Мои Рубежи

Глава 1

Трое суток воинский эшелон полз до Перми, несколько раз останавливаясь на крупных железнодорожных узлах, где мы, изнывая от скуки, стояли на перроне и смотрели на различные погрузочно-разгрузочные работы.

— Хоть сам в грузчики напрашивайся, — тоскливо изрёк Глыба во время одной из остановок. — Уже всё тело ломит на койке валяться. Размяться бы…

— Ничего, — утешил его Аксакал, — скоро, Панкрат, мечтать о ленивых деньках будешь. Уверен, после прибытия нас, свеженьких, запрягут по полной программе. Цени последние минуты спокойствия.

Наверное, только одному мне не было скучно, так как со всеми этими разборками в Петербурге реально хотелось отдохнуть, ни о чём не думая и практически не шевелясь. Последним я охотно и занимался всю дорогу, заодно внимательно исследуя свой организм.

Что мы имеем? Имеем уже неплохой уровень, застывший где-то между Полным Магистром и Абсолютом. Думаю, что скоро перейду барьер и стану тем, кем когда-то был Безумный Генерал. Это радует и настораживает одновременно.

Мои неожиданные способности Истинного стали раскрываться во всей своей красе именно когда прокачался до нужного момента. Пусть пока и нечасто дают о себе знать, но со временем будут всё больше и больше выплёскиваться наружу. Такое не скрыть от окружающих. И так тот же Ринат недоверчиво косится. Чуть не выгнал из группы. А если все поймут? Обязательно доложат по инстанции. Это вам не графиня Достоевская.

Как итог — жёсткий кулак Императора Александра Годунова, вряд ли намеревающегося терпеть того, кто может подкинуть дерьмеца, имея полное право претендовать на трон. И пусть я до такой степени власти не хочу, но кто поверит?

Да… Дилемма…

Такс тоже туманно сообщает, что стал намного сильнее. Что у него на самом деле в плане прокачки? Не знаю. Как всегда темнит, полностью копируя поведение своего прошлого тела Змея Хе. Честно говоря, не удивлюсь, если он и не терял всех своих способностей. Слишком много от него в последнее время различных оговорочек и информации, которые немного в другом свете раскрывают некоторые моменты нашего с ним сотрудничества.

Кочующие Миры… Вечная проблема. Ещё в прошлом мире перед самой трагедией, я понял, что Дыры — не тупые проявления оголодавших Тварей, а некая серьёзная, хорошо организованная система по захвату других реальностей. Как там Такс говорил? Система Новых Миров? Стоит разобраться, если представится возможность.

Я человек «старой» системы и абсолютно не нужен новенькой. Слишком она прожорлива и не оставляет после себя живых свидетелей прошлой жизни. А мне что-то очень жить хочется. А также хочется, чтобы рядом со мной спокойно жили родные сердцу люди. Хреново, что ни по Старой, ни по Новой Системе Миров нет никаких даже мало-мальских намёков. Изредка бредовые конспирологические предположения и ничего более.

Может, что-то там вытащат на свет имперские учёные из книжки, что нашёл в логове Йети? Может, на Рубежах Лорды, перед тем, как убить, поделятся информацией со мной или Таксом? Они в последнее время что-то очень разговорчивые стали. Во времена Безумного Генерала была всего одна попытка лёгкого контакта, а тут уже три…

С такими мыслями я и доехал до Перми.

Выгрузились и пошли в местный Штаб Чистильщиков отмечаться о прибытии. Своим ходом пошли, закинув огромные баулы с амуницией на плечи.

Суровый город. Даже Казань на его фоне кажется праздничным местом. У пермяков подростки и те ходят вооружёнными. Причём дай обычному пацану пистолет, так он с ним понтоваться будет при каждом удобном случае. А тут носят, словно привычную часть одежды.

Мода в Перми тоже своя. Если не военный, то полувоенный стиль даже у нежных барышень. Редко встретишь какую-нибудь расфуфыренную мадаму: всё чётко, практично, лаконично. Часто возникающие Дыры дают о себе знать, и люди приспособились всеми способами выживать среди кровожадных Тварей.

В Штабе деловая рабочая суета. Всё словно в каком-нибудь офисе, с той лишь разницей, что «клерки» при погонах. Кто-то несколько раз окликает Аксакала и его старослужащих бойцов. Быстро поручкаются, обнимутся и снова бегут по своим делам.

Чтобы получить отметку о прибытии, отстояли настоящую очередь.

— Никакого тебе индивидуального подхода, — вздохнул Жан. — Чувствую себя как на конвейере.

— Нормально, Бордо, — хлопнула его по плечу Стелла. — Конвейер и есть. Распределительный центр всего Восточного Рубежа пропускает через себя несколько тысяч бойцов в неделю, так что устраивать для тебя отдельную встречу с оркестром никто не собирается.

— Ну что? Все обозначились? — спросил появившийся лейтенант Аксаков. — Через два часа обоз в Чердынь отправляется. Мы вместе с ним. У кого нет личного огнестрела, в тридцать втором кабинете получить у командира конвоя под расписку. Смотрите, не просрите оружие — иначе вычтут.

— Чердынь? — переспросил я.

— Ага. Городок небольшой, природа красивая, но Дыры в округе плодятся со скоростью кроликов. Там наша база на ближайшие полгода. Потом опять отдых на столичных курортах и новое место службы.

— Почему не старое? — удивился Гога. — Так же разумнее. Знакомая местность и всё такое…

— Бывает, что и на старое определяют, если повезёт с открывшейся вакансией для группы, — пояснил капрал Синий. — Только пихают обычно туда, где некомплект по какой-либо причине. Это либо большие потери, либо несколько групп одновременно на тихие земли убыли восстанавливаться. В Чердыне был… Там чаще всего потери…

— Зато там у меня знакомый «полкан» на базе сидит, — обнадёжил Аксакал. — Мужик грамотный и дело знает отлично. Так что обживаться будем с комфортом. Сейчас пару пузырей в подарок купим и считайте, что служба удалась!

— А на месте не купить? — поинтересовался Бельмондо.

— Жан… Там строгий «сухой закон» для всех. Поэтому всего пару бутылочек «лекарства от нервов» и берём для начальства. И то почти контрабандой повезём. Будь это незнакомый полковник, то без гостинца б обошлись.

В Чердынь ехали неспокойно. Обоз с боеприпасами и прочими необходимыми вещами для нормальной жизни базы Чистильщиков сопровождали два армейских танка. Наши же машины представляли собой бронированных монстров, у которых даже пол в кузове был из толстенного железа, а литые рифлёные колёса имели шипы, как на зимней резине. Насколько помню из шофёрских методичек, последние необходимы на случай, если придётся прорываться через скользкое месиво из Тварей.

Несколько раз мы почти останавливались, слушая, как танки открывают пальбу из крупнокалиберных пулемётов. Даже пара выстрелов из пушек были.

— Расслабьтесь, — успокоила Мышка молодых бойцов, тревожно разглядывающих местные пейзажи сквозь бойницы стального тента. — Разведчиков Тварей отгоняют, показывая, что ловить им против хорошо вооружённой колонны нечего. Если начнётся что-то серьёзное, то не перепутаете. Да и вообще, до Соликамска, где заправимся, ещё всё тихо. Вот после него смотрим в оба глаза.

— Уже бывала тут? — поинтересовался я.

— Почти. Начинала в Соликамске службу после обучения на Чистильщика, но в Чердынь прогуляться не пришлось.

— Странно…

— Чего тебе странно, Макс?

— Всегда забываю спросить, почему ты не в Императорской Военной Академии была. Княжне сам бог велел её окончить.

— Бог велел, а родители сделали всё, чтобы не попала. Хотели из меня «приличную» светскую барышню вылепить. Я тайно к Чистильщикам и записалась. Сговорилась с одной похожей на меня обедневшей аристократкой на паспорт. Почти месяц под чужим именем…

Ох, и вони было, когда всё случайно раскрылось! Хотели даже попереть, но я пригрозила бучу поднять, обнародовав скандал в газетах. Смирились. Начальству невыгодно по шее за недосмотр получать, а родственничкам — удар по авторитету. Это ж получается, что Долгоруковы препятствуют своей дочери служить на благо Российской Империи. Быстренько втихаря переоформили и дали закончить «учебку», не вставляя палки в колёса. Правда, маманя папеньке до сих пор мозг выклёвывает и надеется, что блудная доченька остепенится.

— У меня тоже ждут, — со смешком поддержал её профессорский внук Жало. — Не дождутся! Тихие кабинеты — не моё совершенно. Вот стану пердуном старым, тогда и похороню себя в лабораториях.

— Стелл… А Стелл… — робко спросил Гога. — А можно и тебе один мучающий меня вопросик?

— Ну? — лениво ответила блондинка.

— У всех позывные, а у тебя имя. Как так?

— Пусть Глыба рассказывает. У него это лучше получается.

— Это да! — тут же оживился Панкрат. — Дело было в первый день нашего знакомства. Захожу я, значит, в душ, а там Стеллочка с остальными моется. Увидев её шикарные сисяндры, аж на мыльной пене поскользнулся. Сижу на полу. Любуюсь. Прямо пулей в сердце такая красотища впилась! И единственное, что смог выговорить:

— Вот это стелы!

Я ж тогда приличный был и вслух слово «сисяндры» произнести постеснялся. Стелы — колонны, значит. Ну а белокурая красотка мне и отвечает, не услышав, что с одной Л произнёс.

— В глазах двоится, парень? Ушибся головушкой? Вообще-то, я тут в единичном экземпляре. Стелла Велецкая… Ты откуда меня знаешь?

— Стелы… — опять промямлил я, руками показывая, что имел в виду.

Короче, ржач был долгий среди народа. Так «Стела» к Стелле и прилипла — не во множественном же числе позывной носить… Но кто эти двойные и одиночные Л замечает? В результате имя поглотило позывной.

— Односиськовая, значит… — глубокомысленно произнёс Такс, уютно расположившийся на одном из ящиков с боеприпасами.

Ещё во время дороги в Пермь мы договорились с духом-хранителем, что стоит раскрыть его способности к болтовне и перед другими капралами группы. Не дай боги, в бою срочно пригодится: лучше пусть команды резко заговорившей таксы будут привычными.

— Две сиськи, две стелы. Одна сиська — стела, — продолжал разглагольствовать Такс. — Так бы и оставили… Капрал Сиська. Чего мудрить? Красиво. Сиська направо, Сиська налево. Подпрыгивающая Сиська… Эх, никакой фантазии у вас! Такую возможность проворонили!

— Я тебе дам Сиська! — запустила в него Стелла фляжкой с водой. — Блин! Ты мне немым больше нравился! Смотри не ляпни при других, а то ещё прицепится! К остальным это тоже относится, если не хотите врага нажить!

Люди в кузове покатились от хохота.

— Да ладно тебе! — первым успокоился Аксакал. — Тут все свои, и мы тебя, Сись…. Ох! Ё-ё-ё-ё! Стеллочка! Конечно, Стеллочка! Не бей! Отставить! Я же командир! Такс, падла! Ты в какой блудняк нас втравил⁈ Горло-о-о-о…

Мы еле оттащили разъярённую капрала от Рината. Ещё бы немного, и она его задушила несмотря на разницу в силе.

— Вообще-то, «Стелла» даже больше подходит. Вслушайтесь… СтеЛЛа! — невозмутимо продолжил Такс, выплюнув пойманную фляжку и голосом выделив двойную Л. — В имени уже заложено и правое, и левое полушарие, а не одно из них. Попробуйте сами на вкус… В образном понимании, конечно! Хотя Глыбе и в этом плане повезло больше остальных! СтеЛЛа… СтеЛЛа…Какие большие, упругие, покачивающиеся Л…

— СтеЛЛа… — повторили мы хором за ним, как загипнотизированные.

Даже я, давно привыкший к выкрутасам духа-хранителя, и то не удержался, попав под его тлетворное влияние.

— Уф… — выдохнул Жало. — Образненько! Сиська теперь не котируется.

— У меня всё не котируется! Не люблю котов. Исключение — Котяра.

— Ладно. Прощён, — исподлобья посмотрела наша рассерженная блондинка на Такса. — Но думай, что говоришь в следующий раз! Из-за тебя чуть командира не угробила! И ещё! Если кто-то попросит рассказать, почему у меня позывной с именем совпадает, а вы рот раскроете, то в глаз закачу! Опасная байка, оказывается!

В Соликамске, как и было намечено, забили баки под завязку, совершили моцион, который в дороге было сделать проблематично, и снова двинулись в путь. Права оказалась Мышка. Уже через несколько километров за городом стрельба танковых пулемётов почти не утихала. Боеприпасы танкисты хоть и экономят, но частота выстрелов из пушек тоже увеличилась. Даже несмотря на это, то и дело через бойницы наших грузовиков мы наблюдали разномастных Тварей. Впрочем, не только наблюдали. Вначале гробили их одиночными выстрелами, но в какой-то момент стали косить уже очередями.

— Двадцать на три часа! — неожиданно заорал по рации командир конвоя. — Кенты, суки! Всем достать ручную артиллерию! Увидел лошадь — шмаляй не раздумывая!

Майор абсолютно прав. Кентавры — это твари с почти человеческими руками, башкой хищной рыбы и телом шестилапого… Короче, их все называют лошадьми. Как бойцы они не самые крутые, хотя многие группы от них огребают хорошо. Причина в том, что Кентавры используют не только мышечную, очень неплохо развитую силу, но и луки.

С виду оружие хиленькое и не должно пробивать даже броню новобранца. Только вот наконечники стрел взрываются, попадая в цель. Да так жахают, что лёгкий броневичок перевернуть могут. Попади в грузовик подобный гостинец, то круто повезёт тем, кто отделается тяжёлой контузией и частичной ампутацией конечностей: у нас же на бортах херова гора боеприпасов.

Приходится держать быстро перемещающихся Кентавров на расстоянии, пытаясь зацепить не метким одиночным выстрелом, а стеной из взрывов мин подствольников и прочих замечательных вещей.

Майор сказал на три часа. Не моя сторона кузова, но расслабляться рано. Пока Стелла, Глыба, Синий и Бордо ведут бой, я вместе с Аксакалом, остальными капралами и Гогой отслеживаем свою позицию. Кенты умны и имеют неплохие тактические зачатки. На их месте я бы, дразня одним отрядом конвой, подождал, пока начнём задыхаться в кузове от вони выстрелов.

Потом, когда внимание защитников будет ослаблено и глаза станут немилосердно слезиться от порохового дыма, в несколько раз снижая точность стрельбы, рвануть вторым, а если повезёт, то и третьим отрядом. Подберутся и с двух десятков метров Твари точно не промажут из луков, несясь галопом. Два-три Кентавра могут причинить много бед вблизи конвоя.

Так и есть! Вскоре ещё одна многочисленная группа Кентавров нарисовалась. О них нас предупредил Такс, мониторящий округу. Даже координаты дал, которые мы и передали танкистам. К сожалению, их выстрелы оказались не очень точны по быстро скачущим целям, хотя и проредили знатно лошадок.

Час мы играли с Тварями в смертельные догонялки, пока в небе не показался армейский вертолёт и не добил особо увёртливых Кентавров.

— Чего-то их много было… — пытаясь высунуть голову в бойницу для глотка свежего воздуха, почти прокашлял Гога.

— Сдурел⁈ — рывком за шкварник дёрнула его Мышка вовнутрь. — За броню даже писюн не высовывай, если не хочешь евнухом остаться! Нормально их! Тут неподалёку старая Дыра Д4. Агрессивная до жопы. Армия постоянно территорию вокруг неё зачищает, но саму Дырку заткнуть не можем.

Последний раз при мне это пытались сделать семь групп Чистильщиков при поддержке неполного батальона спецназа армейских. Никто не вернулся. Так что сейчас проезжаем участок, полностью контролируемый Лордом Кентавров. Скоро станет лучше.

И опять капрал оказалась права. Дальше, несмотря на частенько появляющихся Тварей, хоть и приходилось постреливать, но уже как-то без азарта это делали, больше отгоняя голодную животинку от обоза, чем выдерживая тяжёлую осаду.

Чердынские пригороды встретили нас хорошо укреплёнными пулемётными точками, многокилометровыми заграждениями из колючей проволоки и блокпостами. Правда, армейцы на них не останавливали нашу колонну, понимая, что вряд ли Твари поумнели настолько, что освоили земные транспортные средства.

Вечерний Чердынь был пуст. Никаких прогуливающихся парочек, домохозяек, идущих по своим бытовым делам, и припозднившихся работяг, спешащих домой или на работу. Если бы не изредка встречающиеся патрульные, то можно было подумать, что это мёртвый город, который покинули люди, в спешке побросав свои дома. И ещё везде много света. Почти на каждом перекрёстке прожекторы вместе с фонарями пытались изничтожить тьму, притаившуюся в подворотнях и арках.

— Бррр… — передёрнул плечами Бельмондо. — Тягостная картина. Будто эпидемия случилась, и сейчас зомби полезут.

— Зомби нет, а Твари могут, — пояснил Синий. — Каждую неделю три-четыре свежепоявившиеся Дыры в пределах городской территории уничтожаются. Вот люди и сидят за крепкими стенами, чтобы не попасть на зуб случайной Твари. Солнышко взойдёт и станет чуток повеселее. Даже девочки красивые попадаются и глазками стреляют.

— Эх, я б с ними устроил «перестрелочку», — мечтательно произнёс Гога. — Забыл, с какой стороны и подойти к барышне ласковой.

— По статистике, здесь на два десятка мужиков — одна молодка! Причём молодками считаются даже пожилые одинокие тётки! — рассмеялась Ирина. — Так что с какой подойдёшь, в ту сторону и пошлют со всей вежливостью и уважением к погонам. Конкуренция на руку, сердце и другие места слишком велика, чтобы котировался какой-то там рядовой новичок.

— Не отчаивайся, Гога, — подстебнула Стелла. — Ты парень рукастый, поэтому легко переживёшь одиночество! Не зря столько времени швабру в руках сжимал — натренироваться должен был туды-сюды древком махать… Только не стони сильно!

Так, сдабривая последние километры пути «тонким» армейским юморком, мы и добрались до ворот базы Чистильщиков.

Глава 2

Встретили нас хорошо. Правда, опять без оркестра.

Построение на плацу. Начальник базы со специфическим восточным разрезом глаз был хоть и при полковничьих погонах, но в парадную форму облачиться не удосужился, оставаясь в простом полевом камуфляже.

— Значит так, — спокойным будничным голосом начал он, с интересом, но уважительно рассматривая Такса, сразу же принявшим в строю боевую ипостась, чтобы ненароком не получить очередную «крысу» в свой адрес. — Величают меня Тамир Арданович Дамбаев. Позывной Будда. Звание, думаю, различили. Приятно видеть несколько старых знакомцев. И остальных не менее бравых бойцов тоже. Такие люди нам очень нужны.

Надеюсь, что сработаемся. Группа известна своими подвигами, да ещё и редчайший симбиот в составе, поэтому сразу предупрежу, что намереваюсь использовать затычками во всех бочках. Так сказать, моя личная гвардия. Хотя и плановые дежурства с выходами не отменяются.

Но это всё потом. Завтра и послезавтра осваивайтесь на Базе. Заодно изучите планы Чердыни, как свою родную квартиру. Часто приходится работать в городе, поэтому не хотелось бы, чтобы кто-то из вас вместо зачистки Дыры плутал среди улиц.

Помещение для группы выделил приличное. Оно рядом с «тревожкой», но советую хранить всё необходимое в своей казарме. Знаю, что нарушение техники безопасности спать рядом с ящиками оружия, но иногда скорость бывает важнее штабных циркуляров. Это новичкам говорю, так как знающие службу на Рубежах и без моих поучений понимают, что к чему. Вопросы?

— Есть один, господин полковник, — хитро улыбнулся Ринат, протягивая непрозрачный пакет. — Нашли тут случайно. По всем правилам должны были утилизировать, но рука не поднялась. Может, сами?

— Ого! И ещё раз «добро пожаловать»! Сразу видно, что опытную группу прислали! — заглянув внутрь, уважительно сказал Тамир Арданович, рассматривая две пузатые бутылки коньяка. — Даже не откупорили… Обязательно уничтожу и акт составлю. Всех звать на такую мелочь, извините, не могу, но лейтенант Аксаков на правах вашего командира обязан принять участие в утилизации. Заодно и с моим штабом познакомится. Несколько офицеров с армейской базы позову: их тоже нужно знать в лицо.

— Кажется, мы мало нашли на такую ораву, — тихо шепнул мне Жан. — Не менее ящика нужно было…

— Нормально, рядовой! — каким-то чудом услышал его полковник. — «Уставшие» после утилизации офицеры опасны для дела. Достаточно, что почувствуем лёгкий аромат мирной жизни… Выливая на землю, конечно, эту выдержанную двенадцать лет в дубовых бочках запрещённую дрянь! Ну, вы поняли… А теперь разойдись! Сейчас мой ординарец проведёт на место дислокации группы.

Наш новый дом, вопреки моим опасениям, хоть и не был таким уютным, как на петербургской базе, но и не напоминал временное жилище курсантов в Казани. Небольшие комнаты на втором этаже, рассчитанные на трёх человек, имели узкие окошки с толстыми решётками. Это для командиров и одарённых. У одного Аксакала личные апартаменты с отдельным туалетом и кабинетом. К первому же этажу с большой гостиной, являющейся одновременно и кухней, примыкала длинная пристройка для простого рядового состава. Всё продумано, вплоть до кладовых и общественного душа.

Несмотря на некий аскетизм, мне понравилось. Чисто. Никаких казарменных запахов: кондиционеры не дают застаиваться воздуху. Небольшие проблемы возникли лишь с расселением. Глыба с Синим и Жалом оккупировали комнату рядом с лейтенантскими, я с Жаном и Гогой обосновались чуть поодаль. Остальные одарённые тоже привычно разбились на тройки. А вот девушек у нас две на три койки.

Понятное дело, что пускать к себе на блатное место мужика, во избежание соблазнов с обеих гендерных сторон, капральши не захотели. Выручил Такс, заявив, что всегда мечтал пожить с красотками, понимающими его сложную творческую натуру и не жалеющими вкусняшек, как некоторые жадные Гольцы. После этого был с довольным визгом затискан Иркой и Стеллой, которым такой сосед сразу же пришёлся по душе. Как бы не избаловали…

Поздний ужин в местной столовой вызвал тоже лишь положительные эмоции. Но расслабиться после него Аксакал не дал, сразу собрав всю группу в гостиной.

— Ну что? — довольно начал он. — «Прописка» прошла успешно, но расслабляться забудьте! Скоро пойду на офицерский совет и договорюсь, чтобы уже завтра нам выделили тройной боекомплект. Это НЗ, который будем держать здесь на случаи, когда до тревожного ангара бежать долго. Капрал Синий! Как всегда, отвечаешь за боеприпасы и амуницию.

Завтра особо не дрыхнуть. Чтобы до завтрака облазили всю базу от стенки до стенки. Заодно и примелькаетесь среди других групп, поспрашиваете о текущем положении дел. После завтрака садимся изучать планы Чердыни и всей местности, что контролируем вокруг города. Чтобы к ужину расположение каждой улочки от зубов отскакивало! Чтобы каждый овражек и Дыру за Чердынью знали наизусть и могли к ним с закрытыми глазами провести! Кто хоть раз запнётся, всю ночь зубрить будет!

— Навигатор же есть… — буркнул расстроенный Гога, поняв, что безделья не намечается.

— А если тебе руку с ним оторвёт? Если, рядовой, ты по бестолочи своей навигатор потеряешь? — раздражённо ответил лейтенант. — Что тогда? Такси вызовешь? А нет здесь его! Только усиленный бронёй общественный транспорт в черте города! Номера и маршруты автобусов ты тоже должен выучить! Всех!

И ещё… Специально для тех, кто решил, что здесь столица. Мобильная связь не работает. Твари не очень жалуют вышки и с удовольствием их роняют. Хотите позвонить маменьке — звездуйте на Пункт Связи. Только через кабель армейских услышите родные голоса.

Но особо не наглеть, повиснув соплёй на телефоне! Вы не одни на базе, а аппаратов для простого «потрещать» мало! На кого связисты пожалуются, те начнут осваивать голубиную почту! Вкурили?

Повторять два раза не пришлось. Задолбанные сегодняшним беспокойным переездом, мы разошлись по койкам, пытаясь восстановить силы для завтрашнего напряжённого дня.

Поднявшись рано утром, я растолкал Гогу с Жаном и погнал их на освоение территории. В принципе, всё достаточно стандартно, за исключением местных служивых, изредка встречающихся в столь ранний час. Одеты не по уставу многие, явно приспособив полевую форму под личные удобства. Увидев новеньких, никто не проходил мимо. Все останавливались, представлялись, спрашивали, кто такие и как жизнь на «большой земле».

Мы тоже многое у них почерпнули в плане быта и обстановки на Рубежах. Так за разговорами чуть было не проворонили завтрак.

Уже направлялись в сторону столовой, когда нашу троицу окликнул повелительный женский голос.

— Рядовые! Тут вчера новая группа прибыть должна была. Где разместилась?

Резко повернувшись, мы хотели дать исчерпывающий ответ и… Остолбенели, забыв все буквы напрочь! Моя первая мысль была о том, что с неба спустилась богиня в мундире майора Имперской Армии. В обоих мирах я много повидал красивых и очень красивых девушек, но эта…

Среднего роста брюнетка с каким-то фантастическим серебряным отливом волос, смотрела на нас серьёзными большими глазами, в которых хотелось просто утонуть. Черты лица до такой степени правильные, что возникало ощущение, будто бы правая его часть является зеркальным отражением левой… Или наоборот?

Даже мешковатая повседневная форма не могла скрыть превосходную фигуру. Но не внешность поразила больше всего. От майора исходит такая сильная, тёплая энергия, что я просто купаюсь в ней, млея от наслаждения.

— Рядовые! Ау! — требовательно произнесла она. — Мне долго ждать ответа?

Тут же отмер Гога.

— Мы именно из этой группы и есть! С удовольствием проводим такую красавицу в наше расположение. Со всем, так сказать, расположением в расположение проводим! Чувствуете каламбурчик? И, конечно, в надежде получить телефончик. Имя у красотки имеется? Как насчёт наладить более тесное сотрудничество?

— Считай, если умеешь, — неожиданно взяла майор его руку за запястье и сама стала загибать пальцы разомлевшего Гоги. — Первое: я хорошо знаю расположение базы и прошу не провожать, а всего лишь указать номер блока.

Второе: телефон у меня один, служебный, и находится он в Пункте Связи, являясь стационарным. Для остальных дел использую вестовых.

Третье: «красавицы» остались в тылу. А тут военнослужащие.

Четвёртое проистекает из пятого, рядовой. Я не девка на променаде, а Младший Магистр, майор, баронесса Маргарита Темникова и старше тебя по званию настолько, насколько ты старше со своей Печатью Мастера чистильщика обуви.

Пятый пальчик… Последний… Чистильщики, в отличие от Армии, хоть и подвержены лёгкой анархии в своих рядах, но не до такой же степени. Ещё раз услышу подобные панибратские речи и непристойные намёки, то сломаю его на фиг, придурок!

С этими словами армейская богиня взяла не загнутый мизинец Гоги и провела простенький болевой приём, после которого незадачливый ловелас упал перед ней на колени и завыл от боли.

— Прошу простить, госпожа майор! — тут же вмешался Жан, пытаясь отмазать Гогу. — Просто у нашего друга контузия была, и ещё местами заносит на её фоне. Группа Аксакала… Э-э-э-э… Лейтенанта Рината Аксакова! Семнадцатый блок!

— Ринат⁈ — удивлённо вскинула брови офицер. — Вот так приятный сюрприз! Где он сейчас⁈

— Идём на завтрак, и должен быть в столовой, — пояснил Бельмондо.

— Поняла. Я не голодна, но скажите лейтенанту, что Тихоня… так меня называли друзья в Академии, ждёт его в расположении группы.

Не попрощавшись, девушка удалилась быстрым шагом. А я всё смотрел ей вслед, не в силах отвести глаза.

— Эй! — ткнул меня в бок Жан, выводя из ступора. — Макс! Очнись!

— Чего?

— Ты сам не свой! Обычно в таких ситуациях первый перехватываешь инициативу, а тут засунул в пасть тряпочку и пялишься! А если бы эта… ух… что-то слова обидные на ум не приходят, как вспомню её лицо… Короче, стыдись! Бросил Гогу одного против разъярённой армейки!

— За что Гога боролся, на то и напоролся. Была в своём праве Темникова. За такие выкрутасы могла и на дуэль вызвать. Нечего язык распускать со старшими по званию.

— Да, что-то повело меня… — начал смущённо оправдываться Гога, отряхивая пыль с колен. — Реально, как контузило от желания, и ляпнул по старой привычке кадрить девочек в ночных клубах. Но ты тоже, смотрю, попал под её чары. Стоял телёнком и глазами хлопал.

— Я не хлопал, а думал… Маргарита станет моей женой! Решено!

— Ага! — рассмеялся Жан. — Плёвое дело! «Ритка, пойдёшь под венец?». «Агась! Мне ж ночами снится барон Гольц!». Только у соперника вначале разрешение спроси. Он же первый на майоршу глаз положил. Отпустишь, Гогушка, ненаглядную?

— Мне не надо! — тут же вскинулся тот. — Ты сам, Бордо, слюни пустил — вон как ширинка топорщится, хотя в Воронину без памяти втюрился. Это неспроста! Темникова Младший Магистр? Не смешите меня! Так прижала силой, что родненький папаша-Абсолют позавидовал бы. Знаю, с чем сравниваю! Пусть её Макс со всеми потрохами забирает, а я уже боюсь связываться!

В столовой я передал командиру информацию о Маргарите Темниковой.

— Моя и Поэта однокурсница по Академии! Все живы? А то девушка резкая бывает, — весело спросил Ринат, просветлев лицом от подобной новости.

— Гогин палец немного пострадал. Нестрашно, больше унизительно.

— Легко отделались. У Риты какое-то ответвление Дара особенное: мужики рядом с ней по первости так гормоны выплёскивают, что были у особо чувствительных случаи потери сознания и дурость прёт. Потом, правда, привыкают при частом общении, но не до конца.

— И ты тоже терял? До этого самого конца? Снова приступ не случится? — немного раздражённо поинтересовалась Мышка, не отрывая взгляда от тарелки.

— Я один из тех счастливчиков, что не поддался на её чары. Поэтому и подружились крепко. Но признаюсь, что сердечко всё равно пошаливало от эмоций. Постоянный восторг рядом с Тихоней испытывал.

— А почему Тихоня? Неприятный позывной. Гадости из-за угла любила делать?

— Нет. Понимая, какое воздействие оказывает, старалась держаться от всех подальше, чтобы лишний раз никого не провоцировать. Тихая, не компанейская. К концу учёбы почти научилась держать себя в многослойной ментальной скорлупе и даже в ночные клубы похаживала. Но прозвище среди своих осталось. Именно прозвище для друзей: сама же знаешь, что позывными армейские практически не пользуются.

— Чего она такая распрекрасная в нашей группе забыла? — продолжала допрос Ира, мрачнея всё больше и больше.

— Скоро узнаем… Всё! Хватит утробы набивать! Нас гостья дорогая ждёт!

* * *

Влетев в свой кабинет, Ринат Аксаков сразу же увидел девушку в армейской форме, которая примостилась на подоконнике и смотрела в окно. Плотно закрыв дверь и повернув ключ в замочной скважине, мужчина кинулся к ней, расставив руки. То же самое проделала и Темникова.

— Солнышко моё! Родная! — обняв, с жаром стал говорить Аксакал, целуя её щёки.

— Господи! Я так по тебе соскучилась! Столько времени в разлуке! — вторила ему девушка со слезами на глазах. — Братик! Поганец такой! Ты почему не сообщил о приезде⁈

— Как ты меня рассекретила? Сюрприз же хотел сделать.

— Получилось! Как твоё имя услышала от рядовых, то чуть на бег не сорвалась!

Наконец, выплеснув первые эмоции, брат с сестрой расположились на небольшом диванчике и стали говорить уже более спокойно.

— Как там младшенький? Не бедокурит? Тебя-то я хоть иногда вижу, а в столицу отец не допускает после окончания Военной Академии…

— Нормально, Рита. Сейчас Сенька под присмотром дядьки Филонова учится ловить в мутной водице рыбу шпионскую. Вот прямо его это! Настоящий безопасник по всем статьям. Даже иногда двинуть по морде ищейской хочется. Раскрытие Дара у него происходит туго, но от былого оболтуса мало что осталось. Ты, смотрю, уже до майорских погон дослужилась. Молодчага!

— Могла бы и выше с такой родословной, только стараюсь не форсировать события. Хотя почти готова к…

— Не вслух, — приложил Ринат палец к её губам. — Я тоже почти… Видимо, идём вровень из-за того, что двойняшки. Хотя ты намного младше выглядишь. Раз обо мне не знала, но пришла, то не просто так? — перевёл Аксакал разговор с личного на общественное.

— По долгу службы. Я являюсь координатором совместных специальных операций Армии и Чистильщиков. Начальство отправило знакомиться с какими-то крутыми бойцами. Правда, имени командира не сказали. Твоя работа?

— Вчера попросил на офицерском совете разыграть «одногруппницу». Прости за эту маленькую шалость. Как понимаю, что-то серьёзное намечается, если прибежала с утра пораньше?

— Ты сюда спокойно доехал?

— Если не читать двойного изведённого боезапаса, то почти да.

— Вот это «почти» и стоит у нас костью в горле. Лорд Кентавров набрал такую силу, что на подконтрольной ему территории можно разместить пару городов среднего размера. Даже настоящие пограничники свои у него имеются. Вот с ними вы и схлестнулись. Погано, что продолжает расширять свои владения. Места достаточно безлюдные, поэтому никто ему в этом деле особо и не препятствует. Сейчас пока не торопимся, но скоро будет очень жарко.

— И закрывать эту Дыру полезу я со своими ребятами… — тихо произнёс лейтенант.

— Сдурел? Ваша задача — собрать всю необходимую информацию для серьёзной армейской операции. Чистильщиков, конечно, к ней обязательно привлекут, но не твою группу точно. Лучшие из лучших останутся прикрывать отступающие войска в случае неудачи.

И у ваших спецов, и у наших это профессиональнее получится, чем бегать в толпе с автоматом наперевес. Меня больше волнует сейчас, насколько твоя группа способна устраивать рейды в тыл Кентавров. Что по составу? Слабых звеньев нет? Могу усилить, если что.

— У меня все такие, что твоим армейским щеглам рядовые фору дадут. Двое даже из княжеских родов! — гордо усмехнулся Аксаков. — А если учесть Котяру с симбиотом, то лучше группы Аксакала только ближняя охрана императора… И то не факт. Надо проработать этот момент на будущее.

— С Котярой и симбиотом потом познакомишь лично. А рядовых твоих я сегодня видела, — скривилась Маргарита. — Не переоценивай их.

— Знаю, что Гогу поваляла. Он, кстати, пока что самый необученный, но сын князя Волконского, попавший в рабство на пять лет после дуэли. Уверен, что скоро выйдет на нужный уровень: гены Абсолюта, злой и упёртый. Тогда же ты и с его хозяином Котярой познакомилась. Догадайся, кто из оставшихся двоих?

— Ну… — задумалась девушка. — Словоохотливый слишком прост, а от высокого темноволосого атлета с неприятным взглядом можно ожидать наличие симбиота.

— А чего это у барона Гольца взгляд неприятный? — удивился Аксакал. — Хитрожопый, но располагающий, по всеобщему мнению.

— Знаешь, Ринат, впервые ТАК на меня смотрели. Как на… свершившийся факт. Другое определение в голову не лезет. Вида не подала, но до сих пор внутри гадкое чувство. Я сама привыкла контролировать других и никому не позволю управлять собой даже в мыслях. На твоём месте выгнала бы такого из группы. Непредсказуем и опасен.

— Уже выгонял и снова взял. Занятный типчик и без своего симбиота Такса. А вместе с Таксом совсем — хоть свет туши! Слышала про мои столичные злоключения в Дыре Йети?

— Конечно! Даже шифровку отцу направила, чтобы позволил навестить тебя в больнице. Отказал…

— Так вот, этот самый Гольц меня и спас тогда из Дыры, своей жизнью не хило рискуя. С Максимилианом Гольцем вообще всё непросто. Сейчас расскажу…

После пересказа всех известных столичных событий Ринат замолчал. Зато не стала отмалчиваться Маргарита Темникова.

— Это что же за бардак в Петербурге творится⁈ Куда Служба Безопасности смотрит⁈ Семёну с дядькой нужно уши открутить за непрофессионализм! — возмутилась она. — Я понимаю, что этот самозваный Гольц теперь твой спаситель и всё такое, но получается, что чуть ли не банду сколотил под носом у самого императора!

— Успокойся, — тихо осадил её Аксакал. — В правильную сторону смотрят безопасники. Ты со своей армейской колокольни и части их работы не понимаешь. А бардак… Правильно организованный и хорошо управляемый, он иногда на пользу идёт. Это не мои слова, а отца. Делай выводы. Пойдём знакомиться с группой, пока кривотолки не начались. Нечего народ нервировать. И Котяру не прессуй! Он мой, а за своих я отвечаю!

— Обойдёшься! Сама решу, как с ним поступать! Решу, что может дело завалить — откручу башку, не спрашивая твоего разрешения, Чистильщик!

— Опять, Ритка, начали собачиться, как в детстве, — неожиданно улыбнулся Ринат. — Не поверишь, но даже по этому скучал… Пойдём!

Глава 3

К моменту, когда Аксакал с майоршей соизволили спуститься к нам, весь народ в гостиной основательно успел заскучать. Мышка даже пару раз крепко выругалась, громко сказав Стелле, что зря командиру отдельные покои выделили. Теперь будет туда постоянно шлюховатых армеек таскать.

— Чего ты на неё взъелась? — удивлённо спросил Панкрат. — Командир поводов для сплетен никогда не подавал. Да и до майора дослужиться одним «передком» невозможно. Явно дельная баба.

— Эта может чем угодно, — возразил Гога, показывая свой синюшный палец. — Тут я на стороне Мышки. Не к добру явилась. Помяни моё слово, что хлебнём с ней ещё…

Гога как в воду глядел. Не успели Аксакал с майоршей спуститься по ступенькам лестницы, как вся мужская часть нашей геройской группы превратилась в нечто бесхребетное. Вылупив глаза, бойцы смотрели на красавицу, словно загипнотизированные восторженные кролики на удава. Тяжёлое дыхание со всех сторон.

Глыба попытался вскочить со стула, но Стелла залепила ему отрезвляющую звонкую пощёчину, видя, что с парнем что-то не то. Жан хоть уже и сталкивался с майором, но тихо мычит, засунув кулак в рот. Остальные не лучше. Даже я, несмотря на всю свою невосприимчивость к ментальному воздействию, и то ощутил, как по спине пробежало стадо похотливых мурашек.

— Я кончил… — простонал кто-то с последнего ряда, и никто его на смех не поднял.

— Зато я только начинаю, — произнесла она. — Не волнуйтесь! Специально немного приоткрыла свои внутренние блоки, чтобы все получили ударную дозу моего очень неудобного для жизни Дара. Сейчас полегчает. Отработанная тактика. Впредь уже не так бурно будете реагировать, и начнём общаться почти нормально. Встречаться придётся часто.

Дав пять минут всем очухаться, эта суккуб в погонах продолжила.

— Разрешите представиться. Майор Имперской Армии Маргарита Темникова. Так официально ко мне не надо обращаться. Можно по-простому, но помните о дистанции. Позвольте объясню, зачем я здесь…

Дальше пошло сухое изложение планов командования по разведке и о последующем уничтожении Дыры Кентавров. Нам отводилась роль разведывательной группы, главной задачей которой было пробраться как можно ближе к Дыре и составить карту сильно изменившейся местности в радиусе трёх километров вокруг неё. Туда даже вертолёты почему-то не могли долететь, начиная «чихать» двигателями задолго до конечной точки задания. С авиацией вообще проблемы черьёзные в радиусе ста километров от зоны, но сейчас это неважно.

Ответ на эту загадку я знаю, но пока не буду выдавать опыт Безумного Генерала: к делу не относится. Всё равно придётся пешкодралить с риском для жизни.

После объявления новости последовали первые вопросы. Правда, задавали их только наши женщины, так как от мужиков пока ещё мало толку. Дай бог, чтобы хотя бы половину слов красавицы усвоили.

— Кто является командиром операции? — спросила злая Мышка, явно сдерживаясь, чтобы не ляпнуть что-нибудь резкое.

— Не я, капрал, — ответила майор. — Общий штаб, естественно, стоит над всей операцией. Но он будет давать лишь направления для разведки. Дальше начинается ваша полная свобода действий. Не волнуйтесь — никто с советами приставать не станет, и таскать на совещания ежеминутно тоже. Хотя я и буду частенько появляться в вашем расположении, но лишь для того, чтобы обсудить планы и выслушать ваши мнения о территории Кентавров. Будут дельные мысли — не стесняйтесь. Мы — коллеги, братья по оружию, а не конкуренты.

— «Не стесняться» — это ты умеешь… — пробормотала Ирина сквозь зубы, так, чтобы Темникова её не услышала.

— Какое прикрытие во время рейдов на вражескую территорию? — поинтересовалась уже Стелла.

— Никакое, если честно. Авиация способна без риска залетать за границу владений Лорда лишь на пару-тройку километров. Корректировку артиллерии невозможно провести без корректировщиков, а немногочисленные танки с БТРами орда Тварей расчихвостит за полчаса.

— Связь? — спросил уже я.

— Возможна, рядовой, но тоже с оговорками. Там всё с оговорками… Ещё будем подробно обсуждать эту тему.

— Вы просили дельные предложения высказывать? Они уже есть у меня. Скорее всего, даже дальнобойные рации берут на небольшое расстояние. Так?

— Верно. До полутора километров самые мощные из тех, которые возможно унести.

— Значит, к самой Дыре соваться пока преждевременно. Проходим маленькими участками и ставим ретрансляторы-усилители, настроенные на одну и ту же частоту. Маскируем, естественно, и пока не активируем, чтобы не учуяли случайно Твари.

— Они не чувствуют радиосигналов. Не неси чушь.

— И кто такое тебе сказал? Лорд Кентавров или другой Лорд?

— Не хамите, рядовой. Никаких данных о том, что они имеют способности улавливать радиосигналы…

— А я и не хамлю. Сама же сказала, чтобы по-простому. Сколько гражданских вышек связи было уничтожено Кентаврами?

— Хорошо. Замечание принимается. Я не веду официального учёта вышек.

— Но много?

— Все. Ещё и армейские туда можно приплюсовать.

— То есть, тупые животные не пропустили ни одной вышки? Не приняли их за странные деревья, а чётко определили в дебрях лесистой местности нужное? И насколько я помню, то в остальных серьёзных горячих точках на Рубежах подобное происходит.

— Естественно, происходит. Твари уничтожают всё из нашего мира, подстраивая…

— А если нет? Если чуют? — перебил я. — Допустим, что прав на один хиленький процентик, и именно его не хватит для выживания группы или групп. Что тогда? Не сможем корректировать огонь артиллерии при отступлении. Не передадим важнейшие данные, если самим не суждено явиться на базу. Провал всей нашей работы. И красивые, но бесполезные могилки, если останки найти повезёт.

— Ты представляешь, сколько на твой «процентик» придётся угробить времени и ресурсов?

— Я, как командир, полностью согласен с Котярой. Нам пофиг на ваши ресурсы, а на собственные жизни что-то не очень, — подал голос Аксакал. — Но и сразу выстраивать всю цепочку ретрансляторов не нужно, а то бездарно зароемся во времени. Вначале проверим на парочке… Лучше на четырёх для точной статистики. Два будут включены, а два молчать. Недельку понаблюдаем, а потом глянем, что с ними. Даже далеко переть не надо, достаточно занести в зону Кочующих Миров.

Я знаю, что я прав: Твари реально могут чувствовать радиоволны. Скорее всего, лишь Лорды, и не очень быстро — только через неделю находят даже брошенные портативные рации, которые находятся в активном состоянии. Быть может, в этом мире в силу различных технических подходов к некоторым вещам, это не так, но Аксакал предложил дельную идею, как проверить связь.

— Добро, — соглашаясь, кивнул я. — Пусть армейцы изыщут технику, а мы всё устроим.

— Спасибо за разрешение, рядовой. Ничего, что не по стойке смирно общаюсь с важной особой? — ехидно прокомментировала Темникова мой почти командирский тон, на который случайно сбился. — Что бы без тебя мы, тупицы, делали? Как жили до этого момента? Хоть замуж зови такого орла ощипанного!

— Всегда пожалуйста. Обращайтесь, если припрёт, — с той же интонацией ответил ей, чтобы не привыкала. — А твой вариант с замужеством рассмотрю чуть позже. Когда с Рубежей уедем. Тут интим и прочие «мусики-пусики» не поощряются, поэтому пока не приставай.

Тишина в зале. Мужики тупо пялятся на меня, не в силах понять ещё не совсем окрепшими мозгами, КАК я могу разговаривать в подобном тоне с почти богиней. Хотя богиней майоршу сейчас назвать тяжело из-за вытаращенных глаз, надутых щёк и побагровевшего от гнева лица.

— Красава! — не выдержав, вскочила со стула Мышка, захлопав в ладоши.

— Не поняла… — стала приходить в себя армейка. — Вы, капрал, поощряете хамство своего подчинённого?

— Никак нет! — озорно ответила Ирка. — Это я восхитилась вашей красотой, майор! В частном порядке, так сказать! А рядового Котяру резко осуждаю! Вот прямо кипит всё в нутрях, пока не накажу!

— Думаю, что минимум неделя гауптвахты…

— Извините, но это не вашей компетенции. Сами же сказали, что являетесь координатором, а не командиром. Мы, Чистильщики, разберёмся в своём кругу. Устав, знаете ли, разграничивает нас и Армию. Это мой рядовой… пока вы с ним не поженились.

— Ринат! — поняв, что над ней элементарно издеваются, рявкнула девушка. — В ваш кабинет прошу! Для серьёзного разговора!

Как только Аксакал, а главное, Темникова исчезли, все мужчины резко вздохнули свободно.

— Да… Силён ты, Котяра! — уважительно произнёс Жало. — Такую бабу отшил! Всё! Хана свадебке!

— Почему отшил? — подыграл ему Глыба. — Наоборот! Как приличный барон, немного пожеманничал и сказал, что подумает. Правильно сделал. Кому нужен муж-вертихвостка, бросающийся первой встречной на шею! Пусть мадам-офицер добивается руки и сердца Котяры. А то, ишь, привыкли на готовенькое!

Ржач в пару десятков глоток разогнал последние остатки наваждения.

— Сейчас, наверное, Аксакала трахают по всем статьям. Армейцы очень любят уставщину, — предположил Синий.

— Ему не привыкать люлей огребать, — беспечно махнула рукой Мышка и внезапно посмурнела. — Главное, чтобы эта ведьма трахнула его словами, а не по-настоящему… С неё станется! Сами видели, что творит! Но вот за неуважение к старшей по званию я реально должна Максима наказать. Рядовой! Смирно!

Понимая, что шоу ещё не закончилось, вытянулся с преданным выражением на всю морду. Ира подошла и расцеловала в щёки.

— Как твой капрал только что подвергла тебя, рядовой Котяра, телесному наказанию! И ещё полагается словесное внушение в воспитательных целях. Слушай… Ай-яй-яй! Учти, что при, очень на это надеюсь, повторном деянии ещё и пальчиком погрожу, чтобы совсем страшно было.

— Осознал всю глубину падшего падения и раскаиваюсь оставшимися фибрами своей души! Разрешите, пойду поплачу в туалете?

— Приспичило?

— Ага. Полчаса уже терплю, скоро лопну… Ир, я быстренько!

* * *

Разъярённая Темникова влетела в кабинет и с грохотом закрыла дверь.

— Что это было⁈ — заорала она на Аксакала.

— Если в частности, то Котяра. А если в общих масштабах — моя группа. Не пыхти, Ритка. От нас даже ваши полковники с генералами, штаны придерживая, сбегают, — с лёгкими нотками гордости ответил Аксаков. — Тебе ещё повезло, что остальные парни пришарашенные были, а то бы огребла по полной программе за свой снобизм.

— Я имею право, как офицер…

— Заткнуться ты имеешь право. Уж извини за прямоту. На своей базе хоть перья в зад вставь и ходи павлином. А мы живём немного по другим законам. С армейскими спецназовцами тоже разговариваешь сквозь губу?

Я со многими знаком и уверен, что не допустят они подобного. В лицо не скажут, но сольют штабную крысу, подставив при первом удобном случае. А случаев таких искать у вас долго не надо. И ты про это знаешь, поэтому разговариваешь прилично, как они привыкли.

У нас другие манеры. Припечатаем кулаком или словом, а потом в Дыру лезем, оставаясь в ней без прикрытия с Тварями один на один. Тут не до подстав. Ты не на то обратила своё внимание сегодня. Скажи, кто был вменяемым после твоего «приворота»?

— Девки-капральши и этот хамло Котяра! Ты обязан его наказать! — не унималась майор.

— Мышка пообещала, она и проведёт «экзекуцию». Уже проводит… Слышишь, ржут?

— Уверена, что надо мной!

— Не без этого. Блин! Сам бы с удовольствием одним глазком глянул, что там «кошка с мышкой» учудили! Ладно… Возвращаюсь к своему вопросу. Смог бы Котяра так себя вести, если бы был под твоим воздействием? Ещё и логически мыслить с первых минут?

— Исключено. Для этого необходимо иметь…

Девушка прервалась на половине фразы, задумалась на несколько секунд, а потом тихо продолжила:

— Ты думаешь, что твой боец имеет способности, которых иметь не может?

— Не думаю. Собираю информацию пока. Но лёгкое подозрение есть. Ты предоставила ещё один фактик в мою копилку.

— Нужно немедленно об этом сообщить!

— Сообщу, когда буду уверен. Нельзя подставлять хорошего человека под топор, основываясь исключительно на одних только домыслах. Пока Дар не раскрылся, хрен кто поймёт, насколько подозрения верны. Семён такого же мнения, хотя придерживается иной тактики.

И ты тоже пока повремени свои шифровки про Гольца слать. Лучше подружись с ним. Сблизься. Собери свои странности. Потом их с моими и Сенькиными сложим для полноты картины.

— Ещё замуж сосватай своему Котяре! — фыркнула Маргарита.

— Зря ты так пошутила, сестра…

— Ты чего⁈ Серьёзно⁈ Охренел⁈

— Абсолютно вменяем. Рассматриваю любые, даже самые дикие варианты.

— Совсем у Чистильщиков башкой тронулся! В Армию тебя надо было пихать папе! Вот где чёткость и порядок!

— Каждому своё… Так как? Что решила?

— Ладно… Постараюсь повертеться около этого подозрительного типа. Но учти: если почувствую от него реальную опасность, то все договорённости побоку. И вы с Сенькой перед отцом будете иметь очень бледный вид!

* * *

Я сидел на скамейке рядом с нашей казармой, наслаждаясь последними тёплыми, осенними денёчками и изучая Чердынь по карте, стараясь не пропустить ни одной улочки. Если Аксакал пообещал, что устроит экзамен по местности, значит, обязательно сделает. Причём докапываться будет посерьёзнее самого гнусного препода, справедливо считая, что мелочей в военном деле не бывает.

Но, несмотря на всё старание, сконцентрироваться полностью не получается. Эта странная майор Маргарита Темникова не выходит из головы. Первое, что бросилось сегодня в глаза — она намного сильнее, чем Младший Магистр. Эксклюзивный Дар, конечно, вносит свои коррективы, но не до такой степени, чтобы взять под контроль целую толпу бывалых мужчин, встречавшихся с мозгодавством Лордов. И ещё: будто бы сталкивался с отдалённо похожим. Её ментальное воздействие что-то напоминает. Но что? Ничего не приходит на ум…

Вспомни о чёрте, и он появится! В данном случае чертовка. Спустившись по ступенькам крыльца, майор остановилась около меня, делавшего вид, что погружён в карту и не замечаю нависшую надо мной девушку.

— Рядовой, — спокойно начала Темникова, — наше знакомство, кажется, не с того началось. Готова выслушать твои извинения, и забудем инцидент. Хочу познакомиться с твоим симбиотом. Где он?

— Да уже выбросил перепалку из головы, так что извиняться лень. Тем более что и не мне первому надо. А Такс на кухне связи налаживает. Охмурить поварих — это для него всегда задача первостепенной важности.

— Вот даже как⁈ — начала заводиться она, пропустив информацию о Таксе мимо ушей. — Да ты хоть понимаешь, что сегодня прилюдно унизил офицера! И ещё женщину, пусть и в форме!

— Не унизил, а влепил ответочку. И где это написано, что девочки-майоры могут прикрываться погонами и развитыми молочными железами в конфликтах, которые сами же и затеяли? Вначале нападение на моего боевого товарища Гогу… Да, он немного зарвался, но не до такой степени, чтобы валять его в пыли армейке, не имеющей никакого отношения к Чистильщикам. Достаточно было и устного внушения.

«Ощипанный орёл» — это уж камень в мой огород. То, как мы с Аксакалом решаем служебные моменты внутри группы — не твоя забота. Но больше всего выбесило, что своим Даром без предупреждения накрыла парней! И даже не извинилась позже за это! Смотрю, воспитания у тебя ноль. Ничего… После свадьбы исправлю этот пробел в образовании.

Последнюю фразу произнёс специально, чтобы спровоцировать строптивую Темникову показать свои способности в полную силу. Уверен, что с таким характером не удержится, дав мне повод изучить её Дар более подробно.

— Гадёныш! — не разочаровав, выкрикнула Темникова и постаралась атаковать мои гормоны.

Что ж. Всё по плану. Притворяюсь, что на меня подействовало, но не так, как обычно привыкла видеть это майор. Отбросив карту, вскакиваю и плотно прижимаю девушку к стене казармы. Она пытается дёргаться. Только не со мной ей тягаться силушкой. Целую прямо в губы. Маргарита пытается укусить, но Анька когда-то преподала мне отличный урок, и губа остаётся целой.

— А сейчас мы будем делать детишек! — пытаясь не заржать, хриплю ей на ухо самым похотливым голосом. — Ты же этого хотела? Да?

— Пусти… — растерявшись и явно испугавшись, пищит она. — Уже убрала своё воздействие, и твой поступок будет квалифицироваться как…

— А мне пофиг! Ничего не чувствую! Детишек делать хочу! Прямо тут! Во всю тебя, сексапилочка!

— Па-ма-ги-и-и-т-е-е-е!

На её отчаянный крик выбежали несколько наших бойцов во главе с Мышкой. Но к этому времени я уже успел отскочить в сторону. И снова сижу с картой славного города Чердынь в руках.

— Что происходит⁈ — взволнованно спрашивает Ира, держа в руках напитанный силой меч.

— Да вот, — объясняю ей, почёсывая затылок, — госпожа майор лягушку увидела. Боится жутко, оказывается, их с детства.

— Понятно! — довольно ухмыляется капрал. — Гордость Армии! Гроза Тварей!

После этого, окинув Темникову победоносно-презрительным взглядом, уходит с бойцами обратно в казарму.

— Ты…Ты… Ты… — дрожит несостоявшаяся жертва изнасилования, пытаясь подобрать слова.

— Расслабься, Риточка. Впредь тебе наука, что со своими выкрутасами можешь вляпаться и в более интимно-неприглядные ситуации. Повезло, что я слабопробиваемый в ментальном плане. Палка о двух концах твой Дар. Причём «концы» имеют несколько значений, и их может быть совсем не одна пара на тебя одну.

— Я тебе не Риточка! Я майор! — наконец-то выкрикивает она достаточно внятно и, неожиданно разрыдавшись, срывается с места по направлению к воротам базы.

— Эй! Куда? — кричу ей вслед. — Ты же хотела с Таксом познакомиться!

— Пошёл ты!

— Ну, что скажешь? — обращаюсь уже к духу-хранителю, проявившемуся сразу же после побега армеечки.

— Промониторил. Хреново. Выводы озвучу чуть позже, когда сам для себя их стройно оформлю, чтобы фигню всякую не нести… Но меня всё это настораживает.

— Совсем всё плохо? Хоть что-то хорошее есть?

— Конечно! — довольно ответил Такс. — На кухне готовится жаркое из курицы! Пальчики оближешь!

Глава 4

Продолжение темы строптивой майорши случилось вечером. Перед самым отбоем Аксакал вызвал к себе в кабинет и без предисловий начал.

— Макс, я всё понимаю. Сам пару ласковых Темниковой сказал, как только она нажаловалась о вашей с ней стычке. Но не трогай барышню. По-человечески прошу. Она моя старинная приятельница, и чувствую себя немного неудобно в этой ситуации. К тому же связь с армейскими будет через неё проходить, и нам нужен друг, а не враг в посредниках.

— Понимаю. Честно говоря, она мне нравится, но слишком круто себя ставить начала. Будто бы мы её челядь, а не коллеги.

— У Риты всегда так было. Пока немного не привыкнет, выпендривается, изображая из себя злыдню. Это из-за её поганого Дара. Только при мне, на первом курсе Военной Академии несколько раз попадала в хреновые ситуации, пока самоконтроль не наладила. По Ритиному признанию, даже во сне боится расслабляться полностью, и слуг набирает исключительно из женщин, чтобы… Ну, ты понял. Так что помягче. Она реально неплохая.

— Постараюсь, но не обещаю. Интересно, а у неё парень есть?

— Хочешь стать им? — рассмеялся Ринат. — Не лучший способ самоубийства. Одна, конечно. Представляешь, как себя будешь чувствовать её избранником? Как половая тряпка! Как раб, готовый на всё ради хозяйки! К этому приплюсуем постоянные дуэли с многочисленными, случайно попавшими под влияние Темниковой аристократами.

А уж если у вас до интима дойдёт, и она в порыве страсти снимет с себя все блоки, то разрыв сердца тебе от безграничного кайфа гарантирован. Приятная, но всё-таки смерть. Нет, Макс, лучше не лезь. Подружишься? Замечательно. Так как друзей, в отличие от воздыхателей, у Риты по пальцам пересчитать можно. Но соблюдай безопасную дистанцию. Этот «цветочек», к сожалению, завянет в одиночестве.

— Посмотрим, — уклончиво ответил я. — Но пока на меня её Дар не сильно действует.

— Упёртый? Жаль. Обязательно пришлю венок на твою могилку. Но я не только за этим тебя позвал. Завтра Синий собирается повести меня в город. Он тут служил и знает некоторых скупщиков хабара из Дыр.

— А разве мы его не будем сдавать интенданту базы?

— Обязательно будем. Я сейчас говорю не про те немногочисленные вещи, что в перечне, а про остальное. Например, у тех же самых Кентавров ценятся копыта и хвосты. Первые, если истолочь и добавить в определённые рецепты, лечат «мужскую силу», а также являются мощным афродизиаком. Волосы хвостов используют в косметических целях. Ещё гениталии самцов очень прибыльны, но я их брать брезгую, как и остальные в группе.

— А члены-то зачем? — удивился я.

— Бульон из них считается омолаживающим.

— Чего⁈ Пить ТАКОЕ⁈

— Не пить, а втирать. Но понимаю тебя. Сам скорее от старости подохну, чем писькиным супчиком мазаться буду. Обычно Утилизаторы после боя разделывают оставшиеся трупы Тварей, отправляя различные органы на государственные заводики. Но мы тоже имеем право брать «трофеи». Сдаём их в частные лавочки, получая приличную прибавку к остальному жалованию. Всё законно, так как не запрещено.

Предлагаю завтра пойти вместе с нами. Такса возьми. С его талантом к перемещению можем нажиться капитально, не таская рюкзаки с окровавленными органами, а сразу доставляя свежеотрубленное в лавки скупщиков.

— Члены дорогие? — сразу же проявился дух-хранитель.

— Твою мать, Такс! До инфаркта доведёшь! — воскликнул вскочивший Аксакал. — Дорогие, но мы не настолько голодаем, чтобы подобную гадость в руки брать.

— Странно. Свои же берёте. А девки так вообще… Короче! Восемьдесят процентов от них — мои!

— Согласен.

— Эй, Ринат! — возмутился Такс. — Так дела не ведутся! А поторговаться?

— Зачем? Ты, лошара, мог бы взять и все сто процентов — себя ассоциировать с подобными трофеями не очень хочу. Но раз предложил отстёгивать долю, то пусть так и будет.

— Блин… Макс! Нас «обули»! Но ещё есть момент транспортировки вашего груза. Сколько за него дадите? Учтите, что я гордый пёс, а не носильщик.

— Вот свои восемьдесят процентов за члены и считай платой.

— Они не считаются. Хочу со всего груза пятнадцать транспортировочных дополнительно.

— Два. Больше нет смысла.

— Да я вам прибыль в разы увеличу! Минимум десять хочу.

— Тогда члены сорок на шестьдесят. Выбирай! Или так, или… пусть пять процентов.

— Восемь?

— Пять.

— Шесть?

— Пять.

— Пять? И это мой последнее слово.

— Уговорил, — усмехнулся лейтенант. — Пять так пять.

— Вот и отличн… Эй! Ты же сам пять давал!

— Ага.

— Макс! Меня обижают!

— Согласны, — рассмеялся я, протягивая Ринату руку. — Хотя не понимаю, зачем Таксу деньги.

— Приданое для Глашки, — важно пояснил дух-хранитель. — И на свадебку шикарную.

— Будет тебе свадебка! — потрепал его Аксакал. — Завтра запоминай, в какие лавки товар носить будешь.

Утром мы отправились в Чердынь. Честно говоря, даже особо не понял, что нахожусь за воротами базы: везде люди в военной форме, хоть и без знаков различия. Город на военном положении уже так давно, что просто мирными жителей можно назвать с натяжкой. Особенно поразила детская площадка, где родители не умильно наблюдают за чадами, а внимательно мониторят окрестности, сняв потёртое от постоянного ношения оружие с предохранителей. Даже Такса, находящегося в простой собачьей ипостаси, и то проводили подозрительными взглядами.

— А что ты хочешь? — ответил Аксакал на мой невысказанный вслух вопрос. — Тут домашних животных практически нет. Котики иногда бывают, но и их из дома не выпускают. Даже рыбок заводить многие не хотят, так как любое существо, если не человек, стойко ассоциируется с Тварями.

