Михаил Щукин

Рассказы о мире Нэстэ

Ринсли

Урок

Профессор истории Алкнид Карнельски внимательно рассматривал сидящую перед ним десятку гекатесс.

Право преподавать в гекатах Арден было престижным и давалось не каждому специалисту. А для того, чтобы преподавать тут на протяжении многих лет, требовалось не только быть хорошим преподавателем, но и поддерживать свою квалификацию как ученого. Можно сказать, его длительный стаж как преподавателя, являлся своеобразным признанием его заслуг, как учёного. Он помнил этих девочек еще задиристыми девчонками, готовыми к проказам, и не всегда безобидными для преподавателей. Электронные мышки или банальные шарики под ноги были пожалуй самыми безобидными их шутками.

Но время шло. Теперь перед ним были стройные, красивые девушки, от лукавого взгляда которых бойцы дворцовой стражи на своих постах невольно выпячивали грудь и рисковали выговором за нарушение запрета разговоров.

Теперь полсотни гекатесс на уроках никогда не собирались вместе. Девушки уже год как полностью приняли не себя охрану своей Гекаты. К тому же приступили к выполнению отдельных обязанностей по поручениям своей старшей, принцессы Рианны. Как кандидат в члены Совета Контакторов, она хоть и освобождена от обязанностей правящей провинций, но кураторство над ними сохранит до полного вступления в совет. Так что часть её гекатесс постоянно находилась в разъездах. Впрочем, для процесса обучения это не имело никакого значения. Таковы уж тут правила, к которым новым преподавателям не сразу удается привыкнуть. Это только для постороннего взгляда геката элитное подразделение по статусу не уступающее школам для знати империи. Порядки в гекате трудно было сравнивать даже с армейскими. Там за рядовых думали командиры, были увольнительные и прочее. А тут. Даже необходимость отсутствовать на занятиях в программе подготовки гекат была всего лишь еще одной задачей по самоорганизации процесса обучения. И вмешивались в этот процесс только особо уполномоченные воспитатели, не каждого из которых даже он, знает в лицо.

– Присутствуют лично две полные пятерки, на активной связи двадцать три. Из отсутствующих восемь на дежурстве, четверо на совещании, трое войдут в зону связи приблизительно через двадцать минут и присоединятся к уроку. Докладчик гекатесса Ликка.

Алкнид кивнул, привычно подтверждая, что принял доклад. Когда-то к этому тоже пришлось привыкать. Первоначально их вообще делают старшая или старший гекаты. В данном случае лично принцесса Рианна. Но после формирования первых пятерок, эта обязанность постепенно переходила к их командирам. Лика занимала статус командира ведущей пятерки с самого детства и никому не собиралась его уступать.

– Надеюсь, выход из зоны связи не связан с Бездной? – Алкнид невольно покосился в угол, где сидела, пожалуй, самая знаменитая гекатесса за последние годы, после принцессы разумеется.

– Нет, переход между провинциями. – Как обычно без подробностей отчиталась Лика.

Это тоже изменилось в последние годы. Девочки научились не вдаваться в подробности своих дел. Подростковый максимализм и желание показать свою личную значимость для них остались в прошлом. С профессором истории на его уроках они будут обсуждать только историю. Как бы последнему не хотелось иногда отвлечься на посторонние темы. Дела гекаты преподавателей не касаются. И если честно, он еще по гекате Литарна убедился, насколько их секреты способны осложнить жизнь простого профессора и доктора исторических наук.

Всего лишь несколько праздных вопросов, короткая ссылка молодого парня на недавно выполненные поручения в отдаленной провинции, и титулованный ученый на три года лишился возможности покидать пределы Арден, пока не была снята секретность с того случая.

Алкнид невольно покосился на дверь, ведущую за ширму. Там пятерка союзной Гекаты принцессы Аринолла. Работа по копированию карты миров с колечка гекатессы не прерывалась даже во время обучения. Это было признано настолько важным, что ради нее на территорию гекаты были допущены даже союзники гекаты из империи далеко не всегда дружественной к Арден. Впрочем, исключение было сделано только для принцессы Сумми и ее девушек. Союзники из серпентинидов и кашьяти довольствовались постоянным пребыванием на гостевых территориях. Где происходили постоянные встречи Нэстэ со специалистами по Бездне.

Алкнид поспешно обвел взглядом заулыбавшийся после его слов класс. Отлучки Нэстэ, вместе с сопровождающими её гекатессами, были предметом шуток гекаты и головной болью всех служб безопасности дворца.

Но ученицей девочка была исправной, чего уж гневить Единого. Гекатесса Нэстэ всегда отчитывалась за пропущенные занятия без напоминаний. Чего не скажешь о её вечной спутнице Лике.

– Со следующего триместра вам предстоит приступить к курсу ораторского Искусства. А будущим контакторам назначен углубленный курс психологии переговоров во всех его аспектах. Включая политические контакты. – Приступил Алкнид к теме урока. – Сегодня мы начнём рассмотрение смежных вопросов в историческом контексте значения этих дисциплин в развитии разумных рас. И начнем мы с примеров уже совершившихся исторических событий.

– Чего их изучать. – Предсказуемо заворчала Лика. – Можно подумать правящая Майя рассуждала о психологических аспектах, начиная переговоры с каганагами из нижнего сектора о разделе полномочий и протекционизме.

– Не знаю, думала она об этом или нет, сама магистр Майя ничего на этот счет не оставила, но её переговоры прошли успешно не в последнюю очередь благодаря тому, что она не допустила ни одной ошибки со своей стороны. В том числе и благодаря ее потрясающим знаниям особенностей культуры различных рас.

– И что?

– Ну, хорошо. – Вздохнул Алкнид, прекрасно понимая, что Лика при молчаливой поддержке класса, провоцирует его на рассказы. Девушки всегда предпочитали слушать его, чем работать сами. Но сейчас это соответствовало плану урока. – Попробую убедить вас на примерах из соввременной истории Объединённых миров. Вы ведь слышали о недавно открытой расе ринсли?

Так уж получилось, что риторический вопрос был задан глядя на гекатессу, путешествия которой даже спустя несколько лет оставались предметом пристального изучения ученых.

Нэстэ немного настороженно кивнула, а остальные девушки оживлённо переглянулись. Профессор любил и умел рассказывать и часто пользовался этим приемом, чтобы заинтересовать своих учеников новой темой.

– Ринсли, это раса маленьких кузнечикоподобных разумных самим своим существованием опровергающих теорию Келмана, о минимальном объёме мозга, в котором может зародиться разум как таковой. Эта раса совершенно случайно открыта в одном из отдаленных окраинных миров всего два года назад.

Что любопытно, их соседи из земноводных, с которыми они делят мир Дайанли, на протяжении всей своей истории были убеждены, что имеют дело с духами умерших соплеменников. Причем вредными настолько, что даже заходить в леса, где те обитают, для них было табу, впрочем, как и говорить о них с чужими. Собственно поэтому об этой расе долгое время никому за пределами нескольких племен, не было известно.

Алкнид вздохнул, делая паузу, и продолжил:

– Ринсли защищали свои владения, незаметно приводя в негодность всю амуницию и оружие любого путника, рискнувшего устроить там привал или даже пересекающих этот лес. Как это им удается, пока не совсем понятно. При этом сами ринсли стараются оставаться незаметными для нарушителей их территории. Никаких вербальных контактов, в том числе и с соседями не поддерживают.

В общем, если бы молодой вождь одного из племен эрасов не додумался преодолеть вечное табу своей расы и не заговорил в лесу с этими "духами", раса ринсли их пор оставалась бы неизвестной науке и изучалась бы разве что специалистами по суевериям и верованиям экзотических рас Хотя теория Келмана к теме нашего разговора отношения не имеет, любопытно, что это первое исключение из ее правила.

– Вообще-то, умственные способности Алхао, молодого вождя племени эрасов, тоже не очень сюда вписываются. – Не сдержалась Нэстэ и даже фыркнула в подтверждение своих слов. – А вся психология в этом случае, если вы об этом, вписывается в гипотезу под общим названием "дубиной по полбу, а потом поговорим".

– Что вы такое говорите? – Алкнид от волнения даже потер пальцем переносицу, что было признаком растерянности.

– При этом в качестве удерживающих на месте аргументов выступили когти и клыки подоспевшей ниахары. – Невозмутимо продолжила Нэстэ вместо ответа. – Алхао явлется вождем племени Атари, из расы эрасов. И там, в качестве предложения девушке перейти в свой шатер, мужчина приносит ей дар, показывающий его храбрость и способность как добытчика. Причем не что-то прозаическое, типа куска мяса или шкуры. А нечто вроде бесполезного в хозяйстве. В знак того, что он настолько удачлив на охоте, что есть свободное время заниматься всякими приятными мелочами. Так этот самый "молодой" вождь додумался притащить Илнейле в дар пыльцу ринарии. Это пресноводное растение с цветком, распускающимся на поверхности озера. Только растёт оно всего на нескольких озерах и исключительно в том самом запретном лесу. Ринсли туда никого не пускают. Представляете мое удивление, когда я увидела этого Алхао почти в центре леса.

– Но вы что там делали? – Искренне возмутился профессор. – Это же северный верхний сектор. Очень далеко от мест ваших путешествий. На сколько мне известно разумеется.

– Контракт был на стаю ситачит. Этот такие мелкие, чуть выше колена стайные хищники с узкой мордой и сегментированным хитиновым телом на шести лапках. Угрозы особой не представляют для развитых миров. Но для диких племен, едва владеющих железом или колонистов окраинных миров способны доставить массу неудобств. – Пояснила Нэстэ. – Вот колонисты и дали заявку в гильдию охотников. Заказ удалённый, да ещё зачистку надо делать не только в населённых мирах, но в Бездне. За такие заказы берутся с большой неохотой. А для меня заказ выгодный и от ловцов подальше. Оплачивалась каждая третья голова ситачиты. К тому же Лео их очень любит. Он их тесятками за раз может уплетать. Вот я и взялась. Почти три месяца провела там. Что бы каждый раз к колонистам не бегать, договорилась о временных стоянках с племенами эрасов. Их там целых две штуки. Их территории окружают лес так, что он оказывается как бы в центре. Этот "молодой вождь" увидел меня, когда я в засаде сидела пока Лео загонял очередную сайку. Алхао решил попугать маня и зашел со спины.

– А ты что, в засаде с дубиной сидела? – Удивилась Лика, явно пытаясь представить эту картину.

– Так говорю же, за голову платили. – Развела руками Нэстэ. – Мечом не всегда попадешь куда надо, и грязновато. Да для этих тварюшек и палки хватает. А Лео съедает их аккуратно, даже в кучку головы складывает. В основном с ними Лео разбирался. А я в уж за компанию и проследить, чтобы не шли к ульям.

А когда этот "молодой вождь" пришёл у себя после того "психологического приема", я ему все высказала. А Лео еще и поддержал своим присутствием. Сайку мы тогда из-за него упустили.

Между прочим, пыльца за которой он шел, то единственное питание ринсли. Они потому больше нигде и не живут, кроме как в этом лесу, что ринари не во всяком озере может расти. От того и бросаются на каждого, кто вторгнется в их лес. В общем, пришлось этого умника к матке тащить.

– М-мматке? – Совсем уж потерял мысль профессор.

– Ну да. Ринсли роевая раса. У них все построено как в улье пчел или например муравьев. Есть матка, она главная, есть рабочие ринсли и несколько уровней подчинения ней между ними. И на счёт теории Келмана вы зря. Ринсли по одиночке в лучшем случае полуразумны, а то и вовсе как роботы действуют. Разум, или его аналог, появляется если собирается тройка или даже больше особей, и то не всякая, а специально подобранная. Я такие группы кластерами для себя обозвала. И обращалась к ним как к одному. Принцип формирования таких вот кластеров я не знаю. Знаю только, что тут тоже очень важную роль играет питание и эта самая пыльца. Только такая тройка может решать уже типовые задачи и руководить одиночными рабочими. Для решения нестандартных задач привлекаются уже кластеры покрупнее, состоящие из пяти особей. Социальные вопросы к таким нестандартным задачам и относятся. Потому ринсли и не связываются с соседями. Диким племенам трудно воспринять группу как цельную личность. А полноценным разумом в одном лице в улье обладают только матки. Но они почти в три раза крупнее обычного ринсли и объём их мозга вполне соответствует теории Келмана. Только Матка вообще никогда не покидают своего улья. Ни старшая, ни младшие, которых в улье может быть до десятка.

– Вы встречались с такой маткой? – Профессор задавал вопросы осторожно, как будто шёл по минному полю и не знал чего ещё ожидать от этого разговора.

– Конечно. Кто бы мне дал разрешение поставить лагерь рядом с озером? – Искренне удивилась вопросу Нэстэ. – Акриимина очень милая в общении ринсли, хоть и преодолела уже середину своего жизненного цикла.

– Да, конечно, как же я сразу не сообразил. – Удрученно кивнул профессор. – Лагерь же надо было ставить, куда уж без этого.

– Так ты же вроде сказала, что базировалась в племенах. – Заметила Лика – Ну этого, как его…

– Алхао. И что? Лео добывал головы и жрал от пуза. А мне эти головы таскать на себе? Проще высушить черепушки на месте. Ринсли, если с ними договориться, могут и присмотреть за ними, пока мы с Лео отлучаемся. К тому же, Акриимина очень хороший собеседник, куда лучше, чем этот, "молодой и подающий надежды Вождь". Не говоря уж о старике в соседнем племени. О чем можно разговаривать в племенах, едва научившихся ковать простые ножы?

– Так вы с маткой не один раз встречались? – Снова подал голос Алкнид.

– У неё полноценный разум. А общаться у себя она может только с тройками да пятерками. Это как то не совсем то, для полноценного разума.

– Как же вы общались? Профессор Эрс Жварнери уже второй гол пытается разобраться в способе из общения, и не преуспел. Он провёл на границе с ринсли больше двух лет.

– Если он провёл эти два года на границе территорий ринсли, то он общался только с рабочими или рядовыми воинами. – Презрительно скривилась Нэстэ. – Они вообще не способны воспринимают обычную речь. Только кодовые сигналы, немного более сложные чем у неразумных животных. Для составления полноценного словаря надо встретиться с минимум тройкой. А они к границам не выходят просто так. Ещё лучше с пятеркой. Только встретить ее там уже совсем награни фантастики. А вообще-то у них очень емкий язык, построенный на системе щелчков и присвистов. У них даже что-то вроде поэзии есть. Акриимина мне как-то прочитала свои стихи.

Нэстэ откинулась на спинку стула и выдала языком целую серию щелчков, для слушателей слившуюся в сплошной треск разной интенсивности.

– А в переводе? – Закашлялась Лика.

– "Светлая ночь, тёмная гладь, мы с тобой на воде". Что-то в этом роде. Прямых эмоциональных аналогов людей, как вы понимаете, нет. У Акриимины даже свой гарем есть. Ее физиология такова, что для продолжения рода требуется сразу несколько самцов. Так что с чего там их поэт захотел сидеть на кувшинке вдвоём я объяснить не смогу. И честно говоря тогда не интересовалась. Но звучит красиво, как стихи на наших языках.

Профессор прикрыл глаза и смущённо прокашлялся, давая возможность отсмеяться классу, но сам постарался сохранить серезное лицо.

– Ваше высочество, вы позволите мне…

– Не дам. – Сразу взвилась принцесса. – У Нэстэ и так загрузка выше всякой меры. Медики грозятся расконсервировать в Горном замке оборудование сенты для восстановления изменённых правящих.

– А оно ещё существует?

– А что ему сделается? Иногда даже запускается для профилактики. Нам-то оно не очень уже надо. После Прабабушки Майи в наш род стал практически природным. Но так, на всякий случай все-таки проверяют и поддерживают. А Нэстэ может стать таким случаем. В общем, дополнительных часов для ваших знакомых профессоров не дам.

Профессор сокрушенно вздохнул. Но спорить не стал. Участившиеся отлучки Нэстэ в Бездну были связаны, в том числе, и с необходимостью нормальной психологической разрядки из-за действительно слишком плотной загрузки учебными планами и работой с учеными. Об этом он, как преподаватель гекаты знал.

– Я понимаю, но могу я рассчитывать хотя бы на запись этого урока?

Рианна вопросительно посмотрела в сторону пожавшей плечами Нэстэ. Профессор понимал, что сейчас по ликале идёт неслышный для него разговор.

– Хорошо, но правила предоставления таких материалов вам известны.

Профессор Жварнери появился на экране сразу и не скрывал своего удивления вызовом.

– Я рад лично познакомиться с историком такого уровня как вы, уважаемый профессор Карнельски. – Сразу после приветствий заговорил он. – Но право, не совсем понимаю, чем скромный ксенобиолог может помочь в ваших исторических поисках. Даже в области лингвистики я занимаюсь исключительно современными языками.

Чечевицеподобные глаза, с полностью чёрным зрачком смотрели прямо и не моргали, что у расы кринодов считалось признаком уважения к собеседнику.

– Я тоже рад нашему знакомству, профессор Жварнери. Моему обращению к вам способоствовал как раз ваш интерес к языку новой расы ринсли. Так уж случилось, что с некоторых пор я могу вам кое-что рассказать. Если точнее, то показать. Так как не уверен, что смогу оценить важность ставших мне доступными деталей.

Жварнери после просмотра записи молчал наверно с минуту. Он не скрывал даже свою растерянность от услышанного.

– Оказывается, так тоже иногда бывает. – Грустно заговорил он. – Строишь гипотезы, выдвигаешь теории и сидишь годами в лачугах диких рас, в попытке хоть что-то понять. А потом появляется какая-то девчонка и за пару минут разносит все сделанное в Бездну. Ну откуда же я мог знать, что для изучения языка только что открытой расы надо не в окраинный мир ехать, а для начала в столицу Арден. Где проживает ваша ученица, свободно владеющая языком неизвестного народа.

– Ну, по её же собственным словам, с акцентом. – Постарался не без улыбки успокоить расстроенного ученого Алкнид.

– Стихи, коллега, чтобы воспринимать и читать стихи надо владеть языком на высоком уровне. А что до акцента, так у человека и речевой аппарат совершенно другой конструкции. Это ведь та самая девочка, что разделалась со шнатлиями в круге равных? Вы преподаете в гекате её высочества?

– В общем, да, только это к делу не относится. – Уклонился профессор.

– Удивляюсь я правилам Гекат. – Вздохнул собеседник. – Должность преподавателя в гекате очень престижна сама по себе. Но афишировать своё положение при этом как-то не принято. Как будто это уже за пределами скромности. О членах Гекаты и вовсе молчу. Молодые разумные могут публиковаться, участвовать в научных конференциях пол своими именами и титулами. Но о том, что автор статьи состоит в той или иной гекате, ты узнаешь только когда начинаешь наводить справки. Да и то, не всегда.

– Вы с этим столкнулись?

– Не один раз. У меня есть знакомые из учёных, прошедших подготовку по программам, аналогичным вашим. Да и на счёт этой девочки интересовался. Её имя с некоторых пор регулярно всплывает в ссылках, при описании новых тварей. Она действительно такой большой специалист по Бездне?

– А первую очередь по выживанию в ней. – Уклончиво ответил профессор. – У меня сложилось впечатление, что она и сейчас предпочитает жить в Бездне, а не в столице Арден.

Алкнид отрицательно покачала головой в ответ на загоревшийся какой-то идеей взгляд Жварнери.

– И не простите. Девочка загружена так, что я не смогу вам помочь со встречей. Ксенобиологи и ботаники имеют целых два часа в неделю для работы в гостевой зоне гекаты с ее участием. Возможно, они согласятся пойти навстречу своему коллеге.

Жварнери тяжко вздохнул.

– Но хоть контакты с уважаемым доктором Рассайли не являются секретом Гекаты Арден?

– Нисколько. И я даже могу их вам скинуть. – Улыбнулся Карнельски.

– Говорите, девочка часто холит в Бездну?

– Ну, с этой стороны вряд ли вам повезёт. – Уже легко рассмеялся Алкнид. – В Бездну её отпускают в основном из мира элфрв. И обязательно в сопровождении боевой десятки гекаты. Даже в приграничные миры четырех империй её сопровождает усиленная охрана, вплоть до привлечения рубежников и армии.

– Почему? – Удивился Жварнери.

– В Бездне она как у себя дома. Там до нее добраться сложно. А желающих очень много.

– Шнатлии? Разве они ещё не успокоились после круга равных? Там же все по правилам было.

– То, что девочка выбила один из родов правителей, честно говоря, никого особенно не волнует, кроме остатков этого самого рода. Но на Нэстэ действительно идёт настоящая охота с их стороны.

– Видимо девочка знает больше, чем об этом говорят в новостях.

Алкнид улыбнулся. О пополняющейся карте Объединённых миров уже полезли слухи по сети. Но официального объявления об истинной владелице информации пока не было. Совет контакторов решил хоть немного подстраховать Нэстэ и повременить с заявлениями до завершения копирования хотя бы ближайших секторов. Что-то подсказывало Алкниду, что титул Дарующей миры скоро будет распространен не только среди элфов.

Плохо сделанная работа

– Гекатесса Нэстэ, вы настаивали на соблюдении правил и традиций гильдии. – После приветствий сразу перешла к делу голограмма головы руководителя гильдии охотников.

– И что случилось? – Нэстэ недоуменно нахмурилась.

Вызов застал её рано утром на тренировочной площадке гекаты. И хоть девочки сделали вид, что это их не касается, но все же сгрудились поблизости.

– От колонистов Дайнали снова пришла заявка на зачистку. Ситачиты опять расположились сверх всякой меры. И справиться с ними у них не получается.

По ликале пришло тихое ругательство. Принцесса Рианна неплохо разбиралась в тонкостях писанных и неписанных правил гильдии охотников. Необходимость повторных зачисток воспринималась как некачественно проведённая работа. Конечно, времени прошло уже много, но все равно в первую очередь такую заявку передавали охотнику, возможно допустившему небрежность.

– Мы предполагаем, что скачок популяции произошёл в результате миграции ситачит из Бездны. Там поблизости у них родной мир. И никаких претензий к вам быть не может. – поспешно завил мужчина. – Думаю мы…

– Беру.

– Что?

– Я беру заявку. – Повторила Нэстэ. – Условия те же. Оплачивается каждая третья голова и по текущей ставке.

Нэстэ не терпеливо потнула головой, одновременно блокируя ликалу. Слишком громко начала ругаться Рианна. А сейчас ещё и Сумми присоединится.

– Ты с ума сошла! – Подскочила к ней Лика, сразу, как только голограмма головы охотника исчезла. – А если это ловушка?

– Это моя работа. Я тогда действительно не зачистила гнезда в Бездне. – Упрямо нагнула голову девушка и исподлобья посмотрела подруг. – Надо было задержаться ещё на месяц. Этого конечно никто не докажет и претензий не выставит. Но работу надо закончить.

– И повидать своих знакомых кузнечиков. – Хмыкнула подошедшая Рианна. – Санира, можешь отследить, с чего вдруг именно сейчас всплыла эта заявка?

– Искать что-то конкретное? – Деловито уточнила девушка.

– Профессор Карнельски недавно говорил, что кто-то занимается ринсли.

– Точно! Он даже с твоего разрешения запись того урока подготовил к публикации.

– Ну, вот тебе и направление поиска. Анализ на предмет засады.

– Я все равно должна буду пойти туда. – Возразила на всякий случай Нэстэ. – Разве что могу пройти через Бездну. Там всего шестидневный переход.

– Пойдёшь. Только девочек с собой возьмёшь. – Вздохнула Рианна. – Заодно и потренируешь их. Лика, подбери четыре пятерки в это раз. И если что, сразу на связь. В колонии рубежники будут в полной готовности. Так что можешь на них тоже рассчитывать.

– Если не возражаешь-ш-шь, мои ррархи внезапно тоже очень заинтересовались этим странным народцем ринсли и с удовольствием погостят в диких племенах северных миров. – Прошипел Сашассиос сразу, как узнал о предстоящем выезде.

– Не возражаю. – Кивнула Рианна. – И даже хотела просить, чтобы вы присоединись. Но это операция Нэстэ.

– Значит она главная. – Донеслось по ликале. – Попрошу еще ребят у Дино. У них в том секторе хорошие связи. И развитых колоний побольше. Пусть разведку обеспечивают.

Нэстэ, присутствовавшая на связи, недовольно поморщилась, но не стала спорить. Как-то уже привыкла к постоянной опеке со стороны друзей. И прекрасно понимала, что они только отмахнутся от её возражений.

На входе в комнату уже стоял Лео. Этому и объяснять ничего не требовалось. Охота! Где, как и на кого, уже было второстепенным. Не удастся посетить логово? Да и не надо! Там все спокойно и делать особенно нечего. Самка прекрасно обходится и без своего самца.

Нэстэ только потрепала партнера по белой пушистой гриве и передала чувство сожаления. Прямо сейчас на охоту отправиться не получится. Так что пока можно расслабиться.

– Численность тварей в тех местах действительно закономерно увеличивалась год от года. – Делала доклад Санира. – Но заявка действительно подана с подачи этого самого профессора Жварнери. Именно он подсказал колонистам идею повторной заявки. До этого времени они пытались обойтись своими силами.

– Я так понимаю, этот профессор уже там? – Рианна хмуро просматривала собранные Санирой материалы.

– Да. Но связи со шнатлиями не прослеживается. Думаю, он действовал по своей инициативе. Так как профессора гекаты отказали ему в содействии встрече с Нэстэ.

– Надо предупредить их через службу безопасности, чтобы в следующий раз хотя бы ставили в известность о таких разговорах. – Заметила Рианна. – Нэстэ упряма сверх всякой меры. И поймать её на этих понятиях чести проще простого.

– Сделаем. – Кивнула Санира.

– И не улыбайся. Ты остаешься со мной во дворце. Надо же кому-то связь обеспечивать.

– Лучше скажи прямо, что завидуешь. – Рассмеялась та.

– Не без этого. Не все же мне одной страдать.

Изумрудно-зелёная листва деревьев с трудом пропускала яркий свет местного светила. По петляющей между деревьями звериной тропе неспешно продвигалась вглубь запретного леса стройная девушка в одежде вольного охотника за тварями.

Она никуда не торопилась и даже время от времени останавливались, срывая с кустов ещё незрелые кисловатые ягоды. На опушке перед озером замерла и недовольно осмотрелась.

Потом подняла руку, сделав несколько щелчков пальцами, и продолжила языком уже трелью громких щелчков.

Из листвы сверху, почти прямо над ее головой высунулось треугольное личико с немигающими глазами. Из узкого, маленького даже по сравнению с небольшой головой рта, последовала не уверенная ответная трель с прищелкиваниями.

– Ну хватит уже прятаться. – Прощелкала Нэстэ незнакомому стражу.

Впрочем, она даже и не пыталась его узнать. Ринсли одиночка вряд ли вообще мог бы вспомнить, с кем общался накануне. Так чего же было напрягаться?

– Вызови кого-то из эролов.

Это стражу было знакомо. Условный код требования вызова командира вполне его устроил. Пусть другие разбираются с необычной чужачкой, не только зашедшей в лес, но ещё и способной разговаривать на их языке.

Нэстэ спокойно пристроилась около крайнего с опушки дерева и с удовольствием полюбовалась картиной спокойной глади озёра укрытого синевато-желтыми кувшинками.

– Тебя давно не было, охотница. – Раздался треск чуть справа.

Нэстэ с интересом повернула голову и улыбнулась. Вспомнив, что ринсли не распознают мимику людей, поспешно подняла руки, завязывая пальцы в замысловатом жесте.

– Я рада лично пожелать твоему улью тихих рассветов. – Защелкала она языком. – У вас богатый урожай в этом году.

– Да. Тёплый год случился. И ты вовремя прибыла. Ситачит снова стало столько, что нам приходится опасаться за безопасность улья. Мы часто вспоминали о тебе.

– Мне сообщили о тварях. Я пришла. – Констатировала очевидное Нэстэ.

– Но не одна. Кроме двух котов, следом за тобой идёт группа таких же, как и ты.

– Я просила их дождаться нашей встречи. – Нэстэ сложила пальцами фигуру недовольства.

– Они не стали дожидаться твоего сигнала. Правда отряд двигается осторожно и старается не тревожить наш лес.

– Они беспокоятся за меня. – Вместо извинений призналась Нэстэ.

– У тебя появились друзья кроме кота. Я рада за тебя. Но зачем они здесь? В прошлый приход ты со всеми тварями справилась сама. Сейчас их меньше чем тогда. И два кота не один.

– Они не будут охотиться со мной. Мои друзья здесь на случай, если за мной придут враги, с которыми мнение одной справиться.

– Расскажешь? – Большой, действительное напоминающий кузнечика, ринсли быстро прокрутила мводной верхней парой лап и развела их. – Жест любопытства и личного интереса.

– Конечно. Если позволишь остановиться в моём лагере. Друзья убедятся что вусе нормально и вернутся в стойбище Атари.

– Пусть они остаются. Иначе так и будут бегать по кустам, приглядывая за тобой. – Решила Акриимина. – Только они не должны баламутить воду и тревожить громкими криками молодняк.

– В улье прибавление? – Нэстэ торопливо сменила фигуру в пальцах выражая радость и нечто вроде поздравления.

– Да, урожай совсем недавно начали собирать. – Акриимина сложила лапки крест накрест и сцепила зацепы – жест необидной насмешки или улыбки. – Я поняла твою радость, но ты выразила готовность стать их воспитателем.

Нэстэ торопливо развела руки и смущённо пожала плечами. На выражение веселья подруги она и не подумала обижаться.

– Покажи лучше как правильно сделать. – Попросила она.

Некоторое время она увлеченно ломала пальцы, пытаясь воспроизвести то, к чему они не были приспособлены.

– С твоими друзьями хотел идти один странный разумный. Не человек. Но он все же остался на границе леса. Странный чужак. Просидел три цикла в стойбище Атари. Все время приставал к эрлинам и пытался научить их разговаривать. Мешал им работать. Эролы жаловались. Я даже хотела дать команду поиграть с ним, чтобы так больше не далал. Но с племенем Атари у нас теперь есть договор о неприкосновенности территорий.

– Профессор Жварнери. Он лингвист и ксенобиолог. – Спохватилась Нэстэ. – Он изучает редкие языки. И не пытается научить разговаривать эрлинов, а сам хочет научиться вашему языку.

– Эрлинов? Разговаривать? А он действительно умеет думать?

– Да. Но у него было мало знаний о вас. А Атари даже не удосужились ему подсказать что к чему.

Нэстэ быстро покосилась на фигуру сложенную усиками и нахмурилась.

– Вождь Алхао опять что-то вытворил?

– Его молодняк. – Нэстэ таки восприняла жест матки, как буд-то она отмахивается от чего-то несущественного. – Ничего серьёзного. Они взбаламутили заводь у кривого берега. Теперь там заново придётся высаживать ринарии. А вожак ничего не сделал, чтобы остановить других из своего молодняка.

– Ну, я с ним поговорю. – Угрожающе заявила девушка.

– С кем поговоришь-то и о чем? – Раздалось с тропы.

Лика и не думала подходить ближе нескольких шагов. Остальные с не уверенными улыбками замерли за её спиной.

– Я вам что сказала? – Тут же переключилась на подруг Нэстэ. – Неужели так трудно подождать денек?

– Настя, ну не усидели! Связи с тобой нет, в хижинах торчать? Фу. – Лика демонстративное сморщилась. – Сама же сказала, что разбивать палатки, это показывать неуважение их гостеприимству.

– Скажи, лучше, что любопытство заело. – Немного сбавила агрессивность Нэстэ. – А если бы на вас сейчас одежда начала рассыпаться?

– А что, они так прямо на ходу тоже могут делать? – Лика с опаской покосилась на замершее рядом с их сестричкой по гекате существом.

Одно дело объяснения и картинки. Совсем другое, встретить кузнечика ростом едва ли тебе не до плеча. И то, что он питается исключительно нектаром из местного аналога водяных кувшинок, никак не успокаивало. Передние лапы, очень сильно смахивали на захваты шнатлий. И отнюдь не выглядели безобидно.

Существо издало серию щелчков и что-то быстро сплело из своих усиков на голове.

– Могут. – Хмуро перевела Нэстэ. – Обычно они пакостничают ночью. Но при необходимости, могут из своей слюны создать нечто вроде аэрозольного облачка. Без запаха и цвета. При дневном свете почти невидимо. Такое облачко способно разъесть ткань одежды, особенно в местах изгиба и швов. Костюм из луввы надеюсь не забыли?

Вместо ответа Лика расстегнула куртку, демонстрируя специфическую одежду, ставшую отличительным знаком их гекаты наравне с серыми мечами.

– Хорошо. Она вряд ли поддастся их слюне.

С ветки ближайшего дерева соскользнул маленький, едва с локоть длиной кузнечик, почти не отличимый по цвету от листвы. Удерживаясь задними лапами за ветку, он оказался головой прямо напротив лица растерявшейся Лики. Быстро заглянул в распахнутую куртку, даже ткнул туда усиками и тут же смылся в листве дерева.

– Э-,э-э…

– С такой реакцией тебе к шнатлиям нельзя, да и внимание точно не для бездны. – Констатировала Нэстэ. – Вас ведут от самой границы. А вы даже не заметили наблюдателей.

– Приборы молчат.

– Они кузнечики, забыла? Мимикрия сто процентная. Визуальная, термальная, и даже частично физическая. Могут под крупный лист замаскироваться или толстую ветку. Проходите уж, чего встали. Это Акриимина, матка улья на этом озере. Она разрешила вам остаться здесь. Звук она воспринимает нормально и запомнит ваши имена.

Вся пятерка облегчённо выдохнула. Возвращаться обратно как-то не хотелось.

– В озере не купаться и воду не брать. Лучше вообще не подходить к берегу близко. – Тем временем продолжила инструктаж Нэстэ. – Нам покажут место, где все это можно делать. Не шуметь. В улье и лесу сейчас молодняк. Стрессы ему ни к чему. Ходить только по тропам.

– Костры тоже не жечь?

– Я покажу, где можно дрова собирать. Но нужно быть осторожными. Для взрослых ринсли огонь не пробоема. А молодняк могут не успеть остановить. У них такая же тяга к огню, как, например, у бабочек.

– Щит поставим в режиме липучки. Летает этот молодняк высоко?

– Два её роста. – Перевела ответ Нэстэ.

– Забавные у тебя подруги. – Прострекотала Акриимина, наблюдая, как пришедшие пытаются изобразить на пальцах приветствие.

Получалось откровенно плохо. А после нескольких щелчков в исполнении подруг, Нэстэ потребовала от Лики перестать коверкать благородный язык треска, присвистывания и чмоканья.

– Так что на счёт того профессора? – Вспомнила Нэстэ о предмете разговора до появления девочек.

– Это ваши думающие?

– Один из них. – Кивнула Нэстэ. – И скорее уж собирающие и создающие информацию. Хотя думать они тоже могут.

– Я не хочу с ним общаться. С тобой и твоими подружками интереснее. – Решила Акриимина. – Отведи его к Кзисте. В прошлый раз она сильно обиделась на меня, за то, что не позвала её пообщаться с тобой. К тому же ей хочется самой попробовать выучить чужой язык.

– А тебе?

– Зачем? Кзиста выучит, я буду знать. Эролны будут знать. Эрлины знать не будут, не смогут. Но для них можно добавить несколько команд.

– Слушай, а как это? Одна учит, а остальные будут знать. Они что, могут обмениваться мыслями? – Тихо озадачилась Лика, сразу как Акриимина удалилась, пообещав наведаться вечером.

– Нет, телепатией они не владеют. Я же говорила, у них способность к разумным решениям зависит от количества особей в кластере. Одиночки, не считая маток, даже членораздельно не разговаривают. Только коды воспринимают.

– Знаю, знаю. В кластере из троих можно уже пообщаться и кое-что изучить. А в пятерке даже стихи складывают. – поспешно отмахнулась Лика. – Только не надо снова их цитировать, все равно рифму не разберу. Вот интересно, а если их больше собирается, наверно вообще гениями становятся.

– Нет. Больше пяти им наверно не удобно формировать кластеры. И не в кластере можно поговорить, а с ними.

– Не поняла?

– Ну, вот на занятиях нам объясняли, когда один компьютер выполняет вычисления, другой что-то еще делает, а есть главный компьютер, который все это собирает и выдаёт решение.

– Ну. Метод распределённых решений называется. Используется для ускорения вычислительных процессов или когда один компьютер не тянет весь объем информации. – Кивнула Лика. – Санира увлеклась как раз этой штукой.

– Ну вот, у ринсли что-то похожее. Кто-то в кластере отвечает за сохранение и выдачу информации, кто-то занимается мелкими вопросами. И всегда есть главный, с которым ты и разговариваешь. Только говоришь ты не только с ним, а сразу совсем кластером. Ну, как с одним разумным. По крайне мере мне так легче думать. А обмен информации у них происходит через те самые усики. Прямой контакт внутри устойчивого кластера не требуется, но нужно быть очень близко друг к другу. По моим наблюдениям метров пять, может чуть больше. А между кластерами чтобы обменяться, например, выученным языком, нужен как раз непосредственный контакт этими самыми усиками. Между старшими.

Нэстэ выскочила на ноги и пошла на встречу вынырнувшей из леса тройке ринсли.

– Распределённый разум. – Пораженно пробормотала Дарина. – Это же настоящий биокомпьютер получается.

– Во, влипли. – Лика тоже не скрывала растерянности, наблюдая за трескучим общением Нэстэ с новыми гостями лагеря. – Девочки. Все записи с ликал касающиеся общения с ринсли фксируем в архив для отчёта. Чую я, Дворцовые мнемики нам покажут биокомпьютер. Во всех красках и глубине восприятия. Причем как в распределенном, так и в собранном виде.

– Принято, командир. А Нэстэ? Она и на занятиях то все время забывает о правилах записи.

– Её отвлекать не будем. Я попрошу у неё открыть мне доступ. С её ликалы архивируем все без разбора. Для страховки сразу на все ликалы. Кто её разберет, что она раскопает под очередным пеньком в этом лесу! Приехали погулять называется.

– Ты запись нашего разговора оформи отчетом для мнемиков и сбрось по внешней связи вечером. – Посоветовала Дарина. – Может дадут какие инструкций нам. А то как-то неуютно. Если они могут обмениваться информацией между собой, получается, что весь лес может быть компьютером. А мы внутри него сидим.

– Идея. – Кивнула Лика. – Только шифровать придётся внутренним кодом нашей пятерки.

– От парней?

– От слишком любопытных. – Вздохнула Лика. – А парням все придётся при встрече рассказать. Они тоже влипли с нами по самые уши.

– Или хвосты. – Хихикнул кто-то из девочек.

– Чуть вышли за рамки обычной рутины, и у Нэстэ опять сюрпризы. – Завистливо заметила Дарина. – Вот как ей это удается?

Отец зачем то вызвал ее после обеда. Её высочество на всякий случай припомнила все грехи своей Гекаты за последний месяц, но ничего такого не пришло в голову. Все как обычно. Регулярные набеги на кухню, мелкие разборки в городе и на границах. В последние годы девочки совсем заскучали. В Столице даже пришлые наемники больше не пытались забирать гекатесс, шастающих в Бездну на прогулку и поголовно проходящих подготовку по курсу ближнего боя с негуманоидными расами. Хотя оно и понятно, идиоты в той среде не выживают. Так что оставались только не совсем умные отпрыски из знатных семей. Другие семьи с претензией к императору не попрутся. Но в том то и дело, что сейчас даже от туда ничего в голову не приходило.

Рианна переключилась на экспедицию. Но у Нэстэ вроде все тоже без происшествий. Лика даже какой-то отчёт состряпала для отдела мнемиков, в дополнение к обязательным докладам. Девочки с утра и отправили. Она мельком глянула, что-то там про компьютеры. Не интересно.

В кабинет отец вызвал её почему-то вместе с Санирой. Что совсем уж странно. Возможно это действительно что-то касаемо того отчёта. Получается, Нэстэ опять куда-то влезла.

Девушки вошли в кабинет как положено, по этикету. Но обнаружив стоящего около отцовского стола старшего мнемика, сразу расслабились. Встреча неофициальная. Посторонних нет и особенно напрягаться незачем.

– Садитесь уже. – Отец только отмахнулся на их приветствия. – Можете объяснить, как это вам удаётся всякий раз на уши ставить научные институты империи?

– А что мы сделали? – Девушки с искренним недоумением переглянулись.

Но Рианна вдруг вспомнила, что проигнорировала утром червячок сомнения в душе, требовавший потратить время на просмотр того пресловутого отчёта.

– Ваше высочество. Ну как можно замалчивать такие вещи? – Вместо императора тоскливо простонал мнемик. – Почему о подобных открытиях отдел узнаёт только, когда ваши гекатессы уже недоступны для полноценного общения?

Возмущенная речь графа Дарниа подтвердила опасения Рианны. Видимо Санира тоже сообразила о чем именно пошел разговор. Конечно, она-то прочитала отчет более внимательно. Только видимо не сочла нужным обращать внимание принцессы на них.

– Да вроде у них ничего особенного не происходит. – Осторожно заметила Санира, давая время старшей немного сориентироваться. – Лика бы сообщила.

– Не происходит? Да все, что происходит с вашей Нэстэ надо под лупой разглядывать, под микроскопом. – Возмутился отец, глядя на Рианну. – Ты знала об особенностях общения этих ринсли?

– Ну, она рассказывала. Тройки пятёрки, необычно, но ничего особенного.

– Рианна! вам же дают лучшее обучение в империи! Ты не можешь не знать о проблеме совмещения электроники и биологического мозга.

– Папа, ну естественно знаю. Разработки ещё до триады основателей начались. Ошейники с нерошунтами из этой области. Но причем тут это?

– Ошейники и даже нейронное управление, это задача прошлых лет. – Вздохнул граф. – А попытки полноценного интерфейса с возможностью совмещения возможностей биологического мозга и компьютера с тех пор так и топчутся на месте. Вставить чип или, как у вас, ликалу в организм можно. Но, к примеру подключить базу данных дворца так, чтобы она воспринималась человеком как обычная собственная память, найти способ так и не смогли. Мозг любого разумного попросту отторгает чужеродную информацию, вплоть до гибели носителя. Гекатесса Лика, по сути, сообщает, что обнаруженная раса является природным биокомпьютером, со всеми его атрибутами и функциями.

– Но они же не телепаты!

– Нет. Телепатия, если даже и возможна, слишком энергозатратная способность. Способы общения и обмена информацией, это для нас не такой уж важный вопрос. Главное, сложившаяся структура и алгоритмизация улья, как единого информационного организма.

– И что? Вы собрались забрать ульи как какие-то новые компьютеры?

Граф даже поперхнулся от такого вопроса.

– Нет, конечно! Отбрасывая в сторону все законы и этику, это просто невыгодно. Я успел уже навести справки. Ринсли полностью зависят от единственного вида пищи. Пыльцы водных растений. Причём от конкретного вида, который больше нигде не растёт. Изменение обстановки может пагубно повлиять на сложную систему самоорганизации улья. Феномен природного биокомпьютера необходимо изучать на месте.

Граф невольно бросил взгляд на императора и неуверенно закончил:

– И единственный, кто может полноценно общаться с таким ульем, и даже пользовался его возможностями это гекатесса Нэстэ.

– Ну, уж нет. – Возмутился тот. – На эту девочку даже не рассчитывайте. В этом мирке для её охраны придётся выставлять целую объединенную армию.

– Там есть два племени, граничащие с территорией ринсли. – Заметила Рианна. – Их вожди вроде как наловчились в последние годы с общаться с бывшими с этой расой.

– Вот их и используйте. – Подхватил идею император. – В конце концов, империя достаточно оплачивает научные разработки. Вполне хватит для организации выездного института. Если потребуется, привлекайте учёных других государств, из числа союзных империй. Вот, как раз и глава союзной гекаты перед вами сидит. И даже вполне официальный будущий член совета контакторов. Чем не посредник для организации такого института?

Рианна ошарашено переводила взгляд с ехидного отца на загоревшегося надеждой графа.

– Я?

– А чем не практика для тебя и твоей гекаты? У тебя и полный штат готов, и прямые выходы на представителей союзных империй. Причем в обход дипломатических каналов. Думаю Листард спорить не станет.

Вот в этом Рианна не сомневалась. Магистр не только спорить не станет. Он ещё и дополнит нарисованные перспективы чем-нибудь особенным.

В деревне эрасов

Возвращение из леса спустя несколько дней в местное поселение позволил девушкам немного расслабиться.

– По меньшей мере, теперь не приходится думать о том, что каждое твоё движение или слово записывается на вечные времена. – Прокомментировала Лирна.

– Точно. И помыться нормально, не думая об этих кувшинках. – Поддакнула Лирна.

Вся пятерка, в компании остававшихся здесь сестёр устроилась на завалинке, на краю села и с любопытством наблюдала за бесплатным представлением. Его начало, как обычно, Нэстэ дала неожиданно для всех.

Нет, Лика знала, что Нэстэ недовольна местным вождем. Ее угрозу " поговорить" она восприняла как аллегорию. В день их прибытия в селении Алхао не было. Вождь местного племени вернулся с охоты только на следующее утро. И первое, что сделала Нэстэ, это с ходу атаковала растерявшегося молодого парня. Сейчас перед нею едва ли не вытяжку стояли пять молодых образчиков из расы эрасов, сданных своим вождем на милость их разошедшейся сестренке.

– Вот что за несправедливость – Комментировала Дарина происходящее. – Ее пятерка все это время провела в селении, обеспечивая прикрытие троп, ведущих в лес. – Когда кто-то из нас повышает голос на этого самоуверенного вождя, тут за ножи хватается половина охраны. А Нэстэ лупит его почём зря, и половина охраны смотрит в небо, другая что-то высматривает в лесу. Ну прямо звездочеты с ботаниками.

– Нэстэ тут оказывается демоноборец. Ей можно. – Флегматично отметила Лика.

– И что здесь происходит?

К их компании приближалась только что прибывшая Санира. Собственно из-за неё они и вышли из леса. По связи передали большой сбор.

– С прибытием. – Приветствовала Лика, остальные лениво помахали ручками.

Осмотревшись, Санира завладела местным сосудом с каким-то напитком и тоже присела рядом.

– Так что за представление?

– Воспитательная беседа с местной наглой молодежью. – Просветила Лика, не уточняя, что воспитатель на пару лет младше своих воспитанников. – С вождем, что тут всех распустил, наша Нэстэ уже закончила. Он эти разворошили целую заводь в озере нашей новой щелкающей подруги. О, уши вход пошли.

Санира судорожно закашлялась не сводя взгляда с происходящего. Нэстэ действительно схватила за круглое ушко рослого парня и теперь нещадно трепала его. Его соседи при этом поспешно отступили на полшага и не вмешивались.

– Это что, здесь так принято?

– Нэстэ не знаешь? У неё всегда принято все что она делает.

– А если не принято, смотри пункт первый. – Хмыкнула Дарина. – Этот парень ещё тот…. В селении девчонкам от него совсем житья нет.

– А почему он не сопротивляется? – Продолжала допытываться прибывшая.

– Так говорю же, демоноборец. С такой драться себе дороже. Она же одной палкой целого вождя укладывает. Даже без помощи Лео. Лучше пожертвовать ухом.

– Вождя?

– Конечно. Кто же кроме всесильного демоноборца может справиться с целым вождем? Только тот, кто имеет отношение к богам и может противостоять демону. Так что лучше уж перетерпеть. В конце концов, получить трепку от демоноборца не зазорно. А начнешь рыпаться, ещё и пристукнет ненароком.

– Или ниахару вызовет, чтобы самой руки не марать. – Опять добавила Дарина.

– В общем, психологический приём по установлению и укреплению контактов в действии.

– Что же это за прием? Название имеет? – Санира уже откинулась по примеру сестер по гекате и с удовольствием потянула из трубочки сок. Все таки несмотря на утреннее время, было жарко.

– Да откуда я знаю! Это Нэстэ у нас на спецкурс проходит вместе Рианной. Может там такому учат.

– Я знаю, как этот приём называется. – Заявила Дарина и оставила пустой сосуд. – "Проехаться по ушам". Её личное изобретение и логичное продолжение приема "палкой по лбу".

– Представляю, как этот приём будут наши дипломаты изучать. – Рассмеялась Лика. – Санира, чего тебя прислали-то? Это связано как-то моим докладом?

– Ещё как связано. – Проворчала Санира и с не без злорадства добавила. – Просили передать тебе выговор за беззаботность. Посылать такие вещи по связи это верх халатности и все прочее. Прочитаешь в приказе.

– А-а-а…?

– И благодарность, что зашифровала сообщение и посылала только по линии Гекаты. Об этом тоже прочитаешь там же. В Столичном дворце выразили надежду, что ты предупредила всех не афишировать очередную "забывчивость" Нэстэ.

– Ясно. Предупрежу Шиисана. – Сориентировалась Лика. – Ребята Дино с другой стороны леса и по его линии информацию отправлял этот хвостоногий. Это все, с чем тебя прислали?

– Не-а. Сюда сейчас организовывается отряд из светил программирования компьютерных гениев, мнемиков, ну и прочей научной дивности. Филолог тут уже есть. Если коротко, здесь будут организовывать маленькую научную станцию с целью изучения обнаруженного феномена. От нас требуется обеспечить максимальную лояльность местного населения, в первую очередь вот этих племён и контакты с главами ульев. Для этого тут организуется целое дипломатическое представительство. Ну а организация, обеспечение контактов и поддержка, включая силовую, персонально на тебе.

– На мне? – Опешившая Лика кинула недоуменный взгляд в сторону продолжавшей бушевать Нэстэ.

– Не, нашу сестричку сверх намеченного времени тут задерживать не планируется. Даже не надейся. Никто из империй не выразил горячего делания выставлять сюда маленькую армию. А если шнатлии вычислят её местонахождение, таковая потребуется. Так что у тебя на непосредственное участие Нэстэ два месяца. Уже меньше. Потом только консультации по связи.

– А ты? Почему тебя не заставили возглавить все это?

– Объясняю. – Напустила на себя важный вид Санира. – Во-первых, ты у нас специализируешься на личной охране Рианны и всей гекаты. Это автоматически предполагает знание тонкостей организации официальных представительств как общих, так и частных. И ты уже проходила стажировку в нескольких посольствах. Так что у тебя есть соответствующие знания и понимание поставленной задачи. Кроме того, из всех нас, у тебя самый богатый опыт неформального общения с неорганизованными аборигенами, полученный во время сопровождения Нэстэ.

– Чего? – Выпучила Лика глаза. – Наши выезды к куакшам, хорнам и прочим, теперь так называется?

– И это тоже. Но вообще-то речь шла о вашем марш-броске к предтечам, кроме того, извини, но по последним данным, ты у нас теперь квадро. И четвёртый цвет у тебя соответствующий.

– Надо поменьше находиться в компании Нэстэ. – Пробормотала девушка. – Еще один два цвета меня точно лишат оперативной работы.

– Ну, вот и возможность представилась. – Великодушно кивнула Санира и покосилась на смеющихся подруг. – Вы не смейтесь. Личная пятерка остаётся в распоряжении Лики на весь срок практики.

Лика не без удовлетворения скосилась в их сторону и спохватилась.

– Так почему все-таки не тебя? По части структуры официальных представительств и прочего мы вместе занимается. А уровень теоретической подготовки у тебя повыше будет.

– Сказала же, здесь соберутся светила компьютерных наук и мозгоправы. Я буду стажироваться с ними. – Надулась Санира. – Если получится, пойду в местный улей.

– Скажи лучше, что отвертелась. Честнее было бы.

– Ну, так неинтересно. – Отрицательно замотала та головой. – Надо же сделать так, чтобы у тебя не было возможности все на меня переложить. Но так и быть. Разведка в инфосети и анализ внешних угроз по-прежнему на мне.

– Толку-то! – Почти взвыла Лика. – Мы то тут застряли хорошо если не на полгода.

– Побольше. Все местное представительство будет из консула и его помощника. Кандидатуры пока определяются и должны будут пройти утверждение у Листарда и получить полномочия от остальных государств союзных гекат. Представляете, до чего дошло? Общее представительство на четыре империи.

– Твою ж… – Схватилась за голову Лика – Это получается, консул сюда прибудет на все готовенькое. А вся грязная работа на нас сваливается.

– Так вам это за практическую стажировку зачтется. Лика, твоя пятерка будет первой из всей Гекаты.

– Тьфу. Только этого мне не хватало. Это же значит, что нас ещё и преподаватели контролировать будут! А ты хорошо устроилась. Любимые игрушки, да и профессора все под боком.

– Не без этого. – Санира и не думала смущаться.

Впрочем, как и остальные девчонки обижаться. В меру свободного времени Санира все равно примет участие в деятельности Гекаты, и в любом случае прикроет сестёр на разного рода прорывах. Просто розыгрыш получился у неё очень уж удачным. И отплатить в ближайшее время у них не получится.

– О. Закончила. – Прокомментировала Санира, приближение Нэстэ.

За её спиной как то незаметно исчезли провинившиеся, во главе с вождем племени.

– Насть, может тебя надо как-то по особому приветствовать? – Весло поинтересовалась Санира, глядя на подругу.

– Не поняла?

– Ну, ты тут оказывается тоже что то вроде вышестоящего. Даже вождей полбу безнаказанно лупить можешь.

– Я и тебе могу дать, если будешь цепляться. – Нэстэ не совсем грациозно плюхнулась на бревнышко рядом с подвинувшейся Ликой и с благодарностью приняла сосуд с напитком. – Вот что здесь хорошо, так это соки.

Зажмурившись, она сладко потянулась. Рядом подобрался Лео, пристраивая голову на ее колени.

Санира с любопытством отметила опасливые взгляды ближайших зрителей из местных.

– Тебя тут боятся.

– Больше Лео. – Возразила та. – А когда я тут появилась, так и вовсе чуть не ципочках ходят. Раздражает.

– Ты круто с ними.

– А нечего шкодить. Еще и этот Алхао, вождь недоделанный. Сразу бы разобрался со своим молодняком, уже и забыли бы о том происшествии. Так что случилось-то, что даже по закрыто связи не захотели говорить.

– Ты у нас случилась. – Вздохнула Лика. – Причём давно.

После повторного пересказа и небольшого уточнения деталей, Нэстэ некоторое время осмысливала информацию. А потом пожала плечами.

– Почему бы и нет. Но ринсли отсюда нельзя трогать, не разобравшись с их питанием. От него зависит все.

– В смысле?

– Да так же как у пчел или других насекомых с подобной организацией. Пыльцу в чистом виде потребляет только молодняк. Это так сказать базовый уровень, из которого вырастают рабочие, эрлины. И то не все. Если требуется рабочий для действия на удалении от улья, ему ещё на стадии личинки начинают подмешивать в пищу пыльцу других сортов в строго дозированном виде, иначе он может и не выжить. Когда нужна ведущая в кластере, личинкам лают смесь пыльцы из нескольких сортов этого лотоса. Некоторые сорта растут в удалённых озерах и контролируются конкретными ульями. У нашего улья очень выгодное положение в этом плане. Через его территорию проходят транспортные пути всех видов пыльцы. А ещё есть смеси для развития памяти, ускоренной передачи и ну много чего ещё. Разведчиков выращивают даже способными питаться обычной травой.

Нэстэ недоуменно посмотрела замерших подруг. Санира даже рот приоткрыла, выслушивая ее лекцию.

– Откуда информация?

– Да Акриимина мне экскурсию по яслям как-то устроила. Эти ситачиты ведь куда угодно лезут. А ринсли с ними трудно справляться. В ульях часто доходило до закрытия пораженных помещений вместе с личинками. С этого наша дружба и началась можно сказать. Я им ловушки показала. Дала кое-какие советы. Например, перекрыть нижние проходы водой по принципу боров. Ситачиты умеют, но не любят плавать. А нырять не могут.

– Т-ты была в улье? Он же маленький. – Осторожно поинтересовалась Лика.

– Ты видела только надземную его часть. Это входные тоннели маленькие, ну и второстепенные. Внутри они расширяются, чтобы рабочие могли в несколько потоков передвигаться и не мешать друг другу. А центральные тоннели и вовсе как путепроводы в городах. Для нас неудобно, потолок низкий. Но ходить можно, если голову пригнуть. Вот по второстепенным тоннелям или там, в блоках для сна, иногда и на четвереньки приходится опускаться. А в яслях так и вовсе настоящие гроты. Личинкам постоянный поток воздуха нужен.

– Лика, составишь компанию, чтобы ей полбу дать. – Поинтересовалась Санира. – А то у меня с этим дипломатическим приемом сложности могут возникнуть.

– Палкой? с удовольствием. Надо ещё Шиассана позвать.

– За что? – Возмутилась Нэстэ.

– Ты раньше рассказать не могла.

– Да кому это интересно? – Искренне удивилась Нэстэ. – В роевых образованиях такая структура улья вообще норма. Чего тут рассказывать?

– Точно надо палкой приложить. – Вздохнула Санира, обречённо хватаясь за голову. – Это же мне теперь отчёт делать еще до прибытия профессоров.

Лика довольно хлопнула её по плечу.

– Квиты. Нэстэ за меня отыгралась. Будем вместе теперь над бумагами сидеть. Среди прибывающих хотя бы энтомологи есть?

Ответом был только обреченный стон.

– Нэстэ, ты хоть структуру улья сможешь рассказать. Хотя бы в общих чертах.

– Да запросто. У них там все стандартно. Центральный тоннель, переходы на уровни, рассечки по блокам.

– А с чего это тебе все показали? Так доверяют?

– Ситачиты такие твари, что любой крысе фору дадут. В любую щель пролезут. Когда я только пришла, они и до ульев добрались. У Акримиины была проблема с яслями. Очень ситачитам личинки по вкусу пришлись. Сами они в яслях вести боевые действия не рускуют. Вот она и попросила меня помочь. – Нэстэ жалостливо вздохнула. – Лео в улей не пустили. В боевом режиме ему там совсем не развернуться. Пришлось все самой делать. Там ведь не только выбить ситачит надо было. А ещё и с ловушками определиться. Чтобы они могли их изготовить и расставлять уже без меня. В общем, пришлось повозиться. Я у Акримиины все облазила. Вы бы видели сколько паутины на себе вытащила. Зато потом они помогли мне с поиском гнезд на поверхности.

– Ты была не только в улье Акримиины. – Пришла к выводу Санира. – Ведь зачистка шла по всему лесу и прилегающим степям.

– Ага. Я когда поняла, что под землёй каждый улей все равно, что целый город, так по началу думала что здесь и останусь. Но все проще оказалось. Ульи у них стандартные. Даже направления и ширина тоннелей одинаковая. Различия в мелочах и зависят от конкретных условий расположения. Я три улья облазила, пока убедилась в этом. И ещё несколько только посетила, чтобы убедиться, что все так, как решила. А потом только проверяла расстановку ловушек. Ну и собирала добычу. Ринсли мне черёпушки оставляли от пойманных тварей.

– Так вот почему ты никуда не торопишься. – Прищурилась Лика. – А я все удивлялась, чего ты все время проводишь рядом с лагерем. Только пару засад сделала.

– Гнезда надо брать целиком. Чтобы выбить сразу весь молодняк. – Нэстэ пожала плечами. – За одиночками гонятся не имеет смысла. Ринсли ловушки обновили. Как готовить черепки для сдачи в Заказчику знают не хуже меня. Вернёмся, я проинспектирую улей Кзисты. Она просила на всякий случай глянуть. Если что, внести изменения. Ну и ещё три соседних посещу. На их землях похоже тоже несколько гнезд обосновалось.

– Она посетит! Вы слышали? Сюда толпа научников прибывает. Надеются, разве что взглянуть на входы в улей. А она просто так забегает. Записи есть?

Санира не скрыла разочарованного вздоха, когда Нэстэ отрицательно помотала головой.

– Ну откуда я могла знать, что это важно? Я же тогда в бегах была. Ни о чем другом не думала.

– В бегах. В таких бегах, что Литарн локти себе кусает всякий раз, как узнает об очередных твоих побегах. – Проворчала Лика и потянулась. – Связи-то сможешь передать. Или ринсли только с тобой будут разговаривать?

– Да без проблем. Матки вообще большие любительницы хорошей компании. А Кзиста, к кторой посоветовала отвести профессора Акримиина, увлеклась чужими языками. Она даже специально вырастила переводчика с правильным голосовым аппаратом. Только его учить еще надо. Профессору действительно будет с нею интересно. Пока ещё такой переводчик вырастет у Акримиины.

Санира с Ликой медленно выдохнули под смешки сестёр и недоуменно-наивный взгляд Нэстэ.

– Нет. За это пусть с нею разбирается профессор. Он, бедолага, тут уже третью экспедицию кукует. А записал всего несколько кодовых фраз. – Решила Лика. – А мы в тренировочном круге за все остальное поговорим.

Нэстэ заулыбалась. Такие моменты в гекате она очень любила. Может быть, даже именно из-за них в самом начале и осталась. В Бездне хорошая охота конечно. И Лео лучший напарник. Да только не с кем шутками перекинуться и партнёров для тренировок не сыщешь.

Первая группа разумных, чье имя в научных кругах не последним, прибыла уже в конце недели. И спешка объяснялась очень просто. Дэйлл Линески, Профессор университета вычислительной техники, спешил опередить коллег из конкурирующих организаций. И дело даже не в том, что сюда планировали прибыть аринольцы, кашьяти и змелюды. На иной конференции не всегда увидишь такой набор знаменитостей.

Только таинственная девочка из Гекаты принцессы, о которой все знают, но с которой все время случаются всякие приключения, была одна. И он, Линески будет первым, кто пообщается с нею на столь интересную тему как природный биологический компьютер.

Арден по своим причинам только поддерживал в этом стремлении своих ученых. Представительство на месте открывалось под контролем Арден. А то, что делается это с участием Гекаты члена совета контакторов и её союзников, ничего не меняло. Союзные государства хорошо. Но лучше пусть они обращаются с заявками в представительство Арден, чем наоборот.

Лика в первые же дни организации представительства прокляла все. Доставка мобильных помещений, договорённости с вождями племён насчет территории. Разговоры о снабжении. Даже проблема обслуживающего персонала. Местные жители имели очень смутное понятие не то, что о личной гигиене. Но даже о простой тряпке. Допускать их до бытовой техники было страшно даже самым беспечным девчонкам. Санира попыталась помочь. Но быстро завязла в своей переписке. Еще не прибывшие профессора и доктора наук требовали как можно более подробные отчеты.

Нэстэ снова ушла в лес. Теперь уже под прикрытием пятерки Дарины. Из-за изменивщихся планов пришлось уменьшить её личное сопровождение. Девочек не хватало, даже с учётом взявших на себя внешние периметры змеелюдов и Кашьяти.

Тот же Шиассан, молодой серпентинид впервые вышедший в дальний поход, только головой качал, наблюдая за все этой суетой.

– Я думал, это нас гоняют в академиях. Но я и половины не понимаю из того, о чем вы тут на совещаниях говорите. – Сетовал он в редкие часы спокойного отдыха.

– Тебе легче. Ты только слушаешь. – Вздыхала в ответ Лика. – Я половину не понимаю из того, что обсуждаю и даже делаю. Вот же в ляпались. Свозили сестренку на охоту, развеялись, называется.

– Гекатесса Санира, это очень неудачно, что мы не можем переговорить с гекатессой Нэстэ. – Тяжело вздыхал профессор Линески, в день прибытия.

Личные вещи ещё кучкой лежали посередине небольшой комнатки для совещаний. Прислугой представительство ещё не обзавелось. И разносить их по комнатам ученым придётся самим. Да ещё комнаты выделяются по одной на троих. Но этот ничего. Все знали куда ехали. А не нравится, есть палатки. Гекатессы проживают именно в них. Так что претензий не кому предъявлять.

Но вот известие об ушедшей в лес девушке было неприятным сюрпризом.

– Что поделать, профессор, у Нэстэ есть свои обязательства перед гильдией охотников и перед ульями. Она просила передать свои сожаления, что не смогла встретить вас.

Про себя Санира сильно сомневалась в последнем. Уж очень поспешно смылась сестричка, сразу как стало известно о дате прибытия этой группы ученых.

– А связь? Ведь у вас есть связь с ее группой?

– С ее отрядом существует ограниченная связь для служебного пользования. Сеансы связи проводятся по контрольным срокам утром и вечером. Для постоянного канала связи мощности ретранслятор не хватает.

– Но это же совсем плохо. Кто сведет нас с маткой улья?

– Лика неплохо знакома с Акримииной одного из самых сильных ульев. А профессор Жварнери сейчас общается с Кзистой, маткой улья, расположенного много западнее от нас.

– И где он?

– В лагере, около улья. Отсюда три дня пешего перехода.

– Катастрофа. – Тихо выдохнул кто-то из прибывшей группы.

– Хорошо. Но ваш доклад. Откуда столько информации? И такая детальность.

Санира только глаза отвела. В доклад не вошло и половины того, что она успела вытащить из Нэстэ за те несколько дней, что было до ее побега в лес. На правах гекатессы и просто подруги, она вытягивала из нее информацию даже ночью.

Благо опыта таких спонтанных допросов было хоть отбавляй. Нэстэ слишком многое считала обыденными вещами, не заслуживающими внимания слушателей. И в гекате давно приучились выслушивать очередную историю, выискивать в ней непонятные моменты и задавать вопросы. Нэстэ поначалу сильно злилась, а потом привыкла и даже принимала этот как развлечение.

Результаты этих вечерних и даже ночных посиделок и ложились в отчёты, что Санира выслала своему руководителю научной группы. Да только в нем было не все. И о том, что Нэстэ не собирается игнорировать свои обязанности охотника там тоже не было.

Лика со своей пятеркой на этот счёт только тоскливо вздыхали каждый вечер. Кто развлекается, охотится на тварей, а кому-то бумажная работа, переговоры и разборки с приезжающими.

Без Нэстэ нормальной охоты на ситачит не получилось бы. Ниахары хоть и признавали гекатесс, но относились ко всем как к младшим. Взаимодействие под руководством Нэстэ или Рианны пожалуста. А вот полноценного общения на охоте? Это уже не из этой серии. Тут ниахара ничьего главенства не признает.

Да и вообще. Лео в принципе не желал оставлять Нэстэ одну вне логова, за которое считал территорию гекаты. И нервничал, даже если не видел её несколько часов. Никакая эмпатическая связь тут не выручала. Давний урок по разрыву связи только разрастался.

С Бариком было легче. Всё-таки он с детства с гекатой. И спокойно переносил разлуку с принцессой, особенно если рядом был Лео. Так что без Нэстэ зачистка территории от ситачит была неэффективной. Но если честно, их сестра по гекате немного лукавила в этом вопросе. Ей хватило филолога, который пока не был представлен Кзисте сосредоточился на ней.

– Гекатесса Санира, то, что вы не стали давать по инфосети всю информацию, это наверно хорошо. – продолжал нудить Линески. – Служба теней меня предупреждала об осторожности. Но теперь мы здесь. И прежде чем выдвигаться к улью, мне необходимо ознакомиться со всем собранным вами материалом.

Санира только простонала про себя. Рабочие записи ещё не были полностью обработаны. Ей предстояло давать устные пояснения по ходу этого "ознакомления". И материала было много. Его поставляла не только Нэстэ, но и племя, точнее его молодой предводитель. По совету Лики и не без содействия Нэстэ, она постаралась по максимуму использовать парня. В конце концов, до появления Нэстэ, в племени ринсли считали чем-то вроде мелких демонических пакостников. За несколько лет налаживания контактов с соседями, парень набил себе множеств от ошибок, которых хотелось бы избежать. К тому же он выработал своеобразный алгоритм действий, прототип будущего дипломатического этикета с необычной расой.

Санира с тоской покосилась за спину раздосадованного профессора. Его помощники уже копались в этих записях и судя по старательно высунутым языкам и количеству пометок, разговоры будут долгими. И привлекать к ним первоисточника в виде вождя, рискуя вызвать его раздражение, Лика сейчас не даст. Санира бы точно не дала. Благоприятные отношения с местными племенами для организации представительства сейчас были много важнее.

Мимо без спешки про скользнул Шиассан. Вот кому можно было позавидовать. Молодой воин из отряда змеелюдов мог позволить себе наслаждаться жизнью. Он даже взялся принимать от ринсли черепушки ситачит. Обновленные и отремонтированные ловушки Нэстэ медленно, но верно делали своё дело. Нэстэ немного изменила схему расстановки, сконцентрировавшись перехвате тварей идущих от границ леса к улью. Ринсли очищали ловушки и готовили "отчетный материал" в качестве оплаты её помощи в ульях. Шиассан взял на себя роль приемщика этой своеобразной платы за помощь Нэстэ. Тем более, что добыча была не слишком большая. Твари все же не успели сильно распространиться с прошлой зачистки.

Вздохнув, Санира грустно сосредоточилась на ворчании профессора.

Территория Улья Крихши

Полевой лагерь как обычно был разбит на берегу озера и представлял собой всего три палатки с тщательно обустроенным костром в центре, над которым раскинули полог. Крихша, матка улья, до которого пришлось добираться почти трое суток, немного отошла от сложившегося у ринсли традиционного порядка и предоставила им в помощь трёх рабочих.

Для Дарины выучить небольшой блок стандартных сигналов, которые те могли адекватно воспринимать, было не сложнее чем изучить различные системы неязыковой связи. В случае языка ринсли, самым сложным оказались запахи. Эти "кузнечики" большим развитием обоняния использовали запахи как составную часть своего языка. И если с кластеры сами учитывали эту особенность разговора с чужими, то рабочим приходилось все время напоминать о его отсутствии. Для чего кластер из улья Крихшы даже разработал и внедрил специальный сигнал.

Дарина с грустью покосилась на маленькую коробочку, не очень удобно пристроенную на поясе. Семантический анализатор. Прибор, вроде как предназначенный для изучения и анализа любого неизвестного языка. Его изобретатели утверждали, что, что при наличии ста-двухсот базовых фраз, приборчик способен самостоятельно выработать алгоритм для уровня бытового общения.

Насколько Дарина помнила из соответствующего курса, с некоторыми оговорками с этим соглашались многие специалисты. Этот прибор в разных вариациях был во всех исследовательских экспедициях и ни разу не давал сбоя в оговоренных рамках. Он был способен распознавать язык жестов, языковые танцы куакш, свист птичьих рас и много чего ещё.

Профессор Жварнери был сильно удивлён, обнаружив, что эта коробочка наконец-то столкнулась с исключением из правил. Трескучие звуки ринсли, тесно замешанные на жестикуляции едва ли не всех конечностей, до последнего усика, ещё кое-как воспринимались этим изобретением. Но замес на запахах превратили язык кузнечикоподобных в коктейль, на котором коробочка поперхнулась. Причём в буквальном смысле.

Профессор сейчас сидел на территории улья Кзисты и похоже, не собирался вылезать оттуда. Увлеченный филолог это явление то ещё. Матка улья, внезапно увлекшаяся филологией и дорвавшаяся до учёного, была не лучше. По словам Нэстэ, она даже связываться с соседями почти перестала. Но за ней все-таки присматривали её подданные, или подчиненные, как кому нравится. А вот профессор точно мог довести себя до голодных обмороков. Так что сестренке по гекате Альсе, обеспечивавшей там работу с ловушками тварей в том секторе, было поручено следить еще и за этим ученым.

Дарина задумчиво посмотрела на водную гладь.

Искупаться что ли? Им всегда отводили небольшую заводь, где можно было свободно поплавать. Как этого добилась Нэстэ, она не знала. Но вода в отведенных местах хорошо прогревалась уже к полудню. И оказывалась, как правило, проточной. В других местах озер хозяева ульев просили не купаться.

Дарина протянулась и начала стаскивать с себя рубашку. Жарко, до невозможности. Девчонки в лесу совсем спарятся в засаде, пока Барик с Лео нагонят стаю обнаруженных тварей.

Нэстэ вот сейчас хорошо. Конечно, если она говорит правду, и в ульях действительно сохраняется прохлада.

За спиной раздался стрекот кодовой фразы. Один из приставленных к лагерю рабочих доложил о выполнении порученного задания.

Дарина обернулась и окинула взглядом кучу притащенного хвороста. Понятие много-мало тоже было относительным для ринсли. Рабочие были способны поднять и тащить полтора своих веса. Собственно для них вместо абстрактного "много" было скорее понятие "поднять". Смог поднять и нести, значит так "мало", не смог – "много".

Дарина тяжело вздохнула сообразив, что дала команду принести пять охапок дров, думая о человеческих руках.

Теперь рядом с кострищем возвышалась внушительная кучка сушняка дня на три. А рабочий не терпеливо переминался на лапках в ожидании ее вердикта. Одобрение для него означало поощрительный колобок пыльцы в улье. Не обычной еды для рабочих, а что-то вроде лакомства.

Дарина подала сигнал одобрения. Бедняга же не виноват, что ему в начальники достались такие инвалиды, не способные нормально поставить задачу.

Внушительных размеров кузнечик радостно стрекотнул в ответ, и заторопился по тропинке к улью. Обратно он вернётся уже через час. Довольный и сытый.

Два других приставленных помощника копошились с другой стороны лагеря, разбираясь с мусором. Если так пойдёт дальше, они совсем тут обленятся. В гекате никогда не было слуг. Роботы были. Но не в полевых же лагерях!

Впрочем, эти трое чем-то напоминали таких роботов. Только слишком многофункциональных, но с корявым управлением. Но отказаться нельзя было. Нэстэ сказала, что матка улья может обидеться. Все же специально для них отбирали этих малышей. А потом подруга проговорилась, что таким образом им стараются не дать лишний раз шастать по лесу там, где не положено.

Кроме того, те самые вкусности, которые они зарабатывали, переводили их на рацион "прогрессирования". Как знать, может через несколько лет из этой троицы выйдет неплохой кластер. Вот темно-зелененький явно демонстрирует задатки переговорщика. Все время рядом и даже пытается выступать посредником для двух других эрлинов. А тому, что с желтизной на спине можно подавать отложенные команды и быть уверенным, что он не забудет.

Дарина закатила глаза к небу. Профессор Жварнери все же смог навязать ей свою просьбу. Наблюдать и фиксировать особенности поведения этой расы. Ему-то такой привилегии, как персональные работники по лагерю не предоставили. А те, что иногда появляются там, всегда разные. Какое уж тут систематическое наблюдение. Подступиться к Нэстэ он не рискнул. Понаблюдал ее работу в улье Кзисты и согласился, что она тут и так чрезмерно занята.

Дарина все же развернулась и вошла в воду. До возвращения девочек еще успеет.

Она сделала несколько гребков и с удовольствием перевернулась на спину. Хорошо!

Не будь Нэстэ, уже бы наверно выла от скуки, сидя на практике в каком-нибудь офисе государственной службы. Санире хорошо, она с детства определилась со своим увлечением. Лике тоже неплохо. Хотя командир из неё просто отличный. А вот что делать таким не определившимся, как она. К информатике и производству интереса нет, научными проблемами не озаботилась, командовать выше пятерки не тянет. Она бы в младших какое-то время после учебы походила. Да ведь у виска пальцем покрутить будут. С таким образованием и тянуться перед кем-то. И вообще, кому нужен подчиненный, знающий и умеющий больше чем начальник. Только ненормальным принцессам, прошедшим ту же школу.

К берегу подбежал коричневый, прозванный так за полоску на спине соответствующие но цвета. Распознав в его стрекоте сообщение, Дарина перевернулась и послушно подгребла к берегу.

Девчонки возвращаются. Пора браться за дело. Чего не умели эльрины, так это обращаться с огнём.

Дарина весело пощелкала пальцами перед носом замершего коричневого и разнообразила для верности команду цоканьем языком. Как у Нэстэ ни у кого из них не получалось. Но как выяснилось, этого и не требовалось. Уровень кодовых сигналов эльрины великолепно распознавали в таком угодно упрощенном и даже искаженном виде. Можно быть уверенной, свежая вода рядом с кострищем будет раньше, чем она оденется.

Старые знакомые

Нэстэ как всегда появилась под вечер, и устало пристроилась около весело потрескивающего костра. Вкусный ужин и дружное сопение сестёр по гекате позволило немного расслабиться. А тёплый мягкий бок подлезшего под спину Лео повысил настроение до приемлемого уровня.

Она задумчиво осмотрела выжидающие взгляды подруг и улыбнулась.

– Я сегодня отработала дальние штреки. Они тут совсем заброшенные. Даже вода просачивается с потолка и сырости немеряно. Вот ринсли и ушли из этих помещений. И следить перестали. Самое лучшее, что можно придумать для ситачит.

Нэстэ вздохнула.

– Трёх детенышей вычислила. Ещё бы немного, и пришлось улей вычищать нацело.

– Ты здесь в прошлый раз не была? – Дарина протянула тарелку с добавкой.

Нэстэ с благодаря кивнула, перехватывая ложку правой рукой. Одними колобками пыльцы сыт не будешь.

– Нет. Тогда меня позвали только в улья, которые явно пострадали от тварей. Остальные должны были сами заняться своей защитой. Здесь кстати ловушки стоят, но на жилых уровнях. Даже мои инструкции соблюдены в какой-то мере. Только в прошлый раз у меня не было затопленных тоннелей. При рекомендациях по установке ловушек я воду не учитывала. Оказывается зря. Ринсли все сделали из тех материалов, что я использовала для сухих ульев. А некоторые породы деревьев легко портятся от сырости и устройства теряют эффективность. Эти детеныши могли преодолеть их ещё личинками. По крайней мере, парочку дохлых личинок внутри испорченных ловушек я все-таки нашла. Значит, в самом начале они действовали. И только потом вышли из строя.

– Ты хочешь сказать, их тут за эти годы вообще не проверяли?

– Почему? Те, что в жилых секторах осматривают и даже ремонтируют. А вот на заброшенные уровни не ходят. – Пожала плечами Нэстэ. – Матка и спохватилась потому, что один из этих подросших детёнышей засветился в центральном тоннеле.

– Как вообще эти твари оказались так глубоко? Они разве роют норы?

– Взрослые нет, не роют. А вот личинки закапываются в землю и довольно глубоко. В Бездне ими любят лакомиться некоторые птицы. Ну и сами личинки могут охотиться на всяких гусениц да червяков, которых чуют на очень большом расстоянии. Ясли ринсли просто клад для личинок ситачит. Но что хуже, им не надо возвращаться на поверхность для метаморфозы. Достаточно забиться в малопосещаемый закуток. И все, улей получает зубастого детеныша ситачиты, с которым взрослым ринсли уже не просто справиться.

– Устала? – Дарина сочувствующие посмотрела на подругу.

– Есть немного. Такое ощущение, что прошла километров десять. И все в полусогнутом состоянии. Эти боковые уровни добивают. В первый раз, девочкой, было много сподручней лазить.

– Поговори с маткой ещё раз. Может быть, она пустит все-таки нас? Ну, хоть меня или Линсу. Мы меньше тебя ростом.

– Ты же знаешь, Кзиста против.

– Ну, объясни ей, что нам надо поучиться делать эту работу. Не вечно же ты будешь здесь торчать. А нам теперь представительство посменно охранять тут. Поддерживать отношения с местными. В том числе и с ульями.

– А это хорошая идея. – Задумалась Нэстэ, не донеся ложку до рта. – Нет, правда. Только вы тоже временный вариант. Рано или поздно гекату заберут отсюда. Переключат все на организуемый институт и постоянного консула. Но к делу можно привлечь местные племена. Их дети с одиночной тварью легко справятся. Обучить их как следует и будет настоящая работа для местных племен.

– А когда вырастут?

– Так пусть обучают себе смену. – Пожала плечами Нэстэ. – Хотя бы число конфликтов с соседями уменьшится, уже польза. Ульи могут расплачиваться информацией, например, о местах где охота лучше всего в данный конкретный момент. А заодно приглядывать за территорией племён и их границами. Точнее оповещать вождей о возникающих проблемах. Так как присматривают они и так. Это выгодно обеим сторонам. Племена играют роль охранных периметров для ринсли. Ринсли будут разведчиками при племенах.

Дарина осторожно закрыла рот, чтобы не слишком громко щелкнуть зубами.

"Ну да, вот что значит правящая". – Сердито подумала про себя она. – "Между парой ложек каши за ужином придумала, как объединить местные расы в одно целое. И ведь что обидно. Опять не придала значения и после кружки травяного настоя уже забыла о своей идее".

Дарина бросила взгляд на Линсу. Но той напоминаний не требовалось. Соответствующие комментарии к записи разговора для отдела аналитиков ушли в общую отчетную базу, с тем чтобы во время вечернего сеанса связи отправиться по назначению. Там подобные идеи рассмотрят со всех сторон. И если будет признанно целесообразным, выдадут рекомендации. Правящих с детства обучают фиксировать свои идеи, построенные на интуиции. А гекату обучают отслеживать и фиксировать пропущенное, еще когда старшая оставалась потенциально правящей. Обычная практика, к которой их приучали с младенчества. Правда, до некоторого времени присматривать приходилось только за одной потенциальной правящей, которая и сама знала, как поступать в такие моменты. Так что к появлению Нэстэ эта тема порядком подзабылась. Гекатесам пришлось срочно вспоминать и углублять навыки по такому наблюдению за Нэстэ.

Проблема их новой-старой сестрички заключалась в том, что она этому умению начала обучаться всего несколько лет назад, будучи уже активной правящей. И получалось это у нее, мягко сказать, совсем плохо. Вот как сейчас. Подумала, высказала, отвлеклась и забыла. Если позже вопрос возникнет снова, она конечно вспомнит об этом разговоре. Но время будет упущено. А нет, в отделе анализа дипкорпуса аналитики продолжат ломать голову в поисках защиты феномена ринсли, который оказывается уже решен.

– Девочки, я вот не поняла. С предложением Нэстэ действительно может что-то получиться? – Осторожно поинтересовалась Линса, когда их сестрица отлучилась от костра.

– Может. – Дарина тоже ответила в полголоса. – Особенно если Нэстэ над ней поработает немного. Матки ульев, скорее всего, к ней прислушаются. Ну, а с вождями эрасов…

– Дубиной по лбу и вся дипломатия. – Закончила за Дарину девушка.

– Лика говорила, что если феномен о котором все так говорят подтвердится, места распространения ульев придётся охранять от всего, что движется. А если ещё ринсли будут сотрудничать с центральными мирами, встанет вопрос об армии.

– Ну, проблему с армией Нэстэ считай, уже решила. – Хмыкнула Линса. – Тут два граничных племени расы эрасо. Достаточно иметь подразделения поддержки, например, из бойцов армии Арден, на случай если они не справятся.

– До этого ещё далеко. И согласятся ли матки?

– Согласятся. – Нэстэ вернулась к костру и, подстелив принесённую куртку, с удовольствием откинулась на разлегшегося Лео. – Я с ними поговорю. Сначала вас протащу в улей. А потом уже вы будете обучать молодняк племён эрасов.

– Вечно с тобой так. – Подосадовала Дарина. – Выходим на пикник. А потом ты домой, а мы отдуваемся. Сходили поохотиться называется!

– Точно. – Рассмеялась Линсана. – Дипломатическое представительство, научная экспедиция специалистов, никогда не высовывающих нос из своих лабораторий, поставленные на уши специализированные институты. Ну а в довесок, школа для местных подростков по зачистке ульев.

– Ну, я не виновата. – Ничуть не обиделась на ворчание подруг Нэстэ.

Те только заулыбались в ответ. Пикировка, ставшая в гекате чем-то вроде внутреннего шуточного интервала.

Ухо на голове Лео дернулось, высвобождаясь из-под гладивших пальцев Старшей и настороженно замерло. Внешне ничем другим кот не выразил своё беспокойство. Но Нэстэ тут же повернула голову к лесу. Насторожились и остальные девушки.

– Кзиста, ты вроде не собиралась приходить сегодня. – Поспешно затараторила коробочка на поясе.

Привычный корявый перевод, не отражающий мимических элементов языка. Прибор решил, что перевод требуется для остальных сидящих за костром. Так как Нэстэ перешла на язык щелчков.

Она удивлённо смотрела выдвинувшуюся из кустов матку улья. В отличие от её подруги Акриимины, эта ринсли не часто составляла компанию девочкам около костра. У неё скорее было деловое отношение к их компании, чем дружественное.

– Мои эльрины сообщили о появлении странных чужих. Они имеют три пары конечностей, а среднюю пару могут использовать и как ноги, и как манипуляторы. Голова у них треугольная и на короткой шее, имеют крылья но не летают. Несут предметы, которые ты называешь оружием. А еще странная штука с поклажей, плывущая над землей. Это те, о которых ты предупреждала Акриимину?

– Шнатлии. – Процедила Дарина. – Надо же, даже по такому корявому переводу их легко узнать.

– Ты можешь назвать цвет крыльев и описать узор на них? – Процокала помрачневшая Нэстэ.

Вместо ответа, на освещенный костром участок вытоптанной земли выскочила толпа молодняка величиной с палец. Они закружились выстраиваясь в цепочку. Потом цепочка закрутилась выстраивая линии.

Девочки за спиной Нэстэ тихо выдохнули, разглядывая знакомый узор.

– Коричневый и черный. – Вместо зависшей коробочки перевела Нэстэ серию отрывистых щелчков.

– Сколько?

– Трое приближаются к границе территории внешнего улья Ланскри. Ещё семь стоят как вы, с огнём уже третий круг там где горькая вода встречается с чистой.

– Десятка. – Вздохнула Нэстэ. – Три разведчика, остальные встали лагерем на реке.

– Ты знаешь, где этот место?

– Здесь только одна крупная река. В её устье я бывала всего один раз. Пешим переходом дней пять ходу до границы территории ульев. – Сморщилась Нэстэ. – Шнатлии быть может на день-два быстрее меня пройдут. Так что завтра разведчиков модно ожидать на границе леса.

– Ты хочешь сказать, они идут прямиком к нам?

– Улей Ланскри самый маленький в этих лесах. Молодая матка, только начала его строить. – Вздохнула Нэстэ. – Он очень неудачно расположен, на удалении от всех основных троп ринсли. Им ведь известно, что я здесь в качестве охотника на тварей. При общем поиске, логичнее было бы начать с более крупных ульев или тех, кто расположен ближе к Расколу.

Дарина сосредоточенно проследила, как те же малютки перестроились в линии карты местности. Нэстэ невозмутимо продемонстрировала сказанное ранее травинкой, стараясь не задеть малышей.

– При таком раскладе они действительно точно знают, где мы находимся. Откуда же они идут?

Живая карта снова зашевелилась. Из травы высыпала ещё одна кучка молодняка, начав достраивать местность в нужном направлении.

– Я им в прошлый раз показывала принципы построения схем и абрисов местности. – Пояснила Нэстэ. – Иначе мне бы было не разобраться в объяснениях кластров. С расстояниями только совсем беда. У ринсли нет аналогов нашим линейным определениям.

– Тьфу, на тебя. – Дарина с досадой отмахнулась. – Опять отчёт переделывать. Но подожди, это где же тот переход?

– В горах. – Ещё более мрачно определилась Нэстэ. – Они тащатся от него уже не менее двух недель. Так далеко ринсли только свои глаза отправляют. Сплошное наблюдение заканчивается как раз на той самой реке.

– Глаза?

– Тоже Эрлины. Но немного измененные. Специально выращенный молодняк. Их выкармливают так, чтобы потом они могли питаться и подножным кормом. Основное назначение – сбор визуальной информации. Движутся в заданном направлении и сбрасывают все, что видят через цепочку эльринов, специализирующихся на сохранении знаний.

– Это как же?

– Ульи не могут путешествовать. – По-своему поняла вопрос Нэстэ. – Вы уже знаете, что общение для них сильно ограничено. А у маток, да и у кластеров, все-таки есть любопытство. Плюс ко всему, их запоминающие все время нуждаются в поступлении информации. Иначе могут потерять свои функции.

– Я не о том. Это же очень далеко за пределами улья. – Указала Дарина на карту.

– Они не особенно церемонятся с границами соседних племён. – Пожала плечами Нэстэ. – Но вот что делать со шнатлиями?

– Я выйду на экстренную связь с базой.

– Это конечно надо сделать. Но помощь сюда подойти не успеет. Было бы вообще неплохо остановить разведчиков на границе леса.

– Не поняла. Нэстэ, ты собираешься с ними драться? Опять!

Та проказливо улыбнулась. Чем сразу напомнила подростка, каким появилась в гекате. Сёстры и сами с удовольствием принимали участие в её проделках. Но сейчас вроде и интересно, что там опять придумала Нэстэ, и боязно. Шесть гекатесс против тройки опытных разведчиков шнатлий, это уже перебор.

– Ланскри, это действительно те, о ком я говорила. Очень плохие разумные. – Снова ожил электронный переводчик, когда Нэстэ повернулась к терпеливо ожидающей матке.

– Они не друзья тебе?

– Нет. Они идут меня убивать.

– Убивать, это плохо. Ты не сможешь передать знания сменяющей тебя.

– Э-э-? – Заикнулась Дарина.

– Они передают свой опыт специально выращенной наследнице, когда приходит время. Что-то вроде перезаписи самой себя – Отмахнулась Нэстэ. – Да, Ланскри. Мне тоже это не нравится. Сменщицу я для себя еще не готовила.

– Надо спешить, если есть угроза гибели, сменщица должна быть всегда рядом.

Нэстэ поперхнулась. Девушки сзади тихо захихикали.

– Я подожду. – Не без усилия придумала она ответ. – Я молодая. Мне еще рано заводить приходящую вместо меня.

– Так значит, эти чужаки не находятся под твоей защитой? – Спокойно вернулась к насущной проблеме матка. Свое мнение она высказала. А настаивать на нем для ринсли было признаком неуважения.

– Нет. И я их сюда не звала.

– И я могу разрешить молодняку пошалить с ними?

Дарина со все возрастающим удивлением слушала странный разговор. Объяснить его трудностями перевода становилось сложно. Матка улья на своей территории даже не император. Для всех своих подчиненных она почти что бог. Но что значит "пошалить" в применении к шнатлиям?

Нэстэ поднялась со своего места и довольно долго о чем-то обенивалась щелчками с маткой улья в стороне. Щелчковая речь и жесты были хорошо видны. Но пресловутый электронный переводчик снова завис.

– Я не поняла, она что, у тебя спрашивает разрешения на начало боевых действий? – Выпалила она вопрос сразу, как гостья удалилась и Нэстэ снова устроилась у костра.

– Ну да. Я как бы поручилась за вас. И теперь в этом лесу вы вроде под моей защитой.

– А если мы что-то натворим? – Дарина, как остальные, привычно отметили для себя оговорку сестры. Получалось, что Нэстэ тут воспринимается чем-то вроде матки, имеющей как минимум полномочия для определения подобной защиты.

– Тогда вы перестанете быть под моей защитой. – Нэстэ беспечно пожала плечами. – Забыла? Чтобы выполнять работу охотника, мне тут был нужен доступ в улья. А для ринсли это очень много значит.

– Значит, у рабочих все-таки есть эмоции и пакостят они не просто так?

– У рабочих есть назначение. Исполнение его сродни нашему удовольствию или удовлетворению от выполненной работы. – Возразила Нэстэ. – Я уже говорила как-то об этом. Но рабочие не шалят в нашем понимании. Это защитная функция любого улья, которую исполняют другие эльрины. Их можно назвать защитниками или боевыми ринсли. И у них очень много функций.

– Ты хочешь сказать, мы с ними ещё не сталкивались? – Усомнилась Дарина.

– Помнишь, как Анса со своей пятеркой оказались почти голыми?

– Ещё бы! Они ещё и без оружия были. Даже на ножах ржавчина оказалась. А ведь они вроде как нержавеющие.

– Ну вот, значит, ты имеешь представление о возможностях защитников улья. Я предупреждала, что в ту часть озёра нельзя заходить даже по берегу. Там плантации ринарии особого вида, с пыльцой для будущих маток.

– А в остальных случаях значит, нас не трогают по твоему поручительству?

– Ну да. В каждом улье куча защитников. Причем они сильно отличаются от обычных ринсли своим видом. Некоторые совсем не похожи на кузнечиков. И все они сейчас как бы, не удел. Соседей трогать нельзя, если те не нарушают границ. Мы тоже вроде как неприкосновенные. Предназначение защитников не реализуется. А для них исполнение предназначения является аналогом наших положительных эмоций.

– Скука и чувство ненужности. – Задумалась Дарина.

– А тут эти шнатлии нарисовались. Бедные!

– Кто? Ринсли?

– Шнатлии. – Нэстэ со всей серьезностью посмотрела на недоумевающую Дарину. – На них же вся эта свора навалится. Еще и с соседних ульев добавятся.

– Ну, убить не убьют. А нервы потреплют. А у Шнатлий нервы тоже не из стали. Только с разведчиками нам придётся все-таки подстраховать ринсли. Кто этих шнатлий разберет, что они там с собой притащили на транспортной платформе.

– Щиты к лагерю не пропустят посторонних. – Заметила Дарина.

– Щиты четвёртого и выше уровня нет. А третий пройти ринсли вполне смогут, если будут знать, как это делать.

– А они знают?

– Ну, я объяснила. – Отвела взгляд Нэстэ.

– Так вот что вы там обсуждали! Ты ввела в их язык термины, которых до сих пор там не было. То-то переводчик до сих пор так жалобно щелкает.

– За то теперь ринсли знают, как преодолеть щиты в лагере шнатлий.

– Ри нас прибьет. – Уныло протянула Ильсана. – Причем прямо на этом сеансе связи.

– И права будет. – Вздохнула Ларина. – Со штатного сеанса прошло не многим более часа. За это время мы успели узнать об отряде шнатлий, подписаться на маленькую войну, заключить военный союз с ринсли. Я так понимаю, не только с одним ульем. Попутно выяснили кучу всего, что для нашей Нэстэ не достойно даже упоминания.

Все посмотрели на палатку, куда отправилась Нэстэ в ожидании вечерней связи.

Схватка

– Девочки, я только одного не пойму. Почему вы ещё не докладывали о трупах шнатлий или, на худой конец, что Нэстэ доканчивает кого-то из них в одиночку? – Рианна действительно перечислила всех известных помощников Неназываемого и даже вроде как попыталась добраться до виновных через голограмму. – Вас для чего с нею отправляют?

Нэстэ стояла в сторонке и виновато смотрела на попавших под горячую руку подруг. Но сейчас на нее никто не обращал внимания. Просто отмахнулись от ее попыток вмешаться в устроенный разнос.

– Чтобы ограждать правящую от мелких неприятностей, которые она притягивает как магнит, и удерживать от авантюр, в которые она имеет склонность влезать на каждом шагу. – Послушно отрапортовала Дарина унылым голосом.

Выговор с соответствующими напоминаниями они все давно выучили. Только обычно Рианна это делала, отчитываясь за их проделки перед отцом, Листардом или правителями империй союзных гекат. Скорее всего ей было досадно, что самой опять приходится оставаться в стороне от событий.

– А вы что учудили? – Подала голос возмущенная Лика. Она, сидя на базе, тоже чувствовала себя лишней.

– Так с каких пор драка со шнатлиями относится к мелким неприятностям? – Невинно заметила Дарина. – Выволочка получена, протокол для отчетности соблюден. А теперь можно и между собой разобраться.

Лика даже растерялась от такой наглости своей подруги. Рианна прищурилась, ожидая окончания поданной идеи и явно рассчитывая её развить в предстоящем обсуждении с отцом.

– А против крупных авантюр никаких указаний не было. Даже наоборот. Если правящая начинает во что-то вмешиваться сознательно, наша задача прикрывать её и стараться не мешать. Инструкция гекаты, раздел восемь, пункт два точка семь. Вот мы прикрываем и не мешаем. – Закончила Дарина.

– Ведь верно. – Повеселела Илсиана. – Тут не только шнатлии, а ещё ульи, их защита, укрепление связей с местными племенами. И это только то, что обсуждалось. А что там ещё в голове нашей Нэстэ, она и сама сейчас наверно не сформулирует.

Все дружно посмотрели на разом насупившуюся девушку.

– И ничего такого в моей голове нет. Матки уже начали искать выходы на эрасов. Лика, у Саши неплохо с получается с ними общаться. Пусть подстрахует и выступит посредником. Змеелюдов с кашьяти ульи все равно через свои земли не пропустят, как я их не уговаривала. А завтра, если вы выдвинетесь к нам…

– Мы выдвигаемся сегодня в ночь. – Рявкнула Лика. – Выйдут две десятки. И послезавтра в обед мы будем у тебя. До этого вы сидите тихо и не отсвечиваете там, и ни в какие поединки со шнатлиями не вступаете.

– Хорошо. – Нэстэ была само миролюбие.

И это явно напрягало старшую Гекаты. Глаза Рианны ещё больше сощурились. Но пока она в разговор не вмешивалась.

– Дыру на границе с этой стороны прикроют змеелюды. – Продолжила Лика. – Шиассан выдвинется с десяткой по территории племени эрасов. Дорога длиннее, зато у них разрешение от Алхао есть. И сразу к лагерю шнатлий выйдут. Может даже быстрее получится, чем по лесам брести. Кашьяти пусть займутся тем переходом, через который эти твари пришли. Это надо же пропустить отряд! Р-разведка называется.

– И соседними Переходами тоже. – Кивнула Рианна. – Сумми своих девочек с этой стороны вышлет, чтобы прочесали подступы к переходам с этой стороны. Они у неё меньше засвечены чем мы.

– Пусть хорнов привлекают. – Подала идею повеселевшая Нэстэ. – Шнатлии злопамятны, и могут попытаться отомстить ульям после нашего ухода.

– Это как раз мало вероятно, так что договаривай, что там у тебя на уме. – Снова напряглась Рианна.

– Ну, мне же надо было как-то объяснить общие принципы рисования абрисов хотя бы. – Нэстэ независимо пожала плечами. – Лучше всего это делать на примерах. А что у меня могло быть в то время? Ай, за что?

Подкравшаяся чуть сзади Дарина ещё раз с силой протянула ее за прядь волос. Вокруг раздался тихий смех, и на лицах Рианны с Ликой проступило одобрительные выражение.

– Ты ещё скажи, что скормила этим "поглощателям" информации всю карту из колечка. – Прошипела Дарина.

– Не всю! Только центральные миры. И немного из Бездны. Ту часть, где цепочка проходит. – Осторожно перехватила та волосы. – Отпусти Дарина.

– Я тебе сейчас отпущу. Мы столько лет бьемся над этой картой. А, оказывается, есть её дубль.

– Давностью в несколько лет!

– Что? – Дарина все же разжала кулак.

– Ну, я это только здесь выяснила. – Нэстэ поспешно отобрала высвобожденную прядь волос и отодвинулась от подруги. – Когда я увидела карту хранящуюся у ринсли и то, что сейчас у меня в колечке. Мы же у себя к скопированному больше не возвращаемся. А ринсли не только запоминают информацию…

– Хоронят. – Пробурчала Дарина.

– Ничего не хоронят. Просто запоминаюшим нужна постоянная нагрузка.

– Ты от темы не уходи. – Напомнила Рианна.

– А, ну да. Они запоминают так же, как мы копируем.

– Мы…

– Дарина, не шипи. – Это уже Рианна.

– Хорошо, вы. – Согласилась Нэстэ. – Хотя я ведь тоже с вами сижу.

– Стукните её кто-нибудь. – Простонала Рианна.

– Не надо. – Нэстэ легко уклонилась от шутливой затрещины. – В общем, в этот раз Акримиина захотела расширить сектор, в который входит это мир. Часть карты была продублирована. В общем, запоминающие обратили внимание на расхождения. Они провели несколько сопоставлений, они это могут делать. Могу сказать только, что карта обновляется. Я не знаю как. Но это факт. – Нэстэ с опаской покосилась на вновь подкрадывающуюся Дарину. Вокруг тела вспыхнула светлая дымка силового поля и сразу исчезла.

Дарина разочарованно вдохнула. Справиться с сестричкой по гекате защищённой индивидуальным полем не получится. Это все они давно выяснили.

– Девочки, хватит дурачиться. – Остановила гекатесс Рианна. – Вы хоть понимаете, что это означает.

– А то! Выявить систему связи предтеч, в которую внедрено это колечко, практически невозможно. Не наш технологический уровень. А интерфейс колечка не предусматривает анализ и сопоставление разновременных данных. Это просто карта. Сидеть нам над копированием до конца жизни.

– Вообще-то, зато время, что я у них была, скопировано было всего семь секторов центральных миров и весь коридор до скопления.

– Если можно будет заменить нас на этих ринсли, то я согласна. – Сразу переключилась Дарина.

– Проблема в том, что шнатлии могли догадаться о произошедшем. – Тихо заметила Лика. – Ведь так?

Нэстэ удрученно кивнула, подверждая мысль.

– Если уже не догадались. – Рианна встревожено осмотрелась у себя в кабинете.

– Вытащить из ринсли что-то против их желания наверно будет трудно. – Нахмурилась Нэстэ.

– Верно. Но для них нет ничего важнее ульев. А значит, можно поторговаться. Против наших технологий эта раса беспомощна. Так что шнатлии знают ради чего идут.

– Особенно учитывая принцип шнатлий "если не мне, то никому". – Проворчала Лика. – Получается, этот отряд не просто убийцы.

– Диверсионный пул. Возглавляется чёрными плащами. – Тихо согласилась Нэстэ. – На знаке, что показала Ланскри, есть несколько характерны завитков. Извините девочки, я не могу просто взять и уйти. Это ведь из-за меня улья подверглись такой опасности.

– Потом пострадаешь. – Отмахнулась Рианна. – Лика?

– Первая десятка уже вышла из лагеря. Её сопровождают несколько ринсли. Мы таких раньше не видели. Какие-то странные, длинноногие и к тому же еще могут светиться в темноте.

– Акримиина выделила вам сопровождающих. Чтобы показали тропу в ночи. – Нэстэ все ещё не поднимала глаз. – Я правда говорила про утро. Но сопровождающие предпочитают ночное время.

– Значит сможем двигаться всю ночь. – Обрадовалась Лика.

– Хорошо. – Кивнула Рианна. – Лика, ты выходишь со второй десяткой?

– Да. Введу только союзников в курс.

– Ребята сами разберутся со своими подчиненными. Они уже в курсе и ждут связи. – Отмахнулась Рианна. – Выдвигаешься без задержки и не забудь о полном комплекте для регулярной связи. Контрольные сроки меня больше не устраивают. А мне ещё отца будить и Листарда надо бы вызвать.

Связь оборвалась без обычных прощаний. И Дарина обернулась к виновато вздыхающей Нэстэ.

– Ну что вы смотрите. Да, я виновата, не подумала об опасности, когда передавала карту ринсли. Но ведь я тогда ничего не знала. А с ринсли интересно было. Они даже научились трехмерные абрисы рисовать.

– Они же не умеют рисовать.

– Зато есть молодняк, способный подолгу висеть в воздухе. Да ещё и светиться при этом. Их глаза различают больше цветовых оттенков, чем наши. В общем, я не обижусь, если вы не пойдёте со мной.

– Может дашь себя стукнуть. – Без надежды поинтересовалась Дарина.

– За что?

– За Саниру. Это ведь ей придётся работать над интерфейсом между ринсли и нашей сетью. Других специалистов твои ульи к себе просто не подпустят. Когда выдвигаемся?

– До рассвета.

– Ждать Лику не будем? Нам вроде сказано не светиться?

– Так мы и не будем вмешиваться. Просто будем наблюдать. – Заверила Нэстэ. – Лика же не сказала сидеть в лагере.

– Она сказала"на месте".

– Значит, место, где сидеть, мы можем выбрать сами. Проводники ульев приведут девочек прямиком к нам.

– Знаешь, мне иногда кажется, что когда-то мы были самой примерной гекатой за всю историю Арден. – Задумчиво протянула Дарина. – Не припомню точно когда, но ты на нас влияешь не лучшим образом.

– А вы сильно сопротивляетесь?

– Ну, это же скучно. – Под общий смех протянула Дарина. – А так всегда можно найти виноватого.

– Я не виновата! – Возмутилась Нэстэ.

– Само получилось. – Дружно закончила пятерыка.

– В общем, если ты считаешь что нужно так поступить, мы идём за тобой. А начнешь извиняться, всю защипаем. Против нас пятерых, тебя щит не спасёт.

– И вообще, тут еще подумать надо на счет "мелких" неприятностей. – Заметила Илсана. – Куакши, помнится, советуют спасать такие неприятности от тебя.

Честно говоря, Лика и не рассчитывала что Нэстэ просидит в лагере почти сутки. Она и сама бы нашла предлог уйти вопреки распоряжении. А Нэстэ все-таки подчинялась ей только в рамках обеспечения своей личной безопасности. Так что скепсис подруг по поводу сидения сложа руки, она разделяла полностью. И не очень удивилась, когда сопровождающие начали постепенно менять направление движения. Никто из отряда не стал из за этого снижать темп. Марш бросок с полной выкладкой и так получился почти на пределе.

Пятерку они обнаружили даже не в лесу, а на холме, в паре километров от его ровной линии. Лика не без зависти осмотрелась. Устраиваться с удобствами даже на временных стоянках у неё получалось много хуже чем у Нэстэ.

Организованный наблюдательный пункт позволял держать под контролем все подступы к лесу в этой части степи. Общее направление тройки шнатлий было известно и данные обноволялись едва ли не каждые полчаса.

Сама пятерка сопровождения Нэстэ расположилась чуть ниже вершины холма, в небольшой ложбинке, под кустами, обеспечивающими постоянную тень и прохладу. Что было не лишним в такой жаре. Но что хорошо, эта же самая ложбина опускалась до подножия холма и позволяла разместить в тени всю прибывшую двадцатку. Немного тесновато. Зато можно отдохнуть после ночного маршброска.

Пятерка Дарины быстро забрала принесенное снаряжение для дистанционного наблюдения.

– Слава Единому. – Ворчала Дарина – Нэстэ хорошо. Ей с котами никакого сканера местности не требуется. А у меня уже глаза ломаются, разгадывая эти живые картинки из ринсли.

– А в ушах постоянный треск стоит. – Добавила Илсана.

– Я принесла обновленную программу для автоперводчика. – Лика протянула руку с внешним браслетом связи.

– Это хорошо. – Уныло покивала старшая пятёрки и досадливо поковырялась в ухе. – Можешь забрать мой для перезагрузки. Он все равно завис на половине фразы ещё ночью. Сразу как командный кластер начал обсуждать с Нэстэ тактику диверсионных операций. Вот скажи, если она по своим собственным словам, плохо владеет этим трескучим языком, и при этом свободно обсуждает такие вещи, как выглядит по ее мнению хорошее владение.

– Не знаю. Но я бы на твоём месте этот вопрос не уточняла. Во избежание заполучить комплекс неполноценности.

– Это был риторический вопрос.

Дарина распаковала пластинку сухпайка и сунула в рот. Сделанная по принципу жевательной резинки, она не мешала разговаривать.

Лика с удовольствием повторила её действия, сделала пару глотков из фляги и вопросительно посмотрела на подругу.

– Да все нормально. – Тут же отчиталась та. – Диверсанты задерживаются. У них с утра что-то не заладилось. Группа сильно сбавила темп. Сейчас расчетное время их подхода уже ближе к вечеру. Мы пока расставим камеры и подготовим на всякий случай сюрпризы на подходах. Нэстэ уже начала обсуждать планы с ринсли.

– Жалко мне их.

– Кого? ринсли?

– Шнатлий. Столько времени гоняются за Нэстэ, а получают только тумаки. Нэстэ сильно разозлилась?

– Ещё как! Она же себя винит за их появление в этом секторе миров. Как Санира?

– Когда я уходила, рвала на себе волосы и обещала поговорить с кем-то слишком забывчивым и скрывающим стратегически важную для принятия решений информацию. Она же рассчитывала покрутиться в компании столпов электроники и сетевой информации, а потом вернуться домой разгребать накопленный бесценный опыт. А теперь ей придется обеспечивать взаимодействие между учёными и ринсли пока не будет выработан базовый алгоритм интерфейса на новых принципах.

– Попала сестренка. – Посочувствовала Дарина. – Нам ещё хорошо. Всего-то тройка шнатлий.

– Вроде десятка была.

– Нэстэ об отставших вообще не парится. Наверно что-то знает или предприняла. – Дарина беспечно пожала плечами. – На данный момент, главная задача, разобраться этими тремя. Если молодняк ринсли в точности воспроизвёл знаки, это клан ор, кинэ олтери.

– И что здесь делают офицеры элитного диверсионного подразделения клана? – Окончательно расстроилась Лика.

– Я бы сказала, да боюсь ошибиться.

– Если на счёт меня, то вряд ли. – Подала голос Нэстэ, незаметно появившаяся рядом с беседующим девушками. Она опустилась рядом на траву и блаженно вытянулась.

– Хорошо! Всегда любила вот так полежать глядя в небо.

– Ты не отвлекайся. – Поспешила Лика. – Что на счет шнатлий?

– А что на счёт них. Действительно лучшее диверсионное подразделение. Одно из лучших в бывшем клане. Моя работа, согласна. Но откуда же я знала, что так все случится?

– Точно, точно, само все получилось. И они сами виноваты. – Весело кивнула Дарина. – Нечего было лезть на бедных куакш. – Ты продолжай, мы внимательно слушаем.

– А что продолжать? Знак вы уже видели? Там добавлена парочка завитков. Так что этот отряд уже принял протекцию одного из противоборствующих кланов, для которого они просто расходный материал. Погибнут – не жалко. Выживут – направят ещё куда.

– Ты хочешь сказать, это не единственный отряд.

– Скорее всего, нечто вроде разведки боем. Идут не за мной или не только за мной. Шнатлии скорее всего действительно просчитали возможность получения карты через ринсли.

– Под угрозой уничтожения ульев они выдадут все, что захочешь.

– Сначала надо объяснить, что именно тебе от них требуется. – Возразила Нэстэ. – Информация для них это способ выживания. Кроме того ринсли не столь безобидны, как может показаться.

– Особенно если за руководство из защитниками берётся одно недоразумение, выходящее в Бездну как на прогулку.

– Ну, не без этого. – Ничуть не смутилась девушка, сладко потягиваясь. – Только зря вы. Ульи никогда не передают командование своими защитниками даже своим соседям. Так ч тут в роли военного консультанта выступаю.

– А где сейчас Лео с Бариком?

– В лесу. Чтобы шнатлии их не вычислили. – Проворчала Нэстэ. – Лео далеко уходить отказался. Валяется в тенечке, где-то в кустах.

– А что не на дереве?

– Говорю же, чтоб не засекли раньше времени.

– Сказала бы, что боишься за него. У шнатлий наверняка есть что-то против ниахары.

Нэстэ недовольно повела плечами и промолчала. Шнатлии действительно каждый раз приносили с собой сюрпризы против котов. Дошло уже до того, что для Лео вместе с Бариком была разработана целая программа тренировок по противодействию разнообразному оружию, способному им навредить. В индивидуальном порядке, а не во взаимодействии с гекатой.

Тренер из охотников возмущался такими тренировками. Он был убеждён в способности ниахары передавать навыки своим сородичам. Уж родственникам точно. И если такие навыки будут сохранены и переданы диким ниахарам, что останется охотникам?

Вечером шнатлии так и не появились. Лика предлагала самим начать разведку, но Нэстэ только отмахнулась.

– Они часах в трёх от нас остановились. Какие то неполадки со снаряжением возникли. Завтра подойдут.

– А остальные?

– На том же месте стоят.

– Не нравится мне это. – Проворчала обеспокоенная Лика. – Чего это они на месте стоят. Чего ждут? Если разведка выслана, остальные должны подтягиваться следом. Или отозвать разведку, если изменились планы. Это же аксиома.

– Ну, да, должны. Но они не могут отозвать эту тройку. В лагере связь сломалась. А для индивидуальных приборов далековато, чтобы пробиться через помехи.

– Какие помехи? – Дарина на всякий случай даже проверила показания ликалы. – У нас девчонки на дальних датчиках были и никаких помех. И вообще, как может сломаться дальняя связь? Это же отряд опытных бойцов. Они не могут выйти без резерва. Тем более, что шли Переходами по населенным мирам. Сама же сказала, даже у разведчиков есть силовая транспортная панель.

– Ну да, она у них и сломалась. – Невозмутимо покивала головой Нэстэ. – Я всегда говорю, что мы сильно стали полагаться на технику. А вы даже на охоту в Бездну норовите всякие грузовые приспособления протащить.

– Так, то в Бездне! – Окончательно возмутилась Дарина. – Там любая электроника выходит из строя.

– Вот и тут тоже у шнатлий все и вышло из строя.

Лика подозрительно смотрела на прячущую улыбку подругу. Стационар уже был развёрнут. И на связь вышли гекатессы из лагеря, а через них и Рианна. Но пока они не вмешивались в разговор, с любопытством ожидая продолжения.

– Я так понимаю, твои долгие разговоры с командным кластером ринсли имеют к этому какое-то отношение. – Предположила она.

– Ну, не без этого. – Рассмеялась Нэстэ. – Шнатлии с собой притащили огнеметы, а ещё лучевую пушку.

– Зачем? Лео с Бариком против прямого попадания могут и не выдержать. Но ведь в них ещё попасть надо. А орудие даже для шнатлий тяжеловато.

– То-то и оно! И огнеметы для ниахары не проблема. – Вздохнула Нэстэ. – Не против котов это оружие. Для ульев пожар одно из самых страшных бедствий. А лучевое оружие можно использовать в качестве проходческого оборудования в стенах ульев.

Лика отчётливо расслышала, как на других концах связи втягивают воздух.

– Значит вот как. Они действительно не собирались заканчивать экспедицию миром.

– Сумми сообщает, что в соседних мирах необычно много шнатлий. – Заговорила Рианна. – Её девочки насчитали три полных десятки. Через Переходы проходят одиночками. А в окраинных мирах им даже нет нужды оружие прятать. Сколько их в ближайших мирах только Неназываемому известно.

– Через Переход другие шнатлии пока не проходили. – Отчитался голос Дино. – Но если они пройдут с силовым транспортом, до вас доберутся меньше чем за сутки. Размеры Перехода позволяют пронести индивидуальные платформы с силовыми генераторами. Около Перехода обнаружен ретранслятор сигналов. Мы пока его не трогали.

– Сигнал от диверсантов они не получат – Хмыкнула Нэстэ. – Разве что пройдут на эту сторону на свой страх.

– Как ты это сделала?

– Да пока много не удалось сделать. – Пожалела Нэстэ. – Под силовые щиты молодняку удаётся проникнуть только в момент их открытия. К тому же раньше они действовали хаотично, каждый сам по себе. Тупо рушили все, что увидят. Одежду, обувь провизию. Приходиться объяснять, что надо в первую очередь сделать. С техникой хуже всего. Приходится объяснять, как что выглядит. Как наиболее эффективно и быстро вывести ее из строя.

– Так генератор защитного поля и надо грохнуть. – Удивилась Дарина.

– А ты объясни как он выглядит полуразумному существу с фасеточными глазами, да ещё через таких же посредников. И не забудь о размерах этих самых диверсантов. Они же меньше мизинца.

– М-мда, и как ты это делаешь?

– Методом проб и ошибок. – Огрызнулась Нэстэ. – В результате у этой троицы развалились упаковки с НЗ. Хорошо хоть у двоих. Зато третьему пришлось менять обувь. Босиком то по здешней траве не побегаешь. Какая связь между коробкой генератора и сапогами шнатлий, хоть убей, я не поняла. При последней попытке они с чего-то напали на саму платформу. Вместо того, чтобы погрызть коробку генератора на ней. Теперь этот генератор в работе и доступ до утра к нему закрыт. А шнатлии, судя по всему, уже начали догадываться об истинных причинах преследующих их несчастий. По крайней мере они объявили охоту на насекомых внутри силового щита.

Утро ознаменовалось известием о раннем выходе тройки шнатлий. А спустя положенное время, их можно было увидеть уже и со своих позиций.

Три гигантских богомола целеустремленно двигались по степи, стремительно приближаясь к месту засады. Реанимировать свою транспортную платформу они видимо не смогли. И все снаряжение было у них на спинах, от чего шнатлии стали похожи на уродливых верблюдов с небольшими горбами. Но Лика не обольщалась. Вид компактно уложенного снаряжения говорил сам за себя.

К ним приближались опытные бойцы, для которых выход чего-то там из строя был не проблемой, а всего лишь неприятным эпизодом, требующим решения.

– Лучевого оружия с ними нет. – Озабочено прошептала Дарина.

– Ринсли ночью вывели из строя его электронику. – Так же шепотом откликнулась Нэстэ. – Жаль, что этого не удалось сделать с их двумя огнеметами.

Рядом зашебуршились и Лика краем глаза увидела Сильину, старшую в командном кластере ринсли. В нос ударило несколько волн резких запахов. Но переводчик только послушно завис на незнакомых терминах.

– Вернусь, надо будет поговориьб с изобретателями этих коробочек. – Прошептала она ни к кому не обращаясь.

– Оставь это мне. – Донесся голос Рианны.

Дарина с Ликой понимающе переглянулись. Старшую они понимали отлично. Её сёстры, половина гекаты готовилась вступить в схватку со группой опытных бойцов шнатлий. А она вынуждена сидеть в Столице и, образно выражаясь, кусать ногти. А ведь как только датчики зафиксируют активность сканеров противника, ещё и связь прервется.

Нэстэ не отвлекалась на вещи, не относящиеся к главной цели их присутствия здесь. Наблюдение и общение с ринсли отнимало все её время. Лика с досадой посмотрела на мелькающие пальцы подруги и прислушалась к стрекоту еле слышных щелчков и причмокиваний. И снова сморщилась. Из-за постоянно виснущего электронного переводчика, никто из них не мог помочь подруге. И главное, они сами были как глухие. А Нэстэ за этот неполный месяц интенсивного общения не только восстановила свои навыки, но и заметно продвинулась в языке ринсли.

Размеренное движение тройки шнатлий вдруг прервалось. Они остановились и начали забавно отмахиваться от чего-то невидимого с такого расстояния.

– Генераторы тоже удалось вывести из строя? – Осторожно поинтересовалась Лика.

– Нет. Но ночью удалось полностью разрядить накопители. – Шепнула Нэстэ.

– Значит у них остались только индивидуальные щиты, такие же как у нас.

– Да. И они их постоянно разряжают, защищаясь от насекомых.

– А перезарядка от тела происходит куда медленнее, чем у людей. – Удовлетворённо прокомментировала Лика. Она и не заметила, в какой момент отключилась Рианна.

Расшифровать кодировку противник не смог бы. Но зафиксировать активность на их частотах запросто.

Один из разведчиков вскинул в лапе небольшой баллон, и серое облако газа окутало не только всю троицу, но и несколько метров по направлению движения.

Рядом раздалось шипение и громкий треск. Сильина рывком приподнялась на всех своих лапах и почти высунулась из-за края холма. Даже Лика смогла разобрать мелькающие жесты возмущения и злости. Ожил и автопереводчик.

– Наш молодняк, газом, как урикхов.

– Это у них в ульях есть такие паразиты. Что-то вроде тараканов, только совсем на них не похожие. – Шепнула Нэстэ, осторожно отодвинувшись от разозленной союзницы. – Неприятные твари. Ринсли их выкуривают дымом ядовитых трав.

Лика тоже с опаской покосилась на Сильину. А той видимо уже было не до маскировки.

Степь между ними и противником дрогнула. По меньшей мер, так показалось Лике с Дариной.

Воздух над травой подернулся серой рябью и пошел волнами от количества одновременно поднявшихся из травы насекомых. До наблюдателей донесся низкий гул. Было хорошо видно, как начиная от края к центру, надвигается все возрастающая сначала серая, а потом почти чёрная волна. На месте тройки вспухло ещё одно облако газа. Но черная волна распалась. Часть ее двумя тугими жгутами ушла в небо, только для того чтобы совершить разворот для новой атаки. Другая часть волны такими же щупальцами спиралью закрутились вокруг ядовитых облаков на некотором расстоянии.

– Простите девочки, но кажется, нам сегодня не придётся подраться. – Нэстэ растерянно наблюдала за происходящим. – Я не знала что ринсли умеют так хорошо летать.

– Ну, хоть одна приятная новость. – Дарина тоже перестала скрываться, и хоть не без опаски высунулась из укрытия. – Хоть что-то в этой истории ты узнаешь вместе с нами. Приятно видеть твое удивленное личико.

Лика одобрительно кивнула ей, в свою очередь выдвигаясь со своей стороны немного перед Нэстэ. Их индивидуальные щиты закроют подругу от случайной атаки, если таковая последует со стороны попавших в ловушку шнатлий.

Тем временем на месте событий одно за другим вспухло ещё несколько ядовитых облачков. Судя по их смещению, шнатлии пытались прорваться из облака насекомых по направлению движения.

– Упрямые. – С уважением протянула Дарина. – Поняли что миссия провалилась, к все равно прорываются к цели.

– Просто если они прорвутся в лес, они смогут развести огонь. Насекомым затруднительно пробиться через обыкновенный дым. А возможно они знают и нужные местные травы. – проскрежетала Сильина.

– Пусть попробуют. – Хмыкнула Нэстэ, заговорив на всеобщем. Автопереводчик послушно переключился на треск. – Барик с Лео уже выдвинулись на опушку. Даже если сканеры их зафиксируют, пушечки у шнатлий больше нет. А индивидуальные щиты для наших ниахар не проблема.

Лика молча поежилась. Каждая из гекатесс хорошо представляла боевые возможности ниахары. А уж этих двух братцев и подавно. Не один час отрабатывали с ними слаженность на тренировках. В том числе и против разумных.

Тем временем по пути пробивающейся тройки возникло еще несколько ядовитых облаков. Чёрные тучи продолжали выписывать спирали, сужая их каждый раз, как ядовитое облако начинало развеиваться.

– Щиты у них не вечные, надо экономить. Значит эту гонку шнатлии ведут в защитных масках. – Заметила Дарина.

– И в изолирующих костюмах. – С удовлетворением продолжила мысль Лика. – На такой жаре шнатлиям не сладко приходится.

Оставалось всего ничего до облюбованного для наблюдательного поста холма. Девушки могли уже невооружённым глазом разглядеть морды и детали костюмов противника. Шнатлии ради скорости задействовали даже верхнюю пару конечностей и неслись на шести лапах. Лика уже подала команду приготовиться первой десятке, когда очередное ожидаемое ядовитое облако не появилось.

– Похоже, химии больше не осталось. – Прокомментировала Дарина.

И словно вторя ее мыслям, низкий басовитый гул, исходящий от туч насекомых, усилился. Черные плети, завершая очередной виток, жадно потянулись к добыче. В глубине сгущающегося вокруг шнатлий облака мелькнуло несколько огненных сполохов огнемёта.

– Они действительно не находятся под твоей защитой? – Донесся вопрос из автопереводчика. – Твои подруги проделали большой путь ради встречи с этими существами, и судя по их реакции, сожалеют, что не встретились с ними. Я погорячилась, подняв защитников раньше времени, но могу ещё остановить их.

– Они не находятся под моим покровительством. Мои подруги понимают твое возмущение и не будут в обиде не тебя. – Нэстэ и бровью не повела на сдавленные смешки, раздавшиеся рядом. – Но я думаю, что одного из нарушителей все же стоит выпустить живым, чтобы он донес весть о произошедшем до идущих следом. Пославшие этот отряд должны знать, что ульи не столь беззащитны даже сами по себе.

– Не совсем понимаю о чем ты. Но мы никогда не руководили боем так, как ты показала нам сегодня. Это действительно гораздо целесообразнее, чем мы делаем. Наверно и сейчас будет правильно поступить так, как ты советуешь. Потом ты сможешь объяснить подробнее почему так лучше было сделать?

– Вечерком, у озёра. – Согласилась Нэстэ. – А сейчас надо бы и нам показаться выжившему. Чтобы он знал, что ульям есть к кому обратиться за поддержкой.

– Тьфу, на тебя, сестричка. – Донеслось по связи. – Такую драку обломала со своими кузнечиками.

Лика промолчала, с содроганием глядя на сплошное черное марево в нескольких сотнях метров того места, где они стояли. Там уже перестали вспыхивать языки огня. Да и сама туча осела и какое-то время оставалась на месте.

– Девочки, вы все знаете, что бывает, если попасть в москитную волну из бездны. – Заговорила Нэстэ. – Зрелище не из приятных. Так что смотреть на то, что там останется всем не обязательно.

Лика скривилась, признавая справедливость замечания. Но не для неё. Уступить своё право прикрывать подругу из-за пусть даже тошнотворного зрелища она не хотела. Следом за ними вниз с холма двинулась и Дарина. По ликале пришло сообщение о выдвижении пятерки из засадного периметра. Осторожность не посещает. Тем более что одного из шнатлий вроде собирались оставить в живых.

– М-мда, перестарались малютки. – Прокомментировала Нэстэ, разглядывая покачивающегося инсектолида, едва стоящего на своих шести лапах и больше не помышляющего о сопротивлении.

Лика старалась не оглядываться на остатки двух других. По всему было видно, что их противники боролись до конца, что не могло не вызвать уважения. Выжженный огнеметами коридор в степной траве, языки таких же обугленных выбросов за его пределами, показывали путь тройки диверсантов. Короткий путь, всего в пару сотен метров. А вокруг лежал шлейф самых разнообразных мёртвых москитов.

Пятерка успела пробежаться до начала черного коридора и вернуться.

– Там полно мертвых насекомых и они совсем не похожи на молодняк ринсли. – Закончили девочки краткий доклад.

– Ринсли выводят домашних животных. В том числе и для защиты своей территории. – Пожала плечами Нэстэ. – Сильина собрала сюда почти всю защиту. Да ещё созвала на помощь защитников из соседних ульев.

– Очень большие потери. Как быстро ульи смогут восстановить её?

– Быстро. – Нэстэ мимолетно улыбнулась. – Самые мелкие из таких защитников способны размножаться тысячами. Дай только волю.

– Уж чего-чего, но волю теперь им дадут. – Проворчала Лика. – Сюда не армию надо, а хороших штабных. И блокировать Переходы, по крайней мере на время, пока будут разрабатываться новые методы войны для такой армии.

Шиассан ср своим отрядом за двое суток преодолел расстояние, на которое при обычных обстоятельствах требовалось в три раза больше времени. По какой-то причине шнатлии все это время оставались на месте. Что сильно облегчило поиск лагеря. Два десятка воинов-змеелюдов без лишних разговоров распределились тонкой цепью. Сканеры лагеря наверняка заметили их.

Но со стороны лагеря так и не раздалось ни одного выстрела. Семерка инсектоидов вышла на встречу атаке змеелюдов с ручным орудием. И вид их был таков, что нападающие замерли в нескольких метрах, озадаченно разглядывая своего противника и с опаской поглядывая им за спины.

Казалось, это давно заброшенный лагерь, в котором давно никто не живёт. Покосившиеся палатки обвисли длинными лоскутами ткани. Это потом выяснилось, что крепкая ткань разошлась по швам. В центре, где и положено, с трудом узнавалася мобильный генератор силового поля. Его кожух выглядел как ржавое ведро, провалявшееся под открытым небом не меньше года. И это при том, что его делали не из металла, а из материала не подверженного вроде как коррозии.

На самих защитниках лагеря одежда свисала лохмотьями и в нужных местах была подвязана веревками. Можно было не беспокоиться об индивидуальных щитах. Соответствующие коробочки вместе с портупеей, на которой должны были висеть, отсутствовали. Но что совсем добило Шиассана, так это откровенная ржавчина на страшных лезвиях мечей, сделанных как съемное продолжение рук шнатлий. Такого он даже не слышал от старослужащих, прошедших не одну войну с разумными насекомыми. Один из шнатлий выхватил ещё и нож. И сквозь трехпалую кисть рукоять просыпалась на траву буро-зеленым песком. Шиассан невольно повторил жест свох подчиненных и с облегчением вернул в ножны блестящее, без единого пятнышка лезвия.

Шнатлии стояли молча и не предпринимали попыток атаковать. Кое-кто из них покачивался от усталости, как будто это они двое суток без сна неслись сюда. Но для этой расы даже такой маршбросок не мог довести до такого состояния хорошо подготовленных воинов.

– Что с ними произошло?

Шиассан покосился на своего озадаченного заместителя и пожал плечами.

– Лучше определиться, что теперь с ними делать.

– Добить?

– Может у контакторов будут другие соображения на этот счет. – Шиассан с невольной жалостью осмотрел шеренгу противников и опустил оружие.

– Не сладко им тут пришлось.

На утренней связи веселилась вся Геката. Рассказ недоумевающего змеелюда развеселил всех.

– Нэстэ, я поняла, на счёт "собачек" защитников улья и прочее. – Вытерла слёзы Лика. – Но, как они с справились с железом и не ржавеющими материалами?

Дарина при этом осторожно стряхнула с ладони пару присевших полупрозрачных мошек. Кто их теперь разберет. Вдруг это тоже сторожевые псы ульев. Ещё обидишь хозяев по незнанию. С тоже выжидательно уставилась на свою сестру по гекате.

Разговор происходил уже у костра. Так что и остальные девочки притихли.

– О кузницах ринсли знают давно. Только с огнем не очень дружат все-таки. – Нэстэ рассеянно подкинула в ладони камешек. – Для них гораздо проще было вывести насекомых способных растворять нужные элементы. Одни мошки питаются железом, другие медью или там цинком. Отходами их жизнедеятельности и являются чистые металлы или что другое, вплоть до аналога наших пластиков. Примерно по тому же принципу происходит их смешивание. А для придания нужной формы полученный материал размягчают в разной степени. Способы разные, вплоть до получения нужной температуры за счет химической реакции, но без огня. Вместо поиска месторождений, ринсли берут массой. Так эти мошки-производители тут повсюду. Потому и лес так хорошо растет. Так что собрать их в одном месте маткам было нетрудно. А для них что нож, что пластиковая рукоять ножа, что портупея, это как лакомство.

– Химическая плавка. – Дарина даже глаза раскрыла.

– Что-то вроде того. – Равнодушно кивнула Нэстэ. – Я не вникала.

– Химики нас закопают. – Мрачно предрекла Лика. – О химическом извлечении металлов известно давно. Но получать таким способом сплавы в промышленных масштабах не пытались. Слишком дорого.

– Да ринсли немного нужно металла.

– Зато эффективность их методов мы успели понаблюдать. За несколько дней растворить сталь клинков шнатлий! это надо суметь.

– С ружейной сталью ринсли уже были уже знакомы. – Возразила Нэстэ, растягиваясь прямо на траве. – Я им скормила парочку ножей ещё в прошлый раз. Кажется, как раз от шнатлий один из них и был.

– А это ничего, что эти ножики вроде как не поддаются корозии?

– Так ринсли об этом не знали. Если надо, они извинятся. – Расселась Нэстэ.

Возвращение

Очередное совещание в Столичном дворце император даже не стал бы называть внеочередным. С этим уже участки таких совещаний как-то все смирились. Одно совещание от другого отличалось только статусов участников. Ну и качеством: лично или в режиме голосвязи.

В этот раз за столом присутствовал магистр Листард, практически потерявший на время сразу трех членов совета контакторов. Причём один из них уже практически действющий член совета. А другой универсал уровня полной радуги.

Не то, чтобы магистр не был в курсе происходящего. Но вроде как рядовая вылазка Нэстэ на охоту в окраинную провинцию не только начала затягиваться, но и занимала все больше внимание всех союзных гекат, а через них и империй. Круг вовлекаемых в происходящие события разумных расширялся с пугающей скоростью и грозил всколыхнуть социополе сразу всего сектора миров. Аномалия уже охватывала и миры других секторов, вроде не имеющих непосредственного отношения к происходящему.

– Образцы металлов ринсли уже изучаются металургами?

– Да. – Министр Арден со вздохом кивнул головой. – Как и сами процессы, с помощью которых они получены. Пока только в самых общих чертах и без подробностей. Только описание и образцы слюны этих москитов.

– Можно подумать, это что то меняет. – Проворчала Листард. – Я так понимаю, у нас появилась новая технология.

– Технология не новая. Принцип химической плавки известен давно. Как и принципиальная возможность получения сплавов и их последующей ковки. Вопрос в целесообразности. До сих пор это направление считалось слишком дорогим и опасным. И использовалось разве что в лабораториях для получения химически чистых металлов.

– Без ринсли он так и будет оставаться лабораторным способом.

– Металлурги требуют доступа к первоисточнику. Их очень заинтересовали сплавы, состав котоых выдерживается с точностью до пятого знака.

– Если ринсли получают химически чистые металлы, что удивительного в том, что и сплавы могут делать с такой точностью.

– Рианна, ты бы помолчала. – Простонал отец. – Нам что теперь? Открывать в этом забытом мире институт для металлургов? Отпустили называется прогуляться твою гекату. Вы даже со шнатлиями подраться без головной боли не можете.

– А мы что, виноваты? Оставили бы нас в покое, и ничего бы не было. Нэстэ должна будет скоро вернуться. Я бы девочек помариновала в представительстве, и все.

– Точно все? – Не удержался от язвительного вопроса Листард.

– Ну, моя гекатесса точно тут не виновата. В прошлый раз Нэстэ там случайно оказалась.

– Ага, слышали, мимо проходила. И была занята другими вопросами. – Раздражённо отмахнулся император при всеобщем согласии "коллег". – В который раз убеждаюсь в мудрости предков. Правящих надо вылавливать и держать взаперти, где нибудь в башенке. Нашу семейку в первую очередь. А уж полную радугу и вовсе…

Листард хмыкнул в ответ на растерянный взгляд Рианны. Отец совсем недавно перешёл к неформальным шуткам в ее присутствии на таких серьезных совещаниях.

– А что? Разве не так? – Заметил тот их переглядывания. – Вот оно, наглядное подтверждение теории социополя и источников его возмущения. Твоя сестра по гекате только "мимо проходит", а вокруг даже не волны, шторм начинается. У ринсли девчонкой всего ничего просидела, несколько месяцев каких-то. А расы всю жизнь считавшие друг друга вечным злом начали общаться. Второе посещение уже, по сути, прямое воздействие, в направлении формирования единого государства перед внешней угрозой.

– Ну, это ведь хорошо. Узная кто иной о природных возможностях ринсли, и эта провинция могла бы стать пустынной. Вот те же шнатлии например.

– Да кто говорит что плохо? – С досадой сморщился Аранир. – Только происходит все как-то слишком быстро. Элфы, хорны, шнатлии, куакши, теперь вот ринсли. И все стягивается вокруг Арден и Ариннола.

– Ты же знаешь теорию. – Вздохнул Листард. – Таково свойство "полной радуги". И задача гекат, в том числе, обеспечить для них не только полную раскрываемость способностей, но и задать нормальное направление их деятельности.

– Знаю. – Вздохнул Аранир. – А ещё я слышал пословицу. – "Лучше с восхищением оглядываться на времена, осененные полной радугой, но не дай единый в них жить". Со времен Майи-основательницы исключений что-то не видно.

– Ты против того что происходит? – Осторожно поинтересовалась Рианна.

– Я? нет. Но наша семейка и до первой триады не могла быть нормальной. Как иначе можно объяснить тот факт, что вся семья приняла участие в апробации неизвестной на то время техники Альтер. И это при полном отсутствии контроля со стороны ученых.

– Слава Единому, склонность правящих к импульсным решениям при должном обучении не затрагивает империю. – Проворчал Листард.

Рианна радостно обняла довольного жизнью Барика. И только после этого повернулась к подходящей Нэстэ.

– Как он себя вел?

– Как всегда. Много фыркал и своевольничал. Но в рамках допустимого. Впрочем, ты и сама это знаешь.

Спустившаяся по лестнице девушка, весело улыбнулась своей старшей по гекате. В ходе происходящих в далеком уголке вселенной событий, пришлось обставлять возвращение Нэстэ согласно протоколу. Официальное возвращение Нэстэ в Арден, как правящей, обставлялось рядом публичных мероприятий. Не много, но исключавших до этой поры личную беседу. А сейчас можно было и расслабиться.

Рианна с удовольствием запустила пальцы в гриву блаженного прищурившегося кота. Она всегда скучала, отпуская его от себя.

– Тяжко пришлось? – Не удержалась Нэстэ.

– Ты о совещании? Все как всегда. Много стонов. Как все быстро меняется. Что делать с ринсли и как реагировать на выходку шнатлий. Кстати, теперь это зона интересов совета контакторов. А представительство Арден официально остается под контролем союзной гекаты.

– То есть, Лика с Санирой правы, они там надолго.

– Санира не знаю. Ей придётся поработать посредником. Раз ринсли согласились на такой вариант вместо тебя. А Лику через пару месяцев заменим. Как на счёт Дарины?

– Если Лика все организует и сохранит кураторство, то очень даже неплохо. – Улыбнулась Нэстэ. – У неё хорошо получается вести налаженное дело. Но как организатор чего тот нового она теряется.

– Сумми тоже так говорит. – Вздохнула Рианна. – Надеюсь, ты не рассчитываешь часто гостить в том секторе?

– А есть такая возможность? – Живо заинтересовалась Нэстэ. И видя реакцию подруги весело рассмеялась.

– Нет такой возможности. – Немного сердито проворчала та. – У меня и так такое ощущение, будто только твоим расписанием и занимаюсь.

– Что, так много новых предметов?

– Нет. По учёбе ничего нового. А вот желающих пообщаться с тобой прибавилась. И что примечательно, обращаются теперь все чаще через отца, в обход секретариата гекаты.

– Так вроде я уже все рассказала. – Удивилась девушка.

– Как выяснилось не все. Знаешь, сколько десятков лет у нас бьются над органическими компьютерами? Теперь, когда окончательно поняли, что ринсли это он и есть, в объединённых мирах начинается настоящий ажиотаж в этой области. А вы с Санирой у нас единственный посредники.

– Что есть, то есть. – Рядом возникла голограмма Сумми. – Я, между прочим, тоже хотела бы лично познакомиться с этими ринсли.

– Принцессам не часто удается делать то, что хочется. – Рианна удрученно осмотрела полупустую площадку.

– Настя, ты скажи сразу, если случайно забыла ещё что-нибудь. – Сумми не стала развивать тему, которую не один раз уже обсуждали. – Восстановлением твоей биографии заново занимаются спецслужбы четырёх империй. И ещё неизвестно, сколько это делают неофициально, в других мирах. Хотелось бы заранее представлять сюрпризы, которые нас ждут.

– Да вроде нет больше ничего такого. – Известие для Нэстэ было неприятным и грозило новыми беседами с тенями. А это воспоминания. Причем некоторые из них весьма неприятные.

– Не волнуйся, мы не отладим тебя им на съедение. – Правильно поняла смену настроения Рианна. Если что, вместе с тобой в Бездну удерем.

– Точно. Снаряжение есть, кое-что уже умеем. А в компании всегда веселее. – Поддержала подругу Сумми.

Они обе помнили, как тяжело пережила их гекатесса, беседы, почти допросы, о своём раннем детстве, бередившие болезненные воспоминания о маме. Тогда только внеочередная охота, впервые при категорической поддержке психологов, помогла предотвратить затянувшуюся депрессию девочки.

Нэстэ только вымученно улыбнулась подругам. Про себя она до сих пор считала голограмму мамы, поселившуюся в небольшой уютной комнатке, своим самым ценным материальным приобретением. Специалистам удалось её улучшить и сделать почти живой. Только голос не получался. Да и манера разговора ЭДИ никак не подходила для живого человека. Поэтому мама всегда молчала. Зато всегда создавала уют и ощущение родного дома, куда очень хотелось вернуться во время отлучек.

Рассказ окончен

Музей техники времен Великой волны

В холе орбы было всего несколько разумных. Нэстэ намеренно вышла сюда, чтобы не мешать посторонними разговорами гекатессам, занятым на копировании карты. Собственно, это был максимум, на который она могла отойти от комнаты копирования. Здесь присутствовало еще несколько свободных гекатесс принцессы Арден и представителей союзных гекат.

– Что, совсем никого? – Заинтересовалась Лика мрачным выражением лица Нэстэ сразу как исчезла голограмма высокопоставленного куакши.

Она не очень понимала, как Нэстэ умудряется различает этих земноводных. Сама Лика могла узнать в лицо только нескольких из представителей этой расы, входящих в очень близкий круг общения своей сестры по гекате.

Со связи ушел военный, входящий в генеральный штаб того королевства. Лика знала, что его связывает давнее знакомство. Не сказать, чтобы у них с Нэстэ была тесная дружба. Скорее уважительные отношения и лично они встречались крайне редко и всегда неофициально.

Вопрос Лики сразу привлек внимание змеелюдки, скучавшей здесь по долгу представителя союзной гекаты и тоже краем уха слышавшую незащищенный разговор подруги.

– Разве это так плохо? – Осторожно поинтересовалась Лассана.

– Нет, даже наоборот. – Со вздохом ответила сразу обеим Нэстэ. – Шнатлии убрали наконец своих соглядатаев от куакш.

– Так это же совсем хорошо. – Еще больше удивилась Лика промелькнувшей тени озабоченности на лице Нэстэ. – По крайней мере теперь ты без опаски сможешь ездить к своим друзьям в любое время.

– Ну да. – Как-то подозрительно рассеянно улыбнулась Нэстэ. – Хоть смогу задержаться у них на пару дней подольше. А то каждая поездка, что военная операция с разведкой и боевым сопровождением.

– А нечего становиться главным врагом для целой империи шнатлий.

– Так не я же объявляла Большую охоту на себя!

Лике крайне не нравилась эта рассеянное выражение в глазах сестры по гекате. Как правило, оно появлялось у Нэстэ, когда та начинала скучать от текущей рутины или перед очередной проделкой. Последнее вроде не предвиделось, она бы поделилась со своей подругой. А первое обычно переходило в период затяжной повышенной раздражительности, завершавшейся охотой в Бездне или длительной поездкой, по мнению многих, куда глаза глядят. Благо направлений у их гекатессы было хоть отбавляй. Тени даже спустя столько лет не могут окончательно подвести итоги, где Нэстэ бывала, а где нет. В общем, вариант со скучающей гекатессой для теней оборачивался сплошной головной болью, а для гекатесс новыми приключениями.

Причем, учитывая готовность Нэстэ учиться, периоды скуки на нее чаще накатывали именно летом, как сейчас.

– Ну так радуйся, что охота на тебя закончилась. – Осторожно заметила Лика. – Теперь вот даже наблюдателей убрали. Глядишь, и совсем забудут о бедной тебе. Какие у тебя планы на ближайшее будущее?

– Да вот, хочу съездить в провинцию Ласконию. Ты должна знать про нее.

Лика с досадой выдохнула. Все-таки сестричке опять надоело сидеть на одном месте. Но направление выбрано очень неудачное. Но в конце концов, лето только начиналось.

– Самая скучная провинция во всем Арден. А то и в Объединенных мирах. – Скривилась она. – Мир Ласконии вообще не имеет континентов. Сплошной океан и куча мелких островов, которые наверно до сих пор сосчитать не могут. Городов нет, промышленности нет, жителей, считай, тоже нет. А те, кто там все же обитает, занимаются преимущественно морепродуктами и совсем чуть-чуть, видимо, чтобы совсем не загнуться от скуки, сельским хозяйством. Достопримечательность только одна: Музеи военной техники времён Великой волны на одном острове и морской техники на другом, причем расположенном едва ли не в другом полушарии. Мы с девчонками там несколько раз были в рамках практической истории.

Лика не скрывала недовольства от воспоминаний.

– Хотя музеи там действительно хорошие и главное, всем желающим разрешают поиграть на специальном полигоне с техникой древних времен. Нас туда еще до твоего появления загоняли в рамках программы тренировок и заставляли практиковаться на всем старье подряд.

– Во, я туда и хочу. – Довольно кивнула Нэстэ. – На остров с музеем сухопутной техники.

– Зачем? Это же не современные глайдеры, а военная техника времен Великой волны. Металлолом на колёсах и гусеницах. Даже старых самолетов, на которых в те времена снова начали летать, нет. Они до последнего мира дожили в единичных экземплярах. А танки не летают. Так что твоих любимых полетом там не видать. Впрочем, если в первый раз, можно вполне ничего провести время. За рычаги дергать мне не нравилось. А вот настрелялась я там от души.

Лика на мгновение замолчала, внимательно всматриваясь в лицо подруги.

– А, я поняла. Лагерь?

– Что за лагерь, и что в нем не летает? – Вмешалась подошедшая Рианна, расслышав только последнюю фразу.

– Нэстэ собралась в Ласконию и зовёт с собой. – Скривилась Лика.

– Все не можешь успокоиться не счёт лагеря эвакуированных? – Рианна даже не стала рассматривать другие варианты. – Да все с ними нормально. Лассана ведь лично контролирует этот вопрос. По твоей просьбе, между прочим. Или тебя что-то беспокоит?

– Да все нормально в том лагере. – Возмутилась Лассана намеку, что она что-то не так делает. – Руководство там отчитывается за каждый свой шаг. Всех эвакуированных разместили как полагается: отдельные мобильные дома, одежда, общее питание. Курс адаптации уже заканчивается. Уже который месяц с ними нянчатся. Многие из эвакуированных согласились на обучение по предложенным специальностям и собираются осесть в провинциях Арден и Аринола. Присматриваются и к нашим мирам, но пока осторожничают. К этой Ласконии, кстати тоже присматриваются. Мир совершенно пустынный, хоть целый остров себе забирай, и никаких тебе налогов или чиновников.

– А продукты в лагере нормальные? – Все же уточнила Нэстэ, хоть и знала ответ.

Лассана только усмехнулась неподдельному интересу подруги. Тема питания для Нэстэ почему-то всегда была первоочередная. К этому в союзных гекатах уже привыкли.

– Нэстэ, это не торговые казармы на рынке рабов. – Не сдержалась Рианна. – Многие из перехваченных рубежниками рабов никогда в жизни не питались так, как их сейчас кормят. Зря ты переживаешь.

– У неё есть причины для беспокойства. – Обняла насупившуюся подругу Лика. – Чего комментировать то, что не нужно?

– Извини, Нэстэ. Это я так, не подумала. – Смешалась старшая гекаты. – Но все же, ты неправа, если ты не доверяешь сотрудникам миграционного отдела. В таких лагерях действительно столько проверок, что даже змеелюда могут затюкать сверх всякой меры. А тут ещё такое количество бывших рабов. Больше четырехсот разумных одномоментно прибыло! Удачная получилась совместная акция наших рубежников, только с последствиями не им разгребать приходится.

– Да какая там акция. – Змеелюдка даже хвостом от возмущения пристукнула об пол. – Только и достижений, что рабов эвакуировали без потерь. А большую часть конвоя упустили. Даже работорговцы, и те все ушли в полном составе.

– А тебе надо было бы их все перебить. – Не сдержалась от подколки Лика.

– Наемники ещё ладно. Хотя в таких караванах их тоже не жалко. А вот работорговцев я бы не стала отпускать. Но, Нэстэ, я все это говорю не к тому, чтобы тебя успокоить. Если поедешь в лагерь, я с удовольствием составлю тебе компанию и все покажу.

– Ага. Со всей своей десяткой. – Снова не удержалась от комментариев Лика.

– Бери уж больше, тогда. Ребята Дино тоже спрашивать нашего согласия не станут. – Рассмеялась Рианна, заметив, как при ее словах скривилась Нэстэ. – И не морщись. Нечего было все детство от них бегать. Радуйся что Дино хотя бы лично тебя у ворот гекаты не сторожит.

– Да я ничего. – Нэстэ грустно вздохнула. – Только Дино и его арьятти единственные, кто из пятерки кашьяти не смотрит на меня круглыми глазами.

– А что ты хочешь? – Покачала головой Лика. – Это для них ты подруга детства. Скажи спасибо, что Саша ещё только бойцов из своей гвардии выделяет, а из личного круга только Лассана постоянно с тобой. Те бы тебе и шага не дали ступить.

– Так ты не поедешь? – Уточнила Нэстэ.

– У тебя там пятерка кашьяти, десятка серпентинидов будет, еще хорны. Я тебя знаю. Из музея ты не вылезешь, пока всю технику не облазишь. Тем более что там такие специалисты есть, закачаешься. А мне с тем металлоломом скучно. Может Санира заинтересуется?

Но вышедшая на связь гекатесса тоже отчаянно замотала головой.

– Да вы что, меня в посольстве поедом съедят. Они тут только нащупали чем заинтересовать ринсли, чтобы выманить маток с насиженного места. Не, меня не отпустят. Такой вой поднимется, до императора дойдет.

Лика стояла немного сбоку и заметила, как слегка расслабилась Нэстэ. У нее складывалось такое ощущение, что сестра по гекате почему-то не хотела, чтобы кто-то из гекатесс составил ей компанию в этой поездке. Вот и о Сумми она почему-то не вспомнила, берет с собой только змеелюдов, кашьяти и хорнов. Это не было похоже на Нэстэ. В прочем, психологи уже второй год твердят о чрезмерной опеке со стороны гекатесс своей воскресшей сестры. Для того, кто привык к одиночеству и всю жизнь обходиться исключительно своими силами, это могло перерасти в открытое отторжение. И наблюдательный совет уже высказывал свое недовольство по этому поводу.

– Хорошо, Нэстэ. Если уж так все складывается, съезди, навести этот лагерь. – Вздохнула Рианна. Отпускать подругу без сестер ей очень не хотелось. Что-то все же ей не нравилось в ее поведении. К тому же, Лео с Бариком пока развлекались в Бездне. – А на музей ты сколько времени планируешь потратить?

– Там действительно хороший полигон для тренировок? – Уточнила Нэстэ.

– Хороший. – Рианна снова усмехнулась, видя разгорающийся азарт в ее глазах. – И даже если бы его не было, что с того? Для тебя организуют что угодно, это я обещаю. Развлекись там, отдохни. Хорнов возьми все же с собой, тут Лика права. Здесь они заскучали от бездействия. А наёмников всегда интересуют всякие желёзки.

– Почему бы и нет. Где пятнадцать, там и двадцать. – Покорно вздохнула Нэстэ.

Рианна перехватила растерянный взгляд Лассаны и в ответ пожала плечами.

Их подруга всегда была против сопровождения и норовила избавиться от опеки при всяком удобном случае. А тут такая покорность. Неужели действительно в гекате её все достало?

– Настя, что тебя беспокоит? – Все же завела разговор принцесса, зайдя к ней в комнату вечером. – Барик передал какую-то настороженность от Лео, даже желание немедленно вернуться.

– Я ему запретила. Думаю так будет лучше. – Призналась Нэстэ. – Я сама не понимаю что происходит и чего хочу. Просто какое-то беспокойство, усиливающееся, когда разговоры заходят об этом лагере.

– То сообщение об операции рубежников ты с самого начала приняла очень нервно. Это все отметили.

– А ты как бы восприняла сообщение о четырех сотнях рабов, купленных для шнатлий на рынках? – Криво улыбнулась девушка. – Да еще больше половины из них дети.

– Потому никто и не лез к тебе с этой темой. Но Лассана ведь контролирует ситуацию там.

– Я все понимаю, но что-то мне не дает покоя в этом лагере. Еще эти шнатлии. Это же была закупка по заказу клана. Они ведь такие потери воспринимают как удар по репутации своего клана. Тараканы всегда приходят за своим.

– И что? Рубежники уже просчитали возможные варианты. Провинция слишком далеко от границ их империи. Для набега слишком далеко. А полноценную войну они объявлять не будут. Для восстановления репутации среди себе подобных они всегда организуют набег. Рубежники просчитали три наиболее вероятных направления. И по одному из них уже есть сообщения о проводимой рекогносцировке.

– Я хочу сама убедиться, что там все в порядке. – Упрямо нагнула голову Нэстэ.

– Да кто против? Езжай, посмотри. Заодно и стажировку пройдешь в музее. У нас-то она прошла еще до тебя. Три месяца в том музее гайки крутили да за рычаги дергали. Но с условием, что ты не будешь играть в молчанку. Связь каждый день и с полным докладом.

Нэстэ согласно кивнула.

Всю дорогу до конечной цели путешествия Лассана хмурилась и осторожно присматривалась к Нэстэ. Вроде все как обычно. В меру приветлива, в меру спокойна.

В лагере эвакуированных Нэстэ облазила все закоулки. И действительно заглянула в столовую, не постеснявшись лично набрать миску из общего котла. После чего невозмутимо поела вместе со всеми бывшими рабами. Чем, если честно, поразила жителей лагеря гораздо больше, чем все произошедшее с ними с момента освобождения вместе взятое. Жители окраинных миров, тем более рабы, как-то не привыкли к тому, что столь высокие посетители пристраиваются с ними за один стол на обед.

И только убедившись, что все не так уж плохо в лагере, Нэстэ отправилась на другой конец острова.

Лассана была вынуждена признать правоту Лики. До этого момента она как-то не удосужилась побывать в этом музее, хоть он и находился всего в трех часах езды по извилистой дороге. Слышать о нем слышала. Трудно не слышать о месте, где объединенные армии Центральных миров проводили последнюю совместную операцию по зачистке тварей в масштабах целого мира.

Музей занимал всю южную часть острова и был связан с лагерем беженцев грунтовой дорогой, петлявших по долинам небольшого горного хребта, разделяющего остров почти по полам. По сути, это был гараж древней техники, составленной сюда за ненадобностью. Массивные железные монстры, в разной степени адаптированные к условиям времён Великой волны, зачастую много более древние чем сам катаклизм.

Такая техника или её подобие была в истории любой цивилизации. Двигатели на углеводородном топливе, хорошо хоть не на пару, толстостенная броня и огнестрелы самого разного калибра. Здесь же выставлялись снаряды к ним. Точнее их имитации. По словам гида, приставленного к ним, настоящие боеприпасы тут тоже были в избытке. Только хранились они в специальных подземных шахтах и использовались только на полигоне.

В отличие от своих спутников, Нэстэ проявляла ко всему этому металлолому неподдельный интерес. А перспектива не только потренироваться в управлении техникой, но и по-настоящему по стрелять приводила её в неподдельный восторг.

– Что и никаких учебных имитаторов, как в других мирах? – Уточнила она у гида.

То позволил себе пренебрежительно скривить губы, выражая отношение к упомянутой учебной технике.

– В отличие от всех иных музеев, у нас здесь настоящее оружие и никаких подделок, гекатесса. На полигоне вы сможете управлять любой техникой, выставленной в музее, а также стрелять хоть из лучевого оружия, хоть из огнестрела любого калибра. Но современного вооружения здесь вы не найдете.

– Даже из этого можно стрелять? – Нэстэ хлопнула ладонью по агрегату на гусеницах, рядом с которым стояла. Для этого ей даже пришлось поднять руку едва ли не выше головы.

– Танк модели Ирби семь девятнадцать. В обиходе звался мастодонтом. Считается одним из последних проектов времён, до создания силовых полей. Хотя с этим утверждением спорят некоторые историки. Использовался во множестве межрасовых конфликтов, включая седьмую войну Арден и шнатлий. К началу Великой волны этому проекту исполнилось уже более трехсот лет. Знаменит тем, что во временя разработки первых силовых полей именно для его орудия был разработан специальный вид огнестрельного снаряда, способного преодолевать силовые поля вплоть до третьего уровня напитки.

– Этот как? – Теперь уже заинтересовалась Лассана. Все-таки история вооружения Арден не входила в курс ее подготовки.

– Тандемный снаряд. – Гид указал на один из выставленных муляжей. – Снабжен сразу тремя типами двигателей: тормозной, порохового типа, основное предназначение которого снизить скорость снаряда перед щитом.

Тонкий лучик световой указки переместился на муляже чуть ниже.

– Тяговый или двигатель продавливания. Отличительная его особенность, это мощная постоянная тяга, обеспечивающая снаряду медленное продавливание через силовое поле. И три разгонных двигателя. Они срабатывают сразу после преодоления щита и, по задумке, обеспечивают сохранение траектории полета и выход на цель.

Лучик указки перекинулся на небольшое удлинение в носу экспоната.

– Специальный шток, выступающий за пределы головной части при контакте с силовым полем обеспечивает запуск тормозного двигателя и всю последующую цепь контроля траектории снаряда. Никакой электроники, никакого дистанционного контроля со стороны.

– А почему тандемный?

– Есть две версии этого названия. Первая, это то, что тормозной пороховой двигатель вмонтированный в головную часть, придаёт снаряду вид гири. Вторая версия заключается в том, что в виду неизбежного искажения траектории в момент преодоления щита, о точности таких снарядов говорить не приходилось. Поэтому эти снаряды эффективнее всего было использовать в тандеме с другими вооружениями. Впрочем, последнюю проблему конструкторам все же удалось частично нивелировать.

– Так он не управляемый?

– Нет. В те времена и в условиях действующего щита это было совершенно бессмысленной опцией. Те системы связи легко отсекали даже щиты третьего уровня.

– Не смотря на почтенный возраст, этот танк стоит здесь? – Не всякий случай уточнила Лассана. – Значит он как-то задействовался во времена великой волны?

– В арсенал этих машин, на ряду с обычными тандемными снарядами, входили боеприпасы с зажигательной смесью. Их конструкция оказалась настолько проста, что во время Великой волны их производство можно было наладить практически на любом подходящем заводе.

Гид слега отодвинулся, освобождая место, на котором появилась демонстрационная голограмма.

– Орудия с такими боеприпасами изначально использовались для обороны населённых пунктов, в которых уже в те времена они являлись экспонатами местных музеев. Немного позже, танки на гусеничном ходу, в том числе и эти мастодонты, обеспечивали эвакуацию населения до силовых транспортных линий. В первый период Великой волны вся модернизация подобной техники заключалась в замене двигателей на любой подходящий из более поздних времен. Позже, когда заново было налажено производство самих танков, появились версии машин без орудийных башен для транспортировки разумных и грузов. Но в классической комплектации, которую мы видим здесь, они использовались до самых на поздних стадий Великой волны. Конкретно эта машина принимала участие в сопровождении колонн, в том числе боевых, и огневой зачистки территории на значительном удалении от передового края.

– Значит тандемные снаряды в Великой волне не использовались?

– Если говорить о базовой модели снаряда, то нет. – Гид снисходительно улыбнулся наивному вопросу Нэстэ. – Они все же предназначены для войн между разумными и против волны тварей имеют низкую эффективность.

– Но если снаряд преодолевает щит в одном направлении, значит может сделать это и в обратном?

– Вы правы, гекатесса. Конструкторы времен Великой волны пошли именно высказанному вами пути и действительно разработали на основе базовой версии снаряда принципиально новую модель. Её отличительной особенностью было увеличение прицельной дальности за счет установки более мощных разгонных двигателей, а также увеличенный объем зажигательной смеси. Снижение точности после преодоления щита компенсировалось установкой простейших управляющих контроллеров по типу "далеко-близко". Перед залпом была возможность задать дистанцию между снарядами, на которой они должны были лететь в воздухе.

– Между разными орудиями?

– Снаряды, выпущенные из одного орудия, были способны встраиваться в одну линию, так называемый пакет. – Подтвердил Гид. – Такие пакеты между собой так же могли взаимодействовать по тому же принципу и формировать целую сеть. Таким образом достигалось покрытие площади по сетке с заранее заданными параметрами. Зная ориентировочную площадь поражения зажигательной смеси одного снаряда, можно было без усилий обеспечить сплошное уничтожение тварей на значительной территории без применения каких-либо сложных и дорогих систем вооружения. А все прицеливание сводилось к указанию приблизительного центра площади планируемой зачистки.

– И такие снаряды тоже у вас есть в хранилище? – Осторожно поинтересовалась Нэстэ. – нам что-то рассказывали на занятиях про это, но очень хочется самой посмотреть.

– Снаряды есть, но для демонстрации всех их возможностей потребуется минимум три танка.

– А у вас не все экспонаты исправны?

– У нас достаточно исправной техники, гекатесса. – Гид даже немного обиделся за свой музей. – Но вся она рассчитана на разумных вроде людей. Для управления танками все же требуется как минимум две ноги.

– Ну, так у нас есть хорны и кашьяти. Я думаю они не откажутся развлечься.

Лассана сильно сомневалась, что кашьяти будут в восторге от идеи лезть в эти железные коробки. А вот хорны, изрядно заскучавшие на дворцовой территории, действительно не откажутся от забавы. Наемники есть наемники.

Полигон особо не впечатлил змеелюдку. Просто голое поле, перепаханное гусеницами и колесами вдоль и поперёк. И несколько зон для стрельбы мало подготовленным оператором. То есть, как бы высказался ее тренер в учебке: "с учётом стрельбы слепого, направляемого зрячим немым, да ещё и безруким".

Но само мероприятие её захватило. Гонять на ревущей и чадящей технике по всем ямам и колдобинам оказалось очень увлекательным делом. На глайдере, с его силовыми полями, не было такого ощущения скорости и мощи. Лассана даже пожалела, что ее хвост не приспособлен для управления этим древним монстром. Зато, когда начались стрельбы, она охотно включилась в спонтанное межрасовое соревнование. Не уступать же хорнам и тритонам еще и в дисциплине стрельбы.

Две недели тренировок оказалась на удивление короткими. По вечерам Нэстэ радостно делилась итогами устроенных соревнований с болельщиками, в качестве которых естественно выступали гекаты по голосвязи. Тут же планировались новые испытания. То стрельба на ходу, то обнаружить движущуюся мишень из засады. А под конец и вовсе загорелась идеей проверить, можно ли тандемными снарядами, запущенными сеткой сбить летящую мишень, в качестве которых выступали найденные в местных складах воздушные шары, назначение которых не смогли вспомнить даже старейшие сотрудники музея.

Как выяснилось, вполне себе возможно при достаточном везении и уменьшения ячейки сети до минимального десятка метров. Правда выпускать такую сеть по цели пришлось сразу всем пакетом из шести снарядов и одновременно из пяти танков. Но ведь сбили шар, никуда он не дался!

Под конец Нэстэ вспомнила, что танки вроде как могут переправляться через мелкие водоемы прямо по дну. Гид подсказал, рассказывая о методах преодоления слишком широкого рва. К её видимому разочарованию, стрелять у них при этом не получалось.

– Как же так? Ползать по дну могут, а стрелять из-под воды нет? – Недоумевала она, почесывая испачканный в масле висок. – Корабли ведь стреляют на воде.

– Корабли потому и стреляют, что ходят на поверхности воды. – Пытался вразумить "наивную" гекатессу сбитый с толку гид. Он за эту неделю тоже весьма подустал от фантазий этой гекатессы, весьма основательно загонявшей всю свою команду. – Танки ведь не плавают.

Лассана невольно вздрогнула и с трудом подавила ехидную улыбку. Нэстэ оказалась в своём репертуаре и загнала в ступор сотрудника музея, слишком восхищавшегося достижениями древних конструкторов.

Сама Нэстэ прекрасно понимала почему нельзя стрелять из огнестрелов под водой и новостью это для нее не было. Главным в ее вопросе был именно факт того, что древние конструктора не смогли или не захотели обойти какое-то ограничение. А значит, есть повод для фантазии.

– Если в них можно находиться под водой, значит они герметичны. – Принялась рассуждать Нэстэ. – Значит, то что они не могут плавать, есть вопрос спорный.

– Они слишком тяжелые для этого. – Попытался как маленькой объяснить сотрудник музея.

– Хм. А я у вас видела транспортные силовые носилки. Вы вроде даже рассказывали о них. Они смогут поднять танк?

– Нет. – Мужчина вконец растерялся и посмотрел на откровенно развлекающуюся разговором Лассану.

Но змеелюдка только отвела взгляд. "Живущая в Бездне" как теперь иногда называли Нэстэ, отнюдь не была пайдевочкой в императорском дворце. И она далеко не всегда определяла границы дозволенного в своих проказах среди разумных. Некоторые из ее шалостей граничили с хулиганством, причем далеко не всегда безвредным для окружающих. Правда после, она приходила и искренне извинялась перед пострадавшими, если понимала, что натворила.

Самым забавным при этом было то, что все, кто узнавал ее поближе, включая служащих дворца, готовы были простить ей любые выходки. Но легче от этого окружающим не становилось. Нэстэ действительно иногда не видела проблемы в тех или иных своих действиях, руководствуясь своим опытом общения с иными расами. И хорошо если бы только кашьяти и змеелюдов. Как например пара застолий, на которых новая гекатесса взяла ответное слово. Вроде ничего страшного, если не считать того, что у Нэстэ прошла тренировку подобных застолий у змеелюдов. Ох как она тогда отыгралась.

В общем, вмешиваться в действия подопечной, явно захваченной какой-то идеей, причем скорее всего авантюрного характера, Лассана не собиралась. Себе дороже выйдет. Во-первых, в Арден правящая, тем более радуга, ограничивалась в своих инициативах крайне редко и неохотно. Этот принцип воспитания в империи оставался незыблемым веками и приносил свои плоды. Во-вторых, с нее ведь станется и ее заставить принять участие в своих играх. А потом придется оправдываться перед Сашей за поведение, неподобающее статусу личного представителя принца.

– Одни носилки не потянут, тут я с вами соглашусь. – Охотно закивала головой Нэстэ. – Вы говорили, что их грузоподъемность всего несколько тонн. А если подвести под такой танк сразу несколько носилок? Ведь их грузоподъемность складывается в этом случае?

– Я не знаю. – Совсем растерялся мужчина. – Возможно и складываются. Но, чтобы поднять машину, потребуется три или пять штук. Куда их крепить, да и собственных энергонакопителей не хватит. От чего притаться им.

– Отлично. В давайте попробуем и узнаем. – Воодушевилась Нэстэ.

Сказано-сделано. Хорны, отправившиеся в эту поездку, совсем недавно покинули свои учебные центры. Азарт и авантюризм, свойственный молодости этой расы, заставляли их охотно поддерживать любые начинания Нэстэ.

Танк приподнялся над землёй только когда под его днище не без труда пристроили третьи носилки из числа наиболее мощных типов, из имеющихся в музее.

Нэстэ задумчиво обошла махину, полюбовалась на провисшие гусеницы и проследила как она медленно коснулась травы.

– Это предельная нагрузка, гекатесса. Генераторы силового поля носилок выпивают весь энергонакопитель за несколько минут. – Развел руками гид. – Но вы оказались правы, несколько носилок действительно могут приподнять танк. Только четвертые носилки уже некуда пристроить. Площади днища машины больше не хватает.

– С энергонакопителями можно решить вопрос запиткой от работающих двигателей. Их энергии вполне хватит для поддержания заряда на должном уровне пока хватит топлива. – Выдвинул идею Харис, из числа кашьяти. Тоже кстати принявших в эксперименте деятельное участие.

– Отлично! – Обрадовалась идее неугомонная Нэстэ. – Пробуем и смотрим что получится.

После двухчасовой возни с проводами, к вечеру новый эксперимент показал, что танк способен на одной заправке топлива провисеть в воздухе полдня. Но как только двигатель заглох, гусеницы тут же с лязгом опустились на бетонную площадку.

– Ничего. Нескольких часов вполне хватит.

– Нэстэ, по земле эта штука перемещается при помощи гусениц. – Ехидно заметила Лассана. – А что ты собираешься использовать на воде?

Вызванные для реализации эксперимента механик музея выдвинул новую идею.

– В дальних гаражах есть навесные лодочные моторы. Их использовали на понтонах для переправы через крупные водные преграды.

Предложение высказано. Охваченная изобретательским энтузиазмом команда полезла в указанном направлении. И, в конце концов, доселе невиданный модернизированный монстр послушно прополз на гусеницах по песочку в воду демонстрируя на корме сразу три навесных мотора. Чтобы не изобретать ещё и руль, их сразу сделали поворотными через тросовые тяги. А сами троса недолго думая, подсоединили к тем же рычагам, что управляют гусеницами. Благо доступ к ним не был герметичен. Гусеницы конечно можно было бы отключить. Но как тогда до берега доползти и в воду залезть. В общем, пусть себе вращаются.

Лассана давно так не смеялась, наблюдая как три навесных двигателя пока ещё не работающие, послушно виляли, следуя командам от водителя на поворотах. Все равно что три купированных хвоста у собаки.

Когда танк вошел в воду достаточно глубоко, за кормой появились буруны и тяжёлая махина величаво, э-э-э, как топор пущенный на плотике, заскользила по водной глади морского залива.

А Нэстэ забралась на верх башни и голосом прямо в люк подавала команды. Гусеницы продолжали исправно молотить воду, поднимая тучу брызг по бокам, закрывая обзор. И чтобы вообще можно было хоть что-то разглядеть впереди, танку пришлось развить довольно приличную скорость.

Очень быстро выяснилось, что за счёт скорости можно немного ослабить нагрузку на генераторы силовых полей носилок. По расчетам, это должно было позволить несколько увеличить время их работы.

Нэстэ была страшно довольна.

– А завтра мы устроим соревнование в стрельбе на воде. – Решила она. – На месте и в движении.

– Нэстэ, для этого одного танка маловато будет. – Осторожно заметила Лассана.

Она со все большим подозрением наблюдала за всеобщей суетой, что подняла девушка. Развлечение конечно оказалось увлекательным. Но Нэстэ никогда не интересовалась техникой, тем более древней на таком уровне. И что-то тут было не так.

У Лассаны начало складываться впечатление, что Нэстэ начала куда-то спешить, э это при том, что ни Рианна, ни Совет воспитателей, никак не ограничивали их во времени. И даже более того, были вроде как довольны получившимся отдыхом.

А ещё с новой силой всплыли подозрения, что подруга чего-то недоговаривает в разговорах с Сумми и Рианной. По крайней мере о модификациях танков говорилось в скользь, как о забавной игре. Но Нэстэ никогда не играла в детские игры просто так. Для хорошо ее знающей Лассаны это был тревожный сигнал, требующий скорейшего прояснения. Что она и решила сделать вечером.

Спустя пару дней "Плавающие" танки уже в количестве пяти штук бороздили водную гладь залива. К спуску готовилось еще столько же. Хоть это вроде, как и не требовалось, по мнению наблюдающей все это Лассаны.

Лассана еще сомневалась в своих подозрениях и стоит ли вызвать Нэстэ на откровенный разговор. Но вечером очередного дня получила от нее просьбу о срочной встрече. Гекатессу она застала за разговором с голограммой куакши, в которой не без удивления узнала командующего их королевства. Старый знакомый Нэстэ, с которым подругу связывали довольно странные отношения, поспешно распрощался и исчез. Оставив их наедине.

– Нэстэ, у нас проблемы? – Осторожно поинтересовалась Лассана, глядя на встревоженное личико подруги. – Намечается большой прием, а тут некуму навести прическу. Я угадала?

Молодая девушка откровенно смутилась.

– Я не уверена, понимаешь, у меня были только нечеткие ощущения. Рианна считает, что у меня это связано с плохими воспоминаниями из детства. Но сейчас что-то совсем неспокойно стало.

– Так, подруга., начинаем сначала. – Перешла Лассана на серьезный тон. – Поправь, если я ошибаюсь: Ты весьма искусно избавилась от всех гекатесс, единственным недостатком в которых я вижу исключительно молодость. Далее, ты зачем-то примчалась проверять лагерь бывших рабов из каравана, следовавшего к шнатлиям. Так?

– Да.

– Я не в претензии, но в свете того, что ты только что разговаривала с куакшей, который поставляет тебе информацию своей разведки о перемещениях шнатлий, получается что новости все таки касаются этой расы разумных.

- "Шнатлии никогда не оставляют безнаказанным потерю того, что им принадлежит". – Сдавленно процитировала Нэстэ. – В Окраинных мирах эта поговорка очень в ходу. Шнатлии всегда делают попытку вернуть свою собственность или компенсировать потерю за счет чего-то другого. Для них это вопрос престижа среди кланов. А после разгрома каравана они все еще не предприняли ни одной вылазки, я проверяла.

– Верно. Но ожидается, что они пойдут в секторах…

Лассана на мгновенье замерла с полуоткрытым ртом, потом продолжила:

– Подожди. Этот земноводный пришел с новостями, из которых ты решила, что они попытаются захватить лагерь?

– Или уничтожить его, по принципу чтобы никому не досталось. А там больше половины дети. – Нэстэ отвернулась.

– Но с чего ты взяла, что они именно сейчас…

– У меня только невнятные ощущения и сообщения куакш о подозрительных передвижениях шнатлий. В последние две недели, исчезли все наблюдатели за деревней. Ну, ты знаешь какой. Снизилась даже активность скрытых шпионов. Я попросила уточнить где ещё произошло что-либо подобное. Сегодня вот мне сообщили, что в Арзалии и Висте. А это миры-перекрёстки, имеющие выход сюда.

– Да, маловато данных. – Признала Лассана, судорожно просчитывая все, что могла припомнить из географии этих миров. Как никак, ещё совсем недавно Арден был для неё одним из основных противников.

– Но в этот мир даже твари заходят только через транзитные провинции Арден. Как они могут сюда пройти?

– Есть неконтролируемый морской Переход, используемый раньше контрабандистами. Мелководные десантные катера вполне способны его пройти. Есть еще один, но его размеры не подходят для крупного транспорта.

– А тут нет ничего, что способно дать отпор современному военному катеру морского класса. – Закончила мысль Лассана.

– У куакш есть шпионы в кланах шнатлий. Немного, но хоть что-то. По их данным, исчезло боевое звено из трех скоростных катеров с броневой защитой. В том числе один среднетонажный, способный нести гладеры. Вооружение – лучевые орудия, скоростные огнестрелы среднего калибра, из защиты силовые щиты до третьего уровня напитки. Ну и броня, способная противостоять огнестрелам мелкого и среднего калибра. При десантировании щиты же отключаются.

Лассана медленно опустилась на стул и обвила его ножки своим хвостом.

– Помощь?

– Я подумала связаться с Рахснилом, командующим рубежного сектора империи Арден, граничного с миром Ласконии. Кажется что-то из подчиненных ему располагается рядом с Переходом.

– И чего ждешь?

– Хотела еще раз с тобой посоветоваться. Может я все таки зря паникую.

– В данном случае не по адресу. Это тебе надо было бы с Рианной или с девочками связаться. Это твои гекатессы имеют специальную подготовку по расшифровке эмоционального фона правящих. Я уже не говорю об опыте. На сколько я понимаю, связаться с Рианной ты не желаешь?

– Позже. В первую очередь поговорим с Рахснилом.

– Верно, в первую очередь определиться с нашими шансами.

Командующий оказался высокий еще не старый человек, с лицом покрытым густой сетью мелких морщин. Вызов поднял его с постели. В его мире, как попытался объяснить адъютант, едва ушло заполночь.

Ранняя побудка и необходимость разговора с молодой правящей ничуть не улучшило его настроения. Однако сон и недовольное выражение с его лица сошли довольно быстро. Нэстэ, несмотря на явное смущение, объяснялась четко и вполне связно.

– Когда по-вашему может начаться набег? – Рубежник не собирался вникать в сомнения правящей и требовательно ждал ответа.

– Скорее всего в ближайшее время. Но я не уверена.

– Гекатесса, В Арден имеются вполне четкие инструкции на счет сомнений правящих. – Немного смягчил он тон. – А именно, засовывать их… хм… В общем, лучше провести внеочередные учения по переброске полка с полным вооружением через Переход, чем потом сожалеть об упущенном времени.

– В Ласконии нет военных катеров. Только морская стража.

– Мне это известно. – Улыбнулся мужчина. – Изначально оборона этой провинции предполагается именно с использованием войск рубежного сектора. Для этого и организована оборона Перехода, и значительные силы расквартированы в непосредственной близости от него. Малые катера и боевые глайдеры стоят в доках Ласконии на консервации. Последний раз их приводили в боевое состояние на время учений три года назад.

– Сколько потребуется времени на подготовку их выхода? – Встрепенулась Нэстэ.

– Часа четыре. – Командующий недовольно покосился на Лассану, но не стал акцентировать внимание на присутствии постороннего. Чем заслужил еще большее уважение змеелюдки. – Время перехода до вашего острова составляет около пяти часов. Глайдерам придется взять с собой дополнительные энергонакопители. Это снизит их боевую нагрузку, а также вынудит произвести посадку на стороне адапционного лагеря, для смены накопителей. Но все равно, они смогут прикрыть устров на час раньше, чем катера.

– Просто отлично. – Нэстэ с облегчением выдохнула и даже заулыбалась. – Мы сможем узнать факт пересечения морского перехода?

– Да, там стоят датчики еще со времен Великой волны. Сначала для выявления крупных тварей, позже в рамках борьбы с контрбандой. Отслеживается факт пересечения Перехода, есть возможность узнать количество Прошедших объектов. Данные поступают в непрерывном режиме.

– Командный катер шнатлий оборудован системой контроля подавителей. – Хмуро проинформировала Нэстэ. – Это сведения от куакш, а я им верю.

– У них небольшой радиус действия. – Все заметила Лассана. – Вряд ли они закроют вю систему датчиков оповещения.

Вместо ответа Нэстэ вывела перед глазами собеседников содержание какого-то перечня.

– Это список оборудования, которое было зафиксировано у агентов шнатлий, пересекших Переходы в миры, граничные с Ласконией.

Список был коротким. Лассане потребовалось меньше минуты, чтобы его прочесть.

– Не вижу ничего особенного, кроме количества однотипных приборов. Это скорее торговцы одиночки, чем агенты. Хотя погоди.

Она ещё раз внимательно посмотрела перечень, уже с учётом пометок, оставленных самой Нэстэ.

– Если не учитывать отсутствие кое чего, я бы сказала, что это…

– Ага, приборы, входящие в комплект широкополосного подавления связи, включая проводную. Вы же специально разрабатывали технологию создания такой системы из бытовых приборов максимального распространения. Просто в Ласконии не так много жителей в районе Перехода. И в магазинах много чего отсутствует в нужном количестве. – Мрачно закончила за неё Нэстэ. – Вот недостающие элементы и доставляются сюда агентами из числа людей, куакш и прочих, кто вдруг возжелал ознакомиться с бытом местного населения. Конечно это может и не так, и все это добропорядочные граждане, ведущие свой мелкий бизнес. Но я предпочитаю на это не рассчитывать.

– Но откуда? – Лассана смотрела на подругу широко открытыми глазами.

– Ты о ваших разработках? Так я ведь у Дино в качестве арьяти почти всю программу подготовки прошла. Сама знаешь, чему там учат его. Там и узнала о ней. Потом, когда у вас гостила, с Сашей обсуждала как так получается, что армейцы куакш оказываются слепыми и глухими каждый раз, когда начинается охота шнатлий. Он тоже удивился, моему интересу. Но кое-что все же согласился рассказал о разработках тараканов и кашьяти. Н,у а подробно мне все уже в гекате рассказали. В академии теней очень удивились, что мне известно о ваших наработках. Я даже сравнительный анализ делала на ваши разработки, шнатлий, кашьяти и Арден.

– А Аринола?

– И его тоже. – Кивнула Нэстэ.

– У нас эта разработка считается секретом высшего уровня. – Пробормотала Лассана.

– Ну так это у всех везде так.

– Значит у шнатлий есть система внешнего подавления связи. – Пробормотала Лассана.

– Командующий Расхнил, есть хоть какая-то возможность подключить нас к данным поступающим от датчиков на Переходе?

– Есть. Пожал тот плечами. Система открытая, в информационном режиме к ней подключаются и службы чрезвычайных ситуаций, и гражданские административные ресурсы.

– Отлично, значит сигналом начала набега послужит или сообщение датчиков Перехода о пересечении, или прекращение их работы. Выдала Нэстэ. – Командующий, отсюда мы ничего не сможем сделать, так что на вас еще и восстановление связи. В первую очередь частот системы ликал гекаты.

– Принято, гекатесса.

– Прошу прощения, командующий. – Вмешалась Лассана, остановив разрыв связи. – Официально, для всех, включая местную администрацию, здесь развлекаются союзные гекаты змеелюдов, куакш и компания хорнов. Нэстэ сейчас находится в совсем другом месте.

– Мне это известно. – Без улыбки кивнул генерал. – Учения я начну на своем уровне, и поставлю столицу в известность только утром, когда это уже не будет иметь значения.

Лассана не считала себя паникершей. И всегда гордилась своим умением здраво рассуждать в любых самых критических ситуациях. Но сейчас её хваленая выдержка начинала давать сбой.

– Ты хоть понимаешь, что будет, когда они узнают о тебе? Их целью станет не лагерь, а ты. – Не сдержалась она сразу, как связь разорвалась.

– Так меня же нет здесь. – Рассмеялась Нэстэ.

– Но они узнают о тебе сразу, как доберутся до лагеря. Гекатесса самой принцессы Арден в сопровождении такого набора бойцов во всех Объединенных мирах только одна.

– Значит надо позаботиться, чтобы шнатлии не добрались до адаптационного лагеря. – Усмехнулась Нэстэ. – Они пойдут кратчайшим курсом, а значит мимо нашего берега.

Вызов командиров пятерок происходил уже в потемках. Снова короткий ввод в курс дела. Хмурые переглядывания между собой и несколько минут раздумий.

– Серьезного вооружения у нас с бой нет. Мечами много не навоюешь против катеров. – Подвел итог Каррэл, командир хорнов.

– Мы можем обеспечить оборону наземными орудиями. – Прикинула Лассана.

– Здесь такая возможность есть. – Возразил Каррэл. – Но в лагерь переправка орудий и их установка замет часа четыре. А еще снаряды. И использовать м ы можем только огнестрелы. Для энергетического вооружения у нас попросту нет генераторов достаточной мощности.

– В лагерь можно выставить танки. – Предложил уже ее командир пятерки.

– Не уверен, что они осилят горную дорогу. И опять же, боеприпасы.

– Если катера подойдут к лагерю с полными энергии накопителями, от старых орудий толку не будет. – Вздохнула Лассана. – Щиты смогут пробить только тандемные снаряды. А их прицельная дальность уступает любому виду вооружения катеров.

– Все, что нам надо, это подумать об обороне до подхода рубежников. – Подвела итог Лассана. – А завтра мы уже подумаем об эвакуации. – И Нэстэ, не спорь. Здесь от нас толку уже все равно не будет.

Все дружно закивали головами, поддерживая ее. Нэстэ только руками развела и огорченно вздохнула.

– Я думала эвакуировать жителей лагеря.

– На это потребуется целый флот местных рыбаков и несколько дней. – Власти провинции справятся с этой задачей без нас. – Отмахнулась Лассана. – И вообще, Нэстэ, если бы не это земноводный, когда бы ты рассказала о своих подозрениях нам?

– Так ведь рассказываю же, прямо сейчас!

Лассана промолчала на невинный взгляд малолетней авантюристки. Что с взять с того, для кого информация и её сокрытие было едва ли не единственным способом выживания всю предыдущую жизнь. Рианна с Сумми бьются с этой привычкой своей гекатессы наверно с самого первого дня ее воскрешения. И то и дело нарываются на ловушки, ставящие на уши весь дворец и научников. До этого момента наблюдать за их потугами было забавно. Но оказаться в такой подставе самой совсем другое дело.

Уже наступал рассвет. Они еще прикидывали план расстановки орудий. Прорабатывали, как и кому выдвигаться по горной дороге до лагеря на танках, когда появился боец, отвечавший за связь.

– Датчики Перехода прервали передачу данных, гекатесса. Связь с Центральным островом потеряна.

Краткий доклад был встречен полным молчанием.

– Я думала у нас есть хотя бы дня два. – Мрачно опустилась на стул Нэстэ. – Скорее всего Расхнил еще не успел вывести помощь в море.

– Думаю наши орудия они обойдут, при первых же выстрелах уйдут дальше в море. Доставить орудия в лагерь мы уже не успеваем. – Подытожил Каррэл. – Лагерь и погрузка рабов замет какое-то время. Думаю, надо сосредоточиться на обороне музея. У нас есть все шансы продержаться до подхода помощи.

– Чтобы спасти лагерь, у нас остается только одно. Встретить их прямо на курсе, связать боем и не дать уйти в море. – Выдала Нэстэ, угрюмо оглядывая всех присутствующих.

– На чем? Ты же не рассчитываешь выйти против звена морских катеров на переделанных танках?

– При скорости противника, от Перехода до адаптационного лагеря два с половиной часа ходу, из них час они должны двигаться вдоль берега. Для восстановления энергонакопителей до полной мощности их генераторам потребуется полтора-два часа. Я навела справки. К нашей стороне острова они подойдут все еще с не полными накопителями.

– То есть, ты предлагаешь выйти им на встречу на технике, не предназначенной для этого? У танков нет даже силовых сфер нет.

– Силовые щиты будут мешать стрельбе. – Скривилась девушка. – К тому же, у каждого из нас есть индивидуальные щиты. Они выдержат даже разрушение танка. Учитывая наш "опыт" учений, рассчитывать конечно приходится только на пакетные залпы. Для этого потребуются все пять танков. Главное выйти на близкую дистанцию. Если накроем с первого залпа, им придется держать щиты. А те уже не дадут им маневрировать.

– Лучевое оружие?

– Оно не может использоваться под водой. Если танки притопить, энергетическое оружие не сможет их достать. Современные огнестрельные орудия уступают древним. Броня танков выдержит их снаряды, тем более запущенные под таким углом. – Горячо продолжила Нэстэ. – Мы сможем подойти на дистанцию прицельного выстрела.

– Что-же, встретить мы их сможем. В конце концов, их лучевое оружие не сможет пробить под водой. – Начал рассуждать Каррэл. – Если мы заставим их держать щиты на поной мощности, катера превратятся в неподвижную цель. А дальше-то что? Если не подоспеет помощь, Шнатлии дождутся, когда у нас закончатся боеприпасы, снимут щиты и просто расстреляют нас в упор.

– Есть вторая партия танков. Их можно подготовить как раз на этот случай. Они заменят нас. Ну или зайдут с другой стороны и перехватят их на курсе к возвратному Переходу.

– И продержаться от силы часа два. – Кивнула интригантка. – Рубежники уже начали выдвигаться. Сюда им часов пять, для глайдеров четыре. Вот недостающие два часа и остаются на наш счет.

Нэстэ неуверенно улыбнулась:

– Лассана, ребята, неужели мы не продержимся каких-то два часа?

– А что нам остается? – Поднялся Арнтор. У меня только один вопрос. Как часто твои подозрения, или как ты там их называешь, не оправдывались, и когда это было в последний раз?

– Ну у тебя и вопрос! – Восхитилась Лассана. – С первого раза поставить Нэстэ в тупик не каждому дано.

Девушка действительно отвела глаза и задумчиво хмурилась. Потом со вздохом неопределенно подала печами.

– Мне вообще редко приходилось думать о военной защите лагерей, беженцев и прочего. Все чаще о себе или об обороне караванов в Бездне.

– Ну да. Куакши, элфы, Ринсли или кто-там еще. – Пробормотала себе под нос Лассана.

– Там все просто. – Не обратила на нее внимания Нэстэ. – Главное не одержать позицию, а уничтожить угрозу или удрать как можно быстрее и дальше.

– Одна просьба. – Серьезно посмотрел на нее Арнтор. – В следующий раз поделись с кем-нибудь из нас своими "предчуствиями". Даже если тебе самой они просто приснятся. В гекатах Арден и Аринола кажется учат работать именно на этом уровне.

– Я собиралась связаться с Рианной сразу после совещания. Лассана не даст соврать. Шнатлии меня тут опередили. – Кисло вздохнула Нэстэ. – Я действительно думала, что мне все только кажется. А если и нет, то у нас будет больше времени на организацию эвакуации лагеря. Драться я ни с кем не сбиралась. Честно.

Парень кивнул, принимать объяснение и вышел.

– Нэстэ, а может я лучше парикмахера здесь поищу? – Протянула растерянно Лассана, оставшись наедине. – Скажи, что все это шутка и нам предстоит только большой прием.

Та досадливо сморщилась, как от неудачной шутки.

– Раз так все складывается, я хочу, чтобы шнатлии оставили лагерь в покое. Здесь отличное место для него. Никому не мешают, никто им не докучает. Связь понадежнее установить да наладить снабжение. Впрочем, местные с этой задачей справятся сами.

– О……….! – Не сдержалась Лассана хватаясь за голову.

– Не ругайся при детях. Я же еще несовершеннолетняя.

– Нэстэ, твои шутки сейчас как-то не к месту. Ты предлагаешь вступить в бой на территории противника.

– Да ладно тебе. Что нам еще остается?

– Встретить современные бронированные морские катера в открытом море?

– Ну да.

– На сухопутных танках времен изобретения силовых щитов?

– Заметь, на герметичных танках, оснащенных силовыми досками, а последние по словам гида вообще не убиваемые. Это почти что бронированные катера.

– Нэстэ, ты знаешь, что с нами сделают после этого боя? Это же чистой воды авантюра!

– Ну, медалей не дадут…, наверное.

– Гекатессам награды вовсе не положены. – Со злорадством констатировала Лассана. – А мне, как офицеру ближнего круга сына правителя, вполне. Только как бы это самое мое высочество не придавил меня своим хвостом при вручении награды.

– Я тебя прикрою. – Весело улыбнулась мерзавка. – Это не проблема.

– За то у нас тут та еще проблема.

– Да ладно тебе, отобьемся.

– Я не за нас переживаю. – С нервным смешком заметила Лассана. – Шнатлии уже потеряли один клан. А всего-то устроили охоту для молодняка там, где ты спать устраивалась. Как бы они еще одного клана не до считались.

Нэстэ скорчила рожицу в ответ и отвернулась.

Теперь подготовка к выходу в море приобрела совсем другой характер.

Больше не было весёлых шуток и подначиваний, все по-деловому и с предельной сосредоточенностью.

– Что-то случилось? – Осторожно поинтересовался у Лассаны появившися директор музея. Остальные сотрудники, благо их было немного, пока наблюдали за происходящим издали.

Но даже он не сразу рискнул завести разговор, а только когда она осталась на несколько минут одна и повернулась к нему всем телом.

– Шнатлии идут набегом на лагерь. – Лассана впервые в своей жизни досадовала и на свой рост и даже хвост. При полном боекомплекте места для стрелка в танках оставалось совсем уж чуть. И Лассана сильно сомневалась, что змеелюд сможет разместиться внутри башни. Пока ей оставалось только наблюдать как другие готовятся к весьма рискованному предприятию.

Работники музея чем могли помогали бойцам опустошать запасники с боеприпасами, грузить снаряды в машины и перегружать их в танки.

– Локаторы хоть что-то показывают? – Уточнил Арнтор.

– Нет, забиты все каналы. У нас нет ни локаторов, ни связи с рубежниками. – Лассана обеспокоенно всматривалась в показания приборов.

– Датчики контроля Перехода перед отключением показали хоть что-то?

– Как бы я хотела оказаться рядом, когда она окажется не права? – Вместо ответа с досадой сморщилась Лассана, имея ввиду Нэстэ. – Три крупных объекта. Их легко спутать с крупными тварями. Нэстэ, ты берешь меня с собой? Я буду сидеть в башне и плеваться на тебя ядом.

– Это опасно. Башни единственное, по чем шнатлии смогут вести прицельный огонь.

– А где с тобой не опасно. Ребята почти завершили вторую партию танков. Но их еще тоже снарядами надо загрузить.

– Пусть выходят как планировали, после того как завяжем бой. – Решила Нэстэ. – И пусть сразу приступают ко второму этапу, то есть нацеливаются на перехват. Чтобы катера не ушли в обратный Переход. Нам их будет не догнать.

– Принято. – Лассана обернулась к Арнтору, остающемуся за старшего.

Тот с явной досадой кивнул.

– Мы ещё даже не встретились, а она уже планирует как не дать им удрать.

– Привыкай. – Усмехнулась Лассана, глядя на бойца, нервно скручивающего кольцами хвост. – Рядом с Нэстэ такие ситуации норма.

Вторую партию поведут бойцы из хорнов едва с рычагами. Но что хуже, все остальные операции придётся выполнять змеелюдам. Тех, кто обладал двумя ногами уже не хватало для предстоящей операции. А это означало, что боезапас во второй волне будет меньше чем в первых танках.

Сотрудники музея готовили к спуску на воду какие-то корыта. В бою их использовать было невозможно. Но чтобы подобрать тех, кто окажется в воде вполне можно.

Лассана не без природной изворотливости протиснулась на свое место заряжающей в башне.

– Лассана, наблюдатель подал сигнал о частичном восстановлении связи. Выходи на связь по ликале. – Раздался голос Нэстэ, сосредоточенно всматривающейся в прибор внешнего обзора. – Только коротко, самую суть. Остальное пусть смотрят когда видео удастся подключить.

– Принято.

Рев древнего двигателя, лязг гусениц в несколько раз старше чем любой из бойцов, послужили сигналом к началу операции для всех остальных. Танк прополз несколько метров, качнулся всплывая на мелководье и в какофонию грохота добавился более высокий свист трёх навесных движков.

На своем маленьком экране стрелка Лассана могла видеть только волны и время от времени выскакивающий горизонт.

"Здесь Лассана. Морской набег шнатлий. Звено морских десантных катеров. Принимаем бой" – Пошло короткое сообщение сразу не всех каналах ликалы. Разбираться что удалось восстановить, а что остается блокированным было некогда. Все равно Шнатлии могли забить связь, но не получить доступ к ее содержанию.

Нэстэ заранее оговорила, что не будет отвлекаться на связь. Честь сообщить всем Гекатам, что их сестричка опять влезла во что-то интересное выпала ей. Она даже порадовалась, что обратной связи пока нет. И ее собственный старший никак не сможет донести свое красноречие до нее.

Когда-нибудь, в далеком-далеком будущем, когда рисунок на ее хвосте потеряет яркость, в каком-нибудь игровом видеоролике этот момент наверно будет выглядеть иначе. Скорее всего армия танков будет нестись на перехват армады катеров шнатлий рассекая морские волны в туче красиво разлетающихся брызг. Они будут выходить на глиссирование, взлетать на гребнях волн и красиво с грохотом врезаться в воду. Возможно при этом они еще будут успевать стрелять без промаха на лету, а то и выныривая из-под воды. И зритель будет видеть, как герои весело перешучиваются между собой и улыбаются, уверенные в своей победе.

Действительность далеко не всегда соответствует зрелищной видеоромантике. На самом деле три мощных навесных двигателя, рассчитанные на перемещение тяжеленых понтонов против речного течения действительно с легкостью справлялись с массой танка. Но они не были рассчитаны на развитие серьезных скоростей. Они без труда удерживали машину на курсе даже на покатом боку очередной морской волны. Только танки при всем при этом были все же похожи на громадных морских черепах. Полностью погруженные в воду, из которой торчала только самая верхушка башни со стволом орудия, они неторопливо взбирались на волну, как какие-то невиданные бегемоты переваливались через ее покатый верх и практически неуправляемо падали в морские провалы. При этом, за счет набранной скорости, они в самом низу с плеском и хлюпаньем на несколько десятков секунд полностью погружались под воду, а вынырнув, тут же начинали карабкаться вверх, на очередную волну. При этом двигатели на удивление работали без сбоев. Видимо конструктора предусмотрели их защиту от заливания водой. А так и не отключенные в попыхах гусеницы, отчаянно взбивали морскую пену и формировали из брызг вокруг танка целое облако.

Лассана, как и все в танке, за исключением машиниста, то отчаянно цеплялась за все что можно, лишь бы не опрокинуло на спину, то пыталась успеть хоть что-то разглядеть на экране в момент пересечения гребня воны, и тут же судорожно упиралась руками, хвостом и всем телом, лишь бы пробовать на прочность металл башни и крепость оборудования установленного перед самым носом. Она то и дело судорожно терла очередное место удара, равнодушно отмечая будущий очередной синяк и шипела ругательства в унисон тем, что выдавала Нэстэ.

Механику было еще хуже. Он мог держаться только за рычаги. При этом должен был поддерживать скорость ради сохранения управляемости машины и удержания ее на курсе.

Лассана никогда не жаловалась на плохой вестибулярный аппарат. Но похоже увидела пределы его возможностей. По крайней мере комок из желудка все упорнее взлетал к горлу при очередном спуске.

А этой "заразе" хоть бы что. Еще и улыбается, что-то вопя в переговорное устройство.

Все переживания были отброшены, когда при очередном взлете в экране наконец появились три точки, наперерез которым они и неслись.

Нэстэ обернулась к ней и показала большой палец к верху. Общераспространенный жест, означающий что все идет по плану. Перед глазами замелькали пальчики девчонки. За грохотом и воем двигателей все равно ничего было не разобрать без наушников. А они пока были бесполезны из-за установленных противником помех.

Лассана кивнула и принялась торопливо вносить поправки в датчики контроля на снарядах. Она попыталась себе представить, что сейчас видят офицеры на катерах и невольно растянула губы в ехидной улыбке.

Противник даже если и разглядел их на удалении, что вряд ли, пребывал по-видимому в такой растерянности, что подпустил танки практически на выстрел прямой наводкой. Чем Нэстэ и воспользовалась. Первый снаряд ушел по цели с вершины волны и послужил сигналом к началу атаки для всех следовавших следом. Для остальных выстрелов, что Лассана выпустила едва ли не очередью, это было уже не важно. Снаряды просто подстраивались под заданные параметры пакета и цепочкой шли за первым. Для их простейших датчиков, рассчитанных на работу даже вблизи Раскола, какие-то там помехи вообще не играли роли. К лязгу и шлепанью гусениц добавился теперь непрерывный грохот выстрелов.

За всей суетой Лассана не сразу обратила внимание на непрерывный зуд от браслета связи. Вызывала не только Рианна с Сумми, но и ее собственный принц. А до нового залпа оставались считанные секунды. Не сильно раздумывая, она запустила в передачу видеозапись. Пусть любуются. А ей некогда.

В экране промелькнул силуэт катера. Почему-то без щитов. И сразу же вокруг танка захлестали лучи, из-за чего обзор стремительно начал затягиваться густым паром. К счастью они уже скатывались вниз, под защиту накатывающего водяного горба.

– Погода безветренная. Стараемся держаться в тумане. – Пробился радостный вопль Нэстэ, корректирующей тактику боя.

"Ну хоть когда-нибудь она ошибается?" – Мысль промелькнула и испуганно спряталась. В данный момент наблюдать такое исключительное явление очень не хотелось.

Экран снова прочертил луч, заметно размазанный в тумане. Он вслепую ударил по воде совсем рядом с башней, второй вскользь полоснул по ней.

Лассана только отметила факт мгновенного нагрева металла над головой и торопливо продолжила вносить поправки в снаряды, подаваемые автоподатчиком.

Куда теперь стрелять видели теперь только командиры танков, чьи экраны принимали показания с радаров. Но змеелюдка все равно невольно бросала взгляд на свой экран в момент, когда машина зависала самой высокой точке этих гигантских качелей. В такие секунды поднятый противником пар иногда приподнимался над водой или наоборот оказывался ниже танка, и в прогалы можно было увидеть цели.

Катера отбивались и молотили по воде чем только могли. И при этом они дымились.

– Давай с зажигательной смесью. – Почти в ухо завопила Нэстэ. – Пора уже….

