года саудовско-ваххабитские войска подавили восстание на преимущественно хашимитской территории Трансиордании. После этого Аравия была переименована в Саудовскую Аравию и отныне должна была управляться королем, избранным из двух семей. Таким образом, с помощью дипломатии обмана британские нефтяные компании получили контроль над Аравией[13].

Освободившись при Шарифе Хусейне от османской угрозы и арабского национализма, чтобы распространить свои замыслы еще дальше, британское правительство, действуя от имени своих нефтяных компаний, вступило в новый период дипломатии обмана. Они составили и выступили гарантом договора между Саудовской Аравией, как она теперь называлась, и Ираком, который стал основой целой серии межарабских и межмусульманских пактов, которые, как заявило британское правительство, будут направлены против еврейской иммиграции в Палестину.

Но вопреки тому, что британские лидеры обещали мусульманам, уже была согласована Декларация Бальфура, разрешавшая евреям не только иммигрировать в Палестину, но и сделать ее своей родиной. Это соглашение, излагавшее условия англо-французского соглашения, передавало Палестину под международное управление. Это так же легко сделать современной Организации Объединенных Наций, когда Сайрус Вэнс разделил Боснию и Герцеговину, международно признанную страну, на небольшие анклавы, с тем чтобы Сербия попыталась взять их под свой контроль (а затем предать и сербов).

Затем, 21 ноября 1917 года, было публично объявлено о Декларации Бальфура, в которой говорилось, что британское правительство — а не арабы или палестинцы, которым принадлежала эта земля, — выступает за создание Палестины в качестве национальной родины для еврейского народа. Великобритания пообещала приложить все усилия для содействия достижению этой цели — конечно же сделав дежурную оговорку, о том, что «при этом четко понимается, что не должно быть сделано ничего, что могло бы нанести ущерб гражданским и религиозным правам существующих нееврейских общин в Палестине».

Более циничный образчик дипломатии обмана найти трудно. Обратите внимание, что реальные жители Палестины были понижены до «нееврейских общин». Также обратите внимание, что декларация, которая на самом деле была прокламацией, была подписана лордом Ротшильдом, главой британских сионистов, который не был членом британской королевской семьи, равно как и членом кабинета Бальфура, и поэтому имел еще меньше полномочий, чем Бальфур, чтобы подписать такой документ.

Грубое предательство арабов так возмутило полковника Лоуренса, что он угрожал разоблачить двуличие британского правительства. Эта угроза могла стоить ему жизни. Лоуренс дал Хусейну и его народу торжественное обещание, что дальнейшей еврейской иммиграции в Палестину не будет. Документы в Британском музее ясно показывают, что обещание, данное Лоуренсом Шарифу Хусейну, исходило от сэра Арчибальда Мюррея и генерала Эдмунда Алленби и в конечном итоге давалось от имени британского правительства.

В 1917 году британские войска вступили в Багдад, положив начало концу Османской империи. На протяжении всего этого периода Мюррей постоянно заверял ваххабитские и саудовские семьи, что евреям не будет разрешено въезжать в Аравию, а те немногие из них, которым Британия все же дозволит иммигрировать, будут поселены строго в Палестине. 10 января 1919 года британцы дали сами себе мандат на управление Ираком, который вступил в силу 5 мая 1920 года. Ни одно правительство в мире не протестовало против незаконных действий Великобритании. Сэр Перси Кокс был назначен верховным комиссаром. Конечно, у народа Ирака вообще никто ничего не спрашивал.

К 1922 году Лига Наций одобрила условия Декларации Бальфура (а фактически — Декларации Ротшильда), которая давала британскому правительству полномочия управлять Палестиной и хашимитской страной под названием Трансиордания. Можно только поражаться смелости британского правительства и Лиги Наций.

В 1880 году британское правительство завязало дружбу с ручным арабским шейхом по имени эмир Абдалла аль-Салем ас-Сабах. Ас-Сабах стал их представителем в районе вдоль южной границы Ирака, где на иракской территории были обнаружены нефтяные месторождения Румалия. Семья аль-Сабах не спускала глаз с этого богатого приза, в то время как британцы в 1899 году жаждали совсем другого — огромных залежей золота в крошечных бурских республиках Трансвааль и Оранжевое Свободное государство, к которым мы вернемся в последующих главах. Здесь они упомянуты как иллюстрация стремления Комитета 300 захватить природные ресурсы чужих наций, везде, где только можно.

25 ноября 1899 года — в том же году, когда Британия напала на бурские республики, — британское правительство по поручению Комитета 300 заключило сделку с эмиром ас-Сабахом. Земля, прилегающая к нефтяным месторождениям Румалии в Ираке, была передана британскому правительству, несмотря ни на то, что эта земля была неотъемлемой частью Ирака ни на то, что ас-Сабах не имел на нее прав.

Сделка была подписана шейхом Мубараком ас-Сабахом, который с шиком прибыл в Лондон со своей свитой, причем все расходы оплачивали британские налогоплательщики, а не нефтяные компании, которые и были бенефициарами сделки. Кувейт де-факто стал необъявленным британским протекторатом. Местное население не имело права голоса, а династия ас-Сабахов превратилась в абсолютных диктаторов, и вскоре проявили безжалостность во всей красе.

В 1915 году британцы вторглись в Ирак и оккупировали Багдад. Джордж Буш назвал бы это «неприкрытой агрессией» — ведь именно этот термин он использовал для описания действий Ирака против Кувейта с целью вернуть земли, украденные Великобританией. Как мы уже видели, британское правительство учредило самопровозглашенный «мандат», и 23 августа 1921 года, через два месяца после своего прибытия в Багдад, самопровозглашенный верховный комиссар Кокс назначил бывшего короля Сирии Фейсала главой марионеточного режима в Басре. Теперь у Британии была одна марионетка в северном Ираке, а другая — в южном.

Чтобы укрепить свои позиции, не будучи удовлетворенными вопиюще сфальсифицированным плебисцитом, который дал британцам их мандат, был составлен тщательно продуманный и кровавый заговор. Агенты британской разведки МИ–6 разожгли восстание среди курдов в Мосуле. Восстание вспыхнуло 18 июня 1922 года, подстрекателем выступил лидер курдов шейх Махмуд. Агенты МИ–6 в течение нескольких месяцев обрабатывали его Махмуду, нашептывая, что сейчас наилучший момент для создания курдской автономии.

Почему МИ–6 якобы действовала против интересов британского правительства? Ответ прост — дипломатия обмана! Когда шпионы МИ–6 говорили курдам, что их вековое стремление к автономии вот-вот станет реальностью, Кокс нашептывал иракским лидерам в Багдаде, что курды вот-вот поднимут восстание — и это, де, лишь одна из многих причин, по которым иракцы нуждаются в продолжении британского присутствия в стране. После двух лет боев курды потерпели поражение, а их лидеры были казнены.

Однако в 1923 году Италия, Франция и Россия вынудили Великобританию подписать гарантии независимости для Ирака, если последний вступит в Лигу Наций не позднее 1926 года. Это возмутило «Ройял Датч Шелл» и «Бритиш Петролеум», которые призвали к возобновлению действий, опасаясь лишиться своих нефтяных концессий, срок действия которых истекал в 1996 году. Еще одним серьезным ударом по британским империалистам и их нефтяным компаниям стало предоставление Лигой Наций богатого нефтью Мосула Ираку.

МИ–6 организовала еще одно курдское восстание, которое должно было произойти с февраля по апрель 1925 года. Иракскому правительству лживо, но в красках расписали ужасные последствия того, что произойдет, если британцы откажутся от защиты Ирака. Курды также были введены в заблуждение и подняли восстание. Цель состояла в том, чтобы показать Лиге Наций, что передача Мосула Ираку была ошибкой, что для мира плохо иметь «нестабильное» правительство, отвечающее за крупные запасы нефти. Другая выгода заключалась в том, что курды, вероятно, проиграли бы. На этот раз, однако, заговор не сработал, Лига осталась непоколебимой в своем решении по Мосулу. Но восстание действительно закончилось поражением курдов и казнью их вождей.

Курды так и не поняли, что их врагом был не Ирак, а британские и американские нефтяные интересы. Именно Уинстон Черчилль, а не иракцы в 1929 году приказал королевским военно-воздушным силам бомбить курдские деревни, когда курды выступили против британского владычества над нефтяными месторождениями Мосула, ценность которых они полностью понимали.

В апреле, мае и июне 1932 года курды подняли еще одно восстание, вдохновленное и направленное МИ–6, снова направленное на то, чтобы убедить Лигу изменить свое решение по мосульской нефти, но попытка не увенчалась успехом, и 3 октября 1932 года Ирак стал независимым государством с полным контролем над Мосулом. Но лишь в 1948 году британские нефтяные компании были вынуждены покинуть Ирак.

Но даже покинув Ирак, британцы оставались в Кувейте под надуманным основанием, что это не часть Ирака, а отдельная страна. После убийства президента Кассема иракское правительство опасалось очередного восстания курдов, которые все еще находились под контролем британской разведки. 10 июня 1963 года курдский вождь Мустафа аль-Барзани пригрозил войной Багдаду, который в то время был занят подавлением коммунистической угрозы. Иракское правительство заключило соглашение, предоставляющее некоторую степень автономии курдам, и опубликовав соответствующее заявление. Подстрекаемые британской разведкой, курды возобновили боевые действия в апреле 1965 года, поскольку Ирак не добился никакого прогресса в выполнении положений декларации 1963 года. Багдадское правительство обвинило Великобританию во вмешательстве в свои внутренние дела, и курдские волнения продолжались еще четыре года. 11 марта 1970 года курдам наконец была предоставлена автономия. Но, как и прежде, были выполнены лишь очень немногие положения, содержащиеся в соглашении. Договоренность была нарушена в 1923 году, когда по настоянию Турции, Германии и Франции в швейцарской Лозанне под эгидой Лиги Наций была проведена конференция.

Истинной причиной проведения Лозаннской конференции 1923 года стало открытие нефтяных месторождений Мосула на севере Ирака. Турция внезапно решила, что у нее есть претензии на обширное нефтяное месторождение, лежащее под землей, оккупированной курдами. К этому времени Америка тоже была заинтересована, и Джон Д. Рокфеллер приказал президенту Уоррену Хардингу прислать наблюдателя. Американский наблюдатель согласился с существующей незаконной ситуацией в Кувейте. Рокфеллер не собирался раскачивать британскую лодку до тех пор, пока он мог получить свою долю от новой находки нефти.

Ирак утратил свои права по старому соглашению с Турецкой нефтяной компанией, а статус Кувейта остался неизменным. Вопрос о мосульской нефти был оставлен намеренно расплывчатым по настоянию британского делегата. Эти вопросы будут решены «в ходе будущих переговоров», заявил британский делегат. Кровь американских военнослужащих еще прольется, чтобы обеспечить британским и американским нефтяным компаниям мосульскую нефть, точно так же, как она была пролита из-за нефти в Кувейте.

25 июня 1961 года премьер-министр Ирака Хасан Абдул Кассем обрушился на Великобританию по кувейтскому вопросу, указав, что обещанные переговоры, согласованные на конференции в Лозанне, не состоялись. Кассем заявил, что территория под названием Кувейт была неотъемлемой частью Ирака, что более 400 лет признавалась Османской империей. Вместо этого британцы предоставили Кувейту независимость.

Было ясно, что Кассем практически сорвал британскую попытку отложить статус Кувейта и нефтяных месторождений Мосула на неопределенный срок. Отсюда внезапная необходимость предоставить независимость Кувейту, прежде чем остальной мир узнает о британской и американской тактике. Кувейт никогда не мог быть независимым, потому что, как хорошо знали британцы, это был кусок Ирака, который был отрезан на нефтяных месторождениях Румалии и передан «Бритиш Петролеум».

Если бы Кассему удалось вернуть Кувейт, британские правители потеряли бы миллиарды долларов нефтяных доходов. Но когда Кассем исчез после того, как Кувейт получил независимость, движение, бросившее вызов Великобритании, потеряло свой импульс. Предоставив независимость Кувейту в 1961 году и проигнорировав тот факт, что земля не принадлежала им, чтобы отдавать ее, Британия смогла отразить справедливые претензии Ирака. Как мы знаем, Британия сделала то же самое в Палестине, Индии, а позже и в Южной Африке.

В течение следующих 30 лет Кувейт оставался вассальным государством Великобритании, нефтяные компании переводили миллиарды долларов в британские банки, в то время как Ирак не получал ничего. В Кувейте процветали британские банки, которые управлялись из Уайтхолла и Лондонского сити. Это продолжалось до 1965 года, и жестокий режим Ас-Сабахов и не думал интересоваться мнением народа. Правительства Великобритании и Соединенных Штатов это и подавно не заботило.

Британское правительство заключило эту сделку с семьей аль-Сабах, которые отныне оставались правителями Кувейта (как стала называться эта часть иракской территории) под полной защитой британского правительства. Таким образом, Кувейт был украден у Ирака. Тот факт, что Кувейт не подал заявку на членство в ООН в то время, когда это сделала Саудовская Аравия, является доказательством того, что он никогда не был страной в прямом смысле этого слова.

Создание Кувейта горячо оспаривалось сменявшими друг друга иракскими правительствами, которые мало что могли сделать для возвращения этой земли перед лицом превосходящей британской военной мощи. 1 июля 1961 года, после долгих лет протестов против аннексии Кувейта, иракское правительство наконец перешло к решению этого вопроса. Эмир ас-Сахаб призвал Великобританию соблюдать соглашение 1899 года, и британское правительство ввело вооруженные силы в Кувейт, Багдад отступил, но так и не отказался от своих справедливых притязаний на эту территорию.

Захват Британией иракской земли, которую они назвали независимым «Кувейтом», должен быть расценен как один из самых дерзких актов пиратства в наше время, который непосредственно способствовал войне в Персидском заливе. Ниже я подробно излагаю предысторию событий, приведших к войне в Персидском заливе:

Вот краткое изложение событий, которые привели к войне в Персидском заливе:

1811–1818. Ваххабиты Аравии нападают и занимают Мекку, но султан Египта вынуждает их отступить.

1899, 25 ноября. Шейх Мубарак ас-Сабах уступает часть нефтяных месторождений Румалии Великобритании. Уступленная земля в течение 400 лет признавалась иракской территорией. Очень малонаселенный вплоть до 1914 года Кувейт становится британским протекторатом.

1909–1915, британская разведка направляет полковника Томаса Лоуренса, чтобы подружиться с арабами. Лоуренс уверяет арабов, что генерал Эдмунд Алленби не допустил бы евреев в Палестину. Но Лоуренсу не сообщили об истинных намерениях Британии. Шариф Хусейн, правитель Мекки, собирает арабскую армию для нападения на турок и изгоняет Османскую империю из Палестины и Египта.

1913. Британцы тайно соглашаются вооружать, обучать и снабжать семьи Абдула Азиза и Ваххаби для завоевания арабских городов-государств.

1916. Британские войска вступают на Синай и в Палестину. Сэр Арчибальд Мюррей говорит Лоуренсу, что это шаг, направленный на предотвращение еврейской иммиграции, с которым соглашается Шариф Хусейн. Хусейн провозглашает арабское государство 27 июня, становится королем 29 октября. 6 ноября 1916 года Великобритания, Франция и Россия признали Хусейна главой арабского народа; подтверждено 15 декабря британским правительством

1916. В результате странной акции британцы заставляют Индию признать арабские города-государства Неджд, Каиф и Джубайль владениями Ибн Сауда из семьи Абдель Азиза.

1917. Британские войска захватывают Багдад. Декларация Бальфура подписана лордом Ротшильдом, который предает арабов и предоставляет родину евреям в Палестине. Генерал Алленби оккупирует Иерусалим.

1920. Конференция в Сан-Ремо. Независимость Турции, нефтяные споры урегулированы. Начало британского контроля над богатыми нефтью странами Ближнего Востока. Британское правительство устанавливает марионеточный режим в Басре, управляемый сирийским королем Фейсалом. Ибн Сауд Абдул Азиз атакует Таиф в Хиджазе, но смог захватить его только после четырехлетней борьбы.

1922. Азиз грабит Джауфа и убивает семейную династию Шалан. Декларация Бальфура одобрена Лигой Наций.

1923. Турция, Германия и Франция возражают против британской оккупации Ирака и призывают к проведению саммита в Лозанне. Британия соглашается на свободу Ирака, но цепляется за нефтяные месторождения Мосула, чтобы создать ситуацию с отдельным образованием на севере Ирака. В мае британцы ослабляют правление эмира Абдаллы Ибн Хусейна, сына Шарифа Хусейна из Мекки, и называют новую страну «Трансиорданией».

1924. 13 октября ваххабиты и Адбул Азиз атакуют и захватывают священный город Мекку, место захоронения пророка Мухаммеда. Хусейн и двое его сыновей вынуждены бежать.

1925. Медина сдается войскам Ибн Сауда.

1926. Ибн Сауд провозглашает себя королем Хиджаза и султаном Неджда.

1927. Британцы подписывают договор с Ибн Саудом и ваххабитами, предоставляющий полную свободу действий и признающий захваченные города-государства его владениями. Это положило начало конкуренции «Бритиш Петролеум» и американских нефтяных компаний за долю нефтяных концессий.

1929. Великобритания подписывает новый договор о дружбе с Ираком, признавая его независимость, но оставляет статус Кувейта нерешенным. Первые крупномасштабные нападения были направлены арабами на еврейских иммигрантов у спорной «Стены плача».

1930. Британское правительство публикует «Белую книгу» Комиссии Пассфилда, в которой рекомендуется немедленно прекратить еврейскую иммиграцию в Палестину и больше не предоставлять земли еврейским поселенцам из-за «слишком большого количества безземельных арабов». Рекомендация модифицируется британским парламентом, и предпринимаются лишь символические действия.

1932. Аравия переименована в Саудовскую Аравию.

1935. «Бритиш Петролеум» строит трубопровод от спорных нефтяных месторождений Мосула до порта Хайфа. Комиссия Пила сообщает британскому парламенту, что евреи и арабы никогда не смогут работать вместе и рекомендует разделить Палестину.

1936. Саудиты подписывают пакт о ненападении с Ираком, но нарушают его во время войны в Персидском заливе.

1937. Панарабская конференция в Сирии отвергает план Комиссии Пила по еврейской иммиграции в Палестину. Британцы арестовывают арабских лидеров и депортируют их на Сейшельские острова.

1941. Британия вторгается в Иран, чтобы «спасти» страну от Германии. Черчилль создает марионеточное правительство под контролем Лондона.

1946. Трансиордания получила независимость от Великобритании и в 1949 году была переименована в Иорданское Хашимитское королевство. За этим следует широко распространенное и жестокое противодействие со стороны сионистов.

1952. Серьезные беспорядки в Ираке из-за продолжающегося британского присутствия, возмущение пособничеством США нефтяным компаниям.

1953. Новое правительство Иордании приказывает британским войскам покинуть страну.

1954. Великобритания и США осуждают Иорданию за отказ присоединиться к переговорам о перемирии с Израилем, после чего последовало падение кабинета министров Иордании. 6-й флот США угрожает арабским странам высадкой морской пехоты в Ливане (что является актом войны). Король Хусейн не поддается запугиванию и в ответ осуждает прочные связи США с Израилем.

1955. Палестинцы на Западном берегу бунтуют, Израиль объявляет, что «палестинцы — это иорданская проблема».

1959. Ирак протестует против включения Кувейта в состав СЕНТО[14]. Обвиняет саудовцев в «пособничестве британскому империализму». Британский контроль над Кувейтом усиливается. Выход Ирака к морю отрезан.

1961. Премьер Ирака Кассем предупреждает Британию, что «Кувейт — иракская земля и был таковым в течение 400 лет». Позже Кассем был таинственно убит. Британское правительство объявляет Кувейт независимым государством. Британские нефтяные компании получают контроль над значительной частью нефтяных месторождений Румалии. Кувейт подписывает договор о дружбе с Великобританией. Британские войска выдвигаются, чтобы отразить возможное нападение Ирака.

1962. Великобритания и Кувейт расторгают оборонительный пакт.

1965. Наследный принц Сабах Аль Салем Ас-Сабах стал эмиром Кувейта

1967. Ирак и Иордания вступают в войну против Израиля. Саудовская Аравия избегает принимать чью-либо сторону, но отправляет в Иорданию 20 000 военнослужащих, которым запрещено участвовать в боевых действиях.

К настоящему времени контроль Комитета 300 над Ближним Востоком стал почти тотальным. Путь, по которому пошли Британия и Америка, был не новым, а продолжением идей, высказанных лордом Бертраном Расселом:

«Если мировое правительство хочет работать гладко, должны быть выполнены определенные экономические условия. Различное сырье имеет важное значение для промышленности. Из них в настоящее время одним из наиболее важных является нефть. Вероятно, уран, хотя он больше и не нужен для военных целей, будет необходим для промышленного использования ядерной энергии. Нет никакого оправдания частной собственности на такое важнейшее сырье — и я думаю, что мы должны включить в нежелательное владение не только частные лица или компании, но и отдельные государства. Сырье, без которого невозможна промышленность, должно принадлежать международному сообществу и предоставляться отдельным нациям».

Это глубокомысленное заявление «пророка» Комитета 300 прозвучало именно в тот момент, когда британо-американское вмешательство в арабские дела было в самом разгаре. Обратите внимание, что Рассел уже тогда знал, что ядерной войны не будет. Рассел заявил, что выступает за Единое мировое правительство, или Новый мировой порядок, о котором говорил президент Буш. Война в Персидском заливе была продолжением предыдущих попыток отобрать контроль над иракской нефтью у ее законных владельцев и защитить укоренившиеся позиции «Бритиш Петролеум» и других крупных нефтяных картелей для Комитета 300.

Из-за декларации Бальфура британцы приобрели дурную славу. В 1899 году они довели обман против крошечных бурских республик в Южной Африке до нового уровня. В то время как речь шла о мире, и без того нарушенном сотнями тысяч бродяг и спекулянтов, которые устремились в бурские республики после крупнейшей в мировой истории добычи золота, королева Виктория готовилась к войне.

Война в Персидском заливе велась по двум основным причинам. Во-первых, КИМО и их американские кузены из СМО смертельно ненавидели все мусульманское и так же маниакально стремились защитить свой суррогат, Израиль. Во-вторых — к ней толкала банальная необузданная жадность и желание контролировать все нефтедобывающие страны Ближнего Востока.

Что касается самой войны, США начали подготовительные маневры по меньшей мере за три года до того, как Буш официально начал агрессию. Соединенные Штаты сначала вооружили Ирак, а затем подстрекали его к нападению на Иран в войне, которая уничтожила обе страны. Война была призвана ослабить и Ирак, и Иран до такой степени, чтобы они больше не представляли реальной угрозы ни нефтяным интересам Великобритании и США, ни Израилю.

В 1981 году Ирак обратился в Национальный банк Лаворо (BNL) в Брешии, Италия, за кредитной линией на покупку оружия у итальянской компании. Позже эта компания продала наземные мины Ираку. Затем, в 1982 году, президент США Рональд Рейган по просьбе Госдепартамента исключил Ирак из списка стран-спонсоров терроризма.

В 1983 году Министерство сельского хозяйства США предоставило Ираку кредиты на сумму 365 миллионов долларов якобы для закупки сельскохозяйственной продукции, но последующие события показали, что эти деньги были использованы для закупки военного оборудования. В 1985 году Ирак обратился в отделение BNL в Атланте, штат Джорджия, с просьбой о том, чтобы банк оформил свои кредиты от Товарно-кредитной корпорации Министерства сельского хозяйства США.

В январе 1986 года в Вашингтоне, округ Колумбия, состоялось совещание руководства ЦРУ и АНБ. Обсуждался вопрос о том, должны ли Соединенные Штаты предоставить правительству в Тегеране имеющиеся у них разведывательные данные по Ираку. Тогдашний заместитель директора ЦРУ Роберт Гейтс возражал, но его мнение было отклонено Советом национальной безопасности.

Только в 1987 году президент Буш сделал ряд публичных заявлений в поддержку Ирака, в одном из которых он сказал: «США должны построить прочные отношения с Ираком на будущее». Вскоре после этого филиал BNL в Атланте тайно согласился предоставить Ираку коммерческий кредит в размере 2,1 миллиарда долларов. В 1989 году Иран и Ирак прекратили боевые действия.

В 1989 году разведка Госдепартамента составила секретный меморандум, на имя госсекретаря Джеймса Бейкера, в котором, в частности, содержалось предостережение: «Ирак сохраняет жесткий подход к иностранным делам… и усердно работает над химическим и биологическим оружием и новыми ракетами». Бейкер положил меморандум под сукно и, как мы увидим, позже активно создавал у Саддама Хусейна ощущение, что Соединенные Штаты будут сохранять нейтралитет по поводу политики Ирака к его ближневосточным соседям.

В апреле того же года в докладе Министерства энергетики о распространении ядерного оружия говорилось, что Ирак приступил к реализации атомного проекта. Затем последовал июньский отчет, подготовленный совместно Эксимбанком (банковское агентство США), ЦРУ и Федеральными резервными банками, в котором говорилось, что Ирак интегрирует американские технологии «непосредственно в планируемую иракскую промышленность по производству ракет, танков и бронетранспортеров».

4 августа 1989 года ФБР провело обыск в офисах BNL в Атланте. Кое-кто подозревает, что это должно было предупредить любое реальное расследование возможного использования кредитов для Ирака для покупки секретных военных технологий и других военных ноу-хау, а не для целей, предоставленных Министерством сельского хозяйства.

В сентябре, пытаясь, по словам инсайдеров, снять с себя вину, ЦРУ сообщило Бейкеру, что Ирак получает возможность производить ядерное оружие через различные подставные компании, подозреваемые в связях с Пакистаном на самом высоком уровне. Пакистан долгое время подозревался и даже обвинялся Комиссией по атомной энергии США в производстве ядерного оружия, что привело к серьезному разладу в отношениях с Вашингтоном, который упали до рекордно низкого уровня.

В октябре 1989 года Госдепартамент направил Бейкеру докладную записку «о контроле за ущербом», в которой рекомендовал «отгородить» кредитную программу Министерства сельского хозяйства от расследования дела BNL. Бейкер дал записке ход, что некоторые истолковывают как его одобрение рекомендации — общепризнано, что парафирование документа означает одобрение его содержания и любого изложенного плана действий. Вскоре после этого президент Буш неожиданно подписал Директиву № 26 по национальной безопасности, которая поддерживала торговлю США с Ираком. «Доступ к Персидскому заливу и ключевым дружественным государствам в этом районе жизненно важен для национальной безопасности США», — сказал Буш. Итак, вот подтверждение того, что еще в октябре 1989 года президент прибегал к дипломатии обмана, убеждая Ирак, что США рассматривают его как союзника, в то время как на самом деле подготовка к нападению на него уже шла полным ходом.

Затем, 26 октября 1989 года, чуть более чем через три недели после того, как Буш объявил Ирак дружественным государством, Бейкер позвонил министру сельского хозяйства Клейтону Юттеру с просьбой увеличить кредиты на сельскохозяйственную торговлю для Ирака. В ответ Юттер приказал своему департаменту предоставить правительству Багдада застрахованные торговые кредиты на сумму 1 миллиард долларов. Министерство финансов высказало определенные оговорки против этого, но Юттер проигнорировал их.

Заместитель госсекретаря Лоуренс Иглбергер заверил Казначейство, что деньги были необходимы по «геополитическим причинам»: «Наша способность влиять на поведение Ирака в областях от Ливана до ближневосточного мирного процесса (тонкий намек на Израиль) усиливается благодаря расширению торговли», — сказал Иглбергер.

Однако этого было недостаточно, чтобы успокоить подозрительный и враждебный элемент демократов в Конгрессе, возможно, отреагировавший на разведывательную информацию, полученную из Израиля. В январе 1990 года Конгресс запретил предоставление кредитов Ираку и восьми другим странам, которые, по мнению следователей конгресса, были враждебно настроены по отношению к Соединенным Штатам. Это стало препятствием для реализации основного плана по развязыванию войны против Ирака, который Буш скрывал от Конгресса. 17 января 1990 года он освободил Ирак от запрета конгресса.

Возможно, опасаясь, что вмешательство Конгресса может расстроить военные планы, специалист Госдепартамента Джон Келли направил заместителю госсекретаря по вопросам политики Роберту Кимиту докладную записку, в которой Министерство сельского хозяйства подвергалось критике за его медлительность в предоставлении займов Ираку. Этот февральский инцидент 1990 года имеет большое значение в доказательстве того, что президент стремился завершить снабжение Ирака оружием и технологиями, чтобы сроки войны не отставали от графика.

6 февраля Джеймс Келли, юрист Федерального резервного банка Нью-Йорка, который отвечал за регулирование операций BNL в Соединенных Штатах, написал докладную записку, которая должна была вызвать большую тревогу: запланированная поездка в Италию следователей Федеральной резервной системы по уголовным делам была отложена. BNL сослалась на опасения по поводу итальянской прессы. Поездка в Стамбул была отложена по просьбе генерального прокурора Ричарда Торнбурга.

В служебной записке Келли от февраля 1990 года, в частности, говорилось: «…Ключевой компонент отношений и отказ одобрить кредиты подпитают паранойю Саддама и ускорят его натиск на нас». Если бы мы не знали о планируемой войне против Ирака, последнее заявление показалось бы удивительным. Как США могли продолжать вооружать Хусейна, если боялись, что он «выступит против нас»? По логике вещей, следовало бы прекратить давать кредиты, а не вооружать нацию, которая, по мнению Госдепартамента, может выступить против нас.

Март 1990 года принес несколько удивительных событий. Документы, представленные в федеральный суд в Атланте, показали, что Рейнальдо Петриньяни, посол Италии в Вашингтоне, сказал Торнбургу, что обвинение итальянских чиновников в расследовании BNL было бы «равносильно пощечине для итальянцев». Впоследствии и Петриньяни, и Торнбург отрицали, что этот разговор имел место. Это доказывало одно: глубокую вовлеченность администрации Буша в предоставление миллиардных кредитов Ираку.

В апреле 1990 года Межведомственный комитет Совета национальной безопасности, возглавляемый уже упоминавшимся Робертом Гейтсом, ставшим к этому времени заместителем советника по национальной безопасности, собрался в Белом доме для обсуждения возможного изменения отношения США к Ираку — еще один твист в цикле дипломатии обмана.

В результате еще одного неожиданного поворота событий в том же месяце, которого, по-видимому, не ожидали ни Буш, ни АНБ, Министерство финансов отказалось предоставить Министерству сельского хозяйства кредиты на торговлю сырьевыми товарами на сумму 500 миллионов долларов, отказавшись разрешить их проведение. В мае 1990 года Министерство финансов сообщило, что получило записку от АНБ, в которой говорилось, что Агентство хотело предотвратить отмену сельскохозяйственных кредитов, «поскольку это усугубило бы и без того напряженные внешнеполитические отношения с Ираком».

К 25 июля 1990 года — вероятно, раньше, чем хотел бы Комитет 300–ловушка захлопнулась. Подстегиваемый растущим числом неудач, президент Буш уполномочил посла США Эйприл Глэспи встретиться с президентом Саддамом Хусейном. Цель встречи состояла в том, чтобы заверить последнего в том, что Соединенные Штаты не ссорились с ним и не будут вмешиваться в какие-либо межарабские пограничные споры, согласно ряду еще не опубликованных телеграмм Госдепартамента, которые члену Палаты представителей Генри Гонсалесу удалось заполучить. Это была четкая отсылка к спору Ирака с Кувейтом по поводу нефтяных месторождений Румалии.

Иракцы восприняли слова Глэспи как сигнал из Вашингтона о том, что они могут послать свою армию в Кувейт, тем самым заглотив наживку. Как заявил Росс Перо во время выборов в ноябре 1992 года: «Я полагаю, что в свободном обществе, принадлежащем народу, американский народ должен знать, что именно мы поручили послу Глэспи передать Саддаму Хусейну, поскольку мы потратили много денег, рисковали и отдавали жизни наших солдат и при этом не достигли большинства наших целей».

Тем временем Глэспи исчезла из поля зрения общественности вскоре после того, как появились новости о ее участии в дипломатии обмана, применяемой против Ирака. Наконец, после долгого давления на СМИ в сопровождении пары сенаторов-либералов, которые вели себя так, как будто Глэспи была простушкой, нуждающейся в великодушии, она предстала перед сенатским комитетом и все отрицала. Вскоре после этого Глэспи «подала в отставку» из Государственного департамента и, без сомнения, сейчас живет в комфортной безвестности, из которой ее следовало бы вырвать, привести к присяге в суде и заставить свидетельствовать правду о том, как администрация Буша расчетливо подставила Ирак и заодно обманула весь мир.

29 июля 1990 года, через четыре дня после того, как Глэспи встретился с президентом Ирака, Ирак начал перебрасывать свою армию к границе с Кувейтом. Продолжая носить маску, Буш направил команду на Капитолийский холм для дачи показаний против введения санкций против Ирака, тем самым укрепив веру президента Хусейна в то, что Вашингтон не обратит внимания на предстоящее вторжение в Ирак.

Два дня спустя, 2 августа 1990 года, иракская армия пересекла искусственно созданную границу Кувейта. Также в августе ЦРУ в совершенно секретном отчете сообщило Бушу, что Ирак не собирается вторгаться в Саудовскую Аравию и что иракские военные не разработали никаких планов на случай непредвиденных обстоятельств для этого.

В сентябре 1990 года посол Италии Ринальдо Петриньяни в сопровождении ряда должностных лиц BNL встретился с прокурорами и следователями Министерства юстиции. На встрече Петриньяни заявил, что BNL стал «жертвой ужасного мошенничества — доброе имя банка имеет большое значение, поскольку итальянское государство является мажоритарным владельцем». Об этом стало известно из документов, переданных председателю Банковского комитета Палаты представителей Генри Гонсалесу.

Для опытных наблюдателей это означало одно: действовал заговор, призванный снять с крючка настоящих преступников в Риме и Милане и переложить вину на локального козла отпущения. Неудивительно, что был вынесен вердикт «невиновен»: впоследствии появились неопровержимые доказательства того, что займы, выданные филиалом BNL в Атланте, были полностью санкционированы головным офисом BNL.

11 сентября 1990 года Буш созвал совместное заседание Конгресса и лживо заявил, что 5 августа 1990 года Ирак имел 150 000 военнослужащих и 1500 танков в Кувейте, готовых нанести удар по Саудовской Аравии. Буш основал свое заявление на ложной информации, переданной Министерством обороны. Утверждение состояло в том, что 120 000 иракских военнослужащих и 850 танков находились в Кувейте. Министерство обороны должно было знать, что эта информация была ложной, в противном случае его спутники KH11 и KH12 были неисправны, а мы знаем, что это не так. Но Бушу нужно было сгустить краски, чтобы убедить Конгресс в том, что Ирак представляет угрозу для Саудовской Аравии.

Тем временем Горбачев приказал опубликовать советские спутниковые снимки, показывающие точную численность войск в Кувейте. Прикрывая Буша, Вашингтон утверждал, что спутниковые снимки были получены от коммерческой спутниковой компании, которая, среди прочего, была продана телеканалу ABC. Передав спутниковые снимки коммерческой компании, СССР сам оказался втянутым в обман. Очевидно, что Министерство обороны и президент лгали американскому народу и теперь были уличены во лжи.

К этому времени председатель Гонсалес задавал неудобные вопросы о возможной причастности администрации Буша к скандалу с BNL. В сентябре 1990 года помощник генерального прокурора по законодательным вопросам написал генеральному прокурору докладную записку, в которой говорилось: «Наша лучшая попытка помешать любому дальнейшему расследованию Банковского комитета Палаты Представителей по кредитам (BNL) — это попросить вас напрямую связаться с председателем Гонсалесом».

26 сентября, через несколько дней после того, как он получил служебную записку, Торнбург позвонил Гонсалесу и велел прекратить расследование дела BNL, поскольку оно связано с вопросами национальной безопасности. Гонсалес резко отказался. Позже Торнбург отрицал, что когда-либо говорил Гонсалесу оставить BNL в покое. Вскоре Гонсалес получил в свое распоряжение докладную записку Госдепартамента от 18 декабря, в которой разоблачалась просьба Торнбурга о «национальной безопасности». В меморандуме также говорилось, что расследование Министерства юстиции в отношении BNL не касалось каких-либо вопросов или проблем национальной безопасности.

Кроме того, РУМО объявило, что его команды в Италии узнали, что филиал BNL в Брешии выдал Ираку кредит на 255 миллионов долларов на покупку наземных мин у итальянского производителя. В день, когда было объявлено о «победе союзников» в войне в Персидском заливе, Министерство юстиции, как и ожидалось, предъявило обвинение виновнику скандала с BNL. Кристофера Дрогула обвинили в незаконном предоставлении Ираку кредита на сумму свыше 5 миллиардов долларов и получении отката в размере до 2,5 миллионов долларов. Мало кто верил, что малоизвестный кредитный инспектор небольшого филиала итальянского государственного банка имел полномочия заключать сделки такого масштаба по собственной инициативе.

С января по апрель 1990 года, по мере того как на администрацию Буша оказывалось все большее давление с требованием объяснить вопиющие аномалии в скандале с BNL, Совет национальной безопасности предпринял шаги по сплочению рядов. 8 апреля Николас Ростоу, главный юрисконсульт СНБ, организовал встречу на высшем уровне, чтобы изучить способы отклонения настоятельных запросов на документацию, поступающих, в частности, от председателя Банковского комитета Палаты представителей Гонсалеса.

На встрече присутствовали К. Бойден Грей, юрисконсульт Буша, Фред Грин, советник АНБ, главный юрисконсульт ЦРУ Элизабет Риндскопф и множество юристов, представляющих министерства сельского хозяйства, обороны, юстиции, казначейства, энергетики и торговли. Ростоу открыл заседание, предупредив, что Конгресс, похоже, намерен изучить отношения администрации Буша с Ираком до войны.

Ростоу сказал адвокатам, что «Совет национальной безопасности обеспечивает координацию реакции администрации на запросы конгресса о предоставлении документов, связанных с Ираком», добавив, что любые запросы конгресса о предоставлении документов должны проверяться на предмет «вопросов привилегий исполнительной власти, национальной безопасности и т. д. Следует изучить альтернативы предоставлению документов». Гонсалес в конце концов была получил эту информацию.

Теперь в политике сдерживания администрации, которая в остальном была прочной, начали появляться трещины. 4 июня 1990 года чиновники Министерства торговли признали, что они удалили информацию из экспортных документов, чтобы скрыть тот факт, что министерство фактически выдало экспортные лицензии на поставки военной техники и технологий в Ирак.

Еще большие трещины начали появляться в июле, когда Стэнли Московиц, представитель ЦРУ в Конгрессе, сообщил, что чиновники BNL в Риме не только были полностью осведомлены о том, что произошло в отделении в Атланте задолго до вынесения обвинительного заключения Дрогулу, но и фактически подписали и одобрили кредиты для Ирака. Это прямо противоречило заявлению посла Петриньяни в Министерстве юстиции о том, что римский офис BNL ничего не знал о займах Ираку, выданных его филиалом в Атланте.

В мае 1992 года произошел еще один неожиданный поворот: генеральный прокурор Уильям Барр написал письмо Гонсалесу, в котором обвинил последнего в нанесении ущерба «интересам национальной безопасности», раскрыв политику администрации в отношении Ирака. Несмотря на серьезное обвинение, Барр ничем не подкрепил свое утверждение. Очевидно, президент был встревожен — ведь ноябрьские выборы были не за горами. Этот момент не ускользнул от внимания Гонсалеса, который назвал обвинение Барра «политически мотивированным».

2 июня 1992 года Другал признал себя виновным в банковском мошенничестве. Недовольный судья Марвин призвал Министерство юстиции назначить специального прокурора для расследования дела BNL в полном объеме. Но 24 июля 1992 года атака на Гонсалеса возобновилась письмом от директора ЦРУ Роберта Гейтса. Он раскритиковал председателя за раскрытие того факта, что ЦРУ и ряд других разведывательных служб США знали об отношениях администрации Буша с Ираком до войны в Персидском заливе. Позже в том же месяце письмо Гейтса было одобрено для публикации Банковским комитетом Палаты представителей.

К августу бывший начальник отдела ФБР в Атланте открыто обвинил Министерство юстиции в том, что оно тянет время и почти на год откладывает предъявление обвинений по делу BNL. А 10 августа 1992 года Барр отказался назначить специального прокурора для расследования отношений администрации Буша с Ираком до войны в Персидском заливе, как того требовал Судебный комитет Палаты представителей.

Затем, 4 сентября, Барр написал письмо в Банковский комитет Палаты представителей, в котором заявил, что он не будет выполнять требования Комитета о предоставлении документов BNL и связанной с ними информации. Вскоре стало очевидно, что Барр, должно быть, дал указание всем правительственным ведомствам отказаться от сотрудничества с Банковским комитетом Палаты представителей, потому что через четыре дня после публикации его письма ЦРУ, РУМО, Таможенная служба, Министерство торговли и Агентство национальной безопасности заявили, что они не намерены исполнять повестки о предоставлении информации и документов по вопросу BNL.

Гонсалес довел битву до конца и сообщил, что, основываясь на собственном отчете ЦРУ за июль 1991 года, было ясно, что высшее руководство BNL в Риме знало и одобрило предоставление Ираку займов отделением в Атланте. Федеральные прокуроры в Атланте были поражены крайне компрометирующей информацией.

17 сентября 1991 года, в качестве очевидной меры по минимизации ущерба, ЦРУ и Министерство юстиции согласились сообщить федеральным прокурорам в Атланте, что единственная информация, которой они располагали о BNL, уже была обнародована, что было вопиющей и бесстыдной ложью с сокрушительными последствиями. Борьба за престиж ведомства привела к тому, что на махинации все указывали пальцем и все новостные каналы накануне выборов захлестнуло описание внутренних разборок.

Зная, что он провел большую часть своих последних 100 дней на посту президента, отчаянно пытаясь скрыть разгорающиеся вокруг него скандалы, Бушу буквально бросили спасательный круг: средства массовой информации согласились не сообщать подробности аферы. Дымовая завеса «национальной безопасности» сделала свое дело.

В постоянных попытках дистанцироваться от других сторон, вовлеченных в сокрытие информации о деле «BNL-Иракгейт», Министерство юстиции согласилось, что вскоре оно опубликует крайне вредоносные для администрации документы, свидетельствующие о том, что ЦРУ заранее знало о том, что римскому отделению BNL был дан «зеленый свет» на выдачу кредитов Ираку. Впоследствии эта информация была передана судье Шубу, чьи прежние сомнения относительно обвинительного заключения Другалу, похоже, подтвердились.