— Пришли, — показал Синий на дверь, над которой была простенькая вывеска «Скупщик Берлиоз». — Этот ещё при моей прошлой командировке тут работал. Если не загнулся, значит, дела в гору идут. Если дела в гору идут, то работает честно и по правильным ценам. Не скурвился, значит, бывший Чистильщик.

Пройдя внутрь, увидели… Я бы сказал, что филиал анатомического музея. Везде банки с заспиртованными частями Тварей, лежащие в ящиках рога, копыта и прочие остатки Жителей Кочующих миров. Пирамида с оружием, явно не раз бывшем в употреблении, но в приличном состоянии.

— Что угодно господам Чистильщикам? — вышел из неприметной двери мощный, пожилой, с грустными глазами мужик, размерами сравнимый с нашим великаном Глыбой. — Продать, купить?

— Познакомиться, — ответил Синий. — Хотя мы с тобой, Фарш, и знакомы.

Старик внимательно оглядел капрала.

— Хм… Кажется, раньше ты помоложе был, да и волосатее. Красный, кажется?

— Синий. Но почти угадал. А время ни тебя, ни меня не пощадило. Про группу Аксакала слышал?

— Весь город слышал. После твоих слов у меня складывается ощущение, что этот приличный лейтенант и есть он.

— Ринат Аксаков, — представился Аксакал и поочерёдно показал на меня с Таксом: — Рядовой Котяра со своим симбиотом.

— Таки даже с симбиотом? Если хотите его продать, то не возьму. Я не работаю с контрабандой и вещами из интендантского списка. Честный гешефт не делает быстро богатым, но и жизнь не укорачивает. А в остальном к вашим услугам… Исайя Ааронович Берлиоз. Имел возможность носить позывной Фарш.

— Фарш? Тварей мелко крошили?

— Если дотягивался. Без Дара бедному еврею их оставалось мало после уважаемых, не поймите неправильно, аристократов. Просто мой любимый форшмак выговаривать долго, поэтому Фарш.

— Понятно. Но я не собираюсь продавать симбиота: он официальный член группы. Да и Котяра за него глотку любому порвёт. Ищем партнёров для выгодных сделок. Синий порекомендовал начать с вас.

— Синий начал правильно, — отвесил старик поклон капралу. — Если Фарш не даст нормальную цену, то её никто больше не даст. В городе пять приличных точек, но везде мои родственники, так что прейскурант одинаков.

— И чем же они отличаются от неприличных? — поинтересовался я.

— Тем, молодой человек, что их двери не заколочены, а хозяева не портят свои нервы на каторге. Армия и Имперская СБ внимательно следят за порядком. Вы слышали про полковника Зинаиду Шеллер?

— Тоже из «ваших»?

— Упаси боже, хотя и приятная женщина со всех сторон! Начальница военной разведки нашего региона. Этническая немка в каком-то там поколении. И ко всем делам подходит основательно, по-немецки. Когда вы познакомитесь не только с ней, но и с её заместителем, майором Маргаритой Темниковой, то поймёте, что жить честно — это очень спокойно.

— Ну, с последней уже знакомы…

— Примите мои соболезнования. Даже я, который о потомстве уже думает только как прокормить его, а не сделать, и то чувствую в себе рядом с этой барышней некие удивительные для моего возраста желания. Итак, что имеете предложить?

— Скоро будем ходить на территорию Кентавров и не намерены возвращаться пустыми, — взял на себя инициативу Синий. — Хотелось бы узнать, что наиболее котируется из той местности. Заодно и по другим Тварям неплохо расстановку получить. Естественно, сдавать будем тебе или твоим родственникам. Тем более, как понимаю, другой альтернативы нет.

— Лучше мне. Я в себе уверен полностью. А вот другие могут и поддаться преступной жадности. Свой бизнес строю просто. Вы отдаёте товар на реализацию. Только когда его продам, получаете деньги.

— Вообще-то, — подозрительно сказал Аксакал, — в других местах сразу платят.

— Ситуация особая. В других местах нет территории Кентавров, что перекрывает единственную нормальную дорогу к Перми. Часть груза не доходит. Предупреждаю сразу, что за недошедшее платить не буду, потому что разорюсь.

— И как мы узнаем, что груз в Перми?

— Он отправляется с армейскими обозами. Обоз дошёл — вы деньги получили. К тому же крысятничать не в моих правилах. Сейчас дам вам список цен. И не удивляйтесь, что они процентов на двадцать ниже других регионов: я много плачу за переправу груза армейским, выделяющим под него дополнительную технику. Пытались гнать сами просёлочными дорогами, но потери ещё больше.

— Мы подумаем… — задумчиво протянул Ринат. — В любом случае рад такому интересному знакомству.

— Правильно, — кивнул Берлиоз. — Все вменяемые люди вначале так отвечают. Правда, все потом и обратно приходят. Я чувствую, что с вами мы найдём общий язык, пусть он и не иврит.

— Ани медабер иврит, — неожиданно сказал Аксакал.

— Вай ме! Вы правда его знаете?

— Не очень бегло, но могу общаться.

— Таки вам тут самое место работать со мной! Приходите просто поболтать и, конечно, за хорошим процентом от фирмы Берлиоза!

— Непременно, Исайя Ааронович. До скорой встречи.

— Ле’итраот, — попрощался и я на языке детей Израилевых.

— Я умер и в раю⁈ — воскликнул старик. — Два молодых человека и сразу такие талантливые⁈ Если и Синий сейчас заговори…

— Легко! — перебил его капрал. — Маца, форшмак… Больше ничего не помню.

— Это вкусно, но вы меня разочаровали. Правда, я всё равно благодарен за подгон таких гостей!

Уже на улице Аксаков удивлённо поинтересовался у меня.

— Макс! Ладно, я. Но ты-то откуда язык Берлиоза знаешь?

— Тяжёлое детство, — честно отвечаю ему. — Натаскивали будь здоров. Ещё говорю, помимо русского, немецкого и иврита, на двух арабских диалектах, мандаринском, французском, итальянском и английском. Слегка на хинди и японском, но с жутким акцентом, запинаясь.

— Ничего себе! Я сам с трудом пять языков освоил. Голова не болит от стольких иностранных слов?

— Голова не жопа. Пусть болит. Странный этот Фарш… Не находишь?

— Это тебе сравнивать не с чем. Мужик дельный, явно в прошлом боевой. Но проверить его слова стоит. Поэтому ты сейчас пойдёшь на армейскую базу. Дорогу, надеюсь, выучил?

— Ага. Но почему я?

— Найдёшь в разведкорпусе майора Темникову и поспрошаешь её о Берлиозе. Ты один тут уникум и на её соблазны не поддаёшься. Надо проверить слова скупщика.

— А из пушки не расстреляет?

— Может… Но делать нечего, налаживай общение. Это надо всем.

Вопль «Каракурты!» и звук импровизированной сирены прервал наш разговор. Выхватив мечи и передёрнув затворы пистолетов, мы побежали туда, куда ломанулся весь дееспособный народ с улицы. Вскоре в одном из двориков увидели небольшую Дыру, из которой выпрыгивали Твари. Гражданские шмаляли по ним из всего стреляющего, но хоть и притормозили атаку, только с Каракуртами так просто не справиться. Увидев Чистильщиков, к нам подскочила женщина.

— Господа! Я комендант ближайшего дома! Сами пойдёте или будете ждать подкрепления?

— Что по Дыре? — тут же сориентировался Аксакал.

— Свеженькая, но поганая. Видите, как прут?

— Сами пойдём. Отводи людей!

— Пусть в оцеплении стоят, на всякий случай. Немощных и детишек уже попрятали. Не впервой.

— Понял… Макс, Синий! По флангам! Такс! Свободная охота! Идём вовнутрь!

Быстро покрошив ещё вяленький пяток Тварей, мы запрыгнули в Дыру, сразу же по щиколотки увязнув в мелком песке. Тут же из него выпрыгнул Каракурт. За ним второй, третий, четвёртый. Судя по шевелению песка, ещё несколько пытаются скрытно подобраться к будущей еде.

Такс моментально кинулся к скрывающимся, не хуже пловца нырнув в импровизированный барханчик, из которого тут же полетели части тел Каракуртов. Ну а мы приняли бой на поверхности.

Вспоминаю свою первую драку в этом мире, когда Каракурты проявились в доме Ворониных. Тогда было тяжелее. Сейчас же я играючи расправлялся с насекомыми, кайфуя от лёгких потоков энергии, наполняющей мой пузырь. К тому же Аксакал с Синим не стояли статистами, а рубили хвосты и бошки Тварей, даже не делая намёков уставать.

Пять минут. Сорок расчленённых тел. Чувствую неприятный озноб, говорящий, что Дыра начинает схлопываться. Значит, в живых здесь никого, кроме нас, не осталось. И Лорд в ней ещё не зародился.

— Валим! — приказывает Аксакал

.

Снова стоим во дворике в Чердыни, наблюдая, как исчезает Дыра.

— Спасибо, — подходит женщина-комендант. — Ловко управились. Вы тут почаще прогуливайтесь. Мы против не будем.

— Жертвы есть? — спрашивает Синий.

— Повезло без них. Из какой группы, бойцы? Обязана сообщить, кто угрозу ликвидировал. Положено.

— Из моей, — отвечает Ринат. — Аксакалом величают.

— Я почему-то так и подумала. Втроём с пёсей не каждый сунется, а про вас уже весь город, как про эстрадных знаменитостей гудит.

— Пёс наш тоже часть группы. Если его одного увидите, то не дёргайтесь. Даже детей смело подпускать можно, — пояснил я. — Только не перекармливайте.

— Ой! Настоясяя абака! — послышался детский голосок из одного окна. — Класивая! Мама, хотю абаку!

— Нельзя! — раздался суровый женский голос. — Укусит! Уйди от окошка, непослушная девчонка! Опасно!

— Ну почему же! — улыбнулся Синий. — Пёс хороший и Тварей гонять обучен. Спускайтесь! Пусть дети порадуются!

Целый час пришлось потерять, глядя на то, как, словно муравьи, вылезшие дети тискают Такса. Вначале он купался в лучах славы, но потом явно подутомился, очередной раз спасая свой хвост от любопытной ребятни. В конце восторженной экзекуции уже жалобно смотрел на меня умоляюще-щенячьим взглядом, прося о помощи.

— С Тварями легче! — признался он, когда я его всё-таки высвободил из детского плена. — Тех хоть хапнуть можно. Макс, ты приплод себе не заводи, если не хочешь такого, как я, шикарного друга потерять!

— Зато, — обнадёжил его Синий, — скоро весь Чердынь будет знать про пса-Чистильщика, и сможешь шляться где угодно без поводка.

— Оно мне надо? Хотя… Как в Чердыни с питанием дела обстоят?

— Не голодают.

— Отлично! Устрою таксу на поглаживание Такса! Шоу, так сказать. Единственное и неповторимое во всём городе!

— И не стыдно тебе на детях наживаться? — укоризненно произнёс Аксакал. — У них и так радостей раз-два и обчёлся.

— Не на детях, а на их родителях. Уговорил! Пусть будут пожертвования на добровольных началах. Но ты мне засчитывай выходы к детворе, как боевые. Поверь! Они не менее опасны: сегодня убедился на собственной сильно помятой шкуре. И ещё… Где мой браслет Чистильщика? Имею право! А то вернусь к Глашеньке и даже похвастаться нечем будет.

— И куда я тебе его присобачу?

— На собаку и присобачь! Как поводок прицепливать, так легко. А как заслуженные баллы рейтинга отслюнявливать, сразу все манерные, животнолюбивые становятся! И ещё парадную попонку пошейте для будущих орденов. Погон на спину — эт тоже обязательно. Но готовь, командир, сразу минимум капральский, а ещё лучше — офицерский. Таскать пустой рядового — это к фуфлыжникам типа Макса. Без фуражки обойдусь… Я ж не самовлюблённый, а скромный пёс.

— Максим, — сочувствующе посмотрел на меня Аксакал, — как часто у тебя возникает желание прибить своего напарника?

— Нечасто… Сегодня всего раз пять.

— Крепкие нервишки, однакося. Ладно. Сейчас развилка. Ты дуй прямиком к майору Темниковой, а я гляну, как наши осваиваются. Завтра первое дежурство и необходимо народ настроить на правильный лад после курорта в столице. Хотя… Вроде с почином поздравить можно! Первая, пусть и хилая, Дыра на новом месте есть!

* * *

Друзья! С сегодняшнего дня вхожу в график ПОНЕДЕЛЬНИК-СРЕДА-ПЯТНИЦА! Спасибо, что остаётесь со мной и поддерживаете приключения Макса и Такса!

Глава 5

Различия между нашей и армейскими базами начались сразу же у КПП. Суровый дежурный капрал сначала удостоверился, отсканировав браслет, кто я такой, а лишь потом, запустив в «отстойник», поинтересовался, зачем прибыл. Потом долго созванивался, утрясая непонятные ему моменты.

Понять можно. В отличие от Чистильщиков, Армия не только Тварей давить помогает, но ещё является и политической дубиной, пусть в нечастых, но в очень кровавых конфликтах с другими государствами. Именно поэтому режим секретности у армейских всегда на высоте.

У нас на базу можно легко по идентификационному браслету пройти или просто отсветив дежурному знакомой рожей. А у армейцев даже свои документы под сканер суют. Короче, я потерял почти полчаса, прежде чем за мной пришёл рядовой, который должен был проводить в разведкорпус к майору Темниковой.

Иду по базе и ещё больше поражаюсь различию между нашими вроде бы обеими военными службами. Ровные дорожки, крашеные бордюрчики и не вытоптанные газоны. Солдатики под стать бордюрчикам: такие же выстиранно-отутюженные и на все пуговицы застёгнутые. Честь постоянно старшим по званию отдают. На их фоне, да ещё заляпанный Каракуртами, выгляжку бомжеватым бандитом из леса. Техника выстроена в линеечку и обязательный часовой, если машин несколько. Да… Словно в другой мир попал.

У разведкорпуса ещё один КПП. Опять начали проверять и согласовывать.

— Ждите, — в какой-то момент приказал очередной капрал и сделал вид, что больше меня не замечает.

Честно прождал минут десять. Потом не выдержал.

— Слышь, служивый! Сообщи Темниковой, что если дальше будет мариновать, то развернусь и свалю. Пусть тогда сама за мной бегает. Уверен, что догонит небыстро.

— Не положено, — буркнул он. — Да и с базы без пропуска тебя не выпустят.

— Может быть. Тогда с боем прорываться буду. Мне моё начальство только пальчиком погрозит, а тебе неприятности на дежурстве нужны? Быстро звони!

— Чистильщики, мать твою… Ладно. Не бузи.

Дело сразу пошло быстрее, и уже очередной солдатик проводил в кабинет майорши.

— Позлорадствовать пришёл, скотина? — не поднимаясь из-за стола, заваленного бумагами, зло спросила она. — Тебе мало того что устроил, так ещё и лично решил насладиться моими эмоциями?

— Вообще-то, я по делу. И устроила всё ты. Нефиг было Даром своим размахивать, как шлюха медицинской справкой.

— Шлюха⁈ Не ТЫ, а ВЫ! К офицеру обращаешься!

— Вот как офицер сама и покажи пример вежливого обращения.

— Нет! К таким паскудам только на ТЫ! Признаю, что перегнула палку с тобой вчера, но зачем во внутреннюю сеть видео с уличных камер выложил⁈ Ещё и с заголовочком: «Главная сердцеедка Чердыни запала на Чистильщика! Смотреть всем, как сосётся с рядовым!».

— Чего? Делать мне больше не хрен. Да там по разговору понятно, что…

— Нет звука! Всё предусмотрел! Я реально, как последняя шалава там!

— Повторю: это не я.

— А кто?

— Из разведки: сама и выяснишь. Меня Аксакал прислал наладить нормальный диалог, а не устраивать продолжение вчерашней ссоры. Ещё хотел узнать про некоего Берлиоза. Мы с ним работать собираемся.

— Диалога с тобой не будет. С Фаршем работать можно. Человек надёжный, порядочный и сам спонсирует несколько групп городской самообороны. Большие деньги в безопасность Чердыни вкладывает. Чего ещё хотел узнать?

— Спасибо. Пока хватит. А с симбиотом знакомиться будешь или желание пропало?

— Приеду на вашу базу, познакомлюсь. По долгу службы необходимо.

— А чего не сейчас?

— Лень ещё один пропуск выписывать и повторно видеть твою харю.

— Зачем такие сложности?

— Такс, — мысленно обратился я к духу-хранителю. — Включай повышенную степень обаятельности и задабривай эту фурию.

— Я, вообще-то, всегда красивый.

— Нужно, как для Глашки. Выручай, дружище!

— Ой! — воскликнула Темникова, когда Такс появился у её ног.

Пёсель потёрся о них, завилял хвостом и преданно уставился большими грустными глазами.

— Мой напарник, — пояснил я. — Имеет привычку появляться без пропуска. Если не боишься, то можно погладить.

Такс тут же завалился на спину, подставляя пузо.

— Славный какой! — не удержалась девушка, протягивая руку.

Сейчас она перестала строить из себя строгую майоршу и улыбалась так обворожительно, что мне самому захотелось почесать пузико… Не духу-хранителю, конечно, а ей… С трудом сдержался.

— У меня в детстве тоже была такса, — продолжила мягким голоском Маргарита, на время забыв, что ненавидит меня. — Хитрая, забавная и… лучшая подружка. Спали всегда в обнимочку. До сих пор помню, какая она тёпленькая… Плакала навзрыд, когда расставались. Хороший таксик… Славный… Не то, что твой хозяин…

Такс, понимая, что барышня попалась на его крючок, вскочил ей на колени и лизнул в щёку. А потом, чтобы закрепить успех, доверчиво положил свою мордочку на майорское плечо.

Всё! Дело сделано! Даже если меня Темникова будет стороной обходить, чтобы лишний раз не встречаться, то к Таксу обязательно явится. Где он, там и я, естественно. А дальше потихонечку общение наладим… Для начала.

— Боевую ипостась показать?

— Не надо, Макс. Пусть ещё так посидит… Хотя давайте! Должна же я знать все стороны Таксика.

Вскоре посреди комнаты возник таксодракон. Вопреки моим предположениям, Маргарита не испугалась, а восхищённо присвистнув, без страха стала разглядывать монстра.

— Круть! Это шедеврально! Какая стать! Клыки! Такими когтищами на лапах можно танковую броню вскрывать! Так и представляю его в бою! Блин! Такс! Ты теперь мой кумир в обеих ипостасях! Был бы человеком — замуж напросилась!

— У него уже есть дама сердца, — с улыбкой прокомментировал я. — Служанка в доме Достоевских. Тоже симбиот, хотя и другого плана. Так что тут тебе не светит… ну, если только с его хозяином.

— Чёрт… — скривилась Темникова. — Совсем про тебя забыла. Такой момент испоганил. Вот пропуск. Больше не задерживаю.

Спокойно покинуть пределы базы не получилось. Как только вышел издания, у крыльца увидел группу офицеров, недобро смотрящих на меня.

— Барон Гольц? — обратился ко мне один из них.

— Он самый. В чём дело?

— Дело в том, что ты тварь и подонок! Ты обесчестил нашу боевую подругу! Или думаешь, что после того паскудного видео сможешь спокойно здесь разгуливать⁈

— А тебе не кажется, капитан, — стал я отвечать в таком же тоне, — что не твоё это собачье дело, как два взрослых человека проводят время. Про видео же сам недавно узнал от Маргариты. Так что претензии не по адресу.

— Ничтожества всегда трусливы! Только тебя это не спасёт! Барон Гольц! Я, граф Анистович, вызываю тебя на дуэль! Немедленно!

— А ну стоять! — раздался позади меня голос Темниковой. — Капитан Анистович! Вы что себе позволяете? С подобными вопросами я разберусь сама, без посредников!

— Извините, майор. Дело не только в вашей чести, но и всей армейской разведки…

— Заместителем начальника которой я являюсь! Понимаю ваше негодование, Юрий, — уже спокойным голосом произнесла она. — Твоё право. Но если хочешь дуэли, то она должна быть проведена по всем правилам военного положения. Секунданты с обеих сторон и бой без Дара, до первой крови. Уставы написаны не просто так.

— Согласен, Маргарита. Только количество первой крови никто в них не оговаривал. Этот фигляр после меня неделю в госпитале ею харкать будет — от спецназа разведки на своих двоих не уходят. За секундантами сейчас же пошлю к Чистильщикам.

— Зачем так далеко ходить? — тихим голосом произнесла ещё одна женщина в форме, только что появившаяся на крыльце. — Я сама с удовольствием отслежу все права рядового Котяры. Барон Гольц, возьмёте в свои секунданты?

— Э-э-э-э… — замялся капитан. — Полковник Шеллер… Не понимаю вашего поступка… Извините…

— А что тут понимать? Я, как начальница разведотдела базы, несу ответственность за своих подчинённых. В моих интересах, чтобы дуэль прошла по всем правилам, не бросив на вас даже пятнышка сомнений в нарушении их.

— Не возражаю, — произнёс я, кивнув аж самой Зинаиде Шеллер, хватку которой так расхваливал Берлиоз. — Единственное, хочу предупредить вашего Анистовича. Он хоть и спецназовец с Печатью Магистра, но пусть готовится сам кровавыми брызгами радугу создавать. Не люблю самонадеянных болванов, не способных вначале разобраться в ситуации, а лишь потом вякать.

— Ну-ну… Готовьтесь, господа!

Мы скинули кителя, оставшись в одних футболках. Мечи в руках. Оба не торопимся нападать, внимательно изучая движения соперника. Этот капитан явно не просто так получил звание и Печать. Несмотря на всю свою браваду, легко мне сейчас не будет.

Первый же его молниеносный выпад подтвердил мои подозрения. Чуть было не достал меня в живот разведчик, не став придумывать сложные комбинации, а тупо ткнул мечом, как начинающий фехтовальщик. Хитрый ход, которого никто не ожидал. Я сам почти купился, но успел разорвать дистанцию в последний момент.

Дальше капитан не стал рассусоливать, а сразу, не прекращая движения после неудачной попытки одним махом покончить с рядовым выскочкой, завертел такую мельницу из связок и ударов, что будь я зрителем, то засмотрелся бы. Делаю вид, что отбиваюсь из последних сил, ожидая момента, когда он раскроется, окончательно уверовав в свою победу над неумёхой.

Ждать пришлось долго. Наконец, Анистович слишком высоко поднял меч, открыв на мгновение нижний уровень для моей контратаки. Резко вхожу в ускорение и провожу единственный удар…

Капитан резко останавливается и вдруг, приложив ладонь к ширинке, тонко ойкает.

— Бой окончен, господа… — ошарашенно объявляет Зинаида Шеллер, видя, как между пальцев Анистовича показалась кровь. — Ты что, Котяра⁈ Оскопил его⁈ Сдурел⁈

— Нет. На первый раз маленький порезик с большим намёком.

— Уф… — хором облегчённо выдохнули армейские, явно переживая за своего товарища.

— Если найдутся ещё идиоты, то больше жалеть не стану. Надо узнать, принимает ли контора Берлиоза человеческие яйца… или яйцеклетки, если кроме дураков тут боевых дур полно.

— Не хами , рядовой. Быстро ко мне в кабинет! — приказала полковник. — Остальным оказать помощь капитану! И языком не трепать о дуэли! Говорить врачам, что… Тут вам, мужчинам, легче отмазку для своего «хозяйства» придумать… Сломавшейся молнией на ширинке поранился, что ли… Тоже обидно, но не до такой степени.

Сидим в кабинете начальницы. Молча рассматриваем друг друга. Породистая мадам. Лет за сорок, ближе к пятидесяти даже, но до сих пор остаётся красивой, пусть и лёгкую седину в собранных сзади пучком волосах не скрывает. Взгляд умный, пронзительный и какой-то озорной, несмотря на всю серьёзность.

— И долго молчать будешь? — первой обращается Шеллер ко мне.

— Стих рассказать?

— Ты не знаменитый Женя Поэт, поэтому вряд ли что-то путное выдашь. Ладно. Давай-ка я обрисую ситуацию. Если бы ты просто победил капитана Анистовича, то не сидел бы со мной сейчас. Но вот КАК ты это сделал… Какой-то сраный Мастер в издевательской манере чуть было самого Магистра не оскопил!

Теперь готовься, что весь армейский спецназ исключительно из твоих врагов состоит: они своих не бросают. А Чистильщикам с ними работу налаживать. Вместе в рейды к Кентаврам ходить.

— Не моя забота. Ваша, госпожа полковник. Но если хоть один армейский попытается подставить, то положу их и без Тварей. Ребята Аксакала вместе с самим командиром в этом мне помогут. Мы тоже своих не бросаем.

— Знаю. Разрулю ситуацию. Но теперь тебе не только с Темниковой мосты наводить придётся. Зачем усложняешь себе жизнь и задачу по разведке Дыры?

— Не я первый начал.

— И это тоже знаю. Кстати, я могу отслеживать всю внутреннюю сеть. Это твоя капрал Мышка выложила видео, войдя в систему через свой браслет.

— Ей-то зачем⁈ — удивился я.

— Вот тут уже твоя забота. И Аксакала в придачу. Если не прекратите намечающуюся междоусобицу, то подключу к разборкам столицу. Мало никому не покажется. Дело на контроле самого императора. Делай неутешительные выводы. Сам доведёшь их до лейтенанта Аксакова? Или мне постараться?

— Сам… И ещё… Не говорите ему про Мышку. Я лично разрулю.

— С чего бы мне быть такой добренькой?

— Сами сказали, что отношения налаживать надо. С себя и начните.

— Котяра! — неожиданно рассмеялась она. — Иногда жалею, что я не Чистильщик! Сверхнаглость — это моё любимое качество в мужчинах. Мигом бы себе среди твоих мужа подобрала!

— Если чего, то на меня не рассчитывайте.

— А у меня уже муж есть. Служит тут неподалёку… Будду знаешь?

— Нашего полковника⁈ Тамира… э-э-э-э? Который… Забыл фамилию…

— Ага.

— Всё! Я поражён и обескуражен… Если прилично выражаться.

— Расслабься. Полковник Дамбаев до сих пор не научился искусству заменять матерные слова на приличные.

— А почему у вас фамилии разные?

— Свои тёрки. Не суть важно. Главное, что на сторону друг от друга не бегаем. Значит, хочешь не выносить сор из избы?

— Естественно.

— А с Темниковой что?

— Захочет, как и вы, оставить свою фамилию — обсуждаемый момент.

Полковник явно веселилась, всё больше и больше напоминая не злобную гадину из разведки, а…

— А с графиней Достоевской вы, случайно, не знакомы?

— С Юлей? Вообще-то, я её хрен какая юродная кузина по линии мужа. Жаль, что остальная родня, кроме меня, её не приняла нормально. Классная деваха.

— Почти тётя для некоторых.

— Чего?

— Все вопросы к Юлии Петровне.

— Озадачил совсем… Двигай уже отсюда. Дел много, а вопросов к тебе ещё больше. Ещё пообщаемся.

Придя на родную базу, сразу же прошёл к Аксакалу и попросил выход в местный локальный интернет с его компа. Рядовым такое роскошество запрещено: вот и пришлось идти на поклон. Ринат, выслушав мои левые причины, что нужно для бизнеса с Берлиозом, неохотно согласился. Дальше, выведя все данные с камер, я составил интересный видеоролик. Кнопка «Ввод» и жду реакции Мышки…

— Суки! Какая падла⁈

Это Ирка через полчаса разоряется на всю гостиную, швыряя легкодоступные вещи в стенки.

— Яйца оторву! Так опозорить перед командиром!

— Чё за кипишь? — спускаюсь по лестнице, делая вид, что только что проснулся.

— Макс! Ты видел⁈

— На зрение не жалуюсь. Конкретику, пожалуйста.

— Видео во внутренней сети! Убью! Четвертую! Тварям скормлю! Явно кто-то из наших! Прямо с камер казармы некоторые кадры!

— Голая в душе моешься? Тоже мне новость.

— Нет! Глянь на это паскудство! Ещё и заголовочек: «Мышка ждёт, когда её трахнет командир. Смотреть всем и умиляться!»

Дальше, выведя изображение на большой экран телевизора, я смог лицезреть, как Ирина крупным планом томно вздыхает, бросая недвусмысленные взгляды на Рината. Вот вздымается её грудь, сосочки наливаются, проступая сквозь тонкую ткань футболки, язычок облизывает губки… Дальше неинтересно: знаю продолжение.

— Секси! — комментирую видео.

— ИДИОТ⁈

— Расслабься. Про меня недавно тоже один пасквиль выложили. Ничё! Умылся тихо и служить продолжаю.

— Какое «про тебя»⁈ Там про эту суку Темников-у-у-у… Макс!

— Агась?

— Скажи, что это не она сделала. Иначе расхреначу ей всю морду!

— Не она. Ещё варианты?

— Э-э-э-э… Ты?!!

— И снова «агась»! Прикольно, правда?

Вопреки ожиданиям, Мышка не полезла драться, а, сев на стул, закрыла лицо руками.

— Ир?

— Уйди…

— А чего так скорбно?

— Уйди…

— Другие слова в запасе есть?

— На хер пошёл.

— Странно… Думал, что тебе нравится подобное с сослуживцами проделывать, и сама рада будешь прославиться.

— Ты не понимаешь…

— А ты? Самая умная решать свои проблемы за чужой счёт?

— Уйди, — опять последовал глухой ответ. — Ринат — это очень личное… Думала, что ты друг… А ты решил отомстить за постельный отказ?

— Ни в коем случае. Сам попал благодаря тебе, капрал, в ту же задницу. Не только с Темниковой, но и со всем спецназом армейским. Даже на дуэли пришлось попотеть. Вот и думай, кто после этого из нас тварь. Извиняться не буду. Если дойдёт до башки, то жду с извинениями.

— Мышка!!! — раздался взбешённый голос Аксакала. — Ко мне в кабинет!

Их не было почти час. Наконец, Ирина вышла и, не глядя на меня, ушла из казармы.

— Котяра, мать твою за ногу! Ты здесь⁈ — опять проорал Аксакал.

— Иду-иду, кормилец!

— Бегом!

Лейтенант был явно не в духе. Увидев меня, он стал расхаживать по комнате, явно сдерживаясь, чтобы не устроить мордобой.

— И как это понимать, рядовой? — наконец-то, зло процедил он.

— Вы про видео Ирины Долгоруковой? Мне армейская разведка сообщила, что это Мышь наша его во внутреннюю сеть залила. Позорище, если честно. Сам в шоке! Не ожидал!

— Какое видео⁈ Я про твоё! Мышка мне всё сообщила!

— Не видели «первую серию»? Зря. Смотрите…

Аксакал смотрел внимательно, всё больше хмурясь с каждой секундой. Потом долго разглядывал своё отражение в потухшем мониторе. Костяшки его пальцев побелели от напряжения. Если сейчас не расхреначит комп, то я сильно этому удивлюсь. Самое время спасать ни в чём не повинную технику.

— Нормально, командир? Да?

— Ох…

— А другие, более внятные звуки ожидаются?

— На хер тебя, Мышку и все камеры мира!

— А Темникову? Она тоже «засветилась» в главных ролях.

— Не трожь сестр… Не трогай Маргариту!

— На видео или вообще, «братик»? Я оговорочку услышал. Или не братик, а любовничек? Долго с ней взаперти планы строили у тебя в кабинете. Даже для борделя слишком долго — в них почасовая оплата. С бабами определиться не хочешь? А то информационная война может набрать обороты. Обещаю больше в ней не участвовать, но лайки ставить под просмотрами не забуду.

— Что ты хочешь услышать?

— Правду. Знаешь, сколько женщин у меня было? Даже лучшие из лучших, типа Анны и Иры… Да-да! Она, как знаешь, тоже! И слов из песни не выкинешь! Но вот Риту увидел и понял, что она единственная, за право с которой быть рядом буду бороться до конца! Как увидел, сразу понял! С тобой, с Армией, с Мышкой или даже самим Императором бодаться не побоюсь!

Мне по хер! Также по хер, что она меня сейчас ненавидит! Также по хер, что армейка с несносным характером! Это я тебе, как мужик мужику говорю… Не лезь туда, где я угроблю любого соперника. Выражение не образное.

— Как мужик мужику говоришь? — криво усмехнулся Ринат. — Тогда слушай! Если к Рите ближе, чем на шаг подойдёшь, то кровью умоешься. Я простил тебе Ирину. Это был её выбор, где моё мнение не могло учитываться в силу разных, до жопы весомых причин. Локти кусал, вас обоих готов был похоронить живьём, но терпел. Но Темникову не трогай! И Иру теперь тоже! Хоть один волосок с обеих упадёт, хоть одна слезинка, вызванная тобой, то даже император не поможет твоей заднице! Всосал⁈

— Не очень, членистоногий ты наш. Двух баб решил осчастливить? Не выйдет. Если две, то значит, нет ни одной! Они не шлюхи местами в твоей койке меняться!

— А если я скажу… Макс… Только чтобы это осталось здесь… Обещаешь? Не хочу войны внутри группы.

— Я не трепло. Если про меня не треплют.

— Знаю. Темнила ещё тот. Хорошо. Маргарита Темникова мне близкая родственница. Не спрашивай, по какой линии родство.

— Песец…

— Ещё какой!

— И чего делать будем?

— Я — не знаю, а ты про неё забудь! Это последнее моё слово. Запомни, если не хочешь башки лишиться.

— Ринат… Последнее слово, как показывает практика, остаётся за женщинами. Но я услышал, откуда может прилететь. Готовься к ответочке, если дёрнешься в мою личную жизнь.

— Хоть какая-то определённость, — грустно улыбнулся Аксакал. — С мужчинами всегда легче: разбитые хлебала, кулаки, мечи. И никакой двусмысленности. Мышке только ничего не говори… И Рите тоже. С ними я сам.

* * *

Друзья!

Хотел было сегодня открыть подписку, но вот чой-то не хочу. Считаю, что есть переломный момент в сюжете, может отторгнуть часть читателей. Автор, конечно, дурной и варится в булоне со своими демонами, но заманухой заниматься не собираюсь, поэтому отложил подписку до пятницы. Тем более что у меня как раз Днюха 29 декабря. Устрою маленький символизм. Вдарю буквами по собственным нервам! Непременно с дополнительной главой после подписоты — есть традиция, которую нарушать не собираюсь.:))

В любом случае, всё равно благодарен всем, кто добрался до этих строчек! Ну это кайфово писать для людей! Даже для тех, кто критикует, и которых иногда готов авторски чертвертовать за критику:))) Спасибо! И ещё раз спасибо ВСЕМ вам! Деньги, лайки и прочее — хорошо. Но вы лучшие! Потому что рядом…

Глава 6

— Ну что, Птенцы Армагеддона? — обратился к нам Аксакал, когда мы на следующее утро построились, облачившись в боевые доспехи. — Поздравляю с началом первой акции! Задача сегодня разминочная. Квадраты шестнадцать и семнадцать. В каждой по Дырке Д2. Дополнительно берём с собой огнемёты для Мух и баллоны с отравляющим газом для нор Кротов. Армейская разведка говорит, что могут быть и внеплановые «единички», так что не расслабляемся до прихода домой.

— Семнадцать километров переться за город. Транспорт или на своих двоих? — поинтересовался Глыба.

— Довезут на БМП, а возвращаемся по ситуации: техники мало, а агрессивных Дыр в других местах много. Может, и самим придётся топать. Ещё вопросы?

Народ опытный, поэтому все промолчали, прекрасно понимая, что если нестандартные вопросы и возникнут, то уже во время зачистки Дыр.

Начали с семнадцатого квадрата, как более удалённого от базы. Мух столько, что не видно входа в саму Дыру. Но Лорда пока в ней однозначно нет: Твари летают бестолково, пусть уже и под предводительством более крупных офицеров, которые тоже пока не выглядят устрашающе. Огнемётчики из простых рядовых вышли вперёд. Огненный вал быстро выжег Мух, и теперь уже мы, имеющие Дар, первыми шагнули в Дыру.

В ней всё чёрно от мелких Тварей. Увидев нас, они с гулом рванулись на заготовку человеческого мяса, но быстро обломались. Точнее спалились. Продвигаемся дальше, постепенно меняясь на передовой линии, чтобы в спокойной обстановке перезарядить баллоны огнемётов «Вулкан», и снова занять место во главе группы.

Занятие, признаться, довольно скучное и очень вонючее. Даже сквозь фильтры масок долетает смрад от сгоревших насекомых. Ещё и пепел в воздухе… Доходим до места, где уже сформировалось логово. Внутри него уже почти готовый зародыш Лорда. Нечто мерзкое копошится в комке слизи, высовывая скрюченные, покрытые шипами лапки. Копошилось недолго, за минуту превратившись в неаппетитное барбекю от многочисленных струй огнемётов.

Тут же пришло ощущение лёгкого холодка. Дело сделано, Дыра закрывается. С одной стороны, хорошо, что так быстро, но с другой — никакой выгоды ни в плане пополнения энергетического пузыря, ни в плане трофеев.

— Ну что? — обратился один из армейских капралов-водил, чьи БМП дожидались нас неподалёку. — Красотки встречались? Залежи сокровищ?

— Там красотки, но слишком теперь «горячие», — тоже шуткой ответил ему Синий. — Сам пойди да посмотри.

— Не! Я пацифист, и религия не позволяет до обеда Тварей лапать! — заржал мужик. — Такси готово отвезти клиентов в шестнадцатый квадрат! Господа! Подарите скромному повелителю руля шубку из кротовых шкурок!

— Муфточку тебе на одно место, — хихикнула Стелла. — Вези уже, зубоскал.

Быстро доехать не получилось.

— А у нас по ходу движения две новенькие Дырочки только что открылись, — сообщил Такс. — Где-то метров через пятьсот. Прямо впритирку друг к дружке… Опа! Ещё одна начинает образовываться.

— Отставить движение! — сразу же среагировал Аксакал, связавшись по переговорнику с кабиной водителя. — Группа на выход! Транспорт поддержки, тихо двигаетесь за нами на расстоянии восьмидесяти метров. Смотрите, не пальните ненароком в нас!

— Принято, лейтенант, — уже серьёзно ответил водитель. — Не волнуйся: нам не впервой.

Такс оказался прав: Дыры ещё только сформировали свои очертания, и Тварей пока не видно. Но их уже было не три, а семь.

— Что за чертовщина? — пробормотал Жало. — Впервые вижу, чтобы как грибы после дождя на одной полянке росли… Блин! Восьмая, судя по мареву, скоро будет!

— Девятая и десятая на девять часов! — сообщила Мышка новые данные.

— Уходим! — вдруг закричал Такс. — Берут в кольцо! Я чувствую!

Никто не стал с ним вступать в ненужные споры. Мы быстро кинулись к машинам, которые тут же дали задний ход.

— Мысли есть по этой аномалии? — спросил Аксакал, когда все оказались под прикрытием брони.

— Артиллерию нужно вызывать, — предложил Глыба. — Пусть всё тут с землёй сровняют.

— Не выход. Дырам она нипочём. Закрывать их придётся вручную.

— А ещё позади нас начинают новые образовываться, — принёс Такс очередные неприятные новости. — И по бокам… Скоро сформируются все полностью, до состояния Д2. Это ловушка какая-то.

— По наши с тобой души? — спросил я его по мысленной связи.

— Не исключено, Макс. Точнее, исключены другие варианты. Вижу один выход — позорное бегство. Договорись с Аксакалом, чтобы приказал прорываться на скорости. В нужный момент я всех перемещу за границы ловушки.

— С тяжёлой техникой?

— На километр. Теперь на это сил хватит. Ещё и останется.

— Лейтенант, — обратился я к командиру. — Такс разведал и говорит, что через нестабильные Дыры сможем проскочить на скорости.

— Делаем!

Когда наши БМП подъехали к Дырам, то дух-хранитель чётко исполнил свой план. Почти ничего и не почувствовали, сидя в бронированных коробках. Только водитель воскликнул по связи:

— Твою ж мать! Это что сейчас такое было⁈ Я так быстро ездить не умею!

— Видать, аномалия сюрприз подкинула, — соврал ему Аксакал, не желая перед армейскими раскрывать все секреты Такса. — Вези в шестнадцатый квадрат.

То, что мы прибываем в нужную точку, поняли по стрельбе. Не вылезая из БМП, выкатились на поляну, где, заняв круговую оборону, группа армейского спецназа отстреливалась от Тварей. Увидев наши машины, бойцы рванули под их защиту, предоставив возможность повоевать башенным пулемётчикам.

— Дыра формируется слишком быстро! — сообщил командир спецназовцев, протиснувшись к нам. — Уже почти переросла даже Д2. Уверен на сто процентов, что с Лордом. Ещё несколько новых появляются, но до Тварей из них ещё далеко.

— В семнадцатом квадрате не лучше. Всё в новых проколах Кочующих Миров, — «обрадовал» его Аксакал. — У вас такое раньше бывало?

— Никогда! — ответил армеец, поднимая щиток шлема.

Ба! Да это мой поединщик, капитан Анистович. Быстро бегает: значит, причиндалы качественно починили. Снимаю свои тактические очки, чтобы узнал. Лучше сейчас, чем во время боя разборки устраивать.

Мужик, увидев меня, дёрнулся, но промолчал, не выдавая знакомство. Вот это правильно. Не до личных обидок, когда Твари под боком.

— Какие соображения по ситуации? — обратился капитан к Аксакалу. — По мне, так нужно авиацию вызывать и артподготовку по квадратам провести, а потом уже лезть в Дыры. Самим воевать народу слишком мало.

— Тихо! — приподнял Жало руку, к чему-то прислушиваясь в своей стационарной рации. — Сообщение! Соседние квадраты тоже в этой херне! Везде Д1 проявляются. Только начали и жутко нестабильные, но их до жопы много.

— От, пидоры! — выругался Синий. — Обложили! Как специально это делают! Придётся бросать технику и запрашивать эвакуацию по воздуху. На колёсах можем не успеть.

— Такс, — опять мысленно обратился я к духу. — Если охота за нами, то нужно её уводить. Или всех переместишь? Иначе весь участок скоро полыхнёт так, что потом годами разбираться с проблемой будут. Да и группы пострадают.

— На такие расстояния пока не готов подвиги совершать. Не уйдём далеко. И как подобное бегство обоснуем? Предлагаю не бегать, а укрыться в Дыре с Лордом. Там оборону держать легче, чем в лесу от каждого дерева шарахаться, ожидая нападения. Мне сил хватит за двоих поработать, да и ты уже не бастард хиленький. Остальных подальше от нас в прорыв. Придумывай план-отмазку.

— Господа, — вмешался я в спор командиров, — а вы уверены, что авиация вовремя успеет? Час уйдёт минимум со всеми ихними заморочками. Что, если сделать немного не так? Я с Таксом ввалюсь к Лорду Кротов, вызывая огонь Тварей на себя. Они должны кинуться, пока «безхозные», на защиту единственного Лорда в округе, и появится для вас возможность прорваться с боем. Ну а потом Такс меня доставит к нашим.

— Бред! — резко отреагировал Анистович. — В других квадратах ничего не изменится, и уже из сформировавшихся Дыр нам мясорубку устроят. Поляжете со своим животным зазря.

— Так надо! — послал я сообщение на браслет Аксакала. — Всё серьёзно. Объясню всё на базе. Помогай.

Командир соображает быстро: на то он и командир одной из самых крутых групп.

— Не скажите, капитан, — моментально подключается он. — Котяра дело говорит. Сейчас наше спасение исключительно со временем связано. Прорвёмся до появления Тварей на других участках — помрём своей смертью от старости. Котяра! Такс! Начинайте!

— Сумасшедшие Чистильщики! — последнее, что услышал от Анистовича перед тем, как очутиться в Дыре.

Такс уже в боевой ипостаси. Глядя на него, удивился. Вроде перед майором Темниковой был раза в два меньше и намного безобидней.

— Маскировочка для посторонних! — явно прочитав мысли, прорычал мне таксодракон, подмигнув настоящим змеиным глазом. Выглядело подобное жутковато. — Не отвлекайся! Без ног останешься!

Тут он прав на миллион процентов. Первый же выпрыгнувший из земли Крот попытался вгрызться в ступню. Отстреливаю задницу и пинаю окровавленную тушу к его собратьям. Через минуту вокруг уже залежи из мёртвых Кротов, но заканчиваться они не хотят, постепенно оттесняя нас вглубь Дыры. Явно замыслили на прокорм Лорду доставить. Делюсь этой информацией с Таксом.

— Я и не против! — рычит он. — Справимся! Лучше в логове с одним им биться, чем со всей местной швалью.

И вот мы сами начинаем прорываться внутрь. Точнее, это делает Такс, а я прикрываю тылы от кротовой армии.

Пятнадцать минут боя. Патроны давно закончились и орудую исключительно заряженным силой мечом. Благо, что стало попадаться много офицерья, которое подпитывает мои резервы. Офицеров даже слишком много, не для слабого Лорда иметь столько. Очередная непонятка…

Она разъяснилась уже в самом конце пути. Твою мать! Матрёшка! Опять Матрёшка, как было в Казани! В логове открыта ещё одна Дыра, из которой выполз коллега нашего Лорда. Это перебор!

Но размышлять времени нет. Успешно отразив сразу два ментальных удара, мы с духом-хранителем разделились, каждый атаковав свою цель. Мне достался Лорд, что поменьше. Всё логично. Такс явно мощнее меня и сможет удержать противника от удара с тыла, пока я своего не оприходую.

Неповоротливый Крот запустил зелёный сгусток слизи недостаточно быстро. Уворачиваюсь и в одно мгновение оказываюсь рядом с ним, отсекая лапу с новой зарождающейся дрянью. Дикий визг раздаётся по логову. Кажется, это верещит не только мой подопечный, но и Такса. Отлично!

Мой неопытный Кротик совершает ошибку. Увидев, что я зашёл к нему сбоку, пытается перекатиться, подмяв под себя огромной тушей вредного человечишку. Я ждал этого. Как только он оказался на спине, открыв своё незащищённое брюхо, запрыгиваю на Тварь и горящим от чрезмерно влитой силы мечом вспарываю мягкую брюшину от горла до задницы.

Фонтан дерьма и… дерьма остального. Вонь режет глаза. Только сейчас для меня этот запах приятнее всех парфюмерных изысков! Запах победы!

Вернее, промежуточного этапа битвы. Есть ещё и второй Лорд. Пока он занят Таксом, подкрадываюсь к Кроту со спины. Но гад опытен и, быстро просчитав ситуацию, лупит своим недоразвитым хвостом. Ну, это недоразвитым, если сравнивать с общими объёмами, а так в меня прилетело натуральное бревно.

Увернуться никакой возможности, поэтому просто подпрыгиваю и цепляюсь за «хвостик» сверху, распластавшись, как неопытный матрос на рее. Мотает из стороны в сторону. Лорд никак не хочет успокаиваться. Блин! Главное — меч не выронить, а то хана!

Наконец болтанка начинает немного замедляться и появляется возможность спрыгнуть. Не долетев до земли, в воздухе умудряюсь махнуть мечом и оставить Тварь без заднего украшения.

Опять то ли рёв, то ли визг. Несмотря на габариты, Лорд в мгновение ока развернулся и злобно уставился на меня своим единственным глазом. Остальные три ему Такс попортил основательно.

Любимая ошибка Кротов! Спасибо, что не разочаровал! Мой меч входит в глазницу и добирается до мозга Твари. Она из последних сил пытается откусить мне руку, держащую оружие, но Такс мощной лапой отвешивает гадине такую пощёчину, что башка почти отрывается: позвонки, изгрызенные таксодраконом, не выдерживают подобного бесцеремонного обращения. Потряхивая отсушенной рукой, быстро достаю меч из пасти.

Привычный холод накрывает ледяной волной. Надо выбираться наружу, пока есть возможность. Но чую, что не успеваем.

Лёгкое помутнение рассудка… Тошнота… Прихожу в себя посреди леса от звуков в наушниках.

— Аксакал Котяре! Приём! Аксакал Котяре! Уходите! Группа в безопасности! Отходите! Приём! Приём! Котяра! Отзовись! Приём! Мы тебя не слышим!

— Аксакал! Это Котяра! — радостно отвечаю я. — Мы живы. Дыра закрыта. Скоро присоединимся к вам на базе.

— Отлично. Засёк координаты по твоему браслету. Мы недалеко. Скоро будем.

— А как же скопище Дыр?

— Исчезли. Все разом. Только несколько полностью оформившихся осталось, но для их уничтожения дежурные группы по тревоге подняты.

Я опустился на траву, не пряча меч в ножны. Всё тело болит и серьёзно потряхивает от влившейся энергии Лордов. Ничего! Раньше она намного тяжелее переваривалась.

— Генерал… — тихо произносит Такс. — Слушай! Сегодня же почти как в старое доброе время сражались.

— Ещё недотягиваем немного.

— Немного — это не начало пути. Поднатужимся и после двух-трёх Дыр выйдем на прежний уровень.

— Этого мало теперь… Хотя скажи мне кто-то несколько месяцев назад, что буду привередничать, то на смех бы придурка поднял.

— Чего врать Аксакалу будем?

— Ничего, Такс. Сам видел, как наши тайны могут боком выйти для группы. Пусть уж лучше узнают ещё одну частичку правды.

Когда через четверть часа неподалёку остановился армейский БМП, мы уже точно знали, как поступим дальше.

— То есть вы вдвоём расхреначили Дыру? — задал мне вопрос Аксаков, когда по прибытии на базу я рассказал ему подробности боя.

— Ага.

— И не просто Дыру, а Матрёшку?

— Ага.

— И на своих двоих после этого остались? Так не бывает!

— Ага.

— Макс! Задолбал! У нас ерундовина какая-то творится, а ты тут «агаками» меня кормишь!

— Не, Ринат. Это ещё не хрень. Про неё ты сейчас услышишь. Помнишь мой экзамен на Печать, когда столичный полигон вразнос пошёл?

— Ага… Блин! и ко мне прицепилось! Да! Помню! И с историей сдачи экзамена на Чистильщика подробно ознакомился тоже. Везде странности.

— Добавь сюда ещё наше с тобой знакомство, когда Дыра у Ворониных возникла. И другую Дырку на лужайке Достоевских. Деревню Тихую… Не афишировал, но везде были аномалии. Такс говорил, что общался с Лордами, и они перед смертью намекнули, что хотят меня грохнуть. Не знаю почему, но Такс врать в таких вопросах не будет. Я притягиваю Тварей. Сегодня убедился в этом окончательно.

— Хорошо, что ты сам это сказал, Котяра, — как-то облегчённо кивнул Аксакал. — Я тоже теперь уверен в этом, хотя и раньше подозревал. Как только ты остался в Дыре, то наши машины на фиг не стали нужны Тварям. Нестабильные Дыры в других квадратах исчезли, но в твоём шестнадцатом со скоростью курьерского поезда стали образовываться новые. Вывод напрашивался сам собой. В тебе есть нечто, приманивающее Тварей, как валерьянка кошку. Ты, точно, не знаешь, почему?

— Знал бы, то попытался избавиться от такого сомнительного таланта. Где опять он себя проявит?

— Извини, но это открытие нужно донести до армейской разведки и нашего командования. Пусть тебя отстраняют от изучения территории Кентавров. Угробишь же всех, береговым маяком подавая сигналы Тварям.

— Донести придётся. Но, Ринат, считаю, что не отстранять меня надо, а активно привлекать.

— Сдурел? Или бессмертным случайно стал?

— Всего помаленьку, — улыбнулся я. — Ты на рыбалку ходил?

— Естественно.

— Помнишь, что нужно сделать, что бы клёв был лучше?

— Ну… Прикормить, если ничего не путаю.

— А если прикормкой буду я, то куда Твари ринутся? К вам или туда, куда меня нелёгкая занесёт? Пока мы шляемся с Таксом по территории Кентавров, разведывательные отряды будут в относительно спокойных условиях творить свои дела.

— Авантюра на грани самоубийства.

— Сегодня я действовал по похожему сценарию, и все остались живы. Спасибо, кстати, что поддержал перед этим придурковатым Анистовичем.

— Нормальный он мужик. Когда выбирались, то он про дуэль вашу рассказал в подробностях. Я ему поклялся своей честью, то это не ты выложил видео… Без подробностей, конечно. Расстроился капитан сильно и пообещал перед тобой извиниться. Ну а то, что он вспылил… Рядом с Ритой всегда мужики себя ведут рыцарями безбашенными. Так что спецназ на нашей стороне теперь. Особенно после твоего с Таксом подвига.

— Проблемой меньше. Осталось приличные отношения с твоей родственницей Темниковой наладить.

— Котяр! Я тебя уважаю и всё такое, но повторю: к ней не лезь. Даже если голожопенький Амурчик вам обеим мозги любовной стрелой травмирует, то кроме неприятностей ничего не огребёшь. Рита — она птица другого полёта. Ты лучше с Мышкой помирись.

— Я с ней и не ссорился.

— Зато она с тобой очень даже да. Мне не нужны такие напряги в группе.

— Если уж ты о напрягах заговорил, то, может, тогда сам с ней свои отношения разберёшь?

— Нет у нас с ней никаких отношений.

— Почему?

— По той же самой причине, почему и у тебя с Темниковой не могут быть. Всё! Тема закрыта! Пойдём к нашим. Они тебе сюрприз готовят.

.

Спустившись в гостиную, увидел всю нашу группу, стоящую рядом с большим тортом, на котором кремом кто-то нарисовал… Крота, целующего в зад мужика с мечом. Кажется, я догадываюсь, что это за человек!

— С новым гадом! — воскликнули мои сослуживцы и зааплодировали.

— Раздавай вкусненькое, Котярище! Не нарушай старую традицию! — перестав хлопать в ладоши, громко возвестил Панкрат Глыбин. — Сегодня праздник живота в честь тебя!

— Несправедливо! — ответил я. — А где на торте Такс?

— Он потребовал себе отдельный и уже сожрал его. Теперь дрыхнет так, что не добудиться.

— Хоть поделился?

— Только эмоциями… Сказал, что ему сейчас очень необходимо много еды.

Взяв нож, я разрезал тортик на правильное количество частей и поднёс каждому на тарелочке. К скромно стоящей в углу Мышке подошёл в последнюю очередь.

— Ир… Держи…

— Не стоит. Я не голодна.

— Самое вкусное оставил — часть моей нарисованной задницы. В неё можно зубочистки втыкать, как африканцы с куклой вуду поступают.

— И так в жопе по твоей милости.

— Значит, выкинь в окно или в унитаз спусти. Жаль, что нормального разговора не получается.

— А о чём с тобой говорить, рядовой? Молодец, что Лордов завалил. Хвалю искренне. Только это наша работа, вообще-то. Я тебя на это и натаскивала.

— А я хороший ученик во всём. Как подставлять друзей, тоже у тебя научился. Короче! Хочешь ешь, а хочешь — не ешь. Я попытался восстановить отношения, хотя этот «крем» ты сама заварила. Разрешите идти, капрал?

— Вали и не по делу ко мне не приближайся.

После отбоя долго не мог заснуть, несмотря на сильную усталость. Наконец она взяла своё. Но только я увидел начало какого-то красочного сна, как чья-то ладонь легла мне на губы.

— Тихо… — раздался осторожный шёпот Мышки. — Жду на улице…

* * *

Друзья! Открываю подписку! По традиции — дополнительная глава!

Глава 7

Одевшись, я тихонечко вышел на улицу. Мышка ждала меня там. Увидев, кивнула и отвела подальше от нашей казармы, остановившись у лавки, освещаемой тусклым фонарём.

— Дуэль собираешься устроить? — пошутил я, совсем не чувствуя веселья.

— Была такая мыслишка, — кивнула Ирина. — Но решила поступить проще. Я ухожу из группы Аксакала. Замена на моё место в твоём лице есть, так что потерю бойца лейтенант не заметит.

— Не понял… Ты серьёзно?

— А я что? Очень похожа на клоунессу? Хотя похожа… Ты же меня сам ею и сделал.

— Так не пойдёт, Ир…

— Я теперь для тебя не Ира, а княжна Ирина Долгорукова. Понял, барон Гольц? Считай, что больше не являюсь твоим капралом.

— Круто ты удила закусила… Если дело во мне, то могу попроситься под крыло любого другого капрала. Ты должна остаться в нашей группе.

— Плевать на тебя с высокой колокольни — очередное разочарование в людях и ничего более. Я не могу больше служить под командованием Рината Аксакова. Как я уже поняла по твоему паскудному видео, ты догадался, что я к нему неравнодушна. И раньше за собой это замечала, хотя и гнала мысли дурные. Заменителей на стороне искала. Командир же! Нельзя!

Но когда он после того проклятого Йети попал больницу, находясь несколько дней на грани между жизнью и смертью, отчётливо осознала, насколько он мне дорог. Увидела эту ведьму Темникову и как Ринат вокруг неё вьётся, то чуть от ревности с катушек не слетела. Смотрит на неё ласково, счастливыми глазюками хлопая! Раньше связей… Во всяком случае, прилюдно, он себе не позволял. Пусть и дальше со своей армейской принцесской по кабинетам трётся, но подальше от меня. Ухожу…

— А с ним сами поговорить не пробовала?

— В тот же день, как ты видео опубликовал. Призналась, идиотка, в чувствах. Аксаков разорался, будто яйца ему прищемила! «Ты ничего не понимаешь! Это не то, что ты думаешь! Не смей!». Даже бокал о стенку шваркнул. Когда успокоился, то прямиком спросила, может ли у нас с ним что-нибудь получиться. И знаешь, что ответил?

— Догадываюсь.

— Верно. Ни-Че-Го! Так по слогам и сказал. Категорично.

— Про мои чувства к Маргарите Темниковой заявил нечто похожее. Типа я не смогу быть с ней никогда по той же самой причине, что и он с тобой.

— Эта ведьма и тебя за пять минут окрутила? Заслужил. Вот теперь бодайся с лейтенантом, бабу деля.

— Не бабу, а любимую женщину. И не окрутила, а отбрыкивается всеми способами, лишь бы не встречаться с настойчивым рядовым. А Аксакал… Он её не делит. Уверен, что даже постельных намёков в мыслях не имеет насчёт Маргариты.

— Да какая теперь разница!

— Для тебя никакой. Слабачка. Так и будешь всю жизнь по койкам прыгать. А я от своего не отступлюсь, покуда есть хоть какой-то шансик.

— Ты сейчас на дуэль напрашиваешься, — зло ощерилась Ирина. — Поверь, что она будет не до первой крови.

— А в чём я неправ? Слабачка. Привыкла с детства готовенькое на княжеском блюде получать, а тут обломчик. Даже со мной сейчас, вместо того, чтобы нормально поговорить, закидоны истеричные устраиваешь. Да, мы с тобой оба сильно погорячились. И признаюсь, что со зла то видео выложил. Ты умудрилась через меня, которого называла своим другом, переступить ради собственной ревнивой мести. «Сосётся с рядовым!». Классный заголовочек!

Пусть ты ненавидишь Темникову, но меня сюда зачем приплела? Кстати, с сегодняшним капитаном Анистовичем мы успели на дуэли подраться, и я разосрался со всей армейской разведкой. Тоже из-за твоего видео. Хорошо, что у них начальница умная женщина и конфликт в зародыше погасила. А если бы нет? Чего я тебе плохого сделал? Ну? Давай откровенно!

— Ты всё, что мог, после сделал!

— После тебя! Когда понял, что ты меня за человека не считаешь, княжна. Уж извини! За что боролась, на то и напоролась!

— Это не то, что ты думаешь!

— Прямо как Аксакал тебе сказал, — усмехнулся я. — Только ты к его словам не прислушалась, а я к твоим должен. Знаешь… Уходи! Когда меня лейтенант из группы выгонял, то главная причина этого была в недоверии. Как доверять тебе? Лично я больше не смогу. И буду знать, что ты и с другими нашими можешь поступить не лучшим образом. А они тебе свои незащищённые спины в бою доверяют.

— Ты тварь-то из меня не делай, Гольц!

— Практика показывает, что люди с этим справляются без посторонней помощи. Всё… Откровенно высказались, точки расставили. Больше мне сказать тебе нечего. Я пошёл спать, а ты иди рапорт о переводе писать. Удачи в новой группе!

Повернувшись, пошёл в сторону казармы.

— Максим! — раздался жалобный голос позади.

С трудом сдержался, чтобы не остановиться. Нет. Нельзя. Просто поднял руку и, не оборачиваясь, помахал.

Утром, помятый после бессонной ночи, был вызван к Аксакалу, где сидели все капралы.

— Сейчас я и Макс идём к Будде. Полковник приказал написать подробный отчёт о вчерашних приключениях. Поминутно расписать каждый шаг. Вы тоже тут потрудитесь в письменном виде вспомнить всё необычное. Потом с этими бумаженциями мы с Котярой должны явиться в армейский разведкорпус к полковнику Шеллер и майору Темниковой. Думать будем…

Услышав про Темникову, Мышка резко встала.

— Я иду с вами, и это не обсуждается!

— Не понял, капрал. Ты что, получила капитанские погоны, чтобы мне приказывать?

— Я настаиваю, лейтенант! С вами или без вас, но всё равно там окажусь. И поверь, что при втором варианте мало никому не покажется. Если считаете, что превышаю свои служебные полномочия и прочее, то вот…

Мышка положила на стол Аксакала лист бумаги. Том молча прочитал его, скомкал и выбросил в урну.

— Я готова переписать рапорт, господин лейтенант!

— Пиши. Будет чем печку растапливать, — спокойно ответил он. — Когда бумага закончится, то попроси у меня. Обязательно одолжу.

— Нет. Переписывать буду у полковника Дамбаева.

— Ладно. Пойдёшь. Хотя уже сейчас чувствую, что пожалею об этом.

— Очень надеюсь на подобный исход.

— Максим, — нервно спросил меня Ринат по дороге в штаб к Будде. — Ты что-то знаешь про Ирину?

— Хочет уйти. Из-за тебя.

— Дура.

— А ты? Довёл её до белого каления.

— Ты не понимаешь!

— А я и не должен, в отличие от неё. Разберись со своими родственницами и воздыхательницами, пока без тебя они между собой не разобрались. Хотя уже поздно. Через пару часов вчерашний день будешь с ностальгией вспоминать.

Так и случилось. Когда мы наконец-то оказались на армейской базе, то вначале всё было чинно-благородно. Деловые вопросы, уточнения по вчерашним событиям. Первые гипотезы и робкие выводы, почему Твари охотятся за мной.

Когда же полковничья парочка отпустила нас, оставшись вдвоём кумекать дальше, то Мышка тут же попросила Темникову продолжить разговор в её кабинете. Спокойно так попросила. Даже ласково. Только почему-то Ринат внезапно оказался бледным как полотно.