Грохот попадания чужого снаряда в башню колокольным звоном отдался в голове. Мимо со свистом что-то пронеслось, чиркнув по открытой руке. В лицо брызнуло чем-то красным.

– … твою… снайперы… – Раздался вопль Нэстэ. – Достали таки. Атака с воздуха. Две пары глайдеров.

Повернв голову, Лассана ощутила как в груди все похолодело. Подруга ладонью поспешно размазывала по щекам кровь, стараясь отчистить глаза.

– Скоростные огнестрелы. – Завопила она с азартом нажимая на нужный рычаг.

– Они не пробьют силовой щит глайдера. – Проорала в ответ Лассана.

– Зато отвлекут внимание и собьют с курса. А большего и не требуется. – Зло сощурилась та, уже что-то прикидывая.

Окалина, летавшая в башне после попадания, оказывается посекла ей лоб и брови. Причем так, что брызги, что долетели до Лассаны, оказались именно ее кровью. Теперь лицо Нэстэ было в кровавых, почти черных в тусклом освещении танка, разводах, добавлявших красок проступившей гримасе злости.

– Сейчас жажим пакет из трех зажигательных, как мы отрабатывали при стрельбе по шарам. Пусть они поверятся против сетки. – Расслышала она команду, переданную Нэстэ по связи.

Лассана начала было менять угол орудия. Казенник ствола начал опускаться, выводя орудие на максимальные углы.

– Это не тебе, Лассана. Под таким углом мы все равно не сможем стрелять. Да и заходят они на нас, сеть легко заметят. Ребята вторым отрядом от берега ужу выдвинулись, прислали годовый сигнал. Сейчас они уже на дистанции выстрела. Мы обговаривали этот момент с ними.

А над головой уже стрекотала очередь крупнокалиберного пулемета.

– Есть! Достали одного. – Раздался радостный визг Нэстэ над ухом. – Не такие уж они хорошие пилоты. Я бы точно увернулась или прошла через ячейку сети.

"Ну да, боевая подготовка кашьятти, кроки с Сашей, да еще школа гекаты Арден. И все это помноженное на энтузиазм и любовь к рискованным полетам. Ты бы не только увернулась, а еще и погонялась за этими снарядами" – Усмехнулась про себя змеелюдка.

На своем экране она разглядела только затухающее огненное облако в небе и сыплющиеся из него горящие обломки машины.

– Лассана, теперь только зажигательными стреляем. Ими даже в цель не надо попадать. Достаточно, чтобы они прошли в силовую сферу.

Змеелюдка невольно поджала хвост, поняв, о чем говорит Нэстэ. Современные боевые машины проектировались с учетом силовой защиты. В относительно небольшой силовой сфере боевого глайдера огню не куда распространяться. Учитывая объем зажигательной смеси, рассчитанной на выжигание всего живого на площади в несколько десятков, а то и сотен метров, огонь мгновенно заполнит весь объем сферы. У глайдера в таком огненном аду шансов выжить не было.

У катера силовая сфера в разы больше чем у летающей машины, и этот прием мог не сработать столь безотказно. Да и возможность мгновенного кратковременного отключения защиты могла спасти ситуацию.

Пилоту в глайдере она не сочувствовала. В конце концов, шнатлии пришли сюда не с дружеским визитом. Война есть война. Но оказаться на его месте ей очень не хотелось.

– Лассана, идем прямо на катера. Огонь по готовности, без команды. Я пока за глайдерами послежу.

На экране высветилась прицельная сетка. Довести ее до силуэта катера, сделать выстрел, второй вдогонку, пока танк забирается на волну можно внести поправки. Противник понял свою ошибку и теперь редко использовал энергетическое оружие. Густой туман над полем боя теперь клубился небольшими рассеивающимися облачками. Зато выстрелы стали более прицельными и кроме того, катера вели прицельный огонь из огнестрелов. От чего в башне то и дело свистела окалина, а металл накалился в местах попадания лучей до красна и уже не успевал остыть при погружении под воду. Система вентиляции пока работала, но уже переставала справляться с жарой.

После прямого попадания, вокруг одного из катеров исчез щит. Лассана поспешно перенесла огонь на него.

– Нет, наша цель командный катер. – Жестким командным тоном остановила ее Нэстэ. – С недобитками справятся без нас. Рис, в лево на тридцать.

Хорн послушно двинул рычагами. И машина пошла на сближение с намеченной целью.

В самом верху экрана пронеслась тень глайдера. А следом ударила очередная трель пулемета. Потом за пределами обзора произошла вспышка, несколько дымящихся предметов упали совсем недалеко.

– Так вам рабов малолетних захотелось? Плохое желание, очень плохое. – Расслышала Лассана злое бормотание Нэстэ. Она снова смахивала с глаз струйку крови, набегающую из рассеченной брови и пыталась вести огонь из пулемета.

Прицельная сетка на мгновение накрыла рубку корабля. Лассана один за другим послала пакет сразу и шести снарядов, в надежде что хоть один да попадет. Когда они вынырнули на очередной волне, она не поверила своим глазам. Вместо катера перед ними теперь находилось дымящееся корыто с начисто снесенной рубкой управления.

– Е-е-есть, Лассана, ты молодец. – Завопили над ухом. Испачканная в крови ладошка ощутимо приложилась о плечо. – Добиваем их теперь, не даем уйти. Ребя-ята, поспешите перерезать возвратный курс. Чтобы никто из них до Перехода не дошел.

По прорезавшейся связи донесся невнятный ответ.

Лассана послала еще несколько снарядов, которые вместе с теми что выпустили соседи, устроили маленький огненный ад вокруг и на гибнущей посудине. Нэстэ даже пришлось поспешно маневрировать и отводить танки в сторону. Без внешних щитов оказаться посреди горящего моря как-то не хотелось. А зажигательная жидкость как выяснилось, великолепно горит и на поверхности воды.

Снова заработали огнестрелы. Уцелевшие глайдеры все еще кружились над ними. Выбор у пилотов оставался незавидный. Или тянуть на сушу, сдаваться или возвратный Переход, через который пройдет только металлолом вместо глайдера. А с той стороны, на Перекрестке, только море. Хотя возможно там есть корабль поддержки. По всем правилам планирования боя должен быть.

Снова раздался треск очереди и следом выражения, которые из уст молоденькой девушки, тем более воспитанной в столичном дворце Арден, вряд ли можно ожидать. Учитывая, что половина фраз была произнесена на совершенно незнакомом языке, Нэстэ явно не хватило жаргонного эквивалента всеобщего.

– Уходят, с-с-сволочи, уйдут же. – Завопила она, с азартом расстреливая последние очереди и что-то заскрежетав в микрофон.

Сработал электронный переводчик, выдав индикатор языка шнатлий и перевод: "Куда, мы же не закончили, а повевать?".

– Лассана, огонь по воздушной цели. Всем огонь по глайдерам. Уходят!

Новый треск очереди, видимо последней. Кончился боезапас.

– … ушли… Где помощь с воздуха. Рубежники же обещали глайдеры выслать на час раньше.

– Нэстэ, у нас бой длится меньше часа. – Немного ошалело заметила Лассана. – Глайдеры еще только на подлете к острову.

– Да? Твою ж… Эй, этот недобиток тоже уйти хочет. Огонь на него, огонь. Лассана, ну что же ты?

– Все, Нэстэ, нам больше нечем стрелять. – Выдохнула змеелюдка осматриваясь в башне. – Да и не зачем. Ребята из второго отряда добьют их без нас.

– Что, совсем ничего? У них нет щитов, можно любым снарядом стрельнуть. Как же так.

– Совсем ничего нет. – Лассана только улыбнулась, глядя на расстроенное личико подруги. – Поплыли к берегу, пока не заглохли. Да и на берегу найдется чем заняться.

Уже взяв курс к берегу, они не без удовольствия наблюдали как с бортов безвольно качающихся катеров начали прыгать уродливые фигурки шнатлий. Пловцы из них еще те. Немногие доберутся до берега. А там их снова будет ждать Нэстэ.

Змеелюдка потянулась к браслету связи, весьма надоедливо зудящего на руке.

– … пленных, обеспечить пленных, хоть какое-то количество… – Донесся голос оператора, предающего очевидно приказ рубежникам. – Катерам не дайте затонуть. Ну хоть не всем.

– Да ладно! Мы что, еще и спасать их теперь должны? – Удивилась или возмутилась Нэстэ.

– Нет, это теперь забота рубежников. Мы все равно не сможем ничего сделать с этими корытами. Буксировать наши танки точно не смогут. – Вздохнула Лассана. – Тут ты как-то не додумала.

За время боя морское течение их отнесло довольно далеко от берега. К тому же поднялся довольно сильный встречный ветер. И плыть бы им до острова пока не кончится топливо в баках, не подоспей рубежники.

Прибывший командир рубежников был немного растерян и весьма сильно расстроен. Лассана его прекрасно понимала. Рубежникам вообще сильно не повезло. Они были подняты по тревоге, с ночи готовились, потом неслись на предельной скорости на выручку гекатессе и ее спутникам. Они шли на перехват набега и выручать гекатессу принцессы и правящую. Но последняя не сочла нужным ждать задержавшуюся подмогу и выручила себя сама. В результате, помощь не успела даже к развязке.

На воде качалось два дырявых корыта, в которых с помощью богатого воображения можно было узнать современные морские катера. Правящая справилась сама, использовав для этого музейные экспонаты, и выручать оказалось некого. Грозные вопли командования по восстановленной не ко времени связи требовали организовать спасательную операцию для тех, кого собственно надо было бы отправить на дно.

А гекатесса, как нарочно, постаралась со всей командой максимально осложнить ему выполнение приказа.

Из трех посудин на плаву, непонятно как оставались две. Отбуксировать их к острову и посадить на мель было можно, но очень осторожно. Часть шнатлий из экипажа выбросилась в воду без всяких спасательных средств. А ветер и течение разнесло их на огромной площади. Теперь требовалось организовать их поиски. Долго эти тараканы не продержатся на воде. Надо спешить.

А еще следовало организовать поиск и вылов тех шнатлий, что все же добрались до острова и растворились в лесах. И теперь, в место героической битвы, за которую можно было бы рассчитывать на поощрения от командования, приходится бить ноги в местном лесу в ожидании скорого прибытия весьма недовольного таким оборотом начальства.

Рианна неторопливо вытирала капельки воды с тела, оставшиеся после купания в бассейне. Утренняя тренировка заканчивалась, девочки уже расходились по своим комнатам, особых дел в этот день не планировалось. Всего несколько уроков общего профиля, а в полдень, ближе к вечеру по времени провинции Ласконии, связь с Нэстэ.

– Интересно, что она там ещё придумала? – Словно подслушав её мысли заговорила Санира. – Зачем ей потребовалось выставлять танки на воду?

– Вот и мне непонятно. – Вздохнула Рианна. – Что-то не спокойно мне. Перед отъездом она какая-то странная была: сбитый эмоциональный фон, мнительность на счет лагеря и шнатлий. Теперь еще этот ночной сбой связи. До сих пор не могут восстановить.

– Быть может попробовать через Сумми? Может их канал не затронут.

– Да нет, Лика уже связывалась с ними. Все тоже самое. Полная немота и помехи.

– Нэстэ вышла на связь. Точнее Лассана от ее имени по каналам ликалы. Они вышли в море и ведут бой. – Вылетела из комнаты связи Лика.

Со дня расставания с подругой она взяла на себя роль оператора связи для всей гекаты. И уже несколько раз пожалела, что отказалась от поездки. Судя по поступающим отчетам, в музее в этот раз было куда веселее, чем во время их тренировок. Нэстэ оказалась весьма изобретательной выдумщицей на всякие соревнования. Всю ночь, с момента поступления сигнала о разрыве связи она безвылаздно сидела у станции гекаты.

– С кем? – Лениво поинтересовалась Санира, подозревая, что речь идет об очередных соревнованиях.

Рианна же замерла, пораженная накатывающим чувством разрешения всех сомнений последних дней. А ещё ощущением огромной опасности.

– Со шнатлиями.

– Откуда? – Опешила Санира.

– Пропавшее звено боевых катеров. Датчики на морском Переходе успели зафиксировать выход. Тараканы решили устроить набег на лагерь.

– Катера? А наши?

– На танках.

– В море? против катеров?

– Именно.

Рианна судорожно сглотнула, не вмешиваясь в разговор сестёр. Она уже вызывала отца и пыталась хоть как-то оценить и свои ощущения, и ту весьма незначительную информацию, что была в ее распоряжении.

Аранира она застала уже выслушивающим доклад Рахснила. Командующий рубежников в этом секторе отчитывался по венному четко и рубленными фразами.

– … Связь прервалась в четыре часа утра. Согласно договорённости, это стало сигналом к выдвижению войск, заранее перешедших Переход на боевые позиции. На данный момент погрузка личного состава на скоростные катера завершена. Еще не закончена профилактика вооружения, но это можно будет сделать на ходу.

– Время? – Ни отец, ни Литарн даже головы не повернули в сторону появившейся принцессы.

– До лагеря пять часов, возможно чуть меньше, ветер нам благоприятствует. Кроме того, поднято звено боевых глайдеров. Они должны уже выдвигаться в зону боевых действий. Но к сожалению, это почти предел их радиуса действия. Часть глайдеров в ущерб вооружению берут дополнительные энергонакопители. Но для их смены потребуется посадка в лагере. Так что на боевой вылет выйдет только звено из четырех машин.

– Я не совсем понял, что за договоренности и с кем? – Осторожно уточнил Литарн. – почему вайска выдвинулись заранее?

– Так гекатесса Нэстэ накануне вызвала меня на связь и предупредила о возможном набеге. Я действуют в соответствии с ее указаниями. Поэтому личный состав полка и был переправлен на Ласконию практически полностью. И расконсервация техники была завершена к началу операции.

Аранир перевёл тяжёлый взгляд на дочь. Туда же теперь смотрела и голограмма Литарна.

– Рианна, связь с зоной вторжения ещё не восстановлена в полном объеме. Я знаю, что кто-то до тебя пробился через ликалу. Ты можешь просветить нас что там происходит?

– Не много. Пока проходят только короткие сообщения, почему – то от Лассаны. На данный момент она сообщила дословно: "Вышли в море на перехват шнатлий. Ведем бой".

– В море?

– Да.

– На чем? Там нет военных кораблей. – Осторожно поинтересовался рубежник в обход императора. Но тот не обратил на это внимания.

– На танках.

На сколько секунд в совещательной комнате воцарилось молчание.

– Я думал танки по дну водоемов ползают, а не плавают. – Осторожно заметил Рахснил, неуверенно покосившись на остальных. Почему-то ни император, ни его сын по этому поводу не проявили большого удивления.

– О, ну тут я и сам тебе могу ответить. – Не без сарказма включился Аранир. – Гекатессе Нэстэ толи забыли сообщить о таком небольшом нюансе, что танки не плавают, толи на табличке нет соответствующей записи. В общем, узнав от гида, что эти машины, как ты говоришь, только ползают по дну мелких водоемов, она решила исправить сей факт. Чем собственно и занималась последние дни. Причем не без успеха. Так что у тебя теперь устаревшие данные.

– Ну, вроде того. – Рианна судорожно кивнула. – Мы же не виноваты, что на табличках в музее нет соответствующей информации.

– Как? – Озадачился еще больше Расхнил.

– Судя по последним докладам, она пристроила несколько транспортных силовых носилок под днище машины. – Любезно объяснил Литарн. – Этого оказалось достаточно, чтобы обеспечить их плавучесть.

– Вот только девочка как всегда забыла объяснить зачем все это затеяла. – Вздохнул Аранир. – И я не обратил внимания на ее действия, хотя должен был.

– Но выйти на этой конструкции в море? – Продолжал недоумевать командующий.

Аранир досадливо сморщился.

Рианна ощутила вибрацию вызова по ликале.

"Связь восстановлена" – Торопливо сообщила Лика. В ее голосе уже отчетливо сквозили панические нотки. – "Но они не отвечают".

"Спокойно, Барик молчит и Лео спокоен, хотя и возмущен тем, что его пара отправилась на охоту без него. Значит с Нэстэ пока ничего страшного не произошло".

Аранир молча наблюдал за дочерью и пока не вмешивался. Информацию об уничтожении установки подавления средств связи он уже получил. Рахснил тоже молчал. В свою очередь получая доклады от передовых отрядов.

Рианна не психовала. Судя по получаемой информации арьяти Дино и Сашина гвардия были живы. Это уже хорошо. Вопрос о хорнах оставался открытым. Их браслеты связи пока оставались подавленными. Она послала вызов Лассане, подкрепляя его сигналом от её старшего.

Саша уже получил доступ на совещание, но промолчал на такое самоуправство.

Такой вызов змеелюдка проигнорировать не смогла и сбросила видеопередачу, правда без комментариев. В уши ворвался лязг, скрежет и грохот выстрелов. Перед глазами промелькнули руки змеелюдки, загоняющие очередной снаряд, щелчок замка. Маленький экран, на котором только в замедленном режиме можно было разглядеть три цели время от времени выныривающие из волн. От них полыхнули вспышки лучевых орудий, ударившие вводу прямо перед экраном. Поднявшийся пар полностью закрыл обзор.

Автоматика видимо не работала и все та же рука переключила тумблер, выводя на тот же экранчик новый режим. И грохот выстрела, следом за которым операции по перезарядке начали повторяться.

"Ведем бой. Два десантных катера с одним командным огневой поддержки. Силовые щиты пока второго уровня. Четыре боевых глайдера. Нэстэ занята управлением боя и вести связь не может."

Обзор слегка сместился вправо. Можно возможно разглядеть ноги, а потом и знакомую фигурку. Нэстэ неотрывно смотрела на свой монитор и что-то орала в переговорное устройство. На ее лице были какие-то грязные разводы, почти черные в тусклом свете. Картинка исчезла вместе со звуком.

– Что значит не может говорить? – Заорал Саша не стесняясь присутствия императора Арден. – Да что у них там вообще происходит?

– Шнатлии пошли в набег через Морской Переход. Пытаются прорваться к лагерю освобожденных рабов. – Послушно доложил Расхнир, видимо решив, что вопрос в большей степени относится к нему. – Гекатесса Нэстэ вместе со своим сопровождением выдвинулись на перехват.

– Куда она выдвинулась на перехват?

– В море. – Рианна уже успела не много успокоиться и несмотря на напряженную обстановку не смогла отказать себе в удовольствии отыграться на принце змеелюдов.

– На чем? Там же только рыболовецкие корабли.

– На танках. – Это уже Аранир, коротко и вполне "информативно".

– Они что, у вас ещё и плавают? – Возмутился тот. – Никогда не слышал о морских танках.

– Чего только не узнаешь, общаясь с Нэстэ. – Философски пожала плечами Рианна. – Я вылетаю туда.

– Отправляйся. – Кивнул Аранир. – К развязке не успеешь, так хоть оторвешься. – Расхнил, надо бы хоть кого-то.

– Ваше величество, вы думаете что гекатесса…

– Да причём тут Нэстэ. – Сморщился император. – Шнатлий спасать надо. Гекатесса моей дочери, что ловцов, что шнатлий, в живых не оставляет. Вообще не оставляет. А нам очень нужны пленные. И катера бы еще не помешало предъявить в доказательство.

Перед глазами Рианны снова появилась картинка с экрана Лассаны. Три катера уже чадили дымом, начинавшим затягивать пространство внутри их щитов. Прямо перед танком вспухла цепочка фонтанчиков. Что-то гулко отозвалось дробным стуком по металлу. Видимо попали по металлу. Коротка ругань после грохота выстрела и спустя несколько томительных секунд, когда экран снова выдал изображение поля боя, на месте командной рубки крупного корабля расцвел огненный цветок.

– Кажется спасать будет некого. – Пробормотала Рианна. – За орудиями других танков сидят хорны. А они вообще подчиняются только сестричке.

– Эти готовы стрелять из чего угодно. Лишь бы допустили.

Расхнил озадаченно молчал, вслушиваясь в разговор и наконец не выдержал.

– Извините, ваше величество, мне одному тут кажется, что у гекатессы Нэстэ проблемы? Вы как-то спокойно рассматриваете сложившуюся ситуацию.

– У Нэстэ проблемы, это основа жизни. – Вздохнула Рианна. – Они к ней липнут на уроках, тренировках, даже когда спать ложится, и то без проблем не обходится.

– Точно. И шнатлии об этом знают лучше всех нас вместе взятых. – Заметил Саша. – Разве только в Бездне я ничего подобного за нею не замечал.

Краем глаза Рианна продолжала следить за состоянием датчиков гекатессы и её спутников. Одновременно, но вне поля зрения императора постепенно кучковались девочки, что оставались в ортобе. Видеть передаваемую видеозапись они могли в любом месте. Но в такие моменты гекатессы старались оказаться как можно ближе друг к другу.

Санира что-то рассказывала, видимо последние новости. Она была подключена к совещанию в пассивном режиме и действовала в роли информатора. Лика возбужденно размахивала руками, едва не подпрыгивала на месте и не терпеливо осматривалась.

Гекате собраться в дорогу много времени не нужно. Переодеться только, а оружие заберут на выходе из ортобы. Оружейник уже получил приказ Лики.

Уже под конец совещания появился и Дино. Хмурый, злой и не выспавшийся. У него была только полночь.

– Что, наша беспокойная заноза опять сорвалась.

Все с интересом проследили как кашьяти и серпентинид обменялись понятными только им знаками.

– Не что хоть ставили? – Поинтересовался Аранир.

– Лично я на то, что полгода спокойной жизни слишком долгий срок для нее. – Не стал отнекиваться Дино. – Саша считал, что Нэстэ протянет больше.

– Ну, надежда-то была. – Пожал плечами второй спорщик.

– Ладно, доклад от своих я получил, но все равно ничего не понял. – Вздохнул Дино. – Откуда в самой скучной провинции не только Арден, но всего Объединенного мира появились шнатлии?

– Морской Переход, боевое звено морских десантных катеров. – Вздохнул Саша. Остальные при этом решили промолчать.

– А, тогда понятно, что за грохот был в сообщении. Наша девочка решила остановить их огнём береговой артиллерии?

– Это второй периметр…наверно. А, впрочем, не могу утверждать точно. Нам известно только то, что первый огневой рубеж Нэстэ решила организовать в море. И выдвинулась на встречу катерам.

– В море?

– Да.

– На чем?

– Так на танках.

Дино понимал, что хвостоходящий друг отыгрывается на нем и его непонимании. Но скрыть растерянность не смог. Несколько секунд он переваривал информацию. За это время снова появилась картинка с поля боя. Все тот же маленький монитор заряжающего, дымящиеся катера, теперь намного ближе. Было видно, что один из них шёл ко дну.

Промелькнула перевязанная в запястье рука, досылающая снаряд. Экран откачнулся, открывая чуть больший обзор. Повернутое боком испачканное лицо Нэстэ и повязку на ее голове. Что именно она пыталась прокричать до Лассаны было не слышно за грохотом выстрела.

– Состояние. – Взревел Саша, обращаясь к своей подчиненной.

– Окалиной посекло и Нэстэ, и меня. – Донеслось краткое сообщение. – Достали нас из огнестрела. Слишком близко подошли.

Оба принца вопросительного обернулись к императору. Саша даже хвостом нетерпеливо прихлопнул об пол.

– Езжайте с Рианной. – Махнул тот рукой. – Даю добро и вам и вашим гекатам. Может хоть вы внушите ей осторожность.

Скоростные глайдеры теней это не гражданская техника. Их скорее можно сравнивать со спортивными моделями. Защищённые Переходы, все равно что тоннели, через которые можно пронестись безо какого вреда для энергонакопителей и работающей электроники. И все равно, до последнего выхода в Ласконию, за которым их уже поджидали обычные транспортные глайдеры, Рианна с двумя десятками подруг прибыла только спустя сутки. Саше, прибывшему первым, пришлось даже ждать их.

Короткий бой завершился вчера. Потом они наблюдали как рубежники пытались вытащить на мель остатки катеров и спасти из воды хоть кого-то из деморализованных шнатлий. Жаль, что два глайдера успели уйти. Кто-то из этих тараканов все же посообразительней оказался, чем основное командование набегом.

Шнатлии плохие пловцы. Вода очень быстро напитывает им крылья и тянет на дно. Но проплыть небольшое расстояние они все-таки могут. Зато бегают тараканы на своих шести конечностях не в пример двуногим. Даже и хвостоходящие серпентиниды им не конкурент, если они встанут еще и не верхнюю пару, особенно на пересечённой местности.

В общем, прибывшие войска остаток дня и всю ночь вылавливали разбежавшихся по горам и лесу тараканов. Кое кто из беглецов попытался отбиться. Зря. Прибывшая подмога была сильно раздосадована перспективой выговора от начальства за опоздание. Они не виноваты, но из-за этого гекатесса ее высочества с сопровождением вынуждена была самостоятельно организовывать оборону острова, да еще и принять участие в боевых порядках. И ладно бы гекатесса, этим в Арден никого не удивишь. Так ведь ПРАВЯЩАЯ, радуга и член совета контакторов. Поспей подмога хоть на полчаса раньше, и считай каждому рядовому бойцу минимум внеочередной отпуск был бы обеспечен. Но действия защитников и изменившийся внезапно ветер помешал прибыть раньше расчетного срока. А вошедшие во вкус защитники в добавок почти избавили их от проблемы содержания пленных. Чем сильно был недоволен сам командующий Расхнил.

Так что сопротивляющихся пленных приводили живыми но в таком состоянии, что лекари только руками разводили!

Гекатессу, и все ее окружение до поисков не допускали. Лассана сидела рядом с Нэстэ, улегшейся прямо на песок морского пляжа, и любовалась окружающими пезажами. "Морские" танки все еще стояли здесь. Директор музея попросил не трогать их и обещал разобраться после того, как спадет вся эта суета.

Лассана вяло проследила за посадкой прибывших транспортников. Их они и ждали. Вся четверка союзников в сборе. И в сопровождении маленькой армии очень недобро настроенных сестричек дружно двинулись прямиком к ним. Офицеров, что подскочили с докладами, попросту снесло с их пути.

Лика с ходу подлетела к поднявшейся на ноги Нэстэ, подпрыгнула от возбуждения и замахала руками.

– Ты, ты… без меня!… Уехала.

– Ты чего? – Нэстэ оторопело сделала шаг назад. – Я же предлагала тебе поехать со мной. Ты отказалась.

– Звала? Да ты…. Я думала ты в музей едешь. А ты, ты поехала…. – Осекшись, Лика растерянно осмотрелась, зацепилась взглядом за видневшиеся крыши выставочных гаражей, резко сбавила тон и растерянно закончила: – в музей.

– Действительно, тебя даже в музей нельзя спокойно отпустить. – Вздохнула Рианна, неодобрительно осматривая мелководье. Там покоились два раскуроченных катера, особенно на то что когда-то было командным кораблем, а теперь больше смахивало на дырявую баржу. Все это ещё немного чадило тонкими струйками серого дыма, наклоненными слабым ветерком в сторону открытого моря.

– Больше я тебя никуда не отпущу. – Снова завелась боевая подруга с досадой осматривая остатки техники вторжения. – Нет, ну это же надо, найти шнатлий… в музее!

– О потерях я уже знаю. Как ваше состояние-то. – Рианна посмотрела на Лассану. И та решила, что вопрос обращен к ней.

– У большинства царапины от окалины от попадания снарядов и лёгкие ожоги. Танки все же долго простояли без дела. При попадании из огнестрелов внутри окалина разлеталась во все стороны. Ну и в один танк все же достали лучом. Курас в башне был, погиб сразу. Саарн, водитель из хорнов, до мяса сжег кисти рук пока выбирался, да еще воды нахлебался. Сейчас отправлен в лазарет.

– Один погибший. Легко отделались. – Выдохнул Саша.

– Весь расчет был на то, что танки почти полностью в воде сидят. – Принялась объяснять Нэстэ. – Лучи лупили по поверхности, и под таким углом серьезной угрозы для нас не представляли. Даже броню башни не пробивали. Главное держаться было подальше от раскаленных участков металла. А как пар поднялся, лучи и вовсе потеряли мощность.

– Саарн газанул не вовремя. – Вздохнула Лассана. – Танк и вылез под выстрел из воды. Да ещё на гребне волны все произошло. Вот и подставился.

Все молчали, внимательно осматривая машины, замершие на песке. Длинные глубокие борозды перечертившие башни, и не по одной, наглядно демонстрировали объяснения змеелюдки.

Заметив внимание прибывших к вырванному куску металла в башне, она развела руками.

– Луч по люку пришелся, разогрелось так, что экипажу пришлось снизу вылезать.

– Что-то у шнатлий совсем плохо с везением. – Сменил тему разговора Дино, подозрительно глядя на свою арьяти. – Начать набег именно в тот момент, когда ты решила посетить лагерь и музей.

Нэстэ явно смутилась, неопределённо пожала плечами и оглянулась на сестер.

– У меня голова что-то болит, пойду я, пожалуй.

– Стоять. – Команда, произнесенная одновременно Сумми и Рианной, заставила её замереть на месте.

– Голова подождет. Рассказывай.

– Да ничего такого. Просто…

– В Окраинных мирах есть поговорка "шнатлии всегда возвращаются за своим имуществом" – Решила помочь подруге Лассана, хоть вроде и не по рангу влезать в разговор на таком уровне. – Нэстэ вспомнила об этом.

– Об этом помнят все рубежники. – Не согласилась Сумми. – Но здесь тараканов никто из них не ожидал. Слишком далеко от границ.

– Нэстэ обеспокоилась судьбой начавших пропадать шпионов у куакш. – Усмехнулась Лассана. – И попросила командующего земноводных по знакомству проследить их судьбу.

Лика медленно развернулась к Нэстэ.

– Ты знала, что они пойдут сюда, и ничего мне не сказала?

– Я ничего не знала. Все говорило о том, я и сама думала, что шнатлии пойдут в один из тех секторов, где рубежники готовились к встрече. – Нэстэ развела руками и скорчила жалобное личико. – Я действительно думала, что это глупая идея, усталость и моя мнительность. Поэтому и решила все сама посмотреть. А тут такое…

– Рианна, она…

– Да знаю я Лассана. – Отмахнулась принцесса, даже не дослушав. – Геката не имеет реального боевого опыта, тем более подобных схваток со шнатлиями. Так же, как и девчонки Сумми. В отличие от всех остальных: хорны при виде оружия, что дети с любимой игрушкой. Других наёмников к Нэстэ не пришлют. Кашьяти с серпентинидами только сведи в две команды. Они всю дорогу пытаются выяснить кто лучше. Так что тут все правильно. Я сама бы даже сознательно лучше решения не приняла.

– Получается, у тебя было интуитивное решение. А ты ничего никому не сказала? – Тихо заметила Сумми.

Нэстэ виновато глянула на подруг и опустила голову.

– Я думала, что это просто так, мне кажется, шнатлии же.

– Все нормально. – Рианна сделала шаг и обняла подругу. – Просто на будущее имей ввиду: если ничего не рассказывать, то мы не сможем вовремя разобраться в происходящем с тобой. Знаешь сколько раз я ошибалась?

– А уж я то. – Сумми тоже коснулась плеча огорченной девушки. – У нас так: лучше лишний раз ошибиться и зря поднять тревогу, чем потом сожалеть.

– Это точно. Хоть посмеялись бы. – Проворчал в спину подошедший Саарн. – Лассана обернулась, глянув на перебинтованные руки хорна и криво улыбнулась.

– Обезболивающее отходит?

– Точно. В лазарете сказали, что больше не дадут и зачем-то отправили к вам.

Сумми отвлеклась от подруги и быстро окинула его взглядом.

– Развернись. С хорнами у меня мало опыта. А рубашку придётся снять.

Через несколько минут, немного озадаченный наемник проследил за отходящей принцессой.

– Я слышал о технике Альтери. Но вроде это уровень выше среднего.

– Для семьи императоров Арден и Аринола это только начальный уровень. – Рассмеялась Лассана. – Они с детства работают с остаточными последствиями изменённых. В том числе и себя лечат.

– Полезный навык. Очень полезный. – Закивал парень, осторожно подвигав руками.

– Как на счёт скуки? Помнится, перед отъездом ты на неё жаловался.

– Меня предупреждали про сюрпризы. Но я же не знал, что это настолько весело. Теперь будет что вспомнить, пока сидим во дворце.

– Размечтался. Нэстэ смурная, а значит покой во дворце продлится недолго. – Заметила Лассана, наблюдая за сценкой, происходящей рядом.

– Ну, ты чего скисла. – Осторожно отстранилась Рианна и заглянула в лицо сестре по гекате.

– К маме хочу. – Вымученно улыбнулась та. – Достало все.

– Хочешь, значит надо сходить. – Улыбнулась принцесса. – Дня три дашь на подготовку ребятам?

Нэстэ согласно кивнула.

– И я, я тебя от себя теперь ни на шаг не отпущу. – Влезла Лика.

– Так я же только туда и обратно.

– Лучше помолчи. – Громко рассмеялась Сумми. – Иначе не только хорны потащат с собой полное боевое снаряжение.

– То есть, она предчувствовала угрозу, но ни с кем из вас не поделилась своими ощущениями?

В этот раз с виновато опущенной головой замерла Рианна. Семейный совет по итогам инцидента состоялся в этот же вечер. Для принцессы дополнительной неприятностью был факт допуска на сюда магистра Листарда. Но с этим уже ничего было нельзя поделать. Ее подготовка как правящей подходила к завершению. И Магистр Совета контакторов присутствовал на всех разборках подобного рода.

– Аранир, чего ты хочешь от девочек. – Неожиданно вмешался он в разговор на её стороне. – Сам ведь все прекрасно понимаешь. Для Нэстэ всю жизнь информация была даже не средством выживания, а самым настоящим оружием. Она с детства привыкла держать все внутри себя, и если с кем и делилась, так только с матерью.

Листард весело подмигнул поймав взгляд принцессы.

– За эти три года твоя дочь и Сумми совершили настоящий подвиг по преодолению этого барьера у Нэстэ. Девочка открылась перед сестрами, научилась свободно общаться и даже прибегать к помощи посторонних. Ты посмотри на ситуацию с другой стороны. Она же защищала обе Гекаты, интуитивно решив взять с собой более подготовленных воинов. А что до остального. Вы, ваше высочество правильно поступили, не став упрекать Нэстэ в скрытности. Общие дела, радости и огорчения это одно. А делится собственными эмоциями это совсем другой уровень. Девочке требуется ещё немного времени, чтобы научиться полностью полагаться на гекатесс. И ваше участие здесь как нельзя к месту. Кстати, а почему Барик с Лео не сработали как посредники?

– Ниахары делятся эмоциями между собой. Если эмоции старшего по связи не вызывают серьезных переживаний или беспокойства, то и отклика не будет. – Спокойно пояснила Рианна. – К тому же Нэстэ лучше меня понимает своего кота и может ему запретить сливать информацию. Да и закрываться она от него умеет очень хорошо. Бала возможность научиться.

– Это как раз понятно. – Хмыкнул Литарн. – За столько лет общения один на один, непонятно другое, как этот наглый кот еще не научился разговаривать.

– И тем не менее, это ни в какие ворота не лезет. – Все же возмутился Аранир. – У нас во дворце живёт активная правящая уровня полной радуги. В ее распоряжении подготовленные гекатессы сразу двух принцесс. Не считая остальных. А действует она как одиночка.

– Лика требует организовать для нее постоянную пятерку и предлагает себя в качестве старшей. – Призналась Рианна. – Я думаю согласиться на это предложение.

– Я не понимаю почему ты этого до сих пор не сделала. И объясни ей в конце концов. Как правящей и твоей гекатессе, ей нет нужды что-то просить, обращаясь к командованию армейских подразделений, рубежникам или теням Арден. У вас есть все полномочия принимать на себя командование.

– Я объясняла, не один раз и сейчас тоже. – Вздохнула Рианна. – А она только глазами хлопает. Ну не привыкла она руководить армиями в нормальных мирах и все норовит сама влезть в самую гущу событий.

– Как она?

– Нормально. Царапины зажили. Хочет к месту гибели мамы поехать.

– Дала согласие?

– Угу. Пойдут через недельку. Мы решили все сделать неофициально. Саша уже готовит рейд в те места. Хорны обеспечивают легенду. Пойдут как сводная группа простых наёмников с проводником из охотников.

– Вполне правдоподобно. – Не удержался Литарн. – К тому же Нэстэ, как член гильдии охотников, может свободно пересекать Переходы не особенно заявляя о себе. Даже если раскроется, претензий все равно не будет.

– Если раскроется, ей придется действовать по протоколу. – Усмехнулся Аранир. – А это приветствия, встречи и приемы. То есть то. Что она ненавидит больше всего.

Нэстэ не особенно вдавалась в подробности того, что по её "капризу" устроили друзья. Один раз, только в самом начале попыталась извиниться и все отменить. Но Саша отвел ее в сторону и довольно резко пресек это попытку.

– Ты правящая, да еще из Совета контакторов. Привыкай наконец командовать. И не только посторонними, но и своими гекатами. Почему и зачем, никого из твоего сопровождения не касается. Ты можешь просто пойти куда-то по своему желанию, как сейчас, или что-то там "почувствовать". Будь то хорн, гекатесса или кто еще, это никого из охраны не касается. Ты говоришь куда идти или задаешь направление, как в Бездне. Остальные обеспечивают твою безопасность. Захочешь что-то объяснить, хорошо. Нет, значит так надо.

Дино только кивнул, глядя на нее, подтверждая слова змеелюда.

– Ты думаешь нам нравится даже на отдыхе таскать с собой охрану? Или Рианна в восторге, что её подруги вне Гекаты даже ее спальню проверяют и лезут в каждое блюдо на столе прежде чем допустить до нее?

– Но все-таки, я всего лишь захотела побывать на том месте гибели мамы.

– Настя. – Саша тяжело вздохнул. – О том, что ты там регулярно бываешь и почему, рано или поздно узнает пресса. И друзья, и враги поймут, что ты там можешь оказаться снова. Устроить ловушку, например, маленькую бомбочку срабатывающую на твой гормональный код, не так уж и трудно.

– Можно еще проще, особенно если надо просто доставить неприятности, а не убивать, ловцы сняли тебя с активного поиска, но из базы то не удалили. А их диспетчера сейчас не брезгуют никаким заработком. Сольют инфу местной прессе. Как думаешь, сколько времени им потребуется чтобы добраться до Перехода от ближайшего города?

– На глайдере несколько минут. – Вспомнила Нэстэ их с мамой приключения. – Я могу сменить диету. Ловцам меня не вычислить.

– На будущее это стоит принять на вооружение. И не только тебе. Но сейчас я не думаю, что это к месту. На всякий случай ребята проверят местные условия и подстрахуют в городе. – Улыбнулся Дино. – И прекрати наконец стесняться задействовать арьяти в своих целях. Во-первых лишняя тренировка бойцам не помешает, и нашим с тобой арьяти в том числе. Как хорны кстати?

– Ждут, когда я ещё чего-нибудь не выкину. – Недовольно проворчала Нэстэ. – И собираются тащить с собой полный комплект вооружения.

– Да уж. Устроить заварушку в самом спокойном и скучном мире еще надо суметь. За участие в боевых действиях им положена неплохая премия. Так что твой авторитет среди наемников вырос в разы. – Рассмеялся Саша.

Тихий лес, знакомая до боли извилистая тропа, ведущая к дикому Переходу. И наконец памятная поляна.

Лика молча придержала Эриру, в этот раз вошедшую в её пятерку.

– На той стороне Перехода выход прикрывают ребята Дино. Наша задача ближний периметр на этой тропе. Хорны отрабатывают внешние сектора и дальние подступы.

– Приняла.

Девушка замерла с любопытством наблюдая за удаляющейся в одиночестве фигуркой.

– Мы разве не пойдём за нею?

– Нет. Здесь мы не самая лучшая компания для неё.

– Я все же не могу понять. Она же сама говорит, что голограмма Лены получилась очень удачной. Зачем, сюда-то приходить?

– У тебя ведь есть родители.

– Ну да.

– А ещё бабушка с дедушкой, дальние родственники.

– Зачем спрашиваешь, если и так все знаешь про меня?

– А у неё здесь вообще никого не было, пока не пересеклась случайно с Рианной. Мы, кашьяти, Сумми и остальные, кто встретились да пропали, не в счет. Только мама.

– И что?

– Здесь Лена приняла свой последний бой. Нэстэ идет туда, где ловцы сожгли ее тело.

Некоторое время Эрира наблюдала за Нэстэ, присевшей в траве около одного ей понятного места.

– Ты ведь её не раз сопровождала сюда?

– Третий раз. Нэстэ приходит к маме, когда становится совсем уж тоскливо. А шнатлии и лагерь бывших рабов не самые лучшие воспоминания в ее жизни. Я в этом не разбираюсь. Но мнемики и все остальные спецы по мозгам в один голос утверждают, что эти посещения идут ей на пользу. Это как-то успокаивает ее что ли.

– Поняла, не маленькая. – Нахмурилась Эрира. – Только на пути сюда от Перехода нас видела куча местных жителей. Даже если ловцы её не вычислят своими электронными ищейками, крупный отряд наемников все же хороший повод для разговоров.

– Несколько часов у нас есть, пока местные власти заинтересуются слухами. – Успокоила нового старшего пятерки змеелюдов Лика. А диспетчеров ловцов сейчас страхуют кашьяти. Заодно проверяют эффективность нового зелья Нэстэ.

– Профессора поручили? – Не приминула поинтересоваться Эрира. В этой компании она все же была относительно новенькой, так как не входила в близкий круг императорской семьи.

– Они родимые. Куда же без них. – Закивала головой Лика. – Приставать-то к нашей сестричке по пустякам они не рискуют. Вот и изгаляются как могут, чтобы проверить ее очередные наработки.

Нэстэ не слышала тихий разговор подруг. Она устроилась на коленях прямо в траве, рядом с местом, где уже ни что не напоминало о погребальном костре много летней давности.

Голограмма мамы в ортобе была как живая. Тем не менее, редко, но все же ей хотелось прийти сюда. Мама рассказывала, что на Земле до сих пор есть обычай хоронить умерших в земле. Не позволительная роскошь, доступная исключительно для жителей таких закрытых миров как ее родная планета. Но в такие минуты Нэстэ думала, что понимает, для чего ее несостоявшиеся соотечественники устраивают могилы для своих родных.

Она и сама никогда не понимала зачем приходит сюда. Тянет ее вот к этому месту и все. Кажется, что где-то здесь ее всегда ожидает мама. Кажется, она скучает и радуется ее приходу, и внимательно слушает все, что рассказывает дочь. Это совсем так, как общаться с голограммой.

Приходя сюда, она шепотом, чтобы не было слышно друзьям, рассказывала все, что с нею произошло с момента последнего прихода. В такие минуты ей могло даже показаться, что мама гладит ее по голове и улыбается веселым приключениям, или огорчается неудачам дочери. Но об этом Нэстэ вообще ни с кем не делилась. Даже с самыми близкими подругами.

Девушка бездумно водила пальцами по земле, впитавшей пепел мамы и не замечала слез катившихся по щекам, не замечала проходящего времени.

– Настя. – Осторожный голос подруги прервал ее умиротворенное состояние.

– Что, уже пора?

– Ты так сидишь уже третий час. Ребята беспокоятся. Но если все нормально, мы подождем.

– Три часа? Кажется, я потерялась во времени. – Смутилась Нэстэ вставая с колен. – Уходим.

Ещё раз ласкающим движением провести по зелёной траве, закрывшей место, где когда-то рассыпался пепел, поспешно вытереть ладошкой мокрые щеки. И она искренне улыбнулась внимательно всматривающейся в нее Лике.

Настроение действительно улучшилось. Куда-то ушла тоска, не отпускавшая с момента посещения лагеря бывших рабов. Проявились краски, которые раньше проскальзывали мимо сознания.

Она с удивлением осмотрелась.

– Я и не заметила, что уже сумерки наступили.

– Ещё полчаса и тут станет совсем темно. Ребята Дино уже в третий раз дают добро на Переход. На той стороне все нормально.

– Отлично. – Улыбнулась Нэстэ и обернулась.

К ним скользнула Лассана. Её пятерка приблизилась, занимая места гекатесс Лики. Те в свою очередь уже замирали ближе к Переходу.

Нэстэ наблюдая за всей этой передислокацией только вздохнула и послушно оставалась на месте под прикрытием двух подруг.

– Не морщись. – Заметила её реакцию Лассана. – И не вздумай опять извиняться. Нам тоже нужна тренировка.

– Я и стою. – Вздохнула Нэстэ. – Просто заставила вас крутиться из-за своего каприза.

– Вернёмся в ортобу, я подговорю все-таки девчонок с тобой в круг выйти. Может тогда успокоишься. – Заметила Лика, отслеживая новую расстановку своих бойцов.

Ее пятерка скользнула в Переход, что служило сигналом для принимающей стороны и дополнительной подстраховкой. Следом пойдут они с Нэстэ. За основным объектом прикрытия двинутся змеелюды. И только в последнюю очередь из этого мира исчезнет внешний периметр, состоящий из хорнов.

Они уже начали движение к серой дымке, когда по связи прошло сообщение от наемника.

– Движение на тропе. Человек, подросток, плохо одет, вооружен двумя кинжалами. Сильно ослаблен, но пытается бежать. И все время оглядывается. Кажется, у него ошейник раба. В сумерках плохо видно.

– Пропустить и не задерживать. – Нэстэ замерла на месте и пояснила для вопросительного поднявшей брови Лассаны – Здесь самый короткий путь на Землю. Если у него ошейник, значит беглец.

Долго им ждать не пришлось. Мальчишка, лет тринадцати, действительно тяжело дышал и все время спотыкался о корешки на тропе. К тому же он все время оглядывался назад. Поэтому видимо и заметил в сумерках замершую троицу в самый последний момент.

Реакция его оказалась вполне ожидаемой. Резко отскочив с тропы в сторону, он выхватил два длинных для его руки кинжала и присел почти до травы зло всматриваясь в силуэты противников.

Нэстэ заинтересованно прищурилась, рассматривая его стойку. Лассана с Ликой только удивлённо вскинули брови. Позиция мальчишки им показалась необычной и явно неудобной, учитывая сплетенные крестом ноги. Лика могла бы еще сказать, что несколько раз видела ее в исполнении Нэстэ во время личной тренировки. Только зачем и для чего столь сложная позиция нужна, она не объясняла.

– Откуда такой грозный? – Лассана говорила медленно, стараясь оставаться неподвижной.

– Оттуда, где меня уже нет. – Мальчишка говорил на всеобщем с заметным акцентом и с трудом подбирая слова.

– О, как! Вполне логично. – Кивнула Лассана. – А куда спешишь?

– Туда.

– То же вполне информативно. – Согласилась змеелюдка. – А зачем?

– Домой. И вам меня не остановить…

Всего несколько непонятных слов, выданных одной фразой. Но электронный переводчик судорожно поперхнулся. А Лика заметила. как выдохнула и усмехнулась Нэстэ.

– Дай я с ним поговорю. – И уже на другом языке – Ты с Земли?

– Ну с Земли.

– Давно?

– Почти год, стандартный.

Мальчишка немного выпрямился, но продолжал настороженно следить за всей троицей. При этом стало очевидно, что никакой подготовки у него не было. Он даже не отслеживал шорохи в кустах у себя за спиной. Только и пытался косить в сторону тропы, откуда пришел.

Сообразив, что слышит последние фразы через переводчик, Лика слегка повернула голову к подруге.

– А что он сказал такого ЛАссане, что автопереводчик заткнулся?

– Я не сильна в жаргонном диалекте, мама его использовала очень редко. – Усмехнулась Нэстэ. – Если в общих чертах, он почти поздоровался и попросил нас не лезть не в свое дело. Он из того же народа что и мои мама с папой. Мама часто говорила, что умение ругаться в её языке возведено в ранг искусства. Причем жаргон может даже заменять основной язык. Только есть не очень четкие правила, когда его использовать не принято.

– Ну ясно дело, из твоего. Перекрёсток на той стороне ведь к Переходу в твой мир.

– Движение на тропе. Восемь разумных. Тройка в впереди, пятерка на два десятка шагов отстала. Ловцы. Вооружение стандартное. Состав сборный. Преимущественно люди. – Снова пришел краткий доклад от хорнов. – Мы их пропустим и перекроем пути отхода.

– Готова запустить систему подавления связи. – Тут же отозвалась Эрира, отвечающая в их отряде заодно за этот вид защиты.

– Живым не дамся. А может и кого из вас захвачу с собой. – Встрял мальчишка, снова переходя на всеобщий. В подтверждение своих слов он решительно перехватил своё оружие.

Он видимо уловил шорох в лесу за спиной, где быстро меняла дисклокацию пятёрка Лассаны.

Никто не успел ответить на это заявление. На тропе из сумерек проступили фигуры первой троицы.

– Эй, это наша добыча. И вам лучше бы поискать удачи в другом месте. Мы ведем мальчишку с самого рынка.

Видимо старший из тройки обращался к Лассане, к которой мальчишка и обращался в данный момент.

Лассана видела, как в его глазах проскочило отчаяние. Он кинул взгляд в сторону равнодушной пелены Перехода и видимо окончательно отбросил идею прорыва. Потому что начал снова приседать, явно готовясь к бою.

– Стой спокойно. Никто тебя не тронет. – Посоветовала Лика.

Чтобы распознать эмоции замершей неподвижно Лассаны ей не требовалось даже видеть причину, их вызвавшую. Длительные совместные тренировки позволяли им всем неплохо чувствовать друг друга на поле боя независимо от принадлежности к определенной расе.

Змеелюдка очнулась и уже медленно разворачивалась к новым действующим лицам. Её раздвоенный язык бесконтрольно метался, время от времени обмахивая глаза.

– С-с-Что-с ты с-с-сказ-сал?

От бешенства она даже потеряла контроль над речью. Её, бойца ближнего круга императорской семьи, приняли за ловца рабов. И кто?

Лика ещё невольно отметила, что это вполне возможно. Одежда, что они сейчас носили, намеренно мало отличалась от того что носят в этих местах наемники и ловцы. Но дело тут было совсем не в этом. Справа от старшего тройки, еще не понявшего на сколько он вляпался, расположился змеелюд. Довольно редкое все-таки явление в Объединенных мирах, хоть не слишком удивительное.

Но разборки с ловцами и оскорбленная Лассана тут же отошли на второй план. Датчик в ликале выдал сбой физиологических функций от Нэстэ. Даже в сумерках было видно, как она побледнела.

– Ты чего?

– Старший. Он из тех, кто нас с мамой поймал в первый раз. – С усилием выдавила из себя Нэстэ.

– Ты же их всех положила. – Удивилась по связи Эрира.

– Только тех, кто маму. А первых даже не искала.

– Поняла, не дура. Второй вопрос. Почему он ещё стоит? – Лика оставалась спокойной и продолжала отслеживать ситуацию не прерывая разговора.

– Мы не на своей территории. Ри опять оправдываться придётся за меня. Да и вам всем достанется. – Сдавленным голосом произнесла Нэстэ.

– А мы здесь простые наёмники. – Эрира говорила, и видимо перемещалась в лесу. Так как в фоне слышался шелест листвы. – Пятерку берем на себя. Хорнам никого не оставляем. Облысеют.

– Думаете?

Нэстэ еще была не уверена, но нарвавшаяся троица уже держала в руках оружие, видимо изначально не рассчитывая на мирный исход своих претензий. В конце концов они видели перед собой только троих таких же искателей легкой наживы.

– А второй мой- Радостно завопила Лика.

– Нет уж-с-с-с. Позволь мне с-с-самой подтереть за своей расой, выбери другого.

– Принято. – Тот же переключилась Лика, отлично понимая, что ещё мгновение, и останется без противника вообще. Из-за поворота уже слышался шум короткого сражения.

Змеелюд только усмехнулся, меняя огнестрел на меч в ожидании противницы.

Третий ловец последовал его примеру.

– Что-то не признаю тебя, малышка. – Ничуть не испугался старший. Он изначально взялся за меч, поэтому не совершал лишних движений и прищурившись всматривался в изменившееся после снятия голографической маски лицо Нэстэ.

– А, точно. Это ты взорвала нашу базу, когда я там был. А я как видишь выжил.

– Ненадолго. – Нэстэ уже извлекала из-за спины свой серый меч. – Начнем?

Мальчишка слабо дернулся от прикосновения к плечу. Но увидев девушку, едва на три года старше его, медленно опустил вскинутые было руки.

Армия даже меч не достала. Встроенный щит ликалы способен прикрыть от прямого удара. А дальше мальчишка ей все равно не противник. Остальные из пятерки гекатесс уже на той стороне. А она вот немного задержалась в последний момент перед пеленой. В поединок ей не влезть. Змеелюды справятся и без нее. Тройка Нэстэ в таком состоянии, что ловцам можно посочувствовать. Так что можно заняться парнем. Заодно и проследить, на случай неприятных сюрпризов.

– Имя у тебя есть? – Вполне миролюбиво поинтересовалась она.

– Валера.

– Вот что, Валера. Не стоит тебе наверно смотреть на это все. Ты иди. На ой стороне пятерка кашьяти нас дожидается и трока моих сестер. Ты к старшему обратись. Он с тебя эту гадость на шее снимет.

Паренек нервно оглянулся на звук скрещенных мечей.

Змеелюды сошлись, что-то шипя в лицо друг другу. Крикливая девчонка заполучила себе в противники третьего. А та, что говорит на русском, пока молча уклонялась, осторожно заходя по кругу вокруг старшего из ловцов. Но делала это так, что даже ему становилось не по себе.

– А они.

– Ты иди, иди. – Подтолкнула Армия. – Бой ловца рабов и взбешенной Нэстэ зрелище не для непривычных глаз. Мы сейчас тут закончим, и присоединимся к вам. Заодно и парней на той стороне успокой. А то не ровен час, поднимут тревогу во всем городе. А ни нам, ни тебе огласки не требуется.

Сказать, что на той стороне Перехода удивились его появлению, ничего не сказать. Ожидали то совсем других. Старший выслушал сбивчивые объяснения мальчишки, и усмехнулся.

– Сниму, если ножики свои на место вернешь. Воевать с тобой нам не интересно. И оружие твое нам без надобности.

Валера неуверенно отвел руки от рукояток. Стоящие перед ним разумные сильно отличались по манере держаться от ловцов. Даже ему было понятно, что он им действительно не противники. И тем не менее двое зашедших со стороны, бдительно отслеживали каждое его движение.

Все так же усмехаясь, командир кашьяти протянул руки к шее. Несколько секунд возни закончились тихим щелчком замка.

Непривычный холодок заставил поднести к шее руку и пальцы нащупали болезненные потертости.

Валера судорожно выдохнул и благодарно кивнул, избегая смотреть в страшноватое лицо разумного ящера.

Тот уже не обращая на него внимания, брезгливо доломал ошейник, бросил в траву и отошёл. За ним отошли остальные. И никто не спешил его удерживать или как-то мешать уйти с места стоянки. Наверно поэтому он и задержался, решив дождаться выхода остальных.

Что можно делать на той стороне больше получаса он не представлял. Но встретившая его троица появилась только спустя это время. Спокойные, собранные и какие-то удовлетворенные. Только змеелюдка все ещё не успокоилась и тихо что-то шипела на своем языке ни к кому конкретно не обращаясь.

А следом один за другим выходил настоящий отряд клыкастых существ, чем-то напоминавших кошек.

В этой странной компании его внимание привлекла группа девушек из людей, по возрасту явно моложе остальных.

– Есть хочешь? – Подошедшую к нему кажется звали Нэстэ. И почему-то ее здесь все слушали.

За ее спиной стояла тоже уже знакомая крикливая спутница, ее звали Ликой. Только она ничего не говорила, а просто стояла.

– Нет.

– Врёшь. Слушай, ловцы не убивают свою добычу. За мертвого раба денег не дают. Они беглых усыпляют. Для этого у них есть специальное оружие. Так что без щита, с одними ножиками, ты бы с ними не справился. А если бы мы хотели тебя усыпить, давно бы это сделали.

– Это не ножики. – Неожиданно для себя обиделся Валера. – Я их у надсмотрщиков умыкнул.

– Убил?

– Ещё чего! Они напились и заснули. А я в казарме за несколько дней кое-что сделал с цепями. Прихватил ту штуку, что их пропускает через барьер, и рванул.

– Идентификатор. – Кивнула Нэстэ.

На слушающих через электронный переводчик их разговор она не обращала внимание.

– Ребята тут неподалеку лагерь разбили. Пошли поедим. А потом мы тебя проводим.

– Куда?

Лика сердито зыркнула на недоверчивого спасенного. Но Нэстэ только пожала плечами.

– Как ты собирался добраться до Перехода на Землю.

– Как-нибудь, я не дурак все-таки. Я карту видел. И до сюда дошёл безо всяких там провожатых. Вон та гора на карте была обозначена вот таким значком. Наверно вы так обозначаете ориентиры на местности. От нее надо взять вправо. А там уже и Земля недалеко.

– Ловцы вели тебя от самого рынка и собирались взять после перехода. Здесь перекрёсток миров. Можно сказать, это транзитный мир, из которого можно уйти в десятки других. – Пояснила Нэстэ, даже не комментируя сказанное мальчиком. – Если бы они хотели вернуть тебя в казармы, из которых ты убежал, поймали бы ещё в самом начале. А так, скорее всего они собирались отправить добычу, то есть тебя, в места, где землян можно продать более дорого.

– Как бы они меня поймали?

– У них есть электронные ищейки. Они реагируют на твой гормональный след, индивидуальный для каждого существа. Во всех Окраинных мирах у ловцов есть базы и наблюдательные станции. Так что за тобой никто не гнался на самом деле. Эти твари просто шли следом, ожидая, когда ты сам окажешься в нужном им месте.

– ….

– Точно.

Нэстэ спокойно протянула мальчишке кусок мяса и стакан бульона. – Охота здесь не очень. Но ребята кое-что приготовили чтобы не пользоваться неприкосновенным запасом.

Нэстэ спрятала улыбку и отвернулась от парня, только мгновение боровшегося с собой. А потом обжигая губы он запустил зубы в жирный кусок мясо.

"Совсем дикий какой-то" – Проворчала по ликале Лика, оставаясь в стороне.

"В рыночных казармах рабов почти не кормят. Зачем тратиться на то, что скоро станет проблемой нового хозяина" – Откликнулась Нэстэ. – "Если он провёл там несколько дней, то питался исключительно жидкой бурдой. Не удивительно, что он так выдохся. Арми, побудешь с ним, расскажешь, что он спросит".

Валера искоса наблюдал за своей собеседницей, остававшейся рядом. Отсутствующее выражение лица во время краткой беседы по ликале он принял за задумчивость. А вот кивок той девушки, что отправила его через Переход, насторожил.

– Сторожишь меня? – Прямо поинтересовался он у Армии, когда она пристроилась рядом и наблюдая как Нэстэ удалилась немного в сторону и вокруг неё появилось четыре слегка светящиеся фигуры.

– Скорее уж няньчусь. – Проворчала та, не пытаясь скрыть недовольства. – Ты почти ничего не знаешь о нас. А то, что пытался изобразить для Нэстэ, запомнил неправильно.

– Ты же далеко была. – Удивился тот.

– У Нэстэ вживленная ликала. Это приборчик такой, позволяющий поддерживать прямую связь с другими, у кого такая штука есть. В том числе и видео связь. Наш разговор тоже все сейчас слышат. – Отмахнулась Армия. – Вот смотри.

Перед глазами слегка растерявшегося Валеры возникла трёхмерная карта.

– Мы вот здесь. Этот ориентир ты понял неправильно. Его нет на местности, да и указывает он не направление, а просто сектор объемной карты, в котором расположен этот мир. А рельеф на карту миров вообще не передаётся без специального запроса. Знаешь сколько на его загрузку времени надо потратить? Особенно если в масштабах целой планеты скачивать. У нас эта информация уже есть. Не буду уточнять у кого конкретно.

Голограмма поменялась и теперь показывала уже более привычную карту, очень похожую на привычные географические.

– Этот Перекрёсток давно используется. Так что местность тут хорошо изучена. Вон видишь, где твоя гора находится? А второй значок, что ты нарисовал, обозначает не Переход в другой населенный мира, а Раскол в Бездну. Они с первого взгляда действительно похожи. Но все же различаются. Так что если бы ты пошёл, как собирался, то попал бы не домой, а прямиком в Бездну.

Валера тяжело вздохнул и нехотя поблагодарил девушку.

– Если согласен пойти с нами, возьми вот это, только перед уходом на Змелю вернешь.

В руке девушки покоился браслет. Серая невзрачная полоска из нескольких сегментов.

– Да ты не беспокойся, это не метка раба, а идентификационный браслет империи Арден. Запасной комплекта связи у нас при себе нет. А этот браслет был моим. Обнулить его может только владелец или специальная служба. У меня есть ликала. А тебе нужно быть на связи со всеми нами, пока мы идем в Перекрестке.

– И маячок в нем тоже есть. – Подозрительно сощурил глаза Валера.

– Конечно. – Удивилась та. – Мы все тут отслеживаем положение друг друга. Твари, они знаешь ли не дремлют. Так будешь одевать или как?

– А это кто вокруг Нэстэ? – Сменил он тему, послушно подставляя руку.

Небольшой укол заставить его поморщиться. На побежавшие значки внимания решил не обращать.

– Эти то? Голографическая связь. Вообще-то тут она работает плохо, но ради такого случая ребята расстарались, пока совсем от Перехода не отошли. Дальше то она работать перестанет. Вот, совещание устроили, ругаются. Даже нас отключили.

– Что, какое-то начальство?

– Ту, что выговаривает сейчас нашей Нэстэ, зовут Рианной. Она принцесса империи Арден и старшая Гекаты, в которую вхожу и я, и Лика и другие девочки в отряде. Если хочешь, наверно можно сказать, что для всех нас она начальник. По левую руку от Нэстэ, укоризненно смотрит Сумми, принцесса империи Аринол и старшая другой Гекаты, в которую Нэстэ тоже входит. Так что она тоже вроде как ее начальник. И наш союзник.

– А этот ящер?

– Дино что ли? У кашьяти тоже есть своя империя, Дино сын их императора и наследник.

…" запретите? Я сделала это. И теперь требую…"

Отрывок фразы был услышан только потому что Нэстэ слегка повысила голос и теперь требовательно смотрела на собеседников.

– Змея тоже принц? – Озадаченно поинтересовался Валера.

– Не змея. Они соглашаются на жаргонный термин "змеелюд", а официально это раса серпентинидов. Да, Сашашиос тоже прямой наследник в своей империи. Ну, а все четверо являются старшими союзной гекаты. Кроме того, Сумми входит в Совет контакторов Объединённых титров. Рианна с Нэстэ только готовятся принять эти обязанности.

– Да кто же она такая?

– Ну-у. – Армия замялась с ответом. – Так сразу это не объяснишь. Ее родители, так же, как и ты, с Земли. Её мама была похищена торговцем, отец убит во время похищения. Сама Нэстэ родилась уже здесь, рабыней.

– Что же это за рабыня, если она позволяет себе так разговаривать с остальными?

Валера скептически кивнул в сторону продолжающегося совещания.

– Ну, не совсем обычная. На счету Нэстэ несколько побегов. Сначала она совершала побеги вместе с мамой. Она погибла как раз там, где мы с тобой и встретились. – Грустно усмехнулась Армия. – Потом долгое время она скрывалась одна. За время своих скитаний она стала охотником на тварей, лучшим специалистом по Бездне и вообще, наверно половину её приключений мы ещё не знаем. Ты знаешь, чем визуально или как-то еще Расколы отличаются от Переходов?

Мальчик покачал головой.

– Вот и я не знаю. И никто из нас не знает, разве что кроме Рианны. А вот она знает, потому что связана с ниахарой. Это такая большая кошка, живущая в мирах Бездны. Она сейчас в своих охотничьих территориях с самкой. Потому Нэстэ и может ходить в разные Расколы безо всяких там приборов. Ловцы за нею не часто рисковали ходить туда. Про вернувшихся из бездны ловцов я вообще ничего не слышала.

– А, понял почему вы с нею так носитесь.

– Мы её сопровождаем. – Согласилась Армия. – Только это нелегкая задачка. Как например сейчас. Ловцов она ненавидит. А тот ещё, ну старший…, оказался её о-очень старым знакомым. Вот она сама и полезла разбираться. Хоть и не положено ей по рангу.

– А что сними стало?

– С кем, словцами? А как ты думаешь? Мы ведь здесь вообще-то инкогнито. Нам лишние свидетели не нужны.

– А трупы?

– У нас не хоронят, а сжигают. Все что необходимо для этого, есть в каждом отряде типа нашего. Это принцип выживания у нас. А тебе их что, жалко?

– Туда и дорога. Только я не пойму, чего со мной-то разговаривать об этом.

– А к тому, что, Нэстэ явно намеривается проводить тебя до Перехода на Землю. Это не далеко, и даже почти по пути. Но если ты вдруг захочешь сбежать от нас, по браслету мы хоть будем знать, что ты туда добрался. Ты не думай, удерживать, тем более ловить тебя никто не собирается. Мы даже порадуемся такому исходу. И знаешь, вон там фыркают лошади. Их охраняют, но не так уж чтобы очень. Здесь скоро уже ночь ступит. А лошади в темноте значительно реже спотыкаются, чем ты на тропе.

– Я не умею ими пользоваться.

– Совсем дикий. Парочка из лошадок всегда оседлана, таков порядок. Хочешь, могу даже подсказать, где охранение меч свой оставил. Случайно, конечно. До сих пор найти не может. Все лучше твоих зубочисток.

– Он этими зубочистками может тебя обезоружить. Если конечно обладает нужным уровнем. – Раздался беззлобный голос вернувшейся Нэстэ. – Саи, если я правильно помню?

– Да, три года в секцию китайского ушу ходил. Но у этих гарда коротковата. – Вздохнул мальчик.

– Зато ее концы повернуты в нужную сторону. Но все равно, двигаешься ты отвратительно. Ты не слушай эту интригантку. Нам с тобой действительно по пути, почти. Так что не стоит сбегать, доведем тебя до самого Перехода в лучшем виде, а сами туда не пойдем.

Армия скептически хмыкнула. Лика за спиной Нэстэ заметно скривилась. Из чего Валера пришёл к выводу, что слово "попутно" было придумано по ходу дела, только что. Причем специально для него.

– Сами пойдём? – Все же уточнила Армия.

– Саша высылает нам на встречу отряд поддержки. Полсотни бойцов. – Объяснила Нэстэ.

– Если быть более точной, то высылается он с полным вооружением. – Язвительно сообщила Рианна, появляясь рядом в виде светящейся голограммы.

Валера озадаченно сморгнул. Девушка была в другом платье, чем пять минут назад.

– То было официальное совещание, под запись. Ее будут смотреть и анализировать много раз и наверно не один год. – Отмахнулась Рианна. – Голограмма позволяет выглядеть так, как требует протокол совещаний. А сейчас я в повседневном платье. Очень удобно.

– Она что, мысли читает? – Осторожно прошептал он, обращаясь к Нэстэ.

– Нет. Просто ты не первый с таким выражением на нее смотришь.

– А ещё, Лео потерял терпение. Он искренне возмущен тем, что его партнёр дерется со всякими встречными без него, объявил забастовку и выдвигается в нашем направлении вместе с Бариком.

– Ему хорошо. Он может позволить себе это сделать. – Проворчала поднимающаяся Армия. – Нэстэ, твой сородич не умеет ездить на лошади. А ехать нам до стоянки часов пять. Ох и сочувствую я ему.

Когда они остановились на привал, Валера с трудом переставляя раскорченные ноги добрался до приготовленного бревна и с трудом присел.

– Как ты?

– …

– Не ругайся. При дамах это не вежливо делать.

– …

– Кому сказала.

– Да как тут не ругаться?

– Сейчас станет полегче. К утру сможешь уже двигаться нормально.

– Мы здесь заночуем?

– Да. Это место стоянок всех проходных торговых караванов. Скорее всего те, кто тебя похитил с Земли, тоже останавливались тут. Переход на Землю совсем недалеко от сюда.

– Так ты бывала дома?

Нэстэ скривилась, но все же кивнула.

– Извини, но это мир моих родителей, а не мой. Мне там не понравилось. По мне уж лучше жить в Бездне, чем там. Да и сложный у вас мир на мой взгляд. Бумаги, личные книжечки какие-то, как там они называются?

– Ты про паспорт?

– Наверно да. Я не помню, как мама их называла, но без нельзя даже никуда из дому выйти. Здесь для меня все привычней и проще.

– И рабство.

– А у вас стражи порядка, с которыми нельзя даже поспорить. А если что, то и уйти некуда. Даже в соседнюю страну просто так не попадешь.

– Ну, наверно. Я под таким углом как-то не думал.

По браслету связи пришел сигнал наблюдателя о приближении крупного каравана.

– Торговцы мелким товаром. Идут из Арден. – Доложился хорн, видимо успевший перекинуться парой слов с охранением.

– Только мелкий товар? – Уточнила Лассана. Остальные просто слушали переговоры.

– Здесь не досматривают караваны. – Заметил боец. Но рабовладельцев среди нет. По словам старшего, несколько дней назад, уже здесь на тропе к ним присоединились два шнатлия. Они все время держатся обособленно и в лишние контакты со спутниками стараются не вспупать. Но ведут себя очень сдержанно, можно сказать что вежливо.

– Ну это как обычно. – Проворчала Лассана.

– Мы хотели познакомился с ними поближе, но никак не можем найти.

Лассана хмуро осмотрелась. Лагерь был освещен только светом костров. Были конечно еще и простейшие датчики движение, из тех что можно пронести через Переход без особого вреда для их целостности. Но в условиях Перекрестков, как и в Бездне, полагаться приходилось в основном на выставленные по всему периметру караульных.

Лика выслушала обеспокоенную Лассану и без разговоров выставила в усиление ещё двоих из своей пятерки.

– Больше не могу. Если Нэстэ заметит, возмутится, что её снова не включают в дежурство.

– Я знаю. Нам сейчас только не выспавшейся правящей в отряде не хватает. – Согласилась Лассана. – Я хорнов отправлю во внешний периметр. Еще переговорим с охраной каравана. В конце-концов нам тут только ночь провести. А девчонок своих при себе оставь. Лучше пусть дежурят двумя парами в ближнем периметре. Так, на всякий случай.

Но ночь прошла на удивление спокойно. Их не побеспокоили даже вездесущие и вечно голодные грызуны, обычно подчищающие все, что можно сожрать.

Подъем решили сделать с восходом светила. И утренние сборы в дорогу были короткими.

Нэстэ, встревоженная присутствием чужого каравана, хотела лично убедиться в благополучном переходе своего подопечного на Землю. Тем более, что было видно, как мальчишка начинает паниковать при одном упоминании каравана торговцев.

– Да ты не волнуйся. Нэстэ ведь сказала, что мы доведем тебя до самого Перехода. Ещё и ручкой помашем на прощание. – Снисходительно улыбнулась Лассана видя, как парень в очередной раз нервно косится в сторону соседней стоянки, пока еще скрытой в утренних сумераках. – И постоим там пару часиков, чтобы кто вдогонку за тобой не пошёл.

– Все же странно, что вы её слушаетесь. Она ведь не принцесса. И вроде даже не приказывала вам, а просто попросила. Даже скорее высказала пожелание.

– Нет, не приказывала, хоть и может. Только окончательное решение в нашем отряде всегда остается за нею. И приказывать ей совсем не обязательно.

– Она такая важная особа или настолько страшная в гневе? – Попытался пошутить Валера.

– Вообще-то, на мой взгляд она через чур добрая даже.

– Ну…

– Движение. Пара шнатлий, предварительно четвёртый цикл. Вооружение из аварийного комплекта пилотов глайдеров. Лучевики разряжены. Малые огнестрелы с полным боекомплектом, мечи.

– Твою…… - Доклад прервал мирную беседу и заставил Лассану позабыть о присутствии рядом мальчишки.

Валера ехидно улыбнулся, но сразу стал серьёзным, посмотрев туда же, куда его собеседница.

С такими существами он еще не сталкивался.

Два шнатлия, больше похожих на гигантских богомолов, вынырнули из-за холма, явно намереваясь пройти по хорошо утоптанной тропе, петляющей совсем рядом с их лагерем. Столкновение с охранением стоянки Арденцев в их планы видимо не входило. Или они не рассчитывали на открытое противодействие.

Так или иначе, но завидев хорнов, они на мгновение замерли, что-то достали и продолжили было движение вперёд. Внезапное появление тройки змеелюдов, не скрывающих того, что они вместе с мягкотелыми, изменило их планы.

Шнатлии резко свернули с тропы намереваясь обойти препятствие и не вступая в переговоры.

Только вот как-то слишком уж не удачно у них это получилось. На их пути оказались лошади, около которых Нэстэ опять о чем-то беседовала с голограммой Рианны. Лика со своей пятеркой торопливо выдвинулись на перехват противника. Она даже достала меч, приготовившись к схватке. Но приближающиеся инсектоиды вдруг резко замерли, явно рассматривая не столько молоденьких девушек полукольцом выстраивавшихся на их пути, сколько всматриваясь в девушку, продолжающую оставаться за спинами подруг. А когда та замолчала и повернула в их сторону голову, оба богомола вдруг резко отпрыгнули назад, развернулись и на всех ШЕСТИ лапах пустились наутек.

– Кто это? – Растерянно поинтересовался Валера.

– Шнатлии, в Объединённых митрах они считаются самыми сильными и безжалостными воинами. Связываться с ними на равных могут разве что змеелюды и кашьяти. – Лассана немного растерянно проводила взглядом улепетывающую парочку.

– Безжалостные? Наверно ещё и бесстрашные?

– Они редко отступают. – Подтвердила догадку подростка Лассана.

Валера не без ехидства перевёл взгляд на продолжавшую задумчиво смотреть в направлении исчезнувших насекомых Нэстэ. Она даже за оружие не взялась.

– А по их поведению не скажешь. Такое ощущение, что тут есть более страшное существо, чем они сами.

– Шнатлии вообще с трудом различают людей. – Вздохнула Лассана. – Дело даже не в том, что вы для них все на одно лицо. Это такая особенность их зрения. До сих пор я вообще не могла себе представить, чтобы они так удирали от человека.

– Так говоришь, она очень добрая? – Заинтересованно склонил голову к правому плечу парень. Эти двое наверно ее доброты и испугались. Наверно очень хорошо ее знают.

– Ну, ты понимаешь, в мирах до недавнего времени существовало семь основных кланов шнатлий, образующих нечто похожее на империю. Примкнувшую к ним мелочь разных родов можно не считать. Так уж получилось, что один из этих кланов Нэстэ недавно уничтожила.

– Как уничтожила, за что?

– Долгая история. – Рассеянно пожала плечами Лассана. Она все еще пыталась разобраться в только что завершившейся сцене. – Все началось несколько лет назад, Нэстэ тогда была ещё совсем маленькой девочкой. Она ночевала в шалаше во дворе дома куакшей, которые ее приютили. Это такие разумные земноводные, некторые утверждают, что они похожи чем-то на гигантских лягушек. У них в доме человеку жить непросто, слишком сыро. Вот она и жила во дворе. А шнатлии в тот вечер пришли, когда она то ли спать собиралась, то ли уже спала.

– И они ее разбудили. – Неожиданно закончил Валера за рассказчицу. – Ты хочешь сказать, что она так разозлилась, что с тех пор она устроила за ними охоту пока не истребила весь клан? Поразительная доброта, вот это я понимаю. Я даже боюсь представить, что же такое по-твоему злой человек?

– Ну, она ведь была не одна. Ей помогали… э-э-э, иногда.

"Все они что ли на этой Земле такие ехидны?" – С досадой подумала Лассана и растерянно замолчала, не зная, как продолжить объяснения.

Рассказывать все, что она знала о жизни Нэстэ времени уже нет. А краткие пояснения как бы еще больше не запутали ехидного паренька. По связи доносились сдавленные всхлипы, причём не только подруг из людей, но и ее подчиненных, и кажется даже кашьяти. Похоже к связи кто-то подключил всех кроме обсуждаемой Нэстэ, уже подскочившей к ним.

– Лассана, что же вы? Это те два пилота, что ушли после набега из Ласконии. Я узнала первого.

– Как узнала? – Опешила змеелюдка.

– У шнатлий нет индивидуального тембра голоса, за то динамика разговора каждого из них индивидуальна так же как узоры на пальчиках людей. – Отмахнулась Нэстэ. – Её легко распознать, если хоть немного владеешь языком. Они переговаривались между собой довольно громко. Шедший первым узнал меня, кстати.

– Она ещё и полиглот. – Удивился Валера, ничуть не стесняясь того, что подслушивает чужие разговоры.

Он с восхищением проследил, как ненамного старше его девушка уже что-то втолковывала подошедшему кашьяти.

– Ты это сейчас как обозвал мою подругу? – Тихо выросла сбоку Лика.

Нэстэ все ещё пыталась организовать погоню и совсем не обратила внимания на его реплику.

– Полиглот, это человек владеющий несколькими языками. И никакое это не оскорбление. – Обиделся Валера.

– А, тогда ладно. Нэстэ действительно может без переводчика общаться с разными расами. – Успокоилась гекатесса.

– Лика, ну что мы стоим. И вообще, чего вы все улыбаетесь. – Снова развернулась к ним подруга.

– Нэстэ, ты знаешь, я наверно на тебя действительно обижусь. – Заявила Лика.

– За что? – Искренне удивилась та.

– Я уж думала, что наконец-то смогу размяться. А Шнатлии как узнали тебя, так и деру.

– Да я вообще стояла и даже не вмешивалась.

– Именно. А спрятаться ты не могла? Вот же послал Единый сестричку по гекате! Гроза ловцов, кошмар и ужас ужасный для шнатлий. Ини наверно тобой свои выводки пугают, когда совсем из-под контроля выходят. А ты еще и в погоню за бедолагами пуститься хочешь.

– На чем ты их собираешься теперь догонять, на лошадях? – Поинтересовалась Лассана, сохраняя серьезное лицо. – Они собирались пройти к Переходу в Изер, оттуда прямая дорога в империю шнатлий.

– Во, ребята вполне мирно лагерь обойти хотели, не получилось. Я уж начала надеяться, что они прорваться через нас решат, а тут ты, без маски. – Закончила Лика.

Нэстэ растеряно замерла. Она ещё пыталась сообразить, что только что услышала, как окружающие не выдержали и в голос рассмеялись.

– Похоже, шнатлии действительно знают теперь тебя в лицо и связываться больше не хотят. – Хлопнула ее Лассана по плечу. – Знаешь, нет у нас задачи ловить беглых пилотов на Перекрестке. Так что провожаем мальчика и домой. Конечно, если ты не выдашь что-нибудь из арсенала правящих.

Нэстэ только головой помотала, показывая, что не собирается пользоваться своим правом.

– Точно. пока она тут последних сусликов не распугала… своей добротой. – Себе поднос пробурчал мальчишка. Только он совсем не учел, что накануне вечером ему на руку нацепили браслет связи. Не всякий случай. И ведь честно предупредили его о некоторых его функциях.

От лёгкого подзатыльника он увернулся. Что говорило об огромной практике. Лика только кулаком погрозила слишком шустрому мальчишке. Тот все понял и торопливо закивал головой. Незачем Нэстэ знать о некоторых разговорах, ведущихся среди друзей.

До Перехода его провожала целая тройка из двух хорнов под командованием Лассаны. Остальные спутники простились с подростком на месте ночевки и принялись собирать лагерь. Нэстэ напоследок протянула один из своих странных плоских ножей, что носила в специальном чехле.

– Держи, на память.

– Я думал вы мне память сотрете. – Заметил он, принимая подарок. – Так делают во всех наших фантастических романах про попаданцев в другие миры.

– Во-первых, мы такого делать не умеем. Мнемики могут, но они далеко от сюда. Не тащить же тебя в Арден. Да и зачем? Выход из твоего мира сюда закрыт большую часть времени. Когда открывается ты не знаешь. А если и знаешь, тоже не беда. Кто из взрослых поверит твоим рассказам? А что у вас делают с теми, кто утверждает, что побывал в других мирах?

– В психушку отправляют, лечить голову. – Признал Валера. – Как же я объясню, что со мной произошло.

– Правдиво, но без некоторых деталей: похитили бандиты, увезли и заставляли работать, сильно били и плохо кормили. Ты только не уточняй куда увезли. Говори "далеко, а дороги не помнишь и сбежал, когда перевозили в другое место". Причем это ведь чистая правда.

– У нас людьми не торгуют.

– Зато наверняка похищают. – Усмехнулась Нэстэ. – Куда потом девают похищенных ты знаешь?

Валера несколько мгновений помолчал, собираясь с мыслями.

– Значит я сюда больше не попаду. А можно мне остаться? С вами, или куда вы там идете. Я не буду мешаться.

– У тебя мама с папой есть?

– Да, в городе. А меня на лето к бабушке отправляют. Оттуда и украли, когда я с нею грибы собирал.

– А с бабушкой что сделали?

– Ничего. Мы с нею как раз тогда разошлись. Она к речке пошла, а я в обход полянки. – Хмуро пояснил Валера.

– А тебе родных не жалко? Они ведь наверняка ищут тебя.

– Жалко. Понуро кивнул мальчишка.

– Тогда иди. – Нэстэ махнула рукой указывая направление. – И не лезь сюда больше.

– Ага. А сама-то не стала возвращаться домой. – Возмутился парень.

– Некуда мне было возвращаться. – Тихо пояснила Нэстэ. – Папу убили при похищении. А маму там, перед Переходом в этот мир, когда мы с нею на Землю. И больше я никого из родных не знаю. В отличие от тебя, на Земле мне нет места.

Лассана с любопытством следила за мальчишкой, идущим на полшага впереди нее. Он шёл и сердито пинал жёсткие стебли мелкого кустарника и травы. Иногда под "горячую ногу" попадались и ни в чем не повинные мелкие камни. Некоторые из них он даже поднимал на ходу, и со злостью швырял по ходу движения.

Он так увлекся своим занятием, что в какой – то момент не заметил, как сошел с тропы, споткнулся с ходу о замаскированную в траве ветку и едва не разбил нос об один из спрятавшихся в траве плоских как блин валунов. Его спасла только хорошая реакция и крепкие руки, предотвратившие неминуемое столкновение всего в паре сантиметров.

Лассана и не подумала ему помогать. Хочет на ком-то сорвать настроение, пусть это будет тот самый каменный блин, чем наговорит им лишнего на прощание.

Мальчишка действительно от всей души врезал кулаком по тому месту, куда целился носом. Причем так, что камень даже сдвинулся с места. Валерка все еще разозленный подпихнул его, но вес булыжника все же немного отрезвил.

– Чего ты злишься? Нэстэ говорит, на той стороне поселение совсем рядом. Скоро увидишь родных, свою бабушку. Тебе радоваться надо.

– Так я и радуюсь. – Пробурчал тот, поднимаясь на ноги. – А что мне теперь дома делать? Я же ведь не смогу вернуться сюда?

– Думаю тебе не стоит и пытаться. – Улыбнулась змеелюдка. – Твой мир там. А Переходы на Землю очень ограничены и непостоянны. Тем, кто оттуда уходит, обратной дороги не будет.

– Я знаю: "Закрытый мир". Держите нас как в заповеднике.

– Я не совсем поняла, что означает этот термин. Но думаю, ты ошибаешься. Мы просто стараемся к вам лезть. Не всегда только получается, да и не все с этим согласны. Потому и ты здесь оказался.

Мальчишка нагнулся, поднимая сразу два небольших камня, подкинул их в ладони и со злостью запулил в мелкий кустарник.

Они уже подходили к серой дымке Перехода и Лассана придержала его за плечо.

– Хватит психовать. Ты же мужчина, будущий воин. К тому же сам понимаешь, что все равно ничего не изменить. Ты же не бросишь своих родителей ради собственного каприза. Лучше сними браслет связи. На ой стороне он превратится в бесполезную сгоревшую безделушку, а здесь ещё может пригодиться.

Лассана требовательно протянула руку.

Мальчишка сердито пригнул голову и принялся расстегивать браслет. Но в последний момент, вместо того чтобы вложить его в руку провожатой, зло крутанулся и со всей силы запустил им в густую траву.

– Прощайте.

Прежде чем кто-то успел сказать хоть слово, Валера нырнул в Переход.

– Вот же… – Возмутился Рыстхал. – И что теперь делать?

Минут десять они потратили на поиски. Потом все же подчинились приказу Лассаны и немного раздосадованные выходкой мальчишки вернулись к поджидающему отряду.

О происшествии Лассана и рассказывала уже сидя верхом на лошади.

– Уши бы ему надрать. – Проворчала Эрира. – Браслетик то ч свой отдала, с идентификатором Арден. Иначе его было не подключить вчера к нашей связи.

– Ты хоть зачистила его? – Уточнила Лика.

– Обижаешь. Конечно зачистила, но контакт с гекатой-то остался.

– Ну и отлично, если кто найдет, на Переходе в Арден сообщение сразу получим.

– Ладно, что сделано, то сделано. – Вздохнула Нэстэ. – Так говоришь, он сильно обиделся?

– Точно. – Улыбнулась Лассана. – Всю дорогу шёл и воевал с кустами, да камнями швырялся.

– А напоследок браслетом запулил. – Кивнула девушка, задумчиво сощуривая глаза.

В полдень на привале она походила около костра, прежде чем присоединиться к подругам.

– Что это ты такая задумчивая?

– Мама, когда мы жили у хорнов, показала мне одну игру, в которую любила играть в детстве вся малышня в ее дворе. – Задумчиво протянула Нэстэ. – Названия ее я не знаю. А смысл, вот смотри.

Она вынула метательный нож, покачала его в пальцах и с силой от плеча запулила в ближайший валун.

К удивлению зрителей, раздался глухой стук, совсем не похожий на скрежет металла о камень.

– Не поняла?

– Что я бросила?

– Нож. Но наверно вместе с камнем, который ты спрятала в кулаке. Но какой смысл в такой игре?

Не говоря ни слова Нэстэ показала себе под ноги. Метательный нож мирно покоился в траве слегка присыпанный землёй.

– Не получается. – Прищурилась Лассана, до которой раньше других дошел намек. – Он отлично знает, что делает Переход с электроникой. На той стороне браслет станет просто мертвым куском железа. Вся начинка выгорит. И даже схему не удастся разобрать.

– Вряд ли он думал о выгоде. – Улыбнулась Нэстэ.

– Что же тогда?

Лика сообразила первой и звонко рассмеялась.

– Он же одного с Нэстэ народа. Если мальчишка думает так же как наша гекатесса, то вместо выгоды он всю дорогу до Перехода прикидывал как бы вернуться обратно. А без идентификатора ему здесь будет трудно.

– То есть, он не прихватил браслет с собой, а… – Лассана кивнула на след от поднятого ножа.

– Предмет, который надо спрятать, пока все следят за отвлекающим броском или незаметно откидывается в заранее присмотренное место или прячется. Если Валера сразу смылся, значит браслет отброшен куда-то в другое место. Думаю, я ошиблась, и он не просто так выходил на тропу к Земле именно в это время. Он должен знать, как рассчитать, когда открывается Переход. По-другому никак.

– Быть может нам вернуться и поискать браслет? Я смогу припомнить все места, где он приседал или наклонялся.

– Зачем? – Пожала плечами Нэстэ. – Браслет не столь уж ценная вещь. К тому же, пока владелец не снимет гормональный контроль, воспользоваться им никто другой не сможет. А мальчишка уже удрал. Так что браслетик теперь только в утилизатор. Зато если ему удастся осуществить свой план, мы узнаем об этом сразу как он пройдёт Переход в Арден.

– Если у него будет кейс с силовым полем высшей напитки. – Скептически заметила Лика. – Или он добредет до защищённого Перехода. А их здесь совсем мало. Если они вообще есть на Перекрестке.

Заметив легкую улыбку на губах гекатессы, она пригнула голову.

– А ты как бы поступила? – Лассана не стала ждать, пока Лика сдастся, и сама задала вопрос.

– Или присоединилась бы к каравану торговца за плату или наёмником. Скорее второе, вряд ли у него будет чем заплатить. Или нашла бы ловцов. Они большими группами здесь не ходят. Не выгодно.

– Так, то ты, у тебя ещё и ниахара есть. Любой торговец вцепится в тебя как в провожатого.

– Точно, это я бы так поступила. А парень не умеет ничего пока. Я не уверена, что он бы дошел до Перехода сам. Даже выжить бы здесь не смог в одиночку. Потому в ближайшее время нам его не видать. – Рассмеялась Нэстэ. – Но план возвращения он разработал не спонтанно, а еще до выхода из лагеря. И осуществил его блестяще. Не находите?

Знойный полдень придавил в степи все звуки. Разве только где-то прошуршит мелкий грызун, или высоко в небе развернет крылья дальнозоркий охотник. Только редкие легкие порывы ветерка слегка раскачивали самые кончики травы, что росла на лесной поляне, в углу которой притаился клочок странного серого тумана.

Коренастого широкоплечего парня, вышедшего из серой мути, можно было бы увидеть из далека, только некому было это сделать.

Он шёл от Перехода не скрываясь, плавным шагом, привычного к опасностям воина. Новенький камуфляжный костюм, и ботинки на толстой рифленой подошве вряд ли бы привлекли внимание кого-то из завсегдатаев Перекрестка. А вот странной формы круглая шляпа без козырька бордового цвета, заинтересовала бы. По местным меркам это была крайне непрактичная вещь. Но больше всего привлекал внимание жилет с многочисленными карманами разного размера, нашитыми и спереди, и сзади. Причем они были заполнены так, что едва не лопались по швам. Мужчина шел, не особенно всматриваясь в окружающую степь и придерживал правой рукой короткий огнестрел непривычного для проходящих здесь караванов вида. Его экипировку дополняли да внушительного размера ножа, пристроенные на поясе, а за спиной красовались ещё и ножны с коротким мечом в стиле японской катаны.

Достигнув только ему понятного места, парень замедлил шаг принялся сосредоточенно всматриваться в траву, явно что-то старательно выискавая.

Наконец он остановился, ещё раз осмотрелся, сделал пару шагов в сторону и перевёл взгляд себе под ноги.

Осторожно пошевелив траву, он очистил плоский камень едва видный под прошлогодними стеблями и нагнулся. Приподняв его за край, путник удовлетворённо улыбнулся. Тонкий браслет за годы ожидания врос землю так, что был едва виден. Но как только был очищен от грязи и застегнут на руке, по нему скользнуло несколько строчек символов и спустя пару мгновений тихо пискнул, как будто приветствуя хозяина.

Рассказ окончен

Сиула

Глава 1

Шорох и шебуршание мелкой живности сливались с шелестом листьев в высоких кронах густого леса. Почти темно-зелёная листва, стройные стволы деревьев в два три обхвата и густая, такая же темно-зеленая трава внизу были настолько неотличимы от какого-нибудь мира Объединенных миров, что могли бы сбить случайного путника с толку. Только случайных путников в Бездне не бывает. И небольшой отряд, что двигался по лесу, был явно не из их числа.

Три верховые пятерки двигались почти синхронно и представляли из себя весьма примечательную картину, если бы был сторонний наблюдатель.

Первой двигалась пятерка людей, полностью состоящая из девушек лет семнадцати. Хорошо вооруженные, облаченные в одежду, используемую обычно вольными охотниками за тварями, они уверенно держались чуть позади и с боков своей ровесницы, почти не обращающей внимание на них. Та, в отличие от остальных воседала без седла на спине огромной белой кошки, грациозно двигающейся между деревьями.

Вторая группа держалась чуть дальше сзади. От нее время от времени отделялись верховые, чтобы сменить тех, кто двигался по сторонам, явно прикрывая основной отряд. Несуществующий наблюдатель мог бы в этом отряде опознать хорнов.

Вромы всего отряда двигались неспешным шагом в направлении, задаваемым девушкой, идущей впереди отряда.

– Как она находит направление в этих джунглях. – Осторожно поинтересовался Ульсим, молодой хорн, впервые принимающий участие в сопровождении правящей. Он то и дело крутил головой и настороженно всматривался в окружающие деревья, весьма неохотно расступающиеся перед отрядом. Кроме этих исполинов, подпирающих само небо, других ориентиров видно не было.

– А она идет куда придётся. Где ночь застанет, там и остановится. – Второй, наемник в отличие от своего молодого товарища был расслаблен и казалось даже беспечен. Чувствовалось, что он не в первый раз уже идёт в этой группе и совсем не против тоого, чтобы подшутить над не в меру напряженным спутником.

– Это как? Тут нет станций или орбитальных спутников. Инфосеть не работает. Так же можно и не выйти никуда. – Всполошился тот. – Это же мир ульев, я слышал, что они не сильно соблюдают правила. А если мы остановимся в запредном месте?

– Да шучу я. – Рассмеялся тот, одновременно перехватывая повод.

Его вром презрительно дёрнул ногой, раздавив какую-то мелочь, при этом заставив седока напрячься.

– Её кошка чувствует окружающее пространство и передаёт эмоциональную картинку об окружающей обстановке на многие переходы вперед. Что это такое я понятия не имею. Но Нэстэ ориентируется по ней не хуже, чем мы с тобой по карте, и не нуждается в дополнительных приборах. Хотя она может и без Лео ходить везде как у себя дома. Видел ведь как она в Бездне отряд вела. В общем, старшая задает направление, кошка ведет, а мы следуем за ними и прикрываем старшую.

– Это все охотники за тварями так могут? – Уточнил Ульсим.

– Нет. Только проводники с ниахарами. Да и то, все зависит от их опыта. Та же принцесса Арден уже не так уверенно чувствует себя при ориентировании. Хоть и пытается учиться уже столько лет.

– Получается, наша старшая относится к числу опытных проводников?

– Да ты что? – Собеседник с удивлением посмотрел на молодого спутника. – Она всю жизнь провела в Бездне в обществе Лео. Ты что? Ничего не слышал про живущую в Бездне?

Молодой Зорн задумчиво посмотрел в спину обсуждаемой девушки.

Нэстэ ехала верхом на ниахаре, причём кот похоже не испытывал от этого никаких неудобств. Как и его всадница, не смотря на качающийся над самой головой кончик пушистого хвоста кошки.

За этот переход Хорн не раз наблюдал, как это кончик превращался в лезвие, разрезающее на мелкие части атакующую тварь.

Парень невольно поежился. Ниахары были странными существами, практически неуязвимыми для обычного оружия. К тому же ещё и вооружены от природы под самую завязку. Тот же, казалось бы, пушистый хвостик в два раза длиннее тела мог мгновенно обрасти смертоносными шипами, а его конец превратиться в клюв, булаву или секиру с острейшим лезвием.

– А куда мы все-таки направляемся? Все же здесь мир и лес ринсли.

– На Нэстэ их запрет не распространяется. – Снова пожал плечами его более опытный спутник. – Как и на тех её спутников, на которых она укажет. Если уж так прямо говорить, то наше участие в этой поездке самое минимальное, только сопроводить ее до границы территории Ринсли. Но гекаты настаивают на своём присутствии рядом с Нэстэ. А она не хочет ссориться с сестрами по пустякам. Нас же с тобой, как и всех остальных все равно оставят перед ульем. Дальше пойдёт пройдет только Нэстэ.

– Ты который раз так её сопровождаешь?

– Третий. Каждый раз, когда она приезжает к ринсли, происходит одно и то же. Матки приглашают ее, иногда не одну даже, Нэстэ собирается и едет на встречу. Расслабься, мы давно уже пересекли границу владений ринсли и никаких проблем как видишь не возникло. Ульи здесь полновластные хозяева, они охраняют свои территории и не допустят опасности для своей гостьи.

– Весело тут вас. – Проворчал Ульсим, ничуть не успокоенный информацией о пересечении невидимой границы.

– Когда как. – Флегматично кивнул тот.

Нэстэ отдыхал, впрочем как всегда, во время таких поездок. В Бездну на охоту её попросили не выезжать. Ну как "попросили", очень настойчиво и под разными предлогами. Но очень вежливо и с предельной осторожностью. Зато отпустили к ринсли, что было тоже неплохо. Можно будет пообщаться с матками, поругаться с местными племенами и с пользой пообщаться с наемниками и спецами Объединённых миров, собранных здесь для изучения феномена ринсли.

Все эти сложности коммуникаций с электроникой ее мало интересовали. Но и у научников иногда возникали интересных вопросы. Особенно у лингвистов.

В этот раз они пересекли границу немного не традиционно, обойдя по степи и навестив несколько постов хорнов. До улья Крихши было ещё далеко. В лесу, под присмотром исполнителей ринсли никаких сюрпризов не ожидалось. Лео фиксировал разношерстную мелочь, просачивающуюся через ближайшие Расколы. Но он даже не обращал на неё внимания. Младшим прайда из числа сопровождающих тоже надо было развлечься.

По ликале разговоры сошли на нет на третьем часу после пересечения границы. Кое кто из девочек на жаре откровенно задремал прямо в седлах. Разве что Лика шипела что-то, недовольно посматривая на них. Но не сильно. Все равно никто ее не слушал. Лето, зной, светило даже сквозь листву припекает так, что в степи воздух кажется горячим. А в лесу приятный ветерок обдувает, можно и расслабиться в безопасности. Да и наемники увязались с ними во внешнем периметре. Вот пусть и отрабатывают свое присутствие.

Все равно рядом с Лео ни одна крупная тварь не вылезает. Нэстэ с любопытством понаблюдала как Ликак некоторое время крутилась в седле, глядя на такое безобразие в своей пятерке, а потом и сама смирилась с неизбежным. Личные щиты у всех выставлены в боевую готовность. А уж как реагировать на опасность их всех с детства дрессируют так, что тем же наемникам и не снилось, в том числе и из положения во сне в постели. В случае опасности они смогут среагировать как надо.

Небольшая аномалия в эмоциональном поле Лео не сразу привлекла её внимание. Где-то на самой границе восприятия проявилось ощущение присутствия незнакомого разумного, чего быть тут никак не должно. Ринсли Лео знал и обозначал совсем по-другому. Да и в том направлении, в конце концов, всего лишь Раскол в мир под труднозапоминаемым кодом, судя по которому, в котором ничего особо примечательного не было. Возможно все же охотники?

"Одиночество, желание бежать, усталость, обреченность" – Выдал Лео новую порцию данных, сосредоточившись на заинтересовавшей старшую пары аномалии.

Это была простои констатации факта.

Само происшествие не привлекало его в качестве объекта охоты. И к подобным эмоциям чужих разумных, если они не касались членов прайда, ниахара относилась равнодушно. Но раз старшей это интересно, так почти бы и нет. Тем более что ничего другого интересного по пути до цели перехода он не видел.

– Странно, возможно охотник. – Пробормотала себе под нос Нэстэ, невольно сосредоточившись на выпавшем из общей картины окружающей обстановки явлением. – Ранен наверно в Бездне, вот и вывалился сюда.

Лео любезно вывел новый эмоциональный фон. За Расколом в том направлении действительно находился выход в мир с вполне приемлемыми условиями. Причем весьма близко. Заветное колечко было на место и выдало краткую справку по миру ЛАрнейши, что еще больше удивило Нэстэ.

"Чувство горя, потери, одиночества" – Пришло от Лео, возвращая мысли к насущной проблеме.

Нзстэ явственно ощутила волну соответствующих воспоминаний. Лео нашёл аналогию из их общей прошлой жизни и явно провел ассоциацию между нею и неизвестным по возрасту.

– Ты что, откуда тут ребёнок, да еще потерявший родителей? – Вконец озадачилась Нэстэ.

Этого Лео не знал и вообще не думал над проблемой. Но на её вопросительную эмоцию выдал утвердительный ответ с полной уверенность в своей правоте.

Заинтересованная Нэстэ уже выдавала желание добраться до источника странного беспокойства. Поймав недоуменный взгляд Лики, она вкратце объяснила причину столь резкой смены привычного курса. Та кивнула, подавая сигнал, в котором никто из ее подчиненных особо не нуждался. Никто в отряде больше уже не дремал. Все девочки подобрались, натсороженно всматриваясь в лес.

Наемники, видя, как подобралась основная пятерка, молча проверили оружие и щиты. Если будет информация, ведущие с ними поделятся. А пока есть новое направление, старшая уходила с тропы в лесную чащобу. Вольность, которая из чужих позволялась только Нэстэ. Ульсим отметил только, что их объект охраны перекинулась длинными сериями щелчков с вынырнувшим откуда-то из травы богомолом. И на этом все проблемы с местными хозяевами похоже был исчерпаны.

Нэстэ не сильно спешила. Во-первых, до точки аномалии было всего часа полтора ходу верхом. Во-вторых, её цель никуда не двигалась. А в-третьих, Лео устойчиво передавал на фоне тоски, страха и усталости ощущение убежища. Похоже источник был напуган, забился в какую-то щель и не собирался никуда уходить.

Теория об охотнике была очень шаткой. Но вскоре нашла некоторое подтверждение. Нэстэ безошибочно распознала условный знак гильдии на одном из замшелых камней. И уже руководствуясь его указаниями очутилась перед входом в небольшую пещеру. Судя по всему, один из резервных пунктов отдыха официального члена гильдии. Такие во множестве оборудовались в мирах Бездны или в малонаселённых мирах на случай непредвиденных обстоятельств. Она сама несколько таких обустроила и для себя, и для гильдии. И пользовалась не единожды, не бесплатно конечно.

Подав спутникам сигнал оставаться на месте, она спешилась и направилась вглубь убежища не оглядываясь на Лику. Та как всегда проигнорировала её распоряжение и прикрывала со спины.

Лео тихо скользнул на шаг вперёд, сканируя и передавая эмоциональную картинку старшей по паре. Вход был узким, длиной всего в несколько шагов и заканчивался резким поворотом, выходящем в небольшой грот.

В тусклом свете лампы, стоящей на импровизированном из камней столе, после дневного света трудно было что-то рассмотреть. Пара лежанок, вскрытая аптечка на столе и НИКОГО.

"Ощущение присутствия чужого справа в углу. " – Пришла подсказка от Лео. – "Страх, паника".

Она сделала ещё три шага и заглянула за выступ в стене, за которым оказаалсь небольшая ниша. На приземистом узком топчане, в самом дальнем углу зашевелился темный комок.

По нервам Нэстэ стегнул ужас оказавшегося обнаруженным незнакомца. Лео смог только едва приглушить чужие эмоции.

Два светящихся в темноте глаза уставились на неё из сумрака тупика. И это был явно РЕБЕНОК. Он буквально вжимался в стенку в самом тёмном углу ниши, в тщетной попытке слиться с камнем и остаться незамеченным.

– Ну и кто же ты? – Немного озадаченно поинтересовалась Нэстэ, при этом стараясь не делать резких движений.

С такими ситуациями она как-то не сталкивалась.

Их находка дернулась при первых звуках её голоса как от удара, а затем тихо и как-то безнадежно заскулил.

Появление лица любопытной Лики ситуацию не улучшило.

Принесенный фонарь наконец высветил замызганное и кое где порванное платье, сбитые туфельки, никак не предназначенные для прогулок по лесу и тем более в Бездне. Нэстэ уже не сомневалась, что малышка пришла оттуда.

Вопрос только был, что она там делала и как сумела пройти сюда. Охотники свои убежища маскируют весьма тщательно, и случайно их найти довольно трудно.

Нэстэ успела разглядеть на запястьях, поднятых в защитном жесте рук синяки явно от чьих-то пальцев. Короткие волосы еле прикрывали шею. В них почти спрятались плотно прижатые к круглой головке ушки.

Слегка вытянутое вперед личико совершенно не портил короткий курносый носик, плавно, без выраженной переносицы, переходящий на скошенный лоб. А раскосые, непропорционально большие глазки с вертикальным зрачком смотрелись вполне гармонично на детском личике. Узкая челюсть, лишенная явно выраженного подбородка, завершала картину и придавала общую схожесть с мордочкой лисицы. Ощущение усиливалось короткой плотно прилегающей к коже шерсткой рыжевато-коричневого цвета, покрывающей все лицо, обрамленное коротко остриженными волосами, как у человека, спадающего с верхней части головы на шею.

– Опа! Все-таки ларнейши! – Удивилась Нэстэ в слух. – Вот так встреча!

Поймав озадаченный взгляд подруги, она слегка пожала плечами.

Лика не без труда припомнила когда-то вскользь упомянутую на уроках расоведения разумных. На сколько она помнила, глаза у этой расы должны были быть заметно суженными по вертикали. На них же сейчас смотрели почти идеально круглые желто-зеленые омуты самого настоящего ужаса, рассеченные узкими вертикальными зрачками.

Лика растерянно сморгнула и даже отступила на полшага, невольно прячась от этого страха за спину подруги. На нее впервые смотрели с таки страхом. Причем это был ребёнок из расы, практически не покидающей своего мира. Откуда он здесь взялся, так далеко от своего мира вопрос не праздный, но с этим разберется Нэстэ. А вот подать сигнал оставшимся их ожидать стоит.

Лика получила ответную кодовую фразу от оставшихся снаружи. Команда получена, план на ближайшие часы определен. Теперь там, на дневном свете хорны уже пришли в движение, занимая позиции по внешнему периметру и начав готовить лагерь, девочки и змеелюды замирают в ближнем круге в непосредственной близости от входа в пещеру. И все ждут ищвстий от них.

Краем глаза она видела как Лассана полуразвернулась вправо, ещё раз внимательно осматривая каждую трещину в каменных стенах. Лика чисто на полном автомате повторила её действия, осматрвиая пещеру с левой стороны. При этом она продолжала краем глаза отслеживать происходящее перед нею.

Нэстэ уже присела на корточки перед вжавшейся в камень девочкой, улыбнулась и тихим голосом выдала фразу из взлаивающих звуков. Судя по интонации и осторожному движению рукой, это было приветствие или нечто успокаивающее.

"Нет, ну надо же, она и этот язык знает" – Почти возмутилась она про себя. – "Опять выпытывать у нее обстоятельства знакомства с очередной расой".

Девочка тем временем явно удивилась, но страх никуда не ушёл. Она вздрогнула и ещё сильнее вжалась в камень, как будто пыталась погрузиться в него вместе с непонятным продолговатым футляром, который безотчетна пыталась спрятать от чужих глаз и прикрывала рукой.

Нэстэ подняла руки раскрытыми ладонями к девочке, в общеизвестном жесте, снова что-то пролаяла, затем свернула пальцы в замысловатую фигуру, из тех, что пользовалась при встречах с охотниками за тварями при редких встречах в Бездне.

Глазки у находки на мгновение стали совершенно круглыми. Удивление на мгновение пересилило страх, потом сменилось откровенным недоверием.

Девушка тем временем уже протягивала пластинку из своего НЗ. Уж из какого именно, Лика не уследила. Нэстэ никогда не расставалась с этими питательными пластинками и даже когда надевала вечернее платье для выхода на приём норовила спрятать на себе тонкую упаковку.

Об этой слабости знали только в гекате и тщательно следили, чтобы воскресшая сестренка не заметила их участие в обновлении подобных закладок. Сама Нэстэ абсолютно игнорировала такое понятие как срок годности продуктов.

Малышка ещё несколько секунд боролась со своим страхом, потом все же перехватила подношение выдав при этом странный знак из сложенных пальцев, оказавшихся почему-то без ногтей.

Нэстэ весело рассмеялась и ответила короткой серией непонятных для Лики пальцевых фигур, скорее всего из арсенала охотников. По крайней мере наденышь явно понял их смысл и даже немного успокоился.

– Я тоже состою в гильдии охотников и охочусь за тварями. – прокомментировала она свои действия для девочки.

Она ещё раз что-то тявкнула с вопросительной интонацией.

Ребенок вдруг издал странный звук, больше похожий на скулеж потерявшегося щенка и как-то рывком, всем телом протянулась к сидящей на корточках подруге.

Нэстэ растерянно замерла, глядя на судорожно вцепившуюся в не малышку, подумала и неуверенно провела ладонью по судорожно вздрагивающей от рыданий головке. Вот уж что что, но общаться с малышами она опыта не имела. Но делать было нечего. Истерика явно захватывала ребёнка все больше. Она еще раз всхлипнула, запрокинула голову глядя в лицо Нэстэ, и… словно прорвало плотину.

Лающие звуки в вперемешку со всхлипами потекли сплошным непрерывным потоком, грозясь затопить всех, кто находился радом. Правда весь этот поток из взлаивания, всхлипов, шмыгания и скулежа был направлен исключительно на Нэстэ.

Уж не что та не терпела длительного тактильного общения даже с гекатессами, но сейчас она не только позволила детёнышу вцепиться в неё мёртвой хваткой, а даже сама присела радом и обняла её, внимательно вслушиваясь в то, что тот пытался до нее донести.

Лика не без зависти вздохнула. Это же надо, насколько полезным оказывается увлечение её подруги языками. Электронный переводчик, настроенный на язык ринсли и известных рас, сейчас издавал бодрые булькающие звуки, оповещая что разговаривают на редком языке, взять который негде в виду очевидного отсутствия инфосети. Так что ей и Лассане оставалось только помалкивать и терпеливо изображать из себя истуканчиков, чтобы не напугать ребенка резкими движениями.

Наконец словесный поток начал иссякать, найденыш все чаще всхлипывала, начала прерываться и наконец замолчала, продолжая судорожно цепляться за Нэстэ.

Та тяжело вздохнула и посмотрела на друзей.

– Давно хотела выучить язык ларнейши, теперь жалею, что не нашла времени.

– Э-э-э? – Сморгнула Лика.

– Я знаю только несколько приветственных фраз. Из тех, что можно выучить при одной единственной случайной встрече. А их язык такой звучный, и богатый интонациями! – Поделилась она с зависшей Ликой.

– Так ты что, просто сидела пока она тут говорила?

– Девочке надо было выговориться. А сейчас, ты ведь говоришь на всеобщем?

Нэстэ осторожно отстранилась и заглянула в лицо и не подумавшей выпустить из своих пальчиков ее куртку, девочки.

Та судорожно выдохнула и неуверенно кивнула.

– Тогда, давай все с самого начала и по порядку, хорошо?

Лисёнок доверчиво улыбнулась и смущённо осмотрелась вокруг. Запоздалые фразы приветствия в её исполнении выглядели мило, но Лика с Лассаной ответили со всей серьёзностью. И снова с уважением покосились на гекатессу. Оказывается, когда надо, Нэстэ и вот так может. За пять минут расположить к себе ребёнка и привести его во вполне вменяемое состояние.

Как-то до этого раза она эти свои способности не демонстрировала. И даже больше того, с детьми с которыми им регулярно разрешалось общаться она встречалась с неохотой и не длала большой разницы между ровесниками и младшими по возрасту. Ну не понимала она детских трагедий. Лика не раз наблюдала недоуменный взгляд подруги, с которой пытались обсудить всемирную несправедливость очередные знакомцы.

Однажды, когда после такого общения Лика застала ее сидящей в своей комнате перед голограммой мамы, Нэстэ даже поделилась с нею своим недоумением:

"Ну что такого, что родители ей подарили на День рождения не то, на что она предполагала? Как подарок и его ценность может определять любят тебя родители или нет? Мне, например, мама если что и дарила что, так только исходя из пользы, а не моих желаний. Мы вообще не обсуждали такие вопросы между собой. Зато мама меня всегда прикрывала, до самого конца".

Лика поспешно вернулась в реальность.

Толи в силу своего возраста, толи от того, что пользовалась их находка всеобщим гораздо реже, чем свои родным языком, рассказ её был сбивчивым и не всегда последовательным. Но подруга была прямо-таки само терпение и внимательно слушала, ни разу не прервала постепенно успокаивающуюся маленькую лисичку. Только хорошо изучившие свою подружку спутницы могли заметить, как по мере разворачивающихся событий улыбка на ее лице превращается в приклеенную, и как сужаются её глаза, когда девочка впервые упомянула представителе одной конкретной лиги.

Лика с грустью отметила про себя срыв всех их планов на сегодня, да и наверно на ближайшие дни. Нэстэ даром что полная радуга и правящая, никогда не была воплощением благовоспитанной гекатессы. В чем не один раз убеждались преподаватели, которым оставалось только сожалеть, что воскресшая сестричка еще оказалась и прирожденным лидером. Тем не менее, все же некоторых границ она придерживалась, за одним исключением.

Когда дело касалось ловцов за рабами, она не признавала никаких рамок и никогда не упускала случая напакостить представителям этой гильдии, запрещенной в Арден, причем охотно шла на личное участие. За что не раз уже получала выговор на самом высоком уровне.

Впрочем, в этом вопросе с нею оказывались солидарны все союзники.

Дино имел личные счеты к гильдии, и если публично, когда и выговаривал своим арьяти, за участие в подобных выходках, то в узком кругу только поддерживал и даже помогал чем мог. Саша вроде не имел личной заинтересованности, но изначально отказался даже рассматривать претензии от этой ловцов, в чем его поддержал отец.

Что же до гекатесс Нэстэ, тут двойного мнения попросту не было, как со стороны Арденг, так и Аринола. Рианна смиренно выслушивала претензии, стоя вместе с Нэстэ, соглашалась что так не положено и прочее. Но категорически отказывалась приносить извинения под предлогом того, что членов гильдии на территории Арден вообще не должно было быть.

Только здесь не территория Арлен, и даже не Бездна. А их находка подданная независимого королевства, признающего права гильдии ловцов за рабами. Вмешательство члена Гекаты во внутренние дела чужого государства было чревато уже международным скандалом. О чем Нэстэ похоже думать не собиралась.

А девочка уже закончила свой печальный рассказ и затихла, так и не выпустив куртку своей слушательницы.

– Так ты говоришь за тобой в Бездну пошла тройка ловцов. – Тихо поинтересовалась Нэстэ, даже не взглянув на подруг. – Как ты думаешь, они ещё там?

– Они или заночевали на перевале, он высоко, местные твари на нем практически не появляются, или вернулись обратно. А двигаться по горной тропе ночью опасно.

– Но ты же пошла? – С показным весельем заметила Нэстэ.

– Я знаю тропу, папа мне показывал ее целых два раза и это убежище показал. – Голос малышки дрогнул, но она справилась с собой. – Кроме того, я хорошо вижу в сумерках. Но ночью в Бездне очень темно и я бы тоже не рискнула пойти.

Девочка уже робко, со смущенной улыбкой осматривала всех присутствующих, как будто только сейчас окончательно осознала, сколько ушей вокруг.

Не было ничего удивительного, что взгляд загоревшихся глазок остановился на искрящейся шкурке кота, невозмутимо расположившегося около входа в пещеру.

Лео оставался лежать спокойно. Только хвост, кончик которого из пушистого и мягкого давно превратился в коготь, прорезал в камне глубокую борозду и показывал эмоции, что привычно удерживала в себе Нэстэ.

Лика ещё раз вздохнула. Рутинный выход к ульям ринсли, в котором главным развлечением было посидеть у костра, пока Нэстэ общается с матками, стремительно перерастал в нечто интересное. И не сказать, чтобы она сильно возражала против этого. Главное, надо будет предупредить Рианну. Да и остальным союзникам надо дать знать о предстоящих "неприятностях".

Глава 2

Невеселое повествование девочки закончилось. Но наступившую тишину в пещере еще пару минут прерывали только ее слабые всхлипы.

Лика с Лассаной молчали и выжидали, поглядывая на заметно напряженную Нэстэ. Малышка даже не подозревала, сколько и каких воспоминаний вызвала своим рассказом у той, в чью куртку она вцепилась мертвой хваткой. Они редко видели свою подругу в ситуации, когда той требовалось время чтобы успокоиться. Гекатессам иногда казалось, что пробить ее эмоциональную защиту вообще невозможно. Только наставники из числа мнемиков и психологов считали иначе. И Лика судорожно пыталась вспомнить, что именно вбивали в головы личной пятерки второй правящей.

Разнообразные ситуации, Лассана, как доверенная змеелюдка знала, что личные пятерки правящих в Гекате готовят к самым разнообразным ситуациям, в том числе и на случай эмоциональных срывов своих старших. Поэтому, даже будучи старше спутниц, она предпочла замереть и настороженно коситься на Лику.

– Ну, и как тебя все же зовут? – Наконец справилась с собой Нэстэ, обратившись к ней с преувеличенной приветливостью. При этом она перестала неловко гладить по волосам малышку и немного озадаченно посмотрела на судорожно сжатые пальцы.

Лика облегченно выдохнула. Нэстэ как всегда справилась со своими эмоциями и спряталась даже от подруг за привычную маску полного самообладания.

С ними снова была привычная подруга, не умеющая общаться с детьми и меряющая всех по своей личной мерке. Если девочка справилась с прошлой проблемой, значит и с остальными вопросами справится и нечего тут особо рассусоливать.

В общем, на поверхности ей предстоял короткий разговор, чтобы прояснить положение вещей, тот факт, что здесь потребуется не просто разобраться в сложившейся ситуации, а принять посильное участие в дальнейшей судьбе девчонки. Ну, как минимум проследить что ли за нею.

– Сиула, госпожа. – Малышка робко посмотрела снизу-вверх на Нэстэ и только еще сильнее сжала кулачки на ее куртке.

Лика невольно отметила как поежилась Лассана. Да и она сама едва не скривилась. Все-таки насколько их всех Нэстэ приучила к осторожности с некоторыми привычными словами.

Но сама Нэстэ никак не прореагировала на неприятное для себя обращение.

– Отлично, а я Нэстэ. И не называй меня госпожой, Хорошо? Мне это обращение неприятно. Можешь обращаться по имени и без приставок. Ведь мы с тобой охотницы. У тебя из родителей папа состоял в гильдии?

– Д-да.

– Ну вот, видишь, мы с твоим папой делали одно дело. И я разрешаю тебе обращаться ко мне так же, как обращался бы твой папа. Ну а сейчас мы все пойдем наружу, пообедаем, отдохнем и подумаем, как нам тебя обратно вернуть.

Найденыш так и не выпустила куртку Нэстэ из своих цепких ручек. Послушно вставая с топчана, она согласилась только поменять место захвата, выпустила полу куртки и вцепилась в левый рукав своей спасительницы.

Лика заметила даже, как выдвинулись и тут же спрятались обратно небольшие и явно ухоженные коготки. Перехватив её взгляд, девочка смутилась, но только еще сильнее сжала пальцы, теперь уже без когтей. Второй рукой она как единственную драгоценность, продолжала прижимать к себе футляр, по-видимому с тем самым музыкальным инструментом, что упомянула в рассказе.

Лика практически ничего не знала об этой расе. Но у многих рас, чьими предками были хищники, существовали запреты, связанные с древними рефлексами. У ларнейш выпускать когти по-видимому считалось признаком плохого тона. Смущение девчонки говорило, как о её воспитании, и косвенно подтверждало рассказ, так и степени неуверенности в происходящем.

Искусственная улыбка на лице Нэстэ по-прежнему держалась исключительно для девочки. Лика же с Лассной видели суженные от злости глаза подруги, не предвещающие ничего хорошего тем, кто ТАК обошелся с ребенком и к тому же, имел наглость залезть на ЕЕ территорию. А то, что Бездна, это её территория давно уже никто не спорил. С легкой руки, или какой другой конечности, местных племен, в этих местах у Нэстэ даже псевдоним был соответствующий "Живущая в Бездне". И в последние годы, не без участия ринсли, он получил распространение наравне с элфийским "Дарующая миры".

Лика и Лассана с облегчением переглянулись между. Змеелюдка тоже не возражала против небольшого приключения. А уж во что оно выльется, время покажет.

– Они могут прийти сюда. – Т ем временем неуверенно заговорила сиула. Ее острые ушки снова прижались от одной мысли о такой возможности. – Эти двое знаю как вернуться на тропу. И приведут с собой остальных. Там ведь целая база охотников за рабами.

– Ничего, этот лес действительно опасен для любого, у кого нет разрешения на его посещение. – Ободряюще улыбнулась Нэстэ придержавшей шаг девочке. – А у тебя теперь такое разрешение есть. Я его тебе даю.

Лика только кивнула в ответ на недоуменный взгляд малышки, подтверждая, что ее новая знакомая вполне может выдать такое разрешение. Про себя же она только подумала, что Нэстэ очень даже не будет возражать против развертывания подобного сценария. Вот только вряд ли кто будет собирать крупный отряд в погоню за рабыней.

Сиула тем временем уже смотрела на Лео. Кот лениво обмахнулся белым пушистым хвостом и недовольно урча встал перед выходом.

– Не бойся, это Лео. Он добрый и никого не трогает.

Девочка почти прижалась к Нэстэ и большими глазами, теперь уже явно от любопытства, проводила чем-то недовольного кота глазами. Все время, что они шли по короткому отрезку пещеры она о чем-то сосредоточенно думала. Даже представ перед целым разношерстным отрядом она не перестала хмуриться, хоть и вежливо улыбнулась, не показывая зубов, когда Нэстэ назвала ее имя.

– Я знаю тебя. – Неожиданно заявила она сразу, как оказалась около весело трещащего костра. – Мне папа рассказывал о маленькой охотнице за тварями живущей в Бездне с ниахарой. Гильдия вызывает тебя на охоту, когда другие охотники не справляются. А еще ты общаешься с гекатами Арден и Аринола. Только ты не такая маленькая, как мне казалось.

Нэстэ озадаченно почесала затылок и сокрушенно кивнула.

– Ну да, наверно это я, подросла только немного. Значит мы с тобой старые знакомые. – Она приняла от раздающего хорна миску и протянула Сиуле. – Сейчас обедаем, а все остальное обсудим позже. Вечер у нас еще длинный.

Лика отлучилась со своим вромом из лагеря буквально на пару минут. А когда вернулась, по выражению лиц окружающих поняла, что какое-то решение принято. Причём оно откровенно не радовало ни хорнов со змеелюдами, ни сестёр по гекате.

– Одна ты никуда не пойдёшь. – Сходу заявила она в лицо сестричке, не дав той и рта раскрыть.

Та поперхнулась и только развела руками.

– Это будет не совсем законно. – Пояснила она, даже не став вдаваться в подробности, о чем именно подумала Лика. Они уже настолько хорошо друг друга знали, что у нее и сомнения не возникло, насколько глубоко ее просчитала подруга.

– И что? Хорнам плевать, они наемники. Обеспечат отход, а с нами не пойдут. Змеелюды тоже останутся в Бездне и обеспечат нам выход. – С напором заявила Лика и проказливо улыбнулась. – Если Ри в этот раз нас не отобьет, мы уйдём от правосудия в Бездну. А там, наконец, махнем к элфам. Они тебя не выдадут, а ты за нас заступишься. Давно мечтаю у них обосноваться.

– Это уже похоже на план действий. – Нэстэ растерянно осмотрела замерших вокруг подруг и вздохнула сдаваясь. – Все равно в лагере должен кто-то остаться и присмотреть за вромами. Ринсли это делать не будут.

Хорны скривились, но согласно наклонили головы. Пусть каждый из них старше этих девчонок, вот только Бездне любая из этих девчонок их переплюнет. Опыт же общения с этой Дарующей миры прямо таки вопил, что лучше в предстоящем им не мешаться под ногами гекатесс и лапами ниахары. Уж очень они были злы на неизвестных ловцов за испорченное настроение своей подруги.

– У меня только это, а с тебя все остальное? – Уже миролюбиво уточнила Лика. – Надеюсь у тебя есть план, чтобы лезть к ловцам столь малыми силами?

– А то! Для ЭТИХ, у меня всегда есть план.

– Знаю. – Огрызнулась та на правах боевой подруги. Впрочем, безо всякой надежды, что Нэстэ изменит своей привычке и тут же выложит все на всеобщее обсуждение. – У тебя все планы относительно ловцов сводятся к одному: уничтожить всех, до кого дотянешься, а остальных так и быть, и прогнать до будущей встречи.

– Ну, в этот раз придется это правило немного изменить. – Немного натянута рассмеялась Нэстэ, даже не пытаясь спорить со сказанным. – Все же это территория чужого королевства, а мы хоть и с неофициальным визитом, но все же гекатта Арден.

– Ух ты! – Вытаращила глаза Лика. – Рада что ты это понимаешь.

– Поэтому первую часть генерального плана придется свести к минимуму, а то и вовсе отменить. – Со вздохом сожаления продолжила Нэстэ.

– Остается …" прогнать до будущей встречи" – Отметила Лассана и с интересом осмотрелась.

Хорнов можно не считать. Им светиться нельзя, чтобы не подставить своих нанимателей. Остаются гекатессы, три штуки, и змеелюды, пять штук.

Строящаяся база ловцов должна насчитывать несколько десятков строителей, и сотни три бойцов, как постоянных, так и приходящих, из числа тех, кто уже начал пользоваться новым местом отдыха гильдии.

Итого, восемь неплохо подготовленных бойцов против хорошо обученного, отлично вооруженного противника численностью в несколько сотен, сидящего к тому же в своей собственной базе. А их, к слову, в силу вполне понятных причин, ловцы всегда строят как эдакие крепости, способные выдержать маленькую осаду. Уж кто-кто, а они все об этом неплохо осведомлены. Правда одна такая "крепость" на поверку оказалась бессильна против одной очень разозленной девочки. Но тогда с ее стороны была хорошо подготовленная диверсия против одного отряда. А сейчас вроде как планируется полноценный штурм. Как-то с трудом верится, что Нэстэ начнет с ловцами переговоры. Но ведь что-то она придумала, и говорить не собирается.

– Пожалуй я все же рискну подставить своего принца и пойду с вами. – Решила Лассана, задумчиво осматриваясь. Ее подчиненные с облегчением придвинулись к ней.

Нэстэ недовольно поморщилась, но согласно кивнула.

– Хорошо, но потом не говорите, что я вас подставила. Я бы и одна справилась.

Ульсима более опытные товарищи взяли к Расколу только потому, что кому-то надо было забрать вромов уходящих в Бездну и отвести на базу. Остальные собирались установить наблюдение как за входным, так и выходным Расколами. Так. На всякий случай. За ним оставалось поддержание порядка в лагере и уход за вромами.

Сказать, что Ульсим был не в восторге от навязанных обязанностей, ничего не сказать. Но со старшими не поспоришь. Так что он только со вздохом проследил как фигуры последних девушек исчезли в серой дымке и принялся вязать поводья, выстраивая караван из вромов для обратной дороги.

– Не грусти. – Со смехом хлопнул по плечу своего молодого напарника, а проще говоря подопечного, Карнэш.

– Тебе хорошо говорить. Ты даже в битве при музее поучаствовал. – Не удержался Ульсим. – А я вроде и был походе с НЕЮ, а и рассказать-то будет нечего.

– Ты наемник, так что поверь мне, чтобы там не придумала Нэстэ, нам с тобой сейчас лучше держаться в стороне. Эта кампания с потерями или без, точно отвертится от чего угодно. А вот на наемнике отыграться, это святое дело для любого политика, кто захочет сохранить лицо.

Ульсим первым обратил внимание, на нечто необычное, начавшее твориться вокруг. Следом за ним беспокойно начали озираться насторожившиеся товарищи.

Вокруг, в траве, в листве деревьев и даже сверху, над лесом, слышался какой-то странный шорох, щелчки и треск постепенно нарастающие и переходящие в сплошной гул.

Приглядевшись молодой наемник разглядел сначала нечто вроде серо-зеленых струек, то там, то здесь устремившихся к Расколу в обход невольно занявших позицию спина к спине бойцов. Зорны судорожно держались за оружие одной рукой, а пальцы другой замерли на кнопках управления силыми щитами, абсолютно бесполезными из-за выпитых Расколов накопителей. Только вромы под своими седоками оставались абсолютно спокойными даже когда непонятное движение началось между их ног.

Струйки быстро утолщались, появлялись новые. Они стремительно сливались в широкие полосы, а те в свою очередь начали формировать сплошной поток, по-прежнему аккуратно обтекающий ноги животных и хорнов, никак не пытаясь напасть на живых. И уже плотная серая, местами серо-зеленая река исчезала в дымке Раскола, где совсем недавно исчез отряд.

– Похоже, тебе все-таки удастся кое-что рассказать, заметил немного успокоившийся Карнэш своему подопечному. – Я с таким еще не сталкивался. Похоже на начало москитной Волны, только почему они не нападают?

– Ага, а еще они идут в Бездну, а не наоборот. – Среагировал командир пятерки. – Сдается мне, у нашей девочки все-таки есть план. И учитывая ее настроение, она намерена повеселиться кое с кем от души.

– Ловцам не позавидуешь. – Пробормотал Карнэш. – Связаться с правящей, да еще какой! Как там эта малявка ее назвала?

– Живущая в Бездне. – Отреагировал Ульсим и уже с профессиональным интересом проследил, как одна струйка из мельчайших москитов прямо перед его лицом изменила движение, облетела по большой дуге голову и втянулась в сплошной трескучий поток.

Его вром брезгливо отдернул ногу, когда нечто крупнее ладони с размаху врезалось в правое бедро и переступил, стараясь подальше отодвинуться от отвернувшего потока.

Глава 3

Впервые услышав о планах руководства гильдии ловцов, Джаирис удивился странному выбору места для новой базы. Но теперь успел его оценить и стал ярым сторонником принятых несколько лет назад решению. Отчасти поэтому наверно, он и был назначен сюда в качестве руководителя базы. Стройка подходила к концу, база уже обустраивалась и обживалась персоналом. Полевые бригады начали осваивать новые маршруты.

База была призвана отчасти заменить Центр, расположенный в мире рррр, так и не вышедший на полную мощность после проведенной диверсии той девчонки. А отчасти, она должна была стать новым центром в развивающемся секторе Объединенных миров.

Неудобства от близости Раскола с лихвой перекрывались тем фактом, что в этом королевстве приняло закон, карантинные зоны Расколов чем-то вроде ничейной территории, с очень условным действием своих же собственных законов. Здесь традиционно обустраивались поселения охотников за тварями, из числа тех, кто специализировался на выходе в Бездну. Здесь же, пусть и на границе таких зон, были и не совсем законные рынки всего, что добывалось из этих самых тварей. Очень крупные рынки, знаменитые во всех Объединенных мирах. В общем и целом, в таких карантинных зонах всем заправляли скорее местные охотники, чем чиновники короля. И такая ситуация устраивала всех. Местный король не сильно заботился о Расколах. При этом свою долю с доходов серых рынков. Охотники пользовались практически неограниченной свободой. И это при том, что их гильдия и так имела привилегии, не сопоставимые с ловцами.

На территории карантина королевские чиновники не имели особой власти и старались не лезть в дела тех, кто там жил. По местным законам, для нового строительства базы достаточно оказалось получить согласие старейшины местного поселения охотников. Оно и было получено, несмотря на явное неодобрение большинства жителей этого лисьего поселка. Охотники от перспективы такого соседства не обрадовались, но против решения старейшины и совета поселения не пошли, если не считать нескольких семей.

Эмисарам лиги пришлось постараться, чтобы этих недовольных никто не слушал. Но в конце концов, все уладилось, место получено, база практически построена. А заодно, ловцы получили относительную близость сразу к трем Переходам в разные миры, в которых были рынки рабов, расположенные в городах за границей карантинной зоны. А еще никем не контролируемый Раскол, ведущий в относительно безопасный мир Бездны.

Ларнейши рабства не имели, зато они признавали право собственности на разумных. И Гильдия ловцов чувствовала себя в лисьем королевстве не хуже, чем в других окраинных мирах. Жаль только, что совершать торговые сделки с рабами здесь все же приходилось очень осторожно.

Джаирис слегка поморщился. Мысли его против воли вернули к насущной проблеме о столь неудачно завершенной сделке. Но тут уж ничего не поделаешь. Деньги за малявку были уже уплачены. И они сами виноваты в том, что та сбежала до проведения процедуры регистрации. Кто мог подумать, что этот лисенок вместо того, чтобы попытаться добраться до старейшины, как тут учили всех детей, сразу рванет в Раскол. Прямо вот так, без оружия, в платье и со своим футляром.

Только может быть это и к лучшему. Из Бездны девчонка никуда не денется. С горной тропы уйти она не рискнет. Об опасностях такого поступка тут знает каждый ребенок. Хотя он, Джаирис, никогда не поймет этих охотников. Таскать в Бездну собственных малолетних детей!

Но сейчас это даже к лучшему. Группа, что вышла сейчас с базы легко найдет ее на тропе, перед спуском в долину. Этот, Мусра, утверждает, что тропа ведет вниз, в кишащую тварями долину. Девчонка побоится туда идти. И единственный Раскол в той стороне ведет в мир Ринсли и находится в стороне от тропы.

Сигнал контролера вызвал удивление. Раскол вносил свои правила в пользование электроникой… Даже стационарный сканер стоял в единственном числе, к тому же работал он в автономном режиме, без постоянного подключения к основной базе данных.

Помехи не позволял вести длинные переговоры с ловцами ушедшими к Расколу. Приходилось пользоваться кодовыми сигналами. И пришедший сигнал от группы, ушедшей в погоню за беглой девчонкой, не понравился начальнику базы. Не должно было его быть так скоро и с той стороны. Возвратный раскол был несколько в другом направлении. К тому же это был сигнал опасности. Возможно волна? Хотя откуда? Да и есть отдельные коды для сообщения о таких вещах.

Никаких особых распоряжений от Джаириса эта ситуация не требовала. Принявший сигнал диспетчер уже дал сигнал сбора на выходе из базы со стороны тропы. Вернувшаяся группа или дойдет до щита самостоятельно или не дойдет вовсе. Волна или нет, лишний раз рисковать ради рядовых членов гильдии никто не собирался.

Джаирис успел связаться с охотниками. Ничего особенного, малозначащий разговор на бытовые темы, которых всегда множество. Зато теперь понятно, что это не волна. У местных охотников есть свое оборудование и контрольные датчики вокруг Раскола. И подай они сигнал, старейшина бы не был столь спокоен, и диспетчер за контрольным пультом не зевал бы после ночной смены. Нет, тут что-то другое. Позже, когда база утвердится на этом месте, этого не потребуется, но сейчас лучше, если староста и еще несколько жителей из числа совета поселка, как представители власти будут здесь присутствовать.

Начальник базы неторопливо собрался, не позабыв на всякий случай и боевой комплект оружия. Спешить вроде некуда, староста из деревни подойдет почти одновременно с ним. Плохо, что о сделке местные узнают раньше, чем он рассчитывал. Но в конце концов, он не виноват, что один из них решил поторговать совей кровью и обратился к ловцам. Теперь уже пусть каждый блюдет свои собственные интересы. Тем более, что кроме осуждения соседей этому Мусре ничего не грозит. Законы королевства не запрещают проводить такие сделки. Просто местная власть их не регистрирует.

Он уже сделал пару шагов на выход, когда справа от стены раздался зуммер оповещения. Поисковая ищейка, стационарно установленная в центре базы впервые за все эти годы подала сигнал обнаружения объекта из своей поисковой базы. И шёл этот объект с того-же направления, откуда возвращался отряд ловчих.

Джаирис замер и недоуменно уставился в экран монитора. Справка по обнаруженной цели была весьма обширной. Одно это говорило о необычности происходящего. Ещё больше ставили в недоумение пометки об исключении из перечня объектов вылова при сразу нескольких невыполненных заказах. Совсем немного этот факт объясняло приобретенное гражданство в Арден. С империей без нужды гильдия все же старалась не связываться. В последние годы центральные империи основательно потрепали ловцов за рабами везде, где только смогли. Отчасти от этого и пришлось искать новые пути транзита товара. Но все же до срыва серьезных контрактов дело доходило редко.

Но уж совсем в тупик ставили примечания к этой справке. С этой девчонкой следовало избегать всяческих встреч, при невозможности этого, избегать конфликтных ситуаций. В случае невыполнения рекомендаций, гильдия будет рассматривать действия своего члена как частного лица.

Мужчина недоуменно всмотрелся в лицо совсем еще девчонки. Фотография была сделана несколько лет назад и именно напротив нее стояла пометка о склонности к бунтарству и побегам. Следующее изображение показало едва повзрослевшее лицо, помеченное знаком повышенной угрозы. Небольшой значок около сигнала Джаирис знал. Условный код означавший ту саму диверсию на Центральной базе, в которой изначально обвинялись кашьяти. И правда, ходило много разговоров, что нападение совершила какая-то молодая человечка, прошедшая у них обучение. Неужели она? Такая информация ловцам авторитета не добавляла. Потому и кодировалась, чтобы рядовые ее члены ничего лишнего не узнали. Будь сейчас подрукой связь с общей базой, он бы узнал все подробности. Но приходилось довольствоваться тем что есть.

Еще несколько снимков конкретики не принесли. Девчонка оказалась весьма непоседливая, служила затычкой в каждой дырке, коих в Объединенных мирах было множество, стала членом глидии охотников за тварями. Даже умудрилась схлестнуться со шнатлиями и стать объектом Большой охоты одного из их каститлпов. При всем при этом выжила, умудрилась связаться с кашьяти, змеелюдами, аринольцами и арденцами. Причем везде на высшем уровне. Дау ж, чтобы связываться с гекатессой Арден и Аринола надо быть совсем уж самоуверенным.

Впрочем, особого выбора у него не было. Объект совсем не читал рекомендаций базы данных ловцов и судя по показаниям монитора направлялся прямиком к базе ловцов. Впрочем, тут ведь не территория Центральных империй. У них нет здесь власти.

Джаирис вышел на пока ещё единственную улицу базы. Всего несколько трёхэтажных зданий, прикрытых небольшим щитом. Но в планах и совсем скоро здесь будет поселение, не уступающее соседям. Тогда с охотниками можно будет уже не особенно считаться.

К границе базы он подошел во время, чтобы увидеть своих подчиненных, что-то обсуждающих с Лоркасом, принявшим на себя командование тревожной группы.

– … вон они, и девчонка с ними. – Донесся до него остаток фразы. Делавший доклад махнул рукой назад, в сторону соседнего холма.

С него спускалась вполне узнаваемая по недавно просмотренным изображениям молодая человечка, скорее подросток. Она шла уверенным шагом и вела за руку вчерашнюю беглянку в весьма потрепанном платье. Девчонка шла непринужденно даже как-то расслабленно улыбалясь. И эта улыбка совсем не понравилась Джаирису.

Он был опытным ловцом и немало повидал на своём веку. Так беглые не улыбаются при встрече с ловцом, даже если удачно избежала преследования и получила свободу законным способом. Страх и неприязнь, иногда бессильная ненависть, к ним в головах таких разумных поселяется навсегда.

Вот только приветливая с виду улыбка в сочетании с холодом в глазах и твердой походкой показалась опытному ловцу оскалом хищника, мысленно считающего стоящего перед нею уже мёртвым. Просто ему об этом надо только сказать.

– Эта девочка утверждает, что вы купили её у родственника. Это так?

Замершая прямо напротив него девушка даже не пыталась скрыть своего отношения ко всем, кто ее встречал. Холодный тон и легкое презрение на ее лице в сочетании с открытым высокомерием, вызывали безотчетное желание поставить на место зарвавшуюся девчонку. Джаирис хорошо помнил примечание к ее характеристике, но ведь здесь не территория Арден.

– Да, сделка заключена по всем правилам. Эта девочка считается рабыней. Я благодарен, что вы привели её обратно.

Малявка судорожно дернулась, но сразу же замерла, под ладонью спутницы, а потом сделал шаг назад и спряталась за ее спину.

– Купчую предъяви. – Ничуть не смутилась нахалка.

– На тебя отменена охота. Но стоит ли так ссориться с ловцами? За тобой не один должок перед нами. – Слова сорвались с губ подчиняясь раздражению и только после он сообразил, что за спиной этой парочки к ним приближаются отнюдь не любопытные жители поселка, избегающие конфликтов.

ЗА спиной девчонки замерла пятерка столь же молодых человеческих девушек. Одетых для верховой езды, одетых как охотники и вооружённых вплоть до огнестрелов. Причём даже с того места где он стоял, можно было видеть потертости от частого употребления в тех местах, где часто за него брались.

Джаирис мысленно ругнулся. Все пришлые были без знаков различия, включая эту самую бывшую беглую. Вспоминая некторые недавно прочтенные детали и наблюдая чёткие отточенные действия пятёрки, пришедшей в движение после его слов, он осознал, что только что нарушил то самое пресловутое примечание.

Перед ним стола боевая пятерка гекаты Арден. Причём не просто стояла, а действовала. Кто-то после его слов сделал шажок вправо или влево, кто-то отступил, прикрывая спину старшей. Руки все они держали на виду, но как опытный воин, он больше не обманывался.

Арден славился в том числе и тем, что дети императорской семьи там воспитывались вместе со своей гекатой, с младенчества становившиеся им молочными братьями и сестрами. И самая изнеженная принцесса могла в любой момент сбросить бальные туфельки чтобы выйти на полосу препятствий наравне с элитными бойцами. Причём папаша-император будет весьма недоволен, если она покажет худший результат, чем бойцы из его собственной гвардии.

Всего несколько мгновений, а перед ним уже стоит боевой перимтер явно прикрывающий первую девчонку. Хотя это ещё вопрос, надо ли её охранять. Ведь за её плечами выступали две рукоятки мечей. И пользоваться она ими умела.

И все бы ничего, да только со склона приближалось еще трое. Плавно, без рывков присущих тем, кто передвигается на ногах. И лицо первой змеелюдки отнюдь не было эталоном приветливости.

Итого, девять опытных бойцов против целой базы ловцов. Неплохой расклад на крайний случай.

Пришла погладила ладошку малявки, продолжавшую выглядывать из-за ее спины и перевела немигающий взгляд на подошедшего старосту поселения охотников.

– Я Нэстэ, вольный охотник гильдии. Веду группу через Бездну и прошла Раскол королевства уходя от волны москитов. В соответствии с международным эдиктому прошу временного крова для себя и своих спутников.

Староста замялся но неохотно кивнул.

Джаирис с досадой вспомнил об этой привилегии членов гильдии охотников. В крайнем случае они действительно могли пересечь границу любого государства не ставя в заранее в известность рубежников, при условии что останутся в пределах границ первого от Раскола убежища, и когда опасность минует, сразу уйдут обратно в Бездну.

– На сколько я знаю, в мире за Расколом волн бывает. К тому же там только вчера были мои бойцы. – Попытался он вмешаться в разворачивающиеся события, сценарий которых был непонятен.

Эта Нэстэ только с покосилась на него показным недоумением, все же снизошла до ответа.

– Я ничего не знаю о том мире, кроме общих сведений из инфосети. Тем более о периодичности волн в нем и их типах. Но проверить мои слова несложно. Волна идёт за нами.

Весьма спорное утверждение, учитывая вполне отдохнувший вид всей этой компании.

Порядком выведенный из себя Джаирис уже открыл рот, чтобы высказать замечание по поводу ехидного тона девчонки но поперхнулся.

Из-за холма, со стороны Раскола, за спиной пришлых вертикально вверх поднималось сразу несколько серых смерчей. Прямо на глазах они выросли ввысь на несколько десятков метров и начали сливаться в одну огромную тучу, черную на фоне безоблачного неба. Туча медленно вращалсь, кое где клубилась неровными буграми и стремительно росла. Питающие ее смерчи кое где объединялись и не думали истончаться, и даже вроде как наоборот, утолщались и набирали силу.

Девчонка не без иронии наблюдала как ловец спешно делает несколько шагов назад, чтобы быть ближе к щиту своей базы. Третий уровень щита вполне сможет справиться с этой угрозой.

Староста охотников, как и праздные любопытные числа жителей поселения не особенно обеспокоились. Охотники, живущие в карантинной зоне не покидают поселения без своих мобильных щитов. Их вполне хватит для защиты себя и даже кого-то еще, например, ребенка, до того момента, чтобы войти под прикрытие щитов поселка. У ловцов индивидуальные щиты не входили в стандартное снаряжение и имелись у единиц, скорее для хвастовства, чем по необходимости.

Джаирис с досадой отметил вспыхнувшую дымку вокруг каждой девчонки из сопровождения Нэстэ. Щит активировался буквально в нескольких сантиметрах от тела и сразу же как будто осел на своего носителя.

Признак очень не дешевого индивидуального щита. Арден на гекатах точно не экономил. Да и змеелюды были абсолютно невозмутимы.

Чёрное облако тем временем разрослось до неимоверных размеров, втянуло в себя подпитывающие жгуты и начало менять форму.

Сначало она вытянулось, затем выпустила несколько длинных шлефов, которые изогнулись вниз, и устремились к наблюдателям, закрывая собою почти половину неба. Джаирис непроизвольно отметил, что защита гекатессам особенности и не нужна была. Шлефы тварей еще на подлете к этой группе словно раскалывались и толстыми плетями проносились, старательно обтекая и эту девчонку, даже не удосужившуюся вроде активировать щит, так ее спутниц.

Несколько смерчиков закружилось вокруг остававшихся неподвижными охотниками. Но вопреки ожиданиям, они не переросли в сплошной столб, а словно исполняя чью-то команду, отпрянули от щитов и влились в общий поток.

Черная масса наконец наткнулась на щит базы буквально перед самым носом замерших ловцов, как будто кто-то нарочно их направил именно на них, после чего роем ушла вертикально вверх. В уши ударил неровный гул и треск сталкивающихся между собой тварей.

Джаирс не успел порадоваться за свой щит. Сигнал тревоги и короткий писк браслета оповестили о новой напасти. В техническом здании отчаянно взвыла сирена и почти сразу слилась с визгом генератора силового щита выходящего на запредельную нагрузку. Мгновение, и вместе с резким обрывом сирены тих схлопнулось и защитное поле.

– Упс. Прошу прощения, тут кажется моя вина. – Развела руками наглая тварь, всем своим видом показывая отсутствие какого-то бы нибыло раскаяния. – Лео у меня совсем от рук отбился. Лезет со своим любопытством во все норы. Вот и к вам решил наведаться видимо. Зря я его погулять отпустила. А щиты он с детства не любит. Да слабенький у вас генератор какой-то… был.

Нэстэ невозмутимо провела по волосам, выловила запутавшегося в них москита длиной с палец.

Джаирис только наблюдал как она с преувеличенным вниманием осмотрела букашку, покачала головой и раскрыла ладонь, при этом несколько раз щелкнув языком.

– Насколько я понимаю, в поселение вас сейчас не пустят. Ниахара ведь может и за вами увязаться. Лео такой любопытный, даже я не всегда понимаю, что он хочет узнать. Особое внимание он проявляет к тем, кто мне не нравится. А ловцы мне очень не нравятся, этого я совсем не скрываю.

Начальник базы потрясенно проводил взглядом черную тучу. Волна похоже решила сделать круг, давая им шанс на эвакуацию. Вот только сделала она это после того, как эта Нэстэ что-то прощелкала той твари, что спряталась у нее в волосах. И другой стручок серо-зеленого цвета уже устроился у нее на плече, будто ожидая новых распоряжений. Интересно, чем именно эта компания занималась в Бездне до встречи с малолетней лисицей?

– Что вы хотите? – Он сам не узнал своего хриплого голоса. А кто бы не охрип, когда у тебя над головой висит целая москитная волна. И у тебя никакой защиты от них нет. Огнестрелы же тут не помогут.

– Я уже сказала, чего хочу. – Недовольно проворчала девушка. – Купчая?

После его согласного кивка, что-либо произнести вслух из-за пересохшего горла было затруднительно, девушка повела головой в сторону и выдала тихий и короткий свист. Больше она ничего не делала. Только зависшая в небе туча москитов вдруг стремительно пролилась серыми дождевыми прядями вниз, стала прозрачной и на глазах потрясенных зрителей растворилась в траве.

Джаирис быть может и попытался бы еще поспорить или даже обмануть эту компашку. Да его сотоварищи по гильдии не собирались больше рисковать. Тем более что кровавые полосы у нескольких из них на лицах и шее были отличным аргументом в пользу соблюдения всех договорённостей. И похоже были правы.

Эта самая Нэстэ безо всяких эмоций забрала бумаги, скрупулёзно проверила, что в базе поиска ловцов малявка не числится. Плюс к этому, она не стала оспаривать саму сделку. Стоящая рядом с нею гекатесса, успела в двух словах объяснить, что факт отмены может быть оспорен на любом рынке рабов. Следуя совету той самой Лики, она заключила свою сделку с нынешним владельцем рабыни, в качестве которого выступал Джаирис, и выкупила свободу Сиулы по рыночной цене. Для этого ей не пришлось даже становиться формальной хозяйкой девочки.

Информационная база покорно проглотила данные о заключенной сделке. Нэстэ только хмыкнула, увидев кодовый сигнал обнаружения на саму себя и оставила все без комментариев. Джаирис немного перевел дыхание. Тот факт, что эта двуногая тварь явно знала кодовые таблицы ловцов его уже не удивляло. Он только досадовал на себя, что все-таки спровоцировал конфликт со столь опасной человечкой.

– Надеюсь, убежище сможет вместить десять скромных девушек? – Тем временем обратилась Нэстэ к старосте, недвусмысленно обнимая за плечи прижавшуюся к ней девочку.

– Да, но зачем Сиуле оставаться с вами?

– Что-то мне подсказывает, что она вряд ли захочет остаться с теми, кто промолчал, когда её продавали в рабство. – Зло ощерилась Нэстэ. – У Сиулы есть дальняя родня. Я намерена пообщаться с нею и, если меня все устроит, проследить, чтобы девочка уехала к ним и не оказалась опять на рынке.

Девочка кинула взгляд за спину старосты. Там вокруг виновного уже сформировалась зона пустого пространства.

– Ну, так получилось. Не в традициях ларнейши вмешиваться в семейные дела соседей. Я не счел возможным вмешиваться.

– Или не захотел, например, в пользу своего счёта. – Хмыкнула за ее спиной Лика, продолжая отслеживать ситуацию вокруг. – А другие решили не связываться.

– Ловля беглых рабов куда безопаснее выхода в Бездну, а в ряде случаев даже выгоднее. – Вздохнула Нэстэ. – Раз уж вы тут решили заняться работорговлей, спорить и убеждать бесполезно. Поэтому я намерена выйти на руководство гильдии с вопросом о целесообразности сохранения привилегий охотников за тварями за жителями столь недостойного поселка.

Староста судорожно сглотнул. Он тоже понимал с кем именно свела его судьба. И возможно даже больше чем ловцы. Об охотнице из Бездны и ее ниахаре в гильдии ходили целые легенды. И это не считая того, что доходило через инфосеть.

Охотница, имеющая влияние на правителей сразу на четырех крупнейших империй Объединенных миров, не считая мелкие королевства, вполне могла рассчитывать на внимательное рассмотрение своего вопроса. Каково же будет решение, догадаться не трудно.

Здесь уже вставал вопрос даже не о репутации, а о существовании всего поселка. Чем бы им не пришлось заняться, без привилегий охотника жизнь в карантинной зоне теряла всякую привлекательность. А значит, если ничего не предпринять, поселок в самое ближайшее время придет в упадок. Кому нужен староста несуществующего поселения?

Староста невольно перевел взгляд за спину Нэстэ. Девчонка по-прежнему пряталась за спиной своей покровительницы и только сверкала глазенками на своих обидчиков. После краткого диалога, к числу последних она явно причислила не только старосту, но и его окружение.

Сиула действительно уловила смысл краткого диалога и реплики Лики и сделала соответствующие выводы из молчания тех, кого привыкла считать своими соседями. Староста или знал, или догадывался о планах дяди Мусры. Возможно об этом знали другие. А как же иначе, ведь не может такого быть, чтобы никто не видел, как дядя уводит ее к ловцам. И все предпочли отвернуться. И скорее всего, никто не стал бы заступаться за сироту, проданную в рабство. А ведь она знала их всех. Бывала у них в их домах, даже дни рождения справляла с их детьми.

Девочка невольно еще сильнее прижалась к своей защитнице, спиной ощущая присутствие рядом Лики и ее сестер по гекате. Лассана расположилась в стороне и почти не смотрела в их сторону. Их было всего девять против нескольких десятков ловцов. Но все равно Сиула чувствовала себя куда увереннее среди этих чужаков. Они пришли ей на помощь, а не соседи. И уж точно она не собирается идти в дом кого-то из местных.

Глава 4

За день до начала описываемых событий.

Тот, почти двухнедельной давности день, Сиула плохо помнила события с того момента, как кто-то из знакомых подростков окликнул её на улице.

Когда, бросив уличную компанию, она подбежала к дому, все было конечно. Как именно курсара прошла через силовой щит поселка не замеченной вряд ли кто-то сможет сказать.

Такое иногда случалось в их жизни. Второго уровня напитки для повседневных нужд обычно хватало. Но одиночные твари редко, но все же проникали через невидимый барьер и это считалось нормой.

Сказать точно, как именно это происходило, никто не мог. Самым распространенной версией было случайное продавливание. Тварь могла подойти к щиту медленно, а то и вовсе устроить лежку рядом. Щит мог пропустить медленно движущееся животное и автоматика не воспримет его как угрозу. На этот случай в деревне и стояли видеокамеры и были диспетчера.

Редко, но все же случалось, что хищная тварь проходила незамеченной и успевала добраться до загонов с животными. Любой житель поселка охотников мог бы вспомнить за свою жизнь пару нападений и на разумных жителей прямо на территории поселка.

В этот раз не повезло её родителям. Скорее всего, курсара шла к соседям, на запах хлева в котором содержались молочные коровы. А их маленький дворик просто оказался на ее пути.

Дворик и мама, как всегда занимавшаяся своими любимыми цветами. Она только и успела позвать папу, даже до крыльца не добежала. Тварь перехватила ее еще на грядках.

Отец сделал все что мог, только ему потребовалось по пути вниз достать из шкафа огнестрел. Клинком ведь против плюющейся ядом твари не много навоюешь.

Уже с огнестрелом в руках он попал под плевок, едва приоткрыв для выстрела дверь. Они так и лежали: папа в дверях, тварь на крыльце в желто-зеленой луже собственной крови, мама в огороде. Толпящиеся во дворе соседи обсуждали его последний удачный выстрел. Только Сиуле от этого было не легче. Все что она помнила, это укрытые покрывалом тела родителей и сочувственные взгляды взрослых, выражающих соболезнования дяде.

Не помнила она и как прощалась с мертвыми. Её куда-то водили за руку, что-то говорили и объясняли. Но что именно, она не понимала и только послушно шла за дядей Мусрой и делала то, что говороили.

А еще, как каждую ночь после похорон перед глазами плясали Огненные ворота в мир Единого, в которые ушли мама с папой.

Нельзя сказать, что ей было плохо или она как-то страдала. Она просто ничего не помнила. В других своих детских несчастьях и горестях она всегда находила утешение в музыке. Звуки ориенхона оказывали на нее успокаивающее действие, помогали литься слезам и приносила облегчение. Но не в этот раз. Она ни разу не вспомнила о своем любимом инструменте.

Почти две недели для нее пропало в этом состоянии полубеспамятства, завершившегося в тот момент, когда дядя Мусра, сводный брат мамы, выпустил руку, слишком сильно сдавленную ладонь, и неприятные иголки побежали по затекшим пальцам.

Смутно припоминалось, как перед этим дядя вошел в комнату, подхватил футляр с ориенхорном и силой потащил ее за руку из дома. Он зачем-то провел ее задними дворами до окраины поселка и дальше, уже по хорошо утоптанной тропинке.

Она недоуменно осмотрелась, обнаружив, что свободный брат мамы зачем-то привел ее к границе недавно появившейся рядом с поселком базы ловцов за рабами. Она даже знала того, с кем дядя Мусра сейчас вел разговор. Он регулярно бывал в поселке и как-то похвалил ее за игру на ориенхоне. Главный ловец случайно услышал, как она играла для своей компании за околицей.

Папа с мамой запрещали ей общаться с ловцами рабов и даже приближаться к их базе. Но никакого вреда от них дети не видели. Иногда даже им перепадало что-то из диковинных сладостей, привезенных из других миров.

Вот только разговор дяди и начальника базы ей не понравился с первых слов, что разобрала.

– Как договаривались, мне нужны наличные. – Уловила последнюю фразу дяди и насторожилась.

– Меня это устраивает. Самому-то не жалко? Своя кровь всеатаки.

– Не своя. Лаоира была мне сводной сестрой. – Равнодушно бросил Дядя взгляд на продолжавшую стоять с поникшими плечами племянницу. – Она всю жизнь пеняла мне, что я предпочитаю брать деньги у неё, вместо того, чтобы заработать. Если бы её мужу так не везло на охоте, где бы она была сейчас?

Не большой мешочек с чем-то позвякивающим перекочевал из рук в руки.

– Сделка? – Ловец, и по совместительству начальник этой строящейся базы одобрительно улыбнулся.

– Сделка завершена. – Буркнул дядя. – Не забудь про условия.

– Я в этом сам заинтересован. База у нас пока автономная. Так что информация о сделке пройдёт только завтра, когда в е уже не будет в этом королевстве. И пройдет все через центральную базу, так что все станет по закону. Девчонку увезут сегодня же вечером. А за Рубежом, после рынка ей уже не вернуться. Ты ведь именно этого хочешь?

– Да!

Сиула с ужасом осознавала, что речь идёт о ней. В свои полные шесть с небольшим лет она не понимала много о таких вещах. Но с появлением ловцов, мама часто пугала её ими. А ещё, в руках второго ловца, стоящего за спиной главного, она увидела приготовленный ошейник. И Сиула поняла, что эти несколько минут, когда дядя выпустил ее рук, а остальные заняты передачей денег, это все что у не осталось. Дядя уже протягивал ловцу футляр с ориенхоном. Оказывается, он не только ее вытащил из дома.

Главный ловец презрительно кивнул, и его помощник, неловко перехватив ошейник, протянул руку к ЕЕ инструменту. Такого себе даже мама с папой не позволяли. На девочку, в последние две недели ведшую по сути жизнь растения, никто не обращал внимания. Все участники сделки на мгновенье сосредоточились на этом движении, чем надо было воспользоваться.

Она резко толкнула дядю под коленку, подхватила выпавший из его рук футляр и отпрыгнула спиной назад, подальше от только начинавших что-то соображать ловцов. А потом развернулась и побежала.

К огромному неудовольствию мамы, папа один раз взял её с собой за Раскол. Не на охоту, упаси Единый. Но ведь у охотника в Бездне много других дел. Например, оборудовать убежище. Пап оборудовал свои в дневном переходе от Раскола, на всякий случай. В тот же раз он решил оборудовать аварийную закладку в другом мире, до которого и переход то был всего часа три, правда по горной тропе.

Граничный с ними через Раскол мир Бездны охотники за тварями между собой называли бархатным. Не потому что тут всегда было светило темно-красного цвета. Папа рассказывал, что это был один самых безопасных миров бездны, в которых он была. Тут, если не спускаться с гор, можно было половину светлого дня ходить и не встретить ни одной твари. Внизу, на равнинах была территория охоты таких жителей поселения, как папа. А в горах было относительно безопасно. Настолько, что многие из ее сверстников, также, как и она, могли между собой обсудить как выглядит тропа от Раскола.

Мама ругалась, а она любила эти редкие прогулки. Папа показывал тропинки, учил как развести костер и много рассказывал об охотниках и как они выживают в Бездне. Мама была не такая, она пришла в поселок, когда вышла замуж за папу. Следом и много позже подтянулся и дядя, как выяснилось, не родной. Сиуле было ясно только одно, теперь, после смерти родителей, он получил все имущество родителей и решил к тому же продать и ее саму.

Домой возвращаться было нельзя. Дядя и ловцы будут искать её там в первую очередь. Скорее всего перехватят на пути к старосте поселка.

Она хорошо помнила дорогу до Раскола. Выстроенный наскоро план казался ей единственно возможным. Пересечь Раскол, а там по тропинке в скалах бегом до следующего, ведущего в мир, где есть Папина закладка, на которою он ее и брал с собой. Он говорил, что это будет только его личное убежище, и никто о нем не узнает, потому что в том мире живут совсем дикие племена, и они совсем не любят чужаков. Но рядом с Расколом аборигенов не бывает. Они сами боятся ходить по тем местам.

Тропинка, что вела от поселка к Расколу, петляла между степными холмами и была слишком длинной. К тому же преследовали легко перехватят ее на открытой местности. Поэтому, как только на очередном повороте она увидела позади нагоняющую тройку ловцов, она сменила направление, постаравшись сделать это так, как учил отец, чтобы не привлекать внимание тварей Бездны.

Алые кустики приняли маленькую фигурку, листва разошлась под её руками и аккуратно встала на место. Лёгкая нога прошлась по редким камушкам, не примяв ни одной травинки.

– На этом повороте мы её видели. – Придержал шаг на очередном повороте один из тройки спустя несколько минут. – Может ищейку использовать? Тряпки-то её у нас есть.

– Уже включил, да только в его показаниях ничего не понятно. – Отозвался второй голос. – Раскол вносит слишком много помех, да и энергонакопители вытягивает все сильнее. Ясно только, что она несётся по этой тропе. Интенсивность сигнала постепенно растет. Так что мы ее нагоняем.

– Пошли уже. Эта тропа ведет к Расколу. Так что Ищейка скоро совсем сдохнет.

Троица снова ускорила шаг. Тот, кто держал в руках прибор, зло выругался и с силой встряхнул его.

– Похоже уже сдыхает. – Сообщил он спутникам, не задерживая больше шага. – Поспешим, может нагоним.

Сиула не слышала этого разговора и неслась среди кустов, выдерживая направление только местным ребятне известным ориентирам.

К серой дымке она вылетела, запыхавшись на столько, что невольно задержала шаг. Бросив взгляд вдоль извивающейся вниз по пологому склону невысокого холма тропинки, девочка в отчаянии поняла, что перевести дыхание не удастся. Три фигуры преследователей были отчетливо видны у дальнего поворота. Даже неспешным шагом они будут здесь через полчаса.

Судорожно всхлипнув, она прижала обеими руками к груди ориенхон и торопливо сделала шаг, выныривая на стороне Бархатного мира.

Из-под ног посыпалась мелкая щебенка. С разгона оступившись, она потеряла равновесие и спасая драгоценный инструмент, упала набок, неловко подставив локоть. Но сразу же вскочила и свернула с нахоженной тропы в сторону едва видимого на осыпи следа.

Она ещё наделялась, что ловцы не пойдут в Раскол, или соблазнятся явно хоженой тропкой, ведущей вниз.

Добравшись на дрожащих от напряжения ногах до первого перевала, она залегла, настороженно глядя в сторону Раскола.

Три фигуры вывалились из дымки перехода громко ругаясь и понося того, из-за кого вынуждены были предпринять столь внезапное путешествие. А это значит, что эти ловцы уже знают где находится обратный переход.

Сиула с отчаянием увидела, как они остановились в месте, где она покинула тропу и начали внимательно осматривать землю.

– Она не пошла вниз. Вон свежая осыпь. – Донесся громкий вывод одного из них. – А тут она упала.

"Умный, с-с-следопыт" – Сиула невольно потерла ушибленный и саднящий локоть.

– Я слышал, – Отозвался один из спутников следопыта. – Бездна тут не так страшна и реально опасна только внизу. Поговаривают, что охотники водят сюда своих детей. Только я думал, это касается мальчишек и не в таком возрасте. Видимо девчонка тоже бывала тут. Идём за нею?

Сиула со стоном отползла от края скалы и поднялась, ощущая слабость в ногах. Сдаваться она не собиралась. Ловцы оказались умнее, чем она рассчитывала, а главное, знали о местности больше, чем можно было предположить. Значит, надо бежать не останавливаясь. Ночь в Бархатном мире наступает очень быстро. Светило уже низко и скоро в горах станет совсем темно. А ловцы вышли в погоню без снаряжения, в той одежде и с тем оружием, какое было у них под куполом. Ночью по скалам они не пойдут. Это же люди, они плохо видят даже в сумерках. Так что у нее все же есть шанс.

Ей казалось, что она бежит изо всех сил. Но на самом деле в сгущающихся сумерках маленькая девочка едва брела, то и дело спотыкаясь и падая. При этом почти на полном автомате стараясь уберечь от повреждений любимый инструмент. Не давая себе и секунды, она поднималась и шла снова подгоняемая страхом погони, что вот её настигнет. На крутых подъёмах она скоро уже передвигалась на четвереньках.

Знак Раскола, обычно оставляемый охотниками на тропе она едва разглядела в сгущающихся сумерках. Но все же увидела и свернула с тропинки, продолжившей петлять среди скал куда-то в неизвестность.

От этого места до Раскола оставалось всего минут десять ходу. Только путь теперь лежал по крутым скалам от метки до метки, что оставил папа.

Мир в ее глазах давно потерял краски и обрел контрастность серых тонов. Зато это позволяло видеть не только у себя под ногами, но и на расстоянии в несколько десятков шагов. Впрочем, это ненадолго.

Где-то на половине подъема по скалам, она услышала тихую ругань, а мгновеньем позже разглядела ловцов на брошенной тропе. Они тоже устали и в отличие от нее продвигались очень медленно, как будто всматриваясь во что-то у себя под ногами.

Люди действительно плохо видели в багряных сумерках. А это означало, что она все же выиграла эту гонку. У нее были еще драгоценные минуты до полной темноты, когда и глаза перестанут видеть.

В слепую на скалы полезет только безумец. А ловцы такими не были.

– Тропа ведет дальше. Если не остановимся, мы можем сорваться с очередной осыпи. – Громко заявил голос "следопыта".

– Что предлагаешь? – Угрюмо поинтересовался другой голос. – Ларнейши относятся к кошачьим и способны видеть в темноте. Девчонка вряд ли остановится.

– Далеко все равно не уйдет и заляжет на ночь где-нибудь в скалах. – Уверенно завил "следопыт". – Даже кошки в полной темноте перестают видеть. Предлагаю сейчас вернуться на базу, благо возвратный Раскол совсем недалеко. Я даже думал, что девчонка к нему идет. На последнем повороте был куст. Сделаем факелы и вернемся на базу. А завтра пронесем в кофрах ищейку. Никуда эта малявка от нас не денется.

Сиула судорожно выдохнула. В шесть лет у домашней девочки не так много знаний. И в основном они подчерпнуты из игровых роликов домашнего визиофона.

Но этих знаний ей хватило чтобы понять сразу несколько вещей. Пронести ищейку через Раскол можно электронику можно исключительно в защищенном кофре. Электронная ищейка ее найдет очень быстро. Ловцы смогут ее нагнать в этом мире, куда бы она ни спряталась. Вот только лишившись защитного поля, энергонакопители силового кофра будут выпиты Расколом почти мгновенно. А это значит. Что следующий Раскол ищейке не преодолеть.

Вывод напрашивался сам собой: надо постараться дойти до Раскола, а там и папино убежище недалеко. Там есть лекарства и еда.

Всхлипнув, она постаралась, не поднимая шума развернуться спиной к начавшим отступать преследователям. Осмотрев серые скалы, она нашла знакомую папину метку и медленно двинулась к расселине.

Резкий свет утреннего светила неприятно резанул по глазам, не успевшим адаптироваться после сумерек. Сиула на мгновение замерла и судорожно протерла заслезившиеся глазки, давая им привыкнуть свету.

Здесь тропинок не было. Кругом возвышалась густая трава, и совсем близко шумел высокий лес. Направление. В котором они тогда шли с папой, вспоминалось с огромным трудом. Все-таки папа её сюда привёл только один раз и с тех пор прошло почти полгода.

В поиске хоть каких-то подсказок ей пришлось сделать несколько шагов в разных направлениях, пока руки не раздвинули ветки очередного куста и ноги не ступили в тихо журчащий ручеек.

Вот он ориентир! И деревце это такое кривое, похожее на старичка, присевшего над водой.

Ей совсем немного надо пройти вверх по руслу. С папой они тогда шли по бережку, что сейчас возвышался над головой. Но у нее выбраться из воды сил сейчас не было. Поэтому Сиула только прижала к груди футляр, как можно дальше удерживая его от воды и побрела прямо по воде до знакомого водопадика, стекавшего по замшелым камням. Тут можно было выбраться на сушу, повернуть вправо и пройти вдоль небольшой скалки, свернуть влево чтобы обойти осыпь. А вот и знак убежища с вензелем папы. Каждый охотник сможет прочесть, чье это личное убежище. Никто из охотников никогда не полезет без крайней нужды в чужое убежище. Среди охотников за тварями это закон. Так говорил папа.

Всхлипывая скорее уже от усталости, чем от страха, девочка добрела до подножия очередной скалы, обошла уступ и ступила под своды природной пещеры.

В слепом отвороте рядом со входом была они тогда заложили только аптечку со всем необходимым для первой помощи, кое-что из оружия и лежак.

У папы здесь не было большого запаса продуктов. Только сухой паек в герметичной упаковке, чтобы не учуяли твари снаружи. Он говорил, что они ему тут не нужны. Задерживаться в этом мире надолго никак нельзя из-за местных разумных аборигенов.

Аптечка для Сиулы была по большей части бесполезна. Но все-таки средства смазать и перевязать ссадины она нашла. Кровь, первое что надо прятать в Бездне. Так говорил папа, так говорили герои всех игровых роликов, так она сама не раз говорила, играя с ребятней на улице в охотников за тварями. Здесь не Бездна, но около Раскола тварей всегда много.

Слабость и усталость были такие, что притупили даже чувство голода. На упаковку с сухим пайком Сиула даже не посмотрела, устраиваясь на лежаке, в качестве которого выступал каменный пол в нише у дальней от входа стены.

Но и полноценный сон не хотел приходить. И дело было не жестком ложе. Девочка все время помнила, что ее преследователи должны вернуться и то и дело вздрагивала от шороха, выныривала из беспокойного сна, осматривалась, вслушивалась и снова погружалась в дрему.

Так, прошло часа два, а может больше, она не считала.

Чужие шаги от входа в пещеру прогнали даже сон окончательно. С новой силой накатил страх. Ловцы все-таки пошли догнали её. Сиула подхватилась, но сразу же поняла. что оказалась в ловушке. Из пещеры не было второго выхода. Она забралась с ногами на свой лежак и прижалась к стенке, стараясь забиться в самый дальний угол и прижаться к полу.

От входа тем временем послышался разговор на всеобщем. И девочка судорожно выдохнув попыталась совсем слиться с камнем. Только все это было без толку.

Над ней нависла тень ловца, безошибочно определяя место беглянки.

Сиула не сразу поняла, что перед нею стоит молодая женщина. Если быть точнее, так и вовсе совсем молодая девушка. Но разве ей было до таких тонкостей. Она и людей то видела не часто. До появления базы ловцов, в карантинной зоне жили только ларнейши.

– Опа, ларнейши!… - Весело воскликнула "ловец", обращаясь куда-то себе за спину, к невидимому собеседнику. И кратко пояснила то, что и так каждому было известно. Сиула только судорожно всхлипнула.

В поле зрения появились еще две девушки. Причем если одна была человеком, то вторая оказалась змеелюдкой. В игровых роликах они всегда и со всеми воевали. И справиться с ними могли только шнатлии. Но эта вполне мирно стояла рядом с человечками и с нескрываемым удивлением разглядывала ее.

Странная троица совсем уже не была похожа на ловцов. Даже одежда у них была не такая как у тех, кто жил на базе. Сиула невольно отметила, что одежда больше похожа на то, как одевался ее папа перед выходом на охоту. Да и вели девушки себя как-то уж совсем по-другому.

– Привет! Как тебя зовут и откуда ты?

Слова на лайрене заставили замереть, растерянно глядя на ту, что стояла ближе всего к ней. Ловцы ведь пришлые, и не разговаривают на родном языке Сиулы. Да и зачем, если есть автопереводчики.

Незнакомка тем временем протянула руки в жесте приветствия и добрых намерений.

– Я рада приветствовать тебя и не питаю злых намерений. – Снова проговорила она древнее приветствие.

Пальцы на обеих руках зашевелись, синхронно сплетаясь в последовательность простеньких фигур из первой кодовой таблицы охотников: кольцо-путь-безопасность-вместе.

Она не раз просила папу поиграть с ней в язык пальцев и показать новые фигуры. Во дворе, в той или иной мере его знала вся ребятня. А как же иначе можно играть в охотников?

Но главное, папа утверждал, что эти сигналы никто кроме охотников не изучает. У военных и рубежников в каждом государстве есть свой диалект жестов. А ловцы жестами вообще не пользуются. У них своя система опознавания.

Тем более, что незнакомка показала сигналы из второго уровня, для случая первой встречи в Бездне. А это уже сложная последовательность, а не отдельные простые фигуры. Уверенные же движения незнакомки говорили о регулярной практике в его использовании.

Промелькнул входной знак указывающий, что собеседник себя назвал. Только Сиула все же была ребенком, а не опытным охотником, и не смогла определить имя.

Она невольно сморгнула, когда перед ней оказалась пластинка. Это был не сухой паек папы, а что-то незнакомое, похожее на то, чем иногда питались военные империй.

Пластинка к тому же еще приятно пахла. И Сиула не выдержала. Она не без опаски приняла пластинку и параллельно вытянула свободную руку, начав складывать пальцы в ответной речи. Она вспомнит, папа учил ее отвечать вежливо: сначала благодарность, потом безопасность, это обязательно иначе встреченный не уберет оружие. Затем идентификация себя и знак принадлежности гильдии охотников. Ой, это же папа состоял в гильдии, а как знак папы на языке пальцев?

Ровный ряд белых зубов на мгновение вернул панику, но Сиула вовремя вспомнила, что у людей это не оскал, а продолжение улыбки. А тихий прерывистый звук был похож на смех.

Снова мелькнули пальцы девушки: одобрение, подтверждение безопасности и члена гильдии.

– Я тоже состою в гильдии охотников и охочусь за тварями. – Вслух заговорила незнакомка на всеобщем. А затем перешла на лайрене. – Не бойся, мы теперь с тобой. Что ты здесь делаешь и где ты живешь?

Последние слова отозвались воспоминаниями о маме. Она тоже иногда говорила нечто подобное. Внезапно навалилось все пережитое. На мгновенье, ей даже показалось. Что это мама, только зачем-то одела куртку папы.

Сиула судорожно подалась вперед и заговорила.

Сладкая масса пластинки в пересохшем рту размокала с трудом. Пришлось поработать челюстями чтобы ее размять и запихнуть подальше за щеку. Очень хотелось е проглотить. Но это потом. Сейчас главное рассказать, пока пришедшие ее не прервали.

Она говорила взахлеб, рассказывая о своих злоключениях и чувствуя как под рукой незнакомки, гладящей её по волосам, страх начал куда-то уползать. Медленно, иногда как будто огрызаясь в попытке отвоевать свои позиции, но верно и неотвратимо, как будто эта рука на волосах его стирала.

Она жаловалась на все и сразу. На эти проклятые две недели, на дядю, на ловцов, погнавшихся за нею в Бездну, пеняла на то, что они ее оставили одну и совсем без помощи.

Она говорила и говорила, даже тогда, когда иллюзия развеялась. А ее все не прерывали, внимательно слушали и даже не пытались отстраниться. Сиула еще всхлипывала, постепенно успокаиваясь и уже начала отмечать как под щекой намокла ткань куртки девушки.

Она слышала короткий разговор между незнакомками на всеобщем. То, что никто не понял ее рассказа она поняла. Но главным было то, что ей пытались помочь. Ловцы так делать не будут. Поэтому она позволила девушке отстраниться, но сама только еще крепче вцепилась в ткань куртки и утвердительно кивнула на ее вопрос о всеобщем.

В другой обстановке она была бы готова даже обидеться на такое подозрение. Что она, совсем глупая что ли? Пусть она жила в удаленном поселке охотников, да еще и в карантинной зоне. Но ведь не дура. А в поселке были приличные учителя. Да и мама занималась с нею постоянно.

– Тогда, давай все с самого начала и по порядку, хорошо? – Тут же предложила теперь уже гостья и снова приветливо улыбнулась, на этот раз не разжимая губ.

– Приветствую вас в убежище моего папы и прошу чувствовать себя здесь дорогими гостями. – Традиционная фраза тоже была взята из игровых роликов о древних временах ларнейши. Сейчас в ее народе полная формулировка не используется. Сиула сообразила, что вместо обычного приветствия Объединенных миров использовала формулу расы, смутилась и неуверенно осмотрелась.

Но те, к кому она обратилась даже не улыбнулись и ответили по всем правилам объединенных миров, тем самым признавая себя гостями в этой пещере, а ее хозяйкой. Чем еще больше утвердили девочку в уверенности, что перед нею не ловцы.

– Я из поселения Клансир, в королевстве Лайрента…

– Так ты говоришь за тобой в Бездну пошла тройка ловцов? Как ты думаешь, они еще там? – Уточнила незнакомка с таким лицом, что Сиула ощутила, как в глубине всколыхнулся страх. Только он сразу притих, так как проскочившая в голосе девушки угроза была направлена не на нее.

– Они или заночевали на перевале, он высоко, местные твари на нем практически не появляются, или вернулись обратно. А двигаться по горной тропе ночью опасно.

Она ответила робкой улыбкой на замечание до сих пор не представившейся девушки.

Та видимо тоже подумала об этом и решила исправить это упущение.

– Ну, и как тебя все же зовут?

Успокоившаяся Сиула внимательно рассматривала свою собеседницу. Невысокая, с прибранными в плотную прическу с шишкой на затылке волосами. Одежда ее сильно отличалась от того, что носил папа, но все же напоминала одежду охотника за тварями. Гильдия не носила знаков различия. У них для опознания своих были свои способы, в том числе и те самые кодовые таблицы пальцевого языка.

Когда незнакомка поменяла положение, в распахнутом отвороте мелькнула темно-серая ткань рубашки, которую можно было увидеть и на запястьях. В памяти с болезненным уколом появилась картинка: папа перед визиофоном, мама сидящая за столом. На экране показывается репортаж о какой-то девочке-охотнице. Точнее о её необычной экипировке.

"Костюм из луввы!" – Вздыхает папа. – Если по рыночной цене, на выручку с одной курточки она может прожить в столичном городе королевства год, а то и два. А ведь костюм у неё не первый. Я слышал о ней, как об очень удачливой охотнице с ниахарой. Но оказывается она специалист по луввам. А ведь кошки этих тварей стараются не трогать без крайней нужды.

– И где она только мастера нашла, способного так выделывать эту шкуру. Его услуги ведь тоже недешево стоят. – Отозвалась мама.

– Обрезков при изготовлении костюма вполне хватит, чтобы оплатить работу и мастера, и всех его подмастерьев. – Снова вздохнул папа. – А мастер скорее всего из куакш, судя по репортажу, она дружна с этим народом. Это же надо, Девочка, живущая в Бездне и только иногда выходящая в Объединенные миры.

– Неплохо выходящая. – Хмыкнула мама. – Раз Гекаты их высочеств за свою считают. Живет-то она в Столичном дворце Арден.

– Да, она ведь гекатесса дочери императора. – Кивнул папа. – А еще она очень опытный охотник, даже без учета собственной ниахары.

Сиула ещё не уверенная в своей догадке недоверчиво посмотрела на девушку.

– А я тебя знаю…

Глава 5

Они направились к входу из пещеры, когда она придержала шаг, чтобы рассмотреть огромного белого кота, замершего у выхода из пещеры и, казалось, смотрящего на нее в упор. Его длиннющий хвост нервно описал дугу и силой пришелся о пол.

Ниахара. Кто из детей охотников не узнал бы порождение Бездны, наводящее ужас на любого, кто с ним сталкивается, и одновременно мечту любого охотника за тварями. В деревне об этом часто говорили, особенно в последние годы, когда приходили новые слухи о Живущей в Бездне.

Сиуле, при виде белого кота почему-то совсем не было страшно, она даже не вздрогнула, проследив за оставленной хвостовым когтем глубокой борозды в каменном полу и с восхищением выдохнула, любуясь бегущими золотистыми искорками в его гриве.

– Его зовут Лео, можешь его погладить, он разрешает.

Новая знакомая говорила отрывисто, совсем не так, как до этого. Но чем вызвано её недовольство Сиула не понимала. И это совсем ушло из-под ее внимания, когда под пальцами заструилась мягкая шерстка.

На улице оказывается их ждал целый отряд. Пятерка Гекаты, сестёр тех, кто её нашёл, еще два стоящих на хвостах, в дополнение к той, что была в пещере и наемники незнакомой расы, сами себя они называли хорнами.

Ее без лишних разговоров устроили около весело потрескивающего костра и всучили в руки полную миску мясной похлёбки настолько вкусной, что девочка и не заметила, как уговорила свою порцию.

Новые знакомые о чем-то шутили между собой, попутно норовили подсунуть ещё что из съестного, повкуснее. При этом вели они себя на удивление беззаботно, для мира, в котором папа остерегался останавливаться надолго.

– Нам можно. – Весело тряхнул головой мужчина, как оказалось, командир наемников. Его подчиненные уже разошлись, от костра, выполняя его команды. – И на счет тебя Нэстэ тоже уже договорилась. Так что нам незачем забиваться в эту нору. Под открытым небом спать намного приятнее.

Проследив взглядом в направлении кивка, она обнаружила уже приготовленные для ночлега спальники. Не такие как у папы. Эти модели она никогда не видела. Вроде и не военные, но и не охотников. Ночлег был устроен под деревьями. И два бойца заканчивали нечто вроде полога над ним. Сиула только глазками хлопнула. Бездна, чужой мир, и простой матерчатый полог от ветра и росы! Если бы отряд не был вооружен до зубов и когтей, она бы точно решила, что кто-то сходит с ума.

Беспокойный дневной сон в пещере все же сделал своё дело. Спать ей ещё не хотелось. Да её никто и не гнал от уютного костра, только показали выделенный спальник, рядом с местами для гекатес.

В тепле костра можно было вытянуть ноги, немного расслабиться. Наступали вечерние сумерки, и суета вокруг постепенно затихала. Все, кто оставался в лагере собрались около костра и беседовали на отвлечённые темы, смеялись. На нее никто не смотрел, не заставлял что-то делать, и не навязывал свое сочувствие, но и без внимания не оставляли.

Обстановка была настолько умиротворяющей, что ей захотелось поиграть. И для себя, и для этих необычных чужаков, теперь уже ясно, что остановившихся здесь только ради нее. Сами-то они как выяснилось шли куда-то по своим делам и к пещере свернули только чтобы расследовать непонятные сигналы обнаружившей ее ниахары.

Сиула извлекла из чехла свой Ориенхон и неуверенно осмотрелась, не очень уверенная в уместности своих действий.

– О, это твой? – Сразу отвлеклась от разговора с Нэстэ. – Ориенхон, я правильно его назвала?

– Что это? – Лика тоже с любопытством уставилась на предмет в ее руках.

Все с интересом принялись разглядывать незнакомый инструмент, длиной едва ли не с руку девочки. А она, немного смущаясь под пристальными взглядами неловко разблокировала клавиатуру, привычно проверяя ход плоских кнопок. Затем надо проверить кине, расположенные на самом краю кнопок, натяжение струн.

Она немного успокоилась в ходе выполнения привычных действий. Никто не лез "взглянуть поближе", не задавал глупых вопросов типа …"а ты умеешь?". Все просто терпеливо ждали внимательно наблюдая за ее действиями.

Она ладонью протерла блестящую трубку, пристроенную справа от клавиатуры и сняла защиту со струн. Привычного смычка в ее инструменте не было, его роль исполняла пятиклавишная клавиатура на упоре под фиксирующей рукой. Каждая клавиша приводила в движение свой спрятанный внутри "смычок" для отдельной струны и тоже была совмещена со своим кине, отвечавший за напряженное состояние. А еще был мундштук, в котором была своя собственная воздушная диафрагма, управляемая языком.

Все это требовало тончайшей настройки и подстраивания инструмента под конкретного исполнителя. Потому ни один из них никогда не доверял свой инструмент даже самым близким ларнейши.

– Ориенхон, национальный музыкальный инструмент Ларнейши. – Задумчиво заговорила Нэстэ вместо девочки. – Очень сложный инструмент в исполнении. Сиула, это твой? Он исправен? А то все эти приключения…

– Да, я бы хотела сыграть, если вы не возражаете. – Комок подкатил горлу девочки и заставил ответить односложно.

Маме с папой очень нравилась её игра. И другим в поселке тоже нравилось, настолько что ее звали выступать на праздники. Мама даже собиралась отправить её к своей родной сестре, проживающей в городе, где было музыкальное училище. Тётя Гисинта один раз гостила у них со своими двумя детьми. Жили они у себя не сказать, чтобы богато, даже по сравнению с ними. Но идею мамы она поддержала и даже несколько раз справлялась во время редких сеансов связи не передумала ли она. А ведь тетя была преподавателем музыки как раз по ориехону и ее мнение наверно что-то да значило.

– Я давно хотела услышать, как он звучит на самом деле. Говорят, самые лучшие записи передают его звучание очень неполно.

– Никогда не слышала о таком инструменте. – Протянула Лика, а нам ведь музыку дают отдельной дисциплиной и не один год.

– Ориенхон, это что-то вроде симбиоза струнного и клапанного инструмента. Хотя это не точно. – Повернулась к подруге Нэстэ. – Инструмент держится примерно также, как скрипка, на плече и упирается в основание шеи. Клапанами управляют через специальные клавиши. Это вот те продолговатые кнопки. У них сразу три степени свободы. Можно утопить ее вперед, вправо или влево. В зависимости от того, в какую сторону при нажатии подается, каждая кнопка выдает свою ноту. Кроме всего прочего. необычность инструмента в том, что у каждая клавиша снабжена дополнительной кнопкой, отвечающей за высокие звуки. Это вон те, небольшие углубления на ее краю. Не помню, как они называются.

– Кинэ. – Кратко отозвалась девочка, не отвлекаясь от проверки своей драгоценности.

– Ну да, так вот, Ларнейши управляют ею с помощью своих вытягивающихся коготков. С помощью обычных клавиш на инструменте может играть представитель любой расы с пальцами. Ну, с пятью так точно. Если вообще сможет одновременно работать смычком и клавишами. Кстати, у него еще и мундштук есть. А вот в полной мере возможностями инструмента пользоваться могут только ларнейши. Там еще есть переключатели под рукой, но для чего они я уже не знаю.

– Они управляют струнами внутри – Послушно пояснила Сиула, поняв что Нэстэ намеренно сделала паузу.

– Гибрид струнных, клавишных и дудки. – Озадаченно заметила Лика.

Объяснения Нэстэ были более чем упрощенной версией рассказа об инструменте, но в целом была правильной, что приятно удивило Сиулу. Еще можно было бы сказать, что далеко не каждый ларнейши может играть на ориенхоне. Все же они хищники, и от природы рефлекторно выдвигают все когти сразу. Чтобы научиться контролировать движение каждого когтя в отдельности требуется определенное усилие. А уж управлять им с точностью до долей миллиметра, да еще независимо от движения пальца и на каждой руке, который при этом тоже должен работать на клавишах, и подавно. В ориенхорне звук зависел не только от клавиши, но и от усилия, с которым на них воздействуют. А воздух используют только для придания дополнительных эффектов. Только зачем все объяснять, когда можно просто сыграть. Интересующиеся увидят, остальное просто послушают музыку.

Сиула вздохнула, прогоняя посторонние мысли и привычно пристроила инструмент на правом плече. С музыкой были связаны ее первые обрывочные воспоминания. Мама рассказывала, что она замирала около визиофона, когда передавали концерты. Из игрушек она помнила свой первый игрушечный ориенхон. Только это были смешанные воспоминания. Восторг от подарка и разочарование его звуками. Она его тогда сломала, пытаясь что-то исправить. А два года назад папа специально выезжал за границу карантинной зоны и гостил у тети Гисинты, чтобы она помогла выбрать ей настоящий ориенхон и подобрать несколько учебников.

Ещё больше ей нравилось, когда слушали мама и папа, лица которых невольно всплыли перед глазами на фоне костра. Первые аккорды грустной мелодии полились помимо её желания. Она играла песню, что мама обычно просила, когда ей было грустно.

Вступительные аккорды, перелив на высокий уровень, коготки осторожно выдвинулись, погружаясь каждый, как в ножны входя в свой кинэ. В печальную мелодию плавно вплелись пронзительные звуки, повторяющие её собственную тоску по ушедшим родным. Она играла для них. В чужом мире, среди впервые увиденных разумных чужаков, почему-то принявших её лучше, чем родной поселок.

– Да у тебя талант. – Восхитился наемник как только затихло эхо последних звуков. – Тебе учиться надо.

– Мама собиралась через год отправить меня к тете. Она преподаёт в музыкальной школе. – Грустно призналась Сиула.

Кто-то, она не заметила, неловко погладил её по голове. Было приятно.

– Сыграй что-нибудь ещё, если не трудно. – Предложила Лика. – Отличный вечер для очень непростого дня. И твоя музыка намного лучше всего что у нас есть. Не возражаешь, если я поставлю сво ликалу на запись?

С утра новые знакомые что-то обсуждали, с беспокойством оглядываясь по сторонам.

– Мы не можем просто так заявиться на территорию чужого королевства и устроить разборки. – Услышала Сиула голос Лики. – Это может спровоцировать международный скандал.

– Вы, нет. А я, как охотник и проводник группы через Бездну могу. И очень даже спокойно. И вас я тоже могу провести как свою группу.

Нэстэ заметила, что Сиула выбралась из спальника и весело улыбнулась.

– Твои преследователи не рискнули оставаться на ночевку и предпочли уйти в возвратный Раскол. – В ее голосе проскочила непонятная досада. – Не знаю уж, за подмогой они ушили или решили вовсе забыть о тебе. Так что мы сейчас сходим к тебе домой. Очень уж я хочу познакомиться с твоим дядей, соседями. Да и на ловцов поглядеть не мешает.

Сиула заполошно огляделась, но Нэстэ только покачала головой.

– Не бойся, я тебя никому из них отдавать не собираюсь. У вас ведь поселок охотников, убежище есть?

– Да, на краю поселка, около силового щита.

– Это первое убежище от Раскола?

– Единственное, к нам чужаки почти не заходят. – Недоуменно сморгнула девочка.

– Отлично, это то, что нужно. – Чему-то обрадовалась ее собеседница. Будет где остановиться.

– А может не надо?

Сиула и сама заметила, как жалобно дрогнул ее голосок. Но ведь там целая база ловцов. Несколько сотен бойцов, на односельчан она уже не надеялась. А ее новых друзей всего-то горстка, что они смогут сделать, если те захотят отобрать ее у них.

– Надо. – Серьезно глядя в глаза откликнулась девочка из Бездны. – Ты же не хочешь прятаться от ловцов всю жизнь?

Дождавшись ее отчаянного мотания головой довольно кивнула.

– Вот и надо разобраться с этим сразу. Да и спускать то, что они хотели провернуть с тобой нельзя. Так что сейчас ты идёшь с нами. Там мы разбираемся с этими нехорошими разумными и вызываем твою тетю. А потом уже по обстоятельствам. И ничего не бойся, если что, уйдешь с нами после, когда волна закончится.

– Какая волна? – Испуганно сморгнула девочка.

– Так в Бездне, вот-вот начнется, и нам надо срочно выходить и воспользоваться вашим убежищем. – Сделала большие глаза Нэстэ. – Я, как член гильдии, имею на это полное право. И твой староста не сможет отказать мне в этом.

Последний в этой истории свой испуг Сиула испытала когда услышала слова главного из ловцов, на счет привода беглой рабыни. Но рука новой знакомой только крепче сжала её ладошку и сразу отпустила. Она как-то сразу поверила, что её новые друзья не собирались ее предавать. А кислое выражение на лице дяди и старосты принесло совсем неожиданное удовлетворение.

Она сама показала дорогу к дому родителей. Здесь не сильно что изменилось за пару-то дней. Сиуле даже показалось на мгновение, что вот сейчас, из огорода выбежит радостная мама и все окажется просто неудачной шуткой.

Только этого не произошло.

А в доме как оказалось, дядя успел уже перенести свои вещи в спальню папы и основательно там устроиться. Видимо он сделал это намного раньше, только она в том своем состоянии этого не заметила.

– Надо же как оперативно. Хмыкнула одна из гекатесс, неодобрительно осматривая наведенный в доме бардак. – Не больно-то и соседей стесняется.

– Вот почему он решил продать племянницу. – Сморщилась Лика, убирая руку от гаснувшего на коже руки рисунка. Сиула уже знала что это ликала, и она заменяет гекатессам браслет связи, визиофон и много-много чего другого.

– Накопала что? – Поинтересовалась Лассана, но все остальные не скрываясь прислушались.

– Да тут даже и копать не требуется, все на виду находится. Этот раздел в местных законах прямо вопит о том, как надо поступать с несовершеннолетними наследниками. – Скривилась та. – В общем домик, как мы видим, очень даже ничего. На счёту у ее родителей наверняка что-то лежит. А Сиула оказалась под опекой единственного ближайшего родственника.

– И что? – Недоумевающе нахмурилась Лассана.

– А то, по местным законам наследниками считаются только дети, ближайшие родственники по мужской линии, если первые еще не достигли совершеннолетия и в последнюю очередь родичи по линии матери. Причем именно в такой последовательности и никак иначе. Никакие претензии не рассматриваются даже в принципе. А теперь посмотрите на сложившуюся ситуацию.

– Опекаемая наследница будет только мешать брату погибшего. – Задумалась Лассана. – Но ведь ее гибель может вызвать подозрения.

– А с этим как раз все в порядке. – Лика едва не сплюнула на не совсем чистый пол. – Он ведь не убивал. Дети по сути считаются собственностью родителей или опекуна. Государство во внутрисемейные дела не лезет, что закреплено законом. Продажа в рабство тут вполне законный способ избавиться и от опекаемого и от конкурента. Главное только, чтобы сделка прошла не на территории королевства.

– Как родственники могут продавать друг друга? – Поразилась Лассана и недоуменно перевела взгляд на Нэстэ.

– Обычная практика в Окраинных мирах. – Мрачно буркнула та отворачиваясь. – Бывают разные причины. Например, неспособность прокормить очередного ребенка или выживание остальной семьи. А бывает и дальние родственники продают осиротевших детей ради наживы. Ловцы ничем не брезгуют при своих сделках.

– В королевстве такая сделка была бы незаконной, все-таки тут уже есть цивилизация. – Вздохнула Лика. Но в карантинной зоне торговые правила гораздо мягче. Тут же одни из самых крупных серых рынков охотников. Так что заключить сделку о покупке свободного гражданина вполне возможно, но лучше зарегистрировать ее где-нибудь на официальном рынке рабов вне королевства. Что собственно и было проделано. Ловцы ведь зарегистрировали сделку по своим каналам на одном из рынков Ольтарии.

– Получилось бы, что сделка заключена вне рубежей, а королевство признает право на собственность разумных и не стало бы ее оспаривать. – Рассеянно пояснила Нэстэ, явно что-то обдумывая. – И местные власти будут вынуждены считать Сиулу рабыней. Для все сказанное было обыденностью, в которой когда-то жила.

– Сиула, – обернулась она к девочке. – у вас должна быть возможность связываться с родственниками даже отсюда. Твои родители были очень небедными охотниками.

– В кабинете папы есть аппарат связи. Только изображение голограммы очень плохое. И связь очень дорогая. Папа редко звонил за пределы поселка.

– А нам хорошая голограмма никчему. Пошли.

Тётя ответила почти сразу. Сиула даже удивилась, как будто она сидела около аппарата связи и ждала этого звонка. И, как выяснилось, она впервые слышала о гибели родной сёстры. Возмущение тем, что дядя даже не удосужился сделать звонок очень быстро сменилось ужасом от краткого рассказа о приключениях племянницы, в изложении Нэстэ.

Лика стоя в дверях кабинета только покачала головой. Нэстэ была в своем репертуаре и совсем не стеснялась в выражениях, выкладывая все что стало ей известно без каких-либо приукрашиваний.

– Я немедленно выезжаю к вам. Прошу прощения, эээ…?

– Просто охотница Нэстэ. – Спокойно повторилась Сестренка по гекате, опуская все остальное. – В Бездне это самое универсальное обращение для меня.

– Да, конечно, охотница. Могу я уточнить, сколько времени вы пробудете в поселке. Очень бы мне не хотелось, чтобы Сиула оставалась там одна. Мне потребуется почти два дня, чтобы добраться до поселка.

– Ну, я не могу выйти к вам на встречу, к моему сожалению. – Задумалась Нэстэ. – Привилегии охотницы дают мне право остановиться только в убежище поселка, как ближайшем к Расколу. Но я думаю, что староста позволит нам задержаться тут до вашего приезда. Тем более что признаки волны эти два дня точно сохранятся.

– Ещё как позволит. – Недобро сощурилась тётя. – Я прибуду с адвокатом, который должен будет запротоколировать все, что вы мне рассказали.

– Боюсь, наши показания вам не помогут. Мы тут, как бы это сказать, не совсем законно сейчас находимся, только в силу внешних обстоятельств. – Вздохнула Нэстэ. – Но идея мне нравится. Я смогу передать вам копию договора сделки заключённой её дядей с ловцами. А также мой договор о выкупе свободы Сиулы. Предупредите адвоката, что я также подпишу отказ от долговых претензий к Сиуле, как свободной гражданке. Надо чтобы все было оформлено в строгом соответствии с законами королевства и с учетом карантинной зоны.

– Я уточню. – Осторожно кивнула головой женщина. – С вашего позволения, мне надо поторопиться.

Прежде чем исчезнуть, искаженная голограмма все же выдала улыбку, предназначенную только для Сиулы.

– Девочка моя, мне жаль, что мы встретимся при таких обстоятельствах, но заклинаю тебя никуда не отходить от твоих новых друзей и ни в коем случае не доверять кому быто еще.

Глава 6

Сиула и не собиралась никуда отходить от своих новых друзей. Она наотрез отказывалась оставаться в бывшем доме родителей одна и бдительно следила, чтобы Нэстэ или кто-то из ее гекатесс все время оставался на расстоянии вытянутой руки и не стесняясь цеплялась за краешек их одежды, когда кто-то из соседских появлялся в помещении и начинал к ним приближаться.

Ее друзья делали вид что не замечают ее попыток оказаться за спиной защитника.

О правилах вежливости она сейчас думала в самую последнюю вежливость и весьма невежливо отвернулась и от старосты, все-таки рискнувшего сделать попытку пригласить ее погостить в своем доме.

Староста, увидев вместо насупленного лица вихрастую макушку девочки, только сокрушенно развел руками. Настаивать он даже не пытался и чувствовал себя весьма неуютно под хмурыми взглядами девушек, окружавших эту малявку.

– И сколько он вам заплатил, неуважаемый? – Мрачно поинтересовалась Лассана, только чтобы не стоять молча, пока Нэстэ с одной из гекатесс повела девочку приводить себя в порядок и помочь собрать вещи.

В одиночку Сиула не собиралась даже в собственную комнату подниматься.

Пока староста что-то пытался промямлить, Лика высветила что-то у себя над рукой и быстро-быстро начала перебирать картинки с непонятными цифрами.

– Шесть сотен универсальных отхватил. – Известила она спустя буквально пару минут. – Проплата прошла вчера и оформлена как цена за участие в торговой сделке. Неплохой куш за то, чтобы просто отвести глаза.