Затем, 23 сентября 1992 года, Гонсалес объявил, что он получил секретные документы, которые ясно показывали, что в январе 1991 года ЦРУ знало об одобрении BNL займов для Ирака на высоком уровне. В своем письме Гонсалес выразил обеспокоенность по поводу лжи Гейтса федеральным прокурорам в Атланте о том, что римский офис BNL не был осведомлен о том, чем занимается его филиал в Атланте.

Сенатский комитет по разведке также обвинил Гейтса в том, что он ввел в заблуждение Министерство юстиции, федеральных прокуроров и судью Шуба относительно степени осведомленности ЦРУ о деятельности BNL. Министерство юстиции разрешило Дрогулу отозвать свое заявление о признании вины 1 октября. Одинокая битва, которую председатель Банковского комитета Палаты представителей выиграл против администрации Буша, была проигнорирована СМИ из уважения к пожеланиям республиканского избирательного комитета и для защиты Буша, одного из его любимых сыновей.

Судья Шуб извинился за отказ от рассмотрения дела BNL несколько дней спустя. Он сказал, что пришел к выводу, что «вполне вероятно, что спецслужбы США были осведомлены об отношениях отделения BNL в Аталанте с Ираком… ЦРУ по-прежнему отказывается сотрудничать в попытках обнаружить информацию о его знании или участии в финансировании Ирака BNL». Источник этой информации первоначально не мог быть раскрыт, но суть ее позже появилась в отчете, опубликованном «Нью-Йорк таймс».

Важное событие произошло, когда сенатор Дэвид Борен обвинил ЦРУ в сокрытии информации и во лжи чиновникам Министерства юстиции. В своем ответе ЦРУ признало, что оно предоставило неверную информацию Министерству юстиции в своем сентябрьском отчете — к тому времени это был уже секрет полишинеля, поскольку у Гонсалеса, среди прочих, уже были доказательства этого. ЦРУ утверждало, что это была ошибка без злого умысла. Агентство утверждало, что «не было никакой попытки ввести кого-либо в заблуждение или что-либо скрыть». ЦРУ также неохотно признало, что оно обнародовало не все документы, имевшиеся у него по BNL.

Уже на следующий день главный юрисконсульт ЦРУ Риндскопф (который участвовал в брифинге по контролю за ущербом, проведенном Николасом Ростоу из Агентства национальной безопасности в 1991 году) подхватил припев насчет «ошибки без злого умысла», назвав это «безусловно прискорбной ошибкой», вызванной неисправной системой регистрации. Неужели это была лучшая отмазка, которую смог придумать главный юрист ЦРУ? Ни сенатора Борена, ни члена Палаты представителей Гонсалес она не убедила.

Следует напомнить, что подлинная цель совещания 1991 года, созванного Николасом Ростоу, заключалась в том, чтобы контролировать доступ ко всем правительственным документам и информации, которые показали бы истинные отношения между администрацией Буша и правительством Багдада. Очевидно, что ответственные за попытку прорваться через стену, возведенную вокруг такой информации, имели полное право крайне скептически относиться к неубедительному оправданию Риндскопфа о неправильной подаче документов.

Попытки Ростоу контролировать и минимизировать ущерб, получили еще один удар 8 октября 1992 года, когда сотрудники ЦРУ были вызваны для дачи показаний перед закрытым заседанием Сенатского комитета по разведке. Согласно информации, полученной из источников, близких к этому комитету, они пережили неприятные времена, в конечном итоге пытаясь переложить вину на Государственный департамент, утверждая, что они утаили информацию, а затем предоставили вводящую в заблуждение информацию о BNL по настоянию высокопоставленного чиновника Министерства юстиции. Якобы они действовали строго по указке Министерства юстиции.

Официальное опровержение было опубликовано 9 октября 1992 года, когда Государственный департамент отказался взять на себя ответственность за то, что попросил ЦРУ утаить соответствующие документы BNL от прокуратуры Атланты. Затем Министерство юстиции выступило с собственным заявлением, обвинив ЦРУ в том, что некоторые секретные документы были переданы неорганизованно, а другие сокрыты. Специальный комитет Сената по разведке согласился начать собственное расследование этих обвинений и встречных обвинений.

К настоящему времени становилось ясно, что все стороны, присутствовавшие на встрече 8 апреля 1991 года, изо всех сил старались дистанцироваться от этого вопроса. Затем, 10 октября, ФБР объявило, что оно тоже будет расследовать дело атлантского BNL. ЦРУ отрицало, что оно когда-либо признавалось Сенатскому комитету по разведке в том, что оно утаило информацию по специальному запросу Министерства юстиции.

Эти странные события происходили с такой стремительной последовательностью, что ежедневные объявления обвинений тем или иным правительственным учреждением продолжались вплоть до 14 октября 1992 года. Министерство юстиции объявило 11 октября, что его Управление профессиональной ответственности проведет расследование в отношении себя и ЦРУ, и что ФБР поможет. Ответственным был назначен помощник генерального прокурора Роберт С. Мюллер III, представитель Отдела по общественной интеграции Министерства юстиции. Информация, как утверждается, исходила от сенатора Дэвида Борена, и, по-видимому, указывала на то, что Мюллер был непосредственно вовлечен в сокрытие информации от федеральных прокуроров в Атланте.

12 октября 1992 года, всего через два дня после того, как ФБР объявило, что проведет собственное расследование дела BNL, на канале «ABC Ньюс» была обнародована информацию о том, что Уильям Сешнс, глава ФБР, является фигурантом расследования Управления профессиональной ответственности Министерства юстиции. Сешнсу были предъявлены обвинения в ненадлежащем использовании правительственных самолетов, строительстве забора вокруг его дома за государственный счет и злоупотреблении телефонными привилегиями. Ни одно из них никоим образом не было связано с делом BNL.

Появление этого репортажа сразу после заявления ФБР было несомненной попыткой оказать давление на Сешнса. Сенатор Борен сказал журналистам: «Время предъявления обвинений судье Сешнсу заставляет меня задуматься, не предпринимается ли попытка оказать на него давление, чтобы он не проводил независимого расследования».

Другие указывали на заявление Сешнса от 11 октября о том, что его расследование не будет обращаться за помощью к должностным лицам Министерства юстиции, которые сами могут стать предметом расследования. «Министерство юстиции не будет участвовать в расследовании (ФБР), и ФБР не будет делиться информацией», — сказал Сешнс. В последние дни своей попытки переизбраться Буш продолжал категорически отрицать, что ему было что-либо известно о скандалах «Иракгейт» или «Иран-Контрас» и тем более он не имел к ним никакого личного отношения.

Ситуация для президента ухудшилась, когда 12 октября 1992 года сенатор Говард Метценбаум, член Специального комитета Сената по разведке, написал генеральному прокурору Барру и попросил назначить специального прокурора: «…Поскольку должностные лица очень высокого уровня вполне могли быть осведомлены или вовлечены в попытку снять с римского офиса BNL ответственность за соучастие в деятельности отделения в Атланте, ни одно подразделение исполнительной власти не может расследовать действия правительства США в этом случае без, по крайней мере, видимости конфликта интересов «.

В письме Метценбаума говорилось, что имеются признаки «тайного участия правительства США в продаже оружия Ираку», которые были получены в ходе судебного разбирательства в Атланте. Гонсалес направил язвительное письмо Барру с просьбой назначить специального прокурора для «устранения неоднократных явных провалов и препятствий со стороны руководства Министерства юстиции. Лучший способ добиться этого — поступить правильно и подать заявление об отставке», — заявил Гонсалес.

Затем, 14 октября, сенатор Борен направил Барру запрос о назначении специального независимого прокурора: «Требуется действительно независимое расследование, чтобы определить, были ли совершены федеральные преступления при рассмотрении правительством дела BNL». Далее Борен сказал, что и Министерство юстиции, и ЦРУ занимались сокрытием дела BNL. Уже на следующий день ЦРУ опубликовало телеграмму от своего резидента в Риме, в которой цитировался неопознанный источник, обвиняющий высокопоставленных чиновников в Италии и Соединенных Штатах в том, что они были подкуплены, по-видимому, для того, чтобы они скрывали известную им информацию о деле BNL.

За этим последовало пятидневное затишье в огненной буре вокруг администрации Буша, пока Специальный комитет Сената не начал расследование обвинений в том, что ЦРУ и АНБ использовали подставные компании для поставок Ираку военной техники и технологий в нарушение федерального закона. Некоторые демократы в Судебном комитете Сената также призвали Барра назначить независимого прокурора, что он снова отказался сделать.

Буш боролся за политическое выживание, когда специальный прокурор Лоуренс Уолш вынес обвинительное заключение против бывшего министра обороны Каспара Уайнбергера, обвинив его во лжи Конгрессу. Источники в Вашингтоне сообщили: «в Белом доме царило столпотворение». Уайнбергер, тем временем, указал, что он не будет играть роль подставного лица для президента. Согласно одному источнику, К. Бойден Грей сказал президенту, что единственный возможный для него вариант действий — это помиловать Уайнбергера.

Итак, в канун Рождества 1992 года Буш помиловал Уайнбергера и пятерых других ключевых фигурантов дела «Иран-Контрас»: бывшего советника по национальной безопасности Роберта Макфарлейна, сотрудников ЦРУ Клэр Джордж, Дуэйна Кларриджа и Алана Файерса, а также бывшего помощника госсекретаря Эллиота Абрамса. Помилование фактически отгородило Буша от Уолша, тем самым поставив крест на расследовании «Иран — Контрас». Что касается Клинтона, то он пока не проявил какой-либо приоритетной заинтересованности в назначении специального прокурора.

Уолш поспешил выразить свой гнев средствам массовой информации. Президентское помилование «демонстрирует, что влиятельные люди с могущественными союзниками могут совершать серьезные преступления на высоких должностях — сознательно злоупотреблять общественным доверием без последствий… Сокрытие «Иран-Контрас», которое продолжалось в течение шести лет, в настоящее время завершено… Это управление было проинформировано только в течение последних двух недель, 11 декабря 1992 года, о том, что президент Буш не предоставил следователям свои весьма актуальные записи того времени (дневник Буша), несмотря на неоднократные запросы о предоставлении таких документов… В свете неправомерного поведения самого президента Буша, утаившего свой ежедневный дневник, мы серьезно обеспокоены его решением помиловать других, кто лгал Конгрессу и препятствовал официальному расследованию».

Возможно, Уолш не знал, с чем он столкнулся, и не знал, что сокрытие продолжалось гораздо дольше, чем он подозревал. Случай с израильским агентом Бен-Менаше — один из таких. Комитет Палаты представителей не сочла нужным вызывать Бен-Менаше в качестве свидетеля. Если бы они сделали это, то услышали бы то, что Бен-Менаше рассказал корреспонденту «Тайм» Раджаю Самгабади: об обширной «неофициальной» торговле оружием, происходившей между Израилем и Ираном еще в 1980 году.

Во время суда над Бен-Менаше в 1989 году, на котором Самгабади давал показания в его пользу, выяснилось, что история о крупной незаконной продаже оружия Израилем Ирану неоднократно предлагалась журналу «Тайм», который отказывался ее печатать, хотя она была подтверждена Брюсом Ван Ворстом, бывшим агентом ЦРУ, работавшим на «Тайм». Уолш, похоже, не знал, что либеральный истеблишмент восточного побережья, контролируемый Комитетом 300, не беспокоит закон: ведь они считают, что они и есть закон.

Сделает ли Р. Джеймс Вулси, человек, назначенный Клинтоном руководить ЦРУ, что-нибудь, чтобы привлечь виновных к ответственности? Регалии Вулси включают членство в Клубе национальной безопасности, службу при Генри Киссинджере в качестве сотрудника Совета национальной безопасности и заместителя министра военно-морского флота в администрации Картера. Он также работал в многочисленных комиссиях и стал близким соратником Леса Аспина и Альберта Гора.

У Вулси есть еще один близкий друг в лице Дейва Макмерди из Комитета Палаты представителей по разведке и ключевого советника Клинтона. Юрист по профессии, Вулси был партнером в учредительной юридической фирме Шая и Гарднера, в течение которой он действовал как иностранный агент — без регистрации в качестве такового в Сенате. Вулси также долгое время поддерживал отношения клиент-адвокат с высокопоставленным чиновником ЦРУ.

Одним из самых известных клиентов Вулси был Чарльз Аллен, офицер национальной разведки в штаб-квартире ЦРУ в Лэнгли, штат Вирджиния. В отчете о внутреннем расследовании скандала вокруг «Иран-Контрас» его босс Уильям Уэбстер обвинил Аллена в сокрытии улик. Похоже, что Аллен так и не передал все свои файлы о сделках с Манучером Горбанифаром, бывшим посредником в деле «Иран-Контрас». Уэбстер угрожал Аллену, который обратился за помощью к Вулси, заявив, что «просто ошибся». Когда Сешнс обнаружил, что Аллена представляет Вулси, он отказался от этого вопроса. Те, кто был близок к этому вопросу, говорят, что с Вулси у руля ЦРУ все, кто не был помилован Бушем, найдут в Вулси «открытую дверь».

Глава 3. Рокфеллер: Злой гений

Ни одна отрасль промышленности не коррумпирована так сильно, как могущественная нефтяная промышленность. Когда американские индейцы привели отца Жозефа де ла Рош Д’Айон, французского францисканского миссионера, к таинственному озеру с черными водами в Западной Пенсильвании, они и представить себе не могли, к каким ужасным результатам это приведет.

Нефтяная промышленность пережила все попытки разрушить ее стены, будь то со стороны правительства или частных граждан. Нефтяная промышленность США пережила личную вендетту покойных сенаторов Генри Джексона и Фрэнка Черча, вышла из многочисленных расследований с апломбом, ее секреты остались неприкосновенными, и даже антимонопольные иски не смогли сломить ее могущество.

Нефтяная промышленность неотделима от имени Джона Д. Рокфеллера, создателя «Стандард Ойл оф Нью-Джерси». Оно является синонимом жадности и непоколебимой жажды власти. Ненависть, которую большинство американцев испытывают к Рокфеллерам, родилась, когда «Большая рука» всплыла в нефтяных регионах Пенсильвании. Она берет свое начало среди потомков бурильщиков-первопроходцев, которые стекались в Тайтусвилл и Пит-Хед, когда черная «золотая лихорадка» набирала обороты в 1865 году.

Джон Дэвис Рокфеллер, 1895 г.

Способность Джона Д. Рокфеллера отнимать у старателей и бурильщиков их нефтяные претензии странным образом напоминает «новаторские» усилия Сесила Джона Родса, Барни Барнато и других агентов Ротшильдов-Варбургов, которые предоставляли деньги для грабежей среди бела дня и махинаций, практикуемых этими мошенниками в отношении владельцев алмазных и золотых приисков. Нельсон Рокфеллер однажды заявил, что семейное состояние было «случайностью», но факты говорят об обратном.

Паранойя и потребность в секретности, которые окружали Джона Д. Рокфеллера, были переданы его сыновьям и приняты как успешная защита от постороннего вмешательства в нефтяные дела. Сегодня бухгалтерская фирма Комитета 300 «Прайс Уотерхаус» ведет отчетность таким образом, что даже лучшие бухгалтеры и различные комитеты Сената не смогли разблокировать финансы Рокфеллера. Такова природа этого зверя. Часто задают вопрос: «Почему Рокфеллер был так глубоко порочен?» Можно только догадываться, что это было заложено в его природе.

Джон Д. Рокфеллер не верил в то, что дружба может встать на пути прогресса — своего личного прогресса, конечно же — и завещал своим сыновьям, чтобы они никогда не позволяли «хорошим отношениям вести вас». Его любимая догма касалась мудрой старой совы, которая ничего не говорила, зато много слышала. Ранние фотографии Джона Д. показывают длинное, мрачное лицо, маленькие глаза, без следа каких-либо человеческих качеств.

Учитывая его внешность, тем более удивительно, что братья Кларк допустили Джона Д. к себе в качестве бухгалтера, а затем и в качестве партнера на своем нефтеперерабатывающем заводе. Братья вскоре выяснили, что Рокфеллеру нельзя доверять. За короткий промежуток времени они были вытеснены — «выкуплены», как выражался сам Джон Д. Книга Иды Тарбелл «История «Стандард Ойл Кампани»» богата примерами железной безжалостности Рокфеллера и его бесчеловечности ко всем, кроме самого себя.

«Стандард Ойл Кампани» была самой тайно управляемой компанией в истории Соединенных Штатов. Эту традицию переняли и поддерживают по сей день «Эксон» и ее филиалы. Говорят, что «Стандард Ойл» была заперта и забаррикадирована, как крепость. Имидж Рокфеллера был настолько запятнан, что он нанял Айви Ли, специалиста по связям с общественностью, чтобы помочь ему приобрести имидж филантропа, Но, несмотря на все свои усилия, Ли не смог избавиться от наследия ненависти, оставленного Джоном Д. Запятнанная репутация «Стандард» и Рокфеллеров дожила до 90-х годов XX века и, вероятно, останется таковой навсегда. «Стандард Ойл» должна была стать знаменосцем нефтяной промышленности в ее поведении по отношению к странам, под землей которых находятся запасы нефти и газа.

Рокфеллеры всегда были сами себе законом, и очень рано они решили, что единственный способ избежать налогообложения — это разместить основную часть своих средств и активов за пределами Соединенных Штатов. Уже к 1885 году Рокфеллер основал рынки в Европе и на Дальнем Востоке, на долю которых приходилось ошеломляющие 70 процентов бизнеса «Стандард Ойл Кампани».

Но марш Рокфеллера по континентам не прошел бесследно. Общественное недовольство достигло нового уровня после того, как такие авторы, как Ида Тарбелл и Х. Д. Ллойд, раскрыли тот факт, что «Стандард» располагала армией шпионов в местных муниципалитетах, правительствах штатов и федеральном правительстве, «которые объявляли войны, заключали мир, привели суды, законодательные органы и суверенные государства к непревзойденному повиновению своей воле».

Возмущенные жалобы посыпались в Сенат, когда перед американским народом начала приоткрываться правда о монопольной практике «Стандард». Результатом стал Антимонопольный акт Шермана, но закон был намеренно составлен настолько расплывчато, что позволил Рокфеллеру и его выводку юристов без труда избежать его соблюдения. Рокфеллер однажды описал это как «упражнение в пиаре без зубов». Никогда влияние Джона Д. Рокфеллера в Сенате не ощущалось так остро, как во время антимонопольных дебатов Шермана. Это было время, когда отдельные сенаторы подвергались сильному давлению со стороны лоббистов Рокфеллера.

Рокфеллер потерпел временную неудачу, когда 11 мая 1911 года главный судья Эдвард Уайт вынес свое решение по антимонопольному делу, возбужденному против «Стандард» Фрэнком Келлогом: «Стандард» должна была ликвидировать все свои дочерние компании в течение 6 месяцев. Рокфеллер ответил, наняв армию писателей, которые объяснили, что «особая природа» торговли нефтью не поддается обычным методам ведения бизнеса, к ней нужно относиться как к особой сущности, так, как это делал Джон Д. Рокфеллер.

Чтобы смягчить решение судьи Уайта, Рокфеллер создал свою собственную форму правления. Новое «правительство» приняло форму фондов и филантропических учреждений, созданных по образцу системы патронажа королевских дворов Европы. Эти учреждения и фонды защитили бы состояние Рокфеллера от грядущего подоходного налога, о планах введения которого в ближайшие годы он был предупрежден своими агентами в Сенате[15].

Это было началом «правительства в правительстве» нефтяной промышленности, власть которого действует и по сей день. Несомненно, своим быстрым приходом к власти СМО обязан Рокфеллеру и Гарольду Пратту в 1914 году, члену Сената, который называл империю Рокфеллера, «тайным правительством Соединенных Штатов». Стратеги Рокфеллера призвали к созданию частного разведывательного агентства, и, следуя их совету, Рокфеллер буквально купил персонал и оборудование разведывательной службы СС Рейнхарда Гейдриха, которая сегодня известна как «Интерпол».

Имея за спиной разведданные, сравнимые с лучшими данными разведки СС Гейдриха, Рокфеллеры смогли проникнуть в страны, фактически захватить власть в их правительствах, изменить их налоговое законодательство и внешнюю политику, а затем оказать давление на правительство США, чтобы оно сдалось. Если бы законы о налогообложении стали жестче, Рокфеллеры просто изменили бы закон. Именно эта бацилла в нефтяной промышленности закрыла местное производство, которое сделало бы Америку полностью независимой от иностранной нефти. Конечный результат? Более высокие цены для американского потребителя и непристойные прибыли для нефтяных компаний.

Рокфеллеры вскоре появились на Ближнем Востоке, но их усилия добиться уступок были заблокированы Гарри Ф. Синклером. Похоже, что Синклеру удавалось обыгрывать Рокфеллеров на каждом шагу. Затем произошел драматический поворот, скандал с «Ти Пот», в ходе которого близкому другу Синклера, министру внутренних дел Альберту Фоллу и дружку Фолла Дахони были предъявлены обвинения в захвате нефтяных запасов «Ти Пот» и «Элк Хиллс» в личных целях. Было много тех, кто выражал обеспокоенность тем, что скандал был подстроен Рокфеллерами, чтобы дискредитировать и убрать Синклера как нежелательного конкурента.

Скандал потряс Вашингтон и стоил Фоллу его работы. Синклеру едва удалось избежать тюрьмы. Все его выгодные контракты с Персией и Россией были аннулированы. По сей день широко распространено подозрение, но не доказано, что скандал с «Ти Пот» был операцией Рокфеллера. В конце концов, большинство концессий Синклера на Ближнем Востоке, за исключением тех, которые принадлежали Великобритании, перешли в руки Рокфеллера.

События в Иране вскоре должны были доказать могущество Рокфеллера и его британских партнеров. В 1941 году, когда шах Реза Пехлеви из Ирана отказался присоединиться к так называемым «союзникам» против Германии и изгнать ее граждан из страны, Черчилль пришел в ярость и вслед за этим отдал приказ о вторжении в Ирак, в котором к нему присоединились его союзники-большевики из России. Разрешив Красной Армии войти в Иран, Черчилль открыл дверь для русского присутствия в регионе, что было одной из желанных целей Сталина. Это было шокирующим предательством иранского народа и Запада в целом и показало, что влияние Рокфеллера было международным.

Такова власть нефтяных компаний, особенно тех, которые контролируются Рокфеллерами. Представители «Стандард Ойл» и «Ройял Датч Шелл» посоветовали Черчиллю арестовать и выслать шаха, что он незамедлительно и сделал, отправив его сначала на Маврикий, а затем в Южную Африку, где тот умер в изгнании. Документы, которые я изучил в Британском музее в Лондоне, свидетельствуют о широком вмешательстве Рокфеллеров в ближневосточную политику.

В британском парламенте Черчилль торжествовал: «Мы (нефтяные компании) только что отправили диктатора в изгнание и установили конституционное правительство, обязавшееся провести целый ряд серьезных реформ». Чего он не сказал, так это того, что «конституционное правительство» было марионеточным правительством, выбранным нефтяными компаниями, и весь его перечень реформ был составлен с единственной целью дальнейшего укрепления американских и британских нефтяных интересов.

Но к 1951 году националистические настроения охватили Ближний Восток, которые начались в Египте, где полковник Гамаль Абдель Насер стремился отстранить британцев от контроля над своей страной и заодно над Ираном. В это время взошла звезда подлинного иранского патриота, доктора Мохаммеда Моссадыка, который бросил вызов марионеточному правительству Черчилля. Главной целью Моссадыка было подорвать власть иностранных нефтяных компаний. Он оценил настроение иранского народа как созревшее для такого шага.

Это глубоко встревожило Рокфеллеров, которые обратились к Британии за помощью. Моссадык заявил Рокфеллерам и «Бритиш Петролеум», что он не будет соблюдать их концессионные соглашения. Говорят, что Дэвид Рокфеллер проникся личной ненавистью к Моссадыку. Из-за этого «Бритиш Петролеум» обратилась к британскому правительству с просьбой «положить конец помехам, которые создавал Моссадык». Черчилль, стремясь выполнить требования нефтяного картеля «Семь сестер» (состоящего из семи крупнейших британских и американских нефтяных компаний на Ближнем Востоке), обратился за помощью к США.

Моссадык был талантливым, хорошо образованным и проницательным политиком из богатой семьи, искренне стремившимся помочь своему народу получить справедливую выгоду от своего национального ресурса. В мае 1951 года доктор Моссадык национализировал иранскую нефть. Была запущена международная рекламная кампания против Моссадыка, который был изображен как глупый маленький человечек, бегающий по Тегерану в пижаме, погруженный в эмоции. Это было далеко от истины.

Под руководством нефтяных компаний Рокфеллера и при поддержке Государственного департамента США был объявлен международный бойкот иранской нефти. Иранская нефть вскоре стала непригодной для продажи. Госдепартамент заявил о своей поддержке марионеточного правительства Черчилля в Тегеране, которое было установлено, когда шах отказался присоединиться к союзникам в войне против Германии.

В то же время ЦРУ и МИ–6 начали совместную операцию против Моссадыка. Это было кодовое название «Операция Аякс». То, что последовало, было классическим примером того, как правительства подрываются и свергаются с помощью дипломатии обмана. Черчилль, проигравший выборы после окончания войны, был возвращен к власти, путем тщательной промывки мозгов британской общественности. Следующий пример показывает, что он использовал свою власть для ведения войны против доктора Моссадыка и иранского народа с помощью разбойничьей и пиратской тактики:

Судно «Роуз Мари», которое плавало в международных водах с иранской нефтью, не нарушало никаких международных законов или договоров, когда по приказу Черчилля оно было перехвачено королевскими военно-воздушными силами и было вынуждено отправиться в Аден, порт, находящийся под британским контролем. Захват судна в море получил полную поддержку Государственного департамента США по предложению семьи Рокфеллеров.

Мой источник в Лондоне, в чьи обязанности входит наблюдение за нефтяной промышленностью, сообщил мне в 1970 году, что кабинет министров лишь с трудом удержал Черчилля от приказа королевским ВВС разбомбить «Роуз Мари». Прошел год, за который Иран понес большие финансовые потери. В 1953 году доктор Моссадык написал президенту Дуайту Д. Эйзенхауэру письмо с просьбой о помощи. С таким же успехом он мог бы написать Рокфеллеру. Эйзенхауэр, играя на нервах, не ответил.

Эта тактика имела желаемый эффект устрашения Моссадыка. Наконец, Эйзенхауэр ответил и в классическом стиле дипломатии обмана посоветовал иранскому лидеру «соблюдать международные обязательства Ирана». Моссадык продолжал бросать вызов как британскому, так и американскому правительствам. Нефтяные компании послали депутацию к Эйзенхауэру с просьбой принять немедленные меры для устранения Моссадыка.

Кермит Рузвельт, возглавлявший тайную операцию ЦРУ против Моссадыка, неустанно работал над созданием в Тегеране сил, которые можно было бы использовать для разжигания беспорядков. Крупные суммы денег, которые, по словам моего источника, составили 3 миллиона долларов, перешли из рук в руки. В апреле 1953 года шах Мохаммед Реза Пехлеви под сильным давлением международных банкиров попытался уволить доктора Моссадыка, но попытка провалилась. Армия бандитов, завербованных ЦРУ и МИ–6 начала нападать на иранские воинские части. Опасаясь покушения, шах бежал, а Моссадык был свергнут в августе 1953 года. Затраты американских налогоплательщиков составили почти 10 миллионов долларов.

Стоит отметить, что даже в то время, когда Кермит Рузвельт готовил тайную операцию ЦРУ против доктора Моссадыка в 1951 году, его партнеры-Рокфеллеры столкнулись с судебным разбирательством в Вашингтоне, которое должно было привести к прекращению операций в Иране. Дело в том, что всемогущая нефтяная промышленность знала, что она может противостоять этому вызову, как это уже случалось. Министерство юстиции возбудило дело против «Эксон», «Тексако», «Стандард Галф», «Мобил» и «Сокал» («Шелл» и «Бритиш Петроеум» никто и не пытался преследовать).

«Стандард Ойл» немедленно поручила Дину Ачесону затушевать расследование. Ачесон является хорошим примером того, как Рокфеллер использовал важных людей в правительстве и частном секторе, чтобы подавить правительство Вашингтона. В начале 1952 года Ачесон перешел в атаку. Ссылаясь на интересы Государственного департамента в защите внешнеполитических инициатив Америки, тем самым молчаливо признавая, что крупнейшие нефтяные компании руководили внешней политикой государства, Ачесон потребовал, чтобы расследование было отложено в долгий ящик в интересах «наших хороших отношений на Ближнем Востоке».

Ачесон не упомянул о шуме и нестабильности, создаваемых в тот самый момент в Иране Рокфеллером, ЦРУ и МИ–6. Генеральный прокурор отреагировал резкой атакой на нефтяных монополистов, предупредив, что нефть должна быть освобождена «от власти немногих; свободное предпринимательство может быть сохранено только путем защиты его от превышения власти, как государственной, так и частной». Затем он обвинил картель в действиях, ставящих под угрозу национальную безопасность.

Рокфеллер немедленно распорядился принять меры по контролю за ущербом через свои контакты в государственном департаменте и министерстве юстиции. (По сей день оба они заражены агентами СМО и Рокфеллера). Ачесон публично осудил расследование, ка всегда был воинственным и угрожающим тоном. Ачесон добился поддержки Рокфеллера со стороны министерства обороны и министерства внутренних дел, которые самым поразительным образом поручились за Семерых сестер.

«Компании[16] играют жизненно важную роль в поставках самого необходимого товара свободного мира. Американские нефтяные операции являются для всех практических целей инструментами нашей внешней политики». Затем Дин Ачесон попытался поднять тему советского вмешательства на Ближнем Востоке, которое было не более чем отвлекающим маневром, чтобы отвлечь внимание от того, как действовали нефтяные компании. В конце концов, все уголовные обвинения против картеля были сняты.

Чтобы продемонстрировать свое полное презрение к американскому законодательству, представители крупнейших нефтяных компаний встретились в Лондоне в 1924 году по предложению сэра Уильяма Фрейзера, чтобы избежать возможных обвинений в сговоре. В письме, которое Фрейзер написал высшим руководителям «Стандард», «Мобил», «Тексако», «Бритиш Петролеум», «Сокал» и «Шелл», говорилось, что им необходимо встретиться, чтобы свести счеты с теперь уже основательно возбудившимся шахом Резой Пехлеви.

Месяц спустя заговорщики снова встретились в Лондоне, где к ним присоединился генеральный директор французской компании «Франс де Петроль». Была достигнута договоренность о создании консорциума, который будет контролировать иранскую нефть. Новый орган был назван «консорциумом», поскольку термин «картель» в Америке считался токсичным. Успех был гарантирован, сообщили американские руководители своим зарубежным коллегам, потому что Госдепартамент дал свое благословение на лондонскую встречу.

По мнению Госдепартамента, Семь сестер сыграли ключевую роль на Ближнем Востоке в отражении проникновения коммунистов в область, жизненно важных интересов Соединенных Штатов. Учитывая тот факт, что в 1942 году те же самые нефтяные компании поддержали Черчилля в отправке советских войск для вторжения в Иран, тем самым предоставив Сталину величайшую возможность закрепиться на Ближнем Востоке, это было не совсем правдой.

На протяжении всего разбирательства в Министерстве юстиции, которое началось в октябре 1951 года, свидетели защиты Госдепартамента продолжали называть нефтяную промышленность «так называемым картелем». Государственный департамент плотно опутан сетью агентов Рокфеллера, возможно, плотнее, чем любое другое правительственное агентство.

По сей день я твердо убежден, что еще не найден способ разорвать цепи Рокфеллера, которые связывают нефтяные компании и эту нацию с Советом по международным отношениям, который контролирует каждый аспект нашей внешней политики в отношении нефтяных держав мира. Это ситуация, с которой нам, народу, придется сойтись в бою и чем раньше тем лучше.

В Вашингтоне гражданское разбирательство против нефтяного картеля прекратилось из-за угроз со стороны Совета по международным отношениям, который поддерживал свою марионетку, президента Эйзенхауэра. Эйзенхауэр заявил, что это разбирательство угрожает интересам национальной безопасности Соединенных Штатов. Марионетка СМО Эйзенхауэр поручил своему генеральному прокурору Герберту Браунеллу-младшему сообщить суду, что «антитрестовские законы следует считать второстепенными по отношению к интересам национальной безопасности».

Пока Кермит Рузвельт готовил переворот в Тегеране, Эйзенхауэр и Даллес предложили суду компромисс, который, по словам Эйзенхауэра, «защитил бы интересы свободного мира на Ближнем Востоке, как основном источнике поставок нефти». Неудивительно, что аятолла Хомейни десятилетия спустя назвал Соединенные Штаты «большим сатаной». Конечно же, Хомейни имел в виду не народ Соединенных Штатов, а их правительство. Хомейни прекрасно знал, что простой американец — лишь жертва заговора, что ему лгали, обманывали, грабили и заставляли жертвовать кровью своих сыновей в чужих войнах, в которых у них не было абсолютно никаких причин принимать участие. Хомейни, страстно изучавший историю, знал все о Законе о федеральной резервной системе, который, по его словам, «держал народ в тисках рабства». Когда посольство США в Тегеране было захвачено Стражами исламской революции, в руки Хомейни попали несколько компрометирующих документов, которые ясно показывали причастность ЦРУ к «Бритиш Петролеум», «Стандард» и другим крупным нефтяным компаниям.

Как только было объявлено об успехе переворота, шах вернулся в свой дворец. Вряд ли он знал, что два десятилетия спустя его постигнет та же участь, что и Моссадыка, от рук нефтяной промышленности и ее суррогатных правительств в Вашингтоне и Лондоне: ЦРУ и МИ–6. Шах думал, что может доверять Дэвиду Рокфеллеру, но, как и многие другие, вскоре он понял, что его доверие было прискорбно неуместным.

Получив доступ к документам, которые откопал Моссадык и которые показывали масштабы разграбления национальных ресурсов Ирана, шах быстро разочаровался в Лондоне и Вашингтоне. Услышав новости о восстаниях в Мексике и Венесуэле против Рокфеллера и Shell, а также в сочетании с новостями о «Золотом трюке» Саудовской Аравии, шах начал оказывать давление на Рокфеллера и британцев с целью получения большей доли иранских нефтяных доходов, которые в то время составляли всего 30 процентов от общего объема нефтяных доходов, получаемых нефтяными компаниями.

Другие страны также ощутили на себе удар нефтяной мафии. Мексика — классический пример способности нефтяных компаний определять внешнюю политику, которая вышла за рамки национальных границ и обошлась американским потребителям в огромное состояние. Нефть, казалось, была основой нового экономического порядка, с бесспорной властью в руках нескольких людей, едва известных за пределами узкого клуба нефтяников.

Я уже неоднократно упоминал «мажоритариев». Это сокращение для крупных нефтяных компаний, которые образуют самый успешный картель в истории коммерции. «Эксон» (в Европе его называют «Эссо»), «Шелл», «Би-Пи», «Галф», «Тексако», «Мобил» и «Сокол-Шеврон». Вместе они образуют часть крупной сети взаимосвязанных банков, страховых компаний и брокерских контор, контролируемых Комитетом 300, которые вряд ли известны за пределами их круга.

Мировосприятие Единого мирового правительства, или правительства высшего уровня Нового мирового порядка, не терпит вмешательства ни от кого — будь то могущественные национальные правительства, вожди больших и малых наций, корпорации или частные лица. Эти наднациональные гиганты обладают опытом и методами бухгалтерского учета, которые сбили с толку лучшие умы в правительстве, вне досягаемости которых они остаются. С помощью дипломатии обмана, похоже, крупные компании смогли побудить правительства предоставить им нефтяные концессии, независимо от того, кто выступал против этого. Джон Д. Рокфеллер бы очень одобрил эту лавочку, в которой последние 68 лет рулили «Эксон» и «Шелл».

Из масштабов и сложности их операций, чаще всего осуществляемых как часы и часто включающих деятельность в нескольких странах одновременно, очевидно, что нефтянка является одним из наиболее мощных компонентов, составляющих экономическую деятельность Комитета 300.

В обстановке глубокой тайны клуб Семи сестер замышлял войны и решал между собой, какие правительства должны склониться перед их грабежами. Когда возникают проблемы, как, например, в случае с доктором Моссадыком, и позже с президентом Ирака Саддамом Хусейном, это лишь вопрос правильного выбора инструмента в виде военно-воздушных сил, флота, армии, спецслужб, чтобы решить проблему и избавиться от «неприятности». Это должно быть не сложнее, чем прихлопнуть муху. «Семь сестер» стали правительством в правительстве, и нигде это не проявляется в большей степени, чем в случае со «Стандард Ойл» Рокфеллера, «Эксон» или «Шеврон».

Тому, кто интересуется американской и британской внешней политикой в отношении Саудовской Аравии, Ирана или Ирака, достаточно изучить политику BP, «Эксон», «Галф Ойл» и «Арамко». Какова наша политика в Анголе? Это защита нефтяных активов «Галф» в этой стране, даже если это означает поддержку признанного марксиста. Кто бы мог подумать, что «Галф», «Эксон», «Шефрон» и «Арамко» имеют больше права голоса в американской внешней политике, чем члены Конгресса? Будет ли «Стандард Ойл» в один прекрасный день контролировать внешнюю политику Соединенных Штатов и заставит Государственный департамент действовать так, как будто это делается для его собственной экономической выгоды?

Может ли кто-то кроме них взлететь столь высоко, быть так же облагодетельствованной потоками налоговых льгот, которые исчисляются миллиардами долларов в год? Меня часто спрашивают — почему нефтяная промышленность внутри США, некогда такая бурная и многообещающая, пришла в резкий упадок? Ответ, одним словом — жадность. Внутреннее производство нефти должно было быть сокращено на случай, если общественность когда-нибудь узнает, что происходит. Эти знания гораздо труднее получить, когда имеешь дело с зарубежными операциями. Что знает американская общественность о том, что происходит в нефтяной политике Саудовской Аравии? Даже получая рекордную прибыль, нефтяная промышленность требует и получает дополнительные налоговые льготы, как открытые, так и скрытые от глаз общественности.

Извлекли ли граждане Соединенных Штатов выгоду из огромных прибылей, полученных «Эксон», «Тексако», «Шеврон» и «Мобил» (до того, как они были проданы?) Ответ — нет, потому что большая часть прибыли была получена «выше по течению», то есть за пределами Соединенных Штатов, где прибыль сохранялась, в то время как цены на бензин на заправках для американского потребителя постоянно росли.

Главной заботой Рокфеллера стала Саудовская Аравия. Нефтяные компании с помощью различных хитростей укрепили свои связи с королем Ибн Саудом. Король, обеспокоенный тем, что Израиль однажды будет угрожать его стране и усилит израильское лобби в Вашингтоне, нуждался в чем-то, что дало бы ему преимущество. Государственный департамент, по настоянию Рокфеллеров, заявил, что он может следовать только просаудовской политике, не расстраивая Израиль, используя «Эксон» («Арамко») в качестве прикрытия. Эта информация была передана в Комитет Сената по международным отношениям. Уровень секретности был так высок, что сотрудникам комитета даже не разрешили ее увидеть, Рокфеллер фактически заплатил лишь символическую сумму в 500 000 долларов, чтобы получить крупную нефтяную концессию от Ибн Сауда. После долгих дипломатических усилий был разработан обман, который в первый год обошелся американским налогоплательщикам по меньшей мере в 50 миллионов долларов. То, что получилось в результате дискуссий между «Эксон» и Ибн Саудом, известно как «Золотой трюк» в святая святых кабинетов правления Рокфеллера. Американские нефтяные компании согласились выплачивать саудовскому правителю субсидию в размере не менее 50 миллионов долларов в год, исходя из объема перекачиваемой саудовской нефти. Государственный департамент затем разрешил бы американским компаниям объявлять такие выплаты субсидий «иностранным подоходным налогом», который Рокфеллер, например, мог бы вычесть из налогов «Эксон» в США.

По мере роста добычи дешевой саудовской нефти росли и выплаты субсидий. Это одно из величайших мошенничеств, совершенных против американской общественности. Суть плана заключалась в том, что саудовцам ежегодно выплачивались огромные суммы иностранной помощи под видом «субсидий». Когда израильское правительство раскрыло эту схему, оно тоже потребовало «субсидий», которые сегодня составляют 13 миллиардов долларов в год — и все это за счет американских налогоплательщиков.

Поскольку американский потребитель фактически помогает оплачивать более дешевую импортную сырую нефть, чем отечественную, не должны ли мы извлечь выгоду из этого соглашения за счет более низких цен на бензин на заправках? В конце концов, саудовская нефть была такой дешевой, а учитывая производственные субсидии, не приведет ли это к снижению цен на бензин на заправках? Получает ли американский потребитель хоть малейшую выгоду от оплаты этого огромного счета? Ни за что. Помимо геополитических соображений, мажоритарии также виновны в установлении цен. Дешевая арабская нефть, например, была зафиксирована по более высокой внутренней цене на сырую нефть при импорте в Соединенные Штаты с помощью уловки, известной как «фантомные ставки фрахта».

Согласно неопровержимым доказательствам, представленным на Многонациональных слушаниях в 1975 году, крупнейшие нефтяные компании, возглавляемые компаниями Рокфеллера, получали 70 процентов своей прибыли за границей, прибыли, которая в то время не могла облагаться налогом. Поскольку основная часть их прибыли поступала от «восходящего потока», они не собирались делать крупные инвестиции в американскую нефтяную промышленность. Как следствие, последняя начала приходить в упадок. Зачем тратить деньги на разведку и разработку нефти дома, когда они сами просили ее в Саудовской Аравии — по более низкой цене, чем местный продукт, и с гораздо большей прибылью?

Ничего не подозревающий американский потребитель был и остается обманутым. Согласно секретным экономическим данным, которые мне показал мой источник в экономической разведке, который все еще занимается мониторингом бизнеса, бензин на заправках в Америке, учитывая все местные налоги, налоги штата и федеральные налоги, наложенные на цену, не должен был стоить потребителю более 35 центов за галлон к концу 1991 года. Тем не менее, мы знаем, что цены на насосах были в три-пять раз выше без какого-либо обоснования.

Безнравственность этого грубого обмана заключается в том, что если бы крупные нефтяные компании — и снова я должен подчеркнуть лидерство Рокфеллеров — не были такими жадными, они могли бы производить отечественную нефть, которая сделала бы наши цены на бензин самыми дешевыми в мире. На мой взгляд, то, каким образом был организован этот дипломатический обман между Госдепартаментом и Саудовской Аравией, делает Госдепартамент партнером преступного предприятия. Ибо, чтобы не поссориться с Израилем и в то же время сделать саудовцев счастливыми, американский потребитель был обременен огромным налоговым бременем, от которого эта страна не получила абсолютно никакой выгоды. Разве это не равносильно принудительному труду, запрещенному Конституцией США?