Вопреки ожиданиям, первой начала разговор Маргарита.

— Итак! Чую, пришло время личных откровений. Верно, капрал Долгорукова?

— Верно! — с вызовом ответила Мышка, скрестив руки на груди.

— Маленькое уточнение, пожалуйста. Вы из-за рядового или лейтенанта на меня взъелись до такой степени, что всякие гнусности осмелились рассылать?

— Не из-за меня — точно! — ту же отреагировал я. — Она смирилась и даже обрадовалась, что мы с тобой будем вместе.

— Понятно, рядовой Гольц. У вас очередной приступ мании величия. Но службе он пока не мешает, поэтому пропущу мимо ушей. Значит, Ринат… Хороший выбор, Ирина. Я бы сама его тоже выбрала.

— Ага! — победно вскинулась Мышка.

— Не «ага», а «так точно». Этому вас должны были научить, как и тому, что перебивать старших по званию не очень вежливо. Рядовой Гольц, по словам Аксакова, уже в курсе, поэтому думаю, что и вам не помешает знать. Мы с Ринатом родственники, а кровосмешение в нашей семье, к счастью, не приветствуется.

Кстати, для особо одарённых девиц: мы не афишируем родство, поэтому очень не рекомендую выкладывать эту информацию во внутреннюю сеть или публиковть в Чердынских газетах. Я ещё зла на вас за прошлую выходку и поэтому щадить не буду.

— Родственники? — офонаревши, переспросила Ирина, плюхаясь на стул. — Вот это номер… Прошу прощения за свою выходку. Не знала… Это получается, что Ринат отшил меня не из-за вас, а просто так?

— Именно. Он всегда имел хороший вкус.

— А вот хамить мне не надо. Я же извинилась. И поверьте, что мне искренне стыдно.

— Зато я вас, капрал, не извинила. Остальные ваши разборки с лейтенантом не входят в мою служебную компетенцию, поэтому прошу покинуть кабинет. Как-нибудь без меня справитесь. Мне надо работать. Всего хорошего.

— Правильно, пусть идут, — кивнул я. — Мы же с вами можем ещё раз обсудить вчерашнюю аномалию. Вдруг чего нового вспомню за чашечкой кофе?

— Вспоминайте, рядовой, в другом помещении. Завтра приду в вашу группу, где всё и изложите вместе с другими её членами.

— Пардон, как говорит мой друг Жан, но видеть рядом с вами какие-то другие члены категорически не желаю.

— Чего⁈ — подал голос слегка оклемавшийся Аксакал. — Котяра! Быстро в расположение части! Это приказ твоего непосредственного начальника! Рита! Не обращай на него внимания!

Выйдя на улицу, рассчитывал, что шоу временно закончилось, но не тут-то было.

— Значит, даже не из-за Темниковой? — опять задала свой вопрос Мышка. — Значит, тебе, барон Аксаков, просто западло со мной, княжной, рядом быть? Совсем противно? Или комплексы какие-то из-за нашей разницы в титулах?

— Не имею права, — буркнул Аксакал. — Разговор окончен. Приступайте, капрал, к службе, а не дамские романы тут разводите.

— Нет, дорогуша! — взяла Ирка его за грудки. — Не дамские романы, а боевичок намечается! С кровавым финалом в виде нашей с тобой свадебки! Тут Котяра вякнул, что от Темниковой твоей не отступится, даже если весь мир его на хер посылать будет. Правильный подход! Теперь оценила внезапно! Раз между нами женщина не стоит, то…

— Макс! — вырвавшись от разъярённой Мышки, гневно спросил меня лейтенант. — Ты что этой сумасшедшей наболтал⁈

— А ей много и не надо: сама додумает. Психическая какая-то! А сразу и не скажешь… — попытался оправдаться я, не зная, как свинтить от этих двоих, чувствуя себя не в своей тарелке среди чужих разборок.

Спасение пришло, откуда не ожидал. На горизонте появился капитан Анистович. Отдав честь, он обратился к Аксакалу.

— Господин лейтенант. Разрешите временно забрать для приватного разговора вашего подчинённого, рядового Гольца?

— Он разрешает! — за командира ответил я и почти поволок растерявшегося от такого напора Анистовича подальше от страшного места.

Остановился лишь тогда, когда перестал быть в поле зрения своего начальства.

— Слушаю вас, капитан? — нормальным голосом обратился к Анистовичу.

— Не здесь. Нас ждут в другом месте.

Этим местом оказался небольшая площадка, с трёх сторон огороженная стенами казарм. В ней нас дожидается несколько офицеров. Я помню их. Все были, когда случилась дуэль. Кажется, что сейчас последует её продолжение.

— Господа! — обратился капитан к присутствующим. — Вы все были свидетелями моей ссоры с бароном Гольцем, поэтому и собрал вас здесь. Мне тут «птичка напела», что то видео, порочащее честь майора Темниковой, выложил не он, а какой-то другой человек. Получается, что я прилюдно оскорбил приличного человека. И не просто человека, а героя, готового пожертвовать собственной жизнью ради товарищей.

— Юра! Меньше патетики! — раздалось из толпы. — Не на генеральском приёме!

— Вы правы… Также прилюдно, перед теми, кто в курсе событий, я хочу принести извинения барону Гольцу. Котяра! Вот вам моя рука! — протянул Анистович ладонь для пожатия. — Я болван!

— Ну, — с улыбкой отвечаю, крепко пожав его руку, — оболванили нас всех, так что никаких обид, спецназ!

— Вот и славно! Предлагаю отметить мировую в городе. С меня пиво!

От такого я не смог отказаться. Вскоре мы с ним сидели в какой-то уютной кафешечке, где симпатичная девушка в белоснежном передничке принесла нам по большой кружке пенного напитка. Зажмурившись, я отпил… И чуть не выплюнул пойло.

— А чего ты хотел? — рассмеялся Юрий. — Во всём городе «сухой закон», поэтому и пиво безалкогольное.

— Это же издевательство, а не пиво!

— Ты так говоришь, потому что недавно настоящее пробовал. Пройдёт пару месяцев и начнёшь ценить даже такое. Ещё и вино безалкогольное есть.

— Ужас! Боюсь представить его вкус!

— Разбавленный виноградный сок с какой-то химозиной от виноделов-трезвенников. Поэтому лучше пей пиво.

Беседа потихонечку начала завязываться. Юра Анистович реально оказался нормальным мужиком. Тут Аксакал не соврал. Обсуждали с ним и бытовуху, и работу спецназа. Травили байки, постепенно находя общие точки соприкосновения. Я даже попытался узнать чуть побольше о Маргарите Темниковой, но капитал быстро свернул её тему, заявив:

— Знаешь, Макс… Лучший способ сохранить ясность ума и не свихнуться — это думать о нашей прекрасной майоре только как о товарище по оружию. И то, думать исключительно во время службы, а не в свободное время. Делай так же, и дни свои закончишь не в психушке.

Уже собирались было уходить, как в кафе ввалилась группа здоровых неопрятных мужиков в полувоенной форме. Все обвешаны оружием, воняют потом и гарью костров.

— Закуски! — крикнул один из них, кинув большой смердящий мешок под стол.

— Падальщики… — сквозь зубы процедил Юрий.

— Кто такие?

— Отребье, уволенное из Армии или Чистильшиков, но имеющее боевой опыт. Шляются там, где были зачистки Дыр и подбирают ненайденных дохлых Тварей. Иногда живых находят и добивают. Потом потрошат и продают. Законом такое не запрещено.

— Не любишь ты их, смотрю.

— Очень. Давай-ка задержимся немного. Контингент непредсказуемый.

Два десятка Падальщиков заполонили почти всё кафе. Ор, мат, похабные намёки в сторону двух официанток. Правда, пока всё в пределах, хотя кулаки начинают чесаться в остром желании набить бородатые морды. В какой-то момент явно запахло сивухой.

— Извините! — строго произнесла официантка, что обслуживала нас. — В городе запрещено распитие спиртных напитков. Попрошу убрать ваши фляжки.

— Ты чего, шалава? — встал один из этих. — Меня, человека, рискующего жизнью ради спокойствия ваших задов, учить будешь?

— Ты-то рискуешь? — с презрением выплюнула девушка. — Падальщик! У нас некоторые женщины из самообороны больше Тварей угробили, чем ты за свою жизнь видел! Убрал спиртягу, пока народ не позвала!

Зря она так. Вначале нужно было людей привести, а потом правду-матку рубить.

Я оказался прав в своих догадках. Не успела она договорить, как тут же получила кулаком в живот. Остальные мужики моментально вскочили, профессионально заблокировав двери и наставив на нас с капитаном потёртые помповые ружья.

— Короче! — продолжил явно главарь этой группы. — Наличку сюда. Непортящуюся жрачку в мешки и останетесь живы! Ну и эта девка передком извинение попросит…

— Пусть обе подавалки просят! За компанию! — предложил один из бандитов.

— Добро, Лупа! Я не жадный! Кладовую проверить!

Вскоре рядом с девушками очутился паренёк, явно работающий на подхвате, и пухлая тётка-повариха.

— Все?

— Больше никого, Пахан! Заднюю дверь подпёрли на всякий случай.

— Значит, не разбегутся, — подмигнул я Анистовичу.

— Правильно мыслишь, Котяра.

Быть может, Падальщики и проходили когда-то военную подготовку, но не со мной и капитаном армейского спецназа им тягаться. Мы с Юрием вошли в ускорение и моментально стали обладателями двух дробовиков, хозяева которых мирно улеглись со свёрнутыми шеями. К сожалению, в оружии было всего по паре патронов, поэтому стрелять прекратили быстро. Но крупная картечь, да ещё на небольшом расстоянии, творит чудеса в толпе.

Взяв дробовики, как дубины, продолжили урок вежливости. Свои пистолеты пока не достаём, чтобы случайно не задеть мирных жителей, в сторону которых переместилось побоище. Мечи тоже в ножнах: марать благородное оружие о дерьмо не хочется. По мне, Твари и то имеют больше прав на уважение. Но даже приклады дробовиков и метко запущенные твёрдой рукой стулья с тарелками приводят к катастрофическим результатам: через минуту только валяющиеся на полу тела. Некоторым повезло и хватает здоровья стонать.

— Стоять! Порежу! — раздаётся истеричный вопль.

Смотрим в сторону звуков. Это Пахан стоит, приставив нож к горлу испуганной девушки-официантки.

— Замрите, суки! Дайте уйти! Или этой горло вспорю! Мне терять нечего!

— Отпусти, — мягко пытается его образумить капитан. — Не усугубляй. Ну, выйдешь ты отсюда, а дальше что? За тобой весь Чердынь охотиться начнёт. В лесах будешь прятаться? Так, в одиночку среди Дыр не выживешь. Твари схарчат и не подавятся. Поверь, что на каторге приятней, чем в их желудках дерьмом разлагаться.

— Плевать! Порежу! Дайте уйти! — явно растеряв остатки ума, как заведённый твердил Падальщик. — Девка со мной! Отпущу, когда в безопасности буду!

Да… Неприятная ситуация. Я, конечно, обезврежу этого гада, но если дёрнется, то официантка пострадать может: вон как нож в её кожу впился. Ещё чуть-чуть и кровь покажется.

Внезапно за спиной Пахана появляется Такс в своей боевой ипостаси.

— Ку-ку… — ласково шепчет он бандюгану на ушко.

Мужик удивлённо оборачивается и громко икает от страха. Больше ничего сделать не успевает, падая на пол рядом с откушенной около плеча рукой, сжимающей нож. Девушка, посмотрев на моего напарника, тоже закатывает глазки и теряет сознание. Анистович, впервые увидев такого Такса, выхватывает меч и наполняет его клейма энергией.

— Спокойно! — останавливаю его я. — Свои!

— Какие свои среди Тварей⁈

— Это моё домашнее животное, так сказать.

— Сам ты животное! — оскорбляется Такс, принимая нормальный вид. — А я гордый боевой пёс! Пожрать есть чё?

Глава 8

Быстро привели девушку в чувство. Она, открыв глаза, сразу вскочила, в панике ища Тварь. Но Такс уже снова милый пёсик.

— А где? — только и смогла выговорить официантка, вертя головой.

— Вот, — показал я на духа-хранителя. — Специальная собака Чистильщиков. Злодеев кусает, а красивых девушек спасает. Правда, жрёт много…

— Это не та, что Дыру в городе помогла закрыть, а потом с детворой нянчилась?

— Быстро слухи разносятся! Она самая. Как видите, нянчится не со всеми.

Официантка со слезами кинулась обнимать гордого собой Такса, а потом пулей вылетела на кухню. Правда, быстро вернулась с большим подносом со всякими вкусняшками. Поразительно, как работает сознание местных. Тут бандитские трупы валяются, но на чудо-пса обращают больше внимания.

Вскоре прибежал местный отряд самообороны. Произвёл небольшое следствие, потом уволок недобитков. Несколько сознательных граждан остались помочь с наведением порядка в основательно пострадавшем кафе.

— Вот, — бросил вонючий мешок к нашим с Анистовичем ногам какой-то старик. — Это от Падальщиков осталось. Там части Тварей. Ваши по праву, богатыри.

— И что нам с ними делать? — спросил Юрий.

— Найдём применение, — хлопнул я его по плечу. — Пойдём-ка прогуляемся. Знаю одно местечко.

— К Берлиозу? — правильно понял он. — Без меня. Армии, в отличие от Чистильщиков, запрещено трофеить. Хотя… Если только за компанию пройтись. Есть вопросы по твоему дружку.

Уже на улице, внимательно рассматривая тихого Такса, он поинтересовался.

— Макс, а он у тебя говорящий, оказывается?

— Бывает, — соврал я, чтобы не раскрывать перед чужаком некоторых вещей. — Но только в боевой ипостаси иногда пару предложений скажет, а потом может неделями молчать. Не предназначен собачий речевой аппарат для длинных монологов. Но понимает всё!

— Жаль… И как видел, на расстояния перемещается? Его дар стоит задействовать в будущем по полной программе. Нам же вместе на разведку ходить придётся. Связной между группами, да и помощь оказать нехилую может, если зажмут Твари.

— Не ты один такой умный, Юр! Конечно, в стороне не останется.

— Извини. Это я так, для проформы спрашиваю. Привык полагаться на точные данные, а не на домыслы. Это вы, Чистильщики, часто на интуиции работаете, а у Армии всё основано на чётком выполнении приказов. Вот это меня и подбешивает… Скоро у Кентавров шляться будем. Там вообще никакой логики не вижу. Одни экспромты намечаются.

У вас интуиция, у нас порядок… Конечно, и то и другое во всех есть, но может быть недопонимание в бою. К тебе майор Темникова благоволит. Подкинь ей идейку разработать систему, кто кому должен подчиняться.

— Это она-то мне благоволит? — рассмеялся я. — Не говори ерунды! На дух не переносит!

— Не скажи, брат. Давно её знаю. Майор на всех мужчин смотрит либо как на потенциальную угрозу, либо как на потерпевших. А на тебя не смотрит… С интересом рассматривает! Поверь бывалому ловеласу — это взгляд заинтересованной женщины.

Даже не знаю, завидовать тебе или сочувствовать. Барышня непростая по всем статьям. Я вот сейчас о ней спокойно рассуждаю, а как только будет рядом, то в дурня превращусь, половину слов забыв. И ведь знаю про её способности, только не помогает подобное знание с головой дружить.

— Ничего. У меня ментальная невосприимчивость. Поэтому… О! Кажись, пришли! — прервал я разговор, показав на дверь скупщика.

— Ну, тогда до встречи! — пожал мне руку капитан. — Туда не пойду, чтобы лишних вопросов потом внутрення СБ не задавала. У нас с этим строго.

Берлиоз встретил меня с улыбкой, как старого знакомого. Когда я продемонстрировал ему мешок Падальщиков, он сморщился.

— Котяра, я всё понимаю, но не до такой же степени. У тебя большие долги, чтобы подобный хлам мне таскать?

— Нет, Фарш. С оказией подвернулся. Прошлым хозяевам не надо, а на помойку выбрасывать жалко.

— Выбрасывать, согласен, это не по-хозяйски. Семьдесят рублей дам, но больше не проси.

— Сразу дашь? А как же разговор про реализацию?

— Я эту тухлятину в Пермь не повезу. Для внутренних нужд пригодится.

— Понял. Только деньги отдай не мне, а в кафе, где Падальщики мешок оставили. Хозяюшки от них ни за что пострадали.

— Опять без хулиганства не обошлось… — сокрушённо покачал головой старик. — Раз не для себя стараешься, то дам сто рублей. Назови адрес кафе. Деньги честно отнесу.

— Спасибо. Понял ещё раз…

— Таки я теперь не понял.

— В торгах ты на тридцать процентов подвинуться можешь.

— Какой приятный склад ума! Котяра! Я обычно только с постоянными клиентами не торгуюсь, но ты мне нравишься. На прейскурант не смотри, будем работать в открытую.

— Спасибо, Исайя Ааронович. Вот про «работать» хотелось бы поговорить чуть подробнее.

— Если меня называют по имени-отчеству, то хотят что-то поиметь с бедного еврея, — сразу же насторожился Фарш.

— Посмотрим. Скажи, ты сильно связан с армейскими контрактом на перевозку товара?

— Нет. Даже контракта никакого не составляли. Просто помогают не в ущерб себе. Знают, что я деньги не на молоденьких вертихвосток спускаю, а большую часть на нужды города. Здесь живёт моя семья. И хочу, чтобы жила спокойно.

— Вызывает уважение.

— Но ты задал этот вопрос не для того, чтобы похвалить меня.

— Верно. Если вдруг предложу альтернативный путь доставки груза в Пермь, то что с этого смогу получить?

— Геморрой, молодой человек. Ещё экзему на нервной почве… И это только раз! Поверь, что «два» намного неприятнее: прогорит твоё предприятие. Нужен опыт, знание местности, а не только дурное желание срубить бабла на ровном месте.

— Не моё, а наше, если повезёт. Есть идеи, но пока озвучивать их не буду. Главное для себя уяснил: армейские не станут на меня обижаться.

— Им мой бизнес побоку. Но на всякий случай предупрежу: не дури тут. Очередной шлемазл, загремевший под суд, никому не нужен, кроме тюремных вертухаев- им за охрану деньги платят.

— Всё исключительно в рамках закона. Спасибо, Фарш, за информацию. В следующий раз обещаю что-то более приличное принести — и в плане трофеев, и в плане мыслей.

— Очень надеюсь на это, молодой человек.

— Ты чего задумал? — спросил Такс, когда мы пришли на нашу базу.

— Тебя задумал, если честно. После того как несколько тяжеленных БТРов смог переместить… А если груз Фарша попытаться? Маленький? Килограмм на двести?

— Нет, Макс. До Перми с трудом дотяну, наверное, но однозначно пустым. А с поклажей сдохну на половине дороги.

— Где-то в районе Соликамска?

— Смотреть нужно. Хотя и двести кило много. Ещё ж обратно возвращаться… Но я тебя понял! Можем наварить деньжат!

Несколько часов мы с духом-хранителем пытались составить вразумительный план, который не стыдно предоставить Берлиозу. Наконец-то он был готов, и мы, недолго думая, прямо с базы переместились в дом к скупщику.

— Смотрю, забыл дверь на замок закрыть? — недобро встретил нас Фарш, наставив помповое ружьё приличного калибра.

— Спокойно, отец! — поднял я руки вверх. — Небольшая демонстрация наших возможностей. Для облегчения дальнейшего разговора, так сказать.

— Не дёргайся! Не первый раз находятся желающие раскрыть рот на моё добро!

— Как скажешь. Видишь этого пёсика? Он принесёт нам с тобой денег. Мой симбиот Такс имеет дар к перемещению.

— Продолжай, — слегка заинтересованно произнёс старик, не опуская ствол.

— Ты до самой Перми груз тащишь с армейскими или только до Соликамска?

— Не твоё дело.

— Уверен, что только до него. Дальше дорога хоть и опасная, но не критично. Скорее всего, приспособил для отрезка Соликамск-Пермь несколько списанных броневичков и нанял охрану. Деньги у тебя водятся немалые — потянешь. Это выгоднее, чем платить военным. Думаю, что и некоторых соликамских скупщиков ещё обслуживаешь для лучшей самоокупаемости.

— И что из того, умник?

— Ничего. Сколько теряешь товара на первом, самом опасном отрезке от Чердыни?

— Бывает ничего, а бывает всё.

— А если обобщить? За месяц, например?

— Пятнадцать-двадцать процентов. И не в месяц. За сезон максимум пару отправок. Часто к армейским на поклон не бегаю: дорого арендовать у них транспорт с охраной. Накоплю, а только потом махом везу.

— Понял. Получается, что и со скоропортящимся товаром не связываешься из-за этого?

— Что-то замораживаю, только не всё можно. Да и в цене не свежак перемороженный падает сильно. Больше мороки, чем прибыли, — наконец-то опустив ружьё, стал вести разговор скупщик. — Я смотрю, подготовился… Чего хочешь предложить, гость непрошеный?

— Вообще-то, долгожданный судя по тому, что ты рассказал. Идея сырая и без твоего опыта с возможностями ни на что не годная. Такс до Соликамска может изредка совершать перемещения. Всё не попрёт, конечно, но в небольших количествах особо ценный или скоропортящийся груз пару раз в месяц может.

— Твоя скотина разумная?

— Сам ты осёл старый! — возмутился Такс. — Да поразумнее некоторых буду!

— Верно, — кивнул я. — Но особо не распространяйся, что болтливый у меня товарищ. Те, кому положено, знают, а остальным необязательно.

— Прими извинения, — поклонился Берлиоз Таксу.

— Я извинения только процентом от сделок принимаю. И ещё! Сколько товара прямо из Дыр сможешь у себя принять? Учти, я гордый пёс, чтобы в кредит работать.

— А сколько можешь принести?

— А сколько у тебя денег, столько и притараню.

— Разумно. Денег хватит, а вот с местом для нормального хранения не очень густо. Я так понимаю, что ты не благотворительная организация, чтобы дешёвый мусор, надрываясь, таскать?

— Именно. На органы наметился, что протухают за полчаса на свежем воздухе без заморозки или другой обработки.

— Это самый цимес! С золотых мисок все кушать будем! Но погоди с этим. Под такое ничего не имею, так как не носят: испорченные железы или печень никому не нужны. Давай для начала наладим работу с более надёжными вещами. После обсудим и проценты, и графики приёма-отправки товара. Макс, — повернулся Берлиоз в мою сторону. — Моё измученное сердце подсказывает, что сработаемся. Только ты должен сообщить обо всём Аксакалу и Будде. Намечаются отлучки уважаемого Такса из расположения базы. Если полковник или командир группы будут против, то со слезами на глазах откажусь от сотрудничества.

— Справедливо, — согласился я. — Тогда мы пошли: уже отбой скоро. И это… Не хотелось бы, чтобы наши дела афишировались среди тех, кто не в них. Поэтому мы с Таксом будем иногда вот так появляться.

— Мальчик, не учи меня делать правильный гешефт. Конечно, появляйтесь. Теперь я вам буду рад ещё больше.

С утра я сразу же переговорил с Аксакалом. Тот, естественно, дал своё согласие. Начальник базы полковник Дамбаев размышлял намного дольше, но тоже не отказал.

— Если службе вредить не будет, то хоть на голове стойте, — заявил он. — А на Такса вашего теперь у меня самого много планов появилось. Мне полковник Шеллер сказала, что собираетесь проверить, насколько ретрансляторы на территории Кентавров работать нормально смогут. Вот пусть симбиот их туда и отнесёт, чтобы лишний раз людей риску не подвергать на вражеской территории. Майор Темникова должна сегодня явиться, вот и обговорите с ней детали операции.

Когда в ожидании армейской гостьи все капралы собрались в кабинете лейтенанта Аксакова, то я отметил, что Мышки с нами нет.

— Значит так… — невесело начал Аксакал, видя, что не только я один ищу её глазами. — Капрал Ирина Долгорукова написала очередной рапорт о переводе её в другую группу. Дело хозяйское и больше уговаривать остаться не намерен. Рядовой Котяра. С этого момента являешься временным командиром над её командой. Приказ на повышении в звании отправил. Как только он вступит в силу, так станешь постоянным командиром.

— Ринат! Ну это же ни в какие ворота не лезет! — возмутился я. — Спасибо за доверие, конечно. Только Мышку нужно удержать любыми способами! Особенно сейчас, когда крутые дела намечаются!

— Знаю. Но больше, чем сказал, говорить не буду. Девочка взрослая, знает, что творит.

— Мы сами поговорим с ней! — предложила Стелла. — Она ж нам родная давно, чтобы вот так просто вычеркнуть из группы.

— Нет! Не хочет быть под моим командованием? Пусть валит!

— А я согласна с твоими подчинёнными, — неожиданно раздался от двери голос майора Темниковой. — Для дела будет лучше, если капрал Мышка останется с вами на время операции. У неё огромный опыт, а вы, лейтенант, ставите неопытного Котяру на руководящую должность в такой ответственный момент.

— Прошу не лезть в дела моей группы! — зло ответил ей Аксакал. — Со своими подчинёнными разбирайтесь!

— Разбираюсь. Поверьте, что получается это не в пример лучше вашего. Кажется, вчера вы с капралом нашли общие точки соприкосновения, и она была полна решимости… — Маргарита замолчала на полуслове, потом продолжила уже неофициально: — Ринат, что ты ей наговорил такого, что опять взбрыкнула и послала тебя к чертям собачьим?

— Это очень личное. И попрошу больше тему Ирины Долгоруковой не поднимать.

— Да про твоё «личное», командир, — сокрушённо покачал головой Синий, — уже вся группа судачит. Не дело это бардак разводить. Колись давай! Тут все свои.

— Ну, вспылил немного, — нехотя признался Ринат, сдавшись под нашим напором. — Она ж с ножом к горлу. В ответ я и приказал, как старший по званию, сделать двадцать отжиманий от пола. А потом заявил, что всё своё лядство пусть оставит для столицы. Вернётся домой, пусть хоть команду футбольную в постель тащит, но только от меня отстанет.

— Твою мать! — резко выругалась Маргарита. — Хотя матушку твою трогать не будем — прекрасная женщина! Даже самая лучшая в мире! Это ей просто не повезло, что мудаком сын уродился!

— Согласна, — кивнула Стелла. — Добавила бы других эпитетов, но субординация не позволяет… Вдруг тоже отжиматься заставишь. Ты же не просто отказал, а унизил Ирку! Она тоже дура ещё та. Только ты командир, а не бульварный хлыщ, чтобы вот так о непонравившуюся бабёнку ноги вытирать.

— Знаю… — вздохнул Аксакал. — Уже сто раз пожалел о своей неконтролируемой вспышке гнева. Что-то совсем на нервяке в последнее время.

— Я сама с ней поговорю, — тоном, не терпящим возражений, сказала Темникова. — В конце концов, с меня весь сыр-бор и начался.

— Мы поговорим, — в той же манере ответил ей. — Если подерётесь, то будет кому разнять.

— Не возражаю, — неожиданно легко согласилась майор. — Ринат, где сейчас капрал Мышка?

— Судя по браслету, — посмотрел в планшет Аксаков, — около пожарного пруда в восточной части базы. Только… Я знаю и тебя, Рита, и Макса достаточно хорошо. Можете сами дров наломать. Поаккуратнее там.

— Ну, таким «дровосеком», — хмыкнула Темникова, — у нас точно быть не получится. Хуже уже не будет. Совещание отменяется до прояснения обстановки. Котяра, за мной!

Майор идёт быстро, не оглядываясь на меня. Явно не хочет заводить разговоры наедине. Зато я хочу.

— Рит, тут мы с Юрием Анистовичем в городе были…

— Знаю, — перебила она. — Он доложил о происшествии. Никаких претензий к вам нет. Всё сделали правильно. Рада, что нашли с капитаном общий язык.

— Он интересную мысль подкинул. Когда будем на операциях, кто примет на себя командование?

— Хотела, чтобы Аксакал, но теперь сомневаюсь. Он стал эмоционально нестабилен.

— Это частности. Не только наши группы привлечены. И непонятно, по чьей схеме работать будем. Армии или Чистильщиков?

— В зависимости от поставленной задачи.

— А если задачи перемешаются? У Дыр подобное сплошь и рядом.

— Что ты предлагаешь? — вопросом на вопрос ответила она.

— Разработку общих планов, как и задумывалось, оставить за Армией, а «на земле» всё отдать на откуп Чистильщикам. Ваши парни совсем не промах, но опыт общения с Дырами у нас всё же больше.

— Я обсужу со своим начальством, а оно пусть согласовывает с вашим. Вот твоя Долгорукова, — показала Темникова на одинокую фигуру, сидящую у воды.

— Не моя, Рит, а Аксакалова. Моя — это ты.

— Думать забудь. Отжиматься не заставлю, но неприятностей, если вконец достанешь, отсыплю целый мешок.

— Ир! — не обращая на последние слова, воскликнул я, привлекая к себе внимание. — Привет! Можешь поздравить, меня на капрала выдвинули! Твою команду возглавил!

— Ожидаемо, — кисло произнесла Мышка. — А майор здесь зачем? Поиздеваться?

— Нет, — ответила Темникова. — С серьёзным предложением. Вы, капрал, давно переросли уровень Чистильщиков. Предлагаю не просто сменить группу, а род войск, так сказать. Нам в армейской разведке нужны люди с вашим опытом.

Соглашайтесь. Никакого повышенного риска, простые правила устава, а не весь этот бардак. Уверена, что не только оставят звание капрала, но и повысят до прапорщика. Я бы и лейтенантские погоны с удовольствием предложила, но нельзя. Служить будете под моим и полковника Шеллер командованием. Поверьте, что с таким заслоном мужской беспредел вам не грозит.

— Да какой такой беспредел⁈ — возмутился я. — Это только Аксакал с катушек съехал, хотя и раскаивается сейчас так, что боится близко подойти к тебе! Ир! Вся группа на ушах! Ринату готовы морду начистить! Что ты среди этого бабья забыла? С утра до ночи рецептами оладушек делиться будете или техниками вязания шарфиков обмениваться, вместо того, чтобы слушать, как Глыба со Стеллой друг друга подстёбывают?

— Вообще-то, мы служим! — возразила Маргарита. — А шарфики и рецепты… Ну да. Но только в свободное время. Я ещё гуашью рисую… Мы с вами, Ирина, случайно оказались чуть ли не врагами. Но я сейчас полностью на вашей стороне и предлагаю дружбу.

— Подумаю, майор… Может, и есть смысл начать всё с чистого листа… — ответила ей Мышка, пропустив мои слова мимо ушей.

А вот это уже плохо. Девка реально выгорела. Нужно её встряхнуть.

— Блин… Ребята расстроятся… Ладно! Не самый плохой вариант уйти под крылышко Темниковой. Только пока ты ещё наша, может, дашь совет? Хочу перестроить работу теперь уже точно своей команды. А то как-то всё у тебя через задницу было.

— Чего это «через задницу»? — моментально растеряла Мышка флегматичный вид.

— Да всё! Самый ценный кадр в виде капрала мечом размахивает, а остальные за его спиной жмутся.

— Не жмутся, а поддержка!

— Вот именно. Головой же рисковать придётся мне, хотя в бою нужно беречь людей с сильным Даром. Капрал должен вступать в бой последним, когда других вариантов не остаётся. Свеженьким кинуться на измотанных Тварей. Рядовой состав пополнить легче в случае гибели, поэтому ударный кулак должен состоять из него.

— Идиот⁈

— Прагматик. Давно вынашивал в себе эту идею. Вот и подвернулся удобный случай её воплотить в жизнь.

— Аксакал тебе не позволит!

— Да ему сейчас на всё по хрену. Самокопанием и посыпанием причёски пеплом занимается. Я отработаю схему, а потом и он согласится, если всё пройдёт гладко.

— А если нет? Если не пройдёт?

— Обидно будет, что потерял нескольких рядовых. Вернусь к старой твоей схеме.

— Обидно⁈ — вскочила Ирина, гневно сжав кулаки. — Да ты ещё тот мерзавец! Таких до командования и на пушечный выстрел подпускать нельзя!

— А вот наезжать на меня не надо, Ирочка, — гнусно улыбнувшись, вбил я последний гвоздь в гроб девичьего равнодушия. — Ты теперь никто! Иди к своим армейским мамочкам и не лезь в наши дела.

— Никто⁈ Хрен тебе! Я пока ещё капрал группы Аксакала! Приказа на отчисление не было! Говоришь, что Аксакову морду набить остальные желают? Сейчас и набьют! А потом за твою примутся!

Она рванула в сторону нашей казармы. Внезапно остановилась и посмотрела на Темникову.

— Госпожа майор! Спасибо за предложение, но вынуждена отказать! Тут, оказывается, никого ни на минуту оставить нельзя!

Когда Мышка скрылась, смотревшая ей вслед Маргарита произнесла с, кажется, лёгким уважением в голосе.

— Да, Котяра… Артист ты ещё тот. Так выбесить даже я бы не смогла, хотя опыт имею колоссальный.

— Подожди… Такс, ты всё слышал?

Появившийся дух-хранитель согласно кивнул.

— Тогда вали к нашим. И передай, чтобы подыграли.

— И как он передаст?

— Словами. Когда надо, может. Круто у тебя с переманиванием вышло. Даже почти поверил. Кстати, спасибо за комплимент. Раз мы с тобой два сапога пара, то…

— Отставить! — приказала Темникова. — Я же русским языком объяснила, что…

— … можем продуктивно сотрудничать. А не то, что вы там себе опять намечтали, — ехидно закончил я свою фразу.

— Неисправим! Всё! Устала от ваших чистильщиковых выяснений отношений! Ждите завтра! Надеюсь, в полном составе!

* * *

Друзья!

Так как праздники основательно сбивают графики, то выкладываю главу сегодня, а не 1-го января. Это ещё повод поздравить всех вас с Новым Годом. Хочу пожелать мирного неба, только хороших новостей и не сдаваться, даже если приходится туго!

Спасибо всем вам, что были этот год со мной! Надеюсь, что следующий тоже проведём вместе.:))

Сейчас тоже ухожу на небольшие зимние каникулы. Обещаю вернуться 5 января, если меня не угробит этот мандариново-салатный ад:))

Глава 9

Вся кипя от гнева, Ирина влетела в кабинет лейтенанта, чуть ли не вышибив дверь пинком. Отлично! Все в сборе! Даже Такс лениво лежит на подоконнике, греясь в лучах солнышка.

— Аксакал! — с ходу заявила девушка. — Котяру ни в коем случае нельзя ставить на моё место! Он больной на всю башку карьерист! Слышал, что с моей командой сделать хочет?

— Да, что-то там говорил… — пробурчал Аксаков, уткнувшись в бумаги. — Не до него сейчас. Пусть пробует, а там посмотрим.

— Он хочет рядовых без Дара первыми в Дыру посылать! Запрети ему!

— На Котяру не очень похоже принимать глупые решения, — возразил ей Глыба. — Мышка, может, ты просто ревнуешь, что теперь твоей командой молодой и борзый руководить будет?

— Я б тоже приревновала, — кивнула Стелла. — Даже если сам Будда взял мою под своё крыло, то, казалось бы, что угробит. Ир, не сгущай краски.

— Он мне сам сказал! Темникова подтвердит!

— А! — хмыкнул Синий. — Эта подтвердит любой поклёп на Котяру. Сама же видела, как она его ненавидит. Иришка, успокойся, пожалуйста. Парочку акций и всё будет видно.

— За пару акций он народа угробит больше, чем за всё время потерь у нас было! Не будьте идиотами! Гольца допускать до командования нельзя!

— А кого? — устало посмотрел на неё Аксакал. — Рядовых с Даром не так и много. Бордо или Гогу предлагаешь? Ты понимаешь, что их даже полноценными Чистильщиками пока назвать нельзя, хотя ребята и талантливые? Брать со стороны — это время. Да и привыкнуть к нашей манере боя сразу никто не сможет. Остаётся Котяра. Вариантов не вижу.

Ты сама эту байду затеяла, а теперь воду мутишь на ровном месте. Я уже подписал твой рапорт. Также майор Темникова сделала запрос на перевод тебя в Армию. Его тоже завизировал, дав согласие. Хорошие характеристики написал. Теперь осталось лишь Будде отнести.

В подтверждение своих слов лейтенант выложил на стол несколько исписанных листков бумаги.

— Полковник штемпелями украсит и на этом «прости-прощай», княжна Ирина Долгорукова. Уверен, что Котяра справится. Но это уже не твоё дело. Прошу покинуть кабинет. Вперёд за армейскими погонами.

— Хрен тебе! — заорала Мышка и, неожиданно подскочив к столу, схватила бумаги, начав их с остервенением рвать. — Хрен! Хрен! Хрен! Не позволю! Вот ещё один хрен! Выгоняй сам, если такой упёртый! Но я своих бойцов в обиду не дам ни тебе, ни этому грёбаному Котяре! Мне плевать, как ты ко мне относишься, но не наплевать на тех, кто спину в бою прикрывал! Одно слабое звено в группе и могут полечь все! Даже ты, Аксакал, хотя тебя и не жалко!

— Я не понял… — почесав затылок, недоумённо произнёс Жало. — Ты остаёшься или не остаёшься? Совсем запутался, кто куда уходит… Хоть на ромашке гадай.

— Всем считать, что только что свой рапорт отозвала! Капрал Мышка снова в деле! Как раньше! Как в доброе старое время!

— Ну и правильно, — облегчённо выдохнула Стелла. — Без тебя группа вроде как и не группа получалась. Да и мне посплетничать о женском есть с кем.

— Ну, не знаю… с сомнением сказал Глыба. — Что-то больно много личных неразберушек стало у Мышки с Аксакалом. Даже мы с тобой, Стеллочка, подобного на службе себе не позволяем. Может, нельзя этим двоим рядом находиться? Не делами, а их любовными интрижками занимаемся. Так и до трагедии в Дыре недалеко.

— Больше никаких личных отношений, — пообещала Ирина. — Есть командир и подчинённая. Как мужчина Аксаков для меня закончился. Прошу принять это к сведению.

— Хорошо, — окинул серьёзным взглядом лейтенант капралов. — Но раз возникли сомнения, то предлагаю всем проголосовать. Если хоть один из вас будет против, то уже своим личным распоряжением выгоню Мышку из группы. Хочется видеть единую команду, а не террариум. Кто за то, чтобы оставить Ирину Долгорукову? Прошу поднять руки.

Несколько мгновений, покуда боевые товарищи размышляли, показались Мышке вечностью. Стелла подняла руку сразу. Потом Жало и Глыба.

— Скромного, тихого пса, конечно, никто не спрашивает, но голосую хвостом… Лень лапу поднимать — расслабленно сказал Такс, щурясь от солнышка.

Остался один Синий. Он размышлял дольше всех, но тоже проголосовал ЗА, добавив:

— Все люди, все ошибаемся. Остался лишь ты, командир. Твоя рука решающая.

— Конечно, оставляю, — поднял Аксакал сразу две руки, пояснив: — За себя и за Котяру. Что-то без Макса уже и не представляю наши «посиделки». Так что он тоже имеет право голоса.

— Этот? — скривилась Ирина, услышав про Гольца. — Этот как раз проголосует против. Спит и видит, как занять моё место, карьерист проклятый! Вот кого надо гнать в шею из группы! Поверьте, что ещё натерпимся от него! И… Спасибо вам! Даже тебе, Аксакал, спасибо.

— Натерпимся? — улыбнулся Ринат. — Ну-ну… С этой аксиомой согласен полностью.

Вежливый стук в дверь прервал разговор. Котяра вначале просунул свою голову, а потом поинтересовался.

— Боевые действия полностью закончились?

— А то ты не знаешь, Макс, — прокомментировал его появление Такс. — Я ж тебе всю картинку транслировал. Заходи, а то жмёшься, как девственница в первую брачную ночь.

— Капрал Мышка! — вытянувшись по стойке смирно, шутливо отдал честь Котяра. — Поздравляю с очередным вливанием в самую боевую группу Рубежей! По себе помню, как это приятно! Рад снова быть под твоим командованием!

— Не поняла… — недоумённо окинула взглядом Ирина ухмыляющиеся лица сослуживцев. — Это что? Всё было постановкой? Все эти отчисления, переводы и голосование — фарс⁈

— Да, — пояснил Синий. — Котяра всё замутил с майором Темниковой. Мы немножко подыграли местами. Но только местами. А вот смотрели мы на твою реакцию и голосовали всерьёз… Предала бы интересы группы ради собственных личных амбиций — вычеркнули бы без сожаления. Точнее, с огромным сожалением, но всё равно вычеркнули.

— Обалдеть, — устало опустилась девушка на стул. — Развели, как лохушку!

— Злишься?

— Злюсь, Синий… И расцеловать вас всех готова одновременно. Кроме командира, естественно. Макса тоже пока не готова. Поцелуй через Такса передам. Господи… Сейчас такой каменюка с души свалился! Как из чёрного омута выплыла! Словно крылья за спиной выросли!

— Ну вот… — недовольно пробурчал Такс. — Пошли образные сравнения. Кто-нибудь, заткните ей рот едой. По себе знаю, что помогает от болтливости. Да и нервы вкусняшки успокаивают. Мне, пожалуйста, две порции.

После напряжённого разговора его комментарий вызвал общий смех и дополнительные дурацкие шуточки. Когда всё немного утихло, Аксакал встал, привлекая к себе внимание.

— Мышка… Ира… — тихо начал он. — Хочу попросить у тебя прощения и как командир, и как человек. Я искренне рад, что ты с нами. Признаюсь, что моя вина не меньше во всём этом бардаке. За свою жизнь я научился командовать, Тварей бить и громко ругаться. Но опыта в других личных делах не имею. Вот и накосячил зверски. Растерялся, как…

— Последний салага! — не упустил возможности вставить шпильку Такс.

— Именно, — серьёзно продолжил Ринат. — Салага… На то есть свои причины. Любой в этой комнате больше разбирается в подобных вещах. К сожалению, в ближайшее время вряд ли что-то изменится в лучшую сторону.

— Извинения принимаются, лейтенант. Учту на будущее, — тоже встав, кивнула Мышка, протягивая ему открытую ладонь. — Служим дальше?

— Почту за честь! — улыбнулся он, крепко пожав руку под всеобщие аплодисменты.

— Минуточку, Аксакал! — испортил момент Котяра. — Судя по твоим прошлым оговоркам, получается, что майор Темникова тоже из «салаг»?

— Именно. Так что не лезь к ней! И вообще! Личные отношения у нас вроде бы как бы запрещены на Рубежах! Вы все видели на моём с Мышкой горьком примере, что правило это придумали умные люди! — сурово произнёс командир.

— Не скажи, Ринат! Не всё так однозначно! Правила не разрешают «крутить любови» среди своих. А про красивых армеек там ни слова.

— Я тебе за родственницу башку оторву!

— Ого! — удивилась Стелла, первая обратив внимание на оговорку. — Даже родственница? А по какой линии? Ну, тогда это всё объясняет.

— Неважно, — буркнул Аксакал. — Услышали и забыли. А ты, Котяра, забыл совсем про Темникову! Иначе…

— Да-да! Башку оторвёшь. Уже разминаю шейные позвонки.

— Разжалую!

— Из рядовых? Новое звание лично для меня придумаешь?

— Нет. Хоть Мышка и снова с нами, но отзывать твоё представление к званию не буду. А вот когда оно придёт, то…

— Лучше бы мне его сразу отдал, — недовольно сказал дух-хранитель. — Чего туда-сюда погонами разбрасываться? А мне на попонку и одного погончика достаточно. Капрал Такс! Звучит!

— Не смешно! Макс, я тебя предупредил! При всех, чтобы потом обидок не было!

— Понял! Разрешите выполнять! — вытянулся Гольц по стойке смирно.

— Разрешаю. А… Что «выполнять»?

— Готовить башку к отрыву. И приложить все силы к тому, чтобы быть разжалованным.

— Отставить!

— Поздняк икру метать! — рассмеялась Стелла. — Сам же недавно сказал, что неприятности от Котяры — это аксиома. А её, как известно, опровергнуть нельзя. Не веришь мне, спроси у других.

— Именно, — кивнул Жало. — Как профессорский внук подтверждаю. Есть, правда, некоторые нюансы в разных типах геометрии, но постоянно голодная переменная в виде Такса сводит все вычисления к непредсказуемому результату со множеством неизвестных задниц.

— Да ну вас всех в эти задницы! — огорчённо махнул рукой лейтенант, глядя, как народ потешается над ним. — Развели тут клуб любителей нетрадиционной математики… Надо было в Армию идти, а не в это бандформирование.

— У меня есть теперь блат в армейской разведке, — невинно хлопая глазами, предложила Мышка. — Могу посодействовать. Там гуашью рисуют… Обалдеть, как романтиШно!

— Фигушки! Не уверен, что когда обратно проситься буду, то все за меня единогласно проголосуют… А я ведь попрошусь стопроцентно! Ладно, господа капралы, будущие капралы и всякие непонятные существа. Лирические отступления закончились. Сейчас на обед, а потом жду дельных мыслей, как ретрансляторы к Кентаврам доставлять будем.

* * *

Следующим утром Темникова снова заявилась к нам.

— Мы тут покумекали, — первым начал говорить Аксакал, — и пришли к выводу, что Такс нам в помощь. Маскируем технику под брёвна и прочие природные штуковины. Такс доставляет ретрансляторы к Кентаврам, устанавливая их на расстоянии километра друг от друга. Через несколько дней проверяем их годность. Заодно проверим и теорию Котяры, что включённые приборы могут засекать Твари.

— Мысли Армии и Чистильщиков сходятся. Только есть маленькая поправочка, — сказала майор, выслушав весь план. — Проверяем наличие установок на следующий день, через несколько дней повторно, и ещё контрольная проверка через неделю. Нужно понять срок живучести установок и возможности Кентавров по их обнаружению. Хотя мне и кажется, что не чуют они радиоволны, но эксперимент должен быть полным.

— Логично, Рита. Когда ретрансляторы ваши связисты доставят?

— Послезавтра. Сейчас их впихивают в, как вы верно предложили, брёвна. Не простые, а с территории Кентов деревца для пущей скрытности. Точнее, один рабочий и один выключенный маскируют, а два других рабоче-нерабочих ретранслятора будут нормальными. Тоже для сравнения нужно.

Рядовой Котяра, задайте вопрос Таксу. Нужно знать его грузоподъёмность. Каждая бандурина весит без маскировки около ста восьмидесяти килограмм. Это армейские мощные установки, заключённые в бронированный корпус.

— Нормально. Утяну, — подал с подоконника голос дух-хранитель.

— Ой! — воскликнула Маргарита. — Ещё и разговаривает⁈

— Даже песни петь могу. Это наш маленький внутренний секретик. Но от будущей невесты Макса у меня тайн нет.

— Ещё один! Правильно говорят, что собака на своего хозяина похожа! Лучше бы ты немым был!

— Мы все иногда об этом мечтаем, — улыбнулась Мышка. — Правда, иногда его болтовня на пользу идёт.

— Макса или Такса?

— Обоих. Маргарита, я не поблагодарила тебя, пусть и за хитровывернутую, но поддержку.

— Не стоит. Приходи в гости. Женщин на базах не так уж и много, а иногда хочется посплетничать без мужчин. Посидим за тортиком, посудачим.

— Тогда и меня зови, раз тортик! — тут же отреагировал хвостатый проглот. — Я тебе такое про Макса расскажу, что ещё и с собой мне кусочек завернёшь.

— А с чего ты решил, что мне интересен рядовой Гольц? — нахмурилась Темникова. — Совсем не интересен.

— Ой! Не надо лялякать! Сама же сказала, что посплетничать собираетесь! Явно не друг друга обсуждать будете, а мужиков. Стеллу-то не позвала, потому что на Глыбу тебе плевать. Учти, я очень ценный информатор.

— Ага! В обе стороны! Обойдёмся без соглядатаев. Стелла, прошу и тебя ко мне в гости. Без чинов, как нормальные люди.

— Замётано! — добродушно ответила наша блондинка. — Хоть отдохнём с Иркой от этих мужланов и всяких хвостатых недоразумений.

В назначенный срок всё было готово к операции «Ухо», как окрестил её Такс. Прямо с территории базы он исчез с первым неработающим ретранслятором. Отсутствовал минут пять, а потом появился снова.

— Почему так долго? — обеспокоенно спросил Аксакал. — Проблемы?

— Норм, командир. Просто понаблюдал издалека за ближайшим стадом Кентов. Вроде ведут себя спокойно. Давайте второй включённый. Десять минут на лёгкий перекус и в путь отправлюсь.

На это раз Такс отсутствовал намного меньше. И появился на базе… с ретранслятором.

— Херово, — озабоченно произнёс он. — Просто поставить устройство не удалось: там несколько отрядов Тварей носились, прочёсывая местность. Ещё и от Дыры орда прёт во главе с Офицерами. Они не могли быстро найти замаскированный выключенный ретранслятор. Пойду-ка, понаблюдаю за этими лошадиными скачками. Неспроста они.

Почти час томительного ожидания. Уставший Такс жадно попил воды, а потом начал рассказ.

— Я говорил, что хреново? Накидайте к моим словам ещё кучу хренов. Первый ретранслятор на месте, но вокруг него Кентов немерено.

— А я говорила, что не в радиоволнах дело! — победно произнесла Темникова. — Эксперимент показал это!

— Ничего он, красотулечка, не показал. Лежит себе и не отсвечивает, хотя должен скоро найтись… Они ищут чьи-то следы. Я переместился на место, где ваш приборчик установить не удалось. Там та же ситуация: много рыскающих Тварей.

Недолго думая, просто сиганул на пустое место и стал ждать, мониторя окрестности. Так вот, Кентавры ломанулись тремя большими отрядами в мою сторону. Я опять прыгнул аж на семь километров. И снова гости! Очередное перемещение совершил уже для проформы, чтобы быть на сто процентов уверенным. Как думаете? Кто ко мне быстренько на свиданку поскакал, хвост задравши?

— Кентавры…

— Умница! Держи конфетку! Хотя конфетку я себе оставлю, а вот фантика не жалко. Вывод простой: меня чувствуют Твари. Точнее, их Лорд, так как простые коняшечки сразу не всполошились при первом появлении. Работает теория Макса, что нас с ним как-то можно отследить. Придётся ретрансляторы на своих горбах тащить, а мы с Котярой вам не помощники.

— Зачем вы нужны Лордам? — в лоб спросила Маргарита меня.

— Пока разбираемся с этой темой. Но однозначно нужны. И они почему-то чувствуют нас. Остальных не видят, а меня и Такса — как на ладони.

— Придётся отстранять. Жаль. Парочка хоть и бесячая, но перспективная.

— Не скажи, Рита, — возразил ей Аксакал. — Мы уже думали над этим. Котяра предложил идею… Точнее, две идеи. Одна — «ловля на живца». Это когда надо в одном месте собрать много Тварей. Для накрытия артиллерией, например. Вторая идейка — использовать в качестве отвлекающего манёвра. Пока орды тварей бегают за своим раздражителем, мы спокойно доходим до нужного места практически по пустой территории.

— Это же самоубийство!

— Такс говорит, что вытащит в нужный момент. Хотя согласен с тобой: подставиться могут неплохо. Но это их выбор, и я с ним согласен.

— Предлагаешь использовать для установки ретрансляторов отвлекающий вариант?

— Да. Кентавры очень хорошо наладили пограничную службу. Засекут любую группу обязательно, если не перекинут своё внимание на другой квадрат.

— Да… И большой отряд с танковой поддержкой не выслать. Это всё равно что салют над местом закладок устроить. Тварям на смех! Я поговорю с командованием. Если дадут добро, то…

— Извини, майор, — перебил я её. — Кажется, полковник Шеллер звонила нашему полковнику, и есть договорённость, что армейские лишь дают нам задание, не вмешиваясь в его исполнение. Так что ты показала направление, а мы уж без тебя разберёмся.

— Рядовой! Я как координатор…

— Будешь плевать на приказ своего непосредственного начальства? — снова перебиваю её. — А как же воинские уставы? Или они только в твою пользу действовать должны?

— Разберусь! Без моего ведома ничего не начинать! Всего хорошего! Мне пора!

— Обожаю, когда вот так Ритка бесится, — довольно улыбнулся Ринат, когда мы остались наедине в его кабинете. — Я в детстве тоже любил над ней подтрунивать. Но это сейчас к делу не относится. Я за пару дней подготовлю вылазку, чего бы там эти строевые ни решили.

— Армейское прикрытие придётся оповестить. А оно без приказа и шагу не ступит.

— Оно нам не нужно. Двинемся малой группой, втихаря зайдя на территорию Кентавров. Что-то слишком умные Твари стали… А если тоже мониторят нашу сторону? Твоя задача — устроить отвлекающий манёвр, ориентируясь на маршрут группы. А его я вижу так…

Почти сутки мы с остальными капралами потратили на составление планов. После предъявления его начальству полковник Дамбаев дал добро на выход. Кажется, всё срастается. Насколько? Покажет завтрашний день…

Глава 10

— Всё. Теперь своим ходом, — сказал водила, что доставил нас с ретранслятором к границе Кентавров. — Через семьсот метров начинается зона Дыры, и мой броневик засечь могут. Твари очень нервно на всякую технику реагируют. Видимо, у них в башке хорошо отложилось, что можем пальнуть из чего-то крупнокалиберного и дальнобойного.

— Спасибо, Винт! — первым спрыгнув на землю, поблагодарил его Аксакал. — Расчётное время возвращения — два часа. Если в него не уложимся, то уезжай на базу, так как ждать больше некого.

— До вечера подожду. Приказ Будды. Он тут за много лет всё вдоль и поперёк излазил, поэтому знает, что говорит. Бывает, что километр в пять превращается, когда от Кентов зигзагами уходишь. А если ещё и на пузе, да вдогоночку по часу отсиживаться в какой-нибудь норе… Ну, должны понимать, какое это времясжиралово.

— Добро. Выгружаем установку!

Сегодня группа идёт неполным составом. Только одарённые, могущие постоять за себя на открытой местности. Главная задача — как можно меньше привлекать внимания. Поэтому и ограничились минимум бойцов. Стелла, несмотря на всё своё недовольство, осталась старшей на к казарме. А вот Гоге и Бордо подфартило: включены в транспортировочную команду.

Груз реально тяжёлый и очень неудобный для переноса. Вдвоём на такую дистанцию его не дотащить, поэтому нести будут все попеременно, разбившись на пары. Исключение составляем лишь мы с Таксом. У нас свой маршрут, который, в отличие от остальных задач группы, должен быть как можно беспокойней. Чем больше Кентавров оттянем на себя, тем лучше.

— Повторю задачу, — тихо сказал лейтенант, окинув всех внимательным взглядом. — Углубляемся на территорию противника. Скрытно проходим километр и оставляем ретранслятор. Возвращаемся тем же маршрутом. По возможности, конечно. Если будут неприятные сюрпризы, то делимся на две группы, командирами которых буду я и Синий. Моя прикрывает отход. Ну, это на всякий случай… Выбираемся из зоны любыми способами, стараясь не вступать в бой. Не геройствовать. Мне нужны не ваши посмертные медальки, а целые головы.

Такс, Котяра. Появляетесь в трёх километрах от точки закладки ретранслятора и делаете всё, чтобы вас заметили. Как только соберёте вокруг себя приличное количество Тварей, расчистив нам дорогу, Такс сообщает об этом, и мы начинаем движение по маршруту. Вопросы?

Вопросов ни у кого не возникло. Всё уже разжёвано несколько раз и чётко засело в мозгах вместе с планом местности. И вот мы с духом-хранителем стоим посреди унылой степи, наблюдая колючие кустарники, устилающие землю. Всё блёкло-коричневое, унылое. Сильный ветер носит пыль и остатки какой-то растительности. Мерзкие скрипящие звуки раздаются то тут, то там. Это от редких деревьев, больше похожих на вставшего на голову осьминога.

Да уж… Лорд Дыры реально до такой степени старый и мощный, что хоть и не совсем выключил свою подконтрольную территорию из земной реальности, но и от нашего мира тут мало чего осталось.

— Идут… предупредил меня Такс, к чему-то прислушиваясь. — Около десятка Кентов. Прямо от солнца. Местный пограничный разъезд. Минуты полторы до контакта, Генерал.

— Мало. Ждём. Как только появятся, уничтожаем, но с места не сдвигаемся, — ответил я, передёргивая затвор станкового пулемёта, который мы приволокли с собой.

Твари прибыли точно по расписанию. Я нажал на гашетку и несколькими длинными очередями уложил практически всех Кентавров, не дав им приблизиться на расстояние выстрела из луков. Оставил в живых всего лишь одного. Как и предполагалось, он резко развернулся и ускакал за подмогой.

— Такс, сколько ждать следующую группу?

— Группы. Три штуки, но пока далеко. Минут пять есть.

— Минируем, — приказал я, развязывая огромный баул с маленькими противопехотными минами. — Весь периметр вокруг нас охвати, только близко не разбрасывай, чтобы самим не досталось.

— Ещё гавкать меня поучи! Без тебя знаю.

Успели вовремя. Три группы, увидев пулемёт, резко затормозили. Видимо, сбежавший им точно обрисовал ситуацию.

— Подмогу ждут, — прокомментировал их поведение Такс. — Ещё пять… Нет! Уже семь групп к нам прутся. Все с Офицерами. Может, пройдусь по командирам? Луки у них уж больно дальнобойные.

— Не суйся в толпу. Хватит пары точных попаданий, чтобы тебя из игры выключить. Ты хоть и бессмертный, но несколько десятков лет полудохлой крысой проваляешься, восстанавливая тело и силы.

— Героически раненным бойцом, а не крысой! Но ты прав, мне сытым и здоровым больше нравится.

— Во-во! — кивнул я. — Оптика на пулемёте есть, поэтому сейчас одиночными выстрелами оприходую офицерьё.

Командиров Кентавров легко было вычислить среди толпы по внушительным размерам и огромной скорости передвижения. Девять Офицеров… Нормально! Перещёлкал их, как воздушные шарики в тире. Потом снова бил короткими очередями, нормально пристрелявшись и стараясь не тратить впустую боезапас. Всех не получилось, но минное поле охладило пыл Тварей, уже размечтавшихся о скорой расправе над человеком, осмелившимся ступить на их территорию.

Взрывы, гортанные крики, больше похожие на клёкот встревоженного воронья и полная неразбериха в рядах Кентавров были усладой для моих ушей и глаз. С удовольствием добавил к этому длинную очередь из пулемёта от фланга и до фланга противника. Потом прошёлся в обратную сторону. Твари не выдержали и, задрав свои хвосты, бросились в паническое бегство.

— Это ненадолго, — предупредил меня Такс. — Уже не отдельные отряды, а целый табунище прёт в нашу сторону. Могу слегка ошибаться, но пять сотен рыл наберётся легко.

— То что надо. Сообщай Аксакалу, что можно выступать. И прихвати ещё пару-тройку пулемётных коробок.

— Я у водилы БРТа ещё могу станковый гранатомёт с башни снять. Лишние пару минут без меня потерпишь?

— Легко. Штука нужная.

Дожидаясь Такса, коротал время уничтожением недобитых Тварей, что старательно притворялись мёртвыми. Больше не притворяются. Потом, с появлением духа-хранителя, замудохался устанавливать станковый гранатомёт, что достался мне без этого самого станка. Кое-как выровнял на бугристой поверхности земли, придавив «пятак» основания тремя большими камнями.

— А чего ты хочешь? — стал оправдываться Такс. — Эта модификация к башне приделывается, а башню отдельно от БРТа я не мог притаранить.

— Да понимаю всё! Но в следующий раз стоит оборудовать джип. Дотащишь?

— Обижаешь. Только тебе не неповоротливый джип армейский нужен, а лёгкий, манёвренный и очень скоростной багги. Самое то гонки с Кентаврами устраивать.

— Согласен! Потом на базе подумаем, как это осуществить.

— Ага. И пулемёт, и гранатомёт, и ещё какие-нибудь полезные вещи прицепим. Эх… — взгрустнул Такс. — Жаль, Глашенька моя далеко. Она в этих делах мастерица.

— Сам по всем скучаю. Ничего! Когда домой вернёмся, то…

Договорить не успел. Вдалеке вначале показались плотные столбы пыли, а потом и сами Твари, которые, казалось, заполонили весь горизонт.

— Где ж мы столько хоронить будем? — задумчиво произнёс Такс.

— Оставь это приятное занятие Лорду. Сейчас подпускаем поближе и валим из гранатомёта кого сможем. Боеприпасов к нему кот наплакал, поэтому сразу переключаемся на пулемёт. Ты на подносе патронов. Как только Кенты поравняются с остатками минного поля, переносишь нас на четыре километра вдоль границы. Только не в сторону Аксакала. Уводим гадов подальше от наших.

Обожаю большие игрушки. Да, гранат у нас было всего два десятка, но точно выпущенные в цель, они наделали много бед среди Кентавров. Стена из взрывов снесла первые пару рядов. Остальные Твари попытались было остановиться, но ничего не видящие, скачущие позади во всю прыть их сотоварищи не успели вовремя среагировать, и образовалась превосходная куча-мала.

Вот тут уже пулемёт стал собирать свою дань с непрошенных гостей. Эх, жаль, что не мечом орудую! Столько офицерья Лорд прислал, что мог бы на нём прокачаться неслабо.

Дожидаться, пока Кентавры доберутся до минного поля, не стал. Когда осталась всего одна пулемётная коробка с патронами, приказал духу перемещаться.

— Такс, глянь-ка… Там наши не пришли? И ещё боезапас прихвати, — попросил я его на новом месте.

Но он вернулся пустым.

— Группа Аксакала вышла из зоны и скоро будет у машины. По рации водиле сообщили. Дело сделано.

— Что-то быстро они. Всего сорок минут прошло. Ладно. Возвращаемся.

— Погоди, Макс! А как же трофеи?

— Какие, на хрен трофеи⁈ Скоро здесь будет целая орда, которая с удовольствием нас самих затрофеит, а потом разделает на полуфабрикаты!

— Это здесь, а на старом месте только трупы остались. Чего добру пропадать? Хвосты и копыта лежат и ждут, чтобы стать звонкими монетками в наших карманах! Порадуем старика Берлиоза?

— У нас будет не больше пяти минут. Потом Кенты кинутся обратно.

— Сколько ни соберём — всё лучше, чем ничего.

— Уговорил.

Снова оказавшись на месте побоища, разошлись с духом-хранителем в разные стороны. Привычно орудуя мечом, за три минуты я оприходовал около тридцати туш. Ещё пару минут Такс доставлял части Тварей к Берлиозу. Когда на горизонте опять заклубилась пыль, поднятая возвращающимися Кентаврами, мы с чистой совестью переместились к БТРу.