Лассана только скривилась, оставляя сказанное подругой без комментариев. Зато староста предпочел поспешно отступить за порог, лишь бы избежать ставших еще более неприязненными взгляды чужаков.

В доме они долго не задержались. Ее друзьям было все равно, они никуда не торопились. Только Сиула сама спешила оставить оскверненный дядей дом, который она больше уже не считала своим.

Убежище охотников, даже обустроенное в поселке, не могло похвастаться домашним уютом. Одна небольшая комната, чтобы можно было переночевать и перекусить. На всех даже лежаков не хватило.

Сиуле было страшно неудобно наблюдать, как спальники раскидываются прямо на полу. В конце концов, это ведь ради нее они все оказались здесь. Причем Лика после короткого разговора с Лассаной выставила охрану не только в дверях, но и около окна. А третий пост и вовсе планировался на улице. Такой охраны не было при прошлой ночевке в мире Ринсли. Сиула помнила, что там ночью у костра дежурили только два хорна. Они же по очереди обходили лагерь. Неторопливо, вразвалочку, но постоянно.

Нэстэ что-то сосредоточенно просматривала на своей ликале из того, что ей еще в доме сбросила Лика. Но выслушав краткий доклад лики, отвлеклась и подшла к окну.

Короткая приглушенная трель шелчков в комнате была почти не слышимой. Но почти сразу на подоконнике оказался стручок длинной с палец и на шести нитевидных лапках. Он замер перед Нэстэ, стрекотнул, получил в ответ несколько щелчков и присвистов. Никто кроме Сиула не обращал на происходящее внимание.

Девочка озадаченно взъерошила волосы на затылке, наблюдая за этим странным диалогом, закончившимся прыжком насекомого на улицу.

– Наблюдение за внешним периметром ринсли нам обеспечат. – Спокойно сообщила Нэстэ обращаясь к Лике. Я не думаю, что у нас тут будут проблемы. В конце концов, не полные же тут идиоты живут, чтобы лезть на отряд объединенной гекаты. Но все же уличной охране лучше оставаться под прикрытием дверей. В случае тревоги ринсли поднимут шум, вы ни с чем его не спутаете, но без команды они атаковать не будут.

Лика молча кивнула, и ободряюще улыбнулась девочке.

– Все будет нормально. Дождемся твоей тети, кое-что уладим и свалим отсюда.

– Лика, я не…

– Сиула, перестать так виновато хлюпать носом. – не совсем вежливо прервали начавшуюся было тираду. – Все нормально, и мы не в первый раз ведем боевые действия на чужой территории. Никаких неприятностей не будет. Ни у тебя, ни у нас. Особенно если мы все постараемся остаться вежливыми и никого не провоцировать на драку.

– А так хочется. – Мечтательно протянула Лассана, снимаю с себя пояс с оружием.

Сиуле выделили топчан у стены подальше от окна. Узкая твердая подставка поверх которой раскатали походный спальник. Совсем не похоже на ее уютную домашнюю кровать. Только Сиула не думала об этом. В ставшем чужим доме сейчас вещи дяди, скорее всего он и будет там жить. А здесь и сейчас вокруг нее деловито устраивались друзья.

По поручению старосты в убежище уже доставили еду. Одна из гекатесс ее приняла и даже вежливо поблагодарила охотника, но перед тем как передать сумку дальше, она деловито вытащила из поясного кармашка приборчик и пробормотав: "Сам не побережешься, Единый не спасет", принялась по очереди вытаскивать то, что лежало и смотреть на маленький индикатор.

А потом был пир. Староста постарался и прислал продукты явно не из обязательного рациона убежища. А быть может не только староста. По крайней мере Сиула узнала пирог, который так вкусно готовила только Лыльса, жившая через дом от них.

– Похоже, завтра у тебя будет не самый легкий день. – Констатировала Лика, обращаясь к Нэстэ. – Судя по принесенной еде, тебя ждут долгие заходы с самых разных сторон.

– Перетерплю. – Скривилась Нэстэ. – Ненавижу, когда вот так, безо всякой причины, она ведь даже с наследством не мешала..

Лассана, со своим ростом даже сидя в кольцах своего хвоста посмотрела на навострившую ушки Сиулу сверху вниз.

– Соседи как, дружили с вами до гибели родителей?

– Да, и меня часто звали в гости на дни рождения. И я на праздниках играла на площади. – Грустно вздохнула Сиула. – Я не думала, что они могут вот так…

– А никто не думает. – Нэстэ резко сбавила тон под укоризненным взглядом Лики. – Просто они не видят ничего плохого в том, что сделал твой дядя. А если и не так, то предпочли не вмешиваться, чтобы только самим было спокойнее.

– Ты в самом деле можешь лишить их членства в гильдии? – Осторожно завела речь Лика.

– Могу, при таком раскладе любой охотник может поднять вопрос перед руководством. В гильдии есть свои правила, нечто вроде кодекса чести, писанного кстати. Отправка на рынок своего собрата по гильдии как раз вписывается в перечень подобных нарушений. Мне очень повезло заключить контракт, а потом и войти в гильдию.

– Прецеденты были? – Деловито поинтересовалась Лика, торопливо запихивая подальше в память непрошенную оговорку подруги. Потом они с девчонками разберутся что там еще было.

– А как ты думаешь? Гильдия существует не одну сотню лет. Не сравнить с империями, но тоже свои летописи имеют. Были времена, когда продавали и ради прибыли в беспомощном состоянии, и в качестве мести или проигрыша в азартных играх, даже на спор, да по всяким поводам. Отсюда и соответствующие запреты в кодексе гильдии. Своими не торгуем, и семьи погибших прикрываем на сколько можем. Но как ты понимаешь, не всегда и не все.

– Но выручать стали совсем недавно? – Вмешалась Лассана.

– На меня намекаешь? – Улыбнулась Нэстэ. – Нет, я тут не причем. Помогают, если есть возможность. Но редко и не каждый охотник. Сиула только дочь члена гильдии, но для случившегося это еще хуже. Все ведь произошло в поселке, да еще с участием старосты.

– Да уж, охотник все время по тропе в чертоги Неназываемого ходит, если начнет опасаться за свою семью, могу себе представить, что начнется в гильдии.

– Ну вот и я говорю, выкинут всю деревню без разбора. Стоит только дать этому делу огласку в нужном ключе. – Вздохнула Нэстэ – Совет состоит еще из тех разумных, да только большинство из них в свое время сами хаживали в Бездну. А сейчас прикрывают не по одному отряду. И имеют с этого немаленькие доходы. Кодекс для членов совета не пустой звук.

– А вполне конвертируемое в валюту понятие. – Закончила Лика.

– Ты все – таки подумай. – Посоветовала Лассана. – Нет, оставлять все без последствий нельзя, тут я с тобой согласна. Только ведь не только староста под метлу попадет.

– Ладно, посмотрю завтра как все сложится. – Вздохнула Нэстэ. – Но старосту я не прощу, не уговаривайте.

Лика тихо хмыкнула, отметив привычное "я". Нэстэ всегда старалась выслушать мнение подруг, но решение принимала только сама. И сама же старалась за него отвечать. На сколько это было возможно в гекате.

Первые тихие звуки заставили всех замолчать. Сиула уже увереннее взяла новую октаву, начиная свой вечерний концерт. Свет ей давно уже не требовался для игры. А в сумерках комнаты музыка приобретала новое очарование.

Уже лежа в своем спальнике, в полудреме, Сиула невольно сравнивала свои два похода, с папой и этот переход от мира ринсли до возвратного Раскола.

С папой было здорово. Он объяснял и показывал всякие разности, как укрыться от опасности, как определить время суток. Он был интересным рассказчиком и с удовольствием делился сидя у костра разными интересными историями из своей жизни. Тот поход начинался весело и закончился встречей с мамой.

С отрядом гекатесс она прошла Раскол с конкретной целью, а именно Пересечь по тропе Бездну и дойти до возвратного Раскола.

Сиуле же показалось, что её новые спутники вообще ни о чем не беспокоятся на тропе. Они просто шли, как по тропинке где-нибудь в лесу. Она шла рядом с Живущей в Бездне, за ними остальные. Все весело переговаривались, даже смеялись. Она не сразу сообразила, что впереди, где- то в скалах бродит огромная белая кошка, способная что радар в Объединенных мирах, сканировать местность и обнаруживать опасность на многие переходы вокруг.

Лео иногда появлялся на тропе, смотрел на них и тут же исчезал вновь.

– Охоты нет. – С усмешкой заключила её спутница. – Вокруг только мелочь, и та прячется в камнях.

– Забавное местечко. – Лика шла на шаг позади и могла принимать участие в разговоре.

Сиула уже знала, что в слух гекатессы разговаривают из-за неё и ещё из-за змеелюдов, так же вынужденных в Бездне остаться без браслетов связи, спрятанных в защищенные кофры. Просто было решено на всякий случай их от туда не извлекать лишний раз.

– Так ты говоришь, в долине хорошая охота? – Уточнила она у неё.

– Да, из посёлка все охотники спускаются в долину. Потому и тропа там хорошо видна. Внизу есть миграционные пути тварей и случаются даже крупные волны.

– Скорее всего так и есть. – Кивнула Нэстэ, на мгновение став отрешенной. – Лео чувствует Расколы внизу. Но до тварей далековато, так что перебьется, он нужен нам будет тут.

До Раскола тропа петляла меду скалами и путь должен был занять часа два неспешным шагом. И все это время Сиула прошла с неожиданным для себя удовольствием. Действительно как на прогулке где-нибудь в парке одного из центральных районов королевства. В игровых роликах такое часто показывали.

Выход в родной мир не был отмечен чем-то особенным. Только знакомые холмы, деревья и кустарники. И утоптанная в траве тропинка.

– Ага, трое впереди, идут в сторону выходного Раскола. – Почти сразу констатировала Нэстэ на мгновение став отрешенной и весело подмигнула ей. – Похоже, это те самые твои преследователи.

– Может поговорим с ними? – Лика весело осмотрелась.

– Не получится. – Сиула только руками развела, не понимая, чего хотят её спасители. – Развилка на выходной Раскол расположена почти по середине пути к поселку. Они свернут с неё раньше, чем мы подойдем.

– Ну, это как сказать. – Недобро сощурилась Нэстэ. – Говорить с ловцами по мне так много чести. Но посоветовать им вернуться домой можно.

В кустах мелькнуда и пропала белая шкурка Дел.

– Думаешь стоило предупреждать о нашем появлении?

– Пусть бегут. – Усмехнулась Нэстэ. – А о нашем появлении все равно уже стало известно.

Она небрежно кивнула в сторону кустов справа, среди которых можно было разглядеть основание стандартного стационарного датчика. Потом были встреча с ловцами и возвращение домой.

Два похода совершенно не сопоставимые между собой и и оба оставили неожиданно приятные воспоминания.

Вокруг уже спали. Сиула потянулась, невольно отдаваясь чувству безопасности, какое ощущала дома и закрыла глаза.

Мусрим не подозревал о мыслях своей племянницы, зато хорошо слышал обещание Нэстэ и предпочел пока остановиться на территории ловцов. Задерживать или как-то арестовывать его никто не собирался. За что? Как официальный опекун, он не нарушил законов королевства. Подленько поступил, это да. Но законов не нарушал. То, что соседи, узнав о сделке могли сколько угодно смотреть косо, так его это не беспокоило. Но это было раньше, до возвращения племянницы.

Угроза Нэстэ поднять вопрос о поселке на совете гильдии была куда более серьезной для охотников, чем мог бы подумать разумный никак не связанный с гильдией. Формальной власти в отдельных отрядах совет этой организации не имел. Зато сама гильдия, как официально признанная межгосударственная организация, стоящая на передовом крае вечного фронта с Бездной, обладала немалыми привилегиями, которыми пользовались все охотники. Например, право пересечения государственных границ в уведомительном порядке оставалось за очень немногими организациями.

Лишившись разом всех привилегий охотников за тварями, жители поселка окажутся запертыми в одной карантинной зоне и окажутся привязанными только одному миру Бездны. Их доходы ограничатся только вольной охотой в соседнем мире Бездны, добычу из которого также придется доставлять только в один Раскол. В общем, для исключенных из членства гильдии жителей поселка оставалось всего несколько тропок: к контрабандистам, в наемники для сопровождения караванов или действительно к ловцам рабов. Причем везде они окажутся на положении самых низкооплачиваемых работников.

Обвинить в грядущих бедах соседскую малолетнюю девочку конечно было бы проще, да только не в ситуации, когда ее прикрывает целый отряд, с которым не решились связываться даже ловцы.

Гекатессы были сдержаны в общении и совсем не спешили демонстрировать приветливость и доброжелательность к жителям поселка, такую привычную по репортажам из инфосети.

Мусрим прекрасно понимал, кого именно соседи назначат в сложившейся ситуации кандидатом на козла отпущения. Что до ловцов, они и раньше-то никто и пальцем не пошевелил бы ради него, а сейчас тем более. Вне границ своей базы чужаки не то что вмешаться, скорее уж отведут глаза в сторону, если дело дойдет до расправы. Другое дело, случись нечто подобное на их собственной территории.

Вот дядя Сиулы и предпочел напроситься пересидеть какое-то время на территории базы ловцов. Не бесплатно конечно. Ведь сделка-то состоялась, и деньги у него никто не собирался требовать обратно. Но и просто так предоставлять убежище опальному жителю поселка на своей базе Джаирис тоже никому не собирался.

К удивлению Сиулы, на следующий день к ней пришли друзья по уличным играм. Только играть ей не хотелось. Нет, во двор убежища она вышла и даже пообщалась под присмотром змеелюдки занявшей уличный пост и незаметно переместившейся так, чтобы пресечь возможное нападение с улицы. Сиула и сама бдительно следила, чтобы не оказаться слишком далеко от девушки и при появлении в поле зрения кого-то из взрослых односельчан тут же начинала отступать ближе к ней или ко входу в убежище. Благо там всегда была вторая дежурная, прикрывавшая первый пост. Пятерка Гекаты не забывала о своих обязанностях и держала место базы под постоянным контролем.

На сочувственные вздохи бывших друзей она не реагировала. Тем более, что ровесники, только начавшие постигать искусство бытовой интриги, не сильно скрывали то, что пришли с одобрения родителей, надеявшихся повлиять через нее на Нэстэ. Им всем было неуютно смотреть друг другу в глаза.

Возможно поэтому она не сразу разобралась, что бывшие друзья ей откровенно завидуют. Ведь она знакома с самой Живущей в Бездне и со всем ее отрядом. Её спутники пересекая двор по своим делам весело перекидываются с нею ничего незначащими фразами, она обращается к ним просто по имени, чего не позволено делать даже старосте. Они сразу и без разговоров задвигают ее себе за спину, если появляется хотя бы намек на испуг и только потом начинают разбираться с опасностью. Кто-то из пятёрки гекатес ей подарил не большой разделочный нож из щитка луввы. Настоящий нож охотника из Бездны! Таких нет ни у кого в поселке. А ещё, у неё есть перчатки из ее шкуры. Из того самого комплекта комбинезона, что носят гекатессы. Настоящую цену таких вещей, в их возрасте трудно понять, но это ведь тот случай, когда дорогая вещь еще и очень практичная. Что сразу и было продемонстрировано на практике. А ещё сюда летит родная тётя чтобы забрать ее в большой город, о чем Сиула тоже сразу рассказала. Утром от нее пришло сообщение, что она уже добралась до вокзала. В общем, целая спасательная операция ради одной Сиулы при участии такого количества чужаков. Есть чему позавидовать.

Игр во дворе не получилось. Неловкость от сложившегося положения все время витала между ними. Присматривавшая за подопечной Сашшара сказала бы, что ее гости все время думали о чем-то другом. Время пролетело за рассказом о своих приключениях и описанием новых знакомых. В поселке их дворовая компания была самой крупной. Навестить ее пришли не только ровесники, но Каррсен и Ррикха. Им было уже почти двенадцать. И все бы было ничего, если бы не последний. Под конец Сиуле уже казалось, что еще чуть-чуть, еще полчасика и она забудет о своих несчастьях и снова будет считать их всех своими друзьями.

Сыночек старосты недолюбливал малолетку с тех пор, как она продемонстрировала ему и все остальным хорошую реакцию, унаследованную от папы, и остроту своих "холенных" коготков. Ррикха как-то прошелся по поводу чрезмерно ухоженных ручек, но в отличие от всех остальных, позволил себе схватить ее за запястье и вывернуть так, что стало больно. Папа с мамой потом разбирались со старостой. А три длинных светлых ниточки вдоль всего предплечья мальчишки остались видны даже спустя год.

– Теперь я снова свободная, Живущая в Бездне выкупила купчую и сказала, что я свободная.

– Вот еще. Конечно вовремя эта Живущая в Бездне подвернулась. Свободу получила на блюдечке, а что толку, кому нужна такая как ты, носившая ошейник. – Презрительно выдал Ррикхан в полголоса Каррсену в полголоса, прерывая Сиулу на полуслове. – Теперь ты безродная, безродной и останешься.

Дкевочка слабо дернулась как от пощечины и замолчала, глядя на него широко открытыми глазами. Было видно, что о сказанном она не думала или наоборот, прогоняла от себя такие мысли. Игровых роликов к этому возрасту по визиофону пересмотрено множество. Даже в семь лет можно понять смысл сказанного и осознать последствия. Она вне рода, изгой, и новая фамилия действительно не избавит ее от этого.

– Ты не слушай этого дурака. – После неловкой заминки поспешил объясниться Каррсен. – Не все думают так, как он..

– Но пришли вы сюда только потому что так вам сказали родители. – Сиула с усилием справилась со своим голосом. Начавшееся было восстанавливаться дружеское отношение к бывшим соратникам по уличным играм исчезло без следа. И сразу всплыли разговоры между гекатессами, когда они думали, что она не слышит.

– Но нам действительно жаль, что так получилось с тобой. Родители только хотели, чтобы мы пояснили тебе, что, если они и весь поселок будет исключен из гильдии охотников, нам всем будет очень плохо.

– Уходите. – Сиула больше не смотрела на бывших друзей. – Я поговорю с Нэстэ, но просить ни о чем не буду.

Девочка поднялась с бревна и не оглядываясь направилась в дом. Никто уже не обратил внимание на змеелюдку, охранявшую двор и остававшуюся все время неподалеку. Сашшара внимательно смотрела в спину уходящей девочки, потом на неловко замолчавшую и удаляющуюся компанию местных детей.

Она видела как один из старших мальчишек уже на улице размахнулся и влепил второму подзатыльник. Звонкий щелчок короткий диагноз …"" не вызвали на ее лице никаких эмоций. Змеелюдка спокойно развернулась и продолжила свое дежурство.

Глава 7

Тётя Гисинта прибыла через день, уже с вызванным адвокатом и накрутив за время дороги саму себя так, что вопреки всем принятым правилам вежливости, при первой встрече со старостой даже когти выпустила. Всем соседям Сиулы было известно, что сестра мамы Сиулы всего лишь обучает начальные классы игре на ориенхорне и работает преподавателем в провинциальной музыкальной школе небольшого городка, и до воина ей далеко. Но благодаря ей же, каждый мальчишка в поселке знал про холеные, специально затачиваемые под этот музыкальный инструмент коготочки и давно перестал по этому поводу пытаться шутить.

У старосты тоже были дети, и им иногда перепадало от увлекающейся девочки в уличных проказах. Наверно поэтому при первой встрече он предусмотрительно старался держаться за пределами досягаемости разъяренной женщины.

Дядю Мусру вытащили с территории ловцов с помощью Нэстэ. Он не собирался разговаривать с бывшей родственницей и на территории базы ловцов чувствовал себя вполне комфортно.

Туча москитов, что пришла волной следом за отрядом Живущей в Бездне, все эти дни никуда не уходила. Ее постоянно фиксировали в стороне от поселка и Базы. Москиты очевидно находили пока другие, более доступные для себя жертвы и не приближаясь близко к поселениям. Но как только Джаирис попытался объяснить, что не собирается вмешиваться во внутренние дела поселка, как и давать разрешение для вторжения на территорию базы ловцов, чёрное облако внезапно изменило направление, на мгновение угрожающе нависло над ловцами и тут же ушло в сторону, как будто подчиняясь взмаху руки девушки. Джаирис не стал бы спорить с теми, кто назвал бы это простым совпадением. Ее белый кот все время крутился около поселка, а когда бывшая беглая рабыня выходила за его границы, тут же принимался нарезать круги рядом со своей хозяйкой. Возможно она отгоняла от щита именно его, кто знает. В конце концов, именно эта кошка могла с легкостью оставить его базу без защиты.

И при первой, и при второй встрече начальник базы ловцов прекрасно видел выражение лица этой девчонки. Он также хорошо запомнил все, что смогла выдать по ней автономная база данных. Информации было немного, но ее с легкостью дополнила инфосеть. Иллюзий на счет той, что стояла за спиной родственницы проданной и выкупленной девочки строить мог только дурак. Тем более что рядом и за нею стояли и остальные из этого отряда.

Джаирис дураком себя не считал, и проверять какие бы то ни было предположения не собирался, тем более, что понесенные затраты были практически возвращены и предоставлять убежище опальному ларнейши, нарываясь на неприятности, было бы глупо. Он просто выдал требуемое и был доволен уже тем, что все пришлые предпочли дождаться выхода жильца, не пересекая линии силового щита базы. А ведь могли и сделать это. Джаирис не сомневался, что маленький отряд гекатесс имеет в своем арсенале и такие средства.

Хмурый дядя Мусрим вышел почти что конвоируемый двумя рядовыми ловцами. Когда конвой придержал на подходе к щитам шаг, он затравленно глянул на Джаириса, но тот уже отвернулся от бывшего партнера по сделке.

Сиула не была кровожадной. Но глубокие борозды на щеке дяди, оставленные тетушкиными когтями, рассматривала с видимым удовольствием. Ему потребовалась даже помощь лекаря, чтобы наложить несколько швов.

Про то, как он подписывал какие-то бумаги девочка не беспокоилась. Это происходило в бывшем кабинете папы, под присмотром привезенного с тетушкой адвоката, весьма недовольного фактом своего пребывания в поселке, а потому особо въедливо разбиравшего каждое слово. К тому же каждая бумажка изучалась Ликой и Лассаной, очень внимательно выслушивавших пояснения адвоката и сверявшиеся с чем-то по визиофону в кабинете отца.

Она тихонько сидела в гостевой комнате рядом с Нэстэ и старалась ей не мешать. Неприятный разговор о судьбе бывших соседей у нее состоялся в тот же день, сразу как ушли прогнанные мальчишки.

Сиула даже гордилась собой. Тем, что, обсуждая виноваты односельчане или нет в поступке дяди Мусры, она ни разу не выдала своего настроения после слов Ррикхана. И даже сказала, что не хочет, чтобы ее соседи из-за нее страдали.

Ей очень понравились внимательные глаза новой знакомой. Нэстэ внимательно выслушала ее и сказала, что обязательно подумает над ее мнением.

И сейчас, пока родственники разбирались между собой, здесь в гостиной разговор шел именно об этом.

– То, что вы подослали своих детей к маленькой девочке, вместо того, чтобы прийти самим и хотя бы извиниться, уже говорит не в пользу ее соседей. – Мрачно заметила Нэстэ, разглядывая мнущихся перед нею односельчан.

– Но староста нам сказал, что это внутрисемейное дело. – Попытался оправдаться Лиррнел.

Сиула невольно сглотнула и неприязненно покосилась на него. Лиррнел занимал при старосте должность секретаря. Он часто заходил к ним в гости. Как бывшему охотнику на тварей ему было, что рассказать за столом. Она не раз слышала, как папа уважительно отзывался о нем и говорил, что некоторые его приемы охоты использовал в Бездне. Только сейчас она совсем не испытывала к старому охотнику ни уважения, ни сочувствия. Он знал о планах дяди и предпочел не вмешиваться.

– А то, что в рабство продается дочь твоего друга тебя совсем не волновало?

– Ну, понимаете, Мусра приходится родным дядей…

– Лучше скажи, что не захотел ссориться со старостой. А может он и тебе заплатил?

– Нам очень жаль, что так произошло – Судорожно замотал головой ларесс Лиррнел, старательно избегая смотреть в сторону Нэстэ и жмущейся за ее спиной девочки.

– Что ее продали, а вы сидели по домам и не спешили воспротивиться решению этого "дяди?"

– Вы не понимаете…

– Ошибаетес-с-с-сь, неуважаемый. – Почти прошипела Нэстэ. Вместо улыбки на ее лице проявился самый настоящий оскал, вряд ли уступающий оскалу ларнейши, разве что клыков не было. Но этот недостаток с лихвой восполнил Лео, разлегшийся у двери. – ВЫ даже не представляете насколько хорош-ш-шо я понимаю, ЧТО именно вы сделали для девочки.

Сиула испуганно вздрогнула, когда рука, за которую она держалась, довольно резко дрогнула. Она разжала пальцы, но Нэстэ уже взяла себя в руки. Она оставалась напряженной и не вскрывала враждебности к посетителям, но внешне это выражалось теперь только в презрительном взгляде.

– Хорошо, я не ставлю перед гильдией вопросов по поводу всех жителей поселка охотников. Но вам стоит знать, что обязаны вы этим Сиуле. Именно она так решила, а не я. Но это не касается вашего старосты, принявшего деньги от Мусры. С ним пусть разбираются ваши королевские службы. Все материалы о взятке должностному лицу будут переданы Гисинте, как опекуну Сиулы. От ее имени и пойдет претензия, а гильдия уж постарается ради своего собственного пиара проследить за ходом расследования.

– Ниэлла Нэстэ, мы надеемся, что…

– Это я надеюсь, что мне не придется пожалеть о таком решении, ларесс Лиррнел. Я с удовольствием бы попросила вас избавить меня от своего присутствия, только к сожалению, вы еще нужны.

Сиула невольно обернулась следом за Нэстэ в сторону вернувшихся тети Гисинты и компании. Даже семилетке было понятно, что дядя чем-то очень расстроен, настолько что его лицо приобрело кислый вид, нос заострился и смотрел куда-то под ноги хозяину. Но он послушно плелся рядом с тетей Гисинтой. За ним с лестницы спускался староста. Он видимо слышал последние фразы разговора, так как его уши плотно прижались к голове. Адвокат тети вопреки своему обычному состоянию, имел вполне удовлетворенный вид.

Тетя Гисинта шла уверенным шагом. Она кинула недружелюбный взгляд в сторону и сразу же отвернулась, не став даже размениваться на приветствия.

– Ниэлла Нэстэ, я еще раз благодарю Вас и всех ваших подруг за оказанную помощь.

– Как прошли переговоры?

– Вполне удачно. Мусрим был столь любезен, что согласился передать Сиуле денежные средства со счетов родителей.

Сиула с интересом проследила за сменой гримас дяди. Там была и досада, и злость непонятно на кого, и разочарование.

– И это все?

– Ниэлла, учитывая, что по нашим законам ларесс Мусрим претендует на наследство брата, это вполне неплохое решение. – Адвокат был сама любезность. – За ним остается этот дом и все хозяйство в поселке. Иной собственности у родителей девочки не было.

– Большая часть этих средств уйдет на оплату дороги и счетов, но и это уже хорошо.

"Ага, львиная доля этих счетов придет от адвоката. – Себе под нос прошептала Лика, успевшая подойти к ним достаточно близко.

Гисинта тоже услышала ее шепот, но только развела руками.

– Это ничего, мы с супругом не бедствуем. Если нам удалось избежать этих трат, с остальным мы справимся. А дом в этом поселке все равно на не потребуется.

– Хорошо. – Нэстэ встала и внимательно осмотрела всех стоящих перед нею. – А теперь, мне бы кое-что хотелось уточнить на счет вольной для Сиулы. Нам сложно с ходу разобраться во всех тонкостях ее будущего на этот счет. Пока я поняла, что рабство, даже такое короткое, лишило ее права на наследство родителей. Вольная не дает ей права на наследство, как и на фамилию семьи, это так?

Гисинта огорченно пожала плечами и покосилась на адвоката.

– Позвольте мне все объяснить. – Вмешался тот. – Вы все правильно поняли. Не имеет значения в каком возрасте и насколько ларнейши попал в рабство. В традициях нашего народа, попавший в рабство умирает для рода. При обретении свободы он как бы рождается заново, но вне рода.

– То есть, освобожденный становится изгоем без фамилии. – Уточнила Лассана.

– Можно сказать и так, но он все равно остается свободным. По действующим законам различия нет. Но вынужден признать, что в нашем обществе ларнейши без рода воспринимается очень негативно. – Улыбнулся адвокат. – Родственники могут позволить изгнанному носить прежнюю фамилию и тем самым частично сгладить ситуацию.

– Я так и собиралась сделать. – Вмешалась Гисинта. – По возвращению домой я смогу переоформить документы Сиулы на свою фамилию. Мусрим уже дал свое согласие.

Нэстэ и глазом не повела в сторону мрачного мужчины и продолжала смотреть на адвоката.

– В некоторых мирах существует традиция давать освобождаемому свою фамилию. Я так и хотела поступить, но до меня дошли разговоры, что с этим тоже что-то не так?

– Обретение фамилии для нас не означает автоматического вступления в род. Понятие рода определено на законодательном уровне и часто имеет силу, соперничающую с властью короля. Принятие в род возможно только через решение главы рода. Хотя для девочки есть еще вариант через вступление в брак. Я надеюсь, что у Сиулы все сложится удачно в будущем.

– Ага, как же, это в обществе с таким драконовским отношением к изгоям. – Прошептал кто-то за спиной.

Сиула не поняла кто, да ей было это и не интересно. Тема была неприятной, и она едва сдерживалась, чтобы не захлюпать носом. Успокаивало то, что тетя уже задумалась об этом, раз уже разговаривала с дядей Мусримом.

Нэстэ тем временем перевела вопросительный взгляд в сторону Гисинты. Но та только развела руками:

– Я вхожу в род супруга по праву вступления в брак и никогда не видела главу рода. Знаю только, что он живет где-то на третьем континенте. Он вряд ли будет разбираться и согласится взять в род бывшую рабыню. Разве попробовать уговорить главу рода Алсэрой вернуть дочь своего погибшего родича. Только скорее всего это невозможно.

– Ларнейши могут входить только в род своей расы? – Уточнила Лассана, с сочувствием поглядев на приунывшую девочку.

– Нет, уважаемая, прецедентов довольно много, когда мои соплеменники принимались в род чужаков. – Кивнул адвокат. – Но принимать должен именно признанный глава рода и лично, без использования средств связи.

– Твою… – Лассана с досадой скривилась. – Мне до него далеко. Нэстэ задумчиво обвела взглядом подруг, но те молчали.

– Нэстэ, ты же знаешь наши законы. – Растерянно протянула Лика. – Члены гекаты считаются семьей императора и прав на статус бывших родственников вообще не имеют. Да и никто не будет отдавать в гекату претендента на главу рода. Мы сохраняем связи с семьей, хоть и не все, как ты знаешь. Исключения из этого закона есть даже в нашей гекате, но это исключение.

– Аршшнелла, главу моего рода я знаю лично. И он наверно не отказал бы мне в такой просьбе. Только как все это организовать? – Вздохнула Лассана. – А времени у нас оставаться здесь совсем нет.

– Как вариант! – Кивнула Лика. – Но есть более простой путь. Среди нас ведь есть глава своего собственного рода. Все недоуменно переглянулись и сосредоточились на говорившей.

– Нэстэ, ты владетель латтории в мире элфов.

– Точно! – Воодушевилась Лассанана. – Тем более, что Арден признает статус владетелей элфов. А твой и вовсе официально приравнивается к графству. Так что ты у нас вроде, как и основатель рода и глава его.

– И единственный его член. – Закончила Нэстэ, снова поворачиваясь к адвокату. – Даже поспорить не скем. Какие у меня появятся обязательства, если я признаю Сиулу?

– Да собственно никаких. – Несколько опешил тот. – У нас есть рода, насчитывающие несколько тысяч семей, проживающих на всех континентах этого мира и за его пределами. Все они живут сами по себе и как правило никак не контактируют между собой. Случается, что король накладывает ограничения на весь род из-за проступка отдельного его члена. Претензии к вам, как к лаве рода, могут быть в части воспитания девочки до ее совершеннолетия. Но признав опекуном ее тетю, вы решите этот вопрос раз и навсегда. Никаких иных обязательств перед короной у вас не будет. И Сиула гражданства не лишается, как и не приобретает. Разве что поступки девочки, какими бы они ни были, в глазах ларнейши будут отражаться и на репутации вашего рода.

– Вот еще. – Скривилась Нэстэ. – Переживу, как-нибудь. Гисинта?

– Вы, вы действительно хотите сделать это для Сиулы? – Растерялась женщина. – Вы и так сделали для девочки больше, чем можно было бы рассчитывать. Я знаю, что в других мирах это не так много значит, возможно и для вас. Но для ларнейши принадлежность к роду избавит Сиулу от очень многих неприятностей в будущем.

– Как это делается? – Вместо ответа женщине обернулась к адвокату.

– Это стандартный обряд. Вам надо только принять присягу девочки в присутствии двух свидетелей. Я, как адвокат, могу зарегистрировать ритуал, э-э-э…

– Счет на мое имя предоставите. – Правильно поняла заминку Нэстэ. – Сиула, ты согласна войти в мой род.

Сиула растерянно сморгнула, недоуменно осмотрелась и судорожно кивнула.

– Ларесса Гисинта, надеюсь это обряд допускает вашу помощь племяннице. Свидетелями от ларнейши выступят староста и ларесс Лиррнел. И на всякий случай, укажите остальных присутствующих свидетелей.

Нэстэ даже в этой ситуации предпочла не упоминать имени того, кто столь легко за взятку предал своего односельчанина. И мнение их она не спрашивала, отдав по сути приказ, которому все подчинились.

Адвокат только кивнул и обвел взглядом придвинувшихся гекатесс. Про себя он подумал, что это будет, пожалуй, первый в истории ларнейши обряд принятия в род международного уровня. Но вслух он ничего не сказал, поспешно принявшись готовить документы.

Сиула чувствовала себя очень неуютно стоя под взглядами целой толпы зрителей. За спиной замерла тетя Гисинта. Староста и Лиррнел не были в восторге от своей роли, но и спорить не решились. Один боялся, что Живущая в Бездне может передумать на его счет и все-таки привлечет внимание Гильдии, второй надеялся хоть как-то смягчить ситуацию в дальнейших разбирательствах.

– … признать меня достойной вступить в ваш род в качестве младшего члена, признаю старшинство всех членов рода, обязуюсь защищать честь рода и…

За спиной тихонько подсказывала тетя. Делала она это так, что услышать можно было только с ее музыкальным слухом. Слова присяги были знакомы и не раз слышаны по визиофону в игровых роликах на историческую тему. Сиула никогда не примеряла подобные сцены на себя. А вот же, случилось. Ее принимаю в род Живущей в Бездне.

– Я, Нэстэ, действуя в качестве главы рода, принимаю твою присягу и признаю членом своего рода, и прошу засвидетельствовать присутствующих здесь ларнейши и представителей иных разумных рас.

Нэстэ только чуть-чуть изменила фразу, с поправкой на международный характер ритуала. Адвокат не возражал, для него имела значение только основная часть фразы, а она произнесена безо всяких изменений.

Ответная фраза была короткой и жутко официальной, произнесенной для маленького видеозаписывающего устройства, что держал в руках адвокат. Сиула и сама не ожидала от себя, что будет ожидать этого момента с таким напряжением. Оказывается, она до самого конца боялась, что Нэстэ передумает и откажется от такого сомнительного родства. Ну в самом деле, кто она, маленькая девочка из незнакомого мира, даже другой расы. Что может быть общего между той, о ком даже папа говорил с уважением, кто ходит в Бездне как другие на пикник. Да, когда она приказывает, даже староста предпочитает молча исполнять. И при этом, все время интересуется ее, Сиулы, мнением. Даже давая согласие на опекунство, тоже официально зарегистрированное этим адвокатом, она сначала поинтересовалась ее согласием. Конечно она согласно кивнула головой. Какие бы ни были классные ее новые друзья, уезжать с ними в Бездну было страшновато. Да ее и не звали. Нельзя наверно, это ведь тоже может быть расценено как похищение. Так Лика сказала.

Тётя тоже нравилась Сиуле. Ее гнев и даже злость никак не касались племянницы. Она сразу же осмотрела, ощупала и едва не обнюхала ее. Все время, пока они еще оставались в поселке едва не шипела на старосту и других соседей едва те пытались к ним приблизиться. Всех в этой деревне она однозначно зачислила в личные враги и защищала теперь уже своего ребёнка как могла. И Нэстэ она приняла с большим уважением.

Сиула не сильно задумывалась над тем, что именно для нее делают все эти разумные. Главное, что брошенные накануне бывшими друзьями слова потеряли для нее всякий смысл.

Осознание того, что дом родителей окончательно стал для нее чужим пришло даже раньше, чем начался ритуал вхождения в род. Но Тетя Гисинта не позволила покинуть его сразу после ритуала.

– Девочка, я не скажу, что мы плохо живем. – Ничуть не смущаясь заявила она, с сочувствием гладя по голове племянницу. – Но глупо оставлять свои вещи Мусриму. Он все равно их продаст или выкинет. А тебе они лишними не будут. Да и нам будет полегче. Давай ты поможешь собрать все, что возможно.

Ей было все равно, тем более что гекатессы не отказались составить им компанию. Но первое, к чему она направилась, это ноты для ориенхорна, заполнившие первый ящик почти на треть.

Вещей оказалось неожиданно много. Под весьма недовольное сопение дяди, сестра мамы вгребала с полок все, до последней тряпочки.

– И нечего на меня коситься так недовольно. – Фыркала она в сторону Мусрима. – Радуйся тому, что получил. А девочке хоть одеться будет во что.

С соседями Сиула не прощалась. Не захотела она подойти и к бывшим друзьям, кучкой сбившимся в сторонке. Это было прошлое, то самое, с которым расставаться оказалось легко.

А вот сказать расстаться с новыми знакомыми ей было до слез обидно. И девочка никак не хотела отходить от них до самого последнего момента.

– Тебе надо учиться, малышка. – Увещевала её Нэстэ, к удивлению подруг, забывшую на время о своем неумении общаться с детьми. – У тебя талант, это даже нам очевидно. Девчонки мне уже объяснили, играть на ориенхорне учат только у вас в королевстве. Тетя Гисинта очень достойная ларнейши и я уверена, что она не даст тебя в обиду. Ну а если что, я оставила ей код для прямого доступа ко мне.

Сиула всхлипнув только кивала головой и все равно не разжимала тонких пальчиков на ее куртке.

– А ты можешь присылать мне записи со своим исполнением. Мне очень понравилось, как ты играешь.

– Правда? – Девочка с надеждой вскинула мокрые глазки.

– Правда, она нам всем понравилась. – Серьёзно переминающаяся рядом Лика. – Ты только не бросай учиться. И, главное, больше не влипай в неприятные истории.

– Я буду наблюдать за твоими успехами. – Продолжала Нэстэ. – В конце концов, ты ведь теперь у меня в роду.

– Я не подведу тебя. – Даже слишком поспешно заговорила Сиула. – Ты не пожалеешь, что приняла меня.

– Я и не собираюсь. А сейчас уже пошли.

Сиула хотела сама проводить гекатесс до Раскола. Но в этом вопросе все решала Нэстэ и ее друзья.

– Лучше мы сами проводим тебя до границы поселка. – Объяснила она свое решение Нэстэ. – А потом задержимся в поселении пока вы твоя тетя не пришлет сообщение с посадочной площадки об отлете.

Сиула с трудом сдерживала слезы, пока забиралась в повозку, в которой им предстояло проехать несколько часов. А потом долго смотрела назад, где остались провожающие.

– Ну что ты? Все теперь будет хорошо. – Тетя осторожно прижала к себе несопротивляющуюся девочку. Ты теперь носишь имя рода Нэстэ, той самой девочки Живущей в Бездне. Разве в этом роду могут плакать?

Тётя еще много говорила и успокаивала ее. И что новые друзья сделали все правильно. И применила какое-то непонятное словосочетание: "прикрывают отход".

Только много позже она поняла, что оно означает. Гекатессы Арден не доверяя ловцам предпочли не рисковать, и проследили чтобы те не смогли их перехватить до выхода за границы карантинной зоны Раскола. А на территории королевства им воли уже не было.

Так что друзья завершили свою спасательную операцию и в тот же день, в ночь ушли в Раскол. Очень вовремя, потому что на посадочной площадке, куда они с тетей прибыли, уже стояло несколько правительственных транспортных глайдеров. Сразу несколько королевских инспекторов в сопровождении целого отряда рубежников готовились к выезду в направлении поселка.

А еще, около пассажирского въезда было столько суетливых корреспондентов, что тетя попросила возничего проехать до рейсового глайдера по дороге для грузового транспорта.

А еще, спустя буквально неделю после прибытия в новый дом, Сиула поняла, как им с тетей повезло. В окно взлетающего пассажирского глайдера Сиула видела, как целая толпа журналистов налетела на другой возок подъезжающий возок из их каравана. Тогда она не поняла, почему вся эта толпа чего-то ожидающих ларнейши вдруг дружно стали разворачиваться и смотреть на отлетающий глайдер.

– Ну вот, все как предупреждала Нэстэ. – Удовлетворенно произнесла тетя Гисинта. – Надеюсь, нам удастся добраться до дома прежде, чем эта братия сможет нас перехватить.

Сиула только грустно вздохнула. Впереди была новая семья. Заочно она знала, что там есть супруг тети Гисинты, ларенс Кашхарр, что у нее есть целых две двоюродные сестры. Иррса уже собирается замуж. И тетя не стала от племянницы скрывать свою радость, что все так разрешилось с ее вступлением в род. Изгой в семье мог стать некоторой проблемой для свадьбы. Иррсина, всего на пару лет старше нее и жить ей скорее всего придется в одной с нею комнате. Но они никогда не общались друг с другом. Было одновременно и боязно, и интересно, как у нее сложится в новой семье. А с Нэстэ она свяжется потом, когда она действительно можно будет показать, что Живущая в Бездне не зря поверила в нее. Даже не будет посылать свою музыку.

Глава 8

Диррлуш Дасстан, куда больше именуемый в среде своих подданных как король Диррлуш третий, был весьма примечательным представителем расы ларнейши. Высокий, широкий в плечах, с правильными, для своей расы, чертами лица, покрытыми плотно прилегающей шерсткой, в которой проявились только первые искорки благородного серебра. Сейчас его продолговатые глаза смотрели прямо перед собой, а верзняя губа приподнялась, частично обнажая ряд заостренных клыков.

Докладчик, замерший перед ним невольно вжал голову в плечи и поспешно опустил глаза в пол. Как известно, древнейшие рефлексы предков труднее всего изживаются в их цивилизованных и разумных потомках.

Ларнейши даже в древних сказаниях не использовали клыков ни в битвах, ни для борьбы за главенство в стае, однако появление из-под верхней губы клыков сюзерена, по-прежнему заставляло сжиматься любого из присутствующих рядом с вожаком.

– Итак, вы подтверждаете поступившие с границы сведения, но оказались настолько нерасторопными, что опоздали на встречу с членом Совета Контакторов.

– Гекатесса пробыла в поселке неполных три дня и ушла в Раскол за пару часов до нашего прибытия. Мы не успели совсем немного.

– При этом, вы уступили первенство каким-то случайным гражданским, которые были настолько нерасторопны, что прихватили с собой адвоката.

– Ваше величество, я не рискнул посылать погоню за нарушителями. С формальной стороны она действовала в соответствии с установленными правилами.

– Вы издеваетесь, коэрнес Ларршан? – Яд, которым были пропитаны слова Диррлуша ощутили все присутствующие члены правительственного совета. – Пресса всюду трубит о благородном поступке гекатесс Арден, отложившей все дела ради спасения одной единственной девочки, оказавшейся в беде. Если девчонка действовала как охотник и не нарушила установленных правил, за что вы собирались ее преследовать? Да и преследовать Живущую в Бездне в самой Бездне? Вам недостаточно данных о последствиях подобных попыток, например, тех же шнатлий?

– Однако она прошла Раскол под предлогом начинающейся Волны тварей. Но прибывшие на место спецы не смогли обнаружить обычных признаков москитной волны. В районе Раскола нет ни тварей, ни следов их пребывания. Отмеченные тучи москитов по словам ловцов за рабами вели себя очень странно, как будто подчинялись гекатессе Нэстэ.

– Это возможно? – Король переключил внимание на второго докладчика, пока сохранявшего молчание.

– По утверждениям всех наших научников, таких технологий не существует, ваше величество. Но и гарантировать что Арден не занимается его разработкой никто не может. В научных кругах некоторые из гекатесс уже известны как хорошие специалисты по тварям Бездны. Многие сотрудничают с ведущими лабораториями Объединенных миров. Да и в Мире Ринсли полно лабораторий, контролируемых империями союзных гекат.

– Гекатесса Нэстэ, как известно, постоянно уходит в Бездну только в сопровождении собственных сестер по гекате. – Поспешил вмешаться коэрнес Ларршан. – Официальная версия для прессы, это охота. Согласитесь, странное занятие для полной радуги, особенно если время от времени в Бездне собирается вся союзная геката.

– Значит вы предполагаете, что геката ведет эти разработки в Бездне?

– Никак нет, разработки ведутся в лабораториях, как обычно. А вот испытание средств по контролю волны, особенно на заключительном этапе их создания лучше всего провести именно в мирах Бездны.

– А что? – Вклинился его соратник по неприятностям. – Если принять существование такого оружия, Бездна идеальный испытательный полигон для него. Живущая в Бездне способна найти нужный тип волны тварей и обеспечить доставку каравана. Геката не только обеспечивает прикрытие радуги, но секретность операции. Из этих структур никогда не удается достать больше, чем они захотят обеспечить. Нельзя сбрасывать и латторию. Известно, что поставки в нее включают много оборудования медицинского и оборонного назначения. Причем ни Арден, ни Аринол даже не вспоминают об ограничениях на поставку оружия и высоких технологий. Их специалисты даже участвуют в крупном строительстве на Расколе.

– Что вы предлагаете? – Устало поинтересовался король. – Арден наш союзник в этом секторе. Не хотелось бы с ними ссориться.

– Ну, возможно имеет смысл отменить привилегии охотников. – Неуверенно заметил Ларршан. – Пограничные Расколы все время доставляют проблемы.

– И потерять серые рынки в карантинных зонах? – Тут же возмутился министр финансов. – Пятнадцать процентов весьма существенная доля в нашем бюджете. Большая доля разве что только от туризма.

– Ссориться с гильдией охотников как-то невыгодно. – Согласился король со своим финансистом. – Или твои рубежники готовы взять на себя контроль миров Бездны? Поселки охотников то опустеют. Кто первым примет волну, если та появится?

Коэрнес отрицательно замотал головой.

– Что там с этой девчонкой? Ее действительно продали?

– Да, ваше величество. Гекатесса Нэстэ выкупила ее у ловцов, а в последствии еще и вела в свой род и обеспечила опекой со стороны близких родственников.

– Пресса, я так понимаю, в большом восторге из-за этого. – Проворчал король.

– И не только пресса. Отмечается поддержка ее действий среди гражданского населения.

– Рианна, ты можешь сказать, что там у вас опять происходит?

– Ну почему, если в Арден что-то идет не так, так сразу моя геката? – Мгновенно выдала дежурную фразу Рианна, даже не дойдя от перекрывших пути к отступлению дверей до вопрошающего отца.

Тот только досадливо выдохнул, покосившись на Листарда.

Магистр изображал невозмутимость монумента и не вмешивался пока во внутрисемейные разборки.

– Через час у меня приём послов королевства Лайрента. И повод, вынужден признать, весьма значительный, а главное очень занимательный. Они прислали протест на вмешательство членов твоей Гекаты под руководством Нэстэ в свои внутренние дела. Причём утверждается что она использовала или свои способности по управлению Бездной или новый вид оружия.

– …? – Рианна озадаченно переводила взгляд с отца на Листарда, потом обратно.

– Судя по всему, она призвала волну тварей для нападения на мирных разумных, проживающих в карантинной зоне. – С намеком на улыбку пояснил Листард.

Лицо у ее высочества стало только еще более озадаченным.

– Я понимаю, что это полнейший абсурд. – Снова заговорил Аранир. – Но что прикажешь мне отвечать послам? Они ведь видеозапись приложили.

Рианна сосредоточенно просмотрела короткий ролик, явно вырванный из чего-то большего. Камера располагалась далековато от происходящих событий и скорее всего установлена стационарно. Но Нэстэ на картинке была вполне узнаваема, как и вся остальная пятёрка. Девочки стояли напротив ловцов. По крайней мере в принадлежности этой части участников действа к этой гильдии сомнений не было. И не только из-за формы. Сама поза Нэстэ и построение сестренок говорило Рианне о многом. Такое боевое построение в гекате отрабатывалось только для ситуации явной угрозы нападения во время личных переговоров в полевых условиях. Два клыка в виде Лики и ее зама по сторонам на полшага впереди Нэстэ. Так, чтобы в случае чего сформировать прямой щит прямо перед своей старшей. Три девочки формируют периметр с тыла и замыкают защитную сферу сферху и с боков. Ну и конечно тройка Лассаны в стороне. Отнюдь не резервный отряд, как скорее всего подумали ловцы. У змеелюдов с некоторых пор есть свои сюрпризы, которые можно пронести через Раскол. Новые разработки для приближающейся экспедиции в Бездну. Все это было результатом тех стычек в Бездне со шнатлиями, о которых не очень-то много распространялись в прессе.

В общем, Рианна впервые на практике видела так долго тренируемое боевое построение союзной гекаты для прямого столкновения с превосходящими силами противника. А это значило, что Нэстэ все-таки не скидывала со счетов драку, если вообще не рассчитывала на нее.

Эпизод начинался с появления в поле зрения камеры первых струек из-за холма, быстро оформившейся чёрной москитной тучи и мгновеньем позже громадным облаком налетевшей на стоящую группу разумных. Затем эта туча поднялась вертикально вверх, открывая вид на растерявшихся ловцов и улыбающуюся Нэстэ. А после, словно по кивку головы бедовой сестренки, вся эта москитная волна откатилась в сторону, где благополучно осела в траве. Второй краткий эпизод показал, как эта туча поднялась вновь, подлетела к границе каких-то построек и тут же исчезла по одному взмаху руки сестренки.

– Лика сообщала о вынужденном пересечении границы королевства Лайрента. – Осторожно сформулировала она ответ, судорожно пытаясь придумать объяснение увиденному. – Насколько я поняла из сообщений, Нэстэ воспользовалась какой-то привилегией охотников, действующей в том королевстве.

– Эта привилегия достаточно известна. – Улыбнулся Листард. – Члены гильдии в случае угрозы жизни, своей или своих спутников, действительно могут пересекать границы государств без предварительного уведомления рубежников, при условии, что они не уйдут дальше официального убежища и вернуться в Бездну сразу, как опасность пройдет. – Пояснил Листард. – Одни государства признают эту привилегию официально на уровне законов, как королевство Лайрента. Другие имеют внутренние инструкции, разного уровня, касающиеся преимущественно рубежников. Арден кстати просто не регистрирует такие случаи.

– Протест не затрагивает тему нелегального пересечения границы вооруженным отрядом. – Недовольно прервал Листарда Аранир. – К этому вопросу у них претензий нет. Нэстэ охотник и остаётся официальным членом гильдии. Она действительно могла пройти Раскол если была угроза жизни ей лично или тем, кого она сопровождает в качестве проводника.

– Очень правильное решение было не брать с собой наемников. Они могли стать предметом спора в этом вопросе. – Заметил Листард.

– Претензия послов в том, что она подняла волну тварей и управляла ею угрожая разумным на территории Лайренты.

– Но ты же понимаешь, это не невозможно. – Развела руками Рианна.

С момента как в первых сообщениях Лики появились ловцы рабов, она понимала, что обяснений с отцом избежать вряд ли удастся. И даже начала готовиться к варианту очередной атаки на базу ловцов за рабами. Но вот к такому повороту ее интуиция оказалась совсем не готова.

– Мы все это понимаем. – Скривился Аранир. – Но как объяснить эти видеозаписи я не знаю. Потому и позвал тебя.

Появление голограммы Нэстэ было ожидаемым. Рианна всегда так поступала, когда возникали затруднения с объяснениями ее поступков. В умении объяснять необъяснимое ее гекатесса довольно быстро была признана лидером всеми сестрами. Девушка сонными глазами осмотрелась вокруг, исполнила положенное приветствие и принялась с озадаченным видом слушать причину своего несвоевременного пробуждения.

– Чушь какая-то. – Взъерошила она и без того спутанные волосы. – Когда выяснилось, что ловцы оказались умнее, чем я думала и вернулись обратно, стало понятно, что надо идти разбираться к Сиуле домой. Причём срочно, пока ситуация с совершенным побегом не вышла из-под контроля.

– Нэстэ, ларнейши согласны с тем, что угроза жизни для малолетней подданной королевства была и ты действительно имела основания воспользоваться правом охотника для ее возвращения домой. Кстати, они упоминают, но не заостряют внимания на других причинах, озвученных тобой. Этого предлога было вполне достаточно. Но поднятая Волна?

– Да не было никакой волны! А там была база ловцов с неизвестными нам возможностями. Ну что еще я могла придумать, чтобы заставить их сидеть смирно? С ловцами можно разговаривать только если за тобой есть серьёзная сила. Вот я и позвала за собой ринсли.

– Стоп, что значит позвала? – Поспешно поднял руки Аранир. – Исполнители ринсли тебе подчиняются?

– Ну да. На территории ульев они прикрывают меня как свою матку. Только я как бы вне ульев. Ну и чтобы не возникало недоразумений, матки ульев предоставили мне функции верховной. Я вызвала младших из числа наблюдателей и разведчиков. А те уже повели за собой исполнителей.

– Сколько же ты позвала за собой. – Осторожно уточнил Аранир.

– Да я что, считала их? – Искренне удивилась Нэстэ. – Наверно несколько миллионов, если считать неразумных исполнителей. Ну, возможно кое-что присоединилось к роению и на месте. Да и в чем проблема? Они все потом ушли вместе со мной. Ни одного Ринсли в Лайренте не осталось. Не климат им там оказался.

– Тьфу. – В сердцах и совсем не по-императорски сплюнул Аранир. – Но мы же не можем объявить, что вместо волны ты притащила с собой целую армию ринсли, готовую выполнить любой твой приказ.

– Да, это будет похлеще чем управление волнами в Бездне. – Озадачился Листард. – Вторжение целой армией вместо одного вооруженного отряда с экспериментальным оборудованием. К тому же ведение боевых действий на территории независимого государства. Пусть даже и против ловцов. Королевство Лайрента небольшое, но они все-таки союзники Арден, к тому же всегда поддерживают союзные гекаты в Совете контакторов и ссоры хотелось бы избежать.

– Об этом я не подумала. – В раскаянии развела руками Нэстэ. – Ну о том, что младших ринсли можно принять за армию. – Как-то поможет, если я принесу им извинения лично?

– И пообещаешь так больше не делать? – Улыбнулся Аранир. – Ни армии приводить не будешь, ни волны тварей на них натравливать?

– Без проблем. – Сон с Нэстэ уже слетел. Она откинула прядь волос перед глазами и вопросительно посмотрела на императора.

Тот только вздохнул сокрушенно.

– Полчаса чтобы привести себя в порядок и ни минутой больше. Не стоит послов раздражать ещё и ожиданием. И никаких масок или наложенных изображений.

Несколько мгновений он смотрел в то место, где только что была голограмма Нэстэ. Потом перевёл взгляд на продолжавшую молчать дочь.

– Ты знала, что она может поднять целую армию ринсли?

– Ну, так она же организовала оборону во время набега шнатлий. – Пожала та плечами. – Она тогда тоже ими командовала. Ей там кстати подчинялись и ринсли более высокого ранга.

– Вот скажи, Листард, с нами всеми правящими такая морока?

– Ты, о чем? Что многие вещи очевидные для вас, далеко не всегда доходят до остальных, то да. А вот чтобы члены Гекаты могли двигать целые армии разумных насекомых? – Рассмеялся магистр. – Нет, это только тебе так повезло. Аринол ставить в известность будешь?

– А что его ставить? Там Сумми сидит. Тоже старшая этого недоразумения, кстати. Не удивлюсь, если они вместе и задвинули эту информацию подальше, после той расправы со шнатлиями.

Рианна виновато опустила голову. Упрек был в её адрес не совсем справедливым. Не обсуждали старшие гекат результаты той схватки. Как-то все само получилось. Информация о доступе Нэстэ к армии ринсли показалась тогда более чем заурядной и была почти сразу погребена под ворохом иных происшествий. Но все же на всякий случай весточку подруге по несчастью она поспешно отправила. Благо канал ликалы отец прослушать не мог.

– О, легка на помине. – Сварливо изрёк Аранир, давая разрешения на связь.

При этом ни он ни Листард даже из вежливости не попытались удивиться несвоевременному звонку. Магистр так и вовсе поморщился.

Сумми явилась на выручку союзнице даже быстрее чем ожидалось. Что бы не выдать факт слива информации со столь секретного совещания, да и чтобы получить дополнительную информацию, она внимательно выслушала краткое изложение событий уже известное всем присутствующим и улыбнулась.

– Ну да, Нэстэ может общаться с низшим уровнем ринсли, и несколько раз поднимала мелкие рои для решения текущих вопросов, когда бывала в ульях. – Рианна поспешно кивнула, запоздала вспоминая подобные сообщения от своих девчонок.

– Матки ринсли воспринимают её за равную себе. А на поверхности они ходят с охраной, которая подчиняется их решениям. Это же очевидно. Разве не так? – Сумми пожала плечами. – Как Нэстэ относится к ловцам нам известно. А тут еще такое учудить с маленькой девочкой. Ничего удивительного в том, что она со злости подняла волну. Хорошо хоть не применила москитов в полной мере.

Аранир только глаза к потолку закатил.

– Слышал? – Повернулся он к Листарду. – Они еще и оправдывают ее! Одному Единому известно сколько еще армий может поднять ваша гекатесса?

– Почему неизвестно? – Не осталась в долгу Сумми и принялась загибать пальцы. – Ринсли вы знаете, элфы по её просьбе загрызут кого угодно, никакие москиты не сравнятся. Кашьяти, серпентиниды, Аринол, Арден, в общем империи по моему разумению ей тоже не откажут в столь незначительной услуге. Ещё тот белый мир, куакши, на неё там вся разведка во главе с главнокомандующим работает.

Она задумалась и озадаченно покрутила зажатые кулаки.

– Ри, я ничего не забыла?

– Племена в мире ринсли. Их вожди ведь перед нею на вытяжку стоят. Лекции по межвидовой дипломатии Нэстэ слушает с удовольствием. Но сама предпочитает пользоваться собственными методами убеждения. Так что те предпочтут выполнить ее приказ, чем получать по лбу.

– Ну, это мелочи, их наверно можно не учитывать… наверное.

Обе девушки замерли выжидательно глядя на двух мужчин. Те же синхронно махнули рукой.

– Вот именно, наверно. – Выдохнул Аранир. – У вашей гекатессы талант ставить всех в тупик на пустом месте. Если уж с этим ничего нельзя поделать, вы можете хотя бы контролировать сам процесс?

– А мы что делаем? – Снова изобразила удивление Сумми. – Ведь ничего же не произошло. Нэстэ все сделала правильно, даже все их там традиции учла. Учится наша сестренка. Ну кто же мог подумать, что из-за москитов такой шум поднимется.

Как всегда, без предупреждения возникла голограмма Нэстэ. Уже одетая по-походному, с прибранными в тугой узел волосами и даже с намеком на макияж, что очень многое сказало подругам, хорошо знавшим свою сестру.

Аранир успел заметить, как из зоны видимости исчезла чья-то рука. Гекатессы как всегда, если не могли прикрыть сестру, оставались по возможности рядом, в качестве моральной поддержки.

Нэстэ виновато покосилась на своих старших. Последние фразы из разговора она слышала и прекрасно поняла, каково им из-за нее пришлось.

А за ее спиной уже вырисовывались еще две вполне узнаваемые фигуры.

Историческое событие публичного принесения официальных извинений империи Арден послам небольшого королевства Лайрента потом так и было запечатлено.

Делегация Лайренты числом из шести представителей. Перед ними замерло это чудо, покаянно, на сколько это было вообще ей свойственно, произносящее слова извинения. А за ее спиной их высочества четырёх империй. Причём Дино и Саша стояли при полном вооружении. Ну а принцессам, как уже давно известно, без щитов и холодного орудия скрытого ношения тоже из спален выходить запрещено.

Как заметили некоторые комментаторы: "Простите нас пожалуйста, ну а если не простите, так что что же, вам же…"

В реальности все выглядело немного иначе. Послы Лайренты особо и не собирались возмущаться. Приличия соблюдены, лицо сохранено. Арден, хоть и великая империя, в полном соответствии с протоколом международных отношений принесла извинения. Виновница при этом искренне раскаивалась и заверяла в своем уважении и почтении всего и всех. К тому же она все-таки действовала из благих побуждений, спасая малолетнюю подданную короля и даже сделала все, чтобы избавить ее от участи изгоя в собственной семье. За что ее можно только поблагодарить. А что ловцы рабов предпочли свернуть почти отстроенную базу и спешно покидают территорию королевства, так это даже лучше. Совет контакторов и союзные империи в частности, очень негативно относились к этой гильдии. Хоть и не вмешивались в ее деятельность на территории других государств. Ссориться с ведущими империями Объединенных миров маленькому королевству ну никак не с руки. А тут вроде, они и не виноваты в том, что ловцы сбежали. Но вот возможность управления волнами Бездны?

Послы замерли и в ожидании комментариев последнего вопроса уставились на смутившуюся Нэстэ.

– Прошу прощения, но данный вопрос к сожалению, пока далёк от завершения – Поспешно вмещала Аранир. – Это было случайное совпадение обстоятельств. Нэстэ действительно проводила эксперимент, основанный на своих особых отношениях и ринсли, о чем знает вся инфосеть. Тут империи ничего не скрывают и все претензии к аналитикам королевства Лайренты. Эксперимент носит пока весьма неустойчивый результат и требует дальнейшего изучения. Сейчас можно сказать, что говорить о каком-то контроле над тварями, и даже отдельного вида волны, очень преждевременно.

Посольство разочарованно выдохнуло. Все правильно, они и сами так предполагали. Нэстэ правящая, полная радуга и Живущая в Бездне. Она открыла Ринсли и помогла установить с ними контакт. Кому как не ей принимать участие в разного рода экспериментах сумасшедших учёных, слетевшихся в мир разумных насекомых как пчелы на мёд. Оттуда уже не один раз приходили вести, от которых воображение отказывалось работать. Сами эти ринсли чего стоят. Но политика! Ваше величество, вы же понимаете, что мы должны были как-то отреагировать.

– Ф-фух, кажется выкрутились. – Выдала Рианна плюхаясь в комнате отдыха на диван. – Хорошая была идея создать научный биологический комплекс при посольстве у ринсли. Со ссылкой на него теперь поверят любой выдумке.

– Однако придётся создать направление по этой теме. – Улыбнулся Аранир. – А то получится что соврали.

– Чего его создавать. – Рассеянно пожала плечами Нэстэ. – И ничего мы не соврали. Профессор Сарэлис, как энтомолог давно изучает способы воздействия на насекомых с помощью разного рода электромагнитных волн. Он и в центр-то переехал, заинтересовавшись сведениями о том, что ринсли могут взаимодействовать с некоторыми видами неразумных насекомых и управлять их повелением. В том числе и в Бездне. Он умудрился даже наладить контакт с маткой Цхеркес, заинтересовавшейся его работой. Мне Санира рассказывала, что они обсуждают возможность постановки подобных экспериментов в Бездне. Создавать ничего не надо, достаточно профинансировать его работы и организовать парочку экспедиций. Я побуду у них проводником и найду несколько москитных волн. Вот и вся проблема.

Рианна покосилась на отца. Потом торопливо махнула рукой, прощаясь с союзниками. Вместе с ними понятливо исчезла и Нэстэ.

– А что вы на меня так смотрите? Я не виновата. Это все случайно получилось.

Под смех Листарда Аранир только обречённо махнул рукой.

– Займись. Поручи кому-нибудь что ли.

– Что, опять мы? Да у меня и так уже не геката, а не знаю, что. Я девчонок месяцами не вижу. Кто в посольствах, кто в лабораториях сидят. В промежутках курьерами подрабатывают между мною, Нэстэ и Сумми. Почему чуть что, так сразу мы? Вот зачем ты целую пятерку к серпентинидам послал? Мы и так с ними можем переговорить.

Рианна замолчала и поспешно подняла руки под возмущенным взглядом отца ладошками вверх.

– Все-все, уже бегу. Санира в посольстве ринсли имеет пару часиков свободного времени. Тем более что она уже в курсе этой темы. Вот пусть и займется. Ты только Лику с пятеркой не выгоняй, хорошо?

Вот скажи, они действительно думают, что их кто-то выгонит? – Устало поинтересовался Аранир, расслабленно устраиваясь в кресле. Война войной, а время обеда надо соблюдать, особенно по такому поводу, как благополучно разрешенное дело.

– Наверно нет. – Последовал его примеру Листард. – Но сделать вид, что они со всем смирением готовы принять наказание ведь нужно. Да и страху в этом у них нет, это точно. Корпорации уже давно стойку сделали на твоих гекатесс, даром что еще молодые.

– Вот только их мне не хватало.

– Ну, понять-то из можно. Воспитанник Гекаты, это не только связи, в конце концов они готовы выплачивать все расходы за их обучение.

– Понять, выплатить? Знаешь, легко платить за то, что уже видишь. Попробовали бы эти корпорации вкладываться как империя, в самом начале, не имея представления что получится в конечном итоге. – Аранир в раздражении махнул рукой.

– Что-то тебя так завело? – Искренне удивился Листард. Уж он то хорошо себе представлял, что геката, далеко не столь убыточный проект для Арден, как можно было бы подумать.

– Что завело?! Листард, мы считали хорошим результатом, когда интересам Арден удовлетворял хотя бы десяток воспитанников гекаты. Но для тебя же не секрет, какой дефицит в кадрах на уровне правительства. Геката Рианны считай самородок в этом вопросе. Да из её девчонок трудно вообще кого-то отпустить на сторону. А ещё я тебя хорошо знаю, лучших ты в совет заберёшь.

– Но они же не уходят из Арден.

– А внутреннее правительство? Ты представляешь, как смотрят на меня мои министры, когда речь заходит об этих малышках?

– Ситуация сложная. – Улыбнулся Листард. – Но ты же знаешь, благодаря чему все так складывается.

– А от этого легче? Фиолет, редчайший цвет в спектре разумных, да ещё в полной радуге. И кто же знал, что так все сложится.

– Да, честно говоря, вначале я даже думал, что твои девочки перегорят. – Признался Листард, вспоминая первый год, после памятного приёма. – Научники утверждают, что едва успели вмешаться в процесс и начать дозировать воздействие Нэстэ на своих сестер. Весьма удачно подвернулось это дело с ринсли.

– Кому как. – Аранир не успокоился, но все же снизил тон. – Теперь министерство иностранных дел требует от меня сразу троих из её Гекаты.

– Это вместо Лики надеюсь?

Тот только досадливо скривился.

– Не переживай ты так. Знаешь ведь, что большинство из них все равно выберут иной путь.

– Да уж, внешние миры. Столько лет, а с программой экспедиции все топчемся на месте. Придется на нее полностью переключать Нэстэ.

– В совете этот сектор оставим за триадой молодых правящих. – Кивнул Листард. – Нэстэ генератор идей, планирование и разведка. Остальные обеспечат ей прикрытие по линии дипломатии. И все четыре гекаты удастся пристроить.

– Ну, у нее хоть меньше времени будет на всякие эксперименты. – Проворчал Аранир. – А то каждый раз как речь заходит о гекате дочери жду, что еще там она вспомнила или придумала.

В небольшой проходной комнате, одновременно служившей и гостиной и обеденной перед визиофоном замерла вся небольшая семья. Гисинта с супругом неуверенно косились на расстроенную Сиулу, но не решались сейчас к ней прикоснуться. Рядом с нею сидела их младшая дочь, Иррсина. Уже почти подросток, на три года старше своей родственницы, она сумела за эти несколько дней сдружиться с нею настолько, что несколько раз уже вставала на пороге дома перед наглыми корреспондентами, оккупировавшими всю округу.

Сиула расстроенно слушала репортаж. А с голоэкрана доносился знакомый голос:

…" Я приношу свои извинения и…"

– Не расстраивайся, Сиула. – Осторожно коснулась ее руки Гисинта. – Ничего же страшного не произошло, диктор вон говорит, что инцидент исчерпан.

– Как не произошло?! Они заставили Нэстэ извиняться. И за что? Она же меня спасала. А теперь у нее из-за меня неприятности. А еще и у остальных. Вы же видите кто рядом с нею стоит.

– Ну что ты? – Иррсина со своей стороны тоже погладила плечо двоюродной сестры. – Она же принесла извинения. Все пройдет, вот увидишь.

– Да? Да после такого позора Нэстэ со мной вообще никогда не заговорит. Можно даже не пытаться с нею связаться.

– Ну, у тебя все таки остаемся мы. – Неуверенно протянула Иррсина. – Хочешь, я стану твоим сэнатри?

– Правда? – Девочка на мгновение отвлеклась от своего горя и с надеждой вскинула глаза.

– Конечно, мне нравится как ты играешь. И я буду тебе самым верным сэнатри. – Весело обняла ее Иррсина глядя на мать.

Гиссинта с облегчением кивнула в знак согласия.

– Ты у на очень талантливая девочка, Сиула. Это даже наши закостенелые мэтры из приемной комиссии признали. Давай мы пошлем весточку главе твоего рода, когда ты решишь, что готова к этому разговору и достигнешь намеченных целей.

– Целей?

– Ну, например, став лучшим исполнителем в школе. Правда для этого придется очень потрудиться. Но ведь тебя этим не испугаешь? Да и сэнатри у тебя уже есть.

Сиула внимательно осмотрелась, потом решительно вытерла слезы с глаз.

– Не испугаешь. Я после Бездны ничего теперь не боюсь.

Глава 9

С памятных дней возвращения из Бездны прошло уже семь лет. Кое-что подзабылось, в прессе больше никто не вспоминал о девочке из рода Живущей в Бездне, проживающей в одном провинциальном городке.

Возможно и потому, что Сиула старалась не рассказывать свою историю лишний раз даже в семье. И вообще предпочитала не упоминать о своем знакомстве с Живущей в Бездне. Постепенно от неё отстали корреспонденты. Чуть позже немного успокоилось окружение в школе. В классе друзей у нее не появилось, но со временем ровесники как-то перестали вспоминать о ее позоре с рабским ошейником. И в последние годы, когда она начала возвращаться с местных фестивалей победителем, даже соседи начали здороваться на улице куда более благожелательно.

Только Тетя Гисинта, ну и Иррсина, знали, что не проходило и дня, чтобы Сиула не вспомнила о тех, кто ради помощи незнакомой девочки отложил все свои дела, но сознательно столкнулся с серьезными неприятности по возвращению домой. Ведь после того репортажа с извинениями Нэстэ Сиула вспомнила как девчонки обсуждали последствия. И Лика точно говорила о будущих проблемах.

Сама она за эти годы ни разу не давала знать о себе своим знакомым, да и гекатессы не связывались с нею. По сети еще несколько раз сообщали об участницах того "вторжения". Всех их, и Лику, и Лассану и Нэстэ постоянно отправляли в какие-то отдаленные миры. И в новостях высказывалось предположение, что это в наказание за тот проступок с ее прощением. После такого, на их месте она бы точно не захотела вспоминать лишний раз о причине своих бед.

Только Гисинта с мужем, да еще Иррсина, знали, как тщательно племянница отслеживает все новости о Дарующей миры и знакомых гекатесс. И сколько слез она пролила, слушая некоторые репортажи об их очередной отсылке в окраинные миры.

Выяснить подробности жизни того, с кем именно свела её судьба в дни потери родителей, труда естественно не составило. В инфосети информации на эту тему было сколько угодно. Сиула меньше чем за год изучила все, до чего смогла дотянуться и даже в свои восемь лет смогла понять насколько мимолетным для ее кумира был эпизод спасения маленькой ларнейши, которой только волей случая досталось право носить имя ее рода. А с пониманием этого, укреплялся и страх неодобрения с ее стороны. Ведь Нэстэ понравилась игра маленькой девочки, а понравится ли то, что станет играть взрослая Сиула?

Наверно поэтому она так и не выполнила просьбу Нэстэ и не стала посылать записей, это была ведь не просьба, а только предложение, сделанное еще до того публичного унижения главы ее рода. Хоть Гисинта и пыталась переубедить ее, но Сиула упрямо просила не напоминать о себе гекатессам.

Не смотря на несколько побед в музыкальных конкурсах местного и даже регионального уровня, Сиула считала свою игру недостаточно хорошей, чтобы для показа Нэстэ. С пониманием того, чем именно занимается Нэстэ, Сиула и вовсе решила, что незачем отвлекать на себя внимание целой правящей, как теперь уже становилось очевидным, принимающей участие в решении судеб всех Объединенных миров вместе взятых. В последние годы даже местной прессе проскользнуло несколько осторожных заметок, что и тогда она гекатессы работали над чем-то, что касалось предстоящей экспедиции. Только тогда это была большая тайна.

Сиула не обернулась на звук открывшейся двери в комнату.

Гисинта замерла, неуверенно разглядывая со спины свою талантливую племянницу. Пышная прическа из собственных каштановых прямых волос заканчивалась чуть ниже лопаток и прикрывала идеально круглый затылок и пропускала вверх только кончики заостренных ушек. Сейчас они были расслабленно сдвинуты ближе к макушке, что говорило о не веселых думах подростка. Прямая ровная спинка, покрытая короткими шерстинками, волосок к волоску плотно прилегающие к коже, уже сейчас вызывала завистливые взгляды старшеклассниц. Дурехи даже не подозревают каких усилий от музыканта требует такая осанка. В свои четырнадцать лет племянница превратилась в стройную девочку, обещающую в скором будущем стать настоящей красавицей.

Причина невеселых мыслей воспитанницы находилась прямо перед нею на столе. На своем портрете, распечатанном с какого-то репортажа, Нэстэ была изображена вместе с Лео на фоне странных гигантских шаров. Среди поклонников Дарующей миры, фотография считалась редкой. И в свое время Сиула потратила немало времени, чтобы оформить ее в эту рамку. Из латории элфов вообще новости приходили очень скудно. Тем более такие вот качественные фотоснимки с изображением Нэстэ и ее гостей. Но тем больше ценилось то, что просачивалось в инфосеть.

– Тётя, у вас еще сохранился контакт, что дала Нэстэ? – Не оборачиваясь обратилась Сиула к вошедшей.

– Да, точнее её секретариата. Ты все-таки решилась послать приглашение?

– Я ношу имя её рода. – Тихо вздохнула Сиула. – Я понимаю, что она обо мне совсем не помнит и не приедет. Но так будет правильно.

– Мне жаль, что у нас все так складывается, Сиула. – Гиссинта осторожно коснулась волос девочки. – Но я надеюсь, ты справишься с будущими испытаниями.

В комнату вошла Иррсина. Двоюродная сестра, немногим старше Силы до сих пор исполняла при ней обязанности сэнатри на добровольных началах. Особо это ее не утруждало. Тем более, что играющие на ориенхорне сами ухаживали за своим инструментом и Сиула неукоснительно следовала этому древнему правилу. Гисинта в очередной раз порадовалась, насколько девочки дружились. Старшая на два года двоюродная сестра старалась во всем поддерживать свою соседку по комнате.

Сэнатри был при исполнителе кем-то вроде личного оруженосца, носил футляр с ориенхорном, к самому инструменту даже он не допускался. Во взрослом мире в его обязанности обычно входили вопросы концертных контрактов, планирования концертов и всех бытовых вопросов. По сути выступая полноправными деловыми партнерами. Для учениц ничего подобного естественно не предусматривалось. Хотя в богатых семьях талантливым исполнителям начинали подбирать сэнатри с детства.

Гисинта не спорила с дочерью и радовалась за них обеих. Её племянница действительно была талантливой девочкой. Настолько, что исполненная ею на зачетных концертах и конкурсах музыка несколько раз становилась популярной в городе и даже за его пределами. А академия при королевском дворе пригласила ее на годовую стажировку после выпускного школьного концерта.

Так это называлось. На самом деле ученики, выдержавшие этот год и сдавшие все экзамены, зачислялись в академию на дальнейшее обучение. Мечта для любого ученика музыкальной школы в королевстве, для большинства остававшейся несбыточной.

Гисинта грустно вздохнула. Решение племянницы принять приглашение было ожидаемым для семьи. После всего пережитого, при отсутствии близких друзей, музыка для девочки стала всем, наверно самой жизнью. Если не считать её увлечение Дарующей. Впрочем, иногда казалось, что она выбрала музыку в качестве своего собственного канала связи, чтобы дозваться своего кумира и показать, что не зря тогда у все те девочки пережили столько неприятностей из-за нее.

Выпускной экзаменационный концерт музыкальной школы для Сиулы никаких опасений не вызывал ни у самой выпускницы, ни у Гисинты. Ее выступление станет ключевым и скорее всего будет звучать в городе весь следующий год.

Проблема была в другом. Для кандидатов в королевскую академию этот год становился испытанием кошельков их родителей или опекунов. Приглашение академии небыли редкостью и давало шанс для девочки из не самой богатой семьи пробиться в жизни. Но уже это ляжет весьма серьёзным бременем на их семейный бюджет. Хотя на эту тему у Гисинты с мужем не было двух мнений. Проблема заключалась в том, что содержать в столице ещё и сэнатри им было не по карману. Поэтому Иррсина только проводит Сиулу до столицы и проведет с нею несколько первых дней, чтобы убедиться, что она устроилась в общежитии при академии. Ровно столько, насколько хватит им денег.

Гисинта хорошо представляла себе грядущие проблемы племянницы. Сама она и близко не стояла рядом с воротами столичного учебного заведения. Ее предел, это школьный учитель в провинциальной школе, не более. Они все же не аристократы, чтобы выкидывать деньги на бесталанную ученицу ради престижа семьи. Поэтому она закончила региональную школу и преподавала в начальных классах. Но о порядках в учебных заведениях столь высокого уровня она была хорошо наслышана.

Академия была не просто королевской, она по праву носила приставку "придворной". Престижнейшее учебное заведение, в которое считалось за честь попасть даже для аристократов с длиннющим списком предков. Такие как Сиула туда пробивались исключительно за счет таланта и по таким вот приглашениям. И там же они попадали в жернова кастовых отношений. Не сказать, чтобы дело доходило до крайностей. Но каждый год один два ученика из небогатых семей оказывались на курсе среди нескольких десятков отпрысков, быть может и менее талантливых, зато с детства не знающих недостатка в деньгах. А главное, половина из них привыкшая к наличию рядом прислуги.

Конечно, для Сиулы был еще выход найти покровителя из благородных семей. Это было обычное дело, даже для обедневших благородных. Большую часть обеспеченных студентов как раз составляли такие вот опекаемые. Только тогда именно такой инвестор и будет определять судьбу племянницы в ближайшие десятилетия, пока Сиула не выплатит весь свой долг за учебу. А это мало чем отличается от долгового рабства. Приглашение в академию от имени короля было шансом для нее. Уж если не избежать зависимости, лучше пусть таким инвестором станет само государство или король. Придворный исполнитель не самая худшая должность для молодого музыканта.

На семейном совете было решено принять долговые обязательства как можно позже, чтобы максимально сократить будущий долг. А то, что с ее талантом она сможет выплатить долг за каких-то лет двадцать, Гисинта была уверена. Но насколько тяжело ей придется в академии!

Секретариат гекаты, это небольшой отдел из двух-трех разумных из числа самих членов гекаты, тех кто решал оставаться на службе империи, но не был особо востребован. Как правило они вели деловую переписку, обеспечивали связь внутри гекаты и решали текущие вопросы экономического или хозяйственного плана.

Так было раньше, нечто такое было у старшего брата принцессы Рианны и должно было быть у ее высочества. Было, до появления, или как многие во дворце еще называли "воскрешения", погибшей гекатессы.

Необходимость изменения некоторых установившихся правил стала очевидна уже когда определился объем работы с картой Нэстэ. Дальше, по мере того, как очередная гекатесса, а то и сразу несколько, отвлекались на очередное "дело гекаты", проблема только возрастала.

К текущему году уже вся геката принцессы буквально разрывалась между разнообразными направлениями своей деятельности. Ситуацию не спасали ни союзные гекаты трех других империй, ни даже полностью мобилизованная геката старших братьев.

Секретариат союзной гекаты занимал сразу несколько комнат в бывшей гостевой части ортобы Рианны и включал несколько отделов, отвечавших за конкретные направления деятельности от научных и политических до подготовки к предстоящей экспедиции в Бездну. Члены гекат здесь присутствовали в качестве координаторов и руководили всем сразу.

Впрочем, кое-что из прежних традиций было сохранено. На службу принимались только те, кто прошел не только официальную проверку службы теней и мнемиков. Мало кто знал об этом, а те, кто догадывался, предпочитали ни с кем не обсуждать еще одну негласную проверку, которую в обязательном порядке проходил каждый кандидат на должность сотрудника секретариата.

По крайней мере Сссинт не мог придумать иного объяснения тому факту, что с ним, как с претендентом на самую низкую должность и обычным Асса-анши, еще во время прохождения проверки у теней под разными предлогами захотели познакомиться и даже пообщаться на отвлеченные темы больше десятка гекатесс. А после проверки, в ожидании окончательного решения он имел возможность "поболтать" еще с несколькими, включая саму принцессу, ее ведущую пятерку в полном составе, саму правящую Нэстэ и Лику.

Сссинт был молод и только вступил на путь долга чести Асса-анши, но даже он понимал смысл этих, казалось бы, случайных знакомств. Сам порядок подобной проверки оставался для него непонятным. Ясно только, что принцесса Рианна окончательное решение по кандидату принимала, опираясь на мнение своих гекатесс. Но сколько тех, кто голосует, как происходит это голосование, никто и никогда ему не скажет.

Сссинт служил второй год на должности рядового дежурного секретариата гекаты и считал себя неплохим специалистом, уже немало повидавшем на своем посту. Но в это раз он с полным недоумением рассматривал послание из какого-то королевства Лайренты.

Если честно, ему потребовалось даже просмотреть краткую справку, приложенную ЭДИ, чтобы понять из какого сектора пришло послание. Заурядное, хоть и красиво оформленное приглашение на имя гекатессы Нэстэ. Такие десятками, если не сотнями отправляются в дворцовый сектор по связям для выдачи шаблонного вежливого отказа. В редких случаях, а чаще по случайному признаку, по таким приглашениям отправляется сотрудник дворца как представитель адресата. Имперский отдел по связям с общественностью считал, что таким образом поддерживается нужный имидж императорской власти.

Почему фильтрационная программа пропустила к нему именно это послание тоже было понятно. В положенном месте, в правом верхнем углу горел условный знак личного обращения, код "доставить незамедлительно и лично в руки".

Пожав плечами, Ссинт еще раз перепроверил информацию. Код был старым, если не древним, и с момента своего создания семь лет назад ни разу не использовался. Ничего необычного в факте существования такого кода для гекатессы Нэстэ не было. У Дарующей миры сохранялись личные связи во многих уголках Объединенных миров. Некоторые из них даже сейчас иногда всплывают. Тут скорее странным был возраст отправителя. До этого момента Ссинт даже не слышал о выделении целого канала связи подростку на семь лет младше правящей. Впрочем, инструкции на этот счет были вполне четкими. Еще раз пожав плечами, Ссинт поставил переадресацию на Лику. Она рядом с гекатессой Нэстэ и точно должна быть в курсе проблемы.

Нэстэ пребывала в хорошем расположении духа. Совсем недавно они с Лео вернулись с охоты на лувв. Теперь маленькое предприятие куакш обеспечено работой на год вперед минимум. Небольшой, но стабильный доход от него приводил в благодушное настроение экономиста гекаты, ведавшего её делами. Что было редкостью, если честно сказать. Ниэл Мардарион, давно уже позабывший в общении с гекатессами, всякий официальный этикет все больше стонал по поводу неоправданных трат и патологической неспособности одной конкретной своей подопечной скопить на своих счетах хоть какой-то капитал. И это при всех ее доходах как учтенных, так и не совсем открытых! Последние у Нэстэ тоже сохранялись. Гекатесса не отказывалась от некоторых выгодных контрактов в гильдии охотников. Ее, собранный по совету все того же Мардариона, отряд насчитывал уже больше десятка групп опытных охотников, которые могли себе позволить выход на серые рынки Объединенных миров.

Простой конвертик в руках Лики с распечатанным посланием вызвал у нее недоумение. Но код доступа подтверждал, что необычное послание в самых древних традициях адресовано лично ей.

– Помнишь лисенка из королевста Лайренты, из-за которого тебе пришлось даже приносить публичные извинения? – Лика весело наблюдала за тем, как подруга растерянно вертит в руках приглашение и едва не обнюхивает его.

– Сиулу? Конечно помню. Так это от неё! – Наконец сообразила та, извлекая листок. – Так ни разу и не связалась с нами после того случая.

– Точно, скорее всего стеснялась или боялась, что вы о ней забыли. – Подключилась Сайяна. – Девочка заканчивает свою музыкальную школу и приглашает свою старшую рода на традиционный выпускной концерт. Сильно сомневаюсь, что после стольких лет она верит в твое согласие, но лично я предполагаю, что она ошибается.

– Правильно сомневаешься, не хотелось бы пропустить. С тех пор я ни разу нормального ориенхорна не слышала.

– Я пробила кое-что по своим каналам. – Улыбнулась Сайяна. – Три дня на оформление всех процедур. Посольство Лайренты не будет препятствовать с неофициальным визитом. Только тебе за скорость придётся расплатиться участием в официозах на уровне королевства.

– Только после концерта. – Тут же с досадой скривилась девушка под смех окружающих сестёр по гекате.

– Это, само собой. Мы сможем воспользоваться договором, заключённым после твоих извинений. Он предусматривает для тебя или Рианны возможность пересечения рубежа Лайренты, но с условием, что свита не будет превышать десяток бойцов и будет состоять только из членов союзной гекаты. В общем привет от твоего решения семилетней давности оставить хорнов за кадром.

– И естественно никаких ринсли. – Под общий смех добавила Лика.

Все выжидательно уставились на неё.

– Ну, так в чем проблема? Лика, ты как на счёт прогулки?

– Только попробуй без меня уехать. – Проворчала та. – Понятия не имею, какие можно найти приключения в провинциальном городке этого королевства, да еще на музыкальном концерте, но после музея я от тебя ни на шаг.

– Ну вот, пятерка со мною, на концерт. Больше все равно будет бросаться в глаза. И раз уж тени так настаивают, резервная пятерка прибудет на официальную часть, в столицу. Саяна. а этого никак не избежать, или можно обойтись парой приемов прямо в том городке?

– Издеваешься? – Девушка только скривилась. – Правящая и почти уже активный член совета контакторов! Причем последнее вообще чистая условность. Да если этот король не получит возможность засвидетельствовать тебе своё почтение, из посольства тут же прискачут с нотой на личную обиду и прочее.

– Да, опять извиняться не хочется, уж лучше неофициальный визит. – Согласилась Нэстэ. – В конце концов он же будет неофициальный. А можно сделать так, чтобы о цели визита узнали, как можно позже? Ну, например, заявить, что по приглашению посылают кого-то в качестве личного представителя, а потом мы передумали.

– С посольством так не получится. Но я смогу договориться, чтобы дальше официальных каналов эта информация прошла как можно позже.

– Ну, хотя бы так. Пусть это будет сюрприз для местной власти.

Лика весело переглянулась с остальными сестрами. Сюрпризы они любили. Чего не скажешь о тех, на кого они направлены.

Глава 10

В том, чтобы быть преподавателем, даже начальных классов, все же есть свои плюсы. Например, в можно заранее пройти в зал и занять наиболее удобные места в секторе для приглашенных зрителей.

Остальные сектора немаленького концертного зала были платными. Гисинте с супругом очень нравилась музыка племянницы. Единственное, о чем высказал сожаление Ррассук, это отсутствии рядом Иррсины. Она предпочла до конца исполнить свои обязанности сэнатри и будет провожать и встречать двоюродную сестру за кулисами. И волноваться ей за свою младшую сестру предстояло в одиночку.

Застолбив места для супруга и старшей дочери, тоже не отказавшейся от возможности посетить концерт она немного расслабилась. Платные сектора в одном крупнейшим концертном зале городка конечно были лучше по акустике. Зато в родительском секторе все-таки придерживались демократического подхода. То есть, кто первый тот и прав. И как это ни странно, такой подход устраивал всех. Выпускникам давалось право рассылку десятка персональных приглашений за счет школы. И приглашенные были своеобразной персональной поддержкой для выпускника.

Если не считать послания Для Нэстэ, Сиула ограничилась приглашением только своей семьи. С поселком охотников она отказалась поддерживать связь изначально. И Гисинта даже не пыталась ей напомнить о родственниках со стороны отца. Для девочки они больше не существовали. Друзей за время проживания в городке она не приобрела. Клейма изгоя она избежала благодаря Нэстэ. Но факт того, что она носила ошейник, пусть и менее суток, ей не давали забыть все первые годы. А потом уже сама Сиула предпочла держаться встороне от всех сверстников и взрослых. Так что сегодня им троим предстояло заменить в зале всю персональную поддержку племянницы.

Зал постепенно заполнялся. Впереди устроились Оаржанты. Их сын из параллельного с Сиулой класса выпускался по струнным инструменам. Мальчик звёзд с неба не хватал и не испытывал по этому поводу больших огорчений. Но музицировал на вполне приличном уровне. Достаточном, чтобы его воспитание соответствовало званию отпрыска обедневшего благородного семейства. Его отец узнал её и не погнушался вежливо приветствовать простого учителя на глазах у всех присутствующих. Все же немало она два года потратила столько нервов с его сыном. Приятно, когда твои усилия ценят.

Гисинта вежливо приподнялась, приветствуя его и опустилась на место, отметив что ещё несколько знакомых лиц расположились за спиной.

Сиула была школьной знаменитостью. И дело даже не атом, что она в последние годы уверенно занимала первые строчки во всех городских и региональных конкурсах. Приглашение в королевскую Академию были более привычны для крупных городов и старательно обходили своим вниманием провинциальные городки. А уж вызов простолюдинки с такой историей как Сиула в качестве кандидата на королевскую стипендию и вовсе стало целым событием, уже вторую неделю освещавшемся и в городских и районных новостях. Все нюансы того, как именно такие стипендиаты живут в придворной академии естественно опускались.

Так что очень многие из зрителей купили билеты прекрасно осознавая, что слушательницу, даже кандидата в таковые, королевской академии им вряд ли удастся послушать в живую в ближайшие годы. Из столицы оплаченных учеников просто так не отпускают.

Мысль о предстоящем отъезде Сиулы была неприятной и портила настроение. И Гисинта постаралась загнать её поглубже. Все равно они тут уже ничего не могли изменить. Билеты уже куплены, поезд будет сегодня вечером. А племяннице как ни крути, надо пробиваться дальше и не губить свой талант. Была бы жива её мать. Глядишь, в две семьи они смогли бы найти выход и для Иррсины и как-то помочь девочке. Отец Сиулы пока не погиб считался неплохим охотником и хорошо зарабатывал.

– Добрый день, уважаемая Гиссинта.

Уже оборачиваясь на незнакомый голос за спиной она отметила любопытные взгляды начавших оборачиваться в ее сторону зрителей кое у кого из знати быстро переходившие в удивление, даже шок. И только мгновеньем позже поняла причину.

Не сказать, что люди в их скромном городке становились объектом навязчивого внимания коренных обитателей, но все-таки оставались редкостью. Что уж тут говорить об их присутствии в родительском секторе.

Обратившаяся к ней девушка весело улыбалась и чего ждала от неё.

– Добрый лень, э-э-э, лэрсина…?

Уже замявшись с обращением, Гисинта сообразила, что лицо девушки знакомо. И не только по фотографиям из коллекции племянницы.

– Гекатесса Нэстэ!

– Тише, пожалуйста, я здесь все-таки неофициально. Вроде главными героями в этом зале должны быть совсем другие разумные. – Лицо Нэстэ озарила лукавая улыбка, показывающая ее отношение к высказанным планам.

– Но как же. Если неофициально, то как вы оказались в этом секторе?

– Как старшая рода, в который принята ваша племянница. В зале выкуплены абсолютно все хорошие места. Вот и пришлось воспользоваться приглашением Сиулы.

– Но, вы, здесь и одна!

– Почему одна? Девочек не пустили в сектор, но они расположились рядом.

В поднявшей для приветствия руку девушке Гисинта не без усилий узнала старшую пятерки, когда-то выручавшей Сиулу из беды. Зная уже что искать, она выделила ещё нескольких девушек, по одиночке расположившихся рядом с границей сектора. Места были менее удобны для просмотра сцены, но явно отвечали иным требованиям боевой пятерки.

– Вот, без контроля меня ни на шаг не отпускают. – Пожаловалась Нэстэ.

– И правильно. Вообще странно, как вас отпустили с такой малочисленной охраной.

Гисинта старательно давила растерянность и пыталась понять, что делать. Толи бежать сообщать о высоких гостях, то ли смириться с происходящим и оставаться на месте.

Вид директора музыкальной ш колы, подпрыгивающего на галерке и делающего в их сторону то угрожающие, то умоляющие жесты, немного успокоили и едва не вызвали улыбку. Руководство уже оповещено о высоких гостях и первый вопрос отпадает сам собой.

– У меня остались неиспользованные приглашения, пусть ваша пятерка перебирается в наш сектор. – Наконец сообразила она что надо сделать в первую очередь. – На входе надо сослаться на меня, я подтвержу.

Она уже спокойнее наблюдала как две девушки-человечки непринужденно встали и направились к выходу из сектора. Остальные поднялись сразу, как они заняли свободные места за спиной Нэстэ.

– Скажите, как Сиула? Мы ничего не знаем о ней.

– Сейчас она готовится к выступлению. – Гисинта неожиданно для себя расслабилась и горестно вздохнула.

Спустя минут пять она все же спохватилась, на чью именно голову вывалила все свои переживания и страхи за племянницу. Та не перебивала, внимательно слушала ее, поддакивала и все больше хмурилась.

"Сайяна?"

"Уже копаем". – Донеслось по ликале. – "Информации столько, что как бы в ней не утонуть. Дай время на фильтрацию".

На сцене уже разворачивался первый номер. На какое-то время все сосредоточились на музыке. Гисинта невольно наблюдала за своими гостями. Нэстэ не отвлекалась от сцены, с интересом слушала выступления музыкантов и только иногда ее лицо становилось отрешенным, как будто все время над чем-то думала. Сиула вышла только в конце первого акта.

– Это правило школы. – Сочла нужным тихо пояснить Гисинта в ответ на ее вопросительный взгляд. – Лучшие выпускники выступают последними. А после них уже будет сводный оркестр.

Нэстэ кивнула и снова перевела взгляд на сцену, рассматривая и оценивая свою знакомую.

Девочка подросла и превратилась уже во вполне симпатичного подростка. Причём, судя по всему имела все шансы стать красавицей по канонам своей расы. Высокая прическа оставляла открытыми ее острые ушки и тонкую шею. Строгое простое платье скрывало ноги почти до щиколоток. Из обтягивающих рукавов выглядывали только кисти рук. В традиционном облике оринехорниста трудно было бы узнать ту девочку, что скулила от ужаса в пещере-закладке охотника за тварями.

А вот инструмент был тот же. Нэстэ отметила даже искажение блика в месте, где при первом знакомстве была вмятинка от случайного удара.

Сиула не сильно беспокоилась о предстоящем концерте. Время сомнений в своих силах тётя Гисинта выбивала из нее с самых первых дней учебы в школе и сейчас её усилия приносили результаты. Ни этот концерт, ни даже предстоящее через неделю выступление на представлении кандидатов ко двору не вызывало у неё беспокойство. Сейчас главным было настроиться на саму музыку, отключить все посторонние мысли, в том числе о предстоящем отъезде и долгой разлуке с родными. Только музыка, задуманный план игры и ничего больше. Нельзя думать даже о том, что это будет своеобразный сюрприз для наставника-ориенхорниста, которому передала ее три года назад тетя Гисинта.

Каждый ориенхоринист перед концертом нуждался в том, чтобы оставаться наедине с самим собой. Инструмент требовал почти абсолютного самоконтроля и полной самоотдачи от исполнителя. Это было известно каждому, кто хоть однажды прикасался к ней. И их время перед выступлением считалось почти ритуальным, охраняемым сэнатри от любых посягательств, не глядя ни на статус, ни на положение в обществе.

В этот год школа выпускала сразу троих ориенхорнистов. И пусть двое были обыкновенными середнячками, достижениями которых гордились только родители, третья обещала стать гордостью не только школы, но и всего их небольшого городка. В специально выделенном за сценой уголке они расположились поодаль друг от друга.

Сиула со своими одноклассниками общалась мало. Оба парня довольно прохладно относились к более талантливой девочке. Не задирали, как другие, и на том спасибо. Но несмотря на их взаимоотношения, сэнатри парней сейчас стояли единым фронтом с Иррсиной и надежно перекрывали вход в наверно едниственное место покоя во всем здании.

Стуле было грустно. Нет, прощание со школой и одноклассниками особых эмоций у нее не вызывало. Девочка в тайне даже была довольна, что уезжает сразу после концерта и не останется на традиционную вечеринку выпускников.

В зале сегодня много народу. Она знала, что ей будут аплодировать не только ради приличия. Но все равно грустно, что среди главных для неё зрителей будут только тётя Гисинта и её семья. Только послав три дня назад приглашение, она начала осознавать, насколько хотела бы, чтобы Нэстэ с подругами были сегодня в зале.

Можно сказать, она всю учебу готовилась, чтобы сыграть для своих подруг НАСТОЯЩУЮ музыку. А получилось так, что в последний момент она испугалась непонятно чего, слишком затянула с приглашением. Хоть и понятно, что Нэстэ все равно не смогла бы приехать. Всем ведь известно, что она скоро выходит в экспедицию по жемчужной нити, которую официально объявил Совет контакторов. Но ведь она наверняка бы прислала кого-нибудь. Возможно даже Лику или Лассану.

Оживление за кулисами Сиула заметила не сразу. Пробежал куда-то старый распорядитель. Появилось два рабочих сцены, почему-то заглянули через отодвинутую портьеру и посмотрели на неё. Киррасу пришлось даже силой отпихнуть любопытных. Потом на входе возник чем-то взволнованный директор школы, тоже нацелившийся на отрешенную девочку. Но перед ним уже встала Иррсина. Со спины было видно, как после нескольких взволнованных фраз директора, у неё торчком встали ушки от удивления. Но ее сэнатри все равно отрицательно замотала головой.

Сиула отвернулась, её это сейчас не касается. Иррсина очень серьёзно относилась к своим добровольным обязанностям и справится. А для нее сейчас главное музыка. В зале сейчас ее семья, и играть она будет для них, раз уж сама виновата, что болше никого не будет.

Краем глаза она отметила что директор отступил перед сестрой, ещё какое-то время постоял и исчез, отдав распоряжения топтавшимся рядом рабочим сцены. И снова установился относительный покой. Только теперь почему-то Иррсина не отходила от входа в их закуток. Да и два других сэнатри, с которыми у двоюродной сестры сложились неплохие отношения, подтянулись поближе к проходам. Что-то их беспокоило, но не настолько, чтобы отвлекать своих музыкантов.

Не один раз-за эти годы Сиула выступала на школьной сцене и казалось изучила ее до последней трещинки. Софиты заливающие ее светом создавали сплошную световую завесу, полупрозрачной вуалью отрезающую музыканта от зрительного зала так, что стоя в выбранной для начала месте она могла видеть только силуэты зрителей.

Первые аккорды произведения великого мастера Аррхассана уплыли в зал, заставляя всех замереть в ожидании. И почти сразу колготки отпустили кине, вызывая первые черты звукового узора, что Сиула наметила на этот концерт.

Зал школы был огромным и вмещал почти три сотни зрителей. Когда-нибудь, это не будет для нее проблемой. Но сейчас с таким количеством зрителе ей пока было не совладать. Зато можно было наложить один рисунок на весь зал. Что для обычной школьницы уже было невероятным достижением. Сам принцип плетения звукового узора был уровнем высших учебных заведений и в школе давался только в общих чертах. Но лично для нее наставник расщедрился и показал несколько приемов, чтобы победить на конкурсе полгода назад.

Сделал он это только потому что рядом с именем победителя всегда звучит имя и титул его наставника, с нескрываемой неохотой признавая личные достижения простолюдинки. Но все же, она была именно его ученицей. И он согласился с ее выбором произведения, хоть и не без сомнений и как всегда честно отработал с нею весь этап подготовки к концерту.

Сиула решила изначально решила изменить немного план игры и воспользоваться некоторыми пояснениями своего учителя. Если ей пока недоступно работать с каждым зрителем, она может поработать с каждым сектором зрительного зала раздельно.

Кине выдали первые аккорды темы. Новые штрихи легли на рефракционный рисунок, добавляя мелкие детали в намеченные места. Зубы привычно сомкнулись на мундштуке. Пока в полную грудь воздуха не требовалось, достаточно тонкого выдоха, чтобы в фоне мажорных аккордов появился слабый фон полутонов, улегшийся на рисунки бегущей рябью.

Повернуться в полоборота, легкий шажок вправо. Сегодня хороший зал, умеющий слушать ориенхорн.

Она правильно рассчитала вторую точку для следующих тактов. Лепестки сразу трёх узоров начали раскрываться, по ходу меняя конфигурацию и каждый охватывая только свой сектор.

Поворот влево, только не сдвинуться с места.

Западные сектора немного дальше, и чуть круче западных поднимаются к дальней стене. С этой точки надо слегка наклонить инструмент, совсемь немного, на три градуса.

Сиула полностью сосредоточилась на музыкальных узорах. Запоздало мелькнуло и сразу спряталось в глубине сознания сомнение, ведь проще было бы отработать по залу целиком. Все же держать сразу семь узоров, пусть и одинаковых, оказалось чрезвычайно трудно. Это её эксперимент, и её решение доказать старому наставнику, что она уже может выполнить этот приём. И она не сдастся, сделает задуманное несмотря ни на что.

Теперь главное удержать рефракционную картину и перенаправить волну на стены в зону отражения. Это было самым сложным из того, что ей показал наставник. Только показал по её просьбе, не позабыв скептически скривить губы и упомянув, что этот прием изучается уже в высших учебных заведениях. Тут главное чётко и без помарок направить звук в специальные звукоотражающие панели на стенах. Тогда звук разойдется вдоль задней стены, отразится от нее и пойдёт как бы из-за спины зрителей, прямо сквозь них и наложится на уже созданный рисунок заставляя его колебаться.

У неё действительно получилось задуманное. Семь бутонов невиданного растения словно закачались под лёгким ветерком, даря зрителям не передаваемые ощущения.

Последние аккорды затихали, даря залу тишину. Сиула чувствовала, как по шерстке на спине стекают тонкие струйки пота. Она осторожно опустила инструмент, стараясь чтобы это движение было плавным, без видимой дрожи в руках.

Первые овации неожиданно раздались не привычным свистом, а громкими хлопками, принятыми среди людей. Их было неожиданно много и шли они со стороны родительского сектора, смешиваясь с со слишком восторженным свистом. Сиула мысленно поблагодарила тетю. В стремлении поддержать племянницу, она превзошла саму себя, видимо заставив всю семью отбивать ладоши, выдавая непринятые у ларнейши хлопки.

Уже под непрерывный свист и даже взвизги зала она исполнила положенный поклон и на подгибающихся от усталости ногах вышла со сцены, мечтая о тех десяти минутах, что даны ей для восстановления перед заключительным сводным оркестром.

– Ну ты даёшь! – Суетилась Иррсина, поспешно подставляя футляр.

К самому инструменту она даже не пыталась прикоснуться, отлично помня сколько её подопечная возилась с его тонкой настройкой.

– Сем узоров! С ума сойти. Старый хрыч просто лопнет от гордости, что его ученица смогла сотворить такое. Ты представляешь, как его будет корчить каждый раз, когда он вынужден хвастаться своей ученицей. Пожалела бы старика.

Сиула слабо улыбнулась, благодарно опускаясь в кресло в своем углу. Наставника она уважала, но его постоянные сомнения в ее способностях раздражали и вызывали жгучее желание поставить на место обедневшего аристократа, с чванливостью котрого могла соперничать только его же собственная профессиональная гордость как ориенхориниста и учителя. Хоть она и понимала насколько это глупо звучит, но все же каждый раз стремилась заставить старика против его собственной воли лопаться от гордости за безродную ученицу, к тому же не состоявшегося изгоя.

Иррсина все последние три года наблюдала за этим своеобразным соревнованием. Когда преподаватель показывал очередной приём и не скрывая скепсиса ожидал результата. Старый музыкант был достаточно честен, или считал ниже своего достоинства принижать талантливую девочку.

Он с кривой миной признавал очередное поражение в этом негласном споре на комиссии или после выступления, но только для того, чтобы тут же приступить к демонстрации следующго, еще более сложного приёма, потом ещё, и еще. При этом, он как-то ухитрялся совмещать свое неприятие происхождением Сиулы с присвоенным себе правом гордится ученицей, ставить её в пример младшим классам.

Иррсина слишком долго общалась с Сиулой и присутствовала на всех ее занятиях, чтобы понимать, насколько далеко в этом споре наставник вытащил ее сестру за школьную программу.

Сегодня был последний акт этой, казалось бы, безнадежной битвы. Старый хрыч больше не сможет измываться над своей ученицей и теперь будет вынужден удовлетвориться правом называть лучшую выпускницу школы своей ученицей.

– Все не могут успокоиться. – Прислушалась Иррсина к шуму в зале.

– Ничего, еще есть время. – Откинулась Сиула на спинку кресла. – Гисинта превзошла себя, ее овации в ладоши были неожиданностью для меня. Хоть бы предупредила.

– Эм-м-м.

Иррсина смутилась и неуверенно осмотрелась, будто искала пути к отступлению. – Ты понимаешь, это не мамина выходка.

– Как не её?. Кто же ещё мог додуматься изобразить человеческие овации? – Грустно улыбнулась Сиула. – Конечно это она. Или нет?

– Ну, директор прорывался к тебе чтобы прочесть, на настроить перед выступлением, дать указания и прочее. Только я его не пустила.

Сиула нахмурилась подозрительно глядя на сестру.

– Я видела. И что именно могло заставить нашего директора не просто нарушить ритуал ориенхориниста, а опуститься до разговора с несостоявшемся изгоем, я уж не говорю, что он при этом смирился с твоим запретом?

– Ну, понимаешь, тут такое дело. В зале действительно есть люди. Короче, Живущая в Бездне приняла твоё приглашение и присутствует в зале лично, с пятеркой сопровождения. Я не уверенна, но кажется они все твои знакомые. Ты куда? Ты ещё не отдохнула.

Иррсина поспешно подскочила к Сиуле прильнувшей к щели в портьере. Странно, но ни один рабочий сцены, ни даже ворчун распорядитель не стали делать замечание на такое нарушение правил поведения. А ведь они всегда гоняли учеников, норовивших подсмотреть в зал перед выступлением.

– Иррса, это действительно она, ох-х-х.

– Вот тебе и "ох". Такой сюрприз устроила нашему директору, что тот весь год будет икать, и хорошо если один. – Заметил ларсан Варррэн. – А теперь еще и охает.

Старый распорядитель, повидавший не один скандал на своём веку выражался в обычной своей ворчливой манере. Но смотрел на них с не скрываем весельем.

– Такое чувство, что у нас в фойе состоялось выездное заседание мэрии. Весь совет собрался в полном параде. Никогда такого не видел.

Сиула осторожно отстранилась от портьеры и испуганно-восторженно посмотрела на Иррсину.

– Пришла.

– Я не стала тебе говорить перед выступлением. – Осторожно заметила та. – Директор просил передать, что времени после сводного оркестра у тебя будет совсем немного. Ровно столько, пока мэр спустится из своей лоджии и даст краткие инструкции тем, кто его ожидает в фойе.

Иррсина с невольным восхищением наблюдала как младшая двоюродная сестра берет под контроль свои эмоции.

При одном упоминании предстоящего заключительного номера с лица сразу исчез испуг, глаза сосредоточенно замерли, глядя в одну точку, дыхание начало успокаиваться. Перед нею снова стоял почти профессиональный музыкант, готовящийся к выходу на сцену.

Рядом одобрительно хмыкнул старый распорядитель. Он тоже заметил резкую смену настроения и неожиданно весело подмигнул Иррсине.

– Из твоей сёстры выйдет толк. Не зря королевская академия на неё глаз положила.

"Талантливая малышка, далеко продвинулась". – Прокомментировала Лика, со своего места. – "Я мало разбираюсь в этом, но даже меня проняло".

"Сайяна?"

"Вляпалась наша девочка" – Со вздохом донеслось из столицы Арден. – "Королевская академия действительно существует при дворе его величества и поставляет музыкантов на все дворцовые мероприятия. Этот королевский двор тот ещё гадюшник. Наш имперский ему и в подметки не годится. Королевские стипендиаты из числа незнатных семей в этой академии есть, это правда. И их действительно единицы. В основном среди учащихся только аристократы, простолюдинов крайне мало. Половина, если не больше, составляют дети, нашедшие спонсоров. Но и те в основном из числа обедневших аристократов. Королевскими стипендиатами становятся только простолюдины. И как ты понимаешь, в таком обществе это не самая лучшая стартовая позиция. Кандидатов начинают ломать ещё до начала занятий. Да и сам договор стипендиата… Я просмотрела его по диагонали. Представляешь, выпускники академии будут подчиняться распорядителям двора до полной выплаты всего, что в них вложено, причем по фиксированной таксе за каждый свой концерт, а не как у нас за проценты. Учитывая цены, что ломят за их концерты, я бы назвала это форменном грабежом. Если по сути, для девочки это будет…"

"Кабальным договором" – Мрачно закончила фразу Нэстэ, глядя на сцену и почти не слыша сводного оркестра.

"Я бы сказала рабским соглашением. Наша девочка будет отдавать долги лет тридцать. Если повезет, чуть меньше."

"Ого. Теперь понятно почему семья пытается избежать стипендии хотя бы на период отбора." – заметила Лика. – "Не факт, что поступит, а долги никому не нужны".

"Она пройдёт. Судя по рейтингам, у Сиулы конкурентов немного. И все они уже имеют спонсоров. Остальных кандидатов можно даже не рассматривать. Да собственно потому у нее еще спонсора и нету, что на девочку претендует король. Иначе бы давно уже ходила с кабальным договором".

"Ларина?" – Нэстэ больше не прислушивалась к разговору подруг и обратилась к одной из экономисток Гекаты. Она была уверена, что Сайяна уже ввела её в курс дела.

"Без проблем, потянем. Только лучше сделать это не от твоего имени, а заключить спонсорский договор с латторией. Во первых будет меньше вопросов будет во дворце. Во вторых уже назначены сроки на выход в Бездну. Амани великолепно справится с соблюдением договора без тебя. А еще, как известно, элфы разве что с ума не сходят от музыки ориенхорна, даже строительство концертных залов ведут с прицелом на приглашение этих музыкантов".

"Займешься?"

"Я, с удовольствием."

Громкое восторженное восклицание отвлекло от обсуждения насущной темы. Зрители уже начали постепенно расходиться из зала. Но многие обернулись на источник шума. Сиула появилась перед Нэстэ не успев даже переодеться.

Объятия подростка, совершенно забывшего про правила поведения заставили её в растерянности замереть. Нэстэ так и не привыкла к столь бурным проявлениям эмоций со стороны малознакомых разумных. Тем более со стороны тех, кто не относился к ее гекате.

Замявшись, она немного смущённо обняла прижавшуюся к ней девочку и похлопала её по спине.

– Ну что ты, я тоже рада тебя видеть. Хоть ты и не захотела писать о своих успехах.

– Я боялась, что приглашение не успеет до тебя добраться до концерта. – Отстранилась наконец Сиула, явно пытаясь увести разговор от явного упрека.

Обратив внимание не сердитое лицо тети, она поспешно поправила платье и сделала шаг назад.

– Твоё послание после столь длительного молчания было приятным сюрпризом для меня. Как же я могла пропустить твой выпускной. Тем более, что ты добилась таких высоких результатов и получила приглашение от королевской академии.

Сиула немного увяла.

– Да, я уезжаю сегодня вечером.

– Мы уже в курсе. Жаль, что проводить тебя в этот раз мы не успеваем. – Улыбнулась Нэстэ. – Зато я надеюсь послушать твою музыку на представлении кандидатов в слушатели ко двору. Я специально задержусь там ради такого случая. Так что через недельку увидимся.

Сиула проследила за взглядом Нэстэ и поспешно отступила к Гисинте.

Раскрытие себя перед концертом имело свои минусы и повлекло появление представителей местной власти. Целая делегация городских чиновников предпочла дождаться завершения концерта, даже вежливо повременила несколько минут, позволяя высокой гостье приветствовать свою подопечную. Но как бы Сиуле не хотелось провести со своим кумиром больше времени, Нэстэ была вынуждена с сожалением проститься с девочкой прямо в зале.

Сиула только вздохнула, когда тетя осторожно обняла её на входе.

– Она пообещала, что вы ещё увидитесь. Возможно там тебе удастся пообщаться с нею дольше.

– Как же. – Вздохнула Сиула. – Вон как её обложили. Она приехала по моему приглашению и именно ко мне. А эти налетели на неё, не дали нормально поговорить.

Она обиженно всхлипнула.

– Опять у нее проблемы из-за меня. Всем ведь известно что Живущая в Бездне избегает официальных приемов.

Глава 11

"Нэстэ, мы тут покопались с девочками в нравах этого двора Лайренти" – Донесся бесцеремонный голос по ликале.

Гекатессы давно перестали церемониться в скрытой связи на официальных мероприятиях. Для ситуаций, когда такое общение оказывалось не к месту, ещё с детства был установлен своеобразный набор сигналов разного уровня допуска. Нэстэ не поленилась в свое время старательно выучить его и иногда даже пользовалась.

В данном случае никто не удосужился установить даже минимальный уровень, что давало волю всем имеющим ликалу. На этом торжественном приеме, ради которого местные власти отложили все свои дела и прервали её встречу с Сиулой, гекатессы откровенно скучали.

Нэстэ старательно изображала внимание к велеричавым речам в свою честь и все больше раздражалась. Не помогала даже тренировка, которую она проходила в гекате под руководством Рианны и Сумми.

Лика, замершая в кресле рядом, косилась на сестренку со все большим беспокойством. Она и сама была не в духе. Мало того, что не удалось толком организовать встречу с девочкой, так её, как старшую пятерки тоже усадили за стол и заставили растягивать губы в любезной улыбке. Девчонкам из пятерки-то хорошо, они заняли позиции за их спинами и прикрылись обязанностями телохранителей. Стоят себе вдоль стеночки и подначивают обеих старших. Ну за что ей все это?

Выход Саяны на связь было спасением от скуки для обеих девушек. Впрочем, и остальные сестры по гекате тут же подобрались и приготовились слушать. Все раздражение разом ушло на второй план. Саяна зря на связь не пойдёт, зная, что в это момент гекатессы ведут протокол неофициального визита.

"Что выяснили?"

"Если кратко, то девочка едет в такую клоаку, по сравнению с которой самые замшелые аристократы Арден сойдут за адептов Единого".

"Это касается и музыкальной академии?"

"Королевской ПРИДВОРНОЙ академии" – Уточнили на другом конце канала связи. – "Сиула окажется в месте, где всем заправляют аристократы, причем из самых древних родов. Не сказать, что туда принимают их всех без разбору. Но музыкальное образование считается в Лайренте обязательным для высших сословий. Как ты понимаешь, обучение в королевской академии весьма престижно среди высших слоев общества, которое в этом государстве мало чем отличается от такого понятия как "каста". Плата за учебу там немаленькая. И большинство, как уже говорилось, составляют именно дети древних и богатых аристократических семей. Обращаю ваше внимание: именно богатых. Так как остальные учащиеся, это по сути представители тех же древних или не очень родов на спонсорском договоре. При всем, при этом, эта академия действительно лучшая, что признается и в остальной части Объединенных миров".

"Обедневшая аристократия, много амбиций и полное отсутствие средств на их удовлетворение. Это куда более опасно в случае Сиулы, чем те же, но готовые". – Вклинилась Лика.

"Не без этого. Причины для такого спонсорства бывают разные, как и условия: когда услуга за услугу, когда взаимные обязательства. В самом худшем варианте тот самый кабальный договор. Но он заключается только с теми, кто действительно имеет шансы выйти на верхние строчки музыкального олимпа. Гисинта очень правильно поступила, не став сразу его заключать. Я уверена, что ей такие предложения уже делались. Экономия одного года для девочки обернется в последствии десятком лет свободной жизни. Просто все в этом… королевстве понимают. Что Сиуле некуда деваться. Рано или поздно инвестиционный договор будет подписан, а остальное – дело техники.

– Договор, причем на полный срок обучения для нас не проблема. – Вклинилась Ларина. – Нэстэ, ты вообще, как глава рода и владетель латтории сможешь все устроить без бюрократии и заверив документы личной подписью. Я говорю о том, что таких как наша девочка в этом году всего трое будет в академии. И это не исключение. Детей из простолюдинов в там исчезающе мало. На курсе, тем более в одной группе, больше одного практически не бывает. А тут еще этот ошейник".

"И что? Мы в гекате тоже из разных семей. Я так вовсе ошейник не один год таскала."

"Ну да, вот после таких как ты государства и меняют свое отношения к рабовладению как к таковому". – Не сдержалась Саяна. – "В общем так, Инниса сейчас сидит с родней и очень просила передать личную просьбу поручить ей заняться этой проблемой. Я считаю это будет самым лучшим решением второй проблемы."

"А почему это не могу сделать я или скажем Лика?"

Лика невозмутимо улыбнулась очередному обращению от хозяев приема, почему-то решивших обратиться лично к ней, и снова включилась в разговор.

"Нэстэ, Саяна права. Нас в гекате очень жёстко прессовали по любому упоминанию личного происхождения, вплоть до отлучения близких и дальних родственников от Столицы на несколько лет, были случаи и с высылкой всех семей за нарушение контракта. Сама ты с детства разве что принцев не пинала. Дино рассказывал, Саша подтвердил, так что не отнекивайся. И они это тебе позволяли. Поэтому ты и не замечаешь некоторых вещей, происходящих при дворе вокруг гекаты. К тому же после которых твоих шуток во дворце резко поубавилось количество дураков котовых связываться с правящей. А по большому счету нам всем действительно на это плевать. В Арден у члена гекаты не тот статус, чтобы обращать внимание на спесь всякого обретающегося при дворе."

"Верно. Но вне Гекаты и у нас все-таки различия в отношениях между разными сословиями сохраняются, пусть и в сильно смягченном виде. С гекаторами будут вежливо разговаривать, никогда не посмеют повысь голос. Но Торговцы предпочитают говорить с детьми из старинных купеческих семей, аристократы с теми, кто ближе к ним по происхождению. Ты будешь смеяться, но даже не имеющие дворянского или купеческого звания лучше общаются с себе подобными. Высший аристократ все равно будет держать в голове тот факт, что общается с дочерью безземельного барона или вовсе простолюдина". – Саяна сделала паузу, но Нэстэ молчала, ожидая продолжения.

"Инниса у нас так сказать то самое единичное исключение из правил гекат. В семье она младшая, потому и попала в гекату. Но когда нам всем исполнилось лет пять ее родной брат, прямой и единственный наследник, перенес какую-то лихорадку. Ему запрещено иметь детей во избежание серьезных генных отклонений в детях. А с второстепенными родичами у герцога Арнейского, мягко сказать, натянутые отношения. Вот он и добился от императора для младшей дочки исключения из некоторых правил гекат. Наша Инниса на всех официальных мероприятиях, когда не при исполнении обязанностей гекатессы естесственно, именуется не иначе как гекатесса её высочества герцогиня Арнейская. Тое есть сохраняет за собой титул."

"Я это знаю, но не придавала значения, думала, что так положено. Это смысле вместо старшего брата она стала что-ли?"

"Нет, Инниса не стала прямой наследницей рода. Этот закон исключений не имеет и соершенный договор отмене не подлежит". - отмела ее предположение Саяна. – "Прямым наследником рода Арнейских остаётся Расимир, её старший брат. Но первый ребёнок Иннисы, от кого бы он ни был, будет усыновлен старшим братом и станет воспитываться в родовом замке на правах прямого наследника. Инниса сохранила право носить титул, и до появления ребенка не может участвовать в любых наших мероприятиях, где есть риск подвергнуть ее драгоценную жизнь опасности. Занешь как она бесится из-за того, что не может выйти с нами на охоту в Бездну? А заодно у нее ограничение на пересечение рубежа Арден., во избежание, так сказать. Только подготовка на то время, когда она "выполнит свои обязанности перед родом". Ну и ряд дополнительных обязанностей, связанных с сохранением статуса члена семьи и титулом. Выше этого только обязанности гекатессы".

"Поэтому она так рвётся в наряды во время праздников?" – Уточнила Нэстэ, чисто на автомате кивнув на приветствие очередного оратора.

"Светские беседы с молодыми отрыжками высшей аристократии то ещё испытание, по сравнению с которым даже полоса препятствий покажется предпочтительней". – Это уже вмешалась сам объект обсуждения, сидящий в Арден без права выезда. – "Все, с кем можно нормально поговорить по приемам без дела не шляются, знаешь ли".

"Ясно, в королевстве Лайренты титулы Арден признаются. И герцогиня будет лучше, чем безродная гекатесса в моём лице, вдруг ставшая владетелем латтории.

"Э-э-э, надеюсь без обид? Для меня вы все сёстры по гекате". – Снова вклинился обеспокоенный голосок Иннисы.

"Все нормально, Инка. Ты с этой проблемой сможешь разобраться?"

"Да я с удовольствием, даже уже и идеи есть. Знаете, подложить тухлое яичко завсегдатаям двора это же мечта, а не задание! Только девочки, мне надо попасть во дворец этого королька и желательно официально".

"Пойдёшь во второй пятерке прикрытия. Для неофициального визита Нэстэ при дворе нужна десятка". – Это уже решила молчавшая до этого момента Рианна. – "С запретом своего родича на пересечение границы сможешь справиться?"

"Без проблем. Лайрента считается безопасной территорией, к тому же на хорошем счету у Арден. Но не дальше".

"А ты и рада вырваться из родительского гнездышка".

"Ри, уж кто бы говорил. Ты ведь сама все время придумываешь предлоги, куда бы сбежать. Вот только одного не могу понять: почему принцессе Арден можно отправляться в Бездну, а мне нет".

"Потому и говорю, что знаю. Достали все эти протоколы".

Нэстэ охотно улыбнулась в ответ на сожаление мэра не столь короткий визит высокой гостьи и невозможность задержать их здесь. Столица уже выслала за неофициальной делегацией правительственный гладер.

Узнав новость, Она вполне искренне выразила согласие с мнением мэра, в мыслях и по ликале проклиная расторопность местность бюрократии. Теперь уже никак было не отвязаться от протокольных встреч.

"Девочки, для реализации плана требуется соблюдение некоторой осторожности"- Снова подключилась Сайяна. – "Мы хотели ввести браслет связи Сиулы в нашу сеть, но программа безопасности не пропустила канал даже через первичный фильтр. Из того, что накопали на этот час, интерес академии к Сиуле не случайность и ее передвижения плотно отслеживают, причем уже не первый год. В Лайренте вообще ведется настоящая охота за талантами и отслеживают даже ее родичей. Договор требуется заключить по всем правилам и не просто как можно быстрее, а внезапно для наблюдателей. Иначе королевские чиновники перехватят инициативу и изменить ничего не удастся".

"А перезаключить договор?"

"Это если королевский чиновник предложит, тогда без проблем".

"Ясно, надо выручать малышку". – Мрачно подытожила Нэстэ. – "Талант у нее попадать в неприятности".

"Не впервой. Кроме того, по меньшей мере с одной такой мы очень хорошо знакомы". – Не без намека заметила Лика. – "Новый уровень, так сказать. Интриги королевского двора".

"Гисинте ни слова до самого последнего момента, и подключаем ее только в день заключения договора. Касса, тебе надо забыть здесь что-нибудь и под этим предлогом вернуться для разговора с Гисинтой".

"Принято, заскочу к ним домой и "забуду" свой внешний блок связи. Все равно его никто не сможет вскрыть". – Даже самый придирчивый наблюдатель не смог бы определить, что одна из замерших за спинами гекатес "телохранительниц" получила тайное задание.

"Подойдет, всем известно, что мы ими почти не пользуемся, забыть вполне возможно. Возвращаешься после отъезда, задерживаешься тут и по команде Иннисы вводишь Гисинту в курс дела. Амани я беру на себя, у элфов лучшие адвокаты, думаю она сможет подготовить договор, не привлекая внимания со стороны королевских чиновников. На всякий случай, основной легендой будет, что я хочу принять участие в ее представлении ко двору. Ну, хотя бы потому что мне неудобно перед девочкой, о которой не вспоминала все это время".

"И это справедливо, между прочим" – Заметила Лика.

Ещё за стандартный месяц, когда встал вопрос о покупке билетов, Сиула попыталась отговорить тетю от лишних трат. Но тут уже упёрся её супруг:

"Цена билетов по сравнению со всеми остальными тратами, к сожалению, мало значит для нас". – Вздохнул он, пряча глаза в стол на том семейном совете. – "И раз уж я не могу обеспечить тебе нормальное обучение в академии, по крайней мере ты поедешь так как того заслуживает кандидат в студенты королевской музыкальной академии. И пожалуйста не спорь".

Вот поэтому они с двоюродной сестрой оказались обладателями двухместного купе в шикарном поезде, делающим остановку на их станции один раз в неделю и недоступном для жителей городка со средним достатком.

Сиула невольно морщилась, видя иронию в глазах вышколенного персонала, принявшего их скудный багаж. Впрочем, это тоже могло ей показаться, так как ни одна черточка на лице носильщика не дрогнула и само обслуживание полностью соответствовало репутации подобных поездов. Двухкомнатное купе с душем, питание, предельная предупредительность персонального стюарда. Сиула с Иррсиной могли бы расслабиться и не обращать внимания на все прочие мелочи. Но общее впечатление от поездки сильно портили недоуменные взгляды соседей по контейнерному вагону.

Те, мягко говоря, были не в восторге от попутчиков, которых заполучили себе в этом путешествии и не скрывали своего отношения к простолюдинкам. Положение не спасал даже тот факт, что в других пассажирских блоках оказались такие же как они поступающие в Столичные учебные заведения, но чувствовавшие себя в этой среде куда более уверенно.

Что бы окончательно не портить себе настроение, Сиула предпочла всю поездку оставаться в своём купе. Тем более, что оно было оснащено системой звуковой защиты и можно было посвятить себя любимым занятиям, не мешая отдыхать даже своей спутнице.

Иррсина только украдкой с сочувствием поглядывала на свою талантливую сестру. Ей-то через несколько дней возвращаться домой, в привычную обстановку. А вот Сиуле с этими снобами придётся общаться не меньше года. А быть может и больше, если ее примут в академию. Впрочем, время поездки она тоже решила провести с пользой для себя: поспать, вдосталь посмотреть визиофон с расширенным набором программ отсутствующих не только в их доме, но и в городе, полюбоваться пейзажами за окном и весело поболтать с сестрой и по великолепной связи с подругами, оставшимися дома. Жаль, что далеко не каждая могла себе позволить браслеты голосвязи. Но можнор было через бесплатный канал поезда сбросить снимки. Так что позавидовать подружки, поохать и поахать ее рассказам, могли и так.

Поезда подобного типа никогда не опаздывали. Но при этом славились тем, что никуда и не спешили. В конце концов, если ты обеспеченный ларнейши может позволить себе никуда не спешить.

Три дня, что потребовалось на дорогу до столицы королевства, Сиула провела со своим ориенхорном. И никакие снобы-соседи не смогли испортить настроение ни ей ни ее сэнатри.

На перроне они предпочли выйти в числе последних пассажиров, когда толпа встречающих начала постепенно рассасываться. И почти сразу поняли, насколько решение задержаться в вагоне оказалось неудачным.

Выйди они в числе первых, наверно удалось бы проскочить до остановки общественного транспорта незамеченными. А так, бывшие попутчики с комфортом расположились на выходе из вокзала в ожидании, когда подойдет очередь для личного транспорта, подъезжающего к выходу из вокзала.

Сиула с тоской переглянулась с Иррсиной и еще раз посмотрела на хаотично расположенные столики. Там рядом с каждым прибывшим расположились встречающие, о чем-то беседующие, суетились слуги. Никто никуда не спешил. А им предстояло пройти через весь этот зал ожидания неся свои вещи в руках.

Но делать было нечего, подхватив небольшие чемоданы, они под пренебрежительными взглядами своих бывших соседей по вагону и встречающих направились к лестнице, ведущей вниз, на улицу. Иррсина несколько раз бывала в столице с тетей и уверенно потянула младшую сестру в направлении стоянки общественного транспорта.

– Ларэсса Сиула?

Обращение, произнесенное за спиной негромким, но хорошо поставленным голосом, застало врасплох обеих девочек.

Сиула замерла и недоуменно развернулась всем корпусом, чисто рефлекторно поворачиваясь спиной к Иррсине. Так, на всякий случай.

Обратившийся к ней уже далеко не молодой мужчина был одет в строгий деловой костюм, и стоял прямо, словно вместо хребта ему приспособили трость. Короткая прическа, квадратное лицо с толстым неподвижным носом и плотно сжатыми губами не выражало никаких эмоций, а тёмные глаза смотрели прямо на нее. Всем своим видом он показывал, что не сомневается в положительном ответе и задал вопросительная интонация только дань вежливости. Но Сиулу заставил растеряться не облик мужчины, а его раса.

Королевство Лвйренты считалось монорассовым. Люди и прочие разумные среди подданных короля встречались, но все же не настолько часто, чтобы рассчитывать на узнавание первого встречного прямо на улице столицы.

– Герцогиня Арнейская приносит Вам свои самые глубочайшие извинения, что не смогла встретить лично. Ее глайдер задержался при прохождении рубежного пункта королевства и в настоящее время только производит посадку на территории посольства Арден.

Сиула растерянно захлопала глазами, не совсем понимая, что от нее хочет этот странный человек. Она посмотрела на сестру, но столкнулась со столь же растерянным взглядом. Герцогиня? Посольство Арден? Какие извинения? Ясно было только то, что обратившийся к ним явно играет на публику и говорит достаточно громко, чтобы их разговор слышали остальные зрители.

– Мне поручено встретить вас и помочь устроиться, пока ее сиятельство закончит все положенные формальности в посольстве Арден.

– Э-э-э, герцогиня Арнейская? – Осторожно поинтересовалась Сиула в полголоса, стараясь чтобы даже ближайшие заинтересованные лица не расслышали ее. – Прошу прощения, ниэл, вы уверены, что речь идёт обо мне? – Ф-ф-ух, кажется она не ошиблась с обращением, принятым в империи Арден, хоть и непривычно оно для языка.

– Прошу меня извинить. На словах её светлость просила еще вам передать привет от своей сёстры по гекате, Нэстэ и передать вот это. Остальные объяснения при личной встрече и по связи с вашими опекунами.

Короткая записка на всеобщем, заверенная собственноручной подписью Нэстэ и голографическим знаком ее гекаты. Жаль, что строчки сразу после прочтения поблекли и исчезли. Она бы сохранила такую записку на память.

Это было уже кое-что, хоть и не проясняло полностью ситуацию. Вроде как Нэстэ, геката, подруги решили поддержать ее до представления ко двору.

Чувство неуверенности начало куда-то уходить. Профессиональная, почти, выучка к самоконтролю брала свое. Она на сцене, пусть и не в привычной для себя роли ориенхорниста, этот мужчина ее партнер, а все остальные просто зрители. И уже понятно, чего добивается от них человек.

– Ничего страшного, я так и подумала, что герцогиня задержалась по независящим от нее причинам и собиралась уже пройти к общественному транспорту. Очень удачно, что вы меня перехватили.

Стоящий перед нею только слегка обозначил одобрительную улыбку.

– Это все ваши вещи?

Мужчина повёл слегка бровью, и выскочивший из-за его спины совсем молодой парень, тоже человек, отобрал чемоданы сразу у обеих все ещё растерянных подростков. В руках Иррсины оставался только футляр с ориенхорном. Видимо парень был заранее предупрежден чего именно ему касаться нельзя.

Под недоуменными взглядами тех, кто ещё минуту назад кривился в презрительной усмешке, они направились к подъехавшему вне очереди частному глайдеру с непонятным вензелем на борту.

– Представление кандидатов ко двору планируется через три дня. – Докладывал Паррел Свирской, стоя перед Сиулой.

Девушка все ещё пребывала в полной растерянности. Мало того, что её с двоюродной сестрой встретили у вокзала и увезли в дорогущей машине, какие она только на картинках видела. Теперь их поселили в гостинице, очень далекой от тех средств, что смогла выделить тетя Гисинта. Здесь её встретила настоящая герцогиня Арден. Как оказалось, Нэстэ позаботилась о первых минутах пребывания двух кандидаток в столице. О чем тетя и сообщила по голосвязи, по качеству и рядом не стоящей с ее браслетом и состоявшейся во время короткого перекуса.

Теперь встречающие взяли прибывших в самый настоящий оборот. Камердинер детально раскладывал по полочкам все, что им предстояло сделать в оставшиеся до представления дни. И у Сиулы начинали медленно шевелиться волосы на голове от этих планов.

– Тебе сколько надо времени на тренировку? – Поинтересовалась Инниса, весело поблескивая глазками.

Сиула невольно подумала, что эта странная герцогиня собирается развлечься. А уж как гекатессы её высочества из Арден развлекаются, иногда проникало в инфосеть и доходило даже до инфосети Лайренты. Читать об их приключениях она любила. Только вот оказаться в главной роли этих игр было страшновато.

– Три часа утром.

– Ещё не мешало бы пару часиков и вечером. – Встряла Иррсина.

Двоюродная сестра была старше Сиулы и видимо поэтому освоилась в необычной обстановке быстрее своей подопечной.

– Отлично. Значит все остальное время полностью в нашем распоряжении. Так давайте не будем его терять. Первом делом к местным кутюрье. Два дня для них очень маленький срок. Паррел, этот паикмаххер, что ты нашел, действительно так хорош?

– Как вы и просили, гекатесса. Он считается одним из лучших в этой столице.

Сиула отметила проскользнувшие нотки сомнения в голосе мужчины. Похоже он составил об их столице не самое благоприятное мнение.

– Ну, посмгтрим. – Графиня Арнийская тоже заметила скепсис своего помощника и улыбнулась. – А для начала, платья. И как можно скорее.

Об ателье для представителей высшего света Сиула имела самое общее представление. Повседневную одежду их семья могла позволить себе только из магазинов массового потребления. Там она и дешевая и достаточно ноская. Для выступлений на конкурсах выручал концертный гардероб школы. Там можно было найти что-то пригодное и быстро подогнать под себя. Единственный опыт с кутюрье провинциального разлива она имела только при пошиве платья к выпускному. В нем же Сиула планировала явиться и ко двору.

Ага, именно планировала. Инесса Арнейская этот вариант даже не рассматривала и по большому счету ее согласия не спрашивала. На их скромные чемоданчики при знакомстве только покосилась и приказала поставить в самый дальний уголок.

И теперь Сиула стояла на каком-то возвышении боясь лишний раз даже пальчиком шевельнуть. Уж очень непривычно, когда вокруг тебя крутится сразу четыре помощницы кутюрье. Они что-то замеряли, записывали, просили до согнуть руку, то повернуть голову.

Сиула исполняла все беспрекословно, в конце концов, тетя Гисинта очень просила слушаться их новую знакомую, уютно устроившуюся в сторонке за одим столиком с владельцем ателье.

– Нет, это не пойдёт, это слишком вычурное. – Браковала она один эскиз из предъявленного уже второго альбома за другим. – У вас есть что получше? И не столь аляповатое.

И что странно. Немолодой мужчина, видимо действительно известный столичный кутюрье, относится к капризам клиентки с полным пониманием и уважением. Он ни разу не позволил себе ни повысить голос, ни гримасу на лице.

Высокородную капризную клиентку заинтересовал только четвертый альбом.

– Вот это совсем другое дело. И простенько и со вкусом. И украшения есть куда пристроить и на инструменте можно сыграть. Только что это за ткань?

Прозвучавшее название Сиуле ничего не говорили. Но Иррсина, скромно притулившаяся на диване рядом, в них разбиралась много лучше. И судя по её округлившимся глазам, это был не самый дешёвый вариант. Но…

– Никуда не годится. Модель великолепна, я согласна, особенно вот эта. А ткань придётся заменить.

– Но ваша светлость, это одна из самых модных тканей в королевстве.

– Возможно, и даже наверняка все так, как вы говорите, любезный. Только я предлагаю вам взглянуть на это.

Уже знакомый молодой человек, тот самый помощник камердинера Свирского с готовностью раскрыл свою папку и извлёк из неё кусок материи.

– Ирнесийский шелк! – Растерянно воскликнул кутюрье, разом растеряв остатки самоуверенности.

– Мне нужно вот эти два платья из этого материала, расцветку можно подобрать. Мой камердинер заверяет, что в столице есть поставщик этого товара. Но с условием, что они оба будут готовы к представлению во дворце кандидатов в академию. Если вы беретесь, я готова обсудить с вами дальнейшее сотрудничество. Если нет, придётся идти к другому мастеру.

– Ваше сиятельство, заверяю вас, эти два платья будут готовы в срок. – Немедленно засуетился кутюрье сразу, как только сообразил, что речь идёт не только о выгодном срочном заказе, но и о перспективе заполучить выгодного постоянного клиента.

Инесса Арнийская удовлетворённо кивнула, рассеянно повернула голову на неловкое движение. Перехватив взгляд Иррсины, она недоуменно нахмурилась.

– Я не поняла, а почему ты сидишь? У нас времени не так много. Или здесь не хватает помощников?

Последняя фраза пришлась уже к пустому креслу. Скорость, с которой владелец ателье исчез за дверью служебного помещения, могла навести на мысль о телепортационном устройстве.

И сразу оттуда выскочило ещё три женщины, торопливо подступившие к нерешительно поднявшейся сестре.

– Отлично, уважаемый мастер. – Удовлетворённо улыбнулась Инниса. – Раз с платьями для приёма определились и у нас есть время, пока снимаются мерки, приступим к менее срочным заказам.

На столике появилось сразу два новых альбома.

Иррсина помалкивала и пребывала в нерешительности только до момента, когда на несколько минут персонал ателье не оставил их одних.

– Ваше сиятельство, мне кажется что это очень дорого, и здесь есть недопонимание. Вы зря сделали заказ на меня. У нас…

– Я Беседовала с ларессой Гисинтой и она согласилась на небольшую коррекцию планов насчет тебя. Вы сможете все обсудить чуть позже, но коротко объясню. Незачем позволять кому-то нас подслушивать.

Сиула с любопытством проследила как на руке девушки проявился знакомый с детства рисунок ликалы. По поданной девушкой команде вокруг них троих замерцала полупрозрачная дымка.

– Первое, Нэстэ предложила заключить инвестиционный договор с Сиулой. Это дозволяется иностранцам, к тому же она еще и глава рода, имя которого Сиула теперь носит. Во-вторых, желательно чтобы ты оставалась рядом с Сиулой в качестве санэтри. Твои родители поддерживают эту идею, но оставляю окончательное решение за тобой.

– Я это поняла, но…

– У тебя дома какие-то неотложные дела, или обязательства? Возможно есть молодой, с которым ты планируешь составить пару и о чем пока не знают родители?

– Н-н-нет. – Иррсина даже заикаться начала от смущения.

– Тогда, девочки дослушайте сначала, а потом уже задавайте вопросы.

Сиула с Иррсиной замерли, напряженно смотря на нее.

– Так получилось, что ты Сиула носишь имя рода Нэстэ. Моя сестричка по гекате не может похвастаться длинной плеядой предков, как я, например. Честно говоря, в наших мирах ей это и не нужно. Но её положение в обществе Арден и Элфании не уступает герцогам и графам.

Инниса задорно улыбнулась, показывая, что эту тему не собирается развивать дальше.

– Лайрента признает статус твоего рода, а значит тебе придется соответствовать своему статусу младшего члена высокого рода. И они в этой академии пользуются определенными статусными привилегиями. Поэтому переговоры на счёт тебя, Иррсина, с родителями уже проведены, сегодня утром. Если ты согласна, тогда остаешься в столице в качестве личного сэнатри Сиулы. Ларесса Гисинта с супругом особо оговаривают момент твоего личного согласия и настаивают на твоем участии в в подписании договора. Если ты не согласна, скажи сейчас, чтобы я отдала распоряжение на поиск замены.

Иррсина растерянно посмотрела в глаза сёстры. У той взгляд мгновенно превратился в столь умоляющий, что она неуверенно кивнула.

– Вот и отлично. В наших планах сейчас будет небольшое изменение. После ателье мы сходим к местным адвокатам и подпишем инвестиционный договор. Ларесса Гисинта со своей стороны уже ознакомилась с ним и ожидает вас на связи.

Инниса взмахом руки отсекла продолжение разговора и сняла звуковой экран, так как кутюрье уже подбегал к ним с листочками договора.

– И что же вы тут все любите так возиться с бумагой! По мне, так электронные договора намного удобнее.

– Традиция, ваша светлость. – Развел руками улыбающийся мастер. – Все договора необходимо заполнять в двух формах. Но электронная заверенная копия полностью равноправна бумажной. Так что не извольте беспокоиться, мы предоставим вас оба варианта.

– С этим разберутся адвокаты. – Равнодушно пожала плечами Инесса, давая понять, что замечание адресовано не по адресу.

Глава 12

Посещение адвокатской конторы заняло не в пример меньше времени, чем ателье. Договор был заранее подготовлен и согласован с тетей Гисинтой, о чем была соответствующая пометка. Вся процедура подписания состояла собственно в дотошном разъяснении стареньким адвокатом пунктов договора именно Сиуле, как договорной стороне.

А до этого разговора, адвокатская контора любезно предоставила им с Иррсиной комнату для голосвязи с родителями. И девочки с интересом выслушали версию родных о событиях, разворачивающихся с утра у них дома. Тете Гисинта, немного растерянно, словно сама ещё не верили в происходящее, довольно пространно рассказала, как по поручению Нэстэ к ним пришла гекатесса, задержавшаяся в городе, и обеспечила связь с элфами, управляющей латторией Нэстэ и ее адвокатом.

– Понимаете, девочки, ларесса Нэстэ сделала сказочное предложение. – Начала объяснять тетя Гиссинта. – Обычно в договорах слушателей академии оговариваются условие возврата суммы за счёт концертов по фиксированной ставке. И пока не отработаешь всю сумму, ты фактически принадлежишь инвестору на правах, мало чем отличающихся от долгового рабства. Ларесса Амани, управляющая латторией, сразу отказалась от этого варианта и включила в качестве условия возврата только десять концертных сезонов, которые ты должна будешь провести на условиях инвестора.

– Но я и так готова приехать в любое место, куда скажет Нэстэ и играть столько, сколько надо.

– Мы это знаем, дорогая, потому даже не пытались спорить с таким предложением. – Ларесса Амани очень умная и весьма решительная элфиянка. Она предложила очень выгодные условия договора для тебя. И я боюсь, что во вред интересам самой Нэстэ, с которой она даже не консультировалась. Я боюсь, как бы ей это не добавило ей неприятностей.

– Из-за меня, опять?

– Наверно у них так принято. – Гисинта невесело улыбнулась. – Ларесса Амани отмахнулась от моих сомнений и настояла именно на этом варианте возврата долга, хотя я не понимаю. К тому же ее решение поддержал адвокат.

Гисинта перевела взгляд на дочь и оборяюще улыбнулась:

– Иррсина, раз так все складывается, мы бы очень хотели, чтобы ты осталась с Сиулой. Она еще маленькая и твоя опека над нею будет не лишней. А там глядишь, возможно, и тебе удастся что-то подобрать для себя.

– Так я и согласилась. – Кивнула та, тоже растерянно пожимая плечами. – Но это как-то неожиданно. У меня и вещей-то с собой только на несколько дней.

– Мы что-нибудь решим. Это ваш шанс, и упускать его никак нельзя.

Она еще что-то говорила, но Сиула уже не слушала, наконец то осознав тот факт, что Ирриса остается с нею. А значит уже и общежитие академии не столь страшно.

Столичный адвокат настолько увлекся в чем-то убеждая герцогиню, что не обратил внимания на вышедших из комнаты связи девочек. Сиула успела услышать что-то и о странных условиях, и о предстоящих убытках.

– Ларэс Арнсколб – Неожиданно резко похолодевший голос герцогини Арнейской заставил их вынырнуть из прострации в реальность – Пункты договора обсуждены и согласованы поручителем Ниэлой Аманиатрони и опекунами Сиулы. Владетель латтории Нэстэ уже поставила свою подпись как на электронной, так и бумажной версии договора. МОЯ гекатесса поручила мне проследить за подписанием договора со стороны Сиулы именно на этих условиях и обсуждать их с вами я считаю пустой утратой времени.

– Как пожелаете, ваша светлость, я всего лишь хотел указать на то, что ваш доверитель упускает громадную прибыль. Уже не говоря о том, что десяток концертных сезонов, могут не покрыть понесенных затрат. Тем более в начальный период после выпуска из академии, как это почему-то оговорено договором.

Сиула нервно вздрогнула. Мысль о том, что Иррсина сможет остаться рядом, каким-то образом успела уже освоиться в ее голове. И намек на то, что все еще может измениться вызвало у нее безотчетный страх. Инесса посмотрела на и весело улыбнулась.

– А вот здесь я уверенна в обратном. Ещё задолго до окончания академии вы не раз услышите о маэстро Сиуле.

Девочка судорожно сглотнула, во все глаза глядя на девушку. Сейчас, посередине адвокатской конторы стояла самая настоящая аристократка, полностью соответствующая каждому стереотипу о представителях этой касты: высокомерная, заносчивая, смотрящая на всех и каждого свысока. Настолько властная и уверенная в своем праве так обращаться с окружающими, что даже адвокат не посмел больше навязывать свое мнение и согнулся в низком поклоне среднего сословия. Пожалуй, только веселый блеск в глазах, глянувших на нее, удержал девочку от поспешного исполнения принятого реверанса простолюдинки.

На процедуре подписи он что-то вполголоса, лишь бы не услышала Инниса, втолковывал, как им повезло с глупыми чужаками, ничего не понимающими в своей выгоде. Что так договора не заключаются, и это будет скандал.

Сиула не вникала в его бормотание. Ей было достаточно сознавать, что Нэстэ не станет делать что-то во вред. Иррсина тоже пребывала не в том состоянии, чтобы думать о серьезных вопросах. Но все равно послушно кивала, соглашаясь с каждым словом озадаченного адвоката.

– Ненавижу всех этих адвокатов. – Поделилась Инниса с девочками как с равными уже сидя в глайдере. – Но без них никуда не деться, так что приходится терпеть. Зато главное дело сделано. Договор заключен и вступил в силу, первый счет оплачен, и оспорить его без международного скандала не сможет даже ваш король. А с остальными формальностями пусть разбирается Амани, как управляющая латтории Нэстэ. Местных снобов, какими бы ушлыми они ни были, адвокаты элфов сожрут на завтрак, пропусти те хоть запятую не в твою пользу. А если что, позовут на помощь и юристов гекаты. Эти всегда голодные.

– Но адвокат ведь прав. Тетя говорила о том же. Договор неправильно составлен. – Вякнула Сиула, не обращая внимания на двоюродную сестра, очень активно на начавшую пихать её в бок.

– Это как посмотреть. И Иррсина, не пихай сестричку так сильно, синяков наставишь. У вас под шерсткой быть может их и не видно, а болеть все равно будут. И вообще, Сиула, твоя задача на ближайшие годы, это учиться и стать маэстро. Задача твоей двоюродной сёстры обеспечить необходимые для этого условия в быту и научиться вести твои дела до окончания обучения. Насколько я поняла, это входит в обязанности санэтри. А через семь лет будет видно, что там да как.

Инниса весело оглядела обеих замерших девочек и продолжила:

– Я очень внимательно ознакомилась с порядками при королевском дворце и тем, что творится вокруг академии. Только давайте в не будете гадать как это мне удалось. Просто считайте, что я все нашла сама и в исключительно в инфосети.

Вот в этом сомневалась не только старшая, но и младшая из ее подопечных. Они даже не стали скрывать скепсис на своих моськах, но послушно кивнули, принимая выдвинутое условие. Впрочем, за то, что только что было сделано, они были готовы согласиться на все.

– Отлично! Теперь, поправьте, если мои выводы в чем-то неверны. Ориенхорнисты практически не имеют времени даже на решение бытовых вопросов, тем более работу с договорами. Неудивительно что они берут себе санэтрэ, с которыми не расстаетесь всю жизнь. Это так?

– Да, для настоящих исполнителей санэтрэ это даже больше чем брат или сестра. – Кивнула Сиула.

– Но Иррсина пока занималась только посильной помощью тебе на концертах?

Тема была неприятной. Она привыкла к присутствию рядом Иррсины. Ее потдержака много значила в первые месяцы после приезда, когда она только привыкала к новым условиям и своему положению негласной парии в классе. Она привыкла к ее молчаливому присутствию рядом и помощи на всех значимых событиях в жизни. Но все же понимала, что сестра не настоящая санэтрэ. Для этого надо учиться, причем не менее напряженно чем ей самой. Только где же взять столько средств для учебы.

– Значит такие понятия как финансовая политика и прочие мелочи из жизни большого города вам обеим пока мало что говорят. Видела я как вы подмахнули договор. Даже не выслушали что это адвокат пытался объяснить. – Сделала вывод Инниса. – Этому поверили, потому еще кому-нибудь. Так не пойдет. А инвестиции надо защищать.

Инниса с сомнением посматривала на девочек и улыбалась.

– Я оставлю с вами Араснела, того молодого помощника моего камердинера. Не смотрите что ему всего тридцать пять лет. Он в свои молодые годы уже стал доверенным помощником камердинера и имеет право самостоятельной работы. Он великолепно разбирается в денежных делах, и в текущих вопросах с адвокатами можете смело на него полагаться. К тому же у него есть к кому обратиться за консультацией. Так что уговор, без его консультаций ни одной бумажки, даже электронной, чтобы не подмахивали.

Девочки испуганно сморгнули.

– Вы оставите с нами человека? Но, это же совсем дорого!

– Вы неверно ставите вопрос, о чем я вам и втолковываю. – Усмехнулась странная графиня, совсем не походившая теперь в своих манерах на те шаблоны поведения представителей высшего общества, что давно и прочно улеглись в головах девочек. – Ну да ладно. Это не в счёт договора с Нэстэ, а от меня лично. Сестричка попросила меня проследить с за вами и подстраховать на будущее, насколько это возможно. А я просьбы своих гекатесс стараюсь выполнять. Араснел и будет за вами присматривать и ставить меня в известность о возникающих проблемах. А они у вас возникать будут, и о-о-очень регулярно. В дворцовых интригах он конечно слабоват еще, но все равно понимает больше вас. Так что обо всех неурядицах в академии тоже к нему обращайтесь. А уж я через него смогу определить уровень моего вмешательства. Конечно, если вы не возражаете.

Герцогине неожиданно сделала умильную мордочку и сложила ладошки перед грудью.

– Н-н-нет. – Неуверенность прямо сквозила в слаженном ответе обеих.

– Отлично! А то меня совсем никуда из Арден не выпускают. Семья совсем затюкала со своей опекой. Особенно братец, чтоб та лихорадка сгинула в дальних мирах Бездны. Ребеночка ему подавай! – Инесса с видимым удовлетворением откинулась на спинку сиденья. – Представляете! Даже к вам выпустили только со второй пятеркой прикрытия и исключительно в столицу. Тьфу! Девчонки, даже Рианна, даром что принцесса, ходят в Бездну как к себе домой, а мне нельзя. Изволь сидеть в безопасности. Если поручение гекаты станет постоянным, у меня появится отличный предлог свалить из дома, особенно когда там гости. А поручения Нэстэ у нас в гекате, как и поручения Рианны, становятся делом гекаты.

– А как же пятерка прикрытия? – Осмелилась заговорить Сиула. Манера Иннисы разговаривать с ними как с равными подкупала, несмотря даже на то, что сценка с тем, как она обрезала адвоката, все же всплыла перед глазами.

– Мы Нэстэ прикрываем. Для малых приемов в посольстве достаточно основной пятерки. Дополнительная положена по статусу и будет задействована на публичных приемах и балах. В планах неофициального визита на сегодня остается участие в королевских приемах. Собственно, для участия в них меня и выпустили из Арден.

– Так, вы тоже будете в её свите?

– У гекатесс, даже у принцессы Рианны, не бывает свиты. – Улыбнулась Инесса. – Только сопровождение гекатессы в тех или иных случаях. Впрочем, нас и охраной никто не называет. Геката это нечто все вместе связанное.

Инниса с улыбкой полуразвернулась на сиденье и развела полы своего потрясающего дорожного жакета, в котором оставалась весь день.

Девочки молча осмотрели не только ножны, уютно пристроившиеся на поясе, но и рукоять чего-то. То, что это был огнестрел, они не сразу сообразили. Уж очень плотно он прилегал к боку девушки.

Внимание Сиулы привлек пояс графини, вроде невзрачный и не предназначенный для демонстрации публике, он имел еще ряд плоских коробочек с весьма примечательными эмблемами. Тут уж сомнений у нее не возникло. Индивидуальный щит с дополнительным комплектом энергонакопителей. Нечто похожее часто показывалось в игровых голофильмах. Да и репортажи о гекатах разных стран, в том числе Арден, были популярны среди детей всех Объединенных миров.

– Раз вы состоите в пятерке Нэстэ, значит вы тоже будете на приеме.

– Конечно. И рядом с вами на приеме у меня будет очень удачная позиция. На всех этих торжественных мероприятиях всегда существует проблема скрытого прикрытия переднего сектора. Так что во дворце я буду при исполнении сразу двух функций. Одна, это представить тебя королю, а вторая, закрыть сектор перед Нэстэ.

– Вы будете меня представлять ко двору? – Договор, платья и вообще такое внимание. До Сиулы только сейчас окончательно дошла складывающаяся ситуация.

– И представлять буду, Нэстэ по протоколу должна быть рядом с твоим королем, да и не по статусу ей подобные выходы. И надеюсь быть твоим куратором дальше, как уже сказала. Если ты конечно не передумаешь.

– Но как же так, вы же герцогиня. – Сиула неуверенно улыбнулась:

– Во-первых, девочки, давайте перейдем на ты. Хотя бы в неофициальной обстановке. Тебя, Иррсина, это тоже касается. – Инниса сделал паузу, дожидаясь ответных кивков. – А во-вторых, мой официально действующий титул, это как раз основная причина, по которой мне удалось обойти всех своих сестёр по гекате в конкурсе за право развлекаться здесь с вами. Для вашего королевского двора титул, тем более древний, имеет о-о-очень большое значение. А еще, очень важно, кто именно представляет кандидата в академию. И никакого урона моей семье за это не будет.

Поход по ювелирным салонам неожиданно оказался не столь увлекательным делом, сколько весьма утомительным. Подобрать несколько комплектов на разные случаи жизни. Новая знакомая оказалась весьма привередливой в этом вопросе, да ещё и знатоком, с которым охотно сцеплялись в спорах все ювелиры, к которым они заходили.

Еще дома, Сиула рассчитывала обойтись тем, что у неё было. С собой она взяло то, что было, включая несколько колец доставшиеся от мамы, пока еще слишком большие для ее палцев. Как же она ошибалась!

Иннисса только отмахнулась на ее робкие намеки по поводу своей бижутерии.

– Для тех концертов, что у тебя были раньше, возможно этого и достаточно. Там как раз приходят слушать, а не смотреть. А вот приём у его величества совсем другое дело. О своей врожденной скромности тут лучше забыть. И не нервничай ты так. Если уж на, то пошло, большая часть из всего что мы выберем в ювелирных мастерских, берется в аренду. Так делают практически все и во всех мирах. В общежитиях не те условия для хранения подобных вещей. После приема большинство мы вернем. Оставим только несколько комплектов для повседневного ношения.

Очередное ожерелье было аккуратно пристроено к Иррсине. Поскромнее, чем для Сиулы, но это только, по мнению самой графини. На взгляд девочек они мало чем отличались друг от друга. Тем более что комплект для сэнатри подбирался в пару к первому.

Представление ко двору кандидатов в слушатели королевской академии давно превратился в одно из торжественных событий при королевском дворе Лайренти. Это был королевский приём, мало чем отличающийся по своей значимости от приемов международного уровня. Да собственно это и было ежегодное политическое шоу. Здесь не было жёстко выверенного протокола, и обстановка способствовала неформальному общению между гостями. При этом можно было насладиться хорошо поставленным представлением.

Представление кандидатов, это не только их выход пред глаза короля и его свиты. Каждый из соискателей должен был исполнить номер, показывая, что не зря претендует на место в ведущей академии искусств. Никаких фонограмм, никакой помощи. И номер должен был им исполняться впервые.

Местная аристократия не один раз за историю существования академии пыталась получить для себя привилегию не выводить на этот приём своих отпрысков и не принимать участие в конкурсе талантов. Но традиция оставалась едва ли не единственным фильтром на пути высокопоставленных бездарей в академию устояла не в одной подковерной битве.

Сиула прибыла не к началу приема, а в самый последний момент. Ровно настолько, чтобы успеть без суеты поправить платье и расчехлить инструмент. Так спланировала Инниса.

Графиня, одетая в нечто воздушное и тожественное, весело осмотрела своих подопечных.

– Девочки, помним, что отрабатывали вчера и не волнуемся. Сиула, ты уже здесь и твоя игра сгладит любые неточности, которые все равно будут искать у провинциалки.

– И происхождение?

– Конечно. Во-первых, какой с простолюдинки спрос? Во-вторых, – тем сильнее будет контраст между твоим происхождением и твоей игрой. – Невозмутимо заявила Инниса. – Мы пришли сюда не потрясать всех этих снобов, а ставить их на место. Так давайте сделаем это.

Сиула с сомнением покосилась на веселившуюся гекатессу. Совсем молодая, даже хрупкая девушка, даже ростом ниже многих тех, кто сейчас собрался в зале. И не скажешь, что их спутница вооружена до зубов и даже шпильки в волосах намного тяжелее обычных. Инниса не стесняясь показала им кое-что из своего арсенала, чтобы отвлечь с утра.

На входе ее на два шага отвел в сторону офицер занервничавшей охраны. Но увидев то, что она показала в раскрытой ладошке, сразу же принялся любезно раскланиваться и улыбаться, старательно пряча клыки. На оринехорн охранники только взглянули, просветили чем-то, не прикасаясь к инструменту и расступились. После чего Сиула в сопровождении гравини Арден и отстающей на положенные полшага санэтри несущей футляр с инструментом вступила на лестницу, ведущую в зал королевских приемов.

Кандидаты академии действительно представлялись лично королю, что уже говорило о значении музыкальной академии, что придавалось государством. Делалось это в соответствии со списками, по очереди и чрезвычайно тожественно.

Вся процедура была рассчитана Иннисой до секунды и много раз повторена в последние два дня Сиулой с Иррсиной в гостинице.

Объявлявший кандидатов глашатай, облаченный в парадную ливрею невозмутимо принял документы из рук Иннисы и быстро пробежал глазами имена. Недоуменно сморгнул, видимо прочитав титул, слегка поджал губы, ознакомившись с именем кандидатки. Бросил взгляд осмотрел девочек и ни слова не говоря развернулся к дверям, уже начинавшим открываться.

Кандидату в сопровождении своего представителя надо было пройти под прицелом гостей короля и прессы по специально дорожке через весь зал. Коридор из приглашенных заканчивался несколькими ступеньками, ведущими на возвышенность, нечто вроде низкой сцены. На нее кандидат поднимался уже один и замирал лицом к трону.

Здесь его представлял сопровождающий. Как правило это был или представитель рода, или того, кто инвестирует стипендию. Потом исполнялся номер заготовленный. И в конце кандидат занимал своё место в шеренге уже представленных до конца церемонии. С этого момента он считался слушателем академии и не нуждался в сопровождающем. В конце приема, уже по выбору короля был возможен повторный вызов на эту сцену для продолжения концерта. Но этой чести удостаивались очень немногие. Мало того, что сам прием нескольких десятков музыкантов отнимал немало времени, в конце концов, это еще означало, что король запомнил исполнителя.

Ещё несколько дней назад Сиула думала, что для сопровождения корона предоставит ей кого-то из далеко не самых знатных служащих короны. И не особенно по этому поводу задумывалась. Сейчас же рядом с нею шла настоящая герцогиня империи Арден и гекатесса принцессы Рианны. Одно это уже вызывало шорох среди зрителей.

То как взгляды женской половины гостей с недоуменных сменились на оценивающие позволило Сиуле оценить насколько Инниса была права, подвергая их с Иррсиной пыткам в мастерских кутюрье. Её буквально раздевали взглядом, взвешивая на своих весах каждый элемент одежды и прически, оценивая каждый камешек в украшениях. Если уж эта публика не могла принять ее за свою, то судя по взглядам, бросаемым на герцогиню, точно приходила к выводам, которые Инесса и пыталась навязать всем присутствующим. Выводимая в свет девочка входит в род Нэстэ, Дарующей миры и той что живет в Бездне. Глава рода не оставила ее своим покровительством даже в королевском дворце.

Но ещё большим сюрпризом оказалось третье действо. Иннисса вышла вперёд, повернулась к его величеству с непринужденностоью, говорящей о долгой практике, и заговорила.

Сиула даже не представляла, что можно так долго говорить то, что укладывалось у обычных людей в слова: "Приветствую всех и вся, и вот моя протеже".

Велеричавая речь на всеобщем из уст иннессы лилась ровно и спокойно. Она затронула и великолепие короля, и насколько она, как дочь герцога Арнейского рада представившейся возможности, и совершенно случайно встреченный гекатессой самородок, который конечно же корона ни за что бы не уступила, но так вот получилось, и не стоит судить строго, а проявить благосклонное снимание и терпение…

Слова лились потоком минут пять, в течении которого король внимательно слушал и довольно улыбался.

Вроде бы ни о чем речь. Но под ее конец Сиула поняла, насколько все удачно сложилось, и что только благодаря счастливой случайности, случившейся несколько лет назад, род герцогов Аринисйких получил шанс представить здесь стипендиата, договор с которым заключила латтория элфов.

Графиня Арнейская исполнила реверанс и сделала шаг в сторону. Её роль на этом заканчивалась. А Сиула вынула инструмент из подставленного Иррсиной футляра и поднесла мундштук к губам.

Для приема, на суд публики она представляла новое для себя произведение довольно известного композитора. У неё было несколько вариантов. Но Иннисс выслушав все сомнения, в категоричном тоне предложила исполнять самый сложный номер. За который не каждый бы взялся из кандидатов.

При первых звуках брови короля поползли вверх. Он не был большим ценителем музыки ориенхорна. Но слыл знатоком, положение покровителя академии искусств обязывало, так сказать.

Когда кине плавно вплели в мелодию первые аккорды сразу двух высоких октав, зашевелились и в рядах преподавателей, не этом приёме игравших роль статистов при короле. Сиула по обыкновению уже ничего не замечала и полностью соредоточилась на музыке. Зал приемов красив, но это не концертный зал со специально выведенной акустикой. Да и зрителей слишком много для нее. Но все-таки выстроить рисунок целиком на помещение можно, если очень постараться. Что она и сделала, выпустив мелодию сразу в объем, с прицелом что у стен она погаснет. Музыка маэстро Урассана в полной мере подходила под этот прием. Спасибо заносчивому наставнику, настоявшему именно на этих произведениях.

Смещение на пару шагов, все что позволяла это подобие сцены. Но этого хватило, чтобы новая тема прошла по рефракционному рисунку, и в местах наложения бисером полыхнули усиленные волны. Не совсем чисто, кое где удержать рисунок не удалось. Кое-что все же достигло стен, и пусть и в ослабленном виде, вернулось обратно, смазывая края выводимой картинки. Но в целом это удача, особенно если учесть, что она играет "с ноги", без предварительного осмотра зала. Впрочем, смазанные узлы можно еще подправить, не исправить или восстановить, а вплести в рисунок, как будто, так и было задумано. Все что и нужно, это приподнять тональность с учетом отражения стен и направить по тому же маршруту.

Не совсем то, что хотелось, но так будет лучше.

На своё место в ряду кандидатов она уходила со сцены в полной тишине. Аплодисменты на приёме были не приняты. Но отсутствие даже шепота среди зрителей тоже о чем-то говорило.

Она увидела как Инниса весело подмигнула ей и снова вернула на лицо снисходительно-высокомерную гримасу, свойственную благородным дамам. Нэстэ со своего места Сиула видела в профиль. Но она все же сочла возможным не только посмотреть на нее, но и одобрительно улыбнуться, одновременно выслушивая пояснения от распорядителя.

Сиула снова пожалела, что ее кумир, как и все люди, не видят звуковых рисунков, хоть и могут почувствовать их. Но она еще недостаточно хороша, чтобы создавать в необорудованном зале рисунок доступный для других рас. Ее удел только музыка и статичный рисунок, и то в своих начальных формах. Но она постарается, чтобы ее подруги услышали все, что может выдать ориенхорн.

Ларес Кхарасн, ректор академии, предпочел выйти в комнату аудиенций заранее, до того, как будет объявлен перерыв. В предверии предстоящего неприятного разговора с королём следовало немного привести мысли в порядок.

Он конечно слышал об этой девочке, и не мало. В конце концов, предложение королевской стипендии безродным ларнесам, да еще в не самую богатую, зато крайне удаленную провинцию просто так не отсылается. Он даже рассчитывал на благосклонность короля при представлении столь талантливого исполнителя, сумевшего взять от провинциальных учителей все, что те могли дать. Ее взяли на заметку еще пару лет назад, когда она победила в каком-то провинциальном конкурсе. Обычная практика при подборе перспективных кандидатов.

Еще когда высылалось приглашение, не было никаких сомнений в том, что девчонка подпишет контракт и окажется в королевской коллекции. И то, что она связана с родом правящей и гекатессой принцессы Арден, и обстоятельства приведшие к этому, придавало этому особую изюминку столь будущему ориенхоринисту. Публика гораздо больше тяготеет к артистам, за которыми тянется шлейф не совсем ясных, а то и таинственных историй.

Однако перспективная девчонка из провинции, которой некуда было деться от королевского контракта, умудрилась в первый же день пребывания в столице заключить инвестиционный договор на необычайно выгодных условиях. О чем он лично узнал слишком поздно, чтобы вмешаться и попытаться перехватить инициативу. Его оправдывало только то, что здесь действовала сама правящая из гекаты ее высочества Арден. А уж о том, как их готовят ходят легенды. Мало того, кандидатку ко двору представила гекатесса принцессы из рода, с которым по древности мог поспорить разве что род его величества. И какую речь та закатила! Заслушаешься. Учат их что ли в этих гекатах ораторскому искусству?!

Не его уровень-с, совсем не его, "скромного" ректора королевской академии. Тут должны были ситуацию просчитать службы безопасности королевства.

А девчонка, по тому, что сообщалось в деле, оказалась талантом, не ограненным и требующим раскрытия. Что оказалось для него самого сюрпризом. Очень немногие в ее возрасте могли разобраться с принципом построения звуковых рисунков, тем более их применить на таком уровне. Девчонка оказалась самородком, и увы, теперь уже не королевским.

Мужчина поспешно развернулся, склоняясь в придворном поклоне.

Вошедшее его величество согнал на входе дежурную улыбку и замер напротив согнувшегося ректора, хмуро рассматривая своего подданного.

– Я не претендую на большого ценителя музыки, ректор Кхарасн. Но по моему скромному мнению оценить уровень исполнения этой девчонки может даже совсем глухой.

Тон был мрачным. Официальное обращение по должности и без упоминания титула и того хуже. А уж использование жаргонных терминов, под которыми понимаются расы не способные воспринимать звуки в полном объеме и вовсе было знаковым. Старый придворный интриган спешно пересматривал в мыслях свои объяснения, понимая, что дело ещё хуже, чем можно было предположить.

– Как понимать, что такой самородок оказался под патронажем иностранца?

– Ещё несколько дней назад эта девочка сама планировала принять предложение королевской инвестиции, ваше величество.

Осторожный ответ не удовлетворил короля. Впрочем, его бы не успокоил ни один ответ. Ориенхорн считался национальным инструментом, играть на котором мог только представитель их расы. И вполне закономерным считалось, что лучшие исполнители оставались при королевском дворе.

Такое положение обеспечивалось всеми правдами и неправдами, в том числе и содержанием такой академии. И надо же такому случиться, что этому порядку суждено разрушиться именно в период его руководства.

Ректор Кхарасн нервно выдохнул.

– Когда несколько лет назад была прекращена программа поиска талантов в провинциях, никто не слушал моих возражений, ваше величество. – Нападение, лучший метод защиты. Хотя ректор понимал, что это опасно, но все же, можно кое-что выиграть.

– Не больно ты в той программе вы просматривал безродных. – Скривился его величество. Но все же тон изменил. Совсем немного, но опытный интриган уловил. – Арнейс, ты что-то говорил об активности гекатессы Нэстэ.

– Да, ваше величество, в королевство она прибыла по приглашению этой Сумми, на её выпускной концерт. Судя по всему, решение было принято в последний момент. По крайней мере никаких предварительных проработок не было. Радуга предпочла пройти границу как охотница, в сопровождении всего одной пятерки гекатесс.

– Это я и так знаю. Ты повторяешься.

– Извините, ваше величество, только решение о договоре так же принято скорее всего тогда же, на концерте или сразу после него.

– А герцогиня Арнейская, которую вообще никуда не выпускают из Арден, прибыла сюда по чистой случайности? – Съязвил король, глядя на своего начальника службы безопасности.

– Она была включена в пятерку сопровождения так же в последний момент. И столицу Лайренты покидать не может.

– А зачем ее покидать? – Неподдельно удивился его величество. – Давнее происшествие вполне ясно показало, насколько щепетильно Живущая в Бездне к взятым на себя обязательствам. Последствия ее визита к своей подопечной можно было просчитать.

– Но за все это время не было зафиксировано никакого интереса с ее стороны. Желание принять приглашение выпускницы и присутствовать на концерте, как и дальнейшее ее поведение не вызывало опасений. Тем более, что договором занимались юристы латтории из мира элфов.

– Неплохая сделка. – Хмыкнул король с раздражением переводя взгляд обратно на ректора. – Обошла вас гекатесса Арден по всем статьям.

– Ваше величество, мы можем отказать этой девочке в обучении в академии. В конце концов, она всего лишь кандидат и находится на испытательном сроке.

Несколько секунд все присутствующие моча переваривали информацию. И первым зашевелился уже советник иностранных дел:

– Талант девочки скрыть уже не удастся. Любые прочие причины для отчисления непременно окажутся под прицелом прессы и объектом внимания юристов инвестора. А это сразу латтория элфов и геката Арден. Мы рискуем нарваться на серьезные последствия.

– Элфы являются поклонниками нашей музыки, особенно ориенхорна. Герцогиня же здесь выступает патроном только по личной просьбе своей сестры по гекате. – Осторожно, словно раздумывая заметил советник Луренс, тот еще специалист по распутыванию интриг.

– Ты хочешь сказать, это продолжение той истории? – Вскинулся король, впрочем как-то без удивления, как будто он сам уже пришел к тем же выводам.

– Не исключено. В той истории, чтобы загладить скандал, Дарующей миры пришлось приносить нам официальные извинения. Более того, в неприятное положение тогда попала и старшая Гекаты. Да и император Арден вынужден был объясняться. Я опасаюсь, что в случае отказа мы рискуем оказаться в столь же невыгодном положении, что Арденцы тогда.

– Ссориться с Арден мне очень не хочется. – Выдохнул король. – Союзная геката не только не распалась, как кое-кто надеялся, а наоборот набирает силу. А это ведущие империи Объединенных миров.

– Да и с советом контакторов не выгодно портить отношения. – Проворчал Луренс. – Эта гекатесса Нэстэ составляет триаду правящих и имеет уровень полной радуги. Все трое уже официально входят в Совет контакторов. Задеть Дарующую, это все равно что напасть сразу на троих. Так что тут будут затронуты интересы гекат и Ардена и Аринола. И это не считая интересов змеелюдов и кашьяти. А остаются ещё расы, связанные лично с этой девушкой, ринсли и элфы только то, что приходит в первую очередь.

Ректор растерянно переводил взгляд с одно мрачного лица на другое. Он бывал на королевском совете, когда дела касались сферы его деятельности и исполнял функции аналогичные министру культуры. Этим объяснялся и начавшийся разговор. Но в данном конкретном случае советники сходу пытались просчитать нечто, что выходило далеко за рамки его компетенции. И услышанное ему совсем не нравилось.

– В общем так, ректор Кхарасн. – Обернулся после паузы король. – Разу уж так получилось, никаких о каких отказах для этой девочки даже не думай. – Ты будешь пылинки сдувать с нее. Делай что хочешь, но после окончания академии она должна не просто с удовольствием вспоминать о годах учёбы и сохранить об академии самые приятные воспоминания. Со своей стороны, я поручу провести кое какие беседы с домами, чьи отпрыски у тебя сейчас учатся.

– Э-э-э?

– Ларес, даже мне понятно, что эта девочка далеко пойдёт. Или вы не согласны?

– Она действительно очень талантлива как ориенхорнист, ваше величество, и обещает стать одним из лучших.

– Вот я и говорю, раз уж не суждено нам удержать сей самородок в руках, надо хоть сохранить возможность приглашать её ко дворцу. В конце концов, это вы допустили такую потерю, вам и исправлять положение.

– Ещё вопрос, как себя поведет инвестор. – Осторожно заметил ректор. – Концерты при дворе не всегда выгодны артистам.

– На этот счёт можете не сомневаться. – Подал реплику советник. – Я успел ознакомиться с выводами юристов, посмотревших договор. Принимать или отклонять приглашения на концерты инвестор оставляет за исполнителем.

Глава 13

Сиула ничего не знала о происходящем за закрытыми дверями и сильно бы удивилась в каком именно ракурсе мусолится ее имя. Перерыв на приеме ей удалось использовать для встречи с Нэстэ. Она состоялась прямо в приемном зале, в отдельном уголке. Прочесть откровенную зависть в обращенных к ним взглядах она еще не могла и была счастлива. Нэстэ и знакомая пятерка провели с нею почти полчаса времени болтая обо всем сразу и вроде как ни о чем. Естественно был вопрос о кураторстве графини Аренийской, на который она охотно ответила положительно. Подростку даже в голову не пришло, что "естественность" такого вопроса в Лайренти весьма сомнительна. Инвесторы не сильно думали о мнении своих подопечных.

И уже под занавес, Инниса отвела ее в сторонку и улыбнулась, протягивая маленькую коробочку с браслетом.

– Не ахти что конечно, зато работает напрямую со станциями связи на Переходах и ваши инфосети ему не требуются. Так что сможешь связаться со мной при любых условиях. Свой контакт я уже сбросила.

– Ты думаешь это необходимо?

– В Арден наши развлечения при дворе считаются едва ли не частью подготовки гекаты. Придворные там давно уже приспособились и стараются не нарываться по пустякам. – Инниса весело улыбнулась. – На приемах чтобы так разыграть кого, нужно очень постараться. А тут прямо заповедник непуганых аристократов. Я столько кислых физиономий давно не видела, ну прямо как в детство вернулась. Но ты правильно догадалась. Впрямую не полезут. Ваш король умный мужик и кому надо коготки подрежет. А вот по мелочи, из-под тишка доставать будут. Араснел хорош в деловых вопросах, но в интригах посоветовать не всегда сможет. Да и парень он все-таки. Так что звони, не стесняйся. Даже если просто так поболтать захочешь, все равно звони.

Сиула невольно покосилась на новенький браслет связи. Не дорогой, внешне даже скромный. Но у него была одна особенность. Браслет мог обеспечивать линию связи независимо отместных условий. И имел функцию контроля за здоровьем. Стоявший рядом сотрудник дворцовой охраны аж перекосился, когда она извлекла его из коробочки. Но подскочивший по его вызову офицер вежливо выслушал пояснения графини и прежде чем отойти с явной неохотой внёс новый прибор куда-то в свой планшет.

– Никогда не снимай его, даже в душе или бассейне. – С тихим смешком давала последние инструкции графиня, при этом умудряясь сохранять чопорный, даже спесивый вид, одним взглядом отпугивая желающих приблизиться к ним. – Иначе тут окажется половина Гекаты. Инвестиции тоже надо охранять и даже король Лайренты с этим спорить не будет. А в остальном, сказкам не верь. Приборчик передает только твое местоположение и индикаторы здоровья. Прослушек нет, камеры отсутствуют. Точнее, без твоего прямого указания они останутся пассивными. А с упроавлением сама разберешься.

С самого приёма её отпустили в числе последних. Пришлось-таки задержаться для заключительного выступления. Ноги от длительного стояния гудели, во рту все пересохло, а голова была как ватная от усталости. Верная Иррсина выглядела не лучше и не сдержала облегченного выдоха, когда наконец щелкнули замки на футляре.

Сиула без труда прочитала в ее взгляде туже тоску по гостиничной койке, уже недоступной им. По правилам академии, после представления ко двору они отправлялись прямиком на территорию академии.

Комендант общежития долго и недоверчиво сверяла их документы, зачем-то делала уточняющие запросы по визиофону и все равно в чем-то продолжала сомневаться. Остальные уже состоявшиеся слушатели академии успели рассосаться по выделенным комнатам, устроиться и кое кто даже и вернуться обратно в холл, служивший одновременно чем-то вроде места для отдыха. На двух задержавшихся девушек смотрели они косились с недоумением и любопытством. Кое у кого проскальзывали презрительные усмешки. Но все предпочитали держаться на удалении.

Сиула после концерта так устала, что почти не обращала внимания на то, что творилось вокруг и тихо обрадовалась, когда в руке наконец появилась карточка-ключ. Подосадовало только, что их комнаты оказались едва ли не под самой крышей этого муравейника. Настолько далеко, что комендант даже вызвал портье, чтобы не заблудились.

Невозмутимый сопровождающий не проронил ни слова, пока они ехали в просторном лифте и шли по коридору до своей двери. Сиула только порадовалась этому молчанию. Усталость продолжала давить так, что под конец она ориентировалась только на спину сестры, на которую едва и не налетела, едва переступив порог их нового жилища.

Обойдя свою санэтри она тоже в недоумении осмотрелась. Как выглядят комнаты общежития академии они знали. В инфосети этой теме был посвящён целый раздел на страничке студентов. Но тут было что-то совсем не то.

Довольно широкая прихожая, три небольшие спальни, просматриваемые в открытые двери. Явно не казенные кровати и даже мягкая мебель в виде кресла в каждой комнате.

– Ну это уже слишком. – Очнулась Иррсина. – Зачем так тратиться на нас. Проживание не не входит в долговые обязательства по контракту. Я помню как тот адвокат пытался верещать по этому поводу.

Сиула недоуменно сморгнула.

– Ты думаешь это ОНИ оплатили?

– А кто ещё? Думаешь нас за красивые глазки поселили на коммерческие этажи?

– Может это ошибка?

– Жди! Эта вобла сушеная именно поэтому так долго все выясняла. Не тянем мы на богатеньких наследников, совсем не тянем. Ни по виду, ни по документам. Да и слуг у на нет.

Взмах рукой в сторону третьей спальни расставил в сознании Сиулы все несуразности по местам. Эта комнатке была заметно меньше двух других, мебель даже с первого взгляда выглядела проще и в двери просматривалось две кровати, стоящие у стен. Предложенные апартаменты явно предназначались для двух слушателей, слугам которых предлагалось жить в одной комнате.

Сзади без стука открылась дверь и Сиула уперлась взглядом в грудь молодого человека, представленного Инниссой в качестве личного камердинера.

– Извините за задержку, ларэссы. Мне пришлось утрясти некоторые формальности по поводу постоянного проживания в королевстве, да еще в одних апартаментах с двумя молоденькими слушательницами.

– Иннел Араснел, если уж графиня Арнейская позволяет себе свободное общение с тобой, давай и мы обойдемся этих церемоний, если можно. – Вздохнула Сиула. – Ты можешь сказать зачем все это? Мы бы спокойно обошлись стандартными комнатами общежития.

– Кроме того, что вашим инвестором является гекатесса Нэстэ, вашей патронессой выступает герцогиня Арнийская. – Немного напыщенно заявил молодой человек. – Поэтому выбор стоял между апартаментами в общежитии и арендой соответствующей квартиры за пределами академии.

Парень сбился с напыщенного тона и весело улыбнулся.

– Короче, Второй вариант банально дороже, к тому же потребует содержать транспорт и влечет за собой кучу прочих бытовых неудобств, включая сложности с вашими регулярными занятиями. Академия предоставляет жильё разного качества, а коммерческий вариант уже оборудован звукопоглощающими экранами. Плюс, здесь в стоимость входит питание и охрана, что немаловажно. Так почему бы этим не воспользоваться?

– Мы могли бы и так. – Протянула Иррсина. – Я думала вы будете проживать на территории посольства Арден.

– Наверно. Но ларэессе Сиуле нужно учиться. Вам надо все время быть при ней. А бытовые проблемы лучше оставить пока мне.

– Так, к Сиуле уже на ты. А почему меня обзываешь?

– Ты же не разрешила. – Весело улыбнулся парень, на ходу исправляясь. – Ваши вещи из гостиницы доставят ближе к вечеру. Но я думаю все, чего вы сейчас хотите, это добраться до постели. Но на ужин я вас разбужу. И не забывайте закрывать дверь. Я все-таки мужчина, хоть и иной расы.

Обе "дамы" совсем по кошачьи фыркнули. Вот уж чего им можно было не опасаться, проживая в одном помещении с людьми, так это досужих слухов блюстителей морали. Тем более, что комнаты были снабжены отдельными замками. Иррсина совершено неожиданно для себя оказалась обладательницей такой же комнаты для студента, что и Сиула.

– Так это ты произвела такое впечатление на приёме?

Это был, пожалуй, первый вопрос, обращённый не посредственно к ней в первый день на вводном занятии. С тех пор он звучал каждый день и даже не один раз. И за месяц основательно поднадоел.

Сейчас, как это ни странно, стоял Кэрэл. Сын самого Эрханза Арьинтела. Это род хоть и имели титул даэса, аналогичный баронам в Арден, зато были весьма влиятельны при дворе, подобрав под себя все снабжение.

Вопрос вызвал у сестер некоторое удивление. А в последующие дни заставлял досадливо морщиться. Все же стать объектом интереса всех слушателей академии в планы Сиулы не входило.

В первые дни жизни в академии они с Иррсиной вообще очень много узнали о тех, с кем придётся учиться и общаться.

Их камердинер умудрился собрать весьма обширную картотеку по каждому роду, чьи дети или те, кому они покровительствуют, находились в этих стенах. А главное, заставил их выслушать и даже выучить кое-что из этого.

Сиула не стала спорить и послушно затвердила имена и титулы не особенно понимая зачем. С кем-то из них рекомендовалось держаться ровно, с другими и вовсе избегать общения. Ларсен Кэрэл учился уже на третьем курсе по дисциплине струнных инструментов и был охарактеризован как "местный заводила и организатор студенческих собраний".

Этот парень подошёл к ним после лекции и ничуть не скрывал оценивающего взгляда, брошенного на их платья. Столичный кутюрье исправно выполнял заказ, сделанный Инниссой, и гардероб девушек продолжал исправно пополнялся новой одеждой.

– Вроде я. – Осторожно заметила Сиула, не совсем понимая, как себя вести. Араснелу было легко давать советы. А как их выполнить, если весь опыт общения с высшими родами у тебя огранивается исключительно репортажами в прессе, игровыми роликами да романами, прочитанными случайно и по диагонали.

– На представлении королю редко кому поручается выступить более двух раз. А ты исполнила сразу четыре произведения подряд. При дворе до сих пор говорят о новом даровании, что откопали в провинциях.

Сиула невольно поморщилась. Но парень весело вскинул ладошки вверх.

– Это не я. Лично я считаю, что жизнь в провинции имеет свои прелести. А это правда, что ты знакома с Дарующей миры и она лично приезжала на твой выпускной концерт?

– Она спасла меня в Бездне.

Сиула помнила, что рассчитывать на стоящую рядом Иррсину не приходится. Это было непривычно и когда Кэрэл сделал на этом упор, даже вызвало ее возмущение. Но только по местным правилам Иррсина, из-за отсутствия соответствующего образования, не могла считаться полноценным санэтри и в академии стояла чуть выше обычной служанки, пользующейся особым доверием своего патрона.

В академии хоть и вынужденно, но все же были приняты некоторые послабления в этикете между слушателями разных сословий. По меньшей мере на официальном уровне все слушатели были равны между собой. Что собственно позволяло Сиуле спокойно общаться с любым из сокурсников.

А вот Иррсина в силу своего положения этакого оруженосца при ориенхоринисте вынуждена была хранить молчание из опасения нарваться на неприятный выговор своей двоюродной сестре.

– Ту историю сейчас только глухой и совсем ленивый не перечитал. – Ухмыльнулся парень. – Тебе тут все завидуют.

– Мне, за что? – Искренне удивилась Сиула. – Тут много талантливых ребят. Мне просто повезло.

– А за все сразу. Такие как я тому, что ты теперь на слуху у короля. Те, кто имеет вилы на музыкальную карьеру, завидуют твоему таланту. Те, кто на инвестиционных стипендиях смотрят на твоих покровителей и их отношению к тебе. Обо всех условиях договора никто не знает естественно. Но тебя ко двору представляла дочь древнего рода империи Арден, а это кое-что значит даже в Ларнейли. Вы проживаете на коммерческом этаже, да еще с личным камердинером. и все уже знают, под большим секретом естественно, что комнаты выкуплены на весь период обучения. Я кстати успел с ним пересечься с ним пару раз в холе. Хорошо обученный камердинер высоко ценится в любой семье. Здесь в академии это большая редкость, тем более дворянского происхождения. Ваш парень действительно обученный специалист, скорее всего приставлен к студентке чтобы набраться опыта.

Парень перевел взгляд на Иррсину, не без интереса окинул ее взглядом и продолжил:

– Твое "везение" само по себе тоже предмет зависти для многих и вообще не имеет логического объяснения ни по статусу, ни по таланту. Что самое забавное, быть может даже больше, чем все остальное.

Сиула заученно улыбалась, слушая трёп парня. А сама невольно вспоминала наставления Иннисы. Как она выговаривала им на все попытки заявить, что они взрослые и все смогут сами, без няньки.

Спустя какой-то месяц об их разговорах перед расставанием можно было вспомнить с улыбкой, хоть и грустной. Непросто подростку признать, что без помощи опытной гекатессы и оставленного ею дворецкого им пришлось бы совсем плохо.

А тогда Инниса совсем не спорила с их утверждениями, напирая в основном на репутацию и взгляды высшего общества, и особенно нравы при дворе. За этот месяц Сумми с Иррсиной очень быстро определились с тем, как мало они знали о жизни в большом городе.

Араснел с первых дней оказался той самой стеной, что наглухо отгородила их от быта студенческого жизни. К тому же он служил ещё и охранником во время выходов за пределы академии и сторожем их маленького мирка, куда даже всесильная комендантша допускалась исключительно с его ведома и под личным контролем. Как это ни странно сей факт вызвал понимание и уважение с её стороны. Чего нельзя сказать о некоторых соседях по этажу, которым пришлось познакомиться с совсем другими навыками камердинера.

– А Женская часть завидует вашим платьям. – Добил веселый парень, при этом кивая на стайку своих спутниц, неприязненно посматривающих издали.

– С ними то что не так? – Опешила Сиула обменявшись недоуменными взглядами с сестрой.

– Наши дамы уже успели выяснить кто их вам шьет и оценить размах заказа. – Рассмеялся Кэрэл. – Неплохая идея, приехать налегке, с парой чемоданчиков, весь гардероб заказать на месте. Сразу решаются все вопросы со столичной модой и качеством обновок. Ты извини, но вашему прибытию на вокзал и последующим изменениям было немало свидетелей.

За спиной не совсем вежливо тихо фыркнули. Сиула и сама едва удержалась от смешка. Забавно все повернулось, а быть может Инниса с самого начала все спланировала в расчете на такую реакцию местного общества. Все же она не один раз упоминала силу слухов и сарафанного радио.

– Конечно все понимают, что это ложится на ваш долг по договору. Но если честно, не многие инвесторы оказывают столько внимания своим подопечным. – Усмехнулся парень. – Они считают такие вложения бессмысленными. И все гадают о деталях договора, что ты позволила себе согласиться на такие траты.

– Ты тоже нам завидуешь? – Не сдержалась Сиула.

– Конечно. Я ведь не последний на своем курсе, а кое-кто считает даже в академии. А тут появляется некто более талантливый чем я. А еще я бы не отказался от частички твоего везения. – Ничуть не смущаясь заявил парень. – На сцене я смогу играть намного хуже среднего.

– А тебе это надо?

Несколько озадаченная таким напором Сиула по-новому рассматривала задумавшегося парня.

– Наверно нет. – Ничуть не смущаясь под ее взглядом протянул тот. – Сделать карьеру на сцене мне никто не позволит. Но ведь хочется! А еще, мне интересно посмотреть на девчонку из провинции, уже второй раз привлекшей внимание короля и заставившую говорить о себе прессу сразу нескольких государств.

Глава 14

– Кто твой спонсор?

Извечный вопрос, от которого в академии зависело все, начиная от отношения к тебе преподавателей, до того, как к тебе будут относится твои сокурсники и прочие слушатели.

Сиула в который раз испытала неприятную щекотку от встающей между лопаток шерстки. Не случись ее знакомства с Живущей в Бездне, сейчас бы она заработала пренебрежительные взгляды от этой компании детей столичной аристократии.

Впрочем, для нее уже не было секретом, что такие взгляды посылаются ей в спину.

– Это наша знаменитость на курсе. – Громко оповестил Лийшер, один из ее сокурсников.

Парень с её курса, только по классическим инструментам, а весело улыбнулся, считая, что свою реплику проявлением юмора. Сам он имел какое-то отношение к провинциальному небогатому роду и страшно гордился тем, что его спонсором выступал герцог Олинедиран.

– Её спонсирует Живущая в Бездне. Говорят, гекатесса самой принцессы Арден.

Паренек замер, ожидая реакции остальных зрителей, точнее одного, стоявшего в центре компании. Спонсоры вне королевства действительно были редкостью, и ученики заключившие такие договора всегда привлекали внимание. Для паренька же из провинции главным было слово "принцесса", чего бы там ни было. В его понимании, сумевшая заключить подобный контракт Сиула, была почти что приближенной к правящим Арден.

– Нэстэ? С ленцой переспросил незнакомый парень, кинув любопытный взгляд на нее. – Гекатесса Арден и единственный владетель-чужак латтории в мире элфиян? Твоим спонсором действительно выступает Живущая в Бездне?

– Да. – На взгляд Сиулы, парень немного переигрывал на публику.

Он явно знал о ней больше чем хотел показать. Но ответила спокойно и даже независимо пожала плечами, с любопытством ожидая продолжение спектакля.

Она отметила насколько стала спокойнее отвечать на такие вопросы. Но поведение незнакомца было необычным. Ни презрительно искривленных губ, ни презрения. Во взгляде только любопытство. Причем именно к ней, а не к тому, что тут вещают. Как если бы навел справки и теперь пожелал составить личное впечатление.

– И ты с нею познакомилась в Бездне?

– Там и встретились. – Не сильно покривила Сиула против правды.

Мир ринсли для большинства обывателей мало чем отличался от тропы, по которой она бежала от работорговцев.

Сиула смотрела на эту группу аристократов с какой-то отрешенностью. Наверно именно поэтому она могла отмечать насколько они все разные. Одни смотрели на неё с тем же недоумением, что и в первые дни: "Из черни, и чего в ней нашел такой спонсор?". Другие с раздражением: "плебейка, а корчит из себя…". Она отметила пару возмущённых взглядов от девушек, с которыми уже сталкивалась раньше.

После концерта на императорском приёме именно они попытались поставить на место зарвавшуюся простолюдинку, в которой все что есть, это талант. И если бы сестра Нэстэ по гекате не подошла к порученному делу со всей ответственностью, им бы это скорее всего удалось. Да только куда местным доморощенным аристократкам, не достигшим даже совершеннолетия, тягаться с дочерью высшего аристократа Арден, выросшей при дворе. Гекаты обучают не только точным наукам и культуре. Интриги и кулуарный политес в таких империях давно возведен в ранг отдельной науки. Как говорится, если не можешь искоренить, надо изучать и пользоваться. Гекатесс тоже учили. Так же как учили драться, используя все слабости и недостатки противника.

За несколько дней, что было у них, многому не научишься. Но кое-что герцогиня Арнийская все-таки предусмотрела и выдала короткие вполне внятные инструкции. А на остальные случаи оставался её дворецкий. Столь же вышколенный и знающий ответы казалось на все случаи жизни.

В общем тогда этой парочке девиц пришлось спешно ретироваться. Сиула вообще не поняла суть их претензий. Кроме одной: …" такие как она должны знать своё место и одеваться поскромнее, а уж про украшения и подавно".

Вот и сейчас эти две клуши с усилием отвели взгляды от её серёжек. Узнать работу мастера-ювелира было нетрудно, как и оценить их стоимость. Сейчас уже никто не уточняет, где она арендовала украшения. Все, кто хотел, навели справки, а дальше сработало сарафанное радио. Так что теперь не приходилось неопределенно пожимать плечами и отмалчиваться. Одной из инструкций Иннисы как раз и было, никогда не оправдываться и не пытаться доказать очевидное.

Доброжелательных взглядов не было, за исключением того самого парня, что проявил к ней сегодня любопытство. Оно и понятно, ему переживания девчонок были побоку.

– Кэрэл Кин Дасере. – Все же счел возможным для себя представиться парень.

О как! Наслышаны. По той справке, что выдал им с Ирсиной дворецкий, Кэрэл значился в числе первой десятки по опасности общения. Семейка Кин Дасере не из самых знатных, есть и познатнее. Например, кровные родственники короля.

Зато род Кин Дасере значился среди наиболее богатых и влиятельных при дворе. Как никак через них проходили все продовольственные поставки армии и двору. А еще, этот род славился своими советниками короля и целой плеядой дипломатов. Представители семейства славились предельной практичностью, граничащей с цинизмом, относительным либерализмом в общении, в той степени что требовали деловые отношения. В ранге вероятных встреч Кэрэл стоял в одном ряду с выходцами всех влиятельных родов, то есть имел статус "не связываться".

До этого дня Сиула его не видела. Что не было удивительным. Кэрэл был старше ее на четыре года и слушателем третьего курса академии. Скорее всего он отсутствовал под благовидным предлогом и появился здесь несколько дней назад. Скорее всего парню была уготована участь далекая от музыкальной сцены. Но кое-что о нем она слышала, и как это ни странно от преподавателей.

Как успела понять Сиула, Кэрэл слыл белой вороной в компании академической элиты. В отличие от большинства студентов своего круга, он имел несомненный талант и специализировался на классических инструментах. Он даже позволял себе выступать на сцене, что для нэров было почти неприемлемым. Под псевдонимом конечно. Но это обычная практика для тех, кто все же не считал учёбу здесь просто обязательной повинностью.

– Ну, что в Бездне делала Живущая, понятно. А вот что ты там позабыла? – Продолжил разговор парень, разбивая всякие надежды выполнить полученные рекомендации, вежливо распрощаться и по-быстренькому удалиться.

Прервать разговор с нэром первой Сиула все же не решилась бы, тем более, что и сам разговор велся во вполне приемлемом тоне. Не с ее происхождением нарываться на неприятности. Оставалось только вежливо отвечать. И не так, как тем двум клушам, что продолжали сверлить ее злобными глазками.

– Помниться тогда был какой-то ещё скандал с ловцами рабов, точнее с их недостроенной базой. – Доброжелательное любопытство в глазах парня не могло обмануть ее.

– Так я и сбежала от них. – Со вздохом согласилась Сиула.

Давний эпизод из той прошлой жизни болезненно толкнулся в глубине сознания. От этого факта из своего прошлого нельзя было скрыться. Скандал со сделкой на продажу подданной короля вышел действительно громкий. И если бы не Нэстэ с подругами, ни какая тетя Гисинта не смогла бы спасти ее от последствия того однодневного рабства.

Дарующая знала, что делала, выводя столь незначительное происшествие на уровень межмировой гильдии охотников за тварями. Свой план по ликвидации едва развёрнутой базы ловцов она выполнила даже с лихвой.

Взбешенный международным скандалом король не только аннулировал договор с этой гильдией, но даже издал специальный указ, по которому они не могли больше рассчитывать на своё присутствие в королевстве. Правда дальше этого дело не пошло и объявления рабства вне закона так и не последовало.

Сиула постаралась сделать лицо как можно равнодушнее. Если бы Нэстэ не ввела её в свой род, и носи она фамилию своих родителей, пришлось бы на этом месте ожидать в лицо презрительных фырканий, а то и нелестных отзывов. Да только она здесь младший представитель рода Живущей в Бездне. Дома, в школе это было менее заметно. Там ровесники все же пытались проходиться на ее счет.

Сиула не без удовольствия отметила разочарование взглядах своих не дружественных знакомых. Развязать языки в присутствии свидетелей ни один из зрителей не рискнул. У аристократов свои правила на этот счёт. К тому же большая часть из слушателей пользуется таким же покровительством или спонсорством, что и она. Так что оскорбления в её адрес многими может быть воспринято на свой счёт.

А про себя ей еще с первых классов школы было что рассказать. Спасибо Иррсине, чей язычок не один раз ставил на место школяров. Например, то, что она не только смогла вырваться и сбежать, но ещё нашла помощь, и новый род, согласившийся принять её. Раса тут н имела значения. Главное, что это сильный род, способный и главное готовый её защищать.