Затем правители Саудовской Аравии потребовали, чтобы нефтяные компании установили фиксированные цены, что означало, что страна не столкнется с сокращением доходов, если цены на нефть упадут. Услышав об этой договоренности, Иран и Ирак добились такого же соглашения о фиксированном ценообразовании. Суть здесь в том, что нефтяные компании, возглавляемые компаниями Рокфеллера, платили налоги по искусственно завышенной цене, что компенсировалось более низкими налогами, которые они платили в Соединенных Штатах — большая выгода, которой не пользуется ни одна другая отрасль в Америке.

Это позволило «Эксон» и «Мобил» (и всем компаниям «Арамко») платить среднюю налоговую ставку в размере 5 процентов, несмотря на огромные прибыли, которые они получали. Нефтяные компании не только обманывали американского потребителя и продолжают обманывать, но они также разрабатывают и проводят внешнюю политику США в ущерб американскому народу. Эти договоренности и действия ставят нефтяную промышленность выше закона, предоставляя ей позицию, с которой компании могут диктовать внешнюю политику избранному правительству, что они и делают, без какого-либо контроля со стороны наших представителей в Вашингтоне.

Политика нефтяных компаний обходится американским налогоплательщикам в миллиарды долларов дополнительного налогообложения и миллиарды долларов сверхприбыли на насосах. Нефтяники и, в частности, «Эксон», не боятся правительства США. Благодаря контролю, осуществляемому постоянным параллельным тайным правительством высшего уровня в лице Совета по международным отношениям (СМО), Рокфеллер неприкосновенен. Это позволило «Арамко» продавать нефть французскому флоту по цене 0,95 доллара за баррель, в то время как ВМС США платили 1,23 доллара за баррель.

Одним из немногих в Сенате, кто осмелился противостоять устрашающей власти Рокфеллеров, был сенатор Брюстер. Он раскрыл некоторые из «скользких действий» нефтяной промышленности во время слушаний в 1948 году, обвинив отрасль в недобросовестности «с алчным желанием огромных прибылей, в то же время постоянно ища покровительства и помощи Соединенных Штатов, чтобы сохранить свои обширные концессии». Рокфеллеры составили меморандум, подписанный крупнейшими нефтяными компаниями США, суть которого заключалась в том, что они не имели «никаких особых обязательств перед Соединенными Штатами. Вопиющий интернационализм Рокфеллера наконец-то был выставлен на всеобщее обозрение.

В качестве примера вышеизложенного М.Дж. Итон в статье, опубликованной в журнале «Ойл Индастри», заявил: «Нефтяная промышленность в настоящее время сталкивается с вопросом государственного контроля». Когда правительство США предложило Американскому институту нефти назначить трех членов в комитет, который оно создало для рассмотрения законодательства об охране окружающей среды, президент API Э. В. Кларк сказал:

«Мы не можем взять на себя обязательство пропустить мимо ушей, а тем более согласиться с любым предложением о том, что федеральное правительство может напрямую регулировать добычу сырой нефти в нескольких штатах».

API утверждал, что федеральное правительство не имеет полномочий контролировать нефтяные компании в соответствии со статьей 1 Конституции США. 27 мая 1927 года API заявила, что правительство не может указывать отрасли, что делать — даже там, где речь идет об общей обороне и общем благосостоянии нации.

Одним из лучших и наиболее далеко идущих разоблачений нефтяной промышленности является 400-страничный отчет под названием «Международный нефтяной картель». Этот замечательный отчет исчез из поля зрения, и, насколько я понимаю, Рокфеллер и СМО скупили все доступные экземпляры вскоре после его публикации и предотвратили печатание других копий отчета.

Вдохновленный покойным сенатором Джоном Спаркманом и составленная профессором М. Блэром история нефтяного картеля восходит к заговору, имевшему место в замке Акнакарри, отдаленном рыбацком заповеднике в Шотландии. Спаркман не нанес ни одного удара в сокрушительной атаке на нефтяную империю Рокфеллера. Профессор Блэр тщательно выстроил дело, которое доказывало, что крупнейшие нефтяные компании вступили в сговор для достижения следующих целей:

1) Контролировать всю добычу нефти в зарубежных странах в той мере, в какой это касалось производства, продажи и распределения нефти.

2) Строго контролировать все технологии и патенты, связанные с добычей и переработкой нефти.

3) Разделить трубопроводы и танкеры между Семью Сестрами.

4) Делить мировые рынки только между собой.

5) Действовать сообща для поддержания искусственно завышенных цен на нефть и бензин.

Профессор Блэр заявил, что, в частности, «Арамко» была виновна в поддержании цен на нефть на высоком уровне, когда она получала саудовскую нефть по невероятно низким ценам. В ответ на обвинения Спаркмана Министерство юстиции начало свое собственное расследование в 1951 году, о котором рассказано выше.

Ничего не изменилось. Война в Персидском заливе — хороший пример «обычного бизнеса». Оккупация Сомали также имеет нефтяной подтекст. Благодаря нашему новейшему спутнику-шпиону «Ла Кросс Имеджер», который может передавать изображения из-под земли, около 3 лет назад в Сомали были обнаружены значительные запасы нефти и газа. Находка держалась в абсолютном секрете, а миссию США, посланную якобы для того, чтобы накормить голодающих сомалийских детей, показывали по телевидению ночь за ночью в течение 3 месяцев.

Миссия по спасению «голодающих детей» была организована администрацией Буша в качестве средства обеспечения защиты буровых компаний «Арамко», «Филипс», «Коноко», «Кохоко» и «Бритиш Петролеум», подвергшихся угрозе со стороны сомалийских лидеров, которым стало известно, что их вот-вот будут грабить. Американская операция имела мало общего со спасением детей от голода. Почему тогда США не организовали аналогичную «спасательную» миссию в Эфиопии, где голод является реальной проблемой? Очевидно, потому что Эфиопия не располагает запасами нефти. Однако обеспечение безопасности порта Бербера является главной целью американских вооруженных сил. В России существует большой разлад из-за нефти. Курдам придется снова и снова страдать из-за мосульской нефти. Рокфеллер и ВР по-прежнему остаются теми же жадными нефтяными хапугами, какими были всегда.

Глава 4. Нефтяная политика Соединенных Штатов в Латинской Америке… и не только

История болезни

Нефтяная политика США в зарубежных странах представляет собой последовательную историю дипломатии обмана. Изучая документы Госдепартамента для этой книги, я обнаружил множество документов, которые открыто заявляли о поддержке «Стандард Ойл» в Мексике и американских нефтяных компаний на Ближнем Востоке. Тогда мне стало ясно, что Государственный департамент был вовлечен в гигантский дипломатический заговор в иностранном нефтяном бизнесе.

Директива Госдепартамента от 16 августа 1919 года всем консулам и посольствам в зарубежных странах призвала к массовому шпионажу и удвоению численности персонала дипломатической службы для оказания помощи крупным американским нефтяным компаниям. Выдержку из нее привожу ниже:

«Джентльмены: Жизненно важное значение обеспечения достаточных поставок минерального масла как для нынешних, так и для будущих нужд Соединенных Штатов было принудительно доведено до сведения Госдепартамента. Разработка доказанных месторождений и разведка новых районов активно ведется во многих частях мира разными странами, которые активно добиваются концессий на права на добычу полезных ископаемых. Желательно иметь самую полную и свежую информацию о такой деятельности как гражданами Соединенных Штатов, так и другими лицами.

Соответственно, вы проинструктированы время от времени получать и оперативно пересылать информацию, касающуюся концессии на добычу нефтепродуктов, смены владельцев нефтяной собственности или важных изменений в собственности или контроле над корпоративными компаниями, занимающимися добычей или распределением нефти.

Также следует направлять информацию о разработке новых месторождений или увеличении добычи на добывающих площадях. Требуются исчерпывающие данные, и отчеты не должны ограничиваться пунктами, конкретно упомянутыми выше, но должны включать информацию по всем вопросам, представляющим интерес для нефтяной промышленности, которые могут время от времени возникать…»

Эта директива была издана после долгой и ожесточенной борьбы с правительством Мексики. Как мы увидим в отчете ниже, А. К. Бедфорд, председатель «Стандард Ойл», потребовал, чтобы правительство США вмешалось в ситуацию: «Вся надлежащая дипломатическая поддержка в приобретении и эксплуатации нефтедобывающей собственности за рубежом должна поддерживаться правительством». Федеральная торговая комиссия незамедлительно рекомендовала оказывать «дипломатическую поддержку» таким нефтяным предприятиям за рубежом.

Чарльз Эванс Хьюз также дал показания перед Федеральным советом по сохранению нефти Кулиджа, настаивая на том, что политика Государственного департамента и нефтяной компании являются синонимами: «Внешняя политика правительства, выраженная во фразе «политика открытых дверей», последовательно проводимая Государственным департаментом, позволила разумно поощрять наши американские интересы за рубежом и в немалой степени надлежащим образом защищать потребности нашего народа». Это действительно означало, что необходимо слияние государственных и частных нефтяных интересов. То, что Эванс оказался консультантом Американского института нефти и «Стандард Ойл», не было случайностью.

Дипломатия грабежа

История эксплуатации мексиканской нефти служит примером того, как идут к цели с помощью дипломатии обмана. Завоевание главного природного ресурса Мексики — ее нефти — остается уродливым пятном американской истории.

Нефть была обнаружена в Мексике британским строительным магнатом Уитманом Пирсоном, чья компания входила в глобальную сеть Комитета 300. Пирсон не занимался нефтяным бизнесом, но пользовался поддержкой британских нефтяных компаний, в частности «Ройял Датч Шелл Компани». Вскоре он стал ведущим игроком на мексиканском рынке нефтедобычи.

Президент Мексики Порфирио Диас официально предоставил Пирсону исключительные права на разведку нефти после того, как он уже передал «исключительное право» Эдварду Дахони из «Стандард Ойл», который был известен как «царь мексиканской нефти». Как мы увидим, Диас боролся за интересы своих элитных покровителей. Он также находился под сильным влиянием Дахони и президента Уоррена Гардинга[17].

Следует вернуться к договору Гваделупе-Идальго 1848 года, по условиям которого Мексика уступила Соединенным Штатам Верхнюю Калифорнию, Нью-Мексико и северную Сонору, Коауилу и Тамполис за отступные в размере 15 миллионов долларов. Техас был аннексирован Соединенными Штатами в 1845 году. Одной из главных причин аннексии Техаса было то, что геологи знали об огромных нефтяных месторождениях, лежащих под его землями.

В 1876 году Диас сверг Леордо де Техаду, а 21 мая 1877 года был провозглашен президентом Мексики. Он оставался на своем посту до 1911 года, за исключением периода с 1880 по 1884 г. Диас стабилизировал финансы, предпринял промышленные проекты, построил железные дороги и расширил торговлю во время своего диктаторского правления, оставаясь верным тем, кто привел его к власти. Некоронованный монарх Мексики был тесно связан с королевскими домами Великобритании и Европы.

Именно обнародование нового кодекса о добыче полезных ископаемых 22 ноября 1884 года открыло Пирсону путь в нефтяной бизнес. Вопреки старому испанскому законодательству, новый закон предусматривал, что право собственности на землю подразумевает право собственности на продукты недропользования. Это также позволило общинным землям, принадлежащим индейцам и метисам, перейти в руки 1,5-миллионного «высшего класса» Мексики. Именно на этом фоне Диас начал идти на уступки иностранным инвесторам.

Первыми, кто получил концессию, были Дахони, близкий помощник министра внутренних дел Альберт Фолл и Хардинг, которым Дахони пожертвовал большие суммы на предвыборную кампанию. В кабинете Хардинга было не менее четырех нефтяников, в частности Фолл. В 1900 году Дахони купил 280 000 акров гасиенды дель Тулильо за 325 000 долларов. «Вознаграждая» президента Диаса, Дахони в буквальном смысле мог украсть землю или купить ее по смехотворно низким ценам.

После четырех лет работы Дахони добывал большую часть из 220 000 баррелей нефти, составлявших общую добычу в Мексике. Думая, что он хорошо зарекомендовал себя, Дахони по указанию правительства Соединенных Штатов отказался увеличить выплаты «вознаграждения» президенту Диасу, хотя на месторождениях Потреро и Серо Азул добыча превышала 1 миллион долларов в неделю. Это было довольно типично для эгоистичной жадности Джона Д., черта, которая пронизывала весь выводок Рокфеллеров. В этот момент Диас под давлением Дахони, выдал Пирсону «единичную концессию». К 1910 году «Мексикан Игл Компани» Пирсона приобрела 58 процентов от общего объема производства в Мексике.

В ответ Рокфеллер приказал взорвать скважины Пирсона, а крестьяне, вооружившиеся на его деньги для этой цели, обстреляли его рабочих. Большие банды разбойников были вооружены и обучены громить трубопроводы и нефтяные установки «Мексикан Игл». На свет Божий были извлечены все грязные трюки, которые выучил Уильям «Док» Эвери Рокфеллер в войне Джона Д. с Пирсоном.

Но Пирсон оказался более чем достойным соперником Рокфеллера, и не оставался в долгу. Подсчитав, что запасы нефти в Мексике не столь уж велики, чтобы продолжать за них борьбу (что оказалось серьезной ошибкой), Рокфеллер отступил и оставил месторождение Пирсону. Позже Джон Д. пожалел о своем решении выйти из борьбы и пообещал выделить ресурсы «Стандард» для создания кровавого хаоса в Мексике. В этой стране мы назвали беспорядки «мексиканскими революциями», которых никто не понимал.

В знак признания его заслуг перед британскими нефтяными интересами Пирсону в 1917 был пожалован титул виконта Коудри, под которым он и был известен с тех пор. Он также был назначен постоянным членом Комитета 300. Пирсон был в хороших отношениях с президентом Вильсоном, но за кулисами Джон Д. плел против него интриги, стремясь очернить его перед Белым Домом и вернуться к эксплуатации мексиканской нефти. Лорд Коудри, однако, был полон решимости сохранить основную часть мексиканских нефтяных прибылей в казне британского правительства.

У.Пирсон

Нефтяная дипломатия Лондона и Вашингтона мало отличается по степени агрессивности. Мотивы и методы остались на удивление неизменными. В конце концов, международная мощь остается, прежде всего, экономической. 21 января 1928 года контр-адмирал Чарльз Планкетт, комендант Бруклинской военно-морской верфи, выпустил кота из мешка, защищая военно-морскую программу президента Кэлвина Кулиджа стоимостью 800 миллионов долларов, когда он сказал: «Наказание за коммерческую и промышленную эффективность неизбежно — война». Это было связано с большим спросом на нефть для кораблей военно-морского флота, работающих на мазуте. Планкетт положил глаз на мексиканскую нефть.

По логике вещей, нация, которая контролирует мировые сырьевые активы, управляет миром. Когда у Британии был большой военно-морской флот, который был необходим для охраны ее мировой торговли, дипломатия обмана была ключом к британским операциям в нефтедобывающих странах. Америка быстро училась, особенно после прихода к власти семьи иллюминатов Даллеса, о чем я расскажу ниже.

Давайте вернемся в Мексику, где в 1911 году Диас был свергнут Франсиско Мадеро, и раскроем роль, которую сыграла «Стандард Ойл» в этом начинании. Генерал Викториано Уэрто встревожил британские нефтяные интересы, заявив о своем намерении вернуть контроль над мексиканской нефтью, и британцы попросили Пирсона (который к тому времени продал мексиканские операции «Шелл») убедить президента Вильсона помочь им свергнуть Уэрту.

Это был прекрасный образчик дипломатии обмана, потому что британцы знали, что «Стандард Ойл» стояла за революцией Мадеро 1911 года, в результате которой был свергнут президент Диас. Это была революция, которую «Стандард ойл» считала необходимой, чтобы остановить британское изнасилование «их» мексиканской нефти. Франсиско Мадеро, который стал президентом Мексики 6 ноября 1911 года, плохо понимал силы, которые дергали его за ниточки, и играл в политическую игру, не понимая, что политика основана исключительно на экономике. Но Уэрта, который заменил его, знал правила игры.

«Стандард Ойл» была очень сильно вовлечена в падение Порфирио Диаса. Показания, данные рядом свидетелей на слушаниях Сенатского комитета по международным отношениям в 1913 году, свидетельствовали о причастности Дахони и «Стандард Ойл» к финансированию революции Мадеро в 1911 году. Один свидетель, Лоуренс Э. Конверс, рассказал членам комитета гораздо больше, чем «Стандард» хотела, чтобы они услышали:

«Мистер Мадеро сказал мне, что, как только повстанцы [силы Мадеро — Д.К.] хорошо продемонстрировали свою силу, несколько ведущих банкиров в Эль-Пасо (Техас) были готовы выступить против него. Я полагаю, что сумма составляла 100 000 долларов, и что «Стандард Ойл» выкупила временное правительство Мексики…Они [губернатор Гонсалес и госсекретарь Эрнандес — Д.К.] заявили, что интересы «Стандард Ойл» поддерживают Мадеро в его революции…»

Правительство Вильсона, стремясь обуздать активность концессий лорда Коудри, установило дипломатические отношения с правительством Мадеро, приказав ввести эмбарго на поставки оружия любым контрреволюционерам. Полковник Хаус (контролер Вудро Вильсона) выставил Коудри этаким сказочным злодеем, когда Франсиско Уэрта сверг Мадеро. «Мы не любим его [Пирсона — Д.К.], потому что считаем, что между ним и Карденом[18] лежит большая часть наших проблем», — сказал Хаус.

Хаус вполне справедливо напомнил Уэрте о том, что его привели к власти британцы чтобы потеснить «Стандард» в пользу концессий лордом Коудри. Президент Вильсон отказался признать правительство Уэрты, хотя Британия и другие крупные державы сделали это. Вильсон сказал: «мы не можем испытывать симпатии к тем, кто стремится захватить власть в правительстве для продвижения своих личных интересов или амбиций».

Представитель Комитета 300 сказал президенту Вильсону: «Вы говорите совсем как представитель «Стандард Ойл»». Был задан вопрос: «…какое имеют значение нефть или торговля Мексики по сравнению с тесной дружбой между Соединенными Штатами и Великобританией? Две страны должны договориться о главном — оставить свои нефтяные интересы для ведения собственных битв, юридических и финансовых».

Люди, близкие к Вильсону, рассказывали, что он был явно потрясен тем, как британская «Интеллидженс Сервис» раскрыла его прямые связи с мексиканскими предприятиями «Стандард», что начинало бросать тень на его имидж президента-демократа. Хаус предупредил его, что пример, поданный Уэртой в противостоянии американской мощи, может сказаться на всей Латинской Америке, если Соединенные Штаты (читай «Стандард Ойл») не преподадут ему урок. Это была прекрасная головоломка для «Либерального демократа».

«Полковник» Хаус

Министр внутренних дел Фолл призвал сенат США направить американские вооруженные силы в Мексику для «защиты жизней и имущества американцев». Единожды использованное, это обоснование на многие годы стало шаблоном в американской политике. В наше время к нему прибегал президент Буш для отправки американских войск в Саудовскую Аравию для «защиты жизней и имущества» «Бритиш Петролеум» и ее сотрудников (не говоря уже о бизнесе его собственной семьи — «Запата Ойл Компани», которая была одной из первых американских нефтяных компаний, подружившихся с кувейтскими аль-Сабахами).

В 1913 году Комитет Сената США по международным отношениям созвал слушания о том, что он назвал «Революциями в Мексике». Американская общественность, тогда, как и сейчас, понятия не имела, что происходит, и газеты заставили ее поверить, что целая куча «сумасшедших мексиканцев бегала, стреляя друг в друга».

Мистер Дахони, выступавший в качестве свидетеля-эксперта, был весьма лиричен в своей завуалированной просьбе о том, чтобы правительство Вашингтона применило силу для сдерживания Уэрты. Он сказал:

«…мне кажется, что Соединенные Штаты должны воспользоваться предприимчивостью, способностью и духом первопроходцев своих граждан, чтобы приобретать и удерживать причитающуюся ей по праву часть мировых запасов нефти. Если этого не произойдет, то окажется, что запасы нефти за пределами территории Соединенных Штатов будут быстро приобретены гражданами и правительствами других стран…»

Мексика и Ирак: меняются только декорации

Не правда ли очень похоже на то, что мы совсем недавно? Вспомним замечательные истории, рассказанные нам СМИ о том как «безумец» Саддам Хусейн представляет угрозу мировым поставкам нефти. Министр Фолл добавил к своим воинственным призывам в Сенате пассаж: «…и оказать их помощь [вооруженными силами США — Д.К.] в восстановлении порядка и поддержании мира в этой несчастной стране и передаче административных функций в руки способных и патриотически настроенных граждан Мексики».

Ложь, которую лили в Сенат в 1913 году и далее в американское общество Фолл и Дахони из «Стандард Ойл» до жути напоминает риторику Буша до и во время его войны против Ирака. Буш заявил, что американским солдатам необходимо «вернуть демократию в Кувейт». Истина же заключается в том, что демократия для кувейтских диктаторов Аль-Сабахов была сродни каким-то инопланетным мистериям.

Как только Америка вернула Кувейт «Бритиш Петролеум» (пример особой дружбы между Соединенными Штатами и Великобританией, о которой говорил посланник Комитета 300 во время своего визита к президенту Вильсону), Буш обратил свое внимание на «печальную и несчастную страну Ирак».

Американские войска в Ираке во время операции «Буря в пустыне»

Подобно Уилсону, который считал, что «тиран Уэрта» должен быть смещен, а Мексика восстановлена для «порядка и поддержания мира в этой несчастной стране путем передачи административных функций в руки способных и патриотически настроенных граждан Мексики», Буш, используя подобную форму дипломатии путем обмана, сказал, что Америка должна избавиться от «тирана Саааддама». (так он это и произносил.)

Американские граждане вскоре убедились, что президент Хусейн был причиной всех проблем Ирака, так же как раньше полковник Хаус через Вильсона убедил его в Страшной Правде о президенте Мексики Уэрте. В обоих случаях — мексиканском и иракском общим знаменателем является дипломатия обмана, общим числителем — нефть и жадность. Сегодня в Совете по международным отношениям госсекретарь Уоррен Кристофер сменил Дахони и Фолла, а Белый Дом по-прежнему вещает, что неугодный иностранный лидер должен быть свергнут, чтобы спасти «его несчастный народ».

Кристофер просто продолжает использовать ложь, чтобы прикрыть цель Комитета 300 по полному захвату нефтяных месторождений Ирака. Это ничем не отличается от политики Вильсона по отношению к Уэрте.

В 1912 году Вильсон представил «угрозу Уэрты» как опасность для Панамского канала. В 1991 году Буш представил Хусейна как угрозу для поставок нефти США из Саудовской Аравии. И то, и другое было ложью.

Голословные нападки Уилсона на Уэрту были обнародованы в обращении к Межсоюзническому нефтяному совету. В речи, написанной Хаусом, Вильсон заявил Конгрессу, что Мексика представляет «постоянную опасность для американских интересов»:

«Нынешняя ситуация в Мексике несовместима с выполнением международных обязательств со стороны Мексики, с цивилизованным развитием самой Мексики и с поддержанием приемлемых политических и экономических условий в Центральной Америке», — сказал Вильсон. «Сегодня взгляды всего мира устремлены на Мексику. В Центральной Америке вот-вот пересекутся великие торговые пути мира и проходящие от океана к океану через Перешеек…»

Фактически Вильсон объявлял, что отныне политика американских нефтяных компаний станет политикой Соединенных Штатов Америки.

Президент Вильсон был безвольной марионеткой, управляемой Уолл-стрит и «Стандард Ойл». Несмотря на тот факт, что 1 мая 1911 года Верховный суд распорядился о возбуждении антимонопольного дела против «Стандард Ойл», он поручил консулам США в Центральной Америке и Мексике «донести до властей намек на то, что любое жестокое обращение с американцами, вероятно, поднимет вопрос о вмешательстве». Цитата взята из длинного документа Госдепартамента и из слушаний, проведенных Сенатским комитетом по международным отношениям в 1913 году.

В развитие этого послания Вильсон поручил государственному секретарю Уильяму Брайану четко заявить, что он желает скорейшего отстранения президента Уэрты: «Существует четкое мнение, что Уэрта должен уйти из мексиканского правительства, и что правительство Соединенных Штатов должно теперь приступить к использованию таких средств, которые могут потребоваться для обеспечения этого результата».

В лучшем стиле империалистически спроектированных Соединенных Штатов Вильсон нанес еще один удар в спину президенту Уэрте 12 ноября 1912 года:

«Уэрта должен быть отрезан от иностранного сочувствия и помощи, а также от внутреннего кредита, будь то морального или материального, и заставить его уйти, если генерал Уэрта не уйдет в отставку в силу обстоятельств, Соединенные Штаты будут обязаны использовать менее мирные средства, чтобы убрать его». Воинственное заявление Вильсона тем более шокирует, если учесть, что оно последовало за мирными выборами, на которых Уэрта вернулся на пост Президента.

Возникает вопрос, почему, если это имело место в отношении Панамы, наследник Джона Д., Дэвид Рокфеллер, так упорно боролся за передачу Панамского канала полковнику Торрихосу? Эту тему я раскрою в другой главе.

Не следует удивляться тому, что в то время американский народ принял воинственное нападение Вильсона на Мексику, тонко замаскированное под «патриотическое» и отвечающее наилучшим интересам Соединенных Штатов. В конце концов, разве основная масса населения — я полагаю, порядка 87 % американцев — не поддерживала Буша в его нападении на Ирак? Разве не мы виноваты в том, что позволили сохранить бесчеловечное и совершенно неоправданное эмбарго против Ирака?

Мы не должны удивляться сходству риторики Вильсона и Буша, поскольку оба контролировались нашим параллельным тайным правительством высшего уровня, так же как Клинтон контролируется из Чатем-хауса в Лондоне, через фигуру миссис Памелы Гарриман. Поэтому неудивительно, что Уоррен Кристофер продолжает большую ложь против Ирака. Нефть и жадность остаются движущими факторами и в 1993 году, как это было 80 лет назад. Обвинения, которые я выдвигаю здесь против Уилсона, хорошо задокументированы автором Антоном Мором в его книге «Нефтяная война».

Именно Америка больше всего навредила Мексике в 1912 году, ввергнув ее в гражданскую войну, ложно названную «революцией», так же как мы являемся нацией, которая больше всего навредила Ираку в 1991 году, и продолжаем делать это вопреки нашей Конституции, которую те в Конгрессе, кто поклялся соблюдать и к сожалению, нарушил свою клятву.

Госсекретарь Брайан сказал европейским державам, которым не понравилось то, что, по их мнению, происходит в Мексике, что «существует более обнадеживающая перспектива мира, безопасности собственности и скорейшей выплаты иностранных обязательств, если Мексика будет предоставлена силам, которые сейчас там считаются друг с другом».

Это была классическая дипломатия обмана. Чего Брайан не сказал европейцам, так это того, что Вильсон, далекий от того, чтобы оставить Мексику «силам, которые сейчас там считаются друг с другом», уже начал изолировать Уэрту, используя финансовое эмбарго и эмбарго на поставки вооружений. В то же время он вооружал и финансово поддерживал силы, контролируемые Венустиано Каррансой и Франсиско Вильей, и убеждал их свергнуть Уэрту.

9 апреля 1914 года консул США организовал в Тампико инсценированный кризис, в результате которого была арестована группа американских морских пехотинцев. Правительство Соединенных Штатов потребовало извинений, а когда их не последовало, разорвало отношения с правительством Уэрты. К 21 апреля, инцидент был раздут до такой степени, что американские войска получили приказ выступить на Вера-Крус.

Образцы пропагандистской кампании против Уэрты перед интервенцией в Мексику

Американский вспомогательный крейсер «Прейри» в сражении у Вера-Крус. 21 апреля 1914 г.

Воспользовавшись инцидентом в Тампико, Уилсон смог оправдать отправку американского флота и морской пехоты в Вера-Крус. Уэрта предложил передать дело на рассмотрение Гаагского суда, но Вильсон отклонил предложение. Как и его духовный преемник Буш в случае с С.Хусейном, Вильсон не позволил ничему встать на пути свержения Уэрты. В этом ему умело помогал Дахони, который сообщил Вильсону и Брайану, что он выдал мятежнику Каррансе 100 000 долларов наличными и топливные кредиты еще на 685 000 долларов.

Задний двор США

К середине 1914 года в Мексике воцарился полный хаос. 5 июля Уэрто был избран президентом всенародным голосованием, но 11 июля подал в отставку, когда стало очевидно, что Вильсон будет сеять смуту, пока он держит бразды правления Мексикой.

Месяц спустя генерал Обрегон установил контроль над Мехико и назначил Каррансу президентом. Но на севере установилась диктатура Франсиско Вильи. Вилья выступал против Каррансы, но Соединенные Штаты все равно признали Каррансу. Американские войска вмешались в разгоревшуюся гражданскую войну на стороне своего ставленника Каррансы. События тех дней породили в латиноамериканских лидерах страх перед возможной интервенцией армии США, который силен и сегодня.

В результате шумихи, поднятой в Латинской Америке, и особенно учитывая отзывы своих консультантов, Вильсон приказал вывести американские войска из Мексики 5 февраля 1917 года. Карранса разочаровал своих американских покровителей тем, что ничего не сделал, чтобы помочь их делу. Скорее, он пытался оправдать революцию 1911 года, которая, по его словам, была необходима для сохранения целостности Мексики. Это было не то, что хотели от него услышать американские нефтяные компании.

К январю 1917 года новая мексиканская конституция была готова, и это стало шоком для компаний «Стандард Ойл» и новоиспеченного виконта Коудри. Карранса был избран на четыре года. Новая конституция, которая, по сути, объявляла нефть неотъемлемым природным ресурсом мексиканского народа, вступила в силу 19 февраля 1918 года, новый налог взимался с контрактов на нефтеносные участки, заключенных до 1 мая 1917 года.

Этот дополнительный налог, предусмотренный статьей 27 документа, называл Соединенные Штаты «конфискаторами». Правительство Каррансы заявило Вашингтону, что налогообложение является вопросом «суверенного государства Мексика». Как ни старался Госдепартамент США, он не смог сдвинуть Каррансу с его позиции, что мексиканская нефть принадлежит Мексике, и, хотя иностранцы все еще могут инвестировать в нее, они могут делать это только по установленной цене, облагаемой налогом. Нефтяные компании внезапно обнаружили, что Карранса поменялся с ними ролями.

В этот момент Коудри обратился к вашингтонским властям с просьбой «вместе противостоять общему врагу». Теперь Карранса был персоной нон грата, и Коудри попытался продать свои акции, потому что видел, что три ведущих мексиканских генерала борются за власть. «Ройял Датч Шелл» согласилась их выкупить. Хотя условия были неопределенными, Коудри все же вышел из бизнеса получив солидную прибыль.

После долгих боев, в ходе которых жертвами убийц стали Карранса и Вилья а, Мексика досталась генералу Обрегон, который был избран президентом 5 сентября 1923 года. 26 декабря Уэрта возглавил восстание против Обрегона, но потерпел поражение. Вашингтон поддержал Обрегона при условии, что он ограничит применение конституции, которую иностранные нефтяные компании сочли столь нежелательной. Вместо этого Обрегон ввел 60-процентный налог на экспорт нефти. Правительство США и нефтяные компании были возмущены таким предательством.

В течение почти пяти лет Вашингтон продолжал свои нападки на мексиканскую конституцию, скрывая при этом свои истинные мотивы. К 1927 году Мексика была охвачена гражданской войной, а ее казна почти пуста. Мексиканское правительство было вынуждено капитулировать. Нет лучшего описания того, что чувствовали мексиканцы, когда у них отняли нефть, чем редакционная статья в «Эль Юниверсал» из Мехико, октябрь 1927 года:

«Американский империализм — это фатальный продукт экономической эволюции. Бесполезно пытаться убедить нашего северного соседа не быть империалистом; они не могут не быть таковыми, какими бы прекрасными ни были их намерения. Давайте изучим естественные законы экономического империализма в надежде, что может быть найден какой-нибудь метод, с помощью которого вместо того, чтобы слепо противостоять им, мы смягчим их действие и обратим его в нашу пользу».

Новый президент Плутарко Кальес вынужден был сдать все завоевания мексиканской конституции. Сменявшие друг друга мексиканские правительства продолжили отступать. Мексика заплатила за сближение отступлением от принципов, за которые она боролась в 1911 и 1917 годах. 1 июля 1928 года Обрегон был переизбран президентом, но 16 дней спустя был убит. Иностранные нефтяные компании были обвинены в этом преступлении и в том, что они держали Мексику в состоянии нестабильности.

Правительство США действовало в союзе со «Стандард Ойл» и лордом Коудри, чтобы заставить правительство Мексики отменить указ от 19 февраля 1918 года, который объявлял нефть неотъемлемым природным ресурсом мексиканского народа. 2 июля 1934 года генерал Кальес выбрал своим преемником Лазаро Карденаса. Затем Карденас набросился на Кальеса, назвав его «слишком консервативным», и под давлением британских и американских нефтяных компаний арестовал его, когда тот вернулся из США в 1936 году. Документы Госдепартамента не оставляют сомнений в причастности правительства США к этим событиям.

Карденас проявлял симпатии к американским и британским нефтяным компаниям, но столкнулся с решительным противодействием Винсенте Ломбардо Толедано, лидера Конфедерации мексиканских рабочих. Карденас был вынужден подчиниться требованиям этой группы, и 23 ноября 1936 года новый закон об экспроприации уполномочил правительство конфисковывать собственность, особенно нефтяные участки. Это было совсем не тем, чего ожидали правительство США и нефтяные компании, и закономерно вызвало панику.

К 1936 году насчитывалось 17 иностранных компаний, занятых перекачкой нефти, которая по праву принадлежала Мексике. Ситуация была чем-то сродни Южной Африке, где со времен англо-бурской войны (1899–1902) семья Оппенгеймеров из Комитета 300 выкачивала из Южной Африки ее золото и алмазы, переправляя их в Лондон и Цюрих, в то время как южноафриканский народ страдал в нищете. Англо-бурская война была первой открытой демонстрацией мощи Комитета 300.

Как с «черным золотом», так и с «желтым золотом» были разграблены национальные ресурсы Мексики и Южной Африки, которые действительно принадлежат народу. Это было достигнуто под прикрытием дипломатии обмана, которая развалилась только тогда, когда появились сильные национальные лидеры, такие как Даниэль Малан из Южной Африки и Ласаро Карденас из Мексики.

Но в отличие от Малана, который не смог сдержать заговорщиков-грабителей, национализировав золотые прииски, Карденас обнародовал декрет от 1 ноября 1936 года, в котором недра страны, в которых хозяйничали «Стандард Ойл» и другие компании были объявлены национальным достоянием. Чистый эффект указа лишил нефтяные компании возможности работать в Мексике и репатриировать свою прибыль в Соединенные Штаты. В течение многих лет мексиканские нефтяники жили на грани нищеты, в то время как Рокфеллер и Коудри набивали свою мошну. Коудри стали одним из богатейших семейств в Англии, никому не надо объяснять и размеры империи Рокфеллера.

Кровь тысяч мексиканцев была напрасно пролита из-за жадности «Стандард Ойл», «Игл», «Шелл» и др. Революции были преднамеренно вызваны манипуляторами в Соединенных Штатах, всегда поддержанными соответствующими правительственными чиновниками США. В то время как виконты Коудри купались в роскоши, посещая лучшие клубы Лондона, положение мексиканских нефтяников было хуже, чем у рабов фараонов, они жили в нищете и ютились друг к другу в жалких трущобах.

18 марта 1938 года правительство Карденаса национализировало собственность американских и британских нефтяных компаний. Дипломатия обмана уступила место грубой силе: Соединенные Штаты прекратили закупки серебра в Мексике. Британское правительство разорвало дипломатические отношения. Тайно «Стандард Ойл» и британские нефтяные компании финансировали генерала Сатурнино Седильо, призывая его к восстанию против Карденаса. Однако массовая демонстрация поддержки Карденаса населением положила конец попытке восстания в течение нескольких недель.

Соединенные Штаты и Великобритания вскоре объявили бойкот мексиканской нефти, что разорило национальную нефтяную компанию, «ПЕМЕКС». Затем Карденас договорился о заключении бартерных соглашений с Германией и Италией. Такое лживое поведение обоих правительств, которые большинство считало столпами западной цивилизации, продолжалось и тогда, когда коммунисты попытались установить контроль над Испанией, а мексиканское правительство попыталось прекратить нефтяной бойкот, отправив нефть в Испанию правительству генерала Франко.

Во время Гражданской войны в Испании, Рузвельт поддержал коммунистов и позволил им вербовать людей и боеприпасы в Соединенных Штатах. Вашингтон принял официальную политику «нейтралитета», но этот обман был плохо скрыт и вышел наружу, когда «Тексако» вызвали на ковер.

«ПЕМЕКС» решила поставлять Франко нефть, используя танкеры «Тексако» для доставки ее в испанские порты. МИ–6 шпионила за «Тексако» и передавала информацию непосредственно Рузвельту. Как это обычно бывает, когда правые антикоммунистические правительства борются за существование своих стран, секретное параллельное правительство высшего уровня Соединенных Штатов приказало Рузвельту прекратить поставки мексиканской нефти Франко. Но это не помешало большевикам вербовать людей в Соединенных Штатах или получать боеприпасы и финансирование с Уолл-стрит. «Тексако» действовала не из симпатии к Франко или Мексике: ее мотивом была выгода. Это демонстрирует, что происходит, когда фабианский социалист, такой как Рузвельт, руководит страной, которая выступает против социализма.

Только в 1946 году в Мексике установилось подобие порядка с избранием президента Мигеля Алемана. 30 сентября 1947 года мексиканское правительство добилось окончательного урегулирования всех американских и британских претензий на экспроприацию. Это дорого обошлось мексиканскому народу и все еще оставляло контроль над нефтью де-факто в руках американских и британских нефтяных компаний. Таким образом, декрет об экспроприации 1936 года, подписанный Карденасом, был успешным лишь частично.

В 1966 году, когда несколько авторов разоблачили жадность и коррумпированность Коудри, 3-й виконт Коудри, Джон Черчилль Пирсон, внук нашего знакомца Уитмана Пирсона, нанял Десмонда Янга написать книгу, обеляющую и преуменьшающую связь их династии с Диасом и Уэртой. В 1970 году президент Ричард Никсон по поручению Совета по международным отношениям подписал соглашение с президентом Диасом Ордасом, в котором содержался призыв к мирному урегулированию будущих пограничных и других (под этим ничего не значащим эвфемизмом подразумевались нефтяные) споров.

Это соглашение действует и по сей день, и, хотя методы разграбления мексиканской нефти изменились, неизменными остались намерения и мотивация. Существует распространенное заблуждение по поводу соглашения Никсона, а именно, что оно представляло собой изменение политики Вашингтона. Это должно было создать впечатление, что теперь мы признаем право Мексики на ее природные ресурсы. Это повторение периода, когда Морроу вел переговоры об урегулировании с Кейлсом-Обрегоном в рамках того, что, как сказали американскому народу, было «большой уступкой со стороны Соединенных Штатов». На самом деле это вряд ли было какой-либо уступкой, касающейся интересов Вашингтон. Такова дипломатия обмана.

Глава 5. Сфокусируемся на Израиле

Возможно, больше, чем в любой другой стране Ближнего Востока, (кроме нынешней Саудовской Аравии), дипломатия обмана достигла своего расцвета в годы становления Государства Израиль. Как и на протяжении всей книги, я приложу все усилия, чтобы быть абсолютно объективным в рассмотрении предыстории образования Израиля, учитывая склонность большинства расценивать почти все, что говорится об этой стране, как «антисемитское».

Этот рассказ о том, как возникло Государство Израиль, не принимает во внимание религиозные вопросы, а основан исключительно на политических, географических, геополитических и экономических факторах. Когда имеешь дело с историей любой страны, трудно найти отправную точку, но после почти пятнадцати лет исследований я определил 31 октября 1914 года как начало событий, которые привели к основанию Израиля.

История одной страны не может быть отделена от истории ее соседей, и эта истина высвечивается особенно наглядно, когда речь идет об Израиле. Комитет 300, действуя через Министерство иностранных дел Великобритании, поручил лорду Горацио Китченеру, только что покончившему с независимостью бурских республик в Южной Африке, действовать на Ближнем Востоке.

Британское правительство строило козни против Турецкой Османской империи с 1899 года и к 1914 году было готово сделать свой последний шаг, чтобы свергнуть 400-летнюю династию. План Комитета 300 состоял в том, чтобы соблазнить арабов ложными обещаниями и использовать их для выполнения грязной работы Британии, как мы видели в главе 2, где рассказывалось о полковнике Томасе Лоуренсе.

Первым шагом в этом направлении стала встреча между Хусейном, великим Шарифом Мекки, бастионом хашимитов, и лордом Китченером. Хусейну предложили гарантии независимости в обмен на его помощь в борьбе с турками. Полноценные переговоры начались в июле 1915 года. На этих встречах британское правительство неоднократно заверяло Хусейна, что никогда не допустит еврейскую иммиграцию в Палестину. Как я подробно описал выше, Хусейн соглашался действовать лишь на этом условии.

Еще до того, как начались переговоры о полной независимости Мекки, эмиссары британского правительства тайно встретились с членами семей Абдул Азиза и Вахаби, чтобы обсудить британскую помощь этим двум семьям в покорении городов-государств Аравии.

На первом этапе план состоял в том, чтобы заставить Хусейна и его вооруженные силы помочь изгнать турок из Египта, Палестины, Иордании и Аравии, пообещав ему и вождям городов-государств Аравии не допускать еврейскую иммиграцию в Палестину. Следующий шаг — силы Абдул Азиза и ваххабитов (вооруженные, обученные и финансируемые Великобританией) должны будут взять под контроль эти же города-государства, пока они будут заняты борьбой Британии против турок.

План лорда Китченера, был рассмотрен британским правительством 24 июля 1914 года. Но только 24 октября 1914 года оно вынесло вердикт. Арабские территории, за некоторыми исключениями в Сирии, «на которых Великобритания может свободно действовать без ущерба для своего союзника Франции», будут уважаться. 30 января 1916 года Британия приняла предложения Хусейна, которые, по сути, заключались в том, что в обмен на свою помощь Хусейн будет объявлен королем Хиджаза и будет править арабским народом.

27 июня 1916 года Хусейн провозгласил создание Арабского государства, а 29 октября был провозглашен королем Хиджаза. 6 ноября Великобритания, Франция и Россия признали его правителем арабов народов и королем Хиджаза. Были ли семьи Абдул Азиза и Вахаби обеспокоены противоречием в условиях их соглашения с Великобританией? По-видимому, нет, по той простой причине, что они были заранее проинформированы об этих событиях и знали, что они были не более чем необходимым обманом, который нужно было разыграть против Хусейна.

В 1915 и 1917 годах британское правительство встречалось с лидерами Всемирного сионистского конгресса, чтобы определить, как наилучшим образом осуществить давно запланированную еврейскую иммиграцию в Палестину. Была достигнута договоренность об отправке агентов МИ–6 в Аравию для оказания помощи в обучении армий Абдула Азиза и Ваххаби.