Вся группа была уже здесь, тяжело дыша после быстрого бега.

— Как прошло? — поинтересовался я у лейтенанта.

— Как на прогулке, Котяра. Ни одной Твари на пути. Ретранслятор установили, свои следы вокруг него уничтожили и бегом в сторону границы. Хотя можно было бы и вразвалочку пройтись. Слышали грохот с твоей стороны. Видать, серьёзно хулиганил, раз не то что Кентавры, а даже жучки-паучки нам не встретились. Работает новая тактика!

— Работает, но требует улучшения. Потом обсудим.

По прибытии на базу сразу же отчитались перед Буддой и майором Темниковой, ожидавших нас в штабе Чистильщиков. Маргарита была явно не в духе. Понять можно: мы же через её голову, не уведомив об операции, ушли к Кентаврам. Но, к чести девушки, молчит, не высказывая претензий.

— Лейтенант, когда второй доставите? — наконец поинтересовалась она.

— Третий. Такс проверил свой первый ретранслятор, и он до сих пор лежит нетронутым.

— Странно… Прямо же под ногами у них был.

— Разберёмся со странностями, когда все отнесём, — беспечно махнул рукой Аксакал. — А выход хоть завтра организуем.

— Завтра не стоит, — возразил я. — Пусть Лорд немного успокоится и отведёт основные силы к Дыре. Так больше вероятности, что вас не засекут. Такс проконтролирует.

— Он снова всполошит Кентавров, — не согласилась майор.

— Вряд ли. Он же и раньше появлялся на очень короткое время, но никто не дёргался. По его подсчётам, минута до обнаружения в запасе есть.

— Так может, его сразу к Дыре отправить? Чего бойцами рисковать? Тут минуточка, там минуточка… Глядишь, общую картину и составим.

— Такой старый Лорд сразу почувствует моего симбиота около себя. Там, уверен, уже другие законы физики работают. И может сильно подставиться мой дружбан.

— С чего такая уверенность, Котяра?

— Рита, ты в Дыре Д4 бывала? — за меня спросил Аксакал.

— Нет. Не пускают и в простенькую.

— А я бывал и полностью согласен с Котярой. Другой мир вокруг неё. Реально другой. Сюда только отголоски его долетают. Поэтому придётся производить разведку боем и молиться всем богам, чтобы получилось уйти живёхонькими.

— На полигоне в Петербурге тоже Дыра, но она нормально воспринимается.

— Потому что Лорд там мирный и убирает своё воздействие, когда люди рядом. Ты же из разведки и должна знать подобное.

— Информацию изучала, но мозг отказывается понимать, как такое может быть. Верх всегда остаётся верхом, даже если на голову встать. Только местами поменяется с низом. Шаг вперёд не может отбросить на три, когда три шага назад оказываются тремя шагами назад. Даже если мы не можем контролировать пространство, то мы можем контролировать своё сознание. Течение времени не должно быть разным у людей, стоящих плечом к плечу.

— Именно так всё и происходит, Рита. После агрессивной Д4, полностью перестроившей вокруг себя кусок нашей реальности, я неделю пластом лежал, хотя физически был в полном порядке. Это не описать, если не побывал в подобной ситуации. Хочешь честно? Я до колик в желудке боюсь снова подходить даже на пару минут к такому старому Лорду.

— Можешь отказаться.

— Извините, майор… Вы дура: такое МНЕ предлагать?

— Прошу прощения. Автоматически вырвалось. Ринат, не обижайся.

— Уговорила. Лучше скажи, есть ли у вас что-то быстрое, манёвренное и на четырёх колёсах? Котяре для дела нужно.

— Найдём. Бронированных джипов хватает.

— Не пойдёт. Нужно не монстра на колёсах, а что-то типа багги.

— Нет. Тут весь автопарк основательный. Максим, ты же по территории Кентавров гонять собрался?

— Ага.

— Тогда если только броню поснимать. Но развесовка нарушится, что на пользу не пойдёт. Нужно всю ходовую перестраивать, а то сковырнёшься на первом же крутом повороте. Работы не на одну неделю: необходимых запчастей для такого баловства у нас нет, и придётся тащить их из Перми.

— Плохо. Значит, просто найдите что полегче.

— Меньше шести тонн — не надейся. На разгон больше девяноста километров — тоже. И это будет примитивный бензиновый двигатель, который при мощности в двести лошадок жрёт горючее, как твой Такс сгущёнку.

— А откуда ты знаешь, что он её любит?

— Ну… — смутилась девушка, — В гости приходил. Я ж не знала тогда, что он такой разговорчивый!

— А как тогда поняла, что сгущёнку уважает?

— Он её в зубах принёс и смотрит так грустно-грустно. Я открыла банку. Вылизал всю за несколько секунд, а потом опять ещё грустнее смотрит. Я из своего НЗ и отдала… Потом тушёнку, галеты. От самоподогревающейся перловки почему-то отказался.

— У него с ней нехорошие ассоциации, — хмыкнул я, вспомнив наше кулинарное бодание на казанской базе. — Рита, ты его сильно не прикармливай, а то обожрёт и не заметишь.

Спроси у Мышки со Стеллой. Они Такса любят безумно, но эту прожорливую скотину тоже стали в еде ограничивать. У него ж чувство насыщения приходит лишь тогда, когда больше ничего не остаётся. И это не только физиологический момент, но и психологический тоже.

— Долго голодал, наверное.

— Ага. А ещё обожает через еду манипулировать. Пойми, что он не простая собака, а симбиот с вывернутым образом мышления.

— Сам ты вывернутый! — возмутился появившийся из ниоткуда Такс, заставив всех вздрогнуть. — Я же особенный, оригинальный. Да что говорить! Если отбросить присущую мне ложную скромность, эксклюзивный! Макс, я от Берлиоза. Что-то он разволновался сильно. Бегает, руками размахивает и матерится по-еврейски.

— Это как?

— Громко. Слов не знаю, но явно не молится.

— Скажи ему, что вечером буду.

— Уже сказал.

— Я меня спросить никто не забыл? — нехорошо прищурился полковник Дамбаев, с интересом прислушивающийся к нашей болтовне. — В ночное время выход вне состава группы запрещён.

— А мы не в город. Мы к Фаршу. Делов-то на полчасика.

— Ну да… С твоими-то талантами, рядовой Такс, внезапно появившихся Тварей бояться нет смысла.

— Верно. И, кстати, многоуважаемый Тамир Арданович, хочу поговорить насчёт «рядового». Как-то унизительно лучшему симбиоту Рубежей ходить не пойми кем. Давайте начнём повышать меня в звании? Начнём с…

— Сгинь, зверюга! — шибанул полковник кулаком по столу. — Ещё одно слово и отправлю сортиры чистить!

— Ой, какие мы все нервные… — сказал блохастый, исчезая.

— Аксакал, — повернулся Будда к командиру, — ты как с этим нахалом уживаться умудряешься?

— Хорошо, если честно. А ещё честнее: привык и к Таксу, и к его хозяину. Котяра ещё хуже, если разобраться.

— А я всегда это говорил! — раздался голос из пустоты.

— Смотрю, — нахмурился Будда, — некоторых туалеты не пугают. Жрать, говорят, любишь?

— Опа… Мне не нравится ход ваших мыслей, — снова появился Такс во всей красе. — Кажется, я действительно погорячился. Обещаю, что подобное не повторится. Простите наивного, простодушного пёсика… В последний раз. А?

— Только из-за уважения к Аксакалу! Брысь!

— И надолго его хватит? — поинтересовался Ринат у меня.

— Он же сказал, что такое в последний раз. А обещания свои привык держать. Правда… Тут нужно давить по всем пунктам до конца. Не уточнили по срокам «последнего раза». Вполне возможно, что только за сегодня. Если повезёт, то за эту неделю. Но я бы не обольщался.

— Как есть Чистильщик! — рассмеялся полковник, услышав эту информацию. — Наш человек… Хотя и не человек тоже. Ладно. Отдыхайте все. Котяра, передавай от меня привет Фаршу. Спасибо за службу, бойцы.

Глава 11

Вечерний визит к Фаршу принёс несколько интересных открытий. При нашем появлении старик Берлиоз горестно вздохнул и пригласил за стол.

— Котяра! Я таки понимаю, шо у вас с Таксом имелись свои резоны, но зачем ими гробить мою семью, неся что ни попадя в приличную лавку⁈

— Не понимаю пока сути, — честно признался я. — Кажется, была договорённость о сотрудничестве? Да и не херову тучу частей Кентавров доставили. Если ваши складские объёмы не позволяют…

— Вот именно, что херову! — воскликнул старик, перебивая меня. — Я вам расскажу! Я вам сейчас всё расскажу, а потом вам станет стыдно на несколько процентов от сделки! У меня есть внучка Цилечка. Очень приличная девочка… шестнадцати годков, кстати. Гордость дедушки и красавица. А как готовит! Правда, со зрением небольшие проблемы — близорука… Но сегодня я впервые хотел, чтобы Циля ослепла на оба глаза!

Девочка поругалась с мальчиком, у которого оказался интерес не к её талантам, а к деньгам семьи. Девочка пошла в лавку к любимому дедушке за утешением. Так как этот мальчик, поц недоделанный, расстроил сильно, то много плакала, сняв очки. Вошло невинное создание сюда, именно в эту самую комнату. Увидела гору, сами знаете чего. Взяла одну штучку рассмотреть поближе. Поднесла к носу… И тут её глазки моментально просохли!

Когда я из спальни услышал дикий вопль и звук падающего тела, то сразу же прибежал. Страшная картина! Моя Цилечка лежит на полу без сознания, сжимая в руке ТО САМОЕ! И всё это на фоне ещё двадцати ЭТИХ, кучей сваленных посреди комнаты! Я сам чуть рядом не прилёг!

— Не двадцать, а двадцать один, — невозмутимо сказал Такс.

— Ой, не надо меня держать за идиота! Ровно двадцать и один в руке у Цили. Всё уже посчитано.

— Она что, — спросил я, — никогда не видела копыт и хвостов? У тебя, Фарш, подобного добра в лавке хватает.

— А кто говорит за хвосты? Я про гениталии!

— Чьи?

— Мои… Точнее, Кентавров, — пояснил Такс. — Хотя такое полуметровое «достоинство» и сам бы не отказался иметь.

— Не понял… Ты члены Тварям отрубал, пакостник⁈

— От восьмидесяти процентов выгоды даже бессребреники не отказываются. Да. Доставил их сюда вместе с твоим неликвидом.

— Хм… Надеюсь, хоть не откусывал от Кентов?

— Зачем? — трансформировал Такс переднюю лапу, предъявив нам кинжальной длины когти. — Чик! И готово!

— Понятно…

— А мне непонятно! — взвился Берлиоз. — Что мне теперь с Цилей делать⁈ Правда, косоглазие у неё резко прошло, но какая психологическая травма!

— Она ещё и косоглазая была?

— Да, Котяра! Но только на левый глаз. Правый почти нормальный: я ж говорю, что красавица.

— Получается, уважаемый, — подвёл я итоги, — мы БЕСПЛАТНО вылечили твою внучку. Ты же халатно отнёсся к своим обязанностям и как дед, и как наш партнёр, раз не предусмотрел возможные последствия и не оговорил заранее место доставки товара. Кажется, это тебе нужно процент нам увеличивать, а не нам двигаться. В знак благодарности за исправленное зрение Цили.

— А откуда я знал, что вы этой гадости столько припрёте? Хотя, конечно, вещь дорогая и нужная, но редко кто членами промышляет. Брезгуют. Как торговец я против этих предрассудков, но как бывший Чистильщик понимаю народ.

— Это уже не наши проблемы. Если не хочешь, то больше Такс их приносить не будет. Мне и самому неприятно с подобным связываться.

— Как это «не будет»⁈ Пусть несёт и много! Я потом покажу, где складывать.

— А мы покажем, куда складывать наши денежки! — в тон ему ответил Такс. — Много сегодня заработали?

— Если груз дойдёт до Соликамска полностью, то девяносто три тысячи шестьдесят две копейки. Это только на гениталиях. Остальные части тел ещё не подсчитал, но на тридцатку наберётся точно. Хороший улов! Надо будет под него дополнительный грузовик у армейских попросить.

— Подожди, — остановил я Берлиоза. — Думаю, что в ближайшее время ещё насобираем всякой всячины. Намечается несколько серьёзных выходов к Кентаврам.

— Бальзам на мою истерзанную душу! Если в таких же объёмах, то освобожу несколько складских комнат с залежалым товаром. Не хватит места — распихаю по родственникам. Осталось выяснить, что делать с Цилей. Девочка почти час икала и мыла руки!

— Про своего меркантильного ухажёра больше не вспоминает?

— Какие мальчики после таких вещей перед самым носом! Насилу успокоил, объяснив, сколько стоит её стресс. Даже два подарил. За них могу деньги хоть сейчас отдать.

— Зачем ей⁈

— Не затем, о чём вы подумали. Она приличная еврейская девочка и уже продала их моему коллеге-племяннику по очень хорошей цене. Видно, пора её привлекать к бизнесу.

— Вот и славно! Нам пора на базу. Циле привет! Хотя… — неожиданно вспомнил я про недавний разговор. — Фарш, у вас тут случайно ни у кого не завалялся небольшой, но мощный джипчик с открытым верхом или кузовом. Я б прикупил себе такой, если цену задирать не будут.

— У меня и есть. Хотел приспособить лет шесть назад для транспортировки груза в Соликамск, но затея оказалась дурной. Техника почти не пострадала, а вот люди из неё исчезли насовсем.

— Покажешь?

Долго упрашивать старика не пришлось, и вскоре я лицезрел именно то, что мне нужно. Багги! Настоящий четырёхместный багги! Защитные дуги, правда, погнуты местами, решётка радиатора и фары в хлам, но завёлся с полтычка после установки аккумулятора.

— Сколько хочешь? — сразу спросил я.

— Шестьдесят тысяч, Котяра. Я в них плохо разбираюсь, но знающие люди говорят, что сделан был для профессиональных ралли-рейдов. К сожалению, скорость и проходимость экипаж не спасла.

— Дорого! — моментально начал торговаться Такс. — Состояние хреновое. Тридцатку максимум стоит.

— Верно. Тридцатку. Но это на «большой земле». У нас крупногабаритный товар обходится в два раза дороже из-за сложных условий доставки. Я сам брал почти за стольник. Если у вас есть наличка, то могу десять тысяч скинуть. Если же хотите взять в счёт будущего проданного товара, то шестьдесят и ни копейкой меньше. Здесь банковские карты из-за отсутствия нормальной связи не действуют, и придётся проводить операцию купли-продажи через Соликамск. Дополнительный геморрой, время и расходы. Мне оно надо забесплатно?

Я всерьёз задумался. С одной стороны, цена не настолько и велика — мог себе позволить подобные расходы. Но из налички, как верно подозревает Берлиоз, имеются лишь суточные Чистильщиков. Они немаленькие, если учитывать, что мы практически на всём готовеньком живём, только не до такой степени шикарные.

Дилемма… К тому же багги выглядит очень непрезентабельно, несмотря на ровный рокот мотора. А если фуфло гнилое? Тут нужен специалист для экспертной оценки. Лучшие в этом плане армейские механики, умудряющиеся в полевых условиях чинить любую технику. Надо идти на поклон к ним. Точнее, к майору Темниковой, чтобы выделила знающих людей.

Взяв отсрочку для раздумий, на следующий же день и завалился к ней в гости. Выслушав меня, Маргарита внезапно оживилась, предложив свою помощь.

— Макс! Какие на фиг механики⁈ Я сама в этом деле рублю не хуже их. В юности увлекалась ралли. Правда, потом тётя Зина запретила, за учебники засадив.

— Тётя? А родители что?

— Отдельная песня. Воспитывала меня она. Ты с ней знаком — Зинаида Шеллер. Наша полковник.

— Как интересно у вас всё сложилось. Теперь понятно, почему ты целая майор.

— Ничего тебе непонятно! — нахмурилась девушка. — Майором стала сама по себе. А Шеллер с меня три шкуры спускает «по-родственному» за каждый просчёт.

— Извини, если ошибся в выводах. Когда аппарат посмотреть сможешь?

— Есть два часа свободных. Сейчас соберусь и пойдём.

Идти никуда не пришлось. Такс переместил, вызвав у Маргариты настоящий восторг от такого маленького путешествия. Но ещё больше ей понравился багги.

— Обалдеть! — аж присвистнула Темникова. — Это же «Суслик 4С». Раритет, на котором уже лет пятнадцать не гоняют. Ижорского завода машинка! Модель старая, но отличная в здешних краях. Простая, как лом и неприхотливая в обслуживании. Регулируемая подвеска, бензиновый движок в сто пятьдесят лошадиных сил. Разгон в районе шести секунд… Из минусов: полное отсутствие вспомогательной электроники и постоянный полный привод, дополнительно пожирающий топливо на простых участках.

— Теперь вижу, что разбираешься, — довольно кивнул я. — И сколько такое стоит?

— В Петербурге тысяч двадцать. А вот тут может до семидесяти пяти доходить.

— А я за шестьдесят предлагаю! — гордо обозначил себя Берлиоз.

— И правильно делаете, уважаемый. Ещё десятку вбухать в починку придётся. Так что цена адекватная. А если, как хочет рядовой Котяра, на «Суслика» ещё вооружение установить, то под всю сотню выйдет игрушка.

— Под сотню? — задумчиво почесал я репу. — Что-то перебор. С Фаршем мы по бартеру договоримся. А вот как с вашими армейскими быть? Возиться с чужим личным транспортом никто не будет. Вы ж уставные с ног до головы.

— Не будут, — согласилась Маргарита. — Я буду! Имею право на личное хобби! Соскучилась по этим железякам! Смотрю, ты вообще плохо разбираешься в некоторых хозяйственных вещах. Покупай «Суслика» за свой счёт. Ставь его на баланс Чистильщиков. Если останешься жив, после окончания службы оставишь на базе и получишь компенсацию. Она, пусть и не полностью, покроет твои расходы. Заодно будешь иметь законное право оснастить вооружением. Это уже бесплатно сделают до последнего винтика.

— Верно, — подтвердил её слова скупщик. — Получается полностью неубыточное вложение средств. Да ты и так их отобьёшь на трофеях. Ну что? Составляем договор?

И завертелось! Почти неделю Темникова, сменив офицерскую форму на технический комбинезон, всё свободное время приводила в порядок моего «Суслика». Даже умудрилась выговор за недосып получить от суровой, но справедливой полковника Шеллер.

Мы с Таксом, в меру своих возможностей, тоже помогали ей. Хотя, признаться, больше это делал Такс, кое-чему научившийся у Глашки. А я больше был на подхвате, подавая ключи и откровенно любуясь Ритой. Без этого своего заносчивого вида, в простом комбинезончике и с измазанным машинным маслом лицом она мне казалась даже милее, чем раньше.

Постепенно наши отношения переросли из напряжённых в приятельские. Даже жаль стало, когда «Суслик» был полностью готов к эксплуатации. Стоит, зараза, сверкает свежевыкрашенными дугами и новыми фарами. Сверху присобачен крупнокалиберный пулемёт, который за минуту можно заменить на гранатомёт. По бокам и сзади свесились ящики с боеприпасами.

— Красота… — вздохнула Рита. — Завидую тебе, Макс. Будешь по полям гонять на нём, а я тут юбку в штабе протирать…

— Рано ещё гонять! — подмигнул я ей. — А тест-драйв? Надо за городом опробовать. Вдруг есть недоделки?

— Нет! — категорически ответила она. — За свою работу отвечаю!

— А вдруг? Считаю, что опытный механик должен… или должна сама убедиться на испытаниях в этом. Как думаешь, нормальная причина отпроситься у Шеллер на прогулку?

— Ах, вот ты о чём? — наконец-то просекла фишку девушка. — Тогда, конечно, недоделки могут быть! Даже несколько, которые за одну поездку не выявишь! Будет очень неприятно. Прямо пятно на моих совести с репутацией, если ты из-за них погибнешь на задании. Так тёте Зине и скажу! Не уходи! Я быстро!

Быстро не получилось. Где-то час ждал Маргариту. Она появилась вся взмыленная, но довольная.

— Ух! Как на войне побывала! Тётушка вначале разоралась, но я тоже не лыком шита. Разрешила. Правда, всего одну поездку на часик с постоянно включённой армейской волной и при обязательном присутствии Такса. Только и это мне в кайф. Сейчас загрузим боекомплект и рванём!

Проблема нарисовалась на ровном месте. Когда я доложил Аксакалу о предстоящем испытании «Суслика», то он резко воспротивился этому. Точнее, не самому испытанию, а участию в нём Темниковой. Мы с Ринатом даже поорали друг на друга. Лишь звонок по внутренней связи полковнику Шеллер примирил командира с неизбежным.

— Хоть один волос упадёт с её головы — прибью, — мрачно пообещал он. — Ты притягиваешь Тварей. Почувствовали, что возникает Дыра — сразу дёру. Без геройства! Ещё лучше, если Такс затащит вас в безопасное место. По моему глубокому убеждению, таких мест всего два: наша и армейская базы. Вопросы?

— Разрешите бегом? Меня там девушка ждёт.

— Не девушка, Котяра, а майор! Беги. Рита ангельским терпением не отличается.

Выехали за пределы армейской базы. Темникова, сразу узурпировав водительское место, сначала попугала прохожих Чердыни, а потом рванула за город, в разрешённый для испытания квадрат. И тут сразу стало ясно, что она имеет не только опыт, но и явный талант к вождению. Хорошие дороги — это не для неё! Мы носились то по буеракам, то между деревьями, не снижая скорости и закладывая такие виражи, что Таксу даже пришлось принять боевую ипостась.

В нормальном собачьем виде не получалась у духа-хранителя удержаться на единственном заднем сиденье — пару раз теряли его. Конечно, Такс быстро возвращался, но настроение его от таких полётов не улучшилось, и он постоянно ныл о неблагодарных попутчиках.

Рита время от времени с интересом косилась в мою сторону, явно желая увидеть испуг на особо опасных поворотах. Зря старается. После Глашки у меня выработался не только иммунитет к бешеной скорости, но и укрепился вестибулярный аппарат.

Где-то через полчаса гонок по пересечённой местности девушка неохотно остановилась, чтобы уступить место водителя мне.

— Держи руль, — грустно вздохнула она. — Тебе пользоваться «Сусликом», поэтому постарайся сейчас выжать из него все соки. Заодно посмотрю, как справляешься с управлением, и при необходимости дам ценные советы. Машина устойчивая, но не хватало ещё, чтобы ты по дурости на ней перевернуться умудрился.

Не успел я вылезти с пассажирского места, как внезапно ожила рация на приборной панели.

— Это восьмёрка! Разведгруппа капитана Анистовича! Всем! Всем! Всем! Нужна помощь! Только что покинул пределы зоны Кентавров. Нас преследуют! Девятнадцатый квадрат! Есть потери! Занимаем оборону на старой ферме! Боеприпасы на исходе!

— Дежурная группа Чистильщиков! Будем через полчаса… Северный механизированный патруль! Юра, моим БТРам ходу пятнадцать минут, — тут же послышались голоса наших и армейских групп.

— Не успеваете. Десять минут для нас будет чудом продержаться. Передайте в разведотдел, что в зоне Лорда Кентавров есть ещё Дыры, кроме основной. Одну засекли точно в двадцать седьмом квадрате. Прощайте, братцы… — грустно ответил капитан.

— Такс! — лихо запрыгнув на водительское сиденье, поинтересовалась Темникова. — Ты до них нас дотащишь?

— Как нефиг делать.

— Хочешь отвлечь Кентов от наших? — сразу же понял я её замысел.

— Есть возражения, Котяра? — нахмурилась майор.

— Ещё чего! Ты за рулём, а я у пулемёта. Близко не приближайся. Поддержим дружественным огнём спецназ и постараемся оттянуть на себя Тварей.

— Тогда пристегнись, чтобы на повороте случайно из машины не выбросило. Боюсь, что вернуться за тобой можем не успеть.

— Не учи учёного, армейка! Сама педали не перепутай! Такс! Перемещение!

— Есть, Генерал!

Мы оказались примерно в трёхстах метрах от небольшой, давно заброшенной фермы. От неё остались практически одни руины, но это лучше, чем оборонятся в открытом поле. Всё правильно сделал Юрий.

— Далеко, — быстро оценил я обстановку, наблюдая за началом боя. — Тварей всего с два десятка и можно их расстрелять с близкого расстояния. Да и спецура из фермы поможет.

— На подходе ещё около сотни Кентавров, — выдал неутешительную информацию дух-хранитель. — Часть из них — Офицеры.

— Много… Видать, что-то важное нарыл капитан, раз даже на нашу территорию таким отрядом гады заявились. Значит, меняем планы. Главная задача — не положить всех Кентов, а сделать всё возможное, чтобы они не добрались до спецназа в обход нас. Устраиваем эвакуацию под прикрытием.

Я взял матюгальник рации и выдал в эфир.

— Восьмерка! Это Котяра! В нескольких сотнях метров от вас.

— Рад слышать, Котяра! — тут же откликнулся Юрий. — Жизнь налаживается!

— Не совсем. На подходе ещё Твари в большом количестве. Как только начнём гробить ваших, отступайте.

— Не вариант. Раненых пятеро.

— Хреново. Значит, нужно, чтобы просто отошли под шумок от места боя. Метров на пятьсот сможете?

— Доползём.

— Со мною Такс и автомобиль. Сколько вас?

— Девять бойцов.

— Нормально. Комфорта не гарантируем, но задницы спасём. Начинайте отступление, как только мы ввяжемся в бой.

— Принято.

— Рит! Давай-ка прямо к Кентаврам лихачь, — приказал я Темниковой. — Помни про стрелы: достаточно одного их точного попадания, чтобы ты не смогла стать моей женой.

— Я тебя потом пошлю. Сейчас некогда, — беззлобно огрызнулась девушка, азартно вдавив педаль газа в пол. — Держитесь, мальчики!

Глава 12

Не успела ещё майор подлететь к Кентаврам, как я открыл по ним огонь из пулемёта, отслеживая Тварей через оптический прицел. Ещё и ребята с фермы оживились, внеся дополнительную сумятицу во вражьи ряды, перед тем как отойти в назначенную точку встречи.

Несколько взрывоопасных стрел Кентов прошли мимо, хоть и в опасной близости от нас. Точнее, Рита легко от них увернулась, несясь на всех парах и выкрикивая непристойности, которые не нужно знать приличной девушке.

Кентавры напрочь забыли о спецназовцах и полностью сосредоточили внимание на нашем «Суслике». Не помогло им это. Вскоре только задранные кверху псевдокопыта напоминали о том, что здесь когда-то бегали живые Твари.

— Восьмёрка! Как успехи? — обратился я к Анистовичу.

— Ползём. Двое «тяжёлых»… Носа не высовываем: боекомплекта осталось только пулю в лоб себе пустить.

— Сейчас подберём. Замрите, где лежите.

Но облако пыли, поднятое кем-то, дало ясно понять, что беспроблемно слинять не получится.

— Отставить, восьмёрка! Ползите ещё быстрее! Основные силы Кентов резво подходят!

Хотел было сказать Таксу, чтобы доставал гранатомёт, но он и без меня всё прекрасно понял. Я быстро заменил пулемёт на более убийственную машинку.

— Что делать мне? — поинтересовалась Рита.

— Стой и не двигайся пока. Сейчас подпустим поближе и… Уже!

Разрывы от гранат плотненько легли перед передней шеренгой Тварей. Не останавливаясь на достигнутом, взял прицел повыше, чтобы попасть в самую середину толпы Кентавров.

К сожалению, нужного эффекта не достиг. Кенты быстро поняли, откуда им может прилететь звездец, и рассыпались в разные стороны. Чётко, заразы, действуют! Как на учениях растягивают фланги. Ох, что-то здесь слишком умные Твари. Потом нужно будет потолковать с Аксакалом и армейской разведкой… Пока некогда.

— Майор! — ору я Темниковой, перекрывая голосом грохот от выстрелов. — Полный вперёд в сторону наших! Такс! Раскидываем мины позади себя! Всё равно прорвутся, но хоть замедлим немного!

Рита, газанув в лучших традициях Глашки, сделала резкий разворот, и мы стали улепётывать. Группу спецназа увидели быстро. Они еле-еле две трети пути прошли, волоча по земле окровавленных товарищей.

— Юрка! Грузи раненых! Остальные хоть на капот прыгайте, но чтобы через секунду все были на машине!

Бывалых людей упрашивать долго не пришлось.

— Сейчас прыгнем на километр и спокойно доедем до опорных пунктов около Чердыни, — объяснил я новеньким пассажирам.

— А сразу в Чердынь? — с надеждой спросил Анистович. — У меня два «тяжёлых». Не доживут. Уже розовые пузыри пускают. Надо в госпиталь! И то не факт, что поможет…

— Такс?

— Тяжеловата ноша и далеко, — признался он. — Тачка, вас с Риткой двое и девять бойцов в полных боевых доспехах… Нужен разгон метров четыреста.

— Уже делаю! — крикнула майор и рванула так, что чуть половина спецназовцев не слетела на землю.

Хорошо, что парни опытные и сразу пристегнулись к дугам багги, понимая, что их не на лимузине с комфортом домой доставлять будут. Но всё равно пришлось резко снизить скорость.

Разгон среди заросших ям и канав получился так себе, несмотря на всё мастерство Темниковой. Взрывы от стрел Кентавров ложились всё ближе и ближе. Твари словно потеряли чувство самосохранения, преследуя нас и не обращая внимания на мой снова установленный на турель пулемёт. В какой-то момент закралась мыслишка, что не успеем…

Всё! Несёмся по улицам Чердыни, пугая местных жителей «Сусликом», на котором, как коты на новогодней ёлке, висят спецназовцы Анистовича. Пять минут по узким переулочкам, которые выбрала Рита, чтобы срезать путь, показались мне настоящим аттракционом не для слабонервных. К счастью, стены домов и наши многострадальные тела остались целы.

Вот база армейских. Какой-то ответственный чудила в форме пытается остановить «Суслика» для проверки документов, но Темникова, чуть не сбив его, сносит шлагбаум и устремляется к госпитальному корпусу. Резко оттормаживается у самого входа, залетев по ступенькам до уличной двери приёмной.

— Экстренный случай! — спокойно произносит она, поднимаясь с сиденья, чтобы оторопевшие санитары видели, кто к ним обращается. — В хирургию, срочно!

Система явно отработана. Вскоре не только тяжелораненые, но и остальные бойцы с повреждениями уже были внутри больничных стен.

— Всё… — выдыхает Темникова, оседая кулём. — Теперь от меня уже ничего не зависит… Приехали…

— Мне нужно к полковнику Шеллер, — устало говорит Анистович, зажимая окровавленную руку.

— Ты чего, капитан⁈ — возмущаюсь я. — Тебе к эскулапам, а не в штаб прямая дорога! Кровью истечёшь!

— Фигня. Бывало и хуже. Вначале нужно доложиться, пока под адреналином всё помню, а потом пусть штопают. Едем в разведкорпус.

Согласно кивнув, Рита, снова поработав вынужденным таксистом, довезла, аккуратно маневрируя по узеньким гравийным дорожкам. Зинаида Шеллер встречала нас у входа, явно желая прирезать кого-нибудь или хотя бы набить морду. Набила или нет, не знаю. Нас с Таксом внутрь не пустили, отправив докладывать Аксакалу о сегодняшнем бое. В принципе, правильно. В принципе, по уставу. Но обидно немного, да и любопытство гложет. Чего же там такого интересного Анистович со своими парнями нарыл?

Сев за руль, я вскоре прибыл на базу Чистильщиков. Вопреки ожиданиям, Аксакал встретил меня хоть и хмурым, но молчаливым. Не перебивая, выслушал рассказ о наших приключениях, а потом сильно задумался.

— Что? Даже материться громко не будешь? — осторожно спросил его я.

— Полковника Шеллер достаточно. От её ора мой телефон чуть не покраснел. Научилась у Будды выраженьицам. Признаюсь, была мысля намылить тебе шею, но… Я бы также на вашем месте поступил. Бросать товарищей в беде — последнее дело. Главное, что все живы. Сейчас соберутся капралы и обсудим новую тактику.

Ждать долго не пришлось. По приказу лейтенанта я повторил свой рассказ, стараясь не пропустить ни одной подробности.

— Хорошая штука этот ваш «Суслик». Никакой защиты при наличии Такса не надо, — первым подал голос Глыба. — Можно сразу на нём доставить ретрансляторы.

— На виду у Кентавров? — саркастически спросила Стелла.

— Ну… Тогда не на нём. Честно говоря, просто мечты вслух. Осенняя земля уже раскисать стала и лень грязь месить. А на лёгком багги: раз и готово!

— Макс на своём тарантасе, — вставил своё слово Синий, — половину всех Тварей в округе соберёт. Ну а нам ходить не привыкать.

— Верно, — согласился с ним Аксакал. — Но в рассказе Котяры я уловил один важный момент… Водитель! Точнее, наличие водителя. Такс рулить не умеет, а стреляющая на ходу манёвренная «тачанка» может сильно пригодиться не только у Кентов. И нужен кто-то из одарённых, чтобы в случае чего мог мечом отмахаться.

— Бордо или Гога, — сразу же предложила Мышка.

— Гога, — моментально отреагировал я. — Он из «золотой молодёжи», которая любит ночные гонки и прочую хрень на четырёх колёсах устраивать. Жан в своей глуши вряд ли за руль часто садился.

— Хороший вариант, — поддержал Жало. — Надо будет у него спросить, что думает о таком назначении.

— Зачем? Прикажу и сделает.

— Нет, — возразил Аксакал. — Техника такая штука, что к ней нужно любовь чувствовать. Да и пока Гога в моей группе, то забывай про слугу. Боец с правом голоса и никак иначе! Мы же с тобой договаривались насчёт этого.

— Не вопрос. Поговорю. Объясню ситуёвину. Тебе Шеллер ничего интересного не рассказала про то, что нарыли спецназовцы?

— Не успела. Завтра Темникова придёт, всё объяснит. Но сдаётся мне, что ничего хорошего не услышим. Будет после обеда. А вот с утра попрём оставшиеся ретрансляторы. Берём все сразу. Котяра, ты очень хорошо справляешься с отвлечением Тварей, поэтому рискнём установить технику за один раз, выдвинувшись полноценной группой, а не только одарёнными.

— С Гогой еду?

— Сегодня посмотри на его готовность и сам реши. А теперь, дамы и господа, прошу к картам. Ретрансляторы понесём двумя отрядами, и стоит сразу наметить маршруты для каждой.

После совещания все разошлись, а я пошёл искать Гогу. Хотя особо в этом плане напрягаться не пришлось: они с Бельмондо торчали в холле, явно ожидая моего появления. Тут же набросились с различными вопросами, так как «солдатский телеграф» каким-то чудом уже разнёс слухи о невероятном спасении армейских спецназовцев.

— Потом! — отмахнулся я от настырных. — Гога, ты кататься любишь?

— Люблю, конечно.

— А катать?

— Если не на своём горбу, то да.

— Может и такое случиться… Ладно. Пойдём технику осваивать. Ты теперь мой личный водитель. Будешь вторым номером на «Суслике». Считай это повышением до армейской майорской должности, ибо до тебя аж сама Темникова этот пост занимала.

— Круто! — оживился Гога.

— Особо сильно не радуйся. Обслуживание машины тоже полностью на тебя возлагается. Считай, что дважды майорскую должность поимел, ибо…

— Да понял я! Ибо опять Темникова! Но, честно говоря, водить умею хоть и неплохо, а вот с устройством тачек знаком слабо: у отца в гараже этим специальные люди занимались.

— Значит, будет тебе, чем занять свободное время, осваивая новые знания.

— У меня его и так нет. Стелла гоняет. Ей Глеб помогает… Жало с Синим тоже не отстают от них в этом вопросе. Натаскивают, как пса, по всем дисциплинам.

— Успехи есть?

— Случись опять между нами та самая злосчастная дуэль, то уделал бы тебя.

— Не обольщайся. Я тоже на месте не стою. С папашей твоим вряд ли справлюсь, но шансы появились хорошенько намять ему бока.

— Абсолюту?

— Делай выводы.

— Сделал. Впечатлился.

— Ну, раз впечатлился, — подойдя к «Суслику», показал я ему на водительское сиденье, — то садись за руль. Аксакал дал добро на ещё один выезд за территорию города. Хочу посмотреть на твои возможности.

После Темниковой езда с Гогой показалась мне пресной. Хотя тут я придираюсь: парень ведёт по городу машину уверенно, дерзко, понимая, что делает, а не просто тупо понтуясь. Как только проехали блокпосты, то на пересечённой местности показал результаты опять хуже, чем Рита, но уровень примерно мой.

— Давай к самой кромке зоны Кентов, — приказал я, в какой-то момент окончательно уверившись в профпригодности своего водилы. — Рядом с ней поменяемся местами и посмотрим, как ты с пулемётом обращаешься. Первый же разъезд Тварей твой.

— Заодно и помародёрствуем немного, — лениво сказал Такс, раскинувшись на заднем сиденье после экспресс-обжорства на базе. — А то столько мяса сегодня накрошили и ни копейки на нём не заработали. Лохи какие-то, а не приличные предприниматели!

— Успеется. Сегодня главное — отработать хотя бы первичные навыки войны с колёс. Притереться друг к другу и всё такое, что иногда спасает жизнь.

— Понял! — кивнул Гога, направляя «Суслика» в сторону зоны.

К сожалению, там нам ничего не светило. Точнее, светила одна геройская смерть. Уже на подъезде к нужной точке Такс промониторил ближайшие окрестности и заявил, что всё просто кишит от Кентавров примерно на пять километров вглубь. Видимо, сегодняшний бой сильно насторожил Лорда, и он послал дополнительные резервы на охрану опасного участка границы.

Хреново… Не только для нас, но и для завтрашней акции по установке ретрансляторов. Надо будет доложить Аксакалу. Развернувшись, несолоно хлебавши отправились домой.

Проезжая небольшой лесок, на дороге увидели лежащего без движения мужчину. Хотели выскочить из машины, чтобы оказать помощь, но Такс предупредил.

— По кустикам пятнадцать бородатых хмырей с оружием прячутся. Один из них одарённый. Зуб даю, что это Падальщики.

— Засада?

— Даю ещё один зуб. Придушить ублюдков?

— Подожди… Гога, размяться не хочешь? Отточить, так сказать, дуэльные навыки?

— Отдаёшь одарённого?

— Против?

— С удовольствием.

— Вот и славненько. Тогда я своей Печатью не свечу, а ты изобрази из себя командира.

Уговаривать долго не пришлось. Повелительно приказав выходить из машины, Гога первым выпрыгнул из неё. Подошли к мужику. Тот старательно пытается притвориться полудохлым, крепко зажмурив глаза. Не успели мы склониться над ним, как он резво откатывается в сторону, а его подельники выпрыгивают из кустов, наставив на нас видавшее виды оружие.

— Не дёргаться! — выходит вперёд огромного роста человек с напитанным силой, казённым двухклеймённым мечом и горящей Печатью Воин Мастера.

— А то, что? — с вызовом показывает свою Печать Гога.

— Хм… Мастер… Даже так? Думал, что простые людишки. Но это ничего не меняет. Нам нужен лишь ваш транспорт, а не жизни. Будете ерепениться, то лишим и того и другого. Слово барона Перникова… Хотя в имперских реестрах после одного прискорбного случая больше не числюсь таковым.

Ага! Мы такие наивные кисейные барышни, что вот прям с разбегу поверили ему! Свидетелей в подобных делах не оставляют: потом уходить от разгневанной погони дураков нет. Уверен, что просто убалтывает, пока кто-то проверят, одни ли мы здесь.

— Учтите! — дрожащим голосом отвечаю ему. — За нами едет целая армейская колонна.

— Чисто, — раздаётся из допотопной рации главаря. — Одни едут, придурки.

— Ай-яй-яй! — издевательски качает головой бывший барон. — Вас не учили, что врать нехорошо? Прощайте, детишки!

Но дать команду на огонь не успевает. Появившийся позади Падальщиков Такс тут же устраивает кровавое представление. Мы с Гогой от него не отстаём. Выхватываю свой шестиклеймённый меч и, быстро напитав его силой, рублю ближайших бандитов. Начинается стрельба в мою сторону. Только пустое это. На ускорении ухожу в сторону, в перекате успевая шмальнуть из пистолета, что уже зажат во второй руке. Три выстрела, три поражённые цели.

Смотрю, что Гога тоже не кино смотрит, а орудует в похожей манере. Восемь секунд и растерянный главарь Падальщиков стоит одиноким дубом посреди трупов. Но замешательство его не было долгим.

— Дуэль! — орёт он не своим голосом. — Если в вас есть хоть немного чести, то дуэль! Я на виселицу или каторгу не пойду!

— Слышь, мудила? — немного удивлённо спрашивает его Гога. — А ты не охренел тут нам про честь втирать? Кто ты такой, чтобы с тобой дуэли устраивать?

— Я бывший барон! Не имеете права отказать!

— Точно, мудила, — согласился я с выводами напарника. — Ты хочешь о него свой меч марать? Давай просто прибьём?

— Да как-то просто взять и убить уже не очень прилично получается. Пожалуй, приму этот идиотский вызов.

Гога с мечом подошёл к Падальщику.

— Бой, естественно, насмерть. Пощады просить не стоит. Извинения и клятвы в вечной дружбе не принимаются. Понял, мразь?

Тот всё отлично понял и тут же рванул в атаку, в надежде быстро покончить с молодыми Чистильщиком. Гога легко отвёл его удар и плавным взмахом меча рассёк ляжку противника. Не останавливаясь, перетёк за спину бандита, чтобы очередным ударом подрубить ему сухожилия на другой ноге.

Дико закричав от боли, мужик упал, пытаясь уже лёжа отразить очередную атаку Гоги. Зря старается. Моего слугу тренируют лучшие люди одной из самых крутых групп Рубежей. Вскоре неудачливый грабитель-дуэлянт лежит со всеми четырьмя повреждёнными конечностями и безумными от страха глазами смотрит на Гогу.

— Пощады… Не убивайте… Я не хочу…

— А никто не хочет! — довольно отвечает Гога, держа остриё меча у его горла. — Но уговорил! Убивать не буду. На базу отвезём, и пусть там решают, что с таким дерьмом делать.

— Он же нам сиденья кровью загадит! — возмутился я.

— Привяжем к капоту вместо украшения, и всё нормально будет. Посмотри на него, Котяра. Явно давно тут шляется. Может, знает что-то, что нашей разведке пригодиться может.

— Резонно.

Перетянув раны Падальщика, мы быстро зафиксировали его на капоте и уже спокойно вкатились в Чердынь на глазах у изумлённой от такого «украшения» охраны блокпостов и городских жителей, второй раз за день наблюдавших появления «Суслика» в очень экстравагантном обвесе.

Сдав свой трофей, тут же прошли в кабинет к Аксакалу. Выслушав нас, он сразу же вынес вердикт.

— Завтра отдыхаем. И послезавтра тоже. Может, и больше придётся, пока Кентавры не успокоятся. Идти сейчас на их территорию бессмысленно. Даже ты, Котяра, не сможешь отвлечь такое количество на себя.

— Если Макс и Такс отвлекут лишь часть, — предложил Гога, — а потом исчезнут, предоставив порезвиться в нужном квадрате армейской артиллерии по Тварям, то Лорду придётся направлять резервы с безопасных участков туда, где снова появится наш «Суслик».

— Молодец. Вижу, что учебники не просто листаешь, картинки рассматривая, — похвалил его лейтенант. — Но это стоит приберечь для более серьёзного момента. Лорд Кентавров слишком быстро учится и второй раз на подобное может не клюнуть. Нет. Будем ждать. Может, завтра что-то дельное майор Темникова подскажет. Только особо надеяться на это не стоит.

Выйдя от Аксакала, мы направились к «Суслику», чтобы привести его в порядок после сложного трудового дня.

— И как тебе победа в сегодняшней недодуэли? — поинтересовался я у Гоги, тёршего пенной губкой капот. — Целого Воин Мастера завалил, как-никак.

— Знаешь, Макс… — задумчиво ответил он. — Есть чувство удовлетворения от победы и понимания, что перерос свою Печать. А вот от радости из штанишек выпрыгивать не хочется. Помнишь, я недавно грозился, что мог бы теперешний и тебя тогда в столице уложить? Ошибался. И дело не в том, что ты сильнее, а в том, что той дуэли бы просто не было. Всё какое-то мелкое в прошлой жизни кажется. Другие приоритеты в башке.

— Что? Даже графиню Бугурскую не вспоминаешь?

— Вспоминаю иногда… Как наваждение во время болезни. И ещё боюсь твою Темникову. Она очень похожа своим Даром на Елизавету Бугурскую. Осторожнее с ней, Макс! Чую спинным мозгом, что это гадюки из одного выводка.

— Посмотрим, — не стал я спорить с ним, имея своё мнение об этих нестандартных барышнях.

— Смотри хорошенько. Лучше с приличного расстояния. Не хочется глупо потерять второго номера нашего экипажа.

— Вообще-то, я первый!

— Не. Первый Такс — никем не заменишь. Только ему не скажу, а то ведь зазнается. И задолбаемся мы с тобой оба.

— А вот это верное решение, рядовой!

Глава 13

Майор Темникова, как и обещала, явилась в расположение группы сразу после обеда. Несмотря на вчерашнюю нервотрёпку, её лицо сияло от хорошего настроения, и в манерах что-то неуловимо изменилось.

— Ну что, Чистильщики? — весело начала она, остановившись посреди гостиной. — Во-первых, примите благодарность от армейского командования за наших спасённых парней! Во-вторых, от меня лично за боевое крещение. А то до майора дослужилась, но лишь на учебных полигонах оружие по-настоящему вынимала.

— Так, кроме как Котяры с Таксом, и благодарить некого, — осторожно возразил Жало.

— В корне не согласна. Аксакал дрючил вас, капралов. Капралы дрючили Котяру… Такса вряд ли получится. Ну а уже эти двое надрючили Кентавров так, что им теперь долго икаться будет. Улавливаете цепочку моих рассуждений? Получается, что все молодцы.

— Красиво расписываете, госпожа майор. Обычно после таких вступлений следуют неприятные вещи. Похвалили, воодушевили, а потом — хрясь! — и обухом по голове, — скептически сказал Синий. — Я не первый год служу, поэтому давно просёк подобные уловки. И чего у нас плохого?

— Говорю искренне. Но плохое тоже есть. Новые данные, что вчера принесла группа Анистовича, — сразу же посерьёзнела Темникова. — Новости странные, не вписывающиеся ни в какую схему. Хорошего ждать от них не приходится. Информацию, конечно, проверять будем, только что-то мне подсказывает…

Ладно! Лирику в сторону. Восьмая группа спецназа под командованием капитана Анистовича вчера отправилась в обычный рейд, чтобы отследить последние изменения на границе зоны Кентавров. Засекла разъезд Тварей и, чтобы не быть замеченной, углубилась почти на восемь километров вглубь зоны. Ушла бы спокойно, но нарвалась на Дыру. Зашли в овражек, а она там цветёт и пахнет перед самым носом спецназа.

— Как малолетки сопливые! — фыркнула Стелла. — А в пеленгатор не судьба заранее взглянуть было?

— Вот тут начинается самое интересное, — не отреагировала на её слова майор. — И пеленгатор рабочий был, и отслеживали по нему не только Дыры, но и скопление Тварей. А вот напоролись, увидев неактивированную Дыру, которая быстро изменила своё состояние и стала выплёвывать… Каракуртов!

— Кентавров, — поправил Темникову Аксакал.

— Нет, Ринат! Я не оговорилась! Именно Каракуртов. И только в момент активации Дыры появилась её точка на пеленгаторе. С пометкой Д3, а не начальной Д1. Сразу, сходу, без вступлений.

— Но это же бред! — воскликнул Жало. — По всем статьям больше похоже на сказочку! Допустим, что пеленгатор заглючил и выдал неправильную информацию по Дыре, но в то, что мощный Лорд Кентов допустил в свои владения другого Лорда, причём тоже не самого слабого… По мне: это направленная дезинформация. Нужно потрясти как следует ваших бравых спецназовцев!

— А ты не горячись! — осадила его Мышка. — Включай свои недоделанные профессорские мозги и припомни все странные случаи за последнее время. Например, как недавно чуть наша группа в засаду не попалась, окружённая возникающими Дырами из разных Кочующих миров.

— Мы уже выяснили, что эта аномалия была связана с Таксом и Котярой.

— Но факт остаётся фактом, — согласилась с Мышкой Темникова. — Образовалась аномалия в виде совокупности разноплановых Дыр. Тогда и сейчас. Наши аналитики тоже головы чешут и по сто пятому разу допрашивают группу Анистовича. И вот что капитан ещё поведал…

Тут, честно признаюсь, всё слишком шатко. Только доложить обязана. При отходе с боем на пеленгаторе рядом с группой возникли ещё две точки, обозначающие Дыры. Как только удалились от них на небольшое расстояние, то пеленгатор перестал показывать эти объекты.

Анистович сам говорит, что мог в запаре боя напутать, только всё больше склоняется к мысли о нехорошем. По его утверждению, есть Дыры, которые находятся как бы в спящем состоянии. Активизировались они лишь в момент, когда появилась угроза засечь их визуально.

— Выгораживает себя за провал задания! — не унимался Жало.

— Нет, — твёрдо ответил я. — Юрий, когда Кенты их зажали, уже попрощался с жизнью и передал инфу о странной Дыре открытым текстом, понимая, что сам её вряд ли уже доставит. Не тот это человек, чтобы за спины прятаться.

— Именно, — благодарно кивнула Маргарита. — Причём даже умирающие раненые бойцы из группы не маму с папой звали, а в бреду твердили на операционном столе точные координаты места. Уж им врать совсем не резон.

И вот ещё твой вчерашний подонок, что назывался бароном Перниковым… Сволота первостатейная! Дезертировал с год назад во время боя, подставив своих товарищей под Тварей. Был осуждён, разжалован и лишён титула. Умудрился сбежать из-под стражи и сколотил группу из отморозков. Они даже не Падальщики, среди которых и нормальных людей хватает, а настоящие бандиты.

Так вот, перед казнью мы ему основательно залезли в мозги, и удалось выяснить, что за время своей разбойничьей деятельности он несколько раз бывал в зоне Кентавров и сталкивался с нечто подобным. Значения, правда, не придал — не интересовало, но в извилинах отложилось.

— Ладно… Может и так. Беру свои слова обратно, — сдался упрямый Жало. — Хоть выжили спецназеры раненые?

— Один точно поправится, а со вторым пока непонятки. Но шанс есть. Ещё трое остались в зоне. Мертвецов выносить ни сил, ни времени у группы не было. Вот такие дела… Верю я парням, несмотря на всю бредовость их разведданных! И полковник Шеллер верит. Но проверять надо. Хотела одолжить Такса для этого. Не против, Аксакал?

— Конечно, нет. Как только Такс будет готов…

— А я когда сытый, то всегда готов, — перебил его дух-хранитель. — Если энергии много, что чего ж не растрясти жирок? Делов на пять минут. Могу прямо сейчас сгонять. Координаты помню.

— Дерзай, ненасытный!

Ждали мы Такса не пять минут, а почти час. Вернулся он весь взмыленный и с каким-то кровавым ошмётком в зубах.

— Значит так… — начал он задумчиво. — Оказался неподалёку от нужного квадрата. Стал мониторить — везде чисто. Даже случайного забредшего Кентавра ни одного не увидел. С чувством исполненного долга хотел было метнуться к вам и обломать Маргариту, но что-то насторожило. Прочесал кабанчиком округу — местами явно следы боя присутствуют. Хоть и затёртые наспех, без тел, но драчка знатная была.

Нечисто дело! Вернулся обратно, опять промониторил… Тишь да благодать! Не может такого быть. Плюнул на скрытность и объявился весь такой красивый, прямо у точки Дыры, которую указал Анистович. Есть! Дырища прямо! Вижу глазами и… не чувствую. На месте Дыры в моём восприятии пятно, словно кто-то в компьютерной игре не прописал кусок локации, забив её разноцветными пикселями.

Долго поразмышлять не получилось. Дырка внезапно стала оживать, убирая свой камуфляж. Решил провести эксперимент и резвенько двинулся по маршруту отступающего спецназа. Неправ был капитан Аристович. Не две, а три Дыры появились в моём восприятии из ниоткуда.

Когда в боевой ипостаси, то со мной даже офицерьё Кентавров в скорости тягаться не может. Домчался до той раздолбленной фермы, где вчера куролесили. Опять мониторю пройденный маршрут: ничего подозрительного позади. Ни дыринки, ни тваринки! Больше никаких аномалий.

— А это что за трофей? — указал я на кровавый подсохший кусок.

— Это? Как и говорил, спецназ отбивался яростно, и многие следы затёрты, а трупы унесены. Это упустили. Маленький фрагментик хвоста. Видать, взрывом далековато отшвырнуло и на глаза не попался при зачистке территории. Как видите, полностью отсутствуют шерсть и волосы. Знаете почему?

— Не томи! — рявкнул Аксакал. — Не в театре выступаешь!

— Потому что принадлежит не Кентавру, а Каракурту. Вот и весь сказ от славного разведчика Такса. Готов поспорить на свой недельный ужин, что Анистович не соврал ни единым словом. И ещё на завтрак готов поспорить, что не одно такое странное место в зоне Кентов есть. С хорошей маскировочкой! Если бы на это случайно не наткнулись, то и дальше продолжали сопли жевать в неведении.

— Чёрт… — устало опустилась Темникова на стул. — Признаться, мечтала, что мои выводы будут ошибочны. Значит, всё-таки новая аномалия, ломающая все наши планы. Всю тактику уничтожения Лорда Кентавров перестраивать придётся. Знаете что? Считаю, что эксперименты с этими долбанными ретрансляторами нужно заканчивать. Опасно. Если на камуфлированную Дыру наткнётесь, то не факт, что выживите.

— А я считаю, что продолжать нужно, — возразил Аксакал. — Что до опасности… У нас, вообще-то, работёнка такая — шкурой рисковать. В Дыры ходим и вокруг побродим. Если сильно прижмёт, то Такс нам в помощь. Просто нужно усилить внимание, ожидая очередной пакости.

— Может, и прав. Делать-то всё равно что-нибудь надо, а не ручки сложив, сидеть. Но выходы в зону Кентавров пока приостанавливаем. На этом всё с моей стороны. О ваших наблюдениях обязательно доложу полковнику Шеллер. Спасибо за службу… Таксу — отдельная награда в виде банки сгущёнки! И Котяре тоже, хоть и без лакомства. Ринат, — повернулась Маргарита к Аксакалу. — Можно с последним мне наедине переговорить в твоём кабинете?

— Если только недолго, — подозрительно зыркнул на меня лейтенант.

Когда мы поднялись в аксаковские хоромы, Рита сразу же поинтересовалась.

— Как там «Суслик»? Может, что-нибудь подтянуть, подвинтить надо?

— Зверь, а не машина! — показал я большой палец. — Ещё бы с десяток таких и можно кошмарить Тварей по всей зоне.

— Такс, к сожалению, один всего. Без брони угробят быстро.

— Это да. Но если вдруг где-нибудь парочка багги случайно найдётся, то ты их не выбрасывай. Мобильные вспомогательные группы, которые могут быстро прийти на помощь или эвакуировать раненых, можно создать.

— Одинаково с ума сходим! — рассмеялась она. — Уже всю несуществующую плешь Шеллер проела насчёт этого! Кажется, почти уломала. С ней всегда так. Вначале отбрыкивается от моих безумных идей, а потом довольная ходит, что воплотила их в жизнь.

Но, честно говоря, я тебя не для этого сюда зазвала. Не по службе.

Ты не представляешь, как мне была необходима вчерашняя встряска! Уже фиг знает сколько месяцев хожу со сжатой внутри пружиной от постоянного самоконтроля… Когда была не на Рубежах, то находила способы расслабиться. Те же гонки, например…

— Да ты, оказывается, адреналиновая наркоманка, — беззлобно подколол я.

— Должен же быть у меня хоть один маленький недостаток среди больших? Для полноты образа? — пошутила Рита, но мне почему-то показалось, что не так много и юмора она вложила в эту фразу. — А тут, на базе, практически в замкнутом пространстве и постоянно на людях, нет никакой возможности скинуть груз с души. Задолбалась картинки рисовать гуашью, да и не помогают они уже давно отрешиться от всего. Ещё немного, и эмоциональная пружина распрямилась бы так, что не приведи господи. Уже было раз подобное. Стыдно вспоминать.

Так что считай, что спас не только целого армейского майора, но и моё окружение. Искренне хочу поблагодарить за это!

— Благодари! Когда свадьба?

— Нахал ты, Котяра. Я тут тебе соловушкой заливаюсь о нежно-девичьем, а ты только о первой брачной ночи и думаешь! Ладно, продолжай в том же духе. Уже интересно стало, когда устанешь. Мир, дружба, «Суслик»? — смеясь, протянула мне Темникова свою ладошку.

— И Такс?

— Даже не оговаривается. Он вне конкуренции!

— Что? И даже чисто дружеского поцелуя не удостоюсь? Кому-то на сладенькое сгущёнки перепало.

— Уговорил, настырный. Но только в щёчку! Замри и не двигайся! А то вижу по твоей хитрой котярской морде, что собираешься в последний момент «пельмени» свои подставить.

— Да ничего не собираюсь! — соврал я, мысленно чертыхнувшись, что она сорвала мой план по настоящему поцелую. — У меня, вообще-то, щека — это самая эрогенная зона.

— Вот и не двигайся!

Встав на цыпочки, Рита положила ладони мне на плечи и прикоснулась губами к щеке. Я сам не понял, как обнял её за талию, прижав к себе. Словно электрический разряд прошёл по телу. Я понимаю, что не в силах отпустить девушку, хотя обнимашки в её понимании должны быть чересчур неприличными и могут испортить дальнейшие отношения. Плевать! Есть только здесь и сейчас!

Кажется, подобное не только у меня. Рита тоже замерла, так и не оторвав от моей щеки своих мягких, тёплых губ. Чувствую, что сама придвинулась ещё ближе.

— Отпусти… — наконец, с лёгкой хрипотцой в голосе тихо произносит она.

— Не получается. Давай сама…

— Ещё минуточку… Меня ноги не держат…

Не знаю, чем бы это всё закончилось, если бы не гневный голос от двери, заставивший Риту прийти в себя и отскочить от меня на приличное расстояние.

— Не поняла⁈ Вы тут совсем охренели⁈

Полковник Шеллер стоит у входа, гневно сверкая очами, а рядом Аксакал… Тоже не в лучшем настроении.

— Дружеский поцелуй, скрепляющий единство Армии и Чистильщиков, — попытался оправдаться я лёгкой шуточкой. — Стучаться, полковник, не учили?

— Стучаться⁈ Ах, ты мразь! Единство, сука⁈

Шеллер налетела, как товарный поезд на застрявшую посреди железной дороги машину. Разница лишь в том, что смять меня просто так не получится, хоть и оказался прижат спиной к стене.

— Оскоплю, ублюдок! Ты что о себе возомнил⁈ — продолжает разоряться она, схватив за грудки. — На каторге булыжниками срать будешь и задницу извращенцам подставлять!

Это уже не женщина, а настоящая хищница, способная при необходимости вспороть брюхо непокорной жертве и сожрать её потроха. Глядя в глаза Шеллер, понимаю, как внутри поднимается ярость Безумного Генерала и ещё что-то, что однажды уже проявилось во время поединка с Юлией.

Эта ничтожество посмела оскорблять МЕНЯ⁈

— Будешь наказана, — рычу ей в лицо и, отрывая от себя, кидаю в сторону рабочего места Аксакала.

Грохот от падения тела. Перевёрнут массивный стол. Из-за него выпрыгивает помятая полковник, держа в руках напитанный всеми клеймами меч.

— Дуэль, барон Гольц! До смерти!

— До смерти запрещено! Остановись, тётя! — пытается образумить Шеллер испуганная Маргарита.

— А мне плевать! Отвечу за всё! Но вначале ответит он!

— Дуэль? — усмехаюсь я, подойдя к противнице и зажав голой рукой лезвие её светящегося клинка.

Уже мысленно представляю, как буду ломать все её кости. Как разорву на части эту охамевшую идиотку, решившую, что она мне ровня.

— НА КОЛЕНИ!

— Да, господин…

Внезапно полковник опускается на них, склонив свою голову. И вот тут меня отпускает. Злость осталась, но всепоглощающей ярости уже нет. Её заменила сильная усталость, словно только что провёл бой один на один с сильным Лордом. Очумело окидываю взглядом комнату.

К моему удивлению, на коленях стоит не только Шеллер, но и Глыба с Мышкой. Видимо, первыми успели прибежать на шум начинающейся драки. Лишь Аксакал с Ритой на ногах. Оба держат в руках напитанные силой мечи.

— Выйдите, — повелительно обращаюсь к капралам.

Те вскакивают и пулями вылетают из кабинета. Закрываю дверь. Немая сцена. Полковник продолжает стоять в позе подчинения, а вот родственнички приняли боевые стойки. Никто не решается сделать первый шаг к началу резни. А именно она тут и намечается по всем признакам. Хреново. Убивать никого больше не хочется. Может быть, лишь Шеллер немного.

Пытаясь разрядить обстановку, спокойно сажусь в кресло, положив свой меч на колени.

— Ринат, — обращаюсь к Аксакову. — Я тебе говорил, что не позволю никому встать на своём пути. Считай, что сегодня было последнее предупреждение. Рита, опусти меч. Ты последний человек в мире, на которую я подниму руку.

— Кто ты⁈ Твари тебя раздери! — восклицает девушка.

— Поговорим? Зинаида, перестань изображать из себя кающуюся грешницу и прими нормальную позу.

Теперь все продолжают сверлить меня взглядами, но уже сидя.

— Ринат, Маргарита… Это ваши настоящие имена? Или вымышленные, как и фамилии?

— Настоящие, — за них отвечает Шеллер.

— Помолчите, полковник. Это был риторический вопрос. Маленькое вступление в тему. Сейчас я разговариваю не с куратором в вашем лице, а… С кем? С Истинными?

— Не понимаю, о чём ты, — неумело врёт Аксакал.

— Не хочешь выдавать тайну? Понимаю. Я и сам, когда открыл в себе Истинную Кровь, постарался сделать всё, чтобы она не выплеснулась наружу. Но факт остаётся фактом… Годуновы.