Живущая в Бездне или как еще ее называют, Дарующая миры, конечно чужачка для Ларнейши и её род состоит только из неё самой. Да только Нэстэ оказалась далеко не последней в мире Объединённых миров, имела мощных союзников в лице гекат сразу четырёх крупнейших империй, и сама была сестрой по гекатам принцесс Арден и Аринола. И как выяснилось за эти несколько лет, не столько пользовалась высоким покровительством, сколько сама его оказывала. Сиула только оказавшись в музыкальной академии, поняла насколько готовы считаться с её спонсором власти королевства. Дошли до нее некоторые осторожные слухи о причине прикушенных язычков двух клуш, и не только.

– Да, точно. – Прищурился парень, даже не скрывая, что это была проверка, и она её прошла. – Я вспомнил, ты же дочь охотника за тварями. Дарующая миры была настолько разозлена из-за сделки ловцов и твоего дяди, что нарушила свои собственные планы и через Раскол вышла в королевство чтобы тебя вернуть.

– Ага, сама-то небось дорогу назад бы не нашла. – Съязвила одна из раздосадованных аристократок.

Сиула никак не прореагировала на этот выпад. Знаем, проходили. Кто только не пытался в первые дни указать бывшей рабыне на её место. Даже королевские стипендиаты смотрели косо на младшую рода.

– Ну, если она прошла в Бездну, значит помнила и как из неё выйти. – Усмехнулся парень, даже не повернув головы в сторону девушки. – Ты ведь тогда же была принята в род Дарующей?

Сиула неопределенно подала плечами и кивнула. Если покопаться в инфосети, то и сейчас можно найти статьи, в которых обмусоливался столь необычный факт.

– Интересно за какие такие заслуги? – Не смогла сдержаться все также девица.

– Вторая в роду Дарующей, насколько я понимаю. – Протянул парень. – Очень неосторожно задирать тех, в ком заинтересована корона.

Вот теперь уже было странно. Да она младшая и вторая. Вроде ничего особенного, но какая большая разница между этими словами. О втором факте старались вовсе не вспоминать. Кэрэл что, пытается ее защищать?

– Она всего лишь приживалка. – Последовал запальчивый ответ.

Сиула напряглась. Это уже было близко к границе личного оскорбления. Хотя пока девица ее не преступила. Да что нужно этой даме. Ведь ни таланта, ни умения. В академии находится только за счёт своего происхождения и денег отца.

– Приживалок не селят в гостевых апартаментах, и не приставляют камердинеров из дворян Арден с экономическим образованием. К тому же получившем боевую подготовку в лучшем армейском учебном заведении и с боевым опытом на рубежах империи. – Резко сменил тон парень. – А на сколько мне известно, в Арден при вызове на поединок не делают разницы между парнем и девушкой.

Сиула растерянно сморгнула. Нет, то что с ней остался далеко не простой камердинер она понимала, не слепая. Уж очень хорошо он ориентировался не только в финансовых вопросах. Да и ходил он с оружием, что однозначно говорило о его дворянском происхождении. Но этот старшекурсник знал об их няньке гораздо больше, чем она.

– Ну, здесь все-таки не Арден. – Неуверенно протянула девица, осматриваясь вокруг в поисках поддержки.

– В вопросе чести рода наше королевство признаёт дуэльный кодекс Арден. Хотя бы по тому, что он не сильно отличается от нашего. А осуждение рода за спиной его представителя, тем более в таком ключе, может быть расценено как личное оскорбление – Небрежно бросил парень. – Тем более все сказано публично. А дворецкий находится здесь по официальному поручению графини Арнейской, как известно сестре по гекате Живущей в Бездне. Я не знаю, как вы, ноэра Арси, но лично я бы очень не хотел стать причиной появления здесь раздосадованной Дарующей с боевым прикрытием из сводного отряда четырех гекат. Наш король вряд ли будет вам благодарен.

Девица видимо представила все последствия подобного развития событий. Ее глазки панически забегали по лицам, ушки плотно прижались к голове.

– Я ничего такого не имела ввиду. Прошу прощения, если кого-то обидела.

Ее злобный взгляд почти разрезал Сиулу пополам. А она только благодарила тетю Гисинту, учившую держать лицо при любых обстоятельствах.

Разговор был неприятен и шел на грани приличий. Но Кэрэл по какой-то причине явно защищал ее, что было неожиданно.

– Мне надо явиться пред очи нашего славного ректора. – Продолжил парень. Но я рад был лично познакомиться с тобой и хотел бы, чтобы ты обращалась ко мне по имени.

Сиула недоуменно сморгнула. Это не предложение отношений или чего-то личного. Все правильно, официальное предложение дружбы между знатным и незнатным делается со стороны титулованной особы. И никакого ущерба для его самомнения. Такой шаг требовал ответа, тем более от простолюдинки.

– Взаимно. – Нашла она обтекаемую фразу. – Хоть и понимаю, что это все-таки связано с моим родовым именем.

– Конечно. – Парень весело улыбнулся. – Семья не даст мне посвятить себя музыке, как бы я этого ни хотел. Пока мне дают такую возможность на время учебы в академии. Но через несколько лет мне придется заменить деда на поприще дипломатии. Личное знакомство с членом рода Дарующей уже само по себе имеет значение в дипломатических кругах.

– Ну мой случай вряд ли вам подойдет. – Сиула неожиданно для себя расслабилась и даже позволила себе вернуть парню улыбку. – Я действительно всего лишь ношу имя рода, по разрешению основательницы. Никаких прав на него у меня нет.

– Не стоит столь поверхностно относиться к себе. – Доверительным шепотом заметил парень. Впрочем, ничуть не смущаясь тем, что его слышат все окружающие.

– Дарующая миры не занимается тобой лично, это верно. Она отличный специалист по Бездне, ей почти нет равных в рукопашном бою и во многих других вещах. Но вот как устроить в чужом мире принятую в род одну конкретную девочку и чем ей вообще можно помочь она не разбирается. В ее характере скорее заявиться ко двору и навести здесь шороху лично. А уж о последствиях таких разборок могут рассказать те же шнатлии. Та часть, что уцелела естественно. Хотя к их двору она даже не приближалась. И ополовиненная аристократия для старшей твоего рода, вполне приемлемый результат. Так что и наш король, и император Арден полностью поддерживают ее решение действовать через герцогиню Арнейскую.

Сиула уже с некоторой симпатией посмотрела на парня. Тот ничуть не смущаясь подмигнул и повернулся к своей компании, давая понять, что разговор окончен.

Глава 15

За год круг общения в академии у Сиулы не сильно расширился. Если не брать во внимание преподавательский состав, кроме Кэрэла, более или менее нормально и регулярно с нею на курсе поддерживали разговоры ещё трое. И то, это скорее было поверхностное знакомство, а не дружба. Впрочем, Сиула не сильно по этому поводу задумывалась, и сама избегала лишнего общения, привычно предпочитая общество сестры и ориенхорна.

Иррсина завела знакомства среди служанок, проживающих в городе, а в академии появлялась только на время занятий с ориенхорном.

Испытательный год в академии завершался без экзаменов. Сиула еще в середине триместра знала, что прошла на первый курс академии. Тётя была страшно рада такому результату племянницы и не скрывала гордости за свою дочь.

Единственное что напрягало Сиулу, это летний отчетный период. Ее куратор, мэтр Виррисл, вместе с радостным известием снизошел до довольно подробного объяснения летнего периода для всех поступивших. То, что слушатели академии были обязаны во время каникул участвовать в концертах и представлениях Нэстэ слышала, но как-то не думала, что это касается первокурсников. Оказывается зря.

По сути, это была возможность для тех, кто обучался за счет инвестиционных договоров немного улучшить своё материальное положение в довесок обычной стипендии. С их гонораров за концерты в академию отчислялся определённый процент, частично даже шедший в счёт оплаты очередного года. Остальное шло на счет слушателя. Мэтр, объясняя все подробности, весьма критически косился на нее, откровенно сомневаясь, что такая возможность ее заинтересует. И сильно ошибался. Ни Сиула, ни Иррсина, старались не поднимать вопрос о карманных деньгах перед своим опекуном и довольствовались тем, что присылали родители.

Но был в этом еще один стимул участвовать в этом. В академии существовал вполне официальный конкурс этих самых гонораров, заработанных в летний сезон. И для первой десятки победителей академия предоставляла определенные льготы в части набора дополнительных учебных дисциплин, сверх предусмотренного оплаченным учебным планом.

Сиула очень хотела заполучить дополнительные часы по целому ряду направлений. При этом ей совсем не хотелось обращаться за очередной денежной помощью к Нэстэ. И участие в этом конкурсе ее очень заинтересовало.

Вот только пока не было даже намека куда обратиться со своей проблемой. С чем она и поделилась с Иннисой на очередном сеансе голосвязи, старательно обходя конечную цель своего беспокойства.

– Ну ка, ещё раз и поподробней об этой системе соревнования. – Вцепилась кураторша – Что там надо вам сделать летом?

– Ты понимаешь, академия легко найдет для меня время на благотворительных концертах или во дворце, и даже обяжет выступать на них, если я окажусь не удел. Но за это много не выручишь. Если академия организовывает практику слушателя, то и доходы забирает себе. Я не жалуюсь, у меня и так все есть. – Поспешила она отмести невысказанные подозрения девушки. – Просто иногда…

– Хочется иметь кое-что в кармане и не отчитываться перед кем-либо. – С понимающей усмешкой закончила Иннисса. – Не смущайся, мне это по себе знакомо, и по девчонкам в гекате. А что ты удивляешься? Мы ведь не все время сидели в орбе, могли и в город выйти и в кафе зайти, и в парке погулять. Только я не поняла, я же просила тебя обращаться, если что.

– Ну, я не думаю, что это удобно. Вы и так для меня сделали столько, что вокруг очень сильно косятся.

– Диагноз ясен, вопрос личных средств закрываем. – Со вздохом кивнула Инниса. – А на счёт лета ничего не предпринимай, не ищи и никому никаких обещаний не давай. Мне надо навести у кое-кого справки. Маленькое уточнение только, на эти концерты есть какие-либо ограничения академии. Ну там количество слушателей, официальные или нет концертные залы, и вообще в каком мире проводятся?

– Вроде нет. – Неуверенно протянула Сиула. – Да кому придет в голову приглашать за рубеж слушательницу академии, да еще в самом начале обучения.

Два следующих дня Сиула старалась отмалчиваться на вопросы одногрупников по поводу летних планов. Даже когда куратор группы объявил о готовности принять всех, кто желает воспользоваться услугами академии, она старательно принялась копаться в сумке. Судя по многозначительному взгляду аресса Хиркхана, он не только был в курсе ее проблем, но и был им рад.

А через два дня, рано утром на ее браслет пришел вызов с совершенно незнакомого контакта.

Посреди комнаты возникла голограмма ну совсем маленькой девушки, ростом едва ли не меньше самой Сиулы и со стрекозиными крылышками, аккуратно опущенными за спиной вдоль тела.

– Я Амани, управляющая латторией Нэстэ. – Без предисловий сообщила она приятным голосом. – Мое полное имя для беседы довольно сложно, к тому же, ты вряд ли сможешь выговорить его правильно. Так что давайте сразу без политесов. – Давненько хотела с тобой познакомиться лично, но Инниса просила не лезть в ее дела без необходимости.

Элфиянка с внимательно всмотрелась в лицо недоумевающей Сиулы и неожиданно улыбнулась:

– Гекатесса Арнейская просила вас воздержаться от принятия решений по так называемому отчетному сезону. Вы последовали ее совету?

– Да, я пока не дала ответа куратору группы. Но понимаете, в списке академии есть концерты и мероприятия действительно для меня интересные и как выяснилось, за них даже платят выступающим. Возможно я зря подняла этот вопрос.

– Вы зря сделали это так поздно. – Довольно жёстко заметила Амани. – С вашей академии довольно и того, что она зарабатывает на слушателях во время учебного периода. Весьма неплохо зарабатывает кстати, особенно учитывая стоимость билетов в её концертные залы. Вы же там регулярно выступаете во время всего учебного года.

– Да, этот обязательная часть обучения. – Пожала та плечами.

– Вот и отлично. Я, как управляющая латтории, тоже не прочь подзаработать на ваших концертах. – Невозмутимо сообщила элфиянка. – У вас есть возражения против межмирового путешествия?

– Н-н-нет. Я с сестрой только надеялась навестить родных. Понимаете, моя школа имеет традицию…

– Я уже в курсе. – Всплеснула девушка руками так что ее крылышки за плечами встрепенулись и затараторила: – Лучшие выпускники выступают на выпускных концертах своей школы на следующий год, по возможности и позже. А ты у нас однозначно лучшая, да еще и учишься в королевской академии. Традиция необязательная, больше зависит от желания самого выпускника и носит светский характер. Раз у тебя есть желание, его можно учесть. Тем более. Что родных навестить действительно надо. Но только больше трёх дней я вам дать не могу. К моему сожалению, у вас оказывается до безобразия короткий "отчетный сезон". Ну почему вы не сообщили о такой возможности раньше?!

Девушка исчезла со связи на полуслове. А Сиула только озадаченно переглянулась с Иррсиной, выскочившей на разговор из своей комнаты.

– Сдается мне, что скоро мы узнаем о своих планах на лето. – Протянула Иррсина. – Правда не уверена, что это кому-то еще кроме нас понравится.

Сиула промолчала и начала собираться на занятия.

Утро в академии началось для неё со встречи в коридоре с откровенно раздосадованным куратором группы.

– Сиула, твой инвестор затребовал тебя к себе на все лето. При этом он не выдал никаких подробностей о своих планах на счет тебя. К моему сожалению, Академия ничего не может с этим поделать, это его право. Хотя обычно кандидатов не столь ретиво берут в оборот, тем более на первом курсе. Надеюсь, ты не посрамишь имя нашей академии.

Высокопарный слог не обманул Сиулу. А Кэрэл, оказавшийся рядом только рассмеялся, когда спина куратора исчезла за ближайшим поворотом.

– Все персональные заявки сторонних заказчиков стараются или придерживать, или отклонить под благовидным предлогом.

– Вот как? – С сомнением прищурилась Сиула. – И на меня значит тоже были заявки?

– Конечно, и не одна. – Просветил ее теперь уже четверокурсник. – И это несмотря на то, что ты только зачислена на первый курс. До меня доходили слухи о заявке концертного зала Арнис, здесь в столице и театрального центра города Вассил. Оба подали заявку на твое участие в пяти концертах. Это обычный пакет. Только они не работают в партнерстве с академией, могут себе позволить.

Сиула невольно вздохнула. Названные концертные залы не были самыми крупными из известных. Только многие из знаменитых исполнителей с гордостью упоминали эти названия при рассказах о начале своей сценической карьеры.

– Вообще-то странно что твой инвестор так рано заинтересовался тобой. – Продолжил Кэрэл. – Обычно они дожидаются второго-третьего курса. Как правило хорошо заработать они не дают. Одно или два выступления зато позволяют нормально отдохнуть перед началом нового учебного года.

Сиула только пожала плечами. Не откровенничать же с парнем, что она практически сама напросилась на этот вызов. Зато она впервые в жизни увидит другие миры. Не многие из слушателей академии могли похвастать таким достижением. А конкурс? Ну не получится и ладно. Ей ли жаловаться, глядя на королевских стипендиатов. Вот уж кому точно не сладко приходится.

Сказать, что тётя была рада увидеть дочь и племянницу, ничего не сказать. Родители буквально светились от счастья и с гордостью посматривали на своих детей, когда пришли на выпускной школьный концерт.

– Красивое платье, жаль, что вы привезли только по одному. – Протянула старшая сестра, рассматривая дома их наряды. – Очень бы хотелось увидеть вживую вас в том, что было на представлении ко двору.

– Араснел заставил нас весь гардероб собрать и отправить в Арден. – Вздохнула Иррсина.

Ей даже больше чем Сиуле хотелось показаться перед подружками в своих нарядах. Конечно это не концертный гардероб Сиулы, весьма пополнившийся за этот год. Но повседневная одежда от столичного модельера в провинциальном городке не осталась бы незамеченной. Даже их дорожные костюмы у знакомых вызывали неподдельный интерес и завистливые взгляды подруг.

– Вы уже знаете о планах гекатессы Нэстэ не счёт вас?

– Нет, мы получили только билеты на скоростные глайдера до Перехода в Арден и дальше в какую-то провинцию. Мне ее название ничего не говорит. – Улыбнулась Сиула. – И кстати, планы строит управляющая латторией Амани. Правда она говорит, что мой приезд согласован с Живущей в Бездне и даже получил одобрение у службы теней Арден.

– Я уверена, это все равно будет лучше, чем концертная программа в академии. – Горячо высказалась Гисинта. – Вы у меня девочки умные. Должны все понимать. Эта поездка для вас шанс вырваться за пределы королевства.

Концерт выпускников в школе Сиуле никак не запомнился. Сначала встречи с преподавателями, потом со знакомыми. Разговоры на ничего не значащие темы, ответы на вопросы.

Потом надо было выступить на сцене и поулыбаться для выпускников. В общем все то же, что было и у нее год назад. Только теперь она выступает в сомнительной роли удачного примера для учеников.

Сиула как-то вдруг поняла, что здесь никто не верит в саму возможность повторить такое достижение, как королевская академия искусств. На неё смотрели, восхищались, вежливо кивали словам директора школы. Но в возможность выйти на проторенную тропинку в высшее искусство не верили. Даже ее наставник, несмотря на всю свою спесь, обмолвился тихонько, что такой ученицы как она больше у него не будет.

Три дня оказалось более чем достаточно, чтобы убедиться в том, что она осталась здесь чужая. А всеобщее и весьма навязчивое внимание малознакомых соседей быстро вывели из себя даже Иррсину. Ведь именно ей, как ее санэтри, приходилось отбиваться от очередных просьб о встрече.

Родной городок они обе покидали с огромным облегчением, сожалея только об уютной комнатке, в которой из-за гостей даже выспаться толком не смогли.

В Ардене на рубеже их встречал незнакомый человек, очередной представитель семьи Аренских. Молчаливый, почти угрюмый. Короткое приветствие, обмен любезностями, короткие указания двум носильщикам. И едва ли не бегом на следующий транспорт, благо он был недалеко.

Их в буквальном смысле перегрузили в другой глайдер, замерший рядом с рубежным Переходом. Потом опять Переход, и ещё. Пересадки и вечером и ночью, так что даже сон был урывками.

Миры империи Арден, к огорчению Сиулы, они практически не увидели. Так как все путешествие закончилось на станции силового тоннеля Перед Расколом в Бездну. Причем из-за мелких задержек в пути, они едва успели к отправлению рейсовой пассажирское капсулы.

Следующие пару часов им не давали заснуть виды мира Бездны, через который проходил силовой тоннель. Иррсина видела Бездну впервые и то и дело взвизгивала, при виде очередной твари. Сиула же с содроганием вспоминала тот, в который она сбежала.

По сравнению с происходящим за стенками тоннеля, мир в который её водил отец, был воплощением спокойствия и тишины. Там почти не было тварей, можно было укрыться и даже без опаски развести костер на ночь. Здесь же, то и дело в стены силового тоннеля пытались пробиться твари, привлеченные движением капсулы. Пару раз можно было разглядеть, как кто-то кого жрал, иначе не скажешь. А еще черные тучи насекомых на фоне ясного неба.

– Зачем они сделали тоннель прозрачным? – Пробормотала Иррсина, с ужасом глядя как очередная зубастая тварь подгребла под себя нечто, скалящееся на капсулу, но размером поменьше, и тут же сама оказалась жертвой третьей, прыгающий и с клювом, чем-то напоминающую гигантскую курицу.

В памяти всплыло название "курхи". У Сиулы в коллекции было несколько изображений схватки Нэстэ и этих тварей.

– А первопроходцы тут шли своими ногами. – Не унималась Иррсина, начав откровенно кривиться от подступающей тошноты.

– Нэстэ вела по этому направлению первых разведчиков. – Поделилась информацией Сиула с сестрой. – И караваны первопроходцев тоже она водила. Говорят, это были самые безопасные переходы. А до этого она здесь вообще в одиночку ходила.

Иррсина судорожно сглотнула и передернула плечами.

Полные впечатлений, они вылезли из капсулы чтобы сразу с перрона уйти в дымку очередного Раскола вместе с партией переселенцев. И тут же с трудом удержали равновесие, не успев среагировать на резкое уменьшение веса тела. Инструкции служащего по станции они все-таки пропустили мимо своих острых ушей. Тем более, что он почему-то уделял больше внимания сильно перевозбужденных элфам, очевидно уставшим ждать своей очереди перед Расколом.

С этой стороны была обширная пещера, явно расширенная, облагороженная и оборудованная для приёма большого потока пассажиров.

Тут царила суета и радостное оживление.

– С прибытием, иннеры. Вы Сиула и Иррсина? – Подбежал к ним молодой Элфенок. – Я Всагилол, встречаю вас по поручению управляющей и владетельной Амани.

– Мы благодарны управляющей латтории. – Сиула не без опаски смотрела на развернувшуюся битву сразу нескольких взрослых элфов со своими малышами.

Один из детенышей, насколько помнила Сиула, перед посадкой в капсулу едва двигавшийся цепляясь за руки родителей и всю поездку лежавший в специальном передвижном кресле, умудрился вывернуться из привязной системы и судорожно забил крылышками. Его примеру тут же последовали остальные малыши и даже дети, что были постарше.

Встречающий их паренек снисходительно проследил за разворачивающейся схваткой и улыбнулся.

– Нам лучше переждать несколько минут. Тут часто нечто такое случается, когда прибывают переселенцы. – Тоном бывалого и явно кому-то подражая завил он, обращаясь к своим подопечным. – Когда прибывают те, кто жил в условиях невесомости на орбитальных станциях проблемы начинаются на уже улице, при выходе на открытое пространство. А ваши спутники похоже прибыли из какого-то удаленного мира. Вон как гравитация их поломала. У выходцев из тяжелых миров малышня срывается сразу после перехода, прямо в пещере.

Их проводник и сам-то наверно ещё не стал взрослым. Но действовал без сомнений, со знанием дела и отвел своих подопечных в сторонку под стенку.

– Никогда не слушают инструкции перед Расколом. – Продолжал ворчать мальчишка как взрослый. – Всегда кто-то из малышни вырывается. Вот рванет сейчас кто-то, о потолок головы порасшибает. А если на открытом воздухе случится, взлетят и испугаются высоты. А тои с воздушными потоками не справятся.

Происходящее в приемной пещере, видимо действительно было рядовым происшествием. По крайней мере подоспевшие сотрудники станции со сноровкой, говорившей о долгой практике, перехватили взбунтовавшийся молодняк и передали с рук на руки растерявшимся родителям. Не забыв при этом что-то им выговорить. Задержавшийся ненадолго поток переселенцев неуверенно потянулся на выход.

– Вообще-то у нас полёты глайдеров запрещены. Они мешают полетам. – Продолжал молоть языком мальчишка. – А в районе приемной станции полеты так и вовсе опасны. Сами видете.

Сиула невольно сглотнула, глядя в небо и почти не слушая своего гида. Там трое служащих брали в клещи все того-же непоседу, незнамо как снова вырвавшегося из рук матери. Ее вскрики и тихие ругательства отца разносились ветром над всем склоном горы и заставляли оборачиваться весь народ.

Они оба с тревогой следили за сыном, вскрикивали при очередном его кульбите, но оставались на месте. Сиула заметила, как местные служащие старательно отводят глаза от изломанных и слишком коротких крыльев женщины. Мужчина оставался в плаще и похоже под ним крыльев не было вообще.

Наконец ловцам удалось перехватить вертлявого нарушителя порядка и спуститься вниз.

"Пока держите своего сына покрепче" – Музыкальный слух Сиула легко выделил из общего шума слова, произнесенные вполголоса. – "Вам сегодня же пришлют наставника для малыша, пока он себе шею не свернул".

В ответ на попытку оправдаться, служащий только со смехом отмахнулся.

"Нам очень нужны такие подвижные малыши".

– Для латтории Нэстэ на счет летающей техники сделано исключение. – Продолжал весело тараторить Всагилол, устраиваясь на месте водителя. – У нас есть несколько маршрутов для машинных полетов. Они проходят вдали от мест свободного полёта. Но Зато можно подняться выше гор.

Последний этап их поездки проходил на высоте окружающих горных пиков. Отсюда открывались великолепные виды на ледник гигантской коры, сплошной ковер леса внизу и сиреневые моря в дали.

Глава 16

Управляющая латторией встретила уставших путешественниц в зале жилища, устроенном прямо в отвесной скале, на вершине которой и была устроена посадочная площадка для глайдеров. От усталости Сиула едва сумела вспомнить, что здесь такие жилища называются гнёздами.

– Знаю, поездку я вам устроила не из лёгких. И вы очень устали. – Без предисловий заявила Аманиатрони вместо приветствия. – В свое оправдание могу сказать только, что скоростной пассажирский тоннель через бездну закрывается на ближайшие две недели на техническое обслуживание. И к сожалению, он у нас пока один. А пересекать Бездну в транспортных блоках вам пришлось бы больше суток, а то и двух. На открытых силовых трассах всегда присутствует изрядная доля везения. Твари частенько сбивают контейнера. И вы уж поверьте мне, находиться в сбитом контейнере в ожидании помощи то еще удовольствие.

Крылатая девушка с сочувствием смотрела на прибывших и грустно улыбнулась:

– Да и очередь на транспортные поезда расписана на месяцы вперёд. Цена там низкая, и скарба из Объединенных миров можно с собой тащить сколько угодно. Проще было вклинить вас в одну их последних капсул тоннеля.

– Все прошло хорошо. – Поспешила с ответом Сиула. – Правда я надеялась посмотреть миры Арден.

– На обратном пути поездка будет намного спокойнее. Запланируем остановки в одной или двух провинциях. Насмотритесь еще. – Амани толи отмахнулась, толи сделала приглашающий жест к столу. – Сейчас поужинаем и отдыхать. А все разговоры завтра.

Элфиянка с любопытством проследила как Иррсина осторожно отодвинула футляр с инструментом подальше от загребущих рук прислуги, уже овладевших их вещами.

– Ваши комнаты на верхнем ярусе гнезда, в гостевом секторе. Иррсина, вы пока можете оставить футляр на столике около стены. Даю слово, к нему никто не притронется без вашего ведома.

В своем личном времени Сиула давно уже запуталась и не смогла бы сказать день у них дома в данный момент или ночь. Толи завтрак, толи ужин, был как нельзя кстати. Голод давал себя знать настолько, что Сиула почувствовала, как ушки стыдливо прижимаются к голове после особенно громко заявленного протеста животика.

Их хозяева, однако, проявили чудеса такта и не только сделали вид, что ничего не слышат, но и не приставали с беседой, на которую уже почти не оставалось сил ни, у нее ни у сестры.

После недолгой трапезы навалившаяся за утомительную дорогу усталость едва позволила им передвигать ноги следом за провожатым до выделенных им комнат. Они едва смогли ответить на приветствие встречающей на входе служанки и покорно покивали друг другу с пожеланиями спокойного сна. Сиула вяло отметила, что двери в спальню сестры налево и сама прошла прямо. Ни о душе, ни тем более на осмотр своей комнаты сил попросту не было.

Последние метры до вожделенной кровати показались особенно длинными. Настолько, что она стала раздеваться на ходу и не сдержала стона наслаждения, когда нырнула под покрывало.

Утро началось с осознания себя в уютном мягком коконе из мягкого теплого одеяла. Открыв глаза, она несколько минут лежала в постели, с ужасом осматривая зал с высоченным явно каменным потолком, в котором почему-то оказалась её кровать, застекленную стену, на глазах ставшую прозрачной. За нею балкон с низкими перилами и вид на сверкающий горный хребет на фоне темно-синего неба в белых редких облачках.

Откуда-то донесся сдавленный возглас сёстры, тоже видимо только что проснувшейся.

– Сиула, ты где?

Девушка появилась откуда-то сбоку. Она заполошно осмотрелась и торопливо забралась к ней в кровать с ногами.

– У тебя тоже такая комната? – Уточнила Сиула на всякий случай.

Та судорожной закивала головой и добавила:

– Комнаты. Там сначала есть общий зал, он побольше наших спален, а потом уже моя комната. Я не сразу нашла твою дверь, в зале из несколько.

– Так это все-таки спальня? – Задумчиво обвела взглядом хоромы Сиула.

– Ага. Здесь друг до друга не докричишься. Я сначала даже не поняла где тут потолок.

Выбравшись из-под одеяла и едва накинув кем-то приготовленный халат, Сиула осторожно сдвинула вбок прозрачную стенку и шагнула на балкон.

Открывшийся вид завораживал. Горный хребет оказался не столь далеким, как показалось из пастели, и в лучах поднимающегося солнца ещё изобиловал чёрными, кое где даже с синевой, тенями ущелий. Выше балкона в небо взметались только отдельные скальные пики, между которыми на горизонте можно было увидеть далекое море. Чуть вправо линия скал поднималась еще выше и соединялась со склоном гигантской горы, вершина которой терялась в утренней дымке. Подойдя ближе к маленьким перилам балкона Нэстэ увидела в низу море зелени, опускающейся вниз по долине широкой рекой. Кое где среди зелени выныривало и петляющее русло небольшой реки.

– Красиво. – Поделилась она с остающейся в кровати сестрой.

– Да, удачно получилось.

Сиула резко развернулась к появившейся в спальне Амани.

– Доброе утро, надеюсь вы хорошо отдохнули?

– Э-э-э, ниэлла Амани? – Несколько запнулась Сиула на непривычном обращении.

– Просто Амани. – Улыбнулась та. – Во-первых, обращение "ниэла" принято в Арден. Хотя тут он тоже в ходу и большой ошибки вы не допустите. Но все же. Во-вторых, вам все равно ко мне лучше обращаться по сокращенному имени. Завтрак вам подадут сегодня прямо сюда. Но это будет исключение. Мы питаемся в общей обеденной зале, расположенной на два уровня ниже. Меня предупредили, что с утра у тебя занятия. Но на обед мы все ждём вас внизу, там и поговорим о предстоящих планах. Ваши вещи доставлены ещё два дня назад. Так что Иррсине тоже будет чем заняться.

– Мы будем жить здесь? – Все ещё растерянно уточнила Сиула.

– Вам не нравится? – Амани критически обвела взглядом балкон и видимую часть спальни. Стеклянная стена прозрачная изнутри оказалась непроницаемой для взгляда снаружи.

– Очень нравится, но это слишком роскошно. – Неуверенно заметила Сиула.

– Это всего лишь гостевые комнаты. – Пожала плечами Амани. – Нашу Нэстэ стараются не выпускать одну из Арден. И это правильно. Так что с владетелем в латторию всегда прибывают гекатессы. А эта компания заодно частенько притаскивает с собой группу разных ученых. Добавим к этом еще тот факт, что, когда она здесь, приходится принимать и разного рода посетителей из элфиян.

Амани сделала паузу, но заметив остающееся недоумение рассмеялась:

– Вы только не смотрите на наши физические размеры. Элфам требуется не только маленькая сила тяжести, но и пространство для полёта. В том числе и в комнатах.

– А ещё широкие двери, чтобы можно было в них пролететь. – Пробормотала Сиула, с любопытством наблюдая как по команде управляющей гнезда раскрывается стена, отделяющая спальню от балкона.

– И это тоже. – С улыбкой кивнула Амани. – Знали бы вы как я мечтала о таком гнездышке, когда жила в ваших тяжёлых мирах. Почему бы не реализовать свои детские мечты, если есть такая возможность? Тем более что Нэстэ нравится.

Управляющая даже плечиками передернула, видимо вспомнив что-то неприятное и широко улыбнулась:

– Вам не понять, когда тебя лишают крыльев. Многие из переселенцев первое время так и живут под открытым небом. А то бывает взлетаешь прямо во сне и просыпаешься от того, что ударилась головой о потолок. Так что размеры гостевых комнат у нас очень даже оправданы. Себе я гнездышко свила в том же стиле, только расположено оно немного ниже по долине.

Амани еще раз критически осмотрелась, не обращая внимания на попытки Сиулы что-то сказать и продолжила:

– В общем, Инниса мне немного просветила насчет режима твоих занятий. Собственно, поэтому я и поселила вас здесь. Гекатессы у нас часто проводят свои совещания, а то и встречи с правительством Элфарианы. Службы безопасности что в Арден, что у нас, в требованиях защиты очень капризны. Так что все гостевые комнаты на этом ярусе оборудованы системой силовой звукоизоляции. И не только комнаты, но и балкон. Так что ты никому не помешаешь, даже если захочешь поработать ночью. Но в ближайшие дня четыре, для вас главной задачей останется акклиматизация.

– Мы вроде неплохо себя чувствуем. – Удивилась Иррсина.

Она успела уже выбраться на балкон и осторожно выглядывала вниз, за хлипкие перила. Высоты девушки не боялись, но смотреть на тонкие прутики деревьев в глубине долины с непривычки было страшно.

– Силу тяжести для вас тут маловата. А воздух слишком обогащен кислородом по сравнению с атмосферой, к которой вы привыкли. Так что не спешите с выводами. – Усмехнулась Амани. – После того, как вы немного адаптируетесь, мы с вами слетаем в город. Я познакомлю вас с администратором нашего первого концертного зала. К своему стыду, я мало что знаю о музыке. Но моя подруга утверждает, что ориенхорнистам перед выступлением надо сначала ознакомиться со сценой.

Сиула немного смущённо кивнула. Про акклиматизацию спору нет, она нужна. Она чувствовала это. В дополнение к тому, что сказала Амани, как ориенхорнист, она чувствовала, что воздух х тут чуть плотнее чем дома. Просто Иррсина этого не ощущает из-за того, что легко дышится. А для нее, как музыканта и ориенхорниста, это может иметь значение. И на счёт сцены, точнее всего зала от пола до потолка все правильно. Было бы неплохо и тренировку хоть одну провести. Правда касаются все эти правила преимущественно профессиональных музыкантов, а не слушательниц академии. Все же у нее не тысячи зрителей будут. Но возможно действительно удастся договориться насчет тренировки. Очень не хочется сплоховать в глазах управляющей. Ведь это все дойдет до Нэстэ.

Вернувшись в спальню Сиула невольно втянула в себя незнакомый приятный аромат. Служанка, кажется даже та, что встретила их вчера в дверях, размещала на журнальном столике поднос толи с фруктом, толи с ягодой таких огромных размеров, что нарезанные дольки занимали весь немалых размеров поднос. Они-то и издавали незнакомый запах.

– Латтории Дарующей и Амани специализируются на выращивании этих ягод. – Улыбнулась элфиянка в ответ на вопросительный взгляд гостьи. – У них есть научное название, только все мы их называем так, как придумала Дарующая, зонтиками. Очень вкусный плод, попробуйте.

Сиула неуверенно выудила узкую дольку, длиной едва не три своих ладони. Сочная, в меру сладкая мякоть заполнила рот и казалось начала таять, как будто впитываясь в язык, небо еще до того, как она успела сделать глоток.

– Это очень полезная ягода. – Улыбнулась элфиянка недоумению, с которым Сиула рассматривала пустую руку. Она не поняла, когда успела съесть немаленьких размеров дольку. – Очень хорошо восстанавливает силы. Латтории экспортируют ее в Объединенные миры. А Амани регулярно отсылает партию владетельнице, где бы она ни была.

Сиула была полностью согласна с гордостью, сквозившей в голосе служанки. Такую вкуснотищу не грех было поставлять и во дворцы империй.

Во всем происходящем ее смущало только то что им с Иррсиной оказывается столько внимания. Всего лишь первый курс, и вроде как это она должна кланяться Амани, как представителю Нэстэ и инвестору ее обучения. А получается все совсем не так, как рассказывают другие слушатели академии об отношениях с владельцами их контрактов.

Однако обсуждать эту тему было не с кем. Амани только в очередной раз отмахнулась и сбежала по своим делам. Иннисса вышла на связь только для того, чтобы убедиться, что у них все нормально и сообщить, что Араснел отпущен в отпуск и к их возвращению в академию будет уже на месте. Тоже кстати странность, ну с чего бы целой герцогине отчитываться перед нею в таких вещах.

Связаться с Нэстэ было как всегда невозможно. Как сообщила после завтрака все та же Амани, гекатесса сейчас в Бездне, и занимается прикрытием отряда техников, приступивших к профилактическому осмотру оборудования силового тоннеля. Для нее это было заменой охоты в Бездне, на которую ее отпускали со все большей неохотой. Вместе с Живущей в Бездне была и вся знакомая ей пятерка гекатесс и обе ниахары. Так что и связываться-то больше было не с кем.

Оставалось только последовать совету управляющей: "Выбросить все из головы, заниматься, отдыхать и наслаждаться жизнью".

А еще заниматься любимым делом. Камень, в котором была обустроена ее комната, оказался очень звучным. Не так, как звуковые экраны. Но это была отличная замена оборудованному классу в академии. И очень интересный опыт для нее, как ориенхорниста. А уж звуковой щит можно было назвать пределом мечтаний. В общежитии он тоже был, только комнатка у нее там такая маленькая, что о нормальных упражнениях даже речи не шло.

Администратором концертного зала оказалась элфиянка немногим моложе управляющей Аманиатрони. К тому же они оказались близкими подругами.

Эринса оказалась веселой смешливой девушкой, готовой разговаривать на любые темы, не особенно смущаясь посвящать посторонних в тонкости своей жизни. При этом она совсем не делала скидку на разницу в возрасте с будущей артисткой и ее сестрой.

Сиула плохо разбиралась в иерархии колонистов. Из скупых пояснений новых знакомых она поняла только, что Амани, как прибывшая сюда с первопоселенцами, имеет очень высокий статус в колонии, приравниваемый к благородному происхождению. Эринса же пересекла Бездну уже после строительства транспортной системы и не имела особых привилегий как переселенка. Как это ни странно, она совсем этому факту не огорчалась.

– Это не моё. Дикие места, твари, латтории с их земледелием. Мне это не нравится. – Весело делилась она своими мыслями с Сиулой уже через десять минут после знакомства. – А вот концерты, организация чего-то праздничного, особенно для большой толпы, это моё. Я и через бездну то проскочила с закрытыми глазами, чтобы не видеть того ужаса, что творилось с наружи. А вот Амани шла сюда пешочком, в составе первого отряда. Они даже дрались с тварями вместе с Дарующей, представляешь?!

Девушка раскрыла глазки и передернула крылышками, показывая свое отношение к такому безрассудству.

– Первопоселенцы заслужили свое положение в полной мере. А я пришла на все готовенькое, порхаю тут и даже ножом толком не владею.

Ничуть не смущаясь, она схватила за руку Сиулу и потащила к дверям единственного построенного огромного здания, глыбой стоящего посреди ведущейся вокруг стройки.

– Пока тут у нас готов только сам концертный зал. Но закулисье еще только ремонтируется. – вводила она в курс по ходу дела. – Только гостиницы в городе сдаются хорошо если в конце года. В общем, не каждого известного артиста уровня Объединенных миров уговоришь пересечь Бездну ради перспективы пожить в недоделанной комнате и бегать под стапелями по пыльному полу. А уж об ансамбле или труппе с оборудованием, для которого и условий хранения пока нет и говорить не хочется. Вот мы и вынуждены в этот год кроить репертуар из местных артистов. А уровень у них пока мало чем отличается от самодеятельности, сама понимаешь. Нам ведь все театральные школы приходится начинать почти с нуля. В тяжелых мирах нам было не до спектаклей или музыки. Специалистов совсем мало осталось и те в таком возрасте и состоянии, что без слез не взглянешь. Но ничего, кое-что уже делается, мы только начинаем. Вообще у нас тут сейчас несколько управляющих залами. Я отвечаю за работу малых и микрозалов. Опыта пока маловато. Но если что, могу обратиться к ребятам постарше. Только пока в этом нет необходимости.

Сиула никак не могла прийти в себя от такого напора только что представленной девушки. А та, заполучив благодарного слушателя с воодушевлением продолжала:

– Вы даже не представляете, как вовремя появилась! Девочки, давайте на "ты", это не будет для вас обидным? – Получив согласные кивки, та весело улыбнулась. – Я кстати поклонница оринехорна. У меня даже есть несколько записей с концертов Эраса Нарони и Всэнти Санлор.

Заметив невольную гримассу Сиулы, она тут же замахала на нее руками.

– Знаю, знаю, записи не то что живая музыка в зале, но что же делать. Я никогда не была на живом концерте, твой будет первым.

Она светло улыбнулась и не без гордости повела рукой в сторону лестницы, за которой виднелись кресла.

– Сиула, твой концерт через два дня, в малом зале. Вот в этом.

– Подожди-ка, подруга. – Вклинилась в поток слов Амани. – Ты же сама говорила о пробном междусобойчике. Микрозал на полсотни зрителей и все такое. Ты даже теорию под это подводила, дескать надо определиться, попробовать, и Сиулу не стоит напрягать. И билеты на него проще выпустить и быстрее разойдутся.

– Ну, билеты выпустили, только они не дошли до широкой продажи. – Немного виновато посмотрела та на нее.

– Как не дошли? – Амани настолько опешила от неожиданной новости, что даже шаг придержала.

– А так.

Эринса как-то сникла. Трепетавшие до этого момента крылышки виновато опустились, и она прочно встала на пол. Потом в отчаянии всплеснула руками и словно кинулась в атаку.

– Ну да, я виновата. Как ты завела речь о слушателе академии обо все остальном забыла от радости. Договорилась с тобой не наведя справки. Но сама посуди, кто мог подумать, что тут у нас целый клуб фанатов ориенхорна есть. И они между прочим знают и отслеживают все конкурсы, включая школьные, что проходят в их мире. А кое кто из них даже рискуют ради концерта выезжать в Объединенные миры. Вот и Сиулу в этом клубе оказывается знают. Знают и то, что она уже год как не выступает нигде кроме своей академии. То еще заведение между прочим, с драконовскими порядками. Парочка таких двинутых нашлась и среди служащих нашего центра. Они и слили инфу раньше времени. Я вообще успела только объявление в местную инфосесть кинуть. Так всю первую партию билетов выкупили на корню, сказали мало и даже лично заявились. Ладно бы ко мне, так ведь вышли на руководство центра. Начальство пообещало мне уши оторвать и проштамповать вместо билетов если я не уговорю вас хотя бы на малый зал. Сиула, ну выступи, что тебе стоит? Условия те же, а зал даже лучше микро, тут звукоотражающие панели стоят по всему периметру и даже в полу.

Элфияне и так всю жизнь выглядели как подростки и даже взрослые представители этой расы были ненамного выше Сиулы. А тут кукольное личико превратилось в умоляющую рожицу, острые ушки плотно сложились назад и плотно прижались к голове. Даже крылья спрятались за спиной так, что почти небыли видны. Сложив ладошки перед грудью, Эринса жалостливо смотрела на нее снизу в верх.

– Ну, я не знаю. Договор ведь не мой. – Совсем растерялась та.

– Поторгуемся. – Недобро прищурилась Амани, откровенно раздосадованная тем как все обставила подруга.

И прямо тут, не сходя с места начался торг, в течении которого Эринса несколько раз с недоумением косилась на скромно стоящую рядом Ирринсу, также, как и сестра, предпочитавшую не вмешиваться в разговор. Тем более, что разговор шел на элфиянском, а автопереводчик фильтровал деловую часть разговора.

– На том и решим. – Решительно закончила Амани, переходя на всеобщий. – Малый зал, зрителей не более сотни.

– Поимей совесть, подруга называется, у меня уже сотня билетов на руках. И ещё куча заявок остается.

– Хорошо полторы сотни. – Вздохнула Амани. – Но ты сокращаешь концерт до часа и заранее всех зрителей предупреждаешь, что Сиула с дороги и еще не закончила акклиматизацию. Что бы были терпеливее к девочке, соблюдали порядок, не шумели и не мешали концерту.

Эринса обрадованно закивала головой и снова с недоумением покосилась в сторону Иррсины.

– Извини, Иррсина, если вопрос прозвучит обидно, но я не поняла. Ты ведь сэнатри Сиулы. Я знаю что только им дозволяется носить инструмент оринехорниста. Или я что-то путаю?

– Иррсина двоюродная сестра Сиулы и действительно с детства взяла на себя функции сэнатри. – Вместо нее ответила Амани. – Что-то не так?

– Не обученная значит. – Понятливо хмыкнула та. – Амани, профессиональные ориенхорнисты вынуждены полностью подчинять свою жизнь занятиям с оринехорном не ради собственного удовольствия. Мышцы, управляющие коготками изначально не предназначены для тонкой работы. При меньшей нагрузке и тренировках природные рефлексы хищников быстро берут своё и филигранная игра на инструменте становится невозможной.

– Я примерно так это и представляю себе. Мелкая моторика не нужна при захвате добычи. – Кивнула Амани, впрочем, не сбивая подругу с мысли.

– Зато ты явно не поняла функции сэнатри. Это не просто носильщик футляра с инструментом. Хотя сам инструмент, это очень важная часть жизни музыканта. Но с функцией носильщика он может справиться и самостоятельно. Королевская академия дает великолепное образование, и экономическую часть им тоже дают неплохо. Только у профессионального ориенхорниста никогда не будет времени заниматься ни бытовыми, ни деловыми вопросами. Организация быта и ведение переговоров целиком и полностью как правило лежит именно на сэнатри. Они пользуются полным доверием своего подопечного и получают процент с их гонораров. Кстати, весьма неплохой процент. При этом, они полностью отслеживают их интересы и вкусы. От этого ведь зависит и уровень их жизни. Собственно, вопрос с профессиональным сэнатри решается двумя путями. Или специально готовится кто-то из своих, еще с детства, или подбирается из выпускников со специальных факультетов. Но в любом случае это очень высококлассные администраторы. Кстати, в академии есть факультет продьюсеров и его выпускники очень высоко ценятся и сами по себе. В том числе и в качестве сэнатри.

– Я не знала об этом. – Амани задумчиво перевела взгляд не Иррсину.

– Инвесторы обычно не заморачиваются этим вопросом. Пока музыкант расплачивается с долгом, их как правило вообще не допускают до деловых переговоров. – Довольно легкомысленно фыркнула Эрсина. – А проблемы после расторжения договора уже никого не касаются кроме самого музыканта. Очень многие начав самостоятельную карьеру так и оседают во второстепенных музыкальных группах, так и не сумев научиться правильно вести свои дела, а то и вовсе пропадают где-то. Но ты же не собираешься бросить Сиулу с Иррсиной на произвол судьбы?

– Я поняла тебя, подруга. Дай мне время навести справки и прикинуть что к чему. А потом уже мы с Сиулой решим и этот вопрос.

– И чего они у тебя такие худенькие? Они же не элфиянки, летать им не надо.

– Мы хорошо питаемся. В академии отличная столовая. – Искренне возмутилась Сиула, вставая на защиту ставшего родным учебного заведения.

Амани тем временем еще раз осмотрелась обеих.

– Столовая? – Многозначительно улыбнулась элфиянка. – Тогда понятно. Ни ресторанов, ни кафе, ни сладостей из магазина. Короче, никаких карманных денег. Амани, а ты в курсе, что парень ларнейши даже не заикнется о том, чтобы пригласить девушку в кафе и предложить ей кулек плюшек на свидании или даже при знакомстве? По обычаям этих хищников, предложение еды, в том числе и её оплаты, равносильно официальному предложению создать пару со всеми вытекающими последствиями, включая весьма навязчивое покровительство от ухажера. И это на уровне рефлексов, заметь, что у хищников они намного сильнее чем у прочих. А Сиула у тебя ещё слишком маленькая для таких отношений.

– Нет, я об этом не знала. – Удивилась Амани.

– Я училась, зачем мне с кем-то ходить по кафе? – Поспешила Сиула с ответом и вслед за своей сестрой непроизвольно стыдливо поджала ушки.

– Диагноз ясен. – Снова развеселилась вредина. – Твои подопечные весь год в столице безвылаздно просидели в академии. Не удивлюсь, если там и физподготовки нет. Этот вопрос как правило остается на совести старших или опекунов. Такое положение никуда не годится. Тем более для ларнейши. Вы там кого оставили за ними присматривать, человека что ли?

– Разберёмся. – Амани ещё рази уже без улыбки осмотрела обеих подопечных и предпочла не отвечать на последний вопрос.

– Да тут уже не разбираться надо. У них же в предках хищники. Такое ограничение в свободе передвижения, все равно что для нас пожить этот год в мирах с их гравитацией. Могут быть последствия и на физическом уровне.

– Справимся. – Еще больше нахмурилась Амани. – Я переговорю с Нэстэ. Только кое-что выясню у домашних этой парочки.

Разговор двух подруг плавно перешёл на другие темы. А Сиула уже сосредоточенно прошлась по новенькой сцене, ещё пахнущей свежей краской. Через день ей тут выступать. Надо оценить акустику.

Как оценивать плотность воздуха и его влияние на музыку она представляла себе только в общих чертах. Ещё в школе им давали самые основы этой процедуры. Если честно, не особенно веря, что их выпускникам вообще когда-то придётся выступать в других мирах, да еще самостоятельно оценивать чужую атмосферу. В академии информация по концертным залам была сведена в четкие и понятные справочники, вполне достаточные для слушателя средней руки. И курс самостоятельной оценки сцены будет даваться много позже. Но делать нечего, приходится напрягать память и вспоминать нудный голос своего бывшего спесивого наставника.

В плотной среде звуки движутся быстрее. Звук вроде как повышается. На сколько? Или понижается?

– Вот смотри. – Иррсина протянула неизвестно откуда у нее взявшийся планшет с табличкой.

– Откуда это чудо у тебя? – Сиула и вправду обрадовалась такому подарку. Не планшету, таблице, выведенной на экран, объясняющей зависимость тональности от плотности атмосферы, да ещё с учётом расстояния и угла направленной волны.

– Мама дала. Сказала, что тебе это может пригодиться. Она вообще скачала из инфосети много чего. Но я подумала ты сейчас над этим работаешь.

Сиула с восторгом замерла, изучая таблицу. Тут были еще ссылки на влажность, и даже поправки на состав. Последнее впрочем пока не требовалось. Критических примесей в воздухе Элфании насколько Сиула помнила не было.

Пока выбиралась наиболее подходящая точка, Иррсина осторожно раскрыла футляр, а потом безропотно перемещалась по залу, оценивая звучание в новой среде до тех пор, пока Сиуле не удалось предварительно определиться точками будущего концерта.

Глава 17

Сиула не могла сказать, что была новичком в выступлениях. У нее были конкурсы разного уровня в школьные годы, в том числе в масштабах целого региона родного мира. Были выступления на городских концертах и даже в королевском дворце.

Но все же это был не просто первый концерт в ином мире и перед незнакомой расой. Это было её первое сольное и полностью самостоятельное выступление. Здесь не было опытного наставника, пусть и сильно заносчивого и ворчливого. Сотрудники зала и рады были бы помочь, но честно говоря мало представляли себе, чем именно. Разве что предоставить зал на несколько часов для подготовки и тренировок.

С нею была только Иррсина. Выбрать точки для запланированных номеров, проверить звучание отраженного звука в зале, как работают звукоотражающие щиты все вмести и каждый по отдельности. Сестра безропотно исполняла все ее просьбы, перемещалась по пустому залу и старательно вслушивалась в звуковой фон. Хорошо, что она имела кое-какое представление об этой работе.

Плюс, зал оказался еще и с раздвижной крышей. И пришлось все процедуры повторять сразу для двух вариантов ее положения, на случай непогоды и без нее.

А еще сроки. Всего день. А вдруг что забыла? А если Иррсина неправильно определила тональность? А вдруг…?

В результате к самому концерту Сиула накрутила себя так, что перед выходом на сцену ее нервы взлетели до предела и не позволяли сосредоточиться на самой музыке. Самоконтроль, которым она по праву гордилась, пожалуй, впервые подошел к своему пределу.

Иррсина с беспокойством наблюдала за нервными движениями сестры, не выдержав тоже и сбегала к портьере, заглянула в щелочку.

Обратно она вернулась с круглыми глазами, что не осталось незамеченным Амани. Управляющая латторией решила, что без нее это мероприятие пройти не должно, отложила все свои дела и все время находилась рядом, стараясь следовать совету подруги и не отвлекать пытающегося совладать с собой ориенхорниста.

Взъерошенный вид едва не икающей от испуга Иррсины она оценила правильно.

– Эринса, сколько ты все-таки продала билетов? – Вышла она из зоны выделенной для музканта.

Элфиянка суетившаяся со служащими чуть в сторонке замерла. Потом тяжело вздохнула и повернулась к подруге уже с уже знакомой виноватой миной на лице.

– Ты что, весь зал распродала? – В полголоса в звыла Амани, стараясь не привлекать внимания Сиула. – Мы же договаривались на полторы сотни!

– Я не успела. Когда мы разговаривали позавчера, оказывается уже было раскуплено почти две сотни билетов. Весь зал ушел раньше чем я успела остановить продажу.

– Т-т-ты, ты на что подставляешь Сиулу?

– Амани, я лично проследила, чтобы на входе каждого зрителя предупреждали вести себя тихо и не шуметь. Все знают, что для Сиулы это первый концерт и она не полностью еще акклиматизировалась. Все будут сидеть тихо, а если кому будет невмоготу, мы крышу отроем, уйдут.

– Все нормально, Амани, я справлюсь. – Тихо заговорила девочка отвлекаясь от своих переживаний..

Чужой спор и откровенное переживание семтры и управляющей латтории для нее сработали как какой-то катализатор. Нервное напряжение вдруг начало резко куда-то уходить, оставляя ясность мысли и осознание предстоящего события. И как раз вовремя.

Она обернулась к Иррсине, та поспешно щелкнула замками футляре и достала инструмент.

Окончательно Сиула успокоилась только с первыми шагами по сцене. Выйти в намеченное первое место, поклониться, вслед за объявлением её имени и названия академии, которыую она теперь с полным правом представляет здесь. Повернуться к Иррсине, принять от неё ориенхорн. И замереть, в ожидании, когда тихие шажки сестры затихнут за кулисами. Заодно отметить, что крыша раздвинута именно так, как договаривались на тренировке, ни метром больше. А значит, используем вторую схему выступления.

Привычные действия, заученные за долгие годы обучения до полного автоматизма. Как она сейчас была благодарна тете, требовавшей повторять каждый жест сотни раз подряд, до состояния рефлексов. Утром, едва встав с постели, вечером перед уходом ко сну, даже перед тренировкой в собственной комнате. Тогда злилась, а теперь вбитые в подкорку рефлексы выручали.

Набрать в грудь воздуха, поднести мундштук к губам.

Первым номером для вступления на СВОЕМ ЛИЧНОМ концерте она выбрала то самое произведение, что когда-то играла у костра для своих друзей. Любимый этюд мамы, теперь уже обросший вариациями и сложными переходами, недоступными когда-то маленькой чумазой девочке, едва отошедшей от страха.

Перед глазами весело заплясали языки того ласкового пламени. Появилось полузабытое уже чувство абсолютной защищенности и покоя.

Она полностью сосредоточилась на вступлении, краем сознания отмечая, как коготки скользнули в кинэ, филигранно вплетая новую вариацию. Мелодия послушно разносилась по залу и взлетала все выше и выше, унося своего создателя. Больше не было зала, сами стены исчезли и над головой в темнеющем небе одна за другой вспыхивали звезды незнакомого неба. Совсем как у того костра, когда она единственный раз в своей жизни играла на открытом воздухе. Показалось даже, что она слышит треск поленьев и шорох языков огня, играющих с воздухом.

Экспериментировать на первом концерте Сиула не собиралась. Но фантазия была настолько яркой, что она не удержалась. Легкий перекид кине, разворот в строну косого щита. Этот прием ей показал уже новый наставник в академии, как пример перехода от статичных рисунков к динамике. Совсем не сложный, тут главное задать ритм колебаний и силу. Язычки пламени появились в точке, расположенной чуть выше головы и весело потянулись вверх. Не совсем то, что она хотела, но ведь это импровизация. Зато пламя оказалось не совсем серым, как обычные статичные узоры, а с оранжевым оттенком. Это было приятной неожиданностью. Теперь в небе действительно плескались настоящие призрачного огня. Жаль, что более плотным ей его пока не сделать. Она знает как, надо все же было подготовиться заранее. Да и зачем? Ее зрители не ларнейши и не могут видеть звуковые узоры. Зато узоры хорошо воспринимаются не только ушами, но и всем телом любого разумного.

Откуда-то сбоку, на фоне звездного неожиданно вплыла странная пара взявшихся за руки подростков. Это было совершенно неожиданно, ничего подобного в своем воображении она до сих пор не видела. Но пара кружилась, закручивая плавные пируэты, аккуратно обходя всплески языков нарисованного звуком пламени. И даже синхронно работающие крылья ни разу не задели и не нарушили созданный ею узор. Оказывается, треск и шорох издавали именно их крылья.

Сиула поспешила внести новые элементы в мелодию, подстраивая рисунок так, чтобы вписать в него новые элементы. Динамические рисунки она только начинала изучать. Тут и статика то для полного зала была сложной. Возникшая необходимость взаимодействия с танцующей парой требовала всего внимания и заставила забыть об остальных зрителях.

Сиула растерянно сморгнула, выходя из транса с последними аккордами. В зале царила полная тишина, в которой кто-то сердито шепотом выговаривал нарушителям порядка.

Стены никуда не делись. Над головой зрителей действительно было звёздное небо и… опускающаяся пара элфов, смущённо и несколько суетливо принявшаяся разыскивать свои места.

Это было трудно. Сила не понимала, что делает не так. После первого номера казалось, что зал ее. Элфы даже осторожно поаплодировали, совсем немного и не так, как приветствуют дома. Но все-таки. Она старалась, мелодия по-прежнему ластилась под пальцы и старалась исполнитье малейшие ее идеи. Но… зрителей в зале становилось все меньше. Элфы с предельной вежливостью, стараясь н мешать, парами, а то и маленькими группками выпархивали прямо со своих мест и уходили вертикально вверх, чтобы уже там, тихонько исчезнуть за краем разведённой крыши.

К концу первой части концерта большая часть зала оказалась пустой. Да и те что все же сидели, оставались абсолютно не подвижными, дожидаясь очевидно, когда она уйдёт со сцены.

Устало опустив ориенхорн, Сиула исполнила в полной тишине положенный ритуал прощания и на ватных ногах подошла к Иррсине. Ритул укладки инструмента непременно происходил на сцене и секунды, потребовавшиеся на его исполнения показались вечностью.

Она ведь выложилась как никогда. Возможно два последних номера не подошли именно элфам. Маэстро действительно писал их для ларнейши, кажется в комментариях были ограничения, а она о них и не вспомнила. В академии говорили об особенностях восприятия музыки представителями разных нас. Но вскользь, детально эти вопросы будут рассматриваться много позже, на других курсах. Там будут изучаться особенности восприятия каждого типа наболее распространенной расы и даже строение их слуховой системы. А еще будут даваться принципы и методики анализа восприятия неизвестных рас. Как же она забыла об этом и даже не посмотрела справочники! Вспомнила только, что элфы стоят в одной группе с людьми и кашьяти по восприятию. А те слышат почти так же как ларнейши, ну почти, разница всего-то в паре диапазонов. Но она ведь внесла поправку и не выходила за общие октавы.

Сиула судорожно сглотнула и через силу улыбнулась в ответ на сочувственный взгляд Иррсины. Та тоже выглядела растерянной. Уж она то точно расслышала и рассмотрела каждый завиток рисунков, что она создавала и тоже не понимала почему молчит зал.

На подгибающихся ногах она сошла со сцены, направляясь к выделенной для отдыха зоне. Но резкие звуки странных ударов заставили её обернуться.

Зрелище битвы двух элфиянок могло бы наверно даже позабавить, не будь Сиула настолько расстроена.

Эриса с яростью налетала на Амани беспорядочно размахивая руками и теснила её к стенке.

Амани только отмахивалась, перехватывая сыпавшийся на нее град ударов и отталкивая кулачки подруги в стороны. Эти то звуки и привлекли внимание сестер.

– … Ты! Подставила, да как ты могла?! Да если бы я знала, для тебя…

Доносилось до Сиулы пыхтение Эрисы, продолжавшей словно мельница молотить руками куда попало.

В движениях Амани чувствовалась подготовка бойца. Её движения оставались точны и экономны, а растерянная улыбка никак не соответствовала возмущению нападующей подруги. Но она ограничивалась только защитой и круговыми движениями легко отводила от себя угрозу даже оказавшись прижатой к стене.

Никто из работников сцены не пытался вмешаться ы расправу и только с любопытством наблюдали за потасовкой.

– Это я виновата. – Сиула решительно сделал шаг к яростно нападающей элфиянке. – Я не подготовилась к концерту как следует, вот и провалилась. Причем же тут Амани?

– Извини, что?

Град ударов оборвался как будто его и не было. И две пары огромных от изумления, эфиянских глаз уставились на девочку.

– Я провалила выступление. Хотела как лучше, выбрала произведения, которое мне больше всех нравятся, но не подумала что элфы могут иначе воспринимать музыку, не навела справок. Амани здесь не причём, это моя вина. – Сиула не без труда справилась с подкатившим комком в горле.

Нехватало еще и разреветься здесь перед всеми. У нее есть десять минут, надо собраться, просмотреть справочник, если он вообще есть в планшете Иррсины, подобрать новые произведения. Ведь у нее неплохой репертуар. Да и Эриса говорила по любителей ориенхорна. Значит надо только разобраться какие произведения им подойдут.

– Все равно не поняла, о чем ты. – Осторожно заметила Эриса. Она кинула взгляд на Амани, но та тоже недоуменно сморгнула. – Если ты что-то там не проверила, наверно так и есть. Только о каком провале ты говоришь?

– Ну как же, вы же сами сказали, что Амани вас под ставила с концертом, а это не она. Это из-за меня зрители разбежались.

– Разбежались, да только мне кажется не так, как ты думаешь. – Амани наконец решила что поняла о чем говорит ее подопечная.

– Как не так? Зал ведь пустой, и я же видела сколько зрителей сбежало. Эриса, у вас наверно будут неприятности из-за меня.

Элфиянка немного озадаченно почесала висок, что-то сообразила и через браслет включила голографическое изображение с внешних камер, расположенных где-то в своде разведенной крыши.

Сиула узнала последние такты своей музыки. Сердечко защемило. Ну ведь действительно удалось наконец-то чисто сыграть эту партию, без всяких там помарок. Даже наставник по сольфеджио не нашел бы к чему придраться.

Небольшой плоский экран, развернувшийся прямо перед сестрами, на треть показывал часть зала и делился линией крыши на две неравные части.

Сиула не успела ткнуть в пустые кресла и недоуменно уставилась на ту часть, что показывала пространство над крышей. Там в такт музыке кружились элфы. Они то поднимались выше, то замирали на своих крыльях и кружились в медленных пируэтах. В траектории движениях пар, что кружились на границе отведенной крыши, Сиула без труда узнала свой собственный рисунок. Сиула успела сообразить, что странное действо происходит надой половинкой, что прикрывала сцену и было недоступно для нее во время концерта.

Как только последние звуки музыки растаяли в темном небе, все замерли. А потом спокойно начали опускаться. Кто прямо на крышу, кто на ее край, не пытаясь вернуться в зал и явно не собираясь куда-то улетать.

– Я не понимаю? – В расстроенных чувствах ей оказалось трудно сходу осознать увиденное.

– Не знаю, что там в ваших справочниках насчет элфов говорится. – Осторожно приобняла её Эриса. – Но мы так слышим твою музыку. Наш диапазон чуть шире чем даже у ларнейши. Звук помогал нашим предкам летать в лесу и среди тесных скал. У нас даже есть специальный орган, способный выдавать в полете ультразвук. Только элфы не имеют своего национального музыкального инструмента, чтобы как ориенхорн, действовал во всем диапазоне нашего восприятия. А еще, мы не имеем выдвигающихся когтей, чтобы играть на таких инструментах.

Эриса все так же осторожно встряхнула Сиулу за плечи и немного отстранилась.

– И да, мы видим звуковые рисунки, что вы рисуете в зале. Жаль, что ни одна аппаратура не может их воссоздать в записи. Ведь звуковые рисунки зависят от конструкции конкретного зала и положения музыканта в нем. Я правильно говорю?

– Да. – Сиула перевела недоверчивый взгляд с экрана на Эрису.

– Это танцевальный куб. Элфы ведь имеют крылья. – Не без улыбки принялась объяснять Ариса. – Все, кто желает насладиться музыкой в танце, в хорошую погоду могут выйти на крышу. Обычно куб размещается прямо над залом. Но я подумала, что это может сбить тебя во время исполнения и распорядилась ограничить площадку так, чтобы ты не видела. Правда мальков удержать все же не удалось в первом номере. Но ты ведь справилась. И на счет аплодисментов, ты зря себя ругаешь. Это я всех предупредила, чтобы вели себя как можно тише.

– Так им понравилась моя музыка? – Все же уточнила Сиула.

– Ещё как! Ты понимаешь, Элфы очень эмоционально воспринимают музыку. Из-за того, что мы слышим больше, чем, например люди, мы и более требовательны к чистоте музыки. Часто даже недостатки инструмента, не замечаемые другими расами, способны испортить выступление. И у тебя, к слову, очень хороший инструмент. Звуковые картины я вижу впервые, но музыку чувствую очень хорошо. Да и много слышала об этой технике оринехорнистов.

– Но вы говорили, что "Амани подставила?"

– Ещё как поставила! – Рассмеялась та, оглядываясь на подругу. – Я ей эту подставу еще не один раз припомню. Да если бы хоть слово, хот полслова она сказала, что ты будешь играть в стиле элкори. Это ведь он, да?

– Ну, почти, элкори это техника создания статичных узоров. У него много разновидностей от абстрактных рисунков до изображений растений или животных. Но мне пока хорошо даются толк общие виды. А первый номер был в совсем новом его ответвлении, в сторону динамичных рисунков. – Смутилась Сиула. Вот уж чего она не ожидала, так это встретить здесь знатока новых стилей. – Называется элкор-аде. И этот стиль начал развиваться совсем недавно. Я только начала его изучать.

– Я так и думала. – Снова угрожающе покосилась на Амани девушка. – И сегодня, как только слухи начнут расползаться, а они уже начали, ты уж поверь, меня ожидают очень бурные претензии со стороны всего начальства и не только.

– Но почему? – Не содержалась Иррсина. Вроде как и не положено, но ведь обе элфиянки называли подругами их обеих.

– Потому что они отсутствовали на этом концерте. – Рассмеялась Эриса. – Вы плохо себе представляете, как на нас действует хорошая музыка. Некоторые научники сравнивают концерт с хорошим сном. Не знаю, так это или нет, но то что после хорошего концерта ещё несколько дней я себя чувствую, как после хорошего курса восстановления, это точно. И замете, никаких вам лекарств или прочей гадости, к которой можно привыкнуть. А фанаты ориенхорна готовы ради ваших звуковых рисунков терпеть даже повышенную гравитацию.

– Эриса организовала пробный концерт ограничившись всего лишь объявлением в сети. – Мягко заметила Амали. – Весь наш расчёт был только на ценителей экзотиченой музыки, тех кто готов прийти даже на концерт первокурсника. Ты только не обижайся.

– На что? – Удивилась Сиула. – Я в самом деле только, что прошла на первый курс академии.

– Как много ориенхорнистов твоего возраста могут играть в стиле элкор? – Эриса даже голову наклонила в ожидании ответа.

– Ну, если говорить о классике, то я вышла с простым рисунком ещё на выпускном концерте в школе. Это редко, но бывает. Имён пять я могу назвать. – Пожала та плечами. – Мне вообще повезло. У меня школьный наставник конечно гадостный был, но своё дело знал. И когда-то он изучал этот стиль.

– Значит, твой школьный учитель играет в этом стиле, но ровно на столько, чтобы показать его тебе?

– Ну да, а все остальное я подняла уже за последний год, на стажировке. А элкор-аде я только пробовать начала. В академии мне пообещали поставить основы его на первом курсе. Но там более сложная физика звуков. За прошлый год я изучила только первые элементы, из тех что считаются переходными.

– Время на исходе, а ты ещё не отдыхала. – Мягко напомнила Эриса. – Иррсина, забирай свою сестру и марш готовиться. А все разговоры давайте перенесем на завтра.

– После выступления сразу сюда. – Распорядилась Амани. – Уходить будем через запасной выход.

– Почему?

– Увидишь. – Не без угрозы пообещала Эриса. – Когда элфов захлестывают эмоции, мы теряем всякие границы.

– Ей показали основы, и она сразу начинает вытворять такое. – Вслух пробормортала Эриса глядя в спину удаляющейся девушки.

– Даже меня пробрало. – Вздохнула Амани. – А я ведь считала себя равнодушной к музыке.

– Амани, ты кого ко мне притащила? Как вам вообще удалось раздобыть ориенхорниста с таким потенциалом. Их же вообще не выпускают за пределы Лайренты?

– Вопрос не ко мне. Это Нэстэ со своей пятеркой. Позвонили, поручили заключить договор чтобы выручить девочку и все. А что, тут есть политические проблемы?

– С Дарующей миры? – С иронией протянула Эриса. – Кто мне жаловался, что проблемы ходят с нею под ручку?

– Н-н-да, что то я не подумала. – Озадачилась Амани.

– Эх, вот же подстава. Вы то домой свалите, а мне теперь защищать кассы. Они совсем новенькие, не хочется чтоб развалили. – пПодлсадовала Эриса, впрочем уже без видимого огорчения.

– Все действительно так серьёзно!

– Ты даже не представляешь, что тут начнётся после концерта. Да собственно уже началось.

На новом экране по её запросу мелькнули какие-то цифры.

– Полюбуйся, самые умные из зрителей уже определились и воспользовались перерывом. В сеть то мы билеты на следующий концерт не выложили, а в кассах они есть. Собирались определить спрос по результатам этого концерта.

– Неожиданно. – Хмыкнула Амани.

– Неожиданно! – Мгновенно возмутилась Эриса. – Да если ты хотя бы упомянула.

– Успокойся, ну не разбираюсь я в музыке. Для меня самый главный критерий это "нравится-не нравится". А уж стили и что там ещё, когда мне вникать?

– Ужас, пойду предупрежу зрителей, чтобы больше не притворялись что их нет.

– В смысле?

– Да я распорядилась попросить зрителей не отвлекать музыканта и быть сдержанней в выражении своих эмоций. Похоже переборщила, едва девочку до нервного срыва не довела.

Концерт был закончен минут на десять позже чем планировалось. Сиула все же увлеклась необычной вариацией с танцующим залом и выпала из транса только от осторожного касания встревоженной санэтри.

Иррсине не часто приходилось пользоваться этим приемом. Если честно, ещё ни разу На публике, с выходом на сцену. Но мама объясняла необходимость вызова, выпавшего в транс ориенхорниста. Да и Эрисса буквально шипела ей в спину в перемешку с причитаниями о поставленном под угрозу будущего концерта, что запланирован через неделю. Так что пришлось выходить под прицелом всех этих глаз.

Сиула не без изящества закончила вариацию и со вздохом передала инструмент сестре, одними губами произнеся слова благодарности. Если уж сэнатри вынужден был выйти на сцену, уход обратно становился невозможным. Это считалось проявлением неуважения к залу. Так что Иррсине пришлось отступить на положенные два шага за спину сестры и замереть.

В зале царила суета. Оставшиеся на месте элфы выжидали, те кто был в танцевальном кубе сыпались с неба и смущённо спешно занимали свои места. И уже поднимала волна оваций. Кое-кто из зрителей оставался в воздухе и к хлопкам в ладоши добавился намеренно громкий шелест и треск крыльев. Иррсине, вынужденной замереть чуть позади Сиулы показалось даже, что в лицо толкнулся легкий поток воздуха, поднятый этими крылатыми зрителями.

А за сценой уже была напряженная Эриса, руками показывая, что надо поспешить.

– Давайте девочки, до завтра. – Суетилась она, провожая их к запасному выходу. – Амани уже за рулем. Если сейчас не сбежать, до полуночи вас эти фанаты точно не выпустят. Ну куда, куда, устала она, ну как вы не понимаете, не до общения ей сейчас. Совсем выдохлась девочка.

Эриса замерла перед полуоткрытыми дверями в коридор. С бивать ее не пытались. Но сразу несколько улыбающихся лиц всплыло у нее над головой, пытаясь разглядеть уходящую девочку. Ее кивок в знак ответного приветствия вызвал целый шквал новый аплодисментов, под которые Сиула с Иррсиной и нырнули в глайдер, почти вплотную притертый к крыльцу.

Глава 18

– Элфы теперь часто выражают свои эмоции крыльями. – С улыбкой поясняла Амани за завтраком.

Сиула вяло ковырялась в своей тарелке и слушала в половину уха. Причем в буквальном Одно стояло торчком, второе унылой тряпочкой наполовину провисало к низу.

Иррсина с беспокойством косилась на неё и тайком вздыхала. Мама в детстве часто объясняла им обеим, что такое эмоциональная опустошенность и насколько опасна полная самоотдача ориенхорниста при концертном исполнении. Эмоции зала были способны захлестнуть музыканта и полностью поглотить его, заставить вложится больше, чем позволяло его состояние. Предупреждала и рассказывала. Сиуле и в академии будут на каждом курсе тыкать носом в признаки этого состояния. Только видеть сестру в такой апатии после концерта ей ещё не приходилось. Иррсина чувствовала в этом свою вину, но не знала, чем помочь.

Если перед перерывом она все сделала правильно, то во второй части сама оказалась настолько увлеченной выстраиваемой Сиулой игрой, что пропустила момент, когда та увлеклась настолько, что потеряла самоконтроль. А как тут не увлечься, если большая часть зала крутится прямо в воздухе и играет с твоими рисунками. Их же всех надо вписать, учесть траекторию движения, и так чтобы не разрушить общий узор. Это как совместный танец. И эмоции совместные, общие.

Вот и получилось, сестра увлеклась, впрочем, как в всегда, а ее недоделанная санэтри, которая именно в этом случае должна была вмешаться, сама обо всем забыла и просто наслаждалась музыкой как обычный зритель.

Теперь у Сиулы был самый настоящий эмоциональный откат. Тот самый, о котором когда-то утвердила мама, и над чем они вдвоём в своей комнатке тихонько смеялись. Ну как можно так увлечься, чтобы за целую ночь не восстановиться.

– Чего-то они не очень выглядят. – Вернул Иррсину к действительности озабоченный голос Амани. – И молчат все время.

Оказывается, за своим самобичеванием Иррсина не заметила, как в обеденной комнате появилась Эриса. Вполне себе целая и даже относительно весёлая, вопреки тому, что говорила вчера.

Элфиянка перестала улыбаться и внимательно присмотрелась к смутившейся Сиуле. Даже присела, чтобы заглянуть в опущенные к полу глаза.

– Да все нормально, устала только чуток, не выспалась. – Попыталась оправдаться та.

– А я-то все не могла понять, чего эти клубники о твоём самочувствии справляются. Да еще и так настойчиво, каждый раз переспрашивают состоится ли вовремя второй концерт. Это не знаешь ли откат у нее, подруга. Причем очень сильный. – Радостно сообщила она для недоумевающей Амани. – Ориенхорнисты слишком сильно выкладываются на концертах. Да и на репетициях тоже. Для того им и приставляют санэтри и дают столько полномочий. А ты куда смотрела?

– Увлеклась. – Призналась Иррсина, просив виноватый взгляд на сестру. – Я впервые видела нечто подобное.

– Да, такое в записи не увидишь. – Расплылась в улыбке Эриса. – Когда вы смылись, меня сначала едва не растоптали перед кассой зрители. Еле отбились с кассирами. А утром впервые в жизни видела наших старичков из совета директоров в такой ярости. Если бы не голосвязь, точно с кулаками бы набросились, представляешь?

Амани, к которой был обращен вопрос, отрицательно замотала головой. Алексисаниса, председателя директората концертного зала она знала лично, как и любое руководство всех строящихся крупных объектов в районе Пещерного Раскола. С каждым из них рано или поздно она пересекалась с нею по вопросам снабжения или инвестиций. Но представить всегда выдержанных и невозмутимых вполне уважаемых элфов из первых волн переселенцев со сжатыми кулаками набрасывающихся на Эрису у не получилось.

– Что, так тяжко пришлось? – Усомнилась она.

– В кассах и сейчас непросто. – Фыркнула Эриса. – Я тебе все-таки ещё не раз припомню эту подставу. И вообще все-все что ты устроила мне.

– Я не виновата, я сама не знала, что так получится. – Немедленно среагировала Амани начав подозрительно щурить глаза.

Пришедшая вдруг сложила ладошки перед грудью и обвела всех умоляющим взглядом.

– Хорошо, я и тебя и вас всех прощу, если вы согласитесь на полный зал. Пожа-а-алуйста.

Уловив видимо начало протестного жеста Амани, она тут же затараторила.

– Условия те-же, и даже обсуждаемы в сторону улучшения. Я всех зрителей предупрежу, чтобы такого безобразия как во второй части больше не было. Все танцующие будут уходить в танцевальный куб. Пригласим несколько пар профессиональных танцоров. Столько, сколько скажет Сиула и ни одной больше. С ними и будет концерт. У меня уже очередь стоит. И все согласны на тренировки в ее режиме. Хоть утром, хоть вечером, даже ночью. Последнее даже предпочтительнее. Очень уж все впечатлены фоном из звездного неба.

– Среди зрителей такие были? – Уточнила Сиула, припомнив нескольких танцоров выбивавшихся из общей массы.

– Так они же первые поклонники ориенхорна и музыкальных рисунков. Но с динамическими рисунками и они столкнулись впервые. – Вздохнула Эриса. – Растрезвонили всем как ты работала с ними, теперь вот отбиваюсь.

– Но я только начала изучать этот стиль. – Осторожно напомнила Сиула.

– Да помню я, помню. И как ты справляешься с нею. – Вздохнула та, обращаясь к Амани. – Сплошная неуверенность и самокопание.

– Вот так и справляемся все вместе. – Вздохнула Амани. – Геката с Нэстэ, а теперь и я. В этот раз все условия будем обсуждать вместе с Иррсиной.

– Со мной. – Девушка озадаченно хлопнула глазками.

– С тобой. И ты будешь учиться вести переговоры и отстаивать интересы Сиулы. В конце концов это и твои интересы, я ведь правильно поняла функции санэтри?

– Отличная идея. – Довольно кивнула устроительница концерта. – И во время выступления тебе тоже надо лучше контролировать ситуацию. Ты посмотри до чего запустила своего музыканта. Сиула, а почему ты не ешь? Ты знаешь, растение, а заодно и сам фрукт Нэстэ называет зонтиками. Не совсем правильно, конечно, не по-научному, но это без разницы. Научники придумали настолько зубодробильное для них название, что мы все их тут так и называем зонтиками. Силы они восстанавливают независимо от того, как их называть.

Огромное, почти в половину стола блюдо с красиво выложенными дольками было заботливо подвинуто к Сиуле так близко, что нежный аромат заставил её судорожно сглотнуть набежавшую слюну.

– И не стесняйся попросить, если не успели пополнить запасы в ваших комнатах. – Поддакнула Амани. – Эриса, так что там со вторым концертом?

Сама Сиула выразила готовность выйти на сцену как можно скорее. Но ее довольно резко прервали, не дав даже закончить фразы. Амани, с подачи Эрисы, успела уже навести справки об особенностях организации концертов ориенхорнистов и была категорична в этом вопросе. Эриса предпочла только замахать не нее руками. Иррсина неожиданно поддержала их гостеприимных хозяев, заявив, что восстановление требует времени.

И Сиула перестала вникать в их разговор. Сроки, правила, количество зрителей, экономика, не интересно с ними. А вот подумать над следующим концертом, учесть совершенные вчера ошибки, это совсем другое дело. Теперь она знает, чего ожидать от ее зала и уже можно внести изменения не только в план концерта, но и подумать над новым узором. А возможно и поработать над динамической составляющей.

Амани и Эриса с улыбкой переглянулись, глядя на удаляющуюся музыкантшу. Погруженная в какие-то свои мысли на столько, что она даже не простилась.

– Э-э она…

– Работает над своей музыкой. – Без смеха кивнула Амани. – Мы все прекрасно поняли. Когда ты чем-то увлечён, не до политесов. Это мне тоже знакомо. А давай-ка мы с тобой попробуем из нашей подруги выбить ещё кое-что для нас.

… - Эриса только глаза закатила и потянулась к дольке фрукта. – Вы и так уже вытащили все, что может дать концертный зал в таком состоянии. И поверьте, я сама бы дала больше, если бы знала, чем вас подкупить. Это же надо! Настоящий ориенхорнист и на все лето к нам, в анклав! Да мне сейчас все коллеги завидуют черной завистью.

Из открытого окна донеслись музыкальные переливы и на несколько минут в зале воцарилось молчание.

– Забыла включить звуковую защиту. – Вздохнула Амани.

– Это ведь только легкая тренировка, надеюсь? – Поинтересовалась Эриса.

– Да, разминка начинается с гамм и лёгких произведений, разученных ещё в детстве. – Кивнула Иррсина. – Потом отработка отдельных элементов, из тех что она наметила. Без рисунков естественно.

– Тогда ладно. Ей не стоит сегодня сильно напрягаться. Значит можем продолжить. – Удовлетворенно кивнула Эриса. – О чем вы там хотели поговорить?

Сиула действительно решила сократить занятия. Все же завершенный концерт давал себя знать и усталость ожидаемо брала свое. Напоследок она ещё раз прошлась по составленной последовательности, попутно добавила несколько полутонов, и все же не удержалась от искушения, чтобы не попробовать пришедшую в голову идею.

Перед глазами смутно проявился статичный узор из простейших концентрических кругов. Честно говоря, это был первый ее узор вне оборудованных стен концертных залов. Пока ещё, неустойчивый, едва видимый на фоне шумовой ряби. Но все-таки это был признак того, что у неё получится перейти на новый уровень, уже профессионального ориенхорниста. Очень немногие из ее коллег могли строить рисунки на открытом воздухе. Слишком уж непредсказуемая и необъятная это среда.

За спиной кто-то громко выдохнул. Прервав упражнение Сиула резко обернулась, запоздало вспомнив, что не включила звуковую защиту комнаты, и более того, играла при открытых на террасу дверях.

Прямо над балконом зависло сразу несколько элфов. Две знакомые служанки, что обычно убирались на их этаже. Видимо они работали с окнами снаружи и прервали свое занятие. И сразу четыре подростка, возраст которых Сиула еще не научилась определять. Вся эта аудитория завороженно улыбалась, едва двигая крыльями в восходящем потоке воздуха и как под гипнозом смотрели на нее.

– Эй, ну куда это годится? Вы чего мешаете нашей гостье тренироваться. – Из-за спины выскользнула Рилла. Старшая служанка по уровню проскользнула в дверь, сердито цыкнула, и маленькая стайка элфов тут же рассыпалась в разные стороны.

– Да я уже закончила. – Сиула осторожно уложила инструмент в футляр, заботливо укутывая покрывалом. – И они совсем мне не мешали. Я и заметила их только в сейчас.

– Зато я заметила, что автомойщики стекол на нижних уровнях уже не по одному десятку раз одно и тоже окно моют. Переставить некому. – Фыркнула Рилла. – А ты не оправдывайся, это я так, для порядка ворчу, и сама все прекрасно понимаю. Когда ещё можно будет послушать настоящего ориенхорниста.

– Она рисует, прямо в воздухе, я видел. – Донесся детский голосок снаружи. Снизу выдвинулась голова и ровно машущие крылья.

Мальчишка, чтобы немного облегчить себе задачу, положил ладошки на край и зафиксировался, не рискуя полностью выбираться на пол.

– А подслушивать нехорошо. – Тут же переключилась на него Рилла.

– Если есть что скрывать, вы бы включили звуковой экран. – Тут же отбился парень. – Он на гостевых этажах очень надёжный, вместе с силовой защитой. А как это можно, рисовать музыкой в воздухе?

– Это могут только ориенхорнисты. – Наставительно заметила Рилла. – Что, ты правда рисовала? Но здесь же нет оборудования, только каменные стены.

– Вне зала очень трудно составить рисунок, но все-таки можно. – Улыбнулась Сиула сразу обоим собеседникам, благо они находились теперь на одной линии. – Я только учусь этому. у вас здесь воздух очень хороший, плотный.

– Это да. На такой высоте не во всяком мире модно найти настолько плотный воздух. – Не без гордости констатировала кивнула элфиянка. Старики говорят, даже в нашем старом мире летать в горах было сложно, сама я не помню. А здесь детей приходится сдерживать чтобы не забирались на верхотуру, в самые воздушные потоки.

Мальчишка презрительно фыркнул, и оттолкнулся. Несколько кульбитов и он свечой ушел вверх.

– Вот постреленок. – Проворчала женщина. – Увлекся этими новомодными направлениями. Танцы в воздухе, скоростные спуски, гонки на воздушных потоках. Везде хочет быть первым. Но паренек добрый, ты не обижайся на него.

– Да вроде не за что. – Развелась руки Сиула.

– И это, я попросить тебя хотела, если можно, не ставь звуковую защиту во время тренировок.

– Но как же… – Растерялась та.

– Мешать нам ты не будешь. – Вздохнула Рилла. – Ты понимаешь, в концертный зал не наездишься, далековато и не попасть нам на твой концерт. В сети едва не до драки доходит за билеты, я смотрела. Да и не дешево это, по концертам летать. А хорошую музыку послушать очень хочется. Специально для нас играть не надо. Достаточно и того, что на каждый день запасено.

– Ну-у, хорошо, неуверенно протянула Сиула. – Только кому интересны гаммы и отработки.

– Но ты же и целые номера. Например, последнее из того что было сегодня. – Резонно заметила женщина. – Жаль я не смогла увидеть музыку с рисунком. Я ни разу не видела, но рассказывают, что это великолепно.

– Это только первая попытка вне зала. У меня случайно получилась. – Призналась Сиула. – Простейший концентратор для начинающих.

Для таких как я и для малышни это уже равносильно чуду. – Появившаяся Эриса была явно недовольна, как и следующая за нею Амани. Иррсина тоже глядела неодобрительно и всем своим видом показывала, что их разговор будет позже.

– Ты что творишь? – Без перехода начала Эриса, как главный специалист по ориенхорнистам среди принимающей стороны. – Вчера ты полностью выложилась, я видела, как Иррсина тебя со сцены вытаскивала. Тебе восстанавливаться надо, а не экспериментировать. И уж тем более не концерты устраивать.

– Ну, увлеклась я, да и не собиралась долго тренироваться. – Поспешно вклинилась в упреки Сиула. – Я планировала только разминку. А рисунок у меня сам получился. Наверно у стен из естественного камня хорошая звукоотражающая способность.

– Здесь действительно всюду природный камень, но вообще-то довольно пористый. – С сомнением осмотрелась Амани. – Не думаю, что этот материал подходит для подобных упражнений. Хотя в пещерах акустика на самом деле бывает очень хорошей.

– Природный камень всегда лучше. – Не согласилась Сиула.

– А все-таки давай ты будешь экспериментировать позже. – Попросила или потребовала Амани. – Сегодня у тебя в планах отдыхать и набираться сил.

– Мы что-то можем сделать для этого? – Вмешалась Рилла.

– Тишина, прогулки и нормальное питание. – Выудила Иррсина из своей памяти.

Мама сумела-таки вбить ей в голову кое-что. Правда применять эти знания то сей поры как-то не приходилось. Радом всегда были куда более опытные преподаватели и наставники. Да и год в академии явно пошёл сестре на пользу. А она и не заметила.

За балконом что-то со свистом обрушилось вниз. Сиула тихо ахнула и бросилась к краю.

Все тот же мальчишка, не снижая скорости и в нескольких метрах от отвесной скалы камнем несся к зелёному ковру, выстилающему днище горной долины. Рядом сдавленно пискнула Иррсина, все-таки преодолевшая страх высоты и тут же пожалевшая о своем поступке.

В горизонтальный полет вертикальное падение перешло уже перед самой землёй, когда казалось трагедия неизбежна. Маковое зернышко, в которое превратился мальчишка, резко отвернуло от скалы, пронеслось на фоне зелени и по пологой дуге начало подниматься к горизонту.

– Вот он получит у меня, будет знать, как пугать гостей. – Улыбка и тон никак не вязались со сказанным. Женщина зависла в воздухе за краем веранды и не без одобрения наблюдала за выходом темной точки на уровень горизонта. – Просила же не пикировать здесь. Это он перед вами решил похвастаться.

– Но разве так можно? – Наконец выдохнула Сиула. Оказывается, все это время она почти не дышала.

– Скоростной спуск. Это одна из новых наших спортивных дисциплин. – Пояснила Рилла.

– Но это же опасно. Я имею в виду для детей.

– Для взрослых тоже не безвредно. – Улыбнулась женщина. – Это крылья деточка. Наши крылья. Ты ведь прибыла с рейсовым транспортом и должна была видеть. В каждой прибывающей партии есть дети. И ещё ни одно прибытие переселенцев не обходилось без происшествий.

Сиула вспомнила как встречающие ловили малыша в небе с ловкостью, говорящей об опыте.

– Мы продолжаем принимать переселенцев. Тоннель и контейнерные поезда еще долго будут работать с перегрузкой. – Принялась объяснять Рилла, вернувшись на террасу – Большинство элфов прибывают с нормальных миров. Это для вас нормальных, а для нас они самые настоящие тяжелые. Рефлексы у них есть, а навыка полёта, даже минимального нет. Разовые вылеты в погибшем нашем мире можно не считать. Те, кто прожил в невесомости вроде летать умеют. Только летали они в замкнутом пространстве орбитальных станций. Понятие воздушных потоков, для всех прибывающих существует только в теории. Нормальная сила тяжести для одних и вид открытого неба сносит все запреты у прибывающих. Взрослые и лучше себя контролируют, а у маленьких рефлексы срабатывают мгновенно. Вот и бьются первые о потолок пещеры, а вторых мы вылавливаем в небе.

– Каждый раз?

– При каждой партии переселенцев. – Кивнула Рилла. – В начале пытались пеленать малышей или давать снотворное. Да только хуже получалось. Даже до переломов доходило. Вы только не думайте, мы всех инструктируем как вести себя в момент перехода и перед посадкой в капсулы и перед пересечением Раскола. Но помогает это мало. Смогли только добиться того, что родители и прочие прибывшие перестали самостоятельно пытаться помочь в поимке малышей. А то были прецеденты, калечились сильно.

– Я заметила, когда служащие поймали малыша, они даже не стали ругаться. Только помогли семье уйти с площадки. – Кивнула Иррсина. – А переполох-то был большой.

– А чего ругаться? – Удивилась Рилла. – Первое прибытие в свой мир, это незабываемое воспоминание для любого из нас.

– Но все-таки это ведь нарушает порядок среди прибывающих пассажиров. Тем боле что как вы говорите все проходят инструктаж.

– Элфания не просто новый мир для нас. – Тихо Заговорила Рилла. – Дарующая вместе с новым миром и шансом выжить, подарила нам наши собственные крылья. Тем, кто от природы бескрылый трудно понять, что это для нас означает. Элфания не копия нашего старого мира, но такое ощущения, будто она ждала именно нас и встречает каждого, кто прибывает сюда. Открою вам маленькую тайну. Многие из нас, не взирая на статус и положение в обществе, специально приезжают к Расколам встречать очередную партию переселенцев, чтобы ещё раз, как будто заново, пережить тот самый, свой первый переход сюда. Для меня это было как граница новой жизни, как горячий душ, смывающий все, что накопилось за годы жизни без крыльев. У меня было ощущение, будто с крыльев слетает слой сковывающего бетона, и они сами собой начинают шевелится. – Рилла счастливо улыбнулась своим воспоминаниям. – Уверена, Амани тоже частенько бывает у Раскола в том числе и поэтому. Только кто-же признается в таком другим. Все мы выискиваем предлоги чтобы еще раз испытать те ощущения.

Глава 19

Сиула осторожно заглянула себе под ноги. Вроде и знаешь, что автоматика не даст тебе упасть и силовая защита удержит неосторожного жильца, а все равно страшно.

– Потому у нас почти и нет запретов на новые виды спорта, связанные с полётами. – Продолжала Рилла рассуждать. – Опасно, иногда очень опасно, это да. Но как и всякому делу, всем нам приходится учиться пользоваться крыльями заново. А наши дети в полётах идут впереди взрослых. Этот пострел кстати наш местный чемпион. На скоростных спусках он умудряется разгоняться так, что кромки крыльев рвались. Таких скоростей в нашем бывшем мире развить было сложно.

В комнате появилась служанка с подносом и аккуратно разместила дольки зонтика на журнальном столике.

– А ты восстанавливался, набирайся сил. – Спохватилась и сама себя прервала Рилла. – И не экономь плоды. Ты знаешь, как у нас говорят? "Дарующая подарила нам мир, а Единый создал в нем зонтики, чтобы мы смогли восстановиться после скитаний и создали свой мир заново". Редко, когда новая колония может похвастаться доходами от экспорта. А мы экспортируем зонтики уже по всем Объединенным мирам. И латтории Нэстэ и Аманиатрони владеют самыми лучшими сортами этого растения и идеальными условиями для его роста.

Иррсина переглянулась с Сиулой и вежливо кивнули. В такие тонкости они не вникали. С них было довольно и того, что поданная ягода вкусная.

Рилла давно уже ушла, Иррсина сбежала к Амани, которая решила взять над нею шефство и потребовала ее присутствия при всех деловых переговорах управляющей. А У Сиулы все не шёл из головы разговор о заново обретенных элфами крыльях. Она даже смогла перехватить мальчишку прямо на террасе, вокруг которой он и ошивался. Впрочем, тот и сам был не возражал поговорить.

– А я не помню, как это было в первый раз. – Удивился тот вопросу. – Родители рассказывали, как меня ловили, у них есть даже ролик. Но сам я почти ничего не помню о том переходе. Понимаешь, я маленький был и совсем больной. Тяжесть на теле вот помню, ломоту в костях тоже не забуду наверно. Год назад вышел в Бездну часа на два в приемный лагерь, надо было. Так руки и ноги сразу так закрутило, что еле добрался до входного. А тогда по словам мамы, я только лежать и мог. Все время на болеутоляющих сидел. Меня прям так лежа через Бездну и тащили. Другие рассказывают о тумане в глазах, темноте или чего-то еще. Враки это все, для меня этот входной Раскол как переход через грань. Тяжесть, все время тяжесть, даже если не шевелишься, все равно чувствуешь, как тебе чем-то пальцы придавили, и вдруг раз, и все, как будто рукой смахнуло. А уж что там было и что происходило, ничего не помню. Хотя нет, после перехода у меня был только страх, что кто-то не хочет дать мне летать. Вот оттуда наверно он у меня и сидит. Я к своим крыльям даже сейчас никого не подпускаю. Местные лекари уже знают меня и если что, только советы дают.

– А вот эти скоростные спуски? Что это значит для тебя? – Не унималась Сиула, с любопытством покосившись на кромку крыльев, действительно в течении всего разговора удерживаемых так, чтобы она не смогла до них дотянуться.

– Здесь все другое. – Расплылся в счастливой улыбке мальчишка. – Я читал какой-то рассказ бескрылого, не помню имя. Его описание про реку очень понравилось. На ней был большой водопад, и в рассказе он с другими детьми прыгал с него. Отличная аналогия. Наверху речка тихая, мирная. Плывешь по ней медленно, плавно, хоть на спину ложись и облачками любуйся, пока до края не доплывешь. А потом ка-а-ак ухнешь вниз и тут уже не зевай. Только полёт все равно лучше, ведь ты все сам контролируешь и решаешь, когда начать спуск. А потом несешься вниз, скалы мелькают снизу-вверх, внизу зелень леса, с боку серые скалы, и ветер в ушах свистит, даже ревет.

– Но Рилла говорила, что ты рвал себе крылья.

– Рвал. – Небрежно кивнул головой мальчишка. – Если их выставить под неправильным углом, на скорости кромки начинают мелко вибрировать и трепетать. Вот от этого они рвутся. Тут очень важно правильно выставить крылья и зафиксировать угол. Ошибешься на пару градусов и все, пиши пропало. В лучшем случае неделю или две будешь заживлять разрывы, а в худшем и суставы вывернуть на выходе из пикирования можно. Я года два назад ошибся, так полгода летать не мог.

Болезненная гримаса мальчишки явно относилась именно к тем самым "полгода". Факт травмы и связанной с нею болью похоже для него был скорее досадной помехой на фоне невозможности летать.

Он бросил взгляд в сторону вошедшей служанки и поспешно отвернулся.

– Жалко их, – Поделился паренек в ответ на ее невысказанный вопрос, когда служанка вышла. – Ты только никому не говори, у нас считается неприличным проявлять жалость к потерявшим крылья.

Сиула поспешно кивнула, наконец-то спустя несколько дней после приезда сообразив, почему некоторые служанки стараются не поворачиваться к ней спиной и ходят в длинных накидках. Да и взгляды их, бросаемые иногда за окно на пролетающих соплеменников теперь получили своё, совсем иное объяснение.

Ягоды "зонтиков" или нет, но на следующее утро Сиула почувствовала, что может провести полную тренировку.

Теперь она по-новому смотрела на летающих элфов сидя на веранде. Особенно интересно оказалось наблюдать за малышней.

Рилла объяснила просто:

– Маленькие ещё, могут забыться или чего-то испугаться. Если не справятся с полетом, сыпаться будут долго с наших-то высот. Да и воздушные потоки здесь сложные, могут и взрослого летуна зашвырнуть к самой вершине вулкана, а то и до моря утащить.

Дети резвились на посадочной площадке, благо глайдеры тут практически не летали. Они с смехом носились на небольшой и высоте, закручивали пируэты и старались догнать друг друга, сбить с полёта всевозможными способами. А то и соревновались кто дольше продержится в воздухе.

Сиула вообще отметила что крылатые элфы при любом случае старались "встать", как они говорили, на крыло. Даже мойка окон снаружи во предки всем ее представлениям среди служанок считалась за удовольствие.

Появление своего детского кумира и всей компании Сиула бессовестно проспала. И ведь никто из живущих в гнезде, не говоря уж об Амани, даже не намекнул на приезд Дарующей миры.

Утро для нее начиналось как обычно, с луча светила, заглядывающего в ее окна и небольшого завтрака, доставляемого служанками. Потом по установившемуся порядку первая тренировка. Это были разминочные упражнения и отработка простейших вариаций. Ровно столько, чтобы размять пальцы и мышцы, управляющие движением когтей. Если пропустить эту часть несколько дней, придется уже восстанавливать контроль над ними. Основная тренировка всегда происходила после обеда. В это время отрабатывались новые вариации, составлялись сложные композиции, включая отработку техник со статикой и динамическими рисунками. Эти две тренировки она всегда проводила при включенной силовой защите.

В качестве миниконцерта для местного населения выступала вечерняя тренировка. Сиула специально перевела на вечер занятия по предстоящим номерам и легкие детские этюды. А проживающие в гнезде к этому времени собирались кто снаружи, кто в дверях, но так, чтобы не мешать музыканту. Правда тут уж приходилось полагаться на своего санэтри. Рисунки вне стен гнезда у нее не получались, что совершенно не расстраивало крылатых слушателей. И наблюдая за их пируэтами, сама она частенько забывала о времени, наблюдая за пируэтами элфов в воздухе.

Появление Риллы означало приглашение на завтрак.

Длинный переход до столовой она преодолела бегом и замерла в дверях, глядя во все глаза на обернувшуюся от стола девушку. Нэстэ, как и вся ее компания, выглядела уставшей, если не сказать измученной. Она немного неловко ответила на объятия и недоуменно осмотрелась.

– Ты чего? Почему глаза на мокром месте?

– Рада тебя видеть. – Неловко шмыгнула носом Сиула. – Я уж думала совсем тебя здесь не увижу. Половина триместра прошла, а вы все где-то заняты.

– Долго силовую трассу восстанавливали. – Пояснила Лика, тоже обнимая малышку. – Волна там небольшая пошла, никак не могли уйти. Трех девчонок в лазарет пришлось отправить. Про регулярных бойцов уже и говорить не хочется.

Сиула невольно задержала взгляд на свежей полоске под скулой девушки. Отличить остаточный след шрама после ренимакапсулы она могла.

– Нечего было высовываться раньше времени. – Проворчала Нэстэ. – Сколько раз уж отрабатывали, а ты все равно впереди стационаров лезешь.

– Так ты же сама вышла вперед. – Возмутилась та. Но как-то вяло, привычно. Явно для них этот спор был привычным ритуалом и особых эмоций не вызывал.

– Я в паре с Лео шла. И Барик прикрывал нас. А на тебя расчета как-то не было. Она к тому же еще индивидуальный щит включила секунд на десять раньше. Представляешь? – Почти пожаловалась Нэстэ. – Сожгла раньше времени, вот и получила.

– Но ведь надо было эвакуироваться. – Осторожно заметила Сиула.

– Да было бы из-за чего! – Фыркнула Лика. – Да я почти увернулась, так что иглошип только кожу и порвал. А от ядов лучше Лео никого не найдешь. Это даже лекари признают.

– Ты не переживай. – Улыбнулась Нэстэ. – Эвакуировать ее конечно надо было бы. Шип порвал не только кожу и проник в гортань. Но в гекате эвакуируют только тяжело раненных. Таких, кто своей беспомощностью будет снижать боеспособность группы.

– Но почему?.

Так положено у нас. Вздохнула Нэстэ. – Заключительный этап подготовки у нас. Так что действуем в обстановке, максимально приближенной к боевой.

– Но троих ведь эвакуировали.

– Да, вместо них девочки из группы поддержки подошли.

Сиула растерянно посмотрела на незнакомые лица. Те весело приподняли в знак приветствия стаканы, похоже с соком.

– Инила.

– Карсия.

– Диснейла.

Сиула неловко поклонилась, не зная стоит ей представляться или нет.

– А это Иррсина, моя Санэтри и двоюродная сестра. – Нашлась она.

– Наслышаны. – Рассмеялись те.

– Ваше появление здесь какая-то тайна? – Уточнила Иррсина. Сестра явно чувствовала себя неловко, оказавшись за одним столом с теми, чьи имена упорно оказывались в первых новостях Объединенных миров.

– С чего бы? – Удивилась Карсия. – Просто по транспортной линии крюк был бы изрядный. Раскол ведет на второй континент, а оттуда до латтории добираться несколько дней. Через Объединенные миры быстрее, но тоже крюк. Да и был риск, что перехватят нас там или из дворца, или из Совета. У них всегда что-то срочное. Нэстэ провела отряд своими тропами, да еще через блуждающий Раскол почти рядом с гнездом.

– Мы ночью прошли. – Дополнила Лика и с откровенным удовольствием принялась резать кусок мяса на своей тарелке.

– А мне никто не сообщил. – Вздохнула Сиула.

– Это я распорядилась вас не беспокоить до конца утренней тренировки. – Амани небрежно отмахнулась от возмущенного взгляда девушки. – И нечего пытаться сжечь меня своими глазками. У тебя режим. Да и девчонкам требовался отдых. Думаешь Лика единственная, кому потребовалась реанимакапсула? Она была первой, и вышла только под утро.

Лика небрежно пожала плечами и кивнула, подтверждая сказанное.

– Капсула здесь одна. А нас трое. Так что сейчас зализываем раны. А марафет наводить я полезу позже, через денек наверно.

– Ты не переживай, все с девочками нормально. – Заявила Амани и знаком указала на блюдо посредине стола. – Одна сейчас в капсуле заменила Лику. Вторая отсыпается под присмотром.

– Что это все о нас, да о нас. – Подала голос Нэстэ, указывая им обеим места рядом с собой. – Давай ка о тебе поговорим. Амани меня уже ввела немного в курс дела.

– Точно, "ввела". – Хмыкнула Карсия. – Едва не оглушила.

– Это вы еще с Эрсиной не повстречались. Мстительно заметила управляющая. – Вот уж кто возмущен, так возмущен таким легкомысленным отношением к девочкам. И ни одного специалиста по организации подобных концертов под рукой. Ей все приходится делать самой. Да еще и нас тут инструктировать.

– Ну, наверно это упущение с нашей стороны. – Рассмеялась Нэстэ. – Придется поставить на вид Иннисе, ее недоработка.

– Зачем? И вообще, о каких недоработках идет речь? – Сиула недоуменно переглянулась с сестрой. И уж обе уставились на Нэстэ.

– Организация любого мероприятия предполагает учет и решение всех вопросов. – Вместо нее ответила Лика. – Инниса должна была навести справки об особенностях организации подобных поездок и позаботиться о том, чтобы довести их до Амани. Неловко у нее получилось с твоим приездом.

– Но ведь все хорошо. Ну правда!

– Да мы не об этом. – Улыбнулась Нэстэ. – Ты понимаешь, мы ведь продолжаем еще учиться. И для наших наставников упущение Иннисы, это как указание на их собственную недоработку.

– Да-а-а, не миновать нам повторного тренинга по логистике. И хорошо, если обойдется без теории. – Лика с видимым удовольствием сделала глоток из стакана. Да ты не переживай, это у нас в порядке вещей. Инниса не первая и не последняя.

– Но как же так, ведь это неправильно.

– Наоборот, все просто отлично. – Не согласилась Инила. – Учеба подходит к концу. Нам уже совсем скоро уходить туда, где ошибаться будет нельзя.

– Куда уходить? – Испугалась Сиула.

– Сиула, у гекатесс много разных дел. И во многих из них действительно нельзя ошибаться. – Нэстэ не без предупреждения покосилась на проговорившуюся и та виновато развела руками. – А при организации твоего приезда не только Инниса виновата. Я тоже хороша, свалила все на нее. А ведь Ри еще сомневалась, предлагала проработать тему.

– Точно, остальные тоже этот момент упустили. – Кивнула Лика. – Кто готовился к выходу на Дорожку, кто с Ри отрабатывал совещания. В общем вкатят нам, и будет за что. Хотя очень хочется услышать за что. Амани утверждает, что ты в Элфании всех на уши поставила.

– Скорее на крыло. – Хмыкнула управляющая. – Эрисе каждый день приходится отбиваться от попыток перевести выступление в концертный зал побольше.

– Я не потяну большой зал. – Пояснила Сиула сразу и для Лики, вопросительно глянувшей на нее и Нэстэ. – С таким количеством отражателей я еще не работала. И зрителей там будет слишком много для меня.

– Наша девочка и в этом зале выкладывается так, что в себя приходит хорошо если через день. – Сдала ее Амани. Многовато зрителей для нее. Уж как Эриса не изощряется, чтобы облегчить ей концерт. И танцевальный куб убрала, и ввела только профессиональных танцоров в зале. А все равно, тяжело.

– Да я отлично себя чувствую. – Искренне возмутился объект всеобщего пристального осмотра. – И вообще, это нормальное состояние ориенхорниста после концерта.

– Во-во, Эриса тоже самое говорит. – Кивнула Амани. – Только вот в таком состоянии как она обратно вернется. Надо бы ей найти местечко для адаптации после Элфании.

– Проблем-то. – Фыркнула Диснейла. – При любой базе гегат Арден всегда есть свободные гостевые комнаты. Амани, ты определись где им лучше остановиться и на сколько дней, а приглашение оформит любая из нас.

– А вы разве ненадолго сюда? – Растерялась Сиула.

– Увы, подруга. – Скривилась Нэстэ. – Хотелось бы хотя бы пару недель провести здесь.

– Точно, на охоту бы сбегали, побездельничали. – Поддакнула Лика под совместные грустные вздохи остальных. Так нет же, магистру Листарду срочно надо решить какой-то вопрос с Ринсли. А все серьезные переговоры с этой расой до сих пор может вести только Нэстэ или иногда Санира, как лично ею представленная. А она тоже с нами.

– Да ты не высматривай ее. – Усмехнулась Амани. – В капсуле отлеживается.

– Иглохвост, змейка такая, достала ее. – Кивнула Лика. – Та еще зараза, особенно если вовремя не заметишь.

– Да все нормально с нею. – Снова для встревоженной Сиулы встряла Амани. – Яд мышцы правого плеча повредил. К вечеру восстановит.

– А потом неделю восстанавливать рефлексы. – Пробурчала Диснейла. – Вот помяните мое слово, запретят ей с боевой пятеркой Нэстэ ходить. Ринсли для серьезных переговоров требуют рекомендаций от Нэстэ. И не дают согласия на ее замену.

– Ничего, недолго осталось. – Мечтательно протянула Карсия.

Нэстэ снова хмуро покосилась.

– Будет им замена. Ри выбрала кого-то из предложенных министерством. И Сумми сообщила о представителе Рианола. – Вздохнула она. – Потому и вызывают нас. Будем разбираться.

– Так что нам дали всего несколько дней, подруга. – Обернулась Лика к Сиуле. – Хватит чтобы зализать раны да стряхнуть пыль Бездны. Нэстэ, а может через Бездну махнем?

– Как ты это себе представляешь. – Нэстэ грустно осмотрела всех сидящих за столом. – Самый короткий путь длиной в неделю. Да еще сейчас на нем сезон миграции.

– Да это я так, помечтать.

Днем Сиула не видела друзей. Ни одна из них не появилась ни до, ни после обеда. За обедом Амани только головой покачала, глядя как ее гостья вяло ковыряет вилкой в котлете.

– Курс восстановления они проходят. – Пояснила она. – Для всех одни и те же процедуры. Экспресс курс не самая приятная процедура, но так уж заведено у гекат. Девчонкам нужно быть в форме перед выходом из Элфании. Особенно когда это касается сопровождения Нэстэ.

– Почему? Ведь еще и ее высочество есть.

– Ее высочество не пытаются достать всякие насекомые. – Сморщилась Амани. – Да ты не расстраивайся так. Вечером все они соберутся в приемном зале. На отдых. Ты туда и приходи, прямо с инструментом.

Тихие всполохи костра посреди зала, даже с призрачным розово-желтым оттенком (ее новое достижение) удались ей в полной мере. Правда совместить динамический рисунок со статичным изображением немного неба получилось всего на несколько тактов. Принципиально разные техники исполнения совместить не так просто. Здесь уже мало было упорных тренировок. Ей банально не хватало теории и расчетов. Но чего нет пока, того нет. Зато она знает куда стремиться.

К этому концерту она готовилась можно сказать всю жизнь. Она всегда сожалела, что люди не могут видеть звуковые картины. Их аудиовосприятие сильно ограничено. Но еще в школе она не мало прочитала о том, как в таких ситуациях выходили из положение знаменитые ориенхорнисты. Поэтому и первые языки пламени возникли из ниоткуда сначала сразу в четырех точках зала, рядом с каждой группой людей. И только потом соединились вместе в центре зала. Элфам это было необязательно, они видели весь рисунок целиком. А людей эти сполохи как бы обволакивали вокруг, ласкали и проходили сквозь них.

– Если честно, я ничего не понимаю в музыке. – Призналась Лика, ничуть не смущаясь признаваться в своем невежестве. – Нет, нас учили, и очень долго. Теорию я смогу рассказать хоть ночью. Но воспринимаю я ее только на уровне "нравится – не нравится".

– И как моя музыка? – Сиула с интересом наклонила голову.

– Действительно здорово. – Кивнула головой девушка. – Я знаю, что не все восприняла, есть еще какие-то визуальные эффекты. Но все равно, просто великолепно.

– Только я вот не поняла. – Задумчиво почесала пальцем переносицу Нэстэ. – Ты ведь пыталась напомнить нам тот костер в мире Ринсли. Вроде бы как даже горы были вокруг. А вверху было светло. Ты же тогда играла поздно вечером.

– У меня еще не получается. – Принялась оправдываться Сиула. – Небо это стаонарный рисунок, огонь динамичный, совместить их трудно.

– Понятно, но ты стала настоящим музыкантом. Тогда у костра картинок не было.

Осекшись, она подозрительно покосилась на Нэстэ, обвела всех взглядом и снова уставилась на нее.

– Но, как? Люди не видят аудиоузоры. Это ведь невозможно. – Она подозрительно осмотрела всю компанию, явно заподозрив подвох. – И приборов ведь таких не существует. Здесь эмоциональное восприятие и интерпретация разума. Каждый разумный видит свое.

– Забавно. – Хмыкнула Диснейла. – Давненько я этого не слышала о нашей гекатессе.

– Целых три дня. – Со смехом поддержала Карсия. – Для Нэстэ это понятие не применимо. Так что добро пожаловать в узкий круг посвященных.

– Люди действительно не могут увидеть твои узоры. – Улыбнулась Нэстэ никак не реагируя на всеобщее веселье. – Не подозревай девочек в розыгрыше. Они знают о музыке ориенхорна, но действительно ее только слышат, ну и еще ощущают, раз уж ты позаботилась об этом. Кстати спасибо, очень здорово было.

– Но, ты ведь сказала…

– Люди не видят, у нас и диапазон слишком узкий, и нет связи между слуховым аппаратом и срительной системой. Ни напрямую, как у элфов, ни посредством органа-посредника как у вас. – Мягко перебила ее Нэстэ. – Зато в ниахары могут поспорить с любым из вас и по диапазону восприятия, и по способности эмоциональной визуализации.

– Связанные с ниахарой могут воспринимать эмоции кошек. А опытные проводники способны визуализировать их эмоции у себя в мозгу. – Пояснила Лика сразу обеим недоумевающим девушкам и кивнула под ноги Нэстэ. Туда, где лежали милые белые кошки. А Нэстэ очень опытный проводник, да и Лео у нее талантами не обижен. Он может даже сам формировать картины для нее.

– Может. – Нэстэ сладко потянулась. – И Барик может. Так что считай, что на твоем концерте присутствовала и член императорской семьи. Ее высочество Рианна просит передать тебе, что восхищена твоим искусством.

– Я еще учусь.

– Вот и учись, и избавляйся от этой неуверенности. И определитесь с Иррсиной насчет ее учебы. Судя по тому, что мне успела рассказать Амани, без хорошего санэтри тебе придется совсем плохо.

Праздник встречи закончился так же внезапно, как и начался. Нэстэ со всей своей компанией ушли также незаметно поздно вечером. Гладеру пришлось сделать несколько рейсов, чтобы перебросить весь отряд к Пещерному Расколу. А на той стороне их уже ждала транспортная капсула.

– Вечером работа Раскола прерывается на час для технического обслуживания. – Поясняла Амани, стоя на посадочной площадке. – В это время на станции минимум народа. Здесь пройдут быстро, а на той стороне пока любопытные сообразят, что к чему, они уже будут в капсуле.

– Все так сложно?

– Один раз толпа задержала ее на несколько часов. Каждому хотелось увидеть вблизи Дарующую миры. А тебе, между прочим, после завтра на концерт.

Праздник прошел, жизнь возвращалась в привычное русло. И Сиула послушно побрела в свою комнату.

Концерты чередовались с неделями отдыха и тренировок, а давнишний рассказ Риллы о первом переходе в новый мир все не шёл из головы. Для Сиулы оказалось трудно даже представить жизнь элфа в привычных для себя условиях, что уж говорить об их моменте перехода и жизни в новом мире. Она пыталась придумать рисунок для этого рассказа, но все получалось как-то блекло, неправдоподобно. Ничего из того что было в ее репертуаре не подходило для рассказа старшей служанки.

А вот восторженное сравнение маленького летуна своего полёта с речным водопадом оказалось намного удачнее. Пусть с водопада она и не прыгала, зато в речке иногда купалась. Да с обрывистого берега ныряла в воду.

Сиула взяла за начало тягучую мелодию мастера Элшери. Классик ориенхорна в своё время много экспериментировал с медленными ритмами. Сиула сразу подумала о нем, как только задумалась об ассоциации с медленным течением равнинной реки. Для водопада было взято конечно стаккато любимого маэстро Виррсза. Его произведения всегда отличались бешенным изменчивым ритмом, часто рваным, с неожиданными переходами и разрывами. Правда мастер ассоциировал свою музыку с огнём и ритмом битвы. Особенно настаивал на ассоциациях со схватками с тварями, волны которых несколько раз переживал лично во время своих путешествий по Окраинным мирам. Так что тут ей пришлось взять только сам принцип построения резкого перехода с ускорением. А для эмоции падения вывести в мелодию верхние октавы, совсем нехарактерные для произведений маэстро. Получилось неплохо. Особенно когда были использованы в конце Кине и добавлены на контрасте совсем низкие звуки с удлинением. Получилось этакое торможение, как перед выходом из пикирования. Но здесь ей ещё предстояло как следует подумать. Ей никто не описывал что испытывает летун в самой низкой точке полета, когда уже все, ты справился со скоростью, опасность разбиться позади и ты можешь расслабиться.

У нее даже рисунок поучился именно такой, как хотелось, хоть и размытый. Но с чистотой звука можно будет работать позже.

Довольная собой Сиула выдохнула, выныривая из своей тренировки. И отодвигая уже мундштук, обратила внимания на ровный шелест крыльев со стороны веранды.

Обычно, на вечернюю тренировку собиралось два-три элфа из числа тех, кто был свободен от работы. Но сейчас за верандой неподвижно висело с десяток взрослых летунов, а ещё несколько подростков пристроились на самом краю веранды. Малышня толпилась около распахнутых дверей со стороны коридора, явно опасаясь зайти и помешать ее занятиям. Там же стояло несколько бескрылых элфов. И все заторможенно смотрели на неё.

– Вот это да! – Выдохнул Лирсин, восторженно сморгнув. – Прям как будто сам только что спикировал. Ты это с моих рассказов такое придумала?

– Ну вот, захотелось попробовать. – Немного смутилась Сиула. – Получилось?

– Да, не то слово! Только уж больно большую скорость ты набрала.

– Не поняла.

– Такой звук в ушах, что ты создала в конце, появляется при слишком большой скорости. Крылья можно изорвать в конец. И как-то незакончено, извини если я что-то ляпнул.

– Это же только эксперимент, и вообще, я в первый раз сама пишу. – Возмутилась Сиула.

За спиной кто-то судорожно сглотнул.

– Все равно, это здорово, даже для эксперимента. – Осторожно заговорила Дисса. – Бескрылая служанка даже ладошки сложила перед грудью. – Полёт для таких как я недоступен. Я, например, без крыльев сколько помню себя и не представляю полета. А вы только что помогли мне испытать это чувство.

– Действительно очень похоже. – Задумчиво заметил Лирсин после небольшой заминки. – Я бы хотел помочь тебе, если ты продолжишь работать над этим полетом. Ну, чтобы лучше получилось. А то у меня аж плечи свело, как будто снова их вывернул.

Сиула только смущённо кивнула, стараясь не смотреть по сторонам. Крылатые уже разлетались, на этот раз как-то неуверенно и задумчиво. Служанки исчезли, старательно пряча ото всех глаза. Вместе с ними ушла, качая головой и Рилла.

– Сестренка, кажется ты переборщила. – Констатировала Иррсина после ужина. – Рилла ругалась, что у служанок, которые тебя слышали сегодня, все из рук валится. Ей пришлось кое-кого отослать домой, в себя приходить.

– Я сама не думала, что так получится. Понимаешь, я только хотела по экспериментировать с произведениями разных маэстро на тему того, о чем рассказывал Лирсин.

– Знаю, знаю. – Закивала головой сестра. – До последнего концерта неделя осталась. Эрисса все стонет, что зал слишком маленький. Может быть ты не будешь рисковать и обойдешься обычной программой. Незаконченное произведение может вызвать разочарование у зрителей.

– Думаю, я успею. – Задумалась Сиула, неправильно поняв сестру. – Номер получается простым, надо только над переходами поработать, ну и с Лирсином кое-что обсудить.

Она действительно решилась на эту авантюру. Сыграть своё первое произведение, пусть и основанное на темах сразу двух, таких разных композиторов. Без обработки, без оценки наставников. Все лето у неё было такое настроение, сделать нечто необычное, такое, на что дома ни за чтобы не решилась. И стоя на сцене в свой прощальный концерт она все-таки приняла окончательное решение.

Хорошо подготовленный зал со звукотражающими панелями, это тебе не жилая комната в пусть и уютной, но все-таки пещерке. За это лето она настолько изучила сцену, что могла и с закрытыми глазами выйти в нужные зоны безо всякой подготовки.

Стены зала отозвались так, будто весь концерт ожидали именно этого её решения. Над головами слушателей раскинулась дымка, сразу превратившаяся в рябь, обозначая движение. Плавный поток звуковой дорожки медленно стелился над залом и изгибался, поднимаясь к танцевальному кубу, проходил сквозь него и дальше, насколько хватало силы звуковых отражателей.

Профессиональные танцоры понятия не имели что она задумала. Но им было не привыкать. В каждом концерте звучала одно, а то и два произведения ранее ею не игранное еще в этом мире. Это всегда был сюрприз и для зрителей, и для ее воздушной подтанцовки. Этакое соревнование-сюрприз для них.

Две танцевальные пары не растерялись и "поплыли" рука об руку по туманной речке.

Зрители в танцевальном кубе тоже не подвели. Они с удовольствием нырнули в эту призрачную реку. Все они медленно поднимались, подчиняясь заданному ритму и расслабленно крутясь в медленном танце. Движение ещё больше замедлилось. Ей все-таки удалось добиться ощущения уплотнения воды перед самым сбросом и даже обозначить тугие струи, хоть на тренировках в домашних условиях это казалось невозможным.

Мгновенье, и медленное течение сменяется резким свистом и грохотом водопада, вместе с которым ты несешься вниз. И только отражения шумовых волн от проносящихся вверх скал, нарастающий рев ветра в ушах, ощущение брызг в лицо и нечто темное, массивное далеко внизу, стремительно несущееся тебе на встречу. Лирсин утверждал, что ей удалось передать это чувство именно таким, как это есть на самом деле. Правда и повозиться пришлось несколько недель.

И в конце выход, нечто упругое снизу, тянущее и прогибающее твою поясницу до ломоты в плечах и пояснице, а потом – новый подъём, опять расслабленный, плавный, умиротворенный.

Сиула замерла, глядя на воцарившуюся в зале сумятицу. Слишком увлекшиеся медленным танцем первой части зрители оказались вовлеченными в звуковые картинки настолько, что проследовали с водопадом до самого конца. И некоторые от неожиданности не справились с полетом. Кое-кто теперь смущённо тихонько извинялся перед едва не пострадавшими зрителями, оставшимися в креслах, другие осторожно проверяли целостность крыльев после весьма недружественной встречи со спинками этих самых кресел. Послышались первые смешки.

Сиулу уже не удивляло, что другие части тела элфов волновали в гораздо меньшей степени. Один или два немолодых элфа потирали кто локоть, кто бедро. Но при этом все равно судорожно ощупывали свои драгоценные крылья, совершенно не думая о возможности других повреждений.

С концерта они уходили на глайдере и на час позже запланированного срока. Иначе их не выпускали со сцены.

– Ну ты и натворила дел. – Радостно улыбаясь заявила Рисса при прощании. – Твой последний номер достал даже тех, кто приходил на концерты из чистого любопытства. А мне опять взбучка на голову прилетела от начальства.

Прозвучавшая жалоба никак не соответствовала ее довольной улыбке и веселью в глазах. Что только подогрело любопытство отъезжающих.

– И за что на этот раз. – Не удержалась Иррсина.

– Меня опять обвинили в сокрытии "ценной информации". Из-за чего опять был пропущен концерт, о котором все будут говорить в ближайшее время. А, сами виноваты. Я всех честно и не один раз предупреждала, что ориенхорнист, это в первую очередь импровизация.

– Неприятностей у тебя не будет? – Осторожно поинтересовалась Иррсина, немного лучше уже ориентировавшаяся в закулисье концертных дел Эрсины.

– Будут. – Тут же радостно закивала головой та. – Очень большие будут неприятности, если вы с Амани не подпишете контракт на следующий свой отчетный сезон.

– Я только с удовольствием. – Улыбнулась управляющая. – Оказывается это интересно, быть твоим меценатом, Сиула. Нэстэ надо будет поблагодарить.

Сиула горестно вздохнула. Нет, она прекрасно понимала, что ее друзья редко могут позволить себе праздный отдых. Даже читая про события, связанные с их первой встречей можно было наткнуться на рассуждения о деле, от которого Нэстэ отказалась ради маленькой беглянки. Никакой конкретики, скорее гадания. Но то, что Живущая в Бездне очень редко появлялась у ринсли без серьезного повода, действительно было фактом.

Но в этом сезоне Сиула смогла лично оценить насколько ее подруги заняты. Дарующая миры за все лето так больше и не смогла вырваться в своё собственное гнездо. Весь летний сезон у нее оказался расписан буквально по минутам. Сначала обслуживание тоннеля затянулось. Потом был сбой на транспортной линии северо-восточного Раскола. Волна тварей сбила сразу несколько пассажирских контейнеров. И для эвакуации пассажиров потребовались все силы, в том числе и двух ниахар с Нэстэ во главе. После, как выразилась в единственный их приезд Лика, пришлось задержаться, пока не было восстановлено нормальное движение контейнеров. Планы на нормальный отдых в Элфании и охоту поломал какой-то срочный вопрос, связанный с Ринсли. Сейчас Нэстэ и вовсе вместе Рианной и Сумми находилась в Совете контакторов по какому-то неотложному вопросу. Причем опять нигде не узнаешь по какому конкретно поводу. Пресса почему-то связала слухи о массовом производстве силовых тоннелей с этим совещанием. И по словам Иннисы, была уже готова удрать на охоту прямо оттуда.

Сама Инниса удосужилась выйти на связь только перед самым отъездом и отказалась выслушивать осторожные извинения и вопросы подопечных по поводу давних разговоров.

– Девочки, наставники абсолютно правы. Это был мой просчет. Я упустила из виду целый ворох вопросов, связанных с тренировками. Это недопустимо для моего уровня подготовки и должно быть исправлено. Только, вы уж извините, но это касается дел гекаты и не подлежит обсуждению.

Сиула поспешно прикусила язык, сдерживая новые возражения. Амани еще в первый день нашла время и разъяснила некоторые особые моменты дружбы с членами гекаты императорских фамилий. "Дело гекаты" не просто никогда не обсуждалось, как довольно мягко намекнула Инниса. Это был тот уровень запрета, после которого закрывали рты и уши даже чиновники высшего ранга. Это был даже не секрет, буквально непробиваемая стена, к которой любой приблизившийся незамедлительно становился объектом пристального внимания службы безопасности своего государства. А в случае с Нэстэ и союза гекаты, так и вовсе сразу четырех империй. По словам Амани, скромная персона ориенхорнистки и ее санэтри перед приездом кроме элфов, тоже проходила проверку у теней Арден и Аринола получила их всецелое одобрение. Правда управляющая еще уточнила, что их вердикт мало что значит для Нэстэ, хоть она и прислушивается к нему. В элфании как первооткрыватель, она имеет исключительные права и все службы государства ей не указ на территории латтории. Если захочет, может и в совете шороху навести. А слово имперских теней здесь и вовсе носит рекомендательный характер.

Глава 20

Обратная дорога была намного спокойнее, чем приезд в Элфанию. Амани сдержала даное еще в самые первые дни обещание и спланировала поездку через Интергу, небольшой городок, считавшийся самым красивым в империи Арден. Благо город был в одном дне перелета скоростного глайдера от Перехода.

В пригороде городка была одна из постоянных тренировочных баз гекат империи. Ничем не примечательный забор обширного участка, одного из многих среди раскинувшихся вокруг садов. Постороннего вряд ли заинтересовали обычные датчики силового ограждения, обычные для всех поместий. Скрытые в глубине сада небольшие гостевые домики тоже были частью этой маскировки и скрывали куда более мощные ограждения, за которыми и располагалась территория тренировочной базы. Только рассмотреть детали этого места уже не смогли бы разглядеть и владельцы летающих камер, которые время от времени пропадали здесь.

Собственно, Инниса и выдала приглашение для поселения в гостевые комнаты гекаты ее высочества Рианны. Ну а о причинах выбора и истинном смысле комментария Амани: "там и в медблок гостей допускают", путешественницы догадались только после прибытия.

На следующий день, после устроенной, весьма короткой экскурсии по городу, сёстры поняли причину, по которой была запланирована остановка на целых пять дней. Хоть экскурсия и прошла на глайдерах с минимальным перемещением на своих ногах, к её концу Сиуле с Иррсиной казалось, что на ноги и на руки навесили неимоверные гири, а во всем теле каждая клеточка буквально требовала добраться до постели в выделенной комнатке. Возвращение к привычной силе тяжести оказалось намного чувствительнее, чем приезд в Элфанию. И уж точно Амани с Иннисой знали, что делают, когда выделяли своим подопечным именно пять дней на эту остановку. И наличие блока лекарей, с доступом для гостевых комнат оказалось весьма кстати.

В самой ортобе находилась десятка незнакомых девушек. Сами гекатесы в детали не вдавались, а как Сиула поняла, они или отдыхали после какого-то задания или готовились к следующему. У девушек был свой режим тренировок и занятий. Но отвлечься на гостей и даже заняться прибывшими подругами Нэстэ захотели многие из них.

Тем приятнее было устроить небольшой прощальный концерт в гостевой зале для узкого круга новых друзей.

Городская пассажирская станция при посадочной площадке, куда от Перехода прибыл рейсовый глайдер, сильно отличалась от вокзала силовой линии Транспортной компании. Здесь не было толп пассажиров, и никто не обращал внимания на двух девушек. Футляр ориенхорна в руках Ирсины однозначно определял их отношение к музыкантам, а значит к королевской академии искусств. Внимание спешащих куда-то случайных свидетелей привлекал скорее явный диссонанс между видом прибывших, явно свидетельствующий о незнатном происхождении и встречающий по всем правилам личный камердинер. Но чужие взгляды уже не могли испортить настроение ни Сиулы ни Иррсины. Они снова в СВОЕМ мире.

Возвращение в свои комнаты общежития для Сиулы было сродни возвращению домой. Уютные, пусть и не такие огромные как в гнезде Нэстэ, зато свои и так же надёжно защищённые от всего внешнего мира. Можно было не спеша разложиться, принять душ и отдохнуть с дороги. Жаль, что только эту ночь.

На завтра у Сиулы уже начинались занятия. А Иррсина под контролем Араснела пойдёт поступать на экономический факультет. Его действительно еще неофициально называли факультетом санэтри, так как именно там их и готовили.

Вечером, успев уже немного отдохнуть с дороги ониобе с полюбовались выражением лица Гисинты и ее супруга при вечерней связи. От новостей на счет дочери у нее очень забавно расширились глаза. До этого момента тётя вообще не рассматривала такую возможность для дочери. Было огромной удачей даже то, что Иррсина оказалась пристроена рядом с Сиулой. Двоюродная сестра трезво оценивала свои способности и весь год считала, что с нее хватит и не слишком дорогих курсов, ориентированных на семейный бюджет, которых в столице королевства было немало. Самостоятельно семья не могла потянуть ее образование в ведущем заведении королевства и разговоры на эту тему.

Собственно, зная о сомнениях родных, они с Иррсиной и предпочли принять решение самостоятельно и молчать о свих планах до возвращения в родной мир.

Как обычно было принято в среде ориенхорнистов и сгласно заключенному с Амани новому договору, плата за обучение сёстры ложилась на плечи Сиулы. Правда теперь ее совершенно не беспокоил факт увеличения долга перед Нэстэ. Да если все будет так, как в этом сезоне, она готова жить в Элфании. Хотя, по словам управляющей, это невозможно. Совет старейшин элфов принял закон о закрытии своего мира для постоянного проживания чужаков. Единственное исключение было оставлено за владетелями латтории Нэстэ. Все остальные не элфы находились в Элфании только в качестве личных или государственных гостей.

Иррсина старательно пряча глазки смущённо кивнула в ответ на вопросительный взгляд молчащего отца, подтверждая сказанное Сиулой.

– Это же очень дорого. – Выдохнула женщина. – Сиула, мы не хотели бы загонять тебя в такие долги. Лучше было подумать об этом позже, когда ты могла бы оценить свои возможности после академии.

– Все уже решено, тетя. – Безмятежно улыбнулась Сиула. – Я подписала договор с управляющей латтории НЭСТЭ на подготовку Иррсины в качестве персонального санэтри для меня. За эту практику я поняла, что без помощника мне не обойтись. А кому еще если не Иррсине я могу доверять?

Замершая рядом двоюродная сесра только улыбнулась. Контракт, предложенный Амани решал для неё все сомнения в будущей жизни. Даже если они с Сиулой решат со временем разбежаться, в чем она очень сомневалась, это произойдет очень нескоро. Ну понравилось ей путешествовать с Сиулой, чего уж там. А то, что таких путешествий у нее будет много и по всем Объединенным мирам где ценят музыку, понятно уже сейчас. И отношение к ним Амани очень импонировало и вселяло уверенность в правильности принятого решения. Управляющая латтории не только не возражала, а наоборот требовала её участия во всех деловых переговорах и организации концертов. Да еще допустила ничего не смылящую пока в экономических вопросах девчонку до экономики латтории. Если честно, именно эта часть работы санэтри по организации концертов и экономических переговорах Иррсине и понравилась.

Все это она и выложила Гисинте, в попытке объяснить принятое решение. Мать только вздыхала и качала головой, замерший с ней рядом отец хмурился, но предпочитал не вмешиваться. Решение все равно уже принято и изменить ничего нельзя. Оставалось только смириться и постараться помочь чем можно.

Их девочки впервые приняли столь ответственное решение без участия родителей. Это и вызывало сожаление, и заставляло гордиться ими. Дети ведь ещё, но держатся вместе и стараются поддерживать друг друга. Среди знакомых далеко не в каждой семье есть такие достижения.

– И у нас теперь есть деньги на карманные расходы. – Закончила за сестру Сиула. – Отчетный период оказался для меня очень удачным. Вы можете немного сэкономить на наших карманных расходах.

– Надеюсь, нагрузка для тебя оказалась не слишком большой. – Тут же переключилась на новую тему Гисинта. – Иррсина, ты должна следить за режимом сёстры. И питание, вы хорошо там питались? В Элфании сейчас сплошная стройка говорят. Вы очень редко связывались с нами.

– Все нормально, тётя. – Не выдержала и пассмеялась Сиула на явно обиженные нотки в голосе тети. – Мы жили как на курорте. За моим режимом следило сразу несколько пар глаз. А со связью я тебе объясняла же. Межмировая связь очень дорогая, а уж из анклава и вовсе баснословные деньги стоит. Да и сложности там есть с нею, заранее надо заказывать. Неудобно было занимать этим вопросом Амани. А с изображениями и вовсе целая морока, если это не стационарная комната связи. Гнездо Нэстэ официально признано резиденцией союзной гекаты. На еще и поселили на гостевой уровень. В общем для отправки снимком всякий раз пришлось бы получать разрешение у службы безопасности сразу двух государств, представляешь?!

– Так вы в самом деле, жили прямо в доме Живущей в Бездне? – Недоверчиво уточнила Гисинта.

– В ее гнезде. И этажи там называются уровнями. Нас поселили на гостевом уровне, где проживают все гекатессы. – Кивнула Сиула. – Он весь оборудован силовой звукоизоляцией. Вот мани и решила, что ей проще поселить нас туда, чем разбираться с режимом моих тренировок и звуковой защитой где-либо еще. Так что сегодня мы отправим все снимки, что нам разрешили забрать с собой. Вот и посмотришь в каких там условиях мы жили. Их можно и твоим знакомым показывать.

Гисинта еще долго вздыхала, слушая подробный рассказ о приключениях своих детей. Она сильно обрадовалась, что почти тайком всученный Иррсине планшет с закачанными материалами оказался для них едва ли не единственной помощью в самом начале концертной карьеры. И подосадовала, что больше уже вряд ли чем сможет помочь им в будущем. Сиула ушла слишком далеко от личного опыта провинциальной учительницы начальных музыкальных классов. Теперь ее племяннице придется ориентироваться только на советы преподавателей академии.

На королевское представление кандидатов в слушатели академии Сиула опоздала. По этому поводу ей с утра успел возмущенно посопеть новый куратор теперь уже студенческой группы. Но в вину ей это никто не собирался ставить. Инвестор был вправе отказать в участии своего подопечного в необязательных концертах. Так что все претензии здесь были лично к Нэстэ, или к ее представителю. Куда именно пошлет все руководство академии Живущая в Бездне примерно мог себе представить даже король. Так что Сиула сильно сомневалась в том, что найдутся желающие устраивать такие демарши. Ну а маленькая элфиянка совсем не производила впечатление девочки, смиренно выслушивающей какие-то претензии от тех, кому платит весьма немаленькие деньги. Так что Сиула с чистым сердцем предложила контактный номер.

Церемония начала учебного года проводилась только для слушателей академии. Кандидаты в слушатели академии студентами не считались и в этом мероприятии не участвовали. Не смотря на зачисление, только здесь Сиула в полной мере осознала свою принадлежность к студенческому обществу слушателей академии. Сиула слышала, что многие из бывших одногрупников не прошли окончательный отбор. И хоть с друзьями у неё в прошлом году не сложилось, она была искренне рада увидеть редкие знакомые лица.

– О, а вот и наша знаменитость! – Вместо приветствия громко оповестил всех присутствующих Лиррсин.

Ровесник и одногрупник из контрактников. Он казалось действительно был рад ее видеть, да еще и в одной группе. Он шёл по линии классических клавишных, но гораздо больше был отмечен преподавателем вокала. И ничуть этому факту не огорчался. Сиула в прошлом году несколько раз аккомпанировала ему и была согласна с преподавателем. Голосовые возможности парня действительно были куда заметнее успехов на профильном инструменте.

К своему удивлению, она заметила ещё несколько явно приветливых улыбок от старых сокурсников. Оказывается, все не так уж и плохо у неё было в прошлом году с общением, как она думала.

– Ты говорят отчетный период в разъездах провела? – Весело продолжил парень, привлекая внимание всех, в том числе и ближайших незнакомых соседей из других групп.

На первом курсе больше половины были новенькими, пришедшими или прямо со школы, или с других подготовительных курсов, разбросанных по всему королевству. Практика отчетных периодов для первокурсников была для них сюрпризом. Тем более самостоятельная практика без прямого участия преподавателей.

Сиула мысленно поблагодарила Иррсину, заставившую её потратить целых полчаса на прическу и лёгкий макияж. Теперь хоть можно не смущаться за свой вид под оценивающими взглядами новичков. И даже по радоваться одобрению в глазах парочки незнакомых парней. То, что у неё не с большинством девчонок большой дружбы не сложится можно было понять и по их сморщенным носикам, и по всему виду, говорящему какое огромное одолжение они делают, вообще позволяя ей стоять рядом с собой. Были от этих лисиц и другие взгляды от новеньких. Оценивающе-заинтересованные, от тех кто попроще одет и знакомо-недоуменные, даже возмущённые тем фактом, что она пришла в платье от известного модельера. В общем, знаем, проходили. И с этим придется разбираться позже.

– Ты же знаешь, мой инвестор чужак. – Тоже не снижая голоса откликнулась она на вопрос парня.

– Ну забыть это не получится. – Скривился тот. – Ты у нас наверно единственная такая ориенхорнистка не только на курсе, но и в академии. А то и вовсе в королевстве. – В мероприятиях академии ты не участвовала. Значит тебя вызвали к себе.

– Провинциалка, да ещё и инвестор чужак. Докатились, среди ларнейши наверно не нашлось дураков ее спонсировать. – Процедила незнакомая с явно выбеленными волосами студентка так, чтобы все соседи услышали её отношение к подошедшей.

Несколько, видимо её подруг, согласно покривились, но промолчали.

– Сиула была лучшая на курсе кандидатов. И её ориенхорн звучал на королевском приёме в завершающем концерте. – Отмахнулся парень, не дав ей даже растеряться от выпада. – Сиула, так где ты была?

– Элфания. – Сиула была благодарна Лиррсину за поддержку.

Да и скрывать ничего не требовалось. Ведущий уже начал своё вступительное слово. А после него ректор академии подведет итоги конкурса за отчетный период. Уж он то не откажет себе в удовольствии отметить факт того, что слушатели его академии добрались даже до анклава элфов. И здесь совершенно не будет иметь значения ее место в рейтинге слушателей. Тут главное факт выступлений.

– Вот это да! В самом анклаве! – Ахнул парень. – И как там?

– Что делать музыканту на гигантской стройке крылатых, да ещё в анклаве. – Следом озадачился незнакомый парень, вроде как искренне и без желания её задеть.

– Элфы только строят крупный концертный комплекс. – Признала Сиула. – Пока там готово всего несколько концертных залов, оборудованных в том числе и для ориенхорна. А все остального там ещё нет. Даже поселить музыкантов негде. Вот управляющая латторией и вызвала меня.

– Представляю в каких условиях ты там жила! – Подал голос Иллиррсмо, еще один одногруппник.

Сиула с сомнением покосилась на него. Инвестором парня, насколько помнила Сиула, был Эррал Эррсиад. Семейка с восточных земель, владеющая уже несколькими музыкантами. И к сожалению, с далеко не с лучшей репутацией как инвесторов. Знакомый тихо вздохнул и вяло кивнул в знак приветствия. Выглядел он не очень и явно предпочел бы в этот час находится в постели.

– Управляющая поселила меня в гнезде владетеля. – Все же решила защитить честь главы своего рода Сиула. – Добираться до концертного зала было далеко, поэтому приходилось пользоваться глайдером. А во всем остальном там были просто сказочные условия.

– На всякий случай, если кто не в курсе, Сиула принята в род Дарующей миры. – Пояснил Лиррсину сразу для всех окружающих. Сиула не без любопытства отметила несколько вытянувшихся лиц. Сообщение парня оказалось не лишним. – И инвестором выступает её латтория в мире элфов. Должен заметить, что-то ты не выглядишь уставшей для того, кого эксплуатировали весь сезон в концертных программа.

– У меня было всего шесть концертов. – Неожиданно для себя мутилась Сиула.

– Не понял, не отдельных номеров, а своих концертов? – Удивился Лиррсин.

– Ну, да. Зал совсем небольшой и концерты только для любителей музыки ориенхорна. И Аманиатрони, управляющая латторией, настаивала на полном курсе восстановления после каждого из них.

– Повезло. – Все так же вяло констатировал Иллиррсмо. – Мои меня гоняли по провинции весь сезон. В основном на второстепенных номерах для разогрева публики, и по два три концерта в неделю. А то и чаще, все зависело от устроителя. Правда условия тоже не сказать, что плохие. Номер в гостинице самое большее на двоих, а то и вовсе один жил. Питание вместе с музыкантами. Правда и заработал неплохо.

Последнее он заметил с явным удовлетворением на лице.

Сиула пораженно выдохнула. Но похоже сказанное не было большой новостью для всех остальных, многие покосились с сочувствием на парня. Еще по разговорам в прошлом году она знала, что по части инвесторов он оказался одним из самых невезучих среди кандидатов. И этот факт обсуждался даже среди преподавателей.

– Шесть концертов? – Воскликнул неугомонный Лиррсин. – Да-а, на этом много незаработаешь. Зато выглядишь отдохнувшей.

Под взглядом ведущего, наконец обратившего на них внимание, разговор затих сам собой.

– … и после как всегда блистательной вступительной речи нашего бессменного ведущего, мне ничего не остается как с удовольствием перейти к итогам прошлого отчетного сезона. – Донесся голос ректора академии Лареса Кхарасна.

Тема сообщения касалась всех студентов независимо от курса или условий их нахождения в рядах академии. Шорох в рядах слушателей затих и заинтересованные взгляды сосредоточились на выступающем.

Традиционно академия отмечала три десятка слушателей из числа тех за чьи выступления поступили наибольшие суммы. Все списки оказывались на электронных досках объявлений после церемонии начала учебного года. Лично ректором озвучивались имена пяти наиболее отличившихся на каждом курсе. Но даже этот список был достаточно внушителен.

Сиула не слишком вникала в него, так как имена ни о чем ей не говорили. Иллиррсмо вроде как рассчитывал увидеть свое имя в этом списке, но где-то в конце. Названные имена ей ни о чем не говорили. Это были бывшие кандидаты с других филиалов академии. Оно только сморщилась, когда ректор сделал паузу и безошибочно перевел взгляд в то место, где она стояла.

– Хочу с особым удовольствием отметить тот факт, что отчетный сезон слушателей нашей академии теперь включает в себя самые удаленные уголки Объединенных миров. И наши слушатели не останавливаются перед опасностью дороги и скромными условиями проживания, что могут им обеспечить новые миры и даже анклавы…

Сиула постаралась сделать невозмутимое лицо. Спорить со сказанным ректором бесполезно, но смех от его слова о "скромных" условиях пришлось сдерживать уже сознательным усилием воли.

– Наша слушательница в этом году не побоялась пересечь Бездну и дать несколько самостоятельных полноформатных концертов перед элфами в их новом мире. О ее успехе говорят не только пришедшие отзывы и официальное уведомление от инвестора на повторение концертного турне в следующем году, но и тот факт, что по итогам конкурса Сиула заслуженно вошла в первую десятку слушателей по общеакадемическому зачету.

Общий выдох стоящих рядом и их взгляды заставил девушку непроизвольно прижать ушки.

Сиула мысленно чертыхаясь поминала и Амани и Риссу, как-то уж слишком ревниво наводившую справки именно по этому конкурсу. И саму себя, что не придала значения этим расспросам. А ведь Амани еще упоминала, что не все ей положенное за концерты было внесено в финансовый отчет. Особенно упирала об этом для Иррсины.

"Ваша академия и так неплохо зарабатывает на своих слушателях. Мало того, что дерут такие деньжищи за обучение и имеют доходы с ваших концертов во время учебного года, так еще получают свой процент с каждого концерта" – Возмущалась она в ответ на робкие вопросы Иррсины. – "Никакого обмана тут нет, не ворчите. Как инвестор я обязана показывать доход твоей сестры от концертов. Его я и показала. Пусть проверяют сколько угодно. Рисса выполнила договор с точностью до запятой. А денежные взаимоотношения между инвестором и подопечным никого не касаются, в том числе и премиальные с доходов латтории за концерты".

Сиула еще попыталась возразить тогда, только Амани не дала.

"К Нэстэ советую не ходить по поводу моего решения" – Добила она. – "Во-первых, этот вопрос с нею согласован без деталей. А во-вторых, с нее станется вообще отдать вам весь гонорар. Еще и обидится, если не возьмете. А чтобы не было лишних разговоров, ваши счета откроем в банке Арден".

Так что и Сиула, и Иррсина на данный момент каждая оказались обладателями счетов в импреском банке, на котором лежали пусть небольшие суммы, но зато официально никак не связанные с тем, о чем сейчас вещал со сцены ректор.

Рисса правильно поняла желание Сиулы оказаться в числе победителей и получить право на дополнительные курсы без увеличения долга по договору. И приняла весьма деятельное участие в обсуждении данной темы, не скрывая свой интерес. В конце концов ведь это был довод в пользу расширения концертного зала. Только кто же знал, что так получится. Теперь придется отчитываться за весь сезон перед комиссией. А демонстрация записей непременно приведет к необходимости демонстрировать еще сырые наработки перед комиссией. Академия очень щепетильно относилась к своей репутации и к тем, кто мог на нее повлиять. Тем более в чужих мирах.

Глава 21

Неделя после церемонии начала учебного года для разного рода забегаловок во множестве расположенных в переулках и улочках вокруг академии, стояла в одном ряду с народными праздниками.

Небольшое кафе, чье название переводилось как Веселая нота не было исключением, тем более что оно располагалось недалеко от основного выхода из студенческого общежития. Небольшое заведение располагало несколькими комнатами, было способно обеспечить относительное уединение сразу для нескольких групп и традиционно служило местом посиделок слушателей и преподавателей наверно со времен основания королевской академии.

К тому же, тут действительно неплохо готовили, а специально нанятый персонал поддерживал порядок даже среди подгулявших студентов не особенно обращая внимание на статус их покровителей.

За прошлый год Сиула побывала ф этом заведении только однажды, когда камердинер решил провести инспекцию местных заведений на предмет отдыха. Еда ей тогда тут понравилась, но воспользоваться второй раз она решилась только сейчас, чтобы с сестрой отметить сразу и начало учебного года, и поступление Иррсины. Как выяснилось, для поступления на экономический факультет требовались только результаты школьных экзаменов. Все остальное решали деньги и факт целевого поступления, подтвержденный лично Сиулой. За немаленькую сумму академия бралась и выровнять при необходимости уровень знаний слушателя и сделать из него специалиста в заказанной области деятельности.

Доносившийся из залов шум заставил девушек усомниться в сделанном выборе, но встречающий официант уверенно двинулся в сторону удаленного уголка.

– У нас есть столики на двоих, уважаемые, и компания в этом зале вам не помешает, смею вас заверить.

– Сиула?

Знакомый голос заставил девушку обернуться на ту самую компанию.

– Кэрэл? Рада вас видеть. – Заулыбалась она.

Кэрэл Кин Дасере был в своем репертуаре и как всегда в компании нескольких знакомых девиц, что скривились при виде нее. За сдвинутыми столиками оказалась неожиданно разношерстная компания из слушателей с самых разных курсов и, похоже, даже разного происхождения. По меньшей мере здесь был Олинедиран, заметно повеселевший с тем, что было накануне и Лиррсин. Узнаваемы были еще двое из числа новых одногрупников, которые охотно приветствовали ее и с интересом перевели взгляд на Иррсину.

– Наконец-то ты сочла возможным снизойти до сего скромного заведения. – Не без иронии оповестил Кэрэл. – Рад возможности пригласить тебя в нашу компанию. Отказ примется с пониманием но с огорчением и сильно расстроит не только меня, но и остальных.

– Я вообще-то не одна. – Растерялась Сиула.

Компания пусть и разношерстная, только главными здесь все же были все же такие как Кэрэл. А с ними она предпочитала держать дистанцию.

– И что? Я вас обеих и приглашаю. – Сделал вид, что не понял намека парень, уже увлекая их обеих к столику.

– Моя сестра, теперь тоже слушательница нашей академии, только экономический факультет. – Отчиталась сразу для всех Сиула, покорно приняв ухаживания хорошего знакомого.

Ну а что, скривленные носики и спешно спрятанные за напряженными губками клычки на лицах порядком доставших за прошлый год девиц тоже могли послужить наградой.

Иррсина держалась спокойно, одарила весь стол веселой улыбкой и тут же принялась изучать меню.

– Экономический? Твоя сестра нашла себе спонсора? – Лассия, весьма успешно протиравшая юбки уже четвертый год по направлению флейты, не могла даже скрыть неприятных эмоций на своем лице.

Но на четвертом курсе даже до самых упертых слушателей доходили некоторые внутренние правила академии. Их было немного. Среди них ничего не говорилось о разборках и неприязни. Зато согласно этим правилам, сестра выскочки Сиулы на правах слушательницы академии становилась одной из них.

Благодаря рассказам сестры и личным встречам в общежитии, да и на занятиях, когда требовались услуги санэтри, Иррсина была в курсе всех этих проблем. И сейчас она отвлеклась от официанта, принимающего заказ только чтобы лучезарно улыбнуться той, кто сделал первый выпад.

Это Сиуле в первый год пришлось нелегко. Без помощи Араснела и постоянной поддержки Иннисы сестренке пришлось бы здесь совсем туго. Сиула с Иррсиной были благодарными и внимательными ученицами. Не прошло даром и время, проведенное в Элфании.

После улыбки Иррсина просто переключила внимание обратно на официанта, как будто это было для нее важнее. И выпад девица пропал без следа.

– Я заключила договор на обучение Иррсины в качестве санэтри. – Спокойно оповестила Сиула, так же словно нехотя, отвлекаясь от сделанного заказа.

Кэрэл, сидящий по правую руку от нее поспешно закрыл рот кубком и показал ей под столом большой палец.

Сиула недовольно хмыкнула. Парень как всегда развлекался за ее счет. Прощало его только то, что в качестве жертв он подставлял надоедливых девиц. От которых кстати иногда ее и прикрывал, если что.

– Ты заключила новый договор на подготовку санэтри? – Заинтересовался Лиррсин, устроившийся прямо на против. – И твой спонсор пошел на это?

– А почему бы и нет? – Удивилась Сиула.

– Ну, как правило это лишние расходы и хлопоты. К тому же, пока ты остаешься у него на правах договора, санэтри только лишняя головная боль. А что будет с тобой после погашения долга его уже не волнует.

– Зато это волнует меня. – Усмехнулась девушка. – Мне знаешь ли очень туго пришлось в этом году. А владетель латтории была не в восторге от перспективы лично вести все дела по организации концертов или подыскивать специалиста на стороне.

– Что, прямо так и сказала?

– Примерно. – Включилась в разговор Иррсина. – Управляющая Амниатрони поставила условие, что на следующий год ее участие во всем том бардаке ограничится общими консультациями и контролем.

– Подстава. – Констатировал Лиррсин. – Завалите сезон за счет переговоров, а убытки спишут на вас. Дополнительные годы отработки.

– Какие убытки? У меня в качестве долга только определенное количество концертов. – Искренне удивилась Сиула.

– Не говори сколько, так как это коммерческая тайна. – Тот же встряла Иррсина.

– Не скажу. Но за прошлый сезон их стало меньше. Убытки, как и прибыль, являются проблемой инвестора, насколько я понимаю. – Сиула это знала точно. Не даром все-таки выслушивала стенания адвоката при подписании договора именно по этому поводу. Кое-что осталось в голове.

– Не понял, у тебя контракт на количество концертов? – Искренне удивился Олинедиран. – Это же невыгодно. Обычно всю выручку инвестор забирает себе. В счет погашения долга идет определенная сумма с причитающегося тебе. И сколько там этих концертов тебе придется выдать никого не волнует. Потому и отрабатывают многие из нас долги половину жизни.

– Ну, у меня немного не так. – Улыбнулась Сиула.

– Да, совсем не так. – Иррсина предостерегающе покосилась на сестру, но решила продолжить. – Есть сумма инвестиции, есть количество коммерческих концертов, выручкой с которых распоряжается инвестор, за исключением определенной доли оговоренной договором. Сиула обязуется давать концерты там и в то время, что определит инвестор. Как например в этот отчетный сезон.

– Подожди. – Заволновался Олинедиран. – Но ведь тогда получается, что инвестор полностью зависит от организации концертов. Количество то их ограничено. А еще надо заинтересовать самого музыканта, чтобы он работал с полной отдачей.

– Так в случае с Сиулой управляющая латторией и взяла весь процесс под личный контроль. – Иррсина продолжала безмятежно улыбаться. – Все, от договоров с концертным залом до проживания Сиулы.

– Вот как? Аманиатрони действительно занималась всем этим? – Прищурился Кэрэл глядя на Сиулу. – Ты лично с нею общалась?

– Ну, да. Она пыталась вникать во все вопросы, только как мне кажется, в части музыки у нее не всегда получалось. Наверно поэтому, когда разобралась с функциями санэтри начала Иррсину с собой таскать.

– Так в этом случае как раз все понятно. – Встрял Лиррсин. – Отбить денежку надо в первые же годы после учебы. Получается, чем раньше ты наберешь популярность, тем выгоднее инвестору. И тут уж что-то одно. Или надо все время самому заниматься тобою или подобрать нормального специалиста. Своего спеца на столько лет твоей Амниатрони отдавать на сторону нет никакого резона, лучше заключить договор на подготовку твоего санэтри. Тем более что он и так под рукой.

– Ну, что-то вроде этого. – Улыбнулась Сиула. Иррсина при этом только плечами пожала.

Сами сестры давно уже пришли к выводу, что Амани до того, как Сиула начала задавать вопросы, вообще не думала о каком-то договоре. Ну не посчитала управляющая латторией ежегодные платы по договору достойным внимания и вообще чем-то серьезным по сравнению с остальными расходами латтории Нэстэ.

Иррсине неколько дней показывали работу бухгалтерии, ну не всю конечно, зато ту часть, где учитывался и ее контракт. Она и рассказала после этого, что расходы по договору сестры ей показали в числе плановых убытков, где-то после строк с безвозмездными взносами. Амани засунула все скопом в статью расходов и думать забыла про какую-то музыкантшу. Все переводы по договору проводят клерки из экономического отдела.

В общем, Амани честно признавалась тогда, что и думать не думала о слушательнице подготовительных курсов и вспомнила только после обращения Иннисы. Да и то, как вспомнила? Проконсультировалась со знакомой, то есть с Риссой. Прикинула что разместить двух девушек труда не составит. Ну и вызвала их к себе. О какой-то там прибыли речи даже не шло. Планировался самый малый зал и один-два концерта для любителей. Никто ведь не ожидал такого результата.

Все это пронеслось воспоминаниями в голове Сиулы, как и обиженно-раздосадованные взгляды Риссы, далеко не один раз высказывавшей претензии на внезапность их приезда и отсутствие времени для должной подготовки зала и рекламной компании. С теми, кто уже заселился на второй континент Элфании и строил столицу их мира ее руководству пришлось разбираться до самого конца. Естественно и ей доставались отголоски. Амани даже пришлось пообещать Риссе, что никому не позволит подвинуть ее. Из чего Сиула с Иррсиной сделали вывод, что такие попытки уже предпринимались со стороны совета директоров концертным комплексом.

Ну не переубеждать же соседей, что ее инвестор подмахнул договор просто по просьбе своего доверители и вообще не думал о какой-то там прибыли. Пусть они все считают, что разгадали этот ребус.

Иррсина одобрительно подмигнула сестре, правильно оценив ее молчание.

– Ну, да, тогда понятно. – Задумчиво кивнул Кэрэл. – Хотя Аманиатрони только управляющая латторией. Договор ведь наверняка дала распоряжение заключить Дарующая миры.

– Вот что значит правящая, да еще полная радуга. Сразу поняла где можно хорошо заработать. – Протянул Лиррсин не без зависти.

Сиула едва не подавилась от неожиданности. Сразу вспомнилася разговор за вечерним столом, когда Иррсина попыталась обсудить с Амани столь странное положение договора в буджете и только упомянула о возможной прибыли. Тогда от одной мысли что Нэстэ прикидывала плановую выгоду от чего-то, да еще в будущем, Амани хохотала так, что едва не подавилась пироженым, которое в этот момент ела.

"Послушайте, Нэстэ, как и любой охотник на тварей знает и соблюдает свой интерес как может. А охотник она одна из лучших. Если она очень захочет, то со своей прочей подготовкой сможет таких экономистов как я уделать пачками. Ключевая фраза здесь "если захочет". Всю свою жизнь, когда требовались деньги, она просто шла в Бездну и добывала их. Наверно эта кажущаяся легкость и сыграла с нею злую шутку. Планировать что-то, вкладывать ради прибыли, это не про нашу девочку. Я немного знакома с теми, кто учил гекатесс экономике и разбирается с их счетами в империи. Знали бы вы сколько им пришлось разгребать ее счета и отваживать всяких явных и скрытых паразитов, что присосались к ней. Поверьте, с тех пор мало что изменилось. Была возможность помочь тебе, Сиула, она помогла. А попробуешь заговорить о возврате долга рискуешь получить полбу. Поверь, бьет она очень больно".

Сиула переглянулась с Иррсиной и та поспешила включиться в разговор:

– Знаете, нас с Сиулой все устраивает. И если уж на то пошло, интерес инвестора в том числе. Мы провели неплохой сезон. Сиула дала всего шесть концертов и победила в конкурсе академии. Я уж не говорю про личное вознаграждение.

– Так вы еще и премиальные получили? – Широко раскрыл глаза Лиррсин и осмотрелся, словно приглашаю присоединится к своему удивлению окружающих.

Иррсина прикусила язык, но было поздно. После возгласа парня к их разговору оказалось привлечено внимание всех, кто находился за столом.

– Ну, естественно, ведь гонорар за выступление всем платят, Олинедиран, ты же тоже заработал на концертах.

– Это другое. – Хмуро мотнул тот головой. – Официальные гонорары слушателей идут на счет академии и выплачиваются в качестве добавки к стипендии равными долями. И то, хватает не на весь год. А премиальные выдаются инвестором и не учитываются здесь. Моя премия, например, через день-другой закончится.

– Вот это да! – Констатировал Лиррсин. – Инвестор платит за обучение, оплачивает коммерческую общагу, организовывает концерты, да еще намерен выпустить вас на вольные хлеба как можно скорее после окончания академии.

Иррсина сконфуженно пожала плечами. Что ж, по крайней мере они с Сиулой теперь узнали, что понятие премии как способ избежать загребущих лапок любимой альма-матер известен всем. И здесь Амани ничего нового не открыла.

– Добавь сюда еще личного камердинера, живущего с ними в общаге. – Усмехнулся Кэрэл. – Обученный спец им и за няньку, и за экономку, да и телохранителя никакого не надо.

– Да где же такие инвесторы водятся? – Не скрывая завистливого взгляда почти взвыл Лирсин. – Я тоже от такого бы не отказался. Хай с ним, с гонораром и камердинером, пусть бы нормальную комнату в общаге оплатил.

– Так в Бездне ведь и водятся. – Не без усмешки подначил Кэрэл. – Сиула Живущую в Бездне там и встретила.

– Тьфу, даже представлять не хочется, для чего она там со своей кошкой оказалась. Всем известно, что гильдия к ней по простым вопросам не обращается.

– Так в тот раз она не по делам гильдии шла. – Расхохотался Кэрэл. – Мало ли у члена совета контакторов дел, даже в Бездне. Будет она отчитываться перед кем-то. Принесла извинения за свое вмешательство и на том спасибо.

Сиула за улыбкой скрыла гримасу раздражения. Не к месту упомянутые последствия своих приключений вызвали неприятные воспоминания о чувстве несправедливости, вызванном той передачей, когда Нэстэ вынуждена была произнести свою речь. Тогда Иррсине с Гиссинтой пришлось всю ночь вытирать ей слезы.

– Не, в Бездну не пойду. – Решительно открестился Олинедиран. – Это для самых отчаянных. А я уж лучше так.

Смех за столом помог Сиуле вернуться в реальность. И она радостно потянулась к принесенному блюду. В Элфании кормили вкусно, но все же там не умели готовить мясо так, как в родном мире.

– Здесь подают эрлид в дольках. – Слегка склонился к ней Кэрэл. – В элфании его называют зонтиками и считают ягодой. Но я не стал его тебе советовать. Дорого, и подозреваю что вы теперь разбираетесь в нем лучше, чем кто-то еще из ларнейши.

Сиула припомнила строчку из меню с названием незнакомого фрукта и выдохнула. Само местное название ей ничего не сказало, а строчка запомнилась именно из-за баснословной цены.

Парень удовлетворенно кивнул такому подтверждению своих мыслей.

– Я так и думал. Элфы единственные поставщики этой ягоды на все Объединенные миры. И ценится она не только за свою экзотику и вкус. Ее полезное воздействие на самые разные организмы с гемоглобиновой кровью успели оценить многие расы.

Сиула неопределенно пожала плечами. Кэрэл говорил вполголоса и слышали его только ближайшие соседи, большинству из которых эти рассуждения были неинтересны.

– На сколько я поняла, это сейчас основной пункт экспорта элфов. – Подала голос Иррсина, которая заинтересовалась экономикой с подави Амани.

– Я уверен, что она таковой останется еще очень долго. – Тут же поддержал тему Кэрэл. – Сейчас уже ясно, что перенести культуру в иные миры практически невозможно. Я слышал, что при правильно подобранном курсе этот плод способен в разы увеличить регенеративные способности организма. Только такой курс будет тяжеловат даже для кармана моего рода. Элфания имеет все шансы стать центром санаторного лечения для самых богатых семей Объединенных миров.

Как только речь пошла об экономике, к разговору потеряли интерес и ближайшие соседи. Сиула и сама бы сбежала, не окажись она между этих двоих. Даже с двумя кусачими лисками напротив не получится переброситься шпильками. В этой компании эта парочка предпочитала не перебивать, разговоры таких как Кэрэл. Хорошее знакомство для знатных родов и даже шанс на выгодную партию имели немаловажное значение в высшем свете, о чем в прошлом коду ее просветил новый знакомый. И одновременно серьезный риск отдалиться от этих возможностей просто вызвав раздражение неуместной репликой. В общем, родичи не поймут, если из-за неосторожных действий девиц их вложения в учебу окажутся напрасными.

Сиула в который раз порадовалась своему происхождению. Оказывается, у простолюдинов есть свои преимущества. По меньшей мере можно спокойно разговаривать со знатным парнем. не думая о возможной партии. Статус слушателей академии позволил им быть за одним столом. Но для рода Кин Дасере, с его целой плеядой на дипломатов, в которую собирался влиться Кэрэл, даже невинный флирт с простолюдинкой был недопустимым. Что, как ни парадоксально, видимо и позволило им оставаться на равных. А возможно и сохранить знакомство в будущем. Для дипломатов ведь не так зазорно общаться с представителями из разного сословия.

– Ваши экономические выкладки жутко интересные. – Не раздумывая выдала она, перебивая беседу этих двоих. – Но все же интересно, как ты провел отчетный сезон? В этом году ты оказался в академии непростительно рано.

Кэрэл досадливо сморщился.

– Хуже, чем кто-либо из вас. Мое место в рейтинге всегда зависело от рекомендаций семьи, но в этот раз я музицировал исключительно в семейном кругу. Семья и характеристику выдала соответствующую. А все лето пришлось провести в общении с клерками Королевского дипломатического корпуса. Скучно в общем было. Да еще и с академии добавят кучу дисциплин.

– Чего это так тебя? – Посочувствовала Сиула.

– В мирах намечаются сильные перемены. В первую очередь связанные с поиском новых миров для колонизации. Дед считает, что мне придется пересмотреть приоритеты на ближайшие годы после окончания академии. – Поделился парень.

Глава 22

Фигура Маэстро Катрома Луарви производила неоднозначное впечатление на всякого слушателя академии при первой встрече в коридорах. Неправдоподобно толстый, почти бочкообразный силуэт, с почти лысой головой, сидящей на сильно скошенных плечах, заставлял замирать первогодков из отделения кандидатов и осторожно сдвигаться к стенкам, освобождая путь странному явлению.

Луарви никогда не изменял привычкам в одежде и как правило появлялся в стандартном пиджаке и брюках серого цвета. Очевидно костюм шился на гораздо более худощавого маэстро. Хотя о таких временах вряд ли могли вспомнить даже старейшие преподаватели. В любом случае, сейчас, застегнутый на все пуговицы пиджак натягивался так, что у Сиулы при первой встрече на ум пришла огромная жирная сарделька, перетянутая ниткой поперек в нескольких местах и поставленная вертикально. Образ маэстро дополняли мятые брюки, протертые в локтях рукава и вечно сонные заплывшие жиром глаза.

Для ларнейши полнота вообще не была характерным явлением. И в студенческом обществе ходила немало версий о причинах столь сильного отклонения начиная от какой-то болезни, подцепленной во время турне до запрещенных генетических экспериментов семьи в прошлом, до сих пор сказывающихся на потомках.

Впрочем, о самом факте принадлежности к роду Гарнозар так же узнавали опосредованно. Маэстро становился чрезмерно раздражительным при одном упоминании своего имени рядом с этим знатным родом и не признавал никаких приставок перед своим именем кроме как связанных с местом преподавателя и ориенхорниста.

На студентов в коридоре маэстро не обращал ни малейшего внимания. В академии он никогда не опускался до лекций или групповых уроков и ограничивался исключительно индивидуальными занятиями. Проживал он в преподавательском крыле общежития и в коридорах его туша проплывала исключительно утром и в вечернее время, чтобы преодолеть расстояние от комнаты до рабочего кабинета.

Маэстро Катром Луарви среди студентов славился своим брюзжанием и гипертрофированной придирчивостью. А еще за ним следовала репутация вспыльчивого ларнейшы, способного запулить в не угодившего студента любым предметом, оказавшимся под рукой. И разборки с родителями пострадавших его совсем не волновали.

Одновременно, все с кем бы не переговорила Сиула на его счет, признавали маэстро как непревзойденного мастера-ориенхорниста и его способность в буквальном смысле вбивать свою науку в нерадивых учеников. Причем настолько глубоко и полно, что даже бесталанные дети знатных семей начинали вполне сносно исполнять произведения на ориенхорне. Наверно поэтому, вопреки обыкновению серьезных претензий к нему обычно не предъявляли ни руководство академии, ни родители тех учеников, коим не посчастливилось к нему попасть.

Нет ничего удивительного в том, что студенты всеми правдами и неправдами старались избежать такого преподавателя себе в наставники.

Только учебная часть академии если и учитывала мнение инвесторов, то лично студенты повлиять на распределение к индивидуальным наставникам не могли. Инвестор Сиулы не мог вмешаться в этот процесс по факту своего отсутствия и если честно, полного незнания что это можно сделать.

Из всех преподавателей-ориенхорнистов маэстро Луарви был едва ли не единственным с такой репутацией. К тому же, личных учеников маэстро брал очень мало, одного-двух с года. Причем, за редким исключением, старался чтобы это были студенты из числа отстающих, не скрывая того, что рассчитывает на их скорейшее отчисление, правда по другим дисциплинам.

Сиула решила, что ее кандидатура никак не подходит под такие критерии и не стала обсуждать этот вопрос с Иннисой или тем более с Амани. Как выяснилось, она забыла о своем сказочном "везении", иногда подкидывающего сюрпризы на ровном месте. И вспомнила о нем только глядя на официальное извещение академии о назначении Маэстро Катром Луарви ее личным наставником.

Академия не просто так значилась королевской. Основные решения по учебному процессу проводились за подписью главного спонсора, то есть короля. Формальность конечно, только суетиться и что-либо пытаться изменить после вступления приказов в силу было практически невозможно. Ну не пойдет же в самом деле первокурсник в канцелярию дворца просить аудиенцию короля по поводу смены личного наставника. За такое могут ведь и лекаря души вызвать.

Кэрэл, узнав о распределении, только сочувственно похлопал по плечу. Ей даже пришло в голову, что так в игровых роликах провожают воинов, получивших невыполнимое задание. Да и вся его компания смотрела на нее не лучше.

Но делать было нечего и пришлось в конце месяца плестись по коридору академии к той самой двери с одной единственной надписью: "Маэстро Катром Луарви".

В кабинете как бы это ни звучало тривиально, было все как обычно: стол, два стула, несколько инструментов и визиофон с большим экраном. Такие в Академии заменяли и записную книжку, и учебник, и демонстрационную доску, если потребуется.

Пока новая ученица осматривалась и плелась от двери к единственному ученическому месту, маэстро оставался неподвижным и изображал из себя еще один предмет мебели. Настолько, что даже ушки над его головой ни разу не дрогнули. Неудивительно, что Сиула спохватилась, только оказавшись лицом к лицу с ужасом всей академии.

К некоторому ее удивлению, маэстро не разразился возмущенной тирадой и не стал сетовать на невоспитанность современной молодежи. Он все так же молча подал знак присесть и некоторое время молчал, разглядывая ее сквозь щелки заплывших глаз.

– Значит, это ты и есть та самая Сиула, что отличилась на королевском представлении. – Констатировал наконец он спокойным голосом.

– Д-да. Но это было в прошлом году, учитель.

– На новогоднем концерте ты играла этюд Элсари в стиле лавори. Несколько неожиданное решение, я бы сказал даже рискованное.

– Мой наставник в сольфеджио посчитал, что я готова предоставить свое исполнение на суд публики.

– Маэстро Элторин абсолютный дилетант в своем предмете, ничего не смыслящий в высокой музыке. Таким как он самое место в начальной школе где-нибудь в карантинной зоне.

– Смею заметить, что в карантинных зонах нет музыкальных школ. – Осторожно заметила Сиула не успев последовать совету Кэрэла и прикусить язык.

– Это единственная причина, по которой такие как маэстро Элторин вынужден преподавать в академии. – Тут же разнеслось под сводами кабинета громовым голосом. – В любой другой школе он способен был бы загубить любой талант на корню. На отделении кандидатов за один год этот дилетант по крайней мере не может натворить чего-то, что нельзя исправить за следующие семь лет обучения. Танцевальная мелодия на празднике весны была весьма милой кстати. Равно как и ларсантолья на выпускном концерте. Хотя бы здесь тебе хватило ума не пользоваться его советами.

Переход от громов под потолком в адрес прошлогоднего наставника к совсем уж неожиданным комплиментам в ее честь оказался настолько неожиданным, что заставил Сиулу несколько раз хлопнуть глазами.

– Я не знала, что вы слышали мою музыку на этих выступлениях.

– Я слышу каждую ноту в этой академии. – Снова грянуло сверху и сдавило девушку со всех сторон. – Каждую пьессу, каждую мелодию будь то песня или легкомысленные потанцульки. Везде, где бы ни играли студенты нашей академии. Я слышу и запоминаю каждую ложь, каждую вариацию. Даже ошибочно взятая моим учеником октава на потанцульках в заштатном кабаке непростительна и может стоить репутации всей академии.

Пухлый кулак с неожиданным грохотом опустился на столешницу, заканчивая вспышку раздраженного маэстро.

Сиула невольно вздрогнула и поспешно вжала голову в плечи. Было дело. Один единственный раз за весь кандидатский год она поддалась на подначивание Кэрэла и согласилась сыграть с ним дуэтом. Но это был не кабак, а вполне себе приличное заведение с концертной сценой. Кэрэл зашел на октаву выше, и она решила ему подыграть. Ну не подумала, что ориенхорн не потерпит такой вольности со звуком. Статичных рисунков, рати которых собственно ее и позвали, тогда не получилось. Пришлось уже по ходу дела исправлять ситуацию. Получилось коряво, но публика вроде ничего не заметила. Потом уж она все высказала парню. Ему то все равно, а для нее то выступление еще долго снилось в кошмарах.

– Я, я не подумала тогда. – Потерянно промямлила она, поняв, что от нее ожидают ответа.

– Плохо, что не подумала. – Немедленно припечатал маэстро и снова заставил содрогнуться свой стол.

– Но то кафе довольно далеко от академии. – Ошарашенно заметила Сиула.

Представить тушу своего начальника в таком заведении было выше ее сил. В любом случае она бы его заметила.

– Кэрэл талантливый мальчик, но музыкантом ему не быть.

– Я должна была обсудить с ним детали того выступления. – Покаянно признала та.

– Это только значит, что ты совсем ничего не поняла ни из ситуации в том кабаке, ни из того, что я тебе только что сказал. – Констатировал маэстро. – Не разочаровывай меня уже на первом же занятии.

Оплывшее лицо наставника выражало мало эмоций. Но начавшие искривляться в презрительной гримасе толстые губы, из-под которых уже появились острые кончики желтоватых клычков показывали какого мнения он об ее умственных способностях.

– Выступление в дуэте с Кэрэлом было ошибкой. – Поспешно поправилась Сиула. – Академия запрещает нам несанкционированные выступления во время учебного года.

– Д…а.

Единственное слово было произнесено обычным тоном, даже приятным баритоном. Но прозвучавшее сожаление ударило больнее чем пощечина. На глаза навернулись непрошенные слезы. Пришлось сделать усилие, чтобы вернуть контроль над собой и не разреветься прямо тут, как маленькая девочка.

– Если так, то возможно вы захотите отказаться учить меня. Уверена, что руководство академии пойдет вам на встречу.

– А возможно все-таки и нет. – Продолжил тот как будто споря сам с собой. – Для учеников Элторина глупость вполне может быть приобретенной.

– Так я могу уйти?

– В твоем случае окончательный диагноз я узнаю только по итогам следующего отчетного периода. – Мрачно вынес вердикт маэстро, нисколько не заботясь о чувствах своей ученицы. – Так что продолжаем урок.

– Но, если…

– Естественно я имею возможность отказаться от ученицы. – Снова громом разнеслось под сводами и вдавило в уши. – И естественно ректор мне не откажет в моей ПЕРВОЙ просьбе подобного рода за всю карьеру преподавателя. Только такого удовольствия я не собираюсь ему предоставлять. И можешь жаловаться на меня своему инвестору-чужаку. Возможно эта гордость селекционеров Арден объединившись с крылатой немочью поможет тебе избавиться от меня.

Сиула резко выпрямилась на стуле. От возмущения она прижала уши и на мгновенье ощерилась, демонстрируя весь свой боевой арсенал во рту. Но тут же поспешно сжала губы. Ей не раз приходилось слышать намеки на особое отношение к себе, связанное с инвестором. Но еще не было случая, чтобы это звучало так прямо и уж тем более от преподавателя. В академии было весьма трепетное отношение ко всем, кто приносил ей деньги.

– И что я поняла неправильно из того случая? – Все же справилась она с возмущением и вернулась к неприятной теме.

– Ты вышла на сцену в дуэте с инструментом, совершенно не представляя особенностей его звучания в паре с ориенхорном. – Туша за столом наконец-то пошевелилась и слегка поняла позу. – Ты пока всего лишь одиночка.

– Я играла в коллективе в школе и здесь.

– Как солистка да, играла. Только с тобой всегда играют старшекурсники, способные подстроиться под твою манеру. – Снова презрительно скривил губы наставник. – У тебя неплохая игра, как у одиночки. Во время отчетного сезона это сыграло тебе на руку. Повезло, что ты оказалась в элфании одна и никто не смог испортить игру. И очень плохо, что ты до сих пор не поняла, как оркестр выводит тебя на концертах вперед. Кстати, я слышал, во время отчетного периода ты баловалась со звуковыми рисунками. Статичные узоры и даже вроде была динамика?

– Я работала с тем, что мне показали в прошлом году. – Снова растерялась Сиула вполне миролюбивому тону мужчины, который никак не прореагировал на ее агрессивность и даже вполне миролюбиво дал развернутый ответ на ее вопрос.

– Покажи, что ты там играла. Я хочу услышать и увидеть все.

– Здесь?!

Нет, она конечно успела разобраться, что стены кабинета маэстро практически полностью покрыты звукоотражающими экранами. И не абы какими. Судя по отраженному звуку собственных шагов это были далеко не дешевые поделки. Такие экраны не в каждом концертном зале увидишь.

– А где? Я что должен терять еще время с тобой на поход в концертный зал?

Сиула судорожно дернулась, но послушно потянулась к футляру. Иррисса теперь каждый день бегает на свои занятия. И свои обязанности санэтри исполняет только до дверей музыкального факультета, где торжественно и передает ей инструмент из рук в руки. Жаль, что она не ожидает ее за дверью.

– … Стоп, повтори интервал начиная с тридцать второго такта…

– … Стоп, повтори-ка еще раз распальцовку. Какой идиот учил тебя так работать с кине? А-а, дурацкий вопрос, разрешаю не отвечать.

-.. Где переход, почему рисунок оборван!… Надо было совсем не так…

– … А это что?! Ах, так это полет! Да мне все равно, что там думают элфы по поводу созданного тобой образа. Кто учил тебя играть на контрастном переходе с прямым дыханием?! Тебе вообще кто-нибудь объяснял технику дыхания?…

– А это откуда? Базу-то тебе кто показал? Только не говори, что этот идиот Элторин, ни за что не поверю… Ах, еще школьный наставник? Как там его зовут? Не слышал, но запомню и при случае, передам ему мою благодарность. Твоему наставнику удалось почти невозможное, вбить в тебя базовую технику так, что даже наставникам отделения кандидатов не удалось ее испортить…

– Все, эти твои эксперименты отложим на потом. Элкори? То, что ты играешь не техника, а всего лишь ее подобие. Счастье, что все зашло не так далеко, как могло бы показаться и можно все исправить. В общем так. Про статичные узоры забудь, и не смей без моего позволения к ним обращаться даже в мыслях. Убери инструмент, начинаем с дыхания…

Иррсина, как верный санэтри, ожидала сестру под дверью в кабинет маэстро до самого позднего вечера. За это время с нею успели поздороваться наверно половина академии. Понимающие взгляды, обращенные сначала на глухую дверь, а потом на нее немного раздражали. Из общих комментариев в потоке знакомых стало ясно, что быстро Сиуле отсюда не выйти. Хорошо хоть Кэрл подвернулся, удалось попросить его притащить пирожок с мясным фаршем и бутылочкой чтобы запить его.

Иррсина озадаченно рассматривала слипшиеся от пота пряди волос сестры, бессильно опущенные руки из которых она едва успела выхватить футляр с инструментом.

Сиула только благодарно улыбнулась на ее помощь и устало оперлась спиной о стенку и прикрыла глаза. Ей потребовалось пару минут, чтобы собраться с силами и двинуться вдоль края коридора к выходу.

– Я думала что знаю все о тренировках ориенхорниста. – Простонала она уже дома, прямо в одежде рухнув на кровать.

– Ты провела там девять часов. – Заметила Иррсина, и без упреков принявшись снимать с нее туфли.

Она озадаченно ощупала мокрые носки и прихватив обувь понесла ее сушиться.

– Тебе бы душ принять. Запах шерсти еще никому духи не заменял.

– Перекусить что есть? – Жалобно протянула несчастная.

– И попить тоже. – Усмехнулась Иррсина. – В душ.

– Никто меня не жалеет.

– Сначала в душ, потом пожалею. Так и быть, массаж сделаю.

– Правда? Полный?

– Хорошо, полный. – Смирилась с неизбежным Иррсина. – Но тогда ужин откладывается.

Она с улыбкой проследила как сестра пусть и не в припрыжку, но скрылась за дверью душевой. Массажу их обеих учила знакомая мамы и по ее просьбе. Не бог весть что, но после многочасового почти неподвижного стояния с инструментом в руках это стало спасением для Сиулы еще в школе. Так что она пристрастилась к нему с детства и норовила упросить сестру провести сеанс по каждому поводу. В академии до этого дня поводов было немного, если не считать нескольких случаев в элфании, чтобы развеять упаднические настроения.

Сама Иррсина к массажу оставалась равнодушной, хотя и не отказывалась от взаимной услуги со стороны двоюродной сестры.

– Ты проторчала в этом кабинет почти десять часов и вышла в таком виде, что краше в гроб кладут. За той дверью что, полоса препятствий охраны королевского дворца?

– Если бы. – Весело засовывала в рот третий кусок пирога Сиула. – Там только маэстро и комната со стенами из звуковых экранов концертного типа.

– И что он там с тобой делал?

– Сначала ругался. Потом заставил играть и снова ругался. А потом заставил работать с дыханием без инструмента и…

– Ругался. – Закончила Иррсина.

– Точно, а ты что, слышала?

– Нет, эта дверь похоже тоже закрыта экраном. В коридор не доносилось ни звука.

– Ух, слышала бы ты как он поносил моих наставников с отделения кандидатов. – Хихикнула девушка. Интересно, они знают о его мнении на счет себя.

– Знают, не даром твой наставник почти не общается с преподавателями. – Усмехнулась сестра. – Их перекашивает при одном упоминании его имени. А пока я тебя ждала в коридоре, кое кто даже сочувствовал тебе. Как часто у тебя с ним занятия?

– Маэстро Катром Луарви решил пока не ставить мне почасовые занятия в общем графике. Он говорит: "один-два часа – пустая трата времени" для такой неумехи как я. – Поделилась Сиула грустными мыслями сразу с сестрой и Араснелом. – Он внес изменения в мое расписание, отменил все свои почасовые уроки в общем потоке. Маэстро будет заниматься со мной один раз в неделю, зато весь день целиком, как сегодня.

– Бедная, а так можно?

– Он личный наставник. – Вяло пожала плечами Сиула. – Спать хочу.

– Еще бы!

– А еще он запретил мне экспериментировать с узорами. Совсем запретил, пока сам не разрешит. – Поделилась она своим горем. – Он сказал, что хочет лично с тобой переговорить по поводу соблюдения некоторых новых правил в моем режиме тренировок.

– Ладно, поговорим. – Согласилась Иррсина в спину удаляющейся сестры.

– Ни разу не видел ее такой уставшей. – Поделился в полголоса Араснел.

– Я видела, только раньше, когда ее только начинал гонять наставник в нашей школе. Но тогда все было иначе. Она сама себя загоняла, чтобы только доказать тому индюку, что чего-то стоит.

– Насколько я понял, здесь до личных оскорблений не дошло. – Заметил Араснел.

– Посмотрим. – Вздохнула Иррсина. – Из того, что мне удалось узнать, этот маэстро Луарви худшее, что с нами могло случиться.

Сиула уже лежа в постели вспоминала прошедший день. Урок ей дался тяжело. Маэстро так и не позволил ей больше прикоснуться к инструменту. И все долгие часы после показа своей работы за отчетный период она простояла навытяжку перед столом отрабатывая одни те же приемы дыхательной гимнастики. В общем-то знакомой еще со школы. Только наставник добавил несколько новых упражнений и зло кривился при каждой ее ошибке.

На следующее занятие было велено явиться БЕЗ инструмента и одетой во что-нибудь попроще. Лучше всего в спортивный костюм. Эта заплывшая жиром туша заметила насколько тяжело ей далось дневное занятие. Сиула невольно поежилась и вздохнула. Мышцы грудной клетки тут же отозвались ноющей болью, в горле запершило. Как-то иначе она представляла себе занятия с личным наставником. Похоже, уроки с любимым инструментом для нее больше не будут легкими.

Она еще раз перебрала в памяти всю ругань маэстро. Пожалуй, единственным в чей адрес было сказано несколько добрых слов, оказался ее школьный чванливый и преисполненный родовой спеси наставник. И уже судя по тому, как дались первые занятия сегодня, она скорее всего не сможет спорить с Луарви. За прошлый год ни один из тех, кто с нею занимался, даже не вспомнил о дыхательной гимнастике. Все они действовали так, как будто эта тема закрылась в школе.

Глава 23

Учёба заняла все время. Даже Иррсина оказалась загруженной настолько, что сестры стали видеся только по утрам и после занятий.

На неё все так же смотрели с сочувствием при упоминании имени личного наставника.

Сиула ни с кем не делилась своими мыслями на счёт сложившегося мнения и не поднимала этот вопрос на уроках с самим маэстро. Первые уроки действительно дались ей тяжело. Наставника не интересовали отговорки на усталость или слабое недомогание. На своих уроках он не признавал перерывов и требовал полной самоотдачи в каждую минуту.

В первый триместр Сиула действительно с трудом заставляла себя приходить на эти занятия и едва не ревела по вечерам от усталости и собственной неспособности усвоить уроки. А хуже всего было то, что первые уроки вообще проходили без инструмента. Только дыхательная гимнастика, гимнастика для пальцев, разработка когтевых мышц. И вообще, наставник умудрялся быть недовольным по каждой части тела своей ученицы в отдельности и в целом. Он вводил все новые и новые комплексы и требовал, требовал и требовал от нее их исполнения, не стесняясь в выражениях.

Когда спустя более чем два месяца прозвучал приказ прийти с инструментом, ей даже показалось что ослышалась. Хорошо хоть хватило ума не переспрашивать. А то бы наверно и для ушей нашелся особенный комплекс упражнений.

Потом были гаммы. Те самые, которые она разучивала ещё когда живы были родители. А она-то думала, что навсегда избавилась от них навсегда. Наивная! Наставник погнал её с самого начала, как какую-то дошколярку. И заново выставлял пальцы, кине, локти и плечи, и даже голову. Требовал применять новые приёмы дыхания. И все это в абсолютно неподвижных позах и в движении. Ориенхорнист ведь играет в движении и тут важно "не только играть, но и красиво себя подать". И все это при строжайшем запрете выступать на сцене, играть вне стен кабинета.

О чем там сестра имела беседу с наставником Сиуле было неизвестно. Но Иррсина впечатлилась той беседой настолько, что и в общаге она играла только гаммы.

Сиула так и не заметила, когда это произошло. Еще на новогодних концертах ей было запрещено выступать и браться за инструмент. А где-то в начале второго учебного триместра, она осознала, что на уроках маэстро больше нет громов с потолка, да и стол преподавателя все реже содрогался от ударов пухлого кулака. Ворчание и требовательность в адрес "нерадивой", по мнению наставника, ученицы никуда не делись. Но куда-то ушла ругань и презрительно искривлённые губы. А крупное тело наставника, когда тот выбирался из-за стола, больше не вызывало того жгучего желания отодвинуться, что было в начале.

Первое "высочайшее" разрешение публично выступить с легкой, почти детской песенкой было получено только на празднике весны. И всего-то пяток статичных узоров, увязанных между собой несложными переходами.

Сиула восприняла согласие маэстро как свою личную победу, почти такую же, как неохотное признание ее способностей наставниками в школе.

Знакомая с детства легкая мелодия веселыми переливами стекала с ориенхорна и бисером разносилась по залу. В буквально смысле, бисером. Это был учебный прием, разработанный мастером специально для разработки рефлексов ее кине. Ей пришлось всю зиму добиваться, чтобы эти мелкие, не больше кончика когтя, объемные звуковые рисунки получались одинакового размераи предельно реалистичными. Зато управлять ими, добиваться чтобы бисер раскатывался по залу и формировал нужные узоры потребовалось всего каких-то пару недель.

И это оказалось чем-то новеньким и неожиданным для зрителей. Кое-кто из них даже пытался увернуться или поймать пролетающие мимо шарики. Игривая детская песенка неожиданно заставила весь зал вернуться в беззаботное детство.

– Неожиданное решение. – Поделился после представления Кэрэл. – У меня в детстве был конструктор, из таких мелких магнитных шариков. Мне нравилось из него лепить разные узоры. Но как тебе удалось сделать такой конструктор из простой песенки?

– Это не мне. – Сиула неуверенно повела плечами. – Мастер был недоволен рефлексами моих кине и придумал специальное упражнение для их разработки.

Кэрэл с любопытством проследил как коготки на женских пальчиках сплясали своеобразный танец, как будто каждый жил самостоятельной жизнью.

– Ну теперь он должен быть довольным.

– Я бы не сказала. – Музыкантша недовольно скривилась. – Предполагалось, что "бисер" должен быть одинакового размера, а у меня…

– Кое-что было размером с мячик. – Понимающе хмыкнул парень.

Сиула удрученно кивнула. Сама она по этому поводу огорчения не испытывала. Предстоящий выговор будет конечно заслуженным. Особенно учитывая целую серию таких "мячиков". Ну отвлеклась на смех в зале, позволила себе пропустить несколько нот. Но все равно, она чувствовала, что справилась. Даже ей самой было понятно, насколько ее игра стала отличаться от тех поделок, что были еще год назад.

– Маэстро Луарви в своем репертуаре. – Хмыкнул Кэрэл. – Толстяк вечно экспериментирует на своих учениках.

– И он не ставит над нами эксперименты. – Сиула прижала ушки и выставила кончики клычков, будто готовилась к бою. Неожиданная реакция на слова друга заставила ее смутиться.

– Диагноз ясен. – Кэрэла совершенно не смутила такая реакция на его слова. – Поздравляю, ты в числе очень немногих, кто смог продраться сквозь тот образ, что Луаврви для себя создал.

– Я только не могу понять, зачем он его создал. – Сердито проворчала Сиула.

– А ты подумай. – Парень весело осмотрелся и увлек ее в уголок комнаты, где оставалось еще несколько музыкантов после выступления. – Знатный род, очень знатный и со связями длиннее его родословной. Богатый род, настолько что любой, в том числе и наш маэстро, может позволить себе не думать о заработке. Представь, что ты оттуда. А все вокруг видят в тебе прежде всего связи, перспективную партию и прочее. А когда ты порвал с семьей, практически поселился в академии все считают, что аристократ ДОЛЖЕН учить прежде всего аристократов. У тебя очень редкий и сильный талант. Все, что ты желаешь, это заниматься своей музыкой.

– Все так плохо? – Расстроилась Сиула. – У тебя тоже так?

– Со мною проще. Мне музыка нравится и не более того. Мне хватает того, что сейчас позволено. Моя игра останется со мною и тогда, когда я начну серьезно заниматься политикой. – Кэрэл хмыкнул, но сразу согнал улыбку. – Мастер Луарви живет музыкой и не представляет себе другой среды обитания. Но и ему при всех возможностях не удается избежать всех сословных правил. Возиться с великосветскими бездарностями желания нет никакого. Отказать прямо не всегда есть возможность. Зато положение семьи и состояние позволяет не очень сильно зависеть от руководства академии. Плюс редкая неизлечимая болезнь, вызывающая ожирение. Вот и придумал много лет назад как избавиться от всех желающих пойти к нему в ученики.

– Ты же у него не учился. Откуда тогда столько знаешь?

– Семья Морисы, моей сговоренной невесты, пыталась попасть обратиться к нему на счет обучения. – Хмыкнул Кэрэл. – Они в неплохих отношениях с родом Луарви и знают немного больше, чем другие. Хорошо, что пошли через главу рода. Собственно, на нем все и закончилось.

– Мне жаль, что твоя невеста не поладила с маэстро.

– Совсем даже наоборот. – Удивленно осмотрел подругу Кэрэл. – Маэстро тогда по просьбе старшего родича дал несколько рекомендаций по выбору личного наставника. И все остались довольны. Общение семей продолжилось. Мориса закончила академию, как и положено знатной даме с высокими характеристиками и забросила свою лютню в дальний угол. Она вообще предпочитает слушать и видеть, а не создавать музыку. Кстати, она твоя поклонница.

– Моя?

– Точно. В прошлом году была на нескольких концертах с твоими выступлениями. И уже достала меня вопросами, что с тобой такого случилось. Вот Единый в свидетели, будь ты парнем, пришлось бы мне тебя ревновать.

– Скажешь тоже. Извини, но я до сих пор не знала даже, что ты сговорен. – Совсем смутилась Сиула.

– Ты даже не представляешь, насколько меня это устраивает. – Серьезно сообщил парень. – Другие наводят такие справки в первую очередь. А тебя в общении со мной только музыка и интересует.

– Если все твои девушки знают о таких перспективах, чего же тогда лезут?

Кэрэл не выдержал и рассмеялся, глядя как подружка едва не прикусила себе язык в попытке оборвать нетактичный вопрос.

– Перспектива брака далеко не единственная причина тесного общения девушки с парнем. Некоторым как раз наоборот желательна легкая приятная интрижка, о которой в последствии можно будет напомнить и избежать столь кардинальных перспектив. Академии искусств славятся несколько упрощенными нравами и предоставляют такую возможность. Потому кстати тут так много представителей торговых семей.

– Извини, я хоть и не очень интересуюсь этим вопросом, но и до меня доходят слухи об этих, как ты называешь "легких интрижках".

– В академии слухов даже больше, чем снаружи. – Легкомысленно пожал плечами Кэрэл.

– Но как к этому относится твоя сговоренная невеста?

– Сиула, мы сговорены с детства. О чувствах в этом случае думают в последнюю очередь. И в нашем обществе, в том числе и великосветских кругах, к счастью не требуется соблюдения целомудрия до брака. – Парень едва не фыркнул. – Сговор не помолвка в конце концов, она будет намного позже. Мы с Морисой создадим семью в назначенные сроки и даже будем соблюдать положенную верность. Но до этого момента и я и она предпочитаем вести чуть более свободную жизнь. Тут главное соблюсти некоторые границы.

– Ну, мне это трудно понять. – Сдалась Сиула. – В провинции все смотрится немного иначе.

– Вряд ли, скорее там лучше скрывают и не обсуждают очевидные вещи. – Усмехнулся Кэрэл. – Мы все-таки не люди какие-то и на некоторые вещи смотрим иначе. Кстати, ты не будешь против, если я тебя познакомлю с Морисой?

– Зачем? Да и не умею я общаться в ваших кругах.

– Она считает, что настанут времена, когда за возможность познакомиться с тобой будут бороться даже семьи далекие от музыки. Я кстати с нею согласен. А на счет этикета я ее предупрежу. Не так уж давно она покинула академию.

– Я подробнее не хочешь объяснить?

Сиула подозрительно прищурилась. Кое чему за два года в академии она все же научилась. И если честно, чтобы некто из высоких семей пожелал личного знакомства через посредника было в первые. При такой разнице в происхождении действительно требовался посредник, желательно со статусом не ниже знакомящегося. Но этикет знати в отношении лично нее был мягко сказать непривычен. Даже Сиула знала, что эти правила соблюдались в полной мере если сторонами признавалось некое равенство. Не ее случай, а значит тут дело не в неведомой Морисе.

– Ну, понимаешь… – Замялся Кэрэл. – Ты ведь в этом году опять в элфам едешь?

– А ты откуда знаешь? – Опешила Сиула. – Эта информация ректоратом не должна распространяться.

– Ну, что ты как маленькая. – Сморщился Кэрэл. – Неужели ты всерьез думаешь, что никто не заинтересовался твоим отчетным сезоном. Слушательница под патронажем иностранного инвестора весьма редкий экземпляр для нашего мира.

– Я уже поняла, что некоторые особенности моего положения изначально связаны с Нэстэ, как моим покровителем. – Вздохнула Сиула. – Хотя прямо никто об этом не говорит.

– Это другое. Живущая в Бездне и ее союзная геката сейчас замешаны в очень крупном проекте. – Кэрэл немного понизил голос, чтобы посторонние не расслышали, о чем идет разговор.

– И что? Нэстэ всегда в чем-то замешана. – Проворчала девушка. – То в Бездне ремонтников прикрывает, то бежит улаживать разборки с кем-то. Даже в собственной латтории не всегда удается отдохнуть.

– Именно. – Улыбнулся Кэрэл. – Нэ этот проект способен повлиять на все Объединенные миры. В проекте участвуют империи составившие союзную гекату. И это не считая кучу других государств и весь Совет контакторов. Скоро о нем станут трубить во всех мирах. А пока началась мышиная возня за место поближе к империям-основателям.

– Ну а я тут причем? – Совсем помрачнела Сиула. – Я с Нэстэ никак не общаюсь. Для политики абсолютно бесполезна.

– Так тем ты и интересна. – Кэрэл с сочувствием глянул на увядшую девушку. – Элфания скорее всего закроет один континент для иномирцев. В тоже время, они постараются стать чем-то вроде центра дипломатии для Объединенных миров.

– Это же маленький мир.

– Тут все будет определяться не только размерами, но и положением. – Вздохнул Кэрэл. – Элфания это мир Живущей в Бездне. И в этом статусе они уже в одной компании сразу с четырьмя империями. Существует немало вопросов, с которыми напрямую скажем к Арден не обратишься, тем более не пойдешь на уровень Совета контакторов. Не тот масштаб, не те методы решения. И маленький мир с его связями, имеющий тем не менее свободный выход на ведущие империи будет выгоден очень многим. Элфы уже делают немало в этом направлении. Собственно, этому анклаву ничего иного и не остается, чтобы не потеряться в Объединенных мирах.

– И как тут вписывается маленькая ориенхорнистка? – Встопорщилась Сиула. – В мои планы не входит участвовать в закулисье дипломатии.

– И не надо. Просто в этом году родственники не предусматривают для меня отчетного сезона. В качестве личной специализации я уже заявлен в качестве стажера в посольское представительство, открытое в Элфании. И скорее всего там мне и придется работать в ближайшие годы. Мориса, естественно, поедет со мной.

– Та-а-к. Выкладывай уж. Ее идея или твоя? И в чем она состоит?

– Общая. – Признался Кэрэл.

При этом парень не без опаски сделал полшага назад. Что такое когти ориенхорниста она имел представление. А подружка явно начала заводиться.