26 апреля 1916 года Великобритания, Франция и Россия провели тайное совещание, договорившись о том, что Палестина будет передана под международное управление. Никто из арабов не был проинформирован, хотя документы Министерства иностранных дел Великобритании свидетельствуют о том, что лидеры Всемирного сионистского конгресса были заранее уведомлены и о самой встрече и о ее цели.

Ранее, в марте 1915 года, Франция и Великобритания также обещали русским Константинополь. Взамен, Россия согласилась признать независимость арабских государств. Британия будет контролировать Хайфу. Франция получила бы Сирию, Россия — Армению и Курдистан (нефть еще не считалась значимым фактором). Что удивительно, так это то, что никто не поинтересовался мнением самих жителей этих земель. То, как правительства могли торговать землями, которые им не принадлежали, говорит об огромной власти, которой обладали тайные общества под контролем Комитета 300.

Это бессрочное соглашение, известное как Соглашение Сайкса-Пико, было заключено между Великобританией и Францией 9 мая 1916 года. Были конкретно прописаны все зоны влияния на Ближнем Востоке, даже там, где арабские государства якобы признавались «независимыми». Средством контроля здесь были тайные общества, в частности, планируемая масонская ложа в Салониках.

Не подозревая обо всем этом, оперативник МИ–6 полковник Лоуренс (Лоуренс Аравийский) вел арабские силы Шарифа Хусейна к одной впечатляющей победе за другой, в конечном итоге захватив ключевую железнодорожную линию Хиджаза, обратив турок в бегство. Ключевым элементом в убеждении арабов напасть на турок (обе страны были исламскими нациями) было заявление Великобритании о том, что Османская империя оказала поддержку евреям, изгнанным из Испании Фердинандом и Изабеллой в 1492 году, и сделала Константинополь убежищем для евреев. Это, как сообщили Хусейну британские переговорщики (агенты МИ–6), гарантировало, что правители в Константинополе будут благосклонно относиться к еврейской иммиграции в Палестину, находившуюся под турецким контролем.

Известный своим арабским солдатам под прозвищем «Орренц», на которого смотрели снизу вверх и которого боготворили, полковник Лоуренса не мог смириться с грубым предательством Хусейна и его армии. Позже, когда стало очевидно, что евреям разрешалось въезжать в Палестину в больших количествах, Лоуренса попросту убили, чтобы помешать ему раскрыть махинации британского правительства. Записи британского военного министерства показывают, что Лоуренс получил личные гарантии от генерала Эдмунда Алленби, командующего британскими войсками на Ближнем Востоке, о том, что еврейская иммиграция в Палестину не будет разрешена ни при каких обстоятельствах.

Полковник Лоуренс

Давайте вернемся теперь к Декларации Бальфура, замечательному документу в том смысле, что он был составлен и подписан не премьер-министром Великобритании Артуром Бальфуром, а лордом Ротшильдом как главой британского отделения Всемирной сионистской федерации. Британия пообещала евреям землю в Палестине, которая на самом деле принадлежала арабам, в нарушение обещания, данного Шерифу Хусейну, и торжественных обещаний, данных полковнику Лоуренсу генералом Алленби.

Еще более поразительно, что, хотя лорд Ротшильд не являлся официальным лицом Британии, его предложения по Палестине были приняты Лигой Наций 25 апреля 1920 года в качестве документа британского правительства. Лига Наций приняла Декларацию Бальфура и предоставила Великобритании мандат на управление Палестиной и Трансиорданией. Единственное внесенное изменение заключалось в том, что новый дом еврейского народа не будет создан в Трансиордании, чего, сионистам и так не было нужно.

Когда турки были разбиты арабами под преводительством Лоуренса, а позже Хусейн потерпел поражение от обученных и оснащенных британцами армий Абдул Азиза, путь для еврейской иммиграции в Палестину был свободен. Договоренности были подтверждены на конференции премьер-министров союзников, состоявшейся в Сан-Ремо, Италия, 18 апреля 1920 года. Ни один арабский делегат не был приглашен. В мае 1921 года в Палестине вспыхнули серьезные антиеврейские беспорядки из-за внезапного притока еврейских иммигрантов и возникновения большого числа еврейских поселений.

Сэр Герберт Сэмюэл, британский верховный комиссар по Палестине, попытался назначить законодательный совет, но арабы не захотели в этом участвовать. Волнения продолжались, а в 1929 году вспыхнул конфликт у Стены плача, который быстро перерос в крупномасштабные нападения на евреев, жертвами которых стали 50 человек.

В докладе британского правительства, опубликованном в марте 1931 года, причиной беспорядков называлась «ненависть арабов к евреям и крах надежд арабов на независимость». Затем британское правительство издало указ, ограничивающий еврейскую иммиграцию, что привело к еврейской забастовке, вызвавшей массовые беспорядки в Палестине.

Документы министерства иностранных дел Великобритании указывают, что в июне 1931 года «в Комиссию Лиги Наций по мандатам были поданы жалобы, в которых вину за проблемы возлагали на неадекватные силы безопасности». Хотя в документах не указывалось, от кого исходили жалобы, пометки на полях этих документов указывают на лорда Ротшильда.

В результате давления Лиги Наций британское правительство назначило сэра Джона Хоуп-Симпсона отслеживать беспорядки в Палестине и сообщать о них. Его доклад, известный как «Белая книга Пассфилда», был представлен парламенту в 1930 году. В Белой книге подчеркивалось тяжелое положение безземельных арабов и их растущее желание владеть землей. Он решительно выступал за то, чтобы евреям было запрещено приобретать больше земли, пока землей не будут наделены все арабы, а еврейская иммиграция была прекращена до тех пор, пока среди арабов сохранялась безработица.

Доверие евреев сильно пошатнулось, Всемирный сионистский конгресс перешел в наступление и вынудил парламент провести дебаты по документу Пассфилда. «Лондон таймс» в ноябре 1930 года писала, что дебаты в парламенте были «горячими и язвительными». После двух лет интенсивного давления на британское правительство, Конгресс смог добиться ослабления ограничений на количество евреев, допущенных в Палестину.

В 1933 году сэр Артур Уошоуп, британский верховный комиссар, отклонил требования арабов объявить продажу арабской земли евреям незаконной и прекратить еврейскую иммиграцию. К этому времени разговоры о войне в Европе витали в воздухе наряду с ежедневными сообщениями о преследованиях евреев в Германии. Это сработало против арабов. Сионисты организовали крупномасштабные протесты и беспорядки против ограничения иммиграции, и лондонские газеты неблагоприятно отзывались об их деятельности. Это, однако, мало способствовало продвижению дела палестинского народа.

В 1935 году с открытием нефтепровода Мосул-Хайфа стало ясно, почему Британия потребовала контроля над Хайфой. В апреле 1936 года Высший арабский комитет объединил арабскую оппозицию евреям в Палестине, и чуть было не разразилась гражданская война. Британское правительство в ответ ввело дополнительные войска и назначило комиссию для расследования причин беспорядков. Арабы бойкотировали комиссию, «потому что британцы уже знают, в чем проблема, но прячутся за комиссиями и ничего не делают, чтобы положить этому конец».

Комиссия Пила собрала доказательства в Палестине в 1936 году и непосредственно перед отъездом в Лондон в январе 1937 года заслушала арабскую делегацию, которая ранее бойкотировала заседания комиссии. 8 июля 1937 года отчет Комиссии Пила был обнародован. Он нанес сокрушительный удар по еврейским устремлениям, категорически заявив, что евреи и арабы не могут жить вместе, и рекомендовал разделить Палестину на три государства:

а) еврейское государство, занимающее около трети территории страны. В нем проживало бы 200 000 арабов, а земля находилась бы во владении арабов.

b) британская подмандатная территория, включающая полосу земли от Яффо вдоль железной дороги до Иерусалима. Она включало бы Вифлеем и Иерусалим.

c) остальная часть территории должна стать арабским государством, объединенным с Трансиорданией.

Доклад Комиссии Пила был принят Всемирным Сионистским Конгрессом, но был осужден арабским миром и несколькими европейскими странами, особенно Францией. Рекомендации Комиссии Пила были приняты Лигой Наций 23 августа 1937 года.

Убийство Верховного комиссара Йелланда Эндрю 2 августа 1937 года было приписано сионистам, которое, по словам палестинцев и арабов, было организовано с целью разжечь ненависть британского народа к арабам. К 1937 году ожесточенные бои между евреями и арабами приняли вид полномасштабной войны.

Это привело к отсрочке выполнения рекомендаций Комиссии Пила и назначению новой комиссии под руководством сэра Джона Вудхеда. Важно понимать, что дипломатия обмана британского правительства вела к одной цели — полному отказу от арабского присутствия в Палестине. Секретные документы МИ–6 того периода не были раскрыты даже британскому парламенту. Они предполагали, что «палестинскую проблему» невозможно решить, и давали рекомендации по сокрытию информации, чтобы предотвратить дальнейшие волнения в арабских странах. Когда арабские лидеры говорили об этой проблеме как о «сионистской», лорд Ротшильд приказал британской прессе, всегда приписывать ей эпитет «палестинская».

Ужасная резня, в которой погибли 20 евреев произошла в Тверии, и арабские войска захватили Вифлеем и старый город Иерусалима, британские войска отбили их только со значительным трудом. Документы министерства иностранных дел Великобритании, хотя и не выражают четкого мнения, тем не менее, указывают, что нападения на города и поселки и убийства евреев были работой агентов-провокаторов, которые не желали, чтобы было достигнуто какое-либо соглашение, которое способствовало бы дальнейшей еврейской иммиграции.

Доклад комиссии Вудхеда, в котором выражалось мнение о том, что разделение Палестины не является практическим решением, был опубликован в ноябре 1938 года. В нем содержался призыв к немедленному созыву конференции арабов и евреев. Переговоры начались в Лондоне в феврале 1939 года, но быстро зашли в тупик, и встреча была прервана месяц спустя без достижения каких-либо результатов.

Затем, 17 мая 1939 года, британское правительство объявило о новом плане, который предусматривал создание независимого Палестинского государства к 1949 году. Его отношения с Великобританией будут регламентироваться двусторонними договорам, арабы и евреи должны будут участвовать в управлении государством «таким образом, чтобы гарантировать защиту жизненных интересов каждой общины».

План состоял в том, чтобы еврейская иммиграция была остановлена на пять лет, если арабы не согласятся позволить ей продолжаться, но, в любом случае, к 1949 году 75 000 евреев должны были получить разрешение на въезд в страну. Цель британского правительства состояла в том, чтобы устроить дело таким образом, чтобы евреи составляли около трети населения. Передача арабских земель евреям должна была быть запрещена.

План был одобрен британским парламентом, но яростно осужден Всемирным Сионистским Конгрессом и лидерами американских евреев. Палестинцы также отвергли этот план, и по всей стране вспыхнули бои между евреями и арабами. Но Палестина отошла на второй план несколько месяцев спустя, когда Британия объявила войну Германии и была немедленно поддержана Всемирным Сионистским Конгрессом.

Как только Британия объявила войну Германии, в Палестину хлынул поток еврейских беженцев из Европы, а в мае 1942 года конференция американских сионистов приняла программу Билтмора, которая отвергла модифицированный план Вудхеда, призывавший к независимой Палестине и потребовала создания вместо нее еврейского государства с еврейской армией и ярко выраженной еврейской идентичностью.

Три года спустя Всемирный сионистский конгресс потребовал, чтобы миллион евреев был допущен в Палестину в качестве беженцев из раздираемой войной Европы. Египет и Сирия предупредили президента Трумэна в октябре 1945 года, что за попытками создать еврейское государство в Палестине последует война. К июлю 1946 года давление сионистов достигло апогея, кульминацией которого стал взрыв в отеле «Царь Давид» в Иерусалиме, унесший жизни 91 человека. В докладе Организации Объединенных Наций говорилось, что взрыв был делом рук еврейских террористов «Иргун». Арабы обвинили Соединенные Штаты и Великобританию в вооружении и подготовке как «Иргуна», так и «Хаганы» — прообраза израильской армии.

Последствия взрыва в отеле «Царь Давид»

Британцы покинули Палестину в феврале 1947 года, передав ее под управление Организации Объединенных Наций. Этакое молчаливое признание в предательстве Лоуренса и арабов, и, последовавшем предательстве собственных обязательств перед Палестиной. Поступая таким образом, они отказались от своего собственного обязательства удерживать ситуацию до 1949 года. Генеральная ассамблея ООН проголосовала за раздел Палестины 29 ноября 1946 года. Должны были быть созданы еврейское и арабское государства и отдельно Иерусалим под контролем ООН. Голосование было одобрено Всемирным Сионистским Конгрессом, но отвергнуто арабскими государствами и Палестиной.

Совет Лиги арабских государств объявил в декабре 1947 года, что он остановит раздел страны силой, и начал атаки на еврейские общины по всей Палестине. 1948 год ознаменовался открытым приходом к власти обученных МИ–6 и вооруженных американцами сил противодействия «Иргун» и «Хагана». Установилось царство террора, и сотни тысяч арабов покинули свои земли. В заключительном акте предательства и отказа от своих обязательств по отношению к арабам были выведены последние из 30 000 британских военнослужащих.

Вопреки резолюциям ООН, 14 мая 1948 года сионистский лидер Давид Бен-Гурион объявил о создании временного еврейского правительства государства Израиль. Организация Объединенных Наций, не имея то ли желания, то ли возможности остановить Бен-Гуриона, признала его. 16 мая последовало признание этого правительства со стороны США и СССР, отмахнувшихся от криков о предательстве, исходящих от палестинцев, всех арабских стран и по меньшей мере восьми европейских правительств.

Позже в том же месяце Лига арабских государств объявила войну вновь созданному государству Израиль. Израильские силы, незаконно оснащенные и вооруженные уже американцами из военных запасов, предназначенных для американских войск в Европе, одержали верх. Граф Фольке Бернадотт, посредник ООН, был убит террористами «Иргун» 17 сентября при попытке добиться перемирия. В конечном итоге это привело к перемирию при посредничестве ООН и временному прекращению военных действий. Бернадотта обвинили в том, что он отдает предпочтение арабам, хотя записи показывают, что он пытался быть нейтральным.

Израиль вступил в Организацию Объединенных Наций в мае 1949 года и был признан США, Великобританией, СССР и Францией. Арабские страны выразили протест в ООН и обвинили Великобританию, Францию и США в том, что они помогли Израилю открыть трубопровод от Галилейского моря до пустыни Негев, который сделал возможным обширное орошение еврейских поселений и сельского хозяйства ценой одностороннего использования вод реки Иордан за счет арабского населения. Согласия арабов на этот масштабный проект «сделать пустыню цветущей» не спрашивали, и они сочли его нарушением соглашения от мая 1939 года, которое призывало управлять страной «таким образом, чтобы гарантировать защиту интересов каждой общины».

Давид Бен-Гурион

9 мая 1956 года госсекретарь Джон Фостер Даллес, член одной из 13 ведущих семей американских иллюминатов, выступил перед Конгрессом, чтобы применить свою собственную дипломатию обмана, объяснив, что США не будут поставлять Израилю оружие, потому что хотят избежать войны «по доверенности» между США и СССР. Тот факт, что Израиль уже был полностью вооружен и экипирован США остался за скобками. Но декларация Даллеса, дала СССР повод прекратить поставки оружия арабским странам, мотивировав это «нейтралитетом» США. В тот момент наблюдался вопиющий дисбаланс вооружений в пользу Израиля.

Еще один момент, заслуживающий внимания в этой шулерской игре, заключался в том, что, несмотря на свою предполагаемую дружбу с арабскими странами, в ответ на инициативу США в 1956 году Советский Союз подписал секретное соглашение, которое предусматривало увеличение поставок нефти в Израиль, опасаясь, что арабское нефтяное эмбарго может нанести ущерб обороноспособности Израиля.

Даллес, снова сменив маску, посоветовал членам Конгресса обойти ограничения, предложив экономическую помощь любой желающей ближневосточной стране. 9 марта 1957 года совместная резолюция конгресса уполномочила президента использовать для этой цели до 200 миллионов долларов. Согласно Доктрине Эйзенхауэра, это должно было «обеспечить жизненно важный интерес США к целостности и независимости всех стран Ближнего Востока».

В декабре 1959 года Эйзенхауэр устроил «тур доброй воли» по нескольким арабским странам, включая Тунис и Марокко. Обе они позже попытались ослабить арабское сопротивление Израилю, усилия, которые, однако, были лишь частично успешными, как и вояж Эйзенхауэра. Сирия, в частности, осудила тур как «попытку замаскировать прямую поддержку Израиля Соединенными Штатами».

В течение следующих 10 лет и арабы и евреи наращивали вооружения, пока снова не разразилась война. Израильские войска захватили Иерусалим и отказались вернуть город под контроль ООН, несмотря на несколько резолюций Совета Безопасности, призывающих правительство Израиля подчиниться. 10 июня 1967 года Советский Союз объявил о разрыве дипломатических отношений с Израилем, хотя и не отменил соглашение 1956 года, которое увеличило поставки нефти в Израиль. Как отмечали две главные французские газеты, если бы СССР был искренен в своей оппозиции Израилю, он мог бы наложить вето на членство Израиля в Организации Объединенных Наций, но он этого не сделал.

Разорвав дипломатические отношения с Израилем, Советы дали повод США поставить Израилю 50 реактивных истребителей F–4 «Фантом». Это настолько разозлило президента Шарля Де Голля, что он подписал указ, запрещающий любую дальнейшую финансовую или военную помощь Израилю со стороны Франции. Указ жестко исполнялся около двух лет.

Совет Безопасности ООН собрался 3 июля 1969 года и в самых решительных выражениях осудил продолжающуюся оккупацию Иерусалима Израилем и выразил сожаление в связи с невыполнением Израилем предыдущих резолюций, которые требовали, чтобы Израиль ушел из города. По словам бывшего члена Генеральной ассамблеи от Пакистана, «израильская делегация нисколько не была встревожена, встретившись ранее в тот день с послом США при Организации Объединенных Наций, который заверил израильских делегатов в том, что резолюция будет беззубой» и что «на любую активную попытку наказать Израиль Соединенные Штаты наложат вето в Совете Безопасности». Но когда Совет Безопасности собрался, Соединенные Штаты присоединились к осуждению Израиля.

Завершая эту главу, представляется уместным кратко изложить дипломатическое предательство Великобритании по отношению к своему арабскому союзнику, Шарифу Хусейну из Мекки:

В августе 1920 года Ибн Сауд бен Абдель Азиз завоевал и аннексировал Асир.

2 ноября 1921 года Ибн Сауд захватил Хали, положив конец древней династии Рашидов.

В июле 1922 года Ибн Сауд захватил Джауф и положил конец древней династии Шалан.

24 августа 1924 года ваххабиты и Ибн Сауд напали на Таиф в Хиджазе и захватили его 5 сентября.

13 октября 1924 года Ибн Сауд захватил Мекку. Шариф Хусейн и его сын Али были вынуждены бежать. Вот как Саудовская Аравия узурпировала священный город, акт, который по сей день вызывает глубокое возмущение миллионов мусульман в Иране, Ираке и других местах. Без британской помощи Ибн Сауд не смог бы покорить Мекку. Британская олигархическая структура давно выражала ненависть к пророку Мухаммеду и, без сомнения, получила большое удовлетворение от победы Саудовской Аравии.

В период с января по июнь 1925 года ваххабиты осадили город-государство Джидда.

5 декабря 1925 года Медина пала перед Ибн Саудом, а 19 декабря Шариф Али, сын Хусейна, был вынужден отречься от престола.

8 января 1926 года Ибн Сауд был провозглашен королем Хиджаза и султаном Неджда.

20 мая 1927 года семьи Абдул Азиз и Вахаби, представленные Ибн Саудом, подписали договор с Великобританией, который признавал полную независимость всех территорий, принадлежащих двум семьям, и позволил им стать известными как Саудовская Аравия.

Без помощи арабских национальных государств при Хусейне и без завоевания арабских городов-государств семьями ваххабитов и Абдул Азизов турки не были бы изгнаны из Египта и Палестины, а еврейская иммиграция в эту страну была бы строго ограничена или, возможно, вообще остановлена. Как сказал президент Сирии Хафез Асад в 1973 году, «британцы вонзили сионистский кинжал в сердце арабских народов».

Друзья покойного полковника Лоуренса говорят, что его призрак бродит по коридорам Уайтхолла, не в силах обрести покой из-за того, как дипломатия обмана перечеркнула его твердое обещания воинам Шарифа Хусейна, и из-за того, что он поверил лжи генерала Алленби и Уайтхолла о том, что еврейская иммиграция в Палестину не будет разрешена.

Глава 6. Тависток и «Исследовательская операция»: Необъявленная война

Основатель Тавистокского института человеческих отношений Джон Роулингс Риз должен был усовершенствовать систему, которая ниспровергала бы, а затем контролировала мышление людей, направляя его куда пожелает Комитет 300, возомнивший себя Олимпийскими богами. Следует сказать, что для этого необходимо внедрить автоматизированный менталитет в основную массу целевого населения. Это цель с очень далеко идущими последствиями на национальном и международном уровнях.

Конечным результатом целей Риза был и остается контроль над всей человеческой жизнью и ее уничтожение, когда это сочтут нужным — через геноцид ли или массовое рабство. Сегодня мы наблюдаем и то, и другое. Один из них — Глобальный план геноцида 2000 года, который предусматривает гибель более 500 миллионов человек к 2010 году; другой — рабство экономическими средствами. Обе системы полностью работоспособны и работают бок о бок в современной Америке.

Риз начал свои тавистокские эксперименты в 1921 году; вскоре ему стало ясно, что его система может быть применена как во внутренней политике, так и для нужд войны. Решение проблем, которые он предвидел, требовало безжалостного подхода, без оглядки на религиозные или моральные нормы. Позже он добавил к своему списку еще одну область — национализм.

Известно, что Риз изучал работы Союза Девяти, о котором упоминал в 1860 году французский писатель Жаколио. Среди замечаний Жаколио было то, что Девятеро знали об освобождении энергии, стерилизации радиацией, пропаганде и психологической войне — вещах, абсолютно неслыханных в том столетии. Жаколио сказал, что техника психологической войны была «самой опасной из всех наук, по мнению масс, потому что она позволила бы любому управлять всем миром». Это было сказано в 1860 году!

Когда стало очевидно, что британские политики намерены решить экономические проблемы страны с помощью еще одной войны, Ризу дали 80 000 новобранцев британской армии для использования в качестве подопытных кроликов. Его проекту было дано название «Исследовательская операция», и в основном он был направлен на разработку методологии (логистики) в военном управлении, которая позволила бы наилучшим образом использовать ограниченные военные ресурсы морских, воздушных и сухопутных систем обороны против врагов Великобритании.

Таким образом, первоначальная программа была программой военного управления, но к 1946 году Риз развил исследование операций до такой степени, что его можно было применять в качестве программы гражданского управления. Риз многое вложил во все, что касается социальной инженерии, но его работа скрыта в совершенно секретных файлах в Тавистоке. Технически, тавистокское пособие Риза, копию которого мне посчастливилось добыть, является полноценным объявлением войны гражданскому населению любой страны-мишени. Риз сказал, что необходимо понимать, что «всякий раз, когда какое-либо правительство, группы, лица, занимающие руководящие посты» используют свои методы без согласия людей, эти правительства или группы людей понимают, что мотивом является завоевание и что между ними и обществом существует гражданская война.

Риз обнаружил, что работая с социальной инженерией необходимо быстро собирать и сопоставлять информацию. Ризу приписывается идея о том, что с обществом следует играть на опережение, прогнозировать его реакции по сознательно построенным условиям. Прорывом для Риза и его социальных демиургов стало открытие линейного программирования Джорджем Б. Данцигом в 1947 году. Это произошло как раз тогда, когда Риз был вовлечен в войну с американской нацией, войну, которая продолжается и поныне, и которой значительно способствовало изобретение транзистора Бардином, Бриттеном и Шокли в 1948 году.

В игру включились Рокфеллеры, выделившие огромный грант Тавистоку, чтобы позволить Ризу продвигаться вперед в изучении американской экономики, используя методы исследовательской операций. Одновременно Фонд Рокфеллера выделил Гарвардскому университету четырехлетний грант на создание собственной модели американской экономики. Шел 1949 год, и Гарвард продвигался вперед со своей собственной экономической моделью, основанной на Тавистокской.

Единственным условием, которым выдвинул Риз, соглашаясь на сотрудничество с Гарвардом, заключалось в том, что методы Тавистока должны соблюдаться во всем. Они были основаны на обзорном исследовании минимальных гарантирующих бомбардировок, которое привело к уничтожению жилых кварталов немецких городов в качестве средства достижения капитуляции вермахта. Теперь эти методы были готовы к применению в гражданском контексте.

Риз подробно изучил вступление Америки в Первую мировую войну, с которой, как он считал фактически начался XX век. Риз понял, что для того, чтобы избавить Америку от так называемого «изоляционизма», американское мышление должно было бы радикально измениться. Вудро Вильсон втянул Америку в европейские дела в 1916 году с помощью коррупции и коррумпированной политики. Вильсон отправил американские войска лить кровь в Европу, несмотря на завет Отцов-основателей держаться подальше от иностранных завоевательных войн. Комитет 300 был полон решимости навсегда оставить Соединенные Штаты втянутыми в европейские и даже мировые дела.

Вильсон не изменил Европу, но Европа изменила Америку. Искоренение политики, основанной на праве силы к которому стремился Вильсон, оказалось невозможным, потому что сила — это политика, а политика — это экономическая сила. Так было с самой ранней зарегистрированной истории политики: городов-государств Шумера и Аккада 5000 лет назад, и до наших дней. Экономика — это всего лишь продолжение естественной энергетической системы, но элиты всегда говорили, что эта система находится под их контролем.

Чтобы экономика находилась под контролем элит, она должна быть предсказуемой, полностью подверженной манипуляции. Именно этого и добивалась гарвардская модель, подкрепленная социальной динамикой исследовательской операции Риза. Риз обнаружил, что для достижения полной предсказуемости в группах населения элементы общества должны быть во-первых поставлены под полный контроль, фактически в положение рабов и во-вторых, не иметь инструментов понимания своего положения, не знать, как объединяться или организовать совместную защиту и не знать, к кому обратиться за помощью.

Подтверждения тому, что методология Тавистока работает, можно найти повсюду в Соединенных Штатах. Люди, не зная, к кому обратиться, чтобы понять, в каком затруднительном положении они оказались, обращаются в самое неподходящее место: к правительству. Гарвардский проект экономических исследований, начавшийся в 1948 году, воплотил в себе все принципы Риза, которые, в свою очередь, вытекали из исследования минимальных гарантирующих бомбардировок и исследовательской операции. Объединив усилия, элита почувствовала, что с наступлением компьютерной эры стало доступно средство контроля над национальной экономикой и населением — одновременно благословение и ужасное проклятие для человечества.

Вся наука — это только средство достижения цели, а человек — это знание (информация), которое заканчивается контролем. Кто является бенефициаром этого контроля, было решено Комитетом 300 и его предшественниками 300 лет назад. Войне, которую Тависток ведет против американского народа, уже 47 лет, и ей конца-краю не видно. Поскольку энергия является ключом ко всей жизни на этой планете, с помощью дипломатии обмана и откровенного насилия, Комитет получил контроль над большинством энергетических ресурсов.

Комитет, путем обмана и лицемерия, также получил контроль над социальной энергией, которая выражается в экономических терминах. При условии, что рядового гражданина можно было бы держать в неведении о реальных экономических методах ведения бухгалтерского учета, он был бы обречен вести жизнь экономического раба. Так и вышло. Мы, народ, дали свое согласие экономическим регуляторам нашей жизни и стали рабами элиты. Как однажды сказал Риз, люди, которые не будут использовать свой интеллект, имеют не больше прав, чем бессловесные животные, у которых вообще нет интеллекта. Экономическое рабство необходимо для поддержания хорошего порядка, и правящий класс может наслаждаться плодами рабского труда.

Риз и его команда социологов и социальных инженеров начали работать над американским обществом, сначала изучая, затем понимая, а затем нападая на социальную энергию (экономику) и умственные и физические слабости нации. Ранее я говорил, что компьютер — это одновременно и благословение, и проклятие для человечества. С положительной стороны, есть много начинающих экономистов, которые благодаря использованию компьютеров начинают осознавать тот факт, что гарвардская модель — это план экономического рабства.

Если это новое поколение экономических программистов сможет достаточно быстро донести свое послание до народа, Новый мировой порядок (рабства) все еще можно будет остановить. Но дипломатия обмана не дремлет: контролируя средства массовой информации, и образование, они могут влиять на базовые принципы нашего мышления, отвлекая нас вопросами, не имеющими абсолютно никакого значения, в то время как действительно важные вопросы замалчиваются. На крупном совещании по изучению политики, организованном Комитетом 300 в 1954 году, экономическим экспертам, высокопоставленным правительственным чиновникам, банкирам и лидерам торговли и промышленности было ясно, что война против американского народа должна быть усилена.

Роберт Макнамара был одним из тех, кто сказал, что, поскольку миру и порядку угрожает вышедшее из-под контроля население, богатство нации должно быть передано от недисциплинированных масс под контроль самодисциплинированного меньшинства. Макнамара яростно атаковал перенаселение, которое, по его словам, угрожало изменить мир, в котором мы живем, и сделать его неуправляемым:

«Мы можем начать с наиболее острых проблем роста численности населения. Как я уже отмечал в другом месте, за исключением самой ядерной войны, это самая серьезная проблема, с которой мир столкнется в предстоящие десятилетия. Если нынешние тенденции сохранятся, мир в целом не достигнет уровня воспроизводства — фактически в среднем двух детей на семью — примерно до 2020 года. Это означает, что население земли, наконец, стабилизируется примерно на уровне 10 миллиардов человек по сравнению с сегодняшними 4,3 миллиардами.

Мы называем этот уровень населения стабилизированным, но какая стабильность была бы возможна в таких условиях? Можем ли мы предположить, что уровень бедности, голода, стресса, скученности и разочарования, которые такая ситуация может вызвать в развивающихся странах, где к тому времени проживало бы 90 % людей, с большой вероятностью обеспечат социальную стабильность? Или, если уж на то пошло, военной стабильности?

Это не тот мир, в котором кто-либо из нас хотел бы жить. Неизбежен ли такой мир? Это не так, но есть только два возможных способа предотвратить гибель мира с населением в 10 миллиардов человек. Либо нынешний уровень рождаемости должен снижаться быстрее, либо нынешний уровень смертности должен расти. Других путей нет.

Есть, конечно, много способов, с помощью которых уровень смертности может повыситься. В термоядерный век война может сделать это очень быстро и решительно. Голод и болезни — это древние природные сдерживающие факторы роста населения, и ни то, ни другое не исчезло со сцены.»

В 1979 году Макнамара повторил свое послание ведущим банкирам со всего мира, и Томас Эндерс, высокопоставленный чиновник Государственного департамента, сделал следующее заявление:

«За всей нашей работой стоит одна тема. Мы должны сократить рост населения. Либо они сделают это по-нашему, с помощью хороших, чистых методов, либо у них получится такой же беспорядок, как у нас в Сальвадоре, или Иране, или Бейруте. Как только рост населения выходит из-под контроля, требуется авторитарное правительство, даже фашизм, чтобы уменьшить его. Гражданская война может помочь делу, но она должна быть значительно расширена. Чтобы быстро сократить популяцию, вы должны втянуть всех самцов в боевые действия и убить значительное количество фертильных самок детородного возраста «.

Решение проблемы мира, в котором элита не хотела бы жить, — это массовый геноцид. Римскому клубу было приказано разработать план, который уничтожил бы 500 миллионов избыточного населения. План назывался «Глобальный 2000», и он был приведен в действие распространением вируса СПИДа по всей Африке и Бразилии. «Глобальный 2000» был официально принят в исполнение в качестве политики США президентом Джеймсом Картером.

Участники конференции согласились с тем, что «низшие слои общества должны быть взяты под полный контроль, обучены и распределены по обязанностям в раннем возрасте, что может быть достигнуто за счет качества образования, которое должно быть самым бедным из бедных. Низшие классы должны быть обучены принимать свою позицию задолго до того, как у них появится возможность подвергнуть ее сомнению.

Технически, дети должны «осиротеть» в детских садах, находящихся под контролем правительства. С такими стартовыми условиями у низших классов не будет возможности попасть на социальный лифт вдали от назначенной им позиции. Форма рабства, которую мы имеем в виду, необходима для хорошего социального порядка, мира и спокойствия.

У нас есть ресурсы, чтобы атаковать жизнеспособность, возможности и мобильность индивидов в обществе, узнавая через нашего социолога, понимая, манипулируя и атакуя их источники социальной энергии (дохода), и, следовательно, их физические, умственные и эмоциональные сильные и слабые стороны. Широкая общественность отказывается улучшать свой собственный менталитет. Оно превратилось в стадо размножающихся варваров, сеющих опустошение по всей земле.

Измеряя экономические привычки, с помощью которых овцы пытаются убежать от своих проблем и убежать от реальности посредством «развлечений», применяя методы исследовательской операции легко предсказать вероятные комбинированные потрясения (созданные события), которые необходимы для достижения полного контроля и порабощения населения путем подрыва экономики. Стратегия включает в себя использование усилителей (реклама), и когда мы говорим по телевидению в манере, понятной десятилетнему ребенку, тогда из-за сделанных предложений этот человек импульсивно купит этот продукт, когда в следующий раз увидит его в магазине.

Баланс сил обеспечит стабильность, которой мир XXI века, вероятно, достигнет, какой бы рентой это ни было, из-за страстного трайбализма и таких, казалось бы, неразрешимых проблем, как та, которую создает массовая миграция с Юга на Север и из деревень в города. Возможны массовые перемещения населения, как, например, между Грецией и Турцией после Первой мировой войны; действительно массовые убийства. Это будет смутное время, нуждающееся в объединителе — Александре или Мухаммеде.

Большое изменение, которое произойдет в результате возникающих конфликтов между народами, живущими бок о бок, — и которые по своей интенсивности будут преобладать над другими конфликтами, — заключается в том, что политическое соперничество будет происходить внутри регионов, а не между ними. Это приведет к отказу от глобальной политики. После десятилетия, в течение которого США и Советский Союз сражались за океанами, державы сосредоточат свое внимание на защите от сил на своих границах — или внутри них.

Американцы не знакомы с экономической наукой и мало заботится о ней, следовательно, они всегда на грани войны. Они не могут избежать войны, несмотря на свою религиозную мораль, и не могут найти в религии решение своих земных проблем. Они выбиты из колеи экономическими экспертами, которые вызывают шоковые волны, разрушающие бюджеты и покупательские привычки. Американской общественности еще предстоит осознать, что мы контролируем их покупательские привычки «.

Все описанное сбывается у нас на глазах. Нации делятся на племенные группировки, население вынуждено бороться за выживание и заниматься региональными конфликтами, чтобы у них никогда не было возможности получить четкое представление о том, что происходит, не говоря уже о том, чтобы бросить этому вызов, и в то же время привести к резкому сокращению численности населения мира. Мы видим, как это происходит в бывшей Югославии, где страна разделяется на небольшие племенные образования, и мы видим это в Америке, где в среднестатистической семье работают оба родителя, и все же они не могут свести концы с концами. У этих родителей нет времени обращать пристальное внимание на то, как их обманывают и ведут в экономическое рабство. В нашем мире выставлены именно такие настройки.

Сегодня мы наблюдаем — точнее те из нас, кто готов уделить этому время, — что Соединенные Штаты стоят на пороге постепенного распада в результате молчаливой войны Тавистока против американской нации за «контроль». Президентство Буша было полной катастрофой, а президентство Клинтона станет еще большим потрясением. Таков план действий, и мы, народ, быстро теряем веру в наши институты и нашу способность переделать Америку в то, чем она должна была быть — очень далекую от того, чем она является сейчас, — захваченную иностранцами, которые угрожают поглотить нацию, вторжением Юга на Север прямо здесь, в нашей собственной стране.

Мы отказались от нашего реального богатства в обмен на обещание большего. Мы попали в сети вавилонской системы «капитализма», которая вовсе не является капитализмом, а видимостью капитала, о чем свидетельствует валюта, которая на самом деле является отрицательным капиталом. Это обман и разрушение. Доллар США имеет вид валюты, но на самом деле это клеймо невыплаченного долга.

Валюта, какой мы ее знаем, будет уравновешена войной и геноцидом — именно это происходит у нас на глазах. Общее количество товаров и услуг — это реальный капитал, и валюта может быть напечатана только до этого уровня и не выше него. Как только валюта печатается выше уровня товаров и услуг, она становится разрушительной, притягивающей силой. Война — это единственный способ «сбалансировать» систему, убив тех кредиторов, которым народ покорно нес истинные ценности в обмен на раздутую валюту.

Энергия (экономика) является ключом ко всей земной деятельности. Отсюда часто повторяемое мною утверждение о том, что все войны имеют экономическое происхождение. Целью Единого мирового правительства — Нового мирового порядка, по необходимости, должно быть получение монополии на все товары и услуги, сырье и контроль над тем, как преподается экономика. Только в этих рамках Новый мировой порядок может получить полный контроль. В Соединенных Штатах мы постоянно помогаем Единому мировому правительству получить контроль над мировыми природными ресурсами, будучи обманом принуждены отдавать часть нашего дохода на эти цели. Это называется «иностранная помощь».

В проекте исследовательской операции Тавистока говорится следующее:

Наше исследование установило, что самый простой способ получить контроль над людьми — держать их недисциплинированными и невежественными относительно основных систем и принципов, в то же время сохраняя их дезорганизованными, сбитыми с толку и отвлекающимися на ерунду.

В дополнение к нашим менее прямым долгосрочным методам проникновения, это может быть достигнуто путем отключения умственной деятельности и предоставления низкокачественных программ государственного образования по математике, логике, проектированию систем и экономике, а также путем сдерживания технического творчества.

Наш режим требует эмоциональных стимулов, более широкого использования усилителей, которые побуждают к потаканию своим желаниям, будь то прямые трансляции (телевизионные программы) или реклама. Мы в Тавистоке обнаружили, что лучший способ достичь цели — это непрестанное и безжалостное эмоциональное оскорбление и атака (психическое изнасилование) посредством постоянного шквала секса, насилия, войн, расовой розни как в электронных, так и в печатных СМИ. Эту устойчивую диету можно было бы назвать «ментальным макдональдсом».

Первостепенное значение имеет пересмотр истории и права и подчинение населения извращенному творчеству, тем самым смещая мышление с личных потребностей на сконструированные, сфабрикованные внешние приоритеты. Общее правило таково, что в неразберихе есть выгода, чем больше неразбериха, тем больше прибыль. Один из способов, с помощью которого этого можно достичь, — создать проблемы, а затем предложить решения.

Важно разделять людей, отвлекать внимание взрослых от реальных проблем и отвлекать их внимание на всякую чушь. Молодежь не должна знать математику, необходимо оградить умы недостойных от надлежащего преподавания экономики и истории. Держите все группы настолько занятыми бесконечным кругом вопросов и задач, что у них не остается времени на то, чтобы ясно мыслить, и здесь мы полагаемся на развлечения, которые не должны выходить за рамки умственных способностей ребенка в шестом классе.

Когда правительство способно захватить частную собственность без справедливой компенсации, несомненно, что люди созрели для капитуляции и согласия на рабство и сужение прав. Источники энергии, которые поддерживают примитивную экономику — это поставки сырья, согласие людей на труд и отведенное им место в социальной иерархии.

Таким образом, каждый класс гарантирует свой уровень дохода и, следовательно, контролирует класс, находящийся непосредственно под ним, тем самым сохраняя классовую пирамиду. Одним из лучших примеров этого была кастовая система в Индии, в которой осуществлялся жесткий контроль, предохраняющий элиту от вертикальной мобильности низших каст. Этим методом достигается безопасность и стабильность, а также управление сверху.

Суверенитет элиты оказывается под угрозой, когда низшие классы благодаря коммуникациям и образованию становятся информированными и завидуют власти и имуществу класса, стоящего над ними. По мере того, как некоторые из них становятся более образованными, они стремятся подняться выше благодаря реальному знанию экономики-энергетики. Это представляет реальную угрозу элитам.

Отсюда следует, что возвышение низших классов должно быть отложено на достаточно долгий срок, чтобы элитный класс достиг энергетического (экономического) доминирования, а труд по согласию стал меньшим экономическим источником. До тех пор, пока такое экономическое доминирование не будет достигнуто в максимально возможной степени, необходимо принимать во внимание согласие людей трудиться и позволять другим заниматься своими делами. Неспособность достичь этой цели привела бы к вмешательству в окончательную передачу источников энергии (экономического богатства) под контроль элиты.

До тех пор, пока не наступят такие времена, важно признать, что общественное согласие по-прежнему является важнейшим ключом к высвобождению энергии в процессе экономического усиления. Поэтому жизненно важно согласие системы высвобождения энергии. В отсутствие материнской утробы должна быть обеспечена искусственная безопасность, которая может принимать форму изъятия, защитных устройств и укрытий. Такие оболочки обеспечат стабильную среду для стабильной и нестабильной деятельности и обеспечат укрытие для эволюционных процессов роста, то есть выживания в укрытии.

Это в равной степени относится и к элите, и к низшим классам, но есть определенная разница в том, как те и другие подходят к решению проблемы. Наши ученые-социологи привели очень убедительный пример того, что причина, по которой люди создают политическую структуру, заключается в том, что у них есть подсознательное желание увековечить свои отношения, связанные с детской зависимостью.

Проще говоря, подсознательное стремление требует, чтобы земной бог исключил риски из их жизни, поставил еду на стол и утешительно похлопал по спине, когда дела идут не очень хорошо. Спрос на земного решателя проблем и устранителя рисков так велик, что породил к жизни земной эрзац бога: политика. Ненасытный общественный спрос на «защиту» удовлетворяется обещаниями, но на самом деле политик практически никогда их не выполняет.

В людях всегда присутствует желание контролировать или подчинять других, которые мешают их повседневному существованию. Однако они не в состоянии справиться с моральными и религиозными проблемами, которые могли бы возникнуть при таких действиях, поэтому они поручают эту задачу профессиональным «наемным убийцам», которых мы все вместе называем политиками.

Услугами политиков пользуются по ряду причин, которые, в основном, перечислены в следующем порядке:

1) Получить желанную безопасность, не управляя ею.

2) Добиваться от них действия без необходимости действовать самим и без необходимости обдумывать желаемое действие.

3) Избегать ответственности за свои намерения.

4) Получать блага от реальности, не проявляя необходимой дисциплины обучения.