Глава 14

— Чушь! Ты сошёл с ума! — попытался опровергнуть Ринат мои слова после небольшой паузы.

— Давай-ка, Аксакал, я начну по порядку. Было несколько странностей с тобой, которым я не придавал особого значения, покуда мой Дар Истинного не постучался в башку. Потом стал собирать странные вещи относительно тебя. Думаю, что по отношению ко мне ты поступал также, позже втянув в расследование и Риту с Семёном Филоновым. Или это Сеня тебя втянул?

— Ещё и Филонова приплёл? Лечиться надо!

— Когда-то он обмолвился случайно, что у него есть брат с сестрой, которые тоже на службе государства, но в других ведомствах. Не о нём покуда речь. О вас. Странности с неким Аксакалом копились. Его таинственность ни в какие ворота не лезла. Потом появилась Рита, и они стали нарастать снежным комом. Признаюсь, что совсем запутался.

Такс надоумил посмотреть современную историю Государства Российского. За последние тридцать лет. Уверен, он знал, что там нарою, но по каким-то своим причинам скрывал. С ним такое бывает…

— И что же такого про нас пишут в российской истории? — с лёгким ироничным прищуром поинтересовалась Маргарита. — Где бронзовые памятники на площадях стоят в нашу честь? Мой хоть отмывают от голубиного дерьма, а то поганый стиль макияжа получается?

— Да какие памятники? Даже последняя фотография наследников императора датируется хрен пойми каким лохматым годом, когда младшенькому было меньше десяти лет. А потом сестра и два брата совсем не упоминались.

Вначале пропустил эту странность, обращая внимание на другие вещи. Везде несостыковочка. Но тут вы с Ринатом сами помогли, признав родство, но старательно обходя тему родителей. Закралась мыслишка о папе-императоре, так как имеете явно «волосатую лапу» в верхних эшелонах власти.

В подтверждение этой теории выступил тот факт, что практически все российские императоры отлучают в малом возрасте своих детей от «дворцовой сиськи» и заставляют взрослеть простыми гражданами с лёгким намёком на знатность. Чтобы к моменту принятия власти наследники могли не только красиво ходить по дорогому паркету, но и разбирались в проблемах страны, прочувствовав их на собственной шкурке. Под присмотром «в народ» уходят, конечно, а не просто так.

К сожалению, проверить вас и ваше окружение не мог, так как нормального интернета нет. Но… Есть Такс! Он совершил пару пробных перемещений в Соликамск. Там где-то умудрился подключиться к интернету. Скачал некоторую инфу и про ваше житьё-бытьё, и про близких к вам людей. Притаранил всё вместе с каким-то старинным ноутбуком.

Плохо, что самому не удалось покопаться в интернете, но и огрызков информации хватило. Такс их подбирать умеет.

Исходя из неполных фактов, увидел картину таким образом. Могут быть определённые неточности, но тут уж прошу меня простить. Итак… Примерно в одиннадцать лет из дворца испаряются двойняшки: Ринат Александрович и Маргарита Александровна. Скорее всего, в какое-то жутко закрытое от посторонних глаз учебное заведение, рассчитанное лишь на две персоны.

Через пять лет баронесса Зинаида Шеллер, род которой вроде и есть на бумаге, но с ним всё очень невнятно в историческом плане, внезапно чуть ли не удочеряет племянницу-сиротку. По сиротке тоже полная неразбериха в документах. Воспитывает её, таская по гарнизонам. Потом отдаёт в Императорскую Военную Академию. Девушку Риту принимают туда, так как её тётя-опекунша реально заслуженная разведчица и не самый бедный человек.

Ещё один баронский род из Казанской Губернии вдруг находит своего давно пропавшего сына у цыган. Даже газетные публикации про это есть. Счастливая семья воссоединяется. Сам Александр Годунов по просьбе своей супруги, которая очень расчувствовалась от всей этой истории, благоволит к семье Аксаковых, пообещав Императорскую Военную Академию. Хотя уверен, что всё было продумано заранее и подтасовано нужным образом. Так детки начинают своё обучение в элитном заведении Империи. Трамплин им дан хороший.

— Несостыковочка, — возразил Аксакал. — Дети императора — двойняшки, и сходство должно быть на лицо. Что-то не вижу своего зеркального отражения в Рите.

— Двойняшки, но не близнецы. К тому же хоть и можно уловить у вас некоторую похожесть, если знать подоплёку, но парень и девушка всегда по-разному несут одни и те же черты лица. Плюс разные судьбы и фамилии.

— А как же Семён Филатов? Ты его тоже в родственники к самому императору записал, — спросила Маргарита. — Звание низенькое, с Академией пролетел.

— Он младше на несколько лет. Повторяться Александр Годунов не стал и вымостил иную судьбу третьему наследнику. У него свои «академии» под неусыпным контролем «дяди Вани» Филонова. Кстати, про этого персонажа вообще ничего не нарыл. Допускаю, что он вёл всех детей до определённого возраста и является их личным воспитателем. Потом оставил себе лишь младшего, и поэтому позже других «пропавшего» Семёна, отдав двойняшек другим кураторам. Думаю, всё равно руку на пульсе держит: Имперская СБ позволяет многое контролировать.

— А кто же контролирует меня? Будда? — продолжил допрос Ринат.

— Нет. Кто-то из группы, — возразил я. — Человек должен практически всегда находиться рядом, а базы и начальники постоянно меняются. Первая мысль: Жало. Профессорский внук, как-никак. Но по возрасту не подходит. Остаётся лишь Синий. И в бою прикроет, и совет дельный даст. Да и биография у него наимутнейшая. Какой-то неназываемый знатный род, много времени воевал и выжил там, где выжить за столько лет невозможно. Каторжник… Непонятно какой каторги.

— Не подходит. Тогда бы в Дыре Йети у Достоевских он должен был меня вытащить, а не ты.

— Синему тогда досталось изрядно от ментального удара Лорда. Видимо, часть своих сил на тебя потратил, защищая питомца. Так что всё со всеми срастается.

И теперь понимаю, почему вы живёте аскетами, отвергая любые отношения, кроме деловых и дружеских. Истинные не могут позволить себе плодить случайных бастардов. Этим непременно воспользуются враги государства, подсунув правильную шлюху или проститута для оплодотворения.

Хотя с женщинами тут намного сложнее. Короче, гадать не буду. А дальше, после рождения непризнанного бастарда, обеспечена обязательная гражданская война за тёплое место на троне.

— Родственники любого императора и в любой стране не имеют права поднимать мятежи, — окончательно придя в себя, тоном учительницы возвестила Зинаида Шеллер.

— Официально заявленные родственники, полковник! А вот такие непонятные личности вроде меня могут хоть каждый день затевать революции, колеся по странам.

— Вообще-то, нужно говорить в прошедшем времени — «колесили». Раньше частенько плодили и использовали подобных неучтённых соискателей трона, покуда оружие против других государств не повернулось в сторону собственных хозяев. Несколько династий в разных странах приказали долго жить. И вот тогда правители всерьёз озаботились неразбазариванием своего генофонда. Правда, закон не отменили.

— Тупой закон с виду, но понимаю, чем он вызван: вливанием свежей сильной крови в замкнутый Клан Правителей. И ведь на ранних стадиях, до активации Дара Истинных, хрен определишь потенциальную угрозу. Вот у меня кровь брали не раз, но всё без толку. Иначе давно бы червей кормил. Хотя факт, что я как бы случайно «обложился» наследниками императора, совсем не радует. Давно пасёте?

— Получается, что ты уже мертвец! — ехидно сказала Шеллер. — В тебе, по твоим же словам, пробуждается Истинный. И вот этому я верю: до сих пор не могу отойти от твоего давления.

— Вполне возможно. Тут, к сожалению, решать Годунову. Свою же позицию вижу так… Захватывать трон и вносить сумятицу — это преступление. Не потому, что я такой правильный с ног до головы, а из-за Тварей. Ослабление России приведёт к бесконтрольному расползанию Дыр. Кровища рекой польётся. Этим моментально воспользуются враждебные государства, превратив некогда мощный оплот борьбы с Кочующими Мирами в какую-нибудь Английскую провинцию или раздроблённые государства-марионетки.

Выход из ситуации вижу один — стать не конкурентом, а соратником Александру Годунову. Маргарита! Я сразу и бесповоротно в тебя втюрился, не зная, кто ты такая. Допускаю, что это со мной Кровь Истинных пошутила, притянув подобное к подобному.

Теперь же в отношениях между нами вмешалась политика. Став твоим мужем, не только получу самую желанную женщину, но и буду признан официальным родственником Императора. Что не позволит мне законно раскрывать пасть на трон. Это тоже доложи своему отцу, когда будешь отправлять срочное послание. Выиграют все.

— Кроме меня. Или мнение женщины не учитывается в расчётах самозванца? Ошибаешься!

— Всё учитывается. Опиши свои доводы, и пусть император думает, как поступить. Это всего лишь черновик будущего, которое может не осуществиться. Повторю: озвучил свою позицию и ничего более.

— Рисковый ты… — то ли с уважением, то ли с осуждением произнёс Аксакал. — Вариант, что грохнем тебя прямо здесь, не учитываешь? Мы с Маргаритой уже почти раскрыли свой Дар. Синий, как ты правильно заметил, мужчина непростой. Абсолют, на минуточку, хоть и притворяется Мастером. Полковник Шеллер тоже давно переросла ранг Полного Магистра. Против нас четверых у тебя нет шансов выстоять.

— Забыли про Такса. Но драться с вами я не буду. Просто исчезну со своим симбиотом и появлюсь в другой стране. Какой-нибудь трон отожму себе обязательно. Шулерскую партейку Мольцы в Римской Империи разыграю, например. В Италии хорошо, тепло. Будем потом верительными грамотами или нотами протеста обмениваться.

— Да уж! Планов, смотрю, у тебя громадьё! От скромности не умрёшь. Ладно. Поговорим, как равный с равным, отбросив в сторону маски. Что решит отец, не знает никто. Возникает вопрос, как с тобой сосуществовать, пока император не определился. Убить нельзя без его приказа. Под замок сажать при наличии Такса с его способностью к перемещениям — абсурд. Что ещё остаётся?

— То же, что я делал и раньше, решив ваши загадки. Кочующие Миры давить! Для меня в отношении вас ничего не изменилось, командир. Патовая ситуация не даёт нам никакого права рисковать жизнями бойцов. Не бойся, не подведу. И кровавую кашу буду заваривать исключительно из Тварей.

— Не играй тут в благородство! — скривилась Маргарита. — Уверена, что в одно прекрасное утро недосчитаемся тебя и Такса. Сбежишь, понимая, как отреагирует отец на такого «зятька»!

— Не сбегу. Даже если и сбегу, то предупрежу, чтобы Аксакал мог в срочном порядке перестроить работу группы без учёта меня и симбиота. Но почему-то есть надежда, что Император Александр своим чутьём успел увидеть кое-что во мне и встроил в какие-то свои планы без летального исхода на виселице… Разрешите представиться! — встал я по стойке смирно. — Гражданин Российской Империи, барон Максим Кириллович Достоевский! Один из официальных наследников рода Достоевских! Император подписал указ при мне собственноручно, но просил временно не афишировать. Думаю, что в сложившейся ситуации вам такие знания не помешают, и гнев монарший мне по темечку не вдарит за непослушание.

— Я уже ничего не понимаю… — выдохнула поражённая Шеллер.

— Императора вообще мало кто понимает. Даже мы, его дети, — успокоила полковника Маргарита. — Умение держать в голове и переплетать между собой сотни информационных потоков приходит не сразу после полного раскрытия Дара. Значит так, то ли Гольц, то ли Достоевский… Ждём реакции Государя, живя в обычном режиме. Естественно, нашу тайну держишь под семью замками.

— Естественно, — кивнул я.

— Помолчи, пожалуйста. Твоего симбиота это тоже касается. Где он, кстати?

— На кухне, наверное. Попытался пригласить Такса на нашу беседу, но он заявил, что это не его собачье дело, так же как и собачьи — не наше.

— В своём репертуаре… Думаю, Аксакал будет не против, если у Синего появится ещё один подопечный. Теперь все отчёты о своих действиях и планах направляешь лично ему. Ничего без разрешения не делать.

— А чего не вам лично?

— С нами общаешься исключительно на людях. Нож в спину что-то не очень хочется получить, — за сестру объяснил лейтенант. — Да! В группе числишься, но никаких боевых выходов с нами.

— Боишься, что под шумок устраню, свалив всё на Тварей?

— Боюсь, Котяра. Честно признаюсь. Если ты тут комедию разыграл, а сам метишь на трон, то легко и весь мой отряд положишь, красиво замаскировав смертью свой уход. Не хочу рисковать собой и бойцами.

— Хорошо. Но ретрансляторы доставить надо. Без меня не справитесь. Предлагаю посадить под «домашний арест» после завершения задания.

— Что ж… — немного подумав, согласился Аксакал. — Придётся рискнуть. А вот ареста никакого не намечается. Представим это таким образом: для всех непосвящённых ты создаёшь мобильную команду для своего «Суслика». Оттачиваете, стало быть, тактику. Повышаете взаимодействие без привлечения к заданиям. Туда будут включены Бельмондо, Такс, Гога и Синий. Последнего буду забирать с собой на акции. Синий — важный элемент группы.

— Синий, как понимаю, старший над нами?

— Только над тобой. Неофициально. Пришёл приказ о присвоении тебе капрала. Хотел завтра сообщить при всех, после утряски штатного расписания у Будды в штабе. Прям всё сложилось наипрекраснейшим образом: новый капрал и отряд под него создаётся. Подозрений не вызовет ни у кого. И Синий в тему: помогает тебе опытным консультантом на первых порах.

Барон. Не собираюсь читать инструкции, как себя вести и что может случиться, если почувствуем хоть намёк на твою неискренность. Ты человек продуманный, поэтому всё понимаешь сам. Единственное — больше никаких выбросов Дара! И так сегодня дал серьёзный повод для нехороших рассуждений, после того как Мышка с Глыбой попали под твой энергетический пресс. Нужно им сказочку правильную придумать.

— А чего придумывать? — пожал плечами я. — Лучше всего скрывает истину не ложь, а полуправда…

Когда я вышел из кабинета Аксакала, в гостиной наткнулся на наших капралов, тревожно глядящих на меня.

— Синий, тебя Аксакал срочно зовёт.

— Макс! — первой начала допрос Мышка. — ЧТО это было⁈

— Драма, переходящая в фарс. Застали меня целующимся с Темниковой. Визги, крики и так далее по списку. Я ещё у «тёти Зины», как ближайшей родственницы Маргариты, попросил руки и сердца племяшечки. Тут горячая Шеллер не выдержала и полезла в драку.

Короче, все взбесились до такой степени, что за мечи похватались.

А у меня есть одна особенность. Обычно не афиширую её, так как очень редко проявляется. Специально захочу — хрен вызову. Когда на полном психе, то иногда происходит кратковременная вспышка ментального Дара. Темникову с Аксакалом им не прошибёшь. А вот вас и Шеллер накрыло. Пардон. Не со зла, ребята.

— Ничего себе! — поразился Глыба. — В тебе талантов больше, чем в дерьме опарышей. Слушай, Котяра! Ты когда в следующий раз соберёшься вразнос идти, то предупреди заранее — убегу без оглядки. До сих пор поджилки трясутся, хотя я не робкого десятка.

— А с этой майоршей теперь что? — поинтересовалась Стелла. — Раз на своих двоих вышел, то дала полковник согласие?

— Ага! Дала! — разочарованно скривился я. — Потом ещё Аксакал дал. Потом давали вместе. Отлучён от тела девичьего на веки вечные. Всё общение исключительно при посторонних и никакой приватной обстановки. Даже приказ оформили со стороны Армии для Темниковой и со стороны Чистильщиков для меня. Ничего! Потерплю пока, присмотрюсь… А потом выход всё равно найду! Я от своего не отступлюсь!

— Правильно! — горячо поддержала меня Мышка.

Чую, что она приняла мою фразу как руководство к собственным действиям. Это не очень хорошо. Если залезет куда не надо, то может и головы лишиться. Ринат её, конечно, не тронет, а вот Синий с Шеллер — легко. Вряд ли Александр Годунов приставил к своим детям людей, не способных устранить угрозу раскрытия тайны в самом её зачатке. Верные цепные псы растерзают любого.

— Ир, можно тебя на пару слов?

Выйдя с Мышкой из здания, я осмотрелся и тихо задал вопрос.

— Как ты думаешь, почему поганый Дар Темниковой на меня не действует, а моя сегодняшняя неконтролируемая вспышка никак не повлияла на неё?

— Ты сам говорил, что ментально устойчив. С Маргаритой совсем просто: скрутить мозги той, что сама скручивает — это нонсенс. Если только Лордам под силу, и то лишь отключить сознание.

— А на Аксакала, почему мы с Ритой оба не имеем влияния?

— Ну… Есть в вас что-то похожее с Ринатом. Иногда, но до мурашек. Наверное, он тоже устойчивый.

— Правильно. Похожи и сильно. Когда я всем в кабинете объяснил произошедшее, то Ринат признался, что с ним подобное тоже иногда случается.

— И к чему ты это мне рассказываешь? — напряглась девушка.

— Кажется, я нашёл причину, почему тебя Аксакал настойчиво посылает и не имеет других любовных связей. Боится привязаться или, не дай бог, жениться. Представь на секундочку, что ты его благоверная жёнушка. Не знаю семей, где не бывает размолвок. И вот он психанул, как я сегодня…

— Представила, — нервно сглотнула слюну Ирина. — Это ужас!

— И я о том же. Ты не можешь защититься от подобного. После первого же случая начнёшь жить с мужем, в страхе ожидая повторения. Мысль поняла? Лучше отстань от Аксакала сейчас. Потом худо будет.

— Это он тебя подговорил пообщаться?

— Нет. Выводы сделать легче лёгкого. И не зря от тебя уворачивается всеми частями тела. Не потому, что не нравишься, а пытается уберечь от непоправимой ошибки вас обоих. Что бы ты себе ни нафантазировала, но Ринату нужна женщина иного рода, способная к сопротивлению на ментальном уровне.

— Я подумаю… — совсем поникла Мышка. — Спасибо.

На следующий день лейтенант Аксаков объявил о присвоении мне звания капрала и о создании особого мотозвена под моим командованием. Скромное застолье завершилось достаточно быстро. Прав был капитан Анистович: безалкогольное вино — дерьмо полное и долго веселиться не позволяет.

Выйдя из столовой, почувствовал кого-то за своей спиной. Капрал Синий собственной персоной.

— Ну что, дружок? — спокойно сказал он и слегка придавил силой Абсолюта. — Я знаю, ты знаешь… Надеюсь, что сможем нормально сотрудничать до особого распоряжения одного человека. Если нет, если амбиции поставишь выше Российской Империи, то на похороны не надейся. Сгинешь в безвестности. Не первый такой юркий и не последний. Не доводи до крайних мер.

— К тебе это тоже относится, — успел опередить меня Такс, появившийся за спиной Синего в боевой ипостаси. — Почувствую с твоей стороны угрозу для Макса, и никакие «особые распоряжения» мне не понадобятся.

— Логично. Честно, — кивнул капрал, даже не подумав испугаться. — Хорошо, чтобы сработались. Нравитесь вы мне оба. Да и персон таких лучше иметь в соратниках, а не во врагах. Раз позиции обозначили, то пойдёмте к вашему «Суслику». Политика политикой, но и про службу забывать не надо.

Глава 15

Три дня, пока не успокоились Кентавры в зоне, мы готовились к установке этих чёртовых ретрансляторов, которые уже ненавидели почти так же сильно, как и Тварей. Вроде фигня на несколько часов работы, а не можем справиться столько дней. Достало.

Но сейчас временная пауза всем только на руку. Темникова с Аксакалом, скорее всего, придя в чувство после раскрытия личностей, отослали донесение в столицу и составляют собственные схемы поведения со мной и Таксом.

Мне это время тоже надо, чтобы нормально подготовить свой мобильный отряд. Наличие аж трёх людей и одного духа-хранителя внесло свои коррективы. Первым делом мы решили, что это непозволительная роскошь в бою менять пулемёт на гранатомёт и обратно. Поэтому выкинули единственное заднее сиденье и установили обе станковых машинки.

Да, теперь ехать стрелкам не так удобно, зато огневая мощь выросла в разы. А отбитая о жёсткий каркас «Суслика» жопа потом быстро восстановится на базе. Главное — донести её до дома в целости и сохранности.

Как я и предполагал, Жан оказался аховым водителем. Тормоз с газом, конечно, не путает, но, уходя от погони Кентавров, доверить ему руль — это самоубийство. Немного поднатаскали, естественно, только до моего уровня или Гоги далековато пока.

Синий раскрыл ещё один свой талант: механика. В отличие от нас, молодых, он не участвовал в подготовке экипажа, а больше занимался машиной. Хотя вру. Время от времени дельные советы всё же давал. Отношения у нас с ним эмоционально ровные, что устраивает обоих. Всегда приятно иметь дело с профессионалом, а не с истероидом, могущим выкинуть на эмоциях любой фортель.

Хуже всех вписался в команду, как ни странно, Такс. Точнее, поначалу всё было нормально, но как только мы выбросили заднее сиденье, которое он уже считал своим чуть ли не командным пунктом, то понеслось. Разобиделся на всех! С Бельмондо вообще перестал разговаривать, когда случайно услышал от нашего маркиза шуточку о том, что Такса можно использовать как мягкую подушку на жёстком полу багги.

Правда, всё недовольство мятежного духа пропало, когда мы всё-таки выехали в сторону зоны Кентавров.

Всё было, как и в прошлые разы. Наше появление Лорд засёк быстро и выслал своих парнокопытных бойцов на перехват. Азартно покрошили пограничные разъезды Тварей, фигача одновременно и из пулемёта, и из гранатомёта. Потом количество Кентов стало увеличиваться. Пришлось уже мне, сидящему за рулём, проявить мастерство водителя, лихо маневрируя между отрядами Тварей и не давая им попасть в нас из своих луков.

В какой-то момент оказались в полном окружении, и Такс перенёс нас на километр. Игра в смертельные догонялки повторилась. Потом перенос ещё на километр. Потом ещё. Судя по времени, свою задачу выполнили. Бойцы Аксакала должны были поставить ретрансляторы и вернуться из зоны. Такс быстро сходил к ним в гости и подтвердил предположения.

Можно возвращаться, тем более что от боезапаса осталась лишь четверть. Хочу отдать приказ духу-хранителю, как вдруг он замирает, встав в боевую стойку.

— Котяра… Там Дыра появилась. Из тех, что неправильные. Закамуфлированная сука.

— Где «там»?

— Шестьсот метров на запад. За холмом. И я не понимаю, каким Тварям она принадлежит. Вылезло пока две особи. Если бы бобры с черепахами могли спариваться, то появились бы у них вот такие вот детки. Что-то новенькое… Надо разведать. А?

— Перемещай прямо к Дыре. Про новый вид Тварей обязательно узнать побольше надо. Парни! Осторожнее! Сюрпризы могут быть смертельные!

Гога и Бордо промолчали, лишь серьёзно кивнув в ответ.

К моменту нашего появления у Дыры было уже с десяток этих чудищ. Такс абсолютно прав: подобное мне самому встречать не приходилось, даже в бытность Безумного Генерала. Морда реально похожа на бобровую, но панцирь и расставленные по бокам лапы, как у черепах. Ещё внушительный хвост… Плоский, волочащийся по земле и шириной с полметра. Покрыт длинными колючками и оттого напоминает кактус.

Не стал близко приближаться и приказал Гоге шмальнуть по одной Твари из пулемёта. Несмотря на то что он явно попал, пробить панцирь даже крупнокалиберной пулей не получилось.

— Бордо! Лупани из гранатомёта!

Жан тут же выполнил приказ, и два взрыва накрыли Тварь. Бобровую башку снесло напрочь, а панцирь, кажется, не пострадал. Нужно посмотреть вблизи.

Ехать самому не пришлось. Черепахи сами кинулись в нашу сторону. Готовясь к скорой рукопашной, я уже достал меч, напитав его клеймы, но Твари внезапно остановились, не добежав до нас метров двадцать. Задрали свои шипастые хвосты телеграфными столбами и мелко задрожали, втянув головы под панцирь.

— Перемещение на двадцать метров! — ору я Таксу, понимая, что сейчас произойдёт что-то скверное.

Хорошо, что реакция у духа отменная. Не успел я договорить фразу, как очутились чуть в стороне. Вовремя! Колючки с хвостов со свистом полетели туда, где мы недавно были. Промедли пару секунд, и кактусами можно было бы назвать безвременно почивший отряд капрала Котяры.

— Кентавры близко, — прохрипел осипшим от волнения голосом Бордо, тоже понимая, какой участи только что избежали.

Чёрт… Я про них и позабыть успел, поддавшись азарту естествоиспытателя.

— Такс, подбитый образец в машину закинешь?

— Без вопросов.

— Только быстро. Потом сразу отчаливаем к своим.

И опять разминулись со смертью, почти столкнувшись с ней нос к носу. Взрывы от стрел Кентавров и смертоносные иглы Черепах чудом не накрыли нас перед самым исчезновением.

Кажется, Чердынь уже начинает привыкать к тому, что наш «Суслик» всегда появляется с интересными штуковинами на борту.

Сегодня «звездой экрана» был кое-как воткнутый на заднюю площадку салона почти двухметровый панцирь с шипастым хвостом. На переднем пассажирском сиденье расположился Бельмондо, на коленях которого восседал Гога, держащий на руках милого пёсика. Лишь я один похож на нормального человека, в персональную харю сидящий за рулём багги.

Приехав на базу, сразу же подкатили к штабу, не дожидаясь возвращения группы Аксакала. Увидев нас, полковник Дамбаев от удивления сделал свои глаза огромными как блюдца. А вот его жёнушка-армейка Шеллер, пришедшая с визитом, наоборот, превратилась в настоящую бурятку с глазками-щёлочками. Ей, кстати, идёт. Теперь точно муж и жена даже внешне!

Выпрыгнув из машины, быстро отрапортовал, вкратце объяснив наличие странного трофея. Тут же «Суслик» был взят под охрану, а мы всей командой оказались в полковничьем кабинете, где уже подробно начале излагать детали акции.

Вскоре к нам присоединился вернувшийся Аксакал и майор Темникова. Ретрансляторы доставлены в исходные точки без происшествий. Но сейчас они никого не волнуют. Новые Твари, которых мы назвали Черепахами, занимают всё внимание.

— Нужен совместный штабной совет, — заявил Будда. — Что-то мне это всё совсем перестало нравиться. Аномалия на аномалии. Печенью чую, что не только мы готовим свою операцию, но и Твари. Пока же все выходы в зону Чистильщикам запрещаю. Да и к другим Дырам без срочной необходимости не лезть.

— Согласна, — кивнула Шеллер. — Обсудим, конечно, только считаю, что усиленное армейское прикрытие придётся ставить на любую вашу акцию. Даже почти прогулочную.

— А как быть с ретрансляторами, госпожа полковник? — поинтересовалась Темникова. — Зря их, что ли, таскали? Нужно проверять.

— Через неделю, майор. Единожды, а не как планировали.

— Если один раз, то сам справлюсь. Даже притараню обратно… За дополнительный паёк, естественно, — тут же отозвался Такс.

— Тебе бы только жрать! — фыркнул Гога.

— Не только. Кроме удовольствия, я получаю от еды энергию. Видел сегодня, сколько её затрачивать приходится? Или хочешь погибнуть в неравном бою из-за того, что один незаменимый, но ослабленный пёс не смог выдернуть из лап Тварей жадного Гогу?

— Будет дополнительный паёк, — согласился Будда. — Тем более, и так его имеешь. С твоим появлением на базе поварихи стали приписками заниматься. Пусть уж лучше официально подкармливают, чем таким незаконным образом.

— Тогда дополнительный двойной… Нет! Тройной! С отдельным меню! Я его составлю!

— Можно и тройной, — кивнул Дамбаев. — Даже четверной. Хочешь?

— Конечно!

— Отлично. Правда, работать тоже будешь за четверых. Я список дополнительных обязанностей составлю. Не меню, конечно, но уверен, что впечатляешься. Начну, пожалуй, с вывоза мусора и отходов жизнедеятельности…

— Что⁈ — возмутился Такс. — Меня, боевого от хвоста до морды пса дерьмо таскать⁈

— Не собачье же? Чего нос кривишь?

— Хорошо. Пусть будет двойной паёк… И на приписки наших милых поварих никто не обращает внимания. Кажется, отличная сделка.

— Нет. Либо приписки, либо паёк. Нам тоже бумажки подгонять приходится.

— Сложный ты, Будда, человек. Оставляй приписки. С ними вкуснее.

— Если с этим разобрались, — улыбнулся Дамбаев, — то прошу всех на выход. Отдыхайте. Заслужили все.

Аксакал вернулся с офицерского совета поздно ночью. Утром же, как только пришла майор Темникова, собрал всю группу и подтвердил то, что мы и сами уже знали. Да, новая Тварь. Первичный осмотр туши показал, что выстреливает острейшими иглами из своего хвоста. Иглы из очень прочного материала и с каким-то ядом. Пока выясняются все обстоятельства, к Кентаврам не ходим. Дальше уже Темникова прочитала лекцию про бдительность и тому подобное, что вызывает исключительно зевоту у слушателей.

Самое важное началось для меня, когда после группового сборища тайные наследники пригласили в лейтенантский кабинет.

— Читай, — протянула мне Темникова небольшой листок бумаги.

Взяв его в руки, увидел короткое сообщение: «Знаю. Пусть будет. Не помешает. Служите. Готовьтесь к наградам за труды ратные. Все трое.»

— Что это?

— А это, Котяра, ответ отца на мою восьмистраничную шифровку. Ещё парочка личных слов и приказ показать тебе записку. Правда, содержательно?

— И не говори, Рита. Есть где фантазии развернуться.

— Я примерно то же самое сказал, — кивнул Аксакал. — Ну что, Достоевский? Ты теперь в игре официально. Знать бы ещё, в какой…

— Ошибка, командир. Не в одной игре, а в нескольких. Уверен, что все они опасные. Для меня так точно. Моя названая маманя, Юлия Петровна Достоевская, давно подозревала подобное. Ты, Ринат, хорошо её знаешь. Умнейшая женщина.

— Верно. Также знаю, что вхожа в императорские двери. Если Государь принял тебя в её Род, то это о многом говорит.

— А я мало что знаю, — вздохнула Маргарита. — Больше после Академии по гарнизонам моталась вместе с тётей Зиной. Но графиня известна с детства: она с мамой была в приятельских отношениях. Признаюсь, не нравится всё это. Скоро по всем признакам нас должны выдернуть в столицу, представив официально всему миру.

— Может, и не выдернут, — не согласился с ней Аксакал. — Дар-то ещё не раскрылся полностью.

— Значит, через полгода максимум. Ринат, мы уже подошли к той точке, когда правду о рождении скрыть становится практически невозможно. Котяра — первая ласточка. Скоро полетят и остальные.

— Вторая, Рита. Дядька Филонов ещё одну вместе с Семёном отрабатывает.

— Кого?

— Ты думаешь, что эти скрытные безопасники делятся со мной информацией? Просто поставили в известность, чтобы был настороже и непонятных личностей к себе не подпускал.

— Поэтому меня тогда из группы выгнал? — спросил я.

— А ты разве на обычного человека хоть пять минут похож бываешь? Конечно, из-за этого. Потом, правда, вразумили, объяснив, что не в ту сторону ствол направил, но осадочек толстый остался. Что бы кто ни говорил, но тебе, Макс, до сих пор не доверяю. Даже после слов отца. Просто прими к сведению и не думай, что всех перехитрил.

— Я тоже, — поддержала брата сестра.

— Да как хотите. Только прав был Филонов. Не того ты, Аксакал, подозреваешь. У меня есть более интересная кандидатура.

— Озвучишь?

— Нет. Если тебе не пожелали раскрывать карты, то значит, так тому и быть. Скоро сами всё узнаете. Про награды император обмолвился не для того, чтобы приятное сделать. Вручать собирается лично. В столице, естественно. Так что гладим шнурки и начищаем пуговицы в ожидании скорой поездки на «большую землю».

— Ещё один прозорливый молчун на наши головы, — недовольно ответила Маргарита. — Мало нам младшенького братца, теперь и ты приплюсовался. И перестань лыбиться! Не боишься, что награду из рук отца получишь в виде безымянной могильной плиты?

— Теперь нет. Рассчитываю выторговать нечто более замечательное. Тебя.

— Убью!

— Нежно?

— Разнообразно!

— Подойдёт. Я за любой кипишь в отношениях, кроме скуки.

— Прекратите, — прервал наш зарождающийся спор Аксакал. — Кто там, кого и как потом решать будете. Я вам даже по ромашке для гадания подарю. Меня больше волнует обстановка на нашем Рубеже. Скоро выпадет первый снег, и в зону соваться будет проблематично. Кентавры быстро по следам вычислят. Три месяца придётся жить в неведении. Что за это время Лорд подготовит?

— Захват Чердыни, Соликамска, — твёрдо сказал я, вспомнив, что было в прошлом мире при подобных аномалиях.

— Не говори ерунды. Сил не хватит. Умоется кровью и потеряет большую часть своих Тварей.

— Хорошо. Затыкаюсь до встречи с Александром Годуновым. Только мы тут с Таксом покумекали и пришли к выводу, что весной начнётся жопа.

— Почему весной? — спросила Маргарита.

— Потому что распутица и нам будет тяжело перебрасывать технику, — за меня ответил Ринат. — Но я всё равно не верю в бредни Котяры. Максимум, что Лорд Кентов может предложить — это эшелонированную защиту своей территории.

— А если нет? Если случится невозможное, и Дыры разных Кочующих Миров объединятся? Именно это, кстати, и происходит, — неожиданно возразила ему Темникова. — Ринат, мы к подобному не готовы. И тут я полностью на стороне Макса. Зачем закамуфлированные Дыры на территории Кентавров? Сколько их ещё? А если есть и за пределами зоны, в труднодоступных местах? Если они могут проявляться сразу классом Д3 там, где будет выгодно нападающим? Вопросов возникает куча! Ты можешь хоть на один из них ответить, чтобы полностью отвергнуть теорию Котяры?

— Нет.

— И я нет. Значит, нужно составить донесение. Правильное донесение! И пустить его по инстанциям, чтобы понимание опасности проняло всех. Зачем отец написал, чтобы мы прежде всего служили? Может, тоже имеет свои подозрения и нужна наша помощь на всех уровнях?

— Как скажешь. Ты же у нас разведка, а не я. Но, несмотря на все доводы, я пока остерегусь подключать Котяру к акциям в составе группы. Пусть готовит своё мобильное подразделение. Если его прогнозы сбудутся, то такой козырь в рукаве может пригодиться.

— Как знаешь. В твои дела Чистильщика я тоже не лезу.

Через неделю Такс притащил все четыре ретранслятора. Точне два нормальных, а два представляли собой груды металла. Моя догадка оказалась верна. Лорд Кентавров засекает радиоволны и активные приборы, создающие их, поэтому приложил все усилия, чтобы они навечно замолчали на его территории.

Темникову и Шеллер подобное открытие повергло в уныние. Даже не сам факт потери дорогостоящего имущества. Их параноидальные мозги разведчиков предположили, что если радиочастоты можно засечь, то и считать с них передаваемую информацию тоже не самый фантастический вариант.

Я знаю, что этого не может быть, но молчу в тряпочку. И так наговорил больше, чем может знать бастард из Гессена. Моя основная задача на сегодняшний день — создать нормальное мобильное подразделение. Тем более, армейские притащили ещё пару багги из Перми. Внезапно у меня образовалась практически собственная группа, так как Шеллер отрядила к машинам спецназеров Анистовича. Объяснила просто — разноплановостью задач.

— Ну что, капрал?.. — растерянно почесал Юрий макушку, явившись вместе с техникой. — Принимай под своё командование целого капитана. По мне, подобное положение дел — полный абсурд. Но с начальством не спорят.

— Сработаемся, Юр! — ободряюще хлопнул я его по плечу. — У нас тут демократия… Правда, авторитарная. Поэтому на чины внимания не обращаем. Все вольны спорить и высказывать своё мнение.

— А в чём авторитаризм?

— Последнее слово при обсуждениях за командиром. Он несёт всю ответственность. В данном случае я и мой заместитель в твоём лице. Есть возражения?

— Нет.

— Тогда вечером посидим и со всеми перезнакомимся. Повторюсь: без чинов, пока в бой не ввязались.

Наутро выпал снег, заставив нас на время забыть о Кентаврах и сосредоточиться на других задачах. Почти три недели я посвятил своей мобильной группе, полностью выпав из жизни Аксакаловых бойцов, которые мотались по Рубежу, закрывая постоянно возникающие Дыры.

Вызов к Будде был неожиданным. Явившись к нему в штаб, увидел хмурого Аксакала и чем-то недовольную Темникому.

— Раз все в сборе, — начал полковник Дамбаев, — то сразу обрисую ситуацию. Нужна помощь соседям. В ста тридцати километрах от нас есть небольшой городок Березники. И вот в нём творится чертовщина. То тут, то там на снегу находят следы различных Тварей, но нет ни одной Дыры или нападения на местных жителей.

Прошерстили армейские всю округу, только ничего не нашли. Даже маленькой, начинающей формироваться Дырочки. Приборы показывают полную идиллию, хотя полгода назад отмечали точки проколов по всему району вокруг городка. А следов всё больше и больше…

Такого быть не может. Остаётся одно. Под городом находятся старые шахты по добыче соли. Их такое количество, что иногда дома под землю уходят. Если где и спрятались Твари, то только в этих грёбаных шахтах.

— Ну и пусть проверяют их, — предложил я. — Мы-то зачем?

— Проверили. Вернее, попытались. Результат печальный: пять армейских групп сгинули. А это почти сотня человек! Своих Чистильщиков в Березниках нет, поэтому обратились к нам. Нужно пройтись по катакомбам и поискать Дыры. Если они там есть и не проявляют себя на поверхности, значит, ваша теория, описанная в докладах, верна. Готовят Кочующие Миры скрытый плацдарм для атаки. Аксакал, Котяра, возьмётесь за разведку? С Таксом, естественно. Он один сможет вытащить из подземного плена в случае полного звездеца. Других отсылать — это заведомо отправлять на смерть. Поэтому и пришла идея подключать вас, а не Соликамскую базу.

— Но у меня мобильная группа, вроде как…

— Переживёт недельку без своего командира.

— Я против командировки группы лейтенанта Аксакова в Березники, — подала голос Маргарита. — Неоправданный риск. А они нам тут живыми нужны.

— Это не вам решать, майор! — строго отбрил её Будда. — Доложили, и на этом свою миссию можете считать исчерпанной.

— Я бы прокатился… — задумчиво ответил Аксакал. — Если найдём подтверждение, то может сильно пригодиться в составлении планов на весну.

— Березники так Березники, — пожал плечами я, ещё до конца не понимая, в какую авантюру ввязался.

Глава 16

В поход мы готовы были выступить моментально. Но была одна проблема: грёбаная зона Кентавров, что перекрывала часть дороги до Соликамска, от которого до Березников почти рукой подать — тридцать с хвостиком километров. Пришлось готовить основательный армейский обоз.

Этим случаем не мог не воспользоваться Берлиоз, пригласивший меня с Аксакалом в свою контору. К слову, старый Чистильщик Фарш теперь в нас души не чаял, впрочем, как и все его родственники-коллеги. Дело не в том, что очень красивые, а в добыче. И всё благодаря Таксу, постоянно приносящему «отходы» боевых действий группы старому еврею, склады которого уже были забиты исключительно ценным материалом до такой степени, что ему пришлось подключать всё своё семейство для хранения.

— Если вы едете в Соликамск, — поздоровавшись, сразу начал Берлиоз, — то у вас есть два интереса, молодые люди. Первый — остаться в живых, а второй — стать немного богаче. И со вторым хочу вам сильно помочь. Дам адреса мест, куда сможете сами напрямую сдавать товар. Цены в них, естественно, будут выше, чем в Чердыни.

— И откуда такая вселенская щедрость? — скептически отнёсся я к подобному заявлению.

— Оттуда, что эти места тоже принадлежат мне. Простые ручки-ножки Тварей будете приносить сюда, как и все остальные Чистильщики. А вот наиболее ценный товар пусть переправляет Такс. Моё сердце не выдержит, если с очередным обозом пропадут, например, эндокринные железы Слизня. Это же какие убытки!

Так что рекомендательные письма для управляющего соликамским хозяйством дам. Он будет знать вас как моих представителей, поэтому без проволочек оплатит полновесной монетой, переведя сумму на банковские счета, весь эксклюзивный товар. Тут моя фирма купит его или в Соликамске — без разницы для моей выгоды.

— А в Перми тоже твои люди на скупке сидят? — поинтересовался Такс. — Это я на будущее хочу узнать.

— К сожалению, нет. Дальше начинается торговая сеть иных масштабов. Как и другие подобные ей, доходит до самой столицы. В Петербурге вступают в дело люди, рядом с которыми не только я, но и региональные сети — мелкая моль на занавеске. Бизнес давно поделён, поэтому дальше Соликамска не высовываюсь, сдавая в Перми товар другим людям.

Но это всё грустная лирика, поэтому вернёмся в наши реалии. Набралось аж на три грузовика товара. В каждом примерно на полтора миллиона загружено.

— Ничего себе! — удивился Аксакал. — Да группа озолотится, если всё это до Соликамска целым дойдёт!

— Правильное замечание, — кивнул старик — Если дойдёт… Вы какой закон считаете самым чётко работающим в мироздании?

— Их несколько, — пожал плечами Ринат, не понимая, что имел в виду Берлиоз.

— Он один. Это закон подлости. Если мечтаешь о том, чтобы что-то нехорошее не случилось, то оно обязательно случается. А я очень боюсь потерять почти пять миллионов. Армейские дополнительную охрану для грузовиков не выделят, ограничившись стандартной. Я их понимаю: ломать свои штатные расписания ради бедного еврея никто не будет. Другое дело, что и безропотно принять ситуацию не могу. Поэтому предлагаю вам взять грузовики под личную охрану. Тем более что половина денег с них ваша. И должны быть кровно заинтересованы, чтобы в Соликамске встретили все три машины.

— Не придраться, — кивнул лейтенант. — Постараемся не профукать груз…

— За пять процентов от его стоимости, — тут же добавил Такс.

— А ты не охренел? — спокойно поинтересовался Фарш. — Своё же сторожить будете.

— Это как посмотреть. Своё оно только наполовину, а остальное — твоё. Вот со своего пять процентов и отдашь.

— Какое жадное существо!

— Если ты про себя, Фарш, то полностью согласен! Решил сэкономить на доставке? А мы там жизнями рисковать будем! Кровушку свою вёдрами проливать! На улице минус три градуса, а я теплолюбивый! Учитывать некомфортное несение службы тоже надо!

— Добавим сюда перерасход боеприпасов и усилия на составление планов по охране, — поддержал я Такса. — Верно, Исайя Ааронович, мой компаньон говорит. Вы же умный человек и понимаете, что любая работа должна оплачиваться.

— Тогда предлагаю три процента, но только от моей части выручки. И то, соглашаюсь лишь из-за хорошего к вам отношения.

— Четыре, — вставил своё слово и Аксакал. — Такс предложил пять процентов, а вы — три. Получается, что четыре это разумный компромисс.

— Почти сто тысяч за день работы?

— Можете поискать, кто за меньшее согласится.

— Никто… Кажется, тут собрались одни евреи, и я к ним никак не отношусь. Старею… Пора Цилечку к делам привлекать, — вздохнул Берлиоз. — Пусть будет так.

— А вот скажи, — обратился я к лейтенанту, когда Такс переместил нас в его кабинет. — Ты же богат до жопы. Зачем тебе эти крохи Чистильщиков?

— У нас в группе карпалы все не из бедных семей, но попробуй их нагреть на деньги — печень вырвут. Знаешь почему? Потому что САМИ заработали, а не родственнички отслюнявили.

Ты у Мышки дома был? Эту квартиру она на кровно заработанные купила, как и машину, от подачек родителей отказавшись. Не хочет быть зависимой, подсев на финансовую иглу.

Глыба со Стеллой, знаю, имеют практически общие сбережения, копя на свадьбу и семейный особняк. Их рода категорически против брака, поэтому приходится вертеться парочке ужом, чтобы потом не в нищете детей растить.

У Жала мечта создать независимую частную лабораторию, где ему никто не будет указывать, что делать. Ты в курсах, что его знаменитый дед-профессор проклял за антинаучную ересь? Теперь хочет Гриша Малинин доказать всему миру, что прав он, а не его заслуженный предок. Тоже финансы немалые понадобятся.

К тому же есть рядовые, и им нужно сколотить приличное состояние на службе. Вот и получается, что лишним рубль ни у кого не будет. И я за всех этих людей в ответе! Поэтому прилагаю все усилия не только по сохранению их жизней, но и для того, чтобы никто не остался у разбитого корыта после демобилизации, или когда я перестану быть Аксакалом, отправившись в отчий дом. Доходчиво объяснил?

— Вполне. Достойно всё, хоть и не договариваешь сильно. Короля делает свита, поэтому не думаю, что Аксакал просто исчезнет из жизни наших ребят. Уверен, что создаёшь свой круг из надёжных людей. В столице подобное не помешает.

— Не без этого, — согласился Ринат. — Одна из причин, почему дети императора не воспитываются во дворце. Чтобы оградить от хитрых лизоблюдов в друзьях. Те же, кто пошёл за простым лейтенантом, не предадут.

— Раз так откровенно разговариваем, то, может, ответишь ещё на один вопросик скользкий? — поинтересовался я после небольшой паузы.

— Не мнись, Котяра. Думаю, что легко его угадаю. Кто будет официальным наследником российского трона? Не знаю. Решать не сегодня и не нам. В нужный момент император сам огласит. Выбор между мной и Ритой. Семён будет третьим в списке, если с нами что-то случится. У младшенького по рождению Дар чуть слабее, а мы с сестрой — первенцы. Хоть и родились с разницей в десять минут, но внутри матери развивались одинаково.

— Конкуренция, однако!

— Ага. Только в обратную сторону. Ни она, ни я не хотим быть на престоле после отца. Ярмо ещё то. Нас с детства приучали, что император сродни тягловой лошади, тянущей непомерный груз страны.

— Правильное воспитание. Но я другой вопрос хотел задать. Маргарита — явная менталистка, умеющая подчинять себе. А какой у тебя Дар Истинного? Я в этом вопросе реально плаваю.

— И другое в ней тоже есть, что роднит любого Истинного. Ты видел лишь верхушку. Но, в отличие от женщин с кровью Правителей, мужской её вариант менее заметен и больше заточен под организационно-аналитические вещи. Когда придёт время, то отец сделает выбор, чей основной Дар для страны наиболее необходим в определённый момент истории… Это ещё одна причина не быть конкурентами.

— Благодарю за искренность. Ну что, пора собирать группу и озвучить ей новую задачу? — предложил я. — Кстати, уже есть мыслишка. Я возьму своего «Суслика», и устроим нечто похожее на доставку ретрансляторов.

— Оттянешь основные силы Тварей на себя? — сразу врубился в тему Аксакал. — Вариант обсуждаемый. Только есть опасность привлечения Лордом своих резервов. Как бы не захлебнулись мы все в потоке Кентавров.

— Он и так их привлечёт, почуяв нас с Таксом.

— Разберёмся. Ты почему, Котяра, в старой броне ходишь? — внезапно сменил он тему.

— Коплю на крутую. Чего баллы рейтинга зря транжирить?

— И сколько их у тебя?

— Щас гляну. Давно не смотрел.

— Ты дурак? Подобные вещи нужно постоянно отслеживать!

— Не привык как-то… — покаялся я и присвистнул, заглянув в нужный раздел своего электронного браслета. — Ничего себе! Двести восемь тысяч баллов! Это же какую броню могу себе прикупить⁈

— Максимальную. И половины не потратишь. Ещё на меч приличный останется.

— Да откуда столько?

— На «Суслике» одном Тварей, как почти вся база завалили. Плюс Матрёшку с Таксом в одиночку закрыли, двух Лордов укокошив. Про остальные подвиги тоже молчу, но за каждый баллы капали. Короче, переставай фигнёй маяться и сегодня же зайди в интендантский отдел. Гогу с Бельмондо захвати. Они давно на новую экипировку облизываются, но, подражая тебе, пока ничего не приобрели.

— Зайду. Главное, чтобы денег хватило. Там же ценник должен быть конский.

— Хватит, — улыбнулся лейтенант. — Знаешь, какая броня самая невыгодная в плане финансов?

— Максимальная?

— Нет! До третьего класса включительно! На четвёртый по шестой класс происходит снижение денежной цены, хотя баллов тратишь, конечно, больше. Бойцам, дошедшим до определённого уровня, делается максимальная скидка, так как они доказали свою полезность с лихвой. Вот и выходит «максималка» всего на полторы тысячи рубликов дороже хиленькой второй. Так что сможешь легко себе купить самый крутой «обвес», а Гога с Бордо, по их признанию, троечку с нормальным оружием себе обеспечили. Уверен, что после командировки в Березники и четвёртый класс осилят… Что-то мне всё меньше и меньше нравится ситуация в этом городке. Так что не откладывай покупку новой амуниции.

Вот правда, меч… У тебя и так с шестью клеймами. Выше на нашей базе не найти. Это нужно из Перми заказывать и долго ждать. Если намечается поездка в столицу, то я бы на твоём месте там затарился клинком клейм на десять.

— Понял. Но как-то несправедливо, что я буду лучше защищён, чем мои бойцы. Может, есть возможность в долг им и денег, и баллов отсыпать? С моего браслета?

— Только денег. Хоть на куклы трать, никто слова не скажет. А вот баллы — это другое дело. Твои и только твои. К тому же, самый сильный боец в команде должен быть лучше всех защищён не только для собственной безопасности, но и чтобы прийти подчинённым на помощь, быстро вытащив их из непосильной для остальных задницы.

Так к вечеру я стал счастливым обладателем максимальной брони. Лёгкая, удобная. Способная выдержать единичный ментальный удар Лорда и идеально приспособленная к работе в любых агрессивных средах. Она ещё и смотрелась шикарно. Матово-чёрная, с серебряными вставками артефактов и шлемом, где функций столько, что с трудом смог запомнить все. Вестник Смерти с карающим мечом на боку, а не Чистильщик! Теперь ничем не отличаюсь от Аксакала и остальных его капралов!

Гога с Жаном тоже довольны обновками, хотя и смотрят на меня с лёгкой завистью в своей светло-серой броне третьего класса. Заодно они взяли себе новые автоматические ружья с высокой скорострельностью и с оптикой для прицеливания. Я же выцыганил у интендантов спаренный пулемёт, который мы с матюками почти два часа устанавливали на «Суслика». Ничего! Намучились, зато в бою пригодится, когда Твари стеной попрут.

Выйдя поздно ночью из гаража, неподалёку увидел человеческую фигуру. Пусть лица не рассмотреть, но я знал, чувствовал, кто это.

— Здравствуй, — поприветствовал я Риту. — Что-то случилось, раз одна осмелилась явиться к страшному мне?

— Ничего. Обоз готов, и остались кое-какие формальности. Послезавтра отправляетесь в Березники. Знаю, что не имею права просить, но всё же попытаюсь. Береги моего брата. У тебя есть Такс. Пусть он за ним присмотрит. Сердце не на месте. Второй раз такое. Первый был, когда Ринат чуть у Йети не погиб. Хоть и не знала, что происходит, но в тот день с ума сходила от непонятного волнения. У нас с ним очень крепкая ментальная связь.

— Не вопрос. А Такса сама попросить можешь. Он же за пару кило вкусняшек на любую авантюру подпишется.

— Уже сожрал их. Все четыре килограмма, — улыбнулась девушка. — Но пусть и очень милый Таксик всё же не человек. Хотела убедиться, что ты не подставишь своего командира.

— Продолжаешь мне не доверять?

— Не знаю… Категорично, как раньше, утверждать это не могу. Просто повторюсь, чувствую сильную тревогу. Неспроста. Мой Дар в таких вещах не подводит, вот и «бью по площадям», пытаясь исключить все варианты.

— Брата своей будущей жены гробить не собираюсь.

— Прекрати ты с этим. Уже не смешно. Особенно когда подобная перспектива может реально замаячить на горизонте. Государь — человек непредсказуемый.

— Прикажет и безропотно пойдёшь фату примерять? Плодить потомство от нелюбимого мужа?

— Не хочу отвечать на этот вопрос. Не знаю сама, как будет правильно.

— Хоть кто-то из нас двоих имеет чёткую позицию. Раз это я, то и решать мне. Расслабься! С унылой мямлей жить не собираюсь. Лучше с платными, но весёлыми девочками ночи коротать.

— Ты сравниваешь меня с проститутками⁈ — возмутилась Маргарита.

— Нет. На данный момент они лучше, так как знают, чего хотят. До свидания, майор. Желаю вам определиться, что вы такое.

— КТО я такая! — с вызовом поправила она, явно начиная злиться не на шутку.

— Это как повезёт. Бывает, что человек оказывается не «кто», а именно «что». Ещё вопросы, замечания, пожелания?

— Да пропади ты пропадом! — чуть ли не прорычала Темникова и, резко развернувшись на каблуках, быстро ушла по тускло освещённой фонарями дорожке.

Выезд в Березняки начался буднично. Колонна из машин в сопровождении двух танков медленно двинулась в путь, перемешивая талый после лёгкой оттепели снег с грязью. Унылая картина. Никогда не любил начало весны и конец осени именно из-за такой погоды.

На удивление, Твари совсем не беспокоили до того места, где дорога заходит в зону Кентавров. Наш «Суслик», едущий в километре от основных сил, тут же подвергся атаке разъезда Кентов. Первых гостей успокоили быстро, а вот дальше, как и предполагали, начались смертельные гонки.

Лорд учёл прошлые бои, поэтому не посылал малые группы, а сразу же пытался окружить, растягивая широкой цепью своих солдат. Приходилось тупо не принимать бой, а перемещаться с помощью духа-хранителя.

— Мне это перестаёт нравиться, — после пятого перемещения заявил Такс. — Я тоже не двужильный таскать вас туды-сюды.

— Где обоз? — спросил я.

— В трёх километрах от выхода из зоны. Плетутся медленно — дорога под гружёными машинами в раскисшую жижу моментально превращается. Им минут десять ещё надо… Блин! Нас опять со всех сторон обложили! Навострились, гады!

— Берём, чтобы наверняка, полчаса. Такс! Нужно место, где будем со спины прикрыты. Горушка там или утёс.

— Сейчас!

И вот мы стоим у стены из камня на берегу реки Вышера. Красивое место! Уверен, что с удовольствием бы сюда съездил отдохнуть на пикничок. Но сейчас меня больше интересуют не достопримечательности, а надёжная защита из скалы за спиной и река, что прикрывает с одного из боков. Тут хрен окружишь!

Лорд Кентавров тоже понял это и не стал заморачиваться, за пятнадцать минут согнав целую армию из близпасущихся подчинённых. Внушительная сила стоит вдалеке. Потом медленно начинает разгон, в надежде смять нас таранным ударом, не считаясь с потерями.

Тут-то я и похвалил себя, что поставил спаренный пулемёт! Ох, шайтан-машинка! Гога косит Кентов, как сумасшедший. Бельмондо тоже не отстаёт от него, используя автоматический гранатомёт на всю катушку. От первой волны Тварей ничего не осталось. Но местному Лорду пофиг. Уже сформирована вторая и начинает набирать скорость.

— Котяра! — проорал Гога, когда мы почти уничтожили третью волну. — Мне это, конечно, нравится, но стрелять скоро будет нечем. Если только Бордо вместо патрона на один раз использовать. Толку от него тоже скоро не будет.

— Верно! — согласился Жан. — Последняя коробочка на пятнадцать выстрелов!

— Уходим, — приказал я Таксу, посмотрев на часы. — И так уже пересидели.

Измотанный Такс трудом перенёс нас за границу зоны. Грузовиков нет, ушли далеко. Но на лёгком багги догнать их не составило особого труда. Подскочив к машинам, в которых разместилась наша группа, мы быстро обновили боезапас и наполнили бензином почти пустые баки.

— Как дела? — поинтересовался я у лейтенанта.

— Как на курорте. Несколько неразумных Тварей, случайно оказавшихся на пути, подстрелили, и дальше байки травить. А у вас, смотрю, опять жарко?

— Мы привыкшие. Только Таксу срочно отдых нужен и калорийное питание. Пока в себя не придёт, будем с вами в колонне.

К счастью, на этом сегодняшнее месилово закончилось. До самого Соликамска почти никто не тревожил армейский обоз. Лишь только танки иногда постреливали, разгоняя Тварей из пока ещё неучтённых небольших Дыр.

Глава 17

В Соликамске нас встретили как родных. Напоили, накорми, расквартировали. После этого вызвали в штаб Чистильщиков, где усталый немолодой полковник обрисовал ситуацию.

— Короче, парни, я не знаю, что вам и посоветовать. Твари в Березниках есть однозначно. И не сомневаюсь, что много. Будь там свеженькие Дыры, то монстры из них уже бесконтрольно бегали бы по городу и жрали всех, кто подвернётся. Но такого нет. Вывод один: какой-то Лорд управляет, обосновавшись в Дыре не ниже Д3. Значит, целая армия у него под рукой. И ещё следы… Насчитали пять разновидностей. Получается, что Лорд не один окопался, а их там несколько. И приборы молчат!

— Старые соляные шахты Чистильщики проверяли или только армейцы? — спросил Аксакал.

— Армия сама шерстила, но там такие подземные масштабы, что можно дивизию запускать, и ничего не найдёшь. Несколько десятков километров только официальных туннелей! Признаюсь, что четыре дня назад настоял на том, чтобы одна моя опытная группа всё же пошла прогуляться. Обидно стало, что нас не привлекают, а вызывают пришлых. Уж извините за прямоту…

— И что?

— Ничего. Ни группы, ни информации. Вначале всё было нормально. А потом резко связь прервалась. Хотя одна маленькая зацепочка есть. Группа Кучи, это та, что пропала, пошла по следам армейского спецназа, что тоже исчез с концами. И вот на одном камушке увидели старую надпись, явно кровью сделанную: «Всё не так, везде дыр…» Это одно из последних сообщений Кучи. И больше ничего. Ни тел, ни смысла. Так что думайте… Завтра с утреца доставим вас в Березники.

— Дорога спокойная? — снова спросил, нахмурившись, Аксакал.

— Относительно. Мы её почти всю контролируем. К тому же армейские вас ждут не дождутся и завтра с почестями проводят под усиленной охраной. Что-то из вооружения, экипировки надо?

— Всё есть, господин полковник. Понимали, куда едем.

— Вот и славно. Тогда отдыхайте.

— Как насчёт по городу экскурсию устроить? — поинтересовался я, помня о Берлиозе.

— Устраивайте, если времени не жаль. Проводника выделить?

— Сами.

— Как знаете.

Выйдя из штаба, мы с лейтенантом сразу же направились в город. Немного поплутав, всё же нашли скупку, где управляющим был старший сын Фарша. Очень похож внешне на отца, разве что моложе.

Самуил оказался простым парнем, поэтому долго рассусоливать не стал, перезнакомившись со всеми и передав подробный список всего, что сегодня наиболее котируется на рынке.

— У тебя свои люди в Березниках есть? — спросил я у него.

— Были. Пришлось закрыть обе конторы с год назад. Там лишь армейские дислоцируются, а им с нами работать нельзя. Да и место не очень уютное. Вроде и не жрут никого, но люди жалуются, будто бы за ними постоянно кто-то наблюдает. Идёшь по улице — и мурашки во всю спину от ощущения опасности. Ещё сны… Исключительно страшные, тревожные. Кто поумнее — уезжают, несмотря на то, что корнями вросли в землю за несколько поколений.

— А про соляные шахты что знаешь?

— Так понимаю, что официальные данные вам неинтересны? Тогда остаётся лишь народный фольклор. Когда город стал понемногу под землю проваливаться из-за старых шахт под домами, то какую только чертовщину ни придумывали. То Соляная Хозяйка мстит, то духи погибших соледобытчиков жизни забирают. Короче, кто во что горазд. А вот сейчас упорно все говорят, что шахты и не шахты вовсе, а монстр оживший. Кто попадает в его утробу, тот обратно не возвращается.

— Это из-за пропавших групп? — спросил Аксакал.

— Скорее всего, — кивнул Самуил. — Но россказни начались ещё до появления неуловимых Тварей. На месте поговорите с армейскими: многие уже не смеются над этой байкой. Там все на непонятном нервяке…

— Кроме рассказов, никакой конкретики? Ну, хоть что-то должно быть? — поинтересовался Аксакал.

— Совсем ничего, — покачал головой Самуил. — Только гнетущий фон. Я в Березниках был недавно и готов подтвердить, что неспроста так тяжело воспринимается нахождение в городе. Чувство, что ты курица в курятнике, и повар с ножом выбирает, из кого сварить суп.

Придя на базу, мы пересказали разговор с младшим Берлиозом остальным членам группы.

— Это не очень похоже на массовый психоз, — первым подал голос Жало. — Помните, как себя ощущаем около очень старых Дыр в первые минуты, пока не приспособимся? Под Березниками однозначно филиал Кочующих Миров. Туда не нас запускать нужно, а Абсолютов. Желательно с десяток минимум.

— Ага! — саркастически произнесла Мышка. — Ещё самого императора напряги. Не дрейфь, Гриша! Есть Такс. В случае чего он вытащит твою задницу из любого подземелья.

— Я не о своей судьбе переживаю, а о том, что можем не справиться с заданием. И на нашего Такса я бы не стал сильно полагаться. Как и мы, он часть программного обеспечения нашей реальности. А если его коды будут несовместимы с каким-нибудь отрезком Кочующих Миров? Тогда ничего сделать не сможет.

— Опять за старое? — скривился Глыба. — Я, конечно, не твой знаменитый дед-профессор, но считаю, что правильно он тебе лещей надавал. Мироздание сотворено богом или богами! Твой вариант — это бредни переигравшего в компьютер геймера!

— О чём это вы? — непонимающе поинтересовался я.

— Ты не знаешь теорию Жала?

— Нет.

— Повезло. Отчего-то наш горе-исследователь взял, что мы, по его формулировке, часть Операционной Системы Мира. И так убедительно доказывает, гад, что я после первой лекции почти сутки ходил и смотрел на свои руки. Всё ждал, когда они в единички с ноликами превратятся!