– Мориса действительно твоя поклонница. И кое-что уже слышала о твоих концертах в Элфании. Ты кстати в курсе того, что там уже начали продажу билетов на твои концерты.

– Ты тему- то не меняй. – Тут же пресекла попытку девушка. – Тем боьлее что это будет не в этот сезон.

Амани что-то такое уже говорила. Эриса на связь не выходила, выполняла условие устного договора с управляющей латтории. Но не обсуждать же свои личные дела с Кэрэлом.

– В общем, на меня возлагают надежду в части установления личных контактов с Амниатрони, с которой ты вроде в неплохих отношениях.

– Амани-то зачем потребовалась вашему представительству? – Совсем потерялась Сиула.

– Она входит в Совет старейшин. Причем лично, как переселенец первой волны и владетель немалой латтории, так и в качестве личного представителя первооткрывателя, ну, Дарующей миры, как они ее называют.

– Я прекрасно помню, как называют Нэстэ в разных мирах. – Сердито буркнула Сиула.

– Вот и получается, что владетель Аманиатрони единолично контролирует сразу два решающих голоса в Совете старейшин. Прибавляем сюда голоса тех, кто находится с нею в дружбе. А таких немало. – Вздохнул парень и замолчал. Не так он представлял себе этот разговор.

– А если добавить к сказанному, что глава твоего рода имеет право вето на любое решение Совета, то картинка складывается совсем веселая. – Закончила за него Сиула и хмыкнула в ответ на растерянное моргание парня. – Что, думаешь если я занимаюсь только музыкой, то об остальном ничего не знаю?

– Ну, если честно, как-то не ожидал такого от тебя. Ты только не подумай, за дурочку я тебя никогда не принимал и в один ряд с некоторыми из своей компании не ставил.

– Не врешь, и на том спасибо. – Сиула с досадой поморщилась. – Только я в свою очередь предупреждаю, что должна буду обсудить этот разговор с Амани. А там уж как она решит.

– Так для того я заранее и завел об этом речь. – С облегчением перевел дух парень. – Только есть вопрос, который ты можешь решить сама.

– Еще один? Кошмар! Мне что, кроме Иррсины еще секретаря завести! Выкладывай уж, раз начал.

– Ну, как я уже сказал, мой отчетный сезон находится в перспективе полного провала. – Заторопился парень, явно радуясь тому факту, что подруга начала иронизировать над ситуацией. – Но вот если ты согласилась бы на дуэт со мной. Говорят, в Элфании строят потрясающие концертные залы.

– У нас был уже опыт. – Напомнила Сиула.

– Так у тебя сейчас есть личный наставник и целых два месяца до отъезда. Я ведь много не прошу. Несколько парных выступлений. У тебя же были танцоры в прошлом году. Красиво кстати получилось. Жаль в записи всю картину не видно.

– И на разбавлении играть возьмешься? – Уточнила Сиула, припомнив проблему перерывов на отдых, без которых ориенхорнисту никак не выдержать полное время концерта. Эриса частично ее решала за счет все тех же танцоров. А в общем, зрители были представлены сами себе. Что не всегда было удобно.

– Сольно? С удовольствием.

– Посоветуюсь с мастером Луарви. – Решила она. – Как он скажет, так и поступлю.

…

– Ну, а в чем проблема? – Деловито уточнила Амани вечером в конце краткого рассказа. – Или парень чем-то плох?

– Ну, как мне кажется, у нас вполне дружеские отношения. Для аристократа и простолюдинки это уже много значит в наших краях. Кэрэл достаточно честен и еще при знакомстве не скрывал что имеет свой интерес, в том числе и к Нэстэ. Наверно это как-то его характеризует.

– Поверь, это уже не мало. – Усмехнулась Амани. – Ну на счет Нэстэ он свой интерес может крутить сколько пожелает. Нэстэ сама решает с кем заводить знакомство, а кого может и послать. Причем очень далеко. В ее действиях политики ноль, если не в отрицательную зону. А что до меня, ты знаешь, в такой просьбе нет ничего удивительного. И тебе еще не раз придется столкнутся с такими просьбами. Когда завуалированными, когда прямыми. А то и вовсе постараются использовать втемную. Страшного в этом ничего нет, но быть настороже приходится. Закрыть вас двоих совсем от таких посягательств мы не сможем. Так что привыкайте. Летом подкину Ирсине идею организовать с вами какие-нибудь курсы на этот счет. Их в гекатах и не такому учат.

– А что там за проект, о котором говорил Кэрэл?

Амани замолчала и внимательно осмотрела обеих собеседниц.

– Иррсина, не вытягивай так шею, а то мне страшно становится, как бы она у тебя не переломилась.

Девушка поспешно расслабилась, но глаз не отвела.

– Извините, но пока это дело гекаты. Если быть точнее, то всей союзной гекаты.

– Ну, ты же не гекатесса. – Заметила Иррсина.

– Вообще-то это еще и дело четырех империй, ну и маленькой Элфании. – Улыбнулась управляющая.

– Значит Кэрэл не соврал.

– Твой Кэрэл вообще очень информированный мальчик, как выясняется. – Заметила Амани. – И о-о-очень осторожный в словах. Подкинул вам для затравки кое-что, и никакой конкретики.

– Так у него целая династия в дипломатах. – Рассмеялась Сиула. – Чего еще от него ожидать.

– Именно, а семья невесты скорее всего тоже непростая.

– Не знаю. – Растерялась Сиула. – Я о ней вообще ничего не слышала.

– Познакомлюсь я с твоим Кэрэлом, можешь ему пообещать. – Приняла решение Амани. – В неофициальной обстановке, все как он хочет. И с его невестой тоже. Только имей в виду, твое участие в этом вопросе секретом не долго будет оставаться. А Кэрэл посредником быть не сможет. Не по статусу это будущему дипломату королевства.

– А выступать на сцене по статусу?

– А вот это да. – Рассмеялась элфиянка. – Неофициальные встречи, концертные вечера и прочие форматы составляют немалую долю в работе любого дипломата. И тут уж идут вход все возможные ухищрения. Скрипка говоришь? А его невеста с лютней? Готова свои крылья заложить, что они давно уже сыгранный дуэт. Ваши послы не отказываются от публичных выступлений, конечно если имеют необходимый талант. И кстати, войти в Элфанию в качестве партнера знаменитой ориенхорнистки весьма неплохой ход для дипломата. И тут даже твое происхождение простолюдинки играет ему на пользу.

– Кэрэл действительно талантлив. – Вздохнула Сиула. – Но по поводу приемов я ему все выскажу при следующей встрече.

– Высказать можешь, а злишься зря. Парень действительно немало выложил тебе и играет честно. Даже удивительно, учитывая его настоящее и будущее положение. Не его беда в том, что некоторые вещи до тебя не дошли.

Глава 24

К идее возможного дуэта личный наставник отнесся весьма скептически. Маэстро внимательно выслушал сбивчивые объяснения Сиулы и ни разу не перебил, пока она пыталась высказать свои мысли на этот счет.

– В паре? И Кэрэл согласен работать на ТВОЕМ концерте? – Задумчиво протянул Луарви не скрывая сомнений. – Видать парня совсем допекло.

– Я что, так плохо играю? – Взъерошилась Сиула.

– Сейчас ты играешь лучше, чем в прошлом году, немного. Но намного хуже, чем могла бы. – "Успокоил" её немногословный мастер. – Только Кэрэл ведь такой же одиночка, как и ты. Выходить в дуэте с кем-то еще, в приличном обществе не в его правилах. Тем более, что он еще к тому же не дурак, к сожалению, и понимает кто в вашем дуэте окажется ведущим. Конечно кабаков это не касается.

– Ему знакомства нужны. – Смиряясь со сказанным пояснила Сиула. Прямой намек на кабак, где они с Кэрэлом развлеклись, похоже будет ее преследовать до конца академии.

– Твои покровители? Ясно, Дуарррэл торопится, оно и понятно. Только мальчишку то зачем так гнать. – Хмыкнул маэстро и тут же сморщился в ответ на взгляд своей ученицы. – Это его дед и по совместительству министр иностранных дел в нашем королевстве. Ваше знакомство с внуком и твои связи дают возможности, упустить которые он не может. И что, Кэрэл так прямо и сказал для чего все это затевается?

– Ну, только то, что я сказала.

– И что ты?

– Ну-у-…

– Переговорила с Управляющей латтории. – Сделал правильный вывод преподаватель музыки, как оказалось неплохо разбирающийся в современной политике королевства.

– Ну переговорила. – Не стала скрывать Сиула.

– Раз ты завела речь о планах на концерт, значит согласие сторон на знакомство получено. – Усмехнулся Луарви. – Поздравляю, ты выполнила первую миссию. Если все пройдет удачно, готовься, у тебя будет непростая жизнь. Ты имеешь прямой выход на очень непростых разумных.

– Как и мой личный наставник. – Не удержалась Сиула. – Только вы еще и титул имеете.

– Мне потребовалось немало усилий в своё время, чтобы отойти в сторону от политики. – Не стал спорить Луарви. – Мой титул, и положение очень дальнего наследника в этом сыграли не последнюю роль.

– Я не понимаю, зачем надо использовать столь сложные пути?

– Неформальные личные контакты порой играют во внешней политике куда большую роль, чем все армии и разведки мира. – Вздохнул Маэстро. – Ну встречу на концерте или спортивных мероприятиях официальной никак не назовешь.

Сиула досадливо сморщилась. Кэрэл пытался объяснить, теперь во наставник о том же.

– Ты только не пугайся и не делай поспешных выводов. Не будет твоих концертов, начнут искать другие варианты для контактов. Так что от одной маленькой ориенхорнистки здесь мало что зависит. Ты всего лишь хорошая возможность, и только.

– И вы можете сказать, что я смогу отказаться? – Теперь уже Сиула смотрела на наставника со всем возможным скепсисом, на который была способна.

– Можешь. – Серьезно кивнул тот. – Только тебе придется это делать раз за разом, выискивать разные варианты ответа. И к тому же, проговорив их с Кэрэлом, его дядей и возможно даже с королем, придется все повторять для посланников других миров. Это займет не один год.

– В общем, легче согласиться. – Поникла Сиула.

– Но ведь есть и плюсы. – Улыбнулся Луарви. – Ты сможешь давать концерты во многих мирах, работать для зрителей разных рас. Поверь, это не малого стоит.

В глазах мастера промелькнуло нечто.

- Вы все еще тоскуете по концертам? – Девушка недоверчиво прищурилась.

– Все имеет свою цену, ученица. – Грустно вздохнул Наставник. – В свое время я воспринял все именно в тех же словах, что и ты. Хотя на меня пытались выходить приграничные государства. До империй дело как-то не дошло. Мой титул помог мне избавиться от таких обращений. Но он же и ограничил мои возможности в вопросах публичных выступлений. Концертную карьеру пришлось свернуть в угоду условностей, принятых в семьях аристократов.

– Мне очень жаль.

– Мне тоже. Но не так сильно, как ты можешь себе вообразить. – Смех наставника был немного наигранным, совсем чуть-чуть, но тонкий слух Сиулы уловил. – Помешать мне заниматься теорией музыки уже никто не может. Как заниматься с такими безусловно талантливыми, но такими ленивыми ученицами, так и норовящими увести разговор в сторону на занятии.

Сиула неуверенно улыбнулась. Луарви редко позволял себе шутки. И вообще, он впервые позволил ей заговорить о нем самом.

– В общем так. Для отчетного сезона вы с Кэрэлом подготовите два номера, не больше. Так ему и передай. И ты можешь отдать ему все время личных перерывов для заполнения. Так ему и передай. Мальчик он безусловно талантливый, репертуар богатый. Кое-что сможет подготовить, я не сомневаюсь. Но вместе вам играть не стоит. Ненадежный он. А тебе нельзя ломать концерт.

– Почему не надежен? – Усомнилась Сиула.

– У твоего протеже будут совсем другие обязанности, далекие от музыки и концертов. – Со вздохом, как маленькой объяснил Луарви. – И выбирать между выступлением и обязанностями стажера в посольстве ему никто не позволит. Он может и не явиться на концерт и хорошело, если успеет предупредить заранее. Так что два номера в паре и не больше.

Сиула сильно сомневалась, что друг согласится на такие условия, но к ее удивлению парень даже не скрыл облегченного выдоха, выслушав ее в тот же вечер.

– Ты не сильно расстроился. – Заметила Сиула.

– Это гораздо больше, чем я мог себе вообразить. – Весело заулыбался Кэрэл видя ее недоумение. – Маэстро редко позволяет своим личным ученикам совместные концерты с посторонними. И два номера, уверен, что самых простейших, это уже много, поверь мне. Если у тебя будет полноценный перерыв, то это сорок минут сольного выступления.

– Сорок, у меня на концерте два перерыва. – Поправила Сиула. – Иначе мне не выдержать столько времени.

– Два? И сколько длится весь концерт?

– Четыре часа. – Смутилась под взглядом друга Сиула.

Кэрэл недоверчиво окинул девушку взглядом.

– У тебя полное концертное время? А Луарви знает?

– Да, под это он и готовит со мною репертуар. Знал бы ты как он переработал то, что я настряпала в прошлом году! Только я еще сама не играла, только ноты видела.

Кэрэл склонил голову в бок и даже уши отвел, с иронией рассматривая подружку.

– Луарви занимается с твоей музыкой? Той что ты делала в последний отчетный сезон?

– Он вообще-то у меня первый и единственный. – Сердито буркнула Сиула. – Ну да, а что не должен был?

– Обычно наставники подключаются к наработкам своих учеников на старших курсах. Когда это уже не ученичество, а скорее наставничество над младшим.

Личный мастер действительно выбрал два не самых сложных произведения малоизвестного композитора Лусвира. Веселый, если не сказать легкомысленный, танцевальный мотив, на который существовало сразу несколько популярных песенок. Но главное, изначально эти мелодии можно было исполнить ориенхорнисту и скрипачу вместе.

Сиула даже взгрустнула, услышав выбор наставника. Гаммы и простые мелодии за последний год ей порядком надоели. Кэрэл, как много более опытный слушатель академии, к тому же хорошо себе представлявший с кем именно имеет дело, повел себя намного осторожнее.

В правильности суждений своего друга Сиула убедилась уже при первом просмотре своей партитуры. Кэрэл же, пользуясь отсутствием в кабинете наставника тихонько сквозь зубы что-то шипел.

– Никогда бы не подумала, что ты умеешь так виртуозно материться. – Рассмеялась Сиула. – И чего ты злишься? Некоторые вариации весьма необычны, но вроде ничего сложного.

– Подожди, это только начало. – Продолжил шипеть Кэрэл. – Из того, что я слышал о твоем наставнике, он имеет привычку вставлять свои теоретические разработки прямо в процессе отработки. И судя по тому, что тут написано, я еще не один раз пожалею, что согласился на его условия.

Как же быстро Сиула поняла, насколько друг был прав! В течении двухчасового совместного занятия Луарви мог переписать по несколько листов партитуры, а то и по несколько раз. И с каждым разом недовольно хмурился, злился и едва не хватал за инструменты. И все время требовал от них полной отдачи настолько, что под конец второго часа занятий Сиула с тоской провожала мокрого от пота Кэрэла.

Для него на этом ежедневная добровольная пытка заканчивалась. А вот ей досрочная сдача зачетных предметов обернулась дести, а то и двенадцатичасовыми тренировками в кабинете личного наставника. Сам Луарви мог и оставить ее на час-другой, а то и выделял звукозащищенную зону в уголке своего кабинета и продолжал развлекаться с другими учениками.

Радовало только то, что теперь она занималась своими собственными произведениями, переработанными наставником.

На фоне этого марафона годовые тесты академии прошли как-то незаметно. Разве что в какой-то день маэстро небрежно поздравил ее с переводом на следующий курс и тут же нашел чем занять высвободившееся время на все оставшиеся до выезда дни.

Кэрэл свалил с пожеланиями "держаться и выстоять" за неделю, не оставшись на праздник по случаю завершения года. А вот ей не повезло.

"Бал? Я тебя умоляю, что там праздновать? Можно подумать, кто-то сомневался, что ты не сдашь эти тесты. Если бы не наши занятия, я вообще не понимаю, что ты делала на втором курсе."

Сиула уныло вздохнула, припомнив реплику маэстро в ответ на ее робкий намек по поводу вечеринки по случаю окончания года. Плетясь ранним утром на занятия, она грустно проследила за первыми, еще сонными, сокурсниками, уже начинавшими готовиться к вечеру.

Нет, мастер все же смилостивился, и согласился отпустить ее на вечеринку аж за три часа до ее начала. Вот только все остальное время ей предстояло снова отрабатывать выход из пикирования в полет с набором высоты. Видеоролик с элфами врезающимися в мягкие стулья и других слушателей крутился перед ее носом уже не первый день, как напоминание о возможных последствиях допущенных просчетов в музыке. И вообще, этот переход оказался одним из самых сложных в произведении в плане возможных вариаций. Луарви по его собственным словам, бился над ним не один месяц. И до сих пор недоволен результатом. Намек на то, чем именно придется заниматься ей в следующем году.

Верная Иррсина поддерживая сестру солидарно повторила грустный вздох и с сочувствием покосилась на нее. Спорить с личным наставником было нельзя. Это слушатели усваивали еще на кандидатском периоде. Но посочувствовать то можно.

– Ты не расстраивайся, платье и сменный костюм я тебе приготовлю. Ты главное с ним не воюй сегодня, чтобы не задержал.

– Ага. – Сиула без охоты приняла футляр с инструментом и вяло улыбнулась. – Обидно только. Все веселятся, празднуют, а я тут. Ты-то вон тоже свободная уже.

– Это ничего. После занятий бегом в общагу, там часок отлежишься и будешь как новенькая. – Бодрилась Иррсина.

Собственно, сам вечер с однокурсниками ей плохо запомнился. Были танцы, было мельтешение лиц и слова прощания на весь отчетный сезон. Кое с кем из знакомых прощалась навсегда. Несколько ларнейши не сдали годовые тесты и отчислялись. Но все это прошло как-то мимо. Возможно тому способствовал бокал вина, впервые в жизни попробованного на вечере. А может все вместе с усталостью после целого дня занятий.

В общем, окончательно она пришла в себя уже сидя в утреннем глайдере увидев в окне встречающих тетю Гисинту с мужем.

Эта поездка была организовывалась едва ли не Нового года и проходила намного спокойнее. Амани предусмотрела даже целую неделю отдыха в доме родных. А в планах были перелеты к Расколам с остановками на ночь в отелях. Иррсина, как участница всего процесса организации поездки, много чего рассказывала. И о стыковках рейсов, и о сложностях подбора гостиниц с питанием. Сиула уяснила только, что суеты и ночных перелетов у них не будет вообще. И капсула у них будет утром, чтобы пересечение Бездны не сильно их утомило.

Первый концерт был запланирован уже на третий день после приезда, когда акклиматизация будет в самом разгаре.

Глава 25

– Ну наконец-то мы встретились. – Это были первые слова, услышанные Сиулой на посадочной площадке гнезда Нэстэ.

Инниса радостно обняла свою подопечную, потом ее сестру. Отстранившись она критически оглядела их.

– Голосвязь хорошо, но теперь я точно могу сказать, что вы выросли с момента представления ко двору.

Сиула смущенно улыбнулась, одновременно отвечая на приветствия еще трех девушек, замерших за спиной куратора.

О том, что Иннисе разрешили покинуть Арден они знали. А вот причина такого решения им не озвучивалась.

Инниса весело провела ладонью по животу.

– Ну да, я приступила к выполнению своих обязательств перед сворим родом. Так уж получилось, что нашелся кандидат на отца ребенка.

– Как же тебя отпустили в таком положении? – Иррсина настолько поразилась от такой новости, что задала вопрос прежде чем подумала о его тактичности.

Инниса ничуть не обиделась и поддержала смех подруг.

– Так ведь от папаши и моего братца будущий дедушка и отправил меня подальше. Никогда бы не подумала, что мой старший братец способен психовать по пустякам.

– Да, но ведь тебе нельзя было выезжать за пределы Арден?

– Ну, тут целый ряд факторов. – Отвела взгляд Инниса. – В местных санаториях меня бы не оставили в покое. Там, куда мужчин не пускают, уже и супруга братика изъявила готовность сопровождать. Здесь есть собственный лекарский центр, оборудованный не хуже лучших клиник Арден. Специалисты, специализирующиеся на сопровождении. Плюс низкая сила тяжести. А еще научники наконец-то подтвердили благотворное влияние зонтичных плодов на организм не только матери, но и ребенка. Причем вплоть до генного уровня. Ну, и есть еще несколько внутрисемейных моментов. Рианна дала свое высочайшее слово, что я буду под охраной не только во время поездки, но и в гнезде и выделила мне постоянное сопровождение. Ну а после того, как Нэстэ подтвердила безопасность проезда через Бездну, вопрос был решен. Да и когда сюда прибудет Сумми, у меня будет свой собственный альтери. Она у нас едва на подмастерье сдала, зато и специализируется как раз на поддержании беременности и имеет прямую связь с мастерами.

Иррсина не сбиваясь с шага неуверенно перевела взгляд на сестру. Сиула предпочла не продолжать этот разговор. О сложных взаимоотношениях главы знатного рода Арден с прочими родственниками они знали ровно столько, сколько Инниса сама сочла возможным сообщить два года назад. Если ей потребовалась охрана на время поездки, вполне возможно, что проблема еще хуже, чем им представлялось.

– Э нет, не надо ничего придумывать. – Фыркнула Инниса уловив неловкую паузу даже несмотря на то, что они шли уже в коридоре. – Ничего серьезного мне не угрожает. Все больше по линии здоровья. Таким как я до сих пор без помощи мастеров альтери зачать ребенка не просто. А уж выносить самостоятельно и вовсе проблема. С медблоком гнезда Нэстэ может сравниться разве что Горный замок. Но туда стремятся все роженицы высшей аристократии. Та еще компания. А здесь те же специалисты, и девочки компанию составляют.

Иррсина весело заулыбалась в ответ на комментарии новых знакомых из гекаты. Сиула тоже улыбнулась, но сама невольно прошлась по одежде гекатесс. В отличие от сестры она отметила небольшие коробочки на поясе девушек и наличие брюки свободного покроя, как раз такие, чтобы можно было скрыть что-то небольшое, закрепленное на теле.

Гекатессы были при оружии. Да и на площадке они стояли так, чтобы отслеживать свои сектора.

Конечно, возможно это всего лишь тренировка во исполнение данного принцессой слова. Но индивидуальный силовой щит на поясе был боевым.

– Мы сами прибыли только три дня назад. – В полголоса пояснила идущая рядом девушка, кажется ее представили, как Алания. – А вообще, раз уж вы в курсе некоторых дел Иннисы, в Горном замке сейчас сразу две роженицы из ее дальних родственниц, от одной встречи с которыми настроение может испортиться на несколько дней. Видела я их. Навещали троюродную сестричку еще до появления Нэстэ, посочувствовать, что отец наследства и имени лишил. Тогда их сделка с империей была еще в тайне. В общем та еще кампания.

Сиула неловко кивнула, невольно вспомнив собственного дядю. Родственники бывают разные. И с некоторыми из них действительно не хочется встречаться.

Девушка невольно придержала шаг, вычленив наконец из льющегося потока информации то, за что уцепилась на подсознании.

– Сиула? Сюда прибывает ее высочество Аринола? Я не занала.

Входя в гостиную Сиула развела руками.

– Ну не по открытой же связи оповещать о всех перемещениях союзной гекаты, и уж тем более триады.

– Ну, я не то имела в виду. – Смутилась та, поняв, что ее фраза могла быть воспринята как претензия.

– Ох, Единый! Сиула, ну что ты опять пытаешься оправдываться. Девочки о вас прекрасно осведомлены. Была бы возможность, я предупредила бы вас. Но планы по передвижению старших гекат, а уж тем более Нэстэ, действительно закрыта и не обсуждается даже по каналам ограниченного доступа.

– Шнатлии? – Нахмурилась Сиула от первой же мысли.

– И они тоже. – Подтвердила Алания, криво улыбнувшись. – К счастью в Бездну они отучились за нею лезть. Но и кроме них хватает желающих встретиться с нею.

– Точно, и как только пролезают через охрану. – Кивнула Инниса. – Так что даже сбор на полноценный отдых приходится организовывать как войсковую операцию. Сумми заходит с дальнего Раскола. Элфы недовольны, но дали согласие на пересечение континента. Ри прибудет через Пещерный Раскол, как и вы на капсуле. Нэстэ в своем репертуаре, свалила на охоту и уже оттуда с добычей выйдет через один из Расколов латтории. Хуже всего приходится парням. Они выдвигаются инкогнито, чтобы пресса как можно позже узнала о полном сборе союзной гекаты.

– Вот уж когда вой подымится. – Хмыкнула Алания.

– Что? Они все здесь собираются? – Ужаснулась Сиула.

– Ну да, тут и охрана усиливается и все остальное. Запланирован полный отдых почти на месяц.

– Но, почему сейчас? – Сиула попыталась вспомнить, когда такое бывало. По всему, что она знала, такое событие если и случалось, то прошло мимо вездесущей инфосети.

– А вот это немного рано обсуждать. – Улыбнулась Инниса и щелкнула девушку по носу. – Дела гекаты, помнишь такое?

– Приняла, больше не буду. – Сиула невольно отметила как сестра сглотнула синхронно с нею.

– Ничего страшного и не расстраивайся. Про Большой сбор союзной гекаты миры узнают сразу, как вес они пересекут Расколы Элфании. Но о некоторых вещах вам действительно лучше узнать из прессы, вместе с остальными Объединенными мирами.

Сиула перевела вопросительный взгляд на подошедшую Амани. Увидеть знакомых было приятно, но дорога и ворох свалившейся информации давали о себе знать.

– Свои комнаты вы знаете. – Улыбнулась управляющая, прекрасно поняв, о чем думают прибывшие. – Ваши вещи уже там. Легкий перекус, чтобы дотянуть до вечера. Ну а на ужин уж попрошу сюда.

– Амани, но ведь у тебя собирается много гостей. – Тихо уточнила Сиула, предварительно убедившись, что остальные их не слышат. – А ты для нас двоих такие апартаменты отводишь.

– Не переживай, гнездо Нэстэ строилось уже с расчетом на союзную гекату. – Улыбнулась управляющая. – Ваш уровень гостевой. Но для членов гекаты используется редко. И это лучший вариант, чтобы твои тренировки никому не мешали.

Уже разглядывая в высоте знакомый потолок спальни, Сиула с удовольствием потянулась на кровати. Вываленные на ее голову новости требовали осмысления. Она даже честно собиралась подумать над ними. А что бы сосредоточиться, совсем на чуть-чуть прикрыла глаза.

Тихий звук зуммера оповестил что она безнадежно проспала все свои намерения и вообще опаздывает на ужин. Чуткий слух уловил тихий "ох" через открытую дверь в исполнении сестры. Иррсина похоже тоже отключилась и теперь пытается понять, что делать.

Быстрый душ, дорожный костюм из чемодана. Сиула очень надеялась, что для вечера сойдет.

Иррсина уже ожидала на выходе с футляром в руках. Заметив ее взгляд, она только пожала плечами.

– Скорее всего тебе не дадут играть с дороги. Ну а вдруг.

Сиула согласно кивнула. В прошлый год по вечерам она действительно иногда музицировала для местных элфов. Но Амани всегда требовала, чтобы это было между концертами и только если есть настроение. А оно, если честно было. В академии после ежедневных тренингов и занятий как-то не до того было. Гаммы и упражнения изрядно наскучили, а теперь появилась возможность играть что-то для себя.

За столом оказались только те, кто их встречал. Тот факт, что в гнезде пока оказались только Инниса со своей группой вызывал смешанное чувства облегчения и легкой досады на невозможность немедленной встречи с Нэстэ и ее десяткой. Об остальных прибывающих она предпочитала пока не думать.

А еще, в гостиной их встречала Рисса. Все такая же оживленная, весела чувствующая себя в этой компании как своя.

– Это я сейчас такая. – Весело шепнула она девушкам. – А когда тут запустят камеры и начнут освещать отдых их высочеств, придется наряжаться в соответствующие костюмы. А у меня их от роду не было. По мне лучше в концертном зале.

Сиула невольно осмотрелась. О наличии камер она знала, предупредили еще в прошлое посещение. Как и о признаках их работы. Сейчас съемка не велась. Так что можно было расслабиться.

– Я надеюсь, дорога была удачной, и вы не сильно устали? – Уже громче завела разговор Рисса.

– Могу хоть сейчас выступать. – Не удержалась она.

– Вот еще! Про акклиматизацию забыла? – Тут же возмутилась Рисса под хмурым взглядом Амани и Иннисы.

Остальные в комнате с интересом прислушивались к разговору, но не вмешивались.

– Ну, это я так, к слову. – Поспешно сдала Сиула.

– Знаем мы это твое "к слову". Даже инструмент притащила. – Кивнула сердито Рисса на улику рядом с Иррсиной. – А вечером наверно еще и тренировку устроишь.

– Вечером не буду. – Вздохнула та. – В академии не давали играть что хочется. Здесь тоже все под контролем будет?

– Маэстро Луарви предупредил об эффекте выхода из-под полного контроля и попросил меня соблюдать в отношении тебя некоторые правила. – С улыбкой призналась Инниса.

– Что он сделал? – Поперхнулась Сиула как раз в этот момент сделанным глотком из стакана. – Он смог связаться с тобой?

– А что тут сложного? – Удивилась та в свою очередь. – Конечно он попытался дотянуться до инвестора лично. Но на внешних каналах связи у нас диспетчера сидят. Так что всех, кто заходит по твоему имени отсылают ко мне.

– И много таких желающих по мне потоптаться? – Мрачно заинтересовалась девушка.

– Хватает. В этом году полтора десятка звонков насчитать можно. – Ухмыльнулась соседка.

– Алания у нас как раз отвечает за работу диспетчерской службы. – Пояснила Инниса.

– Вообще-то фильтр прошли только два звонка. – Продолжила гекатесса. – Луарви, этот твой маэстро, да еще секретарь из директората за подтверждением финансового отчета в начале года. Еще были попытки навести о тебе справки. Это скорее всего пресса от музыки. В прошлом году ты все же навела здесь шороху. Ну и несколько звонков от твоего имени, с попыткой что-нибудь заиметь.

– Эй, ты чего? – Спохватилась Инниса, заметив увлажнившиеся глаза у подопечной.

– Ничего, просто… – Шмыгнула та носом.

– Ну ка прекрати. Нашла из-за чего расстраиваться. Ты представляешь сколько таких звонков приходится отфильтровывать каждый день? Анонимки, доносы, претензии все что угодно и на каждое имя в гекате. На всех из нас. Не зря ведь при гекате создан целый отдел безопасности. А если сюда добавить такие же подразделения в Ариноле, у змеелюдов и арьяти, целая армия получается.

– Вот именно. А тут еще из-за меня получается. Ну как это можно?!

– А никак. – Ухмыльнулась Алания. – Это часть нашей жизни. Ты уж поверь мне. Всякий кто оказывается в нашей компании становится объектом всякого рода жульничества. Считай это комплиментом.

– Но как же это?

– Вот так. – Обняла ее за плечи Инниса. – Если уж связалась с нашей гекатой, теперь не отвертишься. Забудь и наплюй. Лучше давай ты действительно что-нибудь сыграешь. Только что-то легкое и не более двух-трех. А мы попросим у Амани контрамарочки на твой настоящий концерт.

– Места уже зарезервированы. – Рисса одарила всех веселой улыбкой. – Только девочки, уговор, вы проследите, чтобы она соблюдала режим акклиматизации. В прошлом году Амани тут не легко с нею пришлось, особенно когда она экспериментировать начала.

Сиула возмущенно вскинулась, но смех не был обидным.

– Проследим. А не будет слушаться, позовем Нэстэ. – Откликнулась Алания, лукаво покосившись на на нее.

– Не надо Нэстэ. – Испугалась девушка. – Я буду соблюдать режим, Единый узнает, как буду соблюдать.

– Заметь, а в поручители она его не призвала. – Подначила Инниса обращаясь к Амани.

– В вопросах музыки и Сиулы Единый не станет ручаться за какой-то там режим. – Проворчала та. – Зачем ему брать на себя невыполнимые задания.

Слушая затихающие постепенно шутки, Сиула вынула из раскрытого Иррсиной футляра ориенхорн и привычно проверила настройку.

Легкое так легкое. В хорошей компании почему бы не повеселиться. Тем более что просьба полностью совпадала с ее собственным настроением.

Первые звуки легкомысленным бисером разбежались по гостиной, отразились от стен, ударились в потолок и послушно принялись формировать фривольный рисунок. Один из тех, что не столько зависали перед глазами, а вонами проходили через тело слушателей. Луарви долго бился, заставляя менять укоренившиеся рефлексы кине, мешавшую добиться такого эффекта. Вроде получилось, хоть угроза проолжить тренинг в следующем году оставалась. Все же терпеливый ей личный наставник достался.

Глава 26

Иррсина в очередной раз осторожно заглянула в щелку и осторожно прикрыла дверь обратно. На вопросительный взгляд Араснела она только отрицательно покачала головой.

Как и обещали гекатессы, о недосказанностях второго отчетного сезона они с сестрой узнали из новостной сети. Известие о выходе первого разведывательного отряда по Жемчужной нити и целая серия репортажей потрясли тогда каждого в Объединенных мирах. И какая смесь восторга и тихого ужаса была у сестер от осознания того, что отряд уходит в Бездну под руководством Нэстэ! Инниса тогда кстати не без досады поделилась своим горем: ей пока не светит уйти с сестрами по гекате. Условия императорского соглашения с семьей все еще ею не были выполнены. Их куратор сильно обиделась при этом на радостные выдохи своих подопечных.

А уж сколько в инфосети было выступлений от правительств разных миров! Там были и восторги тех, кто присоединился к подготовке экспедиции и критика от оставшихся в стороне.

Репортажи освещающие ход экспедиции были самыми обсуждаемыми в Объединенных мирах и затмили даже военный конфликт со шнатлиями за доступ к отправной станции транспортного тоннеля, оказавшийся около Элфании. Впрочем, эта война вошла в историю как самая короткая из всех, когда-либо объявленных разумными насекомыми. Но при этом не менее кровопролитной для кланов.

А уж сколько эмоций было, когда отряд Нэстэ вышел в миры Нового скопления! Первые контакты с местным населением, сообщения о мирах пригодных для колоний. Все сразу становилось объектом долгих и тщательных пересудов.

Сестры вместе переживали за каждую раненную гекатессу и вместе горевали о погибших знакомых. И вместе же радовались их успехам. Пока не произошло ЭТО.

С момента, когда пришло официальное сообщение о трагедии в Бездне шел уже третий день. Сиула перестала реагировать на обращения сестры. Знакомые еще пытались дозвониться до них в первый день. В положение ученицы вошли все учителя академии, маэстро Луарви лично связался с Иррсиной и сообщил что переведет на себя все учебное время в ближайшие дни. Только вот руководство академии похоже не разделяли общего сочувствия.

С утра Иррсина уже несколько раз порывалась зайти в комнату к сестре, но каждый раз останавливалась перед дверью. Как сообщить Сиуле, что канцелярия отказалась предоставлять ей отпуск для выезда в Арден она не знала.

…" Если нет приглашения, значит вам нечего там делать…" – Все чего смогла добиться она от сухопарой секретарши, равнодушно взиравшей на нее.

А какое приглашение и от кого? Гекатессам сейчас не до них. В Арден даже подготовкой к прощальной церемонии занимаются дворцовые службы и прессу близко не допускают к гекатам. Все выходы на диспетчеров союзной гекаты блокированы. У Сиулы оставался личный контакт с Иннисой, но не обращаться же к ней в такое время. Амани в коротком сообщении дала понять, что их примут безо всякого приглашения. А тут на ровном месте такое!

Арденская пресса уже успела подсуетиться и начала выкладывать кое-что из обстоятельств гибели Дарующей миры. Но очень мало и как-то разрозненно.

Иррсина еще раз вздохнула и покосилась на футляр ориенхорна. Армия попала в ловушку Бездны и оказалась под ударом мощной миграционной волны, в которой оказались неизвестные твари, способные разрушать силовые щиты и противостоять даже ниахарам. Сообщалось о больших потерях, что много раненных, в том числе и среди союзной гекаты. Но даже после сообщения о гибели ниахар, до самого последнего момента они старались сохранять надежду на благополучный исход для своих друзей. Официальное известие о гибели Нэстэ пронеслось по инфосети сметая все остальные новости.

Сведения о церемонии прощания тоже были очень скупые. Немного муссировались планы на допуск ограниченного числа лиц, и даже родственников только ближайших допустят. И учитывая прошедшее со дня трагедии время, каждая геката будет собираться у себя дома, согласно своим традициям, но почти в одно и тоже время.

Ну вот как сказать Сиуле, что ее не отпускают?

Иррсина вздрогнула от шепота отрывающейся двери.

– Долго меня не было? – Вяло поинтересовалась Сиула, вяло поблагодарив Араснела за подвинутый стул.

– Сегодня третий день. Но это ничего, маэстро Луарви пообещал, что прикроет если что. Он забрал на себя все часы в академии. Уж не знаю под каким предлогом.

– Показательный концерт скоро. – Поморщилась Сиула. – Под это он может освобождать меня от все что угодно.

– Знаешь, без приглашения тебе не дали разрешения на выезд. – Решилась Иррсина. – Ни вместе, ни одной. А какое приглашение на похороны, чушь какая-то?

К ее удивлению сестра вяло кивнула, принимая к сведению и никак не отреагировала.

– Наверно это даже к лучшему. – После некоторого молчания заговорила она. – Им сейчас не до меня. Мы уж лучше здесь, как-нибудь.

Сиула так и не покинула своего убежища до трансляции. Прессу все-таки допустили на церемонию для прямого эфира. Репортер с некоторой ноткой обиды выдал об ограничениях для прессы. Съемка только из далека, никаких подходов и обращения к родственникам. А уж за обращения к гекатессам и вовсе пообещали все кары Неназываемого, вплоть до пожизненного отлучения от дворцовых сплетен.

В общем, пресса прониклась и сидела тихонько на отведенных местах, стараясь не привлекать к себе внимания. Зато ракурсы были обеспечены самые лучшие. Но на это Иррсина обратила внимание много позже, когда уже смогла общаться с ровесниками в академии.

А во время трансляции они с Сиулой сидели словно закаменев перед визиофоном. И вслед за ее высочеством проговаривали одними губами имена знакомых.

Нэстэ, уходящая верхом на Лео в Бездну словно нарочно задержалась на экране дольше остальных. Репортер еще что-то там пытался бубнить и объяснять происходящее.

Только Сиула уже не слушала. Прямо так, сидя, в нарушение всех традиций, она поднесла мундштук ориенхорна к губам.

Тихая музыка безо всяких картин и узоров наполняла комнату в общаге весь вечер. Скорее всего по комнатам они разошлись с помощью Араснела. Сиула вообще не помнила, что происходило в тот вечер. Она словно вынырнула из забыться утром, услышав голос сестры.

Осунувшаяся Сиула уже устраивалась за столом полностью собранная к занятиям. Завтрак на скорую руку, кивок на прощание Араснелу, без обычного ответа и дальше, следом за сестрой.

На аллее несколько групп послушно разбились, молча пропуская их. Кто-то из встречных первокурсников резко затормозил в коридоре и поспешно ретировался с пути. Сиула шла скорым шагом ни на что, не обращая внимания, словно хотела побыстрее спрятаться в классе наставника. И даже футляр забрала рывком, не посмотрев на сестру.

– Как она? – Осторожный вопрос, заданный тихим голосом, заставил Иррсину обернуться.

Лиррсин неловко кривил линию верхней губы. Она не очень хорошо знала одногрупников Сиулы. Балагур и весьма легкомысленный парень явно не знал, как вести разговор и явно не знал куда девать взгляд. За его спиной стояло еще несколько студентов из числа тех, кто принимал сестренку в свои компании.

– Теперь лучше. – Иррсина сочла нужным ответить, хоть и сама не верила в сказанное.

Какое-уж там лучше. Нэстэ, кумира и объекта детского обожания Сиулы больше нет. Верная самой себе она исчезла в Бездне без надежды на возвращение. Даже Иррсина чувствовала себя так, будто потеряла дорого себе члена семьи. Что испытывала Сиула она боялась даже представить себе. В голове зазвучали печальные ноты прошедшего вечера. Все, что сестра позволила выплеснуть наружу, да и то только в обществе двух самых близких разумных.

Запоздало вспомнились вызовы от родителей. Надо будет предупредить их, что Сиула вряд ли захочет обсуждать что-то с ними.

Сиула была благодарна маэстро Луарви. Старый цинник и страх для всех учеников ни словом, ни движением не стал выражать сочувствие. Он с первых минут завалил ее заданиями и насел так, что пришлось временно отложить все посторонние мысли и на весь день сосредоточиться на упражнениях.

– Ну вот, совсем другое дело. – Удовлетворенно кивнул этот "наставник" под конец.

– А то явилась тут с утра, что моль полуприбитая.

Сиула с удивлением покосилась на наступающие сумерки за окном.

– Вечер уже, вечер. – Вздохнул Луарви. – Сейчас идешь отдыхать, а завтра без опозданий.

– С-с-спасибо. – Выдавила Сиула немного онемевшими от длительных упражнений губами.

– Вместо "спасибо" ты лучше на концерте выступи так, чтобы всем чинушам плохо стало. – Посоветовал тот. – Стыдно им не будет, не надейся. У этой братии совесть ампутируют еще при поступлении на службу. А вот плохо стать может. И чего ты так раскисла?

– Вы не понимаете…

– Вот еще! Только вот что я тебе скажу. Живущая в Бездне не один раз преподносила сюрпризы своим преследователям. Возможно тебе будет легче, если думать, что она и в этот раз просто ушла к новым мирам.

– Я постараюсь.

Сиула тихонько сглотнула подкативший к горлу комок. Заждавшаяся Иррсина приняла футляр снизу-вверх заглядывая в глаза сестре. И радостно улыбнулась в ответ на ее слабый кивок.

– Есть хочется.

– Араснел нас наверно уже заждался. – С облегчением выдохнула Иррсина.

Репертуар для праздника нисхождения она все же изменила. Луарви не стал спорить и лично провел оранжировку для совсем непраздничных мелодий. Сцена в концертном зале академии не комнаты общаги. И Сиула пришлось согласиться на элементы недоступные для людей.

В тишине зала разворачивались и уплывали растительные узоры. Последние ноты затихли где-то под потолком. В наступившей тишине она быстро собрала инструмент и почти сбежала со сцены. Впервые ей было неприятно внимание зала. И она отказалась выходить повторно. Впрочем, это не помешало получить ей свое привычное первое место. А еще, стало понятно, насколько неуютно себя почувствовали некоторые чиновники. Пресса отлично разобралась для кого именно играла талантливая исполнительница и почему ей пришлось для этого выбрать праздничную сцену.

– Война началась. – Завил сразу после приветствия по голосвязи Кэрэл.

Давно уже обосновавшись в элфании на должности постоянного младшего советника посольства, он регулярно поддерживал с нею связь. Не без смешка отмечая, что посольство ему оплачивает эти сеансы, так как считает подобный контакт весьма полезным для дела королевства.

– Ты тоже считаешь, что я не должна была этого делать? – Мелкие клычки девушки мелькнули под поднятой губой и тут же спрятались.

– Нет, это был отличный ответ с твоей стороны. Но те, кто принимал решение на счет твоей поездки получили весьма чувствительный удар. И уж поверь будущему светилу дипломатических интриг, они именно так его воспримут. В общем, следующий ход за канцелярией академии.

Сиула мрачно сморщилась, но не стала спорить. Тем более что Кэрэл предпочел быстро закруглиться.

Геката ее высочества продолжала пока оставаться в изоляции. Судя по всему, Амани тоже хватало своих забот. И Сиула предпочла выкинуть из головы все лишнее. Ну что там могут придумать чиновники? А ей надо продолжать заниматься музыкой.

Глава 27

С последнего концерта прошло больше месяца. Сиула вроде как успокоилась. Но Иррсина продолжала с беспокойством следить за сестрой. Уж слишком она сосредоточилась на занятиях, упорно отрабатывая задания своего наставника. А еще она почти перестала общаться с одногруппниками. Даже в разговорах с родными исчезла былая живость, а иногда она и вовсе уходила к себе до завершения сеанса голосвязи.

В коротких фразах, иногда бросаемых Сиулой по разному поводу, все чаще стала упоминаться Элфания. Подступающий отчетный период с его концертами становился для нее единственной и похоже весьма навязчивой целью.

Поговорить с сестрой обо всем этом прямо у Иррсины не получалось.

Сиула жила надеждой на связь с подругами. Но гекатессы Нэстэ не спешили связаться снею. Разве что Инниса через своего дворецкого передала извинения и просьбу без крайней необходимости не беспокоить их всех какое-то время. От Араснела они же знали, что она все же угодила в Горный замок со второй беременностью. Под охраной телохранителей герцога и весьма навязчивым вниманием прочих родственников.

По новостям в инфосети все еще обсуждали церемонию прощания. Они знали, что гекатессы продолжали отказываться от общения с прессой. Большинство из друзей Нэстэ вернулись к своим обязанностям в Новых мирах. В общем, все было грустно.

Утреннее появление голограммы секретаря учебной части академии было более чем неожиданно для них обеих. Они и виделись то с ним только пару раз, когда требовалось что-то подписать. Эта их абсолютная независимость от учебного отдела заметно раздражала чиновника.

А тут он позвонил сам, собственной персоной. Да еще и скрывал редкие зубы, плохо скрывая толи сарказм, толи торжество.

– Вам надлежит явиться в учебную часть для обсуждения плана выступлений на очередной отчетный период. – Голос был безупречно ровным и официальным, что никак не вязалось с выражением лица говорившего.

– Что обсуждать? – Растерялась Сиула.

– Из экономического отдела сообщили, что очередная плата по вашему контракту до сих пор не поступила. – По прежнему ровным тоном сообщил секретарь. – До окончания установленных сроков осталось три дня и вряд ли что изменится. Я думаю этот отчетный период вы проведете в соответствии с заданиями академии.

– Вот когда срок пройдет, тогда и вызывайте. – Вмешалась Иррсина, уже поднаторевшая с помощью Амани в ведении деловых переговоров. Как минимум, в данной ситуации надо было выиграть время. И уже потом, на холодную голову, можно будет что-то придумать.

Фигура мужчины исчезла, а Сиула все еще растерянно смотрела в то место, где она была.

– Кх-м, мне кажется вам надо связаться герцогиней Арнейской. – Осторожно подал голос Араснел. – Я несколько раз за этот месяц посылал ей отчеты, и никаких новых указаний не получал от нее.

– Гекатессам сейчас не до меня. – Мотнула головой Сиула. – А Иннисе тем более. Вторая беременность проходит для нее не так гладко, как первая. А Амани сейчас недоступна. Я пыталась пару раз связаться с нею.

Иррсина мрачно проводила сникшую сестру взглядом и сморщилась. Сегодня обязанности личного санэтри оставались невостребованными. У Сиулы с утра были только лекции и инструмент на весь день останется в комнате.

Неплохо бы было сходить на свои предметы. Профессор, что вел экономику, был весьма злопамятным и не прощал пропуски своих занятий. Но с этим можно будет разобраться и позже.

– Может все и так, как она говорит, и им действительно не до нас, но попытаться все же стоит. – Пробормотала Иррсина и под одобрительным взглядом Араснела сделала вызов, добавив к нему условный сигнал срочности.

Когда-то, со словами "Сиуле бесполезно говорить, она никогда им не воспользуется", Инниса показала ей как это сделать для звонка через диспетчера гекаты.

Заспанное лицо давно ставшей им подругой куратора появилось почти сразу. Инниса осмотрелась, заметила Арасснела и выдала изображение сидящего тела.

– Я тебя разбудила? – Иррсина с запозданием попыталась вычислить время. Получалось, что она подняла подругу посредине ночи. И сейчас она лежит в постели.

– Ну, если учесть, что это твой первый личный звонок с момента нашего знакомства, рядом с тобой стоит Араснел, а Сиулы нет, значит действительно случилось нечто чрезвычайное. – Выдала Инниса, заодно сгоняя с себя остатки сонливости. – Выкладывайте что случилось и почему звонок втайне от Сиулы.

– Ну, понимаешь, тут такое дело. Сиула вызывают в учебную часть…

– Вот значит, как. – Прищурилась гегатесса, внимательно выслушав сбивчивый рассказ девушки, ингда подправляемый дворецким. – Академия решила воспользоваться ситуацией и разорвать договор с инвестором. Араснел, контроль сферы.

– Принято, звукоизоляция установлена, защита канала связи включена.

Иррсина удивлено покосилась на него. Тот спокойно убирал под рукав браслет с затухающими значками непонятного назначения.

– Отлично. Теперь поговорим без лишних ушей. Иррсина, ты там проснулась или еще не спишь?

– Второе. – Со вздохом появилось изображение принцессы в походной одежде. – Привет.

– Опять кошмары?

– Они самые, чтоб им пусто было. Какие-то тени, тяжесть, в общем все как мнемики ожидали после гибели Барика. – По лицу девушки тенью пробежала судорога. – Давай хоть ты не будешь со мной это обсуждать. Что стряслось?

В этот раз Иррсина слушала свой собственный рассказ как бы со стороны. И невольно позавидовала тому, как гладко и по-армейски сжато звучало все в изложении Иннисы. У нее так никогда не получится.

– Очень интере-е-есно. – Протянула ее высочество, сузив глаза почти так же как до этого Инниса. – Не самая красивая игра проявляется с их стороны. Как ты думаешь, это инициатива академии или надо брать выше?

– Честно говоря, я немного упустила ситуацию из виду. – Повинилась Инниса даже не став оправдываться. – До этого ничего подобного с их стороны не происходило. Если не считать мелких намеков на возможность выступлений Сиулы во время учебного года. Но в такие моменты я советовала Амани не сильно возражать, конечно если Сиула не спорила.

Иррсина послушно кивнула, действительно такие предложения поступали и Амани всегда сначала спрашивала у сестры ее мнение. А для Сиула главным была сцена. И чем больше таких предложений, тем счастливее она себя чувствовала.

– Никаких обращений с их стороны не поступало? – продолжала тем временем допрос принцесса.

– Нет, в том то и дело. Ни ко мне, хоть в этой учебной части есть мой уонтакт, ни к Амани. Иначе бы она поставила меня в известность. Впечатление такое, что они специально дотянули до последнего момента.

– Действительно похоже на то. Амани, извини за вечерний звонок. Но тут такое вот дело.

Иррсина только глазами хлопнула и в очередной раз поспешно ответила на приветствие крылатой девушки. Судя по обстановке за ее спиной, звонок застал ее в личных комнатах.

– Я слышала доклад Иннисы. – Кивнула новая собеседница. – Иррсина. почему Сиула не связалась со мной?

– Она говорит, что несколько раз пыталась, ну, не по этому поводу, но безуспешно. – Иррсина только развела руками.

– У нас тут были неполадки со связью. – Кивнула Амани. – Но они давно уже исправлены. Я так понимаю, Сиула решила нас не беспокоить своими проблемами.

– Ну, я бы тоже не стала, если бы не срочность. – Призналась Иррсина.

Сама себе она честно призналась, как сильно пожалела о своем поспешном решении. Спонтанный звонок выдернул на связь не только Амани, которая по словам Кэрэла в Элфании занимала высокое положение в совете своего мира, но и ее высочество Арден. Получалось, что она своим звонком организовала совещание члена совета контакторов, правящую принцессу империи. Про куратора, тоже не простую девчонку, и говорить было нечего. Узнает ее братец с отцом, кто нарушил сон Иннисы, точно где-нибудь прикопают. Было от чего растеряться.

– Вот еще! Я благодарна вам за тактичность, но всегда рада звонку. – Улыбнулась Амани. – Или тут еще дело в Сиуле? Как она сейчас?

– Хандрит, но уже лучше. Хотя после отказа академии отпустить на церемонию прощания сильно расстроилась. Она все это время как одержимая готовилась к летней поездке, а тут этот звонок. Ушла на лекции совсем потерянная.

– Молодец что сразу позвонила. – Амани сердито нахмурилась. Ее крылья практически исчезли, плотно прижавшись к спине.

Иррсина вспомнила, что так плотно элфиянка прижимала свои крылья во время тренировочной схватки с Нэстэ. А еще у элфов это было признаком крайнего раздражения.

– Могли бы и подождать, или хотя бы напомнить о плате. Ничего, я сейчас сама с ними переговорю. – Явно завелась управляющая латтории. – У меня есть что обсудить не только с экономистами, но и с ректором.

– А вот с ним тебе не стоит связываться. – Вмешалась Рианна. – Сиула у нас не простой слушатель академии, а из рода Нэстэ. Если уж ректор академии или кто-то из его ведомства решили поиграть в эти игры, пусть так оно и будет. Говоришь Сиула совсем сникла? Ну так я найду возможность как подпортить настроение кое кому. Увидишься с нею, скажи, что мы все ждем ее приезда в элфанию. Инниса, а ты как вообще там?

– Нормально, только вот… – Инниса неопределенно помахала ладошкой перед лицом.

– Ясно, значит пока на тебя рассчитывать не приходится. – Подытожила принцесса.

– Да я хоть сейчас. Только меня вообще не выпускают из Горного замка. Ну чего смеетесь, Амани, ну хоть ты бы забрала меня к себе.

– Не, мне хватило тебя в прошлый раз. – Рассмеялась элфиянка. – Вторую осаду твоих родичей я могу и не выдержать.

– Лучше уж сиди в Горном замке. – Посоветовала Рианна.

– А потом ты меня заберешь из моей семейки, обещаешь?

– Заберу, даже не надейся отсидеться там. Сама знаешь какой у нас тут завал теперь.

Улыбки исчезли с лиц присутствующих, как будто их не бывало.

– В общем, девочки, каждая действует по намеченному плану. А вечером свяжемся на контакте с Сиулой и поболтаем.

Инниса весело подмигнула подопечной. Связь с остальными прервалась так же резко, как и возникла. Спонтанное совещание оказалось настолько скоротечным, что Иррсина поняла только то, что надо найти и успокоить Сиулу. Что именно собирались делать остальные было пока неясно.

Ларес Кхарасн терялся в догадках о причинах срочного вызова к его величеству. Уровень срочности не оставлял выбора настолько, что пришлось попросить посетителей покинуть кабинет. Перепуганный секретарь получил распоряжение о переносе или отмене всех запланированных встреч и плотно закрыл дверь.

Ректор торопливо осмотрел себя в зеркале и послал сигнал готовности.

Вызов перенаправил его прямо в кабинет короля. Присутствие здесь стразу двух министров и руководителя службы безопасности было неприятным сюрпризом. Но уж чего он совсем не ожидал, так это узнаваемую фигуру принцессы Арден, устроившуюся со всеми удобствами видимо где-то у себя в кабинете.

– … ваше высочество, заверяю ВАС, что это только неприятное недоразумение, которое немедленно будет разрешено.

Ректор Кхарасн никогда не слышал столь любезного тона от своего короля. Этикет позволял ему оставаться в своем кресле, остальные же присутствующие замерли рядом немыми статуями.

– Я очень надеюсь, что это "недоразумение" будет исправлено уже сегодня. Моя геката никогда не отказывалась исполнять условия заключенных договоров. Об этом было объявлено сразу после церемонии. Если потребуется, я готова выступить гарантом по договору академии с латорией Нэстэ. Я надеюсь, что у вас нет сомнений в платежеспособности моей гекаты?

– В этом нет необходимости, ваше высочество. Этот вопрос будет немедленно улажен.

– Хорошо, жаль, что нам пришлось встретиться по столь странному поводу. Я планирую личное присутствие на совете контакторов через триаду. И буду рада встретиться с Вами по вопросу колонистов.

Лицо, а точнее оскаленная морда, его величества повернулась к ректору сразу, как связь был разорвана. Теперь в его облике и не пахло любезностью. Причем остальные присутствующие явно разделяли настроение хозяина кабинета.

– Ну, и что ты мне на все это скажешь?

– Я не совсем понимаю…

– Не понимаешь? Этой ориенхористке, Сиуле, сегодня сообщили о задержке с оплатой договора и планах академии на ее счет в летний сезон. Что как я понимаю означает разрыв договора. Почему я об этом должен узнавать от члена совета контакторов Объединенных миров и оправдываться за твоих клерков?

Кхарасн еще сильнее прижал уши к голове и постарался сжаться, принимая позу подчинения. Все оказалось намного хуже, чем он предполагал. О демарше декана учебного отдела он знал. Как и о его скрытой неприязни к талантливой слушательнице. Причина была проста до безобразия. Декан привык распоряжаться временем и концертами студентов, особенно из числа простолюдинов. Привык и к почтительному отношению с их стороны. Тут играли свою роль и небольшие подарки за возможность уклониться от выступления на благотворительном мероприятии со стороны исполнителей и куда более внушительные суммы со стороны концертных залов за возможность получить сильных музыкантов. Ничего такого, чтобы беспокоиться ректору.

Ректора даже забавляла сложившаяся с Сиулой ситуация. Девочка сразу оказалась вне досягаемости декана, и демонстративно пренебрегала учебным отделом. Хотя, так думал декан. Сама девочка скорее всего и не подозревала, что она кем-то "пренебрегает". Благо всю рутину по обращению с документами с самого начала взял на себя дворецкий, оставленный герцогиней Арнейской.

О действиях своего декана он знал, но счел возможным для себя не вмешиваться, полагая что девочка обратится к нему. И он уладит этот вопрос на своем уровне.

Кхарасн судорожно сглотнул, пытаясь под взглядом разъяренного короля правильно сформулировать ответ так, чтобы и вину признать, и гнев высочайший отвести от себя.

– Вот как? – Откинулся сюзерен на спинку кресла. – Значит ты решил, что девчонка к тебе прибежит? А о том, что она в первую очередь попытается выяснить вопрос у своего куратора ты не подумал?

– Студенты могут решить вопросы с отсрочкой платежа, не вмешивая своих покровителей. – Развел тот руками. – Обычно так и происходит.

– Твой декан не оставил им особого выбора. – ЗАметил безопасник Арнейс. – Три дня сволочь оставил. Вот девочки и пустились по самому короткому пути. И не Сиула связывалась с Арнейской. Ее сестра оказывается тоже имеет свой канал связи с герцогиней.

– А ты этого не знал? – С иронией посмотрел на своего безопасника король.

– Подозревал, девочка ни разу им не пользовалась. А вот то, что у их дворецкого есть оборудование для защиты связи оказалось для нас сюрпризом. С кем там они связывались и о чем говорили под звуковым щитом столько времени неизвестно.

– Это как раз очевидно. – Сморщился король. – Гекатесса вызвала свою старшую и управляющую латторией. Могу предположить, что все счета по договору уже погашены.

– Я могу уточнить, ваше величество.

– Зачем? Это и так очевидно. Ты бы лучше заставил своего декана принести личные извинения девочкам. И сделать он это должен так, чтобы сомнений в его искренности у них не возникло. И еще, позаботься чтобы любые движения в отношении этой девочки и ее санэтри предпринимались только с моего личного одобрения. ЛЮБЫЕ. – Король продолжал тяжело смотреть на него, но говорил уже немного спокойнее. – Ты даже не понимаешь, насколько нам нужно сейчас дружеское расположение ее высочества. В Новом скоплении обнаружен мир, пригодный для нашего вида. И как ты понимаешь, мы не шнатлии. Желающих на него кроме ларнейши предостаточно.

– Я думал триада не принимает участия в распределении миров. – Удивился ректор.

– А кто сказал, что к их мнению не прислушиваются? – Скривился Арнейс. – В конце концов, именно им приходится обеспечивать выживание колонистов в первые годы. А тут еще элфы. Они как раз входят в число тех, кто принимает решение как мир, обеспечивающий снабжение первой станции транспортного тоннеля и лагерей колонистов в Бездне.

– Аманиаторни? – Кхарасн ощутил как вдоль хребта шестка встала дыбом.

– Нет, не она. – Успокоил его безопасник. – Там от элфов трое. Комиссия созданная Советом контакторов, включает все ключевые государства принимающие участие в этой экспансии. Кроме четырех империй туда входит еще и несколько мелких государств, а также элфы, как мир обязавшийся обеспечивать стартовую станцию. У них сейчас лучшие специалисты по силовым тоннелям и их содержанию в Бездне. От каждого мира несколько представителей Система такова, что голосуют все члены комиссии, но в подсчете учитывается только один голос от каждого мира, выбираемого по законам случайных чисел. Договариваться приходится со всеми. И к сожалению, довольно честно.

– Но причем тут эта история? Я помню ваше указание на счет Сиулы, ваше величество и не допустил бы разрыва контракта.

– А теперь представь, что эта история раздувается прессой. – Продолжил Арнейс. – Для элфов Живущая в Бездне как была Дарующей миры, так и осталась. И даже хуже, все что она делала становится для элфов едва ли не обязательным к исполнению. Самой триады конечно больше нет. Только союзная геката уцелела и вполне успешно укрепляет свои позиции. Какие по твоему рекомендации получат представители империи по голосованию от ее членов? И даже если никто не будет спрашивать у них, как проголосуют чиновники империй?

Кхарасн честно попытался представить. Вышло не очень. Особенно если учесть, что среди оставшихся королевств сторонников у Живущей в Бездне было не мало. Да и просто поступить в угоду сразу четырем империям было выгодно.

– Если не ты, то твой декан подставил нас со своей неприязнью к девочке. – Констатировал его величество. – Сильно подставил. Нам с большим трудом удалось наладить отношения с элфами доверительные отношения. Кстати, не без участия твоей студентки.

Занятия Сиулы в первой половине дня проходили в лекционных дальнего корпуса академии. И как бы Иррсине не хотелось, увидеться они смогли только в столовой.

– Рассказывая, что значит все хорошо? – Сестра была в се также вялой, но смотрела на нее в ожидании. – Ты связалась с Иннисой?

– Ну, понимаешь, я подумала, что хуже не будет.

– Как ты могла, знаешь же, что ее из-под присмотра не выпускают.

– А было бы лучше, если через несколько дней ей на голову бы вывалили проблемы с контрактом. С Амани у меня срочного канала не было.

– Ладно, что она сказа…

– Приятного аппетита Сиула и Иррсина.

Прерванная на полуслове девушка едва не поперхнулась, обнаружив рядом с их столиком фигуру аж целого декана по учебной части. Да к тому же, закрывающую собой физиономию утреннего посетителя. Физиномия секретаря имела весьма кислый, к тому же еще и напуганный.

– Спасибо декан Кэшшнараэ. – Взяла на себя функции вежливой девочки Сиула. – извините, что я не пришла сразу, но о срочности вроде разговора не шло.

– Это я прошу вас простить моего секретаря. Он неправильно понял мое распоряжение и счел возможным для себя проявить личную инициативу. В результате, как водится, все напутал. Я действительно приглашал вас для обсуждения летнего сезона. Как от старшекурсницы от вас ожидается концертный план на летний сезон. С этого года он будет оцениваться в качестве самостоятельной дисциплины при подведении итогов за отчетный период. Я всего лишь хотел уточнить, сможете ли вы его составить сами при необходимости предложить помощь академии.

Сиула озадаченно нахмурилась. Увидев сощуренные глазки сестры, она осторожно качнула головой. Ее санэтри, несмотря на уже завершающееся обучение и весьма богатую практику переговоров под руководством Амани, так и не научилась сохранять хотя бы видимость спокойствия, когда ситуация начинала походить на плохой анекдот.

План действительно требовалось сдать перед отъездом. Он у нее собственно был даже готов, но нуждался в просмотре и подписи инвестором. Вот только о том, что академия устраивает такие акции помощи студентам она что-то не слышала. Но зачем окончательно портить отношения с деканом.

– План у меня уже почти готов, только его должен просмотреть и откорректировать мой инвестор. После этого я его предоставлю на рассмотрение в учебную часть.

– Отлично, в таком случае вам совсем необязательно беспокоиться на счет этого вызова. Вы ведь планируете снова выступать в Элфании?

– Вы же знаете. У моего инвестора постоянный контракт с концертным залом. – Невинно пожала плечиками Сиула. Она даже сумела изобразить легкую улыбку, как будто извинялась.

Иррсина все-таки отвернулась, торопливо изображая кашель. А декану хоть бы что, даже в лице не переменился.

– Я с большим нетерпением буду ждать ваших новых концертов. Возможно вы в качестве извинений за моего секретаря вы примите от меня недельный допуск в архивы академии?

Сиула все так же вежливо и осторожно склонила голову. Она очень старалась, чтобы это не показалось старому интригану обидным одолжением, ссориться все же не хотелось. Но и показывать свою заинтересованность тоже не хотелось.

В браслете прошел сигнал о приеме пропуска. Все, кто оказался свидетелем необычного разговора, посверлив их взглядом отвернулись. А Иррсина все не могла успокоиться.

– Пропуск в архивы, это точно в те самые?

– Да, закрытые отделы. Как раз те, куда даже маэстро Луарви не смог меня провести.

Иррсина только головой мотала. Она прекрасно знала сколько сил в прошлом году было потрачено личным наставником, чтобы достать для своей любимой ученицы разовый допуск туда, где далеко не каждый преподаватель то бывал.

Про закрытые архивы ходило много легенд. Там и призраки старых музыкантов, и сгинувшие древние музыкальные техники. Да много чего. Луарви же хотел, чтобы Сиула ознакомилась с работами тех, кто числился создателями ориенхорна и первых техник игры на этом инструменте.

– Это как же надо напугать декана по учебной части, чтобы он сам и за просто так предоставил тебе целый недельный допуск. Он же выдается только с утверждения ректора.

Глава 28

Поездка в Элфанию для Сиулы всегда служила своеобразной наградой за годовую учебу. В момент, когда рейсовый глайдер начинал свое движение Сиула всегда испытывала эйфорию и легкое беспокойство. Как перед сдачей экзамена по хорошо выученному предмету. Вроде все знаешь, а все равно стараешься еще раз вспомнить сложные темы из страха увидеть упрек в глазах уважаемого тобою лично преподавателя.

Так было всегда, только не в этот раз. Эта поездка прошла с чувством горечи. Впереди была встреча с друзьями. Только надежды на встречу с Нэстэ больше не было. Да и часть из тех гекатесс, кого они знали и успели привязаться по прошлым приездам, тоже ушли за грань.

Девушки почти все время в дороге не разговаривали, погруженные каждая в свои мысли. Только приветствия на пересадках, общие фразы для случайных попутчиков и мелькающие картины за окном. Хорошо, что Амани предусмотрела пересечение Раскола во время технического обслуживания. Это позволило проскочить Пещерный Раскол без привычной суеты радосных переселенцев.

Хваленная выдержка Сиулы дала сбой на посадочной площадке, когда Амани сделав шаг на встречу крепко обняла сразу обеих сестер.

– Рада вас видеть. – Голос Амани над ухом прозвучал настолько тихо, что едва перекрывал шелест ее крыльев. – Сейчас в гнезде очень грустно. Нэстэ вряд ли бы одобрила такое настроение.

Отстранившись, Сиула провела ладонями по глазам и неловка шмыгнула носом. Всего несколько минут. Но на площадке кроме них троих больше уже никого не было.

В гнезде царила какая-то неестественная тишина и безлюдье. Даже в своих, давно уже почти родных, комнатах их встречала только незнакомая служанка из бескрылых. Она вежливо представилась, через силу улыбнулась и сразу поспешила откланяться, пообещав напомнить о завтраке.

– За концерт я денег не возьму. – Упрямо нагнула голову Сиула.

Сестры стояли, почти касаясь друг друга плечами и разве что не обнажали клыки. Это выглядело несколько странно, учитывая, что в качестве противников напротив стояли Эрисса с Амани, настроенные весьма миролюбиво.

– Ты пойми, Сиула, мы не отговариваем тебя от концерта. – Эриса только горестно вздохнула. – И мое руководство готово предоставить тебе самый большой зал из подготовленных для ориенхорна. Но почему сейчас? Зал, о котором идет речь, входит в тридцатку крупнейших в Объединенных мирах.

– Думаешь мало придет слушателей?

– На твой концерт! – Искренне удивилась крылатая подруга. – С тобой всегда так: сколько не запланируй мест, все равно будет мало. Только ты действительно еще не выступала в таких больших залах.

– Я справлюсь.

– Никто и не сомневается, что в твоих способностях. Только зал совершенно новый, в прошлом году открыли. Даже звукоотражающие панели там ни разу толком не использовались. Для обычных концертов они не особенно то и нужны и могут потребовать дополнительной настройки, которую без твоей помощи провести не получится. Оборудование-то для таких масштабов мы ожидаем только в конце года. В общем, мы предлагаем отложить концерт в честь памяти Нэстэ хотя бы на месяц. За это время ты и зал поможешь настроить и проведешь несколько репетиций. И мы вместе программу проработаем.

Прерывая собравшуюся спорить Сиулу, Эрисса вскинула руки в защитном жесте.

– Не будь такой эгоисткой, подруга. В Элфании много найдется тех, кто хотел бы принять в нем участие. А тебе с таким залом требуются более длительные перерывы для отдыха. Ну, действительно, тяжело ведь будет.

– Но я предлагаю только один концерт сделать в вашем "мегазале". – Во взгляде девушки промелькнула тень неуверенности.

Идею с концертом в память Нэстэ Сиула озвучила еще задолго до отъезда. Ну как "задолго?" почти сразу, как учебный отдел вернулся к вопросу с концертным планом на лето.

К тому времени она несколько раз успела пересмотреть церемонию прощания сестер гекаты и не стала скрывать, что этот концерт был своеобразным ответом на то, что руководство академии не позволило ей выехать на церемонию прощания. Тот запрет стал еще более болезненным, когда возмущенная такой несправедливостью Амани проговорилась, что никаких официальных приглашений не было даже у нее. Гекатессы отказывались принимать кого-либо в дни траура. Исключений было совсем немного.

Друзья погибших Нэстэ и ее гекатесс съезжались в столицу Арден из разных миров безо всякого приглашения и не претендовали на места в официальных церемониях. В императорские залы они не стремились и в дни траура собирались в парках и на улицах Столичного города не особенно докучая местной страже. Там были и спонтанные концерты и общение объединенных общих горем разумных.

Разобравшись в обстоятельствах инцидента, возмущенная Иннисса обратилась к старшей гекаты. Ну а ее высочество не стала долго раздумывать и предоставила в посольство ларнейши для передачи в королевство персональное и, что самое обидное для послов, бессрочное приглашение на имя Сиулы и ее сестры в резиденцию гекаты, причем подтвержденное императором. Сиула была удивлена присланным документом, но так ничего не узнала о маленьком международном скандале, прошедшем незаметно для прессы, и наглядно показавший ее королю отношение правящей династии Арден к произошедшему инциденту.

Ей было просто обидно и очень хотелось хоть как-то выразить то, что чувствовала. Вот и пришла мысль о достроенном концертном зале в элфании, размеры которого могли соперничать с иными спортивными стадионами.

Идея понравилась и Амани и Эриссе. Но как выяснилось, не только им. О чем Сиула узнала уже здесь. Первоначальная идея состояла в одном концерте с двумя перерывами. На большее она не замахивалась. Даже с поддержкой маэстро Луарви, сумевшего специально для этого концерта репертуар из простых мелодий и с учетом присланных характеристик зала, это было на пределе ее возможностей.

Сиула отдавала себе отчет в том, что может перегореть, сорвать весь отчетный сезон, но не желала отступать.

Теперь выясняется, что идею с концертом памяти Дарующей миры поддержали многие сначала в самой Элфании, а потом и за ее пределами. Вот только многие из желающих присоединиться музыкантов просили время на подготовку концертных номеров. Хотя бы месяц.

– Ну, провести тренинг не помешает. – Нехотя сдавалась Сиула. – Но вообще-то я рассчитывала на три акта. А на перерывы позвать Кэрэла. Он сейчас в консульстве у вас.

– Парень неплохо выступил тогда с тобой. И кстати продолжает иногда выступать на приемах консульства. – Одобрительно кивнула Амани. – Хоть и остается пока младшим советником, но имеет весьма неплохие перспективы на ниве посольских отношений.

– Сомнительно, чтобы он смог закрыть получасовые перерывы для такой аудитории. – Вздохнула Эрисса. – Его нынешний репертуар все же рассчитан больше на светские приемы, чем концертные залы.

– Я бы с ним переговорила. – Вздохнула Сиула. – У меня есть несколько наработок от личного наставника рассчитанных на наш дуэт. Конечно если он захочет.

– Куда бы он делся. – Хмыкнула Амани. – Сиула, ты все же плохо представляешь себе характер работы консульств и посольств разных стран. Консул Литриани съест его вместе с ботинками, если только твой паренек заикнется об отказе участвовать в ТАКОМ мероприятии.

– Поэтому я и хотела бы с ним переговорить лично сначала. А уж потом он пусть сам решает.

– Правильное решение. Но Кэрэл не сможет закрыть все паузы. Зато у нас есть готовые музыкальные группы.

– На сколько много?

– Сейчас мы говорим о концертном марафоне продолжительностью в восемь часов. – Воодушевилась Эрисса. – Центром его остаешься разумеется ты. Только это будет не один концерт с получасовыми перерывами, а три выхода в разное время: в начале, в середине и вечером.

– Соглашайся, Сиула. – Тихо, как маленькую, уговаривала Амани. – Ты не вымотаешься так, как на обычном концерте. И при этом сможешь выдать все, что задумала.

– Ну, если мне позволят настроить панели под себя. – Протянула Сиула, уже понимая, что согласится.

– Позволят, еще как позволят. – Радостно заулыбалась Эрисса. – Ты еще ни видела, что мы тут придумали. Но программа еще не закончена, так что ты сможешь внести свои комментарии.

– Я всего лишь студентка Королевской академии.

– Студентка старших курсов. – Со значением протянула Эрисса.

– Планирование концертов такого масштаба проходят только выпускники. Да и то, в части программы. Организация и прочее не мое.

– Зато это впрямую касается твоей санэтри.

Иррсина заметно вздрогнула и с ужасом уставилась на Амани.

– Я-а-а?

– А что не так? Ты почти уже выпускник академии. Не все же тебе бегать за моими экономистами. Вот и приступай к своим обязанностям. Присоединяйся к Эриссе. Заодно соберешь материал для диплома. Ты кажется жаловалась на его нехватку.

Сестры неуверенно переглянулись. Вздохнули и согласно кивнули.

– Вот вечно с вами так. – Все-таки пожаловалась Иррсина. – Никогда не знаешь, во что вы нас втравите в очередной приезд. Это же зал на тысячи разумных. Ведь наверняка будут разные расы.

– Будут. – Счастливо рассмеялась Эрисса. – А остальная концертная программа по обычному расписанию. И я даже не буду уговаривать на увеличение мест в зале.

– Что, опять давят? – Посочувствовала Иррсина, уже не понаслышке знакомая с некоторыми нюансами работы Эриссы.

Девушки уже сталкивались с попытками переманить их от подруги. Причем были такие попытки и через Амани и напрямую к ним. Результат был всегда один. Управляющую латторией Нэстэ и владетеля Амани не сильно волновала коммерческая составляющая от инвестиционного договора с Сиулой. Для нее это стало чем-то вроде хобби. Сиула и слышать не желала о замене Эриссы. Иррсина же только возмущалась некоторым приемам соблазнения и злилась, что не может позволить себе ответить так, как хотелось бы. Санэтри должен уметь вести переговоры в любых условиях и с разными разумными.

Элфы, словно компенсируя довольно жесткие ограничения для сотрудников постоянных посольств, предоставляли участки под строительство максимально близко к центру города и как правило, на тихих улочках, утопающих в местной зелени.

Консульство королевства не было исключением. Его небольшой особняк располагался в глубине огороженного участка и практически оставался невидимым за деревьями разбитого перед ним парка.

Здание консульства, начав строиться как одноэтажный домик, за несколько лет успело несколько раз поменять планировку и подрасти до третьего этажа, постепенно отвоевывая пространство у разбитого вокруг прогулочного парка. А количество сотрудников давно перевалило за третий десяток ларнейши.

Консул Эран Дэрсалия стоя у окна с легким неудовольствием осматривал разбитые внизу прогулочные дорожки. Планируемое очередное расширение здания угрожало захватить облюбованные им для прогулок места в парке. Правда проектировщики клятвенно заверили, что все дальнейшие изменения можно будет вести только вверх, наращивая этажи.

Конечно приятно, что в ближайшее время его вотчина получит право называться посольством. Связанные с этим изменения приятным образом скажутся на его кармане, тем более что обязанности его останутся по сути теми же.

Посол продолжал созерцать местность за окном и в полуха слушал доклад молодого ларнейши. Большого удовольствия слушать этого младшего советника у Эрана не было Парень получил неплохое образование и кое чему даже поднатаскался во время учебы. Только выпускник королевской академии искусств и отпрыск потомственных послов, внук кажется, даже родной, имел немало сложностей в общении с более старшими и опытными сослуживцами. И что забавно, кадровая служба отмечает более чем терпимое отношение аристократа к безродным ларнейши, даже к небольшому штату прислуги консульства. Хотя на скрипке парень играет очень даже неплохо.

Эран задумчиво не оборачиваясь покивал головой, давая разрешение продолжить доклад на личную тему и досадливо вздохнул.

Этот Кэрэл сейчас должен был бы находиться в статусе младшего секретаря, ну в крайнем случае простого секретаря отдела. Посольское дело не та область, в которую можно влететь верхом на заслугах предков. Да вот только молодой ларнейши имеет личные знакомства среди членов совета старейшин элфов. К тому же он лично знаком с Дарующей миры. А там, как оказалось, недалеко и до выхода на союзную триаду. Весьма полезные связи и не по статусу для простого секретаря. Пришлось скрепя сердце назначить его младшим советником.

Теперь вот приходится мучиться и лично подтягивать парня до уровня занимаемой им должности.

– … я пообещал, что дам ответ сегодня вечером и хотел бы…

– Почему? – Резко развернулся Эран к докладчику и не сдержавшись с силой втянул сквозь зубы воздух.

Парень нервно передернул кончиками ушей, но в остальном оставался спокоен.

– Вы не раз обращали мое внимание на то, что любые подобные решения дольны быть согласованы с консулом. И мое согласие могло быть воспринято вами…

– Интересно, Кэрэл, какой еще ответ кроме согласия ты себе представляешь? – Вкрадчиво поинтересовался Эран. – На сколько я понимаю, речь идет о концерте в память Дарующей миры, на который пытаются прорваться едва ли не все музыкальные звезды Объединенных миров?

– Да, он состоится через месяц. – Осторожно кивнул парень. – У меня уже есть опыт игры в паре с Сиулой, поэтому она приглашает для исполнения двух новых произведений и для заполнения пауз на концерте.

– Кэрэл, ты ведь не хуже меня знаешь, как элфы молятся на Дарующую миры. Сиула, это ведь твоя знакомая девочка-ориенхорнистка, что выступает здесь каждый год?

– Да, она все еще учится в королевской академии. Посол Дарслиа, если бы вопрос касался исключительно моего личного времени, я бы не сомневался в ответе. Вы знаете, что мне нравится выступать на публике. Но у Сиулы очень большая концертная программа, рассчитанная на три выхода. Каждый можно считать полуконцертом часа на полтора. Чтобы соответствовать уровню концерта мне потребуется время на подготовку.

– Малыш, – Эран даже не запнулся, уловив как поморщился мальчишка. – Насколько мне известно, идея концерта вынашивается уже довольно долго и пользуется абсолютной поддержкой совета старейшин. Есть подозрения, что она там и зародилась.

Уловив промелькнувшее в глазах мальчишки веселье, Эран сделал короткую паузу. Но поганец всем видом продолжал выражать почтение и внимание к старшему. По его словам, Сиула привезла сюда целую концертную программу. А значит знала о предстоящем мероприятии и готовилась к нему задолго до отъезда. Ясно, что мальчишка успел кое-что вызнать своей подружки и об истоках возникшего события, но ведь не расскажет.

– Ты не глупый мальчик и прекрасно понимаешь, что такой случай упускать никак нельзя. Ты будешь заниматься подготовкой к концерту столько, сколько потребуется. И на это время все свои текущие дела сдашь моему Корсину.

Кэрэл поклонился в строгом соответствии с этикетом, который ему пытались привить. Заодно скрыл и некоторое злорадство. Отношения с личным секретарем посла у него не сложились с самого начала. Будучи старше самого Кэрэла на каких-то шесть лет, он решил, что новенький занял место младшего советника не по праву и только благодаря своим родственным связям.

Кэрэл не спешил разочаровывать беднягу. Тем более, что отчасти он был прав, если убрать "родственные". Маленькая вражда делу не мешала. Хотя по мелочам этот Корсин мог достать и статую наверно. Будет приятно посмотреть на его перекошенное лицо в момент передачи дел.

Эран был в курсе сложностей Кэрэла со своим секретарем, но предпочитал не вмешиваться. Корсин, несмотря на молодость, уже достиг потолка своей карьеры. Дальше личного секретаря в посольстве ему не прыгнуть. Не то происхождение, да и к учебе относится с прохладцей. Пройдет время, а он так и останется в личных секретарях, возможно даже вот у этого Кэрэла.

А пока Эран смотрел в спину уходящего и в чем-то был согласен со своим помощником. Ну кто же виноват, что этому аристократу удалось завести столь близкое знакомство с этой девчонкой. И ведь не побрезговал, ни какая аристократическая спесь не помешала парню предложить дружбу, принесшую столько выгоды в семью. А дед с отцом его тоже хороши, смогли разглядеть потециал такой дружбы и заткнули рты всем, кто пытался шипеть при дворе по поводу "недостойного" поведения мальчишки. Вот только отдуваться и терпеть последствия приходится ему.

Эран снова развернулся к окну и прикрыл глаза. Ему надо было просчитать последствия участия младшего советника в публичном благотворительном концерте. Понятно, что Кэрэла придется в большей степени привлекать к переговорам с участием элфов. Пока закулисным, а там будет видно.

На счет девчонки он давно имел четкие указания и старался не приближаться к ней. Даже гибель Живущей в Бездне не изменила ее положения рядом с управляющей латторией и сильно поредевшей союзной гекаты. Как минимум, она по-прежнему останавливается в гнезде Нэстэ и всюду в Элфании появляется с управляющей Аманиатрони. Таким каналом выхода на правительство Элфании, надо было пользоваться с большой осторожностью и желательно через посредника. Вот пусть Кэрэл таким посредником и остается.

Мелодия послушно растекалась ковром по всему громадному залу. Как правило в музыкальных узорах каждый обладающий нужными способностями видит что-то свое. Иногда различия в восприятии незначительные, чаще, если спросить, можно услышать прямо противоположные виды.

Талант ориенхорниста заключается в том, чтобы заставить всех увидеть именно то, что он хочет донести до слушателей. И чем больше зал, тем сложнее музыканту.

Сейчас зал бы целиком ее. Это чувствовалось и в тишине, когда осуждается любой посторонний шорох, в том, как осторожно двигаются слушатели в верху. Зал помогал ей и был соучастником ее игры. Она уже понимала, что первая часть удалась.

Под партию тихой, на пределе слышимости, скрипки она старательно выплетала ковер колышущейся травы, покрывающей невысокие холмы.

Месяц не был потерян зря. По совету личного наставника, она смогла очень много пообщаться с Ликой, почти выгнанной на лечение из Новых миров. Гекатессы вообще оказались хорошими рассказчицами. Видимо сказывалась долгая тренировка по оформлению приключений из жизни Нэстэ. По словам Лики, им всегда приходилось делать сразу два экземпляра: один в качестве официального отчета, а второй в литературной обработке, для публикации в инфосети. Последние Сиула кстати и зачитывалась в детстве, не подозревая о научной ценности их двойников.

Луарви как всегда оказался прав, утверждая, что простенькая мелодия должна стать только основой. Люди не обладают способностью видеть звуковой узор, но свои чувства и ощущения могут описать очень точно. Ее задачей оставалось переложить рассказы подруг на язык музыки и наполнить заготовленную основу. А еще, она подключила сюда скрипку.

Она сейчас и звучала, провожая распадающийся узор, не просто обрывая выступление, а обещая скорое продолжение.

Сиула успела уйти со сцены. Но скрипка продолжала звучать, удерживая немного оживившийся зал на месте.

– Второй выход, а они все сидят как пришпиленные. – Приплясывала рядом Иррсина, имея в виду зал. – Я такого не помню.

– Похоже на твоих концертах надо давать перерыв слушателям, а не тебе. – Вторила ей Эриса, осторожно выглядывая в зал. – Я не могу нормально работать, когда ты на сцене. А что будет дальше? Сиула, ты можешь хотя бы намекнуть?

Девушка смешно сморщила носик и изобразила улыбку. Именно изобразила, подражая людям и элфам, только постаралась не скрыть зубы. Амани правильно поняла ее и сокрушенно вздохнула. Еще в самом начале Сиула выторговала себе это условие: она репетирует в одиночку и до самого выступления никому не показывает произведение целиком. И целый месяц мстила подругам.

Ну в самом деле, она ведь попросила только об одном сольном концерте, посвященном Нэстэ. А эти… устроили целое шоу. И ладно бы только в масштабах мира элфов, так нет же, собрали музыкантов со всех Объединенных миров. И ведь никакая самоизоляционная политика этому не помешала. Партия скрипки, в исполнении Кэрэла, появилась в этом номере в последний момент. Исполнить задуманное за один выход никак не получалось. Силенок у нее еще маловато держать зал столько времени. Она даже советовалась по голосвязи с маэстро Луарви по этому поводу. Он и подсказал вариант скрипки вступающей в виде еле слышимого фона ближе и продолжающейся во время перерыва в качестве основной ноты. Он же и подсказал мелодию, хорошо знакомую Кэрэлу.

"Ты собралась ЭТО играть в большом зале?" – это был первый вопрос после полного совместного прогона под звуковым куполом.

"Ты обещал никому не рассказывать." – Возмутилась Сиула, с возмущением глядя на друга.

"Я и не рассказываю. Я только уточняю масштабы предстоящей проблемы." – Усмехнулся парень, в этот момент совсем не похожего на дисциплинированного младшего советника консульства.

"Что, так все трагично?" – Эрисса, всегда крутившаяся рядом, тут же сделала и настороженно замерла.

Но Кэрэл только безмятежно улыбнулся, глядя на элфиянку.

"Нет, трагично, это когда мы с нею выступали в паре и мне пришлось спасться бегством от поклонников." – Вполне серьезно поделился он. – "А здесь нас ждет катастрофа."

"Ну, в зале будут не только элфы" – Поправила его Эрисса. – "Треть, если не больше, мест скуплена гостями прибывающими специально для этого концерта. А там есть и люди и змеелюды, и арьяти, да многие другие. А они не видят узоров."

"Знаешь старый анекдот о том, как математик воспринимает окружающий мир и его проблемы?"

"Как очередную задачу, которая требует поиска решения." – Эрисса еще более подозрительно осмотрела Сиулу.

"Во! Ничего рассказывать не буду. Только замечу, что тот математик и рядом не стоит с нашей Сиулой. Проблемы восприятия музыки разными рассами для нее всего лишь разминка."

Парень сделал трагичную паузу и закончил: "была".

Сколько после того разговора Эрисса ни пыталась выпросить послабление в том условии, сколько ни клялась, что впредь без согласования с нею "ни за что и никогда", Сиула только отрицательно мотала головой.

– Ну что ты такая нетерпеливая? – Вздохнула Иррсина, уже прикрывая отход сестры в комнату отдыха. – Месяц ждали, всего то полчаса осталось.

– Тебе хорошо говорить. – Вдогонку жалобно протянула Эрисса и послушно замерла перед входом. – Ты-знаешь продолжение. А у меня администратор уже интересовался нужно усиление охраны или нет.

– Как, разве ты его еще не вызвала? – Немного наигранно всплеснула руками Иррсина.

– Вызвала. Директор Игрисанли справляется о необходимости дополнительных сил. Его очень впечатлили первые два акта. Это ведь степи Бездны, да?

– А есть другие варианты?

– Нет, но предполагаемое продолжение начинает пугать не только меня. – Призналась Эрриса. – Сиула не раз доказывала, что способна поставить на крыло весь зал. Если тоже самое она способна сделать и другими расами, у нас будут проблемы с эвакуацией. Ты представляешь себе откат зала?

– Нет, если честно не представляю. Но Кэрэл послужит громоотводом.

Со сцены продолжала литься спокойная мелодия скрипки.

Задуманный переход удался даже лучше, чем на репетиции. Инималистика ей все еще тяжело давалась. Узоры животных, и уж тем более в динамике никак не получались. Сколько бы маэстро Луарви не бился со своей любимой ученицей, самое большее, что удалось добиться, это хорошо различимые их части, да и то кратковременно, на несколько секунд. Но то, что было провалом в учебе, Сиула умудрилась превратить в успех здесь.

Сплошное дрожащее марево, из которого то тут, то там появлялась то оскаленная пасть, то когтистая лапа оказалось до того похоже на настоящую волну, что в зале послышались взвизги и вскрики. И Сиула не раздумывая вплела звуки зала в свою мелодию, что только усилило ощущение шума кровавого боя и отступления под прикрытие щитов. А потом все из того же марева волны выдвинулось нечто.

Видящие узор, неожиданно для себя лишились своего преимущества и не смогли ничего рассмотреть в том сером клубке чего-то бесформенного. Сиула отказалась даже от попытки изобразить тварь даже частично и полностью сосредоточилась на тех чувствах, что испытали знакомые гекатессы при первом столкновении с гарымзой. И это ей удалось в полной мере. На столько, что под куполом зала не осталось ни одного элфа.

И даже из секторов невидящих узоры все более отчетливо доносились шипение и рычание, виртуозно вплетавшиеся музыкантом в шум схватки.

Бой Барика, отступление и прорыв тварей, отчаянную схватку и последний бросок Нэстэ в Раскол прошли под затихающий шум. Детали той битвы в Элфании знали не хуже той, что сейчас развернула эту панораму. Но Сиула добавила от себя нечто новое.

Глухой низкий звук словно тяжелой плитой придавил весь зал, как будто хотел вдавить зрителей в кресла и пол. Слушатели словно на самом деле ощутили чудовищную гравитацию, не позволяющую двинуть рукой. Рядом лежал раненный друг, его не было видно. Но было ясно, что он не собирается уходить и готовится к последнему бою с теми нечто, что прошли следом за ними в Раскол. Резкие хрустящие звуки, скрежет когтей. Какая-то темная масса, проплывающая перед глазами и неимоверное усилие, вложенное в последнее движение руки с клинком.

Лика рассказывала, что они так и не смогли понять, как именно погибли те твари. Одну так точно задавил Лео. Хоть и непонятно как ему удалось это с оторванной лапой. А один скелет не имел видимых повреждений. Ниахары так не убивают. Так почему бы не выдвинуть свою версию. Пусть неправдоподобную. В тех условиях самый легкий меч должен весить несколько десятков килограммов. Но ведь это Нэстэ, она могла найти решение.

Кэрэл молодец, он вступил строго в такте, когда все ощутили покачивание, как будто ты лежишь на спине врома, коня или… ниахары. А видящие узоры смогли еще и увидеть плывущий перед глазами камень чужого мира.

Скрипка перенесла их обратно и позволила поднять тональность. По залу прошла волна облегченных выдохов, как будто это к зрителям пришла весть о близкой помощи.

Скрипка тихонько завершала свою партию. А Сиула с Иррсиной под отчаянную ругань Эриссы неслись уже к выходу. Там их поджидал глайдер.

– Да что б тебя, подруга! Ну удружила, ну я тебе это припомню. Да как же после такого будут выступать другие? Слушай, мне больше не до шуток. Если у тебя и на вечер запланировано нечто подобное, лучше скажи сразу. Я пойду хоть к Амани напрошусь в латторию, со скалы сброшусь.

– У тебя крылья, не страшно. – Поддела подругу Сиула.

– Я в них завернусь. – Пообещала та, не сводя с нее взгляда.

– Нету у меня ничего такого на вечер. – Устало прикрыла глаза Сиула. – Я вся выложилась. Вечером запланирована игра по просьбам зрителей.

– Тогда хана. – Подытожила Эрисса. – До утра не выпустят.

– А куда нас сейчас?

– В посольство, Кэрэл договорился что примут тебя до вечернего выхода. – Вздохнула Эрриса и уже обернулась к пилоту. – Взлетайте, он уже не вырвется.

Амани встретила Эриссу уже в коридоре и заметно расслабилась, получив утвердительный кивок. Они обе прислушались к шуму из зала. Там казалось ходили ходуном сами стены.

– Тяжело придется мальчику. – Пробормотала Амани.

– Я туда не полезу. – Эрисса передернула плечами и вдруг весело расхохоталась. – Доигрались называется.

– Я уже сама начала думать, что оказалась в той битве. – Поделилась Амани.

– Я видела, многие в зале за ножики схватились.

– Я тоже решила, что эта гарымза меня прикончит. Тьфу, ну как она так делает?! В зале ведь невидящие поднялись.

В коридоре появился немного растерянный ларнейши и заполошно осмотрелся.

– Кэрэл, бегом к нам. – Махнула рукой Амани, тоже не сдержав улыбки. – В костюмерные они не пробьются.

– Сиула?

– Увезли на глайдере. До вечера ее не выпустят. Только вот тебя уже вывезти не удастся.

– Это ничего, я и тут смогу неплохо провести время, под звуковой защитой можно даже и поспать. – Улыбнулся парень и принялся любовно осматривать инструмент. – О том, что многие музыканты с ужасом думают побеге со сцены после провала концерта, знаю, сам его не раз испытывал. Но я никогда не думал, что буду удирать после такого успеха. Они же там сейчас все разнесут.

– Не разнесут. Мебель там крепкую поставили. Специально проверяли. Но ты был прав. Это катастрофа, причем в масштабах Объединенных миров. Ну, вы уж идите, сейчас здесь начнется анархия.

Где-то вдали коридора действительно уже нарастал шум.

– Тебе не позавидуешь. – Посочувствовала Амани. – Настоечками хоть запаслась, отпаивать-то болезных.

– На всех может не хватить. – Подержала шутку Эрисса. – Музыканты, существа легкоранимые, а тут такая подстава. Даже и не знаю, как публика после ТАКОГО примет обычную музыку.

– Ну, я вообще-то имела ввиду не музыкантов. Они ранимые конечно легко, согласна. Чего не скажешь об их импрессарио. Тем ведь еще надо пережить явление как Сиула. Тебя случаем не прикопают где в уголочке?

– Умеешь ты успокоить. – Рассмеялась Эрисса. – Брысь отсюда. Публика должна знать, что ее кумиры нуждаются в отдыхе, чтобы порадовать ее вечером.

Консул Эран Дэрсалия оставался в своей ложе и с любопытством наблюдал за водоворотом взбудораженной толпы внизу. Сообщение о благополучном прибытии ориенхорнистки в консульство он получил по закрытому каналу связи и был весьма доволен. Элфы сами обратились к нему за помощью в организации отдыха музыкантши. После такого концерта здесь никакой щит не позволит ей прийти в себя. Эмоциональная отдача зала дело нешуточное. А если уж где и смогут еще позаботиться об ориенхорнисте, так это в консульстве ларнейши.

Да, сильная девочка. И понятно, чего так взъелся на ректора академии его величество. Проворонить такой самородок! Увели прямо из-под носа. Живущая в Бездне всегда была опасным противником. Это на себе прочувствовали и ловцы рабов, и шнатлии. Когда-то советники короля объявили едва ли не своей личной заслугой принесенные королю извинения этой девочкой и ее старшей гекаты. Давненько они уже стараются не вспоминать о своей "победе".

Консул повторно выслал указание проследить за отдыхом девушек и обеспечить им полный покой до возвращения в концертный зал. Сам он намеревался навестить их исключительно в качестве провожающего. Только визит вежливости и ненавязчивое знакомство.

До этого мальчишки ему далеко. Да и не нужно. А вот накрутить Кэрэлу, чтобы впредь хотя бы предупреждал о возможных последствиях надо. Это же надо, он, Консул Эран Дэрсалия со всей своей выдрессированной выдержкой, даже не заметил, как выпустил все когти в попытке отразить атаку волны. Настолько поддаться рефлексам хищника. Позор!

Эран удобнее устроился в кресле и с удовольствием вытянул ноги. Время у него есть. Можно расслабиться и еще разок мысленно пережить весь концерт. Все же это была на редкость удачная идея, выкупить ложу.

Глава 29

Коридор от посадочной площадки до внутренней гостиной на уровне покоев владетеля латтории. Еще никогда в жизни он не казался таким бесконечно длинным. А уж сколько в нем народу, и все как один какие-то неуклюжие. Все время приходится от них уворачиваться.

Вся эта поездка была нескончаемой. Но это последний почти забег по коридору гнезда перекрыл все нескончаемые перелеты и Переходы.

С момента, когда в инфосети появилась картинка со знакомым силуэтом подруги и ее трехлапой ниахары минуло чуть более месяца. Ее совершенно не волновали сенсации, связанные с появлением Дарующей миры и ее приключения в Бездне. Это все было вторично. Главное, что Амани пообещала сообщить о времени приезда воскресшей подруги на лечение, как только сама узнает.

Все это время сестры жила ожиданием. И как только подруга дала знать, Иррсина со вздохами и извинениями принялась изменять плотный концертный график, чтобы обеспечить своей сестренке внеочередной отдых.

Сделать это было не просто. Концерт в честь памяти Нэстэ принес Сиуле популярность не только в Элфании. Настолько, что отчетные сезоны в последние годы в королевской академии пришлось планировать с учетом концертных поездок в разные миры. После получения заветного диплома в жизни двух сестер осталась только возможность с пользой провести в любимой Элфании месяц отдыха и представить там очередную новую программу. Чему всегда была рада Эрисса, и не очень местная стража правопорядка.

Иррсина с трудом поспевала следом за сестрой и время от времени торопливо бросала слова извинения тем, кому приходилось слишком поспешно уходить с дороги ничего не замечающей вокруг Сиулы.

Впрочем, она и сама нетерпеливо ожидала заветных дверей.

С пропавшими детьми принцессы они познакомились почти случайно, оказавшись в гостях у гекатесс при концерте в столице Арден. Но их исчезновение в Бездне и разворачивающаяся эпопея спасения затронула неприятные воспоминания о давней потере и вызвало опасения за знакомых гекатесс.

Так что новости об их возвращении Иррсина с Сиулой слушали вместе, в том числе и во время концертов. Как правило, смотрела новости Иррсина, а в перерывах делилась с Сиулой. Репортаж об успешном спасении и начале возвращения спасаемых домой начался в середине вечернего концерта. И хорошие новости сильно взбодрили Сиулу на очередных выступлениях. И очень удачно, что главная картинка в сумерках того мира пришла почти с последними аккордами ориенхорна. Случись это раньше, и Сиула вряд ли бы смогла закончить концерт.

Сестренка не поверила словам Иррсины. Впрочем, ее санэтри и сама с большим недоверием к самой себе сообщала новость. Они вместе сидели перед голоэкраном и весь вечер смотрели повтор записи даже когда в новостях уже официально было подтвержден факт воскрешения Нэстэ.

А потом были звонки, ожидание и изменение графика концертов. И вот этот марафон сразу через четыре мира.

Иррсина невольно сморгнула от хлынувшего через с силой распахнутые Сиулой двери гостиной и едва не ударилась в спину замершей сестры.

В гостиной было непривычно многолюдно. Нэстэ о своем появлении в Элфании весьма громко объявила на Совете старейшин более недели назад. Но суета, связанная с этой компанией, чувствовалась до сих пор.

Мимо выпорхнули в двери сразу две служанки, ради такого случая изменившие правилу не пользоваться крыльями внутри помещения.

На вошедших с любопытством начали оборачиваться знакомые лица гектесс. Но сейчас взгляды вошедших были прикованы к центру. Вальяжный Лео даже головы не поднял. Только приоткрыл один глаз, убедился, что нарушители спокойствия угрозы не представляют и, видимо в знак приветствия, мазнул кончиком пушистого хвоста по ногам сидящей в кресле, и уже начавшей оборачиваться.

Нэстэ выглядела заметно лучше того, что показывали в инфосети в первые дни после Раскола. Но следы той изможденности все еще можно было увидеть на лице Нэстэ. Момент узнавания промелькнул в глазах Дарующей веселой искрой, и веселая улыбка заиграла на ее губах.

Всегда выдержанная и полностью контролирующая свои эмоции Сиула не сдержала радостного вопля, когда подскочила к начавшей вставать подруге.

Отстранившись после первых объятий, она жадно всмотрелась в лицо несколько опешившей от таких бурных эмоций, замерла, а затем неожиданно для самой себя всхлипнула и прижалась лицом куда-то к ее плечу.

Так они и простояли наверно с минуту: всхлипывающая Сиула и растерявшаяся Нэстэ, неловко гладящая ее по голове.

– Ну что ты тут сырость развела? Все хорошо, я ведь вернулась. Даже почти здоровая… буду, если лекари совсем не залечат.

Под легкие смешки окружающих Сиула наконец отстранилась и смущенно утерла нос.

– Тебя что, еще не вылечили? – Насторожилась Сиула.

– Как же, вылечишь ее.

Рядом с Нэстэ располагалась еще несколько кресел, в сидящей в одном из них Иррсина признала старшую гекаты и принцессу Арден. Ее высочества ничуть не смутилась отсутствием должного приветствия от вошедших и с искренним интересом наблюдала за сценой встречи.

– По моему мнению, лекари как схватились за голову при виде показателей нашей сестрички по гекате еще в полевом лагере у Раскола, так до сих пор и ходят. Самые умные из них пишут целые талмуды и монографии на тему: "почему Нэстэ еще живая".

– Причем не столько из-за болячек, подхваченных в Бездне, сколько из-за ее отношения к назначенным процедурам. – Поддакнула Лика.

– Да я выполняю все, что они назначают. – Искренне возмутилась Нэстэ.

Сиула с беспокойством наблюдала как подруга не без поддержки подскочивших гекатесс, опустилась обратно в кресло.

– Вот видишь? Мне даже шевелиться самой не позволяют. – Пожаловалась Нэстэ перехватив ее взгляд.

– Все нормально с нею. Просто ей назначен комплекс весьма выматывающих процедур. – Пояснила Лика. – У Нэстэ нашли несколько переломов. О происхождении некоторых из них она, кстати, скромно умалчивает. Некоторые из них неправильно срослись, что неудивительно, в общем-то. Вот лекари и решили попытаться обойтись без хирургии. Да вот беда, эти процедуры сначала размягчают костную ткань, увы, во всем теле. Так что Нэстэ сейчас у нас очень хрупкая девушка. И резкие движения ей противопоказаны. К несчастью, этоненадолго. Через нескоько деньков все вернется обратно.

Сиула покосилась в сторону раздавшегося хмыканья от стены. Там уютно устроилась Санира.

– Нэстэ и "хрупкая девочка" – забавно звучит. – Не стала та отмалчиваться. – Единый, тьфу, заговорилась, на пару с Неназываемым, наверно икают от хохота, если слышат нас сейчас.

– Э-э-э, почему?

– Да потому что неуживчивая у нас Нэстэ. – Вполне серьезно подала голос ее высочество, посмотрев как-то предупреждающе на Саниру. – Из владений Единого, наша Нэстэ сбежала бы.

– Скучно у него там. – Сердито пробурчала Нэстэ, поддерживая шутку. – У Неназываемого куда веселее.

– Ну, судя по тому, что ты здесь, твое веселье тому многоформному чудику не понравились настолько, что он не поленился спровоцировать побег детей и вывести тебя на них. И все это ради того, чтобы ты поскорее пересекла последний Раскол и дала Бездне отдохнуть немного.

Сиула с любопытством покосилась на групу детей, уютно устроившихся в дальнем углу гостиной. Над ними парила кая-то полупрозрачная вуаль. Она медленно меняла цвет, уплотнялась и постепенно принимала вид какого-то узора.

– Это куинли? – Не удержалась от вопроса Иррсина, хоть не собиралась сначала вмешиваться в разговор.

Но странное существо, принесенное Нэстэ из далекого мира Бездны, упоминалось в прессе довольно часто.

– Совсем закормили малыша, паршивцы. – Проворчала Нэстэ. – Скоро уже в воздух подняться не сможет. Будет ползать по полу, и смотреть на всех жалостливыми глазками.

Существо тем временем снова принялось менять форму, принимая в этот раз вид плоского треугольника.

Сиула отвернулась и встревоженно осмотрела сидящую девушку.

– Да все со мной нормально. – Вздохнула та. – Только на охоту хочется.

– К-к-куда? – Вопрос у сестер вышел настолько слаженно, что вызвал у всех улыбки. – Опять в Бездну?

– Соскучилась я по своим угодьям. – Нэстэ мечтательно зажмурилась. – Да и в компании веселее. Лео вон, уже заскучал.

– Это он совсем по другому поводу заскучал. – Рассмеялась принцесса. – У него тут сразу две самки бродят. Надо восстанавливать права на охотничьи территории.

Иррсина только в этот момент сообразила что с нею не так. Лицо Ри уже несколько раз за этот короткий разговор приобретало отсутствующее выражение, как будто она выпадала из окружающей обстановки и витала где-то в своих мыслях.

– Лео с нею связь установил. – Тихо шепнула Лика, незаметно оказавшаяся рядом. – Теперь нашу старшую трудно заставить оставаться только с нами.

– Вот посмотрела бы я на тебя. – Немедленно вздохнула Рианна, ничуть не обидевшись. – Если тебя заставить несколько лет пожить без глаз и ушей, а потом вдруг все вернуть. Причем в полном объеме.

– Извини, я не хотела. – Тут же примиряюще подняла ладошки Лика.

– Да я и не в обиде. – Она с видимым удовольствием вытянула ноги.

– Мне рассказали, что ты стала знаменитостью во всех Объединенных мирах. – С улыбкой обратилась Нэстэ к Сиуле.

– Ну, это все только благодаря участию и помощи всех, кто здесь присутствует. – Не стала скромничать Сиула. – Самой бы мне из королевства не вырваться было.

– Скромница наша. – Амани вспорхнула над полом ладони на две и показательно смахнула несуществующую слезинку. – Слышала бы ты ее концерт в честь тебя. Сама-то скромненько спряталась в гнезде. А стража все лето за сутки до концерта брала зал под свой контроль. Никогда бы не поверила, что среди элфов будет столько зайцев. Представляешь, специально покупали билеты на представления, проходящие в зале накануне, и готовы были целые сутки прятаться, лишь бы проникнуть на ее концерт. Откуда только не вылавливали их. Вентиляция и уборные в гримерках это самое простое.

Сиула неопределенно улыбнулась. Эти истории давно уже стали чем-то вроде анекдота в узком кругу доверенных лиц. Удивительным было даже не это, а то, что подобные проблемы нет-нет, но возникали даже в человеческих мирах. Она была, пожалуй, единственной ориенхорнисткой, пользующейся огромным успехом у всех рас. Дело уже давно дошло до спонтанного создания ее фанклубов. С некоторыми из них Иррсина кстати поддерживала отношения и даже пользовалась их помощью при организации концертов к обоюдной выгоде.

А вот ее работами по адаптации музыки ориенхорна под каждую конкретную расу вплотную занимался бывший личный наставник, а теперь просто наставник Луарви. Он в серьез вознамерился разработать методику для подрастающего поколения. Пока получалось плохо, но маэстро не отчаивался.

– Сиула пробудет здесь месяц. – Сменила тему Амани. – Ее концерты надо все же слушать в специально подготовленном зале. Нэстэ, Эрисса для всей гекаты места зарезервировала на всех возможных концертах.

Знакомый звук за спиной втягиваемого воздуха известил Сиулу о готовящемся протесте сестры. Ее санэтри, как правило, при молчаливой поддержке Амани, отчаянно возражала против любых посягательств на ее отдых в гнезде Нэстэ.

Но Амани весело подняла руки вверх, останавливая невысказанные возражения:

– Эрисса согласна на парочку или три концерта в среднем зале. И билеты только после разговора с тобой. Только вот боюсь слухи о вашем прибытии уже ползут по Элфании.

– Сиула только что отыграла в Кйори. – Недовольно заметила Иррсина. Амани в чем-то была права. От фанатов элфов спасение было только одно – пообещать нормальный концерт ату. Тогда они крылатые будут терпеливо ждать назначенной даты и воевать за места в зале не обращаясь к Сиуле. – А это не самый простой слушатель для ориенхорниста. Группы сопровождения не смогли удержать зал. Сиуле приходилось выкладываться даже на разогреве зала.

– Слышала, слышала. – Звонко рассмеялась Санира. – Они там рассчитывали на дополнительный концерт. И после вашего отъезда случился нехилый такой сабантуйчик в отдельно взятом концертном зале с вызовом стражи. Зал полностью разгромлен. Местная стража в полной прострации и срочно пересматривает свои взгляды на темперамент собственной расы, оказавшейся не столь уж и холоднокровной. Ах, да, местные власти подумывают о возможности ограничить в дальнейшем выступления одной заезжей ориенхорнистки на законодательном уровне двумя-тремя концертными залами. А организаторов обязать заранее предупреждать в стражу, дабы та могла своевременно подготовиться к предстоящим боевым действиям.

– Тремя?! – Искренне изумилась Иррсина. – Да у них вообще есть единственный более или менее пригодный для ориенхорна зал.

– Был. – Ехидно улыбнулась Санира. – Теперь там руины, подлежащие реконструкции.

– Тьфу. – Иррсина не сдержалась и скривилась. – Пусть восстанавливают, тогда и поговорим.

– А я могу здесь играть? – Осторожно уточнила Сиула.

– Надо было мне подумать об звуковых экранах в этой гостиной. – С досадой заметила Амани. – А давай ты здесь будешь играть только то, что не требует звуковых экранов. У тебя же много такой музыки. Ну, очень не хочется портить впечатление от того, что можно толком послушать только в концертном зале.

Известие о том, что разлука для Нэстэ была несколько короче по времени, чем для всех Объединенных миров, вызвало некоторые ехидные замечания подруг. Даже Рианна не без ехидства заметила, что погуляй она еще немного, и создала бы очередной казус, когда основатель рода стал бы младше тех, кого он внего принял.

Для самой Сиулы это не имело совершенно никакого значения. Иррсина с внутренним удовольствием наблюдала за сестрой. После памятного концерта Сиула как-то успокоилась но жила в каком-то подавленном состоянии, которое лучше всех ощущала только Иррсина, да еще ее мама.

Сейчас Сиула была полностью расслабленной, а легкая счастливая улыбка не сходила с ее лица.

Следуя только своим представлениям, она нашла в гостиной единственный угол и обустроилась там со всем удобством уже в вечер дня приезда.

Это был не концерт в привычном понимании Иррсины. Сиула играла как бы для себя, создавая негромкий фон из живой музыки на всю комнату. Ее слушатели не сидели на строго отведенных местах, а свободно перемещались по гостиной, вели тихие разговоры, угощались поданным десертом и слушали, время от времени поглядывая в ее сторону.

Время от времени в комнату забегал кто-то из младшей гекаты, а то и всей гурьбой. Дети уже завершали свой курс лечения и скоро должны были вернуться в Арден. И к удивлению сестер были совсем не против послушать музыку и поиграть во что-то свое не мешая Сиуле.

Иногда над головой Сиулы расстилалась прозрачная вуаль, переливающаяся разными оттенками фиолетового цвета. В такие моменты казалось, что Куинли меняет цвет и узоры в такт музыке. Хоть научники уже успели объяснить, что это существо не обладает ничем, что бы можно было назвать слуховым аппаратом.

Это была совсем непривычная для ориенхорнистки форма выступления, совершенно новая и в отличие от концертных залов, с расслабляющей обстановкой настолько, что если бы не Иррсина с Амани, Сиула бы играла без перерыва все вечера не отвлекаясь на стоящие рядом угощения. Можно сказать, что для Сиулы такие вечера оказались новой формой отдыха и подготовки к предстоящему концерту.

А ночами иногда звонила мама и Иррсина по ее просьбе осторожно заглядывала в спальню Сиулы. Сестра теперь спала спокойно и крепко, со счастливой улыбкой.

А еще, мама все настойчивее теребила дочь вопросами об одном весьма настырном аристократике. И поделилась вестью о том, что в их провинциальном городишке вдруг появился некто из семьи Кэрэла. Имена ей ничего не говорили. Ни она, ни Сиула не интересовались этой семейкой. Чего похоже не скажешь высокородном госте.

Отца осторожно предупредили, что заезжий вскользь и между прочим задал парочку ничего незначащих вопросов с упоминанием их семьи. Но с этим сюрпризом пусть разбирается Сиула. Тем более, что Кэрэл уже звонил на счет предстоящего концерта.

Рассказ окончен

Криашан

Глава 1

Зелёное коричневое поле, боль в правой задней ноге и ощущение холодного ветерка на шее, поднятой клешней противника.

Считалось, что второй цикл начинается, когда отрывочные воспоминания второго превращаются в одну сплошную ленту, чётко объясняющую, что происходило до, во-время, и после события. За первый же цикл принимался период, проведенный в яслях, воспоминаний о котором не было вообще.

У каждого шнатлия он начинается по-своему. И, как правило, это был неприятный момент, связанный с выживанием. Говорят, даже серо-коричневые фермеры проходят Обретение сознания после каких-то событий связанных с угрозой жизни. Хотя, что у них там может случиться на полях.

До этого момента Криишан действительно помнил свою жизнь только короткими вспышками отдельных эпизодов. Чем дальше назад по времени, тем они были реже. Самое раннее воспоминание было ещё в яслях рода. И это вроде как считалось началом перехода на второй цикл. Правда, о том, что это ясли, он начал понимать много позже. А тогда не было никаких мыслей.

В любом случае, это был момент, когда его опрокинул на спину кто-то из его же выводка. Намерение противника не имело никакого значения. И у него самого не было эмоций. Его ударили, он ударил в ответ, или попытался рефлекторно оттолкнуть. Даже этого он не смог бы сказать с полной уверенностью. Воспоминания касались мгновения, когда его правая ного-рука не успев сжаться, нанесла удар в не защищённое подбрюшие сородича и выпрямленный ударный палец глубоко погрузился во что-то мягкое и теплое. Возможно и даже наверняка, такие сцены были и раньше. Но почему-то именно в этом эпизоде запомнилось, как что-то теплое и липкое течет по ного-руке и резкий запах, что пробудил удовлетворение от победы и чувство голода.

Так вырабатываются рефлексы у молодняка в яслях. Сильнейший выживает, остальные из выводка идут на корм. Последующие схватки в яслях не запомнились. Видимо там не было ничего примечательного.

Следующий эпизод воспоминаний касался времени, когда он уже стал заметно старше. Детский сад, в который перевели перешедших на второй цикл, стал основным фоном для всех последующих воспоминаний. Просто это воспоминание было вторым в той череде, на которых Криишан мог сосредоточиться. Это был бой, который бы человечки назвали «все против всех».

Тут не было командиров или наставников. Небольшая ровная поляна. Скорее всего, площадка в вольере для завершающих первый цикл. Мелькают чьи-то тела. Он уворачивается и бьёт сам. Отступает и атакует. Его снова опрокидывают, тень на фоне неба и опускающаяся в ударе кулак четырехпалой руки.

В отличие от предыдущего эпизода, он легко выворачивается из-под удара и встаёт на задние лапы. Короткий бой руками и снова ного-рука решает исход поединка. Только боль от удара в бок заставляет бросить врага и отступить. Он оказывается прижатым к кому-то еще. Имен у них пока что нет. Нет даже кличек. Зачем они тем, кто живет ради того, чтобы не стать пищей для родившихся с ним соседей. На них двоих наседают сразу с трёх сторон, и это вынуждает их действовать вместе. Второй двигается медленнее, и заметно хромает на среднюю левую пару.

Криишиан хорошо помнил, как толчком подтолкнул невольного напарника в сторону того, что атаковал справа. А сам принял удар центрального противника. Третьим был тот, кто уже получил от него проникающий в живот несколько секунд назад. Для участников битва это ничего не значило. Но он медленнее двигался и, этого хватило для определения очередности схватки.

Их пара распалась, но только для того, чтобы через несколько мгновений сойтись вновь около стены и отразить нападение еще одного сородича. И после победы второй не стал атаковать его, а замер рядом, подставляя под удар открытый бок. Он тоже не стал наносить удар.

Воспоминание заканчивалось, также как и первое, резко и без продолжения. На чувстве, сродни удовлетворению, что кто-то подчинился ему.

Так у них начинался второй цикл. На нем определялись первые неустойчивые группы, преимущественно состоящие из двух или трех особей. А надсмотрщики из пятого или шестого цикла выделяли в выводке первых лидеров ещё до того, как у них начинали чернеть крылья.

На втором цикле воспоминаний было больше. Все они отражали непрерывную бойню с себе подобными. Когда один, когда в паре с кем-то. Или даже в тройке. Более или менее мирный эпизод проскочил явно, когда второй цикл вошёл уже в силу. У них всех начали проявляться родовые отличия. По крайней мере, Криишан точно знал, что на его крыльях уже расцвели густой сетью чёрные полосы.

В мирном эпизоде они ели. Что-то добытое ими самими в лесу. Рядом стоял все тот же, ещё первый напарник. Чёрными у него пока были только самые кончики крыльев. И он прикрывал его, уступая право поесть первым. Пожалуй, в этом эпизоде он впервые развернулся к кому-то спиной без опаски. И принял как должное, действия своего подчинившегося ему.

У них уже были наставники. Хотя на всеобщем, все же был более точный термин: «дрессировщик». Они еще не воспринимали словесных команд. По крайней мере в воспоминаниях не было разговоров. Только сигналы, короткие звуки, требующие выполнения определённых действий. И уже осознание угрозы наказания при их невыполнении. Принцип руководства вторым циклом действительно мало чем отличался от дрессировки диких животных. За исполнение команды награда – как правило еда. За невыполнение или неверное исполнение немедленное наказание – короткой схваткой с наставником. Второй цикл физически не мог победить пятый или шестой, с его опытом, навыками и рефлексами, подчиненными разуму. Наставники на глубинном уровне воспринимались как старшие. Им приходилось подчиняться.

Конец второго цикла уже отметился в памяти сразу несколькими почти связанными между собой эпизодами. Вот схватка в вольере. Он точно знал, что это вольер и что означает это слово. Он уже действует с пониманием того, что за его спиной стоят двое, которым можно подставить спину. Друг для друга они уже не враги, не пища. Они уже осознают себя одним выводком, в котором есть вожак. Вожаку подчиняются такие, как он, признавшие его старшинство. А им уже подчиняются другие. Ему, например, подчинились двое. В том числе и тот, первый.

Они вырвались или, что, скорее всего, их выпустили из Вольера. Они несутся всем выводком по тропе. Это еще не единый отряд. Каждое звено старается держать соседей в поле зрения и не подставлять им спины. Криишан знает, что должен двигаться за тем, кому раньше подчинился. Он сильнее, чаще побеждал. Его крылья уже полностью чёрные. Остались только небольшие серые и коричневые пятна на плечах. В нос ударяет неприятный запах чужеродных. Впереди слабые, скорее всего первый цикл или начало второго. Но между целью их вторжения, их едой, стоят другие. Кровавая схватка, боль в разодранной руке, судорогой сводит от удара брюхо. И поспешное бегство от более опытного врага. В памяти разорванные тела сородичей. Эмоций по-прежнему нет. Только ощущение опасности за спиной и острое желание уйти от нее как можно дальше.

Судя по деталям в этом эпизоде, они нарвались на охрану яслей и вольера соседнего рода, перевалившую за третий цикл. А то и его завершения. Им вообще повезло, что кто-то выжил в той схватке. Вожак выводка сумел удержать контроль и увести из под удара большинство выживших, пока вражеский род добивал тех из них, кто в схватке потерял разума. Так из выводка выбивали тех, кто уже отставал в развитии сознания от сверстников.

Марево перехода. Это уже завершение второго цикла. Он знает, что они идут мстить. На той стороне кто-то оборвал охоту сородичей, тоже второго цикла из рода, который будет старшим над всеми. Кто-то неизвестный, не такой как он. Чужак и мягкотелый. Проход, ноги завязли в какой-то жиже. Остальные тоже двигаются с трудом. Угроза со всех сторон. Что-то тонкое и острое впивается под приподнятое от усилий вытянуть из этого месива ногу, крыло. Ещё что-то почти пробивает крыло. А сзади наваливается группа, идущая через переход следом. Толчок сородича в спину помогает. Он почти вырвался за границу ловушки. Но перед глазами пляшут двуногие. Боль. Это главное, почему этот эпизод ему запомнился. А ещё тут были первые эмоции. Стыд и унижение, что такие слабые двуногие смогли перебить почти всех кто отправился на эту охоту. А, таких как он выживших, заставили нестись к обратному переходу даже не помышляя о сопротивлении. Ему еще повезло. В той охоте выжил только один из семи. За то каждый выживший перешёл обрел третий цикл.

Теперь он помнил уже все. Как их начали учить. Своего наставника, показывающего первые приёмы с оружием. Пока только ручным. Сложная техника, это для четвёртого цикла. Для тех, кто уже в полном разуме. И теперь у него не короткая кличка. Наставник дал ему имя. Отныне его называют Криишан. Его напарника, того кто прошел с ним все вольеры второго цикла стали звать Риссхан.

В начале третьего цикла они только учились разговаривать связными фразами. Криишан больше не был безумным животным, руководствующимся исключительно рефлексами и двумя главными инстинктами: выжить и поесть. Но он добрался только до начала пути разума. Теперь он сам один из тех, кто скоро будет контролировать выживших в первых двух циклах. В том числе и тех из своего выводка, кто не прошёл рубеж. Конечно, если они дожили до этого.

Сцена, когда он встал перед своим первым отрядом из второго цикла, была мутной. Здесь не было опасности. Запомнились скорее эмоции. Его признали достойным стать младшим наставником. А его крылья отливают чернотой, на которых отчетливо проступает вензель клана и знак рода воинов.

Правда, сам он пока подчинен коричневому. Из тех, что прошли уже в два раз больше циклов. Он знает, что с ними ему не сладить. Его командир без труда показал, что цвет крыльев и размеры еще не главное в схватке с прошедшим не одну битву на уровнях разума.

Теперь он знает, что кроме рода есть ещё клан. В него входит много родов. И без разрешения командира никого из них нельзя убивать. Даже самого слабого и безумного первого цикла. Ещё есть рабы клана. Больше всего из тех мягкотелых двуногих. Это правильно. Низшие достойны только смерти или служить клану.

И тогда же он узнал, что есть другие мягкотелые, почти равные по силе рожденным в клане. Схватки ними были особенно кровавыми и уносили жизни шнатлий достигших высших циклов.

С мягкотелыми и был связан эпизод, запомнившийся тем, что называлось смятением, и заставивший его начать задавать вопросы. Причем это была самая никчемная раса, называющая себя человеками.

Это произошло уже конце третьего цикла, когда стало понятно, что самым опасным их противником оказалась даже не раса. Всего лишь одна единственная человечка. Даже детеныш, едва доживший до периода самостоятельности. С ней не смогла справиться даже Большая охота всех семи кланов, об объявлении которой он слышал намного раньше.

Его подопечные уже прошли большую часть второго цикла. В памяти осталось множество мелких и крупных набегов на разные земли. Он считался опытным бойцом против серпентинидов. Хотя в схватках с кашьяти опыта его отряду ещё не хватало.

Эпизод в забытом Единым окраинном мире можно было бы назвать незначительным. Его и ещё не скольких бойцов третьего цикла направили для участия в той самой Большой охоте.

Мягкотелые ловцы рабов вызывали у Криишана брезгливость и желание отряхнуть крылья, как от насевшей пыли каждый раз, когда с ними приходилось общаться. Но шнатлии использовали их возможности для преследования добычи. Удивление видимо и было тем чувством, из-за которого этот эпизод оказался зафиксированным в памяти. Они преследовали человечку несколько дней. Ловцы рабов сами были почему-то заинтересованы в поимке человечки и сильно помогли им тогда. В очередном мире они неожиданно столкнулись с аррсари. Эллитным отрядом клана, специализировавшимся на диверсиях. О самой цели их пребывания он узнал только потому, что на время отсутствия командира, его отряд оказался приданным в усиление той операции.

Человечка никак не должна была пересечься со змеелюдами. По всей логике, даже если такая встреча произошла, она должна была затаиться и использовать стычку серпендинидов со шнатлиями в качестве прикрытия. Никакая аппаратура ловцов бы не смогла помочь там, где сошлись лучшие воины клана и серпентинидов. Сам Криишан так бы и поступил.

Но человечка пересеклась со змеелюдами и наплевала на всю логику опытного воина. Он видел труп Кхаррстинали. Один из старшего выводка кастилпа его клана был убит опытной рукой, хорошо знающей уязвимые места шнатлий. Тогда ему повезло ещё в одном: он не был в числе личной охраны члена семьи кастилпа. За допущенную халатность их вырезали всех, не дожидаясь завершения поисков человечки и принца змеелюдов.

Тогда же он узнал, что это не первая его встреча с этой человечкой. Оказывается, это именно она научила двуногих из Белого мира ставить ловушки на шнатлий. И он как раз лично в нее угодил.

Но это не были проблемы бойца третьего цикла. И Криишан выбросил странную человечку из головы. Тем более, что были дела поважнее. Короткая война с кланом Кзаретхи. Набег в окраинный мир, с трудно запоминающимся названием. Сами люди зто назвали вторжением. Но что это за «вторжение» парой сотен тысяч бойцов?

Приказ о придаче его со всем отрядом в усиление отряду аррсари не был чем-то необычным. Его память всколыхнулась от того, что здесь тоже оказались задействованы ловцы рабов. Командиры аррсари выстраивались ловушку прямо в Бездне так, как будто готовились поймать старого, и опытнейшего диверсанта шнатлия из высших циклов. Здесь было все: наблюдение за противником, его отслеживание и засады по всем направлениям его возможного движения. И аррсари совсем не считались с потерями от тварей Бездны. Впрочем, последнее как раз было нормальным. Во внешнем прикрытии использовали второй цикл с начального этапа.

Криишану вместе с еще несколькими бойцами конца третьего цикла, отводили место рядом с возвратным Расколом.

– Какое оружие дозволено использовать? – Уточнил он у командира, давно преодолевшего рубеж шестого цикла.

– Любое. И против нее не выходить один на один. Двойка, лучше тройка бойцов.

– С нею? Это самка?

Вопрос был вполне закономерен. Самки шнатлий из высших циклов редко оставались в полевых отрядах. Их ценность для элиты клана была слишком высока, чтобы так рисковать жизнью в боевых условиях.

– Это самка. – Подтвердил его временный командир. – По сообщениям наблюдателей движется в сопровождении ещё одной самки. Но она опасности не представляет. Обе движутся на лошадях. Осложняющий фактор: их сопровождает молодая ниахара. Потому быть готовыми к бою.

– Разве кланы научились использовать этих порождений Бездны? – Позволил себе недоумение Криишан.

– Причём тут кланы? – Проявил раздражение командир. – Большая охота ведётся против самки людей. После посещения из мира предтеч она плохо себя чувствует. У нас есть шанс наконец-то завершить Большую охоту.

– Мы все здесь только из-за одной человечки? – Недоверчиво переспросил Криишан.

– Да. – Командир выглядел ещё более раздраженным. Но что странно, продолжал отвечать на вопросы незнакомого бойца третьего цикла. – Ей очень сильно везёт при встречах с нами.

– Многоуровневая ловушка с такими затратами только из-за её везения? – Никак не укладывалась ситуация в голове Криишана.

– Если бы ей только везло, Большая охота давно бы закончилась. – Проскрежетал командир. – Это умелый и очень умный враг. Некоторые из нас считают, что ей помогает сама Бездна.

Криишан добрался до назначенного в засаде места и замер, переваривая услышанное. Для него, носящего чёрные крылья на третьем цикле, услышанное оказалось огромным потрясением. Элитный диверсионный отряд клана и целая маленькая армия под прикрытием второго цикла собиралась драться с ОДНОЙ ЕДИНСТВЕННОЙ человечкой. Низшей мягкотелой, достойной разве что быть добычей. Не верить командиру шестого цикла он не мог. Но чтобы шнатлий из высших циклов признал человека достойным противником?! Для Криишана это было чем-то невообразимым, рушащим все основы его личного мироздания. Тем более, что бойцы из основного отряда явно были согласны со своим командиром. А это шнатлии четвёртого и пятого циклов.

Так и не придя к окончательным выводам, Криишан оставил в покое непривычное для себя занятие. Он был уверен, что человечка не пройдёт и половины заготовленной для нее ловушки. И он если и увидит ее, то только мертвой, и скорее всего в виде той части тела, что аррсари заберут с собой в знак доказательства успешно завершившейся охоты.

Бездна не позволяла пользоваться радиосвязью. Но то, что ловушка сработала, обозначили звуки выстрелов из огнестрелов. Криишан считал себя опытным воином. Пусть и третьего цикла. Но все же он тоже командовал небольшим отрядом. В том числе и сам планировал иногда подобные засады. Так что отследить и понять происходящее по характеру шума и его передвижению он мог без особого труда.

И то, что он понимал в происходящем, ему совершенно не нравилось. Судя по доносящимся звукам, добыча и не подумала повернуть назад или попытаться вырваться из ловушки. Человечка рвалась вперед, прямо к Расколу и похоже намеревалась пройти через него.

Саму добычу Криишан разглядел уже на склоне холма. Две всадницы на лошадях, несущиеся галопом. Совершенно безумный поворот на полном скаку, прямо на отсечную группу его удивил. Но как воин и командир, он оценил маневр и даже постарался запомнить, на будущее.

Человечка все же просчитала ловушку и шла по намеченному его командирами пути только до точки, что была нужна ей самой. До этого манёвра все кто был в засаде, были быть уверены в том, что полностью контролируют происходящее. И опровержение этого убеждения дало человечке выигрыш в несколько секунд.

Криишан со своего места мог наблюдать, как две всадницы не останавливаясь, врезались в отсечную группу. А сбоку им на помощь вылетела и пошла параллельным курсом сама Бездна.

По их действиям можно было понять, что добыча прикрывает и обеспечивает проход своей напарницы. Та хоть и отбивалась, как могла, но вряд ли смогла пройти самостоятельно даже заграждение из шнатлий второго цикла. Зачем добыча жертвует собой ради столь малоценной напарницы, он не понимал даже когда начал движение на перехват.

В этот момент он уже полностью признал за истину утверждение командира. Человечке Бездна явно позволяла больше чем кому бы то ни было. Она, не останавливая коня, между двумя короткими схватками, совершила невозможное и оседлала ниахару. И видно было, что эта бестия из Бездны не в первый раз носит свою хозяйку.

Вполне возможно, что человечка с самого начала так и планировала сделать. Обеспечив прорыв к Расколу напарницы, сама она на верхом вряд ли смогла бы уйти от засады. Каким бы умелым бойцом она ни была, против двух шнатлий, считая его самого в перехвате, и целым хвостом преследователей сделать это было невозможно. А вот верхом на ниахаре, как выяснилось, вполне.

Как выяснилось, самому ему повезло дважды. И очень сильно. В первый раз, когда странный серый меч легко скользнул под металл брони и между хитиновыми пластинами и пропорол тело под левым крылом. А ниахара, отбиваясь от второго нападающего, вынуждена была ограничиться только сметающим ударом хвоста. Ранение было тяжёлым, но не смертельным. Он даже сознание потерял всего на несколько минут и успел отбиться от небольшой стайки тварей уже принявших его за обед.

Его напарнику в этой схватке повезло меньше. Клюв хвоста и когти ниахары практически не оставили ему шансов выжить.

Второе везение оказалось связанным с самим ранением. Он не смог преследовать человечек и не прошёл Раскол на ту сторону.

– Опять удача с тобой. – Заяаил Риссхан сразу как он пришёл в себя уже в месте дислокации отряда.

– Какая же удача, если меня достала человечка?

– Сомнительная, это точно. – Не спорил напарник по боям ещё в вольерах выводка. – Тебе всё же сильно достается. Но ты ведь выживаешь. А вместе с тобой и я. Так что какая ни на есть, а удача.

– Но сейчас то почему?

– Отряд аррсари, ушедший в погонную, был уничтожен практически полностью. А в него входили только четвёртый и пятый циклы. Для таких, как ты, выжить в прямой встрече с ТАКИМ противником уже большая удача.

– В смысле «все погибли»? Большинство ушло на ту сторону.

– Странно ты разговаривать стал. Видать хвост ниахары крепко тебе по голове приложил. – Заметил напарник. – Часть легла из них при прямом столкновении перед Расколом, когда ты уже отдыхал на травке. Остальные действительно прошли Раскол и почти достали ту человечку. Да только на той стороне их ждали. Напарницей человечки оказалась гекатесса принцессы Арден.

– Мне это известно. Но это же человечка.

– Не тогда, когда убивают одну из этих сестер. К тому же там оказались рубежники Арден. В этот мир арденцы отправляют старых бойцов из тех кто должен дослужить свой срок.

Последнее кое-что объясняло. С каким бы презрением ни относился третий цикл к мягкотелым человекам, добравшиеся до середины цикла бойцы оценивали врага иначе. Старый воин мягкотелых это еще не дряхлый старик. Зато опытный боец при достаточных знаниях и опыте способный выйти из поединка со шнатлием живым. А рубежники в конце срока службы не могли быть неопытными. И их с той стороны оказалось много, раз это мир куда их специально отсылали для спокойной жизни перед отставкой.

– Наверно и их командир тоже из опытных?

– Он сталкивался с нами в Арнери и во время набегов в Зоаре. – Подтвердил напарник. – Но главное, там была сама принцесса.

Шнатлии не умеют свистеть. Но этот звук удивления с успехом замещался тонким треском приротовых щеток. И воспринимался сородичами точно так же.

Криишан уже понимал, что согласен с напарником. Принцесса Арден была из семьи правящих. А что это значит, уже можно было понять на третьем цикле. В конце концов, воин должен оценивать врага, особенно тех, кто командует вражеской армией. Способности правящих были редкостью даже среди мягкотелых. Но в армии врагов такие командиры тоже встречались. И всегда доставляли неприятности шнатлиям. А тут даже не потенциал, не средние способности, а настоящая признанная правящая.

– Как же она оказалась здесь? Ведь никто не мог знать через какой Раскол пойдёт Человечка.

– Какая разница? – Удивился напарник. – Главное что наших на той стороне встретили гекатессы при поддержке целого отряда опытных рубежников. Да ещё при полном вооружении и со щитами.

Вот это было уже понятно. Вышедшие из Раскола не обладали ни щитами ни лучевым орудием. Огнестрелы, скорее всего тоже были израсходованы, да и что они могли сделать против силовых щитов?

– Захватили в плен?

– Тех не многих, до кого рубежники успели добраться. Как оказалось, эти гекатессы очень не любят, когда убивают одну из них. Да и за человечку они были готовы порвать любого.

Криишан поерзал, устраиваясь на лежанке. Раненный бок вдруг стал очень болезненно реагировать на какую-то неровность.

Но свой первый вопрос он не забыл. И при получении нового назначения задал его командиру.

Элшанхиз был воином четвёртого цикла. В его подчинении находилось несколько десятков таких мелких командиров как Криишан. Но вопрос он выслушал, немного странно склонил голову, разглядывая подчинённого, а потом уложил крылья, показывая, что не счел нужным показывать раздражение.

– Странный вопрос ты мне задал. Мы знали, что гекатесса Лика связалась перед уходом к предтечам со Столицей. И знали, что принцесса Рианна лично отправилась в эту провинцию. Они могли не знать, какой Раскол выберет человечка. Но вариантов на той стороне Раскола всего два. Засада нами была устроена около обоих.

– Но зачем же гекатесса принцессы империи отправилась к предтечам?

– Как выяснилось, она только сопровождала человечку, попросившую ее об услуге.

– Гекатесса сопровождала простую человечку? – В конец усомнился Криишан.

– Странные ты вопросы задаешь. – Повторился Элшанхиз – Очень странные.

Командир задержался с ответом на несколько секунд, которые потратил на пристальное рассматривание подчиненного.

– Гекатессы принцессы Рианны попали в зону эпидемии и заразились смертельной болезнью. Человечка смогла предложить предтечам что-то такое, за что они выдали ей вакцину вместе с технологией её производства. К слову, эта болезнь, хоть и в меньшей степени, опасна и для нас. Попади к нам эти данные, клан мог бы сильно возвыситься среди остальных. И даже если нет, эпидемия бы выкосила многих поданных Арден и несколько провинций рисковали остаться с ослабленной защитой. Мы не только упустили добычу в Большой охоте, но и возможность богатых набегов.

Это было понятно. Клан всегда и везде искал выгоду и места для охоты молодняка. Ослабленные провинции человеческой империи были хорошим полигоном для второго и начала третьего цикла.

Криишан уходил удовлетворенный ответами и не обратил внимания как Элшанхиз долго смотрел в спину удаляющегося командира отделения. Потом достал коммуникатор.

– Криишан, третий цикл. Требуется тестирование.

Получив в ответ подтверждение, удовлетворённо поджал руко-ноги и встал во весь рост.

– Надеюсь, в случае подтверждения старшие не забудут, откуда был направлен запрос, как это случилось в прошлые два раза.

Дождавшись завершения возмущения по связи, Элшанхиз издал трещотку, означавшую лёгкое пренебрежение к услышанному.

– Знаю я вас. В этот раз заявку я подам по всей форме и прошу предоставить копию подтверждения в печатном виде.

Глава 2

Криишану потребовалось несколько дней чтобы разобраться с пополнением отряда, прибывшим взамен погибших. Его напарник Риссхан неплохо справлялся с обязанностями заместителя командира. Но сверх обязательных стандартных тренировок ничего не предпринимал.

С бойцами второго цикла так поступать нельзя. Если запустить слаживание бойцов сейчас, в бою отряд превратится в неуправляемую свору и станет лёгкой добыче для любого противника выше третьего цикла.

У них ещё оставалось достаточно бойцов из тех, кто уже знал как и что надо делать. Так что было достаточно объяснить прибывшим кто тут главный и чьи сигналы лучше выполнить.

Тройка из незнакомого офицера четвёртого цикла и двух бойцов конца третьего появилась на площадке как раз, когда отряд выстроился для отработки атаки на имитацию вольера.

– Командир Криишан? – Скорее утвердительно поинтересовался офицер. – Вам надлежит передать командование заместителю Риссхану и проследовать с нами.

Криишан молча покосился на двух бойцов. Это точно был завершающий этап третьего цикла. С такого расстояния рассмотреть три полосы на правом плече и несколько соответствующих точек было нетрудно. У него самого точек было в два раза меньше. Один на один с этим четвертым циклом он, быть может, еще бы и потягался. Вряд ли у штабного было больше опыта, чем у него. Но с тремя сразу лучше не связываться.

Новое место службы чем-то напомнило ему ясли. Небольшая площадка, с высоким забором и столь же много шнатлий. Разница заключалась лишь в том, что драться им здесь запрещалось. При первом же построении это было наглядно продемонстрировано командиром пятого цикла и его двумя замами. Неизвестный Криишану боец попытался показать себя привычным способом. И сразу оказался вызван на бой. Третий цикл не самый лёгкий противник. Но короткая схватка перед строем закончилась выносом останков не успевшего стать их соратником бойца.

– На этом надеюсь глупцы закончились и остальные обратят внимание на запрет. – Проскрежетал командир Шаархнес, даже не сдвинувшийся с места. – Всякий затеявший драку, будет вызван на бой перед строем с кем-то из командования. Последствие такой схватки вы видели. Замечу еще, что вокруг академии достаточно вольеров где не отказываются ни от какой пищи.

Криишан переключил внимание на замершего зама нового командира, благо он не человек, и определить куда смотрит из строя никто не сможет. Точно четвертый цикл. На его плече можно было увидеть полосы. К тому же, далеко прошедший по направлению к пятому. Сходиться с таким было смертельно опасно для любого из стоящих в строю бойцов.

Новая служба была странной. Их не выпускали за пределы забора иначе как в сопровождении старших. И гоняли не меньше чем второй цикл. Одновременно им давались теоретические дисциплины.

Читать его, как командира отделения обучили еще в начале третьего цикла. Чтобы прочесть приказ, больших навыков не надо. Но как выяснилось, книги, что электронные, что изданные, требуют иного навыка. Его начали учить скоростному чтению.

– Для чтения печатных материалов необходимо производить мелкие движения всей головой. – Объяснял новичка преподаватель. Теперь так называли наставников и было их несколько. – Без разницы в каком направлении. Можно так же просто поворачивать голову на небольшой угол. Вам что-то непонятно Криишан?

– Хотел уточнить, наставник. Я наблюдал, как читают большие книги мягкотелые. Их движения головой в этом процессе не столь целенаправленны, как вы показали.

Наставник замер на мгновение, даже встопорщил кончики золотисто-чёрных крыльев, в раздражении. Криишан приготовился выслушать привычную отповедь от старшего. Но к удивлению всех в группе, наставник просто переложил крылья за спиной и ответил спокойно.

– Верное наблюдение, курсант. Я хотел бы уточнить, где именно вы наблюдали мягкотелых за столь странным занятием?

– Присутствовал несколько раз на переговорах в качестве охранения. При совместном прочтении многостраничных документов разница в манере чтения между шнатлием и мягкотелыми была сильно заметна. Потому и запомнил.

– Все верно. Мягкотелые имеют подвижные глаза. Как правило, это парные органы разного вида, расположенные в верхней части тела. Есть исключения, но это не принципиально. Мягкотелые, например люди или как вы их чаще называете «человеки», обладают природной способностью воспринимать статичное и динамичное изображение одновременно.

Преподаватель помолчал, и поняв что вопросов не будет, продолжил:

– Наши глаза имеют ячеистое строение. Наш мозг воспринимает фрагменты от каждой ячейки и объединяет их самостоятельно. Статичные объекты для нас практически невидимы до тех пор, пока они или мы сами остаёмся неподвижны. Динами нашим мозгом воспринимается по изменению какого-либо фрагмента в конкретной ячейке глаза. Преимущества и недостатки разных типов зрения не всегда очевидна даже для специалистов. Плюсы нашего зрения выражены в том, что мы контролируем все пространство вокруг себя. Даже у себя за спиной мы способны видеть окружающий мир с одинаковой четкостью. В бою фасетчатое зрение позволяет быстрее распознавать угрозу и реагировать на неё, не отвлекаясь на множество малосущественных деталей. Минусы собственно в том же. Неподвижные объекты, остающиеся в фоне, нашим мозгом воспринимаются как несущественные, то есть неопасные детали окружающего мира и игнорируются. Они становятся как бы невидимыми. У нас практически нет перспективы на значительном удалении объекта. Для наблюдения за неподвижным объектом или определения расстояния нам требуется многократное смещение точки зрения целиком. То есть, двигать головой. Что затрудняет использование оружия дальнего действия без специальных приборов.

Зрение людей имеет такое понятие как угол и поле зрения. У разных рас он различен. Но практически всегда такое зрение делит поле на периферийное зрение, где аналогично нашему, воспринимаются только наиболее резкие детали окружающего мира и динамику. И центральную область, в которой внешний мир воспринимается максимально чётко. Парность глаз позволяет им на уровне рефлексов определять дистанцию даже на значительно удалении. Поэтому их огнестрелы и лучевое оружие оснащаются простейшими прицелами не пригодными для нас. В части чтения, люди видят неподвижный текст, и способны считать его целиком не поворачивая головы. Им достаточно просто научиться распознавать письменные знаки. Поворотом глаз они отслеживают отдельные знаки и слова по строчке.

Преподаватель недовольно покосился на Криишана, собравшегося что-то уточнить. И тот послушно заткнулся, решив дождаться окончания лекции.

– Шнатлии, часто практикующие чтение, могут прочесть печатный лист целиком не прибегая к дополнительным ухищрениям. Но обычно, рефлексы нашего мозга не позволяют нам сосредоточиться на статичном изображении. Именно поэтому на начальном этапе приходится обеспечивать ложную динамику через постоянное покачивание или поворот головы. Я понятно ответил на ваш вопрос, курсант?

– Да. Но тогда получается, мягкотелые в чем-то превосходят нас?

– Вы переведены сюда, в том числе и для того, чтобы узнать, в чем именно сильнее ваш противник и использовать это в последующих войнах. Особенности восприятия внешнего мира разными расами могут оказаться в основе расставляемых ими ловушек.

Криишан замер, готовясь слушать. На несколько странных движений, явно обозначавших внимание преподавателя сосредоточенное на нем, он по привычке не обратил внимания.

За какой-то месяц в их отряде произошло ещё несколько коротких схваток. Кое кто все же пытался установить своё лидерство привычным способом. Двоих унесли по частям. Еще трое тихо исчезли сразу после излечения в лазарете. Криишан узнал, что их вернули по месту прежней службы. Сам он держался. Хотя иногда приходилось трудно. Особенно в присутствии заведомо слабого соседа. Но выяснилось, что в теории он далеко не самый сильный в отряде.

Спустя месяц, немного озадаченный отсутствием назначения на утреннем разводе, Криишан замер перед командиром группы.

– Тебе не дано назначения, потому что его нет. – Шаархнес говорил ровным голосом, не выказывая раздражения или каких либо иных эмоций. – Тебе туда.

Двери, или скорее ворота расположенные в самом дальнем конце их вольера открывались крайне редко. За все время, что Криишан здесь провёл, это случалось только дважды. Теперь они открылись для него. Без торжественных речей, без проклятий. Просто открылись и тут же захлопнулись за спиной.

С той стороны никаких страшных тайн не оказалось. Те же стены, точно такая же площадка для построений. Разве что тренировочных полос было всего две вместо десятка. Но на это Криишан обратил внимание позже. Главное отличие было в парке, расположенном за казармой и зданиях, расположившихся в нем.

Его встретили и без комментариев проводили по главной алее парка, уж очень напоминающего виденное в мирах мягкотелых. Встречные шнатлии уступали его сопровождающему дорогу и не скрывали любопытства, разглядывая его самого.

Академия. Не сказать что это для него новое слово. Просто до сего момента смысла в нем было не больше чем в названии неизвестного мира.

– С момента, как ты прошёл ворота, при любых обстоятельствах в пределах этих стен тебе запрещены поединки. – Вместо приветствия начал хозяин кабинета, к которому он вошёл. – На четвёртом цикле голова должна командовать телом, а не наоборот. И тебе предстоит подчинить разуму свои собственные рефлексы. Я Лашнерксил, буду твоим наставником на этом пути. В академии преподаю тактику и занимаю должность декана этого факультета. По твоей квалификации командир полка, шестой цикл.

– Я не успел забрать свои вещи из казармы. – Нейтрально констатировал факт Криишан.

– Уходящим из фильтрационного вольера запрещено общение с остающимися там. – Выдал Лашнерксил, добавляя категоричности жестом отрицания. – Это вредит программе отбраковки кандидатов для дальнейшего обучения. Свои вещи ты получишь к вечеру. Сегодня день для ознакомления с обстановкой. Два стандартных триместра составляют первый цикл обучения. Если справишься, получишь триместр практики в качестве командира своего отряда. При подтверждении статуса, два года обучения в том же режиме. Закончишь курс, получишь подтверждение первого уровня и станешь полным офицером. Вопросы?

– Обретение предыдущих циклов я помню, но не понял, что стало для меня критерием четвёртого цикла.

– Твои вопросы. – Новый командир даже изменил положение ного-рук, показывая что официальная часть закончилась, но он готов все же немного потерпеть присутствие подчинённого. – Третий уровень не задаёт вопросов не касающихся его не посредственных функциональных обязанностей. На том этапе наш разум ещё не готов к самостоятельному расширению кругозора.

– Человечка? Та, на которую объявлена Большая охота. – Предположил Криишан, вспомнив когда именно услышал замечание о своих странных вопросах. – Но они ведь все погибли.

– Отслеживание таких случаев входит в обязанности всех командиров прошедших большую часть четвёртого цикла. Подразделения третьего цикла уже достаточно ценные воины. Лишние вопросы вызывают раздражение и способны погубить отряд в боевой обстановке. Но одновременно это критерий для отбора тех, кто способен к дальнейшему развитию. Погибший командир диверсионной группы нашёл время, чтобы оставить письменную запись в блокноте до начала боя.

– Он ещё и писать умел?

Криишан был поражен. Мелкая моторика для вывода букв на бумаге была для него почти недостижимым искусством. Как и все воины шнатлии, сам он предпочитал пользоваться электронной клавиатурой. Руками же оставлял только малопонятные закорючки. Ну не предназначены руки шнатлий для письма, изобретенного мягкотелыми. А их собственные древние письмена из черточек и знаков были не только сложны, но и требовали слишком большого объема бумаги. По этой причине и остались в древней истории где-то до изобретения механических и электронных приборов.

– Ты тоже скоро научишься. – Правильно понял его реакцию Лашнерксил. – Это обязательный курс в академии и для офицеров среднего звена полезный навык. Особенно при схватках в Бездне.

– Пока я шёл сюда, нам на встречу попалось несколько фермеров.

Жест раздражения заставил Криишана замолчать в ожидании выговора.

– Здесь сразу отказывайся от привычных кличек. Они вырабатывают шаблонное мышление и в дальнейшем будут мешать твоему разветию. Клични – Удобная вещь для циклов первичного развития. Но крайне вредны, даже для среднего звена. У нас действительно существуют гражданские группы. И ты будешь с ними пересекаться на лекциях. В основном это выводки из знатных родов. Среди тех, кого ты называешь фермерами, есть и родичи нашего кастилпа.

– Только их мало осталось.

– Верно. Тем тщательнее надо следить за своими словами. Переступив порог академии, ты несешь полную ответственность за все, что произнесешь вслух.

Представить себе, что шестой уровень, и далеко не из ранних, снизойдет до свободного общения с ним, Криишан до сих пор не мог. В жесткой иерархии военных шнатлий такое было немыслимым.

Новое назначение принесло изменения не только в общении с начальством.

Разницу своего положения он увидел и в новом месте проживания. Как выяснилось, курсантам, то есть ему, полагалась отдельная комната в общежитии. По сравнению с привычной казармой это стало значительным изменением в привычном укладе жизни. Не сказать, чтобы это была большая комната. И обстановка мало отличалась аскетичности казарм. Лежак с жёсткой подстилкой так точно переехал из прошлой жизни, как и штатная тумбочка около него. Новшеством оказался стол, который больше не требовалось ни с кем делить и шкаф для личных вещей. А так же персональный санузел.

Личные вещи, кстати, уже успели доставить в комнату из недавно покинутой казармы. Потоптавшись у входа, Криишан немного неуверенно обошел выделенные апартаменты, заглянул в дверь, за которой оказался индивидуальный санузел, да ещё с душем. И все же занялся разбором вещей. Пусть их не много. Но те, кто собирали их, делали это как придётся. Так что выделенного часа едва хватило, чтобы привести себя в порядок до того, как выделенный для ознакомления с территорией сопровождающий появился в дверях.

– Готов?

– Да.

– На будущее. Двери комнат имеют замки и индикаторы. Когда приводишь себя в порядок или переодеваешься, лучше ими воспользоваться.

– Зачем?

– Так принято. Считается, что быть застигнутым в этот момент, значит попасть в неловкую ситуацию.

– Для меня?

– И для тебя тоже. Но главное, что отказываясь предупредить о своем нежелании видеть постороннего, ты проявляешь неуважение к входящему.

– А если входящему требуется срочный разговор?

– Он оповестит тебя стуком в дверь, как это делают все разумные или свяжется по коммуникатору. Вход без твоего голосового разрешения считается нарушением правил вежливости.

– Ясно. Не понял рассуждений о ситуациях. Но рекомендации принял к сведению.

Проводник в новую жизнь снисходительно наклонил голову вправо.

– То, что ты из рода военных я понял. Где служил?

– Аркхария, Карнэсси. Участвовал…

– Все, все, этого вполне достаточно. – Поспешно перебил собеседник. – Верю, что послужной список у тебя впечатляющий. Но я спросил только о месте службы, чтобы уточнить для себя кое-что?

– Это оскорбление или намёк на него? – Криишан решил для себя уточнять моменты, ранее считавшиеся для него очевидными. Нежелание при знакомстве узнать опыт собеседника в казармах считалось признаком оскорбительного пренебрежения.

– Ничуть. Я сам служил в Криахше, Вэссмиле и Иолтарии. Дыры, по сравнению с которыми твои провинции есть светоч нашего клана. – Новый знакомый даже изменил наклон головы в знак уважения за сдержанность новичка.

– Слышал, о них. Кажется неразвитые колонии.

– Точнее совсем недоразвитые. Просто для выходцев из базовых миров клана некоторые вещи подробно разъяснять не требуется. Например, правила, принятые в общении в академии. Кое-что они усваивают ещё со второго цикла, воспитываясь в родовых домах.

Криишан порылся в своей памяти. Среди сослуживцев, особенно на третьем цикле было немало выходцев из центральных миров. Да и офицеры четвёртого цикла им командовали уже не раз. Теперь он мог припомнить некоторые странности в их поведении, на которые раньше не обращал внимания.

Кое-что становилось теперь понятным. Например, почему офицеры из четвёртого цикла редко оставались в казарме ночевать. И эта странная манера второго цикла перед входом в помещение даже в открытую дверь обязательно стукнуть о косяк так, чтобы на него посмотрели.

Боец тогда быстро избавился от этой привычки. Но она ведь была. И сам он происходил именно из базового мира.

Провожатый тем временем вел его по территории, показывая столовую, учебные здания, место для тренировок. Как пользоваться панелями доступа. Они здесь тоже отличались от привычных по казарме. Попутно вываливая на его уже заболевшую голову, все новые правила.

Оказывается, на приём пищи здесь строем не ходят. Более того, он будет сам определять время посещения столовой. И не будет стандартного набора.

Терпение и последовательность, с которой проводник показывал, как все надо делать, говорила об опыте гида в подобных делах. Даже в самой столовой, почти пустой в это время, он педантично провёл его к стопке подносов, потом посоветовал, что именно взять для начала.

– Пока возьми то, что привычно по стандартному пайку неполного офицера твоего ранга. С остальным определишься сам со временем. – Посоветовал гид и устроился неподалеку в ожидании, пока его подопечный поест.

В конце экскурсии Криишан уже плохо соображал от навалившейся информации. Ему требовалось сбросить напряжение, и желательно как можно более привычным способом. Но даже на полосе препятствий пришлось постараться, чтобы хоть немного прийти в норму. Мешало уже то, что он тут оказался совершенно один.

Тренировки на площадках у него теперь сократились до непривычных, пары часов. По желанию можно было добрать в свободное от занятий время. Но его то как раз становилось все меньше. Весь день оказался расписан по непривычным лекциям, семинарам и практике в лабораториях. А ещё была библиотека.

Криишан формально оказался зачислен в группу таких же как он соклановцев из разных родов, начинающих четвёртый цикл. Только увидел он эту группу уже в конце триместра, который потратил на то, чтобы хотя бы подняться до уровня, когда сможет понимать, о чем идет речь на лекциях.

Впрочем, знакомство с группой тем и ограничилось. Близкое общение для шнатлий было скорее исключением, чем правилом.

Сообщение о вызове кастилпом той самой человечки пришло между двумя лекциями по тактике.

И преподаватели, и студенты обсуждали даже сам факт вызова кастилпом мягкотелого. Сомнения были не в исходе предстоящей схватки, а в самом факте признания за человечкой прав равных шнатлиям. А именно так ими воспринимался круг равных.

С чем и Криишан и попытался поспорить на очередном семинаре.

Крхаэш, преподаватель тактики некоторое время выслушивал его речь, с некоторых пор переполненную эмоциональными оборотами. Потом неохотно переложил крылья и нагнул голову, давая понять, что эта тема ему наскучила.

– Тем, кто считает, что мягкотелые это недоразвитые расы и только по недоразумению считаются разумными, лучше оставаться в армии. – Проскрежетал он, когда Криишан замолчал. – Там полно тех, кто остановился на пороге четвёртого цикла. Здесь, в академии учат думать. В том числе над теми постулатами, что вбиваются в головы находящихся на стадии полуразумных и ранних циклов.

– И что не правильного но в моих словах? – Испытал растерянность Криишан.

– Ты и раньше знал многое из того, что сейчас приходится переосмысливать. Например, то, что шнатлии воюют с мягкготелыми разумными всю свою историю. И далеко не всегда мы побеждаем.

– С паразитами в казармах мы воюем столько же, если не больше. Но никто не говорит о нашем поражении. – Криишан от возмущения даже прищелкнул языком.

– И зря. – Отрезал Крхаэш. – Я о поражении, а не о разумности. Впрочем, паразиты не разрабатывают новых видов оружия, а просто выживают в созданных нами условиях. Если же сравнить цивилизации мягкотелых и шнатлий, то скорее уж приходится признать, что мы проигрываем. Хотя бы по числу контролируемых нами миров. И это, не смотря на такой несопоставимый параметр как плодовитость.

– Уж не хотите ли вы сказать, что они нас превосходят.

– Нет. Но им в своей жизни не приходится проходить многолетние циклы в обретении разума. Ребёнок мягкотелого слаб телом. Но по разуму не уступает нашему четвертому циклу. И если говорить конкретно об этой человечке и предстоящем поединке, то нам всем следовало бы обратить внимание на то, что она до сих пор не назвала своих секундантов.

– Наверно нет желающих идти с нею на смерть. – Криишан даже позволил себе жест пренебрежения, поддержанный одногрупниками. Среди шнатлий такого просто не могло быть.

– Ты ошибаешься. Из того, что я наблюдал в новостных каналах, на сторонни человечки круг равных были готовы выйти ее сестры по гекате. Кроме того, я не исключаю, что брат принцессы заключит официальный союз одним из очевидных способов. И судя по интенсивности общения, этот вопрос обсуждается. Его гекаторы намного лучше подготовлены для предстоящего боя. Но по оценке наших аналитиков, их подготовка до сих пор не завершена и в отсутствие необходимого опыта они не противники кастилпу. Но человечка молчит. И это свидетельствует не только о том, что она хорошо понимает возможности своих сестер и гекаторов брата своей старшей. И теперь ищет выход.

– Что может придумать мягкотелая за три дня? Наш кастилп не оставил ей шансов.

– Она не раз доказывала свою способность находить выход из тупика. Вполне возможно, что трехдневная отсрочка, это роковая ошибка нашего кастилпа. Я считаю, что этой девчонке нельзя было давать время на подготовку.

Крхаэш повернул голову, в жесте осмотра всей аудитории. Но группа молчала, озадаченная высказыванием преподавателя, граничащего с крамолой.

Криишан ушёл с лекции в смешанных чувствах. Слова преподавателя, завершающего пятый цикл привели его в изумление. Но и согласиться со старым профессором он не хотел и собирался продолжить разговор после победы кастилпа.

Поединок транслировался в империи шнатлий и сразу по всем мирам клана. Криишан знал об этом, так как связывался, чтобы узнать новости в своём отряде. Его бойцов пока держали в резерве и постоянно гоняли на тренировки. Так что предстоящий бой в круге равных стал основной темой короткого сеанса связи с партнером по боям в вольерах.

Человечка воспользовалась правом вызванного и так до самого начала боя и не определилась со своими секундантами. Криишан ощутил неладное, когда увидел, наконец, кто именно вышел в круг следом за нею.

Кашьяти и серпентиниды. Сам факт что эти две расы смогут действовать на одной стороне уже был странным. Но вторым потрясением для него и остальных оказалось, кто именно из этих рас принял приглашение человечки.

Представители рода правителей извечных врагов шнатлий не погнушались объявить эту двуногую с хилым телом равной себе. И при этом, ради нее они предпочли забыть даже тот факт, что совсем недавно и с огромными усилиями заключили между собой нечто вроде мирного соглашения.

Крхаэш часто требовал смотреть и анализировать все детали обстановки. И использовал для этих упражнений новостные ролики. Благодаря этому Криишан отметил, что сюрприз, похоже, удался не только для кастилпа, но и всех кто лично присутствовал в зале. По крайней мере, суетливые движения и активная жестикуляция кое-кого из гекаты самой девчонки свидетельствовали об этом.

Как опытный воин, он не мог не отметить слаженности действий девчонки со своими секундантами. Не имело значения, что в паре с кашьяти она дралась как одно целое, а со змеелюдом, как подчиненные боец. Был важен сам факт того, что человечка не однажды тренировалась с этими бойцами. И каждый из них обучил ее своему стилю боя, не погнушавшись адаптировать его к телу людей. Похоже, связь девчонки с этими расами разведка клана проигнорировала, или вообще пропустила. И аналитики при подготовке вызова основывались на недостоверных данных. Если они конечно вообще были.

А в круге человечка легко меняла стиль боя в зависимости в паре с кем оказывалась. А если в какой-то момент оказывалась без прикрытия, и вовсе переходила на человеческую манеру боя, а то и вовсе непонятную Криишану. Это сильно сбивало с толку и не только зрителей. Кастилп со своими секундантами из родичей явно терялся при таком разнообразии боя.

Криишан быстро понял в какую ловушку угодил их кастилп. Какое-то время он ещё считал, что этот временное преимущество человечки с которым опытные воины высших циклов справятся. Но схватка в круге равных затягивалася. А человечка, вопреки сложившемуся стереотипу о своей её расе, и не думала уставать. Ей вполне хватало коротких перерывов, что обеспечивали секунданты. И даже полученные лёгкие раны не могли изменить здесь положение.

Атака с подкатом была неожиданной. Ну кому может взбрести в голову атаковать воина шнатлия с подкатом почти под живот? Это же верная смерть для любого, и не только мягкотелого. Но как оказалось, и в этом правиле были исключения. Человечка легко избежала угрозы быть раздавленной и хорошо выверенным и точным ударом из совершенно неудобного положения заставила всплыть в памяти Киишана короткий инструктаж, полученный еще в середине третьего цикла перед боем набегом на с двуноги. Наставник, или уж скорее дрессировщик, тогда внес изменения в стандартную систему боя и указывал на возможность атаки по ногам. В кратком пояснении указывалось, что такая атака была проведена человеком, проживающим в мире королевства куакш.

Криишан ни разу не сталкивался с подобной угрозой в реальности. Теперь же начал подозревать, кем именно был тот человек. Тем более что у самки проскользнуло несколько элементов обороны, явно подсмотренных у этих земноводных.

Завершение поединка Криишан смотрел почти как второй цикл. Не думая, не понимая, что происходит и как в полусне. Арденцы были настолько возбуждены происходящим, что даже обеспечили прессе доступ к переговорам человечки с секундантами. Наверно это была попытка ответа на манеру вызова человечки, без права вмешаться со стороны Совета контакторов и старших по возрасту.

Только для клана это уже не имело значения. В этот день они остались без правителя и наследников. Человечка уничтожила весь род правителей и одним завершающим поединком добила всех, кто еще мог претендовать на титул кастилпа. Как выяснилось, этим же ударом она лишила их возможности выбора нового рода для правления.

Для клана последствия поединка начали сказываться практически сразу. Уже через месяц в окраинных мирах клана появились армии других кланов.

Криишан, как и остальные воины, бессильно наблюдал, как начинался дележ клановых миров. Кастилпы оставшихся шести кланов не собирались позволить отверженным выбрать новый род правителей.

Глава 3

Их сектор оказался под контролем клана Архисори. Офицеры этого клана появились в академии спустя месяц после Дня поражения.

Криишан понимал, что и сам бы так отнесся к представителю падшего клана. Вся иерархия шнатлий, в каждом из семи, а теперь шести, кланов была построена на жёстком подчинении роду кастилпа. И пусть правитель лично отвечал только за внешнюю политику, а внутренние дела клана отдавались на откуп собору глав знатных родов, это не меняло дела. Как бы Соборы любого уровня не думали, каждый в клане понимал чего стоит вызвать неудовольствие кастилпа. Правитель, глава своего рода был единственным, кто не был никому подчинен. И именно род правителя обеспечивал целостность всего клана.

С гибелью кастилпа и всего его рода они все были лишены самого права называться кланом. И при этом, Верховный Собор клана не мог выбрать нового правителя, поскольку таковым должен был стать победитель в поединке. Разве может стать кастилпом мягкотелая, человеческий ребенок, даже по их правилам находящийся в периоде взросления?

Отсутствие кастилпа переводило весь клан в статус отверженных и лишенных клана. Перестали действовать все межклановые законы и договора. Внутренние же клановые правила чужаками игнорировались сами собой. Каждый род, каждый член падшего клана был обречен теперь стоять перед чужаками в одиночку.

Не закончив обучение, Криишан был направлен обратно в свой отряд. Архисори не были заинтересованы в обучении офицеров из числа отверженных. В этом отношении гражданским шнатлиям повезло немного больше. Специалисты фермеры были нужны всюду. Тем более специалисты лишенные всяких прав.

Воины клана стали расходным материалом во всех стычках, что происходили между кланами при дележе освободившегося имущества. Криишан с горечью осознавал, что их жизни, не зависимо от цикла, ценились теперь ниже, чем второй цикл новых хозяев. Но отказаться исполнять приказы для шнатлия было невозможно.

– Держись Криишан и не дай себя убить. – Все чаще повторял Крхаэш.

Его бывший преподаватель по тактике, был направлен в туже часть и стал непосредственным командиром полка, в который вошел отряд Криишана.

По мере возможности, они продолжали общение. Его бывший учитель пытался поддерживать и обучать всех своих бывших курсантов, до которых мог дотянуться в сложившейся ситуации. Новые хозяева не одобряли такой инициативы, но пока никак не реагировали на его своеволие. Все-таки пятый цикл имеет некоторые преимущества.

Пусть и в качестве расходного материала, но клану архисори были нужны не только первый и второй циклы. Им требовались воины, способные управлять техникой и офицеры, умеющие командовать этим самым расходным материалом.

Обращаться с техникой учили прямо на месте. А про тактику и стратегию для отверженных как-то забыли. Что и пытался исправить Крхаэш.

– Разве нам позволят выбрать кастилпа? – При очередной встрече наедине завел разговор Криишан.

– Вряд ли. – Задумчиво откликнулся бывший преподаватель. – Но все может быть. В конце концов, таким как я это не светит, но став опытным воином и перейдя на следующий цикл, возможно, тебе удастся добиться того, чтобы войти в клан Архисори в качестве основателя своего рода.

– Они вырезали почти все наши ясли.

– Архисори расчищают место для своих выводков. Мы поступили бы так же. – Передернул плечами Крхаэш.

– Но без выводков наш клан обречен.

– Официально, наш клан перестал существовать сразу, как выяснилось, что мы не можем выбрать кастилпа. На я тебе скажу немного крамольную мысль. Клан шнатлий существует, пока есть хоть один из нас, считающий себя его членом.

– Тогда мы с вами рискуем остаться последними. – Невесело заметил Криишан.

– Фермеров гораздо больше чем воинов. И ты зря считаешь, что им все равно. В чем-то их положение хуже нашего.

– Я слышал, на фермах к нашим относятся хуже, чем рабам из мягкотелых.

– Рабы, это имущество за которое заплачены деньги и о котором надо. Бывший клановец не может быть рабом у шнатлия. Зато его можно заставить работать как раба, так как за ним не стоит сила клана. А в случае неповиновения убить, в назидание всей семье, а то и роду.

В худшие периоды Криишан все чаще жалел о не вовремя наступившем четвёртом цикле. На примере своих бойцов, он видел насколько им проще. Без эмоций и лишних вопросов они спокойно приняли новых командиров. Для второго цикла и вовсе мало что изменилось. Они просто исполняли приказы своих дрессировщиков.

Остальным приходилось только сжимать жвала и терпеть, прекрасно понимая, что шансов на изменение ситуации нет.

– Завтра прибывают офицеры из центра обучения архисори, название которого мне, и произносить противно. Все из пятого цикла. – Тем временем продолжал бывший наставник. – Они собираются проверять своих водителей водных судов.

– Тех, что тренировались здесь последний триместр?

– Да. Архисори планируют набег через морской Переход. В составе группы планируется три малых судна, и один командный, средних размеров. По классификации людей малые десантные катера под прикрытием среднего командного.

– Почему используется классификация людей? – Озадачился Криишан.

– Потому что набеги планируется на провинцию Арден.

– …?

– Чего тут тебе не ясно? Пару месяцев назад Арденцы перехватили караван работорговцев. С ним доставлялся уже приобретённый товар из Окраинных миров. В Более сотни молодых рабов для работы на полях клана Архисори.

– Разве их не сопровождали хозяева?

– Две десятки второго цикла под командованием третьего. – Подтвердил учитель. – На перекрестке их встретили рубежники при поддержке серпентинидов. С известных тебе времен, эти расы начали заключать между собой весьма эффективные союзы.

– Неужели всех клановых воинов перебили?

– Могли бы и перебить. – Проворчала старый воин, и вывел изображение местности с обозначением противника.

Судя по всему, это была карта схватки, составленная им для очередного урока по тактике. Бывшему преподавателю за неимением доступа к обычным учебным материалам приходилось изготавливать их из подручной информации. Криишан давно заподозрил, что у наставника сохранилась неплохая сеть осведомителей. Их новые хозяева не часто делились данными о собственных поражеяниях. А Крхаэш теперь принципиально старался рабирать примеры именно на действиях своих новых хозяев и их союзников.

– Что скажешь?

– Арденцы устроили грамотную засаду, причем делали ее заранее. На подходе нельзя разместить резерв в таких местах. Получается, они хорошо знали маршрут каравана и с кем столкнутся. Судя по вооружению и составу бойцов, они шли именно на шнатлий.

– Это и так понятно. – Совсем по-человечески отмахнулся Крхаэш. – Разведка рубежников одна из лучших в Объединённых мирах и если уступает в чем-то нашей, то совсем немного. Маршруты караванов им известны. А о дополнительном усилении в охране легко можно было узнать в Окраинных мирах прямо на рабских рынках. Архисори известны своим пренебрежительным отношением к мягкотелым. Эта заносчивость их и подвела.

Криишан проследил направления не очень аккуратных стрелок. Сектора обстрелов, направления атаки противника и пути отступления своих.

– Арденцы не ставили перед собой цель уничтожить охрану. – Наконец выдал он. – Им нужен был товар.

– В точку. Со шнатлиями рубежники поступили проще простого. Они выбили офицеров третьего цикла. Остальные разбежались сами.

При этих словах оба презрительно передернули крыльями. О качестве бойцов клана Архисори они были невысокого мнения.

– Потом, похоже, рубежники оттеснили остальную охрану. – Закончил Криишан.

– Охрана караван и не сопротивлялась после побега хозяев. Арденцы известны своим отношением к работорговцам. А стычка произошла на Перекрестке. То есть вне законов любого мира. Так что при таких встречах штатная охрана предпочитает не раздражать имперцев, как и их союзников. Самое большее, чего от них можно было ожидать, это обеспечить исчезновение хозяев каравана или управляющего. С этими Арденцы вовсе не церемонятся.

– Это понятно. Они же платят.

– Серпентиниды с некоторых пор так же перестали вступать в преговоры с работорговцами. У них и рабов то немного было. А теперь и вовсе ввели запрет на работорговлю и собираются даже отменить рабовладение.

– Ясно. Нападающие оттеснили охрану и эвакуировали товар.

– Точно. – Удовлетворенно кивнул Крхаэш. – Теперь архисори узнали, где именно для рабов организовали лагерь. Это небольшой пустынный остров в одной из крайних провинций Ардден. Их там приводят в порядок, лечат и скоро начнут распределять по провинциям на поселение. Мирок так себе. Одна вода и куча мелких островов. В океане неподалёку от интересующего их островка есть морской Переход, связанный с тем самым Перекрестком. Обратный Переход немного подальше, но вполне досягаем для катеров этого класса.

– У них может получиться? – Осторожно поинтересовался Криишан.

– Вроде да. В этом мире нет крупных континентов. Множество островов, разбросанных по всему шарику. Столичный остров расположен далеко. Провинция отсталая, населена слабо и в основном фермерами. Со времён Великой волны там даже регулярной армии не сохранилось, за ненадобностью. А морским Переходом раньше пользовались контрабандисты, пока маршрут стал невыгодным. И о нем забыли. На острове где расположили лагерь, даже фермы отстутсвуют. Большая его часть отдана под музей техники времен Великого Раскола.

– Странное место.

– Ничего странного. Это был последний мир, что в те времена требовал полномасштабной зачистки от тварей Бездны. В нём сошлись армии и техника всех союзных государств.

– После завершения операции эвакуировать старую технику было невыгодно, а выкидывать жалко. – Додумал Криишан.

– Выкидывать такую кучу металлолома и снаряжения тоже себе дороже. – поправил его Крхаэш. – Там же топливо, боеприпасы, полевое снаряжение и много чего ещё. Проще все свезти в одно место и обозвать интерактивным музеем. Далеко, безопасно и всегда можно приехать с экскурсией. Сейчас там и персонала то всего десяток человек. Вся охрана, это полсотни стареющих стражников. Вот под их контролем лагерь и организовали. Им там все равно делать нечего.

– Почему Архисори сообщили о своих планах вам? – Криишан уже подозревал ответ. И он ему заранее не нравился.

– Потому что это будет проверка не только их пилотов морских кораблей. – Нехотя признался учитель. – Ты и ещё трое из числа прошедших подготовку пилотов глайдера отправитесь с ними.

– Мы же только приступили к отработке полетов.

– Они считают этого достаточно для вас. Скорее всего кому-то очень хочется в очередной раз показать, превосходство архисори над отверженными.

– В набеге, где даже нет армии? – Со скепсисом уточнил Криишан.

– Я бы с удовольствием тебя не посылал с этими «хозяевами». Но могу только попросить быть осторожным. В случае возникновения проблем немедленно уводи всех наших из того мира. Желательно при этом иметь возможность оправдаться перед начальством.

– Не понял, учитель. – Замялся Криишан. – Вы же только что говорили, что там нет опасности. В связи с чем могут возникнуть проблемы?

– Сейчас нет. Но разгром каравана произошёл два месяца назад. Арденцы, особенно рубежники, не могут не думать о возможном ответе. И судя по тому, что до меня доходит, они действительно ожидают нашего набега на одну из граничных территорий. Но все же я не могу отделаться от мысли, что-то тут не так. Помни, что архисори всегда недооценивают врага и его удачу и потому часто проигрывают на ровном месте.

– Учитель! Я думал, вы верите только в науку и суеверия не принимаете в расчёт.

– И совершенно напрасно, Криишан. Удача, это сильнейший фактор для воина, который невозможно просчитать. Зато её можно учесть и никогда не отказываться от планирования запасных вариантов.

Крхаэш переложил крылья, как делал это часто во время лекций на интересную для него тему.

– История падения нашего клана тому доказательство. Не будь на стороне той человечки более сильной удачи по сравнению с кланом, она вряд ли бы выжила даже у куакш. Но сбежав от работорговцев, сама того не понимая, человечка добралась наконец до мира, куда ловцам рабов ход заказан. Даже там она должна была умереть. Но попалась на глаза именно тем куакшам, что отнеслись к человеку со всем вниманием и выходили ее. Она должна была погибнуть во время охоты третьего цикла. В результате, погиб весь цикл из выводка кастилпа. Здесь нет с ее стороны сознательного стремления навредить шнатлиям. Она вообще ничего не знала о кланах. Нет изощренных планов. Зато есть результат. Что это как не удача воина?

– Тогда получается, что мы сами обратили внимание удачи на эту человечку.

– И удача посчитала её более подходящей кандидатурой для своего покровительства. – Прижал жвалы к пасти учитель. – Именно в тот раз человечка выстроила свой первый план, в результате которого наш кастилп лишился наследников, а удача отвернулась от всего клана. Наша ошибка была в том, что мы сами этого не поняли тогда.

– Но что нам до этого сейчас?

– Кланы объявили Большую охоту против этой девчонки, закончившуюся гибелью нашего кастилпа. Человечка не просто вошла в гекату принцессы Арден. По своим способностям она встала почти вровень с нею. Ей повезло даже в этом. Удача с нею даже в том, что ее старшая гекаты совсем не возражает против такого равенства. Как выяснилось, Арденцы и Аринольцы совсем не против конкурентов в области правящих, если те не угрожают императору и империи.

– Как выяснилось, кое кто ещё тоже готов с смирился со сложившимся положением вещей.

– Ты о кашьяти и серпентинидах?

– А о ком еще? Если бы не они, круг равных закончился бы иначе.

– Не факт. Хотя согласен, шансы на выживание кастилпа могли быть иными. Но призвав своих союзников, человечка лишила нас этого шанса.

– Подождите. Вы считаете, что и тут мы можем столкнуться с этой человечкой?

– По моим данным, она сейчас в Арден. После истории с Ринсли её охраняют даже тщательнее чем саму принцессу. Я бы сказал, что сама принцесса Рианна охраняет ее, а не наоборот. Ее передвижения засекречены на уровне семьи императора, и куда она напрвится в следующий раз никто не может предсказать.

Как мы с тобой уже обсудили, ее удача почему-то очень любит сталкивать ее с нами. Поэтому я не стал бы сбрасывать со счетов вероятность того, что она все же появится именно там, где ее не ждут. Если человечка все же появится, советую забыть все, чему я тебя учил и уходить из того мира какой бы ни казалась выигрышной позиция Архисори. Уходи даже с риском быть осужденным Архисори.

– Я понял тебя, учитель. Но ты говорил, что там только музей старого оружия времен последней Великой волны. Что сможет противопоставить человечка, даже со всеми своими гекатессами, могут противопоставить современным ударным катерам?

– Человечка не раз попадала в наши засады и сталкивалась с нами в самых проигрышных для себя ситуациях. В некоторых из таких встреч ты даже участвовал, насколько я помню?

– Да, второй и третий циклы. И совсем недавно.

– Тогда наверно ты согласишься, что эта Нэстэ находит выход там, где его быть не может. В том мире в её распоряжении будет музей с совершенно исправной военной техникой сразу нескольких миров. Персонал музея знает, как обращаться с экспонатами. Гекаты тоже этому учат и именно в этом музее они практикуются в реальных условиях. Так что если постараться, то создать катерам проблемы при приближении к берегу вполне возможно.

– Так Архисори это тоже понимают!

– И считают возможные потери вполне приемлемыми. Но кто же из них считал фактор гекатессы ее высочества Рианны?

Пребывание на командном катере для Криишана оказалось гораздо тяжелее, чем он предполагал. Архисори, от командира всем набегом до последнего едва перешагнувшего рубеж третьего цикла, смотрели на их тройку как на грязь у себя под ногами. При первом же знакомстве на борту новый командир демонстративно процедил предупреждение на счёт выяснения отношений с его бойцами.

– Мне все равно, какого вы тут цикла. Для меня вы не шнатлии, а недоразумение, не достойное сражаться даже с первым циклом. – Заявил он прямо перед всем строем. – Вы здесь для зачетного боевого вылета. Так тому и быть. Выжившие после набега будут нужны в конфликте с кланом Вархскэори. Надеюсь, вы там и поляжете.

Криишан невольно напрягся. Бросать в бой едва поднявших в воздух машину бойцов было сродни убийству. Это понимали все. Но архисори гибель представителей падшего клана совершенно смущало. Выжившие продолжат воевать, пока не погибнут за интересы чужого клана. Это было целесообразно, логично и о погибших отверженных никто в последствии и не вспомнит.

Заданное старшим офицером отношение к новичкам немедленно было усвоено подчиненными. Младшие циклы отказались обслуживать их кубрик. Остальные старательно игнорировали воинов падшего клана.

Все, что им позволялось, так это сидеть у себя в кубрике или вощится с глайдерами. Их бы воля, и кормиться бы позволили отдельно. Но условия небольшого кораблика не позволяли устраивать разнос пищи. Криишан с товарищами невольно испытывал удовольствие, от осознания, что хоть в этом может досадить своим союзникам.

Переход они прошли ночью. Криишан считал такую предосторожность излишней. На Перекрестке лишних глаз в открытом океане не было, и не могло быть. А на той стороне, если будут радары или датчики, то ночь или день уже все равно.

Сразу после сброса щитов высшей уровня, катера набрали скорость и пошли к цели, одновременно напитывая опустошенные Переходом энергонакопители. Архисори все же предусмотрели возможность того, что местные наземные службы смогут задействовать древнюю технику. К моменту выхода на лагерь, все катера будут обладать силовым щитом минимум третьего уровня напитки. Вполне достаточно для противостояния оружию четырехсотлетней давности. И это при том, что глайдеры тоже смогут подняться в воздух.

Сидя в кабине своей машины, Криишан прикинул скорость, с которой индикатор энергонакопителя смещается в зеленую зону.

По всему выходило, что взлететь он сможет даже немного раньше, чем запустятся щиты.

Он подтвердил получение сигнала на взлёт по готовности. Эти твари даже в боевой обстановке общались с ними как со вторым циклом. Только через кодовые сигналы, без связи и разговоров. И никого особенно не волнует, что первоначального запаса энергии хватит всего на час-полтора полета.

Неполный час от Перехода до музейного острова пролетели в напряжённом ожидании. О том, что Переход все же не брошен без наблюдения стало ясно практически сразу. Но также подтвердились и сведения о полной неспособности противника к сопротивлению.

Их пытались остановить по связи. Требовали и даже угрожали. Но радары показывали только редкие гражданские суда на довольно значительном удалении и полное отсутствие чего-то, что могло противостоять броневым катерами океанического класса.

Архисори рассчитывали на быстрый налет, захват лагеря с рабами и столь же быстрое отступление к возвратному Переходу. Меньше чем за сутки Арден не сможет перебросить сюда регулярные войска. А и местной морской страже уже не первое столетие не было нужды отходить далеко от берега. Так что у них все могло получиться.

Береговая линия острова выскользнула из-за водного горизонта и начала приближаться. Стали видны мелкие бухты и выступы береговых скал. Криишана охватил привычный боевой азарт. Пусть и под чужим кланом, но он все же снова идёт в бой. И скорее всего этот набег будет удачным.

Неладное он ощутил, когда обнаружил среди волн аномальные буруны разрезающие огромные валы воды и шеренгой двигающиеся им на перехват.

Нечто практически полностью погруженное в воду двигалось на встречу от берега. Так, что над морской поверхностью оставалось только странное круглое возвышение, захлестываемое даже небольшой набегающей волной. Очевидно поэтому радары до самого последнего момента молчали.

Непонятные точки ныряли в провалы океанических волн, появлялись на их гребнях и тут же исчезали снова. Даже сильное увеличение изображения не позволило разглядеть что это такое вообще.

По коротким сообщениям в корабельной связи Криишан понял, что не он один увидел угрозу. Архисори тоже пытались разобраться что же именно их встретило на таком удалении от берега. По всем данным, в музее не было морской техники. Ее музей располагался на совсем другом острове этого мира.

Индикатор энергонакопителя почти приблизился к зелёной зоне и Криишан начал готовиться к взлету. Ему очень не нравилось увиденное на воде. Но пока предпринимать какие-либо действия было рано. Хотя предупреждение учителя всплыло своевольно всплыло в памяти, занозой засев где-то на границе сознания.

Нечто в воде тем временем ускорило ход. Буруны перед ними увеличились, и из воды начало показываться нечто квадратное.

Уже и при небольшом увеличении стало возможно разглядеть округлую башню, ранее только слегка высовывавшуюся над водой, установленную на чем-то весьма громоздком, что начинало за счет скорости вылезать из воды. Плоский верх, резко обрубленные борта, приземистый широкий силуэт и… гусеницы!

Точно гусеницы! Они вращались, отчаянно молотили воду разбрызгивая фонтаны воды в стороны и наверняка громко лязгали. Хотя последнее Криишан мог только предположить.

«Машина боевого прикрытия колон времён Великой волны» – Всплыли в памяти строки скупой информации из истории военной техники. – «Использовались в отколовшихся анклавах Арден до завершения зачистки тварей. Представляет собой модифицированную машину на основе танка времён создания силовых щитов. Основное назначение – прикрытие караванов различного назначения в отрыве от транспортных линий. В связи с полным отсутствием электроники, машина оказалась крайне эффективным средством прикрытия караванов как на марше, так и в условиях стоянок. Вооружение…»

– Они же не плавают! – Донесся голос капитана корабля. – Да и чем это старье может нам навредить? Разве что пойти на таран.

«Неплохая идея. Такой массой небольшой катер без щита точно можно достать.» – Прикинул Криишан. – «Жест отчаяния, но щиты не пропустят его на такой скорости».

Из воды поднялась гигантская труба орудия.

«И что? Они совсем спятили, если рассчитывают забросать нас доисторическими снарядами».

Криишан не стал больше ждать и дал своему звену команду на взлет. Арденцев, как и остальных мягкотелых он уже давно перестал считать идиотами. И раз в океане оказались почему-то плавающие танки, значит у тех, кто их ведёт есть план. И ему лучше быть подальше, когда они начнут его осуществлять.

Глава 4

Боевой глайдер едва оторвался от палубы катера, когда самые худшие его подозрения оправдались.

Залп противника не был похож ни на что, ранее виденное им лично. Зато, напомнило другой абзац из того же учебника истории.

Черные точки снарядов вылетели из стволов, встроились в линии и на удивление медленно устремились к катерам. Инфосистема боевой машины тут же выдала характеристики использованного снаряда и их общий вид.

«Тандемные снаряды. – Вспомнилось строчки из учебника. – Одна из последних разработок периода изобретения силовых полей. Снаряды специально созданы для преодоления силовых сфер до третьего уровня напитки методом искусственного снижения скорости. Не смотря на весьма высокую эффективность при преодолении силового щита, этот вид боеприпасов оказался мало пригодным в реальных боевых условиях. Основным недостатком снаряда стала низкая скорость и большие размеры. Системы активного перехвата воздушных целей, достигли к тому моменту пика своего развития. Из-за своей небольшой начальной скорости, а также из-за вынужденного замедления при прохождении щита снаряды становились лёгкой целью даже для не самых сложных систем противоракетной обороны. В связи с чем быстро вышли из употребления».

Уже набирая высоту Криишан увидел несколько вспышек при входе снарядов в силовые щиты катеров. На увеличенном изображении можно было даже рассмотреть, как снаряд почти останавливается и с заработавшим двигателем продавливается через щит, а затем срабатывает дополнительные ускорители. Эти снаряды не имели ни внешнего управления, ни электронной начинки. Тандемным его назвали из-за небольшой головной части с механическим штоком. По сути именно он запускал тормозной двигатель, снижавший скорость практически до нуля, при этом удерживая снаряд на траектории полета. Двигатели же продавливания и ускорения были всего лишь пороховыми ускорителями. Без всей этой начинки снаряд представлял простейшую болванку, начиненную огромным количеством взрывчатки или зажигательной смеси. Главной же проблемой было иное. Размеры снаряда со всей этой начинкой были такими, лучевое оружие, входившее и в древнюю в систему противовоздушной обороны, легко сбивали их ещё на выходе из щита.

Криишан проследил, как на палубе одного из катеров раскрылся огненный цветок.

Вот именно, «сбивали». Во времена, когда технология силовых щитов еще только создавалась, а это даже не последняя Великая волна. Без щитов, древние войны требовали эффективной противовоздушной защиты на всех уровнях. В те времена это можно было приравнять к настоящему искусству, которое силовые щиты практически уничтожили.

В те времена тактика внешних периметров предусматривала вынос огневых точек за приделы щитов, обеспечивающих снятие боевой нагрузки со щита. А все что оставалось внутри сферы, образовывало внутренний периметр для ликвидации остаточной угрозы. Тут больше не было систем дальнего обнаружения ивсе строилось на лучевом оружии, обеспечивающем и скорость реагирования и высокую точность попадания. Вот только современные боевые катера не могли выставить внешний периметр. А лучевое оружие требовало энергии, которую съедали поднятые раньше расчетного времени щиты. Их энергонакопители полную мощность должны были набрать много ближе к береговой линии и тогда смогли бы обеспечить все системы обороны энергией.

У командного катера дела обстояли ещё хуже. Размеры его щита позволили накопителям дать щитам только второй уровень напитки. Что для этих снарядов стало слабой помехой. Это понял видимо и командир из Архисори. По крайней мере иначе объяснить исчезновение щита и активность лучевиков было нельзя.

Криишан только подосадовал на допущенную ошибку этого командира.

Боевые лучи по противнику ударили в полную силу. Судя по картинке с радаров, ое-где даже вскрыли металл на незащищённых полем башнях. И подняли густые клубы белого пара, полностью закрывшие визуальный обзор развернувшегося поля сражения. Радары глайдеров, направленные сверху и под углом легко засекали металлические коробки, высунувшиеся из воды. А вот с катеров, после того как нападающие снова почти полностью погрузились в воду, отслеживать перемещение нападающих стало крайне затруднительно. Лучи продолжали лупить по морским волнам, но явно не достигали цели. Даже поврежденные в первом залпе танки ни думали выходить из боя. Непонятный противник снова получил явное преимущество и поспешил им воспользоваться.

Теперь они маневрировали, стараясь оставаться в клубах поднявшегося пара. При этом сами продолжали вполне успешно расстреливать катера, совершенно не заботясь о расходе снарядов. Криишан заметил, что от довольно далекого берега в направлении боя выдвинулось еще несколько точек.

Со стороны нападающего музейного металлолома была голая сила. Под прикрытием медленно кочующей в направлении архисори паровой завесы, нападающие подошли к потерявшим ход кораблям и били почти в упор. На такой дистанции им не было нужды даже целиться. В тоже время катера не могли воспользоваться лучевым орудием из-за активированных на предельную мощность щитов и только пытались сбивать снаряды внутри своих сфер. Впрочем, плавающие танки оставались теперь почти полностью погруженными в воду. Над водной гладью торчали только плоские башни и орудия. Так что от лучевого оружия катеров толку было мало. Другое дело глайдеры.

Азарт схватки захватил Криишана. Для него отошло на задний план, что на катерах клан Архисори, по сути захватчики его клана. Ушли обиды за их отношение к нему лично. Сейчас там были свои, он пришёл с ними в этот набег.

По командному каналу наконец прошёл сигнал атаки. И Криишан начал разворот. Он впервые в своей жизни вёл боевой глайдер в реальную атаку. И уже не думал о том, что до этого он делал нечто подобное исключительно на тренажёре. К моменту этой командировки, он едва закончил обязательный практический курс свободного пилотирования. И до боевого применения в реальности ещё не дорос. Сейчас это было уже не важно.

За ним шла пара таких же «опытных» пилотов. Поэтому Криишан избрал единственно возможную тактику, назначив сразу всем одну единственную цель, вместо того чтобы позволить каждому выбирать самому.

Танк, остававшийся все время в середине строя врага и немного впереди него. Весь расчёт строился на том, чтобы накрыть не саму цель, а сразу всю площадь вокруг нее. Их лучевое оружие тоже пока не могло бить в полную мощность. Вообще хорошо, что энергонакопители могут обеспечить полную мощность двигателей машины и обеспечить нагрузку генераторам силовой сферы. Но у глайдеров еще оставалось огнестрельное оружие и ракеты.

Клубящийся над целью пар скрыл все от визуального наблюдения даже сверху. Но радары показали по меньшей мере три попадания в башню танка. И все без видимого эффекта. Предки Арденцев строили эти машины на совесть. А современные снаряды давно не рассчитывались на древнюю броню. Ее давно уже заменили силовые сферы.

Криишан выполнил маневр разворота с подъемом и начал повторный заход на цель. Его товарищи следовали следом. В какой-то момент азарт боя резко сменился уколом тревоги. Что-то в происходящем было не так. Совсем не так.

Их остающаяся на плаву цель и не подумала маневрировать и уходить из-под прицела. Сразу два ближайших к ней танка прекратили обстрел катеров. Причём к ним присоединился тот, что пострадал от первого залпа с командного катера.

В башнях этих четырех коробок из открывшихся люков выдвинулись пулемётные турели. Тонкие прерывистые линии потянулись на встречу машине. Сбить ими летящий в силовой сфере глайдер было невозможно. Это Криишан знал точно. Но точно так же он понимал, что и противник это знает. А тогда…

Появление мелкой управляемой ракеты сзади было Криишаном упущено. А на тонкий писк боевого радара он обратил внимание только когда автоматика совершила резкий бросок в сторону, и чёрная точка пронеслась мимо. Если судить по виду снаряда, это должна была быть модифицированная ракетная версия того же тандема с программным управлением траектории. В Арден, во времена Великой волны их пытались использовать в самых критических ситуациях, а еще при площадной зачистке территории.

Слово сочетание «программное управление траекторией» вызвало кольнула беспокойством.

Инфосистема выдавала крайне сжатое описание древнего оружия людей. Делалось это в связи с невозможностью его использования во время войны. Это тоже была болванка, как правило начиненная зажигательной смесью, в количестве достаточном, чтобы выжечь все живое на площади до сотни метров в глубине волны на удалении до километра и более от внешнего периметра.

Основным усовершенствованием относительно базовой версии тандемного снаряда, здесь был примитивный программируемый контроллер. Благодаря этому новшеству выпущенные один за другим снаряды могли еще в воздухе выстраиваться в цепь с заданным интервалом. Таким образом решалась задача зачистки тварей целыми полосами. Снаряды буквально выжигали все живое в месте падения. Один такой залп мог состоять из десятка ракетных снарядов, называемых пакетом. Возможность выстраивать подобным образом сразу несколько пакетов позволяла во времена прохождения волны накрывать целые площади. Чем и пользовались арденцы как при защите городов, так и во время сопровождения караванов. Сохраненная способность базовой модели преодолевать силовой щит тут использовалась с обратной целью. Поскольку перед выстрелом не требовалось снимать щиты или выносить стартовые установки за их пределы.

О большой точности при стрельбе по площадям естесственно никто не думал. Вообще, это было оружие дальнего действия и били им на как можно большее расстояние, примерно задавая направление, лишь бы в месте падения не оказалось разумных.

Сообразив, что радар продолжает панически верещать он наконец отвлекся от анализа информации и обратил внимание на экран.

Противник похоже повторил его собственный приём, добавив только маневр отвлечения внимания в виде бесполезной, но зрелищной стрельбы из скоростных огнестрелов.

Экран демонстрировал стремительно приближающееся сзади целое облако мелких целей, выстроившихся почти в идеальную квадратную сеть. Первый снаряд был всего лишь прицельным, задающим направление всем остальным пакетам.

Криишан подал сигнал опасности и начал маневр ухода.

Они почти успели. Двое из его пилотов сообразили, что нагоняющие их снаряды уступают в скорости глайдерам. Для манёвра ухода достаточно было прекратить атаку на противника и ускориться, уходя за пределы сети.

Пилот третьей машины оказался не столь сообразительным. Его резкий маневр в право был ошибкой. Траектория выхода из сектора поражения сеть снарядов быстро сократила дистанцию.

Но все равно он почти успел. И только самый край сети задел глайдер. Было хорошо видно, как снаряд задел защитную сферу и сразу резко изменил траекторию.

Красно-оранжевое пламя полностью заполнило силовую сферу прежде чем отключился генератор силового поля.

Мягкотелые считают шнатлий чем-то вроде бездушных машин для убийства. Этакие мало одушевленные, не чувствующие боли и не испытывающие никаких эмоций кроме жажды убийства. Но это все же было не так. Боль и страх за свою жизнь, это первые воспоминания каждого из тех, кто прошёл мясорубку первого цикла. К этому можно добавить и чувство удовлетворения от первых побед, обеспечивающих тебе еще несколько часов, а то и дней выживания. Потом уже приходит и азарт охоты. Когда твой выводок уже выпускают за границы и стравливают с соседями. Наверно именно это стремление уничтожить врага до того, как он позавтракал тобой мягкотелые и принимают воспринимают за жажду убийства.

Вопль горящего заживо товарища был доказательством того, что они все все таки чувствуют боль.

– Честная смерть. – Послышался комментарий одного из уцелевших пилотов.

Судьба свела его с этими шнатлиями только для этого побега. Криишан не смог бы вспомнить полное имя погибшего при всем своем желании. Но он согласился со сказанным. Погибнуть в схватке с сильном врагом было достойно. Непонятно пока кто именно выступил против них, но это был сильный и умный противник.

Они все-таки приступили к новому захожу на цель. И только тогда Криишан понял что именно вызывало то тревожное ощущение неуверенности.

Дальность! Модифицированные снаряды использовались на значительном удалении от любого оборонного периметра. Из-за низкой точности выстрела, всегда был велик был риск оказаться под своим собственным огнём.

Он допустил непростительную ошибку и сбросил со счетов тех, кто совсем недавно выдвинулся от берега на усиление вступившим в схватку. К счастью на этот раз вторую приближающуюся ловчую сеть заметил один из его ведомых. Но атака на танки все равно оказалась сорвана.

За всеми своими этими маневрами, уходами, возвращением на боевой курс, Криишан почти перестал следить за происходящим внизу. А там творился ад.

Катера Архисори практически потеряли ход сразу как запустили силовые сферы для защиты бортов. Противник в упор буквально расстреливал катера.

Совершая очередной маневр можно было видеть, как в рубке командного катера раздалось сразу три взрыва. Она буквально взорвалась из внутри. И последнее достижение морского военного строительства сразу стало напоминать чадяще чёрным дымом корыто. Дым поднимался ввертикально вверх, расползался по силовой сфере и начал быстро заполнять весь ее объем. Но катер хотя бы продолжал держаться на воде и даже пыталась отстреливаться. Правда все так же без успешно.

Один катер уже шёл ко дну. Плавно и медленно, не заваливаясь набок, он постепенно погружался в волны. И там похоже там уже не было живых. По крайней мере он не отстреливался, а силовой щит отсутствовал.

Остальные два катера зияли пробоинами в бортах, о один и вовсе красовался развороченной кормой..

Если судить по времени, то их энергонакопители должны были давно выйти на полную мощность. Отсутствие щитов говорило уже не о нехватке энергии, а о повреждении самих генераторов. Катера ещё пытались развернуться и выйти из-под огня. Но ставшие не поворотливыми корыта не могли соперничать даже с теми коробками, что продолжали скрываться среди волн.

Криишану сверху было хорошо видно, как то, что должно было быть подмогой нападающим, теперь явно пыталось перекрыть пути отступления избитым сородичам.

По сути этот бой был закончен. Командир воздушной эскадры отчётливо сознавал это. В рубке командного корабля погиб и командир операции. И теперь капитан каждого катерка пытался действовать самостоятельно. Хорошо это или плохо у них получалось, Криишан решил не уточнять и подал сигнал отхода.

– Куда? – Раздался в ушах незнакомый голос с дичайшим акцентом сразу, как тройка глайдеров взяла курс на возвратный Раскол. – Мы же не закончили.

Человечка! Он ни разу не слышал её голоса. Но кто еще из мог разговаривать на языке шнатлий голосом молодой самки мягкотелых на его командной частоте во время боя?