Мы можем легко разделить нацию на две подкатегории: Политическую суб-нацию и Послушную суб-нацию. Политики занимают квазивоенные должности, начиная с низшей — в полиции, затем идут адвокаты. Президентский уровень управляется международными банкирами. Послушные добровольно финансируют политическую машину через налогообложение. Они остаются привязанными к политической суб-нации, последняя питается ею и становится сильнее, пока не наступит день, когда она станет достаточно сильной, чтобы поглотить своего создателя, народ.

Если читая это не забывать о том, что я описал в своей книге «Комитет 300», легко увидеть, насколько успешен проект «Исследовательская операция» Тавистока, причем в Соединенных Штатах он успешнее, чем где бы то ни было. Последние статистические данные показывают, что 75 процентов школьников шестого класса не смогли сдать так называемый «тест по математике». Тест по математике состоял из элементарной арифметики, которая должна была нам о чем-то рассказать. Математика вообще не входила в тест. Стоит ли об этом беспокоиться? Вам судить…

Глава 7. Тайные операции

Тайные операции — материал, на котором была построена мифология Джеймса Бонда. Как я много раз повторял, Джеймс Бонд вымышленный персонаж, но организация, изображенная в этом бесконечном сериале очень даже реальна, только ее шеф «С», а не «М.» Британская секретная разведывательная служба и служба безопасности была тем, что «Джеймс Бонд» изображал. Они известны как МИ–5 (внутренняя безопасность) и МИ–6 (внешняя безопасность). Вместе они являются старейшей из секретных разведывательных служб мира. Они также лидируют в мире по разработке методов и новых технологий шпионажа. Ни одна из служб не несет ответственности перед британским народом через парламент, и обе действуют в строжайшей секретности за самыми разными прикрытиями.

Зарождение этих агентств восходит ко временам королевы Елизаветы I. Их основателем считается сэр Фрэнсис Уолсингем, государственный секретарь Елизаветы, и с тех пор они существуют под разными названиями. В мои намерения не входит писать историю об этих сверхсекретных шпионских агентствах, а просто дать представление об основной теме этой главы, которая заключается в тайных действиях и убийствах по экономическим и / или политическим причинам.

Главное, помнить, что почти во всех случаях тайные действия запрещены международным правом. Сказав это, я должен также отметить, что одно дело — иметь законы против тайных действий, но совсем другое — обеспечить их соблюдение, из-за крайних мер, на которые стороны пойдут, чтобы сохранить операцию в тайне, Америка не является исключением, когда дело доходит до неподчинения законам. Исполнительный указ президента Джеральда Форда, запрещающий «участие в политическом убийстве или сговор с целью его совершения», ЦРУ попросту игнорирует.

Оправдания Буша, о том, что он-де не знал о тайной операции «Иран-Контрас», не могут быть восприняты всерьез из-за поправки Хьюза-Райана, которая и была призвана выбить опору из-под такой защиты. Поправка предназначалась для того, чтобы привлечь ЦРУ и другие разведывательные службы США к ответственности: «…до тех пор, пока Президент не сочтет, что каждая такая операция важна для национальной безопасности Соединенных Штатов, и своевременно не сообщит об этом соответствующему комитету Конгресса, включая Комитет по международным отношениям Сената и Комитет по иностранным делам Палаты представителей», тайная операция является незаконной. Таким образом, или президент Рейган или президент Буш знали об операции «Иран-Контрас», или те, кто участвовал в ней, совершили преступление.

В деле «Иран-Контрас» «козлом отпущения» для президентов Рейгана и Буша стал адмирал Джон Пойндекстер. Оба утверждали, что ничего об этом не знали. Это шокирует, потому что подразумевает, что здесь находятся два президента, которые не имели никакого контроля над своими военными и разведывательными ведомствами. Если бы Пойндекстер не заявил, что он никогда не информировал Буша о специфике операции «Иран-Контрас», последовала бы процедура импичмента, которой Буш со всей его мощной защитой не смог бы избежать. В этом Бушу умело помог конгрессмен Ли Гамильтон, чье расследование тайной операции было проведено настолько плохо, что привело к полному обелению виновных — включая Рейгана и Буша.

Загонщики России

Помимо «Джеймса Бонда», возможно, самыми известными оперативниками МИ–6 были Сидни Рейли, Брюс Локхарт и капитан Джордж Хилл, которые были откомандированы в Россию, чтобы помочь большевикам победить их врагов и в то же время обеспечить обширные сырьевые и экономические льготы для британской черной знати, не забывая и о куске пирога для финансистов с Уолл-стрит. Возможно, наименее известным агентом МИ–6 (но одним из самых эффективных) был Сомерсет Моэм, выдающийся британский писатель, хорошо известный в литературном мире под этим «овечьим» именем.

Как и большинство офицеров МИ–6, настоящее имя Моэма не разглашалось в течение всех лет его службы и вплоть до его смерти. У Сиднея Рейли было 3 секретных имени и восемь других (у него было одиннадцать паспортов), но настоящее — Зигмунд Георгиевич Розенблюм.

Оставляя в стороне всю мишуру ярлыков — большевизм, социализм, марксизм, коммунизм, фабианство и троцкизм — факт заключается в том, что большевистская революция была иностранной идеологией, навязанной русскому народу Комитетом 300 для экономической выгоды и контроля над Россией.

Это так просто, и если отбросить всю риторику и терминологию, то вся концепция «коммунизма» становится более понятной. Мы никогда не должны упускать из виду тот факт, что, как выразился Черчилль, прежде чем он был безвозвратно обращен и потерян, «Россию схватили за волосы» и, брыкаясь и вопя, втащили в диктатуру прямо из ада, созданную главным образом для эксплуатации и контроля над ее огромными ресурсами, которые даже сегодня намного превышают ресурсы Соединенных Штатов, не говоря уже о Великобритании, у которой, кроме угля и некоторого количества нефти Северного моря, нет вообще ничего достойного упоминания.

Сидней Рейли

Точно так же, как во времена королевы Елизаветы I, когда Сесилы, ее контролеры, внедрили сэра Фрэнсиса Уолсингема в шпионскую систему для охраны ее активов в Англии и наблюдения за торговлей в дальних уголках мира, так и современные короли и королевы Англии продолжают традицию. Можно сказать, что эти шпионские организации были мотивированы сначала экономикой, а затем национальным суверенитетом. За прошедшие столетия мало что изменилось.

Именно в этом заключалась ставшая легендарной миссия Сиднея Рейли в Россию; она заключалась в том, чтобы обеспечить доступ к российской нефти и другим огромным запасам полезных ископаемых для британской черной знати во главе с лордом Альфредом Милнером; торговых банкиров Лондонского сити и американских бостонских брахманов, финансистов и магнатов Уолл-стрит, среди которых наиболее известны Рокфеллеры, Дж. П. Морган и Кун Леб. Делиться британской добычей, добытой дипломатическим путем путем обмана и подкрепленной военной мощью, стало традицией в золотую эру обширной, невероятно прибыльной торговли опиумом с Китаем.

Старейший американский эквивалент «благородных» семей по уши увяз в этом ремесле, о котором не принято говорить в обществе джентльменов. Сегодня никто бы никогда не узнал об этом, поскольку о них судят по их внешнему виду, дипломам школ и колледжей, по членству в лучших частных клубах, по креслам ведущих юристов и банкиров, по репутации филантропов, религиозных лидеров и, конечно, ведущих политиков. Но посмотрев глубже, мы понимаем, что этот выводок запятнан буквально во всем, он погряз в грязи и крови — таких как например торговля опиумом в Китае, которая принесла смерть и страдания миллионам, в то время как банки, которыми они владели, наполнены непристойно огромным богатством.

Галерея звезд китайской торговли опиумом читается как страница из американского социального реестра: Джон Перкинс, Томас Нельсон Перкинс, Делано, Кэбот, Лодж, Рассел, Морган, Меллон. Едва ли хоть одна из наших «элитных» семей не запятнана опиумными богатствами.

Лорд Альфред Милнер послал Сиднея Рейли из МИ–6 с задачей взять под контроль бакинские нефтяные месторождения для инвестиций британцев и Рокфеллеров. Другому британскому разведчику, Брюсу Локхарту он поручил контролировать Ленина и Троцкого. Стенограммы дебатов в британском парламенте, запестрели словами возмущения, когда парламент начал собирать информацию о подвигах Рейли. Все требовали, чтобы Рейли отозвали и заставили дать полный отчет о его деяниях в России.

Но безрезультатно, Рейли оставался неприкасаемым и неподотчетным. Возможно, впервые британская общественность смутно осознала, что какая-то невидимая сила стоит над парламентом. Британская общественность не знала и не могла знать, что Рейли представлял МИ–6, которая обладала гораздо большей властью, чем у народных избранников. Те, кто пытался разрушить стену секретности, ничего не добились, поэтому они ждали возвращения Рейли в Англию, которое произошло только после того, как все это закончилось.

Рейли и его близкий друг, граф Феликс Дзержинский (оба они родом из одной и той же части Польши), глава устрашающего аппарата террора большевистской тайной полиции, инсценировали смерть Рейли, застрелив его, когда он якобы пытался бежать через границу. Легендой прикрытия было то, что имя Рейли было обнаружено среди бумаг группы латышских офицеров, которые планировали покушение на Ленина. Рейли жил в тайной роскоши и расточительстве в Советской России, пока, чтобы завершить план, он не «сбежал» на борту голландского грузового судна. Рейли был завербован сэром Уильямом Уайзманом, главой британской МИ–6 в Вашингтоне, в 1917 году. Его начальник сэр Мэнсфилд Смит Камминг описал Рейли как «зловещего человека, которому, как я чувствовал, я никогда не смогу по-настоящему доверять».

Миссия Сомерсета Моэма в Петроград в 1917 году была классическим примером дипломатии обмана. Локхарт был направлен в Петроград, чтобы поддержать временное правительство Александра Керенского. (Де Клерка, южноафриканского лидера-перебежчика, вполне справедливо назвали «Керенским белых в Южной Африке», потому что его задача — сформировать временное правительство, которое позволит Манделе и его банде убийц захватить страну).

Чего не знали ни британский парламент, ни общественность, так это того, что правительство Керенского было запрограммировано на провал; его задача состояла в том, чтобы создать видимость того, что реальная оппозиция большевистскому правительству исходит от Великобритании и Соединенных Штатов, хотя на самом деле все было наоборот. В тщательно срежиссированном сюжете Моэм, которого также выбрал сэр Уильям Уайзман, отправился на встречу с Керенским, путешествуя через Японию со 150 000 долларов (да, это были в основном американские деньги), чтобы потратить их на Керенского. Моэм уехал 17 июня 1917 года и встретился с Керенским 31 октября 1917 года.

Сомерсет Моэм

Керенский попросил Моэма передать премьер-министру Ллойд Джорджу ноту, с отчаянной просьбой о поставках оружия и боеприпасов. Интересно, что Керенский действовал в обход британского консула в Петрограде, который, пронюхав, что за его спиной что-то происходит, осыпал Ллойд Джорджа гневными жалобами — конечно же, оставшимися без ответа. Как однажды сказал сам кэптен Хилл: «в том, что большевистская революция была вдохновлена и осуществлена, есть крупица истины». Уайзман, Моэм, Хилл и Рейли были евреями, но Локхарт — чистокровным англосаксом.

Ответ британского премьер-министра на записку Керенского был очень резким: «Я не могу этого сделать». Моэм никогда не возвращался в Россию, и Керенский был свергнут большевиками 7 ноября 1917 года. Кэптен Хилл был призван в МИ–5, а затем в МИ–6. Его послали в Петроград консультировать Троцкого о том, как создать военно-воздушные силы.

Наглядный урок в этой дипломатии путем обманного маневрирования состоял в том, чтобы гарантировать, что Россия останется в состоянии войны против Германии, которую Британия хотела победить из-за ее больших коммерческих и финансовых успехов. В то же время Россия должна была быть ослаблена до такой степени, что она не смогла бы долго сопротивляться большевистским ордам. Как мы знаем, обман сработал безукоризненно. Кэптен Хилл сыграл большую роль в создании ЧК, страшного большевистского тайного полицейского аппарата и военной разведки, предшественницы ГРУ.

Одним из подвигов Хилла была «передача» драгоценностей румынской короны. Хилл, специалист по вооружению и подготовке, был очень активен в дипломатии обмана, содействуя великому замыслу заставить мир поверить, что Британия и Соединенные Штаты действительно борются с захватом власти большевиками. В это поверили все, кроме Франции. В документах, которые я прочитал много лет спустя, Де Голль осуждал Аллена Даллеса, главу УСС и прямо напомнил ему о великой афере, успешно проведенной против царя Николая II и русского народа.

Неотъемлемой частью обмана была высадка объединенных британских, французских и американских войск в Мурманске 23 июня 1918 года под командованием американского генерал-майора Фредерика Пула, якобы для того, чтобы помочь русским в их борьбе против большевиков. 2 августа союзные войска вошли в Архангельск, где произошли незначительные боестолкновения. Французы действительно верили, что войска высадились для войны против большевиков, но на самом деле пере экспедиционным корпусом стояли три задачи:

(а) создать видимость борьбы Британии и Америки против большевиков (б) взять под контроль арсеналы, оставшиеся от Русской императорской армии и (в) помочь обратить колеблющееся население в поддержку Ленина, выставив все так, будто он был спасителем родины, борющимся с иностранными интервентами.

На самом деле британско-американские войска были призваны помогать Ленину, а не сражаться с Красной Армией. Они должны были обеспечить передачу арсеналов большевикам, и не допустить их захвата наступающими немцами. Годы спустя госсекретарь Джордж Маршалл повторил трюк против маршала Китая Чан Кайши, оставив Мао Цзэдуну огромный арсенал для использования в борьбе за превращение Китая в коммунистическую нацию. Третья цель состояла в том, чтобы превратить тех россиян, которые колебались в своей поддержке Ленина, в полноценных сторонников. Ленин использовал высадку в Мурманске, чтобы сказать русскому народу: «Смотрите, британские и американские империалисты пытаются украсть у вас Россию. Все на защиту Родины-Матери!»

Когда белые русские генералы Деникин и Врангель добились сокрушительных успехов против Красной Армии, вытеснив ее из района Баку и поставив под угрозу работу, проделанную Сиднеем Рейли в интересах британских и американских нефтяных интересов (особенно нефтяных интересов Рокфеллера), к тому же Ллойд Джорджу, который в 1917 году участвовал в заговоре с Керенским, присоединился «частный американский гражданин» Уильям Буллит, фактически эмиссар Рокфеллера и банкиров с Уолл-стрит. Вместе они совершили измену против своих стран.

В январе 1919 года генерал Денекин разгромил большевиков в Грузии, Армении, Азербайджане и Туркестане (нефтяных регионах), а позже в том же месяце вообще вытеснил их с Кавказа, продвинувшись почти до ворот Москвы. Но сразу за этим Буллит и Ллойд Джордж выбили почву у русских из-под ног, прекратив поставки оружия, боеприпасов и денег. По сигналу Ллойд Джорджа, отправленному через МИ–6 в сентябре, американо-британские силы покинули Архангельск и отплыли из Мурманска 12 октября 1919 года.

Пожалуйста, обратите внимание на идеальное время проведения операции. Единственное, что сделал экспедиционный корпус, не считая небольшого боя под Архангельском и некоторых других стычек с большевистскими войсками, это прошел маршем по улицам Владивостока в поддержку утверждения Ленина о том, что здесь были британские и американские империалистические солдаты, стремящиеся захватить матушку-Россию. К 14 ноября 1920 года все было кончено, когда последние белые русские войска отправились в Константинополь.

Один из величайших актов дипломатии обмана свершился, пока американский и британский народы вообще не имели ни малейшего представления, что происходит. Более или менее похожая процедура проводится сегодня в России, когда «бывший коммунист» Борис Ельцин преподносится Западом как своего рода русский народный герой, пытающийся «спасти» Россию от возрождения коммунизма. Как это было в 1917 году, так и сейчас: американская общественность не имеет ни малейшего представления о том, что на самом деле происходит в России.

В сюжете есть гораздо больше: покушение на Ленина, когда он начал наводить порядок под руководством Брюса Локхарта; арест Локхарта и последующий обмен на большевика Максима Литвинова, завершившийся заочным смертным приговором, вынесенным большевистским судом в Москве. Таким образом, МИ–6 до сих пор продолжает вести виртуозную партию. Кстати, Ленин умер от сифилиса мозга, а не от ран, полученных от рук Фанни Каплан.

Стоит подробнее рассказать о деяниях кэптена Хилла. Документы, которые я смог изучить в архивах Уайтхолла, многое рассказывают о деятельности Хилла, офицера МИ–5 во втором поколении. Отец Хилла, по-видимому, был очень активен в еврейских торговых кругах, имевших связи в Салониках во времена царя Николая II.

Сын Хилла, Джордж, который жил в Лондоне, был курьером МИ–5 для финансистов Уолл-стрит и Лондонского сити, поддерживающих большевиков; деньги направлялись через Максима Горького, любимца лондонского театра. В 1916 году он перешел в МИ–6 и направлен в Салоники шефом МИ–6 сэром Мэнсфилдом Каммингом. Из Салоник Хилл передавал информацию о ходе подготовки большевиками грядущей революции, которая готовилась уже 10 лет. 17 ноября 1917 года Камминг отправил Хилла в Москву, где он сразу же стал личным помощником Льва Троцкого по рекомендации Парвуса (Александр Хелпланд). Хилл разработал план реформирования военной разведки, который был принят и стал основой ГРУ, основателями которого были Хилл и Троцкий.

ЧК оставалась под контролем Дзержинского. В последующие годы, согласно документам Уайтхолла, по запросу из Иерусалима Хилл был отправлен на Ближний Восток, где он приступил к организации и обучению еврейских банд «Иргун» и «Штем», причем подавляющее большинство их боевиков были выходцами из большевистской России. Созданная Хиллом разведывательная служба «Иргун», позже стала известна как Моссад.

Британская секретная разведывательная служба является наиболее опытной в проведении тайных операций. Сэр Стюарт Мензис, глава МИ–6 военного времени, однажды описал Аллена Даллеса как человека, лишенного необходимой проницательности, чтобы по-настоящему разбираться в тайных операциях. Как бы то ни было, МИ–6 сформировала и обучила УСС, предшественницу Центрального разведывательного управления. Тайные операции можно охарактеризовать как, пожалуй, самую сенсационную часть разведывательной работы, которая, вообще говоря, включает в себя довольно рутинные действия, такие как мониторинг экономической деятельности по всему миру, подготовка отчетов, которые направляются национальным политикам, которые предположительно являются той частью правительства, которая решает, какого курса действий следует придерживаться, если таковые имеются.

Парад американского экспедиционного корпуса во Владивостоке, 1918 г.

Мясник из Белого Дома

МИ–6 и ЦРУ по закону не имеют права вмешиваться во внутренние дела или шпионить за своими гражданами, их обязанности ограничены миром за пределами национальных границ. Но за последние три года их права стали очень размытыми. Это должно вызывать серьезную озабоченность, но, к сожалению, никаких позитивных действий для обуздания этого явления не предпринимается. Тайные операции проходят по натянутому канату между дипломатией и обманом, и иногда, когда ходок соскальзывает, результаты могут быть очень неприятными, если последствия нельзя ни замолчать ни отрицать — так, как это было в деле «Иран-Контрас».

Тайные операции требуют, чтобы спецслужба разработало программу для достижения определенного результата за границей. Это часто затрагивает внешнюю политику, которая находится за пределами сферы разведки. Хорошим примером является параноидальное желание президента Джорджа Буша в его желании буквально уничтожить президента Ирака Саддама Хусейна тайными операциями, использующими как экономические, так и военные возможности.

В общей сложности Буш спустил на ветер 40 миллионов долларов в неудачной попытке убить Саддама Хусейна. Были испробованы все уловки, включая отправку вирусов ВИЧ во флаконах для секретирования в штаб-квартиру Революционного командования. В конце концов, Буш, охваченный ненавистью к Хусейну, выпустил 40 крылатых ракет по Багдаду и Басре под самым надуманным предлогом нападения на «заводы по производству ядерного оружия» и объекты ПВО, что было явным абсурдом.

Одна крылатая ракета была намеренно запрограммирована на попадание в отель «Аль-Рашид» в центре Багдада, где проходила конференция глав мусульманских государств. Идея атаки в Аль-Рашиде (ракета отслеживалась российскими спутниками с момента запуска до попадания в район цели) заключалась в том, чтобы убить нескольких мусульманских лидеров, тем самым настроив их страны против Ирака и помогая через ответную реакцию против президента Хусейна свергнуть иракского лидера.

К несчастью для Буша, ракета упала в 20–30 футах от самого здания, разбив двери и окна на трех этажах и убив женщину-администратора. Никто из мусульманских делегатов не пострадал. Слабое и детское оправдание, сделанное Пентагоном и Белым домом, что ракета была «сбита с курса иракскими зенитчиками», было настолько абсурдным, что к нему очень скептически отнеслась даже французская разведка DGSE.

Российские военные, уверенные в данных, предоставленных их спутниками, заявили правительству США, что это объяснение было ложным и что у них есть доказательства. Параноидальное поведение Буша стоило американским налогоплательщикам 40 миллионов долларов, если считать по миллиону за ракету — и не брать в расчет все скрытые затраты. Очевидно, что срочно необходим какой-то механизм для обуздания будущих президентов, которые в свои последние дни пребывания у власти могут попытаться последовать шокирующему примеру, поданному Бушем.

Враги народа

Тайные действия часто могут быть предприняты правительством против собственного народа. Возьмем случай Элджера Хисса и Рокфеллеров. Как заявили нефтяные компании, у них «не было никаких особых обязательств перед Америкой». Это верно в контексте договоренностей, достигнутых с большевиками Дэвидом Рокфеллером и британскими нефтяными компаниями. Соединенные Штаты закончили тем, что продвигали социализм и коммунизм, чтобы вознаградить большевиков за нефтяные концессии, предоставленные Рокфеллеру и Арманду Хаммеру. Конечно, это подтверждало их утверждение о том, что нефтяная промышленность не обязательно лояльна Соединенным Штатам.

Элджер Хисс

В 1936 году Фрэнсис Б. Сейр, зять Вудро Вильсона, пригласил Элджера Хисса на работу в Государственный департамент. КИМО и СМО решили, что Хисс будет им полезен. Он делал то, что ему говорили, независимо от того, было ли это хорошо для Америки или нет. На самом деле, Хисса выбрал Рокфеллер, а не Сейр, но оставался в тени. На тот момент в 1936 году, когда Сейр сделал свой первый шаг, Хисс уже был глубоко вовлечен в шпионаж в пользу СССР, и этот факт был хорошо известен его профессору права в Гарварде.

Когда Хисса повысили до должности помощника руководителя по политическим отношениям в Государственном департаменте, Чемберс и некто Левин раскрыли прикрытие Хисса, сообщив, что он активно работал на Советский Союз. Чамберс обратился со своим обвинением к Марвину Макинтайру, который не смог предоставить информацию Рузвельту, своему боссу. Вместо этого он перевел Чемберса на Адольфа А. Берле, который в то время был помощником госсекретаря, отвечавшим за безопасность. Берле отправился с этой историей к Рузвельту, но президент резко уволил его.

Неустрашимый Берле передал свою информацию Дину Ачесону, но с Хиссом ровно ничего не случилось, его даже не вызвали для объяснений; Рузвельт — марионетка Рокфеллера-СМО, как и весь персонал тогдашнего Белого Дома — его даже повысил. В 1944 году Хисс получил еще одно повышение, став специальным помощником директора по делам Дальнего Востока, где у него были хорошие возможности для обслуживания советских экспансионистских планов в Азии.

Чтобы продемонстрировать высокомерие Рокфеллера, все то время, пока Хисс был восходящей звездой в Госдепартаменте, у ФБР было на него досье. Он был разоблачен советским перебежчиком Игорем Гузенко, который работал в резидентуре ГРУ (советской военной разведки) в Оттаве, Канада. Главы Госдепартамента знали все о Хиссе и его советских связях, как и президент Рузвельт, но не предприняли никаких шагов, чтобы сместить его.

Пока Рокфеллер планировал создание Организации Объединенных Наций, они со Сталиным договорились о сделке: ООН не будет вмешиваться в дела России в обмен на советскую нефть для нефтяных компаний Рокфеллера. Большевики также не стали бы вмешиваться в дела Саудовской Аравии и не предприняли бы дальнейших попыток проникнуть в Иран. Представлять Рокфеллера в ООН был назначен Элджер Хисс. Его непосредственным начальником был Нельсон Рокфеллер, который отдавал приказы Джону Фостеру Даллесу. Рузвельт, Даллес, ФБР и Рокфеллер — все знали, что Хисс работал с Советским Союзом.

К этому времени механизм контроля над Организацией Объединенных Наций был изъят из рук Америки. Генеральному секретарю было дано право назначать кого ему заблагорассудится. За свою измену Хисс получил специальное назначение в Благотворительный фонд Карнеги за международный мир с зарплатой в 20 000 долларов в год, что по тем временам было очень хорошим доходом. Идея состояла в том, чтобы поставить Хисса выше закона.

На самом деле Хисс был выше закона, потому что ему сошла с рук измена и предательство. Ему было предъявлено обвинение не в государственной измене, а в лжесвидетельстве. Однако влиятельные люди немедленно бросились на его защиту. Судья Верховного суда Феликс Франкфуртер выписал Хиссу справку о состоянии здоровья, а Рокфеллер оплатил его судебные издержки в размере 100 000 долларов.

В то время, когда он столкнулся с Чемберсом, Хисс работал членом исполнительного комитета Ассоциации ООН, исполнительным директором Института тихоокеанских отношений и был ведущим членом СМО, а также президентом Фонда Карнеги. Дом Хисса был построен на деньги нефтяников — это был вопиющий случай злоупотребления властью нефтяными воротилами. Их нисколько не напугал суд над Хиссом — они почти вытащили свою пешку из-под удара и единственное что им помешало, это то, что Хисс сам подставил подножку. Дело Хисса — хороший пример дипломатии обмана правительства против собственного народа.

Персидский узел

В Иране Соединенные Штаты в настоящее время участвуют в тайных операциях против правительства, используя местные группы внутри страны и сотрудничая с оппозиционерами в изгнании. Соединенные Штаты встревожены растущим наращиванием военной мощи Ирана правительством и установили особый режим контроля за поставками оружия в эту страну.

Кроме того, между Ираном и США сохраняется горячая неприязнь из-за деятельности «Хезболлы» и готовности Ирана предоставить убежище группам, которые считаются враждебными Израилю. Таким образом, возникла опасность для стабильности на Ближнем Востоке. Иран становится все более враждебным по отношению к США и их ближневосточным союзникам — Саудовской Аравии, Египту и Израилю. То, что в этих странах назревают проблемы, является предрешенным выводом, и, возможно, именно поэтому израильская разведка утверждает, что Иран станет ядерной державой в гораздо более ранний срок, чем было предсказано ЦРУ. Иранцы, со своей стороны, говорят, что это просто еще одна уловка Израиля, чтобы заставить «своего старшего брата напасть на нас, как они сделали с Хусейном».

Иранское правительство в настоящее время имеет сеть агентов по всей Западной Европе, и особенно сильные агентурные позиции в Германии. Эти агенты также активны в Саудовской Аравии, королевскую семью которой Тегеран искренне презирает. Иранское правительство является финансирует и обеспечивает логистику десяти тренировочных лагерей исламских фундаменталистов в Судане, на которые президент Египта Хосни Мубарак пожаловался Госдепартаменту США в декабре 1992 года. Жалоба не была обнародована.

Ниже перечислены эти лагеря:

Иклим-аль-Асват. Это самый важный из них. Его начальник — полковник Сулейман Магомет Сулейман, член Командного совета КСИР. Здесь тренируются фундаменталисты из Кении, Марокко, Мали и Афганистана.

Билал. Расположенный в Порт-Судане на Красном море, лагерь является важной тренировочной базой для египетских фундаменталистов, выступающих против режима Мубарака. По последним подсчетам, обучение прошли 108 человек, включая шестнадцать египетских врачей, под командованием эмира джихада Тендаха.

Совайя. Расположенный недалеко от Хартума, он был реорганизован в 1990 году и в настоящее время обучает фундаменталистов из Алжира и Тунисы под названием «Народная оборонительная милиция».

Вад Медани. В этом лагере находятся африканские фундаменталисты из Кении, Мали, Судана и Сомали под командованием полковника Абдул Мунуим Чакка.

Донкола. Расположенный в северном Судане, это главный лагерь египетских фундаменталистов из Аль-Наджунмин, группы, основанной покойным Мадждтом Ас-Сафти, который был вынужден бежать из Египта в 1988 году. Также в лагере находятся члены египетской группировки «Шаукиун» и 40 алжирцев из группировки «Аль-Афгани».

Джехид аль-Хак. Здесь ООП, ХАМАС и Джихад тренируются под командованием подполковника Садика аль-Фадля.

Омдуран. В этом лагере тренируются от 100 до 200 египетских фундаменталистов, принадлежащих к исламистской группировке, которые считаются более воинственными, чем другие группировки, полные решимости покончить с режимом Мубарака.

Абуракам. Этот лагерь является тренировочной базой для 100 афганцев, пакистанцев и иранцев.

Хартум Бахри. Вероятно, это самый большой из 10 лагерей, в котором находятся 300 тунисских, алжирских и египетских фундаменталистов из группы искупления и иммиграции, которые проходят подготовку под командованием капитана. Магомет Абдул Хафиз, из Народной милиции.

Урна Барбайта. Расположенная на юге Судана, это база, где иранские и суданские эксперты обучают военную элиту обращению со взрывчатыми веществами и оружием.

Лагеря координируются в офисах Арабского народного исламского конгресса, в непосредственной близости от посольства Египта в Хартуме. Это очень современное учреждение с новейшим коммуникационным оборудованием, которое позволяет Конгрессу поддерживать контакт с лидерами исламского фундаменталистского движения в других странах. Известно, что британская ШКПС отслеживает сообщения этого важного офиса с Кипра, в том числе сообщения муфтию египетского джихада шейху Омару Абдул Рахману.

Шейх Рахман был признан невиновным в заговоре с целью убийства покойного президента Египта Анвара Садата и после освобождения переехал в Соединенные Штаты, где координирует фундаменталистскую деятельность из мечети в Нью-Джерси. Говорят, что шейх Рахман финансировал несколько сотен арабов, которые были вынуждены покинуть Пакистан Соединенными Штатами, которые как в открытой, так и в тайной деятельности оказывали давление на пакистанское правительство, чтобы оно расправилось с исламскими фундаменталистами в стране. Тайные действия против Пакистана принимали различные формы, но ключевым элементом был подкуп.

Одна из самых диких тайных операций сосредоточена на Западном берегу, в секторе Газа и Израиле. В этом замешаны ЦРУ, ХАМАС, Сирия и Иран. ХАМАС — фундаменталистская группировка, усложняющая жизнь Израилю. Тегеран продолжил с того места, на котором остановился Эр-Рияд. В ходе хорошо зарекомендовавшей себя тайной акции с использованием дипломатии Соединенные Штаты убедили Саудовскую Аравию в том, что фанатики-исламские фундаменталисты могут и, скорее всего, будут угрожать им в будущем.

Используя методы, которым МИ–6 научила покойного аятоллу Хомейни, иранское правительство адаптировало эти методы к требованиям ХАМАСА, которые оказались очень эффективными. Привыкшая к тому, что она может проникнуть в ООП без особых трудностей, израильская разведка обнаружила, что в Хамасе столкнулась с чем-то иным. Случай с израильским пограничником Ниссимом Толедано иллюстрирует тот факт, что Толедано был убит 14 декабря 1992 года, и у Шин Бет, израильского агентства внутренней безопасности, до сих пор нет никаких зацепок относительно того, кто был ответственен.

Затем есть еще одно нераскрытое убийство — Хаима Нахама, агента Шин Бет, который был убит в своей квартире в Иерусалиме 3 января 1993 года. Согласно источникам в Бейруте, израильская разведка сбита с толку и в частном порядке признает, что высылка 415 палестинцев, подозреваемых в том, что они являются лидерами ХАМАСА, не помешала Хамасу действовать на том же уровне, что и до депортаций. Израильтяне обнаружили, что ХАМАС основан на модели, практикуемой МИ–6 и Ираном: сеть с широко разбросанными небольшими ячейками без каких-либо организованных связей между ними, что представляет собой жесткий фронт для взлома.

Наиболее вероятно, что в центре этой сети стоит Аззедин аль Кассам. По данным разведывательных источников, существует примерно 100 ячеек, в каждой из которых по пять членов. Все эти ячейки автономны, но группа из семи человек, одним из которых является Тарек Далкамуни, может помочь в координации деятельности. Считается, что Далкамуни заменил шейха Ахмеда Ясина, который находится в израильской тюрьме с 1989 года.

Возвышение ХАМАСА произошло в результате тайных операций, санкционированных иранским правительством и действующих под дипломатическим прикрытием в Дамаске, Сирия. В марте 1987 года в секторе Газа состоялась встреча с участием иранского и сирийского персонала, на которой зародилось восстание Интифады. Исламский меджлис ас-Хура (консультативный совет) направил Мохаммеда Наззаля и Ибрагима Гоше на встречу с послом Ирана в Сирии Али Ахарти.

Также присутствовал глава сирийской разведки генерал Али Дуба. Это хороший пример того, как проводятся тайные операции с использованием дипломатических каналов и частных лиц.

После успешной встречи 21 октября 1992 года делегация Меджлиса отправилась в Тегеран в сопровождении Абу Марзука, ведущего фундаменталиста, где они встретились с другими лидерами фундаменталистов из НФОП Ахмеда Джабриля, ливанской Хезболлы, Аль-Фатха и ХАМАСа. Были проведены обсуждения с представителями иранского правительства, которые завершились соглашением о том, что Иран предоставит финансовый, материально-технический и военный персонал для подготовки фундаменталистов в лагерях в Судане.

Был создан руководящий совет из 12 человек, в который вошли Магомет Сиам (Хартум), Муса Абу Марзук (Дамаск), Абдул Нимр Дарвих, Имад аль-Алами, Абдул Разиз аль-Рунтисси (Газа) (один из 415 палестинцев, изгнанных Израилем), Ибрагим Гоше и Мохамед Низзам (Амман), Абу Мохамед Мустафа (Бейрут). Эта группа была обучена методам МИ–6, использовавшимся для свержения иранского шаха, и на сегодняшний день попытка проникнуть в ХАМАС оказывается непростой задачей.

Иран активизировал активную фазу противодействия политике США, которую правительство Тегерана сочла произраильской, после того как соглашение, достигнутое во время кризиса с заложниками, якобы было нарушено Вашингтоном. Использование «Хезболлы» в тайных акциях против Соединенных Штатов должно было оказать давление на общественное мнение в Америке и настроить его против Израиля. Здесь Иран использовал методологию Тавистока, переданную тем, кто сверг иранского шаха.

Основатель Тавистока и блестящий техник Джон Роулингс Риз затем адаптировал методы военного управления «Исследовательская операция», чтобы их можно было применять для «управления обществом, от отдельной единицы до миллионов таких единиц, то есть людей, общества и нации, которые они вместе составляют». Для успешного выполнения этого была необходима быстрая обработка данных, и это произошло с развитием линейного программирования в 1946 году после его изобретения Джорджем Б. Данцигом. Примечательно, что 1946 год стал годом, когда Тависток объявил войну американской нации. Это подготовило почву для тотального контроля над людьми.

Тегеранское правительство аятоллы Хомейни разрешило создание конспиративной структуры, известной как «Хезболла». Позже ей удалось захватить по всему Ближнему Востоку ряд граждан США и других западных стран. Система ячеек из 5 человек работала безупречно. Ни МИ–6, ни ЦРУ не смогли взломать коды «Хезболлы», и заложники томились годами, пока Соединенные Штаты не были вынуждены признать поражение и вступить в переговоры с «Хезболлой».

Было достигнуто соглашение, в котором говорилось, что вскоре после освобождения последнего заложника, удерживаемого «Хезболлой», Соединенные Штаты разморозят иранские банковские счета и финансовые инструменты на сумму, оцениваемую в 12 миллиардов долларов. Соединенные Штаты также поставят военное оборудование, заказанное и оплаченное еще шахом, предположительно на сумму 300 миллионов долларов. Кроме того, Ирану будет разрешено вступить в Совет сотрудничества стран Персидского залива, чтобы он мог присоединиться к обсуждению вопроса об Израиле. Кроме того, США обязались не участвовать в тайной деятельности против Ирана внутри его национальных границ и не стремиться наказать похитителей из «Хезболлы», которым было предоставлено убежище в Тегеране.

Однако Тегеран заявил, что Вашингтон действовал недобросовестно, не выполнив ни одного из своих обещаний. Банковские счета не были разморожены, военное оборудование, оплаченное шахом, не было возвращено Ирану, ЦРУ фактически активизировало тайную деятельность внутри страны, и Иран по-прежнему не входит в Совет сотрудничества стран Персидского залива. Тегеран с гневом указывает на участившиеся террористические акты в Тегеране, нападения, которые начались в 1992 году после передачи последнего заложника.

Командир пасдаранцев обвинил ЦРУ в создании сети роялистов вокруг Масуда Раджави, лидера моджахедов, и Бабака Хорамдина, а также в организации нападений на казармы Пасдарана, общественные здания, включая библиотеку, нападение на похоронный кортеж покойного Хашеми Рафсанджани и осквернение могилы аятоллы Хемини. Американские средства массовой информации не сообщали об этих нападениях. Официально дипломатические отношения между Соединенными Штатами и Ираном характеризуются как хорошие.

Но вернемся к ХАМАСу. Используя дипломатические каналы, Иран и Сирия пытались повлиять на Францию, чтобы она тайно поддержала ХАМАС. Ливанский миллионер Роже Эдде, который был посредником между Францией и Сирией, обратился к министру иностранных дел Ролану Дюма. Сирия оказала на него давление по поводу покупки новой радиолокационной установки, которая, по словам Дамаска, достанется гигантскому французскому конгломерату «Томсон». Было указано, что выплата долгов Сирии Франции может быть отложена в том случае, если действия исламских фундаменталистов не будут восприняты Елисейским дворцом в благоприятном свете. Однако французское правительство официально оставалось непреклонным в отказе от поддержки ХАМАСа. Радиолокационный контакт был переключен на американскую компанию «Райтеон». Выплаты по долгам были задержаны с большими неудобствами для Франции. Но внешне дипломатические отношения между Сирией и Францией остаются сердечными.

У Ирана есть старые счеты с британской и американской разведками, которые восходят к 1941 и 1951 годам, когда МИ–6 и ЦРУ проводили масштабные тайные операции против Ирака, чтобы добиться падения доктора Мохаммеда Моссадыка. Об этой тайной операции я уже писал в главе о нефтяных сделках Рокфеллеров на Ближнем Востоке.

ЦРУ и МИ–6 провели вторую операцию с Ираном, когда шах начал упираться, столкнувшись с неприкрытым грабежом со стороны американских и британских нефтяных компаний, имеющих концессии в Иране. Затем нефтяные компании вступили в сговор с президентом Картером, и операция «Моссадык» повторилась. Шестьдесят агентов ЦРУ и десять агентов МИ–6 были направлены в Тегеран, чтобы сперва подорвать авторитет шаха, а затем свергнуть его и убить.

Добро пожаловать в электронный концлагерь

Тайные операции не всегда проводятся в форме разведывательно-террористических действий при поддержке своих правительств. Это может принимать и принимает форму технологического сотрудничества, особенно в областях наблюдения и мониторинга коммуникаций. Поскольку они, как правило, не бросаются в глаза, этот тип «слежки» не вызывает большого интереса, но это один из самых ярких примеров дипломатии обмана.

Два самых больших и всесторонних пункта прослушивания в мире расположены в Англии и на Кубе. Британская Штаб-квартира правительственной связи, вероятно, один из худших нарушителей прав человека, когда дело доходит до слежки. Хотя Конституция США запрещает слежку за своими гражданами, Агентство национальной безопасности (АНБ) тесно взаимодействует с ШКПС и обманывает население обеих стран в своих текущих операциях по общему наблюдению. Конгресс США либо не знает о том, что происходит (в это сложно поверить), либо, что очень возможно, просто слишком запуган, чтобы положить конец беззакониям, которые творит АНБ.

Помимо штаб-квартиры в Челтенхэме, британское правительство прослушивает телефонные разговоры своих граждан из своего центра прослушивания телефонных разговоров на Эдбери-Бридж-роуд в Лондоне. Некоторые соглашения были заключены на дипломатическом уровне, что, однако, не сделало их меньшим обманом для народов подписавших их стран. UKUSA — одно из таких соглашений, UKUSA якобы работает только на уровне военной разведки, но мой источник говорит, что это неправда. Первоначально это было дипломатическое соглашение между Соединенным Королевством и США, но затем пакт был расширен за счет включения стран НАТО, Канады и Австралии.

Однако за последние несколько лет в него также вошли Швейцария и Австрия, и теперь есть свидетельства того, что трафик в коммерческие компании и от них контролируется, даже партнерами Великобритании по ЕЭС, Японией, Южной Африкой и Ираном. В МИ–6 есть отдельный отдел по сбору экономической информации, называемый Комитетом по зарубежной экономической разведке. Фактически расширение этого подразделения привело к тому, что МИ–6 пришлось переехать из Бродвей-Билдинг, примыкавшего к воротам королевы Анны, в Сенчури-билдинг, недалеко от станции метро «Норт-Ламбет» в Лондоне.

В Соединенных Штатах появилось новое шпионское агентство — Управление по надзору за информационной безопасностью, которое сотрудничает со своим британским коллегой в вопросах промышленности, торговли, а также промышленной безопасности. УНИБ также сотрудничает с Международной руководящей группой по компьютерным приобретениям и логистической поддержке промышленности Соединенных Штатов. Его бизнес связан с регулированием коммерческих технологий.

Комитет 300 контролирует эти организации и является мощной невидимой силой, стоящей за решением заставить британские и швейцарские мобильные телефоны следующего поколения с 256-байтовым алгоритмом соответствовать «требованиям слежки» британских и американских служб безопасности. Почти наверняка будет разрешена только версия ASX5 с размером 56 байт, которую легче прослушивать по телефону. Это один из методов, используемых правительствами для тайного контроля над своим народом.

В январе 1993 года представители АНБ и ШКПС провели конференцию, на которой было объявлено, что будет разрешена только менее сложная версия AS5X. Никаких обсуждений в Конгрессе США, никаких открытых форумов, как того требует Конституция США. Там, где уже существуют труднодоступные телефоны A5, их отзывают для «технических доработок». Технические изменения заключаются в замене чипа A5 256 байт на чип A5Z 509 байт. Таким образом, незаконную слежку становится все легче осуществлять, американский народ обманут на многих различных, но взаимосвязанных уровнях.