— Мы сами и есть эти единички с ноликами, — буркнул профессорский внук. — Божественное создание мира тоже никем не доказано, но в него все почему-то верят. Даже если оно и правильное, то чем оперировал Бог? Из говна и палок создал миры? С кучей законов развития, закономерностями и прочими атрибутами? В нашей жизни свойства любого предмета прописаны как в компьютерной игре, только на более высоком уровне. Божественном, если вам так легче.

— А как же свобода действий? — возразил ему я. — Персонажами в любой игре кто-то управляет, а мы…

— А ты уверен, что тобой не управляют? — перебив меня, задал явно привычные вопросы Жало. — Что если все твои действия и мысли принадлежат не тебе, а игроку за пультом? Что если твой мозг на самом деле не самостоятелен, а является частью другого мозга?

— Отставить, — жёстко приказал Аксакал. — Вот прям сейчас нам и не хватало ввязываться в очередной философский диспут. Меня интересуют соображения по Березникам.

— Война план покажет, — за всех ответил Синий. — Смысл планировать?

— Тогда всем отдыхать. Завтра всем силы пригодятся.

Сон после отбоя не шёл. Поняв, что только зря ворочаюсь на койке, вышел на улицу подышать свежим морозным воздухом. С удивлением отметил, что не один совершаю ночной променад. Жало сидел на скамейке у стены и, не отрываясь, смотрел в звёздное небо.

— Ты чего, Гриш, не спишь?

— Да что-то накатило… Давно тему моей теории никто не поднимал, и теперь опять душа не на месте. Глянь, Макс! Вокруг миллиарды звёзд! Мы их видим нормальным глазом или в телескопы… Но некоторые давно исчезли. Только свет потухших светил говорит о том, что они когда-то были. Обман. Иллюзия. Но для нас несуществующие звёзды всё равно реальность. Мы ориентируемся по ним, придумываем созвездия, гадают некоторые даже…

Но также есть куча новеньких звёзд, которые никогда не увидим, так как их свет дойдёт лишь через миллионы лет до Земли. Что получается? И старые потухшие, и новые далёкие звёзды для нас — большая вселенская Иллюзия. А мы кто? Тоже иллюзия для них. Всё ненастоящее в космическом масштабе получается.

— Если я тебе сейчас в ухо двину, — шутливо произнёс я, — то боль будет не иллюзорной.

— Уверен? Точнее, боль, конечно, будет, но чем она вызвана?

— Кулаком.

— А что такое кулак? Не гипотетический, а именно твой? Часть кода персонажа Максима. Необязательно цифрового, но кода. При соприкосновении с ухом происходят нарушения в моём программном, так сказать, обеспечении, что и вызывает боль, являющуюся сигнальным маркером.

— Ну ты и зануда! Страшно представить, что о Кочующих Мирах думаешь! Это же поле непаханое для различных гипотез.

— Вирус.

— Чего? — не понял я.

— Кочующие Миры — часть вируса, что пытается пожрать нашу реальность, перестраивая в другую систему мироздания с иными исходными кодами. Поэтому и не нападают пока по-серьёзному, разрушая программное обеспечение потихонечку. Уничтожают строчку за строчкой, мир за миром. Уверен, что процесс идёт миллионы, если не миллиарды лет. Просто до нас совсем недавно добрался.

— Получается, по твоей теории, что должен быть и антивирусник. Что-то его не наблюдаю.

— Должен. Пока ничего толкового в этом плане не придумал. Склоняюсь к мысли, что он есть в людях, владеющих Даром. Иначе почему идёт эта непрекращающаяся война с Дырами?

— Сложненько.

— Верно. Тут на многие годы изысканий. Но главная проблема заключается в том, что пока мы не примем подобную теорию за данность, то не сможем приступить к полноценному решению задачи… Всё, Котяра! — словно очнувшись, встал со скамейки Жало. — Загрузил, смотрю, я тебя основательно. Расслабься! Большинство звёзд существует, и большего нам не надо! Наше дело сейчас с Березниками разобраться, а не мою чушь слушать! Пойдём-ка морды о подушки плющить. Не люблю сонным Тварей мочить!

Утром я думал о разговоре с Жалом всю дорогу до Березников. Ох, что-то сильно зацепил он меня своей теорией. Сопоставляя обе своих жизни, я всё больше и больше склонялся, что есть в ней какое-то разумное зерно. Пытался подключить к своим рассуждениям Такса, но он беспечно отмахнулся, выдав: «Всяко бывает».

После этого всем своим видом показал, что мои мозголомные процессы его нисколечко не волнуют. Что-то темнит дух-хранитель. Я хорошо помню его откровения о наличии Старой и Новой Системы Миров. Неужто одной из них он приставлен ко мне?

— Приехали! Березники! — раздался довольный голос сопровождающего нас армейского лейтенанта, когда мы остановились среди неказистых промышленных построек. — Отлично прокатились. Ни одной Твари за всю дорогу — это рекорд!

Выбравшись из «Суслика», я внимательно осмотрелся. Неуютное место. Наверное, летом тут красиво, но сейчас серо-белые тона придают унылую мрачность, и хочется горячего чаю, чтобы согреться не только телом, но и душой.

— Сейчас бы коньяку махнуть стакан… А потом допить бутылку, — вторил моим мыслям Гога.

— Ага, — заявил Бельмондо. — Желательно подальше от этого места. Броня температуру регулирует, но хочется зубами стучать от озноба.

— Это нервное, — пояснил армеец, услышав наш разговор. — По первости все себя так чувствуют.

— А кто обжился? — спросил я.

— Привыкают и не обращают внимания. Но всё равно каждый готов доплатить из собственного жалованья, лишь бы быть переведённым в другое место.

— Я б тоже доплатил, — согласился с ним подошедший Аксакал. — Как тут местные живут? Эвакуировать город надо!

— Так и живут. Город недавно начали расселять, но некоторые за малую родину крепко держатся. Многие уехали и пустующих домов достаточно на каждой улице. Особенно на тех, что около проломов. В Соликамске тоже воронки в земле иногда образовываются, но таких массовых просадок нет.

Раньше раз в пару лет случались, а теперь почти каждый месяц по несколько. Поэтому, уж извините, будете жить в палатках. Там тепло, благоустроенно, и случись провал, бетонными плитами не придавит.

Сейчас до нашего палаточной базы поедем. Она на другом конце Березников, на открытой местности. Тут остановились, чтобы вы немного прочувствовали местную ауру. Когда через город двигаться будем, внимательно присматривайтесь ко всему. Карты картами, только внутреннюю чуйку ими не выработать.

Прав оказался армейский лейтенант. Хотя в Березниках пока теплилась жизнь, но ощущалась некая безысходность. Ещё и эти часто заполненные водой воронки провалов, которых я насчитал с десяток, веяли потусторонней опасностью. Хотелось пальнуть в них, не дожидаясь появления Тварей.

Приезд на армейскую базу все восприняли с облегчением. Побросав баулы с личными вещами, тут же все капралы пошли в штабную палатку. Молодой майор, являющийся начальником базы, встретил радушно, к нашему немалому изумлению, выставив на стол бутылку водки.

— Разрешено командованием, — представившись, пояснил он. — Выяснилось, что на голову местная хрень меньше давит от принятия пятидесяти грамм раз в два дня. Шваркните по рюмочке, но не больше, иначе обратный эффект гарантирован.

— Спасибо, обойдёмся, — твёрдо отказался Аксакал. — Нам, наоборот, все «краски» вашей жизни ощутить необходимо. Может для дела пригодиться.

— Логично. Понимаю, — кивнул майор, раскладывая на столе простую бумажную карту. — Смотрите: вот тут провалы, в которых сгинули поисковые команды. Их пять штук, но четыре из них уже непроходимы: водой заполнились. Остаётся всего лишь одно место, куда есть резон соваться.

Но я бы не стал, если честно. Группа Кучи с вашей соликамской базы хоть и матёрой была, но назад не выбралась, так же, как и наш спецназ до этого. Могу предложить несколько других интересных провалов. Может, там степень опасности пониже будет.

— Или ничего в них не найдём, — возразил ему Синий. — По мне, нужно в самое пекло лезть, а не по пустым норам время терять.

— Согласен, — кивнул Аксаков. — Есть хоть примерная карта этой территории?

— Как знаете, — вздохнул армеец. — А карты тоннелей в последнее время исключительно на растопку годятся. Всё сильно под землёй изменилось ни с того, ни с сего. Уверен, что из-за Тварей. Время на отдых нужно или сразу приступите?

— Сразу, — кивнул Ринат. — Не на посиделки припёрлись.

Экипировавшись, через час стояли у внушительной воронки. С помощью тросов всю группу опустили на дно. Найдя вход, мы двинулись по туннелю.

Блин! Если бы не были на задании, то бродил тут с удовольствием не один день. Огромные проходы в соляных копях поражали своей красотой. Разноцветные, переливающиеся в свете мощных фонарей стены были фантастически прекрасны! Словно в сказку попал! Правда, в страшную раз тут столько народа полегло…

— Стоять! — неожиданно произнёс Такс после получасовой прогулки. — Чую что-то нехорошее…

— Что? — тут же спросил командир.

— Не понимаю. Словно в Дыру только что вошли. Но её нет. Точнее есть, только как спящая. Дремлющая… Она наблюдает за нами и ждёт.

— Чего ждёт?

— Жертву. Нас. Это не просто кусок Кочующих Миров, а живое нечто… Назад! — завопил Такс, и мы рванули к выходу.

Позади нас послышался хруст. Обернувшись, я увидел, что стены мелко задрожали, и проход, словно кишка, стал сжиматься. Мат в эфире показал, что не я один такой любопытный.

— Всё! — выдохнул первым дух-хранитель. — Выбрались!

Мы остановились, чтобы немного отдышаться и осмотреться на местности. Стены туннеля позади нас опять приняли прежние очертания и замерли, ожидая очередных смельчаков.

— Что по приборам? — спросил Аксакал у Жала.

— Ничего. Точнее, был странный кратковременный засвет по всему монитору. Но никакой ясности.

— Смотрите! Уж не про этот ли камушек с надписью нам рассказывали? — направила луч фонаря в небольшую нишу Стелла.

— Всё не так везде дыр… — прочитал я вслух уже знакомое послание. — Кажется, начинаю понимать, что это значит. Кто-то из армейских чудом избежал ловушки, и раненый оставил предупреждение. Торопился, но не успел, раз фраза не закончена. Скорее всего, появились Твари и не оставили шансов. «Везде Дыра»… Только так можно трактовать написанное. Или Дыры…

— Больше склоняюсь к первому варианту, — задумчиво произнесла Мышка. — Какой-то странный Лорд научился контролировать стены тоннелей, превратив их в непонятно что. Быть может, в живое. Отсюда и засвет на пеленгаторе. Он показал, не Тварей, а одну Тварь, внутри которой мы и оказались.

— Уходим, — приказал Аксакал. — Лезть в непонятную утробу — это смерти подобно. Нужно доложить наверх. Пусть думают. И мы тоже подумаем.

Когда Такс переместил нас на поверхность, мы сразу отправились в штаб и вывалили свои неутешительные выводы. Армейские офицеры долго молчали, переваривая информацию.

— Получается, что под нами не просто пустоты с несколькими Дырочками, — задумчиво сказал один из них, — а разумная Дыра-Тварь огромных размеров. И мы живём на ней, как на пороховой бочке. В любой момент может поглотить весь город, и пикнуть не успеем. Нужно срочно эвакуировать всех гражданских, а потом устроить массированные бомбардировки по площадям.

— Не вариант, — отрицательно покачал головой начальник базы. — Порода хоть и рыхлая, но пробить пласт почти в триста метров не сможет ни один снаряд или бомба. И с массовой эвакуацией тоже может не прокатить. Если Лорд до сих пор не угробил ни одного человека на поверхности, то значит, что люди ему нужны и просто так он их не выпустит. Скорее всего, готовит живой щит на случай непредвиденных вещей, вроде армейской операции с применением артиллерии. Когда Дыра проснётся и попрут Твари, мы не сможем загасить их снарядами, фигача по жилым домам. Нужно искать другие варианты. Эх, добраться бы до самого Лорда, и Дыра после его смерти сама захлопнется. Только где искать этого гада?

— Карта провалов за последние полгода есть? — спросил я, осенённый идеей.

— Конечно.

— Доставайте! Будем логово вычислять.

Вскоре мы склонились над планом города, где были обозначены все провалы. Жало притащил свой походный ноутбук и, быстро введя в него данные, запустил какую-то программку собственного изготовления.

— Вот! — ткнул пальцем в монитор Жало. — Бывшая гимназия. После провала около неё частота просадок грунта резко подскочила. И все новые находятся почти на одинаковом расстоянии от гимназии. С погрешностью, но можно нарисовать круг. Потом ещё один, с б о льшим радиусом. Лорд расширяет свою территорию, а провалы являются дверью для выхода Тварей из его утробы на поверхность. В нужный момент по команде Лорда они заполонят весь город, а может, и пригород… Если не остановить его сейчас, то не факт, что сможем это сделать, когда подземная Дыра разрастётся до охрененных размеров.

— Придётся идти в гости, — подытожил его выступление я. — Но так, чтобы Дыра не успела раздавить нас своими стенами.

— Такс перенесёт прямо в логово? — спросил Аксакал.

— Не смогу, пока не засеку дремлющего Лорда, — разочаровал его дух-хранитель. — Нужно, чтобы он раскрылся, активировался на полную катушку, и расстояние до логова-мозга было минимальным. Там, под землёй, трачу массу энергии среди соляных пластов.

— Получается, что до Лорда добежать не успеем, — сокрушённо вздохнула Мышка.

— Не успеем, — согласился я. — А вот доехать вполне возможно. Мой «Суслик» невелик по объёмам и легко пройдёт по широким тоннелям. Доставлю к Лорду с ветерком!

Глава 18

— Нам нужен проход, расположенный как можно ближе к этой чёртовой гимназии, — поясняю, глядя на вопросительно-вытаращенные глаза сотоварищей. — Разгоняемся на «Суслике», быстро приближаемся к эпицентру дерьма. Потом, когда Лорд поймёт, что ему кранты наступают, он просыпается или снимает маскировку полностью. Тут Такс нас и перемещает. Остаётся малая фигня — покрошить его на салат.

— Нормально так… — глубокомысленно произнёс Аксакал. — Припёрлись, утёрлись и всё хорошо. Только багги твой не резиновый.

— Верно, командир. Места мало даже для одарённых. Поэтому грузятся на него только капралы. Можно и Бордо с Гогой захватить, но не факт, что они найдут, куда прицепиться.

— Знаешь, Аксакал, — вслед за командиром отмерла Мышка. — Ну это же Котяра. Сначала ляпнет так, что убить готова, а потом понимаешь, что в его наглости есть зерно истины. У меня сейчас стадия, чтобы убить. Значит, скоро следующая. Я б попробовала.

— У меня уже наступила, — кивнул лейтенант. — Очень рискованно, но… заманчиво. Тем более, других вариантов в голову не приходит. Если они есть у кого, то прошу озвучить.

Тишина в ответ.

— Вы тут либо бессмертные, либо долбанутые! — ничуть не кривя душой, признался майор. — Без поддержки на открытом тарантасе лезть в задницу к Лорду? Всем руководящим составом? Хоть осознаёте, что это билет в один конец?

— А то! — гордо выпятив грудь, произнёс Глыба. — Мы же Чистильщики! Где у других проблема, у нас веселуха! Не сцы, Армия! Ещё гордиться будете, что с нами рядом воевали!

— Точно долбанутые. Хотя… Может, такие сейчас и нужны: ситуация слишком нестандартная. Ни в один устав не впихнёшь. От себя могу обеспечить лишь бесперебойную связь, подключив все энергетические резервы.

— Большего и не надо, — улыбнулся Аксакал. — Было бы просто — других прислали. Расчищайте вход в тоннель около гимназии.

Следующий день. Наш «Суслик» увешан капралами, как новогодняя ёлка. Я за рулём. На единственном свободном сидении сидит Аксакал, на коленях которого разместилась довольная Мышка. Даже спрашивать боюсь, чему она радуется, чтобы не получить от неё или командира в глаз. Гога с Бордо на правах хозяев узурпировали гранатомёт с пулемётом, а все остальные в разных позициях пристегнулись к дугам багги и с завистью смотрят на нас, привилегированных пассажиров.

Дыра. Огромный тоннель, пол, выстланный солью, словно гравийная дорожка. Начинаем разгон, с места рванув, как на гонках. Из-под колёс летит соль и трясёт так, что вот-вот лопнут пристяжные карабины. Но, кажется, адреналин настолько захлестнул всех, что никто не замечает неудобств.

— Лорд занервничал! — возвещает Такс.

Тут же стены пещеры начинают сужаться, но недостаточно быстро для нас. Впереди первые Твари. Слаженный огонь группы быстро сметает их с пути. Потом появляются следующие. Их намного больше, поэтому по трупам едем, кренясь из стороны в сторону, но не снижая скорости.

Движемся в правильном направлении, чётко к логову Лорда, поэтому Тварей становится всё больше и больше. Разноплановые заразы! Тут тебе и Слизни с Кротами, и Каракурты с Мухами. Даже новенькие Черепахи попытались задрать свои хвосты. Но всё без толку! Капралы группы Аксакала на задании готовы собственное отражение в зеркале угробить, а не то, что каких-то там недоживотных!

— Есть! — в какой-то момент заорал Такс. — Засёк сучару! Готовьтесь! Прыжок!

В само логово «Суслик» не переместился, упёршись стальной дугой вокруг бампера в невидимую защиту. Только нам на это насрать с высокой колокольни. Напитав мечи, все резво спрыгнули с машинки и ломанулись к Лорду.

Такого я ещё никогда не видел. Вот прямо никогда в обеих жизнях! Спрут, у которого вместо черепушки мозг. От основания Лорда отходят щупальцы, что теряются в туннелях, образуя с ними одно целое. Голова идёт кругом от сюрреализма этой картины, но руки знают, что нужно делать.

Ментальный удар Лорда! Бельмондо с Гогой в своих хилых доспехах падают на колени, но полностью не выключены. Ещё один ментальный удар, намного сильнее первого. И уже всем становится очень хреново. На ногах стоят только Аксакал с Синим и я с Таксом. Да! Для полностью активировавшихся Абсолютов, хоть и скрытых под маленькими Печатями, подобного мозгодавства мало!

Не смотрим на поверженных товарищей: сейчас не до этого, а сразу вступаем в бой. Лорд, которого в голове сразу окрестил Спрутом, не делает попыток пришибить нас физически. Опять ментальная атака. За ней почти без паузы вторая. Но и «почти» хватило, чтобы Синий добрался до туши и всадил в неё свой меч.

После этого он упал, полностью растратив все свои силы на преодоление барьера Лорда. Ультразвуковой вой ударил по ушам и мозгам. Чувствую себя, словно пьяница, перебравший денатурата. В глазах двоится, а желудок подступил к горлу. Хочется упасть и проблеваться. Лишь сила воли и злость не дают этого сделать. Ещё Аксакал, который, наплевав на всё, раскрыл свой истинный Дар и с отборным матом размахивает мечом, пытаясь сфокусировать зрение и попасть по Лорду.

И он не один такой! Такс тоже с нами! В своей боевой ипостаси он прыгает на Тварь, но промахивается, явно находясь под её ментальным воздействием. Отрешась от всего. Ставлю себе задачу не угробить Лорда, а тупо ткнуть перед собой наполненным энергией мечом. Со второй попытки… Наверное, со второй получается. Клинок вонзается во что-то мягкое.

Тут же ослабевает давление на мозг. Точнее, оно преобразуется в полное миролюбие. Мне нужно встать и уйти. Нельзя лишать жизни Лорда, который на самом деле совсем неплохой. Он же не желает никому зла, а просто выживает, как умеет. Никого не трогает, пока не трогают его самого. Котёнок. Потерявшийся маленький котёнок. Отпусти… Накорми…

И я, зачарованный, так бы и сделал, если б не Такс.

— Ненавижу кошек! — прорычал он и всей своей зубастой пастью вцепился в морду Лорда.

Следом за ним мелькнул меч Аксакала. Наваждение спало, и я вместе с ними приступил к рубке незащищённого мозга Лорда, который опять напоминал не котика, а мерзкое потустороннее создание.

Точку в этой мясницкой вакханалии поставил очнувшийся Синий. Не в силах подняться, он подполз к Спруту и вонзил свой меч ему в подбрюшье, полностью опустошив себя энергетически.

Лорд сдулся, словно воздушный шарик. Давление на мозг ослабло. Я хотел было расслабиться, но не тут-то было. Вначале накрыла волна энергии из поверженной Твари. Я никогда не ощущал подобного напора, поэтому не просто упал, а воя, стал биться в конвульсиях, впитывая её. Рядом так же страдает Такс, кроша зубами огромные булыжники.

Потом отпустило. Думал, что всё закончилось, но, придя в чувство, увидел вокруг нас настоящую битву. Куча различных Тварей пытается прорваться в логово, наглухо закупорив его. Аксакал, шатающийся Синий, Глыба, Жало и Стелла — все в кровище, но отбиваются от массированной атаки.

Мышка лежит в огромной луже крови… Если жива, то ненадолго. Броня на её груди раскрыта бордово-красным цветком. Гога и Бордо не дают Тварям подобраться к ней и ко временно выпавшим из реальности нам с Таксом.

— Суки! — заорал я, поднимая свой меч. — За Ирку!

Пришедший в себя Такс тоже не остался в стороне. Вскоре вытесняем из логова Тварей, подарив себе небольшую передышку.

— Перемещай! — приказываю я духу-хранителю, почувствовав потусторонний холод. — Скоро схлопнется Дыра! Другого шанса не будет!

Лёгкое помутнение рассудка. И мы вдыхаем морозный воздух Березников, не веря, что не в земле, а над землёй. Словно из могилы выбрались!

Всё дрожит и ходит волнами под ногами. Если б это было природное землетрясение, то я бы сказал, что баллов на восемь. Это исчезает Дыра под городом. Разрушений она принесёт, конечно, немало, но они больше никогда не повторятся. Сюда снова вернётся жизнь!

— Ира! — кинулся командир к бесчувственной Мышке.

Он попытался зажать ей рану на груди, но всё без толку. Эту дырень без врачей с Даром не залатать.

— Такс… — с мольбой посмотрел командир на духа-хранителя.

— Дотяну, — устало кивнул он.

И мы опять сменили дислокацию.

Явно походный медсанбат. От землетрясения все инструменты валяются на полу, а врачи с сёстрами, стоя на четвереньках, пытаются их собрать.

— Проникающее ранение грудной полости! — держа на руках Мышку, объявляет им лейтенант. — Возможен летальный исход!

Вот что значит военные хирурги. Только что стояли на четырёх костях, а уже у операционного стола, на который Аксакал положил Иру. И хрупкие девочки-медсёстры рядом. Собранные, нахмурившиеся и готовые исполнять любой приказ врача. Хоть и колотит внутри, но залюбовался ими. Дарующие Жизнь сейчас реально казались сонмом богов среди этого катаклизма, обрушившегося на город.

Попросив нас подождать за дверью, почти час медперсонал боролся за жизнь Мышки. Почти получилось…

— Всё, — выйдя из операционной, потерянно произнёс пожилой врач. — Рану закрыли, но никакого моего Дара не хватит воскресить вашу подругу. Слишком сильное было кровотечение и яд Твари…

— Переливание? — сразу же предложил Глыба, закатывая рукав. — У нас с ней группа крови одинаковая.

— Не поможет, — покачал головой хирург. — Мозг пациентки пока функционирует, но, повторю, большая потеря и без того заражённой крови. Ещё и одарённая. Тут кровь Истинного Правителя нужна, если умные книжки не врут… Вряд ли император сейчас запрыгивает в самолёт, чтобы прийти на помощь вашей подруге.

— Я помогу! — прорычал Аксакал, скидывая броню.

Никто не проронил ни слова, не понимая, что затеял командир. Лишь Синий, подскочив к лейтенанту, жёстко сказал:

— Не дури!

И тут же был впечатан в жёсткий каркас палатки.

— Не тебе сейчас мне приказывать! Доктор! Готовь всё для переливания! Уверен, что поможет! Быстро!

Чем хороши военные врачи, так это тем, что не сомневаются, умея без длительных консилиумов принимать решения на ходу.

Вскоре Ринат, когда аппарат для перекачки крови быстро опустошил его вены, появился и горестно выдохнул:

— Кажется, не получается… Отдал столько, сколько эскулап позволил, но этого мало. Критический уровень. И этот гад в белом халате отказывается брать больше. Да пусть хоть всю забирает!

— Найдём ещё немножко, — сказал я, обнажаясь по пояс. — Надеюсь, что хуже не будет.

— Откуда? — удивлённо спросил врач через полчаса, глядя на бледных меня и Аксакала. — Её сердце не билось. Это должен быть уровень…

— Вякнешь — прирежу, — ласково сказал Синий, подтвердив свою угрозу напором Абсолюта. — Билось оно. Просто тихонечко. Все поняли?

Я не знаю, кто что понял, но закивали все присутствующие. Даже я и Ринат.

— Вот и славно, — подытожил Синий. — Ирину хранить и оберегать до полного выздоровления, словно дитя родное. А нам в штаб пора… Поди, волнуются.

В армейском палаточном городке творился не просто беспорядок, а пожар в борделе. По всему городу выскакивали отлучённые от исчезнувшей Дыры Твари. Множественные обвалы жилых домов требовали срочных спасательных работ. Ещё и колбасит под ногами по-чёрному.

— Вижу, мать вашу, что справились! — махнул рукой начальник базы, не переставая отдавать приказы по рации. — На зачистку города бегом! Людей не хватает!

Завалы разгребать — это не наша специализация. Жало, закачавший в свой ноутбук расположение всех провалов, скинул их координаты. И мы начали с самого ближнего.

Успели вовремя. Группа армейских бойцов была практически зажата в тиски Каракуртами, когда мы ударили в Тварей с тыла.

Среди развалин меч — самое то. Городской бой — это ближний бой. Тут оптика и дальнобойные пушки бессмысленны. Такс рычит и от него летят ошмётки Тварей. Я мечом прорубаю просеки в толпе Каракуртов, чувствуя, что черпаю энергию прямо из воздуха. Как в доброе старое время Безумного Генерала! Рядом сражаются другие бойцы, но они не поспевают за нами. Даже Аксакал отстаёт на пару метров.

Через несколько минут вокруг мёртвая тишина. Жало указывает на следующую точку провала и повторяется то же самое. Только тут уже Кроты с Мухами. Предварительно взятые огнемёты выжигают последних, а я давлю Офицеров лишь силой своего Дара, сплющивая их в кровавые комки.

Потом были новенькие Черепахи. Мой доспех максимального уровня дал шанс приблизиться к ним, и полетели в разные стороны отрубленные игольчатые хвосты. Ринат рубится бок о бок. Чуть позади Синий, а остальные капралы утилизируют недобитков.

Норы Кротов оказались последними, но самыми заморочными. Среди развалин этих сук тяжело достать. Но наш с лейтенантом Дар и вовремя доставленные гранаты с отравляющими веществами помогли решить и эту проблему.

Кажется, что только вступили в бой, а уже пролетела целая ночь. Зимнее солнце восходит над горизонтом. Непонимающе смотрим на него. Зачем? Тут ему не место среди пожаров, воя сирен и света прожекторов. Мы замерли на полушаге, поняв, что больше не видим атакующих Тварей. А потом орём, как сумасшедшие, когда наконец-то доходит: ВСЁ! МЫ ПОБЕДИЛИ!

Люди братаются, обнимая бойца рядом с собой. Неважно, кто ты: Чистильщик, армеец или когда-то мирный житель, не побоявшийся взять в руки оружие. Все перемазаны грязью, кровью и ещё хрен знает пойми чем. Этот «камуфляж» роднит нас похлеще родовых книг. Братья! Сёстры! Единое целое, выстоявшее против Кочующих Миров!

— Группа! Общий сбор! — через какое-то раздаётся в наушниках голос Аксакала.

Выполняем приказ. Перекличка. Пятерых рядовых недосчитались…

— Что ж, — произносит лейтенант, прикусив от волнения губу. — Могли остаться все. Найти погибших. Мы своих не бросаем. Котяра… Ты со мной в госпиталь.

Мышка лежит без сознания. Дыхание неровное, сердце словно вот-вот остановится.

— Как она? — спрашивает Аксакал у доктора.

— Хреново, если по-простому. Борется со смертью, но нужна дополнительная подпитка энергией. Здесь её обеспечить не могу.

— Может, ещё крови?

— Не поможет. И так замещение критическое. Я не спрашиваю, откуда в вас Дар Истинных. Только переварить его не всякому суждено. Нужен кто-то ещё с таким же Даром для поддержки. Того, кто не был донором. Такого человека тут не найти.

— Я знаю, где он есть! — сквозь зубы произносит Аксаков. — Такс. Нужно в Чердынь. Очень нужно. Если Ира погибнет, то никогда себе этого не прощу.

— Сделаю. Хоть и сложно, но после такого Лорда можно, — серьёзно произносит материализовавшийся дух-хранитель. — Собирай группу.

— Грузовик нужен?

— Обуза. Лишняя масса будет внапряг.

Как только был найден последний пропавший боец, мы собрались в кучу, и Такс совершил то, чего даже в лучшие годы, будучи Змеем Хе не мог. Он доставил нас в Чердынь! Сам обессиленно лёг около ворот армейской базы, а мы на руках потащили нескольких тяжелораненых бойцов и Мышку.

В госпиталь вломились, как банда грабителей, сметая всех на своём пути. Вызвали по рации майора Темникову.

— Держи её! — приказал ей Аксакал, показывая на Мышку. — В ней моя кровь! Значит, и твоя тоже!

— Не поняла…

— Потом понимать будешь! Но если эта девушка умрёт, то я разнесу всё здесь на хрен!

— Ринат! — прислушавшись к Мышке, произнесла Маргарита. — Там реально ТВОЯ кровь!

— И Котяры тоже! Представляешь, кем теперь стала Ирина Долгорукова?

— Охренеть! Но… Звездюлей от отца получим, конечно, но уверена, что вы с Максом знали, что делали. Мои действия?

— Фиг поймёшь. Спроси у хирургов с Даром. Только не забудь вначале подписку о неразглашении взять.

— Не учи! Разгильдяй у нас только ты! Пошли вон! Время дорого!

Мышка очнулась через неделю. Бледная, измученная. Впрочем, её сиделка Рита выглядела ненамного лучше.

— Что случилось? — пересохшими губами прошептала Ирина. — Я словно в аду побывала.

— И я там была экскурсоводом, — недовольно проворчала Темникова. — Добро пожаловать в наш грёбаный мир.

— Он никогда другим и не был. Что с Дырой в Березниках? Мы же не в нём, судя по каменным стенам?

— Долго рассказывать, — ответил улыбающийся Аксакал. — Но факт остаётся фактом: город снова свободен от Тварей. Замочили Лорда на раз-два!

— А потом на три и четыре, — добавил появившийся Такс. — Ирка! Ты словно смерть в больничной пижаме. И смешно, и страшно. Сгущёнки хочешь?

— Я всего хочу… Желудок от голода в узел скручивает.

— Вот это правильно! По-нашему! Сейчас со сметанкой намешаю! Не прощаюсь, я на кухню!

— Так что было в Березниках? — опять спросила Мышка. — Последнее, что помню, как хвост Каракурта в грудь впивается, пробивая сдохшую после ментальных ударов броню.

— Дыру закрыли, — успокоил я её. — Потом город от недобитков зачищали. Двоих бойцов потеряли безвозвратно, а трёх смогли вытащить из-под завалов живыми. В соседних палатах отлёживаются. Правда, в строй уже не встанут.

— А я? Тоже на списание?

— Нет, — улыбнулся Аксакал. — Теперь у тебя служба только начинается, капрал. И учти, что имею насчёт твоей личности серьёзные планы.

— Ринат… Понимаю, что хочешь поддержать, но не шути так. У меня всё в голове совсем не про службу складывается после таких слов. Знаешь, о чём я думала, когда умирала? О том, что никогда не буду рядом с тобой. И так хреново от этой мысли было… Извини, что подняла запретную тему. Видимо, меня реально нужно гнать из группы.

— Ничего! Переживу! И очень надеюсь, что главнокомандующий разрешит нам с тобой создать особенную группу… Правда, позывные придётся немного поменять, княжна Долгорукова.

— Я совсем запуталась.

— Распутаешься. Через два дня должен прилететь транспорт, который доставит нас в столицу. Летим всей ордой на награждение и к императору на торжественный приём.

— Круто! Блудная дочь Долгоруковых заслужила признание самого Государя! Мои родственнички сдохнут от зависти.

— Ты даже не представляешь, до какой степени! — рассмеялся Ринат.

— А вот и сгущёночка со сметанкой! Ещё молочка и печенюшек прихватил! — возвестил появившийся Такс, держа в руках заставленный всякой всячиной поднос. — Буженина нужна?

— Всё нужно! — схватила еду Мышка. — Жрать хочу больше, чем императора увидеть! Идите все на фиг! Я буду есть очень некультурно и не собираюсь прилюдно позориться!

Глава 19

На следующий день мы с Аксакалом снова навестили нашу приходящую в себя быстрыми темпами подругу. Но долго посидеть не удалось.

— Командир, тебя все потеряли, — заявил Синий, припёршийся практически вслед за нами.

— Вроде вам сказали в себя приходить после Березников? Вот и приходите. Заодно форму в порядок приведите. Скоро в столицу пред ясны очи самого Государя двигать. Не хочу, чтобы за вас мне было стыдно.

— За это не волнуйся. Найдём, как опозориться другими способами. Но вот к тебе и Котяре накопились вопросы у капралов.

— Только у них? — нахмурился лейтенант.

— Ещё есть у Гоги с Бордо. Но они тоже держат язык за зубами и лишнего про больничку в Березниках и логово Лорда не болтают. Я б на вашем месте поговорил с народом. Придумайте им сказку поприличнее, а то слухи имеют дурную привычку распространяться даже через закрытые рты. Нам такое не надо.

— Верно заметил. Хорошо.

Уже в нашей казарме лейтенант собрал всех капралов у себя в кабинете и начал сложный разговор.

— Итак, дамы и господа. Хочу внести некую ясность в происходящее. Я про спасение Мышки. Мы с Максом сдали свою кровь, так как только у нас она имеет необходимые свойства. Сказать по правде, случилось так, что нежданно-негаданно я, Котяра и Синий внезапно вышли на уровень Абсолютов. Наверное, эта непонятная подземная Дыра на нас так повлияла. Кровь Абсолютов в больших количествах помогла Ире…

— Слушай, Аксакал! — встала Стелла. — Мы тебя уважаем, конечно, но за дураков нас не держи! Допустим, что случилось массовое чудо, продвинувшее вас троих до уровня Абсолютов. Вот прямо сейчас прикинусь простофилей и сделаю вид, что поверила. И что Синий кровь для Ирки не сдал, потому что очень медицинских иголок боится. Но кровь Абсолюта совсем не то, что кровь Истинного. Если не хочешь правду рассказывать, то хотя бы лапшу на уши не вешай… или вешай её более элегантно. Вот Котяра глубокомысленно молчит. И правильно делает. Хотя обидно подобное недоверие…

— Надо рассказать правду, — перебил её появившийся Такс, водрузивший на лейтенантский стол большую коробку. — Всё равно вручать подарок Годунову вместе будем.

— Что это? — мысленно спросил я его.

— Бонус! Я тут тихонечко обратно в Березники смотался. Прямо в то самое место, где логово Лорда было. Еле пробился через завалы. Просто решил потрофеить немного, а то почти забесплатно пашем. Вдруг чего ценного от Тварей осталось… Короче, всё туфта по сравнению с этим. Там натуральный кристалл был! Выгодное, оказывается, дело Спрутов гробить. Хотя, если честно, второй раз не хочется с ним связываться даже ради двух кристаллов.

— Понял. Коробку откроешь по моему сигналу.

— Ну, раз Такс спалил весь сюрприз, тогда темнить не буду, — откашлявшись, произнёс я вслух. — Про Абсолютов тут Ринат нисколечко не соврал. Реально на время ими стали. Сейчас, к сожалению, хоть и осталось кое-что, но уже не так сильно выражено. Лёгкие отголоски. Почему? Сам толком не разобрался. Это пусть Жало теории разводит.

Но вы, други, не заметили одной маленькой вещицы, оставшейся после Спрута. Немудрено! Вначале чумные от ментальных ударов Лорда были, а потом Твари времени осмотреться не дали… Такс, покажи!

— Ни фига ж себе! — поражённо выдохнули все капралы, увидев огромный, наполненный энергией под завязку кристалл.

— И я о том же. Пока ещё силы Абсолютов в нас были, то мы с Ринатом неосознанно вошли в резонанс с камушком. Синий почему-то нет… Но это опять не мне в изысканиях копаться. Раз столько энергии в нас бродит, то решили рискнуть и передать её Мышке через кровь. Точнее, Аксакал додумался, а я потом его поддержал. Получилось! Вот и весь сказ.

— А почему нам о кристалле не сообщили? Зачем прятали? — с лёгким подозрением в голосе спросил Глыба.

— Сначала времени не было, — пришёл мне на выручку лейтенант, немного очухавшийся от такого поворота сюжета и быстро сориентировавшийся в ситуации. — А потом решили не светить камушек. Представляете, какая это ценность? Чем больше народа о нём знает, тем больше вероятность, что кто-то позарится. А информация о находке разлетится со скоростью света! Не забывайте, что ещё и армейская база под боком.

Мы бы и дальше кристалл скрывали, но раз завтра в столицу группе лететь, то решили расколоться. Как думаете? Нормальный подарок для Александра Годунова получится? Вроде по закону и так должны отдать, но в торжественной обстановке, перед камерами репортёров вообще шик-красота будет!

— Нормальный, если без восторженного мата говорить, — согласился с ним Жало, осматривающий находку. — Величиной с астраханский арбуз и редчайший чёрный. Это же сколько энергии в нём⁈

— До хрена, — пояснил я. — Мышкину жизнь спасти хватило, и даже не посветлел. Если после такого подарочка не уйдём от императора с генеральскими эполетами на плечах, то даже и не знаю, как ещё можно повышение в звании заслужить.

— А сейчас вы с ним до сих пор в резонансе? — продолжил допрос любопытный профессорский внук.

— Нет, — покачал головой Аксакал. — До Абсолютов опять недотягиваем и даже боимся крупинку энергии из кристалла брать. Не дай бог, разнесёт нас на части от её переизбытка.

— Может и разнести… Это уже уровень Истинных такими силами манипулировать. Теперь понятно, почему молчали. Я б тоже затихарился. Вопросов больше нет. Такс, упаковывай кристалл обратно, пока кто-то лишний случайно не увидел. Как до столицы его попрём, ума не приложу. Нас же шмонать на каждом пересадочном пункте будут — к императору же едем. Одна надежда на Такса.

Опасения Жала оказались беспочвенными. Ровно в назначенное время на армейскую базу приземлились два транспортных вертолёта. Всю нашу группу, а также майора Темникову с полковником Шеллер без лишней волокиты загрузили в них. То, что вместе с нами в вертолёт затащили передвижную койку с Мышкой, вызвало у всех бурный восторг. Ирина реально идёт на поправку и уже неловко пытается встать, хотя врачи категорически запретили пока ей это делать.

— Всё! — сказал приставленный к нам летун, как только машины оторвались от земли. — Дай бог, ничего поганого на маршруте не случится.

— А что может? — поинтересовался я.

— Всякое. Пока от Рубежей на достаточное расстояние не отлетим, на сошедшие с ума приборы надеяться нет никакого смысла. Да и все электронные системы машины находятся в зоне риска. Пусть их тут по минимуму, хорошо защищены и продублированы, только до конца ни в чём уверенными быть нельзя.

Хорошо, что видимость отличная. В туман лететь — самоубийство. Особенно приземляться без визуального контакта. Ничего! Это к вам переться сложно, а обратно намного легче. С каждым пройденным километром, отдаляющим от Рубежей, машина всё послушнее будет. Через три часа окажемся в Перми, а дальше волноваться не стоит.

— А чего так долго лететь? — удивился Глыба.

— Крюк по относительно безопасному коридору делаем. Лучше лишнее топливо сжечь, чем собственные жизни.

К счастью, полёт прошёл без приключений, хотя после слов лётчика все были в небольшом напряге. Дальше — военный аэродром в Перми и более длительный перелёт на самолёте до Петербурга.

Столица встретила нас оттепелью. Мокрый снег, больше похожий на дождь, попытался испортить настроение, но мы не поддались на провокации погоды и радовались как дети, впервые за много недель ощутив себя в безопасности.

Тепло попрощавшись с Темниковой и Шеллер, за которыми была прислана армейская машина, а также с Мышкой, сразу попавшей в руки врачей вместе с ещё тремя ранеными, вся группа разместилась в комфортабельных автобусах.

До Главного Штаба Чистильщиков прокатились с ветерком. Там нас собрали в большом зале и объяснили порядок предстоящих мероприятий. Двое суток на акклиматизацию и медицинский осмотр, полагающийся после возвращения с Рубежей. Потом общий сбор в Главном Штабе, где будет отрепетировано примерное развитие событий на церемонии награждения и праздничном банкете.

— Вы, конечно, ребятишки боевые, но чтобы как бараны по углам не тёрлись и у Императорской Семьи автографы не просили! — пояснил производящий инструктаж полковник с пышными усами. — А то был один подобный случай лет двадцать назад. Давно случилось, но задниц после него намылили столько и с таким азартом, что до сих пор некоторым помнится. После «сухого закона» на спиртное не налегать перед приёмом. Похмельные рожи репортёрам для фото не нужны. Особенно это относится к рядовому составу, так как одарённые себя слегка подлечить после бурных возлияний могут. После награждения — трёхдневный отдых. Вот во время него хоть упейтесь, награды обмывая и нервы поправляя. Потом снова в расположение части на Рубежи выдвигаетесь. На этом всё. Сейчас сдать анализы и можете ехать на базу, кому больше некуда.

В медицинском корпусе, зайдя в кабинет для сдачи крови сразу после Аксакала, увидел ни красивых молоденьких медсестричек в коротеньких халатиках, а Семёна Филонова.

— Вот это встреча! — удивлённо воскликнул я. — Сеня! Смотрю, ты работу поменял⁈

— И тебе привет, Макс, — без тени улыбки кивнул он. — Не поменял. Ради тебя здесь. Закатывай рукав и готовь вену. Извини, но кровушки возьмём много.

— Вам, кровопийцам, не привыкать.

— Тоже верно. Служба такая неблагодарная. Надеюсь, твоё прибытие в столицу не доставит нам очередных неприятных сюрпризов?

— Поживём — увидим. Хотя собираюсь быть паинькой, но теперь не всё от меня зависит.

— Во многом от тебя, поэтому сильно не наглей. И готовься к встрече с одним интересным человеком.

— С Самим?

— Да. Признаться, ты многих сведущих людей удивил и насторожил… Только не Его. Раз Он спокоен, значит, знает, как нивелировать угрозу. И обложил тебя так, что лучше даже мысленно не рыпаться. Размажет по стенам за пару секунд. Дошло?

— Разумеется. Без твоих подсказок давно справился.

— Вот и молодец. Скоро увидимся.

После этого он встал и вышел в неприметную дверь, из которой тут же появились хмурые дяденьки в белых халатах и реально выкачали из меня крови на дюжину пробирок. Серьёзно взялась Имперская СБ за бывшего Гольца!

Освободились лишь к вечеру. Выйдя из Штаба, предложил Жану и Гоге рвануть в особняк Достоевских. Точнее, только Гоге. Бельмондо однозначно намылится к Ворониным, и нам с ним по пути.

— Нет, — покачал головой мой слуга… Хотя какой он слуга? Уже давно боевой товарищ. — Не хочу душу бередить мирной обстановкой. Вроде родной дом и рядом, а попасть в него не могу. Я лучше на базе перекантуюсь. Так проще…

Спорить с ним не стал, понимая, что творится с парнем. Временно распрощавшись с группой, мы с Жаном поймали такси и поехали в сторону Достоевских-Ворониных. На полпути внезапно ожил мой телефон. Я уже начал отвыкать, что он у меня есть.

— Мне нужен отчёт, — проговорила трубка ровным голосом князя Волконского, не удосужившегося поздороваться.

— И вам не хворать, Юрий Фёдорович, — с лёгкой ехидцей ответил я. — К сожалению, наши желания сегодня не совпадают, так что потерпите.

— Ты забыл, барон, с кем разговариваешь?

— Забудешь вас! Только не припомню, чтобы в услужение к Волконским нанимался. Так что не стоит мне приказы отдавать. Тем более, в таком тоне!

— Смотрю, не изменился совсем. Думал, хоть немного на Рубежах поумнеешь. Хорошо. Поступим следующим образом. Чтобы не тратить драгоценного времени, выйди из машины, и мои люди подберут тебя. После разговора доставят в особняк твоих Достоевских в целости и сохранности. За полчаса управимся. Я как раз в городе, и ко мне домой ехать не нужно.

— Полчаса! Не больше! — нехотя согласился я и первым разорвал связь.

Оставив Жана в одиночестве добираться до Ворониных, вышел на улицу и почти сразу около меня притормозил огромный джип с синими номерами и гербом Волконских.

— Привет, Крамер! От Штаба ведёте? — поздоровался я со знакомым телохранителем князя.

— И тебе привет, герой! От аэродрома, — улыбнулся он. — Смотрю, хорошо Тварей крошишь, раз на награждение аж во дворец вызвали?

— Случается. Долго до твоего босса плестись?

— В трёх кварталах ужинает. Там элитный ресторан недавно открылся, вот и «снимает пробы».

Ресторан реально оказался очень навороченным. Никакого общего зала, а отдельные, со вкусом обставленные комнаты для гостей. Предупредительный официант проводил меня в одну из них, где я увидел ужинавшего князя.

— Садись. Заказывай, — отложив столовые приборы, произнёс Волконский, внимательно разглядывая меня.

— Обойдусь. Не хочу аппетит перебивать. Давайте быстренько дела порешаем, и я продолжу путь домой.

— А что тут решать? Я хочу знать, на какой стадии исправления находится мой сын. Только и всего.

— Самому у Гоги спросить не судьба?

— Не у Гоги, а у Олега, — поморщился мужчина. — Оставь свои клички для других.

— Да как ни назови, но парень скучает по дому.

— Пока он его не заслужил.

— Вы сделали такой вывод, сидя в тепле, ровно на заднице. Или за нами из Дыр подсматривали?

— Не надо ёрничать, барон. Я делаю выводы, исходя из своего богатого жизненного опыта. За такой короткий срок люди сильно не меняются. Допускаю, что Олег стал немного лучше, но всё равно остаётся зажравшейся, самодовольной скотиной.

— Весь в папашу получается? — хмыкнул я.

— Абсолют не может вызвать на дуэль Мастера. Но уши надрать можно и другими способами, — уже с явной угрозой в голосе произнёс князь.

— Зато Мастер имеет право вызвать Абсолюта, если он ещё раз попробует оскорбить моего боевого товарища. Княжеские яйца отрываются так же легко, как и простые… При необходимой сноровке, конечно. А она у меня есть.

— Думаешь прикрыться приёмом у императора, раз бросаешь подобные заявления?

— Ещё чего! Это вас защищает приём от дуэли прямо здесь и сейчас. И я слов на ветер не бросаю. Если желаете, то дуэль будет после награждения группы. Не свою задницу прикрываю. Просто не хочется портить перед визитом к императору настроение Гоге смертью его отца.

— Обычное заявление виляющего хвостом самозванца. Рассчитываешь под шумок скрыться на Рубежах?

— Официант, — сказал я в переговорное устройство на столе. — Зайдите.

Когда моднявый парень в ливрее показался в дверях, я встал и официально произнёс:

— Волконский! Вы мудак и хамло! Достало! Вызываю вас на поединок Чести. Этот молодой человек — свидетель вызова на дуэль. Через четыре дня вас устроит? Место выбирайте сами.

— Выберу, — ничуть не обидевшись на оскорбление, с каким-то удовлетворением в голосе ответил князь. — Давно мне таких развлечений не подкидывали. Но наша разница в силе Дара слишком велика, поэтому бонусом за твою смелость будет условие, что проигравшим необязательно станет тот, кто подох. Невозможность продолжить поединок тоже приравниваться к поражению. Лови маленький шанс выжить!

— Согласен. Добивать беспомощного противника не в моих правилах. Тренируйтесь, князь, пока время есть. А мне пора.

Когда я снова оказался на улице, то Крамер, посадив меня в машину, спросил.

— К Достоевским?

— Маршрут меняется. На базу Чистильщиков срочно надо.

— Видно, тебе Юрий Фёдорович насчёт Олега хвост накрутил сильно, раз домой не торопишься, — понимающе выдал телохранитель.

— Нет, Крамер. У меня хвост такой толщины, что князь его и двумя руками не обхватит. Вспомнил об одном важном деле. Нужно закрыть его, а потом и отдохнуть можно с чистой совестью.

Оставшиеся куковать в казарме Гога и Синий встретили моё появление искренним удивлением.

— Из дому Котяру выгнали? — недоверчиво поинтересовался капрал. — Других объяснений не вижу твоего присутствия здесь. Мы с Гогой, конечно, молодцы и красавцы, только не верю, что так быстро соскучился по нам.

— Моё сердце наполнено любовью к родной группе, — в тон ему ответил я. — Поэтому скучаю по вашим мордам даже во сне… кошмарном. Но сейчас не об этом. Синий, скажи, кто на базе может юридически заверить бумагу? Чтобы всё было по закону и ни один суд не придрался?

— Начальник базы. Кто ещё! Если, конечно, не жениться собрался. В этом случае сначала прошение в имперскую канцелярию подаётся, которая выясняет, нет ли какого родства между женихом и невестой по…

— Не жениться! — перебиваю его. — Оба идёте со мной! Пять минут на сборы, а я быстро кое-что напишу.

К счастью, начальник вместе со своим заместителем были на месте. Удивились внезапному визиту, но соизволили принять нас.

— Господин генерал! Извините, что по личному вопросу, но дело не терпит отлагательств, — вытянувшись по стойке смирно, протянул я лист с распечатанным текстом. — Прошу ознакомиться и если нет претензий, то завизировать по всем правилам.

Начальник базы несколько раз перечитал написанное мной. Потом хмыкнул. Немного подумал и поинтересовался.

— Уверен, капрал Котяра? Щедрый жест.

— На все сто процентов. Император будет награждать не только людей, но и отмечать их Рода. Да и боевые товарищи должны быть именно товарищами, а не пойми кем.

— Согласен с обоими доводами. Достойно, капрал. Завтра с утра будет твоя бумага со всеми штампами и необходимыми подписями доставлена и Имперский Суд. Уверен, что её секретари примут к исполнению в первую очередь и никаких непоняток на дворцовом приёме не возникнет.

— Спасибо огромное! Там в приёмной дожидается рядовой Гога и капрал Синий. Последний как свидетель. Если необходимо дополнительно…

— Ничего не нужно. Ещё вопросы есть?

— Никак нет!

— Ну и вали с глаз моих подальше! — по-хулигански подмигнул генерал. — Передай Олегу поздравления! Славный боец!

— Что это было? — поинтересовался Синий, когда мы вышли из штаба. — Притащил нас сюда зачем-то, ничего не объясняя, а потом также молча уволок.

— На всякий случай взял, чтобы два раза не бегать. Гога… Олег… — повернулся я к своему бывшему слуге. — Я только что написал отказ от твоего долга Чести. Прощаю его без каких-либо выплат и дополнительных обязательств.

— Это прикол такой? — хмуро посмотрел на меня парень. — Считаю, что неудачный.

— Нет. Как только Имперский Суд заверит отказ, то сразу же с тебя снимут все ментальные привязки ко мне. Теперь ты сам, без посредников будешь строить свою судьбу. Пинками гнать в светлое будущее никто не станет. Хочешь, Олег Волконский, по барам шляйся и наркотой закидывайся. Хочешь — служи дальше, развивая себя. Твоё право и выбор. Ответственность, правда, за все поступки тоже полностью твоя.

— Охренеть… Макс, это отец приказал?

— Нет. Я тоже не люблю, когда моей жизнью пытаются управлять другие. А с твоим папашей мы ещё обсудим эту тему… На мечах, в честном поединке.

— Не дури, Котяра! — первым всё понял Синий. — Тебя Абсолют в бараний рог скрутит! Хотя… Да нет. Вряд ли теперь. Учти, что твоим секундантом буду я. На всякий случай, чтобы потом лишних вопросов у… командования не возникло. И Аксакала с собой возьму для верности.

— Макс! — вслед за капралом дошло и до Гоги. — Если ты подставляешься из-за меня, то зря. Не делай глупостей! Мы же с тобой вместе столько прошли, что я сам готов отречься от свободы, лишь бы товарищ не пострадал. Нормально же жили!

— Дуэль уже назначена. Без вариантов. Но я оценил твой жест, — дружески хлопнул я его по плечу. — Ты изменился, Олег, и значит, решение принято верное.

— Понял. Как ты и сказал только что: это твой выбор и ответственность. Олег… Непривычно слышать своё имя. Теперь нужен позывной — я ж не Стелла. Представляю, какой мне в группе придумают. Точнее, даже боюсь представить.

— Остаёшься с нами? — спросил его Синий. — В княжеских-то хоромах сытнее и Твари зубами над ухом не щёлкают. Не ошибись с выбором.

— Естественно, остаюсь. Ещё один княжеский Род группе Аксакала не помешает. Да и учиться у вас мне пока есть чему. Когда стану капралом, только тогда свалю, чтобы поступить в Императорскую Военную Академию. Теперь я знаю, чему хочу посвятить жизнь.

— Приятно слышать! А позывной у тебя раньше имени появился… рядовой Гога. Ну что, парни? Это дело не грех и отметить!

— После, Синий! — с улыбкой отказался я. — Вот когда награды обмывать будем, тогда и Гог… Олега в шампанском искупаем. Чтобы всей группой у Дато в ресторане, а не по закуткам. Мне же домой пора. К Достоевским… Всё никак до них сегодня доехать не могу.

Глава 20

Дом. Милый дом! Выйдя из такси, я стоял у ограды и с теплом в душе рассматривал особняк Достоевских. Сколько же меня связывает с ним. Кажется, что совсем недавно нас с Таксом сюда притащила Анна, чтобы сняли с её родственников проклятие. А теперь сам стал родственником для троих очень своеобразных особ.

— И долго пялиться будешь? — раздался голос по ту сторону ограды. — Заходи, а то зеваки решат, что я тебя не пускаю.

Глашка! Совсем забыл, что в этом доме живут не три, а четыре барышни.

— Да вот думаю, не перекрасить ли особняк из голубого цвета в чёрный, — шуткой ответил ей.

— Правильно, Макс! И крышу розовую надо! Я давно Юльке говорила, что так веселее, но она ж упёртая и в красоте не разбирается. И ток к забору подвести надо, чтобы кто ни прикоснулся — сразу в головешки. А то повадились шляться. То репортёры, то посыльные. Ещё и гости, сволочи, несколько раз являлись. Дома им не сидится!

— А ты их гранатой со слезоточивым газом.

— Сразу видно нормального человека! Не то, что это бабьё! Мне графиня запретила. И колёса на машинах прокалывать тоже, чтобы лишний раз подумали, прежде чем наши дорожки снашивать. Ещё набираются наглости угощение просить. Жрачки сейчас, конечно, до фига, но меня в расфуфыренное платье наряжаться хозяйка заставляет и улыбаться этим гадам. Прикинь⁈

— Уже прикинул! — не смог я сдержать смех, вспомнив «радушную» улыбку Глафиры. — Ты меня пускать собираешься?

— Блохастого пустила и тебя пущу, — соблаговолила открыть ворота Глашка.

— Такс давно здесь?

— Три килограмма мяса назад заявился. Говорит, что из моих рук оно самое вкусное. Врёт, поди, как и про свои подвиги. Столько Лордов в одну харю загрызть — это ж половину Дыр земли уничтожить можно. Но жрёт и врёт красиво. Не поверишь, Макс, я по этому шерстяному мешку даже соскучилась.

— Юлия с девочками дома?

— Ан нет никого. Анька с мелкими Ворониными на каких-то кратковременных сборах со своей Академией. Юлька с Катькой в гостях за городом второй день. Правильно делают! Обожрать императорскую семейку, как бюджет пополнить, но только брюхом.

— Не понял, — остановился я около самой двери. — Графиня на приёме у самого императора?

— Не! Я ж говорю, что в гостях. Достоевские сейчас в фаворе. Все лебезят перед ними, прогибаются в поклонах. Так и хочется иногда пендаля отвесить. Где эти тварюги раньше были, когда мы последние копейки считали? Таких друзей в задницу запихнуть, а не на порог приглашать. Голодный?

— Есть немного.

— Немного и осталось после Такса. Помойся с дороги, а я стол накрою по-человечески. Похаваем на ночь глядя. Заодно ты правду расскажешь, как Тварей гробили.

Хорошо посидели, несмотря на отсутствие хозяек. Такс с измазанной паштетом и сгущёнкой мордой влюблённо пялился на служанку, а я пересказывал события на Рубежах. Глаша всегда была внимательной слушательницей. Не перебивала, лишь изредка вставляя свои своеобразные комментарии, которые и в голову не могут прийти нормальному человеку.

— Получается, — сделала выводы она, когда я окончательно замолчал, — что у вас там групповой секс. Кентавры бегают за вами, чтобы трахнуть, а вы за ними, чтобы тоже трахнуть. И пока никто никого не уговорил подставить задницу.

— Вроде того, — чуть было не поперхнулся я от такого сравнения. — Военно-стратегический паритет называется.

— По мне, так непотребство, а не эти пердитеты. Чужаки припёрлись, а вы с ними справиться не можете. Они укрепляются, а вы стрелочки на картах рисуете. Нужно к Лорду Кентавровскому лезть и сразу ему в морду захреначить. Вот верное средство! И чем быстрее, тем лучше. Если и на других Рубежах подобное творится, то обложили нас Тварюги и скоро жахнут так, что костей не соберём. Скоро жахнут… Земля всё больше и больше теряется. У вещей смысл размывается. Пока слабо, но год назад подобного не было.

— Какой смысл? — не понял я.

— Глашенька так физические законы называет, — серьёзно пояснил Такс. — И она права. Мир перестраивается. Незаметно для человеческого глаза, но процесс идёт. Уже было нечто похожее незадолго до… Ну, ты понял, Генерал. Повторение не за горами.

И насчёт Лорда она права. Нужно давить подобные Дыры, несмотря на потери. Потом их станет значительно больше. Я теперь знаю сам, что на мелкие проколы Кочующих Миров отвлекаться нельзя. Они больше для отвода глаз. Распыляют силы, чтобы к главному мы подобраться не смогли.

— Откуда у тебя эта информация? В твоих любимых кулинарных книгах о подобном не пишут.

— Помнишь теорию Жала? Присмотрись к ней. Если мир устроен по образу и подобию компьютера, то найти нужный файл, имея определённую силу, возможно в Системе. У меня иногда получается открыть доступ к крохам информации. Ты тоже сможешь, когда поверишь в Систему Мироздания и сделаешь правильный энергетический скачёк.

— Чем ещё удивишь?

— Я? Сегодня Глашенька нас удивляет своими восхитительными блюдами! Вот где волшебство без магии! — снова превратился в простого пса Такс и влюблённо скосил глаза на служанку. — А ты, Макс, кушай и умного меня слушай!

Ночью я долго не мог уснуть. Ворочался, анализируя этот странный разговор в странной компании. Ощущение, что меня к чему-то подталкивает неизвестный кукловод. И это не дух-хранитель, который хоть и знает что-то, но не выдаёт в полном объёме.

После моего бегства из Гессена слишком много странных встреч, случайностей. Вначале Достоевские, потом императорские наследники. Охота Лордов за мной. Кровь Истинных. Император на горизонте замаячил… А сам перенос в этот мир вместе со Змеем Хе?

У картинки много пазлов накопилось, только они не хотят складываться. Не хватает отправной точки — первого пазла. Значит, буду копить дальше. Лишь бы успеть до полномасштабного вторжения Кочующих Миров. Остановить его можно лишь в начальной точке, до прорыва. Дальше будет бесполезно, как показывает печальная практика Безумного Генерала.

Утром меня разбудило нежное прикосновение к лицу. Открыв глаза, увидел сидящую в белой шубке Юлию, кончиками пальцев гладящую мою щёку. Из-за плеча выглядывает раскрасневшаяся мордашка Кати.

— С возвращением, — почти шёпотом говорит графиня.

— Спасибо… А если бы я был тут голым?

— Главное, что живым!

— Максик! — не выдержав, запрыгнула ко мне в кровать Катерина и крепко прижалась. — Знаешь, как по тебе скучала⁈ Я даже фотку твою у себя в комнате повесила! А ты много тварей убил? Знаю, что много! А мы, представляешь, в загородной резиденции самого Александра Годунова были! Он мне разрешил себя дядей Сашей называть, не при посторонних! И императрица Аманда тоже! А ещё он сказал, что тебе орден дадут и медали. Или наоборот? Медаль и ордена? Не помню! Пусть это будет для тебя сюрпризом!

Меня императорские инструкторы тестировали. Сказали, что уровень подготовки шикарный! Прямо так и сказали! И на ринге с виртуальными Тварями дали посражаться. Я Офицеров Слизня и Крота победила. А вот Каракурт меня уделал, но дважды его ранила в…

— Марш с кровати! — рявкнула графиня, прекращая этот словесный поток. — Быстро на помойку… Тьфу! На помывку! Совсем голову задурила болтовнёй! Не переоделась с дороги, а как девка деревенская на сеновале развалилась!

— Мама! Это же Макс!

— Хренакс! Тебе сколько лет, чтобы так себя вести? Считаю до трёх, иначе усиленная тренировка… после основной. А мы с Максимом в это время будем чай пить. Без тебя! Раз…

На счёт два хлопнула дверь за Катей.

— Неисправима, — рассмеялась Юлия. — Куда делась та учёная зануда? Испортил ты нашу семейку, господин барон.

— Старался, — улыбаясь ответил я. — Сложные переговоры были у Годуновых?

— В корень зришь. С ними всегда сложно, особенно когда дело касается такой щекотливой темы, как Кровь Истинных.

— И к чему пришли?

— Я пришла домой, а император остался со своими мыслями, которые мне, увы, понять не дано. Но думаю, что всё будет хорошо. Ты полежи ещё, а я тоже пойду, приведу себя в порядок. Жарко в уличной одежде.