Сигнал ведомого он воспринял уже на рефлексах и спешно увеличил скорость. Противник снова запустил свою ловчую сеть из снарядов. Только теперь они это сделал и сразу с двух сторон. В догонку, для чего на время прекратили добивать катера, и сбоку, по траектории перехвата.

Пришлось спешно менять тактику ухода. Повезло не всем. И второй огненный шар распался серым облаком дыма, из которого сыпались несгоревшие обломки машины.

Криишан ни слова не сказав, только увеличил линейную скорость до предела. Учитель оказался прав. Человечка здесь и руководит обороной лагеря. У нее похоже очень веселая удача. И заключается она в том, чтобы свести человечку со шнатлияями. А остальное она сделает уже сама. В такой ситуации ему остаётся последовать совету бывшего учителя. Не ему меряться удачей того, кто в поединке завалил самого кастилпа.

Два уцелевших глайдера оставили за спиной чёрные клубы дыма поднимающиеся над горящими кораблями и неслись на предельной скорости до самого Перехода. Их никто не преследовал. Тем не менее, Криишан и не подумал замедлить движение даже когда заметил впереди серую дымку. Этот бой дал ему практику в управлении гдайдером больше, чем весь период обучения. Да и жалеть машину уже не приходилось. Через Переход без корабельных генераторов пройдет только металлолом, лишенный всей электроники.

Нос машины ожидаемо клюнул сразу как дымка перехода осталась позади. В воду он нырнул с непривычно громким плеском. И сразу поспешил потянуть рычаг ручного отсоединения капсулы пилота. Шнатлии лучшие воины и верх эволюции разумных, это факт. Но только пловцами были плохими. Крылья, а особенно тонкие подкрылья слишком быстро набирали воду и не позволяли этой расе долго держаться на поверхности.

Поплавок капсулы последнего ведомого закачался на волнах рядом. Им оставлось только беспомощно смотреть друг на друга сквозь фонарь кабины, не рискуя открыть прозрачный защитный колпак. Выставление в зону обратного перехода корабль поддержки планом архисори предусмотрено не было. Оставалось надеяться на то, что им все же повезет.

Глава 5

Любой представитель расы Шнатлий, мягко говоря, плохой пловец. Они вообще очень не дружат с открытой водой, что пресной, что с морской. Криишан никогда бы не рискнул разгерметизировать свою спасательную капсулу, не видя берега открытом океане.

Исключение для этой ситуации он сделал только потому, что был вроде как командиром в их паре выживших пилотов. Именно ему пришлось заботиться о том, чтобы они не потеряли друг друга среди волн и морские течения не разнесли капсулы в разные уголки.

Но даже в этом случае Крииашан потянул рычаг разгерметизации только тогда, когда капсула второго пилота неловко ткнулась к нему в борт.

С последним напарником они не обмолвились ни единым словом. Он и не ожидал, что его подчиненный сочтет нужным ему помогать снаружи. Воде есть вода. И тонуть никому не хочется. Его подчиненный ограничился только управлением захватами изнутри капсулы.

К счастью, море во время катастрофы было спокойно. А капсулы предусматривали внешние крепления для фиксации как раз на этот случай. Но как только захваты встали на место, он поспешил нырнуть обратно и тщательно задраил фонарь.

Криишан нервно передернул крылья. Капли соленой влаги все же попали под них и причиняли неудобства.

О спасателях ему думать не приходилось. Здесь, на Перекрестке, их никто не ждал и искать не собирался. В отсутствие корабля поддержки им оставалось надеяться только на удачу и милость местной погоды.

Капсулы пилотов их гладеров не предусматривали запаса пищи на длительный срок. Не было в них и запаса воды. Весь расчет строился на быструю эвакуацию или на естественные особенности организма шнатлий.

Посмотрев сквозь фонарь капсулу как его подчинённый начал укладываться, Криишан счел за благо не терять времени и тоже последовать его примеру.

Двухдневный запас еды им пригодится для быстрого восстановления в случае если капсулы прибьет к берегу. Шнатлии высшие разумные. Их тела способны впадать в спячку до двух месяцев, во время которой не будут расходоваться скудные припасы. Своеобразный природный анабиоз, в котором и смерть будет безболезненной.

Криишан аккуратно выскреб из-под себя иллюзорные крошки и мусор, подогнул задние и средние лапы и проверил положение своего тела. Кабина все же была слишком просторной. Если начнётся шторм, его может сильно побить о борта. Не хотелось бы выйти из спячки с переломанными ногами.

Ему пришлось заняться регулировкой привязных ремней. Они должны были жёстко зафиксировать оцепеневшее тело и предотвратить проблемы.

Закончив, для проверки он попытался для начала высвободить из-под себя задние лапы, потом средние. Убедившись, что ремни не позволяют ему сделать этого, Криишан аккуратно изогнул шею, скалыдвая тело почти что пополам. Вся хитрость здесь состояла в небольшом хлястике, который должен был оказаться под рукой во время пробуждения. За него надо будет потянут после сна, чтобы разом освободиться от привязи.

Ещё раз все поверив, он в последний раз сосредоточил внимание на направлении подчиненного. Тот уже убрал сигнальные усы и превратился в неподвижную темную глыбу. Выдохнув, Криишан аккуратно втянул голову под зафиксированные крылья. В спячке его шейные мышцы, вслед за всем телом закостенеют и крылья зафиксируют голову, предотвращая любые переломы.

Это на нижних циклах уход в спячку исключительно рефлекторное дело. Начиная с третьего цикла шнатлии учатся делать это осознанно, когда действительно необходимо. По своему опыту Криишан знал, что процесс погружения в спячку мог продлится больше часа. Но ему неуда было спешить. Он продолжал разглядывать волны и горизонт попутно отслеживания как постепенно цепенеет тело. Сознание постепенно мутнело, все сильнее отдалялся шум волн, трущихся и бьющихся о борта безвольных капсул. И наконец наступила тьма.

Два соединённых поплавка никем не управляемые мотались по океану почти три недели. За это время они пережили два шторма, побывали в качестве игрушки для какого-то морского чудовища, то подкидавшего их хвостом как мячик. В ясные дни на выступающих поверхностях образовывалась толстая соленая корка, а нередкие проливные дожди её смывали. Металл, там, где он не был защищен пластиком, покрылся корозией. Но капсулы продолжали надёжно хранить своих хозяев даже когда гигантские волны после очередного шторма с грохотом выбросили их на пустынный каменистый берег.

О том, что качка прекратилась, спящие рефлексы сообщили терпящим бедствие шнатлиям только, когда отлив прогнал штормовые волны.

Но свет для Криишана появился только спустя еще не менее часа. Ещё какое-то время понадобилось, чтобы спало оцепенение, и он осознал себя на столько, что вытянул голову из-под крыльев.

Погружение в спячку для шнатлия как бы можно бы повторяло все стадии взросления в обратном порядке – Неизбежная цена за выживание. Соответственно и возвращение к жизни происходило в том же порядке. И когда начали двигаться лапы, Криишан сравнил бы своё состояние с концом второго цикла. Ты уже все видишь, и можешь оценить происходящее вокруг. Но реагируешь исключительно рефлексами, без разума или осознания себя самого. Условия герметично закрытой капсулы оставались нормальными. Внешней угрозы не было и потому тело начало реагировать, только когда запах еды из разорванного пакета стал пробуждать аппетит.

Потянуть за рычаг разгерметизации фонаря, это было первое осознанное действие для Криишана после пробуждения. Дальше все уже пошло легче. Разум начал пробуждаться сам.

Из капсул они с подчиненным вышли почти одновременно. Но Криишан на уровне рефлексов ощутил удовлетворение. Он все же опередил своего подчиненного на несколько шагов. Что в их иерархии подтверждало правильность назначения его командиром.

Подчинённый замер в позе готовности выслушать приказ.

– Повреждения?

– Смят подкрылок, неудобство.

– Перетянул привязной ремень?

– Сорвался с крепления и ушёл под перекрылок.

Неприятная вещь. Но шнатлии не летают. Крылья им достались от малорослых предков. И служили они скорее подкладкой под перекрылки, прикрывавшие их хитиновым панцирем. Но все равно ощущения от смятого подкрылка приносили раздражающий зуд. Впрочем, это не смертельно.

– Ты в первый раз самостоятельно уходил в энтарксис?

– Да.

– Запомни опыт. – Толи констатировал, толи приказал Криишан.

Воины шнатлии учатся на собственном опыте или погибают. И в свой четвёртый цикл иначе Криишан учить не умел.

– Полный полевой и комплект для автономного многодневного перехода.

– Срок?

– Неизвестно.

– Цель?

– Торговые тропы, поиск торгового каравана.

– Набег? – Уточнил подчиненный.

– Отрицательно. Задача присоединится к каравану и избегать конфликтов. Если получится, то наняться в сопровождение.

– Я слаб. Питания не хватило. – Это же была не жалоба, а констатация факта. Командир должен знать о возможностях своих подчиненных и принимать решение.

– Начнём охоту. – Решил Криишан. – И нам нужна вода.

– Принято.

Что больше всего в новых знаниях о теплокровных удивляло Криишана, так это их желание спорить и обсуждать самые разные проблемы. У шнатлий все не так. Воин должен принять приказ, уточнить его цель и неясные детали. А так же указать возможные причины его неисполнения. И констатировать принятие к исполнению. Это были рефлексы воина.

Криишан был уже офицером. Поэтому эти правила его касались не в полной мере. Наставник в академии требовать от таких как он рассуждений и споров.

Его подчиненный был младше, едва начал свой четвёртый цикл и все еще оставался простым воином. Хотя и жаль. Криишан уже мог оценить, несколько было бы проще сейчас, окажись он здесь в паре с равным себе по циклу.

Подчиненный признал его старшим, и теперь будет исполнять приказы с педантичностью машины, даже если это окажется для него губительным.

При этом, гибель командира лишь частично предоставляет свободу действий для подчинённых его группы. В условиях выживания напарник Криишана скорее всего начнет действовать по шаблону, как в мире своего гнезда и не выживет. По сути опустившись до третьего, а то и до границы МО со вторым циклом. Но сейчас с этим уже ничего не поделать. Криишан недовольно переступил, но не стал озвучивать свои мысли. Не перед кем. Только отметил для себя, что присущий шнатлиям рефлекс подчинения уже не казался ему идеальным, как некогда.

Человечки не зря дали им унизительное прозвище по аналогии с насекомыми паразитами. Одинокий воин-шнатлий действительно по поведению похож скорее на мечущегося не неровной поверхности таракана, внезапно застигнутого потоком яркого света. Если в его голове нет пути отхода, он будет метаться во все стороны в поисках надёжного убежища. И скорее всего выберет ближайшую тень.

В одиночку из шнатлий могли выжить только полностью разумные циклы, способные удержать свой разум под контролем. А это только середина, а то и конец четвертого уровня.

Размышления не мешали переставлять ноги, как и отслеживать ситуацию. Потому они без задержек прошли по оврагу на террасу и осмотрелись.

Охота в этом мире была скудной. За остаток дня они смогли добыть всего лишь пару небольших тварей, рывшихся носом в корнях кустарника. Впрочем, этого хватило на ужин, и даже немного на утро. Были здесь и ручьи, и мелкие озера. Полуденный зной в степи для разумных насекомых не был даже неудобством. Перекрылки легко спасали их тела от пересыхания, а ноги и руко-ноги равномерно двигались, почти не требуя привалов.

Понятие нудности для Криишана было абстрактным. Но именно так бы назвал их переходы любой из теплокровных. Все разговоры между двумя спутниками сводились к уточнению тех или иных решений его собственных решений. Его спутник проявлял инициативу редко и исключительно по веским причинам, касающимся его лично: то задняя лапа повредится о камень, то обнаружит зверушку, пригоденую для пополнения их скудного рациона.

В среде шнатлий обсуждать погоду с подчиненным из младшего цикла было не то что не принято, просто бесполезно. Ну а красоты унылых степных пейзажей и вовсе глупо. Этот уровень эмоционального восприятия даже для Криишана оставался только частично доступным. Что уж тут говорить о воине, едва переступившем за границы третьего цикла.

Караванную тропу и свежие следы торгового каравана они заметили на пятый стандартный день своего путешествия. Остановились, определились с направлением и давностью. Затем пустились его догонять.

Это был караван теплокровных. Несколько торговцев доставляли мелкий товар из Крупных империй в Окраинные миры. Вполне легальный бизнес, если не считать некоторые высоко технологичные игрушки, запрещенные к подобной торговле. Но кто это проверит на Перекрестке.

Встреча со шнатлиями никак не входила в планы караванщиков. Охрана тоже не проявила энтузиазма при виде пары знакомых силуэтов. У них был полный штат. И конкуренция в виде двух хорошо подготовленных воинов-шнатлий их никак не устраивала.

Только караванщик не был бы успешным в своём частично нелегальном бизнесе, не воспользуйся он случаем получить двойную прибыль. За возможность присоединиться к своему каравану он стоговал с них расписку по завышенной ставке. При этом заполучив к себе двух дополнительных бойцов. Ведь они не останутся в стороне в случае столкновения с волной или какой бандой, регулярно промышлявших На Перекрестке.

Охрана морщилась, но спорить с нанимателем не рискнула. Все прекрасно понимали, что в худшем случае эти двое предпочтут двигаться следом за караваном. А иметь ничем не связанных шнатлий на хвосте ещё хуже, чем у себя под боком. Тем более, что тараканы все же соблюдали торговые правила и предпочитали без необходимости заключённые договора не разрывать.

Криишан предпочел бы караван работорговцев, услугами которых кланы не брезговали пользоваться для закупки и доставки партий рабов в свою империю. К тому же такие караваны избегали мест, где была велика вероятность встречи с империями не признающими рабство.

Перекрестки были нейтральными мирами. Но это означало только, что здесь вместо законов царили исторически сложившиеся традиции. Например, соблюдение нейтралитета на стоянках.

Известие о крупном сборном отряде, остановившемся на магистральном торговом пути встревожило Криишана не на шутку.

Начальник охраны, ходивший не встречу с отрядом отвечал на вопросы крайне неохотно. Соседний лагерь не представлял никакой угрозы для каравана. И даже больше, принял предложение об обмене сигналами опасности.

Для Перекрёстка это было что-тот вроде временного военного союза двух или более караванов, волей судьбы оказывающихся рядом. Своеобразный пакт о ненападении и обещании помощи.

Но главное для себя Криишан все же выяснил. Это был военный отряд, не имеющих к торговле никакого отношения. Сборный отряд из представителей весьма недружественных к шнатлиям империй. Но что хуже, за главных у них была группа людей, по возрасту ещё не закончивших период учёбы. Весьма примечательная примета на просторах Объединенных миров, наводящая на совсем неприятные мысли.

За короткое время совместного путешествия Криишан успел уже выяснить, что набег, в провинции империи Арден превратился по сути в нападение на ту самую человечку. А вместе с нею, на всех, кто её сопровождал. Союзные империи вряд ли могли оставить безнаказанным подобные действия. Шнатлии бы точно не оставили. За что его клан и поплатился кстати в свое время. А где лучше искать пропавших пилотов? В открытом океане чужого мира без шансов что-либо увидеть, или на одной из главных торговых троп, на стоянке мимо которой беглецы вряд ли проскочат.

Криишан так точно бы выбрал последнее. Лучше было не дожидаться подтверждения своей догадки.

Со слов караванщика Криишан знал о расположенном рядом Переходе в закрытый мир. Отряд возможного противника остановился крайне неудачно и слишком близко от него. При этом обойти их по степи и уйти от погони хорошо подготовленных воинов будет не просто и обойти отряд как-то иначе не получалось.

Исходя из все своих рассуждений Криишан решил все же рискнуть идти со стороны Перехода. Если нет, будет можно уйти в закрытой мир. А уже оттуда искать способ выбраться. Судя по справке, там человеческий мир. Но это же ограничивает возможности и для нелюдей в отряде противника.

Им не повезло. Непонятно зачем арденцев понесло на ночь глядя выставлять усиленные патрули так далеко от лагеря. Сначала он увидел появившуюся пару на тропе. Хорны, всего лишь гуманоидные наемники из мягкотелых. Один на один они не противники шнатлиям. Но когда рядом с ними появились кашьяти, ркасстановка сил резко поменялась.

Криишан резко сменил направление, пытаясь реализовать свой запасной план. На пути стояла всего лишь молодая человеческая самка и одна змеелюдка. Не рассматривать же в качестве серьезного противника мальчшку. Даже с начавшими двигаться им на перерез другими человечками, шансы на успех были огромными. Тем более человечки явно прикрывали свою старшую и не смогли бы их преследовать.

Человечка видимо получив сообщение об опасности по связи повернулась к ним лицом. Воин любой расы обязать знать мимику я врага. Криишан тоже учился этому, но же понял только одно: девчонка не только не испугалась. Наоборот, она смотрела на них с таким недоумением и досадой, как будто увидела нечто давно надевшее и успевшее наскучить.

– Опять вы? Ну сколько же можно! – Она даже за мечом потянулась с откровенной не охотой.

Криишан резко затормозил при первых звуках ее голоса. Та самая, чья удача больше всего клана. Её речь и акцент он сможет распознать теперь в любой ситуации.

– Назад, уходим. – Отдал он команду подчиненному.

Он отпрянул, уверенный что напарник не задумываясь выполнит приказ. Развернуться, резко разорвать расстояние и рвануть в другую сторону. Это направление было самым худшим из всех возможных вариантов. Будь сейчас день, уйти в степи от конного отряда было бы невозможно. Но сейчас наступала ночь. Да и противник отошел от лагеря без лошадей. В общем, у них был шанс.

Они уносились в степь невольно отслеживая в заднем секторе глаз выражение лиц человеческих самок: Недоумение и похоже какая-то обида у одной, поворачивающейся к своей старшей, возмущение у второй. И явно чем-то озадаченная змеелюдка. Потом сумерки оставили только замершие силуэты, а чуть позже и они исчезли. Их похоже не преследовали.

Они неслись минут десять. Потом угодили в место, где трава стала слишком высокой, да и сумерки уже стремительно сменялись ночной темнотой. Скорость пришлось снизить и перейти сначала на две пары, а потом и вовсе зашагать на двух ногах.

– Почему мы не приняли бой? – Послышался сзади голос подчиненного. – Мы могли справиться с человеческими самками и уйти в Переход, как планировали. Их не так много было. Кашьяти бы не успели к ним на помощь. А змеелюдка была только одна.

– Я узнал человечку. – Пояснил Криишан. – Мы вряд ли бы справились с нею даже с одной. Кроме того, ее пятерку тоже натаскивают драться именно против нас. Так что я сильно сомневаюсь, что мы с тобой добрались бы даже до змеелюдки.

Криишан не останавливался и на ходу медленно приходил в себя. Анализ увиденного в последние секунды их не очень славного отступления говорил о многом. В том числе о том, что он слишком переоценил свою значимость. Этот отряд не искал никаких пропавших пилотов, и похоже выполнял какую-то свою задачу, никак не связанную с ними. И, как это ни обидно, но учитывая все то, что он услышал в караване, о пропавших пилотах похоже вовсе забыли. Так что эта встреча оказалась полной неожиданностью для обеих сторон. А он, решив, что все вокруг только и делают, что ищут его, едва не попав в ловушку.

Глава 6

Возвращение в родной клан для двух выживших пилотов было далеко не самым приятным событием.

Разведка и не подумала соглашаться с обвинениями, исходящими от каких-то там офицеров падшего клана. Да и командование клана архисори не спешило признавать свои ошибки в планировании набега. Свалить полностью вину за разгром на двух пилотов-стажеров из числа изгоев было невозможно. Но ведь можно охарактеризовать их роль в проигранном набеге так, чтобы именно отсутствие воздушной поддержки стало причиной провала, оказалось возможным, особенно если они не могут возразить. Именно в этом ключе и было представлено решение Криишана покинуть поле боя.

Возвращение живым и невредимым вообще оказалось далеко не самым приятным сюрпризом. Командование предпочло бы, чтобы эта пара пилотов не выжила после Перехода. На мертвых ведь со временем можно много чего повесить.

– Считай, что тебе повезло. – Комментировал происходящее вокруг Криишана бывший наставник. – Грустно осознавать, что ты отверженный из падшего клана. Но есть в нашем положении и свои плюсы. Например, некоторые законы кланов на нас не распространяются. Никто из наших нынешних хозяев не счел возможным вызвать тебя на бой. Согласись, выстоять против воина пятого или выше уровня ты не смог бы.

– Слабое утешение. – Уныло шелохнул Криишан повисшими усами. – Особенно если учесть, что никто не будет осуждать выстрелившего тебе в спину в ближайшем бою.

– До боя тебе ещё надо быть допущенным. – Сварливо проскрежетал бывший профессор по тактике и даже насмешливо присвистнул, что в силу воспитания редко себе позволял. – Не спеши умирать, ученик. Возможно нам ещё удастся увидеть возрождение клана.

– Наставник, вы так долго изучали мягкотелых и их психологию, что видимо сами заразились некоторыми их привычками. Как иначе объяснить отказ от прагматизма и вашу веру в вами же построенные иллюзии. Истрия шнатлий не знает примеров возрождения клана после такого падения.

– Бывают времена, когда история всей расы делает резкий поворот и начинает прокладывать себе путь в совершенно новом направлении и вопреки всему, что думают и делают наши кастилпы. Возможно мы живем именно в такие времена. И человечка только послужила катализатором для наступления этих времен.

– Откуда там оказалась эта человечка! – Криишан сразу переключился на подкинутую темы и в досаде даже не заметил, как приподнял надкрылья. – Арденцы не могли ждать нашего нападения. Иначе бы они встретили нас гораздо раньше. Там всего лишь свалка старой военной техники, в которой разбираются только отдельные историки. В ее распоряжении были только мягкотелые и доисторические танки, да ещё более древние снаряды, о которых я вообще узнал только когда был направлен на учебу к Вам. И все равно она победила.

– Это только подтверждает то, как мы недооцениваем мягкотелых. – В голосе бывшего наставника проскочило несколько присвистываний, в знак внутреннего удовлетворения. – И особенно тех, кого они называют правящими. Жаль, что у нашей расы нет потенциала для появления подобных способностей.

– Раньше ты говорил о её удаче. – Заметил Криишан.

– Удача, тем боле Великая Удача, не приходит просто так, на пустое место. Она вслепую ищет тех, кто может быть достоин её внимания. Потому первый, а быть может второй раз она и зовется «случайной». Удача, это очень привередливая дама. Она никогда не останется с тем, за кого приходится постоянно и много работать. – Бывший профессор издал жвалами легкий хруст или треск, заменивший нечто вроде смеха в людей. – А из того, что я знаю, девчонка не сильно утруждает свою удачу и предпочитает доверяться исключительно своим силам и знаниям. В твоём случае она обошлась даже без своего кота. Я слышал, ты столкнулся с нею ещё раз уже на обратном пути?

– Столкнулся. Это был сборный отряд змеелюдов, хорнов и людей, но под руководством арденцев. И по словам купца, они ни на шаг не отходили от какой-то человечки. Но никаких официальных обозначений на их форме не было. Саму девчонку я видел только издали, но узнал по голосу.

– Она это. – Вздохнул наставник. – Разведка донесла, что человечка на какое-то время покидала пределы Арден. Но куда и зачем она ходила путями контрабандистов не установлено. Теперь вот узнали хотя бы направление, с которого они возвращались.

– Совсем не установлено? Я считал, что у мягкотелых сбор подобных данных упирается в деньги. Или разведка архисори не пожелала платить.

– Это Геката. – Наставник в знак значимости упомянутого даже присел на задние лапы. – Ни в Арден, ни в большинстве иных империй, к этой структуре у нас нет подступов. Союзная геката в этом вопросе не исключение. Все нити обрываются перед воротами отртобы. И искать кого-либо из обслуживающего персонала бесполезно, так как члены гекат их практически не привлекают на свою территорию. Не сказать, что кланы не пытаются проникнуть туда. Пытались и пытаемся с разным успехом, и будем пытаться. Но результаты этих усилий никогда не оправдывали понесенные затраты.

– У нас ведь тоже есть аналог гекаты. Никогда не думал над этим вопросом. У верховного кастилпа такая же защита?

– Тут ещё хуже. – Неохотно склонил голову в знак подтверждения наставник. – У нас в подобную структуру входят только близкие родственники из союзных выводков верховного кастилпа. Туда входа нет даже представителям нашей расы.

– Но мы же входим в Совет контакторов?

– Там много не узнаешь.

– Зачем мы тогда в нем состоим?

– Если говорить о последних событиях, что происходят после падения нашего клана, империя шнатлий могла бы потерять гораздо больше. Кастилпу через Совет контакторов удалось удержать мягкотелых соседей от активных действий. А желающих прибрать ставшие бесхозными миры всегда будет много. – Бывший наставник переступил ногами и даже припал на среднюю пару, в знак иронии.

Криишан согласно пригнул голову. Это желание он понимал и одобрял. Уж шнатлии ни за чтобы не упустили такой шанс.

– Мягкотелые воюют и учатся справляться с нами на протяжении всей известной истории Объединенных миров. Не будь Совета контакторов, в войнах за наследство нашего клана смогли бы принять активное участие многие из миров мягкотелых. Ты достаточно прошел по четвертому циклу, и сам можешь оценить насколько большими последствиями мог обернуться поединок девчонки и нашего кастилпа.

– Наставник, я никогда не спрашивал тебя об этом, но почему вообще верховный кастилп объявил большую охоту на эту девчонку? Я понимаю, что наш катилп потерял из-за нее свой выводок. Но это была проблема нашего клана. Да и на тот момент это был не единственные ясли у него. Неужели наш кастилп или даже весь клан имел такое значение, чтобы рисковать империей?

– Не клан. – Тихо вздохнул профессор. – И тем более не кастилп. Пал один, пришел бы другой. Это был всего лишь предлог. Главной причиной оказалось то, что было и, как выяснилось, есть у этой мягкотелой человечки. Не забудь, весь наш разговор остается между нами?

Криишан никак не прореагировал на замечание наставника. Подобные беседы между падшими, тем более из среднего старшего цикла, мягко говоря, не приветствовались их новыми хозяевами и пресекались крайне жестко, вплоть до высылки проштрафившихся в разные миры. Так что Криишан давно уже ни с кем не обсуждал того, что делается на таких вот встречах.

Перед Криишаном появилось голографическое изображение: маленькая человечка, ещё совсем ребенок, сидящая на камне, лес, вид какой-то стройки на реке в качестве фона. Девочка что-то сосредоточенно рассматривала в голографической картинке перед собой. У ее ног устроился белый кот. Не смотря на его размеры, без труда можно было определить, что это все-таки еще котенок ниахары.

– Это она? – Заинтересовался Криишан. Ему трудно было сопоставить эту маленькую девочку и ту человечку, с которой столкнулся на Перекрестке.

– Да, здесь она со своей ниахарой прикрывает рабочих куакш, как раз тех, что готовили плотину к взрыву. Тогда еще никто не предполагал, что выводку нашего кастилпа осталось жить менее стандартных суток. Но главное не это то, что она разглядывает.

– Карту миров? Что в ней может быть интересного?

Наставник с самого первого их знакомства никогда не спешил разжевывать очевидные для него вещи своему ученику. Он всегда выводил ученика на исходные и только подкидывал направление, в котором нужно думать.

Криишан не спрашивая разрешения увеличил изображение, всматриваясь в рисунок. Мало ли таких участков, все не запомнишь. Поэтому он включил поиск изображения по инфосети. Учитель ему не мешал и с интересом наблюдал как крылья перспективного ученика начали топорщиться в удивлении. Поисковая система добросовестно выдавала отрицательный результат по всем режимам поиска, какие только ученик смог задать.

– Ничего нет. Отсутствует даже приблизительное совпадение. Как такое может быть? – Наконец сдался Криишан.

– Это фрагмент Бездны, отсутствующий на картах Объединённых миров. – Пояснил наставник. – По выводам наших аналитиков, цветные точки означают миры, пригодные к заселению, то, что обычно называют анклавом. Даже сам факт подтвержденного их существования так глубоко в Бездне вызывало удивление научников.

– Но расположение этих точек выстраивается в цепь, ведущую к крупному разноцветному скоплению!

– Это не наши миры, Криишан. Это неизвестное скопление миров, аналогичных нашим Объединенным. Тогда наши аналитики пришли к выводу, что мы застали девчонку в момент, когда она искала путь к этому скоплению и уже выстроила дорожку от анклава к анклаву от нашего скопления. Проблема в том, что привязать картинку к карте Объединённых миров не представляется возможным до сих пор. Этот фрагмент вообще не имеет знакомых ориентиров. Для этого требуется еще один или несколько предыдущих фрагментов. И у человечки они точно есть.

– Целое скопление никому не известных новых миров, да еще Бездна? Но откуда такая карта у девчонки.

– Одно из ее прозвищ – «Живущая в Бездне». Она получила его за то, что проводила в ней очень много времени. Научникам оказалось трудно оценить даже масштаб этой картинки. Возможно, что она уже посещала все эти анклавы и заскучав, просто искала более удобный путь для своих путешествий. Представляешь какое преимущество получат мягкотелые, заполучи они доступ к такому скоплению? Ты как думаешь, стоит такая карта Большой охоты?

– Ещё как стоит! – Воодушевился Криишан и сразу же сник. – Но теперь девчонка у Арденцев. А они в последнее время очень продвинулись в изучении Бездны и даже активно обновляют карту миров. Теперь понятно, откуда поступает информация.

– Тогда аналитики посчитали, что дорожка в Бездне была картой, составленной девчонкой во время своих скитаний. Увы, мы сильно просчитались. – Вздохнул наставник- Как выяснилось, это был всего лишь маленький фрагмент карты предтеч, к которой эта малявка каким-то образом получила доступ. Судить о самой карте нам пока очень трудно. Арденцы сбрасывают в инфосеть только то, что посчитают нужным. Самое вкусное они оставляют себе, естественно.

– И того фрагмента там до сих пор нет. – Догадался Криишан.

– Ты верно мыслишь, не зря я считал тебя одним из лучших своих учеников. – Наставник свернул в одобрительном жесте усы. – И упрекнуть нам их не в чем. Доступ к карте имеют все союзные Гекаты.

Наставник переступил и снова опустился, устраиваясь поудобнее. После чего продолжил:

– Как выяснилось, гекаторы в ручном режиме оцифровывают то, до чего могут дотянуться. Потому и толпятся все мягкотелые около этой девчонки. Видимо только она сохраняет доступ к карте. Известная шутка предтеч: что-то дать, но без возможности передать другому.

– Столько лет?

– Теперь ты понял, что именно мы проиграли? Арденцам, да и прочим империям, что с ними в союзе, наши миры сейчас по большому счету ни к чему. Они, по-видимому, знают об истинных причинах Большой охоты и намеренно придерживают сектора, которые могут позволить нам привязать фрагмент с изображения к карте Объединенных миров.

Криишан растерянно переложил свои крылья.

– Не сходится. Почему она тогда оказалась за границами Арден сейчас? Почему ей вообще позволяют покидать столицу и дворец? Да ее бы не выпустили за ворота, будь она столь важна.

– Человечка в Бездне прожила больше, чем в Объединённых мирах. Это ты на тропах контрабандистов вынужден обращаться к владельцам караванов. А она свой отряд в Перекрестке вела все равно что по аллее дворцового парка.

– Верно, торговцы в караване совсем не обеспокоились появлением имперских сил на стоянке. Даже охрану на ночлег организовали совместную. У ведь них есть какой-то условный код для обмена при встрече по типу «свой-чужой».

– И девчонка этим кодом владеет. Она вообще личность известная в их кругах. Про Бездну тебе уже и так известно. А еще она охотник за тварями, проводник, причем не из последних. Шнатлии не последние воины. Но и мы в Бездне только выживаем. А эта человечка там просто живет. И это не просто выражение. Караваны, которые ее нанимали, всегда приходили с минимальными потерями, уж поверь мне.

– Она ещё владеет нашим языком. – Припомнил Криишан. – Правда говорит с сильным акцентом, зато без переводчика.

– Она вообще владеет несколькими языками и даже с ринсли обходится без автоперевода. – Развел передние лапы бывший профессор тактики. – Очень мы просчитались во время охоты на нее. И теперь тебя обвиняют в первую очередь не за провал набега. Клану наших хозяев надо оправдаться за утерю шанса достать наконец человечку при столь выгодных условиях. Ведь с нею была всего лишь небольшая группа прикрытия и музейное оружие. А результат, как говорят человеки, на лицо. Почитал бы ты, что говорят в прессе по этому поводу. Над шнатлиями сейчас не смеётся разве что очень ленивый. Про вторую твою встречу вне клана пока вряд ли знают. Иначе бы тебе совсем плохо пришлось.

– Значит меня точно прибьют в первом же бою.

– Не топорщи крылья. Не все решает командование. Я пока ещё кое-что могу тут сделать. Пока походишь в службе войскового обеспечения. Займешься снабжением тыловых подразделений. А дальше видно будет.

Криашан недовольно подобрал под себя ноги и ногоруки, но не спорил. Чужой клан, на службе которого они все оказались, действительно был больше заинтересован в его героической, или не очень, гибели без разницы в каком набеге. На мертвых так легко свалить свои просчеты.

– Все наши неудачи из-за этой человечки.

– Возможно. А возможно из-за глупости нашего верховного кастилпа и его советников. А в самом начале и вовсе нашего кастилпа. – Задумчиво протянул наставник. – Судя по тому, что мне теперь известно, с нею вполне можно было договориться. Арденцы, например, так и сделали. По сравнению с тем, что они сейчас от нее получают, их затраты на содержание, обучение и охрану человечки ничтожны.

– Не зря они соглашаются с нами только не частичное сотрудничество по линии гекат.

– Уже не только по этой линии. Арденцы, аринольцы, кашьяти и змеелюлы заключили военный союз. К нему склонны примкнуть многие миры из числа признающих талант контакторов. Наши кланы по этому поводу сильно злятся, да поделать ничего не могут. Кланам предоставили возможность разбираться между собой, а заодно исключили возможность крупных военных конфликтов. Кланы сейчас на него не пойдут, сил не хватит. В результате, вся наша империя оставлена в стороне от основных событий.

– А теперь нам отрезают и возможность набегов на освоенные провинции.

– Да уж, лезть на чужую территорию, зная, что столкнешься с союзной армией не выгодно. А рубежники такие союзы начали заключать раньше военных. Так что и тропы на перекрестках становятся опасными для нас.

Глава 7

Криашан рассматривал свой, весьма сильно сокращенный отряд и ясно осознавал, что обретенные чувства досады и бессилия для него лишние. Падший клан медленно, но верно вымирал. Рядом в одном строю изгоев теперь можно было наблюдать даже представителей разных циклов. Чего уж говорить о традиционном делении по клановым родам.

Им только и позволили, что основать эту колонию. Но никто, даже клан хозяев не счел нужным снабжать отверженных оружием и техникой. Результат был вполне ожидаем и наверняка прогнозируем аналитиками хозяев. Только за прошлый триместр два выводка были уничтожены тварями Бездны прямо в собственных яслях.

Фермеры колонии без машин теряли урожай больше, чем собирали. О скотоводчестве и вовсе речи не шло. На охрану пастбищ сил у колонистов уже не хватало. Чего именно добиваются их хозяева, а вместе с ними и остальные кланы было до того очевидно, что становилось противно думать об этом.

Ещё сотня, а то и меньше лет, и сюда, в уже изначально подготовленный к заселению мир придут хозяева или иной клан шнатлий, которым он будет продан. А об отверженных, что проведут первичную адаптацию за счет своих жизней, предпочтут не вспоминать.

Еще противней становилось от осознания того, что все это происходило на фоне соседних колоний Арден и Аринола со змеелюдами. Там все было иначе: фермеры осваивали земли новых миров, армия их прикрывала, центральные миры обеспечивали колонистов не только техникой, но и научниками. И все они имели стандартные привилегии первопоселенцев, согласно своей волне. Там, в Бездне, около расколов уже вырастали первые заводы. А значит и сами Расколы становятся безопасными. С момента завершения Перехода по Жемчужной нити прошло всего несколько лет, и колонии мягкотелых уже переходят на полную самоокупаемость. И что характерно, даже с местными жителями у них налажены вполне рабочие контакты. Зачем идти войной на освоенный мир, если и техника, и вооружение позволяют освоить нетронутый?

Не сдержавшись, Криашан досадливо переложил крылья. Шнатлии быть может и решились бы на вариант набега или даже захвата недоразвитых миров. В уже освоенном дикарями мире было бы куда как проще, чем расчищать поля в диких лесах, кишащих непугаными тварями. Но союзные Гекаты не только дали понять, что не одобрят это. Они несколько раз вполне доходчиво подтвердили своё неудовольствие выставив союзные армии на пути вероятных набегов. А после первых стычек и вовсе пригрозили перекрыть доступ к тоннелям Жемчужной нити.

Без регулярного восполнения потерь, они здесь продержатся недолго. Так что все что им оставалось, это мелкие однодневные вторжения в приграничные районы, чтобы успеть сбежать обратно. Причём стационарные Расколы и Переходы закрывались щитами.

А верховный Катилп вмешиваться в ситуацию не спешил. У него и прочих кланов сейчас были заботы куда как важнее, чем какая-то то там колония отверженных.

Последний набег и вовсе ничего кроме разочарования им не принёс. По очевидной для себя причине, вместо затратных пока мер по организации обороны, фермеры змеелюдов предпочли временно отказаться от освоения земель в районе блуждающего Перехода, расположенного на границе с колонией шнатлий и оставили их под пастбища своего скота. Это не было сюрпризом. Но в их ситуации ведь скотина, особенно доставленная из Объединенных миров, тоже добыча.

Его отряд должен был увести именно домашний скот, ну и поживиться роботами, что работали на этих пастбищах в автономном режиме. Ну кто же мог подумать, что змеелюды оставят на ближайшем поле стадо обученных вромов.

Мерзкие верховые твари, подчиняющиеся исключительно своим хозяевам, которые их вырастили и обучили. Переприучить их можно, если выживешь конечно. А обучали этих животных на совесть, причем не только против тварей Бездны, но и против шнатлий. Когти этих тварей были способны справиться даже с их хитиновым панцирем и перекрылками. Ко всему прочему, эти «лошадки» не брезговали закусить своей добычей. Он сам видел, как одна из них сожрала оторванный кусок ноги у попавшего под удар бойца и не поперхнулась.

В общем, о попытках добраться до техники пришлось забыть. свое пастбище, указанное хозяевами, Вромы готовы были защищать до последнего посягнувшего на него чужака. И делали это с огромным энтузиазмом, против которого и выставить то было нечего. Жесткая экономия коснулась всего, и в первую очередь огнестрелов и боеприпасов к ним. Пришлось спасаться бегством, благо обратный Переход был рядом.

Ну а к поселению змелюдов соваться Криишан даже не думал. Там щиты и оружие нечета их стационарам. Новейшие генераторы и системы автоматической обороны полевых стационарных лагерей в несколько периметров, из тех моделей, что использовались экспедицией во время перехода по Жемчужной нитке, не оставляли шансов маленькому отряду не то что дойти до фермеров, а даже разбудить их. Собственно, это оборудование и создавали в таких количествах с расчетом на дальнейшее применение фермерами.

Кланы предпочли самоустраниться от участия в экспедиции. А потому колонисты не могли претендовать на нечто подобное и вынуждены были обходиться тем, что провезли по уже построенным силовым тоннелям и транспортным линиями.

В таких условиях соваться в набег на территорию населенных дикарями племен было еще опаснее. Стоящие там союзные войска не церемонились с нарушителями. А целая триада правящих, как оказалось, очень эффективная сила при организации обороны.

В фермерских поселениях змеелюдов уже стояли целые улицы из основательных домов на фундаментах. Разведка сообщала, что их дети внутри щитов гуляют без взрослых. А это уже показатель.

А они, представители некогда великого клана, по-прежнему ютятся во времянках. На большее у колонистов нет ни сил, ни желания. Со щитами, что хозяева позволили взять с собой, все равно рано или поздно очередная стая тварей прорвется в стационарный поселок и все уничтожит.

– …человечка. – В сердцах выругался Криишан, имея вполне определенного представителя этого рода. С годами это слово для него стало ругательным вошло в привычный лексикон, как проклятие.

– По новостям сообщается, что они возвращаются из своего военного похода. – Проскрежетал стоящий рядом Скрашен. Не плохой боец, уже подошедший к границе четвертого цикла. Он прекрасно понимал своего командира и полностью разделял его мысли.

– Нам то что? – Дернулся Криишан. – Союзные гекаты могут себе позволить отсутствовать в своих колониях по полгода. Связь позволяет, да и обстановка в колониях тоже. Можно повоевать и на охоту сходить.

Криишан не раз задумывался о возможности добраться до ненавистной человечки в Бездне. Разведка у колонистов был слабой, хотя все-таки была. А новостные каналы противника успешно заменяли все недостающее. Пропаганда в империях мягкотелых была поставлена на поток. И Колонисты не считали нужным делать тайну из жизни триады и ее союзников.

Только от идеи покушения, как и многих других, пришлось отказаться. Когда девчонка уходила в Бездну на охоту, её всегда сопровождал кто-то из Гекаты. В мирах, где было относительно спокойно, этих «охотников» обычно прикрывала этакая маленькая сводная армия.

А в местах охоты… Короче проще было самому удавиться, чем пытаться достать девчонку в этих местах. С оружием шнатлий против луввы гигантских размеров и какой-нибудь местной зубастой твари, заказанной научниками, нечего было и соваться. Да и попробуй еще доберись через Бездну до мест охоты этой человечки.

– Судя по гому, что пришло по новостным каналам, им сильно досталось в Бездне.

– На сколько сильно?

– Их армия оказалась под ударом волны тварей и столкнулась с какими-то неизвестными тварями, не уступающими по смертоносности ниахарам. К тому же они способны нарушать работу генераторов силового щита.

– Вот как? И чем все закончилось? – Отвлекся от невеселых мыслей Криишан.

– Ниахара принцессы погибла точно. Показывали ролик с этим эпизодом. Кошка человечки получила смертельное ранение и ушла в Раскол. Вместе с нею ушла и сама человечка, которую мы все проклинаем. Раскол вел в тяжелый мир. Так что в гибели девчонки объявлено официально. Еще погибло несколько десятков гекаторов и гекатес. Сейчас в империях объявлен траур.

Криишан разочарованно переступил всеми четырьмя лапами, на которых в это момент стоял.

– Всего одна! Весь остальной состав союзной Гекаты уцелел?

– К сожалению, да. Человечка ушла в Раскол не просто так, а увлекла за собой всю стаю этих неизвестных тварей. После восстановления щита армия смогла продержаться до подхода помощи.

– Эта человечка даже своей гибелью смогла нам напакостить. – Вздохнул Криишан. – А какая бы новость была, погибни в этой Бездне все союзные гекаты сразу.

– Зато она с ушла в тяжёлый мир. И обратных Расколов на той стороне из него поблизости нет. Так что у с человечкой точно покончено.

– Я не удивлюсь, если она сможет выжить и в тяжёлых мирах. – Откликнулся Криишан. – И вообще заявится обратно как ни всем ни бывало. Ещё и с выигрышем придёт в виде новых миров или научных открытий. Вот увидишь, за тем Расколом даже костей её не найдут.

Криишан отдал в раздражении команду отряду. Набег завершился неудачно. Бойцы сильно вымотаны. Но отдыха им никто не обещал. Не было у них такой возможности. Уже завтра все вернувшиеся пойдут в патрулирование по дорогам колонии. Фермерские поля нуждались в защите, хоть в какой-то, иначе, без продуктов, тут никому не выжить даже в ближайший сезон.

Спустя месяц патрулирования, бывший наставник, теперь не без иронии именовавшийся себя главнокомандующим войск отверженных принёс новые известия, почерпнутые все из той де инфосети.

– Ты был прав. – Завил он, имея в виду его ворчание после получения известий – Они действительно попытались найти её через Раскол. Не нашли даже костей.

– Ну, я просто так сказал. Кислотная атмосфера, осадки, ветра. В конце концов эти самые гарымзы. Если они действительно, как сообщают в новостях, такие же как ниахары, то могли выжить в тяжелом мире и сожрать её.

– Точно, именно их отполированные кости там и нашли. – Кивнул наставник. – Кроме двух.

– Ну, вот я и говорю, сожрали человечку и смылись. Не думаете же вы всерьёз, что она в тяжелом мире выжила, да еще в том состоянии?

– Но судя по полученным от робота кадрам, бой она там со своей искалеченной кошкой все же приняла. Гарымзы то уходили следом целехонькие и подыхать не собирались. И даже уложили больше половины этих тварей.

– Так кот скорее и дрался. – Несогласно мотнул головой Криишан. – А она уже была мертва.

– Ниахары трупы охранять не будут. – Не согласно проскрежетал бывший профессор. – Все считают её погибшей. Но я не верю. Удача оставалась с девчонкой даже в таком месте.

– Сами же говорили, Великая удача не останется с тем, кто бездействует. А в тяжелом мире мы все беспомощны.

– Именно так! Да только эта Нэстэ имеет огромный опыт выживать там, где нам с тобой и шагу не сделать.

– … - Выругался Криишан. – По мне, так я лучше буду верить в её смерть. Мне такая мысль настроение поднимает.

Но разговоры о гибели проклятой человечки заставили Криишана заинтересоваться новостными каналами Объединенных миров всерьёз. Оказалось, за пределами границ империи шнатлий новости не заканчиваются. Там царил целый новостной мир, настоящий хаос из непонятных эмоций, из которого интересно было научиться выхватывать нечто занимательное и даже полезное. Причем не только с военной точки зрения, но для фермеров.

Вот только собеседников чтобы обсудить добытую информацию с каждым годом становилось все меньше. Кланы, в том числе и хозяйский клан, ещё больше сократили снабжение колонии. Фермеры едва справлялись с небольшими наделами, что могли охранять остатки былой мощи падшего клана. Восполнение потерь же шло все хуже. Дошло до того, что уже на уровне яслей приходилось дробить выводки и держать их раздельно, ради увеличения поголовья второго цикла. Какой уж тут естественный отбор? Ущербные бойцы, ранее не выживавшие в мясорубке яслей, теперь были уже даже на третьем цикле. Они не могли разговаривать, с трудом воспринимали нормальную речь и плохо воспринимали дрессировку. Но зато они могли обладать хорошей реакцией. В отрядах за такими ущербными приходилось следить особо. Понятие дисциплины у них тоже было весьма условным. Но Командиры рабовались уже и этому. Было хоть кого посылать в патрули.

Пополнение средних и высших циклов шло в основном из империи. Кланы с удовольствием ссылали сюда весь отработанный материал, с которым становилось невыгодно возиться: увечных воинов, престарелых учёных, ещё помнящих времена расцвета падшего клана, преступивших законы империи шнатлий.

Криишан неожиданно для себя оказался в этой компании.

– Ты говорил, что у нас будет шанс возродить клан. – С горечью скрежетал он наедине с бывшим наставником, а теперь просто старым другом Лашнерксилом, так же сосланным в колонию. – Где он? Тварей не становится меньше, а кланы просто ждут, когда мы тут все лапки сложим.

– Шанс не только должен быть. Нам надо его ещё увидеть. – Шумно вздыхал Лашнерксил. – Возможно он лежит у нас под брюхом, а мы его не видим и не чувствуем.

– Только как туда заглянуть? Колонии сиашеис процветают. Об Арденцах с Ртианольцами и говорить тошно. Даже без новостей, понятно, как они живут. А в набегах видно, как они живут.

– Я слышал, они снова начали возделывать поля рядом с нашими Расколами?

– А что толку? Туда посылают роботов незнакомых нам моделей из последних разработок. А специалистов разобраться с ними у нас практически не осталось. Да и защищают они теперь не сами Расколы, а эту самую технику. Их блокпосты нам уже не взломать – нет больше у нас работающего оборудования, не хватает запасных частей.

– Плохо. Быть может наш шанс в установлении нормальный контакт с Советом или хотя бы союзной гекатой…

– Кто нам позволит? – Дернулся Криишан.

– Тоже верно. Там заправляет представитель верховного кастилпа. – Согласился Лашнерксил. Знаешь, среди фермеров ходят разговоры, чем жить так, уж лучше бы было признать кастилпом ту человечку.

Криишан раздражённо передернул крыльями. Признаваться, что не только слышал нечто подобное, но и сам уже ловил себя этой мысли он не стал.

– В таком случае мы упустили свой шанс в день поединка. – Проворчал он.

За годы прошедшие с того разговора прошло много вечеров за беседой со старым учителем. И не один раз они возвращались к теме погибшей человечки. Криишан мог бы считать себя не только опытным офицером. Пост командира обороны сектора колонии была им заслужена. Да только вызывала все туже бессильную злость и досаду. На весь сектор в его подчинении оставалась по численности едва ли не малая когорта, с которой в Объединенных мирах вряд ли даже город бы стали прикрывать.

Первые новости о побеге детей императорской семьи он не пропустил. Криишан даже мог бы позлорадствовать. Если бы не откровенная зависть, вызванная репортажем о начавшихся поисках.

КОЛОНИИ не раздумывая выставили в Бездну целую армию, хорошо вооружённую, под надёжными щитами и великолепно снабжаемую из столичного мира колонии Арденцев. Она двигалась следом за разведчиками из Гекаты человечки. Уж их то он знал поименно.

Случись такая необходимость в колонии шнатлий, они не смогут выставить и полноценного отряда в сотню бойцов без ущерба для обороны фермеров. Не было у них таких ресурсов.

А союзники выставили, и даже не чихнули. Обороноспособность колоний союзных гекат вообще не заметила такого отвлечения сил.

Побег детей привлек внимание не только Криишана.

– … заметь, как они организовали поиски. – Скрежетал бывший профессор, следуя своей привычке всегда и везде раскладывать все по полоскам. – Вдогонку по следу пошёл небольшой отряд без обеспечения и практически без прикрытия. Всего три бойца.

– Да эти трое из тех будут, что с проклятой человечкой в Бездне все время охотились. – Возражал Криишан. – Им прикрытие только мешать будет.

– Так и есть. Они догонят детей и обеспечат им безопасность до подхода основных сил. А те при таком раскладе смогут двигаться медленнее.

– И что? Отряд как отряд.

– Ты не раздражайся, а учись как противник организует продвижение крупных сил в таких условиях. – Прикрикнул бывший наставник. – Они отработали эту тактику на своём личном опыте.

– А чего тут смотреть. Мягкотелые с успехом применяют эту тактику не первый год. Да с таким снаряжением и количеством бойцов можно и быстрее двигаться.

– И нарваться на волну или крупную стаю тварей? Нет, ты не обратил внимание. В отличие от чего-то подобного в нормальных мирах, их отряд обеспечения движется в передовой линии, сразу за следопытами и разведчиками.

– Разведка выбирает место для следующего лагеря. – Качнул головой Криишан.

– Отряд обеспечения готовит лагерь и организует его снабжение. Основные силы подтягиваются следом и не тратят время на бытовые вопросы.

– Какие бытовые вопросы? Да с их щитами и количеством Расколов из которых запитываются энергогенераторы, можно двинуться к следующему скоплению.

– Не могут. Для этого сначала надо хоть немного разобраться с тем, до чего уже добрались. – Миролюбиво заметил Лашнерксил. – К тому же их первый отряд разведчиков слишком малочислен оказался. Их не хватает даже на небольшие научные экспедиции. Так что дальние выходы, аналогично переходу по Жемчужной нити им пока не потянуть. Быть может и хотели бы союзные, да и ресурсов не хватает для подготовки новых экспедиций.

– Не хватает им ресурсов. – Не заметил, как скатился на сварливый тон Криишан. – Попробовали бы они с нашими ресурсами хоть одну колонию организовать.

Криишан недовольно осмотрелся. Тёмное помещение, в котором обитал бывший наставник, больше напоминало каменный бункер, наполовину врытый в землю.

За окном затянутым железной решеткой можно было рассмотреть и металлическую стену ближнего и единственного периметра поселения, и хорошо видимые потеки ржавчины на ней, особенно в местах повреждений. Остатки того, что некогда громко звалось «автономным форпостом». Железная стена уже несколько раз восстанавливалась после прихода тварей. Кое – де бреши заделывались уже камнями. А орудия на ней Криишан давно бы отправил в переплавку, если бы было куда. Да и заменить их нечем.

Несмотря ни на что, это поселение считалось одним из самых крупных в колонии шнатлий и наиболее защищенным. Здесь было целых три генератора силового поля, и аж пять техников, их обслуживающих. В иных местах генераторами силовых полей занимались наскоро проинструктированные бойцы, да и те из третьего или начала четвёртого цикла.

Оживление по визиофону и шипение с присвистами собеседника отвлекло от мрачных мыслей. На голографической картинке среди показываемых сумерек мало что можно было разглядеть. Но несмотря на прошедшие годы знакомый силуэт быль им опознан сразу. А человечка, словно издеваясь, ещё и помахала рукой глядя с экрана прямо на него.

– Ч-ш-с-че…

– Она с-с-самая. – Зашипел Лашнерксил в ответ. – Выжила все-таки, и кот её вполне себе живой. И не сказать, чтобы плохо себя чувствовала эта парочка.

– Но как? Столько лет в Бездне! Там даже наши армии столько не протянут.

– Поспорил бы, но не буду. – Проворчал профессор Лашнерксил. – Но какова удача у этой человечки! С такой удачей наш кастилп давно стал бы верховным.

– С такой удачей надо создавать свою империю и ломать вековые устои. – Криишан досадливо передернулся. – Зачем размениваться на возню с кланами, когда перед тобой целые скопления миров и сотни анклавов пригодные к заселению? Уж такой бы кастилп бы не стал ждать милости от кланов.

Лашнерксил поперхнулся и внимательно посмотрел на своего бывшего ученика, но промолчал.

Об этом разговоре Криишан вспомнил спустя несколько месяцев. Уже после неудавшегося покушения на человечку в мире элфов.

Лашнерксил пришёл к нему сам, сразу после очередного Собора падшего клана.

– Человечку в кастилпы? Никогда такого не было. – Возмутился Криишан на поведанные новости.

– Но ведь и запрета в наших традициях и законах нет. Собор принял решение. Исполнить его надо в самое ближайшее время, пока кланы не поняли что к чему и не начали противодействовать. Запрос на аудиенцию с членом Гекаты уже послан. Сейчас главное все сделать до того, как кланы успеют вмешаться.

– Человечка может не согласиться на встречу.

– Предварительное согласие уже получено. Император Арден выдвинул в качестве условие встречи присутствие личной охраны вплоть до гвардии Арден и высшей аристократии империи.

– Ожидаемо. – Качнул головой Криишан. – Ещё наверняка там будут змеелюды и кашьяти. Они имеют на это право, как их союзники и члены союзной гекаты. В случае отказа со стороны человечки, мы даже защититься не успеем.

– Так ты с нами идёшь?

– Лучше так, чем загнивать здесь. – Выдохнул Криишан. – Человечка достойный противник. Встречусь с нею ещё раз. Быть может последний.

Когда двери большого приемного зала Столичного дворца Арден раскрылись, Криишан с трудом удержал свои рефлексы под контролем. Весь прошлый боевой опыт начиная с яслей не смог его подготовить к тому, что ждало их за порогом.

Узкий коридор среди замерших в напряжении мягкотелых. Кое кого из тех, кто стоял в первых рядах он мог бы даже узнать в лицо. По стычкам на рубежах, войнам или при изучении противника во время подготовки к набегам. О других нетрудно было сулить по манере поведения и опознавательным знакам на форме. Здесь не было молодых, только опытные воины, наверняка прошедшие серьёзную подготовку для боя со шнатлиями. Все они стояли абсолютно неподвижно, если не считать головы, что поворачивались следом за их продвижением в этом коридоре.

Фасетчатые глаза позволяли Криашану контрлировать все пространство вокруг себя не поворачивая головы. Он отмечал прищуренные взгляды, побелевшие костяшки пальцев, сжимавших рукоятки пока еще зачехленного оружия.

Император Аранир действительно собрал здесь наиболее опытных бойцов и наверняка, уже оставивших наследников. Молодёжи в зале не было вовсе. Ритуал предложения куэрклина начался и шёл своим чередом. Он замер в последнем ряду и следил за разворачивающимся действием, ожидая завершения процедуры как собственного приговора.

Лашнерксил вышел вперёд, замер между двумя гекатессами из ближнего периметра охраны. Извлечение куэрклина. Обе человечки только веки напрягли, но не сдвинулись с места. Хорошие подруги у этой девчонки, настоящие бойцы с отличной выдержкой.

Человечка с неподвижным лицом приняла дар. И только в глазах можно было увидеть какое-то странное, непонятное для Криишана выражение, как будто она в чем-то была не уверена.

И… Все. Смертный приговор отменялся. Он видел, как так и нераскрытый клинок клана перекочевал в руки стоящей рядом девушки. И даже смог различить выражение лица теперь уже своего кастилпа. Обучение и опыт не прошли даром. И Криишан смог распознать явное сомнение в том, что она поступает правильно.

Теперь стало главным уйти так, чтобы не нарушить её решения.

– Ты остаешься здесь, в охране кастилпа. Другому я это доверить сейчас не могу. – Проскрипел Лашнерксил, даже не скрывающий облегчения от благополучно завершившегося дела. – Задача у тебя будет непростая. Вам придётся взаимодействовать с её охраной и гекатами. Они не захотят уступить вам своего места рядом с кастилпом. И требовать этого от них мы не вправе. Такого никогда раньше не было. Так что из советов, могу дать только один – помнить об интересах НАШЕГО клана. В конце концов, они все здесь хорошие воины.

О сложностях Криишан понял практически сразу. Охрана зала не пожелала принимать их традиции. Пришлось резко оборвать начавшееся недовольство в подчиненной ему пятерке и подавить собственное раздражение.

Начальник охраны, весьма нервно посматривавший не замерших шнатлий все же сумел выдвинуть дельное предложение: обсудить все прямо с новоявленным кастилпом.

Криашан с уважением кивнул. Судя по имеющейся информации, этот человек был в службе дворцовой охраны не один десяток лет. Он имел специальную подготовку для схваток со шнатлиями. А эта подготовка включает в себя службу на рубеже и прямые военные контакты. Так что офицер точно знал на что способна пятерка шнатлий.

Без толпы аристократов большой приемный залдворца показался Криишану неправдоподбно огромным. И только в его конце оставалась группа что-то между собой обсуждающих разумных. Их кастилп была среди них. И судя по её виду, чем-то человечка была чем-то очень сильно озадачена.

Криишан топал следом за офицером, стараясь держаться слегка позади него. Во-первых, по представлениям людей это знак уважения, как никак они тут в гостях. Во-вторых, лучше пусть этот человек будет между ним и кастилпом. А то начинать общение с показательного боя ему не хотелось.

Криишан невольно вспомнил картинки давнего поединка, ставшего судьбоносным для клана. Те самые змеелюд и кашьяти тоже были здесь и замерши за спиной человечки.

Один на один, он быть может и справился с ними. Но против троих сразу исход предрешен даже без учета того, что теперь перед ним стоял кастилп клана. Девчонка могла проста отдать приказ, и он не раздумывая зарежет сам себя.

Офицер задал вопрос на всеобщем. Но кастилп обратилась к нему на языке шнатлий. Пусть и с дичайшим акцентом, неправильно ставя предлоги и строя фразы. Но это не имело никакого значения. Важным было то, что новый правитель клана предпочитал соблюдать традиции.

– Оставь двоих у входа. – Отдала она приказ. – Но, чтобы ни при каких обстоятельствах оружие её доставали. Остальные пойдут с камердинером устраиваться.

– У меня нет связи с бойцами. – Счел нужным озвучить проблему Криишан.

– Коммуникаторы вам разблокируют. – Вздохнула Нэстэ. – Но я смогу быть на вашей стороне только до первой ссоры с кем бы то ни было из моего окружения или охраны дворца.

– Споров не будет. – Кратко согласился Криишан.

– Спорте сколько угодно, лишь бы драки не было. – Слегка пожала плечами девчонка.

Криишан топал за сопровождающим и присматривался к обстановке. Человечек из младших офицеров охраны явно торопился исполнить неприятное поручение и поскорее слинять от своих подопечных. Служащие замка предпочли успать дорогу издали. Так что продвижение по коридорам проходило без задержек.

В голове проскочило несколько щелчков, означавших, что кастилп сдержала слово и связь им все-таки разблокировали.

– Старший, чего нам ожидать? – Тут же поинтересовался Ркриса.

В его пятерке все были четвёртого цикла, не ниже. Так что они могли себе позволить вольность в общении, если это не мешало службе.

– Нам выделили гостевой дом. Охраняем кастилпа парами. Остальные стараются не раздражать наших союзников.

– Это змеелюдов-то?

– И их тоже. – Немного рассеяно согласился Криишан.

Он уже рассматривал новое жильё.

На казарму оно совсем её походило. Криашан знал, что этот сектор предназначался для рядовых посетителей, и часто использовался для временных сотрудников дворца. Место возможной битвы надо было знать хорошо. И разведка постаралась снабдить их всем, до чего смогла дотянуться, учитывая современные ресурсы колонии.

– Ого, если это минимум, что же тогда Арденцы считают нормой? – Не удержался от восклицания Лашнерксил, его заместитель.

Остальные тоже заинтересованно осматривались.

Дом был рассчитан человек на десять. Имел пять комнат и гостиную. Кухня тоже присутствовала. Трансформируемые двери позволяли приспособить дом даже для таких крупных разумных как шнатлии. В спальне кровати вполне могли заменить привычные шнатлиям туэлы. Своеобразные подставки под их тела.

Из-за строения своего тела, шнатлии спали, поджимая все конечности под себя и укрываясь крыльями как в скорлупу. И здесь об этом похоже знали.

По крайней мере в каждой спальне одна из кроватей плавно скользнула в пол.

– Каждому по комнате? – Не унимался Лашнерксил.

Он был из числа недавно выброшенных хозяевами в колонию после ранения в какой-то из междоусобных схваток. И будучи даже на пороге пятого цикла, всю жизнь довольствовался казарменным положением. Впрочем, Криишан и сам удивился предложенным условиям.

– Как там сложится впереди я не знаю. – Заявил тем времён Лашнерксил. – Но по мне, так это уже неплохо. Новый кастилп могла бы нас и в подземелье какое поселить. Ведь наверняка знает, что мы за нею охотились.

Криишан нервно передернул крыльями. Реплика бойца вызвала неприятные мысли. А ведь точно, неизвестно как его бойцы, а он лично несколько раз участвовал в охоте на человечку. Тьфу, кастилпа Нэстэ… И представься тогда случай, не задумываясь бы ударил. А как она разбирается со своими врагами всем известно. Но делать нечего.

– Располагайтесь, я дойду до ортобы её высочества. – Распорядился он. – До ужина надо бы переговорить с их старшими.

– Не повезло тебе. – Весело развел руками Лашнерксил. – Если кастилп может разобраться со шнатлием в рукопашной, что же должны уметь её телохранители?

– Лучше подумай, от чего её эти телохранители защищают при таких-то умениях охраняемого. – Проворчала Криишан. – Что может угрожать Живущей в Бездне, что требуется такая охрана.

Брошенная вскользь реплика вертелась в голове весь путь до входной залы в ортобу. Эта мысль почему-то не приходила ему в голову раньше. Человечку охраняли как особу императорской семьи. Но это как раз было понятно. Но даже в колониях известно, что её охрана никогда не скучает. Разведка сообщала о случавшихся время от времени потерях из близкого к кастилпу круга при «невыясненных обстоятельства». Проблема была в том, что когда эти обстоятельства выяснялись, легче не становилось.

– Не могу сказать, что рад столь внезапному знакомству. – Проворчал Орсаэссин, недовольно скрутив хвост, как будто готовился к прыжку. Кашьяти, исполнявший обязанности командира своего подразделения, стоял рядом и согласно сжал головные щитки. Про человека и хорна, командиров своих отрядов, и говорить не приходилось. Они даже не скрывали, насколько недовольны сложившейся ситуацией.

– Сам не в восторге. – Согласился Криишан, и осторожно, без резких движений переложил крылья, намеренно оставив несколько уязвимых мест открытыми.

Вышедшие не встречу командиры заметно расслабились. Жест им всем был знаком. Хоть и редко приходилось его видеть не шнатлиям.

– Ты Криишан, участвовал в охоте на Нэстэ. – Сразу перешёл к делу Орсаэссин.

– Было. – Криишан отметил, что местная разведка не зря есть свой хлеб, раз даже о таких второстепенных участниках давних событий им известно. – Сталкивался с нею несколько раз. В Белом мире, потом в Бездне, когда она возвращалась от предтеч, ещё я участвовал в бою около вашего музея военной техники времен Великой волны. Делать замечание, что никто из присутствующих в то время рядом с девчонкой не стоял он не стал. Сейчас его задачей было налаживание отношений.

– И как? – Хорн враждебно сощурился.

– Живой, и на том спасибо. – Недовольно отметил Криишан.

– Сегодня вы нам тоже сюрприз преподнесли. – Немного расслабился человек.

Первоначальное напряжение немного отпустило. Теперь уже можно было переходить к цели встречи.

Новая служба оказалась не так сложной, как думалось вначале. Кастилп им не доверяла. Это было понятно для человечки. В нежданной охране из шнатлий трое были участниками Большой охоты на неё. Двое не приняли в ней участие только по случаю.

Свое недоверие она не скрывала, но и не тыкала при всяком удобном случае. Двух телохранителей терпела, как неизбежную неприятность. Остальные из ее окружения иронизировали над сложившейся ситуацией и мирились с положением вещей, только усилили свое присутствие рядом.

На поверку человечка и вся её компания даже нравились Криишану. На взгляд шнатлий, спутники кастилпа позволяли себе слишком много в общении с нею. Как в прочем и с остальными старшими союзных гекат. Это было непривычно и нервировало. Но приходилось терпеть.

В колонию, теперь уже самостоятельное государство клана, они вернулись только спустя месяц.

– Очень удачно прошла церемония представления кастилпа. – Делился Лашнерксил со своим бывшим учеником вечером первого же дня после возвращения. – Я удивлён, что она так много знает о наших традициях. Твоя работа?

– Она задавала много вопросов. – Признался Криишан.

– Не замечал за тобой столь глубоких познаний в области культуры.

– Моя заслуга заключается только в том, что я связал её с Лурнкрасмтом.

– Живой ещё старик?

– Бывшему профессору культуры клана не легко приходится на ферме. – Заметил Криишан. – Но мне показалось, что он был в восторге ответить на все вопросы кастилпа.

– Старик был почти что хранителем наших традиций. Новым хозяевам его знания оказались не нужны. И я потерял связь с ним. – Признал Лашнерксил.

– Профессор ушел еще с первой волной переселенцев. Он собственно и вел переговоры с людьми на стартовой станции жемчужной нитки. – Пояснил Криишан, как сумел сохранить связь со стариком. – А в колонии его ферма с самого начала была в моём тенке. Потому я и смог с ним сохранить связь. Ну и помогал ему, чем мог.

– Понятно. Радует, что наш кастилп серьёзно отнесся к традициям клана. И досадно, что человечка оказалась гораздо уважительнее к ним, чем наши соплеменники. Ты дольше всех находишься рядом с нею. Что можешь рассказать?

– Странно все, непривычно, учитель. Но я стараюсь разобраться.

– Например?

– Она постоянно разговаривает на разных языках. С нами на нашем языке, с кашьяти на их. Она свободно владеет даже языком хорнов. Электронные переводчики, не всегда успевают среагировать. И иногда нить её разговора для меня теряется.

– Человечка позволяет тебе слушать её разговоры с другими разумными? – Удивился Лашнерксил. – Насколько мне известно, у них телохранители не всегда допускаются до этого.

– У неё были вопросы. – Признался Криашан. – На сколько я понял, она повторила их Лурнкрасмту. После этого мне предоставили новую модель электронного переводчика. Но и он дал сбой, когда кастилп разговаривала с ринсли.

– Ты и там был?

– Да учитель. Но в улей меня не пустили. И на их территории нас сторожили москиты.

– Ринсли сейчас почти что живая база данных Центральных миров. Странно что ты вообще смог пройти на их территорию. – Сварливо заметил Лашнерксил. – По не проверенным данным, они помнят всю карту предтеч, что была в кольце нашего кастилпа.

– Можете считать это проверенной информацией, учитель, только она не полная. В этом уже нет тайны. Кастилп Нэстэ как раз и посещала центральный улей, с тем чтобы провести сопоставление данных и выявить участки карты требующие обновления. И это не вся карта, а только часть. Для полного копирования, прерванного из-за ее отсутствия, потребуется еще много времени.

– Ты видел эту карту?

– Несколько раз. Гекаты возобновили её копирование и привлекли к этой задаче младших. Учитель, я видел путь, который она прошла чтобы вернуться обратно. Он намного длиннее жемчужной нити. И я начинаю думать, что те кто дал ей прозвище, не так уж и неправы.

– Дарующая миры? Там, где она была есть населенные пространства?

– Для нас похоже есть. И она даже показала мне их. Они располагаются далеко от крупных скоплений и являются абсолютными анклавами. Но таких миров несколько.

– Оч-ч-ень интересно. Может в этом кроется причина, почему она так много интересуется нашими яслями.

– Она планирует поездку по колонии.

– Кто же ей запретит? Жаль только, что мы не сможем принять ее с полагающимся достоинством. У многих в соборе сложилось впечатление, что у неё существуют какие-то планы на наш счёт. Вынужден признать, это меня радует. Хозяева отводили нам ещё совсем немного времени. Своей церемонией мы сильно из разочаровали.

– Учитель, я ведь стал верить в вашу теорию про Великую удачу. – Внезапно признался Криишан.

– Вот как? И что же тебя подтолкнуло? На э церемонии вроде все прошло хорошо. Конечно я тоже заметил, что кастилп сомневалась какое-то время. Но все же она приняла решение в нашу пользу.

– Дело в том, учитель, что она сомневалась не на наш счёт. приняв куэрклин, она не знала, что с ним делать. Шнатлии не так уж много места занимают в жизни мягкотелых. Как я выяснил, в Арден, и вообще вне наших миров, никто понятия не имел о ритуале смирения и передачи власти. Они понимали, что он должен бы быть, но не сразу даже поняли, что присутствуют на нем. Сама церемония ведь проводилась в последний раз более двух тысяч лет назад. Кастилп не была уверена, что вынуть клинок из ножен будет правильным решением. Потому и не сделала это.

Несколько минут Лашнерксил стоял почти не двигаясь. Потом все же отмер.

– Ты хочешь сказать, что она приняла решение не вынимать клинок чисто на своей интуиции?

Глава 8

– Вы действительно не знали о ритуале смены рода кастилпа?

– Именно. Так что ваша теория совсем не работает. – Весело развела руками Нэстэ.

– Как раз наоборот. Удача провела вас по целой цепи правильных решений. И уже в тот момент краешком своего крыла прикрыла весь клан. Великая удача с вами, или интуиция правящей, в любом случае это доказывает, что СОБОР принял правильное решение.

…

– Тьфу. Они совершенно непробиваемы. – Возмутилась Нэстэ, с размаху падая назад, в кресло после длинного разговора.

В этой части резиденции они могли немного расслабился. Шнатлии оказались весьма понимающими в вопросах уединения представителей чужих рас, несмотря на свой образ жизни. Их охрана оставалась снаружи выделенных покоев.

– Да, любой поворот событий они вывернут в пользу своего мнения. – Лика озадаченно почесала висок и тоже устроилась на диване. – Это что же получается. Знали мы о ритуале или нет, все равно по их представлениям удача с тобой?

– А если бы я вынула тот клинок?

– Тогда получается, что они слишком поздно спохватились. – Выдала Лика. – Но это все равно великая удача, ведь они сделали попытку восстановления клана.

– Вот упертый народ. – Нэстэ потянулась. – Могли бы и сами придумать как вылезти из-под власти кланов. Всего то и надо было, начать договариваться с соседями.

– Но как же тогда. Получается можно провести аналогию между тем что мы понимаем под Великой удачей и интуитивными способностями тех, кого мягкотелые называют правящими… – Криишан не договорив замер, и вопросительно вскинул голову.

– Ты озвучил очень опасную информацию для нас. Лучше об этом не распространяться пока, ни здесь, ни где-либо еще. – Старый учитель нервно переступил всеми четырьмя лапами и опустился на привычное место за своим столом. – Нам нужно время, чтобы подготовиться к моменту, когда к таким же выводам придут аналитики в других кланах.

Криашан медленно подобрал лапы, устраиваясь удобнее. При этом не позабыв послать по коммуникатору сигнал своему заму. Учитель одобрительно склонил голову, когда пришло сообщение о проведённом контроле прослушки территории.

– Люди давно умеют выявлять способности, которые имеет наш кастилп. Они необычны и редки, но давно уже не удивляют их. В Арден и Ариноле действуют целые программы по их выявлению. Можно считать, что в этих империях ведется настоящая охота на потенциально одаренных детей. История мягкотелых знает настоящие воины между государствами из-за одаренных. – Вздонул Лашнерксил. – После того, как образовался совет контакторов, таких случаев не наблюдалось. Да и родственные связи между Аринолом и Арден сыграли свою роль.

– Но мелкие конфликты все равно были.

– Пограничные провинции, спорные территории. Куда без этого? После Великого Раскола правящие из династии Арден по сути спасли империю, а затем, еслине одновременно, вытащили из начавшейся депрессии всех, до кого смогли дотянуться. Косвенно, кстати, даже нас, хоть мы этого никогда и не признаем на официальном уровне.

Бывший профессор в знак иронии на самого себя даже повел коловой.

– Наш кастилп входит сразу в две гекаты прямых потомков той триады. – Напомнил Криишан.

– И организует вместе с принцессами Аринола и Арден свою собственную триаду. – Добавл профессор. – Понимаешь, что это означает для нас?

– Вы учитывали все это на Соборе?

– Это были дополнительные плюсы для нас. – Не стал отрицать Лашнерксил, уверенный что разговор останется в пределах стен комнаты. – Не случай вторжения в колонию клана хозяев, гекаты кастилпа не останутся в стороне.

– Получается, у нас действительно есть шанс возродить клан?

– Я верю, что это не просто шанс. – В речи старого профессора проскочили свистящие звуки, отражая его энтузиазм. – Это возможно единственная возможность для нас начать все сначала.

– Значит мы ожидаем нападение кланов. Сколько времени у нас есть?

– Не много. Первая растерянность после ритуала передачи власти прошла быстро. Кланы решили, что мы сами пожалеем о сделанном выборе и захотим обратно. Так что Верховный кастилп занял выжидательную позицию. Боюсь, что этот период очень скоро закончится. С появлением кастилпа, в нашей колонии начались слишком резкие перемены в лучшую сторону, чего уже невозможно скрыть. Иноформация о достигнутых соглашениях Собора со змеелюдами, о поставках не только сельскохозяйственной техники, но и военного оборудования. Это ведь для колонистов кашьяти оно устарело. Как следствие, уже нельзя скрыть и последние данные о заложенных гнездах. Их количество растет. Изменения столь явные, что очнутся кланы очень быстро и тогда начнут действовать.

– Плохо. Так просто они нас не выотпустят из империи. – Криишан даже не обратил внимания на свою оговорку. Сама мысль о выходе из империи шнатлий казалась настолько естественной после произошедших событий, что не вызывала ни малейшего отторжения. В конце концов, если избранный кастилп не шнатлий и не рвется в подчинение к Верховному, то клан пойдет за своим кастилпом.

– До нашей колонии ещё надо добраться. Через тоннели армиям шнатлий не пройти. – Невозмутимо отметил Лашнерксил, так же никак не прореагировавший на крамольные мысли своего ученика.

– Кланы могут пойти и через Бездну. – Возразил Криишан. – Направление и тактика преодоления ее миров им теперь известны. Хотя я думаю, что на этом направлении много сюрпризов их ждёт.

– Наши аналитики, те что еще остались, пришли к тем же выводам.

– ОНА знает?

– ОНА уже вплотную занялась нашими выводками. – Лашнерксил передернулся. – Она занялась яслями и требует прекратить неоправданные потери молодняка.

Они отступали. Криашан мог бы сказать по-другому. Но не стал. Все-таки его воины не бежали, а именно сдавали одну пять земли за другой, давая возможность человеческой части экспедиции эвакуироваться.

В этой Бездне было все по-другому. Волны тварей, срывавшиеся с места по самому малому поводу. Сами твари, при виде которых даже видавшие виды воины замирали в недоумении. Сколько уже таких миров они прошли? Пять или семь. Он затруднился бы сразу точно сказать. Некоторые миры Бездны почти не отличались друг от друга при пересечении Расколов. Зато при продвижении экспедиции в пределах одного мира иногда начинаешь думать, что пропустил очередные вороты между мирами.

Криашан никогда не думал, что шнатлиям может быть стыдно перед другой разумной расой. Но он это чувство уже не раз испытывал, глядя на действия хорнов, змеелюдов и кашьяти с людьми. Особенно при виде действий тех, кто сами себя называли «старой гвардией», состоящей из ветеранов давней, еще первой экспедиции по Жемчужной нити.

Про своего кастилпа и ее ближнего круга Криишан и вовсе старался не думать. Человечка действительно чувствовала себя в Бездне как дома. Она казалось не искала, а просто знала где расположены наиболее удобные места для стоянок рядом с Расколами. Заранее предупреждала о начале волн. И совершенно не задумываясь вступала в схватку с тварями, если по какой-то причине оказывалась на периметре. Кашьяти не могли критиковать действия старшего, но Криишан давно перестал возмущаться шипению кашьяти со змеелюдами на своего кастилпа и согласно переминался рядом с возмущенной гекптессой Ликой, когда та в очередной раз возмущалась её поведением. На этой почве они даже как-то сблизились между собой, что ли. По крайней мере эта разношерстная команда уже не возражала против его компании.

– … ты куда лезешь? Наши нервы не жалеешь, так на своих шнатлий посмотри. Они же у тебя все серые стали. – Возмущалась человечка, махая руками в сторону телохранителей из отряда Криишана.

Те только недовольно крыльями передергивали, но старательно пригибали головы и помалкивали. Было за что. За полчаса до этого разговора, с очередной волной к щитам подошла гарымза. Как потом ему пояснили, не совсем старая, но им и такой хватило, чтобы испытать настоящий мистический ужас.

Бойцы его охранного отряда дрогнули, когда щит сгорел. Ему было стыдно перед этими человеками. Но восстановить строй удалось только за счет отряда «старой гвардии» под командованием этой самой Лики.

Да и то, полностью в себя шестилапые телохранители пришли только когда их прикрыла сама кастилп, которую вроде как они должны были защищать.

Человечка вышла перед мордой твари с одними клинками. И её кот не спешил на помощь, занятый разборкой с мелочью.

– И Лео не дождалась. – Вступила со своей стороны Санира.

– Так ребята совсем растерялись. Надо было немного их встряхнуть. – Оправдывалась перед подругами Нэстэ. – Лео не в обиде. Там на подходе ещё две гарымзы, ему есть чем заняться. А это совсем молодая была. Ему на один коготок.

Криашан на секунду замер от овзмущения, но потом сник. Ну прислали же все боги Объединенных миров ему кастилпа. Если кому рассказать – засмеют. Кастилп охраняет свою охрану.

– Так, Криашан, этот мир пока под очередным номером. – Тем временем поспешила переключиться Нэстэ на своего «подданного», вроде как опредленного при ней главнокомангдующим. – Но его атмосфера, флора и фауна пригодны для шнатлий. Я не говорю, что тут все идеально. Но ваши ясли вполне могут адаптироваться к нему. – Это будет конечный мир нашей экспедиции. Через месяц мы уходим в обратный путь, к Новым мирам. С вами остаётся корпус учёных и вся техника. Вашей задачей остается организовать на базе лагеря экспедиции постоянную базу и развитие колониального поселения. Название колонии сами дадите.

Криашан растерянно осмотрелся. В сторону недавнего прорыва силового щита ухолила полоса мёртвых тел тварей. Останки луввы с лёгким бульканьем заливались тем, что этим тварям заменяло кровь. За щитом из джунглей доносились визг и рычание недобитых существ.

– Вы оставляете нас навсегда? – Криишан не возмущался и спорил. Как истинный воин шнтлий он только уточнял задачу. Если кастилп решил пожертвовать ими, то так тому и быть.

– Здесь будет база для новых экспедиций, что пойдут дальше в Бездну. – Нэстэ прекрасно поняла эмоции совего командира и только терпеливо закатила к небу глаза. – У вас всего два, в лучшем случае три года на организацию базы и поселения. Кроме того, тебе предстоит выделить отряд для подготовки площадок под станции силовой транспортной линии по пройденному нами маршруту. Пока открытой линии для транспортных контейнеров. В перспективе и силовой туннель надо будет пустить. За тобой я оставлю сектор из пяти площадок в этом и предшествующем мире. Остальное я думаю мы сделаем с той стороны.

– Три года? – Криишан едва удержался от жеста возмущения.

База ладно, продержатся и сделают, раз кастилп приказал. Тем более, что припасов и вооружения им оставят достаточно. С оставляемым оборудованием это не вызовет затруднений. С поселением сложнее, но тоже можно. Среди ушедших в эту экспедицию есть и выходцы из фермеров. Даже ясли, обязательный атрибут поселений было понятно. Но траспортные станции? Человечка уже планирует следующую экспедицию, причем не одну. И на все про все три года?

– С вами остается отряд научников. – Новозмутимо кивнула Нэстэ, даже не развивать тему. – Они займутся изучением окружающих миров и помогут вам адаптацией мира под ваши нужды.

Он стоял около Раскола, ведущего в Бездну. Кастилп уходила в числе последних членов экспедиции. Хоть здесь она согласилась выполнить требования своей охраны и дождаться сигнала от передового отряда с той стороны. Криишан в этот момент даже радовался, что остается здесь, а не уходит в качестве командира охранения их кастилпа. Уж очень это нервная должность оказалась.

– Держись парень. Надеюсь, через три года тут будет город-сад. – Хохотнул Дино и весело хлопнул его по предплечью. Жесты мягкотелых давно уже не вызывали раздражения ни у него, ни у других шнатлий. Некоторые из его офицеров даже начали их перенимать. – И мы с тобой еще погуляем в Бездне.

– Три года…

За прошедший месяц он так и не свыкся с этой мыслью. Хотя объяснения в необходимости столь сжатых сроков он получил. Кастилп решила, что он и остающиеся офицеры, должны знать причины такой поспешности. По её рассчетам, подтверждённым специалистами, здесь волны тварей подчинялись определённой периодичности. Кастилп собиралась вернуться именно к началу следующей миграционной волны. И прийти уже с транспортной силовой линией и всем что необходимо для обороны.

– Волна? – Криишан вспомнил как зацепился за хоть что-то понятное. – А сейчас тут что происходит?

– Сейчас тут обычная жизнь этого мира. Все жрут друг друга и размножаются. – Любезно сообщил профессор билогии из человеков, присуствоваший на том совещании. Эдакий божий одуванчик в очках и с весьма внушительным запасом энергонакопителей на поясе к лучевику, что болтался за спиной.

Профессор Эд Крниловски оставался с ними, в составе отряда научников, и был в полном восторге от обилия тварей, ругался даже со шнатлиями второго цикла. И те почему-то покорно сносили его пинки и размахивания кулаками перед глазами. А ведь второй цикл никого кроме своих старших к себе не подпускает. У них разум то считается частичным на ранних этапах цикла.

Впрочем, профессор был не единственным странным мягкотелым в этом отряде. К нему уже не раз подступали с требованиями по первоочередной организации вылазок в Расколы. Причем каждый из этих научников, будь то биолог, физик или химик, считали свои задачи самыми первоочередными и не требующими отлагательств.

Криишан ответил на прощальный жест Дино и развернулся всем телом в сторону лагеря.

– Три года на организацию колонии и пяти площадок. – Заметил Ларкрэс, исполнявший при нем обязанности заместителя. – Человеки странные существа.

– У нас есть причины, чтобы постараться выполнить приказ кастилпа. – Заметил Криашан. – Этот мир подходит нашему виду даже лучше, чем первая колония.

– Это так. Но всего три года?

– Не рассчитывай. Кастилп приказал через три года быть готовым к приему новой экспедиции. Так что силовую линию нам предстоит принимать раньше. Что у нас с ближайшими Расколами?

– У научников есть карта. Да что толку? Там несколько десятков миров. И все из Бездны. Прквда утверждается, что один из ближайших ведёт в мир с тварями, пригодными в пищу. Только воздух там отвратительный и миграционные волны там едва не каждый день. К тому же еще транзитные.

– Распорядись, чтобы разведка занялась им в первую очередь. Выводкам потребуется место для охоты. Мир с транзитными волнами тварей, это то, что требуется.

– Нахватался от кастилпа. – Проворчал напарник. – Можно подумать тут молодняку будет мало места.

Глава 9

Криишан озадаченно чесал пальцами между своих глаз, выслушивая доклад разведки. Вредная и очень приличивая привычка, перенятая у некоторых через чур увлеченных научников. Да только сейчас было не до этого.

После краткого доклада прибывшего от отряда разведчиков курьера, в немаленьком помещении зала совещаний административного здания колонии, главным предметом в котором был стол для совещаний, сейчас царила тишина. И это, не смотря на более чем два десятка разумных, на половину состоящих из шнатлий.

– Где ты сказал произошла встреча? – Осторожно уточнил Ларкнес.

– В восьми днях пешего перехода от площадки Кэжрсон. Это…

– Мы в курсе, что это четвертая площадка от нас. – Прервал его Криишан. – Вопрос только в том, как получилось, что головная группа из Новых миров проскочила пятую площадку?

– По утверждению командира группы, для открытой силовой транспортной линии выбрано другое направление, сокращающее ее длину на четыре станции. В том числе и ту, что строим мы. Но этот выбранный вариант пригоден только для силовой транспортной линии. Силовой тоннель строится по ранее выбранному маршруту и строительство пятой станции приказано не останавливать.

– Тоннеля?! – Буквально взвыл Ларкнес. – Они сюда ещё и тоннель уже тянут.

– По словам группы проводников, пока все силы брошены на открытые транспортные линии. – «Успокоил» начальство едва переступивший третий цикл боец. – Экспедиция прибудет в поездах. Приказ кастилпа, быть готовыми к приёму через год.

– Ты был прав, командир, спокойно пожить с нашим кастилпом не получится. – Отметил Ларкнес, оборачиваясь всем корпусом к Криишану.

Тот только переступил, отметая непродуктивную болтовню. Сейчас было не до этого. Планы менялись, сроки сокращались на полгода. Причем, если головная группа вышла уже на станцию, значит строители где-то рядом. И что хуже, им теперь не требуется ожидать сигнала о готовности площадкок. Две опорные транспортные станции уже готовы, но это было все не что хватило их ресурсов.

– Может временно законсервируем строительство пятой станции и перебросим все ресурсы на третью и четвертую? – Неуверенно пробормотал Шрскриссин, руководивший строительством.

– Вряд ли этого будет достаточно. – Откликнулся Криишан и развернулся к Вайлентайну, руководившему на данный момент отрядом научников. – Придется сократить исследовательские выходы. Нам потребуются все воины.

Убеленный сединами человек досадливо сморщился, но неохотно кивнул. Криишан его прекрасно понимал. Опять придется утрясать графики выхода научных экспедиций, подстраиваясь под сильно урезанные группы прикрытия.

– Быть может они тоже там задержатся на строительстве станций. – Без надежды выдал он. – С той же стороны несколько десятков станций должно быть.

– Вряд ли. – Отмел мысль Криишан. – У друзей кастилпа опыт строительства в Бездне трудно переоценить. Да и ресурсов с той стороны намного больше, чем у нас.

– Почему головная группа решила задержаться на четвертой площадке? – Поинтересовался Ларкнес.

– Так это, они обратно собрались. – Замялся курьер.

Ларкнес тоскливо выдохнул, причём синхронно со всеми присутствующими.

– Похоже наша спокойная жизнь заканчивается. – констатировал Криишан.

– Спокойная? – Переспросил Вайлентай, руководивший на данный момент отделом нацчников.

Тот только переложил крылья.

– О-о, полу прощения, я н сразу понял, что вы так пошутили. – Дошло до профессора. – Пожалуй я могу свами согласиться. С прибытием вашего кастилпа и её спутников, прошлый год нам покажется ужасно скучным и поразительно спокойным. У вас же только первый выводок покинул ясли?

Криашан нехотя кивнул. Обсуждать с мягкотелыми нюансы взросления своей расы было неприятно. Но научники это не досужие обыватели, и далеко не праздные любопытные. К традициям шнатлий они с самого начала отнеслись с большим уважением и приняли весьма деятельное участие в выборе места для обустройства первых яслей. Воины шнатлий все же несильны в этом, а нужных специалистов как-то не удосжились прихватить с собой. Научники из биологов подошли к делу весьма обстоятельно. По меньшей мере Аркрисса, самка отложившая яйца, лично перед тем, как за нею закрылись двери, благодарила биологов из мягкотелых за выбор места. Весьма необычное, практически граничащее с Расколом в Бездну и расположенное во внешнем периметре обороны колонии.

Выводок получился сильный. Он потребовал пересмотра многих традиций, казалось бы незыблемых ранее.

Не сказать, что Криишан и другие воины были в восторге от такого вмешательства чужих профессоров. Но и не согласиться с их решениями было трудно. Зачем позволять личинкам поедать друг друга, если можно сохранить всех? В этом мире было слишком много еды для молодняка, чтобы допускать такое расточительство. А естественный отбор? Так лучше пусть слабые гибнут в схватках с тварями, чем от клыков своих же братьев.

И гибли. Детский сад организовали на границе щита.

По рекомендации все тех же научников, сразу после линьки личинок, они стали регулярно пропускать в ясли тварей из-за первого периметра. Результат оказался неожиданным даже для самих шнатлий. Молодняк начал сбиваться в пары, а затем в группы, не дожидаясь наступления положенного срока взросления. Более того, в выводке почти сразу появились первые вожаки. И что характерно, они не воевали между собой, а пытались выстроить общую охоту или оборону. Что вроде как служило основными признаками полноценного первого цикла.

Что было вроде как признаком завершения первого цикла. Сейчас этот выводок уже пытаются выводить из гнезда. Да только для целей кастилпа это все равно бесполезно. Первый цикл, как известно, к дрессировке не пргоден.

– Я надеюсь, она не рассчитывает на первые выводки. – Проскрежетал Ларкнесс, словно подслушал мысли своего началства.

Криишан промолчал. Похоже все за столом в зале совещаний думали одинаково. Нэстэ ломала традиции шнатлий одну за другой. И вечная проблема всех кастилпов регулирования численности своих подданных была ею решена самым кардинальным образом. Если говорить точнее, в этом анклаве эта проблема в ближайшие сотни лет точно не встанет. Почему кланы не додумались до такого простого решения, и предпочли предоставлять молодняку жрать друг друга, Криишану вряд ли кто смог бы ответить.

– Что же, транспорт у нас появится раньше расчётного срока. – Прервал он разгорающиеся споры. – Нам придется еще ускориться с расширением лагеря.

– Знать бы еще на сколько его расширять. – Тоскливо протянул Ларкнес.

Криишан в общем-то рассчитывал на прибытие кастилпа с поездом. Ну хотя бы с первым поездом, о котором сообщили едва появилась связь с Центральной колонией. И он сильно про считался.

Кастилп его клана заявилась пешком, безо всякого предупреждения и ещё до того, как были закончены последние станции транспортной линии.

Её отряд из пары пятерок прошел через щит с помощью Лео и вместо ожидания положенных почестей, сразу направился в столовую.

Нэстэ только рожицу скорчила, поняв что подскочивший к ней начальник прямо с порога готов докладывать о проделанной работе.

– Криишан, я тоже очень рада тебя видеть. – Громко заявила она, не дав тому продолжить положенное приветствие. – Но мы вышли сюда через Раскол, расположенный за тем болотом, что на западе. И последние три дня мы тащились по этой Бездновой трясине, пешком. А потом ещё полдня вверх по склону, до щитов. Будь добр, дай своему кастилпу поесть спокойно и отоспаться. А завтра я постою с гордым видом перед всеми твоими войсками, даже произнесу речь, как это положено. Ну и ли что там ещё положено в таких случаях.

Это можно было считать за неудовольствие с ее стороны. Собственно, так Криишан и воспринял слова своего кастилпа. Среди прибывших с кастилпом Криишан узнал Лику. Вечная спутница Нэстэ в Бездне весело приветствовала его, помахав над головой ложкой.

– Не обижайся, в этих болотах нам здорово досталось. – Поделилась она впечатлениями. – И связаться с вами не получилось. Расколы, что б их. Все энергонакопители сожрали, а генератор заглох еще в Бездне. Ребят вот из ваших потеряли.

Криашан покосился не двух соплеменников. Не знакомые бойцы четвёртого цикла только хмуро передернули плечами.

– Трое. В Бездну автономной группой два месяца как вышли. Ни одной потери не понесли. А в этих болотах застряли. – Не громко поделился один из них.

Криишан с пониманием кивнул. Незнакомому командиру пятерки охраны он даже посочувствовал. Сам в первые месяцы экспедиции избавлялся от остатков своих иллюзий на счет мягкотелых.

Их Кастилп только внешне как мякготелый выглядит. Телохранителям, воображающим себя сильнейшими воинами, трудно признать свою беспомощность. А в Бездне приходилось регулярно приходится уходить под защиту того, кого они вроде как должны охранять, да еще и её спутников.

Прибывшим на отдых хватило одной ночи. А с утра они все разбежались по колонии. Пока кастилп проводила обещанные торжества и действительно тщательно исполняла свою роль, ее гекатессы успели осмотреть почти все. И по мере поступления от них докладов по ликале, все больше мрачнела. Такие эмоии Криишан уже научился определять практически у любой расы, с которой работал.

– Криишан, я недовольна. – С ходу заявила кастилп сразу, как они оказались в зале совещаний. – Оставим пока периметры. Там вроде серьезных проблем нет. Капитальных жилых зданий в колонии практически нет. У тебя остаются целые боевые подразделения, проживающие во времянках. Ясли всего одни. Хорошо, вы подготовили ещё два места для гнезд, но этого мало. С первыми поездами прибудет почти десяток матерей. Где ты их разместишь?

Криишан поблагодарил предков за столь удобные позы, в которых полагалось принимать неудовольствие кастилпа. Четыре ноги и так были почти что подобраны под себя. Оставалось только слегка ослабить переднюю пару, чтобы почти лечь на пол и склонить, почти удобно положить, к полу голову.

Десять самок? Это что же за планы у неё, если сюда везут сразу такое количество оплодотворенных самок? Они с одними-то яслями едва справились.

– Я ставила тебе задачу построить постоянное поселение, а ты сосредоточился исключительно на базе. Фермерских полей практически нет. У тебя есть резервные роботизированные охранные системы. Они от лежания на складе не станут более новыми. Зачем ты их экономишь? Стационар щитов можно расширить в два раза безо всякого ущерба для нагрузки на бойцов. Я уже не говорю о сельскохозяйственных роботах, что пылятся на складе. В Центральной колонии уже скопились сотни контейнеров. Как только завершится строительство станций, сюда пойдут поезда. И чисто грузовыми будут только первые два из них. Потом планируется доставка поселенцев и начать сбор экспедиции. Ты где собираешься размещать тысячи разумных и чем будешь их кормить? Одним мясом? Ничего себе база!

– Среди оставшихся бойцов оказалось мало выходцев из семей фермеров, кастилп. – Осторожно заговорил Криишан не поднимая головы. Не из опасения ее гнева, это было правильно. Просто названная цифра окончательно вывела его из равновесия. Судя по всему, на базу прибывало в несколько раз больше разумных, чем весь ее персонал, включая научников.

– Да поняла я. – Нэстэ с досадой сморщилась и покосилась на устроившуюся неподалеку Лику. Подруга откровенно развлекалась ее разборками и не собиралась вмешиваться. – Но поля-то можно было подготовить! Почему это дрянное болото было не спустить? Я же видела следы ваших работ. Вы пытались, но почему не закончили?

– Болото требует отвлечения слишком больших сил на охрану рабочих. Я счел понесенные потери неоправданными и сосредоточился на строительстве станций.

Нэстэ вздохнула и удрученно устроилась на стуле.

– Чего вы там улеглись? Давайте к столу, будем менять планы и думать как выйти из сложившейся ситуации.

Криишан неуверенно кивнул в ответ, когда Лика весело подмигнула. Оказалось, что в позе покорности пребывал не только он. Весь его штаб неуверенно зашевелился за спиной. Сбоку пристроился и профессор, хотя вроде как гнев кастилпа его не касался.

– С таким кастилпом, я вам даже позавидовал. – шепотом поделилося он с Криишаном. – Так и хотелось улечься на пол рядом с тобой и закрыть глаза.

– Не нагнетайте паники, не все так трагично профессор. – Так же шёпотом откликнулась Лика. – Вы все здесь очень много сделали. Просто у нас там немного планы поменялись.

Нэстэ тем временем выждала пока все более или менее устроятся и вздохнула.

– Первые транспорты прибывают с сельскохозяйственной техникой. Её немного, основной груз все таки военного назначения. Мы рассчитывали, немного усовершенствовать оборонные периметры колонии. А вот во в третьем поезде планировалось привезти молодняк второго цикла.

– Их держат под контролем фермеры третьего и четвёртого уровня. – Поспешила пояснить Лика.

– Предполагалось, что так все те же третий и четвертый циклы и дальше продолжат заниматься с молодняком. – Кивнула Нэстэ. – В свете того, что тут у нас выяснилось, придется поезд с молодняком пустить вторым. Только боюсь, что теперь прибывающий молодняк вам придётся взять на себя. Всех прибывающих фермеров предлагаю переключить на полевые работы.

Криишан сначала ощутил удовлетворение от известия, что на базу с первыми поездами прибывает все же пополнение, а не участники предстоящей экспедиции. Исполнителей полноценного второго цикла в колонии катастрофически не хватало. Но в следующий момент он ощутил беспокойство и заподозрил какой-то подвох.

– Много там молодняка? – Осторожно поинтересовался он.

– Около восьми тысяч, учитывая переходный уровень с первого.

– Все что она смогла отобрать у воющих фермеров Центральной колонии. – Шепнула Сжирил, один из уцелевших телохранителей – Там сейчас молодняка нехватка, просто катастрофа. Кастилп не тронул только рода воинов.

Криишан едва удержал на месте крылья и не схватиться за голову в чисто человеческом жесте. О том, что с открытием транспорта здесь сильно прибавиться населения он уже понял. Но масштабы впечатляли. Ему придётся в качестве старших выставлять всех, даже тех, кто только что прошёл на третий цикл и ничего толком не знает.

– У вас там что, всю колонию в детский сад превратили? – Не сдержался он, воспользовавшись тем, что кастилп пока отвлеклась на ответы других участников совещания.

– Нет. – Сжирил даже передернул плечами, но смешок подавил. – Зато у нас так же как и вы, исключили естественный отбор в выводках и между садами. Сюда отправили всех, включая слабаков, что раньше не выживали. Эту часть взросления планируется теперь предоставить Бездне. Но насколько я понял, у вас эта методика уже развивается полным ходом.

То, что со вторым поездом прибывает старый знакомый фермер по временам бытности в колонии Криишан узнал много позже. Со слов своего друга. Профессор и бывший преподаватель тактики теперь оказался среди членов Верховного собора, ведавшего делами колонии. Новый канал связи появился чуть раньше выдвинувшегося в Бездну поезда.

Все такой же подтянутый и собранный соратник по «временам упадка» теперь выглядел даже лучше, чем в дни их первого знакомства. Ради такой встречи профессор даже вышел из-за стола в своём кабинете и радостно сложил в приветственном жесте и среднюю пару конечностей.

– Рад что ты жив. Судя по поступающим от вас отчетам, вам там тяжело пришлось?

– Хуже всего было заниматься фермами. – Своему наставнику Криишан уж точно мог признаться и даже немного пожаловаться. – Гражданское дело все же не по мне. В академии меня к такому не готовили.

– Ничего, тебе в помощь сейчас отправилось сразу несколько специалистов. В том числе и из числа твоих старых знакомых. Скхарэш Ривси, помнишь ещё такого?

– У меня тут похоже только пятый цикл прорезался. – Проворчал Криишан, припоминая фермера из своего сектора, с которым не раз пересекался в период становления колонии. – Так что забывчивостью пока не страдаю. Хороший фермер, опытный. Такие везде нужны. Почему он? Его ферма разорилась?

– Процветает его ферма, равно как и все его соседи. – Усмехнулся бывший профессор. – Из фермеров с четвертым и выше циклами к тебе отпустили только тех, кто уже имел наследников того же уровня развития. Их не так много, как может показаться с твоей стороны. Гнезда военных родов решено оставить здесь.

– Значит известия на счёт кланов все же верные?

– Совет контакторов отказал им в доступе к транспортным линиям. А сунуться против объединенной армии кланы не рискнули. родвижение у них медленное. Прут через Бездну, как, в прочем, и предполагалось. По нашим данным они несут чудовищные потери. Они не смогли организовать производство генераторов силового поля для тоннелей и обходятся единственной силовой транспортной линией. Да и та, с устаревшими установками.

– Это же очень медленно. – Только произнеся фразу, Криишан отметил что его задела информация о потерях. В отличие от них, кланы могли позволить себе не считаться с ресурсами в живой силе.

– И опасно. Они теряют целые поезда с молодняком. Но в любом случае полгода, от силы год, и кланы подойдут к нашим границам.

– У кастилпа есть союзники?

– Еще какие! Змеелюды перекрывают свои Расколы, в том числе и те, за которыми есть промышленность. Кашьяти и люди тоже готовятся к встрече. Но ты ведь знаешь, свои границы мы должны защищать сами и без помощи союзников. Иначе кланы никогда не признают нашей независимости.

– Вы продержитесь?

– А у нас есть выбор? Впрочем, на случай, если кланы прорвутся в колонию, змеелюды и кашьяти уже планируют перебросить свои войска в зону Переходов.

Два боевых товарища помолчали. Выбора у их клана действительно не было и обсуждать эту тему было незачем.

Криишан тоскливо вздохнул, глядя в то место, где пропала голограмма друга. Он завидовал Лашнерксилу и очень бы хотел сейчас оказаться на той стороне возводимой транспортной линии. Пусть не в числе командиров, даже лучше, если бы рядовым воином. Там все было ясно и понятно. К колонии идет враг, с ним надо драться. А он тут сидит и совсем погряз в хозяйственных делах.

Глава 10

В свете багрового местного светила, узкая полоса леса на горизонте казалась абсолютно черной. Все пространство между наблюдателем и этой полоской было занято ровной как стол степью покрытой высокой травой. Порывы ленивого ветра создавали на поверхности волны, перекатывающиеся из одного края поля к другому. От этого у наблюдателя возникало стойкое ощущение того, что он находится на берегу красновато-зеленого моря.

Штаб армии шнатлий в очередной раз занял вершину единственного в округе холма. Лашнерксил осматривал поле предстоящей схватки и мрачно прикидывал их шансы.

Первые стычки с приближающейся армией кланов прошли ещё полгода назад. Разведка, в состав которой на правах наемников вошли хорны, из числа личных друзей кастилпа, отслеживала все передвижения противника и время от времени вынуждена была схлестываться с отрядами противника.

Было не понятно, как это удавалось условиях Бездны. Но Лашнерксил точно знал, что противник, даже преодолев столь гигантское расстояние, множество миров Бездны, со всем своим приобретенным опытом, все равно продолжал нести огромные потери. Их же небольшие группы бойцов четвертого цикла, выходившие в рейды под контролем хорнов, несли обходились сравнительно небольшие небоевые потери. Бездна словно отказывалась брать плату за проход с друзей кастилпа.

В самом начале совместных операций это вызывало раздражение, причем не только у него. Ведь в качестве наемников кастилп привлекла и кое кого из личных друзей от змеелюдов и кашьяти. Если говорить более точным, они поставили ее перед фактом. Официально это были военные советники и не больше.

Все-таки даже для него, столь долго изучавшего мягкотелых, оказалось не так легко преодолеть впитанные с яслей представления о превосходстве шнатлий над мягкотелыми. Сейчас же это явление было привычно. Более того, отряд уходивший в Бездну без таких вот «советников», воспринимался ущербным.

Так или иначе, но отряды разведки, уходившие в Бездну под руководством ветеранов экспедиции по Жемчужной нити почти не несли потерь. И это без учета кота кастилпа. Сама человечка вернулась из анклавного мира всего месяц как и ходила в Бездну редко. Зато ее кот, вместе со своим прайдом, охотно принимал участие в этих вылазках.

Лашнерксил несколько раз порывался разъяснить ей насколько их положение серьезное. Многим в штабе казалось, что их кастилп слишком увлечена организацией предстоящей научной экспедиции и угрозу со стороны вражеской армии воспринимает не слишком серьезно. Но Нэстэ отказывалась менять сроки экспедиции и отказывалась перебрасывать ресурсы со строительства второй силовой транспортной линии.

Война только раздражала их кастилпа, вынуждая оставаться безвылаздно в колонии. В Бездне даже с технологиями Центральных миров находиться было нелегко.

Лашнерксил грустно вздохнул. Судя по последним сообщениям разведки, противник совсем недавно получил пополнение, уже из расчета на предстоящую схватку.

Многомиллионная армия прошло десятки миров Бездны практически не встретив мест пригодных для колонизации. За двухгодичный переход потери превысили в два раза численность тех, кто сейчас остановился в лесу, узкой полосой видневшимся на горизонте. С их устаревшими и изношенными генераторами силовых полей, с постоянными перебоями в работе силовых транспортных линий, работу которых они так и не смогли наладить, отступать было некуда. Если армия не прорвется в колонию, единственная транспортная линия не сможет обеспечить эвакуацию выживших. Весьма существенный стимул победить даже для второго цикла, не страдающего особым умом.

У колонии со снабжением дела обстояли намного лучше. Недостатка в силовых генераторах не ощущалось, как и в энергетических станциях. Производство вооружения, благодаря стараниям кастилпа, было налажено на заводах колонии, построенных по технологии мягкотелых за Расколами. Все бойцы их армии покинули родной мир совсем недавно и не собирались страдать от влияния Бездны. Проблема была только в том, что колония смогла выставить сюда армию численностью с пять раз меньше той, что им угрожала. И кастилп пока не решила эту проблему.

Лашнерксил переключил внимание на звук приближающихся шагов. Одно из преимуществ фасетчатых глаз шнатлий. Ему для этого не пришлось даже головы поворачивать.

Когда на холм выдвинулась знакомая фигура бывшего ученика, он даже растерялся.

– Криишан? Откуда?

– Только вчера начали разгузку. – Проворчал бывший подопечный. – Сам знаешь, контейнера не самый быстрый транспорт. И ведь не поторопишь его.

– Но я вообще ничего не знал о вашем прибытии.

– Так и было задумано. – Иронично скрутил лицевые отростки Криишан. – Распоряжение о переброске пришло в письменном виде с ниахарой кастилпа. По обычным средствам связи никаких сообщений или даже намеков на перемещение бойцов не подавалось. В общем, собрались, погрузились и вышли к вам.

– Сколько бойцов?

– Шесть сотен, все четвёртого и пятого уровня. Надеюсь, ты не прогонишь своего старого ученика.

– У нас нехватка офицеров. Из пятого цикла даже фермеров ставим командовать отрядами третьего цикла. А какие из них командиры на поле боя? – Лашнерксил медленно расслабился, прикидывая изменившуюся расстановку сил.

Похоже кастилп оценивала ситуацию намного лучше, чем показывала окружающим. Шесть сотен офицеров имеющих боевую подготовку и с опытом экспедиционных действий в Бездне.

– Я слышал, ее ниахара уже здесь действует?

– Лео кастилпа, и его прайд охотятся в районе щитов и принимают участие в рейдах. – Подтвердил Лашнерксил.

– Понятно тогда почему она запретила нам брать своих проводников. – Переступил Криишан и с любопытством осмотрелся.

– Молодняк у нас тут есть. Для второго цикла они вполне обучены. А вот с офицерами беда, мы уже и так и этак прикидывали что делать. Фермеров к ним не приставишь. Твои смогут командовать отрядами?

– Вот это они точно могут. – Хохотнул Криишан. – Только имей в виду, четвертый цикл в начальном периоде у меня совсем не имеет боевого опыта с разумными. Только схватки с тварями. Было бы неплохо пройти несколько тренировок.

– Если кланы дадут нам это. – Передернул надкрыльями Лашнерксил.

И оказался прав.

Враг не дал им времени. Совпадение или нет, но кланы активизировались буквально через пару дней. По словам Вржисиса, аналитика из разведки, ровно столько должно было потребоваться гипотетическим соглядатаям передать сообщение о прибытии подкрепления.

Лагерь врага расположился в прямой видимости от их внешних периметров. В этом Лашнерксил тоже усматривал признаки эффективности его разведки. Кланы похоже были хорошо осведомлены о возможностях их дальнобойных батарей и их количестве. Достать лагерь было можно. Но пробить их щит нет. Зато научники колонии с помощью своих приборов получили возможность оценить возможности генераторов силовых щитов лагеря.

– Армия кланов не сможет держать щиты длительное время. – Докладывал аналитик на очередном заседании штаба. – Судя по динамике энергонапитки и изменчивости ркзмера щитов вокруг лагеря, у противника сильно ограничены возможности мобильных энергонакопителей.

– Энергогенераторы им поставить практически негде. – Бросил реплику Лашнерксил. – Все близко расположенные от лагеря Расколы нами уже прекрыты и находятся под нашими щитами.

– К сожалению, у них все же есть своя транспортная линия. – Вздохнула Нэстэ, устроившаяся во главе стола. – Немного далековато для лагеря и нестабильная, но в качестве источника для зарядки энергонакопителей вполне подходит. Только их генераторы силовых полей сами по себе выдают нестабильное поле. Аналитики считают, что их щиты не долго продержатся. Да только клановцы это понимают лучше нас с нами и наверняка имеют представление о возможных сроках падения мощности. Так что следует ожидать от них активных действий в самое ближайшее время.

– С их оружием, по крайней тем, что мы знаем о нем, им не преодолеть наши щиты. – Вмешался Криишан.

– Транспортная линия пока действует. – Проворчал Лашнерксил. – А по ней к лагерю движется более тяжелое вооружение. Кстати, со снарядами тандемного типа. Кланы учли успешный опыт их применения во время твоего набега.

Нэстэ заметно поморщилась, но ничего не сказала на это замечание. Криишан тоже только передернул плечами. Все вопросы из прошлой жизни когда-то уже были обсуждены между ними. В том числе и тот бесславный набег. Кастилп предложил не заострять внимания на их встречах в прошлом. Криишан был рад принять это предложение.

– Аналитики, на основании выводов научников и данных разведки предполагают, что доставка может не успеть. К тому же несколько диверсионных групп уже выдвинулись в сторону их транзитных станций.

– Подождите. – Растерялся Лашнерксил. – Это что же получается, мы рискуем заполучить совершенно незащищенный лагерь целой армии посреди Бездны?

– Причём именно в этом мире и в непосредственной близости от наших Расколов. – Мрачно закончила Нэстэ.

– Ой-ё…, прошу прощения, кастилп. – Осекся Криишан, до которого тоже дошло сказанное.

– Согласна с вами, Криишан. – Криво улыбнулась Нэстэ. – Это именно то, что вы сказали. И даже более того. В этой местности и так есть все признаки начала новой миграционной волны. Я как собственно и рассчитывала, что клановцы спровоцируют ее начало своими передовыми отрядами. Они так и не научились нормально передвигаться в бездне и всегда несут серьезные потери. Свежая кровь могла бы спровоцировать волну, которая бы и пошла в сторону основной армии и вынудила бы отступать. У клановцев были бы большие потери, но при наличии Расколов в тылу и правильной организации отступления, вопрос вполне был решаем.

– Наша разведка сильно переоценила состояние их полевых генераторов силового поля. – Пояснил начальник аналитиков. – Еще до недавнего времени предполагалось, что они вполне способны выдавать устойчивое поле высшей напитки длительное время.

– А теперь Скорее всего, именно из-за угрозы потерять щиты, клановцы отказались от полномасштабной диверсионной войны и сосредоточили всю свою армию для нанесения единственного основного удара. – Развела руками Нэстэ. – Я ошиблась, считая такой вариант развития событий маловероятным. У них похоже просто нет другого выхода.

Криишан по очереди обвел взглядом всю разношерстную компанию, собравшуюся на этом совещании. Неизменная Лика, со своей пятеркой, хорны, скромно замершие в сторонке. Наемники редко принимали активное участие в совещаниях штаба, но всегда присутствовали на правах консультантов. Не хватало только старших гекат. Но и они скорее всего были на связи через ликалы гекатес, хоть и не афишировали своего присутствия.

– Открытый лагерь поднимет волну по всей округе. Причем она будет крутиться именно здесь, пытаясь добраться и до нас. – Решил он порассуждать в качестве вновь прибывшего. – Волна ожидается крупной?

– Она и природная то не маленьких размеров должна была быть. – Вздохнула Нэстэ. – А теперь считай, что будет затронут не только весь регион. Дело в том, что Раскол, в который она должна была пойти, сейчас нами закрыт.

– А если его открыть?

– Волна будет настолько большой, что снятие щита проблемы не решит.

– И на сколько эта волна будет продолжительной.

– Она начнёт работать сама на себя. В этом мире очень много живности. К тому же, скорее всего будут задеты миры, расположенные за дальними Расколами. Так что хорошо, если несколько лет.

– Здесь же заводы ставить собирались. – Озадачился Лашнерксил.

Криашан припомнил, что об этом действительно были разговоры. Выгодное положение, сразу несколько Расколов поблизости, ведущие в разные части колонии, атмосфера, которую любой завод своими выбросами только облагородить сможет. И целая куча металлов.

– Да что же это такое! – В сердцах и совсем по-человечески стукнул кулаком по столу незнакомый офицер четвёртого цикла. – Опять эти кланы жить нормально не дают. Ну чего им надо? Мы им столько освоенных миров оставили, ушли в удалённую колонию незнамо куда. А они опять приперлись в то время как как колония только начала вставать на ноги.

Криишан заметил, что кастилп сидит с отстранённым видом. Её сёстры по гекате при этом слегка подобрались, и с давно въевшимися рефлексами заняли круговой периметр вокруг старшей. Знакомая позиция, которую ему далеко не сразу разъяснила в свое время Лика. Видимо в этот момент триада решала возникшую проблему в режиме мозгового штурма. В возникшем обсуждении по ликале остальные гекатессы участие редко принимали. Зато старшие в таком состоянии теряли контроль над окружающей обстановкой и становились весьма уязвимыми для атаки. Что гекатессы сейчас и компенсировали, даже не задумываясь о реальности угрозы нападения.

– Если сейчас с ними не разобраться, они и дальше пойдут. – Провлрчкл Лашнерксил. – К тому же наше транспортная линия не чета их устаревшим станциям.

Криашан ощутил, его ноги и ногоруки рефлекторно подобрались, причем это произошло и остальных окружающих шнатлий. Второй мир, пока ещё официально считающийся всего лишь международной базой, ему нравился даже больше, чем эта колония. Там было чем заняться всему клану. И фермерам и воинам и промышленникам. Но эта колония становилась столицей будущей империи ИХ КЛАНА.

– Все верно. Но скормить волне целую армию разумных все же не лучший вариант. – Лашнерксил озадаченно повел плечами, привлекая к себе внимание. – Да и эту Бездну отдавать тварям нет делания. А это произойдет, если волна получит свое так близко от наших Расколов.

– Ты предлагаешь допустить клановцев к нам? – Возразил кто-то из находящихся за столом. – Вряд ли чувство благодарности будет свойственно кланам.

Криишан тоскливо вздохнул. Враг он и есть враг. Но все же это были разумные одного с ними вида.

– Лашнерксил, щиты смогут выдержать их атаки? – Вклинилась в разговор вернувшаяся из прострации кастилп.

– Да без проблем. – Хмыкнул старый профессор. – У них есть средства для их вскрытия в ручном режиме, но очень немного. По одиночке мы их легко сомнем. Для них единственный шанс, это атака под прикрытием основных сил.

– У офицеров появилось снаряжение из щитков и шкуры луввы. Да только пользоваться они ими как вы, кастилп, не умеют. – Заметил ещё один незнакомый офицер.

Криишан невольно поежился, вспомнив пару демонстраций подобного умения. Нэстэ с помощью серого клинка и нкомбинезона из шкуры луввы могла вскрывать щиты высоких уровней защиты не хуже, чем ниахара. В отличие от последней, правда, сохранить генератор силового поля в целости она не могла.

Надо выбить отряды с подобным снаряжением. – То ли попросила, то ли приказала кастилп. Впрочем, для шнатлий это было равнозначно.

– Сделаем. Но без большой крови не обойдётся. А кровь поднимет волну.

– Сейчас главная наша задача лишить противника шанса прорвать наши щиты. – Вздохнула Нэстэ. – Выполнив ее, наши отряды должны вернуться под защиту периметра, не вступая в продолжительные схватки и не пытаясь удерживать позиции вне наших щитов.

– Принято. Но что дальше?

– Подождем. Волна скорее отрежет их от транспортной линии, где можно запитать энергонакопители. – Вздохнула Нэстэ. – Сколько времени они продержатся без подпитки, при условии исправности генератора силовых щитов?

– Дня три, возможно пять. – Отчитался аналитик.

– Будем надеяться, что полтора года хождения в Бездне для них не прошли даром. – Подытожила Нэстэ. – Должны же они понять, что происходит. Единственный выход для армии клановцев это переговоры.

– А если они не поймут?

– Тогда будет очень плохо. В соседних мирах есть луввы. Да и гарымзы могут заинтересоваться таким обилием еды. А справляться с ними умеют пока только наши ниахары. В общем, волне вполне есть на чем разгуляться. А нам потом откладывать строительство промышленности на несколько лет.

Глава 11

По совету своих умудренных в политике кланов советников, о ни входили в зал совещаний последними, вынудив собравшихся кастилпов кланов, включая верховного, прождать не менее четверти часа. Ровно столько, чтобы не нанести оскорбления и показать им всем, кто здесь главный.

Криишан шёл справа от их человечки, контролируя действия своей пятерки охранения. Лашнерксил, как военный советник и член Собора клана, занимал позицию слева.

Криишан, пожалуй, был впервые рад, что четвертый цикл был временем полного освоения эмоций. Сегодня был их день. Клан, после всего перенесенного, не возвращал свое место, а претендовал на нечто большее. Если говорить точнее, клан ставил Собор империи и самого Верховного перед свершимся фактом, не спрашивая ни чьего согласия. И последнее, судя по приходившим в последние дни репортажам в прессе, раздражало их соотечественников больше всего.

Сёстры по гекате никуда не делись, явно недоверяя клановцам, но учитывая значимость события, Нэстэ уговорила их занять сегодня позиции на удалении.

Криишан был полностью солидарен с Ликой и предпочел оставить канал связи с ее пятеркой вопреки правилам шнатлий при проведении подобных мероприятии.

Здесь и сейчас вряд ли будет провокация, но все равно так надежнее. Да и своим опытом в охранении старших гекатессы могут поспорить с любым из его отряда.

Криишан привычно отметил, насколько его мысли изменились за эти годы. Он уже считал чем-то само-собой разумеющимся равенство и даже превосходство мягкотелых в своих собственных делах.

– … их всех проверяли, в том числе и на предмет ядов. Но мы на всякий случай свои детекторы держим при себе. – Донесся по линии связи голос Лики. – Криишан, следи за ближним периметром охраны этих…

Криишан не имел возможности ответить в слух. Но система условных сигналов между охраной весьма беспокойного кастилпа давно была наработана. Так что он только небрежно повёл головой. Необходимости в этом не было, зато лика поняла, что он услышал.

Что полелать. Их кастилп стал настоящей занозой в спине под крыльями для всех кланов. И больно и не достать без посторонней помощи.

Там, в Бездне все произошло именно так, как спланировала Нэстэ. Перехватить ударные группы со средствами взлома щитов труда не составило.

В коротких схватках вне щитов уничтожалось снаряжение, а потом диверсионные отряды быстро уходили, не принимая боя, под прикрытие щитов и армии калонии.

Противник попытался навязать им затяжной бой. И видит Единый, как любят говоорить его поклонники, это у них могло бы получиться с другим кастилпом. Но человечка не была шнатлием, и давно научилась не поддаваться на провокации. Зато ее хватка в управлении ничем не уступала иным кастилпам. И ее армия оставалась на месте даже когда кланы выдвинули несколько когорт в поддержку своих ударных групп. Как бы ни хотелось тем, кто помнил годы унижений, выйти им на встречу, в том бою участвовали только дальнобойные орудия.

Криишан, наблюдавший эту схватку стоя непосредственно рядом с экраном штабного наблюдателя, видел, как среди сплошного колышащегося моря из коричневых спин разорвались первые снаряды. За первыми пристрелочными выстрелами последовал залп, потом второй. И все равно, когорта шнатлий в отличие от крупных подразделений мягкотелых, насчитывает не сотни и даже не тысячи боевых единиц. Мягкотелые давно отказались от этой тактики в войнах с ними.

Несколько, пусть и впечатляющих залпов, возможно проредили ряды наступающих, но отнюдь не задержали их. Море, как и положено, слаженно закрыло образовавшиеся дыры и двинулось дальше.

Криишан несколько раз выслушивал доводы своего кастилпа. Он верил Нэстэ, научился уже, но на месте шнатлий удерживал все же только ее прямой приказ.

Что такое волна тварей он, как подошедшая армия врага, хорошо себе представлял. Как никак, не первый год в Бездне. Ему трудно было представить нечто более страшное, несмотря на попытки кастилпа лично объяснить что такое спровоцированная волна в Бездне.

На экране только с помощью специальной программы Криишан смог увидеть, как сначала отметились мелкие твари, жившие в норах и на деревьях рядом, а то и на месте намечавшейся бойни. Запах крови и обильная еда, мгновенно заставили их позабыть о собственных инстинктах самосохранения. Переход был настолько стремительным, что к когда орудия замолчали, в коричневом море уже начались локальные подспудные круговороты.

Через каких-то полчаса боковые камеры, установленные на удалении от места боя, показали, как редкие небольшие крупки тварей, несущиеся к начавшемуся пиршеству, начали сливаться в тонкие ручейки. Те быстро расширялись, сливались в сплошную массу, потоком следующую за начавшим спешно отступать противником, вдруг превратившимся в легкую и доступную добычу. А через пару часов до наблюдателей донесся звериный вой крупных хищников, вливающихся в поднявшуюся волну.

Их кастилп немного ошиблась в оценке упрямства клановцев. Чтобы понять, в какую ловушку они угодили, им потребовалось больше двух дней. В течение этого времени они пытались отсидеться под державшимися щитами, в расчете на то, что вона как обычно пройдет дальше.

Криишан их понимал. Так всегда было. И это была обычная тактика в их экспедициях. Только здесь и сейчас волна стояла на месте и только расширялась, возбужденная присутствием ЕДЫ. Даже щиты колонии работали на пределе своих возможностей. И это несмотря на уверенную работу энергогенераторов, запитывающихся из Расколов.

В Бездну на разведку ходил разве что Лео со своим прайдом и все время звал свою старшую на славную охоту. Нэстэ регулярно сообщала штабу об изменении обстановки и тоскливо поглядывала на сестёр, упрямо не реагировавших на ее вопросительные взгляды.

Вопреки обыкновению, Лика не поддерживала желание Нэстэ присоединиться к своей ниахаре и только мрачно отводила глаза. Лезть в эту мясорубку только чтобы поохотиться ей не хотелось.

Криишан только вздыхал, присутствуя при всех этих переглядываниях. Шнатлии с кастилпом спорить не могли на уровне рефлексов. Если она решит пойти, охрана пойдет следом. Но одна мысль отправиться в рычащий и визжащий за щитами лес заставляла неуверенно переминаться даже опытных воинов. Мягкотелые не так хорошо умели читать эмоции разумных насекомых. Но Криишан и сам не раз ловил себя на том, что есть кому повлиять на их предводителя.

Ему оставалось надеяться только на Гекаты. По ликалам и на совещаниях, куда допускался Криишан, все упорно уговаривали её оставаться под щитами и не рисковать зря. Ну, если уж Лео со своими эмоциями совсем достал и очень хочется сорвать раздражение, можно с кем-нибудь подраться. Рианна по голосвязи даже предложила ей схватку со шнатлиями вооруженных настоящим оружием.

«… Я получаю от Лео только часть эмоций, и могу себе представить, каково приходиться тебе.» – Внушала она на совещании. – «К тому же Сумми у себя не вылазит из спортзала».

Ситуация начала меняться, когда силовые щиты противника начали сдавать. По сути, армия кланов оказалась в безвыходном положении и по линии Совета контакторов пришла просьба о содействии в эвакуации.

Кланы не желали терять всю свою армию. С учетом понесенных затрат, это могло оказаться катастрофой даже для империи шнатлий.

На этом война кланов за потерянную колонию была закончена.

Нэстэ безо всяких сантиментов приказала уничтожить уцелевшие генераторы, прикрыв армию противника щитами, зависящими от генераторов колонии. В результате она оставила захватчиков полностью зависимыми от её воли. Затем был указан срок, когда эти самые щиты будут сняты.

Месяц потребовался на то, чтобы вывести этих вояк к силовой транспортной линии. Нэстэ отказалась обеспечивать кланам проход к тоннелям жемчужного ожерелья. Кланы были рады уже тому, что колония согласилась прикрыть вывод армии частями до их собственной силовой транспортной линии. На станциях кланов колонистам пришлось еще предоставить собственных техников для поддержания оборудования в рабочем состоянии, да еще и предоставить запчасти. За это Нэстэ уже стребовала с них плату, умудрившись при этом устраниться от дел и натравив экономистов из своего собора. Как известно, экономист любой расы даст фору любой волне тварей.

Криишан был в восторге от такого решения. Заставить противника не просто сдаться, а еще и платить за саму такую возможность. Это было в духе шнатлия. И кто сказал, что у их кастилпа должно быть шесть конечностей?

Этот Собор семи кланов состоялся уже позже. Ради него Криишану, как командующему автономной колонией второго мира, пришлось задержаться и сопровождать своего кастилпа до резиденции триады в Новых мирах. А от туда уже в мир Совета контакторов. Но от возможности принять на себя командование охранением ближнего периметра кастилпа он не отказался.

Собор происходил в одном из больших переговорных залов Совета. Кланы сами выбрали это место. Верховный Собор кланов проходил вне границ империи шнатлий впервые в истории. Но пресса уделяла гораздо больше внимания тому факту, что в нем на правах ПРИЗНАННОГО кастилпа клана впервые принимала участие человека. Остальным шести кланам, как и верховному кастилпу империи ничего не оставалось кроме как смириться с этим фактом.

Воевать кланы в ближайшее время не могли, колония не собиралась и дальше делать вид, что зависит от империи и претендовала на полную независимость. И самое главное, их кастилп не собиралась идти на уступки.

Криишан ещё мог припомнить времена, когда он только надеялся на такой реванш и возвращение миров клана. Но теперь о тех временах он думал с иронией, равно как и все его знакомые фермеры. Маленькие миры, зажатые между мирами иных кланов. Там даже Расколов то раз два и обчелся. Вернуться ко временам, когда выводки бесцельно уничтожали друг друга, оправдывая выживший молодняк естественным отбором? Такая мысль вызывала отвращение у большинства в соборе. В столичном мире будущей империи, где число межродовых яслей выросло в несколько раз, такая возможность даже не обсуждалась.

Этот собор показывал, что их клан вернул своё место. И сделал это гораздо быстрее, чем можно было предположить.

Нэстэ озвучивала заявку на колонию в анклавном мире в Бездне. Чиста формальность. Кланы растратили слишком много ресурсов на попытку призвать к порядку падший клан. Эвакуация спасла часть их армии. Но этого недостаточно. Спорить с Советом контакторов и Союзной гекатой они теперь не скоро смогут. Что уж тут говорить о далеких мирах, ставших для кланов еще более недоступными, чем до начала военных действий. Вторая колония, в которой уже существовала постоянная база вроде как падшего клана, была свершившимся фактом.

Слуга своего кастилпа, Криишан не без иронии подумал о свершившейся иронии судьбы. На войну с соседями у них не будет сил несколько десятилетий. Да и потом, империи Объединенных миров уже не позволят им безнаказанно лезть на свою территорию. Шесть кланов, оставшихся в Объединённых мирах, рассорились с остальными государствами, оказались изолированными и обреченными на бесконечную междоусобную войну. В то время, как поднимающий голову вроде уже уничтоженный клан все сильнее сближался в Новых мирах с представителями иных рас и все дальше уходил от своих сородичей.

На Соборе Нэстэ говорила о чем-то еще. О возможности выгодного сотрудничества. Но Криишан уже хорошо изучил своего кастилпа и видел, как все больше она разочаровывается в происходящем событии, равно как и выступающие на ее стороне в качестве консультантов Сумми и Рианна.

– Они не питали особых иллюзий перед Собором. – Пояснил Лашнерксил, когда Криишан поделился с ним своими наблюдениями после завершения Собора. – Но все же определённые надежды были у всех нас. Способности правящих позволяют им понять такие вещи немного раньше, чем все становится очевидным для окружающих. Я думаю, Нэстэ прервет своё участие в Соборе сразу после заключения мирного договора.

– В него она тоже верит? – Криишан позволил себе ироничный наклон головы и даже сплел хитроумную фигуру из вибрисов.

– Юмор? Признак наступающего пятого цикла. Ты стал совсем как человек.

– Все мы общаемся с мягкотелыми.

– И это неплохо, как выяснилось. Но среди нас есть такие как ты, кто уж очень сильно реагируют на присутствие кастилпа. Ты знаешь, что такое фиолетовый цвет в их спектре?

– На нас он вроде не действует? – Неуверенно заметил Криишан.

– Точнее, у нас не было прецедентов длительного его влияния. – Успезнулся Лашнерксил. – Теперь с уверенностью можно говорить об ошибочности этой теории. И даже больше. Ты знаешь, что первый цикл, действующий в постоянном контакте с разумными проявляют признаки смены уровня раньше остальных?

Криишан прикинул в уме свой не слишком большой опыт.

– Да, у меня тоже пары и даже группы начинали формироваться очень рано, еще до первой линьки. Но я думал, это влияние Бездны и постоянной опасности.

– В яслях да. Но потом процесс ускоряется именно при постоянном контакте с мягкотелыми. Они не воспринимают молодняк как объект дрессировки. И в отличие от нас, все время пытаются общаться с ними нормально.

– Ты говорил о планах кастилпа? – Прервал рассуждения старшего Криишан. – Я так понял, кастилп собиралась что-то предложить каланам?

– Решение о переговорах принималось кастилпом вместе со всей триадой.

– Информация закрыта, раз не доведена даже до членов миссии. – Вздохнул Криишан.

Вместо ответа Лашнерксил вывел перед своим бывшим учеником карту миров в мелком масштабе.

– Про масштабы исследования Бездны говорить не буду. Ты в этом сам участвуешь и можешь со мной поделиться. Новые технологии в транспорте, разработки дешёвых силовых генераторов ну и прочие факторы навели промышленников Объединённых миров на весьма интересные идеи. Если вкратце, они пришли к выводу, что чем заботиться о вредных выбросах, проще размещать свои заводы там, где продукты отходов заводов будут соответствовать окружающей среде. Персонал все равно надо защищать, и тут увеличения расходов нет.

– Это уже давно практикуется. Извини, я не понял к чему ты заговорил об этом?

– Вместо того, чтобы собирать все виды промышленности в одном мире, как это делается сейчас, и заниматься анализом их воздействия на экологию и возможных последствиях, заводы предполагается размещать там, где выбросы ничему навредить не могут. Есть ведь миры с кислотными атмосферами, туда направить химические производства. Причем каждое по своему профилю. В горячих мирах можно разместить то, что даёт мощные тепловые выбросы. Ну и так далее. Силовые транспортные линии сейчас становятся настолько дешевыми, что доставка готовой продукции в населенные миры становится выгодней, чем постоянное поддержание экологической защиты. Даже с учётом её охраны.

– Значит охрана транспорта тоже учтена?

– Именно. И заниматься ею предлагается нам. – Лашнерксил раздвинул усики на лице, что было аналогом ехидной улыбки. – Естественно в сотрудничестве с мягкотелыми. В боевых контейнерных блоках хорнам или людям куда сподручнее действовать чем нам или змеелюдам. Но учитывая особенности процесса взросления, у нас практически нет конкурентов на открытой территории.

– Но это же…?

– Это даже не сотни, и не тысячи заводов. – Кивнул Лашнерксил. – Нэстэ собиралась предложить кланам равноправное участие в предстоящей работе.

– Я так понимаю, после того, как она сделала предложение на Соборе, у неё и начало портиться настроение?

– Многие из нашего молодняка в колонии уже не понимает реакции кланов. Но ты то можешь предположить реакцию кастилпов на саму идею совместного сотрудничества с мягкотелыми, да еще на условиях равноправия, а то и в качестве подчинённых им.

– В Бездне иногда змеелюды или Кашьяти более эффективны, чем мы. – Заметил Криашан.

– Про людей ты уже не упоминаешь.

– Что тут можно сказать. За своего кастилпа я пойду даже в тяжелые миры. А это… Скажи, эти планы ведь дают не просто перспективу нашему клану?

Лашнерксил молча изменил карту. В стороны разошлись скопления Объединённых и новых миров. Теперь на фоне потускневших миров Бездны стали видны отдельные яркие точки, далеко отстоящие друг от друга.

– Сориентировался?

Криишан уверенно ткнул в мало заметный кругляшок.

– Наша вторая колония. остальные тоже анклавы?

– Анклавы. – Согласился Лашнерксил. – Только не совсем. Это миры, пригодные для шнатлий. А вокруг миры Бездны: тяжелые, холодные, без атмосферы или наоборот, с кислотными морями. В общем то, что сейчас очень интересует промышленников всех рас. А ещё куча аномалий, в том числе временных и прочее, что нуждается в исследовании и детальном изучении. Есть несколько миров, вроде как пригодных для преобразования под нужды рас мягкотелых. Но это пока не главное.

Криишан нагнулся и медленно повёл головой, всматриваясь в трехмерное изображение, прикинул, попытался сосчитать.

– Миры для нас? – Ухватился он главное. – Это значит новые базы и колонии. Это же больше, чем клан имел в Объединённых мирах.

– Теперь понял, почему кастилп решила не предъявлять кланам претензий по поводу попытки вторжения?

– Это ей не интересно.

Криишан и сам вдруг подумал, что междоусобные войны кланов перед этой картой выглядят мышиной возней. Причём даже не на поле, а в своей собственной маленькой норке, устроенной в углу огромной комнаты.

– Это работы лет пятьсот. – Воодушевленно воскликнул он.

Услышав совсем человеческое скептическое хмыканье, он недоуменно посмотрел на на Лашнерксил.

– Триста?

Старый учитель иронично склонил голову, как бы давая ученику еще одну попытку угадать правильный ответ.

– Двести? – Теперь тон Криишана был полон неуверенности.

Лашнерксил не изменил позы.

– Не хочешь же ты сказать, что она планирует выставить стационарные бызы менее чем за сотню лет?

– Новая экспедиция будет развиваться сразу по нескольким направлениям. – Наконец отмер бывший профессор. – Один отряд двинется в сторону временной аномалии, к тяжёлым мирам. Там планируется организовать базу в анклаве, который назвали Ралсцени. Тут темпом будут заправлять физики, а с ними и служители Единого.

– Ох уж эти мне…

– Второй отряд продолжит направление предыдущей экспедиции в глубь Бездны. Научная группа примерно в том же составе, что и была. Изменится только режим движения. Теперь ставится цель не линейного продвижения, а изучения смежных Расколов. Базой для этого направления будет твоя колония. Есть ещё третье, и пятое и прочее направления в каждом из которых будут действовать уже совсем небольшие группы научников. Они удовлетворяют узкоспециализированные интересы науки. Например, целью одной из них будет ледяной мир этих зверьков куинли, что принесла с собой Нэстэ. Не знаю зачем они триаде. Но нам ставится задача организации научной базы максимально близко к Расколам того мира. Поддержка её без нашей колонии в мире Ланлис будет невозможна.

Криишан растерянно рассматривал выведенные линии и понимал только то, что чего-то не понимает.

– Но это же невозможно. Кастилп должна понимать, что у нас нет таких ресурсов!

– Никто не говорит, что это будет сделано в первый же выход и только нашими силами. – Пожал плечами Лашнерксил. – Собственно передача кланам функции сопровождения транспорта в Бездне могла высвободить существенную часть наших ресурсов для решения других задач. Жаль, что эта идея провалилась. Теперь змеелюдам и кашьяти предстоит выставить гораздо больше военных на транспортные линии, чем предполагалось.

– Она все рассказала кастилпам? – Осторожно уточнил Криишан, тоже непонимающий, как можно отказаться от таких перспектив.

– В общих чертах, естесственно. Без деталей.

– Но это же…

– В ближайшее время нашей задачей становится организация стационарных баз и развитие транспортной сети в Бездне. Что до освоения колоний, тут ты даже погорячился. Это планы гораздо больше чем на пятьсот лет.

– Они отказались от участия, что будет теперь?

– Мы оба знаем нашего кастилпа. Она не меняет своих планов. Она только исключила из них неизвестный фактор.

– Что же будет, когда кланы узнают о масштабах этих работ?

– Если честно, мне это уже не очень интересно. – Передернул крыльями Лашнерксил. – В конце концов, у них остаются миры империи шнатлий. Я согласен, пусть в них и копошатся. Жаль только, что столько времени потеряли. Надо было признавать её кастилпом сразу после поединка. Не пришлось бы сейчас возрождать клан.

Глава 12

Криашану пришлось задержаться в представительстве. Члены собора убыли по своим делам, ему пришлось взять на себя вопросы встречи очередной партии научников для предстоящей экспедиции.

Связь с базой была отменная. И новости оттуда только радовали. Первые комплексные отряды уже готовились выходу к выходу. Эуспедиционные разведчики и вовсе уже ушли в Бездну и готовили места для бюдующих временных лагерей.

Хорошо! Вот только отбытие с базы самой кастилпа планировалось со дня на день, а он по ее просьбе застрял тут.

Впрочем, союзные Гекаты не собрались отпускать их кастилпа в одиночку, и даже в сопровождении бойцов шнатлий. И Криишан был здесь полностью с ними согласен. Его сородичи, как и он сам, со своим кастилпом физиологически не могли спорить. Так уж устроена его раса, решение старшего становилось законом для любого из них. И примеров губительного для рода решения их история знала немало.

Если кастилпа нельзя удержать в безопасных населённых мирах, лучше пусть отправляется в Бездну в компании с теми, чье мнение для нее что-то да значит и кто сможет с нею спорить.

– Прошу прощения, если я не ошибаюсь, вы Криишан, из свиты кастилпа клана Куишнири?

Криишан настолько задумался после связи с Базой переваривая новости, что совсем перестал следить за окружающей обстановкой и не обратил внимания на замершего уступившего ему дорогу сородича.

«Никак не годится, совсем уже расслабился» – Недовольно одернул себя Криишан. – «Даже за оружие не взялся. Всего несколько лет в нормальных условиях, и уже не ожидаешь нападения от подобных себе».

– Да, чем могу…? – Все же проявил вежливость Криишан, настороженно оценивая обстановку.

Немолодой уже шнатлий начала пятого цикла из клана арнерикхис. Хорошо хоть так. С бывшими хозяевами разговаривать пришлось бы через силу. С дипломатией у него по-прежнему было плохо. С арнерикхисами Криишан пересекался всего несколько раз во время мелких набегов и особых счетов к ним не имел. Вроде неплохие воины. Некоторые их набеги на мягкотелых разбирались даже в академии как пример одачного сочетания стратегии и тактики.

– Жрлхакрнис, пятый цикл. Состою в охранении делегации клана, прибывшей на собор.

– Собор завершился больше недели назад. – По прежнему настороженно заметил Криишан.

В коридоре они были одни. Но это ничего не значило. Собеседник был значительно старше его. Хотя не было видно и причин, по которым новому знакомому надо было бы нападать на него.

– В посольстве остаётся несколько членов делегации. – Пояснил тот. – Я использовал это в качестве предлога чтобы задержаться здесь. Но застать вас одного очень трудно.

– Вы хотели встретиться именно со мной?

– Ты воин. Так проще.

– Зачем?

– Я слышал разговоры о выступлении твоего кастилпа на Соборе кланов. Человечка предложила каланам участие в планах Совета контакторов на правах наемников.

– В целом так. – Согласился Криишан. – Твой кастилп отказался. Впрочем, как и остальные.

– Я знаю. И хочу у тебя уточнить. Как твой кастилп отнесется к боеспособному отряду, если он обратится с просьбой о смене клана?

Криишан замер недоверчиво разглядывая собеседника. Смена клана была вполне возможной процедурой. Не секрет, что Кастилпы не чурались таким образом решать текущие проблемы между кланами. Бывало, что и пленным предлагался такой вариант. Но вопрос все же застал врасплох.

– Я останусь в Арден ещё несколько дней. – Закончил Жрлхакрнис.

– Сам я не могу ответить на твой вопрос, я уточню. – Осторожно согласился Криишан, в мыслях совершая святотатственный поступок и проклиная своего кастилпа. Как выяснилось, не для организации толпы научников оставившей его здесь. – Сам я последние годы был на базе в новой провинции. Мне придется связаться с кем-нибудь из окружения кастилпа.

– Я буду ждать.

Собеседник замялся, но все де решился на новый вопрос.

– Я слышал, у вас там изменились правила содержания выводков?

– Да. Мы не можем позволить себе неоправданные потери даже на нулевом цикле. – Сдержанно подтвердил Криишан уже и так опубликованную информацию. – Мы очень нуждаемся в ресурсах.

Лашнерксил выслушав доклад только поджал под в себя все что мог.

– Значит так даже. Есть рода, что готовы перейти в клан отверженных несмотря на потерю статуса.

– Похоже на то. На вряд ли это решит проблему.

– Не скажи. На участки, где надо сотрудничать с мягкотелыми их конечно нельзя ставить. Но хорошие военные рода смогут высвободить ресурсы в пределах самой столичной колонии. Рода фермеров будут рады заняться своим делом в наших новых мирах. Тем более если им пообещать права первопоселенцев. Что?

Лашнерксил оборвал рассуждения и недоуменно повел головой, уловив запах подозрения, исходящий от друга.

– Только не надо подозревать меня в том, чего я не делал. Для меня причина ее решения оставить тебя здесь оставалась такой же загадкой, как и для остальных. Кастилп вообще не имеет привычки объяснять причины своих решений. Они, оказывается, не всегда могут и сами объяснить свои действия.

– Как это?

– А вот так. И назначение гекат в империях оказывается не док конца была нам понятна. Представляешь, гекатесс кроме всего прочего учат наблюдать за правящими, различать реальные интуитивные решения от обычных эмоциональных всплесков и указывать им на них.

– Но в гекате Кастилпа ведь оказалось две правящие?

– Теперь можешь попытаться понять каково им пришлось? У тебя вроде не плохие отношения с некоторыми из них.

– Не настолько. – Недовольно проворчал Криишан. – Дела гекаты касаются только самой гекаты и никак иначе. Что мне ответить?

– Нэстэ не давала никаких указаний. – Приподнял основания надкрылков Лашнерксил, что было очень похоже на жест пожатия плечами у людей. – Хотя нет, на прощание она сказала, что нам нужны воины для сопровождения грузов по открытой транспортной линии. Одна уже не справляется с потоком грузов. В планах строительство еще двух. Промышленники из мягкотелых торопят.

– Тьфу. – Не стал сдерживаться Криишан. – Выдала указание называется.

– Так в понимании гекатесс это весьма конкретное распоряжение, оказывается. – Трескотнул Лашнерксил. – Теперь понятно, как оно может быть выполнено.

– Мне бы в Бездну. Кастилп собирается уйти с базы. – Тоскливо попросился Криишан.

Завтра сведешь меня с этим парнем и можешь отправляться. – Принял решение Лашнерксил. – Не жалко оставлять руководство базой?

– Лучше уж я буду командиром ее охраны. – Недовольно проворчал бывший ученик, направляясь к выходу из комнаты.

Глава 13

Рваная пила зубьев белоснежных пиков далекого горного хребта на фоне ясного серо-зеленого неба резко контрастировала с равниной покрытой ядовито-сине-зеленой растительностью. Этого цвета здесь было больше чем достаточно: высокая, выше головы трава, колышащаяся словно море на ветру, будто вышедшие из сказок об апокалипсисе деревья, и кустарники, уютно устроившиеся между изломанными под невообразимыми углами стволами.

Все пространство до далёких хребтов, на сколько хватало глаз, да и дальше, состояло из приземистых холмов, словно застывших морских волн. Их склоны с вершинами и покрывал столь необычный лес, характерный для этого пока еще только нумерованного мира. В низинах же между ними хозяином был сплошной ковер из разнообразных гигантских трав.

Это был, пожалуй, самый заселённый мир Бездны, из всех что могла вспомнить Лика. Зелень была всюду, разных оттенков и буквально резала глаза.

Она двигалась в тройке прикрытия непосредственно за спиной своей подруги и почти на полном рефлексе отбила очередную пичужку размером в половину локтя, попытавшуюся прорваться к ее врому. Верховой Нэсте лениво махнул хвостом сбивая на ходу вторую прямо под морду врома Саниры. Тот, в свою очередь, не задерживая шага столь же флегматично подхватил тушку из травы, смачно захрумкав косточками. В этом мире эти твари всегда нападали парами. И как они уже успели выяснить, вромам их мясо пришлось очень даже по вкусу.

Небольшой разношерстный отряд в полтора десятка бойцов двигался в стандартном для разведки порядке: его ядром и центром движения была Нэстэ с группой из гекатесс в ближнем периметре. Криишан не был от этого в восторге, но тут по каким-то своим причинам предпочитал не спорить. Сегодня в качестве личной охраны шла тройка Лики. С флангов и тыла ядро отряда прикрывал отряд личной охраны кастилпа, целиком состоящий из шнатлий с опытом еще первой экспедиции. Впереди время от времени среди травы мелькала белая спина Лео. Этот котяра был своеобразным арьергардом разведывательного отряда.

Отряд неспешно рассекал колышащееся под ветром травяное море и откровенно скучал.

База их экспедиции собиралась простоять на месте ещё дней пять.

Научники каждый вечер требовали задержаться ещё больше. Им всегда не хватало времени. Военное прикрытие тоже было не прочь передохнуть в спокойном мире. Только в этом мире Нэстэ, вопреки своему собственному обыкновению, осталась глухой ко всем доводам звучавших на заседании штаба.

Никто не мог понять, с чего вдруг их предводитель стал вдруг настолько осторожным. Сама она только хмурилась и отделывалась односложными ответами из арсенала правящих: типа чувствую, не нравится и прочее. Весьма необычное поведение для той, кто даже спустя столько лет нет-нет, да смутится при ссылках на собственные ощущения.

А ведь за больше чем месяц пребывания в этом мире они не потеряли ни одного бойца. Больные были, особенно в начале, пока разобрались с воздействием атмосферы. Но это не в счет. Самые агрессивные твари до сих пор здесь были вод эти пичуги. И научники сколько ни пытались, следов чего-то крупнее не находили. Москиты тут водились во множестве, но тоже не представляли серьезной угрозы, встречали и пострашнее.

По ходу маршрута научники натыкались несколько раз на кости крупных животных. Толи хищников, толи их жертв. Да только настолько древние, что почти окаменевшие. И никаких следов катаклизмов глобального масштаба в обозримом прошлом. В общем, тишь да благодать. Если бы не примеси в атмосфере и почве, мир можно было бы посчитать потенциально годным к заселению.

Тем не менее, Нэстэ явно чем-то не нравилось раскинувшееся вокруг благоденствие. Вот только своими соображениями она не делилась даже с гекатессами.

И тем оставалось довольствоваться собственными наблюдениями. Благо эту науку они с детства освоили в совершенстве.

И эти самые наблюдения Лике очень не нравились.

По всему выходило, что Нэстэ сама никак не может понять, что ее беспокоит. Подруга постоянно хмурилась, пытаясь что-то вспомнить. Уходила вот так с отрядом в разведку, что-то проверяла. И, видимо, не получив подтверждения своим выводам, еще больше хмурилась.

Единственное, что пока сдерживало подругу отдать приказ о ликвидации лагеря и продолжении экспедиции, это ее собственная осторожность. Соваться без предварительной разведки всем отрядом дальше по намеченному маршруту она тоже не желала. Вот их отряд и выдвинулся по направлению к далекому Расколу.

Высоко в небе пронеслась стайка чего-то пищащего. На такой дистанции было не разглядеть, что именно. А твари не заинтересовались столь малой добычей, как их отряд.

Лика лениво проследила, как серое облачко тварей начав опускаться где-то впереди, и вдруг резко изменила направление и устремилась в сторону. Но в направлении первоначальной посадки степь оставалась все такой же пустынной. Да и Лео выскользнувший из травы, довольно пристроился рядом со своей парой.

Лика покосилась на раздавшийся свист клинка справа и отметила вялое движение, с которым Криишан убрал свое национальное оружие в ножны. Вид холмистой равнины, по которой лениво пробегали травяные волны, зной и полдня пути сказывались даже на шнатлиях. Лика поймала полусонный взгляд Саниры, раскрывшей рот в зевке и отвернулась.

Они все давно и прочно усвоили простую истину, что Нэстэ вбивала в их головы всякий раз, как брала с собой. В Бездне нельзя расслабляться, какова бы ни была обстановка. Но этот мир действительно казался мирным и спокойным, насколько это слово вообще приемлемо к мирам в Бездны. Здесь даже изолирующих костюмов не приходилось носить. Только лёгкая маска-фильтр и ежедневный набор капсул. Совершенно непонятно, почему Нэстэ наотрез отказывалась признавать выводы наручников экспедиции и продолжала настаивать на скорейшем уходе отсюда.

Лео рыкнул и рванул куда-то вперёд, поднимая из травы очередные тушки летающих колобков. Иначе этих существ назвать было нельзя. Круглые, на неправдоподобно коротких лапках и с птицеподобной головой без шеи, смотрящейся как небольшой прыщ на толстом теле. Питались они исключительно зернами местных трав. По меньшей мере научники, сколько не пытались, найти в их желудках что-то иное не смогли. И как эти существа выживали здесь, было загадкой для любого оптимиста.

В воздухе сверкнул веер стальных искорок и пять тушек послушно плюхнулись под ноги вромов.

Шнатлий из периметра справа сноровисто подобрал их, отдал в качестве законной добычи одну Лео, выскользнувшему из травы, а остальные уложил в сумку на грузовом вроме.

Лика сладко потянулась в седле. Остальные тоже оживились. Раз Нэстэ дала Лео команду на охоту, скоро планируется остановка. Хорошо! Если её подсчёты верны, то на привале у них будет вкусное мясо на углях. Она не без зависти посмотрела, как сестричка по гекате отточенным движением укладывает вернувшиеся ножи в чехол.

Пять ножей – пять тушек. Как всегда, без промаха. Она сама так и не смогла освоить в полной мере этот способ метания. Её личный рекорд три мишени, да и то неподвижные и безо всякой гарантии. В гекате вообще только несколько девочек смогли составить конкуренцию хорнам в этом искусстве. Так что основным добытчиком котлового от питания во время таких выходов оставалась Нэстэ. В паре с Лео она была вне конкуренции.

Она невольно улыбнулась, краем взгляда отметив жест Криишана. Командир Шнатлий до сих пор не смирился с этим фактом. По его понятиям кастилпу клана заниматься охотой было не почину. Но даже командиру личной охраны пришлось смириться с тем фактом, что в Бездне эффективность воинов-насекомых оказалась сильно преувеличена. Даже во второй экспедиции Нэстэ вынуждена была учить и натаскивать своих подданных. Впрочем, предпочтя возиться с теми, кто уже прошел «начальный уровень» в первой экспедиции. А уж те, в свою очередь, занимались молодняком. И как это ни странно, шнатлии терпели такое положение вещей.

Вообще, как оказалось, инсектоиды были почти идеальными подданными. Кастилп, для ни был всем. И то, что он ходил на двух ногах, не мог пользоваться языком запахов, и вообще учился их обычам и традициям что младенец, для них не имело никакого значения.

«Абсолютная власть во плоти» – Не без иронии подумала Лика, заодно вспоминая далеко не один случай, когда эта самая власть выводила Нэстэ из себя.

Сейчас уже было намного проще. А ведь в самом начале вступления в свои права новоявленный кастилп регулярно вынужден был прямо требовать от членов своего правительства возражать или спорить с собой.

Впереди снова что-то зашуршало. Видимо Лео развлекался и кого-то спугнул. С высоты врома можно было видеть, как шевелится трава, расстцпаясь перед невидимой животинкой, что пустилась наутек. Расшалившийся кот белой тенью мелькнул следом над травой.

Лика ещё растягивала губы в улыбке, когда одна рука уже на рефлексах с силой заворачивали врома в сторону, а вторая судорожно тянулась к оружию.

Впереди там куда унеслось спугнутое животное, ровное поле зашевелилось и начало стеной вырастать ввысь. Нечто крупное вылезало из-под земли. Колышащаяся на его спине трава резко сжалась и стремительно втягивалась в громадное бугристое тело серого цвета, в несколько метров в диаметре.

Лика с ужасом смотрела на громадного червяка раскрывшего на уровне земли округлую пасть, в которой стремительно толи вращались, толи синхронно двигались несколько рядов длинных зубов, больше напоминающих кинжалы.

А вокруг уже набирал силу свист ветра. Невиданная тварь словно громадный пылесос гнала в себя воздух, в потоке которого оказался отряд. Воздушный поток стремительно набрал силу урагана, что начал срывать венчики травы и даже целые стебли.

Тварюшка, видимо та самая, что удирала от Лео и спровоцировала ловушку, с визгом мелькнула в воздухе среди травы и прошла через частокол зубов.

Только в момент, когда кровавое облачко мелькнуло и исчезло в чудовищной глотке Лика осознала, как её вром всеми силами пытается сопротивляться, все нарастающему потоку воздуха, чему сильно мешала несущаяся со всех сторон трава, ветки и даже комья почвы.

Червяк-переросток словно гигантский пылесос всасывал в себя все, до чего мог дотянуться. Вром отчаянно завизжал, когда особо длинная травянистая плеть хлестнула его по глазам. От резкого движения головой, его протащило сразу на несколько метров вперед. Умная животинка раскрыла копыта и буквально зарылась когтями в почву. И даже несмотря на это, они шагу, по полшага, неумолимо продвигались в направлении твари.

Среди носящихся вокруг стеблей трудно было что-то разглядеть, но судя по взвизкам животных и командам, прорывавшихся сквозь свист ветра, у остальных ситуация оказалась не лучше.

Вромы едва удерживались не одном месте и думать о том, чтобы уйти с линии атаки не приходилось. Шнатлии как-то умудрились оказаться на траве и теперь держались за неё всеми шестью конечностями, и даже вроде как пытались передвигаться.

Лика видела, как Криишан пытается добраться до Нэстэ. Ей пришлось хуже всего. Вром Нэстэ оказался ближе всех к страшной пасти и неумолимо приближался к страшным жерновам.

Подруга ещё держалась в седле, но ветер сорвал притороченную на седло за спиной сумку понес к пасти. В гуще поднятого живым пылесосом урагана на фоне зелени мелькнула белая шкурка ниахары. Кот все же не смог вырваться из воздушного потока и был оторван от земли. Его тушка мелькнула ещё раз в круговороте зелени и следом за сумкой понеслась в пасть. Лике было видно, как Лео прямо в полёте оттолкнулся от пластин, обрамляющих пасть твари и исчез в зеленом мареве. Сквозь свист ветра и шелест травы прорвался вопль Нэстэ.

Лика с ужасом наблюдала, как подруга сделала непроизвольное резкое движение, едва удержалась в седле под порывом ветра. И тогда она подняла руки над головой, бросила поводья, подтянула ноги и резко оттолкнувшись от седла и почти сразу исчезла в круговерти травы.

Кто-то из тех, кто все же смог добраться до края воздушного потока смог воспользоваться ручной ракетой. Её огненный хвост мелькнул перед пастью и исчез, чтобы вернуться мощным взрывом.

Все закончилось мгновенно наступившей тишиной и огромной воронкой, уходящей куда-то в глубь земли и разлетевшимися вокруг ошметками твари.

Какое-то время ещё можно было наблюдать волны, пробегающие в траве куда-то за ближайшие холмы, отмечающие судороги той части тела, что оставалась под землёй и все стихло окончательно.

Несколько мгновений пострадавшие ошалело переглядывались и переводили дыхание. А потом все бросились к воронке.

Слабая надежда на чудо таяла с каждой минутой, потраченной на прочесывание развороченной местности. Ни следов пропавшей Нэстэ, ни её кота нигде не было.

Шнатлии топтались около воронки, деловито оценивая наличное снаряжение, и явно собирались погрузиться в то жидкое месиво, что её заполнило.

Лика зло отвернулась. Спорить с Криишаном она не собиралась. Он не хуже нее понимал, что возможно этот спуск и позволит найти что-то, но их безбашенную сестренку это не вернет. И дернул же неназываемый кого-то из охранения пустить эту ракету!

Девочки мрачно поджидали её.

– Здесь Криишан сам разберется, чего ему мешать. – Зло заговорила Санира. – Но вдруг взрыв все же был раньше, или Нэстэ не попала в жернова? Я предлагаю прочестать местность дальше, куда уходит обрушившаяся канава.

– Эта тварь не поперхнулась даже на Лео. – Зло сплюнула Лика. – Но ты права, чем сидеть без дела, лучше прочесать местность, пошли.

Взрыв видимо сопровождался чем-то вроде гидро-динамического удара внутри тела твари. Иначе как было объяснить длинный ров обрушевшейся и частично выброшенной обратно земли, уходящий за холм, в котором и рядом с которым валялись все те же дурно пахнущие ошметки и внутренности, больше похожие на остатки трубы разного диаметра.

Знойный ветерок разносил по округе тошнотворный запах, уже начавший привлекать первых тварей этого мира. А почва под ногами стала склизкой на столько, что трудно было удержать равновесие.

Они прошли уже половину этого рва, когда впереди донесся глухой удар, сопровождаемый вполне узнаваемыми выражениями:

– … Тварь…- бум-… Все сожрал… – бум – … – Чтоб тебя в чертогах тошнило – … бум.

Троица девушек, не очень доверяя своим ушам, осторожно прошла еще несколько десятков метров помогая друг другу, чтобы не упасть, и раздвинула густую траву.

Их взорам предстала совершенно невредимая и абсолютно чистенькая, на сколько это можно было себе представить подруга. Она удерживала в руках распущенный на тонкие полоски рюкзак и с силой пинала какой-то хлюпающий шланг метров в десяток длиной и диаметром наверно в половину ее роста.

Нэстэ снова занесла ногу и опять с силой пнула нанесла удар.

Бум.

…

Бум.

– Тварь, так тебе…

Бум.

– И надо.

За её спиной сидел целехонький Лео, и невозмутимо вылизывал свой бок. При этом он казалось вполне одобрительно посматривал на свою старшую пары.

Подруги наконец были замечены, и Нэстэ радостно кивнула им.

– Что, тоже пришли попинать тварюгу. Правильно присоединяйтесь.

Бумм.

– Нэстэ, ты в порядке? – Осторожно поинтересовалась Лика, не совсем доверяя своим глазам.

– Да что со мной будет? – С досадой отмахнулась Нэстэ. – Эта тварюга мой рюкзак прожевала. А там травы, что я собрала за последние дни. Я с утра не стала их перекладывать, думала до базы подождать. А там такие уникальные стебельки были! Представляете?

– Травы? – Уточнила Санира.

– Ну да. У-у-у, тварь.

Бум.

– Но как ты через эти жернова?

Нэстэ устало отошла от своей жертвы и устроилась прямо на спину блаженно развалившегося Лео.

– Да ты о чем? Это же хара. Зубы у неё по кругу не бегают, а колеблются, создавая впечатление вращения. А центр абсолютно свободен. Хара через него все с чем не справляется и перенаправляет на выход. Там легко можно проскочить хоть целом отряду. Она туда направляет все, что не может перемолоть. Когда тебя засасывает, главное не зевать: на входе надо от ротовых щитков оттолкнуться, чтобы обойти зубы, в потом в глотке. Она сразу за пастью раздваивается. По правой попадаешь прямо в желудок с кислотой. Можно всякой дряни нахвататься. А по левой тебя перенаправляет с воздушным потоком в хвост и выбрасывает на поверхность.

– Ты это узнала пока летела к ней в пасть? – Осторожно поинтересовалась Санира.

– Нет конечно. – Нэстэ недоуменно посмотрела на подругу, и рассмотрев нечто на ее лице, явно насторожилась. – Хара довольно распространена в нескольких мирах, где я проходила. Лео её не чует, от слова совсем. Вот и попадалась пару раз. В первый раз так через желудок прошла, отхаркивалась месяца три. Нет, ну ты подумай, какая зараза, такой сбор сожрать!

– Сбор? Травки, говоришь? – Медленно и спокойным голосом заговорила Лика. – Сестрички, как на счёт помощи?

– Задушить? Да с превеликим удовольствием.

Тройка дружно начала расходиться, со зловещими лицами заключая жертву в кольцо.

– Э, вы чего?

– Ничего, пока ты тут за травки свои пытаешься всяким шлангам отомстить, шнатлии за тобой лезут во внутрь этой твари. Твои останки между прочим искать.

– Какие останки?

– Твои.

– Так я же здесь. Хара совершенно не опасная, пройти к концу и дело с концом. Чем в неё ударили?

– Рэшкой.

– Зачем?

– Может быть за тем, что кое кто не удосужился отдать команду по ликале, прежде чем лезть в глодку твари. А еще, этот некто, позабыл рассказать о такой «безопасной» твари, коей дала странное название «хара». – Вкрадчиво поинтересовалась Лика.

Нэстэ сообразила, что подруги уже почти окружили её с весьма не дружественными намерениями.

– Э, вы чего…

Уже не раз ученая, она не раздумывая сорвалась с насиженного места и начала торопливо отступать. Лика сделала резкое движение, но не успела ее перехватить и тут же поскользнулась на чем-то склизком. Сбоку раздалось досадливое восклицание Саниры, поскользнувшейся на очередном ошметке и при падении угодившей руками прямо в валявшуюся требуху.

Третья все же попыталась достать Нэстэ, но безуспешно. Она споткнулась о валяющиеся внутренности и рефлекторно схватилась за плечо едва восстановившей равновесие лики. Так вдвоем они и рухнули в ближайшую склизкую лужу, расплескав что-то дурно пахнущее.

Нэстэ торопливо отступила ещё дальше и благополучно избежала брызг. После чего возмущенно осмотрелась.

– Ну я забыла, наверно. Это же просто тварь, не самая опасная. И обитает далеко отсюда. Знаете, сколько раз я мимо её проходила? Да если на нее не нарваться, хара вообще не будет атаковать.

– А кинуть сигналку по ликале никак, да? – Пыхтела Лика, снова начав движение на перехват.

– Так не дотянется же сигнал, Бездна.

– А Лео прислать, как вас тут, через задний проход выкинули?

– Ну, я не подумала, расстроилась.

– Проходила, значит, рутина, чего о ней вспоминать, не подумала она.

Пыхтела уже Санира, перебираясь черз очередной огрызок истекающей слизью трубы, за который поспешно отступила Нэстэ. – Не, ну правильно, чего о ней рассказывать? Детям же неинтересно считать сколько раз тебя проглатывали. Им подавай битвы и схватки, из которых выходишь победителем, а не через задний проход. Сейчас мы покажем тебе рутину.

Нэстэ опять торопливо отступила, выходя из вновь начавшего смыкаться круга.

– Да ладно вам, ну виновата, я исправлюсь.

Растратив начальный запал, девочки остановились. Лика осмотрела подруг и невольно заулыбалась. Вся тройка после безуспешной погони была с ног до головы извазюкана в слизи. Кое у кого капли грязно-зеленого желе медленно стекали даже с волос.

Они все же сгоняли Лео до Криишана в качестве гонца. Пока они осторожно пытались привести себя в порядок, он успел обернуться.

Возвращались гекатессы уже вполне мирно обсуждая происшествие. Только Нэстэ предпочла забраться с ногами на Лео и держаться от общей группы чуть в стороне. Что, впрочем, не мешало ей поддерживать разговор.

Криишан встречал их на границе наспех разбитого лагеря. И даже им было понятно, с какими чувствами он внимательно осматривает всю кавалькаду.

– Чур я первая в душ, а то вам слишком долго отмываться.

Криишан развернулся всей головой, провожая своего кастилпа. Потом обратился к ним.

– Что с вами произошло?

– Кое кого тут сожрали, вот что произошло. – Лика с досадой провела по начавшим застывать коркой волосам. – Как тебе пожеванный кастилп?

– Если судить по внешнему виду, то жевали скорее вас, чем её. – С невыразимым тоном заметил шнатлий. – Я распоряжусь поставить ещё один душ для вас. Я теперь не уверен, что эта тварь подавилась ракетой?

Криишан развернулся всем корпусом и направился вглубь лагеря.

– Слышь, Лика, это мне показалось, или главарь личной охраны нашей сестренки и над всеми ближайшими тараканами только что пошутил? – Задумчиво протянула ему в след Санира.

– Нет, не показалось. – Лика яростно разодрала слипшуюся прядь.

– Если я правильно помню лекции наших спецов, юмор у них просыпается к пятому циклу.

– Только этого не хватало! – Простонала в ответ та. – Шнатлий с юмором и сарказмом, это же прост катастрофа.

Спустя час, уже в начинавшизс сумерках, Лика застала Нэстэ за разговором с Криишаном, застывшим в позе признанной вины. Она с какой-то беспомощностью глянула на подругу и развела руками:

– Вот, требует вынести ему наказание и позволить уйти в одиночку за пределы лагеря.

– За что?

– За то, что я попала в глотку хары. – Мрачно пояснила Нэстэ. – Типа он не должен был этого допустить.

– Так ты же вроде сама и не в претензии.

– Он ссылается на ритуал кхами, есть у шнатлий такой, и в нем оправдания допущенным просчетам нет.

– Можешь пояснить? – Осторожно поинтересовалась Лика. Далеко не все, что Нэстэ узнавала об укладе шнатлий подлежало распространению вне расы. И с просьбами разъяснить их, им приходилось быть осторожными.

– Клятва, которой воин связывает себя и признаваемого им командира. – Мрачно пояснила Нэстэ. – Криишан действительно дал мне её, когда принимал командование ещё в прошлой экспедиции. Её дают все бойцы личной охраны. Ну что мне с ними делать, а?

– Не поняла. Это что же, они тут сейчас с собой покончат или по одиночке разбредутся в Бездне. А мы останемся без внешнего периметра? – Озадачилась Лика.

– Почти что так. Клятва каким-то образом завязана на физиологию шнатлий, и усиливает эффект зависимости, приобретаемый после выбора своего кастилпа. Если он признаёт свою вину, то должен понести наказание от сюзерена. В противном случае провинившегося ждёт весьма медленная и болезненная смерть в виде последовательного отказа всех внутренних органов. Научники подробностей не дают, да и не знают, скорее всего, как это действует. Они только подтвердили, что это так. Но ведь бойцы же не виноваты! Я сама шла впереди и попала под удар. А ведь подозревала какю-то подлость в этом мире. Только не связала признаки с присутствием хары. Даже не подумала про нее.

– Так, мне совсем не нравится идея остаться без твоих подданных здесь. – Категорично заявила Лика. – Я как-то к ним привыкла знаешь ли.

«Давай их пустим в Бездну» – Перешла Лика на частоты Ликалы – «Только не в одиночку и на смерть, а на разведку дальнего пути. Пятёрка что шла с нами теперь знает об опасности и как с нею справляться. Признаки присутствия хары ты им расскажешь, ну те что знаешь. Новые они и сами вычислят, не маленькие. Криишан уже на пятый уровень готов перейти».

«Так это не то по их понятиям».

«Представь все так, как будто ты на время отлучаешь из от себя. А как справятся с задачей, так сменишь гнев на милость.»

«Неплохо, может сработать».

«Криишана, как главаря воинов, нагрузи ещё изменением структуры о храмы. Пусть подумает, изложит ну и все остальное по возвращении из разведки».

«Да он меня в коробочку засунет и сверху ещё крышечку приладит».

«А лучше, если мы завтра его крылышки найдем за периметром?»

Нэстэ расстроенно вздохнула, соглашаясь с подругой. То, что предложит Криишан они знали обе. Шнатлий уже не один раз порывался изменить сложившуюся систему охраны кастилпа. Тем более, что Собор все больше начинал опасаться потерять ее. Слишком уж много планов у клана было завязано на Нэстэ.

Рассказ окончен

Колнери

Лорд Кассел Салейский, в научном мире Объединенных миров был по большей части известен как специалист по межрасовым отношениями, и как он сам надеялся, не самым последним специалистом. И при встречах с коллегами, он не раз ловил на себе недоуменные взгляды от тех, кто впервые узнавал о месте его основной работы.

Имперская дворцовая школа весьма престижное учебное заведение, в котором преподавателям не запрещали заниматься научной деятельностью. Но все же, это была именно школа. И шутки на счет малолетних учеников нет-нет, да приходилось выслушивать.

Об участии своей персоны в обучении гекаторов, в соответствии с правилами империи, он старался не распространяться. Тем более, что у него действительно в школе были официальные классы с внушительным числом учеников. И весьма узкий круг лиц знал причины столь постоянной популярности в общем-то факультативных уроков. А те, кто догадывался, предпочитали эту тему не обсуждать.

Кассел вопросительно посмотрел на гекатессу, замявшуюся в конце традиционного доклада перед началом урока.

Этот ритуал был чисто формальным. Разве что в детстве ещё он имел какой-то смысл. Нечто вроде вторичного контроля за слишком самостоятельной молодежью.

Геката ее высочества была не первой, подошедшей на его глазах к порогу взросления. Весьма условному, надо сказать, даже по сравнению с ее братом.

Кассел помнил времена, когда такие доклады делала сама принцесса Арден, как старшая в своей гекате. Сейчас весь доклад в начале урока сводился к простой констатации факта присутствия учениц. Преподаватели давно лишились права уточнять причины отсутствия кого-то из девочек, хотя формальное обращение к ним пока оставалось прежним.

По сравнению с гекатами братьев рановато это происходило. Но дела этих красавиц настолько глубоко затронули вопросы даже не одной, а сразу нескольких империй, что любопытствующие все чаще рисковали наткнуться на прямой отказ от дачи объяснений своего отсутствия. Причем с риском получить подтверждение от службы теней, а то и кого повыше.

Впрочем, заминка была очевидна всем. Одна не безызвестная ученица с самого своего появления страдала от чрезмерного внимания научников, специализирующихся на Бездне. И здесь можно было немного расслабиться.

– Что, уважаемые биологи опять что-то новенькое для себя откопали? – Улыбнулся Кассел, прекрасно помня, кому именно был отдан предыдущий час девушки.

– Скорее уж плохо забытое старое. – В полголоса проворчала Лика и поняв, что её услышали продолжила – Они все никак не могут понять её расчётов по изменению своего гормонального баланса с целью защиты от электронных ищеек.

– О-о! – Добродушно кивнул преподаватель, даже не поморщившись на сдерживаемые смешки в группе.

Давняя проблема имела вполне конкретную дату возникновения, совпадающую с появлением Нэстэ. Ее короткое объяснение как именно можно обойти электронных ищеек произвело тихую панику среди тех, кто по долгу службы широко использовал соответствующее оборудование. С тех самых пор, этот вопрос оставался столь же фундаментально неразрешимом для научников, как и все прочие загадки, связанные с этой гекатой.

По меньше мере разговоры о возможном отказе от использования электронных ищеек уже давно бродили в сферах теней и не скрывались от преподавателей. Последних время от времени пытались привлечь всеми правдами и не правдами для уговоров девочек обсудить ту или иную проблему с Нэстэ.

– А как оценила ваши старания в части литературной обработки последних рассказов наш великий знаток современной литературы профессор Элмарион? – Полюбопытствовал он. – Мой сын уже вторую неделю караулит новые приключения Нэстэ.

– Одобрил. – Радостно заулыбалась со своего места Санира.

– Поздравляю.

Кассел вполне серьёзно кивнул головой. Было с чем поздравлять. Рассказы Нэстэ с самого начала совет воспитателей обязал гекатесс представлять преподавателям в письменном виде. Изначально, это была чисто учебная задача по систематизации и формализации неорганизованных данных с выводом из них и анализом фактической информации. И такие материалы представляли собой скорее научно-учебный доклад или реферат. Ничего удивительно в том, что потребовалось совсем немного времени, чтобы этой работой заинтересовались наручники.

При этом сама Нэстэ оказалась неожиданно талантливой рассказчицей, и слушали ее с увлечением не только девочки, но все, кто имел доступ к видеозаписям. Сюрпризом, причем весьма неприятным для гекатесс, оказалась идея преподов из отдела филологии обязать подопечных чисто технические доклады подвергать литературной обработке и в виде отдельных приключенческих рассказов организовать выпуск в инфосеть.

Как правило над каждым таким опусом трудилась группа из трёх-четырёх девушек. Ну, а приемку вел кто-то из преподавателей-филологов. В этот раз сие удовольствие досталось Лике с её группой. Кассел знал, что из-за повышенных требований профессора Элмариона очередные приключения в Бездне переписывались уже по пятому кругу.

– Спасибо. – Вполне искренне откликнулась первый луч личной пятерки Нэстэ. – Теперь мы хоть немного сможем отдохнуть.

– Так тяжко было? – Счел возможным посочувствовать Кассел. Благо урок еще не начался и можно было поговорить на отвлеченные темы.

– Так там же тени в союзе с научниками половину информации закрыли на корню. – Пояснила Санира. – Закрыта и точка. Никаких объяснений не дают. А еще дипломатическая служба все время встревает. Как бы что не всплыло и не повредило отношениям с Окраинными мирами. А мы виноваты, что Нэстэ куда ни попадет, так все сразу во что-то вляпывается. И очередной мир оказывается в "негативном свете".

– Причем на мелочи не разменивается, сразу на уровень мира. – Мрачно вздохнула Дарина.

– А еще психологи порезали. Дескать нельзя столько подробностей для "нежной детской психики". – Лика пренебрежительно скривилась. – А ведь Нэстэ это все не придумала. Тени уже дали подтверждение фактуре. Вот скажите, лорд Салейский, почему никто не думает о "нежной детской" психике Нэстэ, все это пережившей на самом деле?

– Наверно именно потому что она выжила. – Вздохнул преподаватель, попутно отгоняя мысли о том, что же именно оказалось под запретом к публикации, если даже до преподавателей в этот раз не дошло. – И теперь у неё есть на кого положиться в трудную минуту.

– Ага. Только вот с литературной обработкой её воспоминаний надо бы поскорее заканчивать. – Проворчала Лика. – Ну правда, проще с нею в Бездну десяток раз сбегать, чем корпеть над правками в угоду детским психологам, научникам, дипломатам и всяким прочим, радеющим о подрастающем поколении. Я уже не говорю про о профессоре Элмарионе.

– В утешение, могу только напомнить, что серия рассказов о приключениях девочки из Бездны пользуется бешеной популярностью. Что ж, надеюсь, что мои уроки входят число ваших интересов, уважаемые гекатессы. – Улыбнулся Кассел, тем самым завершая лирические отступления и уходя от весьма скользкой темы.

Группа дисциплинированно затихла. Жалобы и стенания у них были исключительно в качестве психологической разрядки или психологического оружия против новеньких преподавателей. Чему их кстати тоже учили. И лорд Салейский даже знал кто именно преподавал этим неокрепшим душам далеко не самые основы псивойн.

– Сегодня мы частично вернёмся к одной из наших давних тем нестандартного хода эволюции отдельно взятой цивилизации. А именно, нас интересует весьма своеобразный поступательно-рециссивный тип эволюционного развития расы, по классификации называемый конверским. До сих пор этот термин лишь упоминался мною при изучении систематики эволюции.

– Это же когда было? – Возмутился чей-то голос. – В те времена Нэстэ со шнатлиями в одиночку разбиралась и безо всякой систематики.

– Я и не настаиваю, что вы помните детали моих уроков пятилетней давности. – Не поддался на удочку Кассел. – И даже не собираюсь спрашивать примеры оного, хоть они и звучали тогда.

В гекате ее высочества как-то само собой стало привычным делить свою историю на до и после официального воскрешения своей сёстры, за дату которого по умолчанию было принято её явление на дворцовом приёме. И трудно не согласиться, что во многом это оказалось оправданным. Уж слишком сильно изменился уклад жизни девочек и их отношение ко всему происходящему в окружающем мире.

– И так, упомянутый тип эволюции был выделен буквально пару сотен лет назад и в качестве примера объединяет всего три расы из известных на сегодня в Объединенных мирах. Раса конвери, по самоназванию которой и назван этот тип эволюции, существует в своем родном мономире внешнего южного сектора верхней полусферы Объединенных миров. И ещё каких-то четыре-пять сотен лет назад их цивилизация ничем не отличалась от многих иных рас, включая людей.

– Внешний сектор, да еще верхняя полусфера? Это же самые окраины. – Протянула Сайяна. – И кто они?

– Гуманоиды, млекопитающие, кислорододышащие, двуногие. Кости их скелета немного толще и плотнее человеческого. В связи с чем, средний удельный вес особи процентов на пятнадцать больше нашего с вами. Рост взрослого представителя конвери в среднем два метра. Самки немного ниже по сравнению с самцами, но при этом заметно шире их в плечах. Так что хрупкими представителей этой расы не назовешь. В нашем понимании руки у них непропорционально длинные относительно тела. Голова слегка сплюснута с боков, вытянута и заострена к верху. Черепные пластины сходятся в верхней части под острым углом и формируют нечто вроде небольшого гребня, тянущегося от лба до затылочного сектора. Впрочем, он закрыт кожей и легко маскируется весьма внушительной шевелюрой. Но в целом, внешне на лицо они мало чем отличимы от людей на первый взгляд. Характерной чертой на их лице являются разрезанные крылья носа, способные полностью раскрываться при интенсивном дыхании. Но в спокойном состоянии они сложены разница практически не заметна.

За рассказом Кассел вывел перед классом голограмму разумного и позволил ей несколько раз прокрутиться вокруг себя.

– Ковери довольно отсталая раса, добравшаяся до огнестрельного оружия всего чуть более тысячи лет назад. В качестве плюса можно поставить факт того, что они сделали это самостоятельно, до первого контакта с развитыми мирами. Раса весьма воинственная и обладает рядом весьма специфических особенностей поведения, затрудняющих контакт с чужаками. В пограничных со своей территорией мирах Конвери просславились крайне высокой агрессивностью.

– Агрессивность, характерная черта для многих рас периода становления. И в чем именно это выражалось у этих конвери? Массовое порабощение чужаков? – Скривилась Лика.

– У конвери врожденное неприятие чужаков на уровне рефлексов. – Вежливо продолжил преподаватель, как бы отвечая заодно и на поставленный вопрос. – Вид чужака вызывает у взрослых особей ничем не контролируемую ярость. У детей это выражается чаще в рвотных рефлексах, вплоть до легких судорог и опять же в агрессии. Так что пленных во время набегов на приграничные миры они не брали. А как результат, рабства в нашем понимании у них никогда не существовало.

– Даже между своими? – Недоуменно протянула Санира. – У них нет племен?

– Угроза насильственного подчинения или лишение свободы также провоцирует агрессивную реакцию. А молодняк в неволе быстро слабеет и умирает. – Кивнул Кассел подтверждая предположение ученицы. – Промышленность, сельское хозяйство, все это в соответствии с тем, что было в окраинных мирах пятьсот лет назад. И тогда же у конвери были все признаки формирования мегагородов. В общем, это почти все, что нам известно об этой расе. Все подробности сводятся к детализации сказанного.

– И что же случилось с этими милашками? – Лика озадаченно почесала за ухом и переглянулась с соседкой по парте. – Отдельный эволюционный тип так просто не присваивается. А из сказанного вами я пока ничего особенного не увидела.

– Верно, во всем что я рассказал, ничего уникального и нет. Собственно, что именно случилось пять столетий назад в мире конвери научники спорят до сих пор. – Развел руками лорд Салейский. – Наиболее распространенная гипотеза предполагает, что из-за начавших раскрываться многочисленных Расколов и Переходов в их родном мире, произошли глобальные изменения внешней среды, приведшие к необратимым мутациям флоры и фауны, в том числе и самих конвери. Какой именно Раскол или группа Расколов послужили первопричиной выяснить уже не представляется возможным.

– А там действительно начали открываться Переходы.

– Да. По крайней мере до того момента в исторических записях отсутствует упоминание мира конвери как о Перекрёстке. И первые задокументированные признаки относятся как раз лет за сто пятьдесят-двести до произошедших перемен. Окончательная трансформация родного мира в Перекресток завершилось с завершением Великой волны. Но это тема другого предмета. Что же до самих конвери, то теперь их эволюцию лучше описать поговоркой "шаг вперёд, два назад".

– Это как? – Теперь уже и Санира заинтересованно крутила головой, играя в переглядки с сестрами по гекате.

– Как и почему это случилось и сейчас не может ответить ни один генетик. Но конвери приобрели весьма неприятную и роковую черту для своей расы. Вне зависимости от возраста или пола, любой из представителей этой расы в весьма короткие сроки, буквально несколько дней, способен утратить все приобретённые знания и социальные навыки. По сути он деградирует до уровня первобытного полуразумного существа, руководствующегося только рефлексами и племенными инстинктами. В самых тяжелых случаях забывается не только язык, но и приобретенные в детстве двигательные рефлексы. Но что хуже всего, в социуме этот процесс обладает лавинным эффектом и начавшись у небольшой группы, или даже одного ее представителя, деградация способна охватить всех соплеменников, кто войдёт в контакт с пострадавшим. И однажды начавшись, такой процесс захватывает целые деревни и города. Остается добавить еще, что ни тогда, и сейчас так и не удалось установить, что именно провоцирует подобный срыв.

– И что, совсем у всех сносит крышу?

– От мала до велика, уязвимыми оказываются и глубокие старики, и маленькие дети, едва начавшие ходить.

– И это касается только этих самых конвери? – Въедливо уточнила Санира.

– Да, только их. На сегодня удалось выяснить, что это не вирус и не какая-то болезнь. Деградация является следствием мутации на клеточном уровне головного мозга. Ну, а о причинах такой мутации, как я уже говорил, научники спорят до сих пор.

– И что же эти бедолаги делают сейчас? Про выживание не спрашиваю, раз вы завели о них речь, то наверно еще существуют.

– Как я уже говорил, уровень неприятия конвери чужаков базируется на физиологических рефлексах. Т. е. на уровне безусловных рефлексов до разумного периода развития конкретной расы. Их ребёнок испытывает отрицательные эмоции при виде любого чужака. У взрослых это перерастает в активную агрессию. Правильное воспитание и активное общение в былые времена снимали остроту проблемы, но лишь частично. По сути, этой расе приходилось иметь специально отобранных и подготовленных своих представителей даже для ведения рядовых торговых сделок. Таких, кто будет способен просто находиться рядом с чужаком и не кинуться на него. С развитием новой мутации, как вы понимаете, подготовка подобных представителей была сведена к нулю. В настоящее время это самозакрытая раса, о современном состоянии которой мы ничего не знаем.

– С такими заскоками как они вообще сами себя н истребили? Чужое племя ведь тоже чужое.

– Наверно и истребили бы сами себя. – Кивнул преподаватель. – Не вы первые задаете себе такой вопрос. Нам известно, что раса была разбита на шесть наций. Нереально маленькое количество для мира с историей в сотни тысяч лет. Считается, что окончательному истреблению самих себя помешали, как это ни парадоксально, все те же Переходы. У конвери они все-таки были в изрядном количестве и до катаклизма. К сожалению, или к счастью, он граничит только с окраинными мирами.

– Внешний враг. – Мрачно констатировала Сайяна.

– И не один, десятки внешних врагов. Тут вам и набеги чужаков, и собственные походы на чужие территории и полноценные войны. И справедливости ради надо сказать, далеко не всегда начинали их сами конвери. Ну а столь незначительное количество наций у них скорее всего действительно связано с повышенной агрессивностью к чужакам и истреблением себе подобных.

– Так они сейчас то существуют как раса и цивилизация или нет?

– Как это ни странно, да на оба ваших вопроса, гекатесса Дарина. Мутация приводит к проседанию интеллекта и полной амнезии. Но ещё в первые десятки лет конвери выяснили, что это не окончательная деградация личности. При правильном курсе реабилитации, особенно если процесс вовремя перехватить, сохраняется возможность восстановления памяти и даже личности. Правда сам курс реабилитации подобен прохождению процессу взросления разумного в сокращенные сроки и несет огромный риск для самого воспитателя оказаться в числе пострадавших. Конвери сохраняют способность к ассоциативной, и в первую очередь зрительной памяти. Известно, что пока еще была возможность, ими была выработана особая визуальная методика реабилитации, начинающаяся с некоего набора изображений особых фигур.

– Рисунков?

– Да, обычные рисунки или пиктограммы на бумажной основе или плоском предмете. Обычно такой набор состоит всего из двух-трех десятков элементов, подобранных чисто эмпирическим путём, методом проб и ошибок.

– Э-э, то есть посмотрел и сразу все вспомнил?

– Не совсем. Рисунки требуется увидеть в строгой последовательности по особо выдержанному графику. И пиктограммы скорее запускают процесс восстановления личности. Знания и сама личная память может восстановиться только если процесс был перехвачен на самых ранних этапах срыва. – Покачал головой Кассел. – В остальных случаях учиться конвери приходится практически заново. И как уже было сказано, в самых запущенных случаях, им приходиться начинать учиться с младенческого возраста.

– Не повезло ребятам. – Кивнула Лика.

– К сожалению, это еще не все. – Кассел неодобрительно покосился на девушку, но замечания не стал делать. – Теоретической базы под методику реабилитации подвести в те времена не удалось, или конвери просто не успели этого сделать. Первые рисунки, попавшие в набор, разошлись по их миру, а дальше уже развивались сами, как могли. Где-то методика не справилась и города вымерли. А где-то наоборот, города уцелели, надеюсь, до сих пор и даже начали развивать свой базовый набор рисунков. В результате, на время закрытия мира, конвери получили массу изолированных населенных пунктов от деревни до средненького города, очень слабо и с большой осторожностью общающихся между собой. При этом каждый из них обладал своим собственным набором визуальных символов, работающим в полной мере исключительно на местных жителей. Что естественно затрудняет саму возможность оказания помощи со стороны соседей. Предполагается, что эта ситуация в той или иной мере сохраняется до сих пор. Но по единичным встречам с прошедшими Переходы конвери, по их одежде, оружию и поведению, можно с уверенностью сделать вывод о продолжающейся регрессии цивилизации. Это же подтверждают данные полученные от тех, кто по разным причинам рискнул проникнуть в их мир. Правда последний случай возвращения оттуда такого смельчака был около восьмидесяти лет назад.

– Я так понимаю, что проблема состоит в том, что должен быть некто из местных, кто эти самые рисунки предъявит пострадавшим соседям. А в условиях гарантированной массовой деградации это мне представляется не самой простой и проблемой. – Нахмурилась Лика.

– Ну, возможно эти бедолаги так и бегают не выпуская из рук или карманов пачку рисунков? – Дарина поспешно развела руками глядя на преподавателя, признавая свою шутку не очень уместной.

– Почти что так и происходит. – К всеобщему удивлению кивнула Кассел. – Тем не менее, как это ни парадоксально, спасение было найдено в самой проблеме. Впрочем, как и всегда. В каждом поселении появились своеобразные отшельники. Они ведут исключительно уединённый образ жизни и за время своей службы ни с кем не общаются. Их единственной задачей является отслеживать ситуацию вокруг себя, желательно на удалении, скажем через окно, и вовремя достать карточки. Все остальное уже дело техники и специальных навыков таких конвери.

– Если все так, как вы говорите, то таких отшельников должно быть несколько в каждом населенном пункте. К тому же при первом же контакте с пострадавшим они обречены.

– Так и есть. Но приступ настигает свою жертву не сразу. И весь расчет строился на том, что за короткое время отшельнику удастся вернуть первым пострадавшим память до уровня, когда они смогут и захотят выполнить эту несложную процедуру вместо выбывшего из строя отшельника. И их действительно в каждой деревне, каждом районе города, должно быть несколько.

– Хлипко как-то. Вряд ли они смогли удержаться на своём уровне развития. – Сайяна задумчиво почесала за ухом. – Вероятность полной гибели если не расы, то цивилизации слишком велика. Особенно если учесть, что отшельника деградант может принять за чужака. А соседи, я так понимаю, помочь толком уже не могут.

– Верно. Наборы пиктограмм разных поселений частично совпадали. Система демонстрации рисунков также разнилась. В общем, последние пять сотен лет цивилизация конвери уверено вымирала, раса быстро скатывалась до допромышленного уровня. И так происходило до самого последнего времени.

– А-а, ну наконец-то добрались до сути. – Выдала Лика. – А то я уж начала думать, что вы переквалифицировались в специалиста по вымершим цивилизациям. Что же им помешало потихоньку окончательно исчезнуть из реестра рас Объединённых миров и заставлять нас разбираться с их случаем?

– Неизвестно. – Развёл руками лорд Салейский, впрочем, без особого сожаления.

– Как? – Слаженный выдох класса был ему ответом.

– Да, как водится, никто ничего не понимает. Но года четыре назад через один из запертых Переходов прошли трое конвери с предложением торговых сделок. Причем, что отмечено всеми участниками той встречи, незваные гости вели себя более чем сдержано, хорошо себя контролировали и разговаривали на всеобщем, и ко всему прочему, вполне сносно ориентировались в вопросах текущих цен на свой товар. Это первое что поставило в тупик научников. Ведь все Переходы в мир конвери уже несколько десятков лет находятся под контролем.

– Как-то вы загадочно замолчали. – Прищурилась Лика. – В той истории было что-то еще?

– Замечено, что они ориентировались в ценах, действующих преимущественно на чёрном рынке.

– Контрабандисты?!

– Это невозможно все по тем же причинам. Конвери действительно не покидали свой мир последние сотни лет. Даже набеги осуществлялись ими крайне редко. Котрабандистам у них делать нечего. Просто в силу того, что вернуться оттуда крайне проблематично. Но это ещё не все. В этом году конвери прислали посольство, состоящее из трёх своих представителей во главе с касси. Это что-то вроде вождя племени или народности с полномочиями посла. Посольство уполномочено говорить от имени всех пяти племён. Очевидно за прошедшие сотни лет одно племя перестало существовать.

– Вью-ить.

Кассел неодобрительно покосился в сторону не сдержавшейся девушки. С некоторых пор он начал даже сожалеть о временах, когда его ученицы были весьма несдержанными сорванцами. Сейчас это были уже настоящие молодые барышни, блиставшие на приемах и балах дворца. Правда барышни настолько опасные, что в последние годы наблюдалось устойчивое снижение конфликных ситуаций с их участием, доводимых до круга равных. А ведь когда-то, обсуждение "кто с кем и почему" было едва ли не главное развлечение на педсовете гекаты.

Обычная статистика, закономерно повторяющаяся с взрослением гекаторов. Жизнь этих девочек трудно было назвать простой с самого детства. И опять-таки, с поправкой на дату появления Нэстэ она вовсе стала проходить под лозунгом "ни дня без происшествий". По меньшей мере слежка и непрекращающиеся попытки шнатлий добраться до девочек, в силу своих расширенных обязанностей оказавшимися в зоне их досягаемости, стали сюрпризом даже для аналитиков теней. В детали учителей не посвящали, но очевидно, что гекатессы занимаются чем-то таким, что шнатлии готовы рисковать и идти на серьёзные конфликты с империями, лишь бы сократить число сестер Нэстэ. Но пока обходилось.

Сейчас, когда девочки стали барышнями, причем симпатичными, появилась новая напасть в виде "охоты" со стороны родовых семейств. Это как раз было ожидаемым и почти нормой для гекат. Выйти за рамки приличий в такой охоте желающих не будет, это уже проверено. Гекатессы стоят вне сословных различий, к тому же вполне способны за себя постоять даже на уровне высшей аристократии.

Лорд Салейский снова тихонько вздохнул, наблюдая за ученицами, продолжавшими анализировать предоставленный материал. Выросли девочки раньше, чем предполагалось, совсем выросли.

– Так что же, получается конвери все-таки как-то справились со своей проблемой?

– Нет, не справились. – Вынырнул из своих мыслей Кассел. – Как удалось выяснить аналитикам из дипкорпуса, у них все же нашёлся некто, сумевший обобщить имеющиеся пакеты пиктограмм из нескольких селений и составить один, но почти универсальный для этой расы. В него без изменения вошло чуть меньше двух десятков рисунков. Каким-то образом, этому неизвестному удалось выявить именно те рисунки, которые активизируют начало процесса реабилитации личности возможно и не очень эффективно, зато без привязки к месту проживания. Но главное, он сумел создать нечто вроде инструкции для анализа других комплектов пиктограмм, чтобы выявить новые рисунки. Он же, через тех самых отшельников, умудрился организовать саму эту работу по отдельным селениям. Вопрос о том, как именно удалось убедить местных феодальчиков заняться этим вопросом, особенно с учетом регулярных срывов, остается открытым. А ведь каждое селение в их ситуации по сути остается отдельным независимым племенем, окруженным чужаками.

– Что значит "некто?" Они не знают кому обязаны такой благодатью? – Встряла теперь уже Дарина.

– По меньшей мере имя они не называют. – Развел руками Кассел. – Точно удалось установить, что это не конвери, а пришлый, чужак. Что ещё больше ставит в тупик всех, кто сейчас занимается данной темой.

– Так чужака, если он умудрился выжить среди конвери, легче найти. Вряд ли в том мире много прижившихся чужаков.

– Дело в том, что чужак появился несколько лет назад, провёл в племени хорнсел приблизительно полгода. Затем по каким-то причинам посетил несколько поселений соседних племен и… исчез.

– Погиб?

– Ушёл, просто ушёл. – Усмехнулся Кассел вытянувшимся лицам своих учениц. – Ведущие переговоры конвери отказываются выдавать подробности. Но вполне определенно утверждают, что неизвестный просто ушел в один из Расколов, ведущих в Бездну.

– А зачем он посещал селения.

– Всегда указывается только одна цель: охота на экзотических животных. В общем, создается впечатление, что это был заядлый охотник, очень опытный, к тому же имеющий в своем распоряжении крупное охотничье животное, способное выслеживать добычу. И посол особо подчеркивает, что конвери честно расплатились с ним за уничтожение нескольких тварей из Бездны. Но лига охотников за тварями отрицает факт работы своих членов в том секторе и в то время.

– А на досуге этот пришлый разобрался с пиктограммами. – Задумчиво протянула Сайяна. – Не вяжется что-то. Эти пакеты пиктограмм местные должны беречь как высшую ценность. А тут отдают чужаку, которого вроде как должны были прикопать.

– Подробностей пока нет. – Развел руками преподаватель.

– Пакет этих пиктограмм действительно настолько действенный?

– Он работает, это несомненный факт. О том, что он лучше всех прочих наборов речи не идет. Тут главное в том, что с его появлением, соседние селения получили возможность оказывать друг другу помощь, пусть и с серьезным риском для себя. И более того, наряду с переговорами по торговле, конвери подняли вопрос о помощи в общении и систематизации нескольких методик по профилактике, выявлению и раннему перехвату эпидемии этих приступов. Собственно, поэтому там и оказались представители дипломатического корпуса нашей империи. Окраинные миры такуюработу провести не в состоянии. Вот эти пси-методики действительно работают. Наши специалисты уже наблюдали эпизод перехвата с одним из помощников посланника.

– Это что же, у них получается есть целая программа работ: создать пакет пиктограмм, максимально универсальный, организовать работу по его распространению, начать помогать соседям, а там и дальним селениям. А затем выйти наружу с просьбой о помощи. – Санира озадаченно нахмурилась. – Не вяжется. Для этого нужна хорошо организованная власть. А с такой проблемой институты власти не могут последовательно развиваться до уровня целого мира.

– Конвери ориентируются в ценах на черных рынках Объединенных миров. Узнать о них они могли только от этого неизвестного охотника. – Подключилась Лика. – Получается он вел там разговоры не только о тварях и пиктограммах. Он вполне мог посоветовать конвери и дальнейшие действия.

– Ну-у, для охотника на экзотику это кажется уже слишком.

– Могу добавить, что пакет пиктограмм за прошедшие годы практически не изменился. – Вернул к себе внимание преподаватель. – Добавлено всего три изображения. Два взяты из пакетов, распространенных в удаленных селениях, а один никак не связан с назначением пакета. И что странно, он обозначает воина, с пометкой на возраст ребёнка, точнее подростка женского пола, причем, скорее всего человека. И никаких иных пояснений от конвери получить по этому поводу не удалось. Сказано только, что по этому рисунку любой конвери признает "своего" чужака как бы он ни выглядел в настоящее время.

Кассел замолчал с любопытством наблюдая как глаза его учениц враз стали отсутствующими. Ожидать результатов скрытого ото всех ушей совещания долго не пришлось.

– Не-е-е, лорд учитель, не поймаете. – Ехидно возвестила Лика на весь класс. – Нэстэ никогда не бывала в южном секторе. А в период, когда этот неизвестный развлекался у конвери, она и вовсе находилась в северо-западных секторах окраинных миров. К тому же нижней полусферы. Этот период её жизни изучен нами едва ли не поминутно, с фактами, записями и прочим. Она там вообще с ловцами схлестнулась не на шутку. Даже видеоролики есть.

– Громила их базу в мире Сансери почти месяц. – Пробурчала Сайяна. – И отряды ловцов выживала из мира, и саму базу по бревнышку разобрала. Ловцы устроили там настоящее сафари на арнерки. Это раса двоякодышащих, едва вышедшая из своего каменного века. Тем такая охота естественно не понравилась. Ну, а Нэстэ, "случайно" там выполняла контракт с гильдией, попутно научила бедолаг обходить ловушки ловцов, а главное, разъяснила что это никакие не божества, а вполне себе смертные чужаки. За что бедные любители сафари на неё сильно обиделись и попытались поймать.

– В очередной раз. – Кивнула Санира. – В конце-концов Нэстэ пришлось даже сваливать в Раскол от них.

– Я слышал уже эту историю. – Улыбнулся Кассел. – Действительно эти события происходили одновременно, на сколько можно судить. Но факт в том, что пиктограмма конвери описывает именно девочку. Кроме того, как мне кажется, такое животное как ниахара, точно бы была отображена рядом с нею. Наши специалисты склоняются к мысли, что этот таинственный охотник по большей части все-таки легенда.