Даже общественные телефоны оказались под пристальным вниманием карательных органов. В Нью-Йорке, например, под видом «борьбы с преступностью» таксофонная система была подстроена так, чтобы телефоны не могли принимать входящие звонки. Департамент полиции Нью-Йорка посчитал, что это может помешать использованию общественных телефонов-автоматов, например, для ведения бизнеса с наркотиками, или помешать деятелям организованной преступности общаться друг с другом наедине. Получилось не слишком хорошо, но были и успехи.

Новейшая технология заключается в присвоении всем телефонам общего пользования специального номера. В некоторых странах Европы телефоны-автоматы заканчиваются на 98 или 99. Это позволяет быстро вычислить местоположение телефонов-автоматов, когда они используются для «безопасных» разговоров — вот только звонки с телефона-автомата больше не являются «безопасными». В случаях, например, когда совершается преступление или похитители звонят, чтобы потребовать выкуп, это действительно очень полезный инструмент, но как насчет неприкосновенности частной жизни? Прослушивают ли телефонные разговоры законопослушных граждан? О, определенно, да!

Общественность не знает о том, что происходит в Америке, и Конгресс, похоже, не справился с этой работой. Ни одна из потенциально опасных программ слежки, ведущихся широким фронтом в этой стране, не является законной, поэтому обман продолжается беспрепятственно. Конгресс, похоже, не спешит действовать, когда дело доходит до надзора за шпионской деятельностью за рубежом, и вовсе не склонен выступать против распространения слежки за гражданами у себя дома.

* * *

Эта апатия Конгресса к праву на неприкосновенность частной жизни, гарантированному Конституцией США, странным образом контрастирует с озабоченностью всякий раз, когда на обсуждение выносятся внешние проблемные области. Директор ЦРУ Джеймс Вулси-младший представил Конгрессу «список анализа угроз», состоящий из оценки ЦРУ стран, располагающих такими предметами, как современные ракеты класса «земля-воздух». Вулси сообщил Конгрессу, что Сирия, Ливия и Иран располагают боеспособными крылатыми ракетами, способными обнаруживать самолеты-невидимки и угрожать военно-морским силам США в Персидском заливе.

Известно также, что Пакистан обладает такими крылатыми ракетами и, скорее всего, применит их против Индии, если начнется война. Правительство США давно ищет дипломатическую уловку, с помощью которой Индия и Пакистан будут стравлены друг с другом. Соединенные Штаты опасаются, что Пакистан может использовать свою ракетную технику, чтобы помочь Сирии и Ирану против Израиля, и это, весьма вероятно, произойдет, если начнется «Джихад» Соединенные Штаты используют все дипломатические уловки и тайные действия, чтобы убедить Пакистан не думать об объединении сил с Ираном в «Джихаде», в котором Пакистан применил бы свое ядерное оружие.

Тайные операции переводят разведку из пассивной роли в активную, тесно связанную по своей природе с применением силы, часто под прикрытием дипломатии. В любом случае, это означает действия против иностранного правительства или группы в пределах его границ. Определение тайной деятельности или специальных мероприятий, изложенное в Указе президента 12333, бессмысленно и бесполезно по двум причинам:

«Специальные мероприятия означают мероприятия, проводимые в поддержку национальных внешнеполитических целей за рубежом, которые планируются и выполняются таким образом, чтобы роль Соединенных Штатов не была очевидной или признанной публично, и функционируют в поддержку такой деятельности, но которые не предназначены для влияния на политические процессы Соединенных Штатов, общественное мнение, политику или средства массовой информации, и не включают дипломатическую деятельность или сбор и производство разведданных или связанные с ними вспомогательные действия».

Во-первых, указы исполнительной власти явно незаконны, поскольку они являются прокламациями, а прокламации могут издавать только короли. В Конституции США нет ничего, что допускало бы исполнительные приказы. Во-вторых, невозможно придерживаться изложенных выше руководящих принципов, даже если бы они были законными. Только очень плохо информированные люди могли бы, например, поверить, что Соединенные Штаты не стояли за свержением иранского шаха или что ЦРУ не играло никакой роли в Иране, чтобы влиять на политические процессы в Соединенных Штатах. В современном мире ЦРУ оказалось бы не у дел, если бы соблюдало Исполнительный приказ 12333.

Но в распоряжении ЦРУ и МИ–6 есть и другое секретное оружие, о котором мы упоминали ранее, которое может обойти любые письменные ограничения, на каком бы уровне они ни были предложены. Система, разработанная в Тавистоке, является наиболее широко используемой, и, как указывалось ранее, это лучшее оружие для массового социального контроля и массового геноцида, конечной цели контроля над людьми.

Убийства являются частью тайной деятельности, хотя ни одно правительство никогда не признает, что одобряет убийства как способ решения проблем внешней и внутренней политики, которые, как считается, невозможно решить никакими другими средствами. В мои намерения не входит перечислять все убийства, произошедшие в результате дипломатии обмана, для выполнения которых потребовалась бы целая книга. Поэтому я ограничу свой рассказ недавними и хорошо известными убийствами в дипломатическом или политическом контексте.

Выстрелы, убившие эрцгерцога Фердинанда и его жену в Сараево, эхом отозвались по всему миру. Их обычно считают причиной Первой мировой войны, но это не так — они были всего лишь поводом, «подготовленным восприятием» для общественного потребления. Тависток теперь хорошо справляется с «подготовленным восприятием». Британская и российская разведки принимали активное участие в этом убийстве. В случае Великобритании мотивацией было желание начать войну с Германией, и в той мере, в какой это касалось России, целью было втянуть Россию в такую войну и тем самым ослабить ее для грядущей большевистской революции.

Что этот ниггер себе позволяет?

Убийство Мартина Лютера Кинга-младшего, лидера движения за гражданские права негров, является делом, достойным дальнейшего изучения, поскольку от него до небес разит тайной деятельностью и дипломатией обмана. Американская нация, а точнее население, убеждены, что Кинга застрелил Джеймс Эрл Рэй. Это и есть «подготовленное восприятие». Проблема в том, что никто до сих пор не смог заснять Рэя в номере мотеля у окна с винтовкой в руке в 6:01 вечера 5 апреля 1968 года.

Рэй настаивает на своей невиновности, поскольку, по его словам, его подставил Рауль, таинственная фигура, с которой Рэй познакомился в Мемфисе, чтобы продавать оружие. Рэй говорит, что 5 апреля, примерно в 5:50 вечера, Рауль дал ему 200 долларов и предложил пойти посмотреть фильм, чтобы он, Рауль, и торговец оружием, когда он приедет, могли поговорить наедине. При рассмотрении заявления Рэя о том, что он «козел отпущения», давайте отметим следующее, что в совокупности, по-видимому, поддерживает Рэя и ослабляет дело Кинга о «подготовленном восприятии».

Мартин Лютер Кинг

1) Полицейские Мемфиса, которые следили за Кингом, стояли под балконом мотеля «Лоррейн», на котором появился Кинг. Один из полицейских, Соломон Джонс, сказал, что заметил мужчину с лицом, закрытым белой простыней, в зарослях кустарника напротив, прямо перед балконом. Этого человека также видел Эрл Колдуэлл, репортер «Нью-Йорк Таймс». Колдуэлл заявил: «Он сутулился. Я не видел оружия в руках этого человека…» Ни Джонса, ни Колдуэлла никогда не допрашивал ни один правоохранительный о том, чему они были свидетелями.

2) Вилли Грин, механик, которого Рэй попросил подкачать шину на его «Мустанге», отчетливо вспоминает разговор с Рэем за несколько минут до того, как Кинга застрелили. Заправочная станция, где произошел инцидент, находится в четырех кварталах от жилого дома на Саут-Мейн в Мемфисе, где остановился Рэй. Рэй никак не мог находиться в двух разных местах одновременно.

Мотель «Лоррейн» — место убийства М. Л. Кинга. Ныне здесь находится Национальный музей гражданских прав

3) Угол попадания соответствовал выстрелу, произведенному из зарослей кустарника, о котором упоминают Джордан и Колдуэлл. Это несовместимо с выстрелом, произведенным из окна Рэя.

4) Винтовка, из которой предположительно убили Кинга, должна была упираться в стену ванной, если стреляли из окна. Ванная была недостаточно широкой, но когда ФБР осмотрело ванную, на стене не было никаких следов, не говоря уже о повреждениях, которые могли быть нанесены прикладом.

5) Когда помощники шерифа прибежали в квартиру, откуда, по их мнению, раздался выстрел, за входной дверью ничего не было. Помощник шерифа Вернон Доллохайт был у двери менее чем через две минуты после выстрела. Согласно его показаниям на следствии, у двери ничего не лежало. Тем не менее, за те несколько секунд, пока Доллохайт заходил в Гриль-бар Джима, прямо по соседству с квартирой, кто-то оставил сверток с парой трусов — неподходящего Рэю размера, — биноклем и охотничьей винтовкой, с которой были стерты отпечатки пальцев на тротуаре возле двери.

Предполагается, что Рэй смог выпрыгнуть из ванны, в которой, как утверждается, он стоял, чтобы произвести выстрел, стереть отпечатки пальцев с бинокля и оружия, бросить их в сумку с несколькими банками пива (тоже чистыми), пробежать 85 футов по коридору, сбежать по лестнице, сесть в свой «Мустанг», который был припаркован на некотором расстоянии — и все это в течение менее чем 20 секунд, когда помощник шерифа Доллохайт вышел из квартиры.

6) Рэй каким-то образом смог поехать в Канаду и Англию только на 200 долларов, которые, по его словам, он получил от Рауля, однако при задержании у Рэя было при себе 10 000 долларов наличными. Рэй использовал имя Эрика Старво Галта, гражданина Канады, который имел удивительное сходство с Рэем, чье имя всплыло в совершенно секретном файле. Рэй сказал, что нашел Галта в Канаде самостоятельно; никто его не инструктировал и не давал ему денег. Другими именами, которые использовал Рэй, были имена людей, также живущих в Канаде: Джордж Рэймонд Снейд и Пол Бриджмен.

7) Реестр меблированных комнат в Мемфисе исчез и так и не был найден. Единственным свидетелем, который мог связать Рэя с убийством Кинга, был пьяница Чарльз К. Стивенс, жена которого сказала, что ее муж был в состоянии алкогольного опьянения во время стрельбы и вообще ничего не видел. Сначала Стивенс сказал, что ничего не видел, но позже тем же вечером переключился на вторую версию:

«Я видел, кто это сделал, это был ниггер, я видел, как он выбежал из туалета…» Водитель такси Джеймс Макгроу говорит, что Стивенс был пьян днем 5 апреля. Бесси Брюер услышала, как Стивенс сменил мелодию, и сказала: «он был так пьян, что ничего не видел». Фотокорреспондент Эрнест Уизерс сказал, что Стивенс сказал ему, что он ничего не видел.

Ни одно из следственных органов не обратило на Стивенса никакого внимания, пока у него внезапно не освежилась память после того, как полиция показала фотографию Рэя. В этот момент Стивенс сказал, что Рэй и был тем человеком, которого он видел убегающим из меблированных комнат. ФБР поместило Стивенса в отель стоимостью 31 000 долларов, чтобы «защитить» его, но не сказало, от кого. Однако Грейс Уолден, гражданская жена Стивенса, была таинственным образом и насильно доставлена в психиатрическую лечебницу в Мемфисе неизвестным сотрудником городского правительства Мемфиса. Могло ли быть так, что Уолден мог испортить показания единственного свидетеля правительства против Рэя?

Джеймс Эрл Рэй

Уолден содержалась в этом учреждении, и ее адвокат подал иск против ФБР, полиции Мемфиса и окружного прокурора, обвинив их в заговоре с целью лишения Уолден ее гражданских прав. Уолден придерживается своей истории, даже находясь под сильным давлением, чтобы изменить ее; она говорит, что Стивенс собирался упасть в обморок от выпивки, когда раздался выстрел, она говорит, что видела белого мужчину без какого-либо оружия в руках, выходящего из ванной в меблированных комнатах вскоре после того, как она услышала выстрел.

8) То, что суд над Рэем был издевательством, не подлежит сомнению. Его адвокат, Перси Форман, по мнению многих опытных юристов — и по моему тоже — мог оправдать самого Иуду, но все же он заставил Рэя признать себя виновным. Форман защищал 1500 человек обвиняемых в убийстве, и выиграл почти все дела. Эксперты говорят, что если бы Перси не вынудил Рэя признать себя виновным из-за отсутствия доказательств, Рэй был бы признан невиновным. Заставив Рэя признать себя виновным, Форман совершил немыслимое, Рэй лишился права на апелляцию для подачи ходатайства о новом судебном разбирательстве; апелляции в Апелляционный суд Теннесси, апелляции в Верховный суд Теннесси и, наконец, пересмотр дела Верховным судом Ни один мыслящий человек не согласился бы с вердиктом коллег Формана, а именно, Форман оказал Рэю медвежью услугу.

Вся правда о том, кто убил Кинга, вероятно, никогда не будет раскрыта, и в этом есть сильное сходство с убийством Джона Ф. Кеннеди. Смерть Кинга вызывает слишком много сомнений, и даже покойный Джим Гаррисон, бывший окружной прокурор Нового Орлеана, сказал, что, по его мнению, существует связь между убийствами Кинга и Кеннеди, основываясь на том, что он узнал от Рокко Кимбалла, который много раз звонил Дэвиду Ферри по телефону. Кимболл говорит, что он доставил Рэя самолетом из США в Монреаль. Рэй отрицает это. Другое сходство между убийствами Кеннеди и Кинга заключается в том, что и то и другое являлись тайными операциями, скорее всего, санкционированными правительственными чиновниками очень высокого уровня.

9) Рэй говорит, что встретил Рауля в Монреале, Канада, после побега из тюрьмы штата Миссури. Как был совершен побег, тоже остается загадкой. Очевидно, Рауль убедил Рэя работать на него, а затем заманил его обратно в Алабаму. Находясь в Монреале, Рэй искал фальшивые документы, удостоверяющие личность, и его свели с Раулем, который утверждал, что может помочь, при условии, что Рэй выполнит для него некоторые задания. Рэй говорит, что после нескольких встреч он согласился работать на Рауля.

После нескольких поездок через границу (одна из таких поездок была в Мексику) Рэй говорит, что Рауль хотел, чтобы он поехал в Алабаму. После долгой дискуссии, в ходе которой, по словам Рэя, он выразил серьезные сомнения по поводу поездки в этот штат, Рэй в конце концов поехал в Бирмингем. Рэй выполнял несколько заданий: доставлял посылки с неизвестным содержимым и довольно часто звонил Раулю из Бирмингема, чтобы получить новые задания.

По словам Рэя, затем Рауль сказал ему, что скоро появится его последняя работа, за которую ему заплатят 12 000 долларов. Опять же, по словам Рэя, ему было поручено купить мощную охотничью винтовку с оптическим прицелом.

10) Рэй говорит, что Рауль сопровождал его, чтобы купить охотничье ружье в магазине «Аэромарин Супплай», а позже вернулся один в магазин, и обменял купленное оружие на «Ремингтон» М760 30-го калибра[19].

11) Полиция Мемфиса таинственным образом отозвала охрану Кинга. Примерно за сутки до убийства подразделение из семи человек прекратило работу. Начальник полиции Мемфиса Фрэнк Холломан отрицает, что когда-либо отдавал приказ об этом, и утверждает, что он даже не знал, что такой приказ был отдан. Утром 5 апреля 1968 года четырем специальным подразделениям полиции Мемфиса было приказано отступить. Никто в департаменте полиции Мемфиса не знает, кто отдал приказ.

В одном из самых загадочных эпизодов этой неразгаданной тайны Эдвард Реддитт, детектив департамента полиции Мемфиса, был уволен со своего поста серией радиосообщений, которые впоследствии оказались ложными. По словам Реддитта, он наблюдал за мотелем «Лоррейн», где остановился Кинг с выгодной позиции через дорогу, когда с ним связался по рации лейтенант Э. Х. Аркин и приказал прекратить наблюдение и вернуться в штаб.

По прибытии агенты Секретной службы приказали Редитту зарегистрироваться в отеле «Холидей Инн» в Ривермонте, потому что его заказала мафия. Реддитт отказался, сказав, что он был единственным полицейским, который знал в лицо как всех местных членов Ку-клукс-клана, так и членов окружения Кинга.

Однако начальник полиции Мемфиса Фрэнк Холломан отменил его решение, и в сопровождении двух полицейских Реддитта отвезли домой, чтобы забрать его одежду и туалетные принадлежности. В самом необычном отступлении от полицейской процедуры двое полицейских сидели в гостиной дома Реддита, а не в машине снаружи. Реддитт пробыл дома не более 10 минут, когда в экстренном выпуске радионовостей объявили об убийстве Кинга.

12) На плакате «Разыскивается Галт» говорилось, что он (Галт) брал уроки танцев в Новом Орлеане в 1964 и 1965 годах, когда Рэй находился в тюрьме штата Миссури. Генеральный прокурор Рэмси Кларк, прибывший на место происшествия после того, как ФБР отстранило от дела все другие правоохранительные органы, заявил: «все имеющиеся у нас доказательства указывают на то, что это работа одного человека». К чему такая неподобающая поспешность с объявлением столь далеко идущего заключения, когда расследование все еще находилось в зачаточном состоянии? Читатели согласятся, что слишком много работает против версии о том, что Мартина Лютера Кинга застрелил Рэй.

Капкан для Саддама Хуссейна

Президент Джордж Буш также заслуживает особого упоминания. Вероятно, Буш — самый опытный президент, когда-либо проводивший дипломатию путем обмана, и есть много примеров, подтверждающих это утверждение. Проблема американцев заключается в том, что мы считаем, что правительство Соединенных Штатов более честное, нравственное и открытое в своих отношениях, чем иностранные правительства. Нас учили этому с детства. Джордж Буш доказал, что это на сто процентов неверное восприятие.

Сценарий войны в Персидском заливе был фактически разработан в 1970-х годах. Это было практически раскрыто несколькими газетными статьями, в которых Джеймс Маккартни сообщал о «Секретной программе США». По словам Маккартни, тайное правительство Соединенных Штатов решило в начале 1970 года строить свою политику на Ближнем Востоке на контроле над нефтью в регионе, отнятом у арабов. Нужно было найти предлог для установления существенного военного присутствия США в этом регионе — но не в Израиле.

Роберт Такер, писавший в еврейском журнале «Комментари» за январь 1975 года, сказал, что Соединенные Штаты должны преодолеть любую сдержанность в отношении вооруженного вмешательства в других странах, и он особо упомянул регион Персидского залива в этом контексте. Такер сказал, что необходим упреждающий удар, чтобы установить контроль над ближневосточной нефтью, а не ждать возникновения какого-либо кризиса, прежде чем действовать.

По-видимому, одним из авторов этой наглой идеи был Буш, который следовал убеждениям Джеймса Акинса, посла США в Саудовской Аравии с октября 1973 по декабрь 1975 года. Взгляды Эйкинса легли в основу политики администрации Рейгана-Буша, и интересно отметить, что Джордж Буш в точности следовал сценарию, якобы написанному Эйкинсом, когда вовлек Америку в незаконную войну против Ирака.

Последующие расследования выявили тот факт, что Эйкинс просто читал сценарий Генри Киссинджера «Энергетическая безопасность». Киссинджер сначала выступал за прямое нападение на Саудовскую Аравию, но план был изменен, и вместо Саудовской Аравии была выбрана меньшая страна.

Киссинджер рассудил, что захват ближневосточной нефти в качестве превентивной меры был бы приемлем для народа Соединенных Штатов, и эту идею можно было бы легко продать Конгрессу. Согласно моему источнику в Вашингтоне, идея была с готовностью принята Бушем, у которого был большой опыт в обмане, а его пребывание в ЦРУ обострило его аппетит к тому, что некоторые считают его естественной склонностью. План «Энергетической безопасности» Киссинджера был принят Бушем и применен к Ираку. Существует твердое убеждение, что ссора между Ираком и Кувейтом из-за кражи нефти Аль-Сабахом с нефтяных месторождений Румалии и подрыв экономики Ирака путем занижения цены на украденную нефть ниже цены ОПЕК были разработаны ЦРУ совместно с партнерами Киссинджера.

Подталкивая Ирак к открытому конфликту с помощью двурушничества Эйприл Глэспи, Буш увидел, что его планы приближаются к осуществлению. Глэспи следовало бы судить за ложь Конгрессу, но это вряд ли произойдет.

Как раз в тот момент, когда Буш решил, что игра сделана, король Иордании Хусейн едва не расстроил его планы. Мой источник в разведке сообщил, а Пьер Сэлинджер с телеканала ABC впоследствии подтвердил, что король Хусейн считал, что Соединенные Штаты действуют добросовестно и приветствовали бы урегулирование ирако-кувейтского кризиса мирными средствами, а не путем вооруженного конфликта.

Исходя из своей веры в честность администрации Буша, король позвонил в Багдад и попросил Саддама Хусейна передать конфликт с Кувейтом на арбитраж арабских стран. Он заверил Саддама, что у него есть благословение Вашингтона на такой шаг. 3 августа продвижение иракских войск к кувейтской границе было остановлено, чтобы дать шанс предложенному арбитражу. Но у Саддама Хусейна было еще одно условие: египетский диктатор Хосни Мубарак должен был согласиться на предложение об арбитраже.

Король Хусейн позвонил Мубараку, который с готовностью дал свое согласие на этот план. Затем он позвонил Бушу, который ответил с борта ВВС № 1, по пути на встречу с Маргарет Тэтчер в Аспен. Согласно разведывательным источникам, частично подтвержденным Сэлинджером, Буш с энтузиазмом воспринял инициативу короля Хусейна и пообещал иорданскому правителю, что США не будут вмешиваться.

Но как только король закончил разговор, Буш позвонил Мубараку и приказал не принимать участия ни в каких межарабских арбитражных дискуссиях. Сообщается, что Буш позвонил Тэтчер и сообщил ей о своем разговоре с королем Хусейном. Как и Чемберлен во времена Мюнхена, король Хусейн собирался выяснить, что мирное урегулирование ирако-кувейтского спора было последним, чего хотели американское и британское правительства.

Получив одобрение от Тэтчер, Буш, как сообщается, снова позвонил Мубараку и приказал ему сделать все возможное, чтобы сорвать посреднические усилия арабских стран. Оплата, как мы теперь знаем, пришла позже, когда Буш незаконно «простил» долг Египта Соединенным Штатам в 7 миллиардов долларов. У Буша не было конституционных полномочий прощать египетский долг, поскольку Мубарак яростно осудил посреднические предложения. Буш начал публично угрожать Ираку. Не прошло и нескольких часов с тех пор, как король Хусейн сказал президенту Хусейну, что они оба были обмануты, как иракская армия пересекла границу с Кувейтом.

Роль Соединенных Штатов и Великобритании в развязывании войны против Ирака — это классическая дипломатия обмана. Говоря о мире на Ближнем Востоке, наше правительство, которому мы так слепо доверяем, планировало войну против Ирака с 1970-х годов. Война в Персидском заливе была преднамеренно разыграна в соответствии с политикой Киссинджера, который хотя уже и не был правительственным чиновником, все еще оказывал большое влияние на внешнюю политику США на Ближнем Востоке

Взрыв рейса 103 авиакомпании «Пан-Ам» — еще один ужасный пример тайной деятельности. Все факты еще не раскрыты и, возможно, никогда не будут раскрыты, но на данный момент известно, что в этом замешано ЦРУ и что на борту было по меньшей мере пять ведущих агентов ЦРУ с дорожными чеками на 500 000 долларов. Есть свидетельства о том, что ЦРУ действительно сняло на видео погрузку сумки с бомбой, но до сих пор они не были подтверждены другими источниками.

Глава 8. Кокаиновое Эльдорадо

Политика не всегда грязна

Совсем недавно был осуществлен, пожалуй, самый вопиющий пример дипломатии обмана за всю историю: договор Картера-Торрихоса о Панамском канале. До сих пор он оставался в тени — а ведь он заслуживает самого пристального рассмотрения. Я надеюсь выявить важные последствия, которые никогда не были должным образом изучены или рассмотрены, и которые сейчас, как никогда, нужно вытащить на свет Божий. Одна из причин — это опасность того, что США в ближайшем будущем попадут под юрисдикцию Организации Объединенных Наций. Такая скользкая сделка, как сделка Картера по продаже Панамского канала, может снова обернуться против нас, если мы не будем знать, на что обращать внимание.

Не всем известно, что Англо-Персидская нефтяная компания, принадлежащая британской короне, пыталась купить концессию у правительства Колумбии на права на канал, проходящий по территории США, в то время как одновременно такие же переговоры с Колумбией вели Соединенные Штаты. Ирвинг Фредерик Йейтс, британский дипломат, едва не увел сделку из-под носа у Дяди Сэма. Планы Йейтса в последнюю минуту сорвал дипломатический инцидент, который привел в действие доктрину Монро.

Краткий обзор истории того, как Соединенные Штаты приобрели землю, через которую был построен Панамский канал, мог бы помочь нам понять последующие события:

В период 1845–1849 годов правительство Колумбии заключило договор с Соединенными Штатами, предоставляющий США право транзита через Панамский перешеек. В 1855 году Панама получила федеральный статус в соответствии с конституционной поправкой, до революции 1903 года Панама была частью Колумбии. 19 апреля 1850 года был подписан договор Клейтон-Булвера между Великобританией и Соединенными Штатами, в котором обе стороны согласились не добиваться какого-либо исключительного контроля над предлагаемым каналом и гарантировали его нейтралитет. В то время ключевым вопросом была колумбийская нефть. 5 февраля 1900 года был подписан первый договор Хэя-Понсефота между Великобританией и Соединенными Штатами. По этому договору Британия отказывалась от прав на участие в совместном строительстве канала, однако он был отклонен британским парламентом.

Второй договор Хэя-Понсефота был подписан в ноябре 1901 года, предоставляя Соединенным Штатам исключительное право на строительство, техническое обслуживание и контроль над каналом. 23 января 1903 года был подписан договор Хай-Херана между Колумбией и Соединенными Штатами, который предусматривал приобретение Соединенными Штатами зоны канала. Колумбийский сенат не ратифицировал договор.

Договор Хей-Бунуа-Варилья между Соединенными Штатами и новым правительством Панамы был подписан 18 ноября 1903 года: Панама продала в бессрочное пользование зону шириной в пять миль по обе стороны будущего канала с полной юрисдикцией Соединенных Штатов. Соединенные Штаты также получили право на укрепление зоны канала и заплатили за эти права 10 миллионов долларов, а в дальнейшем согласились выплачивать ежегодный взнос в размере 250 000 долларов. Освобожденные от положений договора Клейтона-Булвера в январе 1903 года, Соединенные Штаты и Колумбия заключили договор Хэй-Херана, который предоставлял суверенитет Соединенных Штатов над территорией шириной в пять миль по обе стороны от предлагаемого канала. Договор был подписан 26 февраля 1904 года. Крайне важно принять во внимание, что земля шириной в пять миль по обе стороны от предлагаемого канала отныне является суверенной территорией Соединенных Штатов, которая не может быть отдана или иным образом отчуждена, иначе как в случае принятия поправки к Конституции, что требовало ратификации всеми штатами.

Ратификация договора была отложена Колумбией. Только одиннадцать лет спустя, 6 апреля 1914 года Колумбии был предложен договор Томпсона-Уррутиа, в котором США выразили сожаление по поводу разногласий, возникших с Колумбией, и согласились выплатить Колумбии сумму в 25 миллионов долларов. На эти условия Колумбия согласилась и подписала договор[20]. 21 сентября 1914 года были определены границы зоны Канала, и Соединенным Штатам были предоставлены дополнительные суверенные права на защиту. Затем зона Панамского канала стала суверенной территорией Соединенных Штатов.

Со стороны США договор Томпсона-Уррутиа был подписан лишь семь лет спустя, 20 апреля 1921 года. По его условиям, Колумбия признавала независимость Панамы. Была проведена демаркация спорных доселе границ, между Панамой и Колумбией устанавливались дипломатические отношения. Сенат США отложил ратификацию еще на семь лет, но 20 апреля 1928 года окончательно ратифицировал договор с некоторыми изменениями. Конгресс Колумбии аналогичным образом ратифицировал договор 22 декабря 1928 года.

Ранее, в 1927 году, правительство Панамы заявило, что оно не предоставляло Соединенным Штатам суверенитета на момент подписания договоров. Но Лига наций отказалась выслушать этот явно абсурдный спор, и неоспоримый американский суверенитет над территорией зоны Панамского канала был вновь подтвержден, когда президент Флоренсио Гармодио Аросемена отклонил обращение правительства Панамы к Лиге Наций.

Для каждого американца крайне важно, особенно в наши дни, когда Конституция попирается политиками, обратить внимание на то, как Конституция США неукоснительно соблюдалась на протяжении всех переговоров с Колумбией и Панамой. Договоры были составлены Сенатом и подписаны президентом. Было разрешено пройти надлежащему периоду времени, пока соглашение изучалось, прежде чем оно было ратифицировано.

Позже мы сравним конституционный способ, которым был обработан договор между США и Колумбией по Панаме, с небрежным, вводящим в заблуждение, нечестным, неконституционным, граничащим с мошенничеством поведением администрации Картера, передавшей собственность суверенного народа Соединенных Штатов панамскому диктатору Омару Торрихосу и фактически заплатившей ему за ее принятие.

Единственная серьезная ошибка, допущенная Соединенными Штатами в 1921 году, заключалась в том, что они немедленно не объявили канал и землю суверенной собственностью суверенного народа Соединенных Штатов и не сделали их штатом Соединенных Штатов с точки зрения Конституции, которая предписывает, чтобы территория становилась штатом, как только она становится территорией Соединенных Штатов. Неспособность превратить Зону Панамского канала в штат стала приглашением для международных банкиров Рокфеллера прийти и украсть ее у законного владельца — суверенного американского народа. Этому на каждом шагу помогал президент Картер под прикрытием дипломатии обмана.

Говорят, что тот, кто не извлекает уроки из своих ошибок, обречен их повторять. Эта максима применима к Соединенным Штатам сегодня больше, чем когда-либо, когда мы рассматриваем роль Соединенных Штатов в большевистской революции, Первой мировой войне, Палестине, Второй мировой войне, Корее и Вьетнаме. Мы не должны допустить, чтобы незаконные прецеденты, созданные администрацией Картера и Сенатским комитетом по международным отношениям, использовались против нас в любых будущих переговорах по договору, подобных тем, которые, вероятно, будут проведены с Организацией Объединенных Наций в ближайшем будущем. Такие попытки подорвать Конституцию могут принять форму подчинения наших вооруженных сил командованию Организации Объединенных Наций.

Прецедент, созданный успешной кражей у меня и остальных американцев Панамского канала, привел к войнам с большими финансовыми и людскими потерями, присвоению полномочий, не предоставленных президенту Конституцией, и расширению дипломатии обмана, ведущих к низвержению Конституции в пользу тайного параллельного правительства высшего уровня, как это происходит в Сомали, Боснии и Южной Африке.

Вот почему я считаю, что необходимо обеспечить, чтобы больше не допускалось разглашения информации о Панамском канале, и единственный способ предотвратить повторение этого массового мошенничества, осуществляемого под прикрытием дипломатии обмана — это изучить то, что произошло в период с 1965 по 1973 год.

Лишь знание сделает нас способными предотвратить это в будущем.

Никому не нужная Конституция

Чтобы понять, как администрации Картера удалось обмануть суверенный народ Соединенных Штатов, нужно иметь хотя бы базовые знания о Конституции. Чтобы интерпретировать Конституцию, нам также необходимо знать нашу форму правления и понимать, что ее внешняя политика прочно основана на «Законе наций» Ваттеля, который Отцы-основатели использовали при формировании нашей Конституции. Мы также должны понимать договоры и их связь с нашей Конституцией. Есть лишь горстка сенаторов и членов Палаты представителей, которые имеют четкое представление об этих жизненно важных вопросах.

Мы постоянно слышим, как невежды называют Соединенные Штаты «демократией». Печатные и электронные средства массовой информации особенно отвратительно пропагандируют эту чушь, и я думаю — совершенно преднамеренно. Соединенные Штаты не являются демократией. Они могут быть парламентской республикой по форме правления, федеративной или конфедеративной республикой по своему государственному устройству а в общем — синтезом всех трех понятий. Не понимать этого — первый шаг к тому, чтобы стать жертвой политических шулеров.

Мэдисон показал, что мы не являемся демократией. Именно споры о форме нашего правительства привели к Гражданской войне. Если бы не возник вопрос об отделении от Союза, войны, возможно, и очень вероятно, не было бы. Президент Авраам Линкольн верил, что в Англии зародился заговор с целью расчленения Соединенных Штатов Америки и превращения их в две нации, которые затем международные банкиры всегда могли бы использовать друг против друга. Гражданская война велась для того, чтобы подчеркнуть нерушимость федерального суверенитета и что он Юг не может выйти из состава Союза. Вопрос о суверенитете и суверенной территории был решен раз и навсегда Гражданской войной.

В конституционной республике носителем суверенитета является народ. В Палате представителей и Сенате есть представители или агенты — если это лучшее описание того, как они должны функционировать. Это прописано в 10-й поправке к Биллю о правах, которая гласит: «Полномочия, не делегированные Соединенным Штатам Конституцией и не запрещенные ею Штатам, принадлежат соответственно Штатам или народу».

Президент не является королем и не является главнокомандующим вооруженными силами, за исключением случаев объявленных войн (иного законного вида быть не может). Это его работа — соблюдать Конституцию, в чем он и клянется при инаугурации. Многие сотрудники, которых американский народ нанял для работы в правительстве, включая президента, грубо попрали Конституцию. Возможно, самое вопиющее нарушение произошло, когда президент Картер и 57 сенаторов, прикрываясь дипломатией обмана, отдали суверенный народный канал в Панаме, то есть фактически попытались распоряжаться суверенной территорией, принадлежащей Соединенным Штатам.

Территория Соединенных Штатов, согласно Конституции США, не может быть отчуждена. Основание для этого заявления содержится в протоколе заседаний Сената, S1524-S7992, 16 апреля 1926 года. Отцы-основатели приняли резолюцию, согласно которой территория США не может быть отчуждена путем ее передачи другой стороне, за исключением конституционной поправки, ратифицированной всеми штатами.

В Конституции нет ничего, что касалось бы вопроса о политических партиях. Я много раз повторял, что политики возникли из-за того, что мы, суверенный народ, были слишком мягкими, слишком ленивыми, чтобы выполнять работу самостоятельно, и поэтому мы нанимали чиновников, чтобы они выполняли эту работу за нас, оставляя их по большей части без присмотра. Вот чем сегодня являются Палата представителей и Сенат: неконтролируемыми агентами нас, народа, которые бесчинствуют и вытирают ноги об Конституцию.

Картер, Буш, а теперь и Клинтон действовали так, как если бы они были монархами с абсолютной властью. У нас был Картер, занимающийся международным правом и отдающий собственность суверенного народа Торрихосу, у нас был Буш, вступающий в войну, не объявляя ее, теперь у нас есть Клинтон, пытающийся использовать прокламации (исполнительные указы) для принятия законов. Конституция четко определяет, что есть только одна инстанция, имеющая право заниматься международным правом: это Конгресс, а не исполнительная власть в Белом Доме, вне зависимости от обстоятельств.

То, что сделали Картер и Буш, и то, что Клинтон пытается сделать сейчас, — это принизить Конституцию, чтобы она соответствовала желаниям и целям Комитета 300. Два примера, которые приходят на ум: аборты и контроль над оружием. Картер проделал это во время сдачи Панамского канала. Он и утверждал, что имеет право распоряжаться суверенной собственностью США в Панаме — что делает его виновным в лжесвидетельстве с целью узурпации власти.

Полномочия Картера выступать в качестве суррогата Дэвида Рокфеллера и наркобанков, предположительно, под прикрытием переговоров по Панамскому каналу, не являются ни прямо заявленными, ни подразумеваемыми, не связанными с другой властью в Конституции, следовательно, действия Картера в отношении Панамы были незаконными. Но Картеру, как и его преемникам Бушу и Клинтону сошло с рук попрание Конституции.

Если мы правильно прочитаем «Закон наций» Ваттеля, на котором отцы-основатели строили внешнюю политику, мы увидим, что он никогда не давал ни федеральной власти, ни Конгрессу полномочий дарить, продавать или иным образом распоряжаться суверенной территорией, принадлежащей суверенному народу Соединенных Штатов. Сила договора никогда не может превышать силу, заложенную в Законе наций Ваттеля.

Статья 9 Билля о правах и внимательное прочтение Конституции совершенно ясно дают понять, что ни президент, ни Палата представителей, ни Сенат не уполномочены дарить, продавать или иным образом распоряжаться какой-либо суверенной территорией Соединенных Штатов, за исключением поправки к Конституции, ратифицированной всеми штатами. Этого не было сделано в случае Договора о Панамском канале Картера-Торрихоса: следовательно, каждый из 57 сенаторов, подписавших соглашение, нарушил свою присягу при исполнении служебных обязанностей, включая президента Картера. Из-за их предательского поведения Соединенные Штаты потеряли контроль над ключевым элементом своей обороны — нашим каналом в Панаме.

Каковы факты так называемого Договора о Панамском канале, обманным путем подписанного президентом Картером в качестве закона? Давайте разберемся с тем, что значит вести переговоры по договору. Ведение переговоров подразумевает, что участники переговоров ставят перед собой цель «отдай и получи». Во-вторых, те, кто ведет переговоры, должны владеть собственностью, деньгами или чем бы то ни было, о чем ведутся переговоры, или быть должным образом уполномочены владельцами вести переговоры от их имени. Кроме того, когда кто-то что-то дает, по закону должно быть «рассмотрение» того, что дается. Если есть рассмотрение только с одной стороны, то по закону не может быть никакого договора, и нет никакого договорного соглашения.

Как я уже говорил, при заключении договорного соглашения крайне важно, чтобы стороны, ведущие переговоры, имели на это законное право. В Договоре о Панамском канале участники переговоров не были уполномочены Конституцией вести переговоры. Ни Эллсворт Банкер, ни Сол Линовиц (предположительно, посол США) не были квалифицированы для ведения переговоров; по первой причине, что документ о договоре не был составлен Сенатом, и потому что в предполагаемых переговорах, проведенных Банкером и Линовицем, отсутствовала объективность.

Ни Линовиц, ни Банкер не должны были иметь личной заинтересованности в Договоре о Панамском канале, но оба имели очень большую финансовую заинтересованность в проекте, и успех договора был для их личной финансовой выгоды. Это было достаточным основанием для того, чтобы договор был объявлен недействительным. Конституция была растоптана назначениями Бункера / Линовица. Статья 11, часть 2, раздел 2 гласит, что Линовиц и Банкер должны были получить «совет и согласие Сената», которого ни один из них никогда не получал.

Линовиц был директором банка «Марин энд Мидланд» с обширными банковскими связями в Панаме и ранее выполнял работу для правительства Панамы. Банк «Марин энд Мидланд» был поглощен банком Гонконга и Шанхая, мировым лидером по отмыванию наркоденег. Поглощение «Мидланд Банк» было осуществлено с прямого разрешения Пола Волкера, бывшего председателя Правления Федеральной резервной системы, хотя Волкер прекрасно знал, что целью поглощения было то, чтобы принадлежащие Рокфеллеру банки в Панаме закрепились в прибыльной банковской торговле кокаином в Панаме. Приобретение Midland банком Гонконга и Шанхай было крайне незаконным и граничило с уголовным деянием в соответствии с банковским законодательством США.

Семья Банкер вела бизнес с Торрихосом, а ранее вела дела с Арнульфо Ариасом и бывшим президентом Панамы Марко О. Роблесом. Не имеет значения, что оба американских переговорщика якобы разорвали эти отношения; не имеет значения, что был осуществлен надуманный и прозрачный обман (шестимесячный период ожидания), В Конституции говорится, что Президент назначает послов и посланников консультируясь с Сенатом и с его согласия. О периоде ожидания, который был использован для того, чтобы обойти конфликт интересов вокруг Линовица и Банкера ничего не говорится. Все это было просто грубым обманом американского народа.

Назначение Линовица и Банкера было омрачено обманом, попахивало нечестностью и нарушило священное фидуциарное доверие, которое президент, как предполагается, имеет к нам, суверенному народу. Никогда дипломатия обмана не проводилась так искусно, как при назначении Линовица и Банкера «участниками переговоров» по договору, который Сенат так и не подписал; в прямом нарушении Конституции Сенатским комитетом по международным отношениям. Все члены комитета должны были подвергнуться импичменту и, возможно, даже обвинению в государственной измене в то время, когда они согласились с выбором наркобанкиров Эллсворта и Линовица в качестве «переговорщиков».

Теперь мы подходим к тому, о чем договаривались Банкер и Линовиц. Панамский канал и территория не могли быть предметом переговоров. Это суверенная территория Соединенных Штатов, которой нельзя было распоряжаться, кроме как посредством конституционной поправки, принятой Конгрессом и ратифицированной всеми штатами. Кроме того, верительные грамоты двух послов, если они у них и были, не были составлены сенатом. Картер и его сообщники с Уолл-стрит обманули американский народ, заставив его поверить, что Банкер и Линовиц действовали законно от имени Соединенных Штатов.

Стратегия, разработанная банкирами с Уолл-стрит, заключалась в том, чтобы держать американский народ в сомнении и в неведении, делая ситуацию настолько туманной, чтобы они сказали: «Ну, я полагаю, мы можем доверять президенту Картеру в этом вопросе». В этом банкирам с Уолл-стрит и Дэвиду Рокфеллеру умело помогала армия оплачиваемых, пропагандистов: редакторы газет, крупнейшие телевизионные сети и, в частности, два сенатора США.

Сенатор Деннис Де Кончини добавил к договору оговорки, которые были не более чем показухой, использовавшейся для оправдания неспособности сенатора соблюдать Конституцию. «Оговорки» не были подписаны Омаром Торрихосом и не имели силы, но акция создала у избирателей в Аризоне ложное впечатление, что Де Кончини не полностью поддерживает договор. Это было совершенно низкое политическое коварство. Избиратели в Аризоне сообщили Де Кончини, что они в подавляющем большинстве против этого договора.

Так что же было «согласовано»? Каков был компромисс, соображение, которое по закону должно быть неотъемлемой частью переговоров по договору? Поразительная правда заключается в том, что их не было. Мы, суверенный народ, уже владели суверенной территорией зоны Панамского канала, Торрихос и панамское правительство ничего не могли предложить и ничего не дали Соединенным Штатам. Таким образом, переговоры были явно односторонними, что само по себе делает договор Торрихоса-Картера недействительным.

Если нет рассмотрения ни с одной из сторон, то не может быть никакого договора. Контракты часто содержат символическую оплату в качестве вознаграждения за то, чтобы сделать контракт законным, чего в противном случае не было бы. Иногда в качестве вознаграждения дается всего 10 долларов, просто чтобы был факт оплаты. Здесь все было именно так. Повторяю, Торрихос не обращал никакого внимания на Соединенные Штаты. Когда Сенатский комитет по международным отношениям заявил, что наемники Рокфеллера могут делать то, что они сделали, все его члены не выполнили свой долг перед нами, народом, и поэтому должны были быть отстранены от должности.