— Мне до обеда нужно смотаться в Штаб Чистильщиков. Доктора крутить будут на наличие всяких паразитов.

— Значит, подготовим пир горой к обеду.

Уже в дверях Юлия повернулась и тихо сказала.

— Знаешь, Макс. Всегда, когда мужчина возвращается с войны, дом наполняется какой-то уверенной силой и спокойствием. Сейчас я чувствую то же самое. Добро пожаловать в семью, защитник!

Прибыв в Штаб, первого кого увидел — бледного, слегка зеленоватого Бельмондо.

— Похмелиться хочешь? — поддел его.

— Не напоминай, Макс… У Дато вчера с Савелием Тихоновичем оторвались. Воронин в своём репертуаре: коньяк вином запивает, а водку пивом. И других заставляет. А этот коварный грузин лишь подливает, красивые тосты говоря.

— Мог бы и меня позвать. Никого из Достоевских дома не было. Куковал в компании Глашки с Таксом.

— Хотел, но полковник очень личную тему завёл. С глазу на глаз, так сказать. Про меня и Анастасию.

— Разлюбила?

— Меня невозможно разлюбить, Котяра! — гордо выпятил грудь Жан и тут же сморщился, схватившись за виски. — Наоборот. Напрягла отца со всей девичьей жестокостью, что хочет стать моей женой. Типа, до конца её учёбы и моей службы рыпаться не будет, но я должен переехать к ним, так как из-за Академии почти нет возможности видеться. Полковник с присущей армейцам простотой и вызвал на откровенный разговор. Вначале грозил смертными карами, а на второй бутылке заставил дать обещание, что сегодня же вещи к ним перевезу, раз так люблю Настю.

— А ты?

— На второй бутылке коньяка вперемешку с винищем? Да я уже после пятой рюмки был самым смелым человеком на земле! Конечно, пообещал. Потом мы с ним братались, если так можно выразиться по отношению к будущему тестю. Потом снова разосрались… Кажется, по поводу того, где буду спать. Три часа назад помирились, но пить за это не стали. У меня ж медкомиссия. Вот и поехали к одному врачу, чтобы он помог мне протрезветь. Теперь голова от грёбаного укольчика раскалывается. Ещё б поспать…

— У Ворониных отоспишься.

— Если опять пить не придётся. Макс… Чувства чувствами, но как-то мне стрёмно переезжать. Виконт в приживалах у графа.

— Барона, — поправил я.

— Уже нет. Император подписал указ о присвоении титула графа. Угодья там ещё какие-то должны Ворониным перепасть. Я, честно говоря, был в не самой лучшей кондиции и многое не понял. Но и графство обмыли…

— Круто! У тебя вещей много?

— Я ж на базе живу. Пару чемоданов.

— Значит, управишься быстро.

— Думаешь, стоит?

— А есть варианты?

— Нет. Хоть пьяный разговор был, но серьёзный.

— Значит, стоит. Не дрейфь! Скоро опять на Рубежи. А там, глядишь, сам до князя вырастешь.

— Не смешно. Пойдём на экзекуцию. Только бы от врачей по голове за пьянку не получить.

Оставив Жана паковать вещи, вернулся домой. Пир реально был горой — не обманула графиня. Потом, отправив Катю тренироваться, пригласила нас с Таксом в свой кабинет и закрыла двери на ключ.

— Итак, мальчики. Пора поговорить и о серьёзных делах.

— Графство Воронина — твоя заслуга? — в лоб спросил я.

— Косвенно. Савелий же свой Дар восстановил полностью. Полный кавалер орденов «Честь и слава», как-никак. Герой Рубежей. Я лишь немного ускорила этот процесс, который со скрипом продвигался уже несколько лет.

— А что потребовали взамен? Быть моим куратором?

— Тоже отчасти. На рубежах Синий тебя и Аксакала опекать будет, а вот дома под моим крылышком находишься.

— Ты знаешь историю Аксакова?

— Мы с покойным мужем должны были курировать Маргариту, выдав за племянницу по моей родовой линии. Но в последний момент возникли непредвиденные сложности из-за ранних спонтанных всплесков её Дара. Поэтому девочку отправили подальше от столицы, чтобы Зина Шеллер её немного в чувство привела. А мы с Кириллом ввели потихонечку Шеллер в дальние родственницы. Сложная комбинация, и не хочу заострять на этом внимания. Сейчас разговор о тебе. Государь заинтересован.

— Подожди! — перебил её Такс. — Получается, что про этих гадов Филоновых ты тоже была в курсе? А с виду так зубы друг на друга точите!

— Значит, легенда работала правильно, и мы с Иваном отыграли свои роли хорошо.

— И про каждый шаг Макса докладывала?

— Это в моё задание не входило. Тем более я была отстранена от него и не лезла, куда не просят. Есть интересы государственные, а есть личные. Насчёт Максима я имела в последние два дня очень сложные разговоры с Годуновым. Государь был недоволен, что я тихарилась, но всё же нехотя признал моё право поступать согласно интересам Рода. Так что, дорогой, — повернулась графиня ко мне, — игра закрутилась серьёзная и с твоим участием. Уже немало.

— И что я должен буду делать?

— Это он тебе завтра сам скажет после торжественного приёма. Я такая же, как и ты, пешка в его раскладах. Но сильно не расслабляйся. Император может в любой момент поменять своё мнение, если почувствует угрозу для своей семьи или страны. Прежде всего, я бы посоветовала тебе отстать от Маргариты. Это Годунова напрягает сильно.

Далее… Извернись ужом, но постарайся не сплющиться под его энергетическим прессом. Он это отлично умеет делать, хотя и не любит. Если окажешься бесхребетным слабаком с кровью Истинного, то рой себе могилу прямо в дворцовом паркете.

— Первый и второй совет противоречат друг другу, — возразил я. — Либо поддаюсь, отступаясь от Маргариты, либо плюю на приказ императора, получается. Один раз прогнусь, дальше гнуть будет. Встану в гордую позу — в ней и похоронят.

— Согласна. Но в этом и «прелесть» общения с Годуновым. Всё на противоречиях. Честно говоря, не знаю, как выкрутишься, но кулаки на удачу буду крепко за тебя держать. Ты талантливый и удачливый сукин сын. Правда, говорить так вроде мне теперь нельзя: всё же мать, хоть и названная. Сама себя сукой обозвала… Хотя и это во мне тоже есть.

И ещё мне одну горяченькую информацию Государь подкинул. Насчёт Олега Волконского и дуэли с его папочкой. Ты нормальный? Это я не про свободу для Гоги спрашиваю, а про дуэль.

— Расслабься, Юля. Меньшая из проблем. Убивать князя не собираюсь.

— Вот прямо успокоил! Абсолюта он убивать не собирается!

— А зачем? Если не он сам, так его сын впоследствии пригодится. Зачем портить отношения с крутым Родом?

— Ты не понял. Даже со своим недоделанным Даром Истинного против опытного Абсолюта вряд ли выстоишь. А если ещё спонтанно раскроешься, то я не знаю, что будет дальше.

— Император приказал отменить дуэль?

— Нет. Сказал: пусть всё идёт своим чередом.

— Значит, мы с ним думаем одинаково.

— Мне объяснить не хочешь ход ваших мыслей?

— Император объяснил?

— И снова нет… Поняла. Начались не мои игры. Но я всё равно за тебя волнуюсь. Будь осторожен. Сейчас вообще фигня какая-то творится. Все службы безопасности работают не покладая рук. Тихим сапом, без огласки, идёт мобилизация отставных одарённых. У Ани в Императорской Военной Академии тоже странные дела. Их готовят по какой-то новой программе.

Уже третьи недельные сборы. И это на первом курсе! Причём никто не знает, чем они там занимаются. Все курсанты под серьёзными бумагами о неразглашении находятся. Я прямо спросила об этом у Годунова и получила изумительный по лаконичности, но не по смыслу ответ: «Так надо».

— Как себя Аня чувствует?

— Знаешь, Макс… С виду как обычно, но меня не покидает чувство, будто бы она резко перешла с Мастера в ранг Магистра. И не Младшего, а где-то рядом со мной обосновалась. Хотя Печать прежняя. Улик нет, но чувствую спинным мозгом. Настя и Кирилл Воронины из той же серии. Ты понимаешь, как можно совершить подобный качественный скачок?

— Искусственной прокачкой натуральными кристаллами.

— Именно. Представляешь, сколько нужно кристалоов для того, чтобы усилить такую ораву? Их же далеко не каждый год находят. Получается, запас не одного поколения Годуновых тратит. И зачем императору подвергать подрастающий цвет аристократии подобной опасности? Только для того, чтобы остановить б о льшую. Я смелый человек, но сейчас до чёртиков всего боюсь. Быть может, я параноик?

— Нет, — за меня ответил Такс. — Ещё несколько лет и начнётся серьёзная битва с Кочующими Мирами. Со слабым Даром в ней не место.

— Откуда у тебя эта информация⁈ — вскочила Юля, сразу же поверив духу-хранителю.

— Я чувствую тонкую энергию не так, как люди. Кстати, Глаша, как симбиот тоже чувствует подобное. На Рубежах плодятся аномалии, значит, наш враг переходит на иной уровень. Зачем ему изменять соотношение сил в свою пользу? Вывод прост, сосиску мне в печенье.

— И что теперь делать?

Ответить ни я, ни Такс не успели.

— Там полковник с Максовым дружком заявились, — из-за закрытой двери грустно возвестила Глашка. — Послать?

— Не надо, — вздохнула графиня. — Очень хочется выпить сейчас. А Савелий собутыльник отменный.

— Как у вас ним дела на личном фронте? — чтобы как-то отвлечь Юлию, перевёл я разговор на другую тему.

— Это мой человек от армейских ботинок до фуражки. О свадьбе по весне серьёзно задумались. Теперь уже и не знаю, стоит ли…

— Конечно, стоит! В хреновые времена веселиться нужно от души, чтобы не скиснуть раньше времени! — жизнерадостно ответил Такс. — Только меню для неё составляю я! Хоть пожрём, как люди… или таксы.

— Кажется, ты тоже становишься русским, — впервые за всё время разговора улыбнулась женщина.

— Да хоть монголом, лишь бы на сытый желудок! Барана на вертел и аромат по всей степи!

— И как в тебя столько влезает?

— Я тебе, Юль, потом покажу свою прокачанную боевую ипостась. Впечатлишься так, что лично с утра до ночи у плиты стоять будешь, лишь бы меня накормить. Даже Глашеньке понравилось. А она, сама знаешь, какая привередливая в плане мужчин. За это и люблю поганочку мою бледненькую! Лучшего из лучших себе выбрала!

— Кого? — поддел я Такса. — Познакомишь?

— Да уж не тебя точно, принцессовский ухажёрчик! Ей нравятся красивые и четвероногие! И чтобы имя на букву Т.

— Таракан с двумя оторванными лапами? — хихикнула Юля.

— А вот это уже обидно… Ещё графиня называется! Всё. Не будем заставлять ждать гостей. Уверен, что полковник по привычке с тортиком пришёл, а не только с Бордо. Золотой человек, в отличие от вас!

Глава 21

Тронный зал императорского дворца. Мы стоим посреди него на натёртом до зеркального блеска паркете. Парадная форма отутюжена, у мужчин морды выбриты, а у женщин в макияже до самых бровей. Даже у Такса вожделенная попонка «а-ля Чистильщик». Красавцы, а не группа Аксакала, обычно больше похожая на бандформирование.

Император вышел в окружении своей свиты под звуки гимна Российской Империи. Прочитал небольшую поздравительную речь, явно добавив в неё немного энергии Истинного для лучшего восприятия важности момента. Потом началась раздача плюшек.

Всем простым рядовым вручили за Березники по медали с внушительной денежной премией. Настала очередь одарённых. Слабая, но уже вставшая в строй Мышка, Глыба со Стеллой и Жало с Синим получили, кроме медали «За Мужество», дополнительно ордена «Честь и отвага» третьей степени и наградное оружие. Такая же участь постигла и Волконского с Бельмондо. Жан вдобавок обзавёлся российским гражданством, не дожидаясь окончания срока службы. Аксакал к наградам произведён в чин капитана.

Только мы с Таксом стоим обделённые.

— А вот с вами двумя загвоздка, — с лёгкой иронией произнёс Годунов. — По совокупности всех заслуг можно всю форму орденами и медалями увешать. Как будете подобную тяжесть таскать?

— С удовольствием, Ваше Императорское Величество! — заявил Такс.

— Верю. Но я нашёл более рациональный выход… Награды!

Тут же церемониальный гвардеец с атласной подушечкой в руках строевым шагом подошёл к императору. Тот взял с подушки какой-то орден и прикрепил мне на грудь. Увидев его, все ахнули, слегка нарушив этикет.

— Да-да, — удовлетворённо сказал Александр Годунов. — «Орёл Империи», высший государственный орден, думаю, сможет заменить все ряды наградных планок. Только вот беда, барон, придётся вам теперь с вашим баронством расстаться, так как «Орла» присваивают начиная с графского титула. Зато теперь не будет нестыковок у Достоевских. А то все наследницы и приёмная мать — графини, а единственный мужчина в семье — барон. Поздравляю, граф Достоевский!

— Служу Российской Империи! — охренев, гаркнул я, понимая, какую редкость сейчас отхватил.

— Вот и продолжайте служить в том же духе!

Ободряюще хлопнув меня по плечу, он неожиданно для всех присел на корточки возле Такса.

— На шею или на вашу импровизированную форму «Орла Империи» хотите? — вежливо обратился император к духу-хранителю. — Я просто в затруднении, так как никогда не приходилось награждать других существ.

— На шею! — тут же отреагировал Такс.

— Значит, угадал.

Через минуту гордый Такс стоял в расшитом золотом ошейнике, на котором висел орден.

— Служу Российской Империи! — за мной повторил он и тут же добавил, нарушая всю процедуру награждения: — А графство тоже полагается?

— Нет! — рассмеялся Годунов. — Считайте, что оно у вас с Максимом Кирилловичем одно на двоих! Но, зная вашу любовь к кулинарии, господин Такс, теперь имеете право питаться в любом заведении Российской Империи за счёт государства.

— Нормальный обмен, — кивнул дух-хранитель. — Обещаю чрезмерно не злоупотреблять.

— Обнадёживает. Но я бы хотел поближе познакомиться с таким удивительным существом. Поэтому вместе со своим напарником задержитесь ненадолго во дворце после торжественного обеда в честь защитников Рубежей.

Сам обед, кстати, прошёл довольно скучно. Император с императрицей задавали вежливые вопросы о службе, а мы на них также вежливо отвечали, одновременно делая вид, что вкушаем диковинные яства, стараясь не обляпаться. Да и аура императора многих придавливала.

Один Такс не стеснялся и жрал за всех. Правда, соблюдая правила приличия и на чужие тарелки не покушаясь. Заодно этот прохиндей строил умильные рожицы императрице Аманде Стефановне, чем к концу обеда окончательно покорил её.

Небольшое разнообразие внёс в застолье лишь наш подарок в виде чёрного кристалла. Годунов, естественно, про него знал, но, увидев вживую, реально впечатлился.

— Очень необходимая стране вещь, господа Чистильщики! — встал он с бокалом в руках. — Хочу за такое чудо отдариться в ответ. Всем рядовым — группы по пятьсот тысяч золотых рублей, а непосредственным участникам операции по, так сказать, «заготовке» кристалла — по два миллиона!

Простые рядовые чуть в обморок не попадали, услышав, насколько сегодня разбогатели. Одарённые тоже стояли довольные, но их большими деньгами не так просто удивить.

Когда все разошлись, мы с Таксом остались в приёмной, ожидая скорой аудиенции. Но к императору позвали меня одного, а Такса пригласили к императрице Аманде. Я сразу же напрягся, понимая, что неспроста нас разделили и разговор ожидается с острыми моментами.

— Присаживайся, Максим, — по-простому предложил Александр, вольготно расположившись с чашечкой кофе за небольшим столиком из красного дерева.

Я сел напротив него и всем своим видом показал, что жду продолжения.

— Слушаю тебя, — не оправдав моих ожиданий, приказал он, пытаясь выбить из колеи.

И что он собирается услышать? Знать бы… Ну что ж. Не первый дворцовый приём у Безумного Генерала. Меня так просто не смутить.

— На нашем Рубеже ситуация зашла в тупик. Как обстоят дела на других, Ваше Величество?

— Ты требуешь отчёта у меня? Ничего не перепутал?

— Прошу немного информации и не более. Уверен, что везде примерно одно и то же в последние год-полтора. Не так ли? Иначе зачем страна переходит на усиленные военные рельсы?

— Потому что так надо. Сейчас разговор у нас с тобой немного о другом, Истинный. Как собираешься жить дальше и откуда такой интересный взялся? Про то, что сын гессенской проститутки, не стоит рассказывать. Мы проверили информацию. Пусть она и подтвердилась по всем каналам, но такого быть просто не может: даже слабенького одарённого невозможно скрестить с простолюдинкой, а тут совсем иной уровень Дара.

— Я тоже считаю, что не может, — кивнул я. — Но факт остаётся фактом. Лично у меня есть предположение, что кто-то ей просто подкинул ребёнка, заметая следы. Также, возможно, была чётко спланированная операция, в результате которой появилась легенда о бастарде Меринбергов. Перед самым побегом из Гессена меня хотели продать одному очень влиятельному человеку в Восточных Эмиратах. Не с востоком ли связана тайна «неучтённого» Истинного? Согласитесь, подобное чем-то напоминает ситуацию с вашими наследниками.

— Да. Я тоже склоняюсь к этому выводу, хотя имеются и другие версии. Сейчас меня больше волнует, на каком положении ты останешься в Российской Империи. В одно честное слово дворянина я не верю. А ошейник на тебя, кроме смертельного, накинуть не могу… Да и не люблю разбрасываться ценными кадрами.

— Положение мужа Маргариты меня вполне устроит. Как только я добьюсь её руки и сердца, то стану для вас неопасен.

— Исключено.

— Нет. Не исключено. Ваше желание не учитывается. Только её. И мне кажется, что…

Договорить не успел. Император, не опуская кофейной чашки на стол, показал свою истинную силу. Под напором его энергии я просто вылетел из кресла, но быстро встал на ноги, почувствовав в груди всплеск Дара Истинного. Ярость затопила сознание, и захотелось не просто схватки, а разорвать Годунова голыми руками. Сам не понял, как успокоился, не заглушив проснувшийся Дар.

— Не стоит, молодой человек, спорить с тем, с кем спорить не стоит. Вредно для карьеры и здоровья.

— Невежливо, Ваше Величество, — вытирая показавшуюся кровь из носа, прокомментировал я случившееся. — То награждаете, то морду бьёте. Может, к мозгоправу наведаться стоит, пока ещё вменяемый на троне?

Следующий удар Годунова был ещё сильнее, но я к нему был готов. Хоть и упал на колени, только ответочку успел влепить. Зачем бить того, кто пока сильнее тебя? Да и Государь как-никак. А вот чашечку с кофе Александр зря у носа держит. Расслабился за спокойные годы правления.

Ударил по чашке силой, выплёскивая горячую жидкость в лицо императору. Он явно не ожидал подобного поворота и, вскрикнув, ослабил давление на меня. Воспользовавшись секундным замешательством противника, включаю ускорение и оказываюсь рядом, приставив к глазу Годунова серебряную ложечку, до этого момента мирно лежавшую на столе.

Бить на поражение не собираюсь, лишь попугать немного. Правда, этого сделать тоже не удаётся: поплывшее серебро проходит сквозь пальцы, обжигая их. Император вырывается из захвата, снова отшвырнув меня на пару метров. Готовит следующий удар, но книжный шкаф, с моей подачи чуть было не придавивший его своим немаленьким весом, заставляет отпрыгнуть в сторону.

Я быстро создаю глухую оборону, подключив все свои энергетические резервы. Чувствую, что Александр создаёт мощный кулак для пробития. Ещё секунда и настанет момент истины. Возможно, последний для меня в этой жизни. Мы с противником смотрим в глаза друг друга. В этой битве взглядов я ему не уступаю, показывая, что лучше сдохну, чем сдамся на милость победителя.

— Интересный стиль, — неожиданно расслабляется Годунов, как ни в чём не бывало поднимая опрокинутое кресло и снова усаживаясь за стол. — Почему своего симбиота не привлёк? Он же мог в любой момент тебя перенести?

— Может, и мог. Но не факт, — тоже расслабляюсь я, понимая, что только что прошёл серьёзную проверку. — Дворцовая защита для него раньше была непроходима. Прокачался Такс, конечно, сильно, но я не спрашивал, насколько теперь самое защищённое здание империи ему по зубам. Да и не его это дело, а наше с вами.

— Согласен. Продолжим разговор?

— Давайте. Мы остановились на Маргарите.

— С ней мы пока закончили. Хотя… Твои доводы я выслушал, поэтому теперь моя очередь озвучивать свои. Признаться, удивлён. Рассчитывал, что по уровню ниже Рината, но даже с не до конца проснувшимся Даром явно превосходишь его. С одной стороны, хорошая партия в плане Крови Истинного для дочери. Но с другой: я не знаю, какие закладки могли запихнуть в твой неокрепший детский мозг у Меринбергов. Также не знаю, насколько близко могут пересекаться по родственным линиям её и твоя кровь.

Генетические уроды после зачатия двумя достаточно близкими родственниками никому не нужны. А такое вполне может быть! Мне пришлось брать Аманду аж из Австралии. И всё из-за опасности кровосмешения.

В Европе на это давно плюнули и как результат: резкое сокращение поголовья сильных Истинных. Идёт серьёзное вырождение среди правителей многих стран. Поэтому, пока я до конца не выясню эти важные вопросы, даже о возможности разговора о вхождении в мою семью можешь забыть. Но дверь полностью не закрыта. Достаточно внятно изложил?

— Да, государь, — кивнул я, осознавая, насколько он прав со своей колокольни.

— Поняли друг друга: уже хорошо. Я хочу знать, куда дальше двигаться будешь.

— К Тварям. Только они сейчас имеют значение. Нас зажимают в тиски, а мы действуем по старым шаблонам.

— Тут спорить не буду. Поэтому и создаю ударный кулак на вашем направлении.

— А поможет? Недостаточно данных для чего-то существенного, кроме тупого навала.

— Что предлагаешь?

— Надобно идти в гости к Лорду. Не к этому. Пленить любого и попытаться вытянуть информацию из него.

— Они никогда не сдаются. Или ты можешь такое провернуть? Сомневаюсь.

— Один? Нет. Сложилась команда, которая может. Ринат на острие её. Рискнёте сыном?

— Он постоянно в зоне риска. Необходимая часть обучения. Я тоже начинал с нуля… В банде! Три ножевых ранения, один раз откачивали, возвращая с того света. Один раз чуть не изнасиловали, но тут сам справился, выпотрошив сластолюбцев. В семнадцать лет было. Тогда впервые Дар и проявился во всей красе.

— А за Риту маленькую не боялись? Она же мужчин магнитом притягивает.

— От подобных вещей дочку оберегал, заранее нивелировав угрозу. Ей и без меня хватило острых ощущений. Знаешь, почему откровенничаю?

— Потому что я в теме. И есть на меня интересы.

— Правильно. Мир катится в пропасть. Причём быстрыми темпами.

— И нужно моё тело, чтобы прикрыть пробоину в борту, пираньям зад подставив?

— Ты мне нравишься всё больше и больше! — рассмеялся император. — Помолодеть заставил, отбросив регалии в сторону! Именно задницей закрыть. Нам необходим Лорд Кентавров. Только он. Остальные осторожные и быстрее сдохнут, почувствовав угрозу пленения. А этот слишком самоуверенный. Во всяком случае, очень надеюсь на это. Стопроцентную гарантию даже привокзальная гадалка-шарлатанка не даст в этом вопросе.

Мы готовим людей… Армию сильных одарённых. Но для чего? Сами до конца не понимаем, а очень хочется. И ещё. Помнишь ту книгу, что у Йети нашёл? Расшифровать не получается. Только наши учёные склоняются к тому, что каждый лист в ней дублирует предыдущий, но на другом языке. Если смогу хоть что-то прочитать, то получу бесценную информацию.

— Долго расшифровывается, — попенял я для приличия.

— Страницам несколько сотен… допускаю даже тысяч лет. Еле разлепили без потери текста. Не в них дело. Я уже столько прошёл за годы правления, что уверен на сто процентов: ты тут неспроста со своим Таксом нарисовался. Мировой порядок делает очередной виток. Должен прийти тот, кто всё упорядочит. Быть может, угробит.

— Разрушитель или Мессия?

— Да хрен тебя поймёшь, Макс. Может, и говно из проруби, но обратить внимание должен.

— Не императорские выраженьица.

— Я же сказал, что в банде становление получил. Хороший жизненный опыт, но своим детям его не пожелаю. От него в чувство потом долго приходил…

— Что вы хотите от меня?

— Действий. Любых. Выводы буду делать потом.

— Как-то слишком прост план для императора.

— Усложняют придворные. Ты готов рискнуть? Да не отвечай! Вижу, что готов.

— Маргарита остаётся на кону?

— Она остаётся самой по себе. И то только после того, когда я буду уверен, что нет никакой подставы.

— Бандитское прошлое всколыхнулось?

— Именно. Ещё и императорское настоящее, Истинный.

— Получается, что работаем в паре, а доход в вашу пользу?

— Нет, Максим. Со всей страной работа… Миром. Ставки слишком высоки, чтобы делал для кого-то поблажки. А щедрость у правителей хороша лишь тогда, когда выгодна им. Так что утрись своими амбициями и работай на будущее. Пройдёшь один этап, будет другой. Доверия на ровном месте не бывает. Вот и начни его зарабатывать с Лорда Кентавров. С моей же стороны любая помощь гарантирована.

— По хорошему счёту, государь, на данный момент особо-то ничем и не можете помочь. Лорду в Дыре абсолютно плевать, как вы тут себя титулуете. Но есть вопрос по теме. Как быстро по вашим наблюдениям я могу раскрыть Дар Истинного полностью и начать его контролировать на всех уровнях? Уж больно меня впечатлила расплавленная серебряная ложечка.

— По тому, что я видел сегодня, это дело пары месяцев максимум. Понимаю, откуда этот вопрос. Хочешь прийти к Лорду во всеоружии? Как раз по весне вы с Аксакалом обретёте нужную форму. Другой разговор, что осваивать все возможности Истинного придётся всю жизнь. Чем больше я совершенствуюсь, тем больше понимаю, сколько ещё нераскрывшегося спрятано в Даре. И научить никто не сможет: нет двух похожих Истинных.

— Долго. Жаль. Твари слишком поумнели в последнее время. Уверен, что Лорд весной нас ждать и будет, подготовив шикарную ловушку. Нужно действовать не по логике, а вопреки ей, чтобы смутить Тварь. Чего он не ожидает? Того, что заявимся прямо в логово малой группой. Кто против подобной дурости будет разрабатывать планы, время теряя?

— Действительно, дурость, — согласно кивнул Годунов. — Вас раздавят ещё на подступах к Дыре.

— А если в группе есть двое полностью готовеньких Истинных? А если Такс перенесёт в нужную точку, минуя кордоны Кентавров? И ещё можно много подобных «если» сообразить, если подумать как следует.

— Хм… Составляй примерный план. Обещать ничего не буду, но ознакомлюсь с ним.

— А смысл? Всё равно нет главного — Истинных. «Недоделки» тут не прокатят, а уж про простых Абсолютов и говорить не приходится.

— Я не попросил составить план, а ПРИКАЗАЛ, — голосом выделил ключевое слово император. — Завтра с утра, чтобы он был у меня на столе. Передашь Семёну. И… Всё решаемо. Можешь идти. На этом аудиенция закончена.

* * *

Как только за Максимом Достоевским закрылась дверь, в кабинет к Годунову из другой малоприметной двери вошла императрица Аманда.

— Что у тебя с лицом, Саша? — спокойно спросила она, показывая на почти заживший красный след от кофейного ожога.

— Ерунда. Хотел новоявленного Достоевского спровоцировать на убийство.

— И как?

— Сориентировался мальчик моментально, но бить на поражение не стал, хотя я ему предоставил для этого время.

— Обнадёживает. Но с твоей стороны это неосмотрительный риск. Начинающий Истинный тоже представляет угрозу.

— Мы все рискуем ежедневно, даже когда и не осознаём этого. Зато я понял, что Максим реально хочет сотрудничать, а не залезть по трупам на вершину власти или спрятаться в какой-нибудь норе. Оно того стоило. Если дойдёт до финала, то нужно присмотреться к нему, как к одному из вариантов замужества Маргариты. Как прошла твоя встреча с симбиотом?

— Такс — замечательный пёс. Непосредственность так и прёт, но очень хорошо сочетается с недюжинным умом и крепкой хваткой.

— Это сразу бросается в глаза. Больше интересует другое: не является ли шпионом Кочующих Миров.

— Однозначно нет. Несмотря на всю энергетическую разницу с нами, Такс имеет похожую структуру. Более того, его алгоритмы даже более сложны, чем у нас с тобой вместе взятых. Мне бы ещё в этом плане Максима Достоевского покрутить. Уверена, что тоже без сюрпризов не обойдётся.

— Такой шанс представится не раз. Я решил его и Рината искусственно активировать. Тем более что они сами принесли для этого всё необходимое: чёрный кристалл огромной ёмкости.

— Саша, а тебя не настораживает, когда вот так всё удачно складывается?

— Скорее обнадёживает. Если верить засекреченной теории профессора Малинина, то Такс и Макс могут быть ключом к программе защиты.

— Или ещё одной попыткой подобрать к ней ключ, — вздохнула императрица. — Сколько их уже было за несколько веков? Всё безрезультатно.

— И что ты, Аманда, предлагаешь? Сдаться?

— Молиться и помогать по мере сил. От нас, к сожалению, мало что зависит в этом вопросе.

— Бога нет.

— Или Бог хочет, чтобы ты так считал. А сам он в это время посмеивается и управляет даже теми, кто в него не верит. Чего домыслы строить? Всей правды всё равно не узнаем.

Глава 22

Домой я вернулся помятый и очень задумчивый. Такс тоже был не в лучшей форме. Даже праздничный семейный ужин, устроенный Юлией, не смог взбодрить в полной мере. Графиня во время него попыталась задать несколько наводящих вопросов о встрече с императором, но я делал вид, что их не замечаю. Всё-таки моя приёмная мать проницательная женщина, поэтому быстро отстала.

Но перед сном всё же пригласила в свой кабинет.

— Максим. Когда люди получают «Орла Империи» и графство, то обычно выглядят более весёлыми. Как прошла встреча с Годуновым и в какую авантюру он тебя затащил?

— Нормально поговорили. Кофеёк попили… во всё императорское лицо. Ты права была, сложный человек. Стили поведения меняет постоянно, не давая полностью приспособиться к одному. Но я справился, раз тут с тобой разговариваю, а не кровавой кляксой красуюсь во дворце.

А насчёт авантюры… Честно: сам не понимаю, кто из нас кого в неё втянул. Большинство идей вроде от меня исходило, но в результате нежданно-негаданно должен за сегодняшнюю ночь составить план по пленению не кого-нибудь, а самого Лорда Кентавров.

— С твоим участием, конечно, планчик?

— Конечно. Ещё с привлечением Аксакала и Такса. Такого изначально я точно делать не собирался.

— Нормальный стиль нашего государя, — кивнула графиня. — Он умеет манипулировать так, что его идеи в какой-то момент кажутся собственными. Во всём этом обнадёживает лишь одно — его наследник тоже привлечён. Значит, операция с Лордом хоть и жутко опасная, но не совсем безнадёжная.

Тупо отправлять на гибель сына Александр бы не стал. Есть подозрение, что император знает что-то, что пока нам неведомо. Больше не надоедаю. У тебя всего лишь ночь на то, чтобы придумать нечто, способное сохранить твою голову целой.

Запершись у себя, я долго смотрел на монитор компьютера, не в силах собрать мысли в кучу. Потом открыл карту местности вокруг Чердыни и словно вернулся на Рубежи, почувствовав боевой настрой.

Что хочет Годунов? Чтобы были задействованы два Истинных и Такс. Но пока есть лишь дух-хранитель, а мы с Ринатом не дотягиваем до нужного уровня. Где нам с ним взять силы, чтобы полностью раскрыть Дар в ускоренном режиме? Император обронил фразу, что всё решаемо. Значит, поступит с нами, как поступает с курсантами Военной Академии: искусственно прокачает, позволив преодолеть барьер с помощью кристаллов. Рисковый дяденька! Или нет? Непохож он на человека, который делает что-то, не просчитав последствия.

Ладно. Скоро сам всё узнаю, а пока начинаем мысленно стреноживать Лорда. Двое Истинных — это хорошо, но мы с Аксакалом не должны отвлекаться на всякую шушеру. Необходима поддержка. Около старой Дыры рядовым без Дара делать нечего. Вычёркиваем их, оставив лишь капралов и Гогу с Бордо.

Мало народа… Наше прикрытие Твари тупо задавят массой. Избежать этого просто, если организовать сборную группировку из нескольких групп Чистильщиков. Естественно, из одних одарённых. Но тем самым мы значительно ослабляем Рубеж на других участках.

Что же делать? Привлекать не наши группы, а те, что находятся в тылу. Собрать наиболее опытных бойцов не ниже Полного или Воин Мастера. Человек сорок. Больше нет смысла, так как огромной толпой нормального взаимодействия отработать не сможем. Стоит разбить «командировочных» на десятки, а во главе каждого вспомогательного отряда поставить Полных Магистров и Абсолютов типа Синего или полковника Шеллер.

Шеллер… Точно! Нужно задействовать и Армию. Около входа в Дыру: на открытом пространстве у них больше опыта боёв. Получается, что кроме группы Чистильщиков нужна ещё и армейская группировка. Естественно, она будет намного больше и с техникой.

Снова затык. Такое количество людей и техники Такс не осилит. Армии придётся добираться своим ходом. Как? Мощный бронированный кулак, способный быстро пройти до Дыры сквозь кордоны Кентавров или ещё что-то в таком роде. Пусть армейцы сами думают. Зря их, что ли, в Академиях натаскивали? Но всё равно они припрутся намного позже нас. Большой минус, однако.

Действия моей группы в Дыре? Часть бойцов придётся оставить прикрывать вход до подхода армейского подкрепления. А дальше спланировать невозможно. Никто не знает, что в жилище Лорда происходит. Там однозначно не действуют привычные физические законы. Очень старая Тварь давно их перестроила под свой Кочующий Мир, ничего не оставив от нашего. Остаётся полагаться лишь на чутьё и удачу.

— Всё! — откинулся я на спинку кресла, не заметив, как почти пролетела ночь. — Такс, глянь Великий план великого меня.

— Нормально, — оценил он написанное. — Но есть один важный неучтённый момент. Ты сам написал в пояснениях, что Лорд практически полностью перестроил реальность в Дыре под себя. Серьёзно рассчитываешь, что мы можем попасть в неё без его разрешения? В прошлом мире не могли.

— Тут, видимо, немного другие условия. Раньше же как-то Чистильщики проникали?

— Не в такие. В них хотя бы что-то напоминало привычные вещи. И, кстати, знаешь хоть одну закрытую Дыру подобного масштаба? К мирным Лордам очень старых Д4 мы не суёмся глубоко вовнутрь, делая вид, что не очень-то и хотим. А вот старейшие зоны Кочующих Миров просто локализуем в границах, не давая им быстро расползаться по нашей земле. С чего бы это?

— Интересный вопрос ты задал.

— Я к нему и одну интересную историческую справочку тебе подкину. Пока меня императрица Аманда изучала…

— Изучала? Ты не говорил. Думал, что она просто с тобой посюсюкаться решила.

— Эта? Ты либо дурак, либо забыл, что она тоже Истинная. Больше кушай сладкого для стимуляции мозга! Барышня шикарно умеет проникать в энергетическую структуру других. Присосалась ко мне, как пиявка.

— А ты?

— А мне не жалко. Пусть впечатляется красивым мной! Я в это время важным делом занимался — взламывал дворцовую защиту. Точнее, информационную защиту. Сам дворец без палева не взломать… Но пару хилых лазеечек в ней нашёл! Так вот, после скачивания файлов с некоторых засекреченных серверов узнал любопытную историю, как первый Император Руси стал основателем правящей династии. Борис Годунов, будучи простым Абсолютом, вошёл в Дыру, подобную нашей кентавровской. А вот вышел из неё уже настоящим Истинным, склонив перед собой Боярскую Думу.

Нечто похожее произошло и с основателями всех императорских домов в других частях мира. И заметь, все эти случаи случились в одно и то же время. Ты веришь в подобные совпадения? В ту же самую Британию голубиной почтой письмецо или гонцов сложновато было отправить, чтобы с точностью до дня синхронизировать действия. Тогда и слова такого, как телефон, не знали! Рукавом сопли не вытираешь — уже знаток жизни. А уж если почти все буквы выучил — профессор!

— Неправдоподобно как-то…

— С первого взгляда — да. Но сказочки просто так за семью замками не прячут и из официальной истории героические сюжеты полностью не вымарывают. Делай выводы. А я пока продолжу другие скачанные папочки взламывать. Сложнейшие коды доступа у них!

— Я перестаю что-либо понимать. Если Александр знает про это, то тогда должен давно просчитать возможные последствия, когда я закрою Дыру. Я же буду выше его по Дару! Получится уже не Истинный из Абсолюта, как в старые времена, а из Истинного… Кто?

— Кентавр в пальто, — огрызнулся Такс. — Откуда я знаю? И не ты один можешь заиметь силушку великую, а ещё и Ринат — прямой наследник Российской Империи. Получается, свою семейку Годунов тоже не хило так усилит.

— Верно. И ставку делает больше не на меня, а на Рината. Я же иду пристяжным в этой связке в помощь наследнику.

— Не факт, Макс. Допускаю, что правитель просто хочет увеличить шансы заиметь одарённого всех времён и народов. Выживете оба — крутяк. Ринат станет следующим на троне, а тебя быстренько с помощью Маргариты вольют в семью. Уж детки у вас с ней явно переплюнут по способностям всех остальных Истинных.

Выживет один Аксакал: то же самое, но без замужества Риткиного.

Выживешь ты: Маргарита взойдёт на престол, а ты её муж: и наследников породистых настругаешь, и защитой для императрицы будешь.

Короче, везде выгода у Рода Годуновых. И никто списывать тебя со счетов не собирается.

— Логично, Такс, — согласился с ним я. — Тогда становятся понятны некоторые странности. Я-то всё думал, зачем в одном маленьком городке Рубежей свели вместе Рината с Маргаритой. Ну, это же не очень хорошо в плане конспирации. Скорее всего, Дыру Кентавра закрывать должны были пойти они вдвоём. Под это дело и готовилась весенняя военная операция.

Но тут Александр окончательно уверился, что я реально Истинный, лояльный к власти. И быстро изменил план, обезопасив дочь. Теперь понятно, почему он не раздавил меня, когда впервые заподозрил, что я не простой одарённый, а ровня ему. Долго присматривался, принюхивался, проверял, прежде чем решил использовать в своих планах по охрененному усилению трона Российской Империи. Вот и настал момент…

— И что дальше делать будешь? — поинтересовался Такс.

— Как что? Я изначально хотел сильно прокачаться, а тут появилась такая великолепная возможность прыгнуть выше головы. Отказываться от неё глупо, поэтому нужно пленить этого чёртова Лорда.

— В план ничего добавить не собираешься после нашего разговора?

— Зачем? Уверен, что у Годунова есть свой, а мой нужен лишь для проверки умственных способностей графа Достоевского. Ничего. Пусть проверяет. Настоящий свой планчик я буду в голове держать.

— И в чём он заключается?

— В ком. В тебе, родной. Со мной Лорды почти не контактируют, а до тебя легко достучаться могут. Не взломать ли мозги Кентавра, как ты взломал дворцовые сервера? Дыру закроем, но тащить из неё Лорда на верёвочке я не собираюсь. Император хочет получить информацию? Получит, но не в том носителе. Пора перетягивать одеяло на себя.

— Ты так говоришь, Макс, будто бы мы уже Лорда Кентов завалили. А если он нас?

— Я за позитивное мышление. Иначе зачем воду мутить?

Утром я передал приехавшему Семёну Филонову свои записи, а сам стал готовиться к другому важному мероприятию. Точнее, сразу к двум. Князь Волконский скинул мне время и место, поэтому сегодня я еду в его особняк мечом помахать. А вечером вечеринка у Дато. Вчера у кого была возможность, в семейном кругу обмыли награды, и пришло время повеселиться всей группой.

Практически вышел за порог. Но графиня меня внезапно окликнула и пригласила в свой кабинет.

— Не волнуйся, Максим, — успокоила она, — надолго не задержу.

К моему удивлению, в кабинете сидела и Катя, как и мать, облачившись в шикарное платье. Намечается какой-то светский раут? Нет. Всё оказалось намного важнее. И для них, и для меня.

— Максим! — торжественно произнесла Юлия Петровна. — Теперь по разрешению самого императора мы можем открыто считать тебя Достоевским! И не простым бароном, а графом, кавалером ордена «Орёл Империи»! И хоть ты честно отказался от наследства, но я знаю, я верю и искренне надеюсь, что когда-нибудь ты встанешь во главе нашего Рода!

— У тебя две достойные наследницы, — возразил я. — Им и продолжа…

— Не перебивай! Я так решила, зная, что для своих названых сестёр ты всегда будешь надежной опорой. Но есть одна несуразица, которая меня мучает. Это — твой меч.

— Отличный меч! Шесть клейм! Юль, ты чего на него наговариваешь?

— Я и не говорю, что плохой. Только он тебя уже недостоин по всем параметрам: ни по силе, ни по статусу будущего главы Рода. Пора приноравливаться к новому оружию.

После этих слов графиня подошла к столу и сняла с подставки семейную реликвию Достоевских — меч с двенадцатью клеймами.

— Владей, Максим Кириллович! — протянула она его мне. — Уверена, что покроешь славой этот доблестный клинок! Так же, как это делал мой покойный муж, имя которого теперь в твоём отчестве!

— Да вы сума сошли⁈ — опешил я.

— Эту фразу, — хихикнула Катя, разрушая всю патетику момента, — как сама успела убедиться, после выхода в светское общество Достоевские слышат чаще всего. Мы все так решили. И мама, и я, и Аня… Жаль, что её сейчас с нами нет. Она мечтала увидеть твоё лицо, когда получишь наш семейный меч. Предчувствия сестру не обманули: очень глупо смотришься. Надо сфотографировать для семейного альбома.

— Потом, — улыбнулась Юлия. — Максиму сейчас не до этого. У него дуэль с князем Волконским. Вот и опробует оружие в деле.

— Он же Абсолют, мама! Он же…

— Не волнуйся, дочь. Мёртвых Абсолютов хоронят так же, как и простолюдинов — в земле. Только за большие деньги и в фамильном склепе. Всё, Максим! Больше не задерживаю. Тебе пора идти громко заявлять о себе на всю столицу!

Тепло обняв Юлю и Катю, я низко поклонился им и с бушующей бурей в душе вышел из кабинета. Нет, я, конечно, знал, что стал для них своим. Верил, что не только ради выгоды стал частью Достоевских. Но этот подарок показал истинное отношение ко мне.

И дело не в цене меча! В мои руки передали судьбу очень знатного Рода Российской Империи! Достоевские практически назвали самозванца из Гессена, беглого бастарда Меринбергов, не приёмным, а кровным родственником! Во всём! Действительно, сумасшедшая семейка, раз пошли на такое. Не знаю, были ли подобные случаи в истории, но знаю одно: мать и сестёр не подведу! Костьми лягу, любого урою, кто хотя бы попытается косо на них посмотреть! Я бы и без двенадцатиклеймённого меча поступил бы также, но с ним, признаться, легче осаживать знатных гадов.

Вот с Волконского и начну. Правда, до смерти дуэль доводить никакого интереса нет. Думаю, что у князя тоже. Такие жуки, как Юрий Фёдорович, редко бывают нерасчётливы. Если он практически вынудил меня на поединок, значит, имеет собственные интересы. А с мёртвого взять нечего.

В случае со мной — только если проблем огрести с Достоевскими и испортить общественное мнение о себе, убив героя Рубежей, день назад отмеченного императором высочайшей наградой страны. Нет, господин Волконский! Не это вам нужно! Что? Разберусь на месте… Или княжеской кровушкой пол залью, если ошибаюсь в своих выводах.

Так, рассуждая о случившемся, я запрыгнул в свой заскучавший без хозяина драндулет и рванул в сторону базы Чистильщиков, где у меня назначена встреча с Аксакалом и Синим.

Оба секунданта поджидали меня не одни. Олег Волконский тоже был с ними.

— А ты чего тут делаешь? — нахмурился я. — Не стоит тебе в это дело ввязываться.

— Стоит или нет, решать уже сам буду, — спокойно ответил он, показывая бумагу из Имперского Суда. — Теперь официально я не твой слуга, и все ментальные привязки сняты. Честно говоря, до конца не верил, что всё гладко пройдёт. Ещё раз спасибо, дружище, но теперь твоя дуэль касается не только тебя, но и меня, как представителя Волконских. Я еду с вами.

— Понятно. Рассчитываешь под нашим прикрытием в родовой особняк пробраться?

— Естественно. Очень хочется в глаза отцу посмотреть. Ну и другие интересы есть.

— Стоит взять, — встал на сторону Олега Аксакал. — Парень заслужил не безродной собакой на базе ютиться, а войти в родной дом, не стесняясь себя.

— Да, — согласился Синий. — Имеет право расставить все точки в семейных отношениях, не ожидая на то милостивого разрешения князя. Пусть даже Олега и попрут за ворота пинками, но жить в неопределённости ещё хуже… По себе знаю.

— Хрен с вами! — махнул рукой я. — Поехали!

В княжеский особняк нас пропустили без проволочек. Волконский ожидал нас в зале, явно оборудованном под дуэли. С ним знакомый мне Крамер, исполняющий роль секунданта.

— Смотрю, граф, решили подстраховаться на случай грязной игры с моей стороны? — с лёгкой издёвкой произнёс Юрий Фёдорович, делая вид, что не замечает сына. — Зря. Я дорожу Честью.

— Нет, — в том же тоне отвечаю ему. — Чтобы потом не было подозрительных вопросов, как Абсолют головы лишился в бою с Мастером.

— Принимается, — кивнул он, скидывая дорогой пиджак. — Условия все знают, поэтому не будем затягивать церемонию.

В руке у князя появился меч, подобный моему. Все двенадцать клейм светились ровным светом. Я тоже вытащил свой клинок.

— Ого! — удивлённо восхитился Волконский. — Одиннадцать клейм из двенадцати осилил! Прими мои поздравления, Достоевский. Не каждый Полный Магистр может себе такое позволить. Впрочем, как и сам меч. Тем интереснее, когда поединок практически на равных.

— Бой! — возвестил Крамер.

Мы сошлись с князем, который тут же попытался придавить меня Даром Абсолюта, одновременно нанося удар в грудь. После мощи императора, даже не чувствуя в себе состояние Истинного, я легко справился и с тем, и с другим. Резко войдя в ускорение, провёл отличную связку по нижнему уровню противника. Но Волконский оказался готов к такому повороту событий и был начеку.

Мы разошлись и стали кружить по залу, выискивая удобный момент для атаки. Энергетическая защита у обоих на пределе. Князь думает, что это выгодно ему. Умный ход. Чем быстрее я истощаюсь, поддерживая себя и оружие в боевом состоянии, тем легче будет со мной справиться.

Пусть думает. Помогу ему в этом заблуждении. Тихо снижаю уровень защиты и сам устремляюсь в атаку. Мощь наших мечей при столкновении вызвала настоящую энергетическую бурю, заключив в кокон обоих поединщиков. Не вижу, но уверен, что даже за специальным защитным барьером достались секундантам отголоски сражения.

Князь давит, чувствуя, что скоро сломит меня. Я поддаюсь, отступая шаг за шагом и всё неувереннее отбивая его выпады. По идее, Волконский должен нарастить темп, но не делает этого. Играет или я оказался прав в своих предположениях? Сейчас посмотрим!

Перестаю скрывать свои энергетические резервы и всей мощью обрушиваюсь на противника. Главное — не перейти грань и не включить Дар Истинного. Кажется, справляюсь с этим. Князь же, вопреки ожиданиям, нисколько не стушевался от подобного и тоже немного нарастил темп, но уже больше не атакуя, а отбивая моё оружие. Потом опять попытался осторожно перейти в наступление.

И вот тут я почувствовал, как мой энергетический пузырь стал проседать. Ещё немного и… А фиг там! Волконский тоже истощается! Через несколько минут наши мечи практически превратились в обыкновенные, слабо отсвечивая лишь одним полуразряженным клеймом.

Оба поединщика стали простыми бойцами, без умений одарённых. Честная сталь и мастерство выступили на первый план. Но и тут князь не уступает мне. Конечно, в реальной драке с врагом я бы нашёл несколько способов распотрошить его, только стоит соблюдать дуэльные правила, сильно ограничивающие ведение боя.

Оба замерли, одновременно приставив острия клинков к горлу противника. Патовая ситуация. Я пропустил его коварный приёмчик, а князь мой. Глядим в глаза друг друга, пытаясь понять, кто из нас начнёт то роковое движение, после которого в лучшем случае выживет один. Глядим и не замечаем, как рядом появляется Олег, упёрший в наши бока два клинка, что держит в своих руках.

— Кто дёрнется — завалю! — практически рычит он.

Явно не шутит.

— Брось оружие! — приказывает Аксакал, моментально нарисовавшийся позади Олега с напитанным силой мечом.

Хм… Неожиданный финальчик… В моих планах подобного не было. У кого первого сдадут нервы?

Глава 23

Все на пару секунд замерли в интересном положении.

— Олег, не дури, — тихо сказал подошедший Синий. — Чего это на тебя нашло?

— Ничего не нашло. Просто я хочу, чтобы сегодня не было смертей. Макс убьёт отца или отец Макса — неважно: победителя прирежу я. Так что либо дуэль сейчас же заканчивается, либо я исполню свою угрозу.

— Убьёшь родного папочку? — ухмыльнулся князь.

— Ты от меня отказался.

— А Достоевский? Он же, кажется, твой друг и не заслужил подобной участи.

— Я — Волконский. Кровь даже таких, как ты, близких прощать никому не намерен. Пусть лучше на каторге сгину, чем сделаю вид, будто бы ничего не произошло. Хоть Род и отрёкся от меня, но я от него не собираюсь.

— Однако… Максим Кириллович, — первым опуская оружие, обратился ко мне Юрий Фёдорович, — не пора ли прекратить наше представление? Признаю вашу правоту: Олег внезапно стал мужчиной.

— Да, — согласно кивнул я, убирая свой меч. — Жёсткий и сильный наследник у Волконских получился.

— Не понял… — растерялся Олег, глядя на улыбающихся нас.

— Зато мы с графом отлично друг друга поняли. Господа, — как ни в чём не бывало продолжил князь. — Прошу ко мне в кабинет.

Когда мы молча разместились в шикарной комнате, Волконский-старший продолжил объяснять случившееся для наших секундантов.

— Во-первых, хочу поздравить Род Достоевских с удачным приобретением. Максим Кириллович…

— Можно по-простому. Как раньше, — предложил я.

— Благодарю. Согласен перейти на Ты — это упрощает общение среди равных. Так вот, передай поздравления Юлии Петровне. Глава Рода из тебя, уверен, вырастет шикарный. Маленький вопрос по поединку. Почему на мече напитал одиннадцать клейм, а не все двенадцать?

— Небольшая военная хитрость.

— Она удалась. Раскусил её лишь в середине дуэли, когда моё превосходство опытного Абсолюта нивелировалось за счёт неправильного распределения сил. Чувствуется отличная военная подготовка. Теперь намерен ответить на вопрос Олега. Думаю, что и остальные секунданты хотят узнать, что сегодня произошло.

Синий, Аксакал и с синяком на половину лица Крамер, которому Олег уже вернул отнятый меч, согласно закивали головами.

— Не удивляйтесь, господа. Дуэль, признаться, хоть и была настоящей, но мы с Максимом предполагали такой её исход… При определённых обстоятельствах, конечно. И тут снова мои поздравления в адрес графа. Он хорошо просчитал мою игру и прекрасно провёл свою партию в ней.

— Не сразу, — признался я. — Изначально реально хотелось свернуть вашу голову набок. Но слишком нарочито вы изображали из себя грубияна. Хотели узнать расстановку сил? Не вырастил ли я, воспользовавшись ментальными установками, из Гоги послушную марионетку в стане Волконских?

— Именно. Когда твои силы были незначительны, то опасности не видел и со спокойной душой доверил сына на перевоспитание. А вот когда почувствовал, что развиваешься аномально быстро, тут и пришло понимание, что ты паренёк не совсем простой. Да и Олег что-то слишком быстро превратился из повесы, прожигающего жизнь на папины деньги, в истинного бойца. Как тут не заподозрить вмешательство в его мозг? Ставки слишком высоки.

Пришлось подвести к тому, чтобы у тебя появился шанс убрать меня на законных основаниях и прикарманить Род Волконских, поставив во главе его своего слугу. Но тут ты реально удивил, даровав Олегу свободу со снятием всех ментальных установок!

Выходя на сегодняшний поединок, уже знал, что убивать тебя не буду: ты не враг, раз на такое решился. Второй раз удивил, когда оказался настоящим Абсолютом. До меня доходили кое-какие сведения, но слишком сказочно они звучали.

— Сила убитых Тварей развивает мой Дар, — пояснил я. — А на Рубежах иметь с ними дело приходится постоянно.

— Допускаю, что не только это, но в чужие тайны лезть не собираюсь. Факт остаётся фактом: сошлись в бою два Абсолюта. И пусть мы были готовы завершить поединок смертью, но надеялись на взаимопонимание. Приятно, что оно возникло без лишней крови.

Неожиданно князь встал и подошёл к Олегу, положив руку ему на плечо.

— Самая же большая неожиданность — это ты, сын! Глупый, отчаянный поступок сохранить наши с Максимом жизни. Он говорит о тебе больше, чем все доклады моих наблюдателей. Взять и пожертвовать всем ради Рода и друга не каждый решится. Теперь я полностью уверен, что ты достойно пережил проклятие Волконских и на тебя можно положиться.

— Какое проклятие? — не понял Олег.

— Господа, — обратился князь к нам. — Сейчас будет информация, которая не то чтобы очень секретная, но рекомендую её не озвучивать на каждом углу. Впрочем, я уверен, что такие достойные люди сами всё понимают.

Проклятие Рода Волконских связано со становлением нашего Дара. Побочный эффект, так сказать. Как только Дар раскрывается в полной мере, то все его наследники по мужской линии идут в полный разнос, культивируя худшие качества своей натуры. Уговоры, воспитательные беседы и даже наказания не действуют. Тут нужна реальная ломка сознания. Некоторые с ней не справляются и тогда… Хотя не будем плохо говорить о мёртвых.

Я сам проходил через подобное и знаю всё не понаслышке. Олег… Ты справился с собой. Не подох скотиной в человеческом облике. Более того! Умудрился завоевать уважение и дружбу этих замечательных людей, которым я безмерно благодарен за заботу о тебе. Даже перед самим императором прославил наш Род!

Я надеялся на лучшее, но ты превзошёл все мои ожидания, сын. И… Добро пожаловать домой, наследник Волконских! Мать будет счастлива обнять тебя, повзрослевшего.

— Охренеть… — только и смог выдавить из себя Олег. — Вот сука лядская…

— А над манерами, смотрю, ещё поработать придётся, — беззлобно попенял ему отец. — Выдержка, сын, важна для будущего князя. Но об этом чуть позже поговорим.

— Отец, а ты тоже в рабстве «перевоспитывался»?

— Нет. Расскажу чисто в семейном кругу. Не стоит некоторые вещи выносить из дома.

Мы понятливо кивнули, соглашаясь с князем. Одновременно пришло понимание, что сейчас здесь лишние. Быстро свернув разговор, распрощались и направились к выходу.

— И всё же, господа секунданты, — раздался голос Олега, — вас любопытство не гложет? Кто победил в дуэли? Макс или отец?

— Оба! Ничья получается! — рассмеялся князь. — Я заново приобрёл наследника, а Достоевский — искреннюю дружбу нашего не самого слабого Рода. Максим, я говорю сейчас от чистого сердца. Двери моего дома всегда открыты для тебя. Пусть с Юлией Петровной мы по ряду причин так и не смогли найти точки соприкосновения, но с тобой дела вести готов. Если не против, то завтра жду вместе с графиней для приватного разговора.

— Будем, — кивнул я. — И даже есть идеи совместного бизнеса.

— Заинтриговал. Общую суть можешь озвучить сейчас?

— Слишком долго, князь. Да и люблю, когда последнее слово остаётся за мной.

— Похвальное, хоть и выбешивающее качество. Но сам такой. До завтра. Буду ждать с нетерпением.

— Ты знал о проклятии? — поинтересовался я у Аксакала, когда мы покинули особняк.

— Естественно, — ответил он. — И Синий знал. Думаешь, мы просто так впихнули в группу твоего слугу-неумёху? Привести наследника великого Рода в адекватное состояние — это не просто блажь, а практически дело государственной важности.

— Да и интересно было, насколько сможем справиться, — добавил Синий. — Совместили приятное с полезным.

— Вот блин! — сплюнул я. — Теперь прошлое постоянно оказывается не тем, чем есть на самом деле!

— Привыкай, раз умудрился приблизиться к императорской семье, — усмехнулся Ринат. — И кстати, про императора… Сегодня вечером у нас застолье у Дато. Никакого алкоголя, даже с чайной ложечки. Придумай причину, почему должен сразу после полуночи отправиться домой.

— Как понимаю, не совсем домой поеду?

— Именно. Во дворец.

— Понял.

— И вопросов не последует? — недоверчиво посмотрел на меня лейтен… капитан Аксаков, снова превратившись из секунданта в командира.

— Всё равно не ответите. Я их лучше императору задам.

— Добро.

Дома меня встретила графиня. Несмотря на напускной уверенный вид, я вижу, что она с трудом скрывает волнение. Увидев меня, облегчённо выдохнула.

— Живой! Надеюсь, проблем с трупом князя у нас не будет?

— Мы приглашены завтра к нему.

— Отлично. С утра и рванём. Надо налаживать мостики между Родами по горячим следам.

— Не факт, что утром смогу. Рассчитываю на бурную вечернюю встречу с другими личностями.

— А! Совсем забыла, что у вас сегодня попойка!

— К сожалению, чувствую, что ночь проведу в ином месте. У Годуновых.

— Зачастил тебя звать к себе император… Не к добру.

— Всё будет хорошо.

— Как знать! Но тебе виднее, наверное. Пояснить ничего не хочешь?

— Нет. Извини.

— Поняла. А у нас хорошая новость! — встрепенулась она. — Послезавтра возвращается Анна! Хоть на один денёчек, но успеем собраться вместе!

— Отлично! Надо будет Бельмондо сообщить! А то он весь изнылся, вспоминая Настю Воронину.

— Савелий уже сделал это.

— Что-то полковник стал редким гостем в доме. Раньше по несколько раз на дню глаза мозолил, а теперь почти не видно.

— Служба, Макс. Иногда сутками на ней пропадает. Я же говорила о том, что все военные на ушах стоят, какие-то планы разрабатывая. С одной стороны, приятно, что не потерялся в штабе и на хорошем счету, но с другой — чувствую себя немного заброшенной. Тяжела доля будущей полковничьей жены.

— Ну, ты тоже не у окошечка ждёшь, слёзки проливая.

— Верно, — согласилась графиня. — Только ненавижу, когда вокруг меня тайны. А Савелий ничего не рассказывает.

— А ты ему? — поддел я. — Всё с порога вываливаешь?

— Нет, конечно. Но тут самое неприятное и начинается. Нам не о чем говорить. У него свои подписки о неразглашении, а у меня свои.

— Ну и дураки оба! — заявил нарисовавшийся Такс. — Вот нам с Глашенькой всегда легко найти общие темы. Я ей о любви, а она меня на хер. Я ей рецептик какого-нибудь нового блюда, а она меня на хер. Я к ней на коленочки запрыгну, а она меня…

— На хер! — закончил фразу я. — Мог бы и не продолжать.

— А вот и нет! — довольно сказал Такс. — Гладит! То по голове, то по спинке! Правда, пузико чесать перестала после одного прискорбного случая.

— И какого же? — с интересом спросила Юлия.

— Не смог сдержать своё естество в спокойном состоянии. Глаша как заорёт и в форточку меня. Почти долетел.

— Извращенец! Собака на человека возбудилась!

— Нет. Я просто страстный. И ты, Юля, на нас не наговаривай. Это… Как бы вам, примитивным, объяснить?.. В нас обоих есть нечто, что выше бренной оболочки — энергия других миров. Её Кочующий соединяется с моим, непонятно каким. Разные энергии настолько, что аж искры летят! А вот тела, имеющие земные коды доступа, словно переходник, дающий общее. Отсюда и возбуждение. Но это всё сложно, и пока сам во всём разбираюсь. Единственное, что знаю точно: Глашенька — это моя девочка! И я когда-нибудь уговорю её на большее, чем лёгкое соприкосновение энергией!

— Представляю! — хихикнул я. — Потом детишки пойдут. На примере Кентавров догадываюсь, какие именно… Пёселюди с непомерным аппетитом и желанием всех обматерить! Страшная смесь!

— Падла ты, а не друг, — укоряюще произнёс Такс. — Не приглашу тебя на свадьбу. Дорогой подарок по почте пришлёшь. А лучше два: один мне, а другой Глашеньке. Я список необходимого для молодой семьи составлю.

С этими словами он исчез, а мы с Юлей рассмеялись от последней фразы четвероногого женишка.

— Это забавно, конечно, но меня начинают напрягать их отношения, — уже серьёзно продолжила графиня через пару минут. — Что будет, если дух беглой самки Йети совместится с духом Такса? Не получим ли мы ещё одну разновидность Твари в их, тьфу-тьфу-тьфу, потомстве?

— Поговорю с ним потом, — пообещал я. — Такс хоть и оболтус местами, но думать умеет не хуже нашего. Уверен, неспроста такое и не ограничивается лишь сексуальными фантазиями двух симбиотов.

— Поговори… Душа не на месте. Ещё свежа в памяти картина, когда Глашка озверела рядом с открывшейся Дырой на моей лужайке. Повторения не хочется.