– Почему вы так думаете? Ведь они откуда-то получили информацию о внешних рынках.

– Лорд учитель припас для нас следующую порцию информации. – Догадалась Лика.

– Не без этого. В то же самое время, и в том же селении был снят документальный фильм. Подозреваю, впервые за весь период самоизоляции. И это единственная на сегодня документальная запись о весьма интересном и не самом приятном брачном обряде, практикуемом конвери при выборе самкой своего спутника по жизни. Запись предоставлена послом. Он и был в качестве того самого самца победителя и весьма благосклонно отнесся к идее ознакомить со своей победой партнеров по переговорам.

– Откуда взялся оператор, да ещё с оборудованием? – Деловито уточнила Лика.

– О, тут целая история. Парень присоединился к торговому каравану, следовавшему через Бездну. Ну, как водится, с контрабандой. И все бы ничего, но на тропе через Бездну они нарвались на отряд шнатлий, непонятно что там делавший. В произошедшей стычке у охраны шансов не было. И быть бы нашему оператору с ошейником инсектоидов, если бы отряд не отвлекся на что-то в стороне. Больше он их не видел. Сам оператор был ранен, поэтому он нырнул в первый попавшийся Раскол.

– Я так понимаю, это был Раскол в мир конвери. И его не убили именно из-за оборудования?

– Точно! Местный "феодал" как раз собирался на обряд выбора, и чтобы запечатлеть такое величественное событие даже пообещал заплатить оператору за съемку и лично вернуть обратно, где взял.

– В Бездну что ли? – Не содержалась и фыркнула Лика. – Проще прикопать было.

– Тем не менее, обещание было выполнено. Не верить ему у нас оснований пока нет. И вы абсолютно правы, гекатесса. Оператора отпустили именно в Бездну.

– Если он выжил, то это очень странный представитель этой профессии.

– Он выжил, и даже благополучно вернулся в Объединённые миры. Правда благодаря профессиональному проводнику. Которым и оказался тот самый охотник на животных.

– Так мы знаем того, кто снял фильм? – Изумилась Лика. – И его еще не уморили на допросах?

– Он оставил свою подпись в документальном ролике. – Кивнул Кассел. – Но поиски парня к сожалению, пока только начались.

– Бедолага. Конвери покажутся милыми кроликами, когда до него доберутся научники.

– У вас ведь кстати богатый опыт решения таких загадок.

Сайяна откровенно скривилась, остальные неопределенно похмыкали и Кассел предпочел не развивать эту тему. В конце концов, дипломатическая служба сама разберется со своими проблемами. Привлекать гекатесс к поискам какого-то оператора средней руки было бы лишним. Даже с учетом того, что успешный опыт глобального поиска Нэстэ в инфосетах Объединенных миров у них был.

– Я взял на себя смелость пригласить на урок лорда Винса Арейлери, консула империи Арден. Он возглавляет переговоры с посольством расы конвери и сейчас находится на месте событий, в мире Лаурри, окраинном мире и граничным с миром конвери.

– Союзнички. – Тут де прокомментировала Лика. – Хоть и не понятно, что мы от них имеем и зачем нам тот союз.

Объявление было командой к предстоящей видеосвязи. И весь класс привычно и без спешки менял позы на прилежных старшекласниц и спешно прятал все, что могло бы указать на статус класса. Кое у кого на спинках стульев висело оружие скрытого ношения, девушки позволяли себе на уроках немного вольности и снимали обязательную аммуницию, без которой не могли выходить за пределы ортобы. Со столов исчезли даже личные планшеты. В дипслужбе были специалисты, способные определить по знакам на корпусе, что это не обычные учебные гаджеты, а тактическое оборудование высшего офицерского состава. Для рядового школьного класса, даже очень богатых родителей это было бы слишком.

Гости были не редкостью на занятиях гекаты. И далеко не все из них знали с кем именно разговаривают.

На этот случай система безопасности имела свой особый алгоритм действий. Эдди при голографической связи автоматически менял лица и даже фигуры девушек. Для всех желающих, на инфостранице дворцовой школы значились все преподаватели гекаты в качестве штатных учителей. Ну а каждая из гекатесс, имела псевдоним, под которым числилась в списках учениц. А то и не один, с учетом слишком насыщенной программой обучения.

Большим секретом, что с гекатами занимаются преподаватели императорской школы и академии теней не было. Но особо распространяться на эту тему, в отличие от Аринола, было не принято. А список учителей большой, кто именно и в какой период занят на этой должности с ходу вычислить не получится.

– Ну, как минимум лояльное отношение к гражданам Арден в окраинных мирах того сектора. – Миролюбиво среагировал на едкую фразу преподаватель. – Приветствую вас лорд Арейлери и благодарю, что вы согласились обсудить несколько вопросов по своей профессии с моими ученицами.

– Иннер, э-э лорд-учитель Салейский, для меня большое удовольствие пообщаться с вами и вашими учениками на столь интересную тему. Э-э-э, вы вроде говорили, что у вас большой класс?

Голограмма мужчины лет за тридцать вопросительного обвела взглядом комнату. Все, кто оказался под его взглядом невинно похлопали глазками. Кассел не сомневался, что девушки не упустили оговорку гостя и сделали вывод о близком знакомстве преподавателя с молодым дипломатом, высланным за неизвестные заслуги на задворки Объединенных миров. А значит, по ликалам уже идет спор, когда гость сообразит с кем именно имеет дело и выдаст ли себя.

– Сегодня мы не в полном составе, консул, но большинство из отсутствующих остаются на связи, и их голограммы вы можете наблюдать за спинами присутствующих в классе лично. – Продолжил выполнение инструкций службы безопасности Кассел. – Это допускается правилами школы. Так что не судите по тому, что видите. Мой урок уже идёт почти час и класс уже немного в курсе особенностей расы конвери, а также я успел осветить ряд вопросов, возникших на ваших переговорах. Мне бы хотелось сосредоточиться именно на текущие проблемах, которые, я уверен возникают у вас.

– Должен заметить, что при согласовании подобных интервью, даже для разговоров с курсантами учебных заведений дипломатического корпуса, мое руководство обычно выдаёт множество инструкций и ограничений на обсуждаемые темы. И это приходится озвучивать перед началом разговора. – Арейлери с сомнением прищурился и ещё раз осмотрелся. – Но в вашем случае я получил единственное, весьма короткое указание: "обсуждать любые темы без ограничений и не задавать вопросы о допуске". Очень странное указание, учитывая, что вы лорд Арейлери известны мне как преподаватель школы.

Кассел вежливо развел руками, заодно иронизируя про себя на счет секретности. Пусть и ведущий, но все же преподаватель школы, кокой бы элитной та ни была, вряд ли бы имел допуск подобного уровня. А уж его класс недорослей и подавно.

– Ну, что ж тут странного. Все-таки тема весьма интересная, к тому же я вхожу в круг специалистов по межрассовым отношениям, и смею надеяться не на последнем месте. – Ну да, верно. Я уверен, что вы отличный преподаватель, и количество учениц на вашем "факультативном" занятии тому подтверждение. – Вежливый кивок, любезная улыбка. – Хотя и странно, что в классе я вижу исключительно девушек.

– У нас особый класс, лорд Арейлери. – Самым невинным тоном вмешалась Сайяна. – Экспериментальный, можно сказать. Кстати, рада познакомиться, я Айина, можно просто или иннера. Ваши переговоры надеюсь успешны?

– Затрудняюсь ответить на ваш вопрос, инера Айина. – Столь же любезно начал дипломат. – Пока мы сосредоточены на поиске общих точек соприкосновения. Достаточно думаю сказать, что у конвери очень сложная система многоуровневого приветствия, учитывающая и статус собеседников, их взаимное общественное положение и даже обстановку. Причем любой уровень этого приветствия способен привести в шок даже привычного ко всему дипломата. Хотя, я могу уже смело утверждать, что с ведущим переговоры с их стороны мне удалось наладить вполне деловые отношения. И он даже ответил согласием на мое предложение принять участие в нашей беседе. Он присоединится к нам немного позже.

– И в чем выражается сложность их приветствия? – Живо заинтересовалась Лика.

– Конвери крайне агрессивная раса, думаю это вы уже обсудили. И манера их приветствия по началу может быть воспринята нами, чужаками, как самая настоящая угроза. Причём угроза явная и незамедлительная. Они создали целый алгоритм движений, слов и поз, складывающихся в настоящий ритуал, особенный для каждого отдельного случая.

– Типа межсословных приветствий? – Подала реплику Санира.

– Можно сказать и так. Социальный статус имеет важное значение в их отношениях, что характерно для рас не вышедших по сути еще из племенной структуры. Но конвери во время приветствия высказывает своё личное отношение к собеседнику, и его социальный статус учитывается не всегда.

– В смысле?

– Конвери таким образом показывают насколько равным себе, ниже или выше они считают того, кого приветствуют. И чем более равны собеседники, тем больше такой ритуал походит на подготовку к вооруженному поединку.

– То есть, вы до сих пор дальше приветствия не продвинулись. – Резюмировала Дарина.

– Переговоры идут медленно, и на данный момент скорее похожи на этнографическую экспедицию. – Оскорбился за свою работу Арейлери.

– Если я нанесла вам обиду, приношу свои извинения. – Тут же исправилась та. – Но дипломатические переговоры в моём понимании носят боле приземленный характер.

– На сегодня, мы пытаемся понять наших партнёров, узнать, как они жили, их современные традиции и особенности, чтобы не допустить ошибок при дальнейшем общении. Собственно, делегация конвери делает тоже самое и изучает наши традиции встреч на дипломатическом уровне. Моё участие как дипломата, на данном этапе ограничивается общей координацией и установлением личных контактов с главой посольства.

– А они это знают?

– Кэлэс Вистор Арме прекрасно осознаёт важность этого этапа. Не смотря на свои боевые рефлексы, он на удивление сдержан и всячески способствует успешному продолжению своей миссии. – Уклончиво и весьма обтекаемо ушел от ответа дипломат.

– Могу себе представить.

– Вообще то именно он предоставил в наше распоряжение документальный ролик о брачных традициях своей расы, который уважаемый лорд Сансери вам покажет. Весьма неоднозначная традиция, должен сказать с нашей точки зрения.

– Учитель так расписал этот ролик, что прямо не терпится его увидеть, что же там такого, что мы ещё не видели. – Со скепсисом, понятным разве что Касселу, протянула Дарина.

– О, поверьте, этот ролик рассказывает о не самых приятныхи весьма спорных моментах жизни этой расы. Начать строго, что их брачные игры остались практически неизменными с доразумных времён.

– Поединки, что-ли? Тоже мне новость. Мы их разбираем по каждому поводу.

– Хм-м – Арейлери с недоумением покосился на преподавателя.

– Это специальный класс, здесь все показывается без купюр. – Немного сдержанно прокомментировал Кассел, мысленно уже прикидывая, как после урока будет объясняться со своим гостем в приватной обстановке.

– И этот ролик тоже будет показан в полном объеме?

– Да, и надеюсь вам, как специалисту, удастся дать необходимые пояснения, чтобы сгладить впечатление от некоторых сцен.

– Немного необычно, особенно учитывая, что ролик все же без цензуры не рекомендовано демонстрировать публично.

– Решения комиссии Арден по этике моего класса не касаются. – Сдержанно прервал все возражения преподаватель.

Девушки без особого интереса следили за диалогом. Ничего нового для них тут не было. Подобные разговоры случались регулярно даже в младших классах.

Лорд Арейлери был штатным сотрудником дипломатического корпуса Арден, но все же не из числа тех, с кем контактировали гекатессы. Собственно, потому ему и требовались инструкции от руководства для такого интервью.

Дипломат уже с ориентировался с объяснениями преподавателя и довольно улыбнулся, обращаясь напрямую к классу.

– Что же, в таком случае я думаю, как нельзя лучше к теме нашей беседы подойдёт личное приветствие руководителя посольства конвери, Кэлэса Вистор Арме. По моей просьбе он любезно согласился произнести несколько слов перед демонстрацией ролика со своим личным участием в качестве главной роли. И произнесет он его, в своей манере, с соблюдением всех правил, принятых у этой расы для встречи с группой незнакомых девушек. Всеобщим он пока владеет не в полной мере, так что для вопросов, если они появятся, придется воспользоваться электронным переводчиком.

– Ничего, это тоже не в новинку. – Проворчала Лика. – Среди нас даже есть такие, кого новые языки заводят. Правда сегодня она что-то задерживается.

Рядом с гостем уже разворачивался блок с видеороликом. Там двое бойцов в чем-то, очень похожем на железные латы сходились в поединке на фоне весьма внушительной толпы зрителей.

Одновременно рядом появилась и голограмма с изображением почти в точности копирующего то, что им показывал учитель в начале урока. Разве что одет он был в нечто вроде пластинчатых доспехов до пояса и кожаные штаны, да на поясе висел самый настоящий железный кинжал с потертой от частого использования рукояткой. Наметанный взгляд мог бы вычленить и короткий огнестрел скрытый под латами и второй нож, припрятанный под рукавом.

Новый гость осмотрел присутствующих, его грубые черты лица исказились и как будто затвердели. Мужчина отставил назад ногу, приподнял слегка пустую руку на уровень где-то живота, откинул голову и открыл рот, как будто собираясь начать речь.

– Здрасте, лорд Салейский, прошу прощения за опоздание, в прочем, как всегда. Надеюсь, я ничего важного не пропустила.

В дверях класса стояла Нэстэ и весело осматривалась в ожидании разрешения войти. Правила она знала, этикетом владела, хоть и не на высшем уровне. Но в таких ситуациях, с преподавателями которых уважала предпочитала действовать без оглядки на них. А гостей разглядеть сразу на входе было сложно.

Кассел с трудом удержался от улыбки. Хорошее настроение гекатессы Нэстэ означало только, что сегодня у неё больше не будет встречи с научниками.

– Я думаю вы очень вовремя пришли, иннера Нисса. Мы приступили к изучению расы конвери, проживающей в одном из весьма удаленных миров южных секторов. Раса можно сказать только что, прямо сейчас вышла из самоизоляции. И консул Альери, и приглашенный им руководитель делегации конвери сегодня наши гости.

– Добрый день, лорд Арейлери. – Ничуть не смущаясь Нэстэ прошла перед голограммой и исполнила лёгкий реверанс, показывая-таки, что кое-что смыслит в этикетке.

– Моя ученица вынуждена регулярно опаздывать на уроки из-за слишком плотного учебного графика. – Любезно пояснил Кассел в ответ на вопросительный взгляд гостя. – Но она очень хороший специалист по расам и языкам. Кстати, иннера Нисса, а вы что-нибудь слышали о расе конвери?

– Нет, в первый раз слышу это название. – Нэстэ по пути к своему месту бросила взгляд на демонстрационный куб, где замер первый кадр обещанного ролика и сморщилась.

– И чего я спешила спрашивается, могла бы задержаться, чтобы не видеть эту гадость.

На её лице промелькнула гримасса, как будто вспомнила нечто весьма неприятное или откусила половину лимона сразу. Впрочем, это длилось всего мгновение. Уже продолжая движение к свободному месту, она наконец встретилась взглядом со вторым гостем. Тот все время действа оставался неподвижным, и только следящие за передвижением опоздавшей глаза на застывшем лице выдавали, что это все-таки не замороженная голограмма, а живой разумный.

– О! А ты здесь каким боком? Впрочем, привет Кэлэс.

Приветственный, если не сказать легкомысленный, взмах руки, поворот спиной, еще один шаг к вожделенному стулу.

Лорд Арейли не успел вмешаться. Кассел с запозданием сообразил, что такое поведение ученицы может быть воспринято гостем как пренебрежение к нему лично и иметь последствия.

На втором шаге в спину девушки ударила настоящая звуковая волна. Гость что-то рычал, его лицо исказилось яростью, он подался вперёд, хватаясь за потертую рукоять кинжала и даже принялся топать ногами.

В отличие от вздрогнувшего класса и преподавателя, подавшегося даже назад, Нэстэ только закатила глазки к потолку и в досаде скривила губы.

– Единый, кто бы знал, как я все это ненавижу! Как же я надеялась, что больше не придется все это вытворять! – Тихая реплика в полголоса была услышана только сидящими рядом. Сообразительный ЭДДИ успел блокировать лишнюю информацию по каналам связи.

– Опять! – Лика с немного показательным стоном уронила голову на подставленные руки. Впрочем, тут же уложила ее на бок, чтобы продолжать следить за подругой.

Нэстэ резко развернулась на пятке на сто восемьдесят градусов, с громким стуком выставила ногу немного вперёд и ссутулилась. Ни дать, ни взять, собралась выйти на борцовский поединок. Пригнув еще ниже голову она во всю глотку рявкнула в ответ настолько низким голосом, что даже Кассел не выдержал и отступил на полшага. Столь угрожающего выражения и почти оскала с демонстрацией зубов его ученица не позволяла себе даже в поединке со шнатлиями.

Гость не остался в долгу. Он еще больше выставил ногу вперёд, перенес на нее вес тела и наполовину выдернул из ножен кинжал. Новая порция рева, угрожающих движений, тыканья пальцем так, что ни у кого не оставалось сомнений кому именно предназначены угрозы и откровенная демонстрация того, что он сделает с врагом во время поединка.

Нестэ тоже схватилась за нож. Кассел знал, что все гекатессы всегда вооружены. Это было правило, если не закон гекаты. Но откуда именно вынырнул клинок в ножнах длиною в две ладони и короткой рукояткой он не заметил. Правда серый клинок оставался в ножнах. Девушке пришлось помочь себе второй рукой, чтобы обнажить лезвие почти на две трети и затем со стуком вернуть его обратно. Новая порция отнюдь не девического рева, перестука ногами и взмахов рук.

Засверкали блики на обнаженных клинках, выкручивались ладони и выставлялись фигуры пальцев. Все этот продолжалось минуты две и закончилось столь же резко, как и началось.

Гость класса выпрямился, с достоинством кивнул лорду Арейли, и преподавателю, что-то невнятное рыкнул в сторону всего класса и вышел из зоны голосвязи.

Нэстэ при этом немного раздражённо бросила нож на стол и опустилась на своё место, как ни в чем ни бывало, занявшись поиском чего-то в принесенной маленькой сумке.

– Э-э-э, подруга. – Первой пришла в себя сидящая рядом Лика. – Я понятия не имею чего именно ты не поделила с этим колоритным мужиком, но в этот раз секундантом пойду я. Никаких хвостатых и тритонов.

– А? Ты это о чем? – обернулась Нэстэ, демонстрируя недоумение. – Меня кто-то вызвал на поединок?

– А что мы только что наблюдали? – Осторожно поинтересовалась Санира.

– А, это Кэлэс, неплохой мужик, если не обращать внимания на его заскоки. Мы просто поздоровались. Давно все-таки не виделись. И ведь узнал меня даже под маской.

– Что? Это называется "поздороваться?" – Подала голос Дарина. – Так со шнатлиями ты похоже только приветственную речь собиралась толкнуть, а те не поняли, драться полезли, бедолаги. Там же тоже делегация была.

– Кхм, должен заметить, лорд Салейский, что ваша уважаемая ученица сказала чистую правду. Это действительно приветствие, причем приветствие воинов, хорошо знающих друг друга и признающих равенство между собой не только в бою, но и по социальному статусу. Принято в очень узких кругах общества, аналогичных нашим аристократам или близкими родственниками.

– Ну, так Кэлэс предводитель и глава совета кэссары, это такое местечко, объединяющее сразу несколько поселений. Нечто вроде нашего губернатора. – Пожала плечами Нэстэ. – Только наследного. Феодал в общем.

– Извини, а ты каким боком рядом с губернатором стоишь в том мире? – Зависла Дарина.

– Случайно, так получилось.

– Прошу прощения, но пять минут назад вы сказали, что не сталкивались с конвери раньше. – Кассел уже начинал подозревать, что перестаёт контролировать ход урока, но все же пытался сохранить лицо.

– Верно, никогда не встречалась. А причём тут это? Кэлэс относится к расе Кирхэрс.

– Это жаргонное название, носит оскорбительный оттенок и недопустимо для употребления в уважаемом обществе. – Тут же возмутился Арейлери.

– Да? А ему вы об этом уже сообщили? – Со скепсисом на лице вежливо поинтересовалась Нэстэ. – Слово кирхэрс, это симбиоз слов и по сути состоит из слогов самоназвания каждой из пяти народностей этой расы. Хотела бы я взглянуть на того, кто расскажет Кэлэсу, что название его расы оскорбительно.

– Когда?! – Со стоном вклинилась в разговор Лика. – Ну, когда ты умудрилась схлеснуться ещё и с этим чудиком? Твой десятый год мы прочесывали по нескольку раз. В этот период самым интересным была разборка с ловцами и то, как ты оставила их с носом уйдя в Бездну.

– Ну, так ведь тогда и пришлось уходить в ближайший мигрирующий Раскол. – Пожала плечами Нэстэ, не совсем понимая возникшего вокруг ажиотажа. – Лео задержался, отвлёк этих тварей на себя и ушёл другим Расколом. А я собиралась проскочить через мир семь бетта шесть и встретиться с ним в Бездне. Там Расколы совсем рядом стоят.

– Про ловцов мы знаем, про уход в Раскол тоже слышали. Но это же северо-западный сектор. Ну как ты умудрилась оказаться в южных мирах? Сектора же не просто так разбиты. Между ними переходы затруднены. А уж проскочить из одной полусферы в другую, таких Расколов вместе с Переходами можно по пальцам пересчитать.

– Но они ведь есть. – Возмутилась Нэстэ. – Вот я и ушла в такой, межсекторальный. Времени проверять куда он ведёт не было.

– Что-то я не поняла. – Лика с силой провела пальцем по переносице. Если это Раскол, даже межсекторальный, то ты уходила из Бездны. А значит у тебя был двойной переход. Ловцы ведь за тобой не пошли. Им и Лео за глаза хватило. Что же случилось в Бездне? Волна?

– Что- что, шнатлии случились, будь они не ладны, вот что. – Недовольно скривилась Нэстэ. – Целая пятерка разведчиков. И они меня вычислили раньше, чем я их увидела. Пришлось сматываться.

– В то время и в том секторе есть сведения только об одном отряде шнатлий. Пятерка разведчиков, ушедшая контрабандными тропами в Бездну. Цели отряда выяснить не удалось, сведения о нем резко прерываются. Отряд обратно в Объединенные миры не вернулся. Шнатлии даже пытались его искать, но безуспешно. Все пришли к выводу, что отряд погиб из-за миграционной волны, пересекшей тропу.

– А ты говоришь, что уходила от них. – Хищно сощурилась Сайяна. – Противоречие получается.

– Да какое там противоречие! Ты хоть представляешь сколько я там крови своей раскидала, чтобы волну поднять и отсечь этих тараканов от себя. – То ли возмутилась, толи пояснила Нэстэ немного на повышенных тонах.

– Э-э-, лорд Арейли, я думаю мы можем поблагодарить вас за потраченное на нас время и не отнимать больше времени. – Спохватился Кассел, уже понимая, что без откровенного разговора наедине не обойтись. – Я надеюсь с вами на вечернюю связь.

Время после занятий лорд Салейский провёл в самом лучшем настроении. Кассел уже давно понял, что в необходимости подобной легенды есть сразу несколько подводных камней. И далеко не последний из них, был регулярный зачет по игре в соответствии со своей ролью для гекатора. И хоть эта оценка и не фигурировала в официальных учебных отчетах класса, прямой интерес к некоторым из своих учениц со стороны дипломатических и некоторых иных специфических служб империи прослеживался с учетом именно этой оценки.

Гекатессы ее высочества с детства осваивали навыки общения с представителями разных сословий и рас. Их вряд ли можно было удивить даже диалогами с использованием жаргонов. А некоторые из обитателей трущоб столицы даже не подозревали, что имели личное знакомство с представителями гекат, оказывавшимся по учебным делам на их улицах. Весьма забавное последствие приключений Майи и Рианны четыре столетия назад, давно уже вставших легендой.

Стандартной легенды теней про класс Дворцовой школы со специальным уклоном хватало для случайных гостей. Двух-трех уроков было достаточно, чтобы гость начинал догадываться с кем именно имеет дело.

Сегодня просто произошёл досадный сбой в годами отработанной процедуре с того самого момента, как появилась Нэстэ. Урок пошёл не по сценарию и девочкам не хватило выдержки сохранить легенду.

Нэстэ и так была все время на виду. Программисты жаловались, что дворцовый интеллект тратил на ее сокрытие много больше вычислительных ресурсов даже больше, чем на старшую гекаты. Все бы могло пройти нормально, но факт ее личного знакомства с этим конвери поломал все, что возможно. Ну а дальше уже все планы пошли в Бездну.

С мастером теней конечно предстоял детальный разбор урока. Но служба безопасности уже кажется смирилась с гекатессой Нэстэ как с фактором нестабильности, который невозможно просчитать. А вот с молодым дипломатом предстоял серьезный разговор лично ему.

Кассел тихонько рассмеялся, припомнив выражение лица своего знакомого и сразу же поспешил восстановить серьезное лицо давая разрешение на голографическую связь.

– Все-таки сообразил, что к чему. – Позволил себе нотки иронии Кассел при виде маленького мигающего значка защищенной линии.

– Ты знаешь, сначала я не придал значения некоторым странностями твоего класса. – Вздохнул лордо Винс Арейлери. – Все же я знаю тебя давно. Ну ведешь ты класс со страной специализацией, и ученики твои больно эрудированные, бывает, наверно. Что задают много весьма точных вопросов, так это же твои ученицы.

– Только девочек, шастающих в Бездну как к себе домой в Объединённых мирах не так много. – Продолжил за своего гостя Кэссел.

– Если поискать, найти наверно можно. – Протянул Винс. – Но чтобы при этом она устраивала разборки с ловцами рабов и ради нее шнатлии меняли свои планы, вряд ли. Тут даже ее исковерканная внешность не помогла. Вы бы еще ей расу поменяли.

– Замечание не ко мне.

– Понимаю, а эта чернявенькая, что приставала с тактикой ведения переговоров скорее всего гекатесса Сайяна.

– Лично знаком с нею?

– Нет. Но уже много слышал от кое кого.

– Ты же понимаешь, что я не могу отвечать на такие вопросы? До чего догадался, с тем и останешься.

– Да понятно, но против самого факта, что это был урок гекаты ты ничего сказать не сможешь.

– Я одного не могу понять, как этот твой вождь-посланник узнал Нэстэ. Внешность то ей все же качественно подпортили спецы.

– Здесь все намного проще. – Вздохнул Винс. – Конвери очень много внимания уделяют манере поведения. Они сами постоянно носят маски. Наверно это следствие их повышенной агрессивности к чужакам и своеобразный способ смягчить реакцию. В общем жест приветствия твоей ученицы был последним, что потребовалось консулу, чтобы узнать девочку.

– Он обиделся на обман?

– Удивился, так будет правильнее точнее сказать. Но не сильно. На сколько я понял, девочка вынуждена была рассказать ему кое-что из своей тогдашней жизни.

– Да она из нее не делала особого секрета. – Проворчал Кассел.

– Маскировка внешности вполне укладывается в эти сведения. Ну а чтобы снять некоторую напряженность, я показал ему ролик боя в круге равных со шнатлиями. Он снял все вопросы и кстати привёл его в неописуемый восторг. Пришлось подарить не отредактированную версию.

– Я надеюсь, с разрешения начальства?

– Разумеется. У тебя будут большие неприятности из-за нарушения секретности?

– Не могу сказать, что их совсем не будет, но обойдётся.

– Понял, не в первый раз, значит.

– Далеко не в первый. Я тут скорее попался одним из последних.

– Значит, ты у нас учитель гекатесс? Забавно. Жаль не смогу поделиться этой информацией с нашими общими знакомыми.

– Я надеюсь, ты понимаешь, что эта информация закрыта?

– Я уже подписал формуляр у теней, не переживай. – Легко кивнул Винс. – А-а-а, такая вот мысль, как ты думаешь…

– Мой тебе совет: даже не пытайся.

– Читаешь мысли?

– Если быть более точным – использую богатый опыт своих коллег. Нам-то в преподавательской никто не запрещает обсуждать подобные темы. – Вздохнул Кассел. – Видишь-ли, время гекатессы Нэстэ расписано по минутам. И постоянно идут конфликты между преподавателями и всеми претендентами на ее время из-за срыва этого расписания. Никто из научников не станет делится с дипломатической службой своими часами для работы с этой девочкой. Ее учебное время не смогли отбить даже они, хотя попытки такие были. Ну а личное время, из того что остается, отдано в распоряжение Гекатесс. Ее высочество ради своих девчонок очень легко идёт на конфликт со всем Советом воспитателей и даже с отцом. В общем, ты уж поверь, ради какой-то мало понятной расы выделять тебе время на регулярной основе никто не будет.

– Опыт? Всегда приятно поговорить с опытным разумным. И на сколько он большой у тебя лично? – Осторожно поинтересовался Винс.

– Ринсли. – Коротко бросил Кассел тоном, показывающим что дальше эту тему развивать не будет.

– Так эти значит тоже через тебя. – Хохотнул собеседник.

– Я принял участие в том деле. Сами они всплыли на уроках истории. Лорд Карнельски до сих пор поминает ту историю не добрым словом.

– Но тогда вроде как время для консультаций выделили. И даже не только теорию, но и практику.

– Не стоит путать цивилизацию ринслей и конвери. Твоим подопечным очень далеко до того, чтобы начать играть хоть какую-то роль в жизни Объединённых миров. Если все же хочешь попытаться, мой тебе совет обратиться с запросом сразу к её высочеству.

– Наверно я так и сделаю. – Вздохнул лорд лордом Арейлери. – Но одновременно подам запрос по официальной линии.

– Все так плохо? – Осторожно посочувствовал Кассел.

– Хуже не придумаешь. Мы в полном тупике. – Винс даже рукой махнул с досады.

За корпоративную солидарность он не опасался, имея добро на откровенные разговоры с целым классом, можно было позволить себе лишнее в разговорах и с учителем.

– Конвери не пускают нас дальше того, что уже достигнуто. Я боюсь, что переговоры с такими темпами растянутся не на одно десятилетие.

– И что?

– Эта раса серьёзная головная боль соседей. А кое кто из них все же наши союзники. Ну, или склоняются в пользу Арден. – Вздохнул лордом Арейлери. – А в том секторе они нам ох как не помешают. Тем белее, что теперь выяснилось наличие транссекторальных переходов в ближайших мирах.

– Через Бездну. – Многозначительно при поднял брови Кассел.

– Да какая разница! Если уж девчонка прошла эту Бездну!

– Нэстэ, а не простая девчонка. – Не сдержал смешка Кассел. – Кое где её называют Живущей в Бездне. Она от нас туда в отпуск удирает. Ещё и девчонок своих приучила к своей охоте.

– Об этом только глухой не слышал, но все-таки… Она же в тот раз без ниахары как-то прошла.

– Распространенное заблуждение, что она без кота ничего не стоит. – Ответил кривой улыбкой хозяин кабинета. – Пропаганда ему не препятствует и даже кое-где поддерживает. Очень опасное заблуждение для тех, кто пытается охотиться на нашу Радугу.

– Ну, и долго мы будем ждать? – Лика сидела на краешке кресла уперев руки в колени и сурово смотрела на Нэстэ. Ещё пяток подруг устроились кто где поблизости. И все смотрели серьезно, с огромным ожиданием.

Вечерняя разминка закончилась, душ был принят. После ужина на выносных столиках уже устроились напитки и фрукты, и… прибор голосовой записи. И это в дополнение к тому, что ликалы каждой из гекатесс вели постоянную видеозапись подобных вечерних посиделок.

– Чего ждать то? Ну не было там ничего интересного. Ну честно, не было. Скучно и не интересно. – Нэстэ снова скривилась как будто лимон съела.

– Ага, совсем скучно. – Сайяна в предвкушении потеряла ладошки. – Только этот, как его лорд Арейлери, смотрел на тебя как на спасителя своей карьеры, весьма скромной надо сказать, я навела справки. Ты как умудрилась с этим танцующим вождем-федолом познакомиться?

– Действительно, сестричка, этот лорд утверждал, что для столь доверительных отношений надо чуть ли не сразиться в поединке. А по мне, так такого упертого лучше и вовсе проткнуть чем-нибудь острым.

– Ну, так я и проткнула. – Недовольно проворчала Нэстэ. – Не знаю можно ли это назвать поединком, но один из шрамов на правом плече у него мой. Такой, сверху, кривенький.

– Как сверху?

– А так, совсем сверху.

– Он же выше тебя. Как ты умудрилась нанести удар с верху.

– Свалилась… с камня. – Мрачно буркнула девушка, смиряясь с предстоящими не самыми приятными воспоминаниями. – А двое других из его свиты оказались после регрессии. Мечами владели ну, может чуть лучше наших новеньких гвардейцев, которых старички ради хохмы все время подзуживают против нас выйти.

Компания понимающе с улыбками переглянулась. Розыгрыш в дворцовой охране был так себе, с бородой. Велись на него разве что совсем зеленые юнцы, прибывшие из провинций. Но гекаты никогда не отказывались от участия в ней.

– Ладно, может все-таки начнешь по порядку. – Выдвинула "свежую" идею Лика. – Ну, например, с того момента, как ты решила слинять в Бездну. Кстати, сведений о том отряде шнатлий больше не поступало. Тараканы их даже пытались искать. Но ни следов, ничего.

– Точно, я ещё удивлялась, что они расследование затеяли по обычному отряду.

– Отряд обычный, да кое кто в его составе не о совсем. – Снова скривилась Нэстэ.

– Кто?

– Черноплащник, с таким узорчиком на спине, тебе хорошо знакомым.

– Из выводка кастилпа?

– Старшего – Коротко кивнула Нэстэ. – Меня увидел, и сразу развернул остальных.

– Узнал, значит действительно из старших. Твоя физиономия в то время мелькала только у старших циклов.

– Ну да, узнал, обрадовался, как родной можно сказать. Побежал поздороваться. – Уныло покивала головой Нэстэ. – А что мне оставалось делать? Их целая пятерка, меня застали на тропе, успели подготовиться и даже начать облаву.

– Зная тебя, могу предположить, что одно из двух: убить или драпать. Но что-то н могу представить, как сделать первое в тех обстоятельствах.

– Вот и я не представила, и решила воспользоваться самой лучшей тактикой.

– Удрать. – Весело заулыбалась Сайяна. – Не сходится, шнатлии куда-то же делись.

– Эта тактика в твоем исполнении преследователям всегда дороже обходилась, чем прямой бой. – Поддержала Лика. – Ты вечно комбинируешь одно с другим. Волну что ли подняла?

– Ну ты совсем! – Возмутилась Нэстэ. – Сколько можно повторять: не умею я управлять Бздной.

– Мы помним, но верим с большим трудом. Заметь, верим в отличие от всех остальных, отсталых жителей окраинных миров.

Нэстэ закатила глазки к верху и с досадой сморщилась. Сколько не тверди, а слухи никуда не девались. А уж после истории с лисами, с публичными извинениями, во многих мирах пришли к парадоксальному выводу, что все же есть нечто такое, связанное лично с Живущей в Бездне, что Арден пытается скрыть ото всех.

– Хорошо, я поняла. О причинах ухода в Раскол вы знаете. Так что повторяться не буду.

– Не надо. О том, что Лео разыграл из себя дикого кота, распугал ловцов и рванул в стационарный Раскол расположенный едва ли не в другом полушарии, т. к. твой уже закрылся, мы тоже знаем.

Нэстэ грустно обвела взглядом заинтересованные лица сестёр, покосилась на цифру в показаниях ликалы. На связи как обычно присутствовало большинство Гекаты. И даже были открыты каналы кашьяти.

Она поудобнее откинулась на спинку кресла и приняла стакан с соком. Раз нельзя избежать не желанных воспоминаний, так хоть вести рассказ с максимальным комфортом.

Мрачное сизо-фиолетовые облака нависали почти над самыми кронами местных деревьев, чьи искореженные стволы причудливо изгибались в самых немыслимых направлениях. Их толстые ветви раскинулись в стороны и переплетались с соседними, образуя своеобразный ярус, сквозь который было трудно что-то разглядеть даже человеческим глазом. Чего уж говорить о фасетчатом зрении тех богомолов, что сейчас прочесывали местность.

Мельтешение мелких веток, шевеление на ветру не слишком густой листвы делало для них невидимым неподвижный тёмный силуэт ребенка, спрятавшегося в густом переплетении ветвей.

Девочка схитрила, устроилась в скоплении веток не много на удалении от ствола и сохраняла абсолютную неподвижность. В свое едва разменянное десятилетие она отлично представляла себе особенности зрения шнатлий и прекрасно понимала, как ей остаться для них невидимой. Но также она хорошо понимала, что раз эти разумные тараканы засекли ее и начали охоту, избавиться от них будет не просто.

Когда силуэты разумных насекомых появились прямо под нею, она не повернула головы, даже пальцем не пошевелила, и только следила глазами за своими преследователя и думала.

О том, что черноплащник с вполне узнаваемым узором на крыльях её узнал, было очевидно и сильно озадачивало. Сама она вряд ли смогла бы узнать в лицо хоть кого-то из этой расы. И было сильное подозрение, что шнатлиям также требуется определенное усилие, чтобы отличить одного человека от другого. Тем не менее, все ее встречи с представителями этой расы обычно заканчивались одинаково. В этот раз не повезло увидеть противника позже, чем те обнаружили её. Пришлось удирать со всех ног.

Озадачивал сам факт того, что целая пятерка изменила свои планы в Бездне ради преследования одного конкретного человеческого детеныша. Шнатлии мстительные разумные конечно. Но не до такой же степени, чтобы каждый из них знал её в лицо лично. В лапах черноплащника был прибор, в котором ей не трудно было признать электронную ищейку. Она немного отличалась от тех, что используют ловцы, но все же. Оставалось предположить, что ловцами рабов каким-то образом удалось заключить контракт с отрядом разумных насекомых. А те не только получили ее новые параметры, что использовались в последние несколько месяцев, но сократили путь через Бездну, и почти успели перехватить ее на выходе из Раскола.

Нэстэ непроизвольно сжала губы в узкую полоску. Что ж, если и так, тем хуже для них.

По-прежнему не меняя позы, она плавно приподняла руку и коснулась указательным пальцем кольца, расположенного на той же руке. Лео нет, бой с пятеркой принимать глупо. В общем, надо сваливать. Плохо только, что шнатлии никуда не уйдут из этого сектора и вычислят её сразу, как она начнёт активное движение. А если удастся выскочить здесь, ее вычислят электронные ищейки ловцов в населенных мирах и шнатлии тоже получат инфу. Вторая ловушка может оказаться более успешной.

Хорошо, что совсем рядом есть Раскол, ведущий в никуда. Судя по отметке, в какой-то окраинный мир с не самым дружественным населением. Данных по нему предтечи не сочли нужным вводить в базу данных. Дышать можно, и на том спасибо.

Нэстэ задумчиво проводила взглядом сороконожку длиной в локоть. Тварь не спешно прошлась по её стопе, попутно попыталась цапнуть за лодыжку. Костюм из шкуры луввы ей не понравился. По ноге потекла тонкая струйка яда.

Тварь не успокоилась, сделал круг и попыталась атаковать перчатку на правой руке. Вздохнув, Нэстэ молча перехватила пальцами в основании головы твари. Хруст хитина, короткий взвизг оказался неожиданно громким. Делать нечего, теперь оставаться дальше на месте было опасно. И девочка рывком отскочила к стволу дерева.

Найти гнездо этих сороконожек было делом пары минут. Эти твари не особенно-то и маскировались. Даже в Бездне мало желающих есть такую гадость. Прихватить побольше личинок, перенести их в нужное место, натянуть тонкую нить и уже в последний момент всего несколько капель своей собственной КРАСНОЙ крови. Все, что нужно для примитивной ловушки.

Приманки не потребовалось. Сколь бы быстро не действовала опытная охотница, голова возвращающегося шнатлия все же замаячила среди деревьев. Достаточно было продолжать двигаться. Движущуюся цель фасетчатое зрения вычисляло много лучше человеческих глаз среди веток и листвы.

Нэстэ легко ушла на второй ярус переплетенных ветвей. Тяжёлые разумные насекомые не смогут преследовать её там. А от огнестрелов уберегут толстые ветки нижнего яруса. Свою ловушку она установила едва ли в единственном месте, откуда можно вести обстрел удирающей вверх жертвы. Эти разумные ничему не хотят учиться и детеныша человечки до сих пор не воспринимали в качестве серьезного противника.

Знакомый визг многоножки, угодившей под одну из ног шнатлия, и почти сразу мало чем отличающийся от него визг трёх тараканов показал, что расчет был верным. Хотя и не совсем. Два снаряда просвистевшие совсем рядом, были тому подтверждением.

Нэстэ резко ушла в гущу листвы и веток, сменила направление, хватаясь руками за лиану перескочила на следующее дерево.

Твёрдый грунт она ощутила под ногами только метров через полсотни от ловушки. Этих многоножек она не знала. Лео рядом не было, чтобы оценить их опасность, а самой требовалось время. Но струйка яда на костюме и весьма внушительные зубы даже у молодой особи внушали надежду что преследователи как минимум задержатся на месте и дадут ей уйти.

Шнатлии не сильно переживают за соплеменников, но Бездна диктует свои законы. Разумные насекомые вообще неохотно лезли в Бездну. Здесь им нечем поживиться. Как следствие, опытные охотники среди них встречаются на порядок реже. В чем Нэстэ сейчас и убедилась. Ни один охотник не попался бы в такую простейшую ловушку.

Нэстэ преодолела почти половину пути до нужного Раскола, когда стало ясно, что погоня возобновилась. Местные птицы с клекотом сопровождали перемещение наглых вторженцев. Кровь у них не гемоглобиновая, но мясо есть мясо. А грохот выстрелов их не особенно пугал. Зато по Нэстэ сумела понять, что преследователей осталось двое.

Она с сожалением вздохнула. Расчет был на вывод из строя всей пятерки. Или на отказ от погони. Что ж, не всем планам суждено сбыться.

Времени выставить серьезную ловушку не было. Что-либо проще – скорее всего бесполезно. В открытом поединке с воином шнатлием выстоять не чего и думать. А уж против двух и подавно. Все же придётся уходить в тот Раскол. И уже на той стороне разбираться с противником.

Серое марево обнаружилось в полсотне метров в стороне, от обозначенного места. Но все же это был стационарный Раскол, притулившийся под обрывом в правом борту небольшой реки. К сожалению, хорошо видимый на расстоянии.

Нэстэ не без иронии подумала, что кровопускание для неё чем-то вроде магического ритуала. Она стянула перчатку и снова потянулась к ножу. Одним уколом в палец здесь не обойтись.

На этот раз вместо нескольких капель было набрано сразу две ладошки красной жидкости. Одна из них щедро пролилась на землю. Вторая брызгами разлетелась вокруг так, чтобы как можно больше попало на траву, листву и ветки окружающих деревьев. Нэстэ старалась закрыть как можно большую территорию перед Расколом. И даже тщательно вытерла ладони о траву, прежде чем вернуть перчатку на место.

Несколько минут ожидания принесли пару трупиков жадных птичек размером чуть больше локтя, прибывших на щедрое приглашение уже знакомых многоножек девочка не стала убивать. Только отбила первую атаку, извернулась и с силой пробила тело где-то ближе к хвостовой части. А затем вогнала в сквозную рану кол из прихваченной ветки с силой пришпиливая тварь к земле прямо на входе в Раскол. Ее визг на уровне ультразвука бил в спину исчезающей в тумане девочки.

Выскочить из Раскола, осмотреться, уйти с линии возможной атаки и занять позицию с права, на корочках.

Непроизвольно вспомнились уроки наставника серпетинидов, когда она гостила у Саши:

– Шнатлии видят почти полную сферу вокруг себя. Спереди, с боков, сверху. А вот один два метра под собой у них зона частичной видимости. Нам, змеелюдам чтобы в ней скрыться, надо очень постараться, а такая мелочь, как ты, сделает это без особого труда. Ты можешь выждать момент, если конечно хватит выдержки, и нанести смертельный удар.

О выдержке навязанного ему человеческого ученика наставник говорил с сильным скепсисом. Но свое дело он выполнял добросовестно. А Нэстэ всегда была прилежной ученицей.

Ждать пришлось неожиданно долго. За время вынужденного безделья она успела связаться и успокоить Лео. Кот был сильно встревожен происходящим с его старшей пары и откровенно злился, что она начала охоту без него. Он несся к ней где-то в другом мире. Вот только последний Раскол поломал его планы и сильно озадачил кота. Судя по его ощущениям, Нэстэ оказалась совсем в другом месте, судя по всему, даже в другом секторе. Кратчайший путь для Лео теперь лежал только через этот Раскол и появится он здесь сможет хорошо если через несколько дней.

Нэстэ ощутила чувство досады кота, беспомощную ярость на собственное бессилие и… нарастающее чувство вины. ЕГО старшая вынуждена драться за свою жизнь БЕЗ НЕГО.

Нэстэ привычной послала ему ощущение собственной уверенности, наигранного азарта от схватки. Не очень честно, конечно, она бы вообще предпочла избежать боя, но что делать. Но чего не сделаешь, чтобы подбодрить котяру.

Из-за неподвижной позы тело уже начало затекать, когда серый туман выплюнул врага.

Выпад прямо из положения на корточках шагом вперёд. Лёгкое сопротивление на кончике, вошедшем точно под первой парой конечностей, в которых удерживался огнестрел, и сразу же уход откатом.

Последнее не удалось.

Тренированный воин, даже получив смертельное ранение все же успел среагировать и начать разворот в сторону угрозы. Клинок из щитка луввы на доли мгновения задержался в теле противника, сбивая взятый ритм и лишая шанса изменить траекторию движения. И средняя руконога с силой впечаталась в левый бок прежде чем Нэстэ успела увернуться.

Темная пелена в глазах от боли в ребрах и необходимость перевести дыхание заставили потерять драгоценные мгновения. И второй воин уже прыжком перескочил через бьющегося в судорогах собрата.

Нэстэ тоскливо осмотрелась. Уходить было некуда. Редкий лесок и низенькие кусты не оставляли шансов для отступления. Шнатлий способен догнать лошадь в галопе. Куда уж человеке на двух ногах, да еще на открытой местности.

Оставалось только одно: сделав несколько резких выдохов подряд, чтобы убедиться в целости ребер и поднять меч.

Все же черноплащник, узнавший ее, сумел обойти все её ловушки, пусть и за счет своих подчиненных. Теперь, когда он слегка развернул и переложил крылья, можно было хорошо разглядеть узнаваемый по прежним встречам символ. И чего они привязались к ней? Сами ведь полезли со своей охотой на её друзей куакш. А теперь злятся. Ну ошиблась она тогда с расчетами чуток. Ну затопила их ясли или что там ещё. Так в этих яслях у них и так большая часть молодняка погибает.

Шнатлий сделал несколько шагов вбок, уходя от трупа своего подчинённого и резко встал на заднюю пару лап.

Нэстэ в свою очередь наоборот осталась на месте, только слегка развернулась следом за противником, согнула колени и пригнулась, заинтересованно поглядывая на знакомые полосы лат, прикрывающих брюхо таракана.

Шнатлий почти сразу принял стойку богомола, чем вызвал у девочки разочарованный выдох. А уж когда эта зараза ещё и подобрала обычно широко расставленные лапы под себя, и вовсе мысленно помянула Неазываемого. По всему выходило, что противник не просто имел представление чего от неё ждать, но умел учитывать неудачи других и не собирался давать ей шанс в предстоящей схватке. Шнатлий, принимающий человеческого детеныша всерьез! Весьма неприятный сюрприз перед схавткой.

Своеобразный танец перед поединком закончился резким броском шнатлия. Нэстэ легко скользнула сторону, стараясь не попасть в зону поражения парных конечностей, парировала клинок и отступила, даже не пытаясь контратаковать.

Второй бросок, третий. Пока ей везло. Вот когда она с благодарностью вспомнила своих наставников. Особенно хорна, когда-то не отказавшегося тренировать маленькую девочку. Она юлой крутилась, преимущественно уварачивалась и уходилась от атак, иногда парировала выпады отводящими блоками. Принять удар такой силы она даже не пыталась. И только пару раз решилась на ответный удар.

Увы, это все, что ужавалосьб сделать. Черноплащник действительно оказался опытным воином и не давал ей возможности разорвать дистанцию. Да и зачем? На открытой местности он или догонит ее, или достанет огнестрелом.

Клинок из щитка луввы держался. Но это слишком лёгкое оружие против массивного железа шнатлия. Приходилось крутиться. Пот быстро начал застилать глаза, дыхание становилось хриплым. А её противник казалось не испытывал никаких затруднений и продолжал атаковать.

Большое подспорье в этой схватке неожиданно оказал труп. Его огромное тело стало своеобразным препятствием, мешавшим своему командиру проводить стремительные выпады. А Нэстэ крутилась вокруг, иногда даже вскакивая на его твердую спину чтобы перепрыгнуть. Хитиновые крылья и под ее весом основательно проминались, а черноплащник и вовсе предпочитал его огибать.

Поединок продолжался уже несколько минут, метательный нож уже давно спрятался в ладони, но пока враг не предоставлял шанса им воспользоваться. И снова приходилось совершать кульбиты, прыжки и уклоны.

Она не сводила глаз с разъяренного врага и боялась даже на мгновение выпустить его из виду. А еще, она помнила о нескольких крупных камнях, высившихся буквально в десятке метров от уже основательно вытоптанной площадки. Это тебе не труп посередине через который противник не лезет только из своих собственных соображений. Высота некоторых из них была метра под три. И расположены они так, что сильно затруднит шнатлию маневр. Вот только кто ее туда пустит?

Краем глаза она отметила какие-то тени на фоне мелких кустов. Но это потом. Шнатлий резко изменил ритм атак и встал в полоборота к ней. Шнатлии не нуждались в изменении позиции для корректировки поля зрения. Но положение для отражения возможного нападения атаки все равно требовало от них определенных действий.

Резко отступив, она тоже быстро осмотрелась.

Со стороны редколесья, стояла на двух ногах тройка неизвестных, очень похожих на людей. Привычный взгляд охотника вычленил странные одежды, состоящие из полос и блях, закреплённых на чем-то вроде металлической сетки. За плечами стволы незнакомого оружия, похоже огнестрельного. В руках они держали мечи. Короткие, тусклые, на вид слишком толстые и неуклюжие. Такими не столько рубить, сколько бить, как дубинкой.

Громкий яростный рев, поднятые над головой мечи и стук из рукояток по металлическим пластинам на груди не оставляли сомнений в их намерениях.

Шнатлий тоже оценил новых противников, явно прикинул расстояние до них и без перехода, не ожидая, когда те прекратят реветь на всю округу, снова атаковал Нэстэ.

Она уже привычно отступила за своего "защитника". Но их клинки даже не встретились друг с другом. Шнатлий резко изменил траекторию атаки, рывком сложился и разогнулся в сторону новых противников, в три гигантских прыжка преодолевая расстояние.

Неизвестная троица явно впервые столкнулась со шнатлием и не сразу среагировала на угрозу. Однако их мечи с громким неприятным стуком скрестились.

Нэстэ было некогда наблюдать за расправой над прибывшими. Он пыталась использовать нежданный перерыв, восстановить дыхание, а еще отступить наконец к своим камням.

Она с досадой и скривилась, наблюдая как два бойца неизвестной ей расы слаженно, как будто ученики на тренировке, вскинули свои железки, отвлекая опасность на себя. Третий явно более опытный и старший, собирался атаковать наступающего противника под прикрытием этих двоих. Но все это делалось настолько явно и топорно, что шнатлий вполне мог принять такой маневр за личное оскорбление.

Она сама вряд ли попалась в такую ловушку. Шнатлий же и вовсе не оратил внимание на их движения. Он нарочно смягчил удар мечом, вынуждая давлением обоих молодых с силой удерживать его единственный меч. Второй рукой легко отбил выпад старшего. А потом оторвал от земли среднюю пару руко-ног и нанес чудовищный двойной удар сначала по двум молодцам, отбрасывая их на несколько метров назад. А затем с разворотом, как то пренебрежительно лягнул задней ногой и их командира.

Нэстэ с сожалением выдохнула. Перерыв закончился, черноплащник уже несся в её сторону совершенно не заботясь об оставленных позади телах. Хорошо, что успела все же добраться до камней. Здесь гораздо больше вариантов крутиться.

Троица поверженных ворочалась и с трудом поднималась на ноги. Один из "молодых", как просто себя окрестила Нэстэ странную парочку, судорожно закашлялся и снова повалился в траву. Второй шатаясь выпрямился, но тяжёлый меч для него теперь явно был слишком тяжёлым. Их командир оказался в нескольких метрах в стороне и в немного лучшей форме. Он поднимался и даже что-то ревел в спину удаляющегося шнатлия, и одновременно достал из-за плеча огнестрел.

Нэстэ чист от механически уклонилась с линии выстрела и озадаченно потрясла головой, чтобы выбить из головы грохот выстрела. Над незнакомцем поднималось облако чёрного дыма из которого несся очередной воинственный рык. Незнакомцы оказались куда более дикими, чем можно было подумать с первого взгляда.

Шнатлий казалось тоже опешил от такой наглости. Судя по всему, часть того, что здесь должны называть снарядом, достигло своей цели. Прошитые в нескольких местах хитиновые крылья были тому свидетелями. На теле, под хитином у воинов шнатлий всегда пристроена защита, рассчитанная на куда более серьезное оружие. Но рваные крылья это все равно неприятно.

Инсктоид задержался ровно на столько, чтобы метнуть в сторону стрелявшего что-то дымное. На сколько Нэстэ могла судить, что-то из арсенала противомоскитной защиты в Бездне. Шнатлиям он естественно безвреден, а вот людям, и судя по звукам из образовавшегося белого облака этой расе, без фильтров в носу доставит много проблем с дыханием.

Грустно, этот ей сильно не повезло нарваться на какой-то совсем неправильного шнтлия. Ко всему прочему, он еще и думает во время схватки с человечкой. По крайней мере он даже не попытался использовать против нее такие средства. А как бы было здорово очутиться в таком облачке. Фильтры в носу из шерсти Лео обеспечат ей нормальное дыхание, а вот глазки шнатлия были бы дезориентированы. Не даром ведь он попытался разорвать дистанцию с тем облачком.

Нэстэ осторожно отступила между двух камней. Не ахти какая защита, но препятствие сбивало врага с линии атаки.

Камешков было мало, всего пяток, и только два из них высотой выше двух метров. Стояли они совсем рядом, так что можно было даже не прыгать, а просто перешагивать их. В общем, опять не повезло. На труп своего подчиненного черноплащник хотя бы предпочитал не наступать. А здесь сходу взлетел на небольшой валун.

Атак началась как-то с боку, подчиняясь положению валунов. Похоже так он старался как можно реже открывать для удара свое брюзо. Ещё несколько уходов, пока излюбленная тактика не дала сбой. Она банально споткнулась о ветку, чем поспешил воспользоваться противник. К счастью он почему-то не стал наносить смертельный удар, а нацелился в ногу.

Уже поднимаясь, она ощутила, как что-то ударило в плечо, а потом и грохот выстрела.

Шнатлию в этот раз досталось больше. Облако из мелких снарядов пришлось ему на глаза и заставило прекратить смертельную атаку.

Сделав новый кульбит в право и перехватывая меч в левую руку, Нэстэ обернулась, обнаружив за спиной очухавшуюся и уже снова объединившуюся торицу.

Один из младших все ещё не мог привести себя в порядок и можно было даже разглядеть на его подбородке красную кровь. Похоже Шнатлий все-таки переломал ему ребра.

Второй как раз пытался повторно навести дымящийся ствол на приходящего в себя шнатлия. Нэстэ мельком отметила, что уже он не успевает. Дробь легла не слишком кучно, и вряд ли можно был от рассчитывать на серьёзное поражение фасетчатого зрения. А мелкие прорехи в зрении для подготовленного воина черноплащника проблемой не являлись.

Но проблемы прицеливания её волновали гораздо меньше, чем нацелённый на неё ствол старшего.

Пришлось срочно падать обратно на камень, и прикрываться его покатым боком, и это не взирая на болт торчащий в раненом плече. У этих умников еще и арбалеты оказались. Целый арсенал для троицы!

В том месте, где она упала еще не осели фонтачики пыли, когда шнатлий тоже начал действовать. Звук выстрела из его огнестрела был почти не слышен. Всё-таки эта сволочь приберегла оружие. Странно, что не пустила его в ход с самого начала и предпочел сойтись в поединке. В Бездне вряд ли бы попал, но здесь, на открытом пространстве ей уйти бы было сложно.

Рев со стороны незнакомцев, новый залп дроби. Впрочем, шнатлию она предсказуемо не смогла причинить вред. Он просто резко развернулся боком и убрал голову.

Ему хорошо, его металлическая защита могла сдержать этот снаряд. А вот ей придётся плохо. Шкурка луввы все же справилялась с мелкими снарядами. А вот предплечье от удара болтом тяжело отходило от контузии. К тому же наконечник проник в мышцы, хоть и неглубоко, но резкие движения расширяли рану. Хорошо хоть кости уцелели.

Пострадавший шнатлий тем при всем этом не столько потерял боеспособность, сколько пришёл в ярость. Причём настолько, что на несколько мгновений забыл о ней родимой и развернулся к стрелявшим всем корпусом.

Зная об особенностях физической защиты воинов этой расы, Нэстэ наконец-то увидела свой шанс. Она продолжила переворот соскальзывая между камней с выходом на корточки и сразу же выбросила левую руку.

Планирующий нож блеснул в лучах местного светила и нырнул под крыло. Туда, где как знала Нэстэ, при таком развороте у шнатлий открывается щель в нательных латах. Место, котрое можно достать только ударом снизу-вверх и с очень близкого расстояния. Будь они в Объединённых мирах, Это место наверняка было бы прикрыто слабым силовым щитом. Но они только что вышли из Бездны.

Мышечную защиту лёгкий охотничий снаряд конечно не пробъет. Но такое ранение все равно оставалось весьма чувствительным для этой расы. И кстати, попадание заставило черноплащника все же дрогнуть в момент очередного выстрела. Не сильно, но облако мелких снарядов, предназначенных в Бездне для стрельбы по мелким летающим тварям все же отклонилось от цели. По меньшей мере старший уцелел, хоть и схватился за плечо.

Основной удар пришелся по стрелявшему в шнатлия. Он опрокинулся навзничь и судорожно вцепился пальцами в измятый металлический щиток на лице.

И все же нож, засевший пот доспехами мешал черноплащнику и замедлял его движения, особенно если знать в чем проблема.

Нэстэ знала. А ещё она знала, как её противник будет двигаться с учетом полученной раны. И не прогадала. Шнатлий сделал выпад в её сторону, но продолжить атаку не смог, так как отвлекся на рев приближающегося бегом местного бойца.

Нэстэ только подивилась упертости воина. Ведь ясно, что он не противник таракану, а все равно лезет в драку.

Второй планирующий нож ушёл в свою щелку, открывшуюся в момент, когда шнатлий отбивал меч насевшего чудика. А вот разворот его был неожиданно резким. И Нэстэ вынуждена была не только парировать удар, но и вступить в полноценный спарринг.

Шнатлий больше не церемонился. Кроме вожака к месту схватки приковылял один из сладкой парочки. Но только для того, чтобы снова получить чудовищный удар задней лапой. Вожак сумел увернуться от удара, но его меч бес пользы проскрежетал о защиту шнатлия.

Нэстэ было уже не до наблюдений. Ей пришлось выйти из камней. Парировать, уйти влево, отступить, снова парировать, отступить. Враг рывком встал в полный рост и сделал шаг для удара сверху. Снова отступить, перекат назад, выход на корточки. И вот оно, все же не настолько этот черненький хорош. Сочленения пластин на брюхе при резком движении разошлись. Они всегда тут расходятся в такой позиции. Таковы уж особенности тела шнатлий. Нож вошёл в щель и благополучно застрял, не давая захлопнуться.

Воин резко осел, торопливо закрывая прореху, а возможно захлопывая свою ловушку, рассчитанную на её излюбленный приём. Да только Нэстэ ловила совсем иное.

Имея два ножа под правым боком и при столь резком движении шнатлий физически не мог одновременно прикрыть живот и отследить свои ноги. Средняя руко-нога оказалась много дальше от тела, чем обычно. А клинок, нацеленный в то место, где Нэстэ должна была оказаться, атакуй она брюхо, не успевал за нею.

Знакомый хруст, и резкий уход обратно. Ей даже не пришлось парировать оружие врага. Шнатлий снова ошибся, попытавшись перехватить её на пути отступления. Серая полоса легко прошла под запястье. Шнатлий тонко взвизгнул. Чтобы не рухнуть на раненную руко-ногу, ему снова пришлось рывком подниматься на задние конечности. И как раз на расстоянии выпала Нэстэ.

Знакомая щелка лет, с щастрявшим ножом, движение в перед. Клинок из щитка луввы тоньше, чем металл охотничьего ножа. Нэстэ ощутила привычно лёгкое сопротивление. И все, шнатлий как будто осел все телом вертикально вниз, на мгновение замер и начал заваливаться в сторону поврежденной ноги.

Нэстэ не без усилий смогла вытянуть зажатый металлическим пластинами клинок и уже начала отступать, когда справа раздался уже порядком поднадоевший рев вожака. Отшатнуться от уловленного краем глаза движения, собственный вскрик от жгучей боли в многострадальном плече. Эта железная дубина оказалсь еще и неплохо заточена. По крайней мере самый ее кончик сумел пробить шкурку луввы.

Это был редкий, наверно и единственный раз, о котором можно было сказать, что она вызверилась на кого-то и почти потеряла контроль над собой. Ну в самом деле, мало того, что эта троица влезла в поединок, сломав ритм боя. Мало, того, что ей фактически пришлось вытаскивать трех взрослых воинов, путающихся под ногами. Так ещё за это её и атакуют.

Вожак успел немного оправиться от ударов шнатлия. Что говорило в пользу его выносливости. Своей железкой он махал вполне профессионально. Не будь его меч мечтой коллекционера кузнечных поделок, наверно его движения можно было назвать серьёзным фехтованием. Позже Нэстэ сама себе призналась, что не будь на этом образце местного самца столько железа, её дела были бы плохи. Особенно если учесть, что шнатлий все же успел её достать несколько раз. И три мелких пореза на боку и спине начали напоминать о себе в добавок к более серьезной ране от арбалетного болта.

Но сейчас она атаковала со всей злостью от всего, что накопилось за последние дни. И уход от ловцов, когда пришлось оставить Лео для прикрытия, и беспокойство ниахары, бессильно отслеживающей ее эмоции сидя где-то далеко в Бездне, и шнатлии, свалившиеся на голову совсем не к месту. Да ещё этот переход и последняя схватка.

Уже позже в памяти возник змеелюд, наставник Саши, а на краткое время и её:

"Ты должна уметь вести бой в любом эмоциональном состоянии. Злость, апатия, безнадежность, это все играет против тебя. Но избежать эмоций иногда не помогают даже тренировки. У тебя не плохая базовая подготовка, хоть ты и не признаешься почему арьяти решили тебя учить. Но я тебя буду учить драться именно в измененном эмоциональном состоянии".

И её учили. Намеренно выводили из себя всеми возможными способами, поднимали ночью, орали, делали все, чтобы вывести из равновесия. Своего тренера у змеелюдов она почти возненавидела тогда, хотя и не жаловалась Саше.

И, пожалуй, эта наука в полной мере была применена Нэстэ впервые. Перед глазами маячило несколько растерянное лицо врага. Он не ожидал такой прыти от маленького израненного бойца. Боковым зрением она ещё отметила появление и второго противника. Третий подняться был не в состоянии, хотя тоже пытался.

Она смерчем закрутилась вокруг вожака, заставила того отступить на пару шагов, отскочила спиной вперед и крутанулась в пытке достать самого слабого. Не достала, атаковала снова, одновременно уходя от первого. Тот или не ожидал такой подлянки или ранения были слишком серьезны. Ей без труда удалось выбить меч, зайти за него, одновременно снова уходя от рева вожака. В последний момент она изменила решение и с силой нанесла удар по голове рукоятью меча.

Этого хватило, чтобы свалить израненного бойца. И сразу, без остановки, прямо через осевшее тело атака в лоб. Отбить, уклониться, выпад…

Все это было сделано на полном автомате, как будто не она, а кто-то другой управлял ее телом. А она в ярости все подгоняла его, достать, ударить, убить.

Кончик меча снова скользнул серой тенью. Попытка вожака парировать только слегка отклонила его. И жало на удивление легко вошло в сочленения железок на плече.

Она ещё сделала несколько шагов назад. Но противник оставался на месте, изумленно, если расширившиеся глаза признак изумления у этой расы, гладя на неё. Потом недоверчиво посмотрел на повисшую плетью руку и перевёл взгляд на собственный меч. На его лезвии медленно стекало несколько кровавых капель.

Нэстэ в свою очередь провела рукой по левому боку, где что-то текло и ощутила нарастающую пульсирующую боль.

Достал-таки, причём даже костюм из шкуры луввы проткнул своей железной. А это не просто сделать.

Увидев как этот… Начал поднимать меч и завыл в своей манере, она тоже изменила положение. Поднять оружие оказалось неимоверно тяжело. Но она справилась. И в ответ на рычание противника сама издала что-то подобное, угрожающее.

– Ну, чего встал, продолжим?

Вожак однако вместо атаки вложил меч в ножны на поясе. Потом снова на половину выдернул и со стуком воткнул обратно.

На рев или что-то там еще её бы не хватило, но убрать меч прежде чем сумерки в глазах сменились темнотой все же удалось.

Вот и все моё знакомство с Кэлэсом, местным заправилой, военным вождем или по нашему губернатором, если хотите. А по сути, просто феодалом местного разлива. – Нэстэ невесело посмотрела своих сестёр по гекатесс. – Больше я ничего не помню. Как меня несли, что там происходило при этом не знаю. Я очнулась только через несколько дней. И то хорошо, что вовремя. Лео до меня оставалось всего несколько дней. И селению, куда меня притащили, пришлось бы познакомиться с обученной ниахарой в боевой трансформации.

– Еще и взбешенной долгим переходом. – Задумчиво добавила Лика.

– Ну да, злой он был у меня в тот момент, даже через чур. – Рассмеялась Нэстэ.

– А дальше? – Склонила на бок голову Сайяна.

– Ну, дальше совсем скучно. И неинтерсно. – Скривилась рассказчица и опять о смотрелась. – Девочки, может ну их, этих кирхэрс или конвери, раз уж так угодно нашим дипломатам.

– Быть может и "ну их". – Вздохнула Лика. – Да только нам завтра головы начнут потихоньку откручивать. Раса так себе, и мир в таких секторах, что и не сразу найдешь, но все же ими занимается наше дипломатическое ведомство. И чует моя пятая точка, дела у их аналитиков идут не сказать, чтобы хорошо.

– Это мягко сказано еще. – Непримиримо прищурилась Сайяна. – Судя по всему, что мне удалось нарыть, у них там нет ничего, от слова совсем. Так что придется продолжать. В конце концов, ты же не хочешь писать отчет о своих похождениях среди расы, убивающей чужаков за то, что они есть.

Нэстэ еще раз досадливо скривилась и согласно кивнула. Ее ненависть ко всякогорода отчетным бумагам была известна всем. И Сайяна использовала неотразимый довод. В конце-концов подруги действительно выручали ее со всякой бюрократией.

– А может на сегодня хватит? Давайте оставим на завтра. – Ее жалобный взгляд заскользил по окружающим лицам. – Поздно уже, а завтра у нас тест на полосе препятствий.

Слушатели с сомнением переглянулись. Рассказ хотелось дослушать. Но и на полосу надо было выходить выспавшимися.

– Хорошо, но завтра ты продолжишь с этого момента. И без всяких отговорок. – Решила ее высочество, не без сожаления поднимаясь со своего места. Отбой девочки. Все на завтра переносится. Аналитики из дипслужбы подождут.

Состав гекаты урок от урока немного менялся. Если судить по краткому докладу дежурной, пять-шесть девушек были заняты по внутреннему распорядку. Еще три занимались новым отчетом по теме произошедшего накануне скандала. Две полные пятерки значились с пометкой "служебный выезд".

Преподавательский состав в программе подготовки гекат менялся крайне редко. Большинство из учителей знали своих подопечных еще со времен нескладных малышей и следили за их успехами и неудачами как за своими детьми.

Как правило, выезд подростков в возрасте до девятнадцати лет означал убытие на очередную тренировку. Случалось, что и там получали ранения. И к примеру мальчики старшего брата принцессы даже гордились новыми шрамами.

С момента представления воскресшей радуги налаженный столетиями порядок был нарушен и у гекаты ее высочества все шло наперекосяк.

И последняя запись в перечне уважительных причин личного отсутствия на уроке стала одной из самых неприятных для преподавателей в этой гекате. Хуже была только следующая запись "медицинский блок". Она слишком часто появлялась именно после таких вот "служебных выездов" и девочки не выходили на уроки даже по голосвязи.

С неделю назад две пятерки ушли в такой вот выезд, а пару дней назад в новостях проскользнуло сообщение об очередной стычке рубежников со шнатлиями на нейтральной территории. И в преподавательской не без оснований связали попадание в тот день полной пятерки в руки лекарей с тем происшествием. И две из них до сих пор отсутствовали на уроке.

Профессор перехватил взгляд Сайяны. Девчонки тоже неплохо изучили своих наставников и без труда считывали причины их эмоций.

– С ними все нормально будет, профессор, завтра Синту и Лансу выпустят из ренимакамеры и они будут на связи.

– Пять дней в реанимакамере? – Не то чтобы это была новость. Это и была едва ли не единственная причина не выхода на урок для гекатесс.

– Лорд Карнельски! – Вполне искренне возмутилась Рианна. – Ну сколько можно нас проверять?

Тренинги теней, в том числе и на необходимость держать язык за зубами, были в порядке вещей. Для гекаты давно не были секретом соответствующие инструкции, выданные преподавательскому составу. Но некоторые преподаватели пользовались их особым доверием.

– М-м-м, прошу прощения, старшая гекатесса. – Развел руками тот. – Но все же я действительно надеюсь, что с вашими сестрами будет все хорошо.

– Стандартный тренировочный выход в составе рубежного отряда. Неудачная стычка со шнатлиями, чтоб им пусто было. – Пояснила Рианна уже нормальным тоном. – Ланса подставилась под огнестрел, а Синта и вовсе сошлась с одним из них в поединке. Рубежники едва успели ее отбить.

– Ничего, того таракана она тоже достала. Уполз на трех лапках и свою железку оставил. – Проворчала Лика. А остальное залечится.

– Может стоит вернуться к уроку? – С намеком осмотрела всех Сайяна.

Учитель согласно кивнул. Девочки действительно подошли к грани дозволенного и рассказали даже больше, чем можно было рассчитывать. В свои внутренние дела гекаты старались не пускать посторонних.

– Хорошо. О значении Аульсентского кризиса, степнеи вовлеченности в него ведущих империй Объединенных миров и его последствиях, мы продолжим на следующем уроке, после того, как гекатесса Дарина представит доклад о первопричинах, что привели е его возникновению.

Профессор истории Алкнид Карнельски улыбнулся названной девушке. Дарина без особого энтузиазма наклонила голову, в знак того, что приняла задание к исполнению.

Ну а сегодня мы обсудим прямо скажем небольшой эпизод времен Великой волны, ставший известным под названием Корнэльский прорыв. Гекатесса Инниса, я надеюсь вам хватило времени для анализа?

– Вполне. Хотя честно говоря, я все равно не поняла почему ему придается такое значение.

– Что же, давайте разбираться. Прошу вас.

Девушка через свой тактический планшет вывела в центр изображение с выделенной зоной.

– Корнэльский прорыв произошел в период начала восстановления империи после Великой волны. Собственно, свое название он получил по названию провинции Корнэл, оказавшейся четвертой провинцией подвергшейся зачистке от тварей. В то время из-за нехватки специалистов, основатели были вынуждены принимать личное участие в подобных операциях.

– Специалистов по планированию и руководству зачистки от тварей в масштабах целых миров на время воссоединения разорванной империи вообще существовало только два. – Не без иронии прокомментировал Алкнид. – Собственно это были их высочества Вирт и Майя, имевшие опыт организации с нуля автономной обороны в таких масштабах. Еще некоторые историки относят к ним принцессу Лиссиану, а также нескольких руководителей сумевших организовать оборону в условиях частичного анкланва. Я не согласен с этим утверждением. Но в любом случае, это число никогда не превышало число пальцев на руках человека.

– Да, сам император и даже его штаб никогда не претендовали на это почетное звание. – Кивнула Инниса. – Опыт полностью автономной обороны оказался уникальным. И я бы тоже согласилась, что ее высочество Иллиссиана не сразу стала в один ряд со своей подругой. Потребовалось несколько лет, в течении которых проводились совместные операции по зачистке. Собственно, есть несколько интервью, в которых она себя называет одной из первых учениц Вирта и Майи. На систематизацию уникального военного опыта попросту не оставалось времени и первым командующим по зачистке миров от тварей приходилось учиться в личном общении. Причем, это происходило на всех уровнях командования. В штабах и в командовании полков практиковалось нечто вроде наставничества. Когда за офицером закреплялся один или несколько подопечных.

– М-м-м, тема необычных методов подготовки весьма занимательна. Тем более, что ни до, ни после периода восстановления, эта методика больше не использовалась. Только боюсь, мы немного отходим от темы доклада, гекатесса. – Мягко прервал докладчицу Алкнид.

– Да, прошу прощения, учитель. И так, провинция Корнел. Одна из провинций центрального сектора подвергшихся первому удару Великой волны. Мир был практически полностью уничтожен. Перед началом зачистки по данным разведки было выделено всего два десятка мест, где была вероятность найти выживших разумных. По факту, таких мест оказалось всего три. Общее число выживших составило чуть более миллиона разбросанных небольшими группами в горах или на островах в местном океане. Отсутствие возможности организовать плацдарм для начала зачистки предопределило и экспедиционный тип зачистки начального этапа.

Инниса сделала заминку, чтобы перевести дух и продолжила:

– Учитывая степень поражения инфраструктуры, целью первого экспедиционного корпуса была рекогносцировка территории и оценка состояния станции транспортных силовых линий. Собственно, последняя и стала конечной целью экспедиции. Возможность восстановления транспортной силовой линии через портал Перехода была ключевой в выборе места вторжения. До Великой волны в мире Корнэл было три портала оборудованных порталами транспортных силовых линий. К сожалению, все они оказались разрушены. Выбор был сделан в пользу наименее разрушенного, а транспортная станция наиболее близко расположена к входному переходу.

– И на сколько близко? – Заинтересовалась Лика. – Все же транспортные станции строятся с учетом обслуживания сразу входного и возвратного Перехода.

– Порядка пятидесяти километров от входного Перехода. – Вздохнула Инниса. – При этом дистанция до возвратного Перехода составляла почти сто двадцать.

– Фью-ить, не сдержалась Лика. – Как же они планировали уходить в случае чего? Где были правящие?

– Правящие Майя и Иллисианна в момент организации оказались задействованы на зачистке прорыва в Столичном мире. Под угрозой удара оказалось сразу несколько прибрежных городов вместе со всеми возвращающимися беженцами. Операция зачистки была недолгой, но к сожалению, о допущенной оперативным штабом ошибке они узнали, когда вторжение уже началось.

– Так они что, в эту ловушку полезли вдвоем? – Озадаченно протянула Дарина.

– И с двумя ниахарами. – Кивнула сама себе Инниса. – Большая часть экспедиционного корпуса уже была переправлена к тому моменту на ту сторону. По полученным данным, обстановка в районе Перехода была спокойной. Правящие просто решили максимально сократить рекогносцировочную часть и дойти до возвратного Перехода задержавшись только для оценки состояния станции. Ну а чтобы свести к минимум количество разведывательных рейдов правящая Майя решила присоединится к подруге.

– Две сработанные ниахары с проводниками действительно могли решить эту проблему. – Задумалась Рианна. – Барик Майи предпочитал не отходить от старшей далеко и был способен контролировать территорию вокруг экспедиции. А у ниахара Иллисаны имела опыт работы с чужими, с тем же Лютимиром например.

– Лютимир в то время руководил строительством силовой линии в направлении границы с Аринолом. В ниахаре там уже не было необходимости. Зато личные пятерки принцесс уже имели опыт работы с котами. – Пояснила Инниса.

– Что же было потом?

– Изначально все шло нормально. Даже ниахары, с их восприятием, не находили ничего крупнее курхи. Экспедиция почти в семьсот пятьдесят восемь разумных практически не встречала сопротивления на подходах к станции. Да и там, в течении двух недель легко выдерживала оборону лагеря даже без щитов. Первые признаки назревающих проблем были получены от разведывательных групп, отправленных по направлениям, вызывавшим беспокойства ниахар. Доставленные туда датчики показали высокую вероятность возникновения блуждающих Расколов. И таких было обнаружено сразу три.

– То есть вероятность прорыва. – Кивнула Лика. – В те времена любой Раскол на сто процентов был источником миграционных волн.

– Все так. Ситуация ухудшалась тем, что оказалась прервана связь. А это как известно, основной признак открывающегося Раскола. Экспедиция была немедленно свернута даже не завершив полной оценки состояния транспортной станции. Началось организованное отступление к возвратному Расколу. – Тихо закончила Инниса. – И они не успели.

– Почему? Я понимаю, что сто с лишним километров. Но в такие экспедиции новичков не берут от слова совсем. Принцесс и подавно не выпустят с неопытными бойцами. Хотя я не понимаю, как Майю вообще выпускали из Столицы. Она же основатель того самого направления альтери и работу еще не закончила. Измененные ее вообще должны были запереть где-нибудь в самом безопасном месте.

– Ну, как вы знаете, у Майи было еще одно увлечение, а именно удирать из-под всех замков. – Хмыкнула Сайяна.

Алкнид в след за всеми покосился на одну из своих учениц, рядом с которой, словно обыкновенная кошка дремала ниахара. Та только сердито осмотрелась и опустила глазки. То, что гекатесса Нэстэ уже озвучила желание свалить в очередной раз на охоту в Бездну, уже дошло до педсовета. И Алкнид, как это ни странно, в мысля даже хотел этого. По меньшей мере в этих вылазках не пострадала еще ни одна из их девочек.

Инниса не дала возможности отвлечься.

– Дело в том, что Расколы возникли на пути отхода. Они попытались изменить маршрут. Но волна пошла за ними следом.

Да с такими силами можно отбиться от любой волны. – Подала наконец голос Нэстэ. – И вообще, там же были целых две ниахары.

– Коты серьезная сила. Только их проводники не имели твоего опыта Нэстэ. И вообще, это ты можешь вести караван через Бездну в одиночку и не потерять ни одного разумного. Другим, даже с проводнику с ниахарой, такое и сейчас не дано. – Инниса слегка передернула плечами. – Я только при рассмотрении материала к докладу поняла почему ты считаешься лучшим проводником.

– Ну да, элфы не просто так вцепились в тебя мертвой хваткой и никого больше не подпускают к миру Тропа. – Подлила масла Лика. – Так что там случилось?

– Каскадное раскрытие Расколов.

– Это когда один за другим на относительно небольшой площади открывается сразу несколько штук?

– Да. Такое часто отмечалось в самом начале Великой волны. В период восстановления это уже было редкостью. А тут, один за другом открылось сразу восемь. И как водится, для времен Великой волны, каждый из них стал источником своей волны. Причем разных, от москитной до крупных тварей. Первый удар пришелся прямо по станции. Поэтому экспедиция не смогла вернуться к месту стоянки. Аналитики восхищаются профессионализмом бойцов этого отряда. Современники назвали их элитой. И им действительно удалось продвинуться к Переходу. Но в полусотне километров экспедиция застряла окончательно. Расколы полностью перекрыли путь к спасению. И все, что им удалось, это ценой жизни спецов запитать энергоненратор от временного Раскола и поставить щит, под которым и укрылись выжившие. Впрочем, на этом лагере собралось всего три сотни бойцов, чуть больше. Это считая тяжело раненных.

– От Раскола?

– Да, один из них открылся совсем рядом. Через него тоже пошла волна. Но бойцам при поддержке обеих ниахар удалось ее немного сдержать. Ровно на столько, чтобы спецы смогли выполнить свою задачу. Из полусотни бойцов отряда обеспечения от того Раскола вернулось только семеро. Они и обеспечивали работу переносного генератора силового поля. Причем выполнении этой задачи им помогла небольшая группа шнатлий количеством в двадцать три особи второго цикла.

– А эти откуда взялись? – Удивилась Нэстэ.

– На сколько удалось понять, это были остатки одного из отрядов пытавшихся закрыть Раскол в Бездне. С задачей они не справились, командиры погибли. Ну, а эти оказались увлечены волной и вместе с нею прошли через Раскол в мир Корнэл.

– Тю! Без кого-то третьего цикла с этим контингентом даже не поговоришь. – Протянула Дарина.

– Тем не менее, конфликта не случилось. Шнатлии даже помогли бойцам около Раскола. А потом встали обособленным лагерем радом с нашим и отказались идти на контакт. Их высочества отдали приказ оставить пришельцев. Чтобы избежать конфликтов, их лагерь был отделен от нашего силовой стеной.

– Лишняя нагрузка на генератор.

– Тем не менее, это было сделано. По некоторым признакам, шнатлии голодали уже несколько дней. А что в этом случае может быть вы знаете.

– Второй цикл, недалеко ребята ушли от первого. А тут двуногое мясо рядом бегает. – Мрачно выдвинула идею Нэстэ. Погоди…

– Такие попытки были в отношении погибших. Вздохнула Инниса.

– Долго и под нагрузкой один генератор не вытянет. – Заметила Дарина. – Поэтому в Бездне всегда берут минимум три.

– У них был один генератор. И он продержался почти десять дней. – Сообщила докладчица.

– Ну, если постараться, то конечно можно. Только ведь все равно помощи ждать было неоткуда.

– Верно. Лагерь оказался окруженным со всех сторон. И две-то волны, когда сливаются проблема. А тут целых восемь, причем из разных миров.

– Если под щитом укрылось мене половины бойцов от первоначального количества, то к лагерю должна была тянуться не тропинка, а целый кровавый проспект. Из красной гемоглобиновой крови. – Задумчиво прищурилась Нэстэ.

– Так и есть. В общем отряд провел под щитом десять суток. А потом, они оключили щит и пошли на прорыв. Три сотни бойцов, два с половиной десятка шнатлий и две ниахары.

– Ну, дальше тянуть наверно было бессмысленно. – Принялась рассуждать Рианна. – Помощи в их условиях быть не могло. Там ведь даже связь прервалась. Щит рано или поздно сдохнет. А так хоть какой-то шанс.

– Ну да, наверно. – Согласно кивнула Лика. – Если правящих в центр, личные пятерки и лучших бойцов в ближний периметр. А остальные закрывают ядро сколько могут. Но четыре десятка километров! Сколько же вышло к Расколу?

– Все. Потери составили полтора десятка бойцов из числа оставленных на месте лагеря. Они использовали собственную кровь и распылили ее на территори всего лагеря. А потом, кто смог, приняли бой последний бой. Это сбило тварей с толку и позволило выиграть несколько первых, самых ценных минут. В самом рейде погибло еще двадцать два бойца. Большая часть из-за того, что не выдержали общий темп.

– Но, как?

На плоском экране возникло схема построения.

– В этом прорыве правящие и их личные пятерки впервые пошли не в центре, под защитой отрядов, а на самом его острие. – Принялась объяснять Инниса. – Правящие были в общем строю. Причем Майя тоже шла впереди своей личной пятерки. Что также противоречит всей их выучке. Ведь Она была еще и их тактиком. А их принято защищать до самого конца. Барик шел в переди клина. Вторая ниахара справа и тоже впереди. Фланги и тыл прикрывали остальные.

– А здесь что? – Указала Сайяна на синие точки в середине левого фланга.

– Шнталии. Им удалось не просто как-то с ними договориться, а заставить действовать в общем строю.

– Все равно не понимаю. – Яростно потянула за прядь выбившихся волос Лика. – Передний левый сектор полностью открыт. Шнатлии хорошие бойцы, но ведь не настолько! А второй цикл и вовсе не способен к длительным действиям без жесткого контроля командиров. Они же полуразумны в этом цикле.

– По показаниям бойцов, две ниахары постоянно находились в движении, прикрывая то один фланг, то другой. А клин имел огнестрелы. Что и позволил сдерживать тварей. Плюс, скорость. Это был главный фактор этого прорыва. На всю дистанцию им потребовалось чуть более суток.

– Чепуха. Это просто невозможно. – Фыркнула Сайяна и еще раз недоверчиво проследила на линию прорыва.

– А ведь схема очень даже знакомая. Смотрите, если добавить в острие клина еще одного бойца или заместить одним, только под прикрытием, переместить вторую ниахару туда же. Нэстэ, это ведь твоя схема сопровождения караванов с двумя ниахарами.

– А ведь точно! Если ничего не менять, но добавить на левый клин бойца с ниахарой, то будет сопровождение с тремя ниахарами. – Рассмеялась Лика.

Сайяна всем телом развернулась к соседке.

– Нэстэ, ты случайно в прошлом не бывала?

Алкнид невольно сглотнул и в легкой панике уставился на свою ученицу. Но та только недоуменно хлопнула глазками и рассмеялась.

– Жаль, а такая хорошая идея была. – Демонстративно расстроилась шутница и присоединилась к веселью. – Лорд Карнельски, извините, но в этот раз сенсации не получилось. Нэстэ не было четыреста лет назад при этом прорыве.

Алкнид невольно выдохнул и сам рассмеялся своей реакции.

– Вы даже не представляете, как я этому рад, уважаемая гекатесса.

– Но все равно, при таком построении потери неизбежны. – Вернула всех к теме доклада Рианна. – Как этот феномен объясняют участники рейда. В конце концов, сами правящие и их личные пятерки. Ведь должен быть анализ.

– Анализ есть, есть и показания участников. Собственно, по ним и составлена эта схема.

– А доклад правящих? Ты и его смотрела?

– Тут есть какая-то странность. Доклад принцесс был. Как минимум он зарегистрирован в архиве. Как и докладные каждого из их личной пятерки. Вот только весь этот пакет был утерян при невыясненных обстоятельствах.

– А восстановить? Трудно чтоли?

– Правящие Майя и Ильсианна категорически отказались возвращаться к этому вопросу. Канцелярия не смогла наехать на их личные пятерки. В те времена было много неразберихи. Да и вообще не до архивов. В общем, тема была благополучно забыта и поднята историками спустя сто лет. Так что мы имеем то, что имеем. – Инниса развела руками. – После этого прорыва экспедиция была расформирована. Все офицеры, как носители нового опыта, были распределены по воинским частям разных провинций. По сути, несколько позже, со ссылкой на этот прорыв, была изменена сначала тактика действий боевых пятерок в части взаимодействия со своими тактиками. А в последствии вовсе вывели тактиков в самостоятельные боевые единицы. Пришлось полностью расформировать штаб правящей Майи и Иллсианы. Всех офицеров задействовали при организации зачисток в других провинциях. Историки именно этих штабников называют первыми учениками правящих, попутно окончательно поставив Ильсианну на один уровень с Виртом и Майей. После этого термин "триада правящих" уже всюду ассоциировалась только с ними. Гекатесса Инниса доклад закончила.

– Чем они активно возмущались до конца жизни. – Хмыкнула Рианна. – Узнаю своих прапра. Наделать делов и свалить, предоставив разгадывать загадки другим.

– Что ж, за доклад спасибо. Мне добавить к нему нечего. Впрочем, как и всегда. Отличный доклад. И если не секрет, кто именно отвечает за освещение вчерашнего происшествия? – Алкнид невинно осмотрел присутствующих. – Мой внук очень ждет новых приключений вашей героини.

Нэстэ не сдержалась и сердито фыркнула. Рианна только пожала плечами.

– Очередь за тройкой Дарины. Но кто именно займется литературной обработкой решаем не мы. К тому же пока мы не все успели узнать. Так что о сроках сами понимаете.

– Ничего, главное, что есть чего ожидать. – Улыбнулся профессор, словно мальчишка, заинтересованно косясь на названных девушек.

– Ага, а уж нам то как приятно, Нэстэ, тебе сегодня не отвертеться.

Вечером Нэстэ угрюмо смотрела на подбирающихся сестер и медленно тянула через соломинку. Ее хорошее настроение после тренировки начало стремительно портиться.

– Нэстэ, ну ты чего? Да мы бы не приставали, но ведь не отстанут. Ри вон уже первые запросы отфутболивает из дипмиссии. Это консул оказался весьма настойчивым.

– Ладно, Единый с вами. – Вздохнула девушка, откидываясь на спинку лежака и неохотно начала сразу с того места, где остановилась накануне.

Её куда-то несли.

По крайней мере она несколько раз почти приходила в себя, не отболи, нет, от грубых толчков и ощущала чужие руки. В такие моменты она слышала незнакомую речь и чьи-то окрики. Впрочем, слышала она их не долго и почти сразу возвращалась в темноту беспамятства.

Приходила в себя и позже, очевидно уже лежа на чем-то твердом, когда ее переворачивали. И снова чужой говор, резкие окрики и фразы. А возможно ей только казалось, что все это происходит. Чего не привидится в таком состоянии!

Первое, что она ясно увидела, открыв глаза, это потолок из каких-то не плотно подогнанных жердей, очень низко нависающий над нею. С усилием повернув голову смогла рассмотреть плотный, хорошо утрамбованный земляной пол, грубо сделанный стол, лавку около него со стороны серой стены. Ну, и ещё лежанка, на которой сама лежала и которую могла даже пощупать. Пожалуй, это было все убранство помещения.

Чуть позже она смогла даже обратить внимание на то, что ее "ложе" было застелено вполне неплохой тканью. Тонкой и мягкой. Что никак не вязалось с грубым убранством всего остального помещения. Те же занавески были сделаны из какой-то дерюги. Причем занавеска заменяла и двери на входном проеме.

На самой Нэстэ оставался только костюм из луввы, пробитый в некоторых местах шнатлием и тем чудиком. По тому, как он сидит, нетрудно было понять, что его тоже снимали, но почему-то решили вернуть обратно. Видимо в такие моменты она и выныривала из беспамятства.

Ожидание хозяев не затянулось надолго. Нэстэ едва успела осмотреться и хоть немного оценить саму себя. Слабость была такая, что даже приподняться удалось далеко не с первой попытки. Заодно стало понятно, зачем снимали, а потом одели обратно костюм. Он удерживал нечто вроде тампонов с травами, приложенными к ранам.

Очень хотелось откинуться обратно на жесткую постель и закрыть глаза. Вот только пришло понимание необходимости некоторых неотложных дел. Так что пришлось заставить себя опустить на пол сначала одну ногу, потом вторую. А в момент, когда задача была практически выполнена, откинулся полог на входе в это помещение.

Будь она в лучшем состоянии и не заливай пот глаза, наверно можно было бы растеряться, наблюдая как явно молодая самка, той же расы что и знакомая троица, приближается к ней со всеми возможными предосторожностями и вообще, казалось даже не дышала, пока не опустила принесенный кувшин прямо на пол.

Только когда вошедшая начала отступать, Нэстэ сообразила, что кажется в происходящем странным. Женщина вела себя столь сдержанно отнюдь не из страха перед раненной девочкой, а явно из-за усилия удержать в себе нечто иное, рвущееся наружу. Плотно сжатые губы начали обнажать весьма внушительные клычки. А при первом же движении Нэстэ, из ее горла вырвалось низкое угрожающее рычание и резкое движение.

Тем не менее женщина справилась с собой и смогла сдержать выпад. Как показалось Нэстэ, в самый последний момент и с заметным усилием.

Отскочив ко входу, незнакомка замерла, сделала несколько резких вдохов и выдохов. И только увидев судорожные глотательные движения, девочка поняла, что незнакомку попросту начало тошнить. Причём, позывы усиливались, когда она нечаянно бросала на нее взгляд. Так гостья и выбежала наружу, едва не сорвав полог.

Принесенное в кувшине молоко оказалось неожиданно вкусным. Как и нечто, вроде куска хлеба, пристроенного на горлышке. Найти взглядом местечко для исполнения своих нужд не удалось. Зато запашок от пустого железного ведра, стоящего рядом с лежаком, не оставляло сомнений в его назначении. Ей было не до стеснений. Рассчитывать на помощь удалившейся дамы желания не было. В общем, удержаться бы на ногах и добраться до благословенной, такой удобной лежанки, укрытой мягкой, и что удивительно, чистой таканью.

Нэстэ медленно, чтобы поменьше тревожить начавшие кровоточить раны, вытянулась и закрыла глаза. В этот или нет день, она еще раз пришла в себя только когда в щели плотного полога больше не пробивался дневной свет. У топчана стоял знакомый кувшин с молоком и кусок хлеба и больше никого.

Следующего гостя она увидела утром, когда с огромным усилием все же привела себя в положение сидя, из соображений что потом придется снова совершать героический поход к ведерку.

Гость оказался вполне узнаваемым. Это был тот самый вожак троицы, которого она проткнула во время схватки.

Казалось, что мужик явился к сюда даже не переодевшись после давешнего боя. Все та странная одежда из пластин, нацепленных на металлическую сетку, под которой виднелась не первой свежести рубашка и кожаные штаны. Разве что шлем он тащил в руках и при входе положил на стол.

Наметанный глаз девочки отметил несколько бережливые движения рукой плавность шага. К тому же на нательной сетке виднелось несколько блестящих колечек. Все же она его достала, причем хорошо, раз так бережется.

Мужик сделал еще шаг в ее направлении и раскрыл рот в демонстрации внушительного набора зубов.

Проревев нечто членораздельное, но совершенно не понятное, этот образчик власти местного племени извлек откуда-то из складок одежды странный узкий браслет, с болтающимся кожаным шнурком, один вид которого вызвал в памяти бывшей рабыни вполне четкие ассоциации.

Враз позабыв о боли, о том, что и вставать то трудно и вообще, полежать бы, Нэстэ рывком подобрала ноги, готовясь к схватке и невольно, скорее уж чтобы не заскулить от боли, выдала угрожающий рык, мало чем отличающийся от своего хозяина. Надеть на себя рабский ошейник или браслет она не даст.

Сощуренные глаза привычно зашарили по амуниции противника в поисках уязвимых мест. С учётом того, что у неё не было оружия, таковых оказалось немного.

Полупустой кувшин в руке был из обожженной глины, если его разбить, то можно осколком попытаться добраться до горла. Удар смертельным не будет, да и опытный воин, каким и был её претендент на хозяина, легко уклонится от ее удара.

Но ведь это не главное. На поясе у врага болтается целый арсенал холодного оружия. И двух рук чтобы прикрыть его точно не хватит. Так что вполне есть шанс вооружиться. Ну, а с кинжалом в руках уже другой разговор будет.

Весь план предстоящего боя сформировался в голове за доли секунды. Где-то на задворках сознания яростно рыкнул Лео. За те дни, что она тут провалялсь в беспамятстве, котяра умудрился значительно сократить расстояние и был, можно сказать, совсем рядом. Ей бы продержаться день, от силы три. А там уже и местных придётся спасать от разъяренной и к тому же голодной ниахары.

Она плавно перенесла часть веса на руки, готовясь к прыжку. При этом даже не покосилась на обречённую посуду. Разбивать гончарное произведение придётся в момент прыжка.

Мужик тем временем схватился за свой меч. Металл злобно блеснул в не самом ярком свете и… С громким лязгом исчез обратно в ножнах.

Нэстэ была сильно озадачена, наблюдая как воин сделал полшага назад. Подумала и все же встала на ноги удерживая в руке своё единственное оружие и угрожающе размахнулась, как будто собиралась запустить сосуд в голову противнику.

А вдруг поверит, что она такая дура и ещё дальше отойдет.

Новый рев, круговой взмах полностью обнаженного меча, возврат его обратно в ножны и рык, как девочке показалось, чем – то похожий на звуки, произнесённые в конце первого акта этих странных танцев.

То, что этот остроголовый чудик испугался израненной и едва стоящей на ногах девчонки, Нэстэ даже на минуту не предположила. А вот что именно ему нужно, было не понятно. Второй акт, второй раз мужик хватается на меч. И… ничего, если не считать толи фразы, толи рева.

Замявшись, она все же покачала своим снарядом над головой и вернула неповреждённым на топчан, так чтобы был под рукой, постаравшись одновременно с деревянным стуком воспроизвести тот самых завершающий рык чудика.

Результатом стало перетоптывание, щелканье, почему-то теперь кинжалом, несколько взвизгов и уже знакомый рявк в конце.

Даже накатывающая пелена в глазах не смогла подавить недоумение. Происходящее начинало походить на какую-то странную комедию. Жалко только, что ей было не до смеха. Но противник чего-то ждал от своей пленницы и требовалось что-то срочно предпринять. Причем вариант потери сознания даже не рассматрвиался.

Не особенно заморачиваясь, Нэстэ резко, насколько вообще это применимо к ее состоянию, выставило вперед правую ногу. Подступившую слабость она старательно проигнорировала. И глядя на врага сквозь уже красноватую муть в глазах выполнила несколько резких, но не размашистых движений из тренировочного комплекса арьяти, завершила все это выпадом раскрытой ладони в сторону врага и поспешно, чтобы не упасть, с тем же рыком вернулась в стойку готовности.

Мужик замер, внимательно осмотрел ее с головы до ног, затем извлёк откуда-то из складок своих лат чехол с комплектом метательных ножей и бросил ей под ноги.

Пока она тупо рассматривала подарок и пыталась понять, что же все-таки происходит, к чехлу присоединился короткий меч из щитка луввы в ножнах и поясной нож.

Когда она подняла глаза, в проходе только мелькнула спина странного посетителя. За пологом послышались звуки, которые Нэстэ решила считать командами. Потому что почти сразу тряпка пропустила знакомую женщину.

Она зло рыкнула в её сторону, прорычала, что то, даже схватилась за ножик, иначе не скажешь, что был у нее на поясе, но как-то не по-настоящему, даже неуверенно, как будто не верила до конца, что поступает правильно.

Нэстэ подумала, что второй сценарий с танцами и воплями она не выдержит. Как только напряжение стало спадать, вернулась боль. Судя по ощущениям, рана в животе начала кровоточить. А ноги предательски дрожали, предупреждая о возможном конфузе.

Вздохнув, она опустилась на топчан и нагнулась к своим сокровищам. Так показалось проще потом забраться на него. Заграбастав оружие она спиной вперед добралась до стеночки, при всем при том, стараясь не выпускать из поля зрения замершую гостью.

Присутствие оружия придало некоторые силы. Нэстэ осторожно уложила меч вдоль края лежанки, так чтобы рукоять оставалась все время под рукой, поясной нож устроился прямо на коленях, его ножны по другую руку. А вот метательные ножы заняли своё место в ладони правой руки.

Будь что будет, на этих двоих чудиков её сил хватит. Она хорошо рассмотрела снаряжения мужчины. И уж для планирующего ножа щелку в них найдет.

Тем временем женщина и не думала нападать, что-то прибирала в углу хижины, судорожно сглатывая и порыкивая всякий раз, как Нэстэ попадала в её поле зрения.

Наконец она выскочила и через несколько минут вернулась с миской заполненным вареным мясом. Миска аккуратно, на вытянутых руках и с взглядом в пол, так чтобы не смотреть на раненную, была водружена прямо перед Нэстэ. Кувшин с топчана волшебным образом исчез.

И именно в этот момент выбрал её желудок чтобы взбунтоваться. Молоко с куском хлеба притупляло голод, но его оказалось недостаточно. Умопомрачительный аромат вареного мяса достиг носа и Девчонка сама не поняла, как первый кусок обжог пальцы.

Её все же хватило на то, чтобы выудить из ножен поясного ножа пакетик заветного порошка. Все-таки хорошая это привычка, нужные вещи прятать в самых разных предметах, носимых при себе. И просто здорово, что ей вернули их.

Крупинки, упавшие на мясо, не изменили своего цвета. И Нэстэ больше уже не раздумывая впилась зубами в свою добычу. На очередное появление женщины с кувшином, за неимением возможности произнести нечто членораздельное, Нэстэ, что то промычала в знак благодарности. И самой показалось, что это больше похоже на рычание, чем благодарность.

Женщина замерла на мгновение, в её глазах впервые отразились эмоции, причем нечто вроде одобрения. Она поставила кувшин на пол и тут же исчезла за пологом.

Уже в сытой полудреме Нэстэ отметила эмоции Лео. Кот шёл к своей старшей по паре, не отвлекаясь на охоту и был уже совсем рядом. И его чувство голода передавалось вместе со всеми прочими эмоциями. Что совсем не добавило спокойствия раненной.

Следующий день не принёс облегчения. Все также противная слабость и дергающая боль в ране наводили на самые неприятные мысли о местных способах лечения. К тому же у нее ещё появился и жар.

Хозяева не сильно радовали разнообразием в содержании пленницы. Все та же женщина все с той же опаской подавала еду и питье. Хорошо хоть к концу дня почти перестала проявлять агрессию и кривиться, сглатывая тошноту от одного взгляда на нее. Мужик появился после обеда и к счастью без продолжительных танцев. Хотя побряцать железками пришлось. Благо теперь было чем.

Смысл этих танцев все еще ускользал от девочки. Но реакция мужика показывала, что она делает все правильно. Не просто это, зато ей вернули кое-что из снаряжения. А там травки и кое какие таблетки, способствующие заживлению ран и предотвращающие начавшееся воспаление.

Ну, а следующий день начался с небольшого переполоха. Естественно его устроил Лео. Котяра прислушался к своей старшей по паре. А возможно усталость от длинного пробега была сильнее чувства голода. Потому кот глубокой ночью с ходу тенью проскользнул под полог на входе и устроился тут же, рядом с Нэстэ.

Пара кусочков мяса, оставленные для него после ужина не могли утолить голод, но кот с удовольствием их слопал перед тем, как затихнуть. Он пришел, старшая рядом и теперь можно отдохнуть. Зачем бегать за врагом, если он сам завтра придет.

Утром все началось с шума. Женщина вошедшая как всегда с тарелкой мяса, при виде снежно белой шкурки с золотистыми искорками сначала недоуменно застыла на входе. А когда глаза даже не оторвавшего от пола головы кота замерли где-то на уровне её подбородка вздрогнула и выронила тарелку.

Кот недовольно заворчал, поднялся и потягиваясь обошел гостью, внимательно принюхиваясь. Нэстэ приняла от него волну недоумения и эмоцию страха, исходящую от женщины.

Сам же кот осторожно обнюхал рассыпавшееся по земляному полу мясо, посмотрел на Нэстэ, а затем укоризненно уставился на женщину.

– Ты то себе нашёл что поесть, а мне теперь, без завтрака оставаться? – Проворчала Нэстэ. И сердито произнесла одно из тех слов, что все же сумела выучить за прошлый день. И означало оно "мясо".

Выдержке женщины можно было позавидовать. Она смогла отступить спиной назад, и даже аккуратно опустила полог, прежде чем на улице раздался её громкий вопль. Причем это был именно женский визгливый вопль, а не ставшим уже привычным призывной рык. Оказывается, местные умели издавать и вполне нормальные звуки.

Вздохнув, Нэстэ не без усилия поднялась на ноги.

– Лучше нам выйти, чтобы показать тебя сразу всем желающим. – Вслух проговорила она то, что пыталась передать другу на эмоциях. – Иначе тут будет проходной двор.

Кот был раздражение. Но целая миска пусть и варенного, но все же мяса слегка приступили голод. И Лео не стал упрямиться.

Выход из хижины вел прямо на какую-то площадь, судя по всему, в не большом поселении, и была окружена такими же лачугами, из которой вышла Нэстэ, разве что чуть получше прибранными.

На вопли дамы уже успело собраться довольно много народу. И впереди толпы, словно прикрывая её выстроился ряд латоносцев, во главе со знакомым вожаком. Нэстэ не без иронии подумала, что умудрилась продырявить местного воеводу, никак не ниже.

Он то и сделал шаг на встречу. Грозный взгляд, раздражение, сквозящее во всех телодвижениях, подтверждали самые худшие и невероятные предположения девочки. Как-то так уж получилось, что по ее мнению только полный д… будет перетьь на ниахару полагаясь только на железный тесак, а Лео стоял во всей красе своей белой шкурки и буквально истекал золотыми искорками. Местный знакомец был кем угодно, но уж точно не самоубийцей. А значит оставалось только, самое невероятное, что можно предположить для жителя мира с Расколами: этот бедолага понятия не имел с кем именно столкнулся.

А Лео уже начинал злиться. Эмоции чужаков он отчётливо, как и раньше. И их ярость, зарождающаяся от непонимания с кем именно они столкнулись, раздражала.

А ещё, как бы она не пыталась контролировать себя, к Лео все же прорывались и ощущение боли в едва начавших заживать ранах и слабость, и связанное со всем этим ее собственное раздражение.

Вздохнув, она положила руку на рукоять кинжала. Чтобы не тревожить лишний раз рану, пояс она пристроила в качестве перевязи через плечо. Что оказалось очень даже удобно.

Лёгкий серый меч был бы привычнее, но щиток луввы не издавал столь громкого щелкающего звука как металл. А судя по танцам с этим воеводой, это здесь ценилось. Резкое движение рукой вместе с лязгом металла отозвалось во всех болячках. Но не до нежностей. Пришлось даже сделать несколько более широкий шаг, чем это было в танцах в хижине накануне. Лёгкая дымка перед глазами сгустилась, однако выученный рык вышел в точности таким, как задумывался.

Воевода, как теперь Нэстэ называла про себя своего знакомца, на мгновение замер, явно что-то обдумывая. И Лет выбрал именно этот момент, чтобы начать трансформироваться в боевую форму.

Кот все же внял не совсем внятным пожеланиям старшей не начинать разборки на пустом месте. Её тут конечно ранили, втроем полезли на маленькую. Но потом все же начали лечить. И с попыткой нацепить браслет что-то было не то. По меньшей мере второй попытки не было.

Кроме того, в толпе Нэстэ успела разглядеть очень похожие украшения на руках многих. А уж в шеренге воинов, отгораживающих толпу от неё, эти браслеты были в точности такие же, как ей пытались навязать.

В общем, она постаралась передать чувство неуверенности, того, что она тут что-то не до конца понимает и свое желание разобраться. Лео понял свою старшую правильно, но сделал немного по-своему.

Внезапно выросший до плеча хозяйки живой бронированный танк величаво выступил на шаг вперед, осмотрел толпу и подражая Нэстэ издал рык, в котором только глухой не расслышал бы предупреждение и угрозу.

Все же в шеренге вооруженного контингента нашлись не в меру нервные. Нэстэ пришлось усилить эмоциональный нажим на кота, чтобы он не реагировал слишком бурно на пару стрел, ударившихся в грудную пластину и бессильный стук дроби о бронированные пластины кота.

Хоть это и было не просто, пришлось использовать два метательных ножа, демонстративно выхваченных из чехла и отправленных в полёт. Рык в этот раз вырвался из горла сам собой, уже привычно заменяя стон. Зато ножи выбили по щепке из приклада огнестрела и кончика лука неудачливых стрелков.

Яростно заревел местный предводитель, решительно развернувшись к шеренге он несколько раз махнул рукой. И обернулся только когда оба проштрафившихся исчезли в толпе.

Лео еще поизображал из себя несколько мгновений неподвижную мишень, убедился, что желающих повторить подвиг сотоварищей нет, затем нагнул голову и обнюхал обломки стрелы. А что, так наверно поступил бы любой дрессированный кот, в которого кинули тонким прутиком.

Надо отдать должное "воеводе". Он и глазом не моргнул, пока котяра приближался к нему. Хоть на эмоциональном уровне бедолага буквально истекал страхом, но руки держал открытыми и не особенно дергался в процессе знакомства.

У Нэстэ даже немного прояснилось в глазах, на столько удивилась его выдержке.

Кот же приблизился к метровому валуну, каких на площади было разбросано великое множество, и неторопливо поднял лапу, выпуская когти.

Кромкой скрежет не шёл ни в какое сравнение с лязгом железа. Зато глубокие борозды, оставленные в камне, приковали внимание всех ближайших зрителей.

Это в последствии этот валун стал местной достопримечательностью и чуть ли не центром паломничества жителей из соседних селений. А в данный момент на площади воцарилась гробовая тишина.

Воевода с видимой невозмутимостью осмотрел камень, что-то рявкнул в её сторону и полуобернулся к толпе. Его эмоции были столь сильны, что с помощью Лео можно было отследить, как усилием воли он задавливает страх и желание схватиться за оружие. Но он все равно заставил себя повернуться спиной к чудовищу, остающемуся в паре метров.

Умный мужик, а по виду не скажешь. – С ноткой удивления заметила Саяна. – Понял, что железкой перед мордой ниахары махать себе дороже и стал действовать иначе.

– Угу. Оказывается, в том секторе Объединенных миров ниахары действительно очень редкий гость. А учитывая, что местные жители даже себя-то регулярно забывают, при таком знакомстве дело совсем плохо. – Кивнула Нэстэ.

– И все же я не поняла, что там с этим браслетом было?

– Это был родовой браслет. – Поморщилась Нэстэ и сделав глоток из стакана невесело осмотрела сосредоточенные лица девчонок. – А рабства у них действительно нет. Даже такое понятие в этом рычащем языке отсутствует, как и пленный кстати. В понимании колнери чужак – это враг. А враг подлежит уничтожению не месте. Вот только при первой нашей встрече Кэлэс сильно подставился. Два бойца из той троки совсем недавно перенесли свой очередной кризис. Поэтому особыми боевыми навыками не отличались и мало что могли сделать после пинков шнатлия. А вот Кэлэса я достала, причём сильно. Без посторонней помощи он до своего селения не вернулся бы.

– Чужак, едва подросток и ближний бой на мечах, я так понимаю в этом проблема?

– Именно. Для местных сам факт ранения в такой ситуации уже позор, причём сразу на весь род. Ведь Кэлэс был главой. А я ведь уже выдержала поединок со шнатлием, и к тому же была ранена. В общем, добить меня он не мог, исходя из соображений сохранения лица. Для него, как воина, убить потерявшего сознание не самый лучший выход.

– В любой жёсткой системе традиций должна быть лазейка. Это принцип выживания разумной расы. В общем, ему предстоял со мной поединок, но после полного выздоровления. Только так он мог избежать позора.

– И здесь тоже она была. Кэлэс на тот момент был потомственным военоначальником, и что-то вроде военного губернатора. Его род контролирует местное ополчение сразу в нескольких поселениях. А среди них есть два городка. По их меркам очень крупные. Обычно ребята дерутся между собой или с соседними губерниями. Авторитет рода Кэлэса держался в том числе на наличии в его землях Раскола. Твари из него появляются редко, зато регулярно. И войска ему приходится держать в постоянной готовности. Собственно, он и оказался около перехода именно потому что проверял наблюдателя за Расколом. Ну и заодно менял его на другого. У них там в общем неплохо организован контроль за появлением тварей. Оповещение только светом и дымом.

– Ну и как он выкрутился?

– А, все старо как Объединенные миры. Есть процедура приёма в свой род. Кроме брачного союза, разумеется. Процедура самая элементарная. Старший рода вручает тебе родовой браслет. Ты его принимаешь, и становишься пусть не своим, но уже и не чужаком. Ну а проиграть схватку своему сородичу уже нормально. В том позора нет. Не забывайте, что полная амнезия с потерей социальных навыков у них в порядке вещей. И старший вполне может проиграть младшему и в реальной схватке, и в учебной, например, специально поддавшись. Тут главное, что род остаётся боеспособным. Хотя победитель может претендовать на место проигравшего.

– Есть подводные камни?

– А как же без них. Кэлэс собирался дать мне браслет младшего члена рода. Например, такой носят те, кто работает на полях и с военным делом не связывается без нужды. Если бы у него была возможность объясниться, я бы не стала отказываться. Да только со своими пунктиками я по сути отказалась стать его родичем на таких условиях. Причём почти публично, свидетели за занавеской стояли, оказывается, и слышали все наши рыки.

– Это когда ты начала рычать в ответ?

– Именно. Смысла в моем рыке не было, зато все уловили что я категорически против браслета младшего члена рода. – Криво усмехнулась Нэстэ. – Это же целый ритуал принятия в род, принимаемый должен стерпеть угрозу нападения от старшего, подчиниться ему и уж тем более не топать и не угрожать в ответ. А мой ответный рев, в купе с танцем, даже с этим кувшином, практически полностью соответствовал ритуалу объявления о полученном оскорблении. Только без осмысленных слов, но это как раз было списано на незнание языка. В общем, быть бы поединку, после моего выздоровления. Но…

– Мы так понимаем, этому помешал Лео?

– Именно. Попробуйте представить себя на месте Кэлэса: Чужак вдруг оказался не простой девчонкой, пусть и воином, а владельцем животного, чьи когти способны крошить камень, а шкуру не пробивает огнестрел. Такого зверя может укротить только ВЕЛИКИЙ воин. – Криво улыбнулась Нэстэ, интонацией и не без иронии повторяя чужие слова и глядя на развалившегося в ногах кота.

– И как Лео отнесся к идее своего "укрощения?" – Заинтересовалась Ри.

– Да, когда он интересовался мнением посторонних?! По эмоциям понял конечно, что его спутали в очередной раз с домашней животинкой. Так ведь не впервой. В объединённых мирах он часто маскировался под сторожевого кота, чтобы быть со мной рядом в городах.

– Поединка не было, мы так понимаем, браслетик не получила. – Удивилась Лика. – Чем же дело закончилось?

– Ты даже не представляешь ритуал вхождения в род на правах старшего, по сравнению с тем, что было в первый день. – Закатила глаза Нэстэ. – Кэлэс действительно не дурак, к тому же оказался местным правителем, касси по-ихнему. Опыт разного рода интрижек у него был немалый, как вы понимаете. В общем он не стал долго раздумывать. Исходные предпосылки были неверными, да только выводы оказались получены именно те, что нужны, а точнее выгодны прежде всего этому местному феодалу.

– То есть?

– Он опытный и умелый боец. Но только для своих условий. В поединке, я бы его сделала. Мы потом привели несколько спарингов. Их техника полностью адаптирована к необходимости быстрого восстановления навыков после деградации, и, в общем, по нашим меркам никакая. При первом знакомстве он конечно думал иначе. А что именно может сотворить с селением бесконтрольное, к тому же рассвирепевшее животное в случае смерти или ранения хозяина он мог себе представить очень хорошо. Есть у них бойцовые собаки размером с теленка. Их дрессируют зачищать всю вокруг, если хозяин оказывается недееспособным и используют на во время войны или при дальних поездках. Вырезают всех, кто пытается приблизиться к болезному за исключением очень узкого круга лиц.

– Лихо. Это тоже из-за перманентной деградации?

– Наверняка. Животинка эта очень непростая в содержании и дрессировке. Но в случае если ты жив и стал пускать слюни оказавшись, скажем, среди недругов, очень хочется, чтобы тебя кто-то прикрыл до подхода своих.

– Значит, тебе предложили другой браслет? – Вернулась к основной теме Лика.

– Да, тоже родовой, только из тех, что носят воины и члены рода уровня повыше. "Воевода" все равно сохранил лицо, признав меня фактически введя меня в свою семью, а заодно избежал поединка, и как он думал, взбешенного животного на своих землях. К тому же м с ним быстро установили полное совпадение наших устремлений: мне совсем не сдалось влезать в местные интриги и есть огромное желание удрать из его мира, а ему очень хотелось избавиться от меня с Лео. В общем, полное взаимопонимание, так сказать.

– Эмоции?

– Ага, Лео читал его как открытую книгу. Нет, мужик действительно верил, что я вошла в его род и старался расположить к себе. Так, на случай если бы я стала играть более весомую роль в местной политике. Интриги, они там интриги. И воспользоваться мною против него наверно могли. Хотя я с таким не столкнулась.

– А как же рефлексы?

– А браслетики в этом мире не просто так таскают все поголовно? – Приподняла брови Нэстэ.

– Дай подумать. Чужая семья, проживающая отдельно, на уровне этих рефлексов вполне может быть воспринята за чужаков, даже если они родственники. Как там они друг друга определяют, по облику или запаху, я уж не скажу. Но знакомая вещица, сунутая в нужный момент под нос пришлому может смягчить эффект от знакомства, а то и вовсе его нивелировать.

– Ясно, друзьями не станут, но и не подерутся, так сказать. – Подала голос Ри. – Ничего нового в Объединённых мирах. Ну и как тебе этот самозакрытый мир?

– Да так себе. Промышленность на уровне пара и твердого топлива. Транспорта нет, электричества нет, связь в виде барабанов и костров. И это без преувеличения. В общем, я видела миры и похуже. Вот только вспоминать надо очень долго, сразу не назову.

– Весело! А почему ты о них не рассказывала?

– Как не рассказывала? Да вы меня каждый день про миры Бездны рассказывать заставляете. Только там еще и разумных нет.

– Тогда объясни, что ты там делала столько времени? Ну, заполучила браслет местной элиты, ранки зализала, почему сразу не свалила? Не поверю, что не смогла. А родственные чувства к этим чудикам я не поверю.

– Смогла бы. Если честно, меня там не особо и удерживали. Только вот Слимилсы.

– Ящерки с крыльями, размером с ладошку и зубами в три ряда. Ини ещё зерновые жрут как не в себя.

– Они самые. Местные, с их оружием, ещё кое-как справлялись с тварями из Бездны размером с себя и больше. Не без потерь конечно. В схватке с мелким грызликом например, гибель двух-трёх бойцов считается там нормой. Собственно, потому и военные у них на особом счету.

– Ничего себе!

– Именно. Оборона начинается с охраны Расколов. Сами военные это привилегированный класс. А Кэлэс имел авторитет даже среди подобных себе правителей. И в не малой доле благодаря тому, что на его землях расположился стационарный Раскол, регулярно выплевывающий тварей. В общем, от него зависела безопасность соседей. Отсюда и почет, и уважение. Плюс, если вдруг прорывалась стая, он имел право привлекать вооруженные силы соседей.

– И конечно под личным командованием.

– Естественно. Повоюй против такого.

– Ну так причём тут слимилсы? – Недоумевала Лика.

– А ты попробуй мечом достать летающую собачку. Она ведь ещё и зубы имеет, и клыки. И в период гона сама не против закусить гемоглобиновой кровью. При этом ее реакции достаточно, чтобы в полете увернуться от летящей дроби.

Нэстэ сделала глоток и не без иронии посмотрела на лучшую подругу.

– А ещё они селятся колониями и вьют гнезда. Колонии возникают естественно рядом с полями зерновых. А где поля, там и поселения. В Мирах Бездны граничных с миром Конвери, эти твари очень распространены.

– Я так понимаю, ты подрядилась их вывести. – С удовлетворением заключила Лика.

– Меня наняли. Кэлэс как разобрался, чем именно мы с Лео занимаемся, так и нанял. И не вывести, а зачистить поля на его территории. Ну и конечно с условием, что у между делом будут помощники исключительно из его бойцов.

– Экспорт технологии борьбы с тварями в действии. – Понимающе кивнула Дарина. – Судя по твоим словам, они в своем мире станут монополистами.

– Так они и стали. – Пожала плечами Нэстэ. – Ещё при мне стали.

– Наняли, говоришь. – Сузила подозрительно глаза Дарина. – Ты провела там…, кстати, а сколько ты там провела времени?

– Чуть больше трёх месяцев, я не считала. Может четыре.

– Ну, очень интересно. Закрытый мир, почти деградировавший. Ни за что не поверю, что ты заинтересовалась их валютой. Ты же не коллекционер какой.

– Бумажные и прочие деньги, это продукт развитых миров. – Улыбнулась Нэстэ цитируя одного из преподавателей гекаты. – В случае столь глубокой деградации цивилизаций, финансовые системы рушатся первыми. Это даже я поняла. Колнери наглядный пример.

– И чем же они с тобой расплатились, если ты согласилась в этой ж… ой, ну, вы поняли, провести столько времени.

– Золото пользуется популярностью и у диких племён. А колненри, в общем сейчас покажу, я же делала оценку.

Нэстэ ткнулась пальцем в своё колечко. Калейдоскоп маленьких картинок над тыльной стороной ладони никто бы не смог рассмотреть. Но все терпеливо ждали. Колечко их сестры было полно сюрпризов. Но вот управлять им могла исключительно его хозяйка. Причем только вручную.

– Где же это, я не могла все удалить. О, нашла!

На голоэкране пред глазами присутствующих гекатесс, а значит перед всей Гекатой возникло изображение вытянутого, как будто облизанного со всех сторон камня. Сквозь светлую стекловатую корку поблескивало нечто темное, насыщенного зелено-голубого цвета.

– Кажется это изумруд. Только необработанный. – Протянула Дарина под общее молчание. – Только цвет какой-то необычный. Плохо видно под коркой. Они этим с тобой расплатились, необработанным сырьем?

– Да ты знаешь сколько у них огранка стоит? – Тут же возмутилась Нэстэ. – О качестве я же не говорю.

– По мне камень, как камень. Только зелёный. – Хмыкнула Лика.

– А так?

Изображение сдвинулось, чтобы предоставить место для вынырнувших картинок распиленного того же камня. По низу и по бокам нового изображения побежали столбики цифр.

– Это я его уже в Объединённых мирах к ювелиру одному на чёрном рынке притащила. – Давала тем временем пояснения Нэстэ. – Едва не придушил зараза, все пытался цену занизить. Лео только и спас тогда от разборок с его крышей.

– И сколько тебе заплатили таких камешков, и куда ты их дела? – Осторожно поинтересовалась Лика. – Не то, чтобы я жадная, просто в твоих отчетах ничего о ювелирах до сих пор не появлялось.

Она не опасалась реакции Нэстэ на столь щекотливый вопрос, но сильно подозревала классическую ситуацию, что постоянно происходит с подругой, когда дело доходит до финансов.

– О, кстати, хорошо, что напомнила. – не стала разочаровывать сестер по гекате девушка.

Нэстэ торопливо полезла в свой браслет связи. Что-то сопя сверила с данными от кольца, явно скопировала и куда-то отправила.

– Необработанные изумруды у колнери ценятся не очень высоко. – Продолжила она. – На сколько я понимаю, их и добывают там едва ли не с лопатой, прямо с поверхности. Про ручную огранку я уже говорила. В общем, на черном рынке за этот камешек мне дали хорошую цену. И сказали приносить ещё, если будут.

– А где раздобыла не спрашивали.

– Ну, в тех местах это как-о не принято. – Вернула Нэстэ улыбку Сайяне. – Но проследить попытались. Причём весьма настойчиво.

– До Бездны?

– И даже в неё пошли. Но не далеко. Так что даже ноги сумели унести. А платил Кэлэс мне за каждое гнездо, по счету. Правда и гнездышки там были…. – Закатила глаза Нэстэ. – Ни до, ни после этой охоты в Объединённых мирах я таких не видела. Откормленные, многовековые гнездовья и сотни слимилсов. Лео там обжирался ими. Местные боролись с этой напастью в меру своих сил, но никогда до конца гнездовье не истребляли. Не могли просто.

– Тьфу, Нэстэ, мы понимаем, что ты можешь говорить о Бездне и ее тварях бесконечно. – Возмутилась Лика. – Научники этим пользуются во всю. Но все же вопрос был о другом.

– А, камешки? Так я их в местный банк положила. Их прилично набралось. Тащить такую кучку за плечами через все окраинные миры было бы глупо, через Бездну тем более. А банки там, это скорее место хранения ценностей. Тебе даётся железный сейф с механическим замком. Открыть его может только тот, кто придёт с физическим ключиком и назовет вербальный пароль.

– А если ты забыл что-то из этого?

– Твои проблемы. Но в замок вставляется специальная планка, которая ржавеет или гниет в течении ста лет. Сама не проверяла. Но местные банкиры утверждают, что если ты не придёшь раньше, сейф откроется сам. И тогда все его содержимое достается банку.

– Весело. Учитывая их регулярную деградацию, бизнес с у этих банков должен быть на высоте.

– Ну, наверно. Я сочла это более надёжным, чем тащить все в Бездну.

– Так много? – Лика с интересом глянула на замигавший сигнал вызова над камнями. – Я могу предположить кто это. Поделишься разговорчиком или нам отключиться?

– Да чего уж там. – Скуксилась Нэстэ давая разрешение на сигнал. – Можно подумать вы не знаете, о чем пойдет речь.

Голограмма главного экономиста, а по совместительству личного казначения гекатесс сменила изображение камней.

– Приветствую уважаемых гекатесс. Очевидно, что все в курсе причины моего звонка, и спрашивать разрешения на открытый разговор не имеет смысла. – Мужчина осмотрелся, оценивая зрителей и удрученно вздохнул. – Уважаемая гекатесса Нэстэ, я лелею в себе очень слабую надежду, что присланная вами информация об изумрудах, это всего лишь предложение оценить их в какой-то предстоящей сделке, что планируется вами, а не очередная "закладка", о которой вы только что вспомнили.

– Откуда такая странная надежда? – Заинтересовалась Сайяна под смешки остальных. – И на сколько вообще вы оцениваете тот камешек.

– О-о-о, в этот раз надежду в меня вселил мой новый помощник. Он мальчик ещё молодой, всего четвёртый десяток разменял и может позволить себе веру в чудо. Вот и меня в свою веру потихоньку перетягивает. А что до второго вопроса, то в последние месяцы цена на изумруды бьет все рекорды.

– И есть тому уважительная причина?

– О да. На рынках Объединённых миров появились очень качественные изумруды с необычным оттенком глубокой морской воды. Поставщиком их является один самозакрытый мир, внезапно решивший вернуться в "дружную семью народов…" м-мда, так вот, это крайне редкая разновидность изумруда. Есть две разновидности таких камней. Чистые, очень качественные и насыщенные цвета, и его подразновидность с мелкой блесткой, создающей ощущение звездного неба. Мир Луарви вообще единственный поставщик этих камешков. Так что рынок Объединенных миров был и останется голодным долгие годы. Ну а возникший интерес к этой разновидности, как водится, подстегнул цены и на классические камешки.

Мужчина замолчал и подозрительно осмотрел всех, прежде чем сосредоточиться опять на Нэстэ.

– Кажется, у лорда Салейского вчера был весьма насыщенный урок. Даже до меня дошли слухи о каком-то скандале в дипломатическом ведомстве.

– Похоже старания нового помощника канули в Бездну, и мы наблюдаем как вера и надежда загибаются на корню. – Нейтрально прокомментировала Сайяна.

– Гекатесса Нэстэ, ведь вы не были в самозакрытом мире, там невозможно выжить чужакам. Это аксиома известная всем охотникам за камнями.

– Невозможное наше все. – Сайяна была в ударе. – А, слышать такое о нашей Нэстэ, так и вовсе обидно. И вообще, она ведь не ювелир, чтобы владеть их тайными знаниями.

– Но как? Когда?

– Интересные вопросы, ответ на который мы уже частично получили. Но для лучшего казначея Гекаты остался не озвученным ещё один "Сколько?".

Сайяна весело перевела взгляд на сестру по гекате. Все остальные тоже замерли, наблюдая как Нэстэ снова потянулась к кольцу. Информацию на этот долго искать не пришлось.

Замелькавшие изображения быстро сложились в горку облизанных камней, над которой высветились колонки цифр.

– Здесь в весовых мерах колнери, вот здесь перевод. – Со вздохом пояснила Нэстэ. – А остальные колонки, это характеристика каждого камня: его тип, чистота, цвет, насыщенность и прочее. Мне сказали, что ювелиры должны разобраться, так как систематику за годы самоизоляции не меняли.

– Честно говоря, я была уверена, что никогда в жизни не увижу нашего невозмутимого казначея в таком ступоре. – Санира не стесняясь любовалась происходящим. – Прямо вечер разрушенной веры получается. У каждого своей. Так что скажете, ниэл Мардарион? Мы все с нетерпением ожидаем вашего вердикта.

– Я думаю, что крылатая управляющая латтории сможет завершить задуманное переоборудование гнезда, не прибегая к помощи кредитных организаций, гекатесса Нэстэ. Если я правильно перевожу цифры, вам стоит прервать оформление документов на кредит.

– Ого? Если учесть размах Амани, я начинаю напрягаться. – Рассмеялась Лика.

– Нэстэ, одна ты туда не пойдёшь. – Перекрыл всеобщий гомон голос Рианны. – Даже не надейся.

– Как ты себе это представляешь? – Уныло поинтересовалась та. – Вы там и сотни метров не пройдете как сцепитесь с местными. А одну меня пропустят безо всяких проблем.

– Ри не за тебя беспокоится, а за местных. Вдруг они уже подзабыли тебя. До следующего приступа ведь могут и не дожить.

– Да ладно вам!

– Что ладно? Это Кэлэс воображает, что ты с ним только здороваешься. Шнатлии вот не поняли, и столько лет пытались спросить у тебя разъяснений.

– Теперь у тараканов на один клан меньше. – Поддержала Сайяна.

– Да ну вас! Ри, если кроме Лео ещё Барика возьму, отпустишь?

– Сначала поговорю с этим Кэлэсэм. – Решила её высочество. – Сайяна, займись поездкой. Только пятерки сопровождения. Выдвигаемся послезавтра.

– Ну вот, опять в путь по местам былой славы. – Вздохнула Лика. – Хоть тут её не считают посланницей богов.

– И с правителями мира я тоже не знакома. – Попыталась отшутиться Нэстэ.

– Да, феодал местного разлива, это как-то не твой масштаб. Даже если он полномочный посол. – Согласилась ее высочество. – Сайяна завтра свяжется с ним по поводу встречи через нашего консула.

Девушка спокойно кивнула, и внесла какие-то указания в свой браслет связи.

– А ты не отвлекайся, мы до сих пор не услышали, как ты добралась до карточек.

Нэстэ снова поморщилась. Отвлекающий маневр с финансистом не удался. Подруги уже на столько успели изучить её повадки, что попытка переключить всеобщее внимание осталась без комментариев. И как только голограмма казначея исчезла, все снова уставились на неё.

Нэстэ в который раз пожалела, что в гекате такие авральные выезды стали нормой. Девушки только наметили сроки и ничуть не обеспокоились со сборами. Все сделает назначенная ответственная. Если потребуется, она позовёт кого-то ещё из них. Но завтра.

– Да никак я не добиралась. Я вообще не подозревала обо всем этом. Их проблемы с приступами меня не касались до поры и все происходило само собой.

Смиряясь с неизбежным продолжением рассказа, Нэстэ опять стала хмурой.

– Мы с Лео уже с десяток гнезд вычистили. Когда на нашу группу напали.

– Вот те раз! Кто?

– Соседи. Подловили, когда мы пограничные поля отрабатывали. А что? Отряд совсем небольшой был: Я, Лео и Кэлэс с десятком своих бойцов. Помощи от последних если честно никакой, одна морока. Но Кэлэс настаивал на обучении бойцов, вот и приходилось терпеть.

– Чего соседи не поделили?

– Так меня и не поделили. – Снова скривилась Нэстэ.

– Подробности будут? Что значит тебя?

– А то и значит. Слухи до них дошли, что у Кэлэса появился родич, спец гнездышкам. Куда не придёт, слимилсов всех под корень выводит. Выждали, проверили что все правда, ну и вместо того чтобы нормально договорится решили похитить.

– Э: э-э, тебя, вместе с Лео? – Озадачилась Лика в попытке представить такое. Получилось похоже плохо и она встряхнула головой. – И сколько было самоубийц.

– Три пятерки. Но командовал ими совсем уж полный неуч. Вся тактика у него оказалась построена на том, чтобы навалиться скопом из засады. Причём даже резерв и прикрытие для отхода не оставил.

– Да ладно! Они же там постоянно воюют между собой.

– Нет, не воюют, а делают вот такие стычки. Только в этот раз все пошло не по плану. Лео учуял засаду ещё на подходе. Местные вообще в эмоциональном плане фонят как лампочки в темноте. Кэлэс пятерку выслал, чтобы перекрыт им отход. А сам от огнестрелов укрылся за Лео. Я разрешила, а кот счел это забавным. В общем похитителям пришлось драться в рукопашную. Еле сумела остановить ту бойню. Трое погибших с нашей стороны, семеро со стороны нападавших. Вот и весь счёт. Кэлэс был в полном восторге от такой "великой" победы. Он на радостях даже согласился отпустить выживших.

– Ну, хоть так. – Озадаченно протянула Лика.

– Все так, вот только командир нападавших оказался на грани срыва. А через него и остальные в отряде на подходе. А Кэлэс в своем восторге общался с ним достаточно долго, чтобы запустить процесс и у себя.

– Ничего себе.

– Я бы наверно ничего и не поняла. Но мой наниматель действительно оказался силён. Он сразу как просек что произошло, повязал своих парней. Сам продержался на одной силе воли вдвое дольше остальных. И успел объяснить мне что да как. Рассказал и про хранителей и их функции. Как их найти и что говорить.

– И ты потащила их в селение.

– Только Кэлэса. Он ещё держался, пока я его вязала. Под конец только полностью "уплыл". В общем, взвалила его на спину Лео и пошла. Остальных через несколько дней уже подобрали жители ближайшей деревни.

– Успели?

– Нет, тут главное время. – Вздохнула Нэстэ. – Пара часов с момента как накроет ещё есть, а потом все. До слюней и угуканья сразу не доходит. Но остаются только рефлексы выживания. В таком состоянии на спине Лео я бы только одного смогла удержать. Мне пришлось выбирать.

– Это вообще чудо, что ты его то смогла вывезти.

– Наверно. – Нэстэ ещё раз вздохнула. Подруги считали, что ей не в чем оправдываться. Вот если бы ей такую уверенность.

– Хорошо, а что в селе?

– Там сразу к хранителю. Им оказался совсем уж глубокий старик. Пережил четыре личных приступа, которые успел купировать. Сколько массовых деградаций и не считал. Он помнил ещё рассказы своего отца. В общем опытный был пройдоха. Все просек сразу. И Краэса и меня. Сам заперся в доме. А мне выставил как раз те самые пиктограммы. И через дверь объяснял, что и как надо делать. Кэлэса заставил поместить у самой глухой ограды. Я бегала от него к дверям, рассказывала про реакции Кэлэса. Он вносил поправки в мои действия. В общем провозилась дней пять.

– Круто!

– А что мне было делать? Договор у меня был только с Кэлэсом. Расчеты он вел честно, но тоже лично. Отключись он совсем, мне не то что заработанное не унести, самой чтобы до Раскола пройти пришлось бы положить пару деревень.

– Ясно, досталось тебе. – Закивала головой Сайяна.

– Да вы не поняли, с Кэлэсом мне действительно повезло. Он ещё узнавал меня даже, когда я первую картинку показала. Говорил правда с трудом, как пятилетний ребёнок. Но зато помнил даже кто он такой. Ну, как ребёнок помнил и понимал, что с ним произошло. Так что тут все нормально было. Зато было время пообщаться с хранителем. С пациентами тоже надо разговаривать как можно больше, чтобы ускорить восстановление. Желательно на их семейные и профессиональные темы. О семье Кэлэса болтать как-то не хотелось. А вот как с местным военоначальником очень даже. Я даже смогла убедить его связаться с напавшими на нас соседями.

– И как там?

– Там эпидемия вошла уже в полную силу и захватила несколько поселений. Хранители там тоже были, но оказались на грани срыва. Только слимилсы ведь никуда не деваются. А если оставить гнездо на соседнем поле, вся моя работа через годик на смарку пойдёт. В общем, сразу как Кэлэс пошел на поправку, пришлось тащиться к соседям.

– И начинать с этих же пиктограмм?

– А с чего ещё?

– Ну да, деградировавшие и ничего не помнящие заказчики не заплатят. Слава Единому. – Выдохнула Дарина. – Я уж начала думать самое худшее.

– Что наша Нэстэ занялась благотворительностью? – Не без ехидства покосилась Лика на сестру.

– Я потом ещё несколько более крупных поселений, почти городов посетила. – Серьезно кивнула Нэстэ, ничуть не смущаясь своей меркантильности. – Уже целенаправленно посмотрела там комплекты пиктограмм. Ну а дальше ничего сложного. Выбрала одинаковые, для начала. Потом с мелкими отличиями. Предположила, что расхождение между ними возникло из-за перерисовки. А когда нашёлся изначальный комплект, он случайно у одного в архивах являлся, стало и совсем просто.

– Для кого как.

– А что мне оставалось делать? Кэлэс уже планы строил на выезд в крупные поселения. Если что, мне же от туда было не выбраться. – По-своему поняла замечание Нэстэ. – Калнери же действительно считай несколько раз взрослеют за свю жизнь. Вот за столько лет и не могут объединил все, что накопилось. В общем я собрала свой комплект пиктограмм. Не бегать же мне по каждому хранителю. Главное, что он был совсем небольшим и действовал на всех землях.

– И что, за какие-то три четыре месяца ты весь мир объездила? Без техники?

– Зачем. Я побывала только в землях Кэлэса и пограничных селениях. Ну, ещё перед самым уходом зачистила гнезда на побережье местного моря. Они там под парусами ходят, представляете?! Береговые скалы идеальное место для гнездования слимилсов. Огромная колония, к которой местные забыли даже когда подходили в последний раз.

– Ясно, мы поняли. – Поспешно вклинилась Лика. – Давай подробности разборок со стаями слимилсов отложим на потом. Ты дальше рассказывай. Ты говорила, что снимала тот фильм?

Нэстэ снова с досадой скривилась. Она даже не скрывала, что была бы рада обойти эту тему стороной.

– Тут действительно все просто.

Когда Кэлэс, здоровый и в доброй памяти, появился в дверях очередной забегаловки, где Нэстэ выделили приличную по местным меркам комнату, она сразу напряглась.

Местный работодатель с функциями феодала самого махрового разлива, улыбался очень редко. А тут лыбился во все свои клыки.

– У меня свадьба? – Торжественно возвестил он прямо с порога.

– Поздравляю.

Нэстэ озадачилась, но не сильно. Ту, с кем Кэлэс желал дальше идти по жизни, как здесь называли семью, она знала. Никакого собственного мнения о девушке она не имела и никогда не говорила на эту тему. Не интересно.

– Я прошу тебя присутствовать не ритуале выбора.

– Зачем? – Ещё больше зависла девочка.

Ну не в столь уж дружественных отношениях они были с ним. Кэлэс видел в ней выгоду для себя и не скрывал, что мечтает о времени, когда она научит его бойцов воевать с тварями и уйдёт в Раскол. Сама она также всеми силами старалась выполнить свою работу и свалить из ненавистного мира. Особенно в последнее время, когда в снаряжении закончились средства от блох.

– Блох? – Удивилась Сайяна.

– Блохи, вши, гниды и всей остальной пакости, как внешние, так и внутренние – Тут же передернулась Нэстэ. – Мы даже не замечаем, насколько хорошо, когда их нет. Под конец у меня вышел весь запас средств от паразитов.

– Так ведь Лео…

– Лео может кое-что имитировать, но его яды эффективны как боевое средство в Бездне. Можно было бы травами воспользоваться. Но ведь их ещё собрать надо, разобраться какие работают, какие нет. Местные с этим почти что не могли помочь. На травницу надо долго учиться. Конечно в каждой новой комнате я просила своего кота поработать дезинфектором. Но всегда что-то остаётся. Ночью, пока ты спишь, если не к тебе в постель, то в одежду залезут.

– Не повезло тебе.

Многие из подруг передернулись. Явно пытались представить себе, как это кто-то ползет по тебе и время от времени отгрызает кусочки кожи.

– Мне не сразу удалось научиться всему. Если не хочешь спровоцировать агрессию, приходится контролировать все. От речи, звуков, интонации, до мелкой моторики, жестов и даже поз. И все это делать постоянно, даже если остаешься одна. Были случаи, когда служанка в трактире случайно зашла и бросилась. Едва отбилась. А тут эти блохи. Под конец меня это все уже бесить начало.

Нэстэ кинула хмурый взгляд на неё и вздохнула, возвращаясь к рассказу.

– Кэлэс прекрасно знал об этом. Сам ведь занимался со мной контролем. – Нэстэ невесело скривилась.

Недоумение охотницы Кэлэс развеял сразу. Он ничуть не изменил своих планов на её счёт. Группа чистильщиков практически готова и уже провела несколько самостоятельных зачисток. Результат превосходил все его ожидания. И главное, уже поползли слухи и отзывы об их работе. Лишние конкуренты в столь перспективном деле ему были не нужны.

– И зачем я тебе нужна там? – Нэстэ настороженно наблюдала за непривычно мнущимся мужчиной.

– Я знаю, что там, откуда ты пришла можно записать на специальный кристалл происходящее вокруг, а потом просматривать это.

– Голоролик называется. – Кивнула Нэстэ. У меня тоже такие есть. – Бывают двух видов, плоские, обычные картинки как на стене, и трехмерные, как в театре.

– Во, я хочу такую запись.

– Для этого нужно специальное оборудование. – Со вздохом, как маленькому попыталась объяснить Нэстэ.

– Я знаю. – Нетерпеливо рыкнул тот. – Нам с Архар-рьи повезло. Он ходил за пелену на охоту.

Тон работодателя Нэстэ совсем не понравился. Всякий раз, как он вот так начинал маяться, ей приходилось менять свои планы. А уж упоминание охоты за пеленой, синонимом Бездны в местном языке, и вовсе испортило настроение.

– И что, твари теперь бегают с оборудованием для голосъемок?

– Нет, но они совершенно случайно встретили такого же как ты человека, и у него есть аппаратура для записи. И этот разумный оказался столь любезен, что принял предложение сделать запись нашего ритуала выбора спутника жизни. Архар-рьи абсолютно уверен, что станет победителем в ритуальной схватке и невеста выберет его.

– А я тут причём? – Все ещё не понимала Нэстэ. А вот выражение лица собеседника ей совершенно не понравилось. Ритуальная схватка, это конечно здорово, но причем тут настолько злобный оскал.

– Этому человеку нужен помощник. А кто ему из нас может помочь?

Здесь спорить было трудно. Местные скорее прирежут чужака, прежде чем он успеет выдать хоть какие-то указания. Она сама не в счёт. Её уже признали за своего не только из-за браслета. Регулярные схватки теперь происходили только в удалённых поселениях. Как правило и вовсе хватало тренировочных поединков с Кэлэсэм. На каждом новом месте у них с ним даже свой ритуал выработался. В первый же день на открытом дворе провести тренировочный бой. Потом "вождь местных народов" толкал краткую речь, с предложением всем желающим попробовать свои силы. Всегда находился один или два бойца из местной охраны. Короткие схватки заканчивались легкими царапинами и вмешательством работодателя. Все представление заканчивалось заявлением, что за последствия схваток вне тренировок ни он, ни его охрана не несет. А его сородич, то бишь она, в праве использовать в качестве охраны своего кота.

Нэстэ озадаченно почесала висок и с досадой выдохнула. Незнакомый пока еще бедолага- оператор, действительно угодил в переплет ни за что. Как он вообще оказался в Бездне, да еще на охотничьих тропах калнери было не понятно. Но ей уже было понятно, что Раскол, вокруг которого они плясали последние пару дней, снова уходит на второй план.

– Хорошо, я переговорю с этим человеком. Если смогу, то помогу. И после этого я уйду отсюда.

– Архар-рьи обещал ему за хорошую запись безопасный выход за пелену. Я тоже пообещаю. Ты ведь сможешь вывести его в ваши миры?

Что? Одного человека, без подготовки и минимум через три мира Бездны, в двух из которых сейчас период миграционных волн?! Нэстэ невольно сжала зубы и выдала ставшим привычным здесь рычание.

– Подожди, я заплачу тебе за него.

– Ты сказал, что он с оборудованием. Такие люди почти не владеют оружием и не умеют драться. – Нэстэ едва сдержиывалась. Но с Кэлэсэм нельзя ругаться. – Они не занимаются этим.

– Верно, он совсем беспомощный. – Хохотнул Кэлэс. – Архар-рьи был вынужден несколько раз спасать его в отряде. Он не смог увернуться от удара даже когда нападавший заранее предупредил его.

Нэстэ с шумом втянула в себя воздух и задержала дыхание на сколько вообще могла. Это был проверенный способ сдержать раздражение.

– Так ты хочешь, чтобы я еще и охраняла его?

– У тебя получится. – Убежденно заявил этот… "феодал". – Моя охрана его рано или поздно прирежет случайно. Два кристалла.

Нэстэ мрачно посмотрела на продемонстрированную плату и осторожно выдохнула. Кристаллы были небольшие, продолговатые, длиной почти со средний палец на руке. Неплохая плата за контракт без гарантий с ее стороны.

– Один за охрану, два за сопровождение в Бездне, один за работу помощником и переводчиком. И того – четыре кристалла или ищи кого другого.

– Идет. – Нэстэ с досадой поморщилась. Опять продешевила. Местные кроме своей неконтролируемой ярости отличались еще и поразительной упертостью. Если уж тому же Кэлэсу что приходило в голову, он был готов переплатить в разы, но добиться своего.

– И плату за береговые гнезда ты выдашь мне сейчас, а не пперед уходом. – Все же решила она выставить условие.

– Идет. Но пусть мои воины проведут зачистку самостоятельно, под твоим контролем. – Ухмыльнулся этот…

Нэстэ сморщилась как от зубной боли, но согласно кивнула. За свою работу она привыкла отвечать. И если уж назначать экзамен в реальных условиях, то лучшего места не найти. Они вообще вынуждены были застрять тут, очищая сразу три береговых поселения. Колония слимилсов здесь оказалась особенно крупной и напоминала колонии в мирах Бездны не только своей численностью. В прибрежной колонии успели поселиться Рисы и вискиллны. Постоянные квартиранты летучих тварей. Ползающие, сильно смахивающие на земных варанов, с удовольствием использовать хозяев колонии в пищу. При этом они охраняли территорию гнездовья как свою собственную жизнь. В том числе и от двуногих. До этого момента эти твари как-то не встречались им.

Нэстэ честно предупредила, что, если в скалы пойдут ее ученики, без потерь им самостоятельно с проблемой не разобраться. Собственно так оно и получилось. Из ушедших трех пятерок через сутки вернулись только двенадцать. И то, только благодаря их с Лео защите. Пришлось задержаться, дать парням немного прийти в себя, объяснить, что и как. В общем, пришлось учить их ещё и групповой охоте на скальных тварей.

– Завтра пойдут в скалы. Первые завалы мы с Лео зачистили. Дальше в распадках должны уже справиться. А мы прикроем.

Своего нового подопечного она увидела спустя пару дней, потраченных на дорогу. Как и предполагалось, он действительно шёл с караваном торговцев через Бездну ради очередного репортажа. И, как водится, проводники выбрали не самое удачное время. Сначала по ударил ураган. Торговец был к нему готов и успел увести караван в укрытие. Но непогода затянулась на несколько дней. А потом местные твари учуяли свою добычу. Дальнейшее можно было не слушать. Сколько таких рассказов Нэстэ слышала, не перечесть. Спасаясь от тварей, многие путники совершали эту ошибку и сходили с тропы уходя в сторону. Попавшийся калнери человек оказался одним из таких паникеров. Охотники наткнулись уже на остатки группы бедолаг, доживающей последние дни. И если бы не странное оборудование, они бы добили и этого парня.

Нэстэ мрачно слушала сбивчивый и совсем не интересный рассказ бедолаги и думала, на сколько все же он везучий. Ведь действительно, от каравана он отбился в составе десятка пусть и запниковавших, но все же владеющих оружием разумных. Сам он драться не умел от слова совсем, в Бездну полез ради обещанного гонорара. И знал о ней только то, что тварей привлекает кровь. А значит нельзя допустить на себе даже царапину.

Весьма распространенное и крайне ошибочное мнение. Но на первых порах оно действительно работает. Никакое отсутствие царапин, равно как и всякие мази, травяные настои что внутрь что наружу не помешают тварям учуять добычу. Но все же в первую очередь они лезут на самый сильный запах. А свежая рана пахнет очевидно сильнее. Вот и получается, что парень выживал благодаря тому, что находился среди израненных спутников и старательно берегся от всего, что могло его поранить. И оружия в руки не брал. А когда их прижали, появился отряд калнери. Раненных они попросту добили сразу, как только те попытались заговорить. А этому чуду на двух ногах повезло еще раз. Старший группы был другом Архар-рьи и более того, собирался сойтись с ним в ритуальном поединке за внимание избранной самки. И он тоже разделял желание запечатлеть сие событие для потомков. И он уже имел опыт общения с чужаком, и даже пропустил парочку хороших ударов в нешуточной схватке с Нэстэ. В общем, командир отряда оказался достаточно тренированным, чтобы сквозь пелену злобы разглядеть странные приборы. Которыми прикрывался чужак и узнать их. Древние книги с картинками в этом мире все же сохранились. И Архар-рьи смотрел их вместе с Кэлэсэм когда-то.

А теперь, как выяснилось, у этого выжившего оператора не оказалось помощника, канувшего где-то в Бездне. И надо же такому случиться, что среди не в меру агрессивных местных жителей не способных даже разговаривать с чужаком, нашлась некая девчонка, вполне неплохо изъясняющаяся на местном наречии и всеобщем.

Долговязый парень лет эдак за тридцать, не вызвал особых эмоций у Нэстэ. Обычный человек, из окраинных миров, занимающийся мало понятной профессией видеооператора. Ничем не примечательной внешности, с патлами до плеч. По его замызганной одежде и следам грязи Нэстэ могла бы наверно целую лекцибю прочитать о тварях того места, откуда выловили жертву собственной паники. Сдерживая привычное раздражение она мегло осмотрела проплешины от кислотных ожогов, дыры в нескольких местах, явно от зубов и располосованные штанины. Правая побывала видимо в кустарнике, по крайней мере зеленый сок на полосках ткани говорил за это. А вторая умудрилась спасти от когтей трехпалой лапы. Как при этом осталась цела кожа на ноге, даже для обпытного охотника останется загадкой.

Как оказалось, парень к тому же обладал самым нелюбимым Нэстэ недостатком, он был говорливый даже больше чем местные сплетницы. Его доставили в то же селение, в котором поправлялась она сама. Так что местное население имело опыт общения с чужаками и даже честно пыталось довести до бедолаги как ему повезло оказаться именно здесь, где его не будут обивать… сразу. Получилось откровенно плохо. Нэстэ смогла оценить выдержку местных и могла сказать, что даже зауважала их. Ну в самом деле, за несколько дней гостевания произошло всего пяток срывов со стороны служанки. Другие к пленнику не заходили. Если учесть, что первый опыт общения с калнери у парня был с менее терпеливыми охотниками, он ещё хорошо держался. Нэстэ даже зауважала его. Вот только если бы не его говорливость.

Кеврил, так звали беднягу, отнесся к ней как к родной, ну или святой. Ещё бы, человек, свободно разгуливающий среди местных. Общается с ними, разговаривает, и даже смеется. И при этом, это надо же так случиться, заговорила с ним на всеобщем. И что удивительно, на неё не нападают, не рычат и вообще, относятся очень даже уважительно.

– Ты говоришь на всеобщем? – Выдал страдалец вместо приветствия сразу, как она сказала "здрасте" на входе.

– И даже без акцента. – Хмыкнула Нэстэ. – И ещё на нескольких языках.

– Слава Единому! – Вскинул тот руки к небу. – Здесь все же нормальные люди.

– Целых двое, включая нас с тобой. – Не сдержалась от реплики Нэстэ.

– Д-двое? А в городах?

– Мы в городе, чтобы ты по этому поводу не думал. Причём в довольно крупном по местным меркам городе. Можешь выглянуть, снаружи центральная площадь.

Мужик потерянно обвел взглядом все, что модно было увидеть с порога за откинутой тканью. Проходившая мимо по своим делам женщина поняла его взгляд все по-своему.

Рев раздавшийся из глотки Нэстэ перерыл шипение нападающей. Она резко изменила направление атаки и тут же покатилась в пыли, вскочила, стряхивая вывернутую руку и разразилась гневной речью, для постороннего сложной помесью рычания свиста и шипения наложенного на какой то гул.

Нэстэ не осталась в долгу. Короткая перепалка, попытка новой атаки, но только попытка. Чтобы добраться до чужака надо было пройти мимо девочки. Чего женщина явно не желала.

Кеврил поспешно отшатнулся обратно вглубь комнаты и чисто профессионально отметил насколько ловко в свою речь новая знакомая вложила несколько аккордов извлеченных из маленького, с ладошку инструмента, закрепленного на поясе.

– Ладно, давай посидим в хижине, пока ты ещё кого-то не спровоцировал. – Проворчала недовольная девочка, с силой опуская завесу на входе.

– Что ты ей сказала?

– Что теперь ей придётся иметь дело со мной. – Сморщилась Нэстэ.

– Мне не кажется это серьезной угрозой.

– Я и не угрожала. Это было предупреждение и констатация факта.

– И они к нему прислушаются?

– Все наши соседи меня хорошо знают. – Равнодушно пожала плечами Нэстэ. – Так что постараются держаться в стороне. А остальные, это их проблемы.

– Слушай, а ты кто?

– Я Анаста, и я охотник за тварями. А здесь и сейчас я выполняю заказ по очистке территории.

– Одна? Ты не слишком молодая для этого. – Засомневался парень.

Нэстэ только вздохнула. Ну надо же, его только что едва не пырнули столовым ножом, а он еще кочевряжится, критикует что-то.

– Я не одна. Охотится мой напарник, а я его проводник. – Выдала Нэстэ вполне официальную веосию. – И мой напарник не человек.

Парень немного успокоился. В принципе все было логично. Она ведь говорила что из людей их в этом мире двое. Ее напарник не человек, скорее всего взрослый охотник где-то выполняет заказ, а на это время девочку оставили среди местных.

Собственно ему было все равно. Главное, что теперь рядом есть обещанный помощник. Для него это переводчик, который к тому же может что-то подержать, принести из оборудования или просто отвадить местных жителей. А с последним проблемы были очевидны.

Нэстэ честно попыталась объяснить, что, к чему и результаты своих наблюдений. Но что может объяснить взрослому человеку подросток? Да и как за один вечер научить чужому языку? К тому же выяснилось, что выдать рычание, по недоразумению называющееся здесь языком, глотка парня не могла.

– Нет, когда издаешь горловой звук, нужно язык оттянуть назад, а кончик отодвинуть от зубов, и вообще не прижимай его к небу. – Это было в самых первых попытках научить правильно произносить приветствие, хотя бы самое простое.

– Да не касайся ты зубов, он должен быть свободен. Да как ты сжимаешь зубы… – Это было спустя полчаса, одновременно с "адалчяющимся" из комнаты прохожим.

– Да…, не так… Я же…… – Закончился первый урок.

И так не безграничное терпение Нэстэ, и весьма потрепанное за время пребывания в мире калмеков, очень быстро сдалось. Тем более, что одновременно с уроком местного Языка ей то и дело приходилось отваживать желающих по-своему пообщаться с тем, кто столь неуважительно относится к их прекрасному языку.

Поэтому она устроилась около полога, заменяющего дверь, а горе ученик у самой дальней стеночки внутри.

Все закончилось, после того как ей пришлось отсутпить внутрь комнаты, чтобы встретить очередного посетителя из числа воинов Кэлэса. посещение с улицы ворвался один из тех, кто здесь носит доспехи.

Кеврил широко раскрытыми глазами наблюдал скоротечную схватку между крупным воином в лязгающем железе и своей новой знакомой.

Как выяснилось чуть позже, до этого момента он даже не понял, что девочка вооружена.

Отчетливый скрежещущий звук, резкий уход в сторону, заставляя противника развернуться и уйти с линии атаки на зрителя.

Кеврил дураком не был. Жизнь в окраинных мирах многому учит. В частности, и тому, когда лучше не мешать. Он поспешно забился как можно дальше, при этом не отводя глаз от начавшегося ристалища.

Нэстэ легко разорвала дистанцию, заставив противника отшатнуться от клинка перед глазами, снова ушла вбок, поднырнула не принимая удар и тут же выпрямилась уже немного позади него.

Нападающий что-то рыкнул, начав разворачиваться. Странная неловкость в этом движении была едва заметна. Но он точно уже не успевал. Тонкое лезвие какого-то странного серого ножа было остановлено рыком ворвавшегося местного правителя.

Немая сцена продлилась доли секунды. После чего девчонка что-то фыркнула гостю и спокойно отошла в сторону, деловито принявшись приводить одежду в порядок.

Собственно, наблюдая как молодой воин принялся что-то порыкивать и разводить руками, Кеврил обратил внимание на порезы в его одежде под коленкой, уже начавший сочиться кровью.

Девчонка все-таки достала своего противника. И судя по тому, как бедолага старался разгрузить ногу, там была не простая царапина.

Происшествие закончилось коротким разговором с девочкой, пристальным взглядом на него, заключительным рыком и раздраженно отброшенным пологом, медленно вставшим на место.

– Пожалуй на этом нам стоит с языком закончить. – Подытожила Нэстэ сразу, как они снова остались наедине. – Тебе лучше следовать правилу: "много молчишь, дольше живёшь".

– Что он тебе сказал?

– А что он мне скажет? – Недоуменно нахмурилась Нэстэ.

– Ну, это же из-за меня была драка.

– Из-за тебя. – Кивнула та. – Ты между прочим, вместо мирного приветствия послал подальше маму всех, кто тебя мог услышать. Вот парень и взбеленился. Дурной ещё, совсем молодой. Не может себя контролировать. Надо было оглушить. Да я не сообразила сразу. Едва не прибила парня. Надеюсь сухожилие на ноге заживет нормально.

– Мне кажется, ты тоже иногда охотишься на тварей. – Пробормотал парень и невольно вжался в стенку, когда полог пришел в движение.

Уж лучше бы это был очередной местный.

В образовавшуюся щель сначала просунулась кошачья морда. Вроде ничего страшного, если не вспомнить о том, что местные используют в качестве сторожевых животных, похожих на собак. Кеврил сначала и подумал, что не все ещё видел в этом поселении.

Только из-под полога в комнату вошёл кот, по белоснежной шерсти которого каскадом пробегали сверху вниз золотистые искры. И как известно в Объединенных мирах даже ребёнку, этот отличительный признак принадлежал только одному существу во всех мирах что населённых, что в Бездне.

Ниахара была чем-то сильно недовольна, её длиннющий хвост загнулся на манер скорпионьего и недвусмысленно демонстрировал клюв. Причем не кому-то, а именно ему, Кеврилу.

– Ну вот, ещё и Лео разозли. – Вздохнула девчонка без особых церемоний хватая исчадие Бездны за ухо.

– Это и есть твой напарник. – Чуть ли не шепотом обвинил Кеврил свою будущую помощницу по съемкам.

– Ага, правда лапочка?

Кеврил был не согласен категорически. Особенно когда обнаружил, что чем-то разозленный кошак успел выпустить еще и когти, которые благополучно погрузились в утоптанный землянной пол.

– Да, особенно когда спит. – Неуверенно попытался согласиться он.

– Не, когда Лео спит, приближаться к нему кроме меня лучше не стоит. – Серьёзно предупредила та. – Это хорошо, что он успел поохотиться и теперь сытый. В округе совсем не осталось тварей и Лео приходится уходить все дальше от селения.

Кеврил неожиданно для самого себя окнчательно успокоился. С Ниахарами он встретился в первые в жизни. Но много слышал о них. В том числе и об охотниках за тварями, работающими в паре с этими страшными животными.

Известно, что охотники стараются заполучить котёнка ниахары. Причём если есть возможность, не для себя, а своего ребёнка. Пара охотник-ниахара, это почти стопроцентная гарантия благополучия для всей семьи охотника. Украсть котёнка уже имеющего связь бесполезно. В этой ситуации есть только один недостаток. Чтобы использовать подросшего котёнка для своих целей, родители вынуждены привлекать к опасному ремеслу своего ребёнка как можно раньше. Скандалы, когда подросток начинает охотиться самостоятельно, иногда всплывали в прессе. Собственно, отсюда такие подробности Кеврил и знал.

Очевидно ведь, что он столкнулся именно с таким случаем. Где-то в голове даже крутилось про странную девочку с котом, оставшуюся без родителей, иногда возникающую то там, то сям. Торговец ведший караван сильно досадовал, что она не бывает в этих местах. Он ее еще называл как то…

– Так ты Живущая в Бездне? – Наконец выдохнул парень.

– Ну, меня так в другом месте называют. – Сразу напряглась та.

Кот, основательно разомлевший под её руками, приподнял голову, а белый и пушистый хвост заново сформировал клюв.

Впрочем, дальнейшей трансформации не последовало. Жуткое создание явно не считала Кеврила за серьёзного противника. Чему тот мог только порадоваться.

– Я все же работаю в сфере информации. – Поспешил он с объяснениями. – Про тебя была заметка. И в караване о тебе говорили.

– Да? И где же я засветилась так?

– В каком-то из миров в восточном секторе. Заметка была о караване, что ты провела через Бездну, когда почти вся охрана была перебила.

– Восточный? Да, что-то такое было, с год назад, кажется. Караванщик мог бы и больше заплатить за спасение своего товара. – Прищурилась девчонка. – Ну хорошо, в тех местах меня часто называют так. Это что-то меняет?

– Нет, просто я рад с тобою познакомиться.

После выяснения личности новой помощницы, Кеврил стал много спокойнее. Столь заметную перемену в своем поведении он сам объяснил немного позже. Ему было обещано возвращение, но не только до ближайшего Раскола. Колнери не сильно волновались о судьбе чужака и провожать его до Перехода в обжитой мир никто не собирался.

Парень не обманывался на счет своей способности выжить в Бездне. И появление проводника с именем, тем более в сопровождении ниахары давало неплохую уверенность в благополучном исходе нежданного приключения.

Под конец знакомства Нэстэ же было СКУЧНО. Соображения случайного знакомого ей были неинтересны. По своему характеру он оказался таким болтливым или потому, что поговорить толком он мог только с единственным человеком, но его разглагольствования очень быстро приелись и вызывали только раздражение.

Собственно, для девочки все было, как всегда. Ничего странного не было в том, что кто-то хочет ее использовать в своих целях.

Нэстэ отдавала себе отчет что просто устала. Постоянное напряжение и необходимость отслеживать каждый свой жест, интонацию и даже мимику чтобы лишний раз не провоцировать на агрессию местных, буквально сжирали ее силы. Даже охота на тварей не стала для нее привычным отдыхом, разве что в те редкие моменты, когда рядом не оказывалось кого-то из учеников.

Как выяснилось, провести почти триместр среди колнери, а под конец заполучить в напарники еще и это чудо, совершенно не приспособленной к выходу в Бездну, оказалось слишком даже для неё.

Нэстэ почти физически ощущала, как растёт раздражительность. Плюс, стали накладываться и эмоции Лео. Кот тоже злился. Из-за того, что не может помочь старшей исправить настроение, из-за довольно однообразного меню. Слирсы съедобны. Но даже вкусное мясо, если жрать его ежедневно и без вариантов, рано или поздно начнет приедаться. А еще доставали эмоции чрезмерно агрессивных местных. Лео совсем не понимал, почему старшая в паре их терпит, вместо того, чтобы разобраться с ближайшим окружением и свалить в Бездну. Там нормальная охота, там вкусная и разнообразная еда.

Эти двое давно на пару мечтали уйти. И если честно, компания из совершенно не готового к такому путешествию человека в их планы ну никак не входила. И понимание невозможности для себя бросить бедолагу здесь, настроения девочке не добавляло.

– Ладно, с языком у тебя не очень. – Вздохнула Нэстэ, не без усилия подавляя лишние эмлции. – Я попрошу для тебя плащ. Есть у местных такая одежка, очень бесформенная, скрывает всю фигуру и позволяют спрятать руки. Главное, ты как можно меньше их высовывай и капюшон посвободней сделай, чтобы он маскировал движения головы. И поменьше резких движений, особенно на публике.

– Я постараюсь. Но нам ведь надо работать.

– Жаль раций тут нет. – Вздохнула Нэстэ. – Ну есть же у вас, операторов, какие-нибудь сигналы на случай, когда нельзя громко разговаривать. Покажешь их мне, а дальше разберёмся по ходу дела.

Нэстэ оставила парня только вечером. И даже почти с радостью направилась к Кэлэсу. Если этот чудак хочет свой видеоролик, пусть подключается к подготовке, иначе парня просто тюкнут в начале церемонии, и никто его не прикроет. И прежде всего, нужен материал, на котором человек сможет учиться себя вести с минимальным риском.

С сигналами оказалось намного проще чем можно было подумать. Их и было то не более пары десятков. Половину пришлось забраковать сразу из-за резких движений, привлекающих ненужной внимание посторонних.

– Я буду за тобой следить. – Внушала Нэстэ своему "начальнику" на очередной тренировке. – Не выбрасывай руки так резко чтобы привлечь мое внимание. А если уж по-другому не получится, старайся сразу их убирать под плащ. На церемонии будет много местных жителей, они к нам с тобой немного привыкли. Если все сделаешь правильно, то есть шанс что они сумеют вовремя остановиться. Рядом с приглашенными гостями у тебя никаких шансов нет.

Нэстэ послушно отошла в сторону подчиняясь почти скрытому плащом сигналу, повернула вспомогательную камеру, потом повторила маневр, еще один и тут же морщась направилась обратно.

– Ты чего орешь? Посмотри, детей как затошнило. А вон уже и мамаши оборачиваются. У них конечно есть команда от местного феодала в сторонке находиться. Только они не в армии. Хочешь посмотреть как я разбираюсь с тремя сразу?

– Привычка. – Немного смущённо бормотал Кеврил, с опаской косясь на привлеченных выкриком малышей и поднявшихся на ноги трех мамаш.

Слава Единому, его малолетняя наставница старалась выбирать для занятий места там, где взрослых колнери практически не было. Зато рядом всегда оказывалась компания любопытных малышей. За несколько дней некоторых из них он стал даже узнавать в лицо. Как и их мамаш, всегда располагавшихся в паре десятков метров в сторонке.

В самом начале тренировок Кверила поначалу даже коробило, что местные жители с большим уважением относились к маленькой помощнице, чем к нему. Но это длилось недолго.

А вот ежедневные отлучки Лео сильно его нервировали. Как-то уж так получилось, что присутствие рядом "порождения Бездны" стало для него гарантией спокойствия. Нэстэ в одиночку не всегда успевала пресечь агрессию случайных зрителей.

– Так ты оказывается ещё и в съёмочной команде успела поработать. – Расмеялась Сайяна. – Сколько мы с тобой знакомы, и каждый раз что-о новенькое узнаем о тебе.

– Я была только помощником. Принеси то, отнеси это. Направь отражатель, поставь штатив с вспомогательной камерой. – Сморщилась Нэстэ. – Но Кэлэс честно заплатил обещанное и за эту работу. Так что я не в претензии. А мужик этот, пообещал даже моё имя в титрах поставить.

– Счас, проверим. – Тут же забормотала Подруга. – О, точно есть. А че ты морщишься?

Нэстэ ещё раз скривилась. Недовольная гримаса и плохое настроение вообще стало чем-то вроде постоянного фона во время этого рассказа.

Она отвела взгляд куда-то в пол и все же продолжила.

Свадьба, или по-местному церемония выбора, происходила на лесной поляне на окраине поселения. Нэстэ не очень вникала в суть происходящего. Конечно, в общих чертах она имела представление о свадьбах у разных рас. И здесь им успели объяснить основные моменты. Ну там выходы главных участников, что будет делать выбирающая, то бишь невеста. Она знала где будут стоять и как пойдут к центру поляны претенденты на ее руку "и сердце".

Ей хватало своего подопечного. Нескольких дней было совершено недостаточно, чтобы парень научился правильно держаться в своём балахоне. А работать ему приходилось на виду у толпы зрителей. Лео предпочёл убраться подальше, и больше следил за своей старшей. Проблемы какого-то чужака, не способного усвоить правила поведения для собственной же безопасности, его совсем не волновали.

Для себя из всех пояснений она поняла, что сама церемония являет собой банальный поединок между претендентами. Один на один, на выбывание, пока один или оба не упадут. А после выбирающая принимает руку победителя, если тот еще стоит на ногах, что-то там делает в отношении проигравшего. И на этом все заканчивается.

Нэстэ лично знала обоих поединщиков. Пока Кеврил пытался разработот хоть какой-то план съемки исходя из необычных условий, они оба присутствовали рядом, были в отличном настроении, шутили и подтрунивали друг над другом.

Не сказать кто, чтобы кто-то из них Нэстэ нравился. В этом мире симпатичных ей разумных не было. Видим сказывался тот же самых фактор рефлекторного неприятия окружающих. Но эти двое хотя бы пытались не провоцировать у неё лишний раз раздражение. А главное, старались, как и Нэстэ, разобраться что именно в пришлых вызывает агрессию. Кэлэс вообще не раз говорил, что они друзья с детства.

Когда началась церемония, Нэстэ полностью сосредоточилась на Кевриле и его почти что тайных сигналах. За действием на поляне она почти не следила и не особенно волновалась по поводу исхода поединка. Кого там выберет невеста, Кэлэса или его друга, ей было совершенно безразлично.

Первый неприятный звоночек для нее прозвучал, когда эти двое сошлись в центре и приветствовали свою невесту обнаженным оружием.

Мечи у обоих оказались теми же, с которыми тут ходили на тварей и врага. Это было странно, если учесть, что противники оказались практически голыми. На церемонии допускались только набедренные повязки.

Сама схватка ничего нового не принесла. По местным меркам оба бойца были высокого уровня. Нэстэ проводила тренировочные спарринги с обоими и считала, что Архар-рьи немного проигрывает её работодателю. Но совсем немного. К тому же, он умел учиться, и охотно перенял несколько приемов даже от чужачки.

Возбужденная толпа зрителей что-то выкрикивала, криками реагировала на каждый лязг скрещивающихся мечей. Этому можно было только порадоваться, потому что соседи Кеврила вообще перестали обращать внимание на чужака. Но беспокойство и какое-то неприятие происходящего все больше росло в девочке.

Нэстэ вздрогнула, когда появились первые зеленовато-красные порезы на плечах и бедрах поединщиков.

Никто и не подумал остановить схватку, когда Кэлэс не успел подняться на ноги и еле успел уйти перекатом вправо.

Странно было и то, что Кэлэс сам не ожидал остановки поединка и не собирался сдаваться.

Воины снова закружились по поляне. Но уже не столь резво, как в начале. Кэлэс слегка волочил правую, опорную для него ногу, по которой уже струйками стекала кровь. Архар-рьи уже не мог скрывать, как бережет руку.

Утоптанная трава в центре поляны постепенно окрашивалась кровью обоих. По всему, кто-то из них скоро не сможет продолжать поединок и все закончится.

Только ожиданиям Нэстэ не суждено было сбыться. В какой-то момент Архар-рьи поскользнулся на ставшей скользкой траве и вынужден был сбиться с ритма, чтобы восстановить равновесие. Он сделал неловкую попытку отбить выпад.

Далеко не сильно по понятиям Нэстэ заточенное лезвие с лёгким хрустом разорвало кожу на животе и глубоко вошло в живот. Кэлэс рывком потянул рукоять на себя и немного в сторону, ещё больше разрезая рану.

Архар-рьи обессиленно рухнул на колени и провалился набок. И потом, уже медленно, словно нехотя повернулся на спину и выпрямился. Он ещё дышал и смотрел на бывшего друга. А тот спокойно вытер пучком травы меч прежде чем убрать его в ножны и повернулся к подходящей избраннице.

Толпа затихла, в ожидании непонятно чего. Никто не пытался помочь раненному.

Разговор в центре поляны никому не был слышен, да и похоже не предназначался для зрителей. Но невеста спокойно наклонилась на подверженным, с улыбкой провела пальцем по его подбородку, как будто лаская и…, подобрав подол платье устроилась верхом, прямо на разорванном животе.

Нэстэ очень редко испытывала чувство тошноты. Жизнь в Бездне и профессия охотника за тварями приучает спокойно относиться ко многим вещам. Но сейчас она с огромным усилием справилась с судорогой в животе. И то, не без помощи напрягшегося Лео.

А ещё, через его восприятие эмоций она догадалась, что именно происходит в центре поляны.

Толпа вокруг гудела, выражая поддержку победителю. Судя по всему, он сделал какой-то важный выбор, понятный всем, кроме двух чужаков.

Впрочем, Кеврила можно было в расчёт не брать. Его плащ уже виднелся в ближайших кустах. И оттуда же доносились характерные звуки рвущегося наружу завтрака.

А в центре продолжалось непонятное действо. Кэлэс стоял рядом с невестой и спокойно наблюдал, как кровь проигравшего окрашивает юбку свадебного платья теперь уже его спутницы жизни. Он спокойно встретился взглядом с умирающим другом и кивнул, в ответ на его слова. Архар-рьи закрыл глаза и перестал двигаться. Но действо продолжалось.

Нэстэ не без усилия удержала вспомогательную камеру наведенной на центр поляны и даже выключила её, когда все закончилось. А потом дождалась Кеврила, чтобы проводить бледного парня до его жилища.

– Я не понимаю. Этот…, убил собственного друга. А невеста сидела прямо на кишках умирающего. – Стонал Кеврил уже в хижине. Звуки продолжающихся торжеств вызывали у него новые спазмы уже пустого желудка. – Как так можно! Что же это за народ такой!…

В эйфории праздника зрители были немного более разговорчивы с чужаками. И Нэстэ успела все же задать несколько вопросов. Спокойствия новая информация ей не добавила. И комок к горлу все равно подкатывал даже при намеке на попытку осмыслить увиденное.

– Эти калнери, эта раса, имеет тринарное размножение. – Попыталась она объяснить парню.

– Что?

– В размножении у них участвуют трое. Самка откладывает яйца в тело одного из самцов, который при этом погибает и служит питательной средой да зародышей. Второй самец оплодотворяет яйца и выступает в обычной роли отца.

– Так они что, все это там на его кишках и делали? – Сбледнул ещё больше парень.

– Да. Тело Архар-рьи отнесли в дом, и Кэлэс завершил там церемонию. Так что свадьба у них сейчас переросла в празднование зачатия детей новой семьи.

Кеврил бросил взгляд на тарелки, что им принесли, судорожно схватился за рот и метнулся в дальний угол и согнулся в три погибели.

Нэстэ досадливо поморщилась, сама незаметно сглатывая комок в горле. Её и саму мутило, но заполучить на руки истерикующего мужика перед самым выходом в Бездну ей совсем не улыбалось.

– Я думаю нам надо уходить как можно скорее. – Перешла она к делу, ради которого задержалась в хижине. – Кэлэс получил свое и сейчас занят своей невестой. От своих слов он не откажется, но мы ему больше не нужны. Так что и волноваться особо о нас не будет. А драться возбужденной толпой калнери мне не улыбается.

Кеврил понял прозрачный намёк правильно. Самой Нэстэ здесь вряд ли угрожало что-то серьезное. И сама может постоять за себя, и Лео ее прикроет. А вот он был, можно сказать бельмом в глазу у местных. И когда празднующие дойдут до кондиции, они вспомнят о чужаке, как об очередном развлечении.

– Аппаратуру придётся оставить. – Продолжила Нэстэ. – Уходить нам надо быстро, прямо сейчас.

– Да ляд с ней, с этой аппаратурой. – Отмахнулся Кеврил, уже не вспоминая о своей тошноте. – За тот камушек, что Кэлэс мне заплатил, я себе новую куплю.

Он с видимым удовольствием покрутил в пальцах зелёный камень величиной с грецкий орех, блеснувший гранями в свете тусклого освещения. Нэстэ он не опасался. Знал, что ей заплатили за работу на съёмке камешком чуть поменьше.

Уходили они вдвоем, не попрощавшись, оставляя за спиной веселье и гул праздничной местной музыки.

– Если честно, по сути я из того мира просто удрала. – Усмехнулась Нэстэ.

– Зато ты хорошо заработала? – Уточнила Сайяна под неодобрительные взгляды девчонок.

– Даже слишком. Я ведь не знала, что эта разновидность изумрудов столько стоит. – Вздохнула Нэстэ. – У колнери они ценятся очень низко. Конечно если необработанные. Но гранят их там вручную, очень долго и грубо. Так что я сразу брала без огранки. А этот…, польстился на блеск. В результате сильно потерял, ну, я думаю. Но я все равно с собой забрала только то, что мне заплатили за съемку. Остальное пришлось оставить. Мешочек увесистый получился, тащить с собой в бездну, да еще в компании непонятно кого я не решилась.

– Хорошо же охотники зарабатывают.

– Не. – Чуть веселее заулыбалась Нэстэ. – Кэлэс заплатил неплохо, но не настолько много. Это мне повезло там. Когда мы работали на морском побережье, к нам обратились с просьбой зачистить гнезда на россыпных месторождениях. Твари поселились в ущельях и никого не подпускали к себе. Это не входило в мой договор. Я подрядилась зачистить только гнезда, угрожающие поселениям и полям. Владельцы месторождения оказались жмотами, каких ещё поискать во всех Объединенных мирах. Кэлэс не хотел с ними иметь дела, но и отказать впрямую не мог. Поэтому все свалил на меня и потащил на переговоры.

Рассказчица наконец-то немного повеселела.

– В общем, мы сторговались на мелкий кристалик, размером с ноготок. А чтобы я согласилась на такую маленькую плату, эти ушлые ребята предложили после охоты полдня погулять по ещё нетронутым речкам. Типа что найду, то моё. Необработанные то изумруды не так просто отличить от обычных камешков, особенно если ты впервые раз этим занимаешься. И естественно никаких молоточков там или чего еще, чтобы отколоть кусочек. Так просто, погулять, красотами полюбоваться, под присмотром.

– Замануха?

– Не совсем, там действительно богатая россыпь. И порой встречаются хорошие камешки. Только естественно там, где уже идёт разработка ничего не найти.

– Так на то и расчет был. – Ппожала плечами Сайяна.

– Ну, господа не учли, что охотиться я буду в ручьях, куда они только собирались зайти со своими лопатами и кирками. Ну и еще кое-что, о чем я им не стала рассказывать. – Улыбнулась Нэстэ и сделала паузу в ожидании реакции благодарных слушателей.

– Ты же глазастая, на тренировках на внимательность с одного взгляда шарики считаешь.

– Ага, как без этого в Бездне. – Усмехнулась та. – Ну и ещё я никому не говорила, что у меня не два, а сразу четыре глаза. Причём Лео способен различать гораздо больше деталей, чем человеческий глаз. Главное, показать ему что именно надо искать.

– Вот как? Я этого не знала. – Встрепенулась Рианна. – И сколько ты нашла?

Нэстэ вздохнула и снова полезла к своему колечку.

– Где-то тут было. Мы с Лео там покопались, пока охотились, вынесли туда, где договорились погулять. Ну, припрятали естественно. А потом я все "нашла".

– И как?

– Злились они страшно, но сделка есть сделка, все было оформлено специально. – Наконец рассмеялась Нэстэ. – Кэлэс страшно веселился. Для него сама возможность подставить этих дельцов оказалось едва ли не делом чести. А тут его приемный родич так отличился. Так что за исполнением сделки он лично проследил. А, вот она.

Сброс новых картинок занял несколько секунд, после чего ЭДДИ вывел в изображение сначала кучки камней разнообразной формы, потом отдельные камни с нескольких ракурсов и на фоне мерной линейки.

– Я когда в сейф сдавала, банковский сотрудник все обмерил, описал и дал оценку, ну а я вот, сняла ещё сделала парочку снимков. На большее моей камеры уже не хватило.

– Э-э-э, не могу сообразить, линейка в каких единицах?

– Эрл, умножай на один и два, и получишь наши.

– Что, ещё и умножить? – Поперхнулась Дарина. – Этот камешек с два моих кулака тоже изумруд?

– Ну да, но таких немного.

– Подожди, а как же? Ты потом возвращалась?

– Нет, у них там банки есть. Не такие как здесь. Гормональное сканирование не проводят, карточек не дают. Это такие хранилища с механическими сейфами. Замки механические, и никакой электроники. Ты знаешь код, служащий тоже имеет свою часть кода.

– Вскрыть все равно можно. – Деловито заметила Лика.

– Конечно можно. А еще в замке встроен очень веселый таймер. Знаете, такая проволочка, которая в зависимости от толщины ржавеет за известное число лет и ломается. Если срок проходит, сейф открывается автоматически. В общем, если владелец не появился к этому моменту, все содержимое переходит в собственность банка.

– Не плохо, учитывая регулярную деградацию каждого потенциального клиента. – Хмыкнула Сайяна.

– Как минимум, банкиры там не бедствуют. – Весело кивнула Нэстэ. – Общий вес моей добычи килограммов под восемь получился, и объемный к тому же.

– Очень объемный. – Заметила Рианна, совершая какие-то манипуляции с браслетом связи. Ты не говорила, что есть такая закладка у тебя.

– Забыла, только вот увидела Кэлэса и вспомнила о ней. – Развела руками Нэстэ.

Сидящие рядом только переглянулись и вздохнули, уже привычно не реагируя на подобное объяснение.

– Кажется, в той кучке что оценивал ниэл Мардарион этих булыжников не было. – Продолжила рассуждать ее высочество. – Решила не добивать бедолагу раньше времени или просто продлить его агонию?

– Просто отдельно лежали. Хотя изумруды действительно хорошего качества. Но сотрудник того же банка хвастался, что месторождение Куенси славилось камнями хорошего качества. Думаете стоит Мардариону дослать информацию?

– Уже дослала. – Вздохнула Рианна. – Я думаю, он не будет сейчас повторять вызов и выскажет тебе все завтра. Ну, или позже. Хотя может решить и промолчать.

– Ну да, чего зря воздух сотрясать. – Покивала головой Лика. – Все равно ведь через пару другую месяцев всплывет что-то, о чем забыто.

Нэстэ сердито осмотрела смеющихся сестер по гекате, попыталась обидеться, но не смогла и присоединилась к общему смеху.

– Ладно, смех смехом, а поездку тебе организовывать надо. – Вздохнула Рианна.

Рассказ окончен

Луанирилиона

Элфания

Маленькая планета, с плотной насыщенной кислородом атмосферой. Этот мир имел два континента, практически полностью покрытых густыми многоярусными лесами со странными для глаза жителей Объединенных миров деревьями. Любой справочник по миру Элфании в первую очередь отмечал практически полное отсутствие песчаных и степных зон. Зеленый полог растительности на картах прерывался только темно-коричневыми пятнами горных массивов, большая часть, из которых оказалась сосредоточена на Фарнире. Зато Азинар со своим преимущественно равнинным рельефом, был по площади в два раза крупнее Фарнира и сравнительно мягкий климат. К тому же он славился постоянством низких воздушных потоков в своей центральной части, наиболее удаленной от океанского побережья и горных цепей, поднимающихся с северной стороны. Что в свое время послужило немаловажным фактором для летающего народа, при выборе места для своей Столицы.

Кроме двух континентов, по поверхности бирюзовых вод мелководного океана было разбросано множество разнокалиберных островков, так же закрытых зеленью.

Со времен появления здесь первых переселенцев прошло почти двести лет. И теперь по водам океана ходили крупные корабли. А высоко в небе проносились грузовые и пассажирские глайдеры. Но неизменным для элфов оставался запрет на применение техники в нижних ярусах. Эти высоты были полностью отданы для свободного полета.

Крылатый народ постепенно осваивал свой новый мир, хоть и гораздо медленнее, чем планировали первые переселенцы.

Подчиняясь не столько необходимости, сколько сложившимся обстоятельствам, элфы отказались от полной самоизоляции. Присутствие в числе первооткрывателей человека, слишком тесно связанного с Объединенными мирами потребовало сделать Фарнир континентом, открытым для туристов Объединённых миров. Здесь были многочисленные санатории и целые поселения, принимающие приезжих, охочих с пользой провести время в экзотическом лёгком мире и заодно поправить здоровье.

Азианир оставался закрытым континентом, доступным исключительно для граждан элфнарии. Там была столица и несколько довольно крупных городов. Их снабжение обеспечивалось бессчетным количеством фермерских хозяйств, разбросанных по всему континенту. Впрочем, большая часть промышленности, как это было принято в Объединенных мирах, обосновалась в мирах Бездны, расположенных за многочисленными Расколами этого анклава. Для народа, для которого обычная гравитация была губительна, это создавало свои трудности. Но это решение было неоспоримым. В самой элфании даже материал для строительства старались не добывать. Двести, без малого, лет оказались слишком маленьким сроком, чтобы забыть времена, теперь называемые не иначе как "Эпохой скитаний".

Каждому жителю Элфании было известно, что именно в городах Азанира сосредоточилось большинство крупных учебных заведений, научных и производственных центров. Сюда централизованно направлялись в школы дети. Сюда же в первую очередь устремлялись желающие продолжить образование. Отсюда потом разъезжались молодые специалисты местам работы или оставались в лабораториях или государственной службе.

Не без основания жители Азанира, асреди них естественно жители столицы считали с высока посматривали на тех, кто принимал туристов или копался в земле на Фарнире. Впрочем, даже они признавали, что было чему позавидовать и на первом континенте.

Здесь, в подножии горной цепи располагался единственный крупный город. Зато это был город с дипломатическим статусом. Здесь располагались все посольства государств Объединенных, а в последнее время и Внешних миров. Соответственно именно этот город обеспечивал максимальную связь с окружающим миром.

На этом же континенте располагались наиболее крупные латтории наследников первопоселенцев. Их земли занимали гигантские площади на континенте. А семьи никогда не покидали список самых богатых родов элфании.

Но самой гигантской оставалась латтория первооткрывателя. Единственной первооткрывательницы, когда-то подарившей этот мир народу крылатых.

В прочем, об этих землях ходило не меньше догадок и слухов, чем о землях диких племен, населявших одну из горных цепей Азианира. Элфы, неизвестно как поселившиеся здесь с незапамятных времен. К моменту начала переселения их оставалось всего несколько семей. Но первый Совет старейшин признал за ними территорию обитания, включающую горную цепь. Для вымирающего народа, в генах которого повышенная гравитация иных миров уже начала наводить свой порядок, эти несколько семей были ценнейшим источником чистого генофонда. А одичалость? Это вопрос решался простым образованием детей от смешанных браков. Тут уж скорее была проблема защиты от насильственной ассимиляции. Из-за чего "Земли диких племен" изначально были объявлены государственным заповедником. И до сих пор охранялись лучшими отрядами лесничих.

Луанирилиона

Здание в целых шесть этажей, с большими высокими окнами и шестью колоннами было построено каких-то пару десятков лет назад. В те времана это была окраина Энарсии, столицы Элфании. О том, что это школа, говорило множество детей выпахивающих со стартовых балконов на всех этажах. По этим разлетающимся с веселым смехом ручейкам элфиян окружающие узнавали в течении всего учебного года об окончании уроков.

По земле школу степенно покидали учителя, младшие классы, которым еще не позволялось без присмотра взлетать с балконов верхних этажей. Были среди идущих по площади и те, кто смотрел в верх с завистью. Бескрылых детей старались не выделять среди общей массы. Но отношение к ним как к инвалидам все равно оставалось.

Огромный холл наземного этажа представлял собой помещение с полукруглой фасадной стеной, практически полностью занятой окнами. Стена справа была украшена несколькими экранами с информацией для учеников и служебными объявлениями. Прямо напротив входа внимание привлекала широкая лестница ведущая на верхние этажи.

Любого человека она поразила бы непривычно высокими пролетами. Но стоящую сейчас в одиночестве внизу девочку лет девяти, в первое посещение, она удивила именно наличием лестницы. Три года назад будущей первокласнице это казалось анахронизмом. Зачем нужна лестница, если можно легко и свободно вспорхнуть на собственных крыльях. Как правило, ученики так и делали, если пользовались холлом в непогоду. О том, что в школу каждый год на учебу поступает несколько бескрылых она узнала, только в первый учебный день.

Что касается стены слева от входа, то она на всю свою ширину и высоту была занята красочной панорамой нарисованной вручную. Довольно известный современный художник кистями и красками изобразил вид, когда-то открывшейся первым переселенцам в этот мир.

Луанирилиона стояла почти в центре пустеющего холла в ожидании двух своих подруг, задержавшихся для заключительного общения с учителями. Ничего страшного или неприятного. Учебный год закончился. С годовыми тестами они справились. Заключительная беседа была традицией в этой школе. Куратор класса провдил ее с каждым учеником индивидуально и в присутствии родителей. Проводился анализ поведения ученика или ученицы, выдавались рекомендации на каникулы, особенно от наблюдающих лекарей, и естественно дополнительные задания по урокам.

Впрочем, саму ожидающую это уже не касалось. Нет, рекомендации и все что положено ей высказали. И пожелали счастливого пути. Родителям, точнее маме, высказали сожаление и понимание семейной ситуации и прочее. Но сильно не задерживали. Даже в классе ей умудрились высказать сочувствие. Хоть настоящих подруг у нее было всего лишь две. Но все равно, известие о том, что ее отправляют жить к бабке в деревню, вызвало сочувствие у одноклассников. У кого-то искреннее, у кого-то с сарказмом. Так что она освободилась много раньше двух подруг и теперь просто их поджидала.

Впереди был целый триместр каникул. И уже завтра они разлетятся по местам обычного отдыха. Каждый займется своими делами. И на связь если в выйдут, то редко или вообще ближе к началу учебного года.

Но все это будет завтра. А сегодня можно провести остаток дня вместе.

Луанирилиона от нетерпения даже расправила и заново сложила крылышки. Было очень непривычно вот так стоять посреди пустого помещения. Но деваться было некуда.

Что бы хоть как-то отвлечься, она повернула голову в сторону картины, занимающей практически всю стену холла. Изображенный символ мира Элфании одновременно служил центром латтории Дарующей. Художник рисовал гору со смотровой площадки Пещерного Раскола. Поговаривают даже, что с того самого места, где разбила свой лагерь первая, еще почти тайная, экспедиция, приведенная в этот мир лично Дарующей.

Картина заставляла задерживаться всякого новичка, входящего в школу через центральный вход. А первый урок, и несколько последующих, у первоклашек обязательно проводился прямо перед нею. И все равно картина нравилась Луани на столько, что она на переменах иногда даже спецциально слетала вниз, чтобы полюбоваться пейзажем. Сейчас она подумала о том, что скоро увидит эти земли собственными глазами.

О тех местах ходило множество легенд. И весёлых и страшных. Даже по сравнению с законами, которым подчинялись все латтории Элфании, эта территория была славилась своей недоступностью. Просто по факту населявших ее животных. А как иначе? Это были охотничьи территории прайда грозных ниахар. Причём не прирученных и состоящих в особой эмпатической связке с разумными, а самых настоящих диких порождений Бездны. Правда, глава этого прайда всегда был в связке с наследником латтории. По традиции, это было обязательным условием для наследника. И пока оно исполнялось. По меньшей мере Иллинир, двенадцатилетний внук Дарующей, говорят уже прошёл установку этой связи с одним из котят старшей самки. Луани грустно вздохнула. Как и большинство одноклассников, она сожалела, что этот момент всегда происходил строго между котенком и наследником. Ни о каких корреспондентах, тем более съемках или фотографиях даже речи не шло. А очень хотелось увидеть событие, о котором в латтории и сообщали то с большой неохотой.

В прочем, отличие от знакомых мальчишек, и даже некоторых подружек, о белом котёнке она не мечтала. Нет, если бы представилась такая возможность, с удовольствием бы погладила. Но устанавливать такую связь? Зачем нужна грозная ниахара крылатому элфу? Вне своего мира она летать не сможет. И даже передвигаться ей за пределами Элфании придется в специальном костюме и экзоскелете. Конечно, их конструкции далеко шагнули вперед, по сравнению с тем, что показывают в видеороликах времен Эпохи скитаний. Но все равно жутко представить, каково в них жить все время. А уж о последствиях жизни в условиях повышенной гравитации лучше и не думать. Представить же эти самые последствия она могла.

Дедушка Луани как раз и был бескрылым. Чужие миры лишили его счастья полёта. Как и многие, из ему подобных, он до конца жизни платил за потерю веры в будущий мир и любовался на полёты сородичей с земли.

Современные элфы тоже иногда вынуждены были отказываться от полетов. Эпоха скитаний регулярно дотягивалась до потомков тех, кого Дарующая вырвала из ее щупалец. Но от крыльев элфы отказывались только самых крайних случаях. И большинство из них потом перебирались на континент Фарнир. Бескрылых, лишенных полета старались привлекать к государственной службе в тех областях. Особенно там, где требовались регулярные контакты с жителями Объединенных миров.

На континент, в том числе и в столицу бескрылые возвращались уже в возрасте. Так что старики, бредущие по ухоженным улочкам внизу или грустно сидящие на балконах многоэтажек, были привычным явлением для девочек.

Лишиться крыльев, отказаться от полёта. Луани еще в детской группе пыталась себе представить, каково это жить как дедушка, без крыльев. Но не получалось. Только озноб проходил по спине, да крылышки начинали возмущённо трепетать. Как будто стремились напомнить о себе.

Очередь деда на переселение была в числе последних. И если бы в свое время ниэлла Амантариона не согласилась пригласить его к себе из внешнего мира, не помогла бы завести здесь дом и семью, наверно сейчас бы и самой Луани бы не было.

Ей исполнилось уже целых девять лет. Но о том, как деду повезло с крылатой бабушкой, узнала совсем недавно, когда им начали рассказывать о временах переселения.

К этой теме учителя еще не раз вернутся на уроках истории в старших классах. А пока это был учитель биологии, вынужденный объяснять причины тех или иных проблем со здоровьем. В том числе и почему иногда даже сейчас приходится лишать детей крыльев. Учитель всего лишь неохотно давал пояснения на вопросы любопытных одноклассников. Из этих уроков и смущенных недомолвок мамы с папой она и узнала, почему среди бескрылых одиночек гораздо больше девушек, чем парней.

Для элфиан тема физической близости не была запретной. Луани, к примеру, с самого детства знала, что главный долг любой девочки-элфианки перед своим миром, это завести трех, а лучше больше, маленьких элфианчиков. Конечно, если позволяло здоровье. А уже потом все остальное. Но для этого нужны были крылья. Так уж были устроены элфы. Но все же некоторые вопросы взрослые избегали обсуждать с детьми.

Ее дедушка был прямым доказательством того, что бескрылый все же может стать папой. Но для того, чтобы ребенок мог появиться на свет здоровым, будущая мама должна летать часто и долго.

В век скитаний, для этого девушек старались отправить в родной погибший мир, или на орбитальные станции. Но полёт под куполом или в условиях невесомости нельзя было назвать полноценным.

Ее мама к примеру, ради Луани, даже отказалась на время от престижной работы и жила в специальном санатории в пригороде столицы и летала по нескольку часов в день не обращая внимания на погоду. И иногда рассказывала об этом дома.

Потому дедушка Луани и утверждал, пока был жив, что ему сильно повезло с бабушкой. В период переселения, очень многие семьи бескрылых элфиан так и исчезли, не оставив после себя наследников.

На уроках физкультуры в любой школе для девочек была специальная усиленная программа постановки на крылья. Но Луани никогда не жаловалась на это. Летать она любила. Особенно скоростные спуски и тренировки на виражах.

Но разве можно было назвать полёты по правилам настоящими. В городе свободные полеты разрешались исключительно на стадионах. И то, под присмотром тренера по физкультуре. Даже в парке приходилось руководством правилами. Иначе неминуемо столкнешься с кем-нибудь из толпы. За неё, так пару раз родителям пришлось извиняться. А в последний раз она и вовсе сбила какого-то взрослого. Так, что с извинениями пришлось тащиться в больницу.

Девочка покосилась на лестницу. Но поджидаемые подруги все не появлялись. Мимо проскользнуло несколько запоздавших незнакомых старшеклассников. Не оставалось ничего другого, как продолжить разглядывать картину.

Художник немного покривил против реальности. Расколы не дают никаких отсветов в атмосферу. Всем известно, что это всего лишь маленькие пятна серого тумана, не оставляющего даже тени. К тому же, в пределах элфании известно всего два Раскола оторванных от поверхности и один в океане. И все они расположены в пределах Азианира. Но известному художнику видимо очень хотелось отразить на картине вторую, после ниахар, особенность земель Дарующей, из-за которых латтория выполняла еще роль своеобразной карантинной зоны между мирами Бездны и Элфанией.

Расколов там было больше, чем в любом другом уголке Элфании.

На холсте художник отразил их в виде узких светящихся над поверхностью вертикальных свечек. Якобы это было отражение Расколов в атмосфере. Выдумка конечно. Но на картине это смотрелось впечатляюще. В школе даже игра была такая. Угадать какой из обозначенных Расколов, в какой мир Бездны ведет. Или найти Раскол, не обозначенный художником на склонах горы. Такие тоже были. Ведь и сейчас иногда находят новые Расколы. А другие могут еще и мигрировать. Из-за постоянного смещения такие "калитки" в Бездну не удавалось закрывать силовым щитом.

По новостям, а чаще по игровым фильмам, случалось, что через такие Расколы проходили крупные твари из Бездны. Про мелочь и говорить нечего. Она постоянно проникала на склоны гигантской горы. Так что целый прайд ниахар был очень кстати на этих склонах.

Но Луани, как и большинство из тех, кого она знала, дикие ниахары, живущие совсем рядом с разумными, пугали гораздо больше, чем случайно забредшие в их мир твари. Латтория Дарующей была воистину их территория, куда ни один чужой без личного представления управляющему и наследнику не рисковал заходить.

А те уже могли представить новичка самцу прайда. Учитывая что вожак прайда вместе со своим партнером традиционно проходил обучение в качестве друга гекаты империи Арден, это было нелишним. Поговаривали, что эти кошки полуразумны. И самец после обучения не только способен отличить обычный огнестрел от крупного калибра, способного навредить ниахаре, но и передать свои знания самкам.

Сама Луани считала, что это не правда. Но какая разница, если это может сделать владетель, постоянно остающийся на связи с самцом. Хотя, как-то в дном репортаже прозвучало, что у диких ниахар обустроившихся на землях прайда, есть вполне четкая установка. Незнакомый чужак, кем бы он ни был, становился объектом охоты всех самок. И далеко не всегда лесничие узнавали о нарушителе вовремя. Браконьеры и в их время не переводились. И находились среди них те, кто все же считал риск проникновения на охотничьи территории порождений Бездны оправданным.

Наконец от лестницы послышался шорох крыльев и знакомые голоса. Подруги спорхнули вниз и со смехом опустились рядом.

– Куратор в этот раз прочитала целую лекцию по поведению. – Поделилась Арсиянила.

– Припомнила нашу шутку с Виринтом. – Скривилась Кираниоли и припечатала. – Ябеда.

С этим Луани была согласна. Всей-то и шутки было, подкинуть в сумку детскую игрушку. Не хорошо конечно смеяться над страхами одноклассников. Но Уж очень конкретно этот мальчишка кичился своим происхождением. И вспоминал о нем по всякому поводу. В классе училось сразу несколько выходцев из семей первой волны. Та же Арсия например, да и Кира от нее недалеко отстала. Из второй волны, зато семья из числа первых торговцев, прибывших в Элфанию. В общем, тогда все смеялись глядя как Виринт мечется, спасаясь от отброшенной змейки. А досталось естественно только им троим. И как оказывается, куратор класса даже в конце учебного года не забыл об этом.

– Жаль что ты уезжаешь.

Луани подозрительно покосилась на подругу. Но Арсия смотрела серьезно и даже сочувственно.

– Деревни разные бывают. Особенно на Фарнире. – Заметила Кира.

На этот раз уже две пары глаз с откровенным скепсисом посмотрели на нее.

– А что, вдруг ей повезет. – Гнула та свою линию. – Надо надеяться на лучшее. Ты же у нас благословленная Дарующей.

Это было правдой.

Поверье о благословлении первооткрывательницы жило и даже расцветало среди элфиян даже спустя столько лет. Когда-то это было приглашение на свадьбу и прикосновение, как в игровых роликах про те времена. Потом просто присутствие рядом. Позже, стало считаться, что если совершить брачный, и не только, полет на глазах Дарующей. Ради этого молодые элфы даже забирались на высокие хребты, являющиеся естественной границей Латтории, и уже от туда совершали полет напротив гнезда. В укромных местах там до сих пор были спрятаны бинокли. Ведь полет должен был совершиться на глазах Дарующей, в момент, когда он выходила на балкон.

Казалось, когда Дарующей уже не стало, это поверье должно было закончить свое существование. Но не тут-то было. Дарующая ведь равна Единому, и что может сделать смерть тому, кто бился с Неназываемым в его собственных чертогах. Не могла она оставить народ, для которого так много сделала при жизни. Наверняка Дарующая время от времени бывает в своем гнезде и подолгу любуется закатами или восходами со своего балкона. И если в это момент взлететь со скал, подняться высоко в небо и в последних лучах закатного светила совершить первый пируэт танца зачатия…

Об этой традиции знали все. Луани могла даже гордиться тем, что была одной из последних, кто был благословлен взглядом Дарующей, тогда уже стоящей на границе мира земель Единого. И вскоре после рождения Луани тихо отошедшей туда в покоях своего гнезда. Ее родителям повезло совершить свой первый брачный полет над Береговым хребтом и увидеть её, отдыхающей на площадке перед гнездом.

Сейчас, многие до сих пор верят, что великий магистр Совета Контакторов и хранитель Элфании может и воскреснуть, если вдруг найдётся некто достаточно ненормальный, чтобы посягнуть на земли ее латтории.

Сама она естественно не помнила о тех временах. Но много видела видеозаписей. Это был единственный раз в истории Элфании, когда по землям Азианира прошли воины шнатлий. Согласно их традиций, прах катилпа, как у них назвался правитель клана, должен был быть захоронен в мирах, которыми он правил. Но элфиане возмутились такому присвоению своего кумира. Совет старейшин долго обсуждал этот вопрос с клановым собором разумных насекомых. В конце концов, церемонию было решено провести сразу в двух мирах с участием представителей обеих рас.

Шнатлии уступили, и часть праха Дарующей была развеяна элфами в воздухе Элфании над хребтами латтории официально получившей ее имя. Другая ушла в колонию Шанктиану. Как выразилась бабушка, тяжелая работа у контакторов, дарующих миры. Даже после смерти они хранят тех, за кого взяли на себя ответственность при жизни.

Сама Луани не чувствовала в своей жизни особой помощи от Дарующей. Бабушка с дедушкой пришли в мир элфании в числе последних. Когда во всю уже работали транспортные тоннели. А столица начала превращаться из деревни в полноценный город, со всеми его проблемами.

– Куда пойдем? – Деловито поинтересовалась Кира сразу на выходе из школы.

Все весело заулыбались. Шутка старая, но ставшая характерной чертой в их маленькой компании. С этой фразы началось знакомство безродной Луани и двух носительниц довольно знатных фамилий. В первом классе Луани предпочитала приходить в школу пешком, мало с кем общалась и держалась все время в сторонке. И когда к ней после уроков подошли две одноклассницы, явно привыкшие к более свободному общению, и предложили составить им компанию, она даже растерялась.

"Куда пойдем?" – Была первой фразой Карины после представления.

"А вы только пешком гуляете?" – Не удержалась от вопроса Луани и смущенно продолжила. – "Мне нельзя долго ходить. Мама настаивает, чтобы я развивала крылья".

"Говорила же, она может летать?" – Заявила Арсия. – "А что у тебя с крыльями?"

"Врачи требуют дополнительно нагружать".

Луани настолько растерялась, что позволила своим новым знакомым даже осмотреть свои плечи. Естественно ничего особенного они не там не увидели. Но и не ушли.

"В таком случае отправляемся на полетный стадион. Нас туда пропустят". – Решила Кира.

– Двигаем в кафе, очень кушать хочется. – Выдвинула предложение Луани.

Этот пункт всегда предлагала она. Подруги знали, что у нее не всегда бывали деньги. А одалживать у них она не хотела.

– Да, подкрепиться действительно надо. Потом парк?

Три фигурки вспорхнули прямо с крыльца школы и со смехом направились через площадь в просвет между домами, где располагалась кафешка.

Переезд

Луани невольно поморщилась, глядя в окно. Их небольшая квартирка располагалась на двадцатом этаже, в доме, расположившемся среди других высоток на окраине столицы. У них даже балкончик был, на манер тех, что строят в Объединённых мирах. С забором по периметру. Взлетать с балконов в городе запрещалось. Слишком узкие улочки создавали такие непредсказуемые воздушные потоки, что полёты вблизи стен, тем более на такой высоте становились опасными.

Так что элфам, живущим в спальных районах, приходилось спускаться вниз по спусковым стволам, или на лифте. Там, на пятом и восьмом этажах были оборудованы специальные площадки для желающих воспользоваться своими крыльями.

Глайдеры элфы по-прежнему недолюбливали и пользовались ими только для дальних перелетов или транспортировки грузов.

Луани снова поморщилась. Сегодня шел последний день перед отъездом в гостевой домик. Подруги уже разъехались. Ей было скучно. А главное предстоящий переезд совершенно не радовал ее.

Для Луани, бабушка в их семье объявилась совсем недавно. И по сути она была им неродной. Институт вторых родителей не был исконно элфийским. Эту традицию они заимствовали в в Империях Объединенных миров во время Эпохи скитаний. Тогда действительно было обычным делом, когда дети элфов оставались без родных.

После обретения Элфании эта традиция обрела новое значение. Когда государство ставит целью поощрение максимальной рождаемости, очень быстро возникает вопрос как уследить за воспитанием небольшой кучки детишек, то и дело норовящих упорхнуть за ограду дома. Благо тут нашлось решение и проблемы обделенных. Для бескрылых это был шанс на обретение нормальной семьи.

Но бескрылых стало все же меньше. А жизнь в Элфании на много безопаснее. После первых десятилетий колонизации заработали программы поддержки семей.

Институт вторых родителей немного ослабил свои позиции. Хотя среди знати и владеющих опасными профессиями это практиковалось до сих пор.

Оказалось что не только. Эпоха скитаний упорно напоминала о себе многими способами в семьях элфов. В их семье тем, что мама долго болела и лечилась после того, как родилась Луани. И тогда же ее отцу порекомендовали выйти с запросом на удочерение. На этот призыв откликнулась семья фермеров с континента Фарнир.

У этой семьи после гибели сына, остался внук, на тот момент уже подросток. А проживали они где-то в деревне вблизи границ латтории Дарующей. То есть в тех кошмарных землях, где встреча с дикой ниахарой была обыденным делом.

Ну заключили мама с папой договор об обоюдном усыновлении. Она стала названной внучкой, и обрела брата, которого никогда не видела. А мама с папой заполучили названного сына. Впрочем, не надолго. Лекарям не удалось справиться с наследственным повреждением генов. И он умер, когда Луани исполнилось всего три года. Следом ушел и названный дедушка.

С тех пор Луани ничего не слышала названных родных, пока ей не исполнилось девять лет.

Их семья считалась со средним достатком. Но своей загородный дом позволить себе не могли. А правительство требовало вывозить детей на весь каникулярный триместр в места отдыха. Луани взбунтовалась против правительственных лагерей в лет восемь, после того, как увидела реакцию некоторых одноклассников на ее рассказы. Вот тогда и появилась снова названная бабушка.

Родители, оказывается, поддерживали с нею связь, один два раза в год поздравляя с праздниками.

Как оказалось, у бабушки на берегу океана был свой собственный гостевой домик. Огромная роскошь, непонятно откуда взявшаяся в семье наемного работника фермы. Несколько лет простаивал без дела. А теперь был предоставлен в их полное распоряжение.

Домик располагался на гостевом континенте, совсем рядом с огромным береговым обрывом, внизу которого плескалось тёплое море. Она тогда впервые поняла скепсис одноклассниц по поводу вышек и прыжковых площадок над городскими стадионами.

Можно было сорваться с его края и долго нестись вниз в пикировании, закручивать немыслимые виражи на входе совсем рядом с водной гладью. Никакая вышка не сможет повторить ощущение от мелькающих совсем рядом скал, мелких деревцев, чудом на них держащихся, и почти полном отсутствии каких либо правил на виражах, о которых надо думать, чтобы не столкнуться. Главное, выход из пикирования от берега в сторону океана. Так тут делали все.

А потом, окунувшись в море, долго сушить крылышки под горячим солнцем лёжа на почти белом песке.

Жаль только, что это счастье длилось всего пару стандартных недель в году. А потом опять город, тренировочный стадион и ворчание наставников.

Их семья не была богатой. Родители служили в государственных лабораториях. Так что такие поездки позволить себе они смогли всего раз в году. Тогда она наконец познакомилась и с бабушкой, приезжавшей на день специальной, чтобы повидаться с ними.

Хотя какая уж там бабушка. Скорее прабабушка. По возрасту она не далеко ушла от первопоселенцев и вроде как даже лично служила у самой Даруюющей.

Названная бабушка посмеялась над ее комментариями и согласилась отзываться на прабабушку. А уж потом сама Луани сократила это то односложного и емкого "Пра".

Пра жила в деревне, расположенной в латтории рода Аманиатрони. Соратницы и компаньонки самой Дарующей. По слухам, именно Дарующая позвала ее с собой и показала земли будущей латтории, тем самым сделав ее соседкой.

Вот почти на границе этих двух латторий и была деревня, в которой жила Пра. В городе о фермерах этого материка отзывались с некоторой снисходительностью.

Но о деревнях латтории Аманиатрони и Дарующей отзывались с уважением. Говорили что это очень опасные места, из-за вольготно проживающих там ниахар. Амани могла с ходу назвать несколько игровых роликов про браконьеров, рискнувших пойти в земли Дарующей. Впрочем, об этом регулярно случались и новостные сообщения.

Дак что Луани, как и все е ровесники, хорошо знала, что о судьбе таких отрядов часто узнавали много позже, по находкам лесничих, добирающихся к местам их последних стоянок.

И почему Пра остаётся в столь страшном месте она не понимала. Ведь старые элфиане могли жить где угодно. Пенсия позволяла. Но бабушка в Столицу приезжала с ответным визитом только однажды. Оформляла какие-то документы. А родители никогда у неё дома не были. Территории Дарующей и Амани имели официальный статус заповедной. А горная долина которую и делили земли совместного предприятия двух латторий, были знамениты плантациями "зонтиков". Дующих лучшие плоды во всей Элфании. Собственно в деревне бабушки и жили работники обслуживающие плантации и гнезда обоих владетелей.

Лани немного подосадовала на сложившуюся ситуацию. Разговор с родителями, произошедший с мамой и папой несколько дней назад, испортил настроение. Она всегда с охотой выезжала в гостевой домик. И должна была бы радоваться очередной поездке. Она не была против Пра. Но только никогда не хотела бы переехать из столичного города в какую-то там деревню.

Не сказать, чтобы родители её не любили. У элфов это наверно невозможно. Но и особого внимания к себе с их стороны не было. Ей исполнилось уже девять лет. Она покинула детскую группу и пошла в школу уже два года назад. Но до сих пор в семье оставалась единственным ребёнком. И частенько слышала вечерние разговоры родителей на эту тему.

Всего один ребёнок! Это было даже хуже, чем если бы не было ни одного. Тогда хотя бы можно было все свалить на неспособность иметь детей. Такое часто случалось.

Для такой как у них семьи одним ребёнком нечего было даже надеяться на продвижение по работе. На таких элфов смотрели с подозрением, как будто мама с папой специально не желали заводить братика или сестричку.

Мама часто плакала по ночам и все время пыталась лечиться. Отец часто хмурился и тоже тратил деньги на обследования. Но их брачные вылеты оказывались впустую, чтобы не делали лекари. Так было до последней поездки в лечебницу Первопоселенцев, расположенную около первого Выхода, неподалеку от Земель Дарующей.

Мама ездила туда одна. А они с папой только приехали через месяц её забрать. И мама предложила совершить парный полёт над грядой со стороны моря. Была такая примета, что Дарующая по-прежнему бывает не только на своем балкончике, но и тут, в первом поселении, где для нее, как проводника первых караванов, специально содержали небольшой домик. Ничего особенного. Всего несколько комнат для Дарующей и ее спутников. Зато тут был хребет Благословления. Тот самый, где эта традиция появилась в первый раз. Когда-то мама с папой уже совершали этот полет. После него родилась она, Луани.

Мама с папой были красивой парой. Луани тогда и даже сказала, что хотела бы, чтобы ее полет был таким же красивым. А кое кто из зрителей даже одобрительно хлопал покрасневшей маме.

Это было полгода назад. А сегодня она уезжает к своей названной бабушке в деревню.

Парный полет оказался удачным и мама ждёт брата. В тесной квартирке им станет тесно. Кроме того, медики уже предупредили, что мама остаток срока будет все время под их наблюдением. Папа не сможет оставить работу. И тетя их наблюдательного совета настоятельно рекомендовала принять меры в отношении остающегося без наблюдения ребенка. Папа успокаивает и говорит это не надолго. Но Луани не верила. Кое-кто из одноклассниц вообще в семье третий или четвёртый ребёнок. И ничего, справляются. Значит есть тут кое что еще. И скорее всего это связано с тем озабоченным лицом лечащего медика, что каждый раз подолгу беседует с папой, пока мама собирается после очередного в лаборатории со сложным названием.

Луани не спорила с родителями, держала свои сомнения при себе и не устраивала скандалов. Хоть ехать в деревню, неизвестную даже Единому, не хотелось. И подруги косились на неё с сочувствием. Как же, она превращается в фермершу. И ладно бы на своей ферме. Просто будет жить у бабки, в ее жилище. А как же школа?

Ее школа входила в тридцатку лучших школ. А это несколько сотен школ по всем городам Элфании. У нее усиленная программа, которой в деревнях не бывает. Из деревенской школы если и поступишь куда учиться, то разве что на какого-нибудь селекционера или ветеринара.

Хотя, что теперь об этом думать. Подруги пообещали не оставить ее в беде и помочь чем смогут.

Луани отошла от окна и принялась закрывать сумку. Лететь через океан предстояло на глайдере. Своими крыльями не намахаешься. Да еще вещи с собой везти. Она еще раз прикинула что оставляет, а что берет с собой. Главное сокровище, если не считать одежды, это ее коллекция. Тайное увлечение, о котором знали только родители.

Коллекция фотографий куинли, присланных специально для нее такими же поклонниками с разных концов Объединенного мира. Не просто стащенные из интернета. А всеми правдами и неправдами полученными от самих владельцев этих зверьков. Каждая такая фотография сопровождалась подписью владельца, кому она отправлена. И вся история ее копирования. У ЛУани было несколько снимков, в которых она значилась даже в третьей строчке. А на экране планшета красовалась ее гордость. Владелец из мира Кайрилин, прислал ей фотографию лично, в качестве благодарности за совет, позволивший вылечить его детеныша.

Отдых в гостевом домике ей плохо запомнился. Родители старались не говорить о предстоящей разлуке. Она не хотела заводить об этом речь первой. И вообще папа больше времени уделял маме. А когда за нею прибыла прабабушка, как ей показалось, даже вздохнули с облегчением.

– Я думаю, там тебе понравится. – Грустно улыбнулся отец на прощание. – Пока Тарианион не подрастет после того как родиться, у нас тебе будет не до учёбы.

Луанна только отвернулась. Ее подозрения получили подтверждение. Но маленькая хитрость отца не обидела. В конце концов, она тоже хочет братика. В классе на нее, как не имеющей ни старших ни младших братьев и сестер поглядывали свысока.

– Дома ты можешь звать меня по имени. Малагиалина или Малагия. – С улыбкой приобняла её прабабушка. – Так все делают. А если хочешь, то можешь оставить все как есть. Хоть я и чувствую себя при этом динозавром. Но ведь это на самом деле так.

На взгляд Луани, это так и было. Не сказать, что для своего тринадцатого десятка лет бабушка выглядела совсем уж старой. Но она же помнила времена эпохи скитаний, лично знала Дарующую и Аманиатрони. Служила у них ещё, когда их гнезда только строились. Страшна древность. В городе такие старики были на перечет. И приходили в классы на уроки истории. Их часто даже поднимали на этади используя грузовые лифты.

Но прабабка удивила, развернув свои крылья. В её возрасте далеко не каждый мог пролететь больше десятка метров. А она совершила перелет до площадки глайдеров без посадки. Даже Луани немного запыхалась. А Пра ничего, весело представила ее как свою внучку и прошла на взлетное поле.

Оказывается, даже для человеческого транспорта потребовалось почти три часа, чтобы от побережья добраться до деревни.

В свои девять лет Луани бывала не экскурсиях в разных местах своего материка. А на картинках видела даже поселения диких. Ей было с чем сравнивать.

Полёт проходил над хребтом. Глайдерам, как объяснила Пра, полёты над плантациями были строжайше запрещены даже на большой высоте. Да и вообще над землями латторий существовало всего несколько утвержденных маршрутов, проложенных преимущественно над голыми скалами. Зато можно было вдоволь на любоваться видами гигантской горы и ее отрогов, раскинувшихся внизу.

Знаменитая долина с зонтичными деруьями раскинулась справа. Её окружали высоченные хребты, страшно медленно сужающиеся в направлении гигантской горы. к их склны, из круты, около побережья, очень быстро перешли в ответ сын оьрывы, чем дальше, тем выше.

Луани только рот раскрыла, выйдя из глайдера. Деревня ютилась в ращщелине по правому борту долины. В одной из тех, где ценные деревья никогда не росли. Это Пра тоже успела ей пояснить.

Изначально здесь были голые камни. А теперь, все ее дно было застроено небольшими домиками, выстроенными вдоль двух или трёх улиц. Всего несколько десятков одноэтажных строений и несколько многоэтажек. И для такой маленькой деревни здесь оказалась посадочная площадка сразу для нескольких глайдеров! И еще штуки три штуки Луани заметила стоящими укрытыми под навесом.

Луани никогда не бывала в фермерских поселениях. И видела их только на картинках или по рассказам одноклассников.

Лет шли пешком. Бабка решила сразу показать ей все достопримечательности.

– Я-то редко выхожу на улицу. Старею уже. – Начала экскурсию Пра, сразу как она попрощалась с пилотом.

Луани с сомнением покосилась на ворчащую рядом женщину. Малагиалина никак не походила на доживающую свой век старушку. Тем более в свете их перелета из гостевого домика.

– Вот здесь продовольственный магазинчик Ты не смотри, что он такой маленький. Не гипермаркет конечно, но все что необходимо у нас есть. А вот тут продают всяческие бытовые мелочи. Если потребуется брошка или заколка, то тебе сюда. Вон то, самое большое здание в два этажа, это школа. Я тебя завтра туда свожу и познакомлю с директором.

– А, почему тут никого нет?

– А кто тебе нужен? – Удивилась Пра.

– Ну, прохожие например.

– Так день же. Все не работе. А дети на окраине играют. Над деревней летать не принято.

Глянув в указанном Пра направлении, она действительно увидела нескольких малявок, вынырнувших над крышами домиков и сразу нырнувшими обратно. Знакомая игра в догонялки, на сколько Луани смогла оценить.

– А далеко до нашего дома?

– Устала уже?

Луани неопределенно пожала плечами. Не говорит же, что ей вся эта деревенская жизнь поперёк горла встала еще при первом взгляде на домики сверху.

– А дома у меня нет. Здесь вообще нет жилых домов. – Продолжала тем временем Пра. Все дома в деревне служебные. Школа, магазины, офисы. Здесь живут в гнездах. Наше с тобой гнездышко вон там, наверху.

Луани запрокинула голову и поймала себя на мысли, что во второй раз за день приоткрыла ротик в удивлении.

Окружающие деревню скалы, оказывается, были сплошь покрыты входами в гнезда. Они начинались метрах в двадцати над землёй и рядами поднимались ввысь. Последние входы, уже не в рядах, а одиночные, терялись в облачной дымке, грозящей к вечеру перерасти в облака.

Такое она видела только в игровых фильмах и на картинках, изображающих места родовых поселений богатых семей Элфании.

Бабушка как раз показывала на границу той самой дымки. На едва видимую посадочную площадку, находящуюся чуть в стороне от одного из последних основных рядов.

Даже в свои девять лет лани понимала, что это лучшие места на скалах для строительства гнезда. На такой высоте воздушные потоки уже были устойчивые и ровные. Они не только бесплатно обеспечивали гнездо свежим воздухом, но легко поднимали взрослого элфа выше, над горами. Уступ сверху защищал от холодных ветров, дующих со стороны ледников. А скала весь день освещалась светилом. В общем, это не могло быть жилище для бедной семьи.

Луанна недоверчиво посмотрела на бабушку. Но та только улыбнулась.

– Когда все начиналось, тут позволялось самому выбрать место для гнезда. Главным ограничением была сложность подъема тяжелых грузов. Высоковато конечно. Твой названный прадед был бескрылым. Но он отказался даже обсуждать другие варианты.

Луани озадаченно проследила лестницу, вьющуюся почти вертикально через все уровни.

– Это что же, он каждый день вот так, пешком?

– Нет, теперь, вон там есть лифт. – Пра не очень вежливо ткнула пальцем в скрытую между выступами скал нишу. – Он общий. Так что бескрылые и кому лень взлетать, могут им воспользоваться. А раньше да, приходилось пользоваться этой лестницей.

Луанна послушно прошла следом за Пра в кабинку спрятанного лифта. Оказывается, направляющие его были вмонтированы в скалу почти вплотную. Сама же кабинка была практически прозрачная.

– Так в домах вообще никто не живёт? – Все ещё не могла поверить Луанна.

– Нет. Зачем? В деревне живут семьи тех, кто пришёл сюда вместе с Амани. Для них и гнезда были построены. На нижних этажах живут сезонные работники. Сейчас еще рано. А в сезон сбора урожая тут очень даже многолюдно. А внизу только общественные дома.

– Так это гнезда владетеля.

Луанна облегчённо встряхнула головой. Все наконец-то стало вставать на свои места.

– Ну не совсем. Первые шесть уровней действительно построила ещё Амани для работников фермы. Но гнезда переданы семьям на ограниченных правах в основном, это касается продажи и наследования. Продавать нельзя, а наследник должен получить одобрение владетеля. Ну и гостей приглашать сюда можно только с разрешения управляющего деревни. Но это уже из-за близости плантаций.

– А я тоже должна буду получить разрешение?

– Я поставила уже в известность ниэла Коринсаниаои. – Улыбнулась бабушка. – Мне разрешение получать не надо. Я ведь одна живу..

– Но если я здесь буду жить, ты же сама сказала, что должен одобрить владетель.

– Ничьего одобрения мне не требуется, чтобы поселить тебя здесь. – Улыбнулась бабушка.

– Но…

– Луанни, я же сказала, ограничения касаются только гнезд наемных работников фермы, проживающих ниже. Это моё личное гнездо. Единственное условие, установленное ещё Амани, это количество проживающих в нем не должно быть больше установленного, и продать его я смогу, только если владетель откажется выкупить его.

Луанна растерянно осмотрелась. Из уютного холла в обе стороны уходил коридор. Как выяснилось он вел к хозяйственным кладовкам. Доступ к пяти комнатам был через широкую полку, вырубленную в виде ниши прямо в отвесной скале. Широкий приступок одновременно мог выполнять роль и балкона, и площадки для полётов. Поэтому не имел даже ограждения.

– Райнартсион к сожалению не дожил до брачного полёта. – Грустно вздохнула Пра. – А я теперь здесь совсем одна. Ты уж не расстаривайся из-за переезда так сильно.

Луанна вспомнила своих родных бабушку и деда. Эпоха скитаний дотянулась до первого поколения очень быстро. Бабушка скончалась на седьмом десятке, из-за какой-то болячки связанной с генами. Её брат и вовсе не дотянул до пятидесяти. Семью он так и не смог завести. Радовало только то, что генетики Арден и Элфании смогли справиться с той болячкой. У её родителей болезни уже не обнаружили.

– Моя комната направо от входа. Ты можешь выбрать любую из свободных спален. Позже обсудим, что в ней изменить по твоему вкусу. Устраивайся, ужин у нас будет через час.

Вот это уже было что-то новое. В городе у неё была маленькая комнатка. Но её обстановка и вид с Луани не обсуждались. Родители сами решали, что больше подходит дочери.

Сами спальни тоже были далеки от представлений о деревенском быте. Не верх гигантизма. Но вполне просторные комнаты раза в три больше чем была у нее в городе. И вполне удобные, пусть и без изысков кровати. Все они освещались через широкий вход, имевший двойные раздвижные двери. Внешнюю, прозрачную из прочного стекал и деревянную внутреннюю.

Обстановка ограничивалась несколькими шкафами, в виде ниш в стене с дверцами, столом и креслом. Так что выбирать она ничего не стала и предпочла самую дальнюю от входа.

С дороги, она едва заставила себя слегка разобрать вещи и принять душ. После чего добралась до вкусно пахнущей кровати и завалилась спать.

А утром её подняли тёплые, и далеко не утренние, лучи пробившиеся между остроконечными пиками на противоположной гряде.

Время завтрака по городским меркам давно миновало. Выспавшись, Луанна сладко протянулась и откинув одеяло прошлась до балконной площадки перед комнатой.

Внизу царила утренняя суета. Было видно, как припозднившиеся работники срывались с площадок и торопливо уносились кто куда. Слышались громкие напутствия детям, остающимся дома. Луанна с восторгом увидела групку из пяти-шести ровесников, сбившуюся прямо в воздухе и упорхнувшую на край деревни. Туда, где она видела накануне играющих малявок.

Некоторые из подростков играли прямо на своих балконах нижних этажей, служивших чем-то вроде игровых площадок. Одни возились на самой площадке, другие срывались вниз, почти параллельно отвесной стене и выходили из пикирования над самой землёй, чтобы сделать круг и вернуться обратно. В городе такие маневры были невозможны.

Она слышала о таком, от одноклассников, чьи семьи имели гнезда в горах. Это были состоятельные семьи, из тех, кого считали богатыми. Остальные довольствовались выездом на скалы в дни отпуска или высотными вышками на стадионах.

А тут. Своя громадная комната, собственная площадка, на которой ты никому не помешаешь. И высота!

Луани осторожно подошла к краю. Сердце на мгновение замерло. Она элфианка, а не человек. Но даже у неё захватило дух. Где-то далеко внизу в утренней дымке виднелись крыши домов. Граница лучей уже спустилась до середины скалы, но до дна долины пока не добралась. Она невольно отметила, что дети играют на площадках нижних уровней немного в стороне. Мимо с шорохом пронеслись двое. Парни шли в пике плотно прижав руки к телу. Крылья они почти полностью свернули, оставив небольшие кромки вдоль всего тела. Луанна с ужасом проследила как они набирая скорость пронеслись мимо нижних жилых уровней, и в самом конце слега раздвинули самые кончики, под крутым углом выходя в горизонтальный полёт. А потом, не снижая скорости по пологой прямой поднялись вверх, по пути закручиваясь вокруг себя.

Крыльями они начали работать уже далеко от скалы и набрав приличную высоту.

– Луани, завтрак тебя уже заждался. – Из гостиной выглянула бабушка.

Перехватив её взгляд, она улыбнулась.

– У нас немного высоковато по сравнению с городом и морским пляжем. Возможно, тебе стоит немного освоиться с начала, прежде чем взлетать отсюда. Особенно если ты собираешься отрабатывать скоростное пикирование. Я слышала, ты увлекаешься этим видом полетов. Если хочешь, после завтрака я рассказу об особенностях воздушных потоков. А детали уже изучишь сама.

Луани поспешно закивала головой. Это был лучший выход. Очень не хотелось посыпаться на глазах всех будущих знакомых. И не будешь казаться совсем уж неумехой, задавая вопросы местным парням и девчонкам.

В гостиной она поспешно подтянула к себе тарелку. Что там с утра подала на стол бабушка, она даже не разобрала. Подхватилась, чтобы помочь с посудой.

Бабушка с минуту наблюдала за ней, потом покачала головой.

– Не туда. Грязные тарелки складывай вот сюда.

Луанна недоверчиво проследила, как её тарелка, равно как и чашка добавились к тем, что уже стояли в выдвинувшейся полке. А потом несколько секунд наблюдала, как внутри по стеклу течёт вода.

Посудомойка? Здесь, в деревне?

Из угла с жужжанием выкатился приземистый полукруглый аппарат. Он деловито поерзал на месте, где Луанна впопыхах просыпала крошки, и вернулся обратно.

– Стиральной машинкой ты ведь умеешь пользоваться?

Луани растерянно кивнула. И невольно растянулась губы в улыбке. Стиральные машинка была у них дома. А вот автоматов для посуды и уборки нет. Слишком дорогое это удовольствие. В элфании их не производили. А транспортировка из Объединённых миров вылетала в копеечку. Честно говоря и энергия для них стоила денежек. Так что функции этих автоматов дома ложились на руки мамы, а в последнее время ее самой.

Все, бабушка её купила всю и с потрохами. Она бы только за площадку влюбилась в это место. А уж если тут даже посуду мыть не надо!

Луани уже успела разглядеть стойку с микроволновой, автоматом для приготовления пищи и прочее.

– Пра, я не поняла, ты оказывается из богатых.

– С чего ты взяла? – Подняла та брови. – Ах, это. Так, когда строились, владетель Амани имела некоторые льготы в вопросах снабжения из Объединенных миров. Ты же помнишь, она очень дружна была с магистром Нэстэ. А первые тоннели это заслуга и её и гекатесс Рианны. Амани занималась оборудованием гнезда Нэстэ и своего. Но не возражала, если мы просили её помочь. В объединённых мирах вся эта техника достаточно дешевая. Это здесь приходится экономить из-за транспорта.

– Но у тебя гнездо обставлено так, как в городе многим не снится. Папа все время следит за счётчиком расхода энергии.

– Ну, будь у меня такие счёта, как в городе, я бы тоже крепко подумала, чтобы использовать всю эту технику.

– А разве здесь другие цены?

– E меня свои панели питающие все гнездо. Мы их при строительстве в первую очередь установили. Кроме того, в латтории Дарующей такое количество Расколов, что просто грех не воспользоваться парочкой из них в вопросах энергетики. У деревни есть свой небольшой общественный генератор. Если мне хватает, можно воспользоваться общедеревенской сетью. Цены на неё совсем небольшие. Только на ремонт и оплату двух операторов. И если уж об этом пошёл разговор, ещё мой муж пробурил свою скважину для воды. Тогда так делали все переселенцы первой и второй волны. Вода у нас своя. Так что можешь вечером вместо душа отправиться в бассейн, он на уровень ниже.

Луани недоверчиво покосилась на лестницу, незамеченную вчера.

– Серьёзно? Настоящий бассейн?

– Ну, не очень большой, но настоящий это точно. Только по утрам его я занимаю. Люблю прохладную воду.

Луани даже не поинтересовалась, куда это засобиралась Пра. Все-таки в её возрасте вроде как работать было необязательно. Да и вчера она кажется жаловалась на одиночество.

Она не вытерпела, и сразу после позднего завтрака поспешила к заинтресовавшей её лесенке.

Комната для бассейна оказалась по площади как две спальни, расположенные над ним. Водная гладь занимала всю её, оставляя только небольшие бордюры вдоль стен шириной буквально в полметра. Даже вдвоем не разойтись. В районе лестницы была площадка шага в два. А напротив стены не было. Там был свод застекленного грота, на которым располагалась уже знакомая площадка-балкон. Если раздвинуть створки почти на всю ширину, бассейн оказывался практически на улице.

– Здесь изначально был природный грот. Небольшая ниша. Над нею мой муж и построил гнездышко. – Появилась на голосвязи Пра. – Очень удачно получилось. Хотя возиться со сводом пришлось долго. И будь аккуратней. Робот уборщик в бассейн не спускается. Уборку приходится наводить своими ручками.

– Пра, я не поняла. А мои папа с мамой знают о твоём богатстве?

– Знают. Но они здесь никогда не бывали. Для этого нужно специальное разрешение. Получить его сложнее, чем тебя взять на правах опеки. И если честно, раньше об этом как-то речи и не шло. Мы не слишком уж близко общались. Наверно тут наша общая вина. Ты не обижаешься на них? Решение отправить тебя ко мне им нелегко далось. Но это действительно хорошее решение.

– Я не обижаюсь. Только я жизнь в деревне представляла себе совсем иначе.

– Я тоже бываю в фермерских деревнях. – Усмехнулась Пра. Судя по ее движениям, она открывала какую-то дверь. – Пока в Элфании приходится выбирать между комфортом в городе и жизнью в деревне. И это продлится ещё долго. Но для нашей деревни это правило не действует.

Пра была довольна произведённым эффектом на названную внучку и не скрывала этого.

– В поселениях латтории Амани и Дарующей в вопросах наследования предпочитают придерживаться родового принципа. В деревне остается наследник. Он и его семья служат владетелям сразу дух латторий. Или работают на плантациях. Остальные могут приезжать по его постоянному или временному приглашению на отдых, но не более того. Новые семьи появляются тут редко.

– Ещё бы! Плантации Дарующей и Амани признаны достоянием Элфании. – С пониманием воскликнула Луани, трогая ногой воду. Их охрана является вопросом государства. В школе об этом на уроках географии рассказывают.

– Верно. Извини, я в администрации. Мне тут надо решить кое-какие вопросы. Так что отключаюсь.

Луани только головой закивала, торопливо стягивая одежду. Свой бассейн, с видом на горную долину. С ума сойти можно.

Знакомство со сверстниками началось с парня, зависшего в полдень прямо напротив грота, когда луани вышла из бассейна.

– Можно зайти?

Немного замявшись, она все же кивнула. Дома у неё друзья не задерживались надолго. Слишком маленькая квартира. Пра ничего не говорила о гостях. Но ведь и не запрещала.

– Криан. – Приветливо улыбался ступивший на балкон парень. – А ты Луани. О тебе здесь уже все знают.

– Потому что я новенькая. – Скривилась та.

– Точно. А ещё, благодаря тому, что наша отшельница заявила вдруг об опекунстве, о котором мало кто помнил. Здесь не так часто появляются новые лица. Мы будем с тобой в одном классе учиться. Как тебе у нас?

– Пока не поняла. – Честно призналась девочка. Но точно лучше, чем я думала.

Невольный её взгляд за спину, на бассейн, был правильно расценен мальчишкой. Он без стеснения окинул взглядом своды грота и одобрительно кивнул.

– Отличное место. Родичи говорили, что тут был самый большой грот на этой скале. Твоя названная бабушка иногда собирает соседей на праздник. Так что я тут бывал пару раз.

– А ты где живёшь?

– Пот этому же уровню, влево, через два гнезда.

Луани вспомнила объяснения Пра. Значит Криан тоже из семьи второй или третьей волны.

– У нас тоже есть бассейн, немного меньше, чем у вас. Родичи рассказывают, что в эпоху скитаний это было обязательно для частных домов элфов, проживающих в Объединённых мирах.

– Для первопоселенцев вода оставалась частью курса реабилитации. – Кивнула Луани. Сама я не очень люблю плавать. Особенно когда крылья намокают и тянут назад. Но бассейн это здорово.

Мальчишка без смущения осмотрел её фигурку и уже натекшую лужицу у ног и хмыкнул.

– В городе никогда не был. Как вы там справляетесь с этим, не знаю. А здесь надо раскрыть крылья и подставить их под наше светило. На ветру они просохнуть за несколько минут.

Не без смущения Луани прошла к краю и выполнила совет. Не очень ловко чувствуя себя в купальнике под взглядом одетого для полётов мальчишки.

– Как не счёт полёта? Наш класс собирается на краю деревни. Можем присоединится.

– Это тебя специально послали?

– Зачем? Я сам вызвался. – Пожал тот плечами. – задержался с утра. Ходил за плодами.

– Ясно, но у меня крылья ещё мокрые.

При новом взгляде вниз у нее снова захватило дух. Было страшно, и очень не хотелось, чтобы это заметил новый знакомый.

– Так мы и не спешим. Давая я пока расскажу тебе что тут и как.

Мальчишка преспокойно устроился, свесив за край балкона ноги.

– Вот, смотри, справа выступ есть. Его даже хотели снести, чтобы не мешал стройке. Но оставили как есть. Он вызывает возмущения в восходящих потоках. Так что рядом с ним надо быть очень осторожной.

С той стороны от него, отсюда не видно, идёт почти вертикальная расселина через всю скалу снизу до верху. Она вообще выходит на хребет между двумя вершинами и работает как вытяжная труба. Если лень мазать крылышками, можно воспользоваться ею как лифтом. Старики так всегда и поступают. Кому охота влезать в грузовой лифт. Но нудно быть осторожным. Скорость восходящего потока днём там довольно высокая. А расселина небольшая. Ночью там тоже сохраняется восходящая тяга. Послабее только.

– Понятно. А лифтом что совсем не пользуются здесь.

– Почему? Груз поднять там или бескрылые. Как им в гнезда еще поднматься?

– Они ещё остались?

– Несколько есть. Живут в основном внизу и никому не мешают. Жалко их. – Вздохнул Криан. – Им только и остаётся, что завидовать остальным. У Синкры отец бескрылый. Из-за болезни ещё в детстве пришлось ампутировать. Вот он живет на нашем уровне. Обычным лифтом он наверно единственный кто пользуется регулярно.

Луани прикинула последствия своего страха. Оказаться зачисленной в одну компанию с инвалидами без крылых очень не хотелось. Ладно еще с первопоселенцами. Многие из бескрылых стали разведчиками Расколов Элфании и их имена даже в школе проходят. Но этот бескрылый отец незнакомой пока девочки ведь настоящий инвалид родившийся уже в Элфании. Один и тех, кому болезнь не позволила летать.

Она решительно встряхнула заметно полегчавшими крылышками. Полупрозрачные, с золотистым отливом, и прожилками, складывающимся в узор, похожий на водопад. Это был предмет её гордости.

Парень невольно задержал на них взгляд и Луани гордо расправила плечи. Ни один деревенский не увидит, её страха.

Шаг за край балкона она все же немного сократила. Но все равно именно шагнула, а не прыгнула, как это делают малолетние птенцы, впервые встающие на крыло. Сделала это быстро, чтобы не вмешался мальчишка. Она прыгала с самых высоких вышек в городе.

О том, что громкий визг стоящий в ушах был её собственным, она поняла только когда закрыла рот, уже заново набирая высоту после пикирования.

Криан догнал её чуть погодя. И весело скалился все время короткого полёта. Но ей было все равно. Первый ужас от совершенного поступка сменился восторгом свободного полета. Она сделала несколько пируэтов из тех, что любила по полетам на стадионе. Просто, чтобы опробовать новые воздушные потоки.

Крылья в плечах немного болели. Все же она же сделала чт-то не так при выходе из пикирования.

– Ты никогда не стартовала с такой высоты, ведь так? – Поинтересовался Криан, когда они уже приземлились. – Говорят, в городах уже появились высотные здания.

– Сотня метров, самое высокое. – Вздохнула она. – Самая большая высота, это скалы на гостевом побережье.

– Ну, ты даешь! Там же море, если даже не учитывать, что тут на треть выше. Спина болит?

– Ага, не сильно.

– К вечеру всю прелесть прочувствуешь своего полета. – Авторитетного заявил парень. – А еще к этому добавятся сами крылья. На кончики посмотри.

Луани торопливо вывернула возмущенно занывшее крылышко.

Самый краешек её личной гордости имел весьма плачевный вид. Кое-где тонкая кожица даже треснула и поступила красноватая сукровица.

– Ты слишком сильно выдвинула их, но при этом кромку оставила прижатой к спине. Это хорошо работает на небольших высотах, когда надо быстро набрать скорость. Но при пикировании с больших высот этот приём становится опасным. – Принялся объяснять парень. – Ты так быстро нырнула, что я не успел тебе об этом рассказать. Концы крыльев на таких скоростях начинают сильно вибрировать. Тебе ещё повезло. Будь скорость чуть больше, и пару месяцев бы познавала всю прелесть жизни бескрылых. Если вообще бы смогла нормально приземлиться. Могла бы и переломаться.

Луани осторожно расправила поврежденные крылышки. Кончики отозвались слабым зудом, действительно грозившим в скором времени перерасти в болезненные ощущения.

– На таких скоростях надо выдвигать всю кромку крыльев за границу рук. Но совсем чуть-чуть. И выходить из пикирования не раскрытием крыльев, а изгибая эти кромки, вот так.

Луани хмуро проследила, что показал новый знакомый. У парня получалось очень даже изящно и легко. Вот только такой приём ей никто в городе не показывал раньше.

– А ты распахнулась во всю ширь. Как только плечи выдержали!

– Что же теперь делать? – Луани старалась не паниковать. Но испугалась за последствия всерьез.

– А Ничего. Бабка тебя вечером отчитает. Недельку вообще не советую летать. По себе знаю, так быстрее все заживет. А потом, если захочешь, вместе попрыгаем, только начнем с нижних уровней. Там если даже ошибешься, легко перейдешь в привычные тебе машущий полёт.

– И ты согласишься со мной заниматься?

– Компанию составлю. Покажу что смогу. – Весело улыбнулся мальчишка. – Но тебе лучше к нашим школьным учителям обратиться. Они умеют показывать и разъяснять. Только занятия через триместр начнутся.

– Это что за скорплия тут недавно верещала на всю долину.

Голос принадлежал подлетевшей девочке. Следом приблизилось еще несколько сверстников.

– А, понятно. – Пригляделась она к пострадавшей части крыла в руках Луани. – Скоростное пикирование.

– Урса, перестань. Она городская. Откуда ей знать о полетах на больших скоростях. К тому же, ей все же удалось выйти с минимальными потерями.

– Ну да, только от её визга у всех в долине уши заложило. Хорошо хоть плантации далеко, а то все зонтики бы сложились.

Луанна невольно покраснела.

– Просто я всегда мечтала о таком полёте. Это от восторга.

– Понаедут тут всякие городские. Раз у вас там небоскребы, тау думаете все можно?

Луани напряглась. Ссориться в первый же день знакомства не хотелось. Хоть эта самая Урса ей уже не нравилась.

– Она единственная из девочек, кто прыгает с наших уровней и даже с самых высоких пиков. – Шепнул Криан. – Не обращай внимания. Урса привыкла быть единственной. ю А тут появилась ты.

– Она тоже из нашего класса?

– Нет, она на два класса старше. Просто выглядит как мы. Она из побочной ветви рода Амани.

– Владетеля?

– Ну да. Только не по родственной линии. Владетельница усыновила её дедушку, после смерти родных родителей. Их семья приняла приглашение Амани и пришли сюда в первой волне. На латторию, как приглашенные, они прав не имели. Зато служили владетельнице. Урса их прямой потомок и сильно гордится, что будет служить в гнезде самой Дарующей. Она уже несколько раз летала туда, когда приезжало много гостей.

– Разве детей привлекают к службе? – Удивилась Луанна.

– Нет. Но ведь в гнезде сейчас растёт прямой наследник владетеля. Обычно он живёт в мире шнатлий или гостит в гекатах Столичного мира Арден. А когда приезжает сюда, к нему и вызывают кого- то из нас.

– Для чего?

– Да что бы познакомиться. Владетель должен знать, кого будет принимать в будущем на работу.

Криан неопределенно пожал плечами. Но у Луани сложилось впечатление, что не все тут так просто. Что-то он быстро переключился на другую тему.

Деревенские каникулы

Утренние лучи привычно разорвали крепкий сон. Луанни вообще спала в деревне как убитая. Вечером еле доползала до кровати и открывала глаза только с лучами сияющего светила. Когда начнется школа, придётся вставать раньше. А пока, она сонно потирая глаза натянула свежую рубашку и вяло прошлепала босиком на балкон.

Встав на краю, сладко протянулась навстречу ласкающим лучам. Расправив не только руки, но и крылышки. Потом сложила крылья и резко наклонилась вперёд. Громкий радостный визг привычно перекрыл на мгновенье шум в низу. Редкие жители на мгновение отвлеклись от своих дел и с улыбкой проследили за падающим камнем телом.

В первый день вечерний выговор от Пра, она выслушала со всем возможным смирением. Сама себе удивилась. Но плечи и крылья ломило столь нещадно. А Пра знала как с этим справиться. В этой деревне, как выяснилось, об этом знали все старики. Криан просветил её на этот счёт. Правда, не сказал, на основе чего они делают свои чудо мази.

Плод зонтика в любом случае был дорог. И даже семья со средним достатком, как её родители, могла позволить себе его не чаще одно двух раз в месяц. О плодах из латторий Дарующей и Амани в этом случае речи не шло в принципе. Не сказать что, в столице его было не достать. Папа иногда позволял себе и такое расточительство. Но очень редко. Так что Луани могла отличить по вкусу плоды с континента Фарнир и местных ферм. Ну а стоимость могла увидеть в любом крупном магазине.

Так что цену того, что тем вечером Пра втирала в ее многострадальную спину и кончики крыльев, Луани даже прикидывать не стала. В этой деревне все было не так, как она себе представляла в городе. Бытовая техника считалась не роскошью, а предметом мебели. Даже на уровнях наёмных работников она была доступна в общественных комнатах. Энергию здесь не экономили. И почему то вопросов с оплатой счетов за нее тоже не возникало. Воду из крана можно было пить, причем без ограничений. А на столах даже гнезд самых нижних уровней каждый день был этот дорогущий плод. Ну, у наемных работников, быть может, один на несколько комнат. Но ведь был.

Как оказалось, деревня была не такой уж изолированной от всей Элфании. И даже пользовалась популярностью. Сюда действительно нельзя было приехать постороннему на постоянное поселение. А вот на сезонную работу без проблем. Причём вместе со всей семьёй. Чем знающие элфы регулярно и пользовались, считая такую работу отличной альтернативой гостевым домам и прочим санаториям. К тому же ещё и заработать было можно. Естественно, что состоятельные элфы этим вариантом отдыха не пользовались. К их услугам были санатории на побережье. Они и рекламировались всюду и были известны во всех Объединенных мирах.

– Опять ты со своим боевым визгом. – Криан выдал общее мнение новых друзей сразу же после ее посадки.

Впрочем, даже Урса если и кривила губы, то не слишком злобно. Вообще, с местными у неё сложились на удивление ровные отношения. Было несколько друзей, таких как Криан. С остальными сохранялся полный нейтралитет. Особой пренебрежительности к себе, как к городской она не ощущала. Ей даже помогали и охотно поясняли некоторые вопросы местного быта.

Луанна считала, что в этом сыграл свою роль ее первый полёт. Сейчас она понимала на сколько сильно ей тогда повезло. Такие ошибки, как она, совершали и опытные парни с куда большими последствиями, чем несколько дней походить в роли бескрылой. Тот же Криан, оказывается, рвал себе и плечевые связки, и даже сами крылья. Причем намного сильнее чем она. У него было и несколько переломовв результате неудачных выходов из пикирования.

– Так здорово же!

– Согласен. Но приезжающих работников ты каждый раз пугаешь своим воплем. – Ухмыльнулся Криан.

– А ты пойдёшь сегодня за плодами. – Поспешила сменить тему Луани.

Пра тоже говорила что-то на счет начавшегося сбора урожая и прибывающих сезонных рабочих. Но она пропустила это мимо ушей. Оказывается зря.

– Сегодня нет.

У-у-у. – Не стала скрывать своего огорчения та.

Это местное правило для неё тоже было необычным. В деревнях латторий Дарующей и Амани, ну и еще нескольких, расположенных именно на этом континенте, была заведена очень необычная традиция.

В лесах, вне плантаций, здесь часто встречались как небольшие рощи так и одиночные зонтичные деревья. Рощи считались своеобразным семенным фондом фермы. За ними наблюдали и отслеживали централизованно. Была даже специальная служба из лесничих и наручников. Они тщательно охранялись, за ними ухаживали специалисты, и посторонние туда не допускались. А вот одиночные деревья были отданы на откуп подросткам.

Правила были простыми. Если мальчик или девочка находили в лесу одиночное дерево, они могли взять над ним шефство или передать его кому кому-то из друзей. Собственно все шефство над диким растением заключалось в наблюдении, отслеживании признаков отклонений от нормального развития. По этому вопросу тут всякий дошкольник мог покровительственно крылышком похлопать специалиста из города. Ну и конечно в своевременном снятии плодов. Пока их запах не привлёк разного рода животных, в изобилии обитающих в этих лесах. А то и из Бездны. Ну и естественно сразу сообщать в тот самый отдел, если возникнут хоть малейшие признаки проблем. Будь то пожелтевшая листва или сломанные ветви.

С первым разбирались научники.

Со вторым. Ну, со вторым, как поняла Луанни, частенько лесничих опережали те самые дикие ниахары.

Браконьеров в деревнях не любили, от них часто страдали вполне официальные левые доходы местных жителей. Впрочем, нелюбовь эта была взаимной. Чужие могли при случае использовать оружие и против случайного свидетеля. Такое иногда случалось на землях других ферм. Так что в деревне полностью поддерживали любые меры борьбы с браконьерством.

В городах часто недоумевали, как это можно жить рядом с целым прайдом таких хищников и даже не иметь под рукой соответствующего оружия. Ведь силовые щиты ниахар латтории Дарующей не останавливали. А личное оружие способное навредить ниахаре в деревнях не разрешалось.

– А ты видел ниахару? – Этот вопрос её волновал все время пребывания здесь. – Ну, если не считать знакомства с самцом.

Этот вопрос, заданный Луанни в первый же день, вызвал открытый смех у всех новых друзей.

"А зачем нам такое оружие?" – Вопросом на вопрос ответил тогда Криан.

"Ну как же, А если они нападут?"

"А ты знаешь, как выглядит оружие, способное ранить ниахару?" – Скривила губы Урса в презрительной усмешке.

"А вот и видела. В игровых роликах про охотников на тварей часто показывают".

"Тогда попробуй представить себе, что ты будешь с ним делать, если ниахара атакует хотя бы вон из-за того угла". – Урса даже не стала комментировать упомянутый источник информации. Только пренебрежительно скривила губы.

Луани тогда честно попыталась это сделать. И вынуждена была признать всю глупость такой затеи. Это в роликах здровенный охотник в Бездне лихо перекидывал огнестрел с одной руки на другую и отстреливался от тварей, подступающих со всех сторон. Даже если отбросить факт того, что на самом деле с таким оружием обращаются иначе, элфу нечего было и думать пытаться его поднять в одиночку. Так что тот разговор она поспешила переключить на другую, менее опасную тему.

Но раз представился случай, почему бы не продолжить?

– Один раз. – Криан сморщился с едва заметной досадой. – Я на тропе следы обнаружил, а потом оставленный лагерь браконьеров. Доложил куда следует. Ну, а когда показывал место, к лесничим вышла очень недовольная самка. Они границ земель Дарующей не любят нарушать. В том числе, кстати, и из-за задающих таких вот вопросы. В общем, они чувствуют страх жителей. Они их раздражает, поэтому без особого приглашения, к деревням стараются не приближаться.

Криан снова поморщился.

– И на землях Амани они охраняют только плантации. Ту самку через владетеля тогда специально попросили осмотреть место. Очень уж крупный отряд оказался. Старший лесничий заранее предупредил, чтобы я не нервничал. Она осмотрела все, обнюхала, в том числе и меня. А через неделю я подслушал, что в том отряде было восемь человек. И кроме мобильных щитов, у них оказалось крупнокалиберное оружие против кошек.

Луани тихо ахнула.

– Так они шли в земли Дарующей?

– Так не за моим же деревцем они приперлись. – Удивился Криан. – Там их и подстерегли. Двоих потом по инфосети показывали. На суде.

– А остальные?

– Ты дурочка что ли? – Не заставила себя ждать Урса. – Понятно же что с ними стало. Ниахары ненавидят оружие и не церемонятся с теми, кто приходит их убивать.

– Да. – Криан серьёзно кивнул. – Безоружных браконьеров кошки или прогоняют или удерживают на месте до прихода лесничих. Но если кто вторгся на их земли с оружием, пиши пропало. Не дай Единый, случайно выстрелить в того же лесничего на подлёте.

– Голову снесут и даже извиняться не будут. – Зло фыркнула Урса, сжала кулачки и неожиданно резко отвернулась.

– Её отцу бракоши так крыло сожгли. – Тихонько шепнул Криан. – Он еле выжил при падении, сильно поломался. Говорят, ниахары его охраняли до подхода помощи. В его секторе это не меньше суток пешего ходу. Потом он долго лечился. И все равно полностью крыло не восстановилось. Продолжает летать, но плохо.

– А что со стрелявшими?

– Нашли только оружие и обрывки одежды. – Урса все прекрасно расслышала. Но замечания делать не стала. Только отвела глаза и непримиримо поджала губки, показывая что полностью одобряет действия безызвестной самки.

– Они их что, съели?

– Ниахары не едят разумных. Хотя и могут. – Покачал головой Криан. – Самка расправилась с ними, а остальное доделали мелкие падальщики.

– Элфания очень безопасный мир, если соблюдать определённые правила. – Высказала Урса известную всем с детства истину.

– Точно, например не лезть в земли Дарующей без приглашения. – Поддержал Криан.

– Но я слышала, что ниахары заходят и на плантации.

– Их страх сезонных работников и наши полеты их сильно раздражают. Поэтому там, где работают сборщики, их не бывает. – Ухмыльнулся Криан. – А в остальные сектора плантаций действительно доступ только для постоянных сотрудников. Над диким же лесом летают исключительно лесничие и научники. Из числа тех, кого одобрил самец прайда. И то стараются делать это как можно реже.

– Значит, за границу латтории Дарующей вы не ходите. Ведь там тоже есть одиночные деревья. – Уточнила Луанни.

– Ланша ходит, и Лурсиа ещё может, у него там два дерева, кажется. – Криан озорно улыбнулся. – Ну и я еще пойду недели через две, перед школой. Моей семье там дерево еще от деда досталось. У Ланши тоже можно сказать родовое наследство. А Лурсиа одно сам разглядел, как-то издали, а второе взял по поручению старейшины.

– Но как же ниахары?

– Луани что тут непонятного? – Удивилась Криан. – Если за тобой официально закреплено дерево на землях ниахар, тебя представляют самцу прайда. Обычно это партнёр владетеля. Дик, что сейчас в гнезде Дарующей, не дикарь какой-нибудь, а обученный боевой кот. Если его нет, но очень хочется, управляющая гнездом может позвать старшую самку. Но тут уже как повезёт. Дикарки себе на уме, могут и отказать в допуске. Тогда даже самец не станет вмешиваться. Так что лучше через владетеля.

– И вы все знакомились с Диком?

– Ну, было дело. – Криан пожал плечами, всем видом показывая, что знакомиться с ниахарами для них тут дело самое обычное. – Меня для этого в гнездо Дарующей вызывали.

Луанни с сожалением вздохнула.

Одиночные зонтики вокруг деревни были расписаны за каждой семьёй вплоть до годовых ростков, едва приподнявшихся над травой. Это была не блажь. Каждый подросток имел право на принесённый плод. Он мог оставить его в семье, а мог сдать в факторию за вознаграждение. Если кому-то от имени деревни поручался уход за деревом, как Лурсиа, то плоды не могли быть оставлены себе. Но и цену в фактории за них не снижали. Хотя конечно выгоднее найти и зарегистрировать свое деревце. Так что охота за подрастающими одиночками в округе велась нешуточная. Хоть и под жестким контролем взрослых.

Собственно поэтому у Пра в гнезде и был всегда свежий плод на столе. Фактория, принимающая плоды, принадлежала деревне. И администрация могла себе позволить распределять урожай среди жителей по минимальным расценкам.

Кстати, это был очень большой плюс для сезонных работников, чтобы провести здесь время со всей семьёй. О лечебных курсах с плодами растения можно было легко узнать по инфосети. К тому же здесь были и лекари, готовые в случае чего проконсультировать сомневающихся. Не бесплатно естественно. Но намного дешевле, чем в санаториях на побережье.

Почти каждый из её новых друзей имел свои деревья, и не по одному. Криан присматривал сразу за шестью. И для каждого из них, это было чем-то вроде приключения.

Обычно в поход к деревьям, особенно если это было рядом с границей земель Дарующей, отправлялись пешком. Ниахары действительно раздражались при виде низко летящего элфа. И их недовольство немедленно становилось известно владетелю. А через него по цепочке управляющей гнезда Дарующей, по совместительству владетельнице латтории Амани, старосте деревни, распорядителю отдела охраны лесничих и вообще всем в деревне. За регулярные нарушения этого правила могли даже лишить права заниматься столь прибыльным делом и передать дерево другому.

Так что все подростки на всякий случай отправлялись по своим маршрутам пешком. И крылья использовали только чтобы перелететь через ручей или избежать встречи с местной живностью.

Как правило, это был неблизкий путь. И посторонних с собой старались не брать. Во-первых, никому не хотелось лишний раз показывать СВОЕ дерево. Во-вторых, именно в таких походах был шанс обнаружить новую поросль и закрепить за собой деревце. Если не сам, то младший брат или сестра точно смогут начать собирать урожай. Дружба дружбой, но плоды дети все же носили порознь.

Луанни пришлось буквально упрашивать, чтобы ее взяли с собой. Очень уж хотелось увидеть собственными глазами, как все происходит. Но единственный, кто согласился, был естественно Криан.

В том походе, на тропе на них один раз даже напала кушиха из отряда паучьих. Они не заметили раскинутую над тропой паутину и порвали ее. Все что тварь могла сделать, это поцарапать кожу и заляпать паутиной. Но для Луани это была первая в жизнь тварь, пожелавшая на нее напасть.

По рассказам новых друзей, бывали действительно неприятные встречи, за которые они ещё и нагоняй от взрослых получали. Что не слушают предупреждений по деревенской сети о вторжениях тварей из Расколов в районе тропы.

Луанна могла только мечтать о своей тропе. Пра особенно в деньгах не нуждалась. Для Луани, привыкшей наблюдать, как родители что-то долго высчитывают, прежде чем сделать крупную покупку, это было необычно. Но Пра только отмахивалась на ее сомнения. Она и сейчас выполняла какие-то обязанности в деревне и неплохо зарабатывала.

Только каждый раз просить у неё денег на карманные расходы не хотелось. Криан вообще не из бедной семьи. Потомственный дипломат можно сказать. Но предпочитает от родителей не зависеть. Своя тропа это денежки. Причём очень неплохие даже по меркам города.

Если честно, за две недели, что пролетели после приезда, Луани уже не представляла, как вернётся в город. Маленькая комнатка, в стандартной квартирке. Многоэтажные дома, среди которых можно только чинно махая крылышками проползать, соблюдая все правила движения. И никакого тебе личного бассейна с чистой водой из высокогорных ледников. О городе она теперь вспоминала, только невольно передергивая плечами и крыльями, как будто сбрасывая с них что-то неприятное.

Родителей она любила. И очень надеялась, что они её тоже не забывают. Но отношения с ними сильно отличались от того, что у нее сложилось с Пра. Бабушка была не сахар. Если что потребует, лучше сделать, а то не отстанет.

Зато во всем остальном полная свобода. И всегда можно обратиться к ней за советом. Она много знала о здешних местах и любила веерком рассказывать.

Оказывается, работая в гнезде, Пра ещё застала рассказы самой Дарующей о её приключениях в Бездне.

– О чем задумалась?

Она быстро посмотрела на друзей и смущённо пожала плечами.

– Так, вспомнила, как в городе не понимала, как это можно жить рядом с прайдом ниахары и не бояться.

– Нашла что вспоминать. – Присвистнул Лурсиа. – Что в твоих городах понимают про нормальную жизнь. Я вот с фермерского континента ни за что не уеду. Выучусь на лесничего. Даже если здесь места не будет, устроюсь в любую крупную латторию.

Луани неопределенно пожала плечами. Лесничий это хорошо. Но она хотела стать лекарем или биологом. А эти институты были в Столице. Но она младше Лурсиа и Криана на целых два года. Так что и обсуждать тут нечего.

– Полетаем?

– В трубе никого не ждем. – Сразу поддержал идею Криан.

– Так не честно! – Ответом на обиженный выкрик Лурсиа был его смех уже на полпути к встроенной в скалу нише.

Им пришлось поднажать, чтобы догнать жулика. Но все равно чуть-чуть не успели. Криан уже возносился в трубе, широко расставив крылья и корча веселые рожицы отставшим.

В этот день они ещё несколько раз поднимались к самым пикам горной гряды, чтобы потом нестись вниз с запредельной, до болей в кончиках крыльев скоростью.

Лето летело пролетало стремительно.

Мама почти не вылезала из больницы. Будущий братик оказался очень капризным, и медики предпочли не рисковать, отпуская ее домой. Так что обиды на родных не было. Они приняли правильное решение. Отец разрывался между работой, домом и больницей. все время старался быть с нею рядом. Так что связь с родителями была непродолжительной и только в конце дня. Когда в столице начинался день.

Это немного огорчало. Но такого насыщенного лета у нее никогда еще не было. Гонки по вертикали, гонки на виражах. Разговоры и игры, когда дождь не позволял вылетать.

А по вечерам, после разговоров с Пра, она полюбила устраиваться на личном балконе, куда перетащила лежанку с матрасом, и любовалась затихающей долиной.

– Луани, скоро школа. – Пра появилась как всегда тихо.

Девочка только повела плечами. Ей было все равно. О городской школе она больше не сожалела. Да, там город, школа из числа не последних, одна из самых сильных программ, и одноклассники. Но ей туда больше не хотелось. Она как-то совсем вдруг осознала, что из всего своего класса хотела бы видеть разве что двух подруг. Но Арсия и Кира как всегда не выходили на связь. В лагерях, куда отправляли Киру, связь вообще дозволялась только с родичами. Арсия проводила лето в родовом гнезде где-то на западе Азианира. И тоже видимо не скучала.

Вспомнив о подругах, Луани нехотя прошлепала в комнату в поисках браслета связи. Она вдруг сообразила, что за все это время даже не проверяла вызовы. Родители предпочитали связываться через стационарный аппарат, установленный в гостиной. А для связи в пределах деревни у нее был другой браслет.

В списке сообщений оказалась два запроса, как раз от тех, кого она вспомнила.

Арсия и Кира появились почти сразу, зависнув прямо в воздухе над пропастью.

– Привет ссыльным. Как ты там, на новом месте? – Арсия весело заулыбалась, глядя на неё.

Кира в момент подключения что-то высматривала у себя на полу, поэтому её рефлексы сработали немного раньше. У подруг мгновенно развернулись крылья, короткий взвизг и затем уже тихий дружный выдох.

– Лу, тебя куда засунули? Это что, скалы?

Луани весело рассмеялась, наблюдая за забавной реакцией подруг.

– Как и обещали, родичи отправили в деревню к Прабабушке, пока брат не подрастет.

– Значит, с нами ты в этом году уже не будешь.

Гостьи уже осматривались, бросая все время взгляды вниз.

– Ты на балконе. Я знаю, многие из первых ферм делались в каньонах. Какая здесь высота, двадцать?

– У тебя еще не должно быть так темно. – Кира бросила взгляд на небо. Я думаю не меньше больше двадцати.

Арсия была из семьи третьей волны. Из тех разведчиков, кто исследовал и блокировал Расколы. В ней чувствовалось аристократическое воспитание. Одноклассникам спуску не давала. Но в общении с подругами старалась держаться ровно.

– Мой балкон на высоте сто шестьдесят три метра. А прыжковые скалы здесь в три раза выше.

– Врёшь, такого не бывает.

– Во всей Элфании только в трёх местах есть такие скалы, да еще пригодные для строительства гнезд. В двух из них ты быть не можешь.

– Это почему?

– В первом случае о тебе бы трубил Виринт.

Луани вынуждена была согласиться. Их одноклассник очень гордился своим происхождением и с удовольствием делился с одноклассниками как местами, где он отдыхал, так и родовым гнездом своих родителей.

– А второй вариант?

– Мы бы с тобой там встретились.

Луани озадаченно сморгнула. Но вынуждена была признать справедливость замечания. Арсия не сильно распространялась о родовом гнезде. Но и не скрывала, что неплохо знает долину Арансис, одну из двух, облюбованных самыми богатыми семьями Элфании.

– Значит ты в землях Дарующей или Амани. – Заключила Кира. – Говорят, на их границах есть скалы, которым завидуют все семьи первопоселенцев и диких. Ты в деревне Корлисси?

– Ну, да. Здесь здорово!

– Повезло. – Арсия совсем не шутила. – Не знала, что ты имеешь отношение к первопоселенцам.

– Это все названная прабабушка, к которой меня сослали. Она согласилась забрать меня, чтобы помочь отцу.

– По-другому в эту деревню на поселение не принимают. – Арсия объяснила это уже недоумевающей Кире. – Это плантации Дарующей и Амани. Почти самый их центр.

– Это там, где дикие ниахары живут? – Ужаснулась та.

Луани только сморщила носик. Реакция вполне ожидаемая, но теперь вызвала раздражение.

– Я их ещё ни разу не видела. Местные тут в их земли стараются не заходить. Вот и вся проблема.

– Ничего себе "и вся!" А ты как устроилась?

Минут десять ушло на экскурсию. Сначала по комнате, потом в бассейн.

За девчонок она не переживала. В гнезде Арсии бассейн наверняка был больше. А Кира была внучкой одной из дикарок. Так что после лагеря всегда сваливала в родовое племя. Туда вообще не было ходу посторонним. Соглашения с дикими элфанианами действовали до сих пор. И их племена оставались одним из ценнейших резервов генофонда Элфов. Кира даже стояла на особом учете, как потомок женщины, согласившейся покинуть племя с целью составить пару с избранным мужчиной. Такие семьи пользовались большими льготами.

Зависти со стороны подруг Луани не ожидала. Так оно и произошло. Они только поахали и покивали головками, осматривая преобразованный когда-то грот.

– Здорово! Я рада за тебя. – Заявила Арсия. – Но все же жаль, что ты больше не снами.

– Ну, я надеюсь, вы не покинете меня. – Шутливо улыбнулась Луани. – Я хочу продолжить учиться по программе нашей школы и надеюсь на вашу помощь.

– Мы, так с удовольствием поможем, только, похоже, ты ещё не посещала местную школу. – Заметила Арсия. – Я сильно сомневаюсь, что тебе потребуются дополнительные занятия.

Шквал

Школа оказалась совсем не тем, что она предполагала. Сельская провинция! Деревня! Отсталые фермеры. Как оказалось, минимум для поселений двух латторий эти понятия имели прямо противоположное значение.

Летом у Луанни как-то не возникло предлога сравнить с новыми друзьями программы школ. Если честно, об этом она даже не вспомнила. Пра не настаивала и после приезда так и не выполнила угрозу познакомить ее с руководством школы. Сама она к ней даже не приближалась. Так что первое знакомство с новым местом учебы состоялось в день начала занятий.

Начать с того, что здание школы, видимое каждому приезжающему, вплотную примыкало к скале. И как выяснилось, было всего лишь внешней пристройкой. Изначально школа строилась по принципу семейного гнезда. И ее основные помещения, оказывается, скрывались в скале. И было их там, аж в три уровня.

Но это ещё победы. В конце концов, первопоселенцы славились своей тягой к большим помещениям. Но вот расписание этой самой "деревенской" школы!

Тогда она и поняла, что подруга знала, о чем говорит, высказывая сомнение в необходимости их помощи в учебе.

– … начала углубленного курса математики! Ну, это у меня было. Биология разумных рас, биология тварей! А это что? Что значит ЭРС и ЛРС?

– Этикет разумных рас и литература разумных рас. – Спокойно расшифровала Пра.

Она устроилась в гостиной за столом и с улыбкой слушала возмущенную правнучку. Та делала это со вкусом и расстановкой уже минут десять. Сразу, как прискакала после первых занятий.

– Этикет?

– Разумных рас. – Повторилась Пра. – В нашей школе по многим предметам преподают не элфы. Есть люди, серпентиниды, приезжают профессора из институтов кашьяти.

– Пра, я что-то не поняла. Это вроде как деревенская школа?

– Да, это школа нашей деревни.

– Да я о половине предметов не слышала. А в городе я ходила в школу с усиленной программой. Может я что-то путаю, и зря считаю городские школы лучше деревенских?

– Ну, Луанни, в городских школах преподают Элфиане, вынужденные жить только в своем мире. Многие науки наши научники осваивают по книгам или дистанционно. А последнее очень дорого. Разве можно толком изучить расы, видя их представителей только на картинке?

Пра сделала паузу, убеждаясь, что названная внучка внимательно слушает.

– Вот твой дружок, например. Его ведь не просто так вызывают в латторию Дарующей, когда прибывают гости из Объединённых миров. Он состоит в свите владетеля по приёму гостей. В той её части, что обеспечивает приём детей. Многие же прибывают сюда не просто так, а на курс лечения.

Луанни судорожно сглотнула.

– Так Криан что, не из потомственных фермеров?

– Нет, с чего это ты взяла? – Удивилась Женщина. – Его прадед был членом первого совета старейшин. Его старший сын унаследовал латторию на столичном континенте. А младшие пошли по дипломатической линии. Только для элфов внешняя дипломатия крайне вредная профессия. После длительного пребывания в Объединённых мирах нам нужен очень долгий период восстановления.

Прав вздохнула, но продолжила объяснять:

– Около Пещерного Раскола ещё с изначальных времён стоит санаторий специально для возвращающихся дипломатов. Некоторые из первых семей заключили договор с Амани на правах лояльности. Он включает возможность строительства гнезд в поселениях и проживания не наследных членов семьи. Семья твоего друга в том числе. Мальчишка проходит специальный курс адаптационных тренировок для жизни в обычных мирах. Все на взаимовыгодных условиях. Деревня предоставляет инфраструктуру, безопасность, обучение детей и лечение, необходимое для дипломатов после возвращения.

– Вот это да. А мне Криан ни слова не сказал.

– А зачем? В нашей школе не принято говорить на семейные темы больше того, что ты сам хочешь рассказать. Это можно сказать специфика нашей деревни. А жизнь некоторых из семей и вовсе не для посторонних ушей. – Отрезала Пра, давая понять, что эту тему лучше не развивать.

Луанни приняла к сведению новую информацию. Теперь для нее объяснился и немного странный факт, что дети из семей сезонных рабочих обычно обучались в отдельных классах. Даже если этот класс состоял всего из двух-трех учеников. Изучать столько предметов, не входивших в обычную программу, им не требовалось.

Ей сильно помог тот факт, что родители в свое время упорно запихивали ее в городскую школу с углубленным изучением точных наук. Но оказаться в числе отстающих по этим предметам было очень обидно. Что уж говорить о предметах, которые в городе давались в рамках общеобразовательных дисциплин и в старших классах.

Из-за школы, дневное время оказалось занято полностью. И полетами теперь приходилось заниматься по вечерам. Не самое лучшее время надо сказать. Вместо скоростного пикирования пришлось заняться воздушной акробатикой. Так тут называлась игра в догонялки.

По представлениям городской девочки, это было точное название. Так как тут эта игра не ограничивалась ни границами стадиона, ни уличными правилами. А участвовали в игре все. Иногда даже взрослые из числа сезонных работников присоединялись.

Недостатком вечерних полётов в это время года были шквалы. Смена дня и ночи всегда сопровождалась нестабильностью воздушных потоков. Они начинались на заснеженной вершине огромной горы, служившей своеобразным центром латтории Дарующей. Затем разгонялись над её ледниками, срывались вниз по склонам. И с хорошо слышимым в долине грохотом, проносились по крутым склонам, едва задевая верхушки самых высоких деревьев.

В глубоких и хорошо защищённых хребтами долинах их только слышали. Но над зубцами пиков в вечернее время летать надо было осторожно. В полёте не всегда можно вовремя услышать приближающийся невидимый воздушный вал.

В справедливости последнего, Луанни убедилась, уходя восходящей спиралью с переворотом от очередного водящего в игре. И не слишком сильно вырвалась-то над линией зубцов хребта. Некоторые из пиков возносились даже выше, чем она взлетела. Но налетевший шквал сломал полёт, резко закрутил и потащил дальше и вверх, болезненно выворачивая в плечах крылья.

Перед глазами мелькнули стремительно уходящие вниз самые высокие пики хребта. Ослепило лучами закатное светило. Да так, что пришлось зажмуриться. Она боролась. Их учили как вести себя в таких ситуациях наверно с пеленок. Сколько помнила себя, так взрослые, от родителей, до наставников по физкультуре, всегда твердили, что в воздухе может случиться всякое. Что ни в коем случае нельзя терять сознания, если запаникуешь, будет совсем плохо. Но крылышко, едва она попыталась выставить его против вращения, тут же отозвалось резкой болью. Хорошо ещё, что удалось завернуть его на себя. Тогда удалось уже руками себе помочь и предотвратить разрыв. Вспомнив тренировки, она плотно свернула вокруг тела кокон из крыльев и резко развела руки.

Так делают люди, когда прыгают с большой высоты на своих тряпочных приспособлениях. Она пробовала. В парке аттракционов была специальная труба, где предлагали полетать как бескрылые разумные. Маленьких детей на неё не пускали. Они не контролировали рефлексы крылышек, и труба сразу выбрасывала их высоко в небо. А вот начальным классам даже советовали посетить этот аттракцион.

Помогло. Вращение резко замедлилось. Правда теперь она летела как-то боком. Но зато начала падать. И смогла сориентироваться.

Увидев, куда именно её несёт шквал, Луанни всего на мгновенье отвлеклась, потеряла контроль над крыльями и непроизвольно раскрылась. И застонала. Шквал снова подхватил ее, швырнул вверх, закрутил, злобно набросился на самую кромку беспомощно затрепетавших крыльев и начал их разрывать. Свернуться снова уже не удалось. Счастье, что шквал, наконец, выпустил свою жертву, и унесся прочь.

Её крылышки болели. Все сразу. Лететь на них в таком состоянии было невозможно. Все, что удалось сделать, это заставить себя планировать по нисходящей. Хотя это было громко сказано. Скорее уж это было плохо контролируемое падение. Она отчаянно пыталась разыскать площадку в сплошном ковре леса, на склонах давно заснувшего вулкана. А совсем немного выше, высился наливавшийся розовым светом заката ледник.

Лес встретил чужачку неласково. На изломанных крыльях маневрировать было невозможно. Поляны найти она так и не смогла. Уже переходя в беспорядочное падение, он в отчаянии свернула крыло, закрывая им бок. Удар толстую ветку, а потом ветви нещадно захлестали, куда только смогли дотянуться. Руки, тело, и все те же многострадальные крылья. Ей повезло только в том, что внизу вместо камней, жесткой травы и кустарника оказался толстый и мягкий слой мха. Он принял перепуганного мотылька, спружинил и мягко вытолкнул обратно.

Ей потребовалось несколько минут, чтобы прийти в себя настолько, чтобы осторожно пошевелиться. Со всхлипами она осторожно перевернулась, потом села, осматривая себя.

Как ни странно, но падая с такой высоты, она отделалась только синяками, ссадинами и царапинами. Громадная гематома расплывалась на правом боку. Это от удара о самую верхнюю ветку. Было больно, но Луанни дышала свободно. Значит, ребра целы.

Вдоль левой ноги тянулась длинная глубокая царапина, из которой уже начала капельками сочиться кровь. Как её получила и не вспомнить. Как и синяк на плече, ссадины на лице и по всему телу.

Крылья болели. Их кромки были сильно потрепаны и кровоточили. Но что хуже, по правому крылу почти до середины шёл разрыв полотна. Она успела подвернуть крылышко, пытаясь, смягчая удар ветки, оставивший синяк на боку. Ребра были спасены, скорее всего, благодаря этому приему. Но расплатой за это стало крыло.

Луанни всхлипывая, осторожно расправила на мху свои крылышки. Кровь скоро остановится. Это она знала. Боль можно претерпеть. Но в таком состоянии, нечего было и думать о полёте. А это значило, что она влипла.

До деревни несколько часов ходу. При условии, что ей удастся не заблудиться. Сумерки уже накрыли ущелья внизу склона. Скоро ночь подступит и сюда. Проблема была в том, что она оказалась на склонах горы, очень далеко в глубине земель Дарующей. А шипящий помехами браслет связи однозначно показывал, насколько близко она к какому-то из местных Расколов.

Всхлипнув, она все же поднялась на ноги. Пока светло, надо двигаться вниз. Как можно быстрее и дальше. Рядом с ледником ночь будет холодной.

Когда она воткнулась в очередной бурелом, не разглядев его в сгущающихся сумерках, пришлось остановиться.

Мох кое-где уже сменился высокой травой. И Луанни торопливо принялась рвать жёсткие длинные стебли для постели. Средств, чтобы развести огонь у нее не было. Да и одета она была для полётов над гнездом. Никакой защиты от холода, ничего, чтобы переночевать в лесу.

Элфания тёплый мир, но, к сожалению Луанни не Дарующая миры, а всего лишь городская девочка без опыта подобных ночевок. Все что ей оставалось, это вспоминать, как в таких случаях поступали герои игровых фильмов и думать, позабыв о боли во всем теле.

Выбрать сухую площадку с толстым слоем мха, набросать поверх него травы. Подготовить побольше стеблей, чтобы сложить их сверху. А ещё нужны большие лопухи. Те, что росли совсем рядом, и на которые несколько раз она наткнулась, пока собирала траву. Кажется, именно их использовали разведчики в качестве укрытия от росы и дождя.

И все это надо делать, испуганно оглядываясь по сторонам.

Стремительно наступающая ночь разбудила совсем другие звуки леса. Те, что ей нравилось слушать сидя на балконе, гадая какое животное их издает. Но теперь они ее пугали.

Трава наполнилась шорохом, в кронах деревьев то и дело раздавались вскрики и писк. Кое-где даже чудилось рычание. Но она не могла никак рассмотреть их источники.

Уставшее тело болело все сильнее, из-за больного плеча правая рука слушалась все хуже. Но все-таки она отыскала, что искала. Смогла камнем перерубить сочный стебель и подтащить к своей постели.

Она честно попыталась скрепить лопухи за черенки стеблями травы, как это делала героиня одного из сериалов про охотников на тварей. Но они все равно расползлись.

Шалаша не получилось. Поэтому она сложила кучу травы над будущим ночлегом и накинула два гигантских лопуха сверху. А потом придавила всю эту конструкцию найденными сухими ветками. Больше она в наступающей темноте все равно уже ничего не сделает.

Справа в ближайших кустах раздалось шебуршание. Луанни сначала увидела две светящиеся жёлтые точки. И только потом несколько искорок, ручейками стекшими вниз по белой даже в темноте шкурке.

Луанни так испугалась, что даже кричать не могла. Все что билось в её голове, это что бежать от ниахары бесполезно. Встать на крыло, ещё был шанс, только не с ее ранами.

Кошка видимо давно наблюдала за нею, и только сейчас решила показаться. Она неспешно вышла из чёрной массы кустов, по-хозяйски осмотрелась и даже обнюхала приготовленный незваной гостьей ночлег. Луанни даже дышать перестала, пока нос страшного существа с любопытством обследовал её. Кошка явно была в недоумении от такого странного нарушителя и пыталась понять, что тут происходит. Она даже несколько раз обнюхала ладошки. А затем села, глядя на нее и расположив свой хвост аккуратными кольцами вокруг себя.

– Нету у меня оружия, нету. – Почти прошептала маленькая элфиянка. – Я не хотела, случайно здесь оказалась. Меня ветром занесло. – Неуверенно заговорила Луанни, чувствуя себя полной весьма странно от разговора с кошкой. – И вот…

Она осторожно растянулась поврежденное крылышко, демонстрируя разрыв.

– Улететь обратно я не могу.

Ниахара без интереса осмотрела предъявленное доказательство невиновности и снова перевела взгляд на неё. Даже облизнулась.

Подумав, Луанни обречённо выдохнула. Видно после пережитого ужаса она устала бояться. Ей уже было все равно. Очень хотелось лечь, свернуться в клубок, укрыться израненными крыльями и закрыть глаза.

– Если собираешься меня есть, то ешь. А нет, мне очень плохо и я лягу.

Осторожно свернув крылья вокруг себя и, прикрыв, насколько это возможно разрыв ладошкой, она на четвереньках пролезла внутрь своей кучи, раздвигая наваленную траву и стараясь не потревожить всю шаткую конструкцию. Если развалится, обрать все заново она уже не сможет.

И будь что будет. Съест её ниахара или нет, но она так устала, что даже боль от синяков не помешала ей задремать, едва подтянув к груди ноги.

Сквозь сон ей еще почудилось, будто кто-то вошкается и недовольно фыркает, пристраиваясь со спины. Сквозь плотно прижатые крылья ощутимо потеплело. И она провалилась в сон.

Глаза открылись, когда утренние лучи основательно прогрели сверху лопухи. От росы они спасли. Но от ее дыхания трава над головой все равно покрылась мелкими капельками росы. И когда что-то потревожило ее, россыпь мелких холодных капель конденсата брызнула в лицо.

Снаружи она зябко поежилась, с трудом расправляя затекшие плечи. Все-таки накануне она недостаточно спустилась. Это было понятно, едва она бросила взгляд вокруг. Здесь все ещё сказывалось дыхание высокогорных ледников. На траве, там, куда ещё не дотянулись утренние лучи, можно было видеть белый налет искрящегося инея.

Все тело затекло и не желало распрямляться. Но в целом, наверно могло быть и хуже, ночуй она одна. Луанни осмотрелась.

Около края поляны сидела знакомая ниахара. Кошка не делала резких движений, и как бы что-то выжидала. При этом, всем своим видом демонстрировала крайнюю степень недовольства и нетерпение.

На её морде так и было написано: "Навязалась на мою голову".

Страшно хотелось есть. В сумерках не больно найдёшь, что то съестное. Да и не до того было. Зато сейчас привыкший к регулярному питанию живот требовал внимания.

Но едва она попыталась отойти в сторону, как со стороны кошки раздалось далеко не милое рычание.

– Что? Я кушать хочу. Я же никуда не уйду. Что я глупая что ли? Я знаю, что ты можешь вызвать лесничих. Они меня спасут. А я пока поищу что-нибудь поесть.

Кошка молчала, невозмутимо глядя на нее. Но следующая попытка отойти от ночлега окончилась с тем же результатом.

Зато путём проб выяснилось, что ей дозволяется двигаться в сторону навязчивого сторожа.

Хоть и со страхом, Луанни сделала в её направлении несколько шагов.

Кошка встала и, задрав над головой свой длиннющий хвост, направилась в лес. Через несколько шагов остановилась и повернула голову, явно дожидаясь её.

Вздохнув, девочка подчинилась. Быть может, кошка ведет ее к более подходящему месту для эвакуации. Она все же очень высоко оказалась. И тут по прежнему не было поляны. Над головой шумели кроны гигантских деревьев. И росли они настолько плотно, что не было видно неба.

Так они двинулись вниз по склону. Ниахара впереди, в нескольких метрах, она следом, стараясь двигаться как можно осторожнее, чтобы не потревожить снова разболевшиеся крылья и одновременно не потерять из виду необычного проводника. Куда её вела кошка, она не знала. Главное, что пока направление их движения, в общем, совпадало с тем, что было ею намечено вчера. Да и двигались они не по буреломам как она накануне, а как бы обходя густые кусты и чащобы.

Постепенно мох под ногами окончательно исчез. Трава стала ей по плечи, а кое-где и вовсе выше головы. Деревья начали вытягиваться еще. Упади она вчера здесь, и только синяками точно не отделалась бы. Сквозь такой частокол веток хорошо, если живой до земли долететь.

А кошка все шла, находя проходы между разросшихся сплошным подлеском кустов. В этом лабиринте Луанни окончательно потерялась. Теперь над головой был непроницаемый зелёный щит, сквозь который даже солнце не всегда пробивалось.

Девочка несколько раз пыталась поныть и позвать кошку. Даже как к разумному, вслух пожаловалась на голод, усталость и боль. Но ниахара полностью игнорировала её старания и рычала при каждой ее попытке изменить ритм движения и пойти своей дорогой.

В какой-то момент самка подпустила ее совсем близко к себе. Замерла на полушаге. Короткий шорох хвоста, из белого и пушистого вдруг превратившегося с нечто колючее. Взвизг и короткий хлопок удара, шорох падающего чего то полосатого. Луанни успела разглядеть в траве только короткие лапы с длинными когтями, длинную узкую морду и ряд желто-зеленых зубов. Самка громко захрустела косточками и отробно что-то проворчала.

Остановка была сделана, когда вокруг уже разлился полуденный зной. На берегу небольшого и страшно холодного ручья холод ледников уже не ощущался. Здесь оказалась небольшая полянка. А на ней…

Луанни даже замерла, с восхищением разглядывая знакомое каждому ребенку растение. Такие она видела только когда пролетала рядом с плантациями.

Стебель или ствол, в два обхвата её рук высоко возносился над деревьями. Она уже достаточно узнала из рассказов друзей об этих растениях. И даже ходила с Крианом по его тропе. Так что определить, что в кроне есть спелый плод могла даже с земли.

Но развернувшиеся было крылья, отозвались болью. А угрожающее рычание за спиной привело в чувство. Криан говорил, что ниахары не одобряют полёты над своей территорией.

– Но я кушать хочу. – Луанни даже непроизвольно всхлипнула, представив себя яркую картинку, как зубы впиваются в мякоть спелого плода. – Ну, хотя бы одну дольку. Жалко да? Я не буду летать, не смогу. Я по стволу за лезу.

Кошка сморгнула, раздражённо глядя не неё. Потом вздохнула и двинулась куда-то в траву.

Продолжая всхлипывать, Луанни послушно двинулась следом. А что ей ещё оставалось?

Небольшой проход прошел в густых кустах, с плотно переплетенными ветками. Ей пришлось с силой раздвигать их, чтобы не отстать от кошки. И в какой-то момент едва успела отдернуть руку, уловив на месте ветки какое-то движение. Тонкая игла проскочила в паре миллиметров от пальцев.

Луанни не невольно вскрикнула, отскакивая назад. Следом с ветки развернулась сплетенное спиралью длинное тело со змеиной тупоносой головой. Змея имела все шансы дотянуться до своей жертвы. Луанни просто некуда было отступать в этих кустах. Но раскрытая пасть вдруг резка мотнулась в сторону. Длинное тело сложилось пополам и рухнуло вниз. Только ветка, на которой она держалось, закачалось.

На голову извивающейся твари тут же опустилась обутая в бронированное копыто лапа. Длинная игла, которым заканчивалось змеиное тело с силой ударило по нагнувшейся морде. По щиткам прикрывающим глаза потекла мутная капля. И в следующую секунду вся змея была буквально втянута в пасть.

Луанни успела несколько раз сморгнуть, а на нее уже смотрела все та же милая мордочка большой кошки. Только язык прошелся по губам, как бы показывая насколько это было вкусно.

Животик снова утробно заурчал.

– Тебе хорошо. Ешь что хочешь. А я со вчерашнего дня ничего не ела. – Попыталась она укорить своего проводника.

Кошка мигнула и с каким-то недовольным ворчанием продолжила пут.

Луанни пришлось пройти еще метров десять продираясь через кусты, прежде чем увидела ЕГО.

Зацепившись парашютом, на нижних ветках незнакомого ей крупного кустарника висел вожделенный плод. Похоже, он оторвался от растения ещё ночью, если не вчера днём. Вокруг роилась мошкара. Из-под ног порскнуло несколько мелких грызунов. Судя по изодранной коре на ветках кустарника, они уже долгое время пытались добраться до лакомства, но не преуспели.

Взвизгнув от боли в плече из-за резкого движения, Луанни торопливо потянула добычу на себя и отрывая парашютик. Затем, удерживая плод в обнимку, потащила обратно к ручью.

Ну и что, что плод изрядно побит москитами. Зато внутри он ещё совсем не тронут. Это даже лучше. Без ножа вскрыть плотную кожу плода не так-то просто было бы. А сейчас нужно только вымыть его.

Пиршество она устроила прямо на берегу ручья. Она не только наелась, но и аккуратно завернула в подвернувшиеся лопухи несколько сочащихся сладким соком кусков. Руки пришлось мыть в студеной воде под нетерпеливое порыкивание ниахары. Но она уже не обижалась. Если надо идти, она пойдет. Только добычу не бросит и понесет с собой.

Тело по-прежнему болело. Порванное крыло никуда не делось и нещадно ныло каждый раз, как задевало за ветки. Но теперь это было уже не важно. Главное, она была сыта, а ниахара продолжала её куда-то выводить.

Когда дневной зной начал спадать, в просветах листвы из листвы проскочила знакомая картинка, и она смогла, наконец, сориентироваться.

Кошка выводила её совсем не туда, куда хотелось Луанни. Внизу, раскинулась знакомая по картинкам из учебников долина знаменитых плантаций зонтичных деревьев.

Ниахара вела её не к деревне, как она хотела, а прямо к границе строго охраняемых плантаций. Оставалось радоваться, что они ведут куда-то в нижнюю их часть и ближе к правой стороне долины. Значит граница земель Дарующей и Амани где-то поблизости. А там и деревня недалеко. По крайней мере, кое какие знакомые пики домашнего хребта она тоже смогла рассмотреть.

Ещё раз ночевать в лесу очень не хотелось. Подножие склонов, конечно, не то, что под ледником. Но все равно очень хотелось домой.

Луанни озабоченно прикидывала, как ей быть. На плантациях запрета на полеты не было. Из опасения потревожить кору драгоценных деревьев, сборщики собирали плоды исключительно за счёт своих крыльев. По земле работники перемещались только по центральным дорожкам, проложенным довольно далеко от границ плантации. Ребята рассказывали, что вроде есть где-то специальные полянки, выделенные для отдыха. Но это совсем в другой стороне долины, и на землях Дарующей. Так что это не про неё.

А вот у неё серьёзная проблема. Лететь она не могла. Браслет по-прежнему на все попытки выйти на связь отвечал презрительным треском помех. Идти до деревни вдоль границы плантации ниахара скорее всего не позволит. Вон как раздражённо зыркает и шаг ускорила.

А топтать траву на плантациях, это заполучить неприятности уже с руководством фермы. И хорошо если ещё отделаешься выговором от лесничих. А могут и выставить обратно в город. Кое-кого из сезонных работников так летом и выгоняли. Да и Пра наверняка сильно достанется.

В общем, огромная и неразрешимая проблема, над которой она билась вплоть до того момента, пока не увидела на очередной полянке Пра.

Она стояла рядом с незнакомой элфианкой, ростом заметно выше её. А за ними замерло два лесничих, угрюмо рассматривающих приближающуюся девочку.

Вздохнув, Луанна виновато повесила голову. Нет, ниахаре она была благодарна. Искренне и горячо. Даже несколько раз за это время обращалась к ней мысленно с благодарностью. Но все-таки она надеялась, что самка не станет ничего сообщать своему самцу.

Присутствие незнакомых элфов перечеркнуло все эти надежды.

– Я рада наконец тебя увидеть. – Проворчала Пра, глядя на макушку опущенной головы названной внучки. – Куда тебя занесло хоть?

– На склоны, в ярус мхов. Под самые ледники. – Луанна подумала, что немного жалостливости не помешает. Все-таки она не очень виновата. – Я упала, и вот…

Крыло было предъявлено и самым тщательным образом осмотрено всеми. Кто-то из лесников подал баночку. И Пра принялась не сходя с места смазывать края порыва.

– С таким долго не полетаешь. Пешком нам до дому, хорошо, если к вечеру придем. – Ворчала она. – Рана уже рубцеваться начала. Если сейчас не обработать, может остаться шрам. А он тебе нужен на твоих крылышках?

Луанни шрам точно не был нужен. У неё были самые красивые крылышки с узором, которому завидовали все знакомые девчонки. Но главное, пока Пра обрабатывала рану, она не ругалась. И остальные помалкивали.

Её усадили на землю. Под крыло легла чистая ткань, которую лесничие видимо принесли с собой. На ней расправили специальную плёнку, смочив её поверхность клейкой массой. Потом Пра ловко разложила обрывки крыла, тщательно сложив рисунок. Сверху нанесли туже мазь и опять накрыли плёнкой.

Из уроков первой помощи Луана знала, что плёнка сама сойдёт через несколько дней, когда крыло срастется. В игровых видеофильмах такая процедура часто показывалась. А вот видеть самой не доводилось.

– Это Интакнироли, владетель латтории Амани и управляющая гнездом Дарующей.

– Ой, я рада познакомиться. – Смутилась Луанни.

– Не думаю, что ты действительно рада. – Усмехнулась женщина. – По крайней мере не сейчас.

– Вы ведь здесь из-за меня? – Сникла Луанни.

– Точно. Очень хотелось посмотреть на причину такого нестандартного поведения Кара. – Не стала отнекиваться элфиянка. – Самка сообщила о твоём падении и о том, что ты способна двигаться. Обычно в таких случаях высылают лесничих. Но ночью это было сделать невозможно. А утром самец отказался сообщать место падения. По словам владетеля, самка решила сама вывести тебя домой.

Луанни обернулась. Кошка оставалась на границе поляны и с любопытством наблюдала за всем происходящим.

Вздохнув, она снова вспомнила ощущение теплого тела, прижавшегося холодной ночью к спине, и мысленно представила, что благодарит её.

Кошка встала, не торопясь протянулась, обмахнулась хвостом и развернулась к лесу.

В голове появилось ощущение дружеского участия, тепла.

"Всегда пожалуйста, заходи" – Луанни почти услышала насмешливый отклик сложившийся из мимолетного потока эмоций. Впрочем, сразу же и пропавшего. Так что это могло ей просто привидеться.

– Это весьма необычно, Луанни. – Пра закончила с крылом и ласково провела рукой. Мимолетного обмена эмоциями с кошкой, похоже, никто из присутствующих не заметил.

– Это точно. Обычно ниахары не связываются с падающими с небес мотыльками. Нарушителей обнаруживают, сообщают своему самцу и уходят до того, как прилетят лесничие. Самки терпят их полёты, но не желают лишний раз возиться с чужакми.

– Но почему тогда так со мной произошло.

– Не повезло тебе внучка. – Пра со вздохом устроилась прямо на траве. Фиксирующая повязка на крыле должна была высохнуть, прежде чем Луанни сможет идти. – На этом склоне есть целых два постоянных Раскола. Щитов там нет. Только датчики. Один из них зафиксировал проникновение нескольких тварей среднего размера. Сейчас на склонах кроме твоей знакомой действует ещё одна самка с двумя котятами, к сожалению вышедшими из возраста запечатления. Вот самка и решила не вызывать лесничих, чтобы ее не раздражать. Да и далековато было до твоего падения. На своих крыльях до тебя разве что к полуночи бы долетели.

– А сколько проникло тварей?

– Четыре. Одну уже сохотили. Вторую загоняют котята. Осталась прыгающая змейка шилоховость и линца. Это тварь, похожая на курхи, только в три раза меньше. А что, ты их видела?

– Ну, змейка это такая, с хвостом как шило?

– Верно, из-за хвоста она и получила свое название. – Управляющая внимательно прищурилась. Потом втянула воздух и улыбнулась.

– Ты позволишь?

Взяв из лопуха один из кусочков, она внимательно осмотрела его и поднесла ко рту.

– Свежий. Но уже перезрел.

– Я его днём нашла. На землю он не упал, зацепился парашютом за ветки.

– Что ж, причину странной активности тварей мы теперь знаем. – Подытожила Пра, так же попробовав лакомство. – Вторую тоже видела?

– Самка их схомячила, даже не поперхнулась.

– Для них это просто вкусное мясо. – Хмыкнула женщина, подав знак одному из лесничих.

Тот достал из рюкзака прибор связи и принялся с ним манипулировать.

– Помехи от Расколов не позволяют вести нормальную связь. А коды пробиваются. – Пояснил для заинтригованной Луанни второй мужчина. – На склонах, с которых ты спустилась ситуация куда хуже. Там даже датчики никогда не ставят. Бесполезно.

Остаток пути запомнился бы Луане лёгкой прогулкой, если бы не синяки и неприятное тянущее чувство от повязки на крыле. Пра и не подумала оставлять свою внучку на попечение пары лесничих. Ей почему-то решила составить компанию и управляющая.

Через плантации, как и предполагала Луанни, ее не повели. В лесу была звериная тропинка, хорошо известная лесной охране. По ней то они и пошли цепочкой.

– Луанни, Ты хорошо запомнила, как дойти до дерева? – Уже в деревне поинтересовалась управляющая.

– Да. Но только от того места, где вы меня встретили.

– Созревшие плоды завтра лесничие сходят и сорвут. Незачем нам таких гостей привлекать.

Пра на эти слова только кивнула.

– На этих склонах ниахары не селятся. – Продолжала тем временем Интакнироли. – Охоты здесь от силы для одной самки, и то не на каждый день. Вот и случаются такие опасные прорывы. Кошкам-то развлечение. А нам беспокойство.

– Твоя бабушка сказала, что ты хотела заполучить собственную тропу. Не побоишься теперь ходить по лесу?

– Нет, но это ведь земли Дарующей. Разве мне можно?

– А ты думаешь, что твои друзья случайно получили деревья на территории ниахар. – Рассмеялась Пра.

– Ну, наверно нет, их кто-то назначил. Или деревья достались по наследству.

– По наследству. Но только после одобрения самца прайда. – Не поддержала смех Интакнироли. – Видишь ли, ещё со времен Дарующей пошло правило, которое ни разу нас не подводило. Ниахары по своим собственным критериям оценивают разумных. Кого-то они видеть не хотят и сильно раздражаются при их приближении. Присутствие других терпят как вынужденную меру. Что то вроде "не противно, и то хорошо". Редко, но все же бывает, когда кто-то вызывает симпатию самки.

Первых мы стараемся не выводить из земель Дарующей, а если честно то из соседних латторий. С полученным здесь образованием они больше пользы принесут в других районах Элфании. Из вторых и особенно последних, как правило, и выбираются те, кто может пересекать границы охотничьих территорий прайда. Из них же мы стараемся формировать подразделения лесной охраны и всех работников в гнезде Дарующей. Туда ведь не только пара владетеля имеет доступ. Самки Желанные гости в наших садах. Особенно с котятами в возрасте запечатления.

– А еще, очень редко, но появляются маленькие безбашенные элфиянки, к которым ниахары проявляют настоящую симпатию, вплоть до того, что готовы лично с ними возиться. – Улыбнулась Пра. – Это уже вне конкуренции.

– Поняла теперь, почему переполох в гнезде Дарующей возник? – Кивнула на ее слова управляющая. – Не сказать, что это совсем большая редкость. Ниахары все же довольно лояльны к разумным. Но в наших латториях очень нужны те, кто может поладить с дикими самками. Так что, возьмешь тропу? Это ведь твоя находка. Так что дерево будет твоим личным.

– Я бы и так взяла. – Радостно заулыбалась Луанни. И тут же тихо охнула. От попытки выпрямить спину заныл бок и плечи.

– Терпи, мы уже дома. – Заметила Пра. И тут же ехидно прибавила: – Придется тебе воспользоваться лифтом.

Пра знала, как она с друзьями относится к тем, кто часто пользуется этим достижением технического мира. Но тащиться вверх по лестнице Луанни тоже не могла.

Попрощавшись с провожатыми, она поплелась к прозрачной кабинке. Всего триместр назад она вошла в нее первый раз. Второй был почти сразу, после первого отчаянного пикирования. А сейчас уже третий. А что делать?

Город

В качестве последствий пережитые приключения имели не только приобретенную личную тропу. Все мытарства Луанни были должным образом оценены вздохами и ахами в первую очередь подружек по голосвязи. С ними Луанни связалась уже на следующий день. Сразу после того как лично полчаса успокаивала родителей. Синяки и царапины тоже получили свою долю внимания. А повязка на склеенном крыле и мелкие заплатки на разодранных в клочья кромках удостоились еще и сочувственного цоканья.

– Это сколько же тебе не летать теперь?

– Почти месяц. – Вздохнула Луанни. – Но это ничего. Лекарь считает, что даже шрамов не останется. Бабушка все правильно сделала.

– Во! – подняла пальчик вверх Кира. – Кто же у тебя бабушка? Лечит такие раны, поддерживает общение с владетелем, и ты еще говоришь, что знает как вести себя при ниахаре.

– Ну, она иногда рассказывает про случаи, когда служила в гнезде Дарующей. – Неуверенно протянула Луанни. – Там этому всех обучают.

– Подруга, поверь мне. Обычным отставным служанкам владетели не звонят в случае ЧП и не зовут составить компанию на разборках. – Поддержала сомнения Киры Арсия. – У нас в гнезде, да и в городе немало слуг, как ты понимаешь. Но я не знаю ни одного, кто бы смог правильно сложить крыло. Да еще так, чтобы после этого можно было совершить пеший переход.

– Ну, это же гнездо Дарующей. Может там так принято.

– Возможно. Но все равно. Что-то тут не чисто. Чтобы служанка могла заниматься ранениями так, что лесничие только помогали надо быть очень опытной служанкой. А то, что мы видим, это ведь из разряда боевых ранений.

Арсия неодобрительно покосилась на забинтованные крыло. Возразить тут было нечего. Лесничие были не только охраной лесов и всех загородных территорий. В их ведение входили все загородные территории, в том числе и Расколы и территории в Бездне, где располагалась Элфийская промышленность. А кроме того, они еще считались службой спасения. В общем. это был конгломерат, с функциями армии, внутренних войск и службы спасения. И пока необходимость в едином командовании всем этим сохранялась.

Арсия же знала что говорила. Обособленные подразделения разведчиков, исследующих Расколы и Бездну, так же подчинялись лесничим.

Выезд к родителям на каникулы эмоционально для Луанни получился смешанным. Начать с того, что она сама для себя с удивлением обнаружила, что совсем не желает этой поездки. Здесь в деревне было интереснее. И в школе, и в классе. Здесь были все ее друзья. А в городе что? Правила, зажатые между высотками улицы. Да и сами высотки, по сравнению с ЕЕ скалами как-то не смотрелись. И всего две подруги, с которыми можно погулять.

Но тут уж сложилось сразу несколько факторов. Главным для неё лично было то, что в первом годовом триместре не было необходимости в регулярном выходе на свою тропу. Это был период отдыха для зонтичных деревьев. И плоды не созревали или созревали очень медленно.

Второй фактор для нее, но первый для родителей, это рождение младшего брата. Медики чего-то опасались и не выпустили маму из-под наблюдения даже после родов. О выезде семьи из города в ближайшее время даже речи не шло. Тем более, что отцу на работе предложили новую должность.

– А что ты хочешь? – Веско заметила бабушка. – Второй ребёнок в семье это уже серьёзно. Медики обещают, что твоя мама сможет через пару лет подумать о третьем ребенке. А там можно и об усыновлении завести речь, если повезёт. У нас же так.

– Я знаю, но ведь это не справедливо. Есть много семей, которые вообще не могут завести своего ребёнка.

– Тогда им и высокооплачиваемая должность не нужна. – Отмахнулась Пра. – И как позволять усыновление, если ты не умеешь воспитывать даже собственных детей.

– Но это же все Эпоха скитаний! А не их вина.

– Для этого и сохранили институт вторых родителей. – Улыбнулась Пра. – В отличие от Объединенных миров, кроме выживания ребенка, у нас он имеет некоторые дополнительные функции социальной адаптации взрослых. Например меня.

– Но ты названная мама моего папы.

– Да. Но…

– Луанни, эти правила у нас сохранятся ещё несколько поколений. Иначе мы никогда не сможем оправиться после Эпохи скитаний и элфы, как раса, рискует остаться только в исторических книгах. И честно говоря, я вообще не считаю, что их надо менять. Я например, получила внучку. Или ты против?

Луанни отчаянно замотала головой и невольно посмотрела в сторону склонов огромного вулкана. Пожалуй, единственный памятник в элфании, от которого Дарующая не смогла отказаться.

Об этом им всем твердили с детства.

Дарующая только подарила им шанс на выживание. Возможно единственный, или последний, когда уже не оставалось надежды. Но чтобы воспользоваться им, элфам требовалось приложить очень много усилий.

В самых благоприятных условиях, прирост численности населения оставался самым больным вопросом. И взрослые не скрывали от девочек, что именно государство ожидает от своих подданных. И это была ещё одна причина для поездки к родителям.

Пра с согласия родителей перевела её под наблюдение в местную больницу. Но контрольное обследование требовалось пройти в городе, у медиков наблюдавших её с детства. И это займет много времени.

Вид маленького комочка за стеклом особых чувств у неё не вызвал. Она еще не была готова осознавать себя старшей сестрой и умиляться. Но все же Луанни вполне искренне порадовалась счастью родителей.

Встреча с мамой произошла в больнице, за стеклом. Отец от переизбытка чувств даже приобнял Луанни.

– Луанни, мы очень виноваты перед тобой. Ты наверно сильно обиделась, что мы отправили тебя к прабабушке. – Руки отца на плечах слабо вздрогнули при словах мамы.

– Что?

Девочка даже не поняла о чем идёт речь. Потом отчаянно замотала головой.

– Это было самое удачное ваше решение. – Горячо заговорила она. – Нет, правда. Только не забирайте меня обратно. Если честно, во началу, я тоже так думала. Вроде. Но сейчас нет. Я хочу вернуться к бабушке.

– Но все-таки. Твои друзья…

– С подругами в городе я и так могу общаться. А в деревне у меня есть много друзей, Пра, и своя тропа.

При упоминании последнего родители дружно вздохнули. Как раз эта самую тропу они считали очень опасным мероприятием. И то, что их дочь каждый раз выходит на нее сопровождаемая исключительно порождением Бездны, их совсем не успокаивало.

– Ну, пожалуйста, я пробуду в городе сколько потребуется для обследования, помогу тебе папа, пока маму из больницы не выпустят. А потом к Пра. Пожалуйста.

Луанни представив, что вот сейчас ей скажут, что больше не будет полётов с её балкончика. Что она не увидит своих новых друзей после каникул. И тропы не будет. И по-настоящему испугалась. В голове промелькнули картинки самого счастливого лета в её жизни. Даже приключение со шквалом принесло что-то хорошее. В памяти мелькнула белая с золотистыми блестками шкурка.

– Мы не можем забрать тебя у прабабушки. Как бы ни хотели, но ни сейчас, ни в ближайшее время это невозможно. – Призналась мама. – У твоего отца сейчас много новых обязанностей. И я тоже не смогу уделять тебе много внимания. Твой брат требует постоянного внимания. Медики уже предупредили, что первые годы мы с ним чаще будем под их присмотром, чем дома.

– Вот и отлично. – Обрадовалась Луанни. – А мою комнату можете отдать братику. Я не обижусь.

Испуг прошёл. За неимением возможности обнять мать, она прижалась к отцу и улыбнулась.

– Я совершенно не буду в обиде.

– Ещё бы. Ведь у Пра тебе не приходится мыть посуду. – Неловко подначил отец.

– А так же убираться. И у меня там есть своя комната и бассейн. Почему вы никогда не говорили, что Пра такая богатая?

– По мнению твоей названной бабушки, она очень скромно живёт. Впрочем, она считает, что и владетели гнезда Дарующей непозволительно скромно живут для тех, кто отдувается за всю дипломатию Элфании. – Вздохнул отец. – Если честно, то свои небольшие гнезда имеют многие семьи, происходящие из первых переселенцев. Просто латтория Дарующей и Амани это действительно нечто особенное.

– Очень сильно особенное. – Проворчала Луанни. – Но Пра ведь может приглашать на лето двух гостей.

– Ты могла бы заметить, что гостевой дом, в котором мы отдыхаем, тоже стоит на одном из самых дорогих курортных побережий Элфании. – Покачала головой мама. – Просто мы служим в столице и не всегда можем им пользоваться. Твоему отцу очень повезло со второй матерью. А тебе с тем, что она еще согласилась быть и твоей бабушкой. Но злоупотреблять ее гостеприимством было бы не честно с нашей стороны.

– Вам надо приехать к нам при первой возможности. Пра просила передать, что будет рада вас видеть.

Из-за обследования ей предстояло задержаться на месяц после каникул. И учиться, на это время она пошла в свой старый класс. Пра или директриса деревенской школы позаботились об этом.

Но возвращение в класс положительных эмоций почти не принесло. А уж вопросы одноклассников просто разозлили. Особенно Эвари.

– Это же деревня на самой границе с землями ниахар! – Громогласно удивился мальчишка, привыкший быть в центре внимания. – Как вообще можно жить рядом с такими чудовищами?

До этого он успел весьма недвусмысленно отозваться и о самих деревенских. То есть о бывшей однокласснице, временно вернувшейся в их класс.

Луанни вспомнила белую кошку, согревавшую ее холодными ночами, во время ночевок в шалаше рядом с деревом. У нее одна из самых длинных и трудных для пешего перехода троп. Не всегда удавалось обернуться за один день.

– Очень даже неплохо можно жить. – По-настоящему разозлилась Луанни. – Я знаю одну ниахару и регулярно с нею встречаюсь в лесу. И ничего, как видишь живая.

– Это ты наверно еще не встретила голодную кошку. – Не сдался мальчишка.

Ладошка Киры на плече немного успокоила и удержала от резкого ответа. Мальчишка был из знатной семьи и очень скандальным. Связываться с таким не хотелось. Да и какая ей разница, что он там говорит.

Единственным хорошим событием в городе для неё стала встреча с подругами. Они знали о многих ее приключений за это полугодие и кое в чем даже завидовали. А остальные могут думать все, что им хочется.

Школа принесла разочарование. Арсия оказалась права. Ей нечего было здесь больше ловить. Точные науки в двух школах шли по одной и той же программе. Гораздо большее беспокойство у Луанни вызвали дополнительные предметы. В городской школе не было предусмотрено места ни для расоведения, ни для этикета. А ботаника и науки о животных проходили в их классе одним уроком. К тому же в таком удручающе обобщённом виде, что она начала беспокоиться. Весь первый триместр был ею потрачен на то, чтобы догнать свой новый класс и едва вылезти из отстающих. А тут такая засада.

– Чего ты дергаешься? – Удивлялась Кира, с которой она поделилась грустными мыслями. – Дистанционное обучение никто не отменял. Уроки из своей школы ты можешь прослушать и так. С практическими занятиями проблема. Судя по твоим рассказам, наши школьные лаборатории и рядом не стоят с тем, что у вас. Зато с этикетом ты можешь попрактиковаться с Арсией. Ее с дошкольного возраста дрессируют по этому предмету.

– А что, это идея. – Весело подключилась вторая подруга. – А для полного комплекта давай заставим и Киру заниматься.

Та поморщилась, но нехотя кивнула. Не отставать же от подруг.

В городе ей пришлось провести даже больше месяца. Сначала обследование у лекарей. Потом надо было оставаться, пока в больнице оформлялись документы. Та их часть, что передавалась вне инфосети. Потом все же пришлось задержаться, чтобы помочь маме, выпущенной лекарями из заточения. Под конец Луанни была готова удрать в свою "деревню" даже на своих собственных крылышках, прямо через океан.

Зато, с каким удовольствием она увидела знакомые пики и крыши игрушечных домиков. И тем разительнее отличалась реакция новых одноклассников на возвращение, приветствующих её появление радостными улыбками.

О городском классе она теперь вспоминала мельком и только когда связывалась с подругами. Как-то так получилось, что больше ей в столице не с кем оказалось поговорить.

Учёба, вечерние полёты и возобновившиеся регулярные выходы на личную тропу. Вроде и все дела. Только свободного времени почти не оставалось.

А иногда в голове появлялось чужое желание ее присутствия в лесу. И тогда она бросала все и устремлялась по тропе вне рекомендованного расписания. Самка ниахары просто так никогда её не вызывала. Иногда обнаруживался не вовремя оторвавшийся пахучий плод. И начинавшие проникать через Раскол мелкие невкусные грызуны злили самок. Иногда приходилось подбирать упавшие листья. Они тоже, оказывается, привлекали как местных, так и внешних тварей.

За регулярностью выхода на тропу никто не следил. От подростков требовали, чтобы дикие деревья содержались в порядке. А регулярность и частота выхода определялась периодом созревания плодов, необходимостью ухода за деревом и территорией вокруг. Достаточно было представить в контрольную службу лесничих примерный график. И обязательно ставить в известность диспетчера о времени выхода на тропу.

Так что о причинах внеочередных выходов Луанни никому не сообщала. Просто ставила в известность бабушку и отмечалась у лесничих через браслет связи, назначая контрольный срок возвращения. Точки возможной эвакуации на тропе никогда не менялись. Так что диспетчер даже не уточнял их. Только согласно инструкции напоминал что при нарушении контрольного времени они будут обследоваться в первую очередь. И ей надо оставлять отметку на каждом, пока проходит туда или обратно.

Луанни было смешно. Зачем такие предосторожности, если с нею всегда ходит ниахара. Это Криану надо делать или кому еще. Впрочем, у Криана большая часть тропы проходила в зоне доступа связи. И его точки эвакуации были оборудованы передатчиками, для которых надо было тащить энергонакопители. Ау нее даже на первой, самой близкой точке была доступна только кодовая связь. И то не всегда.

А потом Луанни шла пешком, с удовольствием пользуясь снисходительным согласием кошки, чтобы перелететь с одного берега ручья на другой или не обходить особо крупный камень, встречающийся на пути. Дикая в конце концов сделала для нее исключение.

Самка всегда встречала её на границе латтории и плантаций. А потом её белая шкурка мелькала то слева, то справа по ходу движения.

Бывали на этой тропе и неприятные встречи. Несколько раз на нее выходили небольшие твари. Такие, что ниахаре пришлось пользоваться полной трансформацией.

Лесничие даже заставили её тщательно изучить повадки тех тварей, что обычно появлялись из ближайших Расколов. Она даже сдавала им зачет по этой теме. Ниахара конечно хорошо. Но полностью полагаться на нее нельзя. Хотя настоящего лесничего из нее никто не собирался готовить. Все рекомендации сводились, как избежать атаки.

Но надо знать, от кого могут спасти твои крылья, а при встрече с кем лучше взлетать, задерживая дыхание.

Теперь в её походном арсенале всегда был противомоскитный баллон. А на поясе крепился настоящий переносной щит в боевой модификации. Только его приходилось заряжать перед каждым выходом. Как ни обходила она Расколы по дальней дуге, они все равно быстро выпивали энергонакопители. Но иной защиты лесничие придумать не могли. Огнестрелы были слишком тяжелы для ее руки. А со щитом у нее неплохо получалось на тренировках. И как-то даже пришлось воспользоваться, закрываясь от прыгнувшего вдогонку уже знакомого шилохвоста. Эти змеи, оказывается, охотятся не только с веток. Но могут атаковать и в прыжке.

Самка тогда задержалась, расправляясь с еще одной такой же, и была довольна исходом. Собственно после этого прыжка она перестала протестовать против коротких перелетов.

Время ночевки в своём шалаше в самой дальней точке маршрута она считала самыми счастливыми. Небольшой костерок, разогретый ужин и компания кошки, всегда устраивающейся немного на удалении. Дикарка тоже любила посмотреть на огонь. И вроде как передавала, что она довольна её компанией.

А ночью самка всегда проскальзывала в небольшой шалаш и осторожно прижималась спине. Она даже перестала возражать против покрывала, которое Луанни накидывала для тепла на себя, а заодно и на неё. Все же близость высокогорного ледника здесь сильно ощущалась.

В общем, время триместра для неё пролетело гораздо быстрее, чем три недели в городе. А в впереди было лето, свободное от учебы.

Конец учебного года совпадал с датой Первой экспедиции. День, неофициально отмечаемый многими расами как начало золотого века. Тема Дарующей и её приключений оставалась актуальной всюду и волновала умы многих подростков. Элфы не были в этом исключением. И целый сериал в инфосети посвящённый её жизни и приключениям не мог остаться незамеченным, в том числе и в деревне.

Луанни с удовольствием обсуждала с друзьями приключения героев. Хоть и знаешь многие из приключений Дарующей наперечет, а все равно интересно и переживаешь за нее так, как будто видишь все в первый раз. Авторы сериала обещали продолжение только через год. А пока сюжет заканчивался на том самом моменте, которому и был посвящён праздник.

На голоэкране Дарующая в сопровождении своей пятерки гекатесс уходила в степь, держа врома в поводу. И хоть Луанни точно знала, что первая экспедиция начиналась около Раскола расположенного в настоящих джунглях Бездны, это никак не испортило впечатления от фильма.

На экране два воина шнатлия из личной охраны Дарующей проскочили по флангам, а следом шагал целый отряд вооружённых всадников. И пусть Лео сильно бы удивился увидев себя на экране. Всем ведь известно, что ниахары предпочитают держаться впереди, а не плестись около ног партнера. Но в ролике ведь иначе ведь нельзя. Когда пятерка слегка отодвинулась в сторону, а Дарующая остановилась, как будто её окликнули сзади, грозный самец повернулся следом, демонстрируя в кадре свой протез. А с его спины на плечо всаднице скользнул маленький сиреневый дракончик. Тоже любой мальчишка скажет, что это выдумка режиссера. По хроникам известно, что Куинли предпочитал куда более теплое место под курткой, на теле Нэстэ. В кадре, сидя на плече, он грозно расправил крылья и раскрыл пасть в сторону зрителей. А вот это было правдой. Так получилось.

Так, с весёлой улыбкой, куинли в виде дракона на плече и Лео что-то высматривающего за спиной оператора и закончился сериал.

Таких экспедиций под её руководством в будущем будет ещё несколько. Их считали началом экспансии в Бездну, и уж точно это было началом систематического ее изучения. Ведь там, куда они шли, точно не было миров, перспективных для колонизации. Ну, разве что за исключением миров для шнатлий. Эти насекомые с помощью Нэстэ организовали сразу несколько колоний-баз прямо в Бездне. Зато там было много тайн и загадок. Поиск их продолжался до настоящего времени.

Но это был выход в самую первую экспедицию, про которую и будет обещанное продолжение.

Сериал понравился всем. В школе только и было разговоров, что нехорошие авторы закончили его слишком рано. И главное, почему-то не включили в него многие известные эпизоды из Жизни Дарующей.

Но самым неожиданным оказался интерес к самому куинли.

Его обсуждали все. Девочки умилялись дракончиком. Мальчишки мечтали заполучить себе в пользование такой живой щит. Луанни точно знала, чей именно куинли принял сыграл эту роль. В ее закрытом мире увлеченных этими существами разумных эта тема тоже обсуждалась. И она даже заручилась обещанием прислать снимок малыша, сделанный специально для нее.

Друзьям она не признавалась в своем увлечении. Но внесла из сети информацию, что эпизот деления с куинли был чистой графикой. В условиях обычных миров зверушки размножались крайне редко. Известно было всего несколько таких случаев. Или потому что не вырастали до таких громадных размеров, как в родном мире, или чего-то им не хватало. В любом случае, основным и единственным источником этих существ оставался их родной мир. Это было известно всем детям. Так что возникшая тема самопроизвольно дошла до сожалений об их цене.

– А ведь куинли Дарующей разделился здесь, в ее гнезде. – С умным видом заметил незнакомый мальчишка из младших классов.

– Так когда это было!

– Так его папаша до сих пор живёт у наследников Дарующей х ходит с ними везде. – Веско напомнил паренек.

– Всем известно, что того малыша унесло ветром сразу после рождения. Даже в сериале это показали. А потом его птицы склевали.

– А могли и не склевали. Это ведь днём произошло. А днём всегда ветра дуют вниз по склону от гнезда. Его могло унести к подножию и хищные птицы не догнали бы.

– Так гнездо на склоне над нашей долиной. – Одна из девочек возражая, замерла осененная этой мыслью.

– Вот именно. – гнул свое мальчишка. – А что если он до сих пор жив и прячется где-нибудь в лесу. Помните, как летом нашли несколько разбитых стекол? Некоторые из них были вроде оплавлены даже.

Луанни припомнила случай годовой давности и поспешила спрятаться за спиной друзей. Вспоминать, как она не успела вовремя уйти в вираж и со всего размаха влетела в окно одного из технических зданий, что во множестве стоят на окраине, не хотелось.

Много ли надо ребятне? Идея подана. И что из того, что это сказка? Игрой в поиск напуганного двухсотлетнего "малыша" увлеклись все. Даже сверстники Луанни не остались в стороне. Правда, искали они делая вид, что занимаются чем-то другим. Например, под предлогом обследования кустарников в лесу, на удалении от деревни, куда младших ещё не пускали.

Результатом этих игр стало обнаружение На удалении от деревни нескольких диких зонтиков, молодой порослью пробившихся среди кустарника, но еще не поднявшихся достаточно высоко, чтобы быть замеченными издали.

Это очень обрадовало лесничих, сразу взявших неучтенные деревья под свой контроль. И новая игра получила всемерную поддержку со стороны взрослых.

Луанни увлекалась редкими темой куинли ещё с первых классов. Сразу, как впервые увидела их в рисованных роликах, а потом и в игровых фильмах.

Эти зверушки были баснословно дорогими питомцами. В Элфании их не могли себе позволить даже самые богатые семьи. И куинли Дарующей оставался единственным представителем своего вида с постоянной пропиской в мире элфов.

Их исследовали с того дня, как Нэстэ принесла его из Бездны. Но до сих пор никто не мог сказать, сколько живут эти существа. Несмотря на множество экспедиций, добиравшиеся, в том числе и до родного мира этих животных, и даже целую научную станцию около граничных Расколов, известно о куинли было очень мало. И в основном это касалось их содержания и дрессировки.

Включая случай, освещённый в сериале, зафиксировано было меньше десятка случаев их размножения в нормальных мирах. И это не смотря на то, что с экспедициями в Объединенные миры было привезено уже несколько сотен зверьков.

Луанни собирала в инфосети все, что могла по этой теме. Её коллекция реальных фотографий куинли с краткой справкой по их хозяевам насчитывала уже почти триста записей. И она вела активную переписку с такими же увлеченными коллекционерами в Объединённых мирах. Последнее приобретение как раз было во время поездки в город.

Знакомая по переписке куакши предложила в обмен на имеющиеся у нее контакты в южном секторе великолепную фотографию куинли по кличке Куи-рашны. Отличный экземпляр, принимающий форму маленького крылатого коня. Странная фантазия у его владельца, но весьма забавная и пользующаяся популярностью. Да и упорство хозяина заслуживало восхищение. В справке указывалось, что ему потребовалось около четрех лет, чтобы добиться такого облика. А потом ещё год, на управление раскраской. Но это того точно стоило.

Вообще, облик, принимаемый куинли сильно зависел от хозяев. И это было целым направлением в дрессировке этих зверьков, в основу которого, были положены самые первые рассказы Дарующей и ее записки о работе со своей находкой, по кличке которого теперь назывался весь вид.

Луанни могла часами разговаривать в сети об этих существах. Но только среди своих единомышленников. В компании друзей, как в городе, так и здесь, в деревне, о своём увлечении она говорить стеснялась. По её мнению это было как-то по-детски.

На новую игру Луанни смотрела с показным снисхождением. И если и принимала участие, то только какбы за компанию.

Но наедине с собой она не отказывалась от удовольствия пофантазировать, как бы это было здорово, найти потеряшку спустя столько лет. И выходя на тропу, охотно заглядывала под листы лопухов и в самую гущу травы. Хоть и посмеивалась над своей собственной игрой. Она знала, что по крайне мере Криан с друзьями делает тоже самое. Весело же! Но они не стеснялись посмеяться между собой. А ей было неудобно.

А когда в свой очередной выход на тропу Луанни поймала откровенно непонимающий взгляд ниахары, весело рассмеялась. Самка как раз приблизилась, чтобы посмотреть, что именно высматривает её спутница в тени очередных кустов. Недоумение на её морде было настолько явным, что девочка не выдержала и со смехом представила куинли в виде дракончика, сидящего на своем плече. Вот он взлетает и разворачивается сиреневым платочком в воздухе. Ко всему этому она еще присоединила свое горячее желание найти нечто такое же сиреневое и несъедобное.

Кошка несколько раз моргнула, покрутила головой и, заинтересовавшись новыми звуками, исчезла среди деревьев. Луанни уже знала от лесничих, да и по собственным наблюдениям, что понятие "не съедобный" для ниахары было сильно абстрактным, и больше ассоциировалось с "невкусным".

Луанни только хихикнула вслух, представив, как выглядит со стороны. Вроде уже большая девочка, десятый год идёт. А фантазирует как мотылек, не вставший толком на крыло. Даже к дикой ниахаре со своими фантазиями лезет.

Расправив крылья, она перелетела знакомый ручек и двинулась дальше, уже не отвлекаясь на всякие глупости. Невольно продолжив думать об ее отношениях с дикой самкой.

Хорошо ещё, что кошка ни с кем не делится своими мыслями. Она тоже никому не рассказывала, что ниахара регулярно общается с нею. Не просто передавала своё неудовольствие, как некоторым из знакомых лесничих. А сообщала о радости идти с нею, передавала удовольствие от удачной охоты. Иногда даже вызывала на тропу просто погулять.

Впрочем, как считала Луанни, это все могло быть взаимосвязанным. Она не исключала того, что в охоте кошки служила чем-то вроде приманки для всякой мелочи из тварей, пришедших от Расколов и обосновавшихся здесь. Крупных тварей ниахары выбивали сразу и предпочитали это делать без разумных. Латтория была для них чем-то вроде огромного детского сада, куда иногда допускались даже чужие самки с детёнышами. И предпочитали ликвидировать даже намек на опасность в самом начале.

Лесничие о пришлых самках с молодняком узнавали от владетеля и заранее оповещали окрестные поселения. До таких ходоков как Луанни эта информация доводилась персонально. Чужие для прайда самки не нарушали установившихся правил. Но и встреча с ними могла оказаться намного неприятнее, чем скажем с её знакомой.

Луанни не была в обиде, на то, что её используют в качестве приманки для охоты на деликатесных тварей, обычно недоступных для ниахары. Тем более, что самка приносила по вечерам к её шалашу мелкую добычу. В тот раз она отказалась от угощения. Бутербродов, что Пра в избытке выдала перед выходом на тропу, ей вполне хватило. А тварь выглядела слишком уж непривычно. Несколько ног-щупалец, спрятанные между ними зубы. И жесткий веретенообразный панцирь, из которого еще неизвестно каким образом выуживать мясо.

Ночью она привычно перебросила покрывало на подкравшуюся ниахару и улыбнулась её недовольству. Прикасаться к себе руками дикарка не часто позволяла. Но против такой вольности как покрывало, она с некоторых пор перестала возражать. Видимо поняла, что так теплее для Луанни.

Дотащить до дома целых три спелых плода оказалось тяжело. Но и бросать один из них не хотелось. Во-первых, рядом с Расколами этого делать нельзя. Если ниахара не успеет, твари могли прийти и в деревню. При ней такого не было, но говорят, случается иногда. Недаром вокруг поселения стоят маркеры границы силового щита.

Во-вторых, это было делом принципа. Криан все время задирает нос, что приносит по два, а то и три, плода за раз.

Ну и, в конце концов, это просто денежки. У нее была мысль сделать себе подарок к завершению учебного года. Сама, на свои собственные денежки.

Но добираться с таким грузом пришлось с несколькими привалами, во время которых кошка устраивалась рядом и терпеливо выжидала. И до дому она добралась уже к вечеру, от усталости едва ответив на ожидание будущей встречи, пришедшее от удаляющейся прыжками кошки.

В школе, наконец прошли годовые тесты. Лёгкий мандраж, оставшийся после них, Луанни снимала в своей компании любителей скоростного спуска. Почти год уже прошёл. А она так и не привыкла тому восторгу, что вызывало у неё почти отвесное пикирование с самых вершин скальной гряды до крыш деревенских домов внизу. Её радостный визг за это год стал чем-то вроде привычной достопримечательности. Впервые приезжающие сезонные работники, заслышав его, испуганно вскидывали головы в поисках несущегося вниз тела. Кое-кто даже взлетал под смешки старожилов. А она со свистом проносилась над их головами и снова устремлялась к лифтовой колонне.

– Сегодня приехала крупная партия рабочих на летний сезон. Ты всех распугаешь. Ворчала Урса.

– Так здорово же!

– Тебе да. – Урса уныло вздохнула.

Она тоже забралась сюда для снятия стресса. Только по совсем другой причине. Сразу по двум предметам тесты показали у неё оценки ниже средних. И теперь сварливой подруге предстоял разговор с родителями. А потом на все лето занятия вместо беззаботных каникул.

– А что ты хочешь? – Беззаботно пожал плечами Криан. – В нашей школе с этим строго. Я слышал в городе не так?

– Нет. В школе, где я училась, на лето никого не оставляли. Успеваемость там вообще никого кроме родителей не волнует.

– У городских другая проблема. – Проворчала Урса. – На лето надо всех в лагеря распихать или по родовым домам. Иначе совсем в рахитов малышня вырастит.

– Ну да. Особенно за девочками следят. – Без смущения кивнула Луанни.

– А у деревенских другой расклад. Мы дома можем все лето провести. – Рассмеялся Криан.

– Вам хорошо. Вы прошли тесты. – Опять проныла Урса. – А я могу и школу поменять. Превращусь в городскую. Буду по лагерям ездить. Или сюда только на лето.

– Может. – Серьезно кивнул Криан в ответ на недоуменный взгляд Луанны. – Если не справляешься с программой, могут перевезти в классы с упрощенной программой. А от туда и вовсе отправить в один из городов. Если нет родственников, найдут куда поселить. Ты теперь сама понимаешь, что для нас значит потерять эту школу.

Луанни понимала. Кроме пережитого мимолетного испуга полгода назад, она уже выяснила, что в некоторые институты вообще брали только из таких изолированных школ.

Сама она хотела заниматься биологией. Гуляя по своей тропе, она заинтересовалась тварями Бездны, хоть и понимала, насколько её желание ограниченно. Ведь изучать придётся только то, что проникнет в Элфанию. В Объединённых мирах в экзоскелете и компенсирующем костюме много не поработаешь.

Подруге она сочувствовала. Хоть и ворчливая та была и даже вредная. Но все же им удавалось нормально общаться. А для Луанни это уже было немало на фоне воспоминаний о городском классе. Про него она почти перестала вспоминать даже в разговорах с городскими подругами.

Несколько первых дней беззаботных каникул они так и провели на вершинах гряды. С этого года им уже было не престижно играть в пятнашки на опушке леса. Там собиралась "малышня". Теперь их компанией окончательно стали старшие. С ними они и носились над скалами, выписывая пируэты на зависть сезонникам и срываясь вниз в сумасшедшем пике.

Когда очередным утром Луанни ощутила желание видеть себя на тропе, это показалось странным. До выхода по расписанию оставалось ещё несколько дней. Но Дикарка зачем-то настоятельно требовала её выхода. Передавала что хочет кое что показать. Только это надо сделать срочно.

– Пра, я на тропу. – Влетела она в гостиную.

– У тебя же ещё три дня до выхода. – Удивилась та.

– Я так, на всякий случай. – Вывернулась Луанни, забираясь на стул.

– И то верно. Все лучше, чем ваши игры наверху. Вчера опять кто-то из вас под шквал попал.

– Урса и Кансил. Так вышли же!

– Но вынесло их почти до середины долины. Хорошо хоть что вернулись сразу.

Луанни весело встряхнула головой. Её это не касалось. Тот, свой урок, она усвоила крепко. И выходила из шквала не хуже большинства своих друзей.

Пра только головой покачала, видя беззаботность названной внучки, за этот год ставшей почти что родной. Но выговаривать в очередной раз не стала. Знала, что Луанни лишний раз на опасные высоты не полезет.

Она просто начала собирать обычный дорожный набор. Бутерброды, травяной настой.

Луанни потянулась к булочке и вспомнила родителей. Они как раз считали наоборот. Лучше игры в районе деревни, даже ее любимые гонки по вертикали, чем регулярные двухдневные походы, ночевка с дикой ниахарой. Луанни совершила ошибку в самом начале, в красках расписывая редкие встречи с тварями. Что было хорошо в разговорах с подругами, только пугала мать и отца. Мнение Пра, видевшей игры детей каждый день, естественно было прямо противоположным. В деревне не считали за несчастный случай порванные кромки крыльев. Со всяким случается. Зато с крайним неодобрением относились к выбитым при неудачном выходе из пике стеклам и поврежденным крышам.

Куинли

К удивлению Луанни, встречающая кошка настойчиво излучала желание видеть её идущей рядом, но совсем не по знакомой тропе. Они прошли только до предпоследней контрольной точки эвакуации.

На подходе к очередному ручью, кошка свернула и направилась прямо в чащобу. Куда Луанни раньше даже не заглядывала.

Пожав плечами, она подчинилась желанию своей Спутницы. Идти в незнакомом лесу пришлось примерно с час. Пока они не вышли на малоприметную полянку, почти полностью перекрытую сверху кронами деревьев. Луанни беспокоилась о том, что светило уже почти коснулось кромки хребта и скоро наступят сумерки. Но самка излучала спокойствие и ощущение близкого дома. Не совсем понимая, что к чему, она осмотрелась.

Видимо поляна, на которую они вышли, была ближе к леднику, чем её шалаш. Прохладный воздух сменился настоящим холодом. А над травой отчётливо стелился белый туман. И только там, где росы касались предзакатные лучи, вспыхивали каскады разноцветных искр. Было красиво. Но совсем не объясняло, зачем её сюда привели.

От ниахары пришло не терпеливое "взять, что просила и идти домой".

Луанни еще раз осмотрелась и невольно залюбовалась картинкой. Ни ветерка. И только белое покрывало сгущающегося тумана, сквозь который прорываются блики искрящегося золота, красных и синих блесток, сирени.

Она присмотрелась. Слабый сиреневый цвет действительно присутствовал. В одном месте, под невысоким кустом. Причем светило туда уже не доставало. И туман, в отличие от блеска росы, излучал сирень ровным, тускнеющим светом.

При близком рассмотрении выяснилось, что странный сиреневый туман сосредоточился между корней кустарника и остаётся неподвижным. Только несколько струек медленно истаивали, расходясь в стороны.

Ещё не понимая, что видит, Луанни осторожно протянула руку. На краю туманного облачка вдруг МИГНУЛИ ГЛАЗА. И девочка замерла, еще не веря промелькнувшей догадке. Осторожно выдохнув, она еще медленнее вытянула палец, почти касаясь существа.

Глазки снова мигнули. Недоверчиво покосились на неё, с сомнением осмотрели замерший совсем рядом палец. А потом навстречу руке неуверенно потянулся клочок тумана.

Первое ощущение от контакта она могла сравнить только с прикосновением ко льду. Палец даже занемел от холода. Но она сдержала инстинктивное желание отдернуть руку и оставалась неподвижной.

Зверёк выжидал всего пару секунд. Возможно, он и не верил, что кто-то захотел дать ему тепла. А потом туман начал неуверенно натягиваться на кисть, запястье и дальше.

От немеющей от холода руки по телу прошла дрожь. Луанни много читала об ощущениях разных разумных при кормлении куинли. Но ничего подобного собственным, припомнить не смогла. Было такое ощущение, что звереныш буквально пожирал все тепло, что могла предоставить рука. И при этом казалось, умоляюще смотрел на неё, не решаясь продвигаться дальше.

На ставшем чуть более плотном теле стали заметны длинные и глубокие параллельные борозды чьих-то когтей. Именно они истекали теми сиреневыми струйками, что она заметила раньше.

Луанни озадаченно отодвинула прядь волос, выбившуюся из-под косынки. Сбоку приблизилась кошка, тоже с любопытством ткнулась, и сразу отступила.

"Ранение, боль, смерть" – Пришло подтверждение от нее. – "Досада, давно, надоел, попрошайничает".

– Ты хочешь сказать, что давно его знаешь? – Вслух поинтересовалась Луанни, осторожно отделяя зверька и перестраивая его ближе к плечу.

"Попрошайка, слабый, не мешает, не прогоняем".

Луанни восприняла именно множественное число. Получалось, что куинли или живёт или часто посещает логово ниахар. Попрошайничать он мог только одно. Как вот сейчас. Тепла. А самки не прогоняют его. Не вредит, и ладно.

Судя по эмоциям ее самки, раненным звереныш бывал часто. К тому же, если присмотреться, на всем теле существа были видны многочисленные бороздки в разной степени заживших шрамов. Ну а сегодня куинли попал-таки в когти кого-то, кто едва его не убил.

– И ты меня привела к нему?

"Чужак, давно, надоел, слабый, желание просьбы от котенка, желание ему отдать, пусть играет" – Луанни ещё раз озадаченно хлопнула глазами. То, что Дикарка относится к ней как к котенку которого надо защищать она подозревала. Но до сих пор явного указания на это не получала. Кошка вообще не сочла нужным хоть как-то обозначить сам факт того, что услышала и восприняла ее шутливую просьбу во время начавшей забываться игры.

Вздыхая от жалости к покалеченному найденышу, Луанни послушно прошла следом за ниахарой до какой-то скалы, в основании которой обнаружилась небольшая пещерка. Ей пришлось даже согнуться, чтобы заглянуть в нее.

Ничего так. Видно было, что тут кто-то регулярно бывает. Земля утрамбована, и даже как бы утоплена.

"Тепло, ярко, ощущение уюта".

– Да поняла я. – Немного сердито проворчала Луанни. – Сейчас принесу дров, пока совсем не стемнело.

Снимать куинли с начавшего неметь плеча, она не решилась, и натянула теплую куртку прямо поверх него.

Когда небольшой костёр уже весело потрескивал перед входом, она устало забралась в пещерку и постаралась кое-как распределить принесенную траву. Роса высохнет быстро. Костёр перед входом давал достаточно тепла. А теплая куртка легко заменит отсутствие покрывала в шалаше. Условия, не идущие ни в какое сравнение с ее первой ночью в лесу.

Самка тихонько проскользнула над уложенными под рукой дровами и деловито завозилась за спиной.

"Не лезь".

Восторга от присутствия гостей в своём логове она явно не испытывала и излучала смирение с вынужденным согласием на ее ночевку.

– Сама, между прочим, привела. – Сердито проворчала девочка. – И не притворяйся. Я же чувствую что ты не сильно возражаешь против моего присутствия.

Впрочем, на уровне эмоций она выразила готовность уйти с первыми лучами.

"Ощущение холода и сырости, желание ждать тепла".

– Хорошо, подожду, пока роса высохнет. – Легко согласилась Луанни, старательно представляя желание послушаться совета. – А ты тогда мне не выговаривай.

Громкий фырк за спиной был ответом.

Девочка все же отодрала куинли от плеча и переложила на другое, давая замершей части тела согреться. Все-таки изголодавшийся зверек не знал меры и никак не контролировал ситуацию.

– Сколько же ты голодал, если не можешь нажраться столько времени? – Вздыхала она с жалостью проведя пальцами по бугристой от рубцов поверхности.

По всему, что она читала, куинли насыщались очень быстро. На столько, что становились для носителя почти не ощутимыми. Но сейчас в это что-то не верилось.

Подумав, она осторожно стащила с руки браслет из бусин и разорвала его. Все равно он ей надоел, и она собиралась его заменить. В браслете кроме камешков были и стеклянные вставки. Одну из них она и взяла.

Плоский камешек, такой же сверху, а посредине стеклянная побрякушка. Тихий хруст, осторожно повозить немного. И грубая стеклянная крошка белым порошком собралась в ладошке.

Куинли не сопротивлялся, когда его переложили на колени. От близкого костра тоже поступало тепло. Главное, что его не прогоняют. Мучения Луанни и интенсивное питание за счет замораживания отдельных участков ее тела заметно пошли на пользу зверьку. По крайней мере, глубокие шрамы кровоточили уже едва заметно.

Куинли распластался на коленях полупрозрачным платочком и не без опаски наблюдал, как тонкая стеклянная присыпка неумело наносилась на раны.

Белый порошок из стекла как будто взялся коркой и напитывался сиреневым цветом. Зверек некоторое время продолжал лежать неподвижно. Потом неуверенно сформировал голову, очень похожую на голову знаменитого дракончика, только с тупым носом. Вывернулся и терпеливо дождался окончания процедуры.

Видимо он был совсем слабым. По документальным роликам Луанни вспомнила, как Куинли Нэстэ за один заход плавил подобную присыпку. Да и в роликах по клубу это происходило почти что мгновенно. Её же найденышу потребовалось три захода с долгими перерывами для отдыха только на первый шрам. И под конец её рука и даже колени сквозь одежду совсем занемели от холода. Пришлось осторожно перемещаться еще ближе к костру. Туда, где жар от огня почти обжигал лицо.

Задремала она только ближе к полуночи. Когда куинли наконец справился со своей частью задач и перестал истекать сиреневыми туманом.

Утром ей пришлось проснуться из-за завозившейся кошки. В спину потянуло холодом, когда та встала.

Первым делом Луанни задрала рубашку на животе, где ощущался вполне терпимый холодок.

Куинли спал, почти превратившись в татушку. Хвост нырял в бок и, похоже, доставал спины. Вполне сформировавшиеся лапки растопырились, как будто в попытке обнять теплый живот. А голова смотрела вверх. Он даже не оторвал её потревоженный суетливыми движениями хозяйки. Только глаза смотрели на неё, как будто чего-то ожидая.

Вздохнув, Луанни осторожно подтолкнула рукой своё приобретение в направлении левого плеча. И невольно отметила рельефность спины. Рубцы от старых шрамов, как и свежие раны, не позволяли ему завершить трансформацию.

Не смотря на проведенную в тепле ночь, звереныш продолжал поглощать тепло её тела. И это ощущалось неприятным ознобом.

Перекусив остатками ужина, она выбралась из логова Дикарки.

"Неудовольствие, желание сменить место".

– Не надо ничего менять. – Вздохнула Луанни, обращаясь к появившейся в кустах кошке. Судя по эмоциям, та уже успела перекусить. – Я никому не расскажу где твоё логово. И сама не буду приходить, если не позовешь.

Кошка только покосилась на нее и ответила пренебрежительным фырканьем.

"Желание отдать, ожидание одобрения".

Луанни послушно сосредоточилась на благодарности, что кошка откликнулась на ее просьбу и согласилась помочь в поисках куинли. Пра с родителями тоже частенько напоминали ей о необходимости сказать "спасибо". Присоединила свой восторг от находки.

– Это то, что я искала. – Добавила она вслух. – Спасибо.

Обратный путь они проделали, почти не общаясь. Самка как обычно мелькнула белой шкуркой в кустах и испарилась, оставив напоследок ожидание близкой встречи. Скоро надо будет выходить на тропу по расписанию.

У неё были свои заботы. А вот Луанни шла домой медленно, пытаясь обдумать сложившееся положение.

Как человек, увлеченный куинли, она прекрасно осознавала ценность того, что сейчас вцепилось мертвой хваткой в её плечо. Дорогая игрушка в детстве, и далеко не бесполезное существо для взрослого человека. Природный энергоакопитель. Надо только специальный адаптер иметь. Хотя Дарующая обходилась как-то без него. А еще живой щит, почти непробиваемый для мелких ударов. И главное, престиж.

В общем, кто позволит девочке не из самой богатой семьи иметь такую игрушку? Да ещё элфианке? Никто из её расы до сих пор не имел в собственности куинли. По крайней мере, она о таких случаях не знала.

И даже если этот вопрос окажется обсуждаемым. Её зверек явно болен. Ему почти двести лет. А размером он едва больше чем те, кому не исполнилось и полсотни. У неё есть голограммы таких питомцев. А еще, её найденыш ранен.

В общем, вряд ли ей позволят оставить находку себе. Но ведь можно немного потянуть время. Выпросить у Криана аппаратуру для съемок. Она у него хорошего качества. Сделать хотя бы несколько голограмм на память.

– Что у тебя с рукой?

Пра не было дела до переживаний правнучки. Зато она сразу обратила внимание, как та бережет правую руку и старается ею лишний раз не шевелить за столом.

Ответить она не успела. Холодок на плече пришёл в движение, как будто куинли понял, что раскрыт, и из-за отворота рубашки показалась голова дракончика. Его видимо потревожил голос. А может именно в этот момент он почувствовал себя настолько лучше, что проявил любопытство.

Столкнуться нос к носу с наклонившейся, чтобы посмотреть Пра, он никак не ожидал. И выдал совершенно неожиданную реакцию.

Злобно зашипев, он громко защелкал мгновенно отросшими клычками, и даже сделал выпад. После чего, тут же спрятался за отворотом. В зеркало Луанни могла видеть его глаза, следящие за отпрянувшей от неожиданности Пра.

– Это же…?

– Вот, нашла. Можно я его себе оставлю? Давай никому не скажем. – Все-таки сделала попытку девочка, умоляюще глядя на женщину.

Та озадаченно сложила крылья, инстинктивно раскрытые в момент нападения.

– Что значит никому "никому не скажем?" Прятать ото всех будем? – Улыбнулась она, на удивление быстро приходя в себя. – Вряд ли получится. Куинли совсем не умеют скрываться, к тому же они очень любопытны.

– Ну, недельку. Хоть пару дней.

– Я никому не скажу. Честно говоря, владетель, скорее всего, уже все знает. Ведь всамка была рядом, когда ты его нашла. – Улыбнулась Пра. – Да и здесь вряд ли твою тайну можно сохранить даже до конца дня. Больно уж он у тебя агрессивный.

– Это он голода. Он всю ночь сосал из меня тепло. А ещё он сильно ранен. Поэтому не может толком трансформироваться. Только вот так, то голова, то лапы.

– Так он тебя застудить может. – Всполошилась Пра. – Всю ночь? Они когда голодные, теряют всякую меру. В комнате у себя включи обозреватель и пересади малыша на него. А сама под теплый душ, немедленно.

Пра внимательнее присмотрелась к полностью извлеченному из-под рубашки куинли.

– А порошок ты очень грубый сделала. Надо было тщательнее растереть стеклянную крошку. До пыли. Корка слишком толстая и от того такая хрупкая. Из-за слабости он еще несколько дней не сможет поглотить столько зернистого стекла. Ну да что сделано, то сделано.

Луанни недоверчиво хлопнула глазами. Пра оказывается неплохо знает как обращаться с куинли. Надо же, с ходу выдала то, что обычно знает не каждый владелец этих животных.

Но подумать об этом девочка решила позже. Главного она добилась. Куинли с ней останется минимум на этот день. А быть может и несколько, если владетель не сразу заинтересуется их с Дикаркой находкой.

Заполучить аппарат для съемок оказалось проще простого. Криан даже вопросов не задавал и залетел с ним ближе обеду, по пути по своим делам.

Так что Луанни решила в этот день отказаться от прогулок и полностью сосредоточиться на малыше.

А тот был доволен. Включенный обогреватель был одобрен сразу и безоговорочно. Сам прибор пришлось переставить ближе к открытой на балкон двери. Все же было лето. В комнате и так было жарко. А когда на зверька упали еще лучи полуденного светила, он и вовсе блаженно расплылся по его поверхности.

Против съёмки зверек не возражал. Он вообще был готов на все, главное, чтобы его с теплого местечка не сгоняли. Ближе к вечеру он начал повторно осторожно обрабатывать стеклянные корочки на свежих шрамах, постепенно вплавляя их в тело.

На ночь обогреватель все-таки пришлось выключить.

Сначала, глядя на блаженствующего питомца, Луанни подмывала переночевать в гостиной, оставив все как есть. Но за ужином она спокойно смогла провести всего несколько минут. Потом куинли с возмущенным писком ворвался в комнату, опустился на плечо и тут же нырнул за воротник. На Пра он почему-то только покосился, но шипеть не стал.

– Похоже, он сильно перепугался, что тебя нет. – Покачала головой Пра. – Не получится у тебя оставить его одного в комнате.

Вздохнув, не без внутренней радости, она растянулась в своей постели, ощущая приятный холодок скользнувший с плеча куда-то на правый бок. Куинли совсем не страдал от того, что рискует быть придавленным во сне. Его это даже устраивало.

Утро началось с неприятности. За завтраком Пра сообщила, что их обеих зовут в Головной дом. Прибыла Интакнироли, владетель латтории Амани и управляющая гнездом Дарующей. И Пра уже имела с нею разговор, пока Луанни спала.

– Что ей надо? – напряглась Луанни.

– А как ты думаешь?

– Но ты же ничего не сообщала, ведь правда?

– Я нет. Но твоя четвероногая подруга входит в прайд Каэрла. А старший самец связан с владетелем латтории Дарующей. – Улыбнулась Пра. – Думаю, они узнали о твоей находке ещё вчера. Извини, вчера я не хотела тебя расстраивать своими соображениями. Но Куинли тебе лучше взять с собой. Ты уже дала ему имя?

– Курса. – Буркнула расстроено Луанни. – И он уже откликается на него.

– Курса, найденыш по-нашему. Хорошая кличка, со смыслом. Не расстраивайся ты так. Ведь его у тебя ещё не забирают, а всего лишь хотят посмотреть.

– Да? А ты знаешь, сколько они стоят? А деньги мне не нужны. Но может мне разрешат оставить его хотя бы не время лечения?

– Уверена, что все не так плохо, как ты думаешь. – Рассмеялась Пра. – Поврь мне, Интакнироли точно не собирается на него претендовать.

Назначенное место встречи Луанни совсем не понравилось.

На площади перед администрацией толкались несколько групп сезонных работников. Начинался сезон летних работ. И первичное распределение прибывающих рабочих происходило именно здесь. Тут же стояли и дети рабочих, прибывших с семьями. С ними тоже надо было определяться. Направить в школу для подтягивания по отдельным предметам или оставить в покое на все лето. Кое-кого из них Луанни даже узнала по играм с прошлого года.

Соответственно здесь же была и директриса с несколькими учителями и школьники, помогавшие им в организации очередности. В том числе и кое кто из её одноклассников. Именно сюда вчера спешил Криан, когда заносил фотоаппарат.

Он первым и обратил внимание на их появление. И сразу же недоуменно нахмурился, оценивая поникшие плечи подруги.

Его вопросительный взгляд Луанни проигнорировала и только еще ниже опустила голову. Чем заинтересовала друга еще больше.

Урса, подскочившая к Криану, что-то зашептала на ухо. Видимо интересовалась, что именно она творила. Краем глаза Луанни видела, как парень отрицательно покачал головой и начал подкрадываться ближе к центру происходящего.

Управляющая стояла, о чем-то беседуя с директрисой и двумя преподавателями из школы. Но их разговор прервался сразу, как вызванные для беседы появились в ее поле зрения, что не осталось незамеченным в толпе. И Луанни со вздохом поплелась следом за Пра по образующемуся коридору.

То, что друзья как- то оказались поблизости, её ничуть не успокоило. В этот раз очень хотелось, чтобы разговор происходил без зрителей. Все же она оказалась эгоисткой и не поделилась находкой с одноклассниками.

– Добрый день, Малания, я смотрю, веселый у тебя отдых на пенсии получается?

Луанни сразу вспомнила сомнения городской подруги. Как-то совсем не вязалось это публичное выражение дружеских отношений со сложившимся у Луанни мнением о прошлом Пра. До сих пор Луанни считала, что Пра работала в гнезде Дарующей кем-то вроде обычной служанки. Ну, может быть старшей служанки.

– Ты же знаешь, мне хватает забот и на отдыхе. – Непринужденно утвердила внучку в сомнениях Пра. Так бывшие служанки с владетелем или управляющей не разговаривают.

– Вижу, что не скучаешь. – Усмехнулась Интакнироли, переводя взгляд на смотрящую в землю девочку. – Добрый день Луанни. За этот год ты дважды умудрилась привлечь внимание владетеля гнезда на столько, что он просил меня о личной встрече с тобой. Должна заметить, это не каждому удаётся.

– Извините, я не хотела…

– А я не сказала что это плохо. – Усмехнулась та на реплику. – Можно взглянуть на него?

Со вздохом Луанни протянулась к воротнику. Последняя надежда, что вызов связан с чем-то другим, испарилась. И демонстрировать находку придется на глазах целой толпы.

Женщина сделала шаг и протянула руку ладонью вниз. Жест, каким обычно предлагают Куинли перебраться на руку к собеседнику.

Зверушка явно расценила ее действия по-своему. Пра попыталась предупредить управляющую, но не успела.

Мордочка тупоносого дракончика вынырнула из отворота и громко заклацала зубами, едва не дотянувшись до пальцев. Луанни поспешила накрыть ее ладонью. Но в погоне за не слишком торопливо убираемой враждебной рукой он поднырнул под нее, скользнул, расправив крылья, вперёд, но тут же поспешно сделал маленький круг и опустился ей на плечо. Курса или достаточно оправился или помогла воображаемая угроза нападения. Но Луанни впервые увидела его полную трансформацию. Пусть и не совершенную. Лапки все же получались пока корявыми и неодинаковыми по длине.

То, что управляющая отступила, он явно посчитал своей заслугой. Выпрямившись почти прямо, насколько позволяли старые шрамы и свежие шрамы на спине, расправил крылья, вытянул еще выше шею и грозно осмотрелся.

"Куи-и-нли-ли-ли-ли!"

Короткий звонкий вскрик в полной тишине разнесся над площадью. Извернувшись, он ещё раз посмотрел на врага и попытался громко зашипеть в его сторону. Явно кому-то подражал. Только непонятно кому.

– Совсем дикий. – Невозмутимо прокомментировала Интакнироли, на удивленные выдохи в топе она не обратила никакого внимания. – Это действительно пропавший детеныш нашего Куинли. Они сохраняют навыки родительского тела. Облик дракона очень похож на отца. Только морда у родителя более острая.

– Он всего день со мной и ещё не успел привыкнуть. Это он от страха так себя ведет. – Попыталась оправдать агрессивность питомца Луанни.

Ей все никак не удавалось успокоить его. Куинли не желал прятаться под руку и упрямо держал "врага" в поле зрения, выглядывая то из-под ладони, то сверху нее.

– Оставь его в покое. Я и так смогу осмотреть его. Шрамы?

– Из тех, что свежие: три длинных, почти через все тело. Когда я его нашла, они ещё кровоточили.

– Чем лечила?

– Вот.

Луанни вытащила из кармана разорванные бусы. – Здесь есть несколько стеклянных.

– Цветное стекло. Не самый лучший вариант. Но учитывая обстоятельства и на крание обстоятельства, лучшего выхода пожалуй не найти. – одобрила управляющая. – Только надо было растереть стекло до состояния пыли.

– Я уже поняла это. Пра сказала. – Уныло призналась девочка.

– Это хорошо, ты слушай свою бабушку. Она много знает об уходе за куинли. Нам с ней приходилось присматривать за питомцем владетеля. Иногда им приходится оставлять Куинли на наше попечение. Особенно если рядом нет младших.

Луанни завистливо вздохнула. Но послушно кивнула головой.

– Возьми, будешь теперь смазывать этим. И не только свежие шрамы. Но и старые. П то вон как ему сложно форму держать.

На протянутой ладони лежала небольшая баночка с хорошо узнаваемо узнаваемой в мире поклонников зверьков этикеткой.

– Это кремниевая мазь.

– Ого! Откуда знаешь?

– Ты бы видела её коллекцию фотографий. – Со смешком сдала названную внучку Пра. Она числится в обществе Куинли уже несколько лет.

– Отлично. – Удовлетворённо кивнула женщина. – Тогда тебе не надо объяснять, какими ещё достоинствами обладает эта мазь.

– Витамины, добавки для заживления в виде кремния, набор микроэлементов. Но это очень дорогая мазь.

– Забирай быстрее, а о цене подумаем потом. – Несколько нетерпеливо прервала девочку женщина и почти силком впихнула баночку ей в руки.

– Кэлвэн? – Поинтересовалась Пра.

– А кто же ещё. Знаешь, не так часто ниахары находят девочек в лесах и по собственной инициативе оказывают им помощь. Но чтобы самка ещё и принялась что-то ради нее разыскивать в подарок! Такой аномалией Калвэн не мог не заинтересоваться. Кстати, а почему ты пошла в лес именно вчера? Ведь по расписанию, на тропу ты выходишь только в конце недели. Я уточняла у лесничих.

– Меня Дикарка позвала. – Смущённо пожала плечами девочка.

– Кто?

– Ну, самочка, я её так про себя называю. Мне так легче.

– С кличкой понятно. А что значит позвала?

– Ну, передала, чтобы я вышла на тропу. Она так делает обычно, когда надо что-то подправить около моего зонтика или если плод созрел раньше срока и привлекает тварей.

Луанни замолчала, глядя на замерших двух женщин. Она обратила внимание, как управляющая провела ладонью по своему поясу. Индикатор ее браслета тут же выдал информацию о включении силового щита первого уровня. Похоже управляющая включила звуковую завесу, отсекая их от толпы.

– Ты не говорила о том, что ниахара тебя вызывает. – Заметила Пра.

– Так она просто передаёт желание меня видеть, или образ.

– Ты воспринимаешь от, как ты там ее называешь, Дикарки, образы?

– Ну, редко. Чаше все-таки эмоции и желания. – Поспешно отступила Луанни.

– Давно?

– Так сразу, как она меня нашла. А когда вы нас встретили, перед уходом она ещё пригласила меня заходить в лес.

– Как в этот раз?

– Нет. Теперь если что-то нужно от меня, она просто передаёт желание меня увидеть. А позавчера добавила желание показать что-то такое, что мне интересно. Но я не поняла сначала, что речь идет о куинли.

– Ты поняла, почему она захотела тебе показать его?

– А что тут понимать? – Удивилась Луанни. – Я недели три назад на тропе играла в поиск сбежавшего куинли. И попросила ее помочь.

– Ниахары не понимают наших игр. Тем более игры на поиск живых существ. – Заметила Интакнироли. – Для тех, кто чувствует каждое живое существо поблизости и на удалении, эта игра не имеет смысла.

– Ну, я не подумала об этом. Просто мысленно обрисовала куинли, как его себе представляла. В основном нечто сиреневое и летающее. Ведь у ниахар такое же цветовое восприятие, что и у нас. И попыталась представить ощущения, когда он в виде татушки на теле находится. В клубе по инфосети об этом много рассказывают.

Луанни отвлеклась, позволяя немного успокоившемуся зверьку залезть обратно в расстегнутый воротник.

На татушку он пока не очень походил. Раны видимо ещё не позволяли полностью растекаться по телу. Поэтому зрителям было видно, как зверек устраивается и ворочается под рубашкой, пока тот не успокоился, выставив на шее тупоносую мордочку с глазами.

– Следит. А он тебя охраняет. – Улыбнулась женщина.

– Он был очень голодным, когда я его нашла. В первую ночь у меня даже плечо немело от холода.

– Для своего возраста он очень маленький. – Вздохнула Интакнироли. – Тебе надо будет его очень активно откармливать. Воспользуйся обогревателем. Можно его даже на полную мощность включать. Но обязательно при этом используй мазь. Способность к трансформации очень важна для их физиологии. Рубцы и шрамы, да еще в таком количестве этому мешают.

– Значит, я смогу оставить его себе?

– Конечно. – Управляющая недоуменно нахмурилась и вопросительно посмотрела на Пра.

Та коротко объяснила сомнения Луанни своими словами.

– Ты же его нашла. – Улыбнулась она девочке. – Значит он твой, если не решишь сама. Тем более зверек так привязался к тебе.

Луанни как-то разом расслабилась. И уже доверчиво заулыбалась глядя на нее.

– Но тебе придётся очень сильно с ним поработать. – Предупредила та. – Куинли не должен быть таким агрессивным. Пожалуй, я пришлю тебе приглашение в гнездо Дарующей на все лето. Пусть с тобой позанимается Эрнас.

– Наследник? – Удивилась девочка.

– Да, он на днях как раз приезжает.

– Но ведь он будет занят с гекатой его высочества. Так в новостях сообщают.

– Геката принца Арден тоже приезжает на все лето. Наследник дружит сразу с несколькими гекатами из разных империй, как тебе должно быть известно. Летом тут будет и Геката его старшего брата, Арсена.

– Принца шнатлий?

– Его высочество и наследник правителя клана шнатлий Лагит. Эрнас тоже носит титул его высочества, не наследного. Но остается наследником гнезда Дарующей. Таковы договоренности между шнатлиями и элфами. – Строго поправила управляющая. – Нельзя коверкать титулы. Тем более, что шнатлии очень придирчивы в этом вопросе. Он кстати имеет своего куинли. И тоже сможет проконсультировать тебя на счёт содержания и лечения зверьков.

Луанни растерянно перевела взгляд на Пра.

– Это был бы лучший выход. – Кивнула та. – Твоих родителей надо предупредить, чтобы прилетели в гостевой дом ближе к середине лета. Надеюсь, к тому времени ты уже сможешь обуздать своего защитника. Иди уж. А то твои друзья скоро уже подпрыгивать начнут от нетерпения.

Пра вопросительно посмотрела на Интакнироли. Та кивнул и сделала приглашающий жест в сторону входа в администрацию.

– Я тут задержусь, обсудить кое-что надо. – Добавила она для внучки. – Так что беги, гуляй. И не потеряй мазь.

Криан со всей компанией терпели совсем не долго. Только пока они выбрались с площади на окраину деревни и отогнали малышню.

– Показывай. И рассказывай, как тебе удалось его найти.

– Ну, так все же искали. Мне просто повезло. – Развела руками Луанни.

Она вовремя сообразила, что ее рассказ никто кроме Пра и управляющей толком не слышал из-за слабенького силового щита. И решила пока не уточнять причины, по которым кошка занялась странными поисками.

– Ниахара нашла или почуяла раненного Курсу в кустах, и показала мне.

– Искали все, а повезло тебе.

Луанни немного ревниво проследила, как куинли на этот раз без особых возражений пересел на руку Криана. И даже дал себя гладить остальным. Однако всеобщее внимание быстро надоело, и он с тихим писком вернулся на плечо.

Хозяйка со смущённо улыбкой уже привычно отклонила голову, пуская его на любимое место.

– Нет уж. Так легко ты от нас не отделаешься. – Заявил Криан. – Или подробный рассказ, или мы все обидимся, что ты целые сутки скрывала от нас свою находку. Рассказывай подробно, что как, о чем вы там говорили с Владетельницей. А фотоаппарат тебе был зачем?

Пока Луанни расплачивалась за своё везение и эгоизм подробным рассказом, в административном здании происходил куда менее бурный, но зато более содержательный разговор.

– Куинли не только дорогая, а ещё и статусная игрушка. – Задумчиво протянула Малагия, сразу как за ними закрылась дверь в кабинет.

– Твоя внучка будет великолепной хозяйкой для него. – Улыбнулась Интакнироли. – Все что ей надо, это немного подучиться в обращении с ним. Да и куинли к ней привязался.

– Вряд ли это повод оставить такую дорогую игрушку в руках безызвестной элфиянки. – Заметила женщина вопросительно поднимая брови.

Не отвечая, управляющая достала из своей сумки бутылку.

– Как на счет посидеть с подругой?

– Ещё скажи старой. – Хмыкнула та и с удовольствием заняла место напротив за столом. – Когда я отказывалась от такого вина?

– Кто же откажется, если его делают только на нашей ферме. И в крайне ограниченном количестве.

– Что поделать. Амани считала, а Нэстэ соглашалась, что популярность плодов спадет со временем и придется искать новые направления их использования. Это, то немногое, в чем они ошиблись.

– Да, пока фиксируется только увеличение спроса.

– А ведь столько идей Амани на этот случай лежит в архивах. Кроме этого вина. А урожая ни на что не хватает. – Интакнироли с сожалением вздохнула.

– Ты не уходи от вопроса. Ясно, что вас во всей этой истории заинтересовала Луанни. Теперь ты выяснила, что девочка не просто одобрена ниахарой, а полноценно с нею общается. Но все это, и даже найденыш куинли не объясняет личный интерес владетеля гнезда Дарующей. Причем на столько явный, что сюда пришла целая управляющая гнездом.

– А быть может, мне захотелось посидеть со своей старой наставницей?

– Я всего лишь руководила обслугой. – Отмахнулась Малания. – И раз уходишь от ответа, значит, точно есть какие-то планы на счет Луанни, о которых мне надлежит знать. Владетель-то у нас полная радуга. Нет, я рада за внучку. Она действительно достойна стать хозяйкой куинли. Но кандидатов среди элфов на такую находку не мало. Что еще здесь есть такого, ради чего Кэлвэн и ты готовы идти на конфликт с самыми влиятельными семьями Элфании? Тем более, что она будет первой среди элфов хозяйкой куинли? Я права?

– Не совсем. Но официально так и будет считаться. – Погрустнела Интакнироли. – Хорошо. Раз не хочешь просто поболтать о былых деньках, начну с немного неожиданного вопроса. Что тебе кажется странным, когда сравниваешь документальные ролики с Амани во время экспедиций и игровыми сериалами: Такими как показывали этой весной?

– Это нетрудно. – Подозрительно прищурилась та. – Во всех игровых роликах элфиянка, играющая роль Амани показывается в экзоскелете. Но в документальных съемках она изображена без него. Это часто отмечают критики.

– А ты разговаривала об этом с самой Амани?

– Спрашивала, зачем так мучиться и снимать экзо перед каждой съемкой. Но она только смеялась в ответ. – Сердито нахмурилась женщина.

– Понятно. Дело в том, что она НИКОГДА не снимала экзоскелет во время экспедиций. Он был, конечно, всегда наготове, как и компенсационный костюм. Но ни разу не потребовался. Это был их с Нэстэ личный эксперимент. О котором и сейчас знает очень ограниченный круг разумных из числа ближнего окружения Дарующей.

– Можешь объяснить? – После небольшого молчания сдалась старая элфиянка.

– Ты знаешь об энергетических кристаллах куинли?

– Ещё бы! Одно из многих открытий, сделанных первой экспедицией посетившей мир этих зверьков. Куинли используют их так же как мы холодильники. Нэстэ и её спутников заинтересовала их способность противостоять влиянию Бездны.

– Верно. Сейчас эти кристаллы уже научились выращивать в паре безатмосферных миров поближе к нам. Так что цена природных камней упала. Но обнаружение самих кристаллов связано с интересом Нэстэ кое к чему другому. Куинли не просто могут питаться от природных энергонакопителей и сбрасывать в них излишки энергии впрок. Небольшие кристаллы, если они свободно лежат на поверхности, куинли могут поднимать и перемещать на значительные расстояния.

– Это известный факт. – Пожала плечами Пра. – Одно время даже искали в этом их действии разум. Но оказалось все прозаичнее. В природе у куинли тоже есть нечто вроде мест гнездования.

– Да. Но Нэстэ еще до первой экспедиции заинтересовало совсем другое. Исследуя ее Куинли, физики выяснили, что эти существа могут поднимать гораздо больший вес, чем это показывают все расчеты. Причем, это происходит, только если куинли полностью заворачивал предмет в себя, как бы создавая замкнутый кокон. Без этого его подъемная сила соответствовала расчетным.

– И что? – Все еще не понимала Малания.

– Понимаешь, когда они провели эксперименты, выяснилось что в случае с коконом, куинли способны манипулировать внутри себя с гравитацией. Не намного. Всего на тридцать, максимум тридцать пять процентов. Небольшое пространство с низкой гравитацией внутри кокона.

– Но ведь это… – Сразу сообразила та.

– Верно. Это вполне вписывается в разницу между гравитацией нашего мира и тем, что в Объединенных мирах называется нормальной. Даже с небольшим запасом.

– Ты хочешь сказать…

– После первой экспедиции, когда выяснилось, откуда вообще такая способность и что куинли могут таскать свои кристаллы бесконечно долго, заодно подпитываясь от ноши, Нэстэ сначала провела эксперимент на себе, посетив один из не очень тяжёлых миров.

– Кто бы удивился. – Не без иронии заметила Малания.

– А потом пришла с одной идеей к Амани. И уже потом они долго готовились ко второй экспедиции.

– Точно. Очень долго. Почти триместр. – С иронией ухмыльнулась старая элфиянка. – Можно сказать подвиг терпения для Нэстэ.

– Ну, так тогда много чего наметилось. Шнатлии торопили, чтобы вывести свой молодняк в Бездну. Научники рвались со своими лабораториями. Даже поклонники Единого целый отряд готовили. А как их выпустишь в зону тяжёлых миров без охраны и сопровождения?

– Даже в первой экспедиции эти поклонники едва не погибли даже не добравшись до Неназываемого. – Рассмеялась Малания, сделав очередной глоток. – Такую глупость как выйти с молитвами из лагеря раньше передового охранения, не поняли даже тамошние твари. Нэстэ рассказывала, что от их завываний даже куинли был готов кусать всех подряд.

– Ну, тогда ты сама все понимаешь. Бездна лучшее место сохранить такой эксперимент в тайне. Шнатлии вообще молчат, если им приказать, поклонники и ученые своими делами занимаются. А ближнее окружение они и так во все посвятили. Что до Амани, она была готова ради такого эксперимента рвануть куда угодно, как я понимаю.

– Точно. Здесь к началу второй экспедиции все немного уладилось. Шиассан так наладил охрану и обучение лесничих, что остальные владетели предпочли переманивать наших бойцов, чем создавать что-то своё.

– Не больно это у них получилось. – Интакнироли вернула улыбку старой подруге. – Службу по всей Элфании пришлось организовывать на базе наших лесников. Да кому я это рассказываю! Ты же и занималась этим по поручению Амани, когда я пришла наивной элфияночкой, много воображающей о своем богатом секретарском опыте работы в гнездах аристократии..

– Не без этого.

– Потому тебя и не посвятили в ее тайну. – Предположила Интакнироли. – Ты постоянно общалась с командованием нового подразделения. Некоторые ключевые фигуры из Совета старейшин были в курсе происходящего изначально. А когда все было озвучено на закрытом совещании, именно совет настоял на сохранении тайны. Тебя решили держать в стороне от некоторых секретов.

– Возможно и так. Я в молодости действительно не держала язык за зубами. – Согласилась Малания. – Но к чему такая таинственность? Это же настоящее открытие. А мы столько лет потеряли!

– Кто это тебе сказал?

– Ну, нам же нужнее эти куинли, чем всяким богатеньким разумным. А получается, что среди элфов моя Луанни первая.

– Вот именно от этого и предостерегала Дарующая и ее гекатессы. – Вздохнула Интакнироли. – И совет до сих пор опасается такого развития событий.

– Какого такого?

– Ажиотажа. Куинли сейчас очень дороги. И, к сожалению такими и останутся. Как выяснилось, размножаться они не очень спешат даже у себя дома. Как-никак, почти бессмертные существа. Мы до сих пор не знаем, сколько они живут. Размножаются делением после достижения порогового возраста, но очень и очень редко. Пар не образовывают. Есть подобие гнездований для своих детенышей. Но очень не устойчивые. Дарующей просто повезло, что её малыш был в нужном возрасте.

– Теперь скорее уж повезло моей внучке. – Удовлетворенно заметила Малания.

– Не без этого. Но, видишь ли, экспедиции ловят и привозят малышей. Чем меньше возраст, тем лучше. И поймать легко и содержать проще, и приручаются без проблем. По оценкам покойного профессора Даррела, Куинли Дарующей было чуть больше трехсот лет. Но сути это не меняет. Молодняк привязчив, но отличается непостоянством характера и сложнее поддается дрессировке в нужном нам направлении. Но главное, расти они начинают только после полутора сотен, а то и двухсот стандартных лет. А для нас, как ты понимаешь, это критичный показатель.

– Да, в носовой платочек завернуться трудно лаже детёнышу. – Озадаченно пробормотала Малания.

– А говоришь, плохо соображать стала к старости. – Поддела подругу Интакнироли. – Все верно. То, что привозится сейчас в Объединенные миры, этот действительно только полезные игрушки с функциями батарейки и локального щита. На большее их трудно выучить. Нам же требуются взрослые особи, желательно даже старше чем был в своё время Куинли Дарующей. Амани для него с самого начала была немного великовата. По её записям, Дарующей пришлось согласиться на интенсивное откармливание питомца.

– Так вот почему её дракончик был таким гигантским перед каждой экспедицией.

– А ты думала. Их размеры зависят от интенсивности питания. И могут меняться в довольно широких пределах. Правда, нормальные миры со своей плотной атмосферой накладывают и тут свои ограничения. Но для целей эксперимента к счастью этого хватило.

– Я так понимаю, со взрослыми куинли все не так радужно, как с малышами?

– Совсем не радужно. Поймать их силой в родном мире не так просто. В мирах с атмосферой большие особи чувствуют себя не очень уютно.

– Понятно. У себя дома, при таких размерах, они сами кого хочешь поймают.

– Любые энергонакопители они выпивают не хуже Бездны. И никакие адаптеры им для этого не требуются – Усмехнулась управляющая. – Силовые поля вечно держать не будешь. С ними же надо заниматься.

– Точно.

– Поэтому было решено попытаться приручать взрослых куинли прямо в их мире. А для этого организовать станцию на месте работ.

– Там же нет влздуха.

– Станция построена около стационарного Раскола, имеющего рядом возвратный Раскол всего в паре сотен метров. – Пояснила Интакнироли. – Ее начали строить как научную уже в третью экспедицию. Строительство закончилось еще при Нэстэ. С дрессировкой тоже не все гладко получается. Первые исследователи имели вместо опыта только записи Дарующей. Это трудно назвать методикой.

– Согласна. Один зверек может дать направление, в котором надо работать, но не саму методику.

– Тут проблема не только в количестве. Дарующая не совсем обычный человек.

– Точнее, совсем необычный. Она же полная радуга.

– А ещё всю жизнь связана с Лео.

– Тоже выдающаяся ниахара, как и его брат.

– Верно. Чего стоит только его контакт с магистром Рианной после гибели брата. – Интакнироли кивнула, благодаря за доливание бокала. – В конечном итоге, пришлось начать с изучения самих куинли. Все осложнялось еще и тем, что Объединенных мирах не так много вариантов кремниевой жизни. А еще параллельно приходилось разрабатывать методику приручения, дрессировки и содержания зверьков. Сейчас у нас уже второе поколение элфиан на научной станции. И по факту, Луанни четырнадцатая из владеющих куинли. Но в истории останется первой элфиянка, кто имеет шанс открыто выйти в Объединенные миры.

– Так вот в чем ваш план! Вы решили вернуть эксперимент в нормальные миры. Почему только сейчас?

– Ты не верно ответила на мой первый вопрос? – Усмехнулась Интакнироли. – В игровых роликах Амани часто показывается одна или на фоне разных разумных. В документальных же материалах она всегда рядом с Дарующей.

– Я думала это логично. Ведь Нэстэ с Амани были подругами. И документальные ролики в основном про саму Нэстэ.

– У нее были и другие подруги, и боевые друзья. Дарующая столкнулась с тем, что куинли готов сколько угодно служить гравитационным скафандром для хозяйки. Большего ему и не надо. Тут скорее проблема заставить его развернуться и выпустить на время хозяина из кокона. Но даже Дарующей не удалось добиться такой же надёжности от своего питомца для Амани или любого другого живого существа. Куинли вел себя спокойно и поддерживал кокон до тех пор, пока видел свою хозяйку. А в её отсутствие был готов в любой момент отправиться на её поиски, оставив Амани без защиты. Меньшая же привязанность животного к хозяину влечёт за собой ещё больший риск непослушания.

– Я так понимаю, проблема не решилась?

– Нам многое удалось развить. – Вздохнула Интакнироли. – Есть даже работающая методика обучения. Но в вопросе передачи куинли на постороннего элфиянина, мы не достигли даже того, что сделала основатель латтории. Мы только знаем, что это возможно. Но ни один другой куинли не желает поддерживать кокон на постороннем разумном. Наш Куинли до сих пор остается удачным исключением. И с теми же условиями.

– Значит, пока что существует выход только для тех элфов, кто владеет куинли. А разводить их дома практически невозможно. – Потрясенно пробормотала Малания. – К тому же, от молодняка до пригодной для наших целей особи должно пройти лет двести. То есть, это решение хорошо, если будущих внуков. А то и правнуков первого хозяина.

– Добавь еще к этому, что принцип этой антигравитации научникам до сих пор не понятен. Отсутствует даже теория, хоть как-то объясняющая это феномен. Так что антигравитационных платформ, или там капсул, в ближайшие столетия не предвидится. Про антигравитационные скафандры можно и не говорить. Представляешь, во что все это выльется?

– Ещё бы! Если учесть, что свой собственный антигравитатор не помешает даже шнатлиям, цена на куинли станет запредельной. А к их миру потянутся уже не одиночные экспедиции охотников, а целые армии.

– Над последним с подачи Нэстэ и Рианны давно работает Совет контакторов. Безвоздушный мир не просто обследовать. Но сейчас в мире Куинли уже взяты под контроль все Расколы, ведущие на континент, где расположилась наша база. Последнюю пару Расколов закрыли буквально полгода назад. Кое-что удалось сделать и на втором полушарии.

– Это может помочь?

– Дарующая изначально старалась организовать охрану научных станций на основе шнатлий. Один из миров Бездны, расположенный в том секторе, условно подходит для их вида. А охрана экспедиций, предприятий в Бездне и преобразование мира, как выяснилось, это именно то, в чем инсектоиды могут быть особенно сильны.

– Если не сказать, что они буквально созданы для этих целей. – Усмехнулась Малания. – Нэстэ решала проблему быстрого перенаселения своих подданных.

– Причем перенаселение особей в циклах до наступления разума. Ну и их воинственности. – Со смешком среагировала Интакнироли. – В том мире для воинов частично разумных и воинов третьего цикла большое раздолье. И главное, никаких ограничений.

– Надеюсь это не мир Единого?

– На это даже триада контакторов не рискнула бы. – Интакнироли приподняла бокал в салюте и обе собеседницы пригубили вино.

– Нет. Этот мир был найден Дарующей с помощью карты предтеч и нескольких встреченных волн. Ну и не без участия Лео, естественно. Она как-то вычислила, что твари их формирующие происходят из мира, перспективного для её подданных.

– А те и обрадовались. – Недовольно проворчала Малания. – Хоть и сами мало чем отличаются от тварей. Целую охоту объявили на маленькую девочку.

– Мало нас осталось. – Вздохнула Интакнироли. – Тех, кто обращался к ней по имени.

– Под конец она сильно злилась из-за постоянного титулования. А уж как обижалась на близких, если кто обращался к ней по титулу.

– Я слышала, с этим бывали забавные ситуации.

– А ты как думаешь? Она-то кривилась. А поклонники Единого её при жизни уже почитали как равную богу. И не только они. В объединённых мирах обыватели на нее смотрели как на подарившую жемчужную нить, во внешних колониях как на предводительницу экспедиции по этой самой нити. Еще ее союзники с гекатессами поддерживали такое отношение.

– Ну да, они сами были убеждены в этом. Про шнатлий можно не упоминать. У этих насекомых понятие рода правителей забито едва ли не на генном уровне.

– Даже во Внешних мирах её вместе со всей компанией до сих пор поминают только по титулу магистра Совета. Кто проклинает, кто молится.

– Про нас можно и не говорить. Одно можно сказать Дарующая миры. Звание сопоставимое со святой принимается всеми, не зависимо от принадлежности к вере. Можно сказать объединяющая фигура для Элфов независимо от веры и убеждений.

– В Латтории она устроила для себя убежище от всего этого почитания. – Вздохнула Малания. – Когда никак не получалось сбежать в Бездну, сбегала сюда. Послушай. Так ведь получается, что она подарила нам не только наш мир.

– Два. Второй мир открыт третьей экспедицией. Он не так идеален как этот. И находится совсем далеко от населённых миров. – Призналась Интакнироли. – Информацию пока придерживают от публикации. Но это второй мир, к заселению которого мы должны быть готовы в самое ближайшее время, если не хотим повторения Эпохи скитаний в будущем.

– Вот она истинная цель того, что вы так упорно ищите подходы к куинли!

– Тянуть туда силовые тоннели еще долго будет не рентабельно. Как Нэстэ с Амани не искали пути, но они все равно получались слишком длинные. Да и в самом том мире первым колонистам придётся не сладко. Это не Элфания. Преобразования должны будут затронуть все: от состава атмосферы до почвы и воды.

– Получается, куинли это единственный выход для элфов как для выхода из Элфании в нормальные миры, так и для колонизации подходящего анклава.

– Дарующая показала нам путь. – Грустно заметила Интакнироли, различая остатки вина. – Но только сейчас мы приблизились к его началу.

– А идти по нему придётся хорошо если правнукам моей Луанни и уже без Дарующей. И сколько еще у нее не известных мне тайн?

– Не все сразу, подруга. – С улыбкой откликнулась Интакнироли. – Это только начало для тебя. Пора тебе возвращаться к работе.

– Я старая и больная пенсионерка.

– Какая пенсия в твои годы? Ты думаешь, я не знаю, что ты до сих пор не пользуешься лифтом?

– Внучка его не одобряет. Надо соответствовать.

– Послушай, все с пониманием отнеслись к твоему решению отойти от дел. Никто тебе не мешал жить отшельницей. Но сколько можно длиться трауру? И вообще, надо было мне самой сообразить и притащить к тебе кого из младших, а не пускать все на самотек. Ты прямо воспряла за этот год.

– Эта непоседа кого хочешь, заставит двигаться. То крылья порвет, то в шквал попадает.

– Теперь оказывается еще и с ниахарой разговаривает и куинли заполучила. – Подначила управляющая. – Ты не представляешь, как мне нужна опытная наставница для персонала. И вообще, какая пенсия, когда такие дела разворачиваются. Неужели не хочется проконтролировать взросление своей внучки?

– Эх, помнится, Нэстэ даже в старости плевалась при одном упоминании о пенсии. – Посетовала Малания.

– Пусть ее душа хранит нас и впредь.

– Надеюсь, она порадуется, что ее начинания не забыты. – В ответ отсалютовала бокалом Малания. – Я подумаю.

Гнездо Дарующей

Луанни очень боялась этого перелета. Гнездо Дарующей находилось очень высоко относительно деревни и лететь требовалось на глайдере. Когда сообщили о сроках вылета, она не находила себе места весь день. Криан, глядя на нее сильно веселился, хоть и пытался успокоить. Ну не съест же её нынешний владетель латтории. А его сын и вовсе, хоть и старше их на несколько лет, вполне нормальный парень, с которым можно пообщаться.

Но Криану хорошо говорить. Он уже несколько лет общается с наследниками Дарующей. А она их только в инфосети и видела.

Она так разволновалась, что не сразу обратила внимание на чужое недоумение у себя в голове. Уже лёжа в постели она постаралась сосредоточиться и объяснить, что ничего страшного не происходит.

Передать желание незнакомого владетеля её видеть, ещё было можно. Как никак самка сама её таким образом несколько раз вызывала. Но как объяснить своё желание увидеть легендарное гнездо Дарующей и беспокойство от предстоящего знакомства с владетелем и его наследником. Ведь мало того что это очень сильный и богатый род, но они ещё и люди. И хочется, и страшно от ожидаемой встречи.

"С вопросом: ощущение логова, покоя".

Ну да, она же была в её логове и знает теперь эту эмоцию. Но как показать, что своё логово она покидает и на время приезжает в чужое. Где хозяин совсем незнакомый человек. И логово высоко, на горе.

"Ощущение логова. Большого, светлого, и надёжной защиты, чувство партнера".

А ведь верно, гнездо Дарующей ниахарами так и должно самками восприниматься. Логово главы прайда и сильного самца. Для них ведь человек только рядом с самцом стоит.

Пришла эмоция, какая бывает, когда самка фыркает, в ответ на её неловкость.

– Тебе хорошо, ты своего самца знаешь. А я владетеля только по инфосети видела. – Полушепотом пробормотала Луанни в одеяло. – И не самец он мне совсем. Я ещё маленькая. А покровителем у меня здесь Пра.

"Ожидание встречи, желание сопроводить, радость от предстоящей встречи с самцом. Уверенность что все будет хорошо".

Луанни только хмыкнула на готовность самки поддержать её. Но, как это ни странно, короткий диалог, потребовавший полной сосредоточенности, помог. Она отвлеклась и закрыла глаза.

Перелет на глайдере запомнился сплошными облаками и выступающими над ними пиками скальных гряд. По прибытии, на посадочной площадке их никто не встречал. Пра спокойно поблагодарила пилота и уверенно двинулась по одной из тропинок, ведущих.

– И ты ещё будешь утверждать, что не имеешь отношения к этому гнезду? – Поинтересовалась Луанни.

– Так я же здесь служила.

– Ага, а охрана тут помнит каждую служанку?

– Здесь ЭДИ все контролирует. Мой код сохранился в его базе данных вот и все.

Пра замерла так резко, что Луанни едва не врезалась ей в спину.

Выглянув из-за ее плеча, она обнаружила и причину столь резкой остановки. Белую, пушистую, всю в сбегающих золотистых искорках.

Кошка сидела немного в стороне от ухоженной тропинки и внимательно смотрела на них своими желтыми глазами.

Дождавшись, когда они вдоволь налюбуются, она встала, протянулась и деловито приблизилась. На Пра кошка бросила только один взгляд. Потом обошла Луанни и пристроилась рядом. Кончик пушистого хвоста качнулся и замер почти над плечом девочки.

"Спокойствие и надёжность". Как в своём логове. Только тут ещё и присутствие надёжного сильного партнёра и нетерпеливое ожидание скорой встречи с ним.

Только сделав следующий шаг, Луанни обратила внимание на поджидающую их служащую.

Незнакомая элфиянка озадаченно наблюдала за происходящим, и по мере приближения осторожно отошла в сторонку, явно пропуская вперед не столько прибывших гостей, сколько опасаясь загородить дорогу самке.

– Добро пожаловать в гнездо Дарующей. Управляющая Интакнироли будет ожидать вас в саду на среднем уровне.

– Благодарим. – Степенно откликнулась Пра, и наклонила голову в полном соответствии с этикетом высшей аристократии. Луанни растерялась. Правила поведения в разных ситуациях она проходила. Но кто их будет запоминать в школе? Тем более, что для неё куда привычнее было находиться совсем с другой стороны беседы. То есть на месте этой самой служащей.

Неловко выполнив знак приветствия принятый среди равных по положению, она прошмыгнула за Пра внутрь. Ниахара переступила порог без запинки. Действительно, как будто зашла к себе домой, на половину самца, уже одобрившего её визит.

– И что здесь делает самка? Это ведь Дикарка, насколько я понимаю? – Придержала шаг Пра, пока они шли по коридорам. – Твоя инициатива?

– Да. Я вчера её потревожила нечаянно. – Повинилась Луанни.

– Ясно. Значит, мы поставили на уши все гнездо Дарующей. Включая службу безопасности. Дикие все же редко посещают логово своего самца. Обычно он предпочитает делать это сам.

Холл со стороны посадочной площадки был предназначен для служебного пользования. Что несколько разочаровало Луанни. Все же она видела немало игровых роликов с участием гнезда Дарующей и ожидала увидеть хоть какие-то знакомые интерьеры. А тут ничего. Хорошо, что их повели сразу в сад, разбитый на террасе. Тут уже были вполне узнаваемые пейзажи, известные по популярным роликам. Засмотревшись на вид горной гряды, которым любила любоваться сама Дарующая, Луанни не сразу заметила парня, расположившегося в открытой беседке.

Пра, однако, ничуть не колебалась, направилась прямо к нему.

– Добрый день Эрнас. – С улыбкой приветствовала она человека, старше Луанны на несколько лет.

Тот весело окинул их взглядом и прищурился.

– Малания, с чего такие церемонии?

– Я все таки со внучкой.

Луанни подозрительно перевела взгляд с одного на другого. Сомнений, что её Пра тут была не просто служащей не оставалось. Тем не мене правила вежливости требовали действий и от неё.

– Рада вас увидеть инер Эрнас.

– Просто Эрнас, этого вполне достаточно, если позволишь и мне обращаться к тебе по имени.

Луанни невольно улыбнулась в ответ на весёлый взгляд молодого человека. А тот уже посмотрел на скользнувшую в беседку Дикарку.

Ей на встречу из угла поднялся немного сонный котёнок. Досточно крупный, чтобы уже считать себя взрослым. Его Луанни тоже знала. Ррирс был в паре с молодым наследником и сыном старшей самки. Инфосеть исправно отслеживала подобные события в семье Дарующей и долго смаковала родословную ниахар.

Тем не менее, это был ещё котёнок. Он дал самке себя обнюхать и сам потерся лбом под её челюстью. Та спокойно принялась его вылизывать.

– Любопытно. Чтобы дикая самка проявила интерес постороннему на столько, чтобы лично сопроводить его к старшему самцу! Я только слышал о таких случаях. – Весело подмигнул наследник стушевавшейся девочке. – Неужели мы настолько страшные, что тебе потребовалась боевая поддержка настоящей дикой ниахары?

– Я сильно переволновалась вчера. – Признала вину Луанни. – Это же в первый раз.

– Да все нормально, не извиняйся. – Рассмеялся парень. – Я когда в первый раз в Столичный дворец Арден попал, тоже не отказался бы от сопровождения. Тем более что Ррирс тоже был не в своей тарелке после перелета.

Он кивнул в сторону котенка.

Самка в этот момент оставила котёнка и выскользнула из беседки. Вернулась, откровенно ластясь к огромному самцу, величаво шествующему рядом с невысоким мужчиной.

Каэрл, старший самец прайда и партнер владетеля завладел ее вниманием сразу. Он обошел сначала Пра. Луанни даже поймала эмоцию узнавания. Потом обошел саму девочку. И шумно втянул воздух, ткнувшись в ее ладонь.

От Дикарки пришёл успокаивающий импульс. Ей хорошо успокаивать. А, каково самой Луанни? Она же лично в новостях видела, как этот самец держал оборону против волны, поднявшейся около поврежденной транспортной станции. Да в боевой трансформации один клык этого самца наверно больше ее руки. Он одним ударом лапы перебывает хребет курхи. По хвост и говорить нечего.

– Вы, ниэла, умудрились в очередной раз поразить все наше гнездо. – Вместо приветствия выговорил владетель Кэлвэн. Уговорить самку на такое представление редко кому удается.

– Просто она относится ко мне как к котёнку. – Впервые произнесла вслух свою догадку Луанни.

За сегодня она точно перебрала лимит по смущению.

– Но ниахары редко берут себе котят из человеческой породы. – Улыбнулся тот. – Как мне сказала Интакнироли, у вас полноценное общение?

– Мне так сказали. Но я не знаю что это значит. Она меня слышит, когда я её зову. И я могу слышать её, когда она захочет.

– Просто отлично!

Курса не нашёл другого времени, чтобы заявить о себе. И как всегда появился на плече с угрожающим шипением в сторону незнакомцев.

– Извините. Он все ещё боится всех.

Луанни торопливо прикрыла ладошкой питомца. Но тот все равно пытался выглянуть из под неё. Куинли за несколько дней вполне оправился от ран. И даже стал контролировать себя, питаясь теплом тела хозяйки. Но дома все равно требовал включать обогреватель, на котором и торчал все время, пока Луанни не отправлялась на улицу или спать.

– В конце концов, вы здесь именно для того, чтобы обучить жить среди разумных. – Пожал владетель плечами.

Самка уже куда-то исчезла, послав ей на прощание ощущение логова и напоминание о скорой встрече на тропе. О том, что начало тропы теперь далеко, она как-то не упомянула.

Пра осталась в саду, дружески общаясь с владетелем. Чему Луанни уже не удивилась. А она в сопровождении служанки прошла в гостевое крыло.

Простая комнатка, даже немного меньше, чем у неё в гнезде Пра. Зато все, что нужно под рукой. Бассейн конечно на нижнем ярусе и общий. Зато от вида с балкона захватило дух. Здесь не требовалось даже подниматься к хребтам, чтобы набрать скорость. А служанка к тому же пояснила, что в окрестностях гнезда полёты элфиян разрешены. Только выходить надо с крутым подъемом, чтобы не оказаться над лесом.

– Над дальними хребтами очень сложные воздушные потоки. – Пояснила она. – А на склонах слева сейчас и вовсе в двух логовах котята живут. Самки будут очень недовольны.

Луанни радостно кивнула головой в знак того что поняла. На склоны и хребты ей совсем не хотелось. Ну, их, эти потоки. Она возбужденно перегибалась за край площадки, всматриваясь в далекий лес. Триместр здесь она точно проживет и скучать не будет. Тем более, что к середине лета прилетят Криан с Урсой. А через месяц приедут родители. Береговые скалы конечно совсем не то. Но две недели в гостевом домике и на берегу моря будут отличным дополнением к новым приключениям.

Вместо эпилога

Снова лето.

В небе на фоне редких облаков парил красный корпит. Пернатый хищник давно высматривал себе поживу среди камней. Его внимание на мгновение привлекло движение в прогалах сплошного лесного ковра. Но он тут же продолжил охоту. Слишком крупная добыча для него. К тому же поблизости мелькала тень того, с кем лучше не связываться.

Среди деревьев легко шла девочка от пятнадцати. Видно было, что она в хорошем настроении и получает удовольствие от прогулки. То остановится, полюбоваться цветком, то запрокинет голову, что-то высматривая в кронах деревьев. Иногда перепрыгнет с камня на камень. А то и перепорхнет на своих прозрачных крыльях через овраг.

Это время Луаннирилиона особенно полюбила для своих регулярных прогулок. Ветра почти нет, основная жара ожидается только на следующей неделе. А холодов не ожидалось даже по ночам рядом с ледниками. Не маловажный фактор для тех, чьи тропы не позволяли обернуться за один день. В эти дни, перед наступающим зноем почте все, кто мог, старались выйти на тропу и завершить обязанности по уходу за подопечными деревьями.

Луанни с любопытством осмотрела крону первого из своих деревьев. Но разочарованно вздохнула. Плоды на дикаре были ещё незрелыми. Это ничуть не испортило ей настроения. За эти годы к первому зонтику добавилось еще три. И все они были на склонах латтории Дарующей. А тропа удлинилась так, что из некоторых шалашей ночью можно было наблюдать, как заходят на посадку глайдеры к гнезду Нэстэ.

В деревне ее тропа теперь была самой длинной. Полностью в одном направлении ее можно было пройти только с ночевкой в одном из шалашей. Поэтому, если, как сейчас, планировался обход всех деревьев, то вторую ночь она вынуждена была планировать в гнезде Дарующей. А уж оттуда ее доставят в деревню. Случалось это теперь регулярно.

Так что у ей предстояло два дня пешей прогулки. Правда если будут плоды, придется их тащить вверх по склону. Что не очень удобно. А если станет совсем тяжело, можно вызвать ребят из гнезда. Они никогда не отказываются. Сейчас там гостит геката принца Арден. Для них такие вылазки ф дикий лес заменяют тренировочные выходы.

Плечо слегка повело. Курса заметно подрос со времени первой встречи, залечил шрамы и рубцы. Теперь он без труда трансформировался в излюбленную форму дракончика с тупым носом и мог удерживать ее бесконечно долго. А вот избавиться от страха, потерять свою хозяйку так и не смог. Из-за своих размеров он теперь почти полностью закрывал свою хозяйку от плеч до ниже пояса. И даже немного заползал на руки. В школе привыкли к этому. Зато когда она приезжала на побывку к родителям, вид татушки на все тело вызывал у городских сверстников шок.

Но Пра только отмахнулась, когда Луанни хотела ограничить прожорливого питомца в еде.

"Отстань от малыша. Он двести лет мечтал наесться до отвала. Не лишай его удовольствия".

"Если он для тебя велик, давай я буду носить" – Тут же приложил Криан, когда она поделилась с ним своими сомнениями.

Ага, с-счас. Никому не отдаст. В инфосети у Курсы уже есть свой клуб почитателей, тех, кому она выслала персональные снимки.

Луанни подумала, и решила не думать больше об этом. Ну и что, что питомец начал догонять в размерах своего родителя. Зато не смотрит на нее такими несчастными глазками, сидя на холодном отопителе.

Хотя и странно. Во всех инструкциях по уходу за куинли есть предостережение от перекармливания. Но в гнезде Дарующей ей ни разу не напомнили о размерах Курсы. Даже более того, управляющая Интакнироли каждый раз напоминала, что он еще маленький.

И все-таки, что-то Пра и Интакнироли придумали для нее и курсы. Они думают, что она не замечает их переглядываний. Очень уж Управляющая любит экспериментировать с дрессировкой Курсы. А Пра ее во всем поддерживает. А еще в гнезде Дарующей появился странный специалист по куинли. Мало того, что он знает про них больше, чем все инфосеть вместе взятая. Так это еще элф. Старый совсем, ему скоро сотня лет исполнится. Она уже познакомилась с новым тренером. И в разговоре у Луанни сложилось впечатление, что он большую часть жизни провел среди людей и змеелюдов в нормальном мире. Но ведь этого не может быть. Конечно он прибыл из нормальных миров. Но судя по назначенному курсу, пробыл там совсем немного. Она уже научилась в этом разбираться.

Луанни перелетела через овраг. Привычно повинилась перед Дикаркой. Та так же ритуально фыркнула. Курса раскинул крылья и присоединился к ним своим шипением.

Его явно беспокоил пернатый хищник, парящий вверху. Луанни сильно подозревала, что это неспроста. И некоторые из ставших почти незаметными, шрамов оставлены когтями этой твари, переселившейся сюда из Бездны.

Впрочем, нынешние размеры Курсы уже позволяли не думать об этой опасности. Причем не только питомцу, но и его хозяйке. Даже если не учитывать силовой щит на поясе, когти красного корпита уже не смогли бы пробить живой щит в который мог превратиться питомец в случае опасности.

Луанни весло рассмеялась, стряхивая курсу с плеча. Пока энергонакопитель силового щита не выпит Расколами, пусть полетает. А потом вернется, чтобы запитать его снова.

Рассказ окончен

Content

Михаил Щукин
Рассказы о мире Нэстэ

Ринсли

Музей техники времен Великой волны

Сиула

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Криашан

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Колнери

Луанирилиона

Элфания

Луанирилиона

Переезд

Деревенские каникулы

Шквал

Город

Куинли

Гнездо Дарующей

Вместо эпилога