Прежде чем Сенат ратифицировал бастардный договор о Панамском канале, его следовало изучать не менее двух-трех лет. Рассмотрим, сколько времени потребовалось Соединенным Штатам и Колумбии для ратификации договора 1903 года. Это было правильно: поспешное изучение Сенатским комитетом по международным отношениям договора Картера-Торрихоса было в высшей степени неуместным. На самом деле, договор никогда не должен был выноситься на рассмотрение, поскольку сам Сенат не составлял договор и увидел его только после того, как он уже был согласован. Это прямо противоречит Конституции.

Таким образом, подписание недействительного договора Картером было пародией и обманом президента, направленным на нанесение вреда собственному народу и в интересах наркобанков и их коллег с Уолл-стрит. Независимо от того, как долго он существует, договор Картера-Торрихоса по сей день остается недействительным. Беглым взглядом неспециалиста в нем сразу обнаруживается 15 грубых нарушений договорных отношений с точки зрения Конституции США, полагаю, эксперт смог бы найти еще пять.

Только Конституционная поправка, принятая Конгрессом и ратифицированная всеми штатами, могла бы подтвердить действие договора Картера-Торрихоса. Но договор был настолько порочен, что он мог бы быть отменен Верховным судом, если бы Верховный суд захотел выполнить свой долг перед нами, народом.

Все определения договора гласят, что договор должен что-то давать обеим сторонам. Панамский канал уже принадлежал Соединенным Штатам. В этом нет никаких сомнений, но давайте вернемся к нашим шагам и вновь подтвердим эту позицию. Договор 1903 года был подписан обеими сторонами, одна передала землю, другая получила денежное вознаграждение. Соединенные Штаты дали понять, что отныне территория, за которую они заплатили, является суверенной территорией США. Ни в одном из дебатов, состоявшихся во время слушаний по Панамскому каналу Картера-Торрихоса, не оспаривалось, что канал был частью суверенной территории США и был таковой с 1903 года.

Формулировка договора 1903 года очень важна для введения на данном этапе Статьи 111, полностью исключающей «осуществление Республикой Панама каких-либо суверенных прав, полномочий или авторитетности… Республика Панама полностью исключает осуществление любых таких суверенных прав, власти или подчинения… и осуществляют это так, как если бы это была американская территория». Это не оставляло места для сомнений в том, что это был договор, который устанавливал зону Панамского канала в качестве суверенной территории США с 18 ноября 1903 года и далее на неопределенный срок.

Я много раз упоминал здесь о суверенитете. Хорошее определение суверенитета содержится в книге Джорджа Рэндольфа Такера «Международное право». Другое хорошее объяснение суверенитета можно найти в книге доктора Малфорда «Суверенитет наций»:

«Существование суверенитета нации, или политического суверенитета, обозначается определенными знаками или примечаниями, которые являются универсальными. Это независимость, авторитет, превосходство, единство и величие… Разделяющий суверенитет — это противоречие верховенству, которое подразумевается во всех его необходимых концепциях и несовместимо с его сущностью в органической воле. Это неосуществимо. Оно не может быть аннулировано или избегнуто с помощью юридических форм и легистских устройств, равно как и не может быть добровольно отменено или добровольно возобновлено, но предполагает преемственность власти и действий…Она действует через всех членов и во всех органах и ведомствах государства…»

Очень нужная Панама

То, что Картер пытался сделать от имени Рокфеллера и наркобанков, заключалось в изменении Панамского договора 1903 года «с помощью юридических форм и легистских приемов». Но Панамский договор 1903 года нельзя было «аннулировать и избежать» с помощью таких легистских приемов. Это оставило Картера с недействительным поддельным документом, который он выдал американскому народу за подлинный договор, как новый и юридически обязательный договор, которым он не был тогда и никогда не сможет быть.

Когда в 1960-х годах наркобанки Рокфеллера начали планировать, как защитить свои инвестиции в Панаме, торговля кокаином в Колумбии переживала бум. Поскольку в Гонконге назревали проблемы — китайское правительство потребовало контроля над островом и большей доли в торговле героином, которую веками вели британцы, — международные банкиры с Уолл-стрит начали рассматривать Панаму как новое убежище для операций по отмыванию денег, полученных от наркотиков. Кроме того, необходимо было защитить огромные суммы наличных денег, полученные от торговли кокаином, поступающие в панамские банки.

Но для этого Панама должна была контролироваться представителем банков Уолл-стрит, а это было бы непросто. История показывает, что президент Рузвельт был первым, кто попытался ослабить договоры о Панамском канале 1903 года, отдав район Колон, который впоследствии стал центром торговли и наркотрафика. Президент Дуайт Эйзенхауэр был вторым официальным лицом США, попытавшимся принизить суверенитет над Панамским каналом: 17 сентября 1960 года он приказал поднять панамский флаг рядом с флагом США в зоне Канала. Эйзенхауэр осуществил эту изменническую акцию от имени СМО и Дэвида Рокфеллера. Однако даже акт измены Эйзенхауэра не смог «аннулировать и обойти» договор 1903 года.

Воодушевленный предательским поведением Рузвельта и Эйзенхауэра, президент Панамы Роберто Ф. Кьяри официально обратился к Соединенным Штатам с просьбой пересмотреть договор о Панамском канале. Это было через месяц после инцидента с флагом Эйзенхауэра. Если наша Конституция что-то значит, это означает, что никакие подобные действия со стороны Соединенных Штатов невозможны до тех пор, пока они не пройдут через Палату представителей и Сенат и не будут ратифицированы всеми штатами. В январе 1964 года платные агитаторы спровоцировали беспорядки, и Панама разорвала отношения с Соединенными Штатами. Это был классический инсценировочный ход банкиров с Уолл-стрит.

Затем, в апреле 1964 года, президент Линдон Джонсон (без согласия Палаты представителей и Сената) заявил Организации американских государств (ОАГ), что США «готовы рассмотреть каждый вопрос, связанный с разногласиями с Панамой по поводу Канала», и дипломатические отношения возобновились. Президент Джонсон не имел полномочий лезть в международные законы и менять договор 1903 года манипуляциями и «легистским путем».

Джонсон активно искал меры, которые позволили бы начать новые переговоры по договору 1903 года. Джонсон не имел полномочий вести переговоры по договорам, и его действия еще больше посягнули на суверенитет территории Канала, поощряя банкиров с Уолл-стрит во главе с Рокфеллером стать смелее. Очевидно, что действия Джонсона были неконституционными, поскольку он пытался смягчить действие договора, охватывающего суверенную территорию Панамского канала, на что ни один президент не имеет полномочий.

Договор Картера-Торрихоса о Панамском канале был заключен из-за того, что Панама задолжала банкам Уолл-стрит примерно 8 миллиардов долларов. Весь этот жалкий обман был задуман для того, чтобы заставить суверенный американский народ выплатить то, что Панама задолжала банкирам с Уолл-стрит. Это был не первый случай, когда мы, народ, были обмануты банкирами с Уолл-стрит. Следует напомнить, что именно американские налогоплательщики были вынуждены выплатить 100 миллионов долларов по немецким коммерческим репарационным облигациям в период с 1921 по 1924 год. Как и в случае с договором Картера-Торрихоса, банкиры с Уолл-стрит были глубоко вовлечены в немецкие облигации, наиболее заметными из которых были «Дж. П.Морган», «Кюн» и «Лоэб и Ко».

Следуя тщательно разработанному сценарию Рокфеллера, в октябре 1968 года Арнульфо Ариас был свергнут Силами обороны Панамы под руководством полковника Омара Торрихоса. Торрихос немедленно упразднил все политические партии в Панаме. 1 сентября 1970 года Торрихос отклонил проект Джонсона 1967 года (якобы для пересмотра договора 1903 года) на том основании, что он не предусматривал полной передачи Панаме канала и контроля над ним.

Заговорщикам с Уолл-стрит была подготовлена почва для продвижения вперед под прикрытием дипломатии обмана, и они начали предпринимать шаги, чтобы передать Панамский канал в руки Торрихоса, которому, как знал Рокфеллер, можно было доверять, чтобы он не сорвал крышку с банков, отмывающих деньги от наркотиков в Панаме, как угрожал сделать Арнульфо. Взамен Торрихосу было обещано, что зона Панамского канала будет возвращена Панаме.

Новый договор передал контроль над Панамой правительству Торрихоса и был подписан президентом Картером, который войдет в историю как, возможно, худший президент этого столетия после Джорджа Буша. При рассмотрении мошеннического договора Картера-Торрихоса вспоминаются слова покойного великого конгрессмена Луиса Т. Макфаддена. 10 июня 1932 года Макфадден осудил Совет Федеральной резервной системы как «одно из самых коррумпированных учреждений, которые когда-либо знал мир…» Вот так же и договор Картера-Торрихоса является одним из самых коррумпированных договоров, которые когда-либо знал мир.

Торговля американским кокаином намного опередила торговлю героином на Дальнем Востоке, поэтому Панама стала одним из самых защищенных банковских убежищ в мире по отмыванию наркоденег. Бароны виски прошлых лет стали наркобаронами сегодняшних. Ничего особенного не изменилось, за исключением того, что механика сокрытия сегодня намного более изощренная, чем была тогда. Теперь это джентльменский образ зала заседаний и эксклюзивных клубов Лондона, Ниццы, Монте-Карло и Акапулько. Олигархи держатся на почтительном расстоянии от своих придворных слуг; неприкасаемые и безмятежные в своих дворцах и своей власти.

Ведется ли наркобизнес бутлегерским способом? Путешествуют ли зловещего вида мужчины с чемоданами, набитыми 100-долларовыми купюрами? Бывает и такое, но только в очень редких случаях. В основном денежная сторона торговли наркотиками осуществляется при умелом сотрудничестве международных банков и взаимодействующих с ними финансовых институтов. Закройте банки, занимающиеся отмыванием денег от наркотиков, и торговля наркотиками начнет иссякать. Заделайте крысиные норы, и вам будет легче избавиться от грызунов.

Это то, что произошло в Панаме. Крысиные норы были заделаны генералом Мануэлем Норьегой. Международные банкиры вряд ли могли смириться с этим. Когда кто-то попадает в банки, занимающиеся отмыванием денег от наркотиков, последствия, несомненно, последуют быстро. Чтобы дать представление о том, что было поставлено на карту, Управление по борьбе с наркотиками (УБН) подсчитало, что 250 миллионов долларов в день переходили из рук в руки посредством телетайпных переводов, из которых 50 процентов составляли межбанковские деньги, полученные от торговли наркотиками. Каймановы острова, Панама, Багамские острова, Андорра, Гонконг и швейцарские банки обрабатывают основную его часть, причем с 1970-х годов все больший объем проходит через панамские банки.

Банкирам, занимающимся отмыванием денег от наркотиков в Соединенных Штатах, становилось все более ясно, что в Панаме они проиграли. С этим пониманием пришло большое беспокойство по поводу того, что у лиц, занимающихся отмыванием денег, должен был быть актив в Панаме, которого они могли бы контролировать. Арнульфо Ариас потряс их, когда начал ревизию в банках в Панама-Сити. По оценкам УБН, из Соединенных Штатов в Панаму поступает 6 миллиардов долларов в год. Братья Кудерт, адвокаты «мафии» Восточного либерального истеблишмента, вхожие в Комитет 300, предприняли шаги, которые гарантировали бы, что еще один Арнульфо Ариас не будет угрожать все более прибыльному кокаиновому бизнесу, наполняющему их панамские банки наличными.

Для наблюдения за панамскими переговорами с Торрихосом Кудерты выбрали нашего старого знакомца Сола Линовица. Партнер в «Братья Кудерт», директор «Ксерокс», «Пан-Ам эрлайнс» и «Марин Мидлэнд Банк», он обладал всеми полномочиями, необходимыми для того, что задумал Рокфеллер: а именно для захвата всей зоны Панамского канала. Посланец от самозванных Олимпийских Богов — Комитета 300–нашел в Омаре Торрихосе материал, как нельзя лучше подходящий для их целей.

Как я уже писал, Панама была достаточно дестабилизирована, чтобы Торрихос захватил власть и упразднил все политические партии. Шакалы американских средств массовой информации нарисовали блестящую картину Торрихоса как ярого патриота Панамы, который остро чувствовал, что панамский народ был обижен договором 1903 года, который передал зону Панамского канала Соединенным Штатам. Бренд «изготовлено Дэвидом Рокфеллером», который носил Торрихос, тщательно скрывался от американского народа.

Благодаря предательскому поведению сенатского комитета по международным отношениям и, в частности, поведению сенаторов Денниса Де Кончини и Ричарда Лугара Панама перешла в руки генерала. Торрихоса и Комитета 300, что обошлось американским налогоплательщикам в миллиарды долларов. Но Торрихос, как и многие из нас, смертных, казалось, упускал из виду своего Творца — в его случае, не Господа нашего, а «Олимпийцев».

Первоначально отобранный для этой работы Киссинджером и Линовицем, как и все те, кто служит секретному параллельному правительству Соединенных Штатов на высшем уровне, будь то госсекретарь или министр обороны, Торрихос вел себя хорошо во время передачи Панамского канала от суверенного народа Соединенных Штатов банкирам с Уолл-стрит, наркобаронам и их руководителям. Но затем, к ужасу своих кукловодов, Торрихос всерьез уверовал в свою миссию националиста.

Панаму следует рассматривать глазами Троянского коня Киссинджера, то есть — как ключевое место для Центральной Америки, как будущее место убийства Киссинджером тысяч американских солдат. Приказ Киссинджера состоял в том, чтобы развязать еще одну «Вьетнамскую войну» в Центральной Америке. Но идеи Торрихоса становились слишком опасными. Он начал борьбу против наркотиков и тем самым подписал себе смертный приговор.

Его убили в августе 1981 года. Самолет, на котором летел простодушный диктатор, был почти аналогичен тому, на котором погиб сын Аристотеля Онасиса. Системы управления рулями высоты были «отзеркалены» и когда пилот попытался набрать высоту, самолет, на борту которого находился Торрихос, буквально влетел в землю.

Банки Панамы перешли под контроль банков Уолл-стрит Дэвида Рокфеллера в качестве удобного хранилища для грязных денег, полученных от наркотиков, и вскоре были признаны мировым центром кокаиновых операций, в то время как Гонконг оставался центром героиновых операций. Рокфеллер поручил Николасу Ардито Барлетте, бывшему директору Всемирного банка и «Марин энд Мидленд» (того самого банка, в правлении которого сидел Линовиц), взять под контроль банковскую ситуацию.

Барлетта должен был реструктурировать банковское дело в Панаме и изменить банковское законодательство, чтобы сделать его безопасным для отмывания наркодолларов. Барлетта пользовался достаточным уважением, чтобы быть вне подозрений, и имел необходимый опыт в обращении с огромными суммами, полученными благодаря его связям с банком Гонконга и Шанхая — крупнейшим банком по отмыванию денег, полученных от наркотиков в мире, — который позже должен был захватить «Мидлэнд Марин Банк» в Соединенных Штатах.

Национальный банк Панамы к 1982 году увеличил свой денежный поток в долларах США на 500 процентов по сравнению с уровнем 1980 года, согласно документам УБН. С 1980 по 1984 год из Соединенных Штатов в Панаму было переведено около 6 миллиардов долларов нераспределенных денег. В Колумбии, по оценкам УБН, за 1980–1983 годы выручка от продажи кокаина составила 25 миллиардов долларов, причем почти вся сумма была депонирована в банках Панама-Сити. Через шесть месяцев после того, как Торрихоса убрали, наркобанкиры сделали ставку на «сильную руку»: генерала Рубена Парадес.

Парадес приложил немало усилий, чтобы укрепить дружбу с Арнульфо Ариасом, который был смещен Торрихосом, придавая своему режиму видимость респектабельности. В Вашингтоне Киссинджер рекламировал генерала как «убежденного антикоммуниста и друга Соединенных Штатов». Даже безжалостная казнь его 25-летнего сына боевиками кокаинового клана Очоа-Эскобара не остановила Парадеса: он сохранил Панаму открытой для торговли кокаином и защитил ее банки.

Норьега должен уйти!

Начальник Генштаба Сил обороны Панамы Мануэль Норьега, все больше беспокоился о армейской коррупции, пытаясь оградить армию от участия в наркоторговле. Норьега организовал государственный переворот против Парадеса и захватил власть. Поначалу это не вызывало у Киссинджера с Рокфеллером: Норьега сотрудничал с ЦРУ и УБН и считался человеком, лояльным системе.

Когда на Уолл-стрит и в Вашингтоне начали возникать сомнения по поводу Норьеги? Я полагаю, что это произошло сразу после ошеломляющего успеха совместной антинаркотической операции Сил обороны Панамы и УБН в 1986 г., известной, как операция «Рыбы». В публичном коммюнике УБН, выпущенном в мае 1987 года операция характеризовалась как «крупнейшее и наиболее успешное тайное расследование в истории федеральной службы по борьбе с наркотиками».

Наркобанкиры обнаружили, что у них были веские причины опасаться Норьеги, и это видно из письма, написанного Норьеге Джоном Лоуном, главой DEA, от 27 мая 1987 года:

«Как вы знаете, недавно завершившаяся «Операция Рыбы» была чрезвычайно успешной, многие миллионы долларов и тысячи фунтов наркотиков были изъяты у наркоторговцев и лиц, занимающихся отмыванием денег в международном масштабе. Ваша личная приверженность операции «Рыбы», а также компетентные, профессиональные и неустанные усилия других должностных лиц Республики Панама имели важное значение для окончательного положительного результата этого расследования. Наркоторговцы по всему миру предупреждены о том, что доходы от их незаконных предприятий не приветствуются в Панаме».

Во втором письме Норьеге Лоун написал: «Я хотел бы воспользоваться этой возможностью, чтобы подтвердить свою глубокую признательность за энергичную политику по борьбе с незаконным оборотом наркотиков, которую вы приняли, что нашло отражение в многочисленных высылках из Панамы обвиняемых наркоторговцев, крупных изъятиях кокаина и химических веществ-прекурсоров, которые произошли в Панаме, и искоренении марихуаны на территории Панамы».

Генерал Пол Горман, командующий Южной армией США, заявил во время слушаний в Подкомитете Сената по международным отношениям, что он никогда не видел никаких доказательств неправомерных действий Норьеги, и не было никаких веских доказательств того, что Норьега был связан с наркобаронами. Сам комитет не смог представить ни малейших достоверных доказательств обратного. Комитет подвел американский народ, не расследовав выдвинутые Норьегой обвинения в том, что среди его самых могущественных врагов были бостонский «Фест Банк», «Кредит Свисс», «Американ Экспресс» и «Банк оф Америка».

Адам Мерфи, возглавлявший Оперативную группу Флориды в рамках Национальной системы пограничного контроля за наркотиками, выразился вполне определенно:

«За все время моего пребывания в NNBIS и Оперативной группе Южной Флориды я никогда не видел никаких разведданных, которые бы свидетельствовали о том, что генерал Норьега был замешан в торговле наркотиками. На самом деле, мы всегда считали Панаму образцом сотрудничества с США в войне с наркотиками. Помните, что обвинительный акт большого жюри присяжных — это не обвинительный приговор. И если дело Норьеги когда-нибудь дойдет до суда, я ознакомлюсь с выводами присяжных, но пока этого не произойдет, у меня нет прямых доказательств причастности генерала. Мой опыт говорит об обратном».

Никогда не оглашалось, что операция «Рыбы» стала возможной только благодаря принятию панамскими властями Закона № 29. Об этом сообщила крупнейшая панамская газета «Ла Пренса», которая горько жаловалась на то, что Силы обороны Панамы проводят публичную кампанию против наркотиков, «которая разрушит банковский центр Панамы».

Неудивительно. В ходе операции «Рыбы» закрыли 54 счета в 18 панамских банках, было изъято 10 миллионов долларов наличными и большое количество кокаина. За этим последовало замораживание еще 85 счетов в банках, чьи депозиты состояли из наличных от продажи кокаина. Пятьдесят восемь крупных американских, колумбийских и некоторых кубинских бегунов были арестованы, им были предъявлены обвинения в незаконном обороте наркотиков.

И все же, когда Норьегу похитили, а затем потащили в федеральный суд в Майами, произошло ошеломляющее нарушение его гражданских прав Норьеги. Судья Уильям Хевлер отказался приобщить к делу эти письма и сотни других документов, свидетельствующих о роли Норьеги в борьбе с наркотиками. И мы осмеливаемся говорить о «правосудии» в Америке, а наш президент говорит о «войне с наркотиками». Война с наркотиками завершилась их полной победой, когда Норьега был похищен и брошен в американскую тюрьму.

После операции «Рыбы» в Панаме и Вашингтоне началась согласованная кампания по дискредитации Норьеги. Международный валютный фонд (МВФ) пригрозил, что отзовет кредиты Панаме, если Норьега не прекратит свое «диктаторское поведение» — читай кровавые репрессии против честных наркоторговцев. Норьега сообщил панамскому народу в телевизионном обращении 22 марта 1986 года, что Панаму душит МВФ. МВФ попытался оказать давление на профсоюзы, чтобы заставить Норьегу уйти в отставку, предупредив, что Панаму ждут суровые меры, если Норьега не будет свергнут.

Генерал Норьега

Позиция МВФ в отношении Панамы, Колумбии и Карибского бассейна была четко изложена Джоном Холдсоном, высокопоставленным должностным лицом Всемирного банка, который заявил, что кокаиновая «индустрия» очень выгодна странам-производителям: «С их точки зрения, они просто не могли найти лучшего продукта». Колумбийское отделение МВФ совершенно открыто заявило, что, по мнению МВФ, марихуана и кокаин, как и любая другая культура, являются культурами, которые приносят столь необходимую иностранную валюту в экономику Латинской Америки.

После провала кампании МВФ Госдеп, братья Кудерт, «Нью-Йорк таймс», ассоциация Киссинджера и «Вашингтон пост» развернули тотальную кампанию клеветы в американской и мировой прессе, чтобы настроить общественное мнение против Норьеги. При этом заговорщики искали и заручились поддержкой наркоторговцев, наркобанкиров, курьеров и различных преступников. Любой, кто обвинил бы Норьегу в проступке или в том, что он торговец наркотиками, даже без доказательств, был бы желанным гостем. Денежный поток в панамские наркобанки в размере 6 миллиардов долларов в год должен был быть защищен.

Гражданский крестовый поход, основное средство координации кампании по его дискредитации, был организован в Вашингтоне, округ Колумбия, в июне 1987 года. Ее главными покровителями и финансовыми сторонниками были братья Кудерт, Линовиц, Трехсторонняя комиссия, Уильям Колби (бывший директор ЦРУ), контора Киссинджера и Уильям Г. Уокер, заместитель помощника госсекретаря по международным делам. Для управления организацией наняли Хосе Бландона, самопровозглашенного «международного представителя панамской оппозиции Норьеге».

Пропагандистской атакой руководил доктор Нормана Бейли, бывший панамский чиновник высокого ранга. Доктор Бейли работал в Совете национальной безопасности, в обязанности которого входило изучение движения денег, полученных от продажи наркотиков, что, конечно, дало ему непосредственный опыт о том, как деньги, полученные от продажи наркотиков, поступали в банки Панамы и выводились из них. Бейли был близким другом Николаса Ардито Барлетты. Доктор Бейли столкнулся лоб в лоб с Норьегой, когда тот попытался навязать «условия» МВФ, которые привели бы к ужесточению мер жесткой экономии для народа Панамы. Партнером Бейли был Уильям Колби, к этому времени ушедший из ЦРУ в юридическую фирму «Колби, Бейли, Вернер и партнеры». Именно туда обратились охваченные паникой банкиры и наркобароны, когда стало очевидно, что Норьега говорит серьезно.

Вступив на свой пост в Гражданском крестовом походе, Бейли заявил: «Я начал свою войну против Панамы, когда мой друг Ники Барлетта ушел с поста президента Панамы». Бейли оказался в уникальном положении, узнав о панамских законах о банковской тайне от Барлетты, человека, который их организовал. Почему Бейли разозлился из-за того, что Барлетта потерял работу? Причина заключалась в том, что это лишило наркобаронов и их союзников-банкиров возможности иметь собственного «человека в Панаме», что нанесло серьезный удар по бесперебойному потоку наличных денег и кокаина в Панаму и из нее. Барлетта также был агентом МВФ и большим фаворитом либерального истеблишмента Восточного побережья США, особенно среди членов Богемского клуба. Неудивительно, что Норьега столкнулся лоб в лоб с Барлеттой и вашингтонским истеблишментом.

Под руководством Бейли Гражданский крестовый поход прошел полный круг от кокаиновых баронов Колумбии до элиты наркоторговли в Вашингтоне и Лондоне. Именно благодаря Бейли кокаиновая мафия как создала армию убийц из люмпенов, так и вписала свои имена в списки неприкасаемых респектабельных имен в социальной и политической элите Вашингтона, Лондона, Бостона и Нью-Йорка.

Бейли утверждал, что он хотел вытеснить Силы обороны Панамы, «потому что это самая милитаризованная страна в Западном полушарии». Бейли заявил, что гражданская хунта должна свергнуть Норьегу. Мы придем к тем, кого Бейли предложил бы возглавить Панаму после Норьеги. В поддержку Гражданского крестового похода шесть сотрудников сената вылетели в Панаму в ноябре 1987 года и оставались там в течение четырех дней. По возвращении сотрудники заявили, что Норьеге необходимо уйти в отставку, но не упомянули ни об ошеломляющих объемах наличных денег и кокаина, проходящих через Панаму, ни об усилиях Норьеги пресечь торговлю наркотиками. Хотя это не было оговорено, Сенат в заявлении по Панаме подразумевал, что, если «беспорядки продолжатся», возможно, придется вызвать американских военных.

Какова была природа этих беспорядков? Были ли это спонтанные выражения жителями Панамы недовольства Норьегой или это были надуманные, искусственно созданные ситуации в соответствии с планами банкиров с Уолл-стрит? Чтобы получить ответ, нам нужно изучить роль, сыгранную Джоном Майсто в панамских «беспорядках». Майсто был человеком № 2 в посольстве США в Панаме. Он служил в Южной Корее, на Филиппинах и Гаити. У Майсто в прошлом были неприятности. После того как он прибыл в эти страны, вскоре последовали волнения и «беспорядки». Согласно независимому разведывательному источнику, влияние Майсто стояло за 90 процентами уличных демонстраций в Панаме.

Бейли не пытался скрыть свою поддержку Майсто. Выступая на форуме в Университете Джорджа Вашингтона, Бейли сказал, что Норьега удастся сбросить только если жители Панамы выйдут на улицы, а власти станут избивать демонстрантов или даже откроют огонь. Но если под рукой не будет телекамер, «это было бы напрасными усилиями».

Последней каплей, сломившей хребет Норьеге, стало обвинительное заключение, вынесенное Большим жюри присяжных Майами два года спустя, в феврале 1988 года. Эта вендетта Министерства юстиции решит судьбу Норьеги и укажет на необходимость избавиться от архаичной системы большого жюри, пережитка времен звездных палат. Разбирательство в Звездной палате (большом жюри) никогда не бывает справедливым по отношению к обвиняемому. Наркобароны и их банкиры объединились с политическим истеблишментом в Вашингтоне, чтобы избавиться от Норьеги, который вполне справедливо воспринимался как угроза их многомиллиардному годовому доходу.

Тревожные звоночки начали звучать всерьез, и призывы к действиям по смещению Норьеги стали громкими в 1986 году после принудительного закрытия «Фест Интерамерика Банк» и рейда армии на «Банко де Ибериамерика», который принадлежал картелю Кали. В сочетании с уничтожением лаборатории по переработке кокаина и огромного запаса этилового эфира в отдаленных джунглях Панамы Комитет 300 отдал приказ действовать незамедлительно. Норьега должен быть уничтожен или вывезен в их логово — в Соединенные Штаты.

Подкомитету Сената по иностранным делам по терроризму, наркотикам и международным операциям, возглавляемому сенатором Джоном Керри[21] не удалось вылить на Норьегу достаточно грязи, но сам процесс был равносилен заочному суду. Защитники офшорной торговли наркотиками стоимостью 300 миллиардов долларов призвали использовать более быстрые и жесткие методы для свержения Норьеги. Сенатор Альфонс Д’Амато призвал к прямым действиям: он хотел попросту подослать убийц. Д’Амато также выступал за похищение Норьеги, и, возможно, именно тогда Бушу впервые пришла в голову эта идея.

Затем, в ответ на давление с Уолл-стрит, президент Буш изменил правила участия американских войск в Панаме. Отныне они должны были стремиться к конфронтации с Силами обороны Панамы. 8 июля 1989 года генерал Сиснерос, новый командующий Южной армией США в Панаме, сделал экстраординарное заявление, за которое его следовало призвать к ответу:

«ОАГ действовала недостаточно решительно, чтобы сместить Норьегу. Говоря за себя, я считаю, что сейчас самый подходящий момент для военного вмешательства в Панаму». С каких это пор армии позволительно составлять политическую повестку дня? Весь октябрь и ноябрь 1989 года вооруженные силы США в Панаме продолжали провоцировать панамцев, что в конечном итоге привело к трагической гибели американского солдата в результате стрельбы на блокпосту. Солдатам было приказано остановиться у панамского блокпоста. Завязалась перебранка, американцы уже уходили, но в этот момент раздались выстрелы, и один из американских военнослужащих был убит.

Это стало сигналом для президента Буша начать свое давно запланированное наступление на Панаму. Когда Панама готовилась к Рождеству, вечером 20 декабря 1989 года был предпринят насильственный акт агрессии против Панамы без предварительного объявления войны, предусмотренного Конституцией. От 28 000 до 29 000 американских военнослужащих приняли участие в нападении, в результате которого погибло 7000 граждан Панамы и был разрушен весь район Чоррильо. По меньшей мере 50 американских солдат погибли напрасно в этой необъявленной войне. Норьега был похищен и доставлен самолетом в Соединенные Штаты в результате наглого международного разбоя, предшественника многих других, которые еще предстоят.

Почему администрация Буша уделяла Панаме так много внимания? Почему было так много давления, чтобы свергнуть Норьегу? То, что Соединенные Штаты пошли на такие экстраординарные меры, чтобы избавиться от предполагаемого диктатора маленькой страны, должно нам кое о чем сказать. Это должно пробудить в нас любопытство — что же стояло за этой сагой о дипломатии обмана? Это должно побудить нас быть начеку, еще меньше доверять правительству и не позволять дипломатии обмана в таких масштабах склонять нас к убеждению, что то, что делает правительство США, обязательно правильно.

Норьега ударил нарко-олигархов по самому больному месту — по их карманам. Он стоил банкам, отмывающим наркотические деньги, значительной части их прибыли. Он навлек на банкиров дурную славу. Он нарушил статус-кво, вмешавшись в банковское законодательство Панамы. Норьега встал на пути плана Киссинджера в Андах и расстроил продажи оружия в Центральной Америке. Он наступал на пятки влиятельным людям. За это мужественный патриот своей маленькой страны генерал Мануэль Норьега был приговорен провести остаток своей жизни в американской тюрьме.

В сознании того небольшого количества американцев, которые вообще знают о существовании Панамы, эта страна находится где-то на периферии восприятия. Норьега прочно замурован в тюрьме и больше не представляет опасности для забывшей о законах Божьих и человеческих администрации Буша, банкиров с Уолл-стрит и их дружков из наркокартеля. Дипломатия обмана, похоже, сработала для Картера, Рейгана и Буша. Забыт тот факт, что вопиюще незаконное вторжение в Панаму стоило жизни 50 американцам и 7000 панамцам. Забыт человек, которого глава УБН, агент Джон Лоун, однажды назвал лучшим игроком команды по борьбе с наркотиками, который у него когда-либо был в Панаме. Стоимость для США причины сохранения открытости Панамы для бизнеса по торговле наркотиками никогда не разглашались.

Преступление Норьеги заключалось в том, что он слишком много знал о торговле наркотиками и банках, которые ее обслуживают, и в 1989 году представлял серьезную угрозу банкам Рокфеллера, занимающимся отмыванием денег от наркотиков. Так что с ним нужно было разобраться. Район, разрушенный американскими войсками, до сих пор лежит в руинах. В Панаме по-прежнему действует цензура прессы, даже спустя три года после вывода американских сил вторжения. В августе 1992 года мэр Панама-Сити Майин Корреа напал на редактора журнала «Моменто» за публикацию статьи, в которой раскрывались отношения с мэром и «специальные счета» в панамском банке.

Оппозиция марионеточному правительству Вашингтона недопустима. Любой человек, который участвует в демонстрациях протеста в Панаме, рискует как минимум свободой. Даже «планирование» демонстрации является преступлением. Это наследие, оставленное Бушем и теми в Палате представителей и Сенате, кто позволил ему безнаказанно нарушать Конституцию США.

Взяточничество и коррупция распространены в Панаме, обвинения, связанные с наркотиками, быстро распространяются вплоть до высших уровней в правительстве вашингтонской марионетки «Свинки» Эндары[22], включая Карлоса Лопеса, председателя Верховного суда Панамы. Беспорядок, оставленный администрацией Буша, требует расследования, но, к сожалению, никто в Вашингтоне даже отдаленно не заинтересован в том, чтобы что-то с этим делать. Гражданский крестовый поход нашел свой позорный Грааль.

Предстанет ли Буш когда-нибудь перед судом за военные преступления в Панаме? Вряд ли, учитывая, что Верховный суд США отклонил очень скромный иск 500 панамских семей о возмещении убытков, понесенных во время вторжения в декабре 1989 года.

Как насчет торговли наркотиками, которую устранение Норьеги должно было гарантированно остановить? Ну конечно же, она никуда не делась. Согласно моему источнику в секретных службах, в Колоне, зоне свободной торговли Панамы, сейчас перерабатывается примерно в два раза больше кокаина, чем во времена Норьеги. Разведывательные донесения сообщают о пяти-шести кораблях, груженных наркотиками, проходящих через порт каждый день. Если раньше наркобароны подкупали только чиновников высшего эшелона, то теперь это касается всех, наркотрафик в Панаме достиг небывалых высот.

Наряду с огромным ростом торговли наркотиками в Панаме произошел соответствующий рост уровня преступности: на 500 процентов с момента похищения Норьега в 1989 году. Банды безработной молодежи бродят по некогда оживленному Колону в поисках работы, но их постоянно прогоняют и бросают на произвол судьбы, обычно преступной. После разгрома СОП улицы и шоссе принадлежат гангстерам, в том числе бывшим офицерам, которые не могут получить работу, потому что «занесены в черный список». Несколько американских компаний, базирующихся в зоне свободной торговли Колон, были вынуждены вернуться в Соединенные Штаты, потому что их руководители были похищены и удерживались с целью получения выкупа, часто на сумму до миллиона долларов. При Норьеге такого бардака не было.

Опасаясь более высокого уровня преступности, чем когда-либо во времена правления Норьеги, была создана целая армия частной охраны. Президент Буш заявил миру, что Силы обороны Панамы были «репрессивным инструментом» правительства Норьеги, и дал понять, что вместе со своим другом доктором Бейли он намеревался разгромить эти силы. Это оставило Панаму без ее прежде хорошо дисциплинированных СОП, на место которых пришли 15 000 частных охранников. Каждый министр имел свои собственные силы. На улицах Панамы свирепствует беззаконие.

Коррупция процветает. Американские гранты (читай, деньги налогоплательщиков США), якобы предназначенные для восстановления разрушенных кварталов, оказались в жадных руках политиков, поставленных Вашингтоном у власти. Результат — непригодные для жилья квартиры в форме бетонных блоков без нормальных окон, ванных комнат или кухонь, неокрашенные и вообще непригодные для проживания людей. Вот все, чего достигла «демократия» Джорджа Буша в Панаме.

Глава 9. Анатомия убийств

Убить проповедника: еще немного о Мартине Лютере Кинге

Убийство долгое время было излюбленным методом избавления от политического соперника или лидера, политика которого является проклятием для другой державы, или когда лидер, назначенный секретным центром влияния вдруг перестает подчиняться их приказам. Как в случае с президентом Джоном Ф. Кеннеди.

Убийства также совершаются с целью добиться политических, экономических или религиозных изменений, которые партии, находящиеся в оппозиции к правительству, правящему органу или религиозному учению, считают желательными. История полна примеров.

Очень часто сговоры окружают убийства, которые никогда не раскрываются. Таковы убийства Мартина Лютера Кинга-младшего, Джона Ф. Кеннеди и Роберта Кеннеди. В этих трех случаях предполагаемого убийцу заставили замолчать: Освальда убили еще до того, как он предстал перед судом, Рэя отвлек недобросовестный адвокат, Серхана Серхана просто и без затей бросили в тюрьму. Это породило у миллионов американцев твердое убеждение, что ни Рэй, ни Освальд, ни Серхан не нажимали на спусковые крючки.

Сразу после убийства Кинга у полиции Мемфиса появилась прекрасная возможность снять отпечатки пальцев с меблированных комнат, где, как предполагалось, жил Рэй. Меблированные комнаты находились на Саут-Мейн-стрит, в черном районе Мемфиса; Рэй прибыл туда в 3 часа дня 4 апреля 1968 года. Свидетели сказали, что видели трех мужчин, выходящих из здания, одним из которых был Рэй. Было бы интересно узнать, почему так и не было предпринято никаких усилий, чтобы найти двух других мужчин, которых видели с Рэем.

Отпечатки пальцев Рэя в меблированных комнатах так и не были однозначно идентифицированы. По словам Барни Рэгсдейла из Бюро расследований Джорджии, тюрьма штата Миссури, где содержался Рэй, отправила в ФБР неправильный набор отпечатков пальцев. По какой-то причине, пока необъяснимой, ФБР потребовалось две недели, чтобы объявить, что Рэй был убийцей. Это опровергло давнее утверждение ФБР о том, что оно может идентифицировать человека по сравнению отпечатков пальцев в течение 10 минут. Сравнительная проверка отпечатков пальцев была взята из архивов Лос-Анджелеса, что является отклонением от обычной процедуры — ведь логично было бы проверить записи в Атланте. Отпечатки пальцев в Лос-Анджелесе принадлежали Эрику Старво Галту, к отпечаткам прилагалась фотография. Была ли эта задержка как-то связана с Эриком Старво Галтом? Был ли «Галт» Рэем?

Когда ФБР оттеснило полицию Мемфиса, репортер «Ассошиэйтед Пресс» Дон Макки написал: «Федеральные агенты прочесали город, показывая эскизы мужского лица и спрашивая о некоем Эрике Старво Галте, таинственном объекте розыска, связанном с расследованием убийства доктора Мартина Лютера Кинга. То, что агенты узнали или чего они хотят от Галта, держится в строжайшем секрете».

Гейлорд Шоу, также репортер «АП», отправил репортаж, в котором говорилось: «ФБР воздерживается от распространения по всей стране фоторобота убийцы доктора Мартина Лютера Кинга. Когда белый «мустанг», на котором, как говорили, Рэй скрылся после стрельбы, был найден в Атланте, было установлено, что он зарегистрирован на имя Эрика Старво Голта. ФБР выпустило бюллетень об аресте Голта за «сговор с другим человеком, который, как он утверждал, был его братом, с целью нанесения увечий, угнетения, угроз, запугивания доктора Кинга». Бюллетень был сначала изъят, а затем восстановлен. Среди прочего, в нем говорилось, что Галт брал уроки танцев в Новом Орлеане в 1964 и 1965 годах. Джеймс Эрл Рэй в то время находился в тюрьме штата Миссури.

Через две недели после убийства Кинга Эдгар Гувер объявил, что Галт на самом деле был Джеймсом Эрлом Рэем. Гувер не сказал, что стало с братом Галта. Почему не было проведено расследование местонахождения «брата» Галта?

Загадочное исчезновение детектива Реддитта, сотрудника департамента полиции Мемфиса из района мотеля «Лоррейн» до сих пор не получило объяснения. После того, как Реддитта проводили домой, лейтенант того же департамента Аркин получил сообщение от Секретной службы, в котором говорилось, что «была допущена ошибка» в отношении «контракта на жизнь Реддитта». Затем детектив Аркин поехал к дому Реддитта с неизвестной целью. Аркин по-прежнему ни с кем не хочет говорить об этом странном эпизоде.

В действительности Реддитта сопровождал детектив У. Б. Ричмонд. Он засвидетельствовал, что не находился на дежурстве по наблюдению в то время, когда был застрелен Кинг, а был в здании департамента и ничего не знал о самом убийстве. Позже Ричмонд полностью оправдался и признался, что находился на пожарной станции прямо через дорогу от мотеля «Лоррейн» в то самое время, когда был застрелен Кинг. Откуда противоречие? Свидетельствовал ли Ричмонд об этом факте под присягой в Министерстве юстиции, и если да, то почему ему никогда не предъявляли обвинения в лжесвидетельстве?

Когда Скотленд-Ярд арестовал Рэя в лондонском аэропорту Хитроу, он сказал полицейским, что его зовут «Рамон Джордж Снейд». И снова ФБР совершило нечто странное: отпечатки пальцев Голта из Лос-Анджелеса были отправлены в Скотленд-Ярд, а не в архивы ФБР в Вашингтоне.

На ставшей знаменитой фотографии Кинга, лежащего мертвым на балконе мотеля «Лоррейн», Джесси Джексон и Эндрю Янг показывают не на окно меблированных комнат, а на холм, где, по словам свидетелей, они видели мужчину, прикрытого полотенцем, прячущегося за кустами. Направленный след раны на теле Кинга, вне всяких разумных сомнений, указывает на то, что, скорее всего, выстрел был произведен выстрел оттуда, а не из окна ванной комнаты в меблированных комнатах.

В том, что суд над Рэем был насмешкой над правосудием, сомневаться не приходится. Рэю не разрешалось упоминать слово «заговор», которое несколько раз фигурировало в его первоначальных заявлениях. Судья также отказался разрешить Рэю обсуждать его заявление о заговоре, и его адвокат Перси Форман согласился с судьей. По совету Формана Рэй признал себя виновным, что снизило его шансы на полное и справедливое судебное разбирательство.

В октябре 1974 года Рэю было назначено повторное слушание в Федеральном окружном суде Мемфиса, но после восьми дней слушаний его заявление было отклонено. Рэй продолжал заявлять о своей невиновности и сказал своей семье, что он полон решимости добиться правда. Возможно, именно поэтому в 1977 году в государственной тюрьме Браши Маунтин, на него было совершено покушение. Несмотря на серьезные ножевые ранения, Рэй выжил. Просто вокруг слишком много незакрытых концов, чтобы можно было убедительно доказать, что Кей произвел выстрел, убивший Кинга.

Лумумба

Комитет 300 постоянно стремится контролировать все природные ресурсы во всех странах. Их позиция была изложена и подтверждена Гербертом Уэллсом и лордом Бертраном Расселом. Нигде эта позиция не соблюдалась так строго, как в Конго и Южной Африке.

Известная как Бельгийское Конго, эта огромная страна, вторая по величине в Африке, на протяжении десятилетий безжалостно разграблялась: белые вывозили оттуда все природные ресурсы: медь, цинк, олово, каучук, слоновую кость, сельскохозяйственную продукцию, такую как какао, кофе и пальмовое масло. Бельгийский король Леопольд II часто говорил, что все ценное в Конго принадлежит ему. Так оно и было: бельгийское правительство управляло железными дорогами страны, шахтами, плавильными заводами, плантациями какао и пальмового масла, фабриками, отелями через подставные корпорации. Корпорации подчинялись королю Леопольду II, а по сути, Комитету 300. Такова была политика Комитета 300 в его лучшие времена, конголезские рабочие получали небольшую зарплату, в основном в виде бесплатного жилья, медицинских пособий и одежды. Всему этому угрожал начинающий политический лидер по имени Патрис Лумумба, который в 1959 году объявил о создании национальной политической партии, выступающей против бельгийского правления в стране. Бельгийские власти назвали Лумумбу «коммунистом» и угрозой для благосостояния страны. Он был арестован, но затем освобожден. Лумумба на самом деле не был озабочен коммунизмом, его усилия были направлены на улучшение жизни конголезского народа.

В 1960 году произошли большие беспорядки, когда Лумумба призвал к независимости от Бельгии. Лумумба обратился за помощью к Организации Объединенных Наций и Соединенным Штатам, но получил отказ. Госдепартамент назвал его «человеком, который играет с марксистским словоблудием», впрочем, не представив доказательств этого утверждения. Удивительный ораторский дар Лумумбы произвел такое впечатление на конголезский народ, что Комитет 300 начал подниматься и обращать на это внимание.

В августе 1960 года два офицера ЦРУ, оба с криминальным прошлым, получили приказ Аллена Даллеса убить Лумумбу в течение 3 месяцев. Ораторский дар Лумумбы был отмечен в отчетах резидентуры ЦРУ в Конго, там же описывались предполагаемые связи Лумумбы с коммунистами. В следующем месяце ЦРУ направило Джозефа Шнайдера, ученого-бактериолога, в Конго с сумкой, содержащей флакон смертельного вируса, который должен был быть использован для убийства Лумумбы. Даллес приказал ликвидировать Лумумбу после консультаций с Эйзенхауэром, но Шнайдеру не удалось использовать вирус: Лумумба постоянно находился в движении.

Комитет Сената по надзору за разведывательными операциями, возглавляемый Фрэнком Черчем, сообщил, что ЦРУ поддерживало связь с элементами в Конго, которые хотели убить Лумумбу. Вывод из отчета Черча заключался в том, что это были бельгийские правительственные чиновники. Опасаясь за свою жизнь, Лумумба обратился за защитой в Организацию Объединенных Наций, но получил отказ. Вместо этого Организация Объединенных Наций поместила его под домашний арест, но ему удалось скрыться на машине, предоставленной его братом, и вместе с женой и одним из своих детей Лумумба бежал в Стэнливилл, где пользовался сильной поддержкой.

Отчеты ЦРУ за 1960 год рассказывают о том, как оно помогло заполучить Лумумбу, расставляя блокпосты с конголезскими военными. Марионеточный лидер, назначенный Комитетом 300, некто Джозеф Мобуту, руководил поисками. Когда люди Мобуту поймали Лумумбу 11 декабря 1960 года, он находился в плену до 17 января 1961 года.

12 февраля 1961 года Мобуту объявил, что Лумумба сбежал из дома в отдаленном районе, где его держали, и что он был убит враждебными соплеменниками. Но сотрудник ЦРУ Джон Сиквелл сказал, что агент ЦРУ возил тело Лумумбы в багажнике своей машины, решая, что с ним делать. Никогда не разглашалось, что именно с ним было сделано. Однако Организация Объединенных Наций сообщила, что исполнителями убийства были два бельгийских наемника, полковник Дж. Гюйге и капитан Гат. Министерство юстиции завершило свое расследование, придя к выводу, что не было никаких доказательств, подтверждающих какую-либо причастность ЦРУ к убийству Лумумбы.

Смерть в Ватикане

Убийство папы Иоанна Павла I также может быть классифицировано как политическое убийство, если мы примем во внимание, что Ватикан является государством и что его титульный глава, Папа Римский, обладает огромной властью, способной изменить ход истории. Из документов, которые я изучал, несомненно, что четыре папы были убиты, все — путем отравления.

Записанная история папы Климента XIII (Карло Реццонико) настолько хорошо документирована, что ее можно считать доказанной. По настоянию монархий Европы Климент решил положить конец подрывной деятельности иезуитов внутри католической церковной иерархии. После нескольких месяцев промедления прокламация Климента, запрещающая орден иезуитов, была готова. Но у него так и не было возможности зачитать ее, введя в каноническое право. Климент провел ночь в ужасных конвульсиях и рвоте и умер 12 февраля 1769 года. Прокламация Климента исчезла навсегда, а иезуиты стали сильнее, чем когда-либо.

Папа Климент XIV (Лоренцо Гананелли) продолжил то, на чем смерть остановила папу Климента XIII. 16 августа 1773 года Климент издал Буллу «Dominus ac Redemptor», в которой объявил иезуитов врагами Церкви. Последовали немедленные действия с арестом и тюремным заключением генерала иезуитов и его иерархии, конфискацией имущества иезуитов и закрытием их учебных заведений. Это был величайший удар, когда-либо нанесенный иезуитам. Сразу же после этого в Ватикане начали распространяться зловещие слухи о Клименте XIV.

2 октября 1774 года он тяжело заболел и после нескольких часов ужасных страданий скончался. Сильнодействующий яд, введенный неизвестными лицами, оборвал его жизнь. Яд был настолько силен, что вызвал немедленный коллапс его внутренних органов, за которым последовало удивительно быстрое разложение всего его тела. Его лицо было совершенно неузнаваемо, и его тело не могло лежать в таком состоянии. Послание было ясным: оставьте масонство и иезуитов в покое или умрите.

Когда Альбини Лучани неохотно принял папскую тиару и стал папой Иоанном Павлом I, он сразу же осознал степень влияния масонов и иезуитов в высших советах Ватикана. Превосходный ученый с удивительно острым умом, он был совершенно неверно истолкован своими врагами, его кроткое смирение ошибочно принимали за подобострастие. Возможно, именно по этой причине среди 99 кардиналов, проголосовавших за него, были видные сторонники масонства и иезуитов.

Но поведение папы Иоанна Павла скрывало железную волю и решимость человека, которого, коль скоро он принял решение, невозможно было отговорить от выполнения задуманного. Кардиналы-либералы, голосовавшие за него в ошибочном убеждении, что папой Иоанном можно легко манипулировать, были шокированы, услышав, что он намеревался разоблачить масонов в иерархии Ватикана и покончить с крупным бизнесом внутри Церкви.

Пабло Панераи, редактор «Il Mondo», ведущей газеты в Риме, специально атаковал то, что он назвал «Ватикан Инкорпорейтед». Панераи назвал Менини и Пола Марцинкуса и раскритиковал их связи с Синдоной и Континентальным Иллинойским банком Чикаго. Панераи шокировал Ватикан, резко атаковав епископа Марцинкуса за то, что он заседал в совете Цизальпинского заморского банка Нассау, Багамские острова.

Этого было достаточно, чтобы папа Иоанн Павел I начал действовать. 27 августа 1978 года он пригласил своего государственного секретаря кардинала Вийо поужинать с ним в его частных апартаментах. Здесь есть одна неувязка, которая вызывает беспокойство: папа Иоанн знал, что имя Вийо появилось в списке членов «Ложи П2» в числе более чем 100 католических масонов в Ватикане. Этот список был изъят, когда итальянская полиция провела обыск на вилле Джелли. Почему же тогда папа предупредил Вийо о том, что он собирался сделать?

В тот вечер за ужином папа Иоанн Павел I приказал Вийо подготовить список масонов, занимающих высокие посты в Ватикане. Он сказал Вийо, что для католиков недопустимо принадлежать к секретной организации, которая, по его словам, была посвящена уничтожению христианства, как записано тремя предыдущими папами и подтверждено Вейсхауптом, основателем иллюминатов.

Затем он приказал, чтобы, как только Вийо выполнил свою задачу, произошла перетасовка церковных кадров, призванная рассеять священнослужителей, состоявших в масонских ложах по заграничным приходам, где они могли бы причинить меньше вреда Церкви. Согласно моим источникам в разведке Ватикана, Вийо сначала разозлился, а затем был ошеломлен, утверждая, что такие радикальные изменения приведут только к хаосу. Но, как и многие другие, Вийо недооценил железную решимость своего папы. Лучани оставался непреклонен; его приказ оставался в силе. Вийо должен был подготовить список без промедления.

Больше всего могли потерять Марцинкус, Кальви, Синдона, Коди, Де Штробель и Менини из «Ватикан Инкорпорейтед», также могли потерять всю власть и влияние ведущие иезуиты, если бы их имена появились в списке Вийо. Было что терять и самому Вийо как члену эксклюзивного финансового клуба в Ватикане, Конгрегации Наследия Святого Престола. Он потеряет пост его главы, а также пост государственного секретаря Ватикана. Для Вийо, возможно, даже больше, чем для других, было абсолютно необходимо помешать выполнению приказа Лучани.

Месяц спустя, 28 сентября 1978 года, Вийо снова был приглашен на ужин в частные апартаменты Папы Римского. Лучани попытался успокоить опасения Вийо, говоря по-французски, на одном из многих языков, которыми он свободно владел. По словам присутствовавшего кардинала Бенелли, это никак не повлияло на ледяное поведение Вийо. Твердым голосом Лучани потребовал, чтобы его распоряжения относительно списка масонов были выполнены немедленно. Папа римский сказал, что он был встревожен сообщениями кардинала Беннелли о том, что Institutompoer la Opera di Relione (OPR, банк Ватикана) был вовлечен в ненадлежащие деловые отношения. Он хотел, чтобы монсеньор де Бомнис, Маркинкус, Де Штробель и Ортолани были уволены, а связи OPR с Синдоной и Кальви были немедленно разорваны.

Лучани запустил цепочку событий, которые привели к его гибели. Другие, которые воображали, что их силы достаточны, чтобы превозмочь масонство, не смогли осознать, насколько они ошибались. Папа Климент XIV, возможно, знал о своей судьбе, когда прошептал: «Я погиб», подписывая Буллу о разгоне иезуитов.

Подробности планов Лучани были переданы кардиналу Бенелли. Папа позвонил своему близкому другу, кардиналу Коломбо, в Милан и поделился с ним подробностями. Это подтвердил отец Диего Лоренци, который позвонил Папе Иоанну и услышал, что произошло между ними. Если бы не это, не осталось бы никаких записей о том, что Папа Иоанн Павел I потребовал от Вийо, папский документ, предписывающий Вийо раскрыть имена масонов, так и не был найден.

Вскоре после встречи с Вийо, вечером 28 сентября 1978 года, папа Иоанн Павел удалился в свою келью. Любопытно, что в ту ночь в Ватикане не дежурил врач, и что еще более любопытно, у апартаментов папы Иоанна не было охраны между 21:30 того же дня и 4:30 следующего утра, когда он был убит. Лампа для чтения, которая горела всю ночь, была замечена швейцарским гвардейцем, однако служба безопасности Ватикана ничего не предприняла, чтобы проверить это необычное обстоятельство. Папа Иоанн Павел I был первым папой, умершим без присмотра, но не первым, кто погиб от рук отравителей.

Вийо занимал видное место в сокрытии смерти Лучани. Когда позвонила сестра Виченца, которая позаботилась о простых нуждах Лучани и первой обнаружила тело папы 29 сентября, Вийо сунул в карман пузырек эфортила, лекарства, прописанного Папе, который был на тумбочке у кровати. Затем он снял с Лучани очки и тапочки. Затем Вийо подошел к письменному столу папы Иоанна и достал последнюю волю и завещание Папы, после чего вышел из квартиры, не сказав ни слова присутствовавшей сестре Виченце. Она описала кардиналу Беллени странное поведение Вийо. Когда Беллени задал вопрос о его действиях, Вийо опроверг сообщение сестры Виченцы. Он также солгал об обстоятельствах, при которых было найдено тело Лучано.

В Америке такое невозможно!.. Ну, почти

От рук отравителей погиб и 12-й президент США Закари Тейлор, который заплатил своей жизнью за отказ выполнять приказы масонства. Приказы были отданы представителем Мадзини Де Леоном, основателем масонского движения «Молодая Америка». Вечером 4 июля 1850 года Тейлор заболел, и его начало рвать густой черной субстанцией. Он умер медленной и мучительной смертью, которую врачи объяснили тем, что «выпил слишком много холодного молока и съел слишком много вишен». Но это не объясняло густую черную субстанцию. Рвота такого сильного характера указывала бы на присутствие смертельного яда. Как и в случае с папой Иоанном Павлом I, вскрытие Тейлора не проводилось, и способ его смерти врачи, вероятно не поняв причину, описали самым небрежным образом. В этом отношении смерть папы Иоанна Павла I была точно так же самым бесцеремонным образом воспринята ватиканским врачом доктором Баззоннетти, у которого должны были возникнуть серьезные подозрения, что дело нечисто.

Убийство конгрессмена Луиса Т. Макфаддена произошло в результате его лобовой атаки на Совет федеральной резервной системы и Федеральные резервные банки, самую священную из всех священных коров тайного правительства Америки. Макфадден в 1920 году председательствовал в Банковском комитете Палаты представителей. Он открыто атаковал управляющих Федеральной резервной системы и обвинил их в том, что они вызвали крах Уолл-стрит в 1929 году.

Война Макфаддена с Федеральной резервной системой эхом прокатилась по всему Вашингтону. Джордж Стимпсон, основатель Национального пресс-клуба, сказал, что обвинения Макфаддена против губернаторов были невероятными и что общество не могло в них поверить. Но когда Макфаддена назвали сумасшедшим, именно Стимпсон встал на его сторону.

Макфадден вел неустанную войну против Федеральной резервной системы более 10 лет, разоблачая некоторые из самых мерзких преступлений ХХ века. Одним из самых язвительных обвинений Макфаддена было то, что Федеральная резервная система вступила в предательский сговор с целью уничтожения конституции и правительства Соединенных Штатов. Он также атаковал президента Рузвельта и международных банкиров.

В пятницу, 10 июня 1932 года, выступая перед Палатой представителей, Макфадден сделал следующее заявление «Мистер Председатель, у нас в этой стране одно из самых коррумпированных учреждений, которые когда-либо знал мир. Я имею в виду Совет Федеральной резервной системы и Федеральные резервные банки. Совет Федеральной резервной системы, правительственный совет, обманул Соединенные Штаты и их народ, лишив их достаточного количества денег для выплаты государственного долга… Это злонамеренное учреждение разорило и ввергло в нищету народ Соединенных Штатов, обанкротилось само и практически обанкротило наше правительство, оно сделало это из-за недостатков закона, в соответствии с которым оно действует, из-за неправильного применения этого закона Советом Федеральной резервной системы и из-за коррумпированной практики денежных стервятников, которые его контролируют…»

В пламенной и страстной речи перед Палатой представителей 23 мая 1933 года Макфадден сказал следующее:

«Мистер Председатель, в пределах слышимости моего голоса нет человека, который не знал бы, что эта страна попала в руки международных менял, и здесь мало членов, которые не сожалеют об этом… Господин Председатель, сегодня мы на мосту Согласия. Наш враг, тот же самый вероломный враг, надвигается на нас. Мистер председатель, я скорее умру на месте, чем уступлю ему хотя бы квадратный дюйм американской земли или хотя бы один доллар из его военного долга нам.

Мистер председатель, я требую, чтобы золотой запас Соединенных Штатов был изъят из Федеральных резервных банков и помещен в Казначейство США. Я требую ревизии финансовых дел правительства Соединенных Штатов сверху донизу. Я требую возобновления выплаты наличными, основанных на полной стоимости золота и серебра…»

Это разоблачение, за которым последовало разоблачение Макфадденом немецких репарационных облигаций и иностранных ценных бумаг на сумму в 100 миллионов долларов, настолько потрясло верхушку тайного правительства, что наблюдатели за заговорами полагают, что именно в этот момент был отдан приказ заставить Макфаддена замолчать навсегда.

Всего было совершено три покушения на жизнь Макфаддена. Первое произошло, когда он присутствовал на званом ужине и внезапно тяжело заболел. Врач, сидевший рядом с ним, смог вытащить его из лап смерти. Второе произошло, когда Макфадден выходил из такси недалеко от Капитолия. Кто-то дважды выстрелил в него, но промахнулся. Третья попытка, оказалась успешной. Это случилось в Нью-Йорке, где Макфадден присутствовал на очередном званом ужине. Его снова охватил сильный приступ рвоты, и он умер до того, как к нему подоспела помощь. Отравителю удалось избавить международных банкиров и Совет управляющих Федеральной резервной системы от единственного человека, который мог бы полностью разоблачить их деятельность и настроить нацию против них, тем самым положив конец их контролю над нашей денежной системой.

Многострадальная ЮАР

Доктор Хендрик Фервурд был отцом «апартеида» в Южной Африке. Уроженец Голландии, доктор Фервурд шагал по политическому ландшафту Южной Африки подобно колоссу. Бесстрашный и презирающий машину Оппенгеймера и либеральных политиков, которыми она управляла, доктор Фервурд, не теряя времени, атаковал международных банкиров и их лакеев в Южной Африке.

Д-р Фервурд презирал Организацию Объединенных Наций и резко критиковал ее вмешательство во внутренние дела Южной Африки, в частности ее приглашение Индии обсудить дискриминацию в отношении индусов в Южной Африке. Это были потомками наемных рабочих, привезенных в Южную Африку Сесилом Джоном Родсом. Как класс, они достигли огромного процветания, в основном за счет коренных народов банту, что объясняется беспорядками 13 января 1949 года между зулусами и индусами в Дурбане, в результате которых погибло 100 человек и более 1000 получили ранения. Большинство жертв были индусами.

Доктор Фервурд не хотел иметь ничего общего с индусами, утверждая, что все их лидеры были коммунистами. В последующие годы, после его убийства, его заявление, по-видимому, было обосновано тем фактом, что юридическое представительство индусов и чернокожих, обвиняемых в политических преступлениях, попало в руки индийских юристов, которые поголовно принадлежали к Индийскому конгрессу, организации, имеющей связи с коммунизмом.

27 апреля 1950 года был внесен законопроект о групповых зонах, основной целью которого было разделение рас на разные зоны. После беспорядков в апреле 1953 года вступило в силу новое антитеррористическое законодательство. На данный момент Комитет 300 нашел марионетку в лице некоего Алана Патона, чья книга «Плачь о любимой стране» была искусственно превращена в международно-признанную литературную икону. Патон был любимцем либералов, которые сделали из совершенно неприятного человека подобие героя. Патон основал Либеральную партию, которая выступала за голосование за «всех цивилизованных людей». В этом его поддерживала могучая машина Оппенгеймера. Доказательства этих обвинений можно найти в файлах «Санди таймс», йоханнесбургской газеты, принадлежащей Оппенгеймеру.

Доктор Фервурд был избран премьер-министром 3 сентября 1958 года. 5 октября 1960 года на референдуме было одобрено предложение о создании республиканской формы правления и прекращении членства в Британском Содружестве. 31 мая 1961 года д-ру Фервурду был оказан героический прием по возвращении из Лондона, где он выступил в британском парламенте со своим ошеломляющим заявлением об уходе. Организация Объединенных Наций немедленно обратилась к своим государствам-членам с просьбой запретить продажу военной техники Южно-Африканской Республике.

Политические линии были определены по мере того, как начиналась третья англо-бурская война. 20 апреля 1964 года так называемая группа экспертов ООН опубликовала доклад, призывающий к нерасовой демократии в Южной Африке (полностью игнорируя кастовую систему, которая действовала в Индии столетий). Кастовая система, строгая сегрегация социальных классов, гораздо более суровая, чем что-либо, наблюдаемое в Южной Африке, остается в силе. До сих пор Организация Объединенных Наций хранит молчание по поводу «апартеида» в Индии.

Доктор Фервурд управлял страной упорядоченным образом и не терпел никаких антиправительственных группировок будь то негритянские или индусские. 12 июня 1964 года Нельсон Мандела и семеро чернокожих были пойманы с поличным при изготовлении бомб и хранении запрещенной коммунистической литературы. Наставники Манделы — зачинщики этих преступлений — Абрамс и Вольпе бежали из страны, но Мандела и его последователи были приговорены к пожизненному заключению за акты саботажа, кражи, насильственные преступления и попытки свержения правительства.

Судебный процесс был скрупулезно и справедливо проведен в рамках независимой судебной системы Южной Африки. Мандела был заключен в тюрьму за обычную преступную деятельность, а не по политическим мотивам. Протоколы дела, которые я изучал в Верховном суде Рэнда, четко указывают на характер гражданских преступных деяний, в которых Мандела был признан виновным. Именно западная пресса скрыла эту правду и сделала вид, что Мандела был заключен в тюрьму по политическим мотивам. Соединенные Штаты и Великобритания никогда не пытались быть объективными в отношении Манделы.

6 сентября 1966 года доктор Фервурд был зарезан посыльным во время заседания парламента в Кейптауне. Курьер был хорошо известен, поскольку он работал в этом качестве в течение многих лет и потому свободно передвигался по этажу, доставляя бумаги парламентариям. Очевидный вывод о том, что к убийству были причастны иностранные элементы, был сделан полицией. Темные силы уже действовали, чтобы уничтожить Южно-Африканскую Республику.

Убийца был описан как «психически ненормальный», но агенты спецслужб по всему миру считали, что он был запрограммирован на совершение убийства. Они уже тогда были посвящены в то, что мы знаем сегодня об использовании спецслужбами гипноза. Убийца никогда не проявлял никаких признаков психического расстройства — ровно до своего нападения на доктора Фервурда. Вопрос в том, «кто отдал приказ убить Вервурда и кто занимался программированием?» В то время только две разведывательные службы обладали полномочиями для выполнения миссий, связанных с контролем сознания: ЦРУ и КГБ. Доказать ничего не удалось, но все сходятся во мнении, что убийство было делом рук ЦРУ.

В 1966 году секретные эксперименты, проведенные ЦРУ с использованием гигагерцовых лучей, изменяющих сознание, не были достоянием общественности и оставались секретными до тех пор, пока Джон Маркс в 1977 году и Гордон Томас в 1990 году полностью не разоблачили поведение ЦРУ в этой области. Сегодня есть эксперты, которые твердо убеждены, что доктор Фервурд был одной из первых жертв этих экспериментов ЦРУ.

Откуда прозвучали выстрелы в Далласе

Как и многие другие, я написал содержательную работу об убийстве Джона Ф. Кеннеди. Многие из моих утверждений в то время не могли быть обоснованы, но теперь появляются другие независимые источники, подтверждающие то, что я сказал. До сих пор ни один из исполнителей этих чудовищных преступлений не был пойман, и маловероятно, что это случится хоть когда-нибудь. Угроза убийства любым способом все еще нависает над всеми национальными лидерами, особенно в Соединенных Штатах, где, если кто-то возьмет на себя смелость раскрыть правду, за его жизнь нельзя будет дать и ломанного цента.

Одним из таких источников является Роберт Морроу, бывший наемник ЦРУ. Морроу подтверждает, что Кеннеди должен был умереть, потому что он не нравился ЦРУ и потому что он дал понять, что избавится и от Гувера, и от Линдона Джонсона. Морроу подтвердил то, что я сказал о Типпите; что его послали убить Освальда, чтобы помешать ему говорить, но что Освальд, узнав его, застрелил его первым. Морроу также подтвердил то, что я сказал об Освальде, отправившемся в кинотеатр после стрельбы на свидание с Джеком Руби. Морроу также подтвердил, что Освальд никогда не стрелял в Кеннеди и что во время стрельбы Освальд находился на втором этаже Техасского школьного книгохранилища, пил кока-колу и ел сэндвич.

Морроу также считает, что Кеннеди был убит выстрелом спереди, который был произведен с травянистого холма, расположенного перед кортежем. Он также подтвердил мой рассказ о том, что президентский лимузин увезли с места происшествия и отправили на демонтаж, прежде чем кто-либо смог провести полномасштабную судебно-медицинскую экспертизу. Морроу выдвигает несколько интересных утверждений; одно из них, в частности, гласит, что Джордж Буш получил должность директора Центральной разведки (ЦРУ) с единственной целью помешать сенатскому комитету Черча получить все факты об убийстве Кеннеди, что он и сделал. Морроу также утверждает, что Бушу известно все, что только можно знать об убийстве Кеннеди.

Глава 10. Апартеид и кастовая система Индии

Комитет 300 много твердил о «зле» политики апартеида — разделения рас в Южной Африке, но мало или вообще ничего — о жестком разделении каст в индийском обществе. Может ли быть так, что Южная Африка подвергается нападению из-за того, что она обладает самыми богатыми месторождениями золота в мире, в то время как Индия располагает лишь несколькими природными ресурсами, имеющими реальную ценность?

При активном содействии мастера обмана Сесила Джона Родса, прислужника Ротшильдов, началась агитация за «права», поднятая ордами иностранцев, которые стеклись в Трансвааль, когда было объявлено об обнаружении золота. Эти бродяги и охотники за приданым требовали права голоса — первой из афер под лозунгом «один человек — один голос», что использовалось для отделения бурского народа и их потомков от национального суверенитета. Агитация была организована политической машиной Ротшильда-Родса в Йоханнесбурге и тщательно контролировалась лордом Альфредом Милнером из Лондона.

Бурским лидерам было очевидно, что, позволив пришлым голосовать, их правительство будет сметено ордами иностранных авантюристов, которые обрушились на них. Когда стало ясно, что бурские лидеры не собираются покорно позволять своему народу лишаться гражданских прав из-за политических требований «один человек — один голос», на сцену вырвались военные планы, которые разрабатывались целый год, пока министры и эмиссары королевы Виктории вели переговоры о мире.

Королева Виктория послала самую могущественную армию, когда-либо собранную к тому времени, на битву с крошечными бурскими республиками. Нужно было обладать чересчур живым воображением, чтобы поверить, что королеве Англии было дело до права голоса у авантюристов, наводнивших бурские республики. После трех лет самого жестокого конфликта, во время которого британцы не щадили ни женщин ни детей. Тогда впервые в истории человечества были созданы концлагеря, в которых погибло 25000 буров. Буры, так и не побежденные на поле боя, были вынуждены сесть за стол переговоров. В Веренигинге, где проходила конференция, в результате тщательно продуманного обмана буры были лишены всего, за что они боролись, включая огромные богатства, лежащие под бесплодной почвой их республик.

Важно помнить, что буры были набожной христианской нацией. Министры и советники королевы Виктории — иллюминаты, катары и просто безбожники были полны решимости не только победить буров военным путем и завладеть минеральными богатствами их республик, но и сокрушить их и стереть с лица земли их язык и культуру. Главным архитектором этого преступного предприятия был надменный аристократический лорд Альфред Милнер, который в 1915 году финансировал большевиков и сделал возможной «русскую» революцию. Британцы изгнали Пола Крюгера, почтенного президента Трансвааля, вместе с большинством его министров и тех, кто возглавлял вооруженную борьбу против британского империализма. Это был первый зарегистрированный случай такого варварского обращения со стороны предположительно цивилизованной нации.

Причина, по которой вопиющему, безудержному апартеиду было и до сих пор позволено процветать в Индии, заключается в том, что Индия является родиной религии Нью Эйдж, которой благоволят черная знать Венеции и олигархи Британии. Религия Нью Эйдж прямо основана на индуистской религии. Верховной жрице-теософке Анни Безант приписывают то, что она адаптировала индуистскую религию к идеям Нью Эйдж после поездки в Индию в 1898 году.

Идее «один человек, один голос», опираясь на которую сторонников апартеида рисуют злодеями, нет места в истории Соединенных Штатов. Это лишь уловка, призванная убедить мир в том, что Организация Объединенных Наций обеспокоена благополучием южноафриканских чернокожих племен. (А это именно 17 отдельных племен, а вовсе не единая нация). Шумиха против апартеида была поднята для прикрытия реальной цели — захвата полного контроля над огромными минеральными богатствами Южной Африки, которые теперь перейдут к Комитету 300. Манделу выбросят на помойку как использованный… инструмент, когда он сослужит свою службу.

Конституция США не предусматривает принципа «один человек, один голос» — замечание, которое может затеряться в криках о «зле южноафриканского апартеида», как любит называть это Мандела. Представительство в Конгрессе США определяется подсчетом населения, проводимым Бюро переписи населения в определенных районах раз в десять лет, а не на основе принципа «один человек — один голос». Вот почему каждые четыре года происходит повсеместное изменение границ избирательных округов. Озвученное ими количество людей в пределах этих границ и выбирают затем своего представителя.

Возможно, либеральные политики хотят видеть чернокожего или испаноязычного представителя в своем районе, надеясь, что тот будет голосовать вместе с ними по их либеральной программе. Но может оказаться недостаточно чернокожих или испаноязычных избирателей, чтобы внести необходимые изменения, поэтому либеральные политики попытаются изменить границы, даже прибегнув к нелепой уловке, связывающей две области, разделенные целых 100 милями, через узкий коридор между двумя областями. Идея состоит в том, что если чернокожие или испаноязычные в целевом районе составляют меньшинство, то создайте большинство, соединив две области, которые изберут лояльного либералам представителя чернокожих или испаноязычных в Палате представителей и Сенате.

Все время шумихи вокруг апартеида британская пресса тщательно скрывала гораздо больший апартеид, который предшествовал Южной Африке на сотни лет: индийскую кастовую систему, которая сохраняется по сей день и по-прежнему жестко соблюдается.

Начиная с британского вторжения в Индию в 1582 году, суфиев использовали для раскола мусульман и сикхов и натравливали их друг на друга. В 1603 году Джон Милденхолл прибыл в Агру в поисках концессий для английской Ост-Индской компании, основанной в Лондоне 31 декабря 1600 года. Компания изменила свое название на Британскую Ост-Индскую компанию и использовала своих агентов, чтобы сломить власть сикхов, которые выступали против кастовой системы. В 1717 году взяточничества, дипломатии обмана и подарков в виде медикаментов было достаточно, чтобы добиться огромных уступок от магнатов, которые также освободили Британскую Ост-Индскую компанию от налогов на доход, вырученный от выращивания мака и производства опиума-сырца.

К 1765 году Клайв Индийский, легендарная фигура британской оккупации Индии, получил полный контроль над самыми богатыми в мире маковыми полями в Бенгалии, Бенаресе и Бихаре, осуществляя контроль над сбором доходов с магнатов. К 1785 году торговля опиумом была прочно монополизирована БОИК под руководством сэра Уоррена Гастингса. Одна из индийских «реформ» Гастингса заключалась в том, чтобы закрепить за собой все земли, где выращивают мак, и поставить их под свой контроль. Это включало в себя изготовление опиума-сырца.

Британская корона продлила действие хартии БОИК еще на 30 лет по предложению, внесенному в парламент в 1813 году. В 1833 году парламент вновь продлил ее еще на 20 лет. Видя, что власть ускользает из их рук, индийская высшая каста начала бунтовать против осуществляемого через БОИК британского диктата. Чтобы предотвратить это, британский премьер-министр обманул индийских лидеров, приняв закон о правительстве Индии 21 августа 1856 года. Закон якобы передавал все активы и земли Британской Ост-Индской компании в Индии во владение британской короне. Этот дипломатический шаг был чистой воды дипломатией обмана, потому что, по сути, ничего не изменилось. Британская Ост-Индская компания был Короной.

Премьер-министр Дизраэли продвинул обман еще дальше, когда в 1896 году по его наущению парламент объявил королеву Викторию «императрицей Индии». В том же году от голода погибло более 2 миллионов индийцев низшей касты. В общей сложности за время британского правления эта судьба постигла более 6 миллионов таких людей. Ничего отдаленно напоминающего эту катастрофу в Южной Африке никогда не происходило. Во время спровоцированных ЦРУ беспорядков в Шарпвилле во всем мире поднялся шум и осуждение Южной Африки, когда силы безопасности убили менее 80 чернокожих участников беспорядков. Чернокожие были подстрекаемы к бунту внешними силами, не понимая, что их используют.

Кастовая система «джати», действующая в Индии, на 100 процентов основана на расовой принадлежности. На вершине пирамиды находятся арийцы (белые с голубыми глазами, которые, как полагают, являются потомками Александра Великого, захватившего страну). Прямо под ними находятся брахманы разных оттенков от белого до светло-коричневого. Священники-брамины происходят из этой касты. Ниже брахманов идут кшатрии — воины и чиновники, которые также очень светлокожи. Ниже кшатриев находится каста вайшья, состоящая из мелких чиновников, купцов, коммерсантов, ремесленников и квалифицированных рабочих. У них более темная кожа.

Затем идут шудры или неквалифицированные рабочие, те, у кого нет профессии сантехника, электрика, автомеханика или другой профессии. Затем в самом широком основании пирамиды власти появляются «хариджаны», буквально означающие «изгои», в совокупности известные как «парии». Они также известны как «неприкасаемые», и у них очень темная или черная кожа. Чем чернее их кожа, тем менее «осязаемы» они. В 1946 году лорд Луис Маунтбеттен (Баттенбург), непосредственно представляющий Комитет 300, предложил Индии полную независимость, уловку для подавления серьезных беспорядков из-за продолжающегося голода, который унес жизни сотен тысяч хариджанов. Это было в значительной степени проигнорировано западной прессой. Как еще один пустой жест, «неприкасаемость» была объявлена незаконной год спустя, но практика продолжалась, как ни в чем ни бывало.

«Неприкасаемость» — самое жестокое, что есть в и без того жестокой кастовой системе Индии. Это означало, что хариджанам никогда не разрешалось прикасаться к тем, кто принадлежал к другим кастам выше них, даже случайно, если бы это произошло, то человек из высшего класса, оскорбленный таким образом, имел право убить обидчика-хариджана. Система жесткого разделения была не только дискриминационной, но и должна была предотвратить распространение болезней, свирепствовавших среди хариджанов.

Хариджаны — самая многочисленная расовая группа в Индии, и на протяжении веков она подвергалась ужасному обращению и издевательствам. Когда возникает политическая необходимость, ими без колебаний жертвуют, их жизни почти (или вовсе!) не имеют значения. Мы видели демонстрацию этого, когда хариджаны были использованы для разрушения древней мусульманской мечети в Индии, чтобы добиться политических изменений в индийском правительстве. Это зло редко, если вообще когда-либо, упоминается в западных СМИ.

К несчастью для черных, они всего лишь пешки в игре. Их значение исчезнет, как только Комитет 300 достигнет своей цели, а Манделой попользуются и отбросят в сторону. Затем глобальная программа сокращения численности населения 2000 года будет применена к ним всерьез. Они заслуживают лучшей участи, чем та, которую им уготовили контролеры Манделы — Оппенгеймеры и Комитет 300.

Глава 11. Заметки о слежке

Соединенные Штаты и Великобритания очень тесно сотрудничают, чтобы шпионить как иностранными правительствами, так за своими гражданами. Это относится ко всему информационному трафику: коммерческим, дипломатическим и частным коммуникациям. Нет ничего святого, и ничто не находится вне досягаемости Агентства национальной безопасности и штаб-квартиры правительственной связи, которые совместно осуществляют незаконное прослушивание телефонных, телексных, факсимильных, компьютерных и голосовых передач в массовых масштабах.

Эти два агентства обладают достаточным опытом, чтобы подслушивать за кем угодно в любое время. Каждый день посты прослушивания ШКПС в Менвит-Хилл в Йоркшире и Морвенстоу, Корнуолл в Англии, перехватывают 1 миллион сообщений. Эти станции находятся в ведении АНБ, чтобы обойти британские законы, запрещающие службам национальной безопасности шпионить за своими гражданами. Технически, ШКПС не нарушает британское законодательство, поскольку перехват осуществляется АНБ.

Компьютеры обоих ведомств ищут, помечают и сохраняют слова-триггеры. Это простая процедура, учитывая тот факт, что все сообщения передаются в виде цифровых импульсов. Это относится как к текстовым, так и к голосовым сообщениям. Затем помеченные сообщения анализируются, и если есть что-то, что интересует агентства, начинается дальнейшие расследования. Тот факт, что вся операция незаконна, не останавливает их от выполнения данного самим себе задания.

Компьютеры «Харвест» АНБ могут считывать 460 миллионов символов в секунду, или эквивалент 5000 книг объемом по 300 страниц. В настоящее время, по оценкам разведывательных источников, компьютеры «Харвест», используемые ШКПС и АНБ, перехватывают более 80 миллионов звонков в год, из которых 2,5 миллиона помечаются и сохраняются для дополнительной проверки. В обоих агентствах работает большой штат специалистов, которые рыщут по всему миру, находя и оценивая новые продукты, которые граждане могут использовать для защиты своей приватности, а затем находят способы и средства их взлома.

Большая проблема возникла с появлением сотовых телефонов. В настоящее время трафик сотовой связи пробивается путем прослушивания сигналов сотовой связи (которые предназначены для выставления счетов), а различные коды сотовой связи, которые имеют свою собственную идентификацию, отслеживаются в обратном направлении, чтобы можно было отследить источник вызова. Но сотовые телефоны нового поколения A5 представляют серьезную проблему для правительственной слежки.

Новые телефоны имеют код скремблирования (шифрования) A5, который происходит от военных системам скремблирования, что делает практически невозможным для правительственных учреждений расшифровку сообщений и отслеживание источника вызова. В настоящее время группам наблюдения в ШКПС и АНБ потребовалось бы 5 месяцев, чтобы расшифровать сообщения, передаваемые через сотовые телефоны A5.

Правительство заявляет, что это серьезно затруднит его усилия по борьбе с наркоторговлей и организованной преступностью — старая неубедительная отговорка, которую мало кто принимает. Ничего не говорится о том, что в ходе подобных «антикриминальных» мер грубо нарушаются права граждан на неприкосновенность частной жизни.

Теперь АНБ, ФБР и ШКПС требуют, чтобы сотовые телефоны с существующим скремблером A5 были отозваны для «модификаций». Хотя они этого не говорят, правительство должно иметь такой же доступ к частным передачам, какой оно имело до появления системы A5. Так, правительственные учреждения Великобритании и Америки требуют, чтобы система сотового скремблера A5 была заменена системой A5X, что дало бы им «лазейку» в ранее защищенные сотовые телефоны.

Телефонные звонки на стационарный телефон (местные звонки) легко перехватываются путем «переключения» на АТС, управляемые АНБ и ШКПС. Междугородние звонки не представляют проблемы, так как они обычно передаются с помощью микроволновых вышек и могут быть легко извлечены из эфира. Кроме того, АНБ также располагает своими спутниками «Риолит», которые способны перехватывать каждый разговор, передаваемый по телексу, микроволновым, радиотронным, УКВ- и / или сверхвысокочастотным сигналам.

Сноски

1

Роберт Лансинг (1864–1928) — госсекретарь США (прим. ред.)

2

Граф Артур Джеймс Бальфур (1848–1930) — министр иностранных дел Англии (прим. ред.)

3

Стефан Пишон (1857–1933) — министр иностранных дел Франции (прим. ред.)

4

Витторио Эммануэле Орландо (1860–1952) — премьер-министр Италии (прим. ред.)

5

Сидней Константино Соннино (1847–1922) — министр иностранных дел Италии (прим. ред.)

6

Сайондзи Киммоти (1849–1940) — бывший премьер-министр Японии, глава японской делегации на конференции (прим. ред.)

7

Макино Нобуаки (1861–1949) — член Императорского Тайного Совета Японии (прим. ред.)

8

Подробнее о ниточках, за которые дергали семью Виндзоров Дж. Колеман писал в своей монографии «King Makers/King Breakers» (прим. ред.)

9

Леон Буржуа (1851–1925) — министр без портфеля Правительства Франции (прим. ред.)

10

Элефтериос Венизелос (1864–1936) — премьер-министр Греции (прим. ред.)

11

Тем самым (лат.)

12

«Мы, народ…» — первые слова американской конституции. Автор будет часто использовать этот оборот (прим. ред.)

13

Подробнее о подготовке и проведении этой кровавой кампании Дж. Колеман писал в своей монографии «Who are the Real Saudi Kings and Kuwaiti Sheiks?» (прим. ред.)

14

Организация центрального договора (прим. ред.)

15

Подоходный налог в США начал взиматься на постоянной основе с 1894 г. (прим. ред.)

16

Т.е. крупные нефтяные компании (прим. авт.)

17

В действительности, американский политический деятель У.Гардинг стал президентом уже после смерти П.Диаса (прим. ред.).

18

Сэр Лайонел Карден, британский посол в Мексике в 1913–1914 гг. (прим. ред.)

19

30-й калибр — 7,62 мм.

20

Немаловажным фактором, повлиявшим на согласие колумбийской стороны, вероятно являлась и проведенная в те же дни демонстрация силы в Мексике, о которой автор писал в предыдущих главах (прим. ред.)

21

Кандидат в президенты на выборах 2004 г., Госсекретарь США в 2013–2017 г. и один из творцов украинского «майдана». Ныне — спецпредставитель президента Байдена по вопросам климата (прим. ред.)

22

Гильермо Давид Эндара Галимани — президент Панамы на момент написания книги (прим. ред.)

Content

Джон Колеман
Дипломатия обмана. «Комитет 300» и тайная власть над миром

От автора

Глава 1. Угроза из Организации Объединенных Наций

Глава 2. Военное преступление в Персидском заливе

Глава 3. Рокфеллер: Злой гений

Глава 4. Нефтяная политика Соединенных Штатов в Латинской Америке… и не только

История болезни

Дипломатия грабежа

Мексика и Ирак: меняются только декорации

Задний двор США

Глава 5. Сфокусируемся на Израиле

Глава 6. Тависток и «Исследовательская операция»: Необъявленная война

Глава 7. Тайные операции

Загонщики России

Мясник из Белого Дома

Враги народа

Персидский узел

Добро пожаловать в электронный концлагерь

Что этот ниггер себе позволяет?

Капкан для Саддама Хуссейна

Глава 8. Кокаиновое Эльдорадо

Политика не всегда грязна

Никому не нужная Конституция

Очень нужная Панама

Норьега должен уйти!

Глава 9. Анатомия убийств

Убить проповедника: еще немного о Мартине Лютере Кинге

Лумумба

Смерть в Ватикане

В Америке такое невозможно!.. Ну, почти

Многострадальная ЮАР

Откуда прозвучали выстрелы в Далласе

Глава 10. Апартеид и кастовая система Индии

Глава 11. Заметки о слежке

Сноски