Вечер у Дато для меня получился скомканным. Я не так веселился, как отвечал на однотипные вопросы сослуживцев, почему я теперь Достоевский, а не Гольц. Врать приходилось много. К тому же ожидание поездки во дворец слегка нервировало.

Аксакал тоже был подавлен.

— Мышке стало плохо, — с тревогой в голосе сообщил он мне в один из тех редких моментов, когда мы с ним остались без свидетелей. — Была почти нормальной, с нами повеселиться собиралась, а потом за полчаса слегла с сильнейшим жаром. Сейчас без сознания, в руках врачей. Там, где меня после Йети откачивали. Понял?

— Да. Думаешь, дело в нашей крови в Иркиных венах?

— Не знаю. Мне не докладывают. Но, честно говоря, другую причину придумать сложно. Ты об этом не распространяйся. Говори всем, что на дополнительном обследовании.

Так что, когда пришло время покинуть вечеринку, мы с Ринатом сделали это если не с удовольствием, то с облегчением точно. Сложно выдавить из себя праздничное настроение с тяжёлой от мыслей головой.

Через две улицы от ресторанчика нас с Аксакалом поджидал неприметный микроавтобус. Добирались до дворца почти час, явно петляя по улицам Петербурга, чтобы сбить слежку, если она есть. И этот момент мне очень не понравился. Зачем императору такое в столице?

Потом, переодев в форму обслуживающего персонала, нас провели к Александру Годунову по узким, слабо освещённым коридорчикам. Император в комнате оказался не один. Кроме него и императрицы, в ней находилась и Маргарита с Семёном.

— Трезвые, надеюсь? — без предисловий сразу же спросил государь.

— Конечно, — с лёгкой иронией ответил Ринат. — Что нам с двух бутылок будет?

— На каждого, — добавил я.

— Шутите? — улыбнулся Александр. — Молодцы. А то вот Рита себя накрутить успела, вместо того, чтобы расслабиться.

— Не только она, — буркнул Семён.

— Они тоже с нами под кристалл лягут? — спросил я.

— А с чего ты взял, что именно так и будет? — нахмурился император.

— Логично же. Но думал, что только я и Ринат подвергнемся искусственной прокачке Дара Истинных. Хотите подстраховаться на случай, если у нас с ним не получится выйти живыми из Дыры Лорда?

— Почти, Достоевский. Но Семёну пока рано. Только Рита зайдёт вслед за вами в соседнюю комнату.

— Младшеньких всегда обделяют, — вздохнул Сеня. — Сиди тут и за вас переживай, вместо того, чтобы на серьёзное дело идти.

— Каждому своё, брат! — ободряюще хлопнул его по плечу Аксакал. — Твоя война иного рода.

— Знаю. Считайте, что просто минута слабости. Достало уже с непроницаемым лицом ходить. Хоть среди своих расслаблюсь на мгновение.

— Поныли и хватит! — жёстко прервал Александр. — Пора заняться делом. Раз никому ничего объяснять не нужно, то слушайте порядок процедуры. Первым активируем тебя, Максим. Извини за откровенность, но тебя мне жалко не так, как своих детей. Да и ваша ценность для государства несоизмерима. Если что-то пойдёт не по плану, лучше, если на тебе поймём.

— Неприятно, но по уму, — кивнул я. — На вашем месте поступил бы точно так же.

— Не хочешь отказаться? — неожиданно спросила императрица. — Мы тебе приказывать не можем, так как твой разум должен быть добровольно открыт во время активации. Если не готов, то говори сейчас, пока в полного идиота не превратился. Мы поймём и найдём тебе другое применение.

— Мы с Ринатом были в тоннелях под Березниками, так что испугать нас сложно. А вот сможет ли справиться с собой ваша дочь — это вопрос.

— За менталистку не волнуйся, — с лёгким вызовом в голосе произнесла Рита. — Хоть и психую сейчас слегка, но в нужный момент смогу управлять своим мозгом и эмоциями.

— Прямо идеальная жена получится, — усмехнулся я. — Учти, от своих притязаний я не отказался.

— А как же твои слова про «мямлю»?

— Перевоспитаю. Гогу же смог.

— Слушай, Котяра! — начала закипать она. — Как же ты меня достал! Когда сама решу, только тогда и подкатывай со своими дурацкими предложениями!

— Когда? — изобразив лёгкое удивление на лице, переспросила императрица Аманда. — Именно когда, а не если? Кажется, у твоего поклонника появился шанс со временем поменять титул графа на Светлейшего князя, а то и выше.

— Мама! И ты туда же⁈ Отец! Скажи этим двоим, чтобы…

— Чтобы что, дочка? — явно подтрунивая, поинтересовался Александр.

— Чтобы за меня не решали!

— Так, никто и не решает. Всё сама. Сказала когда — значит, когда. Мы тут при чём?

— Да вы все… — на полуслове замерла девушка. — Поняла. Спасибо. Отвлеклась на второстепенное и успокоилась полностью. Готова к работе.

— Ну, раз лирические отступления закончились, — снова посерьёзнел император, — то пора начинать.

— Пойдёмте, Максим, — встав с кресла, взяла меня за руку императрица Аманда. — Я буду лично проводить эксперимент. Признаться, на таком уровне до нас подобное никто не делал. Очень надеюсь, что оба выйдем из соседней комнаты.

— Ты плохо знаешь Котяру, мама, — уверенно заявил Аксакал. — Этот не просто выйдет, а ещё и на руках тебя вынесет!

— А чего ж не уважить будущую тёщу? Можно и на руках, — подмигнул я ему и, не дожидаясь гневного ответа от Маргариты, шагнул за дверь.

Глава 24

Мы с императрицей оказались в небольшой комнате с двумя анатомическими кроватями посередине. Рядом с ними стоит на тумбе знакомый большой кристалл, что остался после убийства Спрута. Около стены заметил ещё несколько, намного мельче и не с таким глубоким чёрным цветом.

— Нравятся? — спросила Аманда, видя мой интерес.

— Впечатляет. Представляю, сколько людей сложили головы за эти каменюки. Давно собираете их? Если уж красные редкость, то тут совсем эксклюзив находится.

— Верно. По каждому кристаллу можно отдельную книгу подвигов написать. А собирать начали по указу пра-прадедушки Александра. Николай Годунов положил начало коллекции и прописал в обязанности последующих императоров не разбазаривать, а хранить подобные редкости до нужного момента. Вот он и настал.

— Уверены, что именно сейчас?

— Мой муж уверен. Мне этого достаточно.

Неожиданно императрица Аманда взяла меня за плечи и посмотрела в глаза таким пронзительным взглядом, что аж мурашки по телу побежали. Большие такие, напитанные энергией, как целая электростанция. Явно свой Дар Истинной применила.

— И как успехи? — с трудом разлепив губы, произнёс я, пытаясь не выдать своё состояние голосом. — Не видно отголосков Кочующих Миров или какой-нибудь иной пакости?

— Хм… — задумчиво ответила она, к моему облегчению разрывая контакт. — Ничего такого нет. Даже волнение и то в пределах нормы для этой ситуации. Но ты… Я не знаю, как интерпретировать прочувствованное. Не понимаю, к какой династии правителей тебя отнести. Может, сам подскажешь? Облегчи мне жизнь, я ведь всё равно потом догадаюсь.

— Когда поймёте, сообщите мне, пожалуйста. Тоже хочу узнать. И не ради интереса, а для важного дела. Очень надеюсь, что возможность родственного кровосмешения не станет преградой для моих дальнейших отношений с вашей дочерью. И это не шутка, Ваше Величество.

— Ладно. С личными делами потом разберёмся, — резко сменила тему императрица. — Пора начинать.

— Дополнительные инструкции?

— Никаких. Я по мере сил буду контролировать поступающую в тебя энергию кристаллов, но спрогнозировать подобное до конца невозможно. Слишком серьёзными силами придётся оперировать почти вслепую, основываясь лишь на опыте прокачки более слабых рангов Печати. А что там с тобой происходить будет — это отдельная тема, скрытая от нас пока за семью замками. Можешь и выгореть полностью… Подумай, Максим, ещё раз, прежде чем лечь. Даю последний шанс отказаться.

Ничего не говоря, я лёг на ложе. Аманда пристегнула меня к нему ремнями и подкатила тумбу с кристаллом поближе.

— Расслабься полностью… Закрой глаза… Доверься… Я рядом… Ты младенец… Я качаю твою колыбельку… Раз-два… Раз-два… Раз-два…

Неожиданно императрица тихо запела какую-то неизвестную мне песню. Несмотря на всю свою слабую внушаемость, прислушиваясь к словам колыбельной я реально почувствовал себя в люльке. Маленьким ребёнком, которому тепло и спокойно рядом с мамой. Она сильная… Она защитит и накормит…

Резко очнулся от наваждения из-за сильной боли, пронзающей тело от головы до пят. Открыл глаза, но вокруг полнейшая темень. Боль нарастает. Хочется кричать и заглушить её.

Откуда она⁈ Чем вызвана⁈ Нужно понять причину, пока не свихнулся или не подох!

Пузырь! Это мой энергетический пузырь! Я давно перестал его чувствовать комком в груди, так как сам стал им. Но сейчас пузырь напомнил о себе. Ему мало моего тела! Он разрастается до невероятных размеров, разрывая кожу изнутри!

На секунду приходит ощущение уменьшения потока, словно с кем-то разделил боль. Но потом всё возвращается на круги своя… Круги Ада! Пытаюсь взять их под контроль с помощью сознания, но ничего не происходит. Делаю попытку сброса лишней силы через боевое заклинание. Только чёртов кристалл вливает в меня намного больше того, что могу потратить.

— Нормально, Генерал, — внезапно раздаётся голос Такса, когда я уже почти сдался от ужасной боли. — Ты не один. Я неподалёку. Сейчас славно похаваем «императорского угощения» и прокачаемся. Дай мне кусочек. Представь, что кормишь с руки одного славного, но очень голодного пёсика. Ну, не жмотись! А то уйду к более приличному хозяину!

Я не вижу Такса, но его слова успокаивают.

— Утроба ненасытная, — хриплю я осипшим от криков горлом. — Жри, шантажист.

Мысленно отделяю от себя часть боли, почему-то представляя её в виде огромной сосиски. Сосиска пропадает в никуда, а мне становится чуть легче.

— И это всё⁈ — возмущённо выкрикивает Такс. — Да я в хреновый год лучше питаюсь!

Спорить с ним не стал, чувствуя, что боль слегка поутихла. Представляю огромный стол, заставленный банками со сгущёнкой, сметаной. Копчёная рыбка, паштет, пивко… Огромный свадебный торт, на котором почему-то красуются мои с Ритой шоколадные фигурки.

Судя по тому, как всё быстро исчезает, Такс устроил себе настоящий Праздник Живота. Вскоре на столе остаются лишь две шоколадные фигурки с торта.

— Лишние, — довольно урчит Такс. — Прибереги их для другого случая. Как себя чувствуешь?

— Нормально, — отвечаю я, полностью погасив в себе боль и взяв под контроль вливание сил из кристалла.

— Тогда ждём. Система подключает нас к себе.

Хочу спросить: как? Но внезапно в темноте появляется светящийся прямоугольник. Закрытая дверь, за которой что-то есть. Иду к ней и пытаюсь открыть. Не поддаётся. Дёргаю ручку на себя, от себя. Даже пытаюсь вышибить плечом, чтобы добраться до, несомненно, чего-то очень важного. Всё безрезультатно!

Решаю применить силу. Делаю огромный энергетический кулак и направляю в эту грёбаную дверь. Сила мелкими брызгами разбивается о препятствие. И вдруг появляется простая, словно взятая из замошкавленной конторы, табличка: «В доступе отказано».

— Жаль… — вздыхает Такс. — Явно не просроченную тушёнку от нас там заныкали.

Ответить ему ничего не успеваю. Голова начинает кружиться и теряю сознание.

Открываю глаза. Яркий свет причиняет боль, но она по сравнению с прошлой — сущая ерунда. Постепенно зрение адаптируется. Комната с кристаллами. Осторожно поднимаюсь с лежака, стряхивая с себя пепел, что остался от фиксирующих ремней.

На соседней кровати вижу тело. Ринат! Что он тут делает⁈ Подскочив, щупаю пульс. Ровный. Аксакал спит, а не помер. А где Аманда?

Взгляд падает на пол. Вот она! Прямо за кроватью Рината! В отличие от сына, императрица находится явно в худшем состоянии. Бледная словно смерть. Пока жива, но чувствую, что это ненадолго. Силы покидают женщину со страшной скоростью. Что делать?

Решение приходит само. Беру часть своей жизненной энергии и начинаю вливать в Аманду. Влитое тут же растворяется, не принеся никакого положительного эффекта. Странно… Нет! Всё логично! Чувствую энергетический канал, связывающий её с Ринатом!

Скорее всего, она каким-то образом смогла создать его, борясь за жизнь наследника. Создать — создала, а убрать в нужный момент уже не смогла. Это опасно и для матери, и для сына. Мысленно беру и разрываю пуповину, связывающую их. Ринат вскрикнул от боли: значит, получилось нарушить связь!

Снова потихонечку вливаю свои силы в Аманду. Сердце женщины начинает биться ровнее, дыхание тоже улучшается. Потом сходит бледность, и беспамятство превращается в здоровый сон. Уф… Какой я молодец!

— Где… — слышу тихий голос с койки Аксакала.

Встаю с колен и смотрю на него. Глаза открыты. Пришёл в сознание.

— Как себя чувствуешь, командир?

— Как Твари пожевали… Все кости болят… Мама где…

— Не волнуйся. На полу отдыхает. Как ты к нам попал?

— Мама… Выбежала отсюда во время твоей активации. Молча схватила меня за шкирку. Заблокировала дверь. Бросила на кровать… А дальше ничего не помню. Помню только боль.

Ринату на глазах становится всё лучше и лучше. Он садится и видит Аманду. Пытается рвануть к ней, но я останавливаю.

— Лучше не стоит. Я же сказал, что она спит.

— Но…

— Нет! Не прикасайся какое-то время к ней. Так надо, поверь. Объяснения чуть позже получишь.

— Если с ней хоть что-то случиться, то ни тебе, ни себе не прощу!

— Уже случилось, но прошло. Потерпи чуток и убедишься в моей правоте. Что ты видел, когда была боль? Меня видел?

— Нет. Яркая вспышка, которая, казалось, длится вечно. Превратился в пепел, а потом стал снова собираться в человека… Нет! Помню! Мама звала!

— Она тебе отдавала свои силы, чтобы ты не выгорел полностью. Поэтому и не прикасайся к ней. Вдруг рецидив случится, а императрица слишком истощена. Боюсь, второй раз не смогу её спасти.

— Вот оно как? Спасибо, Максим! Я твой вечный должник! Пора убираться из этой поганой комнаты!

Слегка пошатываясь, Аксакал дошёл до двери, но она была заперта.

— Чёрт… — выдохнул он. — Мать запечатала выход своей энергией. Придётся ждать, пока придёт в себя: сами не справимся. Видимо, боялась, что кто-то без спроса сунется, и сила кристаллов вырвется наружу.

— Кристаллов? Меня к одному подключали.

Осмотревшись по сторонам, понял, что не вижу ни одного чёрного камня. Все кристаллы превратились в светло-серый песок. Я столько энергии хапнул? Потом разберусь! Сейчас важнее выйти наружу.

Подойдя к двери, приложил к ней ладонь. Лёгкое покалывание в кончиках пальцев показало, что Ринат прав: есть магический замок. А вот насколько он крепок, сейчас узнаем. Мне кажется, что понимаю его структуру. Она хоть и не родная, но чувствую логику построения. Потратив около пяти минут, я соединил нужные концы плетения правильным образом, и оно исчезло.

Взял спящую Аманду на руки и, кивком головы показав Ринату, что путь свободен, первым вышел из комнаты. И сразу же наткнулся на императора с Ритой, по всей видимости, безуспешно пытающихся со своей стороны взломать дверь.

— Как и обещал: тёщу на руках ношу, — улыбаясь, проговорил я, отдавая бесценную ношу взволнованному Александру Годунову. — С ней всё в порядке. Нужен лишь хороший сон и небольшой релакс после нервного потрясения.

— Что там у вас, чёрт побери, было⁈ — заорала перепуганная Маргарита.

— Что и намечалось. «Изготовление» полноценных Истинных, — тихо проговорил Аксакал, от слабости держащийся за дверной косяк. — Правда, тебе, сестрёнка, подобное не грозит: чёрных кристаллов не осталось. Да и не советую, если честно, повторять наш путь.

Хотел было добавить немного информации и от себя, но внезапно резко поплохело. Всё поплыло перед глазами, потолок поменялся с полом местами и очередное забытьё. Нормальное такое, без боли.

Вторая серия возвращения в чувство. Пожалуй, на этой стоит остановиться, а то третья за день будет явным перебором. Больничная палата. Куча приборов на стенах и полу. Сам тоже датчиками и проводками какими-то увешан. Приподнимаюсь на локтях, чтобы размять затёкшую спину, и вижу напротив ещё одну кровать.

— Доброе утро, Макс! — бодро говорит с неё Аксакал. — Очнулся? Как самочувствие?

— Да вроде выспался… Видать, вчера ты тоже переутомился?

— Вчера? — рассмеялся Ринат. — А пять дней назад, не хочешь?

— Чего⁈

— Того! Императрицу императору торжественно вручил и отправился сны смотреть, не дожидаясь команды отбоя. Я, правда, вслед за тобой поспешил. Нас в охапку и сюда. Паника оказалась преждевременной: реально в оздоровительный сон впали, резко перейдя барьер от Абсолюта к Истинному.

— А группа⁈ Её на Рубежи должны были давно отправить! Без нас⁈

— Не волнуйся, Котяра. Все на столичной базе сидят. А кого отправлять, когда командир и двое из капралов, ты и Мышка «приболели»?

— Что с Ирой?

— Не знаю, — нахмурился Ринат. — В коме пока. Я вчера очнулся, и мне доктор сказал, что она в соседнем крыле клиники. Там у Ирины идёт какая-то непонятная перестройка энергетического каркаса. Сколько она продлится, никому не известно. Раньше с таким не сталкивались. Но вроде есть неплохие шансы, что выкарабкается.

— Значит, всё-таки наша кровушка бурлит…

— Да. Но пусть лучше так, чем сейчас о гибели подруги горевали, похоронив её под Березниками.

— Тут и не поспоришь, — согласился я. — А что с нашим Даром? Что чувствуешь?

— Что-то есть, Макс, но мне пока доктора и отец запретили даже прикасаться к нему. С трудом сдерживаюсь, хотя так и подмывает провести парочку экспериментов. А у тебя?

— Мир кажется немного другим. Словно считываю информацию вокруг себя не только органами чувств. Готовься, три секунды по прихода медсестры. Зовут Леной, и вчера ей сделал предложение некто Роман.

— Ух ты…

Больше Ринат ничего не успел сказать, так как в палату вихрем влетела стройная девушка, к сожалению, не в коротком халатике, а в медицинском костюме. Она быстро сняла показания с датчиков и уже собиралась уйти, как я ей заявил.

— Откажись от замужества.

— Чего? — словно споткнувшись, остановилась медсестра.

— Не твой он.

— Я не понимаю, о чём вы.

— Всё ты понимаешь. Просто не признаёшься себе, что боишься быть одна. Не ломай жизнь себе и Роману. Оба заслуживаете другой участи.

— Я не…

— Подумай!

Девушка вылетела из палаты, словно пуля из ружья.

— Круто, — задумчиво произнёс Аксакал. — Но мне почему-то кажется, что ты прав в своих выводах.

— А я знаю, что прав. В этой милой Леночке не чувствуется гармонии. Значит, либо сама себе врёт, либо врёт её ухажёр. Скорее всего, оба. Что у этой барышни? Работа, работа и ещё раз работа на уме. До семьи ли ей? И этот Рома прекрасно всё понимает. На что надеется? Что перевоспитает? Нет. Тут либо психологическая ломка нужна не хуже Гогиной, либо тот, с которым полностью будешь совмещён. Человек — такая скотина, которая хоть и поддаётся дрессировке, но мстит потом за неё страшно. Даю два года максимум, и нежные любовнички под одной крышей превратятся во врагов.

— Ты сейчас похож на моего отца, — грустно произнёс Ринат. — Он многие вещи тоже видит наперёд.

— Верно. Я ответил на твой вопрос: что значит быть Истинным?

— Лучше бы не отвечал. Что-то мне расхотелось пользоваться своим Даром.

— А придётся. И кстати, отвечу на твой незаданный вопрос. Я реально не знаю, что будет у тебя с Иркой.

— Спасибо, капрал. Утешил. А сам-то про себя что знаешь?

— Ничего, Ринат, — честно ответил я. — Но я знаю, чего хочу. А от своих целей обычно не отказываюсь. Хоть бастардом, хоть князем, хоть засранцем в туалете…

— А кто тебе сказал, что я отказался от Мышки? Выжидать — не значит отринуть.

— Поэтому и пролежни здесь зарабатываешь, вместо того, чтобы к Ирине в крыло пробраться?

— Очень хочу, но как? Охрана везде.

— Ты же Истинный.

— Мне пока запретили пользоваться Даром.

— Хоть трижды слово «истинный» произнеси, но пока тобой управляют другие, им не станешь. Марионетка, а не тот, который способен взять судьбу в свои руки.

— Ты прав. Только я всю жизнь живу по чётким правилам. Обязанность наследника Российской Империи заключается в том, чтобы…

— Научиться управлять собой и окружающими людьми в любой ситуации, — перебил я. — Иначе с хера ли тебя отдали в «свободное плавание», отлучив от дворца?

— А сам-то⁈ — стал заводиться Ринат. — Постоянно под кого-то прогибаешься!

— Я отдаю только то, что терять не жалко. И не просто отдаю, а размениваю на более нужное. Но вот что тебе скажу, наследничек! Маргариту никому не отдам! Даже император мне не будет помехой! За семью тоже теперь готов хоть Дыру с Лордом, хоть дворец разнести. НАСТОЯЩЕЕ своё отдавать нельзя ни другу, ни врагу. А ты? На что готов ты?

— Опасные речи, граф… — после небольшого затишья сказал Аксакал. — Ты сейчас несколько раз упомянул, что готов сражаться с моими близкими людьми.

— Если полюбовно не договоримся. Я не альтруист.

— Учту на будущее.

— Хороший ответ, командир.

— Он правильный. Не удержался и призвал свой Дар. Так что ты в этой комнате не самый умный сейчас. Теперь понимаю, почему Истинные не очень охотно контактируют друг с другом. Знать многие причинно-следственные связи — не самое приятное занятие. А знать, что кто-то рядом их читает не хуже — ещё неприятней.

Появление императорской четы прервало наш сложный разговор.

— Оба живы? — с лёгкой иронией произнёс Александр Годунов. — Радует. Значит, сработаетесь, если сразу друг другу глотки не вскрыли. Первые дни после полного раскрытия Дара Истинных вызывают отчуждение и агрессию. Потом привыкаешь смотреть на мир другими глазами… Человеческими.

Значит так, ребятишки. Официальная легенда, что попали, возвращаясь с гулянки, в серьёзную аварию на скользкой дороге. Машина не справилась с управлением и, пробив ограждение, улетела с набережной в Неву. Нужные свидетели подобраны, сводки в газеты разосланы. Так что расслабьтесь и поправляйте здоровье. Через неделю, не раньше, сможете встать в строй. До этого времени освойте свой Дар как можно лучше, чтобы не выпячивать его.

— А Достоевские? — задал вопрос я. — Они в курсе?

— Завтра Юлия Петровна навестит. Можешь говорить с ней откровенно обо всём. Да, Максим… Твой план по захвату Лорда Кентавров мне понравился. Практически полностью повторяет мой.

— У меня же на тебя другие планы, — загадочно произнесла императрица Аманда.

— Тоже практически совпадают с моими? Или будем создавать друг другу ненужные проблемы?

— Поверь, мальчик, — рассмеялась она, проигнорировав мной тон, — проблемы тебе создам не я!

Проснувшись поздно ночью от тихого шороха, посмотрел на кровать Аксакала. Она пустует. Мысленно усмехнулся: Мышка сегодня будет не одна, хоть и не вспомнит этого.

— Макс… — раздался голос Такса. — Я не понял, что теперь будем делать.

— Как что? Идти к своей цели.

— Это я как раз и понимаю. Что на ужин притаранить? Есть особые пожелания? У нас с тобой, вообще-то, праздник. Надо отметить!

— Давай-ка, в особняк Достоевских свалим? Если уж и нарушать больничный режим, то всем обитателям палаты!

— Все как раз за столом. Юля, Катя… Аня прибыла. Она уже с Глашкой успела поцапаться. Я тебе нормальную одежду вместо этой поганой хламиды принёс. Не к лицу Генералу с голой жопой разгуливать!

Глава 25

Моё появление вызвало радостную суету.

— Максимка! — воскликнула Катя, не знающая всей подоплёки моих приключений.

Ответить ей не успел, так как оказался в объятиях Анны.

— Привет, Чистильщик! — тепло произнесла она, прижавшись к моей груди. — Скучала по тебе в этой чёртовой Академии.

— Привет, курсант! Неужто даже поклонники отвлечь от грустных мыслей обо мне не смогли?

— Да какие там «поклонники»? Целыми днями… Но не будем про это. Ещё не хватало тратить время на всякую ерунду, — явно не желая поднимать тему своей учёбы, ушла от ответа девушка. — Расскажи лучше о себе. Как чувствуешь после аварии? Мы хотели навестить, но врачи временно запретили посещения.

Понятно. Значит, вовсю работает легенда, состряпанная императорской четой. Не будем отходить от неё, чтобы не палиться.

— Жив, сестрёнка! Это главное! Вот, отпустили на время. Скоро выписка.

— Точно отпустили? — строго спросила Юлия. — Не сбежал?

— Такс свидетель.

— Да-да! — поддержал четвероногий сообщник. — Врачи отпустили под честное слово, что пить и по бабам шляться не станет. Документ же показывал. Я врать не буду!

— Ты-то? — иронично вскинула бровь графиня. — А кто тут несколько часов назад заливал Ане, что сам император, восхитившись твоей красотой, упал на колени и слёзно умолял принять орден? Но в случае с Максом очень хочу верить в лучшее. Когда ещё всей семьёй за столом соберёмся?

За праздничным ужином я рассматривал Анну. Повзрослела. Не внешне — внутренне. Выдают глаза. Такие бывают либо у бойцов, прибывших с фронта после тяжёлых боёв, либо у людей, переживших иные сложные психологические моменты. Переживших и справившихся с ними.

— Ну что ты так уставился? — не выдержала она. — Вместо того, чтобы о своих подвигах врать, молчишь как рыба.

— Я думаю, что Такс уже всё рассказал по несколько раз.

— Ага! Щас! — за сестру ответила Катя. — Тоже несколько дней шлялся неизвестно где! Ох, и получил потом от Глашки этот блудный кобель!

— Ничего ты не понимаешь, девочка, во взрослых ролевых играх, — уничижительно произнёс Такс.

— И какая роль у тебя была? Летающего по гаражу комка шерсти? Отлично справился!

— Может летать и получше, — прокомментировала слова Катерины принёсшая горячее Глафира. — Просто не в форме был. Но прогиб засчитан. Прощён, блохастый!

Дух-хранитель отсутствовал несколько дней? Видимо, его тоже хорошо приложило во время моей полной инициации. Надо потом будет нормально обсудить случившееся. Чувствую, что у обоих много вопросов накопилось.

Ещё чувствую, что Аня реально, как и говорила Юлия, уже совсем не Мастер. Воин Магистр, однозначно. Что же пришлось пережить этой сильной, но хрупкой девушке, чтобы вот так круто прокачать Дар? Памятуя о своих мучениях, ничего хорошего.

— Ань, — опять я перевёл тему на неё, чтобы случайно не ляпнуть лишнего. — Мне кажется, что твоя Печать должна была измениться.

— А мне кажется, что твоя тоже не соответствует Мастеру. Силищей веет за версту. Не будь ты наш, Достоевский, то решила, будто бы из императорской семьи. Не расскажешь, отчего так? — моментально парировала она.

— Хорошая наследственность, правильное питание и здоровый сон.

— Прямо как у меня, Максим. Думаю, мы поняли друг друга. Пожалуйста, не будем об этом за столом. Меня больше интересует реальная обстановка на Рубежах. А то слухи доходят не очень приятные, да и официальные донесения от них мало отличаются.

— Готовься, — серьёзно ответил я. — Твари сильно поумнели в последнее время, плюс новые виды появились. Так что хорошо готовься. И остальным курсантам передай мои слова.

— Новые виды — это как Спрут под Березниками или чердынские Черепахи? Что по ним дельного скажешь?

Наш разговор прервал телефонный звонок. Взяв трубку, Юлия долго слушала гневный голос собеседника. Слов не разобрать, но по её виду понятно, что наше семейное застолье подошло к концу.

— Немедленно доставлю, — наконец произнесла графиня.

— Аксакал попался? — тут же поинтересовался я. — Теперь наш… э-э-э… лечащий врач требует вернуть меня на исходные позиции?

— Про командира твоего безголового ничего не знаю, но ты влетел по полной программе! Так и знала, что вам с Таксом доверять нельзя! А «лечащий врач» сейчас прибыл в больницу, чтобы ввинтить в задницу одного сбежавшего пациента большую таблетку! Собирайся быстро! Там весь «консилиум врачей» тебя одного дожидается! Чувствую, что и мне «лечение» гарантировано. За попустительство…

— Отмажем! — беспечно махнул лапой Такс.

— Только попробуй, скотина! Хватит и поддельного разрешения на домашнее лечение Максима!

— Почему поддельного? — возмутился дух-хранитель. — Я его честно спёр. Только имя вписать и оставалось. А нечего такие важные документы в сейфе всего с двумя замками хранить! Заходи и бери, кто хочешь!

— Заткнись! Живо собираемся!

Наскоро попрощался с сёстрами. Как же жаль расставаться, но тут ничего не поделаешь. Такс быстро переместил меня с Юлией в больницу. Да уж… Врачебный консилиум знатный… Знатнее не бывает! Сам император с супругой!

Александр Годунов с виду спокоен, но я чувствую, как он не на шутку злится. Императрица Аманда наоборот: хоть и хмурит брови, но в душе еле сдерживает смех.

— И как это понимать? — начал говорить самодержец, посмотрев на меня и понурого Аксакала. — Мы приехали навестить наших больных, а палата пуста, хотя все медицинские приборы показывают, что вы спите сном младенца.

— Делов-то, пару проводков переставить! — перебил его Такс.

— С тобой, симбиот, будет отдельный разговор, — пообещал император голосом, способным замораживать лёд. — Я не закончил! Ринат нашёлся быстро: сидящим у бесчувственной Ирины Долгоруковой. А вот ты, Достоевский, пошёл ещё дальше в своей преступной беспечности. Требую объяснений от тебя и Ирины Петровны! Немедленно!

— Ну, во-первых, моя приёмная мама совершенно тут не причём.

Во-вторых, мне никто не приказывал оставаться в больнице до особого распоряжения. Так что это ваш недочёт, государь.

В-третьих, если два пациента способны разгуливать, где им заблагорассудится, то нужно говорить не о моей беспечности, а о тех, кто организовывал охрану этой, без сомнения, секретной клиники.

В-четвёртых, вы, видимо, забыли, что мы с Ринатом теперь не простые мальчики, а Истинные. Неужели думаете, будто не разобрались бы с любой опасностью ещё до того, как она возникнет?

Могу назвать ещё с десяток пунктов, доказывающих, что ваш гнев не имеет под собой никаких оснований, но не стану этого делать. Ограничусь последним… С сыном разбирайтесь, а вот мне, Достоевскому, не стоит указывать, как вести ЛИЧНЫЕ дела. И прошу в будущем чётко разделять их с государственными.

— Нет, Максимушка! Ты слишком много возомнил о себе! — оскалися император и придавил своей силой так, что Юлия потеряла сознание, даже не находясь на линии удара.

Зря он. Со мной теперь подобные вещи не пройдут. Легко перенеся атаку Годунова, моментально влепил ответочку. Не ожидавший подобной скорости император впечатался в стену. Но мне этого показалось мало. Под моим давлением структура каменной кладки изменилась и потекла, намертво зафиксировав Александра в позе звезды. Жаль, что ненадолго: всего пару секунд полюбовался новым больничным украшением.

Освободившись, белый от пыли император хотел было предпринять новую попытку показать, кто тут главный, но его остановил требовательный голос Аманды.

— Саша! Угомонись! Здесь посторонние, которые могут пострадать! И ты тоже, Максим, — повернулась она ко мне. — Сила силою, но и мозги включай! Не хватало ещё после массовой драки Истинных половину столицы отстраивать! Мы ведь с Ринатом тоже в стороне не останемся! Короче, альфа-самцы! Разошлись, я сказала!

Мы с императором застыли, сверля друг друга взглядами. Никто не желал расслабляться первым и давать преимущество противнику.

— Что ж… — сдался Годунов. — Я понял тебя, Достоевский… И запомнил.

— Да, Ваше Величество, — с лёгкой издёвкой поклонился я. — Запомните хорошенько! Если ещё раз от ваших действий хоть маленький прыщик вскочит у кого-то из моей семьи, то придётся отстраивать не только столицу. Начну с тронного зала. Ориентируясь на собственные вкусы, разумеется.

— Всё нормально, Максим, — произнесла пришедшая в чувство Юлия. — Я в полном порядке.

— А я нет, мама! Злой как чёрт! И требую извинений от Александра Годунова! Иначе…

— Не стоит продолжать, — перебил меня он. — Вина полностью на мне. Отвык от прямого противостояния с равными себе, вот и погорячился. Юлия Петровна, простите великодушно. Максим Кириллович… Извините за графиню Достоевскую, но остаюсь при своём мнении: вы безответственный идиот. Впрочем, как и мой сын…

— А вот, папаня, хренушки тебе, как говорят на Рубежах! — отмер Ринат. — Если рассчитываешь, что во всём плясать будем под твою дудку, то готовься эту самую дудку в одно интимное место без смазки получить! Или как ты там ещё говоришь?

— Сын! Ты как разговариваешь… — попыталась возмутиться Аманда.

— Как надо! Именно так он меня и наставлял! Дословно! — не дал ей договорить Аксакал. — Пора бы вам с отцом проснуться и посмотреть правде в глаза! Игры в «дочки-матери» закончились. Да, мы с Котярой нарушили больничный распорядок. Но ради чего? Он очень хотел навестить близких людей, а я… боевую подругу. Причин запрещать подобное не было. Максим чётко изложил всё по пунктам.

— Только ли подругу? — с раздражением произнёс император. — Не надо пудрить мне мозги!

— Да хоть и так. Не волнуйся: в постель Иру не потащу, понимая, что к чему. Но волноваться за неё не перестану. Ответь откровенно? Как бы ты поступил на моём месте?

— Неважно. Важны лишь правила. Их придумали не мы, и все Истинные нашего Рода обязаны неукоснительно соблюдать их.

— Неважно? Хороший ответ! Значит, ты сомневаешься в себе, раз сразу не сказал, что плюнул бы на дорогого тебе человека, не имеющего нашего проклятого Дара. Но вместо того, чтобы понять, высокомерно попытался ткнуть нас с Достоевским, как щенков, в созданную ими лужу!

Нет, отец! Я люблю нашу семью, только ноги вытирать о себя не позволю. А уж про Максима и говорить не буду. Он имеет полное право отстаивать собственную и родовую честь даже перед тобой. И по законам Российской Империи, и по понятиям Истинных. Ты главный над нами, но не бог!

— Все свободны! Продолжим позже, — сквозь зубы процедил император и, резко развернувшись, вышел из комнаты, громко хлопнув дверью.

— Перебесится, — спокойно произнесла Аманда, перед тем, как выйти следом. — Давно его так не задевали. Но ты, Ринат, тоже сильно не горячись. В следующий раз подбирай выражения, когда пусть во многом и неправым, но с отцом разговариваешь.

Оставшись одни, мы переглянулись между собой.

— Не! Ну а чё? — первым очнулся Такс. — Хотел папаша-волк, чтобы волчонок зубы отрастил, так пусть теперь не воет про пожёванный хвост.

— Вообще-то, перегнул палку, — признался погрустневший Аксакал. — Привык, как в казарме… Сорвался. И что теперь делать будем?

— Как что? Выполнять приказ императора, — сказал я, пожав плечами. — Как он заявил: все свободны. Я свободным человеком отправляюсь домой, а ты сам решай.

— К Мышке! — после секундного промедления заявил Ринат. — Знаю, что хоть она и в беспамятстве, но чувствует, когда я рядом. Ей это необходимо сейчас.

Два дня меня никто не трогал, чем мы с Юлией и воспользовались, навестив поместье Волконских.

— А где Олег? — после обязательных церемоний поинтересовался я у князя.

— На базе Чистильщиков. Их там после твоей с Аксакалом автокатастрофы закрыли.

— Честно говоря, думал, что вы его уберёте со службы теперь.

— Зачем? Это пятно на репутацию Рода. Пусть дослуживает. Ему есть ещё куда развиваться, так что не будем останавливаться на достигнутом. Надеюсь, что присмотришь за сыном.

— Друзей в беде не бросаем. Не волнуйтесь. Но я к вам прибыл по другому вопросу. Кто контролирует рынок сбыта, так сказать, «полезных ископаемых» из Кочующих Миров? И я сейчас не по государственные структуры.

— Неплохо замахнулись, Достоевские! — саркастически улыбнулся Юрий Фёдорович. — Только в подобные дела лучше не лезть. Причины две. Первая — у вас денег не хватит.

— А у Волконских? Если в складчину? Партнёрами?

— Хватит, но ни копейки не дам на подобную авантюру. И это вторая причина… Официально трофеями из Дыр могут заниматься все. Только за последние пару веков сложилась интересная ситуация, при которой потоки контролируют лишь две семьи. Одну ты очень хорошо знаешь… Бугурские. Вторая семья сидит в Москве и, думаю, что для тебя пока неинтересна. Так ведь?

— Да уж! — удивился я. — И сюда свои грязные лапы запустили!

— Нет, Максим, — покачал головой князь. — Род Бугурских не всегда был таким…неоднозначным. Поверь, что во главе его раньше стояли достаточно приличные и умные люди. Я бы сказал, гениальные! Они создали систему, позволяющую замкнуть на себе все потоки товара с Рубежей. И сделали подобное практически бескровно, оперируя лишь экономическими инструментами, не ущемляя интересы поставщиков.

Конкуренты опомнились слишком поздно. Оставшись на жалких объедках, попытались повторить подобное, но поезд ушёл. Бугурские их просто поглощали, присоединив к своей империи. Так что, повторюсь: официально любой может создать свой бизнес на Тварях, но он однозначно окажется убыточным.

— Из того, что я слышал от скупщиков на Рубежах, — возразил я, — ситуация с выгодой не настолько радужная. Столичные монополисты через региональные сети перекрыли любой свободный доступ товара в Петербург и скупают его в сотни раз дешевле, чем реализуют здесь. Причём на Рубежах цены постоянно падают, а в столице растут. По Москве ситуация чуть лучше, но тоже далека до идеалистической.

— Не буду спорить, граф. Всё именно так и есть в последние лет сорок. Началось при отце убиенного тобой в поезде Григория Бугурского и постоянно набирает обороты. Несправедливо? Да! Только влезать сюда — всё равно, что выкидывать деньги на ветер. И не смотри, что Бугурские имеют всего лишь графский титул. Даже мне, не самому последнему князю Российской Империи, не тягаться с ними на этом поприще. Откуда у тебя подобная идея передела?

— Ситуация на Рубежах усугубляется. Расплодившихся Тварей валим столько, что можно всю страну завалить их отходами. Но этого не происходит. Как думаете, почему?

— Ограничения «регионалами» на количество транспортируемого товара с передовой. Создаётся искусственный дефицит, мешающий упасть ценам в крупных городах. Естественно, это решение приняли Бугурские, а не какой-нибудь торговец из Перми.

— Именно, — согласилась с ним Юлия. — Макс, впрочем, как и мы, считает, что скоро начнётся серьёзная война против Кочующих Миров. Во время неё количество трофеев резко подскочит. Куда девать горы излишков скупщикам, если нормы вывоза останутся прежними? Закапывать в землю или отказываться покупать. Не наложить ли на лишнее наши лапки, организовав свой, параллельный Бугурским, поток?

— Юлия Петровна! — усмехнулся князь. — Вы представляете, за какие деньжищи начнётся война? Помните недавний передел наркотрафика? Он игрой детей в песочнице покажется по сравнению с этим.

— Для этого нам и нужна поддержка Волконских людьми, связями, влиянием на некоторые организации. У вас же всё это есть. Я и сама в последнее время не самая мелкая рыбка в столичном аквариуме, но пока тягаться с вами не могу.

— Именно, — поддержал её я. — А передел всё равно будет. Обещаю в нём участвовать, даже если откажетесь. Есть к кому обратиться, кроме Волконских.

— Опасно, чёрт возьми… — задумался князь. — Но я поразмышляю над этим. Просчитаю все риски. Немедленного ответа давать не буду. Только пока не сбрасывайте мой Род со счетов. Посмотрим…

На третий день в дом Достоевских приехал Семён с приказом явиться во дворец.

— Как там обстановка? — поинтересовался я у него, по дороге к императору.

— Все на ушах стоят. Даже мне от отца прилетело на ровном месте. В следующий раз предупреждайте о подобном, чтобы я вовремя из столицы смылся. Вы его с Ринатом довели до такого белого каления, что он разговаривает исключительно на жаргоне своей бандитской юности. Все приёмы и встречи с послами отменены. Допускается лишь близкое окружение. Понижены в званиях за незначительные ошибки один генерал и его заместитель полковник. Под горячую руку попались.

— Ясно… Значит, намечается очередной сеанс порки непослушного Достоевского, раз обо мне вспомнил. А Рита как?

— Платье свадебное вяжет из колючей проволоки! — рассмеялся Семён.

— Не понял.

— Именно так и просила тебе передать, когда спросишь.

— Эх! Надо было не спрашивать, чтобы обломалась со своим ехидством.

— На этот случай у неё было заготовлено другое послание. Сейчас… «Как быстро забыл! Такого склеротика-поклонника у меня ещё не было! Гордись собой, Котяра!», — очень похоже спародировал сестру младший наследник. — Так и сказала передать напоследок, если не поинтересуешься.

— Блин! С этими бабами с ума сойдёшь! Всё им не то!

— Без них ещё хуже… — вздохнул Семён. — Поверь моему печальному опыту. Даже порнушка расслабиться не помогает.

— Да ладно? Какой низкий моральный облик у нашей Имперской Службы Безопасности, оказывается!

— Неудачная шутка. Нормальный облик. Просто ласки и всего прочего очень хочется. Живу, как монах в публичном доме.

Вопреки ожиданиям, меня провели не к Александру Годунову, а на подземный этаж дворца, где уже находились императрица и Ринат.

— Больше ничего без нас не натворил? — поинтересовалась Аманда, поздоровавшись.

— Да что-то вдохновения не было.

— Замечательно. Поздравляю, мальчики! Сегодня группа Аксакала пополнится двумя бойцами с Печатями Абсолюта. Полностью скрыть ваш оформившийся Дар теперь проблематично, поэтому принято решение замаскировать его другим, не вызывающим вопросы. Легенда не сильно отличается от той, что вы сами придумали при спасении Ирины Долгоруковой. Лорд Спрут активировал его выбросом своей энергии после смерти. Тварь неизвестная, поэтому проверить подобное никто не в состоянии.

— Думал, — растерянно почесал я репу, — что «на ковёр» к вашему мужу идти придётся, а тут вон как… Сеня, ты почему мне не сказал? Я ж почти испереживался по дороге сюда.

— Моральный облик сотрудника СБ не позволил, — вернул он мне «шпильку». — Да ты и не спрашивал. И вообще: мог бы Дар активировать, чтобы понять весь расклад. Какая теперь разница?

— Учту на будущее… Давайте свою Печать, раз всё равно уже здесь!

Глава 26

— Новая Печать, новые способности, а ситуация всё та же — неопределённая. Задолбало, если честно. Когда был наивным бастардом, бежавшим из Гессена, то мечтал о том, что со временем осяду в безопасном месте и начну потихонечку воплощать свои планы в жизнь. А хрен! Имею даже больше, чем рассчитывал, но легче от этого не становится. Постоянные форс-мажоры, напряги и прочие неприятности идут чередой. Теперь вот император затаил обиду. И ведь он сам её, скотина, спровоцировал! — жаловался я Таксу, сидя в своей комнате после посещения дворца.

— А зачем ему это? — спросил дух-хранитель.

— Не знаю. Думаю, что проверить решил, насколько я прокачался после чёрных кристаллов. Видимо, мой уровень поднялся слишком высоко, и Годунов почувствовал реальную угрозу для своей семьи. Теперь решает, как поступить. Просто так меня уже не раздавить, а пускать дело на самотёк опасно.

— И это тоже… Но, Макс, возможны и другие варианты. Мне кажется, что Александр ревнует тебя к дочери.

— Не говори ерунды, — отмахнулся я. — Не тот человек, чтобы по пустякам париться!

— Я тут к Ритке заглянул в гости…

— И как она?

— Питается хорошо. После вашего боя с её папашей была во дворце. Вернулась злющая. Ходила из угла в угол и материлась на чём свет стоит. Потом заглянула к ней полковник Шеллер. Стала нравоучения читать, что Достоевских много, а дочка у императора одна, и он её сильно любит. Явно Александр Годунов мадам науськал.

Вот тут и прозвучала от Маргариты интересная фраза: «Если я хочу оказывать знаки внимания Максиму, то это моё дело! И не нужно угрожать отлучить от трона из-за неповиновения! Я уже давно не маленькая девочка, чтобы быть просто усладой для папиных глаз. Я нормальная половозрелая женщина! Точнее, ещё не женщина, но имею свои желания и хочу их осуществить!».

— Ничего себе! — удивился я. — Прямо вот так при тебе и разговаривали?

— Зачем при мне? Вернее, при мне, но, не зная, что тихонечко шпионю. Нужно собирать информацию обо всех дворцовых дрязгах: скоро может сильно пригодиться.

— Верно, Такс. Но мне сейчас больше бы пригодился твой рассказ о том, что произошло во время активации Истинного. Хватит уже отмалчиваться и уводить тему в сторону.

— Я не уводил. Я в себе разбирался, — заявил дух-хранитель. — Прокачка произошла не только у тебя. Честно говоря, думал, что хапнув столько энергии, стану если не Таксом Всемогущим, то где-то рядом с этим. В результате же получился полный ноль.

Не! Повышенная выносливость там или преодоление б о льших расстояний, конечно, хороший бонус, но я на другое рассчитывал. Видимо, либо я достиг своего предела в развитии — в чём сильно сомневаюсь, либо прокачка была, но пока скрыта от моего восприятия.

— Как та дверь с надписью «В доступе отказано»?

— Именно, Макс. И не спрашивай, что за ней. Когда придёт время, узнаешь, если жив будешь. Что-то мне подсказывает, что мы с тобой вышли на такой уровень, где одной силы и прошлого опыта будет совсем недостаточно. Как бы без ушей не остаться. Или без чего-нибудь более ценного.

Следующий день затянувшегося отпуска прошёл тихо. А потом мне на браслет пришло сообщение срочно явиться на базу.

— Важная информация! — сказал Аксакал на общем собрании группы. — Хватит уже в столице расслабляться! Послезавтра выдвигаемся на Рубежи. К сожалению, у капрала Мышки выявили какого-то паразита и требуется длительное лечение, поэтому её отряд временно возглавит капрал Котяра.

— У меня, вообще-то, мотозвено! — напомнил я.

— Твой «Суслик» остался металлоломом лежать под Березниками. Поэтому не на чем тебе рассекать.

— Но есть же армейские багги на базе в Чердыни!

— Именно, что армейские. По договорённости с ними будем использовать транспорт, но теперь капитан Анистович становится главным военводом. У нас же другая задача. Необходимо сделать всё, чтобы добраться к Лорду Кентавров и угробить эту Тварь.

— Понятно, — поник я, чувствуя его правоту. — Но, блин, так жалко «Суслика»! Командир, ты можешь по своим каналам заказать нам в группу такого же?

— Грохнешь Лорда, сам попросишь. Уверен, что после подобного подвига тебе и большее обломиться может. Короче, вопрос решённый! Котяра заменяет Мышку до полного её выздоровления. Ещё вопросы?

— Как добираться до Рубежей будем? — поинтересовался Глыба. — Опять на самолёте или наземным транспортом?

— До Перми летим, а дальше по земле добираемся до Чердыни.

— Вот-вот! — продолжил гнуть я свою линию. — Опять через зону Кентавров плестись! Тут новый «Суслик» и пригодился бы. Как в прошлый раз, помнишь, Аксакал? Мы отвлекаем на нём Тварей, а вы спокойно едете.

— Ничего. Перетопчемся. Стоит немного растрясти мирный жирок в бою, а то тут все расслабились. Вон даже Стелла явно несколько кило поднабрала.

— Ничего я не набрала! — сразу же огрызнулась возмущённая блондинка. — Здесь просто освещение такое!

— У нас дома тоже… — громким шёпотом сказал Панкрат, чтобы все слышали. — Особенно в холодильнике ночью лампочка полнит.

— Ну и падла ты, Глыба! Сам же со мной жрал!

— Вот именно, что с тобой. А ты ещё и без меня.

— Куска хлеба для любимой женщины пожалел!

— Ага. А также пирога, несколько бутербродов с колбасой, полкило конфет и… От чего ещё я утром в мусорке упаковки видел? А ведь предупреждал, чтобы не увлекалась.

— За Ирку переживаю, — буркнула Стелла. — А волнуюсь я обычно с хорошим аппетитом. На Рубежах форму наберу быстро. Не впервой.

— Раз с «освещением» разобрались, — с улыбкой продолжил Аксакал, — то вот вам ещё одна вводная. Звонила майор Темникова с интересными новостями. В её распоряжение передаётся особая группа курсантов аж из Императорской Военной Академии! О как!

— И чем курсанты такие «особые»? — спросил Жало. — Все длинноногие красотки в бикини? Если так, то сам бы не отказался от подобного «усиления».

— Насчёт одних красоток не знаю, но бикини точно не будет… И ты угадал! Курсанты являются нашим усилением! Подготовлены они, по словам Темниковой, очень прилично и все до одного имеют Печати Магистров разных степеней. Другое дело, что боевого опыта нет. Вот с нами его приобретать и будут. Подробности сообщат позже, так как Рита сама про них ещё не всё знает.

Курсанты уже завтра транспортом вылетает в Пермь, а мы чуть позже присоединимся. Поедем в Чердынь одной колонной. Как верно заметил Котяра, Тварей нам не избежать. Поэтому присматривайтесь к новобранцам. Кто как себя ведёт во время боя, сильные, слабые стороны бойцов.

Понимаю, что из Военной Академии фуфло подсовывать не будут. Только если возникнут сомнения по новичкам, то сразу докладывать лично мне. Пусть армейские мутят свои игры, но мне плевать: балласт не потерплю. Всё понятно?

Два раза объяснять никому не пришлось, и мы, обсудив бытовую текучку, разошлись по своим делам.

— Макс, — у входа остановил меня Олег Волконский. — Отец просил передать, что он в теме со скупщиками и назначил меня своим представителем решать вопросы на Рубежах от имени Рода. Сам пока нигде светиться не хочет, пытаясь по возможности незаметно собрать как можно больше информации по схемам Бугурских.

— Ничего себе ты поднялся! — хлопнул я его по плечу.

— Рано восторгаться. Первое задание и сразу такое крупное. Не факт, что осилю.

— С таким консультантом, как я, — моментально обозначился Такс, — ты сводишь все риски к минимальным. Оплата у меня почасовая обычно, но тебе могу предложить посуточную. Как старому знакомому!

— Учту, — рассмеялся Олег. — И даже премию выпишу, если всё удачно пройдёт. Но и на Рубежах не афишируем про моё задание. Ляпнет кто-то в ненужном месте, до столицы мгновенно докатится.

— Максим, — прервал наш разговор подошедший Жан. — Звонил полковник Воронин. Просил, чтобы мы сильно не задерживались сегодня и по возможности быстро явились к нему в дом. Оба.

— Что-то случилось?

— Голос у Савелия Тихоновича был напряжённый.

Распрощавшись с Олегом, мы закинулись в мой драндулет и вскоре были на месте. Как я и предполагал, Юлия тоже была у Ворониных.

— Ну что… — вздохнул полковник. — Раз уж все собрались, то хочу раскрыть почти военную тайну. В Генеральном Штабе Армии сформировалась странная группа для отправки на Рубежи. В сторону Перми. И мои Настя с Кириллом, и Аня Достоевская в неё включены. Сегодня сам видел списки. Больше ничего выяснить не смог.

Максим, Жан! У меня и у Юлии душа не на месте! Вы недавно были в тех краях. На хрена курсантов первогодок туда отправляют?

— Надо у них самих спросить, — предложил Бельмондо.

— Вернутся с учёбы, спросим. Только хотелось бы знать заранее, о чём спрашивать.

— Да могут и не ответить со всеми этими подписками о неразглашении. Допускаю, что и не знают. Это нормальная практика ставить задачи на месте, — добавила графиня. — Савелий правильный вопрос задал, который меня тоже волнует больше всего. Ладно бы ребятишки были опытными бойцами, но первый курс… Смахивает, будто бы заготавливают «пушечное мясо».

— Нормальное мясо, — успокоил я графиню. — Завтра отправляются?

— А ты откуда знаешь? — встрепенулся полковник. — Я вроде тебе пока о сроках не говорил.

— Мы отправляемся послезавтра. По словам командиров, нам для усиления выделяют особую курсантскую группу. Её мы должны натаскать около Дыр.

— Обычная выездная практика, — расслабленно выдохнул Воронин.

— Нет. Что у вас там, в штабе знают о планах ликвидации зоны Кентавров?

— Что-то знают, но не в моём отделе. Я больше на организацию обороны в случае неожиданного прорыва Тварей «заточен».

— Группа Аксакала войдёт в Дыру Лорда Кентавров? — сразу догадалась Юлия, куда я клоню. — Император принял твой план?

— Скорее не мой, а свой, — пояснил я. — В принципе, разница небольшая. Главное отличие в том, что я предложил для прикрытия группы около входа в Дыру поставить сборную солянку из опытных Чистильщиков со всех Рубежей, но Годунов готовил для подобного первокурсников с хорошим энергетическим потенциалом. Спаянная боевая команда, да и по заверениям майора Темниковой, из одних Магистров. Очень интересный ход от Годунова.

— Это мы и так уже знаем, — скривился Савелий. — Прокачали их неслабо. Но почему первый курс подвергли такому издевательству?

— Потому что их не жалко. Ничего особо не умеют, опыта боевого — ноль. Зачем терять подготовленных бойцов старших курсов, когда есть шанс пусть и с риском выгорания, но подтянуть до их уровня салабонов? — пожал плечами я. — По-моему, всё логично.

— Сколько ориентировочно времени до штурма Кентавров? — попыталась уточнить Юлия.

— Не знаем, но до весны обязательно произойдёт. Успеем курсантов натаскать. Думаю, что и на их боеспособность тоже смотреть будут, назначая дату акции.

— Шансы на выживание хоть есть? — задал следующий вопрос полковник.

— У нас с Жаном меньше.

— Хреново… Знаете что? — предложил Воронин. — Сейчас ситуация немного прояснилась, поэтому дальше её перетирать нет смысла. Предлагаю вечером устроить совместный ужин. Такую маленькую «отвальную».

— У Дато? — спросил Бельмондо.

— А где же ещё? Можно было бы и на природе пикничок замутить, но холодно.

— Отлично! — согласился я. — Только нашим суперкурсантам не говорите, что в Перми встретимся. Пусть это будет для них сюрпризом.

— С «нежным» армейским розыгрышем? — прищурился полковник. — Или я первый день на службе!

— Как пойдёт, — коварно улыбнулся Бельмондо. — Я ещё не знаю, что намечается, но Котяра, уверен, уже имеет мысли о «прописке» новобранцев.

Отвальный ужин в семейном кругу прошёл замечательно. Наши новоявленные герои особо не распространялись, куда и зачем отправляются, но и мы делали вид, будто не знаем.

Потом наутро проводы. Потом и мы отправились вслед за курсантами в Пермь.

Очутившись в прифронтовом городе, быстро перестроили мозги на нужный боевой лад.

— Пора, — растолкал меня Жан ночью после перелёта.

— Уверен? — протерев глазюки, поинтересовался я. — Могут потом устроить нам «тёмную» будущие офицерики.

— Надо, Котяра! Всю жизнь жалеть буду, если этих «зелёных» сегодня не построим!

— Сам-то недавно таким же был.

— Поэтому и азарт в крови играет!

— Хрен с тобой… Такс, перемещай!

Вскоре я очутился в спальне Анны и Анастасии. Спят подружки, утомившись от новых ощущений. Жан, знаю, сейчас у Кирилла Воронина. Сверился по часам: пора.

— Мать вашу! — кричу во всё горло. — Девки! Вы проспали отправку из Питера на Рубежи!

— Что? Как⁈ — первой вскочила Анна.

— А вот так! Говорил же я вам вчера, чтобы не бухали! Без вас уехала курсантская группа!

— Так мы же тоже уехали! — проморгавшись от яркого света, произнесла Настя.

— А я тогда что ту делаю⁈ Хватит в сны верить, недотёпы! Уже из штаба звонили! Вас потеряли! Быстро на аэродром! Может, и успеете!

Подскочив двумя сжатыми пружинами, девушки похватали свои манатки и пулей вылетели из кубрика. Столкнулись нос к носу с ошалевшим Кириллом и его соседом по койке, который тоже ничего не понял, но за компанию с удовольствием запаниковал.

На первом этаже все четверо уже были в полной экипировке и с походными баулами за плечами.

— Что за шум? — выглянула сонная Темникова.

— Опоздавших доставили! — отдал я честь и повернулся к курсантам. — Живо на плац для переклички! Почти успеваете! Живо! Живо!

Уговаривать молодёжь долго не пришлось. Блин! Жаль, Рита немного испортила розыгрыш. Так хотелось посмотреть на лица «опоздунов», когда они никого не увидят на плацу.

— Котяра, Бордо… — тихо произнесла майор. — ЧТО это было?

— Посвящение, — признался я. — Сюрприз от старших товарищей! Эти спросонья думают, что ещё в Петербурге, раз видят наши рожи.

— Ага! — со злорадной ухмылкой врубилась в тему Рита. — Жестоко, но весело! Сейчас добавлю. Снимать на видео будете?

— Только фото, — подмигнул Жан. — Мы же не злыдни.

— Норм… Стоять здесь и наслаждаться.

Через минуту слышу голос Темниковой.

— Отставить, курсанты! Опоздали! Быстро разойтись по домам! Всё! Отчислены за дезертирство!

— Позвольте… — первым очухался незнакомый нам парень, деливший кубрик с Кириллом. — Какой Петербург? И что это за люди нас подняли по тревоге?

— Это наши друзья… — попыталась объяснить ему Анастасия Воронина, но вдруг замерла, увидев вспышку от фотоаппарата Бельмондо. — Ах ты ж падла! Что происходит⁈ Откуда он взялся⁈

— Происходит то, — невозмутимо продолжила Темникова, — что вас развели, как пчёл на пасеке. Будущую гордость Российской Империи поставили «раком» два Чистильщика! Как только возникла маленькая непонятка в ваших бестолковых головах, то сразу же поддались панике!

— Мы в Перми? — недоверчиво произнесла Анна. — А Макс с Жаном что тут делают?

— Развлекаются, — улыбнулся я, выходя на свет. — Заодно и тренировать начинаем. Теперь служим вместе. Только сегодня прибыли и не могли упустить хорошего момента для розыгрыша.

Десять минут отборного мата воспроизводить не стоит. Но все курсанты разобиделись не на шутку. Потом общие посиделки, где мы объяснили «зелёным» суть сегодняшней ночной акции.

— Значит, «прописка»… — угрюмо сказал Кирилл. — Знал, что подобное иногда практикуется, но не так представлял.

— Если по твоим хотелкам была бы, то неинтересно, — хлопнула его по плечу Рита. — Знаете, как меня прописали? Просыпаюсь, как вы, в казарме от звуков тревоги. Глаза открываю, а рядом со мной башка Твари. Ящерка… До самой складочки её морду запомнила!

А народ бегает и орёт: «Дыра в казарме! Занимаем круговую оборону!».

Тогда впервые узнала, что такое недержание… Реально думала, что меня сейчас Тварь жрать начнёт.

— Я морду шутнику потом бы за такое расквасила! — возмутилась Аня.

— Хотелось сильно, — кивнула Темникова. — Потом с тогда ещё майором Зинаидой Шеллер два дня не разговаривала. Это она башку подбросила и других науськала. Но вот ведь штука интересная… Как бы потом по тревоге ни вскакивала, вначале мозги включала, а потом эмоции. Иногда помогало принимать правильные решения. Так что, вас Котяра с Бордо ещё слабенько «отоварили».

— Действительно… — вздохнула Анастасия. — Знали же, где находимся, но паника спросонья мозги затуманила. Да и эти двое…

— С этими двумя вам теперь служить, — пояснила майор. — Завтра вместе отправляетесь в Чердынь. Подготовку, конечно, получили хорошую, только считайте сегодняшний случай показательным. Ни хрена не ориентируетесь в нестандартной обстановке! Это только с опытом приходит. А группа Аксакала владеет всем в полной мере.

— Чистильщики будут дрючить учеников Императорской Военной Академии? — скривился незнакомый мне курсант. — Докатились!

— Подробности по прибытии в Чердынь. А насчёт «докатились»… Я, майор Имперской Армии, учусь у этих парней каждый день. Иногда учёба болезненная. Хочешь сказать, мальчик, что круче меня?

— Нет, но…

— Тогда заткнись! Быстро по койкам! Наговоримся ещё в дороге.

— Не, — покачал головой я, — там мы больше настреляемся. Зону Кентавров тихо пройти не получится.

— Первый бой, — мечтательно закатил глаза Кирилл Воронин.

— Поверь, — приобнял его Жан, — ещё тошнить от них будет. Поэтому…

— Что?

— Ничего! Отдыхать! — перебила Рита. — Сонные рыбы мне завтра не нужны! Разойдись!

Утром армейская колонна выдвинулась из Перми в сторону Чердыни. Аксакал распределил нашу братву по грузовикам с необстрелянными курсантами. Посмотрим, что они из себя представляют, эти «особые» выкормыши императора…

КОНЕЦ ТРЕТЬЕЙ КНИГИ.

Content

Мои Рубежи

